Александр Семиколенных

История жизни советского инженера от Сталина до Путина

Книга II

В контрольном управлении Президента России

О книге «В Контрольном управление Президента России»

Автор книги давно и хорошо известен мне как большой профессионал и ответственный государственный деятель. Знаю его и как автора серьезных научных публикаций на темы государственного финансового контроля и аудита. Наши служебные траектории развивались параллельными курсами, пока в начале 2000-х годов окончательно не сошлись в Счетной палате РФ, куда я пришел руководить аппаратом, а Александр Николаевич был назначен Советом Федерации на должность заместителя Председателя высшего контрольного органа России. Много лет мы встречались чуть ли не каждый день, обсуждая рабочие вопросы. Спустя годы очень жалею, что мы почти не вышли в наших отношениях за рамки службы. Пожалуй, только разговоры об истории семьи и создание очень подробного и яркого генеалогического дерева и несколько личных эпизодов тогда вышли в сферу простых человеческих отношений…

Александр Николаевич — требовательный руководитель и довольно закрытый человек, как говорится, почти всегда застегнутый на все пуговицы. Тем более интригующей и приятной оказалась возможность прочесть его мемуары, в которых обнаружились не только новые детали и скрытые механизмы многих известных событий российской истории середины — конца 1990-х, но и яркие черты личности самого автора — его политическая деликатность, исключительная наблюдательность и тонкий психологизм, умение за сухими цифрами и фактами видеть человеческие страсти, умение сочувствовать, но при этом всегда оставаться на стороне правды и закона.

Перо автора представляется немного скованным, когда он говорит о личном, о себе и своей семье. Но повествование становится захватывающим, когда начинается описание событий, в которых пришлось участвовать одному из главных контролеров Президента России.

Поначалу любая история выглядит запутанным клубком — будь то «Дело» Бэллы Курковой, приватизация российского ТЭК, комплексная проверка Госкомитета по управлению государственным имуществом РФ и многие другие. Но затем читатель вместе с автором начинает нить за нитью терпеливо распутывать все хитросплетения, раскладывать по полочкам факты, чтобы в итоге представить кристально ясную схему событий, когда абсолютно всем становились понятны причинно-следственные связи, включая неизбежность ответственности «фигурантов дела».

Фактически, результаты контрольных проверок играли роль одного из движущих инструментов отечественной истории: от того, на чей стол они попадут, как будут восприняты и отработаны, зависели не только персональные судьбы и карьеры многих видных деятелей и организаций, но, в конечном счете, стабильность политической ситуации в крайне непростое кризисное время.

Александр Николаевич подробно раскрывает механизмы работы президентских контролёров и внутренних процедур реальных контрольных мероприятий. Удивительно, но многочисленные «технические» детали и хронологически точные отчеты (достаточно вспомнить авторские репортажи о поездке в США, об участии в выборах Президента Бориса Ельцина в 1996 году или о событиях со счастливым спасением от отравления чашкой «редкого сорта английского чая») не замедляют ход повествования, а, напротив, придают ему остроты и драматизма.

Особый интерес представляет глава, описывающая стиль работы ключевых членов «питерской команды», пришедшей в Администрацию Президента РФ во второй половине 1990-х, включая нового руководителя Контрольного управления — Владимира Владимировича Путина. Автор, привыкший к аппаратной осторожности, искренне восхищается решительностью будущего президента страны: «Если подготовленные мною документы были созвучны с его мыслями, он просто брал ручку и все подписывал».

Книга содержит большое число подлинных документов, которые вряд ли можно найти в архивах. Это и письма, которыми обменивались участники контрольных мероприятий, и предложения автора, и стенограммы заседаний Временной чрезвычайной комиссии при Президенте РФ по укреплению налоговой и бюджетной дисциплины. Обилие уникальных источников придает особую историческую ценность и достоверность воспоминаниям автора.

Мемуары будут интересны самому широкому кругу читателей — не только соратникам по «лихим девяностым» или специалистам в области государственного контроля, но также историкам, юристам, экономистам и всем, кто интересуется подлинной историей России «эпохи перемен».

Сергей Шахрай

Первый проректор Университета МГУ-ППИ в Шэньчжэне, профессор, Заслуженный юрист России

Предисловие

Приступаю к описанию событий моей жизни в период с 1993 по 2001 годы. В первой автобиографической книге «История жизни советского инженера от Сталина до Путина», выпущенной московским издательством «Перо», я описал свою первую жизнь — в СССР. В конце той жизни советский инженер социалистической страны начал искать способы, как жить уже в капиталистической стране, и путем поиска, неожиданно для себя, оказался в Администрации Президента России.

В этой второй книге уже не получится часто описывать эпизоды личной, семейной жизни. Семь лет работы в Контрольном управлении Президента России потребовали от меня предельной концентрации сил — и умственных, и физических, и моральных — в основном, только на работу. Не оставалось времени на туристические походы с семьей и друзьями, да и просто на обычные встречи с друзьями и даже с близкими родственниками. Только по праздникам и в дни рождения можно было посидеть вместе за праздничным столом и обменяться мнениями по текущим событиям в стране, в мире или просто обсудить семейные дела.

Конечно, были и дни отпуска, и выходные, когда удавалось выбраться на дачу в Подосинки. Для проведения отпуска можно было без усилий и сравнительно дешево приобретать путевки в санатории Управления делами Президента России, и эту возможность мы с женой регулярно использовали.

Но в целом в этой книге я постараюсь подробно описать, как была организована работа в Контрольном управлении Президента России, какие проверки проводились, какие события им предшествовали и какие результаты этих проверок получались. Рискую, конечно, навлечь на себя гнев некоторых «героев» контрольных мероприятий, которые я непосредственно проводил, за оценку их деятельности. Но, как говорится, «история нас рассудит», может, я в каких-то вопросах и ошибался. Наверное, и не всем будет интересно читать эту вторую книгу, всю эту «суету» бюрократической административной системы. Но что было, то было. Может, и какую-то пользу удалось мне принести стране своей контрольной деятельностью.

Напомню читателям второй книги, что в июне 1993 года я был принят на работу специалистом-экспертом в Контрольное управление Администрации Президента России. За достаточно короткий промежуток времени меня повысили, назначив сразу, через одну должность, начальником сектора в отделе.

Кавказ перед нами!

Немного об истории контрольного управления. Такое подразделение было сразу предусмотрено при создании Администрации Президента России в июле 1991 года. В какой-то мере, по содержанию своей деятельности, контрольное управление напоминало Комитет партийного контроля при ЦК КПСС, если убрать партийную составляющую. Даже из этого партийного органа взяли на работу в контрольное управление наиболее профессиональных опытных работников. В 1994 году контрольное управление было переименовано в Главное контрольное управление Президента России (ГКУ). Не буду утомлять читателей описанием, какие у ГКУ были права и обязанности. Кому интересно, все в интернете можете прочитать.

Но перед изложением моего первого «особого задания», полученного в новой должности, вернусь к дням оформления в контрольное управление, к происшествию в семейной жизни. Описание этого события в какой-то мере позволит понять, какая обстановка в те годы была в стране.

В 1993 году мой сын Андрей учился на последнем курсе факультета почвоведения МГУ и активно готовился к защите дипломной работы. Одновременно он в университете увлекся спелеологией, исследовал много разных пещер на всей территории бывшего СССР и решил соединить свою дальнейшую научную деятельность с исследованием уникального мира подземных бактерий, их жизни в условиях вечной темноты.

В первых числах апреля 1993 года сын вместе с другом отправился в поездку в Туркмению, чтобы собрать образцы почвенных проб для дипломной работы (из пустыни) и в дальнейшем для планируемой кандидатской диссертации (из пещеры). В Туркмении планировалось посетить пещеры в Кугитанке, а потом заповедник в пустыне Репетек. Карстовые пещеры, расположенные на западном склоне хребта Кугитангтау, в буферной зоне Кугитангского заповедника, Андрей неоднократно уже посещал. Но то были времена СССР, а в эту поездку Туркмения стала суверенным государством. В легендарном пустынном заповеднике Репетек сын еще не бывал. Но раньше там находилась научная база МГУ, и один из руководителей этой базы дал Андрею рекомендательное письмо.

Отправился он с другом из Москвы поездом на Душанбе. Маршрут проходил недалеко от указанных пещер, и не доезжая одну станцию до Душанбе путешественники вышли и без проблем добрались до заповедника. Начались трудные переговоры с дирекцией. Все проблемы решились через «денежные инъекции». В пещеры Андрей попал, выполнил запланированную работу, дальше путь лежал в Репетек. Для этого пришлось воспользоваться местной авиационной линией Чаршанги до Чарджоу, летели на самолете АН-2.

Репетек — это небольшой поселок, именно от него начинаются знаменитые пески пустыни Каракумы. Репетекский заповедник — самый интересный уголок Каракумов. Этот район считается пограничной зоной. Базы МГУ уже в поселке не было, но рекомендательное письмо сработало, и Андрея с другом поселили в домике на границе с пустыней. Три запланированных дня для исследований пролетели быстро. Образцы почвы были взяты, ребята насмотрелись на дюны, верблюдов, варанов.

Потом местным поездом приехали в Ашхабад. И начались приключения. На вокзале забрали в местную милицию, причина — нет регистрации. Отпустили через 12 часов за «сувенир» в виде современных галогеновых фонариков. До поезда «Москва — Ашхабад», на который заранее на 11 апреля были куплены билеты, оставалось два дня. Поселились к другу Анд рея, советско-туркменскому геологу Тимуру Беркилиеву.

Далее из воспоминаний сына:

«Настало время уезжать. Программу выполнили, денег почти не осталось, зато билеты в кармане. Приехали на вокзал, а тут, как снег на голову: поезда по маршруту «Ашхабад — Москва» отменены. При этом возврат билетов возможен только в месте приобретения, то есть в Москве.

Вернулись к Тимуру Беркилиеву. На следующий день он с большими трудностями достал билеты (частично за свои деньги) на поезд «Ашхабад — Чарджоу». Доехали до Чарджоу без приключений. Там выяснилось, что прямых поездов в Россию нет. Поезд, который мог бы помочь вернуться домой, — это пассажирско-багажный «Ташкент — Волгоград». Взяли билеты в общий вагон до какой-то станции в Узбекистане (насколько денег хватило). Сели с боем. Ни одного стекла в поезде, толпа штурмует, как в фильмах про гражданскую войну.

Ехали в тамбуре сутки, еще с нами 8 узбеков. Пришли бандиты с пистолетами, отобрали все ценное, по их мнению, тщательно проверили и наши рюкзаки. Заодно выяснилось, что поезд в пассажирском варианте до Волгограда не идет, а только до Кунграда (город в Узбекистане).

В этом городе мы без особых проблем залезли в товарняк в угольный вагон. Поезд напрямик шел в Россию через Казахстан. Ехали в тяжелейших условиях, практически без еды и с ограниченным объемом воды.

Приехали в Астраханскую область. Поезд стал на сортировочной. Мы очень радовались, что уже в России. Но тут надо помнить, что времена были особые. Нет роуминга, позвонить нельзя, только ввели национальные валюты, нет обмена, нет банковских карт и много чего еще нет.

В общем, пришли на вокзал в Астрахани. Думали, нам сейчас деньги за билеты в рублях отдадут, возьмем билеты и поедем домой. Но нам отказали. Сказали, да, поездка не состоялась, штамп об этом Ашхабада есть, но деньги вернут только по месту продажи билетов в кассе в Москве. И получается, что мы опять бомжи.

Решили тогда попробовать автостопом. В те годы автостоп был популярен. Вышли на московскую трассу и целый день голосовали без толку. Несколько машин останавливались, но когда узнавали, что бесплатно, то нас не брали. Всем нужны были деньги. Под вечер нас подобрала «тюрьма» (машина для перевозки заключенных). Рассказали конвоирам про наши приключения и проблемы. Они решили помочь нам. Отвезли до поста ГАИ. Остановили рейсовый автобус «Астрахань — Саратов» и велели водителю довести нас бесплатно. Автобус полупустой. Отъехали за пост, водитель останавливается и говорит: «Или платите, или выходите». Отдали ему наручные часы свои, которые бандиты не заметили. Ну, довез до Саратова.

Там пытались сначала сесть на товарняк. Ну, тут не пустыня была, как в Средней Азии, охрана нас сразу поймала. Привели в милицию, проверили документы, посочувствовали и отпустили. Мы опять на товарняк. Опять поймали. И вот только после третьего раза менты посадили нас в общий вагон до Москвы со знаменитой справкой «Проводнику 1 вагона предписывается принять и доставить (следует ФИО), так как остались без средств существования и прибыть к месту жительства не могут». Дальше все было штатно».

Вот такая история приключилась с сыном. Когда прошел срок его планового возвращения в Москву, я, конечно, пытался найти Андрея всеми возможными способами. Даже дозвонился в Туркмению заместителю министра МВД, я его знал по работе в ГКВТИ СССР. Он был в те времена генеральным директором предприятия по вычислительной технике в Туркмении в системе Комитета. Пообещал поискать Андрея Александровича. Потом перезвонил и сообщил, что по сводкам сын нигде не значится, и обнаружить его в Туркмении не удалось. В общем, за эти 10 дней неизвестности у меня и моей жены седых волос на голове прибавилось. Но все хорошо, что хорошо кончается. В 1994 году сын успешно защитил дипломную работу по теме «Простейшие сероземов и горных серо-бурых почв западного Копетдага и их почвенно-диагностическое и санитарно-эпидемиологическое значение» и получил диплом о высшем образовании по специальности «почвоведение и агрохимия».

А после 2000 года защитил кандидатскую диссертацию по теме «Почвоподобные тела автохемолитотрофных экосистем пещер на примере пещер хребта Кугитангтау (Восточный Туркменистан)» и получил диплом кандидата биологических наук.

Андрей Александрович Семиколенных

Вот теперь можно переходить и к описанию моих «приключений» в контрольном управлении.

Глава 1. «Дело» Курковой Б. А

Работа в ГКУ имеет свои особенности, она часто связана с событиями, не имеющими прямого отношения к должностным обязанностям. В начале этой главы изложу события, произошедшие в г. Санкт-Петербурге, в хронологическом порядке, а потом опишу, каким образом я оказался вовлечен в этот криминальный процесс и чем все закончилось.

Со временем начала моей трудовой деятельности в 1993 году в Контрольном управлении совпало появление в Санкт-Петербурге в телевизионной компании в ГТРГ «Петербург — 5 канал» молодого преуспевающего бизнесмена Сыроежина Михаила Ивановича. Он был сыном известного ученого, коренного петербуржца, и окончил престижный вуз в своем родном городе.

В те времена ГТРГ «Петербург — 5 канал» возглавляла известный демократ первой волны в России Белла Александровна Куркова. Компания была на гребне славы, ее передачи с интересом смотрели по всей стране. Было найдено много нестандартных решений, только одна передача «600 секунд» с непривычными ведущими (Светлана Сорокина, Сергей Гуляев и др.) уже привлекала телезрителей к этому каналу, который имел явную демократическую окраску и с этих позиций не стеснялся в критике политических партий, да и действующей власти доставалось.

Б. А. Куркова (снимок из Ютуба)

Куркова Б. А. хорошо знала семью Сыроежина М. И., они жили в одном доме на одном этаже, и, наверное, по этой причине и с учетом природного личного обаяния молодого человека Куркова решила в компании доверить ему всю коммерческую деятельность, которая была основным источником доходов ГТРК, особенно рекламная. В этот период ГТРГ «Петербург — 5 канал» получает щедрый подарок от мэрии города. Мэр Собчак А. А. выделяет компании на закупку современного телевизионного оборудования почти 2 миллиона долларов США. Сумма очень значительная, тем более по тем временам, на фоне кризиса финансов в стране, да еще в валюте!

Дальнейшие события вызывают сомнение, что целью выделения денежных средств было техническое переоснащение ГТРК. Конечно, от такой суммы может и голова закружиться, и возникнуть разные соблазны для улучшения личного благосостояния. Но, так или иначе, организовать закупку телевизионного оборудования для ГТРК поручается Сыроежину М. И., который в это время даже не был в штате компании.

Решение поставленной задачи Сыроежин выбрал традиционное и не оригинальное. В США 12 августа 1993 года регистрируется на жену Сыроежина Потемкину А. Ю. корпорация с многообещающим названием «ТВ и Радио Санкт-Петербурга». Возникает вопрос: почему оборудование решили закупать в США? Там и стандарты телевизионного сигнала другие, и вообще профессиональные производители телевизионного оборудования находились в Европе, можно было поискать и в Азии (Япония, Корея). Напрашивается один вывод: настоящий хозяин денег при выделении средств поставил условие перевода их в США и, наверное, совсем на другие цели.

Следующим действием Сыроежина стала регистрация уже в Санкт-Петербурге 20 сентября 1993 года дочерней фирмы корпорации «ТВ и Радио Санкт-Петербурга». На основании обычного письма Потемкиной А. Ю. из США, с заверенной нотариусом ее подписью, подразделения мэрии Санкт-Петербурга (Комитет по внешним связям, регистрационная палата и государственная налоговая служба Санкт-Петербурга) без лишних вопросов регистрируют АОЗТ «Коммерческий центр ТВ и Радио Санкт-Петербурга» по адресу ГТРК «Петербург — 5 канал». Конечно, можно предположить, что вопросы были и по уставным документам, и по адресу ГТРК, и по обязывающему ко многому названию, но руководство ГТРК и города всех успокоило: «Так надо». Директором созданного АОЗТ в Санкт-Петербурге назначается компаньон Сыроежина (он же его охранник, водитель) Михайлов В. Г.

Дальше события развиваются последовательно и сравнительно быстро. Сыроежин М. И. назначается заместителем Председателя ГТРК. По штатному расписанию компании все должности заместителей Курковой Б. А. заняты, но почему-то это никого не волнует. В дополнение к допущенному нарушению штатной дисциплины Сыроежину сразу предоставляется право подписи финансовых документов. В практике других компаний только проверенному человеку, в котором руководитель уверен, разрешают управлять финансами. Получается, что или Сыроежин пользуется особым доверием Курковой, или деньги мэрии выделили под него, и только он может ими распоряжаться.

В ГТРК за финансовую политику отвечал другой первый заместитель председателя, Никольский В. В. Он права подписи финансовых документов не имел, и у него с Сыроежиным сразу складываются напряженные отношения. В ГТРК создается новое подразделение, коммерческий центр, который полностью берет под контроль всю рекламную деятельность. Начальником центра Сыроежин берет своего человека, это некто Архипов А. А. В штат центра зачисляется жена Сыроежина, она же владелец компании в США, и вне штата числится его «вечный спутник» Михайлов В. Г.

В декабре 1993 года подписывается контракт между ГТРК (покупатель) и корпорацией жены Сыроежина (продавец) на покупку телевизионного оборудования на сумму 1087307.35 долларов США. Сразу проводится первый платеж на расчетный счет корпорации «ТВ и Радио Санкт-Петербурга» в США в размере 600000 долларов. А в январе 1994 года ГТРК со своего счета перечисляет корпорации в США еще 888180 долларов двумя платежами. При этом графика поставки оборудования нет, а срок поставки не зафиксирован. В январе 1994 года корпорация «ТВ и Радио Санкт-Петербурга» (в США) подписывает с другой фирмой в США «VN Express Inc.» контракт и передает ей право продавца по телевизионному оборудованию для ГТРК. Уже известные 600000 долларов США переводятся на эту фирму. Как позже выяснится, владельцем фирмы «VN Express Inc.» был сам Сыроежин М. И. (жена перевела деньги мужу)!

Неожиданно, без видимых причин, 21 февраля 1994 года за подписью Курковой Б. А. и Никольского с корпорацией «ТВ и Радио Санкт-Петербурга» подписывается приложение к существующему контракту на поставку телевизионного оборудования о прекращении его действия в связи с неисполнением и передаче обязательств продавца фирме в Великобритании. Корпорация обязуется осуществить перевод на указанный расчетный счет фирме в Великобритании ранее полученные от ГТРК деньги, при этом конкретная сумма в документе не указана. Нет и нового контракта на поставку телевизионного оборудования между ГТРК и фирмой в Великобритании. При этом, похоже, руководство ГТРК и не догадывается, что Сыроежин 600000 долларов США уже перевел со счета корпорации на счет своей фирмы в США. Причина и цель подписания этого документа непонятны.

Вернемся в Санкт-Петербург. В городе издавалась газета «Невский глашатай». Тираж был маленький, и газета находилась на грани закрытия. Владельцем и главным редактором газеты был муж Курковой Б. А., Тареев Вадим Михайлович.

Сыроежин предлагает Курковой спасти газету. Встречается с Тареевым 16 февраля 1994 года, сообщает ему о возможности за счет коммерческих доходов, через спонсорскую помощь, выделять газете по 12500000 рублей в месяц. Предлагает подписать договор о спонсорстве. Договор Тареев В. М. подписывает. Подпись другой стороны договора уже была — Михайлова В. Г. Таким образом, не ведущее еще никакой коммерческой деятельности АО «Коммерческий центр ТВ и Радио Санкт-Петербурга» стало спонсором газеты «Невский глашатай». Организаторам плана по отстранению Курковой Б. А. от должности осталось сделать еще несколько шагов, и можно начинать действовать.

На следующий день, 22 февраля, Сыроежин М. И. приглашает Тареева В. М. приехать в ГТРК и вручает ему наличными 12000000 рублей, как первый взнос спонсорской помощи, и просит написать расписку в получении денег. Тареев, даже не разобравшись, кто ему оказывает спонсорскую помощь, пишет расписку, что он получил деньги от коммерческого центра ГТРК. Сыроежин замечает эту ошибку только когда Тареев уехал. Звонит ему на работу и просит написать новую расписку, уже на фирму Михайлова, АО «Коммерческий центр ТВ и Радио Санкт-Петербурга». Тареев пишет новую расписку, старую вернуть не просит и передает новую расписку Михайлову. Первая часть операции выполнена, компромат на мужа Курковой получен, теперь очередь за ней самой.

Долго ждать не пришлось, 24 февраля в кабинет Курковой входит Сыроежин и просит подписать договор о размещении рекламы между ГТРК и АО «Коммерческий центр ТВ и Радио Санкт-Петербурга». Договор стандартный, но со скидкой в цене за счет объема рекламы, что тоже практиковалось в ГТРК и по другим договорам на рекламу. Обычно все подобные договора подписывал сам Сыроежин, но в этом случае организаторам «великой комбинации» была нужна подпись Курковой. Как эту подпись удалось получить Сыроежину, неизвестно, но, безусловно, это было не самое трудное задание в его деятельности.

В этот же день, 24 февраля, увольняется с работы по собственному желанию начальник коммерческого центра ГТРК Архипов, а Сыроежин с женой Потемкиной и Михайловым оформляют командировку в Москву. Все указанные персоны Санкт-Петербург срочно покидают, как будто ждут наводнения или других потрясений.

Интересный документ в виде факса приходит 2 марта в банк Великобритании, где находится расчетный счет фирмы, которой было поручено поставить телевизионное оборудование ГТРК. Документ за подписью Курковой, Никольского и завизированный Сыроежиным требует от банка перевести 1112194.34 долларов США уже другому поставщику телевизионного оборудования, фирме на Кипре. Как впоследствии выяснилось, фирма на Кипре принадлежала уже бывшему начальнику коммерческого центра ГТРК Архипову. Скорее всего, подписи на факсе были поддельными, вернее, просто вставлены на компьютере в текст.

Весь замысел организаторов «операции» становился понятен. Деньги, выделенные на «закупку телевизионного оборудования», распределить для дальнейшего использования по своему усмотрению между Сыроежиным и Архиповым, а Куркову исключить из процесса распоряжения деньгами, а заодно и освободить должность Председателя ГТРК для «своих» персон. Но, как показали дальнейшие события, у «великого комбинатора» Сыроежина были на деньги другие планы, не в рамках проводимой операции, и ни с кем делиться он не собирался.

И вот 2 марта дан старт всей операции, ради которой Сыроежин и «К°» спешно покинули Санкт-Петербург. В адрес депутата Государственной Думы Марычева В. А., известного всей стране своим нестандартным поведением, поступает письмо директора «Коммерческий центр ТВ и Радио Санкт-Петербурга» Михайлова В. Г., в котором он обвиняет руководство ГТРК «Петербург — 5 канал» в вымогательстве у него денег. Из письма следует, что договор о рекламе его компании на телевидение с ГТРК был заключен только после вынужденного заключения договора о спонсорстве с газетой «Невский глашатай» и передачи им денег владельцу газеты Тарееву В. М.

Вот полный текст письма Михайлова:

В письме, очевидно, сознательно указываются фамилии главного виновника вымогания денег Никольского, но действующего в интересах Курковой, естественно, Тареева и с «дальним прицелом» — Архипова Н. А., как источника такой большой суммы наличных денег в 12 миллионов рублей, переданных Тарееву. К письму приложены копии всех документов, договора и расписка о получении денег Тареевым. Естественно, что главный участник данных событий Сыроежин в письме не упоминается. Копия письма была направлена и в прокуратуру Санкт-Петербурга.

Организаторы этой операции явно были не уверены в действиях прокуратуры и решили для надежности придать этим действиям политическую окраску через подключение депутатов Государственной Думы Российской Федерации. Письмо Михайлова прокуратура могла и «спустить на тормозах», а на обращения депутатов обязана реагировать, тем более после подключения «жадной» на подобные сенсации прессы. Так все в дальнейшем и произошло.

Дальше стоит отметить тактику действий Сыроежина, которая достаточно интересна и показывает действительно его незаурядные способности как наследника известного персонажа Остапа Бендера. Сыроежин, с одной стороны, проводит разведку происходящих событий в ГТРК и вокруг нее, с другой стороны — он пытается влиять на события и направлять их в русло, выгодное ему лично. Для этого он исчезает, придумывает нападение на него, плохое состояние здоровья, чтобы иметь возможность объяснить свое отсутствие в Санкт-Петербурге, и вместе с тем активно использует телефонную связь через доверенных лиц для доведения своего мнения и давления на Куркову и ее окружение. Сотрудники ГТРК, которым звонил Сыроежин, добросовестно записывали диалог с ним, а потом в виде официальных служебных записок направляли Курковой.

Первый звонок от Сыроежина уже последовал вечером 2 марта. Он уже надеялся, что письмо Михайлова сработало, и есть новости. Но про письмо еще в ГТРК не знали, и ему пришлось сообщать новости про себя. Сыроежин сообщил, что на него «наехали», подставили и просили документы, но охрана его отбила. Очень интересный пассаж, что он «выходит из всего этого, испуган и хочет отлежаться в больнице, в которой сейчас находится, у него шок». На странный вопрос собеседника, не Архипов ли организовал «наезд»» (опять Архипова обозначают), Сыроежин высказал сомнения (но не отверг предположение) и обозначил, как возможную причину нападения на него, напряженные отношения Курковой с банком «Мост» или с Невзоровым, после закрытия программы «600 секунд»[1].

С 5 марта к этим событиям подключилась пресса, как Санкт-Петербурга, так и федеральная. Вот наиболее полное изложение события в газете «Сегодня»:

«Бэллу Куркову подозревают в получении взятки.

Пакет документов передан в прокуратуру.

Председатель Комитета по безопасности Государственной Думы РФ Валентин Илюхин направил в прокуратуру Петербурга пакет документов, свидетельствующих, по его мнению, о том, что руководитель РГТРК «Петербург — 5-й канал» Бэлла Куркова вымогала у АО «Коммерческий центр ТВ и Радио Санкт-Петербурга» 15000000 рублей для газеты «Невский глашатай», учредителем и владельцем которой является муж г-жи Курковой Владимир Тареев. После того как руководитель АО Владимир Михайлов передал газете «Невский глашатай» требуемые деньги в виде спонсорской помощи, «Коммерческий центр ТВ и Радио Санкт-Петербург» получил скидку в размере 35 процентов при размещении рекламы в программах РГТРК «Петербург — 5-й канал».

Депутаты Государственной Думы, исследовавшие контракты между РГТРК «Петербург — 5-й канал», АО «Коммерческий центр ТВ и Радио Санкт-Петербурга» и ТОО «Невский глашатай», полагают, что в результате представленной с санкции г-жи Курковой скидки на размещение рекламы телерадиокомпания, получавшая крупные государственные дотации, может потерять минимум 600000 американских долларов, из которых около 100000 попадет в единоличное распоряжение супруга г-жи Курковой (через плохо замаскированного посредника в лице АО «Коммерческий центр ТВ и Радио Санкт-Петербурга»). Учитывая, что Уголовный кодекс России предполагает наличие события преступления, предусмотренного статьей 173 («получение взятки»), в случае, если взятка в той или иной форме была передана членам семьи предоставляющего «платную» услугу чиновника, г-н Илюхин обратился к заместителю прокурора города Валерию Большакову с просьбой незамедлительно провести прокурорскую проверку и решить вопрос о возбуждении уголовного дела».

О тех событиях, которые были выше изложены, я узнал намного позже. Я был в эти дни 1994 года озабочен приобретением подарков моим женщинам в семье к 8 Марта и как лучше поздравить с праздником женщин из моего сектора, когда сразу после начала рабочего дня 5 марта меня вызвал к себе в кабинет первый заместитель начальника Контрольного управления Игорь Юрьевич Рыбаков.

В присущей ему резкой форме он сообщил, что сразу после праздника я должен в компании нескольких сотрудников Контрольного управления выехать в Санкт-Петербург и разобраться, что там происходит в ГТРК «Петербург — 5 канал», в течение трех дней. Распоряжение о командировании готовится, и мне принесут на визирование. В качестве исходной информации он дал для изучения вырезки из газет.

Газеты, описывая события на телевидении Санкт-Петербурге, явно были уверены в виновности Курковой Б. А., и мне стало понятно, что за три дня командировки я не смогу ничего сделать, и Рыбаков И. Ю. явно подставляет меня. Я отказался визировать распоряжение по моей командировке, чем вызвал гнев Рыбакова, и он решил устроить со мной разборку у начальника Контрольного управления Владимира Яковлевича Зайцева (тогда исполняющего обязанности).

Зайцев В. Я. был интеллигентным, рассудительным человеком, осторожным в принятии решений. Я объяснил причину несогласия с решением его заместителя. Сказал, что если принято решение разобраться в делах ГТРК, то надо направить представительную комиссию, как минимум на неделю, провести анализ всей финансово-хозяйственной деятельности телекомпании и уже после этого понять, что действительно произошло с Курковой Б. А. При таком варианте я готов поехать в командировку и возглавить работу комиссии.

Совершенно неожиданно Зайцев поднял трубку прямой связи с руководителем Администрации Президента России Сергеем Александровичем Филатовым и кратко изложил ему суть моих предложений. Реакция Филатова была еще более неожиданной. Зайцев В. Я. сказал только одно слово: «Хорошо», — и повесил трубку. А мне предложил: «Садитесь в мою машину и поезжайте в Кремль, Сергей Александрович хочет с вами поговорить». Надо было видеть выражение лица Рыбакова И. Ю.! Так в первый раз в жизни я въехал в Кремль на машине с мигалкой и попал в просторный кабинет руководителя Администрации Президента России в 14 корпусе.

Разговор был короткий, мои предложения не обсуждались. Мне была поставлена конкретная задача. Филатов С. А. сказал, что в вину Курковой не верит, но положение очень серьезное, ее скоро могут арестовать, и моя задача — не допустить этого. Мне дается полная свобода действий на мое усмотрение, главное — Куркова Б. А. не должна сидеть в тюрьме. О необходимости полной поддержки моей деятельности предупрежден представитель Президента России по Санкт-Петербургу, и мне необходимо будет с ним встретиться и получить информацию о текущем положении в городе в связи с обвинениями Курковой во взятке.

В Контрольном управлении я быстро подобрал из сотрудников разных подразделений необходимых мне для работы в комиссии специалистов, объяснил им ситуацию, что едем с плановой проверкой ГТРК «Петербург — 5 канал»»; что, конечно, проверка связана с обвинением Курковой Б. А. во взятке, но в явной форме мы этим заниматься не будем. Надо проверить всю хозяйственную и финансовую составляющую деятельности компании, заключенные договоры, источники финансирования ее деятельности, распоряжение имущественным комплексом, включая возможное предоставление в аренду сторонним организациям. Была составлена программа проверки, члены комиссии распределены по направлениям деятельности. Распоряжения на командирование и отдельно на проверку Контрольным управлением деятельности ГТРК были подписаны, и 9 марта 1994 года комиссия выехала поездом в Санкт-Петербург.

Утром 10 марта при размещении в гостинице произошел интересный эпизод. Мне как руководителю комиссии был заказан двухкомнатный номер, остальным членам комиссии — однокомнатные одноместные номера. При регистрации в гостинице были перепутаны паспорта членов комиссии, и в двухкомнатный номер случайно поселили не меня, а другого сотрудника. После заселения, когда это обнаружилось, я не стал ничего менять, объявив, что этот номер в гостинице считается «штабным», и мы при необходимости будем там вечером собираться.

Оказалось, что таким решением я сразу, еще в начале работы, разрушил планы каких-то спецслужб, которые собирались тщательно следить за действиями комиссии и ее руководителя. Двухкомнатный номер был заранее поставлен на прослушивание, и пришлось срочно «соответствующим сотрудникам» заново заниматься оснащением моего номера. Телефон у меня в номере сразу после заселения перестал работать на некоторое время, наверное, подключали специальное оборудование.

А потом, в процессе проживания, я с помощью нехитрых приемов обнаруживал, что моими папками с документами кто-то интересуется. В дальнейшем все материалы по проверке я хранил в сейфе на территории ГТРК и опечатывал сейф своей печатью, которую предусмотрительно взял с работы. В течение всего периода пребывания в Санкт-Петербурге гостиничные «путаны» настойчиво предлагали мне свои услуги: и звоня по телефону, и подсовывая под дверь визитки, и просто поздно вечером стучали в дверь и уговаривали провести вместе время. Я думаю, это тоже входило в планы организаторов дела о взятке повлиять на результаты работы комиссии, а потом и скомпрометировать ее руководителя. Я все дни перед сном баррикадировал дверь мебелью, чтобы избежать случайных ночных гостей со своим ключом от моего номера.

Первый день работы комиссии был спланирован следующим образом. В 9.00 я договорился о встрече с представителем Президента по Санкт-Петербургу. В 10.30 была назначена моя индивидуальная беседа на территории ГТРК с Курковой Б. А., а в 11.00 официальное представление членов комиссии руководящему составу ГТРК, и только после этого комиссия должна была начать проверочные мероприятия. Я заранее по телефону договорился с представительством Президента России в городе о закреплении за мной машины представительства, чтобы не зависеть от ГТРК и по возможности скрыть мои перемещения и встречи в городе.

Беседа с представителем Президента не прибавила мне оптимизма. Он не сообщил ничего нового по обвинению во взятке Курковой, что было уже известно из газет. Отметил напряженную обстановку в городе в связи с предстоящими выборами в Законодательное собрание города и мэра и что на этом фоне у Курковой много недоброжелателей. Да она и сама неправильно себя ведет своей политикой передач на ГТРК. Добавил, что правоохранительные органы настроены решительно по отношению к Курковой, и сложно будет что-нибудь изменить. В завершение встречи я попросил организовать встречу с прокурором и мэром города. Договорились, что всю связь с Москвой я буду осуществлять только по спецсвязи представительства.

В назначенное время я подъехал к зданию ГТРК. У входа стояло большое количество журналистов, были и камеры. Пришлось отвечать на вопросы. Ответ был один. Прибыли с плановой проверкой, про «дело» Курковой Б. А. знаем, будем разбираться. Через несколько дней готов ответить на ваши вопросы более подробно. А сейчас, извините, надо начинать работать.

Первая встреча с Курковой была более интересной. Из беседы я узнал, что пропал ее заместитель Сыроежин М. И. (я первый раз услышал эту фамилию), уехал в командировку в Москву и исчез, говорят, что на него напали. Оказалось, что Куркова уже обратилась письмом 6 марта к директору Федеральной службы контрразведки Степашину С. В. с просьбой о розыске Сыроежина, при этом заодно и сообщила, что приезжает комиссия Контрольного управления. Интересно, с какой целью было сообщено в силовую структуру о комиссии Контрольного управления, и понятно, что эту информацию Куркова могла получить только от Филатова. На мой вопрос, кто такой Михайлов, написавший письмо депутату Государственной Думы и в прокуратуру, я получил уклончивый ответ, что она его не знает и узнала о нем только от мужа, который тоже встречался с ним только один раз, когда оформлял спонсорский договор. Другой полезной информации я от нее не получил, да и времени не было, следовало запускать работу комиссии.

На встрече с руководством ГТРК я зачитал распоряжение начальника Контрольного управления о проверке финансово-хозяйственной деятельности компании, представил членов комиссии, рассказал о программе проверки и документах, которые необходимо представить в комиссию на начальном этапе проверки. Договорились, что в дальнейшем все вопросы к руководству компании и необходимые справки и документы запрашиваются членами комиссии в письменном виде и только за моей подписью.

Комиссии для работы была выделена отдельная большая комната с компьютерами, а мне небольшая комната с сейфом для хранения документов и приема посетителей, с телефоном. Я заранее попросил подготовить объявление, что в ГТРК работает комиссия Контрольного управления и ее руководитель принимает сотрудников ГТРК в такой-то комнате в указанное время, и ему можно позвонить по указанному телефону. Объявление было вывешено на самом видном месте при входе в основное здание компании. Мне сообщили, что представитель Президента России по городу просил передать, что прокурор города ждет меня в своем кабинете в тюрьме в «Крестах» в конце рабочего дня, а мэр готов принять завтра утром.

Для начала работы я попросил письменно сообщить обстоятельства подписания договора о рекламе между ГТРК и АО «Коммерческий центр ТВ и Радио Санкт-Петербурга», на основании каких параметров была определена его цена и скидка на нее. А потом попросил принести папки со всеми приказами Председателя ГТРК за 1994 год.

Ознакомление с приказами руководителя проверяемой организации на начальном этапе проверки применялось мною постоянно. Если читать приказы внимательно и иметь опыт руководящий работы, сразу можно определить, «чем живет» организация, какие проблемы существуют, как пытаются решать финансовые и другие возникающие проблемы, какая кадровая политика, за что в организации наказывают.

Приказы Курковой меня вначале разочаровали, ничего интересного, и намного больше половины связаны с выплатой премий и других материальных поощрений. И вдруг я увидел в одном из приказов уже знакомые мне фамилии Сыроежина и Михайлова. Сыроежин понятно, он сотрудник компании, а при чем тут Михайлов? Срочно прошу встречи с Курковой и показываю ей приказ. Начинается паника, в кабинет вызываются кадровики, ее заместитель Никольский.

Картина проясняется, оказывается, Михайлов — внештатный сотрудник ГТРК в коммерческом центре. Заодно выясняется, что и жена Сыроежина, бывшая балерина, тоже работает в коммерческом центре. Представление на премию готовил Сыроежин, и никто не проверял персональный вклад представленных кандидатур, да и сам список в целом. Я попросил в кабинет Курковой вызвать секретаря Сыроежина и спросил, знает ли она, кто такой Михайлов. Ответ был простым и ясным: «А кто его не знает, он каждый день привозил Михаила Ивановича на службу, а потом целый день мешал мне работать». Замечательный секретарь у Сыроежина!

На этом я был вынужден был закончить работу в ГТРК и в сопровождении первого заместителя Председателя ГТРК Правдюка Виктора Сергеевича, известного журналиста[2], отправиться на встречу с прокурором города, уже вооруженный важной информацией.

Известная тюрьма «Кресты» произвела на меня мрачное впечатление. Наверное, это и было целью прокурора, назначившего встречу в своем рабочем кабинете при тюрьме, а не в прокуратуре. Все здания тюрьмы явно давно не ремонтировались. На набережной Невы, перед основным тюремным корпусом, толпились родственники и друзья осужденных, а из-за решетчатых окон камер им махали руками и подавали какие-то знаки заключенные.

Прокурор встретил меня снисходительной улыбкой, как учитель — несмышленого ученика. После моего краткого изложения цели проверки ГТРК комиссией Контрольного управления он сразу перешел к цели моего визита, которая ему была прекрасно понятна. Суть его слов была следующая: «Вы, конечно, проверяйте компанию, там с финансами явно не все в порядке, но в части взятки все нам очевидно, вот уже выписанные ордера на арест Курковой и ее мужа, — показывает, — камера тоже готова, — улыбается.

Я задал вопрос: «Законодательство одинаково налагает ответственность и на берущего взятку, и на тех персон, кто ее дает. Что у нас с Михайловым, вы его уже допросили? Может быть, письмо про Куркову не он написал?» Мой вопрос прокурору явно не понравился. Он вынужден был признать, что еще Михайловым не занимались, не было времени, в ближайшее время обязательно допросят. Я сделал следующий активный ход:

— Не получится: Михайлов и Сыроежин пропали, или, точнее, находятся в бегах.

Прокурор немедленно спросил, а при чем тут Сыроежин. Я объяснил, что, по предварительным данным, именно он организовал заключение договора на рекламу с фирмой Михайлова и лично передавал деньги мужу Курковой, а Михайлов был просто исполнителем и работал водителем у Сыроежина. Прокурор уже без энтузиазма сказал, что эту информацию надо еще проверить. Я предложил, мол, проверяйте, а за это время и комиссия соберет уже документальные сведения о деятельности Сыроежина в ГТРК.

Результат разговора с прокурором: «Я обещаю, что в течение трех дней арестов не будет, а дальше все зависит от проведенных следственных действий, в том числе и по вашей информации». Все время разговора с прокурором в кабинете присутствовал и мой сопровождающий Правдюк В. С. Интересно, что в разговор он не вступал, как будто все это его не касалось, и еще удивительнее, что прокурор тоже не задал ему ни одного вопроса, например, для подтверждения моей информации.

А вечером этого же дня Сыроежин уже знал о содержании моего разговора с прокурором, о чем свидетельствовал его очередной вечерний звонок начальнику отдела международного сотрудничества ГТРК. Вот текст служебной записки Курковой, излагающей позицию Сыроежина:

«Служебная записка Курковой от начальника международной службы Каратаева.

10 марта (вечером) у меня дома раздался телефонный звонок. Звонил М. И. Сыроежин. Он сказал мне, что желает объяснить ситуацию, которая сложилась вокруг него. Т. к. мы с ним одного возраста, и я его смогу понять, он решил связаться со мной. Он сообщил, что находится в Австрии и лежит в больнице, т. к. у него повреждена печень. Когда он находился в командировке в Москве, на него напала группа неизвестных лиц и избила, взяв документы, которые были с ним. После этого, находясь в шоке от нанесенных повреждений, он выехал в Австрию, где уже узнал, что вокруг его имени сложилась ненормальная ситуация. Сыроежин сообщил мне, что хотел бы вернуться работать на ТВ, но сначала ему надо знать о том, что конкретно ставят ему в вину. Он попросил поговорить с Б. А. Курковой, чтобы она объяснила и прояснила все о вине М. И. Сыроежина, если эта вина имеется. Он сказал мне, что его хотят сделать крайним в истории, в которой вина лежит на самом руководстве ГТРК, что он лишь стал заложником данной ситуации, и его решили использовать, не ставя даже в известность. Он сообщил, что очень крупные силы заинтересованы в отставке Курковой с данного поста, о которых мы и не знаем, а он «маленький» человек и хочет нормальной и спокойной жизни. Я ему предложил все это рассказать в С-Петербурге во всех полномочных инстанциях, которые занимаются этой проблемой в данный момент. Сказав, что я не знаю всех нюансов этого дела, я пообещал передать этот разговор Б. А. Курковой. Я еще добавил, что в качестве государственного служащего ГТРК не уполномочен заниматься этими делами.

Вчера (11 марта) мне перезвонил М. И. Сыроежин, чтобы узнать реакцию Б. А. Курковой на его звонок. Я ему сообщил, что Б. А. Куркова не желает общаться с ним таким образом. Что она ему предлагает явиться в С-Петербург и дать объяснения во всех необходимых инстанциях. Он еще раз повторил, что против Б. А. Курковой играют очень крупные силы, которые рано или поздно добьются своего, убрав ее с поста председателя. Он же сожалеет, что его репутация оказалась испорченной. Он выразил готовность уволиться из ГТРК, передав заявление по факсу. Он также сообщил, что на следующей неделе пришлет свои объяснения по факсу. Он выразил желание явиться в С-Петербург, чтобы прояснить ситуацию и сохранить свое честное имя. Также он считает, что во всех финансовых «махинациях» виновен Е. В. Никольский. Подпись.

12.03.94».

Вечером в гостинице мы, члены комиссии, подвели итоги первого дня работы. Мне сообщили, что Сыроежин принят на работу в ГТРК незаконно. В штатном расписании компании на день его приема на работу все должности заместителей Председателя ГТРК были заняты. Вызвало удивление у члена комиссии, что Сыроежину сразу было предоставлено право первой подписи финансовых документов. Другой член комиссии сообщил еще более интересную информацию. Оказывается, как следует из финансовых документов, ГТРК в 1993 году из городского бюджета получила значительную сумму в валюте на покупку телевизионного оборудования, и на сегодня вся эта сумма перечислена в США, а закупленное оборудование в компанию не пришло.

Я попросил срочно оформить запрос по этой сделке, получить текст подписанного контракта и выяснить все по фирме в США, которой поручено было закупить оборудование. Одновременно дал команду утром подготовить запросы за моей подписью в соответствующие структуры города с целью получить учредительные документы по фирме Михайлова, сведения о движении денежных средств на ее счетах и уплате налогов.

На следующий день утром я был уже у ворот арки, ведущей на территорию Смольного института, где располагалась мэрия города.[3]

Здесь меня уже ждал Правдюк В. С., как оказалось, нам надо было преодолеть четыре уровня охраны, чтобы попасть в приемную мэра. Первый — при входе на территорию Смольного, второй — при входе в здание, третий — при выходе из лифта на этаже, где располагалось руководство города, и четвертый — при входе в приемную мэра, при этом права прохода в приемную у Правдюка В. С уже не было, и он остался ждать меня в коридоре.

В приемной очень обаятельная секретарша попросила меня минут пять подождать, пока не выйдет от мэра посетитель. Все так и произошло, секретарь пригласила следовать за ней, и я, к великому удивлению, оказался еще в одной приемной, где располагалась охрана мэра в штатском, но вооруженная автоматическим оружием. В кабинет я вошел уже один, секретарь передо мной просто открыла дверь. Кабинет был огромных размеров, со старинными картинами на стенах.

Собчак Анатолий Александрович был демократичен. Вышел из-за стола, поздоровался за руку, пригласил сесть за отдельный столик, через связь с секретарем попросил для меня кофе (по моему согласию). Я был с ним предельно откровенен. Рассказал об итогах первого дня работы комиссии, встрече с прокурором города, высказал предположение, что против Курковой была организована провокация, и пока все факты указывают, что ее организовал Сыроежин. Мэр внимательно слушал, комментариев от него не последовало. Только сказал, что работе комиссии Контрольного управления он готов оказать любую помощь, которая потребуется, и секретарь в приемной на мои звонки будет реагировать немедленно, обеспечив с ним связь, где бы он ни находился. Я обещал информировать его о результатах работы комиссии, как промежуточных, так и окончательных перед отъездом комиссии в Москву. На этом и расстались.

У подъезда ГТРК меня опять ждали журналисты. Пришлось отвечать на вопросы. Я решил, что уже настало время публично сообщить: на основании изучения уже просмотренных документов комиссия сомневается в версии о взятке. Исчезновение из города Михайлова и заместителя Курковой Сыроежина позволяет предположить, что они организовали провокацию против Курковой, при этом Сыроежин — организатор этого процесса. Пресса была удовлетворена этим моим заявлением и бросилась готовить срочные сообщения в свои газеты, радиостанции, телепрограммы. Цель моего заявления прессе была одна: перенести обсуждение, была взятка или нет, в режим гласности, чтобы предостеречь правоохранительные органы от поспешных действий.

А. А. Собчак и Б. А. Куркова (фотография от photoxpress/ru)

В мое отсутствие члены комиссии успешно поработали и мне передали много интересных документов и важной информации. Так, например, еще один первый заместитель Курковой, Никольский, отвечающий за финансовую политику компании (но без права первой подписи, в отличие от Сыроежина), направил на мое имя следующую служебную записку:

«На ваш запрос от 13.03.94 г. могу сообщить следующее:

1. От руководства ГТРК «Петербург — 5 канал» переговоры с АОЗТ «Коммерческий центр ТВ и Радио Санкт-Петербурга» вел зам. председателя компании Сыроежин М. И. Представил на визирование и подпись лично М. И. Сыроежин 24.02.94 г. в кабинете Б. А. Курковой, где кроме него находились директор Экономической дирекции Н. М. Петренко и я. После прочтения и выяснения некоторых изменений Н. М. Петренко и я завизировали этот проект договора, а затем тут же этот договор был подписан Б. А. Курковой. Затем он был зарегистрирован за № 41 от 24.02.94 г. Мотивы по установлению скидки в размере 35 % изложены мною в отдельной «Справке», прилагаемой к моему ответу.

2. Практических действий по договору № 41 от 24.02.94 г. с АОЗТ «Коммерческий центр ТВ и Радио Санкт-Петербурга» или каких-либо взаимных расчетов ни с нашей стороны, ни в наш адрес не производились.

3. Поскольку договор № 41 предусматривает начало его выполнения с начала перечисления в наш адрес со стороны АОЗТ предоплаты в размере около 180 млн руб. и представления нам рекламных материалов, то в настоящее время договор в действие не вступил.

В связи со сложившимися обстоятельствами нами подготовлено письмо в адрес АОЗТ о расторжении этого договора.

4. Указать помещение, где располагается АОЗТ, а также кто и как получает для него корреспонденцию, мы не можем, т. к. распоряжений или каких-либо действий по решению этих вопросов нами не принималось.

Первый зам. председателя Е. В. Никольский (подпись)

Приложение к ответу на запрос от 13.03.94 г.:

СПРАВКА

Принципы реорганизации рекламно-коммерческой деятельности ГТРК «Петербург — 5 канал» были утверждены приказами Председателя от 1 ноября 1993 г. № 369-П и от 16 декабря того же года № 439-П.

В соответствии с этими приказами вся коммерческая и рекламная деятельность компании концентрировалась в Объединенном коммерческом центре (ОКЦ), директором которого был назначен Архипов Н. А., а заместителю председателя Компании Сыроежину М. И. вменялось в обязанность координировать и контролировать деятельность ОКЦ и других подразделений компании, участвующих в рекламной и коммерческой деятельности.

Расценки на размещение рекламы на телевидении и радио определены приказом по компании от 16.02.93 г. № 439-П и поставлены в зависимость от времени выдачи ее в эфир, а для рекламы, размещаемой внутри передачи, — в зависимости от рейтинга передачи, что, естественно, определяет объем и состав аудитории зрителей телевидения и слушателей радио.

В соответствии с уровнем инфляции указанные выше расценки меняются приказами по компании. Тем же приказом от 16.03.93 г.№ 439-П определяются скидки для рекламодателей, поставленные в зависимость от объема размещаемой рекламы.

Скидки для рекламных агентств, являющихся оптовыми поставщиками рекламы для размещения на нашем канале, тем же приказом поручается устанавливать руководству ОКЦ.

В соответствии с этим поручением руководство ОКЦ разработало типовой договор с рекламным агентством, в котором в п. 2.1.3 определяются скидки в зависимости от объема размещаемых в течение месяца рекламных материалов:

— при объеме от 50 млн руб. до 100 млн руб. в месяц скидка предоставляется в объеме 25 %;

— при объеме от 100 млн руб. до 150 млн руб. в месяц скидка предоставляется в объеме 35 %;

— при объеме свыше 150 млн руб. в месяц скидка предоставляется в объеме 45 %.

Установление указанных скидок определялось исходя из установленной 15 %-ной скидке в виде агентского вознаграждения, что является общепринятой нормой для всех рекламных агентств. Скидка свыше 15 % определяется формой оплаты, а так как этим же типовым договором форма оплаты устанавливается предварительная, то тем самым предоплата приравнивается к одной из форм кредитования, а, как известно, процентные ставки на кредитные ресурсы зависят от сроков и объемов кредитования.

Если учесть вышеизложенное, то станет ясным, что эти кредиты компании предоставлялись по следующим ставкам:

— при объеме от 50 млн руб. до 100 млн руб. при ставке 10 % в месяц, или 1200 % годовых;

— при объеме от 100 млн руб. до 150 млн руб. при ставке 20 % в месяц, или 240 % годовых;

— при объеме свыше 150 млн руб. при ставке 30 % в месяц, или 360 % годовых.

Если проанализировать процентные ставки по кредитам коммерческим банкам, то можно прийти к выводу, что предоставляемые скидки не превышают этих процентных ставок.

Первый зам. председателя ГТРК Н. Е. Никольский (подпись)».

Была получена и вся информация про фирму Михайлова. Налоговая инспекция сообщила, что после постановки на учет АО «Коммерческий центр ТВ и Радио Санкт-Петербурга» никакой деятельности не вело, налоги не платило, рублевые и валютные счета в банках не открыты.

Самое интересное было в учредительных документах акционерного общества. АО «Коммерческий центр ТВ и Радио Санкт-Петербурга» оказалось дочкой корпорации из США, владельцем которой была жена Сыроежина (Потемкина). Сам процесс регистрации АО вызывал дополнительные вопросы. Две уполномоченные организации мэрии города, Комитет по внешним связям и Регистрационная палата, на основании письма Потемкиной (подпись была заверена нотариусом США) без лишних вопросов зарегистрировали АО. Не вызвало у чиновников мэрии удивление, что АО регистрируется по адресу ГТРК, а корпорации в США присвоила себе в названии право представлять телевидение и радио города — корпорация «ТВ и Радио Санкт-Петербурга». Можно предположить, что вопросов не было, так как все согласовано заранее.

Другой пакет документов раскрывал подробности с предполагаемой покупкой телевизионного оборудования ГТРК за валюту в США. В полученном контракте на приобретение оборудования продавцом значилась уже знакомая корпорация «ТВ и Радио Санкт-Петербурга». Ситуация с Курковой приобретала другой смысл. Вся операция по обвинению ее во взятке началась сразу после перечисления ГТРК почти двух миллионов долларов США на фирму жены Сыроежина. Была получена и еще одна интересная информация из трудовой книжки Сыроежина. Оказывается, до зачисления в штат ГТРК Сыроежин работал на фирме, тоже принадлежащей Михайлову, которая по информации налоговой службы никакой деятельностью не занималась, как и корпорация «ТВ и Радио Санкт-Петербурга» (фирмы однодневки, по-современному).

Пришлось опять немедленно встречаться с Курковой и задавать ей неприятные вопросы уже не только про Сыроежина, но и о бюджетных деньгах, которые ей были доверены и «зависли» в США. Да и сам контракт вызывал массу вопросов. Почему именно США, из каких соображений определен именно этот поставщик, почему в контракте не указаны сроки поставки оборудования и, главное, почему сразу переведена вся сумма по контракту, бес всякой информации, что оборудование найдено и только ждет оплаты.

Разговор состоялся тяжелый. Были даже женские слезы. Как оказалось, во всем виноват Сыроежин. Втерся в доверие Курковой и ее мужа. Не только за счет личного обаяния и давно дружеских отношений с его отцом (жили на одной лестничной площадке), но и практическими делами. Наладил коммерческую деятельность ГТРК, договорился (!) о выделении денег на переоснащение компании современным оборудованием, взял на себя хлопоты по его покупке. Предложил мужу организовать помощь по спасению его газеты. Кто же знал, что он на такие подлые поступки способен.

Мне пришлось объяснить Председателю ГТРК, что это все «лирика». На всех документах стоит ее подпись, а не Сыроежина, и если она не вернет деньги на счет компании или не закупит оборудование, что в этой ситуации сомнительно, то ей грозит арест совсем по другой статье уголовного кодекса. Реакция Курковой последовала сразу. По телефону она дала команду немедленно подготовить письма в корпорацию «ТВ и Радио Санкт-Петербурга» о состоянии с выполнением контракта на закупку оборудования (письмо вернулось через несколько дней с пометкой: «Адресат выбыл, новый адрес не известен») и в банк «Chase Manhattan Bank» с просьбой заморозить финансовые средства, перечисленные на закупку телеоборудования (контракт № 265 от 16.12.93) на счет «ТВ и Радио Санкт-Петербурга» и вернуть деньги на счет ГТРК (ответ из банка пришел 15 марта, смысл ответа: обращайтесь в свой банк, а он уже запросит возврат ваших денег, дополнительно сообщалось, что телефон указанной компании отключен и в телефонном справочнике не значится).

Необходимо отметить, что Бэлла Алексеевна была со мной не до конца искренна. В последующем стало известно, что она по каким-то соображениям ранее переводила часть денег на закупку оборудования из США в Великобританию, а потом даже на Кипр, пыталась их перевести на фирму своего начальника коммерческого центра Архипова, а потом снова все деньги вернулись в корпорацию в США. Кто руководил этими ее действиями или кто-то подделывал ее подписи, мне осталось неизвестно.

После такой нервной беседы я решил пойти пообедать в столовую ГТРК. Еще в первый день работы комиссии Куркова предлагала мне кормить членов комиссии в отдельном помещении с обслуживанием официантами, была проявлена и забота о досуге членов комиссии вечером, были предложены билеты в театры на выбор. Я отказался от всех этих привилегий, предупредив членов комиссии, чтобы они были бдительны и отказывались от любых подобных предложений.

Интуиция меня не подвела, после отъезда комиссии для полной финансовой ревизии ГТРК прибыла из Москвы комиссия контрольно-ревизионного управления Минфина России. И, как мне потом, через два года, рассказал один из членов этой комиссии, ему лично была поставлена задача найти незаконное расходование средств ГТРК на членов комиссии Контрольного управления и квалифицировать это как взятку за положительные результаты проверки (это указывает, что в операции по обвинению во взятке Курковой Сыроежин был простым исполнителем, что он и сам признавал). Поиски увенчались успехом, было обнаружено, что вечером, когда члены комиссии оставались работать в ГТРК, им приносили чай и кофе с бутербродами за счет компании. Это «криминальное» нарушение попало в материалы проверки КРУ Минфина России, и даже была попытка вызвать меня на допрос по этому эпизоду к следователю в Санкт-Петербург.

В зале столовой ГТРК было самообслуживание, я набрал на поднос еды, заплатил, сел за свободный столик, и тут ко мне, тоже с подносом, подсел уже известный тележурналист Лобков Павел Альбертович, корреспондент службы информации НТВ (делал сюжеты для информационных программ «Сегодня», «Намедни» и «Итоги»).

Попросил разрешения вместе пообедать и стал просить дать интервью для вечерника новостей в программу «Сегодня». Я решил рискнуть, понимая, что эти действия в Контрольном управлении не одобрят, и я нарушаю служебные инструкции. Договорились, что камера вначале зафиксирует работу членов комиссии с документами, а потом я под камеру минут пять расскажу про «дело» Курковой.

Так после обеда все и произошло. В комментариях я сказал, что проверка ГТРК плановая, до этого проверяли телевизионную компанию «Останкино», на проверку наложился эпизод по обвинению во взятке Председателя ГТРК. Но изучение документов показало, что на самом деле это хорошо организованная провокация против Курковой, и ее организаторы — Сыроежин и Михайлов — от правоохранительных органов скрываются. Про контракт на поставку телеоборудования ГТРК я ни в этом, ни в других, последующих интервью прессе не упоминал. Тема была слишком опасна для публичного обсуждения.

После интервью настало время приема посетителей. Первый, кто вошел в мой временный кабинет, был народный артист СССР Басилашвили Олег Валерианович. Я, конечно, растерялся от визита такого гостя. Сели за журнальный столик, сказал, что лишен возможности предложить ему кофе, сам нахожусь в гостях. Спросил, чем вызван такой необычный визит, уже догадавшись о теме разговора. Дальше все было очень неинтересно. Олег Валерианович голосом просителя стал уверять меня, какой замечательный человек Белла Куркова, и просил защитить ее от нападок недоброжелателей. Я даже немного разозлился. Сказал, что удивлен его визитом. Комиссия Контрольного управления настроена на установление истины этого неприятного события. И факты показывают, что это организованная провокация против Курковой. И рекомендовал Басилашвили, учитывая его заслуги и популярность в стране, выступить публично в поддержку Курковой в этот сложный для нее период (хотел добавить: а не быть просителем), но не стал. На этом и расстались.

Были и другие посетители. Большинство из них — явно «засланные казачки», хвалили руководство компанией Курковой и сокрушались, что есть люди, которые ее не любят. Вторая категория посетителей жаловались на неправильную редакционную политику ГТРК, ликвидацию многих, по их мнению, интересных программ ради сокращения кадров и расправы с неугодными сотрудниками. Критике подвергалось и распределение средств от коммерческой деятельности ГТРК в интересах узкой группы лиц, приближенных к председателю компании. Про редакционную политику я отвечал, что комиссия Контрольного управления не уполномочена ее оценивать, а по использованию денежных средств в компании обещал, что проверим.

Дабы полностью быть уверенным, что задание Руководителя Администрации Президента России будет выполнено, мне необходимо было еще встретиться с руководством ГУ МВД города. Я позвонил Представителю Президента России по Санкт-Петербургу и попросил завтра наутро организовать такую встречу. Интересно было поведение Представителя Президента, он совершенно не интересовался результатами работы комиссии, вел себя как-то отрешенно, но все просьбы выполнял не отказывая. Вторым звонком я попросил секретаря мэра организовать мне встречу с ним на завтра во второй половине дня. Мне пообещали попробовать.

Вечером в гостинице я посмотрел на себя в программе «Сегодня» на НТВ. Лобков не обманул, все было показано, как договорились, не считая выкинутых некоторых фрагментов моего интервью, которые не исказили смысл. Но мне было очень тревожно, какой окажется реакция моего руководства (общение с прессой без разрешения начальника Контрольного управления сотрудникам было запрещено), и не менее важно, как станут теперь действовать организаторы «наезда» на Куркову, не будет ли прямой расправы со мной. Но следовало готовиться к утренней встрече с милицейским руководством города. Я решил нарисовать графическую схему событий, с датами регистрации всех фирм Сыроежина и Михайлова, стрелочками изобразил движение денежных средств, тоже с датами, и в части закупки телевизионного оборудования и денег, переданных мужу Курковой.

Получилось очень наглядно, а даты событий подтверждали версию умышленной дискредитации Курковой. Пришлось только рисовать два экземпляра, для передачи в ГУ МВД и для себя, копия могла еще пригодиться.

Утром позвонил Представитель Президента России и сообщил, что руководитель милиции города в командировке в Москве, а меня примет на Литейном проспекте его заместитель, пропуск заказан. Почти сразу последовал звонок из Москвы. Звонил Рыбаков Игорь Юрьевич. Вкрадчиво спросил, как идет проверка ГТРК. Я ответил, что телефон прослушивается и мне не хотелось бы по нему сообщать подробности. Последовало язвительное: «А от прессы у вас секретов нет? Кто вам дал право давать интервью без разрешения руководства?» Я ответил, что не было другого выхода. Последовало: «Я вам найду выход сразу после возвращения в Москву». Разговор был окончен. Мои опасения стали сбываться.

Встреча в ГУ МВД с генерал-майором началась с его реплики: «Смело вы вчера выступили по НТВ». Я ответил: «Поэтому и попросил о встрече. Фамилии прозвучали на всю страну, есть вероятность каких-нибудь угроз для членов комиссии и меня лично?» Генерал был откровенен: «Работайте спокойно, все только и ждут, когда комиссия закончит свою деятельность и уедет. Подождем реакцию Москвы на результаты вашей работы, тогда и начнем какие-нибудь действия». На мой вопрос: «Будете ли вы искать Сыроежина?» — последовал удивительный ответ: «А зачем искать, он сидит на правительственных дачах под городом и наблюдает, чем все это кончится».

Я предложил генералу посмотреть мою составленную схему, обратив его внимание, что на ней показаны и значительные валютные бюджетные суммы, которые находятся в распоряжении Сыроежина. Схема ему явно понравилась, он спросил, могу ли я им ее оставить, я согласился. В кабинет был вызван начальник отдела по борьбе с экономическими преступлениями Гудзь А. Н. и получил приказ приобщить мою схему к уже имеющимся материалам. На прощание мне пожелали успехов в работе.

Вернувшись в ГТРК, я зашел к своим коллегам, чтобы выяснить, как проходит проверка. Члены комиссии доложили, что все вопросы программы проверки выполнены, документы изучены, копии с некоторых сняты для отчета, и можно подводить итоги. Меня это вполне устраивало, я считал, что я тоже выполнил свое задание. А справку по результатам проверки надо было обязательно написать до возвращения в Москву и, главное, получить подписи членов комиссии. В Москве члены комиссии могли попасть под «пресс» Рыбакова, и меня могли бы тогда обвинить и в невыполнении проверки ГТРК в целом. Договорились, что все члены комиссии приступают к написанию своих разделов справки на компьютерах, я пишу заключительный раздел, связанный с деятельностью Сыроежина и Михайлова, и предложения по результатам проверки.

Скоро ко мне зашел В. Правдюк и сообщил, что мэр меня ждет, и он готов меня доставить по назначению. Я согласился ехать на его машине, так как потом мы договорились осмотреть строящийся новый комплекс зданий ГТРК. В результатах проверки мы этой стройке тоже уделили внимание как долгострою, но надо было лично убедиться, что дело обстоит так, как мы будем писать в справке.

При входе в Смольный произошел знаковый эпизод. Ко мне подошел сотрудник финансового комитета мэрии (в то время его возглавлял Кудрин Алексей Леонидович), сказал, что он участвовал в проверке мэрией ГТРК до нашего приезда и хотел бы ознакомить меня с материалами их проверки. Договорились встретиться в Смольном, после моей встречи с мэром.

Разговор был короткий, В. Правдюк деликатно пошел вперед и опережал меня перед колоннами Смольного метров на десять. Он неожиданно пошел не ко входу в здание, а свернул за колонну. Когда я подошел к колонне, то услышал: «Товарищ генерал, разрешите доложить обстановку». В это время я вышел из-за колонны и увидел молодого человека, стоящего перед Правдюком по стойке «смирно». Он меня тоже увидел и сразу замолчал. Правдюк все понял, сказал молодому человеку, что он его с кем-то перепутал. Взял меня под руку и предложил: «Пойдемте к мэру, Александр Николаевич».

Я и раньше догадывался, что Виктор Правдюк — не простой человек, а теперь стало ясно, что журналист-генерал играет в операции с Курковой ведущую роль. И это подтвердилось в дальнейшем, когда после отставки Курковой он занял должность Председателя ГТРК «Петербург — 5 канал». Здесь стоит отметить, что и Сыроежин (по информации, полученной намного позже) еще на студенческой скамье стал работать на КГБ, как и многие другие персоны, фамилии которых уже были названы ранее.

На встрече с Собчаком А. А. я выразил опасение, что бюджетные средства города, выделенные ГТРК на приобретение телевизионного оборудования, будут присвоены Сыроежиным. Одновременно я предупредил мэра, что вынужден буду в материалах проверки указать на поспешную регистрацию фирмы Михайлова подразделениями мэрии, без предварительной проверки представленной информации. Вся эта информация явно расстроила мэра. Договорились, что перед отъездом комиссии, предварительно 17 марта, обязательно встретимся и обсудим итоги проверки.

Весь день 14 марта я был вынужден посвятить общению с прессой. Первая половина дня была отдана телевидению. Куркова попросила дать интервью ее телекомпании, одновременно упрекнув меня, что первое мое общение с телезрителями произошло на канале НТВ, а не на «Петербург — 5 канал». Перед эфиром на меня, как положено, наложили грим, в студии включили свет и камеры (эфир был в записи, не прямой). Я в очередной раз опроверг информацию о взятке и рассказал, как готовилась провокация против Курковой. Нового в моей информации ничего не было, и это явно не устроило организаторов моего интервью. Они решили схитрить.

Камера была выключена, но я заметил, что на ней еще горит красная лампочка, запись звука была оставлена. Симпатичная ведущая стала обворожительно мне улыбаться и между разговорами на отвлеченные темы задавать вопросы про Сыроежина и других персон этой истории. Пришлось пойти навстречу обаятельной девушке и дать новую информацию, рассказать про жену Сыроежина, учрежденную ею корпорацию в США, и что фирма Михайлова была «дочкой» этой корпорации. Про деньги на покупку оборудования я распространяться не стал. Вечером это интервью вышло в эфир, и, естественно, на «картинку» было наложено другое звуковое сопровождение, моей неофициальной беседы с ведущей интервью. Я для порядка по этому факту на следующий день устроил маленькую истерику Курковой, она оправдывалась, обещала разобраться и наказать виновных.

Вторая половина дня 14 марта была отдана радио Санкт-Петербурга. Анонс передачи был представлен как прямой эфир с руководителем комиссии Контрольного управления с ответами на вопросы слушателей. На самом деле все было несколько иначе, и я познакомился еще с одной хитрой технологией, уже радиожурналистов. Вопросы были подготовлены заранее, кем-то озвучены и записаны на магнитофон. После записи моего выступления (я повторил несколько в другой редакции свое интервью по телевидению, уже официально дополнив его фактами, изложенными мною без камеры), оператор включал магнитофон, следовал вопрос «радиослушателя», я отвечал, и включался следующий вопрос. Все это потом еще раз подвергалось монтажу на магнитную ленту, редактором передачи тщательно прослушивалось и только после этого выпускалось «в прямой эфир». Как говорит народная мудрость, «береженого бог бережет».

Все дни работы комиссии в прессе, особенно в санкт-петербургских газетах, активно обсуждались события на ГТРК «Петербург — 5 канал». Большинство статей были сравнительно нейтральны и просто сообщали известные факты. Но были и статьи, которые хотели «крови» Курковой, и им очень не нравились мои оценки в прессе этого дела. Вот только некоторые заголовки: «Печальный факт на тормозах», «Дед Мазай и комиссия», «Ничего не вижу, ничего не слышу», «Искусство зализывать».

Все последующие дни, 15 и 16 марта, я вместе с членами комиссии работал над текстом итоговой справки проверки, назвав ее «О предварительных результатах проверки Государственной телекомпании «Петербург — 5 канал»».

Моя активность в прессе не прошла даром. Публичные оценки событий вокруг ГТРК интересовали многих, и прежде всего Куркову, ее мужа, Сыроежина. Похоже, они поняли, что их пассивное поведение ни к чему хорошему не приведет, и начали письменно оправдывать свои действия.

Вот текст объяснения Главного редактора газеты «Невский глашатай» Тареева В. в прокуратуру г. Санкт-Петербурга Томачинскому А. А.

«Прошу приобщить к записанному Вами с моих слов объяснению следующие существенные дополнения, которые я не смог сделать в конце рабочего дня в пятницу 11 марта с. г.

В беседе с Вами я говорил, что переписывал расписку в получении от спонсора двенадцати миллионов рублей для нашей газеты. В записанном тексте этих слов нет. Я говорил, что после получения денег от М. И. Сыроежина, когда я вернулся от него в редакцию, он мне позвонил и попросил написать расписку на полученную сумму. Я написал ее на машинке, на фирменном бланке газеты «Невский глашатай», поскольку деньги предназначались ей, поставил печать и подпись и в конверте, адресованном М. И. Сыроежину, передал расписку человеку, которого он прислал. Примерно через полчаса Сыроежин вновь позвонил и сказал, что в расписке неправильно названа организация-спонсор, и попросил переписать расписку, что я и сделал, переслав уточненный текст с тем же человеком, приехавшим в редакцию на машине. Я считал, что первая расписка не имеет значения как непригодная. К тому же Сыроежину я верил, как сыну известного ученого, честного и порядочного человека, которого я хорошо знал. У меня не было оснований сомневаться в добропорядочности его сына — Михаила Сыроежина, который, как мне казалось, искренне хотел помочь нашей газете. Предполагалось, что сотрудничество наших организаций будет взаимовыгодным. Газета, публикуя материалы о теле- и радиопередачах, расширит круг своих читателей, повысит тираж, а за счет бесплатных публикаций рекламы, предоставляемой спонсором, постепенно вернет вложенные им средства. Теперь же становится очевидным, что вся затея с предоставлением спонсорских средств была спланированной и организованной провокацией.

Подпись. 14.03.1994».

А вот уже обращение Курковой Б. А. в прокуратуру города:

Странно, что эти обращения в прокуратуру были направлены так поздно, только после моих публичных заявлений о роли Сыроежина во всех этих деяниях.

Удостоился я и личного обращения ко мне Сыроежина, в виде полученного заявления по факсу. Вот его текст:

«Председателю Государственной комиссии г-ну А. Н. Семиколенных

от зам. Председателя ГТРК «Петербург — 5 канал»

М. И. Сыроежина

Заявление

Уважаемый Александр Николаевич!

Как я раньше сообщал соответствующим руководителям ГТРК, 1 марта с. г. в результате нападения неизвестных лиц в Москве я перенес травму, в результате которой возникла необходимость лечения и серьезного медицинского обследования.

В связи с возможностями, имеющимися у меня в результате наличия медицинского страхования в Австрии, я выехал за рубеж для консультаций с моими врачами. В настоящее время в связи с улучшением здоровья я приступил к изучению ситуации и попыткам разобраться в причинах, приведших к оскорблению моей чести и достоинства в прессе, для чего будут подготовлены соответствующие документы и материалы, которые я передам по назначению.

К сожалению, в связи с серьезностью перенесенных травм я буду вынужден находиться на обследовании в течение значительного промежутка времени, что не позволит принять личное участие в работе Вашей комиссии.

После выздоровления намерен немедленно вернуться к исполнению своих трудовых обязанностей в ГТРК.

Надеюсь, что под давлением обстоятельств руководство ГТРК не примет решений, делающих мою дальнейшую работу в этой организации невозможной.

С уважением,

М. И. Сыроежин».

Заявление написано корректно, но явно содержит угрозу в мой адрес привлечь меня к ответственности за мои выступления в прессе.

А председатель ГТРК продолжала активно рассылать свои обращения, на этот раз в адрес мэра города и подразделений мэрии:

«Уважаемый Анатолий Александрович! Комитетом по внешним связям мэрии Санкт-Петербурга 20 сентября 1993 года за № АОЛ -5947 было зарегистрировано, как совместное предприятие, акционерное общество закрытого типа «Коммерческий цента ТВ и Радио Санкт-Петербурга».

Данное совместное предприятие зарегистрировано как дочернее предприятие корпорации «ТВ и РАДИО Санкт-Петербурга», расположенной в США (штат Нью-Йорк).

Прошу Вас назначить служебное расследование законности регистрации указанного СП, а также до 18.03.94 г. дать указание направить в ГТРК «Петербург — 5 канал» для Комиссии Контрольного управления Администрации Президента Российской Федерации следующую информацию:

— на каком основании «Коммерческий центр ТВ и Радио Санкт-Петербурга» был зарегистрирован по адресу ул. Чаплыгина, 6, местоположение ГТРК «Петербург — 5 канал»;

— на каком основании приняты к регистрации документы (устав и решение Совета директоров компании), подписанные сотрудником ГТРК «Петербург — 5 канал» Анной Потемкиной, женой заместителя председателя компании Сыроежина М. И., без указания должности и не заверенные печатью корпорации.

Подпись. Председатель Куркова Б. А.

Согласовано. Председатель комиссии

Контрольного управления Семиколенных А. А.».

ПРЕДСЕДАТЕЛЮ КОМИТЕТА ПО ВНЕШНИМ СВЯЗЯМ МЭРИИ САНКТ-ПЕТЕРБУРГА В. В. ПУТИНУ

«Прошу проверить и аннулировать как незаконную регистрацию АОЗТ «Коммерческий центр: ТВ и Радио Санкт-Петербурга», осуществленную по нашему адресу (ул. Чаплыгина, 6) без разрешения руководства ГТРК «Петербург — 5 канал». Об учредителях данного предприятия нам ничего не известно, и никаких документов на выдачу юридического адреса для регистрации предприятия нами не выдавалось.

Одновременно сообщаю, что по данным учета предприятий, зарегистрированных в Петроградском районе и Регистрационной палате мэрии Санкт-Петербурга, АОЗТ «Коммерческий центр: ТВ и Радио Санкт-Петербурга» не значится.

Председатель. Куркова Б. А.».

В письме Курковой мэру города я сознательно поставил свою согласующую подпись. Реакция последовала, своему управляющему делами Собчак А. А. дал указание провести служебную проверку по факту регистрации фирмы Михайлова (резолюция на письме Курковой). Результат проверки был предсказуем, но косвенно подтвердил, что все участники процесса прекрасно знали, что регистрируется фирма, подконтрольная Сыроежину.

Комиссия Контрольного управления завершила свою работу 17 марта. Справка по итогам работы была составлена, подписана всеми членами комиссии. После ознакомления со справкой поставила подпись и Куркова Б. А. Замечаний у нее не было. В разговоре без свидетелей она меня достаточно сердечно поблагодарила, за то, что я спас ее от ареста, и заверила, что деньги обязательно вернет на счет ГТРК. Вот что было отражено на последних листах справки:

«…………………………………………………………………………

Имеющиеся у комиссии документы, установленная хронология событий и действий их участников позволяют предположить, что Сыроежин М. И. использовал свое должностное положение заместителя председателя компании в интересах учрежденных им и его женой коммерческих структур (акционерных обществ). А возникшая в связи с заключением договора о спонсорстве с редакцией газеты «Невский глашатай» ситуация была использована для дискредитации руководства компании.

Возможный материальный ущерб, причиненный Сыроежиным М. И., Михайловым и другими лицами государственному предприятию (компании), точно может быть определен только после полной проверки финансовой деятельности АОЗТ «Сага-Вернер», АОЗТ «ТВ и Радио Санкт-Петербурга», АОЗТ «Прайм», ГТРК «Петербург — 5 канал» (ОКЦ) силами Департамента налоговой полиции России и Контрольно-ревизионного управления Министерства финансов Российской Федерации.

Необходимо отметить, что в процессе работы комиссии Контрольного управления руководством компании были приняты определенные меры по выявленным недостаткам. В частности, приказом № 75 от 16 марта 1994 г. создана рабочая комиссия для расследования и изучения деятельности ОКЦ за период с 01.11.93 по 10.03.94 г., назначено новое руководство ОКЦ компании. Кроме того, подписаны приказы председателя компании по упорядочению вопросов составления и прохождения заключаемых договоров и другой документации, связанной с производственно-хозяйственной деятельностью. Образована комиссия и проводится проверка всей работы отдела кадров. Проводятся мероприятия по выявлению документов о возможных хищениях и причиненного материального ущерба компании. Приняты меры по возврату валютных средств, перечисленных в зарубежный банк по контракту, оформленному М. И. Сыроежиным.

По результатам проведенной выборочной проверки в целях устранения имеющихся недостатков в деятельности ГТРК «Петербург — 5 канал» и совершенствования дальнейшей работы системы государственного телерадиовещания считали бы целесообразным:

1. Правительству Российской Федерации совместно с Федеральной службой России по телевидению и радиовещанию рассмотреть необходимость создания единой Российской корпорации по телерадиовещанию на основе акционерной собственности, предусмотрев при этом в ее составе самостоятельную государственную телерадиокомпанию в г. Санкт-Петербурге.

2. Правительству Российской Федерации рассмотреть возможность проведения инвестиционного конкурса по вопросам инвестирования строительства аппаратно-студийного комплекса по адресу г. Санкт-Петербург, проспект Испытателей, 5 на условиях завершения первой очереди строительства в 1994 году, с последующей эксплуатацией как федеральной собственности и передачи возможности совладения второй очереди строительства победителю конкурса на согласованных условиях.

3. Федеральной службой России по телевидению и радиовещанию представить на утверждение проект нового положения о компании, предусмотрев в нем реорганизацию системы управления компанией с предоставлением Совету компании полномочий по руководству процессом телерадиовещания, творческими коллективами (или подразделениями) и назначения исполнительной дирекции компании с передачей ей функций хозяйственной и коммерческой деятельности.

4. Госкомимуществу России заключить с компанией договор о закреплении за ней федерального имущества на праве хозяйственного ведения с определением конкретных обязательств по целям его использования.

5. Материалы, касающиеся хозяйственных отношений ГТРК «Петербург — 5 канал», АОЗТ «ТВ и Радио Санкт-Петербург», корпорации «ТВ и Радио Санкт-Петербург» (США), направить для рассмотрения в Генеральную прокуратуру Российской Федерации.

6. Материалы проверки направить Федеральной службе России по телевидению и радиовещанию и ГТРК «Петербург –5 канал» для принятия мер».

В справке была выдержана стратегия проверки ГТРК. Проверяли компанию, а проблема с Сыроежиным совпала с проверкой. И этот эпизод попал в результаты проверки, но наравне с другими проблемами. Но для руководителя Администрации Президента России я лично готовил уже другой документ, полностью посвященной тандему Куркова — Сыроежин.

В этой справке мною была изложена информация, полученная по технологии, которую я применял и в других многочисленных последующих проверках. Вот некоторые из них. Проверка должна проходить открыто для руководства проверяемой организации, обо всех выявляемых нарушениях, недостатках в работе они должны своевременно информироваться и иметь возможность в течение времени проверки принять меры по их устранению. Вся эта информация обязательно отражается в материалах проверки.

У каждого объекта проверки обычно существуют нерешенные вопросы, зависящие от решений вышестоящих органов. Я предлагал руководству их письменно сформулировать для меня, и, если проблемы действительно имели, по моему мнению, государственное значение, включить их в материалы проверки как рекомендации федеральным органам исполнительной власти.

Этим я решал сразу две задачи. С руководством проверяемых организаций сохранялись нормальные, уважительные отношения, которые потом иногда приносили мне и карьерные успехи после занятия этими руководителями высоких должностей на федеральном уровне. Как правило, моими материалами проверки был доволен и начальник Контрольного управления. Можно было докладывать о проведенных проверках Президенту России с акцентом на решение имеющихся проблем на государственном уровне, а не просто с предложениями о наказании виновных, чем заканчивалось большинство контрольных мероприятий.

Утром, в день отъезда 18 марта, мне предстоял еще визит к Собчаку А. А. Когда миновал ставшие уже привычными уровни охраны, меня сразу проводили в кабинет мэра. Он попросил дать почитать итоговую справку по материалам проверки. Дал указание принести мне кофе, сам сел за свой рабочий стол и стал внимательно, не торопясь, читать документ, периодически просматривая и бумаги, приложенные к справке. И вдруг я боковым зрением заметил, что один из приложенных документов Анатолий Александрович быстро и ловко убрал куда-то под рабочий стол. После ознакомления с материалами мэр попросил разрешения снять с их копии, я разрешил. Секретарь достаточно быстро сделала это и подлинник вернула мне. Не прерывая начатый разговор с Собчаком А. А. о перспективах возврата денег из США, я быстро просмотрел приложение и не обнаружил копию свидетельства о регистрации фирмы Михайлова службами мэрии.

Далее состоялся короткий диалог. Я сказал: «В приложении не хватает одного документа. Вы мне его не вернете?» Мэр спокойно ответил: «А он вам очень нужен?» Мой ответ: «Нужен, но я готов гарантировать, что он не попадет в прессу и не будет использован в каких-то других целях». После этого документ был извлечен из ящика стола и возвращен мне. На этом мы и расстались, чтобы через сравнительно небольшое время снова встретиться с уже бывшем мэром в кабинете начальника Контрольного управления Путина Владимира Владимировича.

В поезде коллеги сообщили мне неприятную информацию. Начальник Контрольного управления Зайцев В. Я. ушел в недельный отпуск, и его замещает Рыбаков И. Ю. В Москве я уже не ждал для себя ничего хорошего, но надо было не терять надежду на благоприятный исход этой командировки.

После нашего отъезда в газеты Санкт-Петербурга была передана и опубликована 19 марта информация пресс-службы представителя Президента Российской Федерации в Санкт-Петербурге следующего содержания: «Комиссия Контрольного управления Президента Российской Федерации по проверке деятельности Государственной телерадиокомпании «Петербург — 5 канал» закончила предварительное изучение материалов и отбыла в Москву для подготовки предложений об улучшении деятельности телерадиокомпании. Комиссия считает необходимым направить в Генеральную прокуратуру России материалы о совместной деятельности Акционерного общества закрытого типа «ТВ и Радио Санкт-Петербург» и Государственной телерадиокомпании «Петербург — 5 канал»».

Утром в понедельник 21 марта я пришел на работу пораньше. Подготовил служебную записку на имя Рыбакова И. Ю. о выполнении командировочного задания, к ней приложил служебную записку Руководителю Администрации Президента России с докладом о завершении проверки ГТРК «Петербург — 5 канал» с материалами проверки (информацию о проверке и справку о предварительных результатах проверки). Все зарегистрировал в установленном в Контрольном управлении порядке и сам отнес в приемную Рыбакова И. Ю. на доклад. Секретарь обещал отдать мои документы начальнику в первую очередь. Оставалось только ждать, что произойдет.

В информации для Филатова С. А. я указал, что комиссии было не так просто работать, и косвенно объяснил необходимость моих контактов с прессой: «…По времени проверка совпала с заключительным этапом предвыборной компании по выборам в местные органы власти г. Санкт-Петербурга и началом рассмотрения городской прокуратурой обращения некоторых депутатов Государственной Думы Федерального собрания Российской Федерации (Илюхин В. И., Крючницкая Е. С., Егоров А. К.) о предполагаемых финансовых злоупотреблениях на телевидении Санкт-Петербурга. Указанные события вызвали повышенное внимание представителей прессы к работе комиссии и создали дополнительные трудности в выполнении возложенных на нее функций…»

В информации я также несколько раз показал вину Курковой в том, что произошло, и намекнул на необходимость ее замены: «…Комиссия считает, что данные факты свидетельствуют о серьезных финансовых злоупотреблениях заместителя председателя компании М. И. Сыроежина в личных интересах и практически полном отсутствии контроля за финансовыми операциями компании со стороны председателя компании Б. А. Курковой…» «…Одновременно действия Михайлова В. Г., связанные с направлением письма с косвенными обвинениями председателя компании Б. А. Курковой о вымогательстве взятки, не в адрес прокуратуры, а на имя депутата Госдумы Российской Федерации определенной политической ориентации, по мнению членов комиссии, свидетельствует об использовании явных просчетов в руководстве Компании со стороны Б. А. Курковой в политических целях…»

В заключении информации я написал, что руководство ГТРК явно нуждается в укреплении кадрового состава.

Интересно, что и секретарь Рыбакова, и встречающиеся в коридорах сотрудники Контрольного управления смотрели на меня, как на приговоренного к смерти. Специалисты моего сектора тоже были притихшими. Пришел начальник отдела, вызвал на разговор в коридор и сообщил по секрету, что на меня уже готов приказ на увольнение, но юристы отказались его визировать, пока я находился в командировке. Я сказал, что судьба переменчива, посмотрим, что будет завтра, по моему мнению, оснований на увольнение нет. А вот премию за выполнение особо важного задания члены комиссии явно заработали.

Три дня было тихо, я изучал пришедшую в мое отсутствие почту, другие документы. А в это время в Санкт-Петербурге происходили интересные события. Сыроежин дождался отъезда комиссии и опять стал успешно заманивать в свои «сети» Куркову Б. А., притом заочно, через обычную переписку. Действовал достаточно умно, первым делом он признал, что была провокация со взяткой против Курковой, но он тут ни при чем. А Михайлов виноват, но его заставили. Затем ему надо было выиграть время и не допустить возврата денег из США в Санкт-Петербург, пока он не соберет всю сумму средств, выделенных на покупку оборудования, на свою другую фирму в США, владельцем которой уже был он сам, а не жена.

И Куркова всему этому поверила (а может, заставили поверить?), послушно согласилась перезаключить контракт на фирму Сыроежина, обеспечила перевод на нее соответствующих средств и долго ждала поставки в очередной раз обещанного Сыроежиным телеоборудования, пока не случилась ее отставка с должности Председателя ГТРК.

Вот текст этих уникальных посланий Сыроежина:

«21.03.94.

Служебная записка Курковой от начальника международной службы Каратаева

Сегодня (21 марта 1994 г.) в 13–00 (приблизительно) мне позвонил М. Сыроежин. Он мне сообщил, что вчера вечером выслал факс, который объясняет ситуацию с деньгами, переведенными в США на фирму «ТВ и Радио Санкт-Петербург». Он попросил еще раз поговорить с Б. А. Курковой, чтобы у него появилась возможность общения с ней, т. к. она, Е. В. Никольский и М. Сыроежин попали в эту историю вместе. М. Сыроежин присланными документами показывает, что главным инициатором всех этих дел является Н. А. Архипов.

Весь скандал со «взяткой» был устроен им специально, чтобы имелась возможность «под шумок» украсть эти деньги. Но это Н. Архипову не удалось, т. к. Сыроежин принял меры, чтобы уберечь эти деньги. Он сейчас хотел бы вместе с Б. А. Курковой окончательно решить вопрос этих денег, чтобы сохранить свое честное имя. Он надеется, что Б. А. Куркова понимает всю сложность ситуации и пойдет на контакт с ним. М. Сыроежин сообщил также, что он опасается за свою жизнь, т. к. сейчас он очень важный свидетель. Он думает, что в Москве на него напали люди Архипова.

Ситуацию с техникой он изложил в факсе.

Он еще мне сообщил, что он перезвонит сегодня вечером домой, чтобы узнать результат моего разговора с Б. А. Курковой.

Подпись».

«22.03.94.

Служебная записка Курковой от начальника международной службы Каратаева

Вчера мне вечером (как обещал) домой позвонил М. И. Сыроежин. Я ему передал, что Б. А. Куркова согласна будет с ним говорить только при условии, если он полностью переведет деньги ГТРК обратно в С-Петербург на счет компании или представит оригиналы договоров на покупку тех. средств на необходимую сумму, пришлет с почтой в теч. 2-х дней (DHL). Он согласился с этим условием. Сыроежин также обещал мне прислать на факс подтверждение почтовой отправки. Он мне сообщил, что нашел В. Михайлова, который сейчас находится в Англии. В. Михайлов ему рассказал, что его заставили написать письмо г-ну Марычеву и в прокуратуру, сказав, что Сыроежина убили, а он должен это сделать, если хочет жить. Сейчас, по словам Сыроежина, Михайлов готов написать заявление, что сделал это под угрозами и нажимом. Сыроежин также сообщил, что угроза физической расправы с ним сократилась на 50 %, т. к. у Н. Архипова и К° нет денег на это. Деньги на Кипр он (Архипов) не получил. Г-н Архипов, его жена, А. Рудашевская (ген. директор АОЗТ «Прайн»), находятся, по словам М. Сыроежина, в данный момент на Кипре, ожидая перевода денег из Англии (имел в виду деньги ГТРК). М. Сыроежин очень хотел бы поговорить с Б. А. Курковой, предварительно доказав свою невиновность присланными документами. Он хотел бы вернуться на работу в ГТРК, если это будет возможно, или, хотя бы, уйти по-человечески, сохранив честное имя. Сыроежин сказал, что позвонит мне в четверг вечером.

Подпись».

«22.03.94.

Привет, Сергей!

Слава богу, счетоводы в банке не подвели. Заказ на оборудование, сделанный в начале февраля, выполнен, готов к отправке, и весь шум — понапрасну.

Надеюсь, хотя бы по этому поводу страсти улягутся.

Занимаюсь подготовкой отчета по американской фирме. Сегодня вечером или ночью вся «тайна» платежей и поставок будет готова к отправке. Фирмы, получившие заказ, также напрямую обратятся в ГТРК, так как до этого никто из них и не подозревал о напряженности по этому вопросу.

Хочется верить, что данная тема будет исчерпана в течение 2-х дней.

С дружеским приветом.

Подпись».

«23.03.94.

Служебная записка Курковой от начальника международной службы Каратаева.

Вчера вечером (22 марта 1994 г.) мне позвонил домой М. Сыроежин. Он попросил передать Б. А. Курковой, что первую партию документов он выслал на ее имя. Вторую партию он вышлет 23 марта. Квитанцию об отправке он вышлет факсом. М. Сыроежин надеется, что Б. А. Куркова все получит в пятницу или в понедельник.

После получения этих документов о поставке тех. средств на ГТРК он хотел бы поговорить с Б. А. Курковой, т. к. присланные документы будут доказывать его невиновность, чтобы иметь возможность приехать в С-Петербург. Я ему сказал, что все это передам Б. А. Курковой. Он мне пообещал перезвонить.

Подпись».

А вот хронология успешного завершения операции, проведенной Сыроежиным при удивительной доверчивости Курковой:

25.03.94–30.03.94

Переписка по факсу между ГТРК и фирмой «VN Express Inc» (США) о составе поставляемого оборудования и условиях поставки.

06.04.94

Информация из США, что деньги по контракту № 265 от 16.12.93 перечислены от корпорации «ТВ И Радио Санкт-Петербург» в адрес «VN Expess».

12.05.94

Письмо ГТРК (Куркова) в адрес мэра Нью-Йорка с просьбой оказать помощь в розыске Сыроежина М. И. и исполнение фирмой «VN Expess» обязательств по поставке телевизионного оборудования.

13.05.94

Письмо ГТРК в адрес фирмы «Jojan consultants Ltd» с просьбой подтвердить факт перевода финансовых средств в адрес «VN Express» по исполнению контракта № 265 от 16.12.93.

01.06.94

Письмо ГТРК в адрес фирмы «VN Expess» с требованием осуществить поставку оборудования либо вернуть деньги.

03.06.94

Претензия в адрес фирмы «VN Expess» в связи с неисполнением договора по поставке оборудования.

04.06.94

Председатель ГТРК Б. А. Куркова освобождена о должности по собственному желанию.

Все это было потом, а пока я ждал реакции руководства на результаты проверки ГТРК. И дождался, утром 25 марта меня вызвал начальник отдела и передал указание Рыбакова подготовить письмо в Генеральную прокуратуру по результатам проверки ГТРК за подписью начальника Контрольного управления Зайцева В. Я. и к нему приложить информацию уже за моей подписью с описанием полученных комиссией во время проверки документов, имеющих отношение к Сыроежину, и все их тоже приложить к письму. Стало понятно, что мое увольнение не состоялось.

Потом мне удалось узнать, как развивались события в эти прошедшие дни. В понедельник 21 марта Куркова Б. А. позвонила Филатову С. А., поблагодарила за работу комиссии Контрольного управления и спросила его оценку материалов проверки. А Сергей Александрович их и не видел. Рыбаков их прочитал и сидел размышлял, что делать дальше. После звонка Филатова С. А. с вопросом, где материалы работы комиссии, ему пришлось срочно все подписать и фельдсвязью направить Руководителю Администрации Президента России. Наверное, дня два Филатов материалы внимательно изучал, с кем-то советовался, а потом принял положительное решение по представленным мною предложениям. И сам 28 марта передал справку по результатам проверки ГТРК в Генеральную прокуратуру.

Письмо в Генеральную прокуратуру на имя и. о. Ильюшенко А. Н. я написал и подготовил приложение с комментариями к направляемым документам. Материалы я сгруппировал по трем разделам. В первом разделе собрал документы с обстоятельствами по обвинению Председателя ГТРК «Петербург — 5 канал» в получении взятки. Во втором разделе были документы и комментарии об обстоятельствах регистрации акционерного общества «ТВ и Радио Санкт-Петербурга» (в Санкт-Петербурге). И в третьем разделе — все по контракту № 265 от 16.11.93 г. между корпорацией (фирмой) «ТВ и Радио Санкт-Петербург» (в США) и ГТРК «Петербург — 5 канал». Все приложение получилось объемное, на 40 листах, и 30 марта 1994 года Зайцев В. Я. все подписал, и письмо было отправлено. Я был уверен, что этим вопросом мне больше заниматься не придется.

Вскоре я получил новое интересное задание: проверить, почему медленно выполняются Указы Президента России по приватизации в топливно-энергетическом комплексе. Но это уже была другая история.

В конце мая 1994 года на объекте, где проводилось контрольное мероприятие, меня нашел секретарь начальника Контрольного управления и от его имени передал, что мне надо быть через два часа в Кремле, в кабинете Руководителя Администрации Президента России. Я терялся в догадках: неужели опять кого-то надо спасать от тюрьмы? В кабинете Филатов С. А. все объяснил:

— Через пять минут в кабинет войдет Куркова Б. А. Ее надо освобождать от должности Председателя ГТРК, вы должны ей объяснить, что это для нее лучший выход, на основании материалов проверки. Действительно, скоро секретарь доложил о приходе Курковой, и она вошла в кабинет. Филатов встал, я, разумеется, тоже, они сердечно обнялись, по-дружески поцеловались. Мы с Бэллой Алексеевной поздоровались, как старые знакомые, но без излишних любезностей. Неожиданно Филатов достал из ящика стола французские духи и подарил их Курковой. По какому поводу, я не понял, он что-то ей сказал, но очень тихо.

Как я предполагаю, была применена известная тактика «пряника и кнута». После этого мы сели за стол переговоров, и Филатов предложил обсудить итоги проверки ГТРК с учетом событий, которые произошли за эти два месяца. Слово предоставил мне. Я обо всех событиях не знал, но что деньги из США не вернулась на счет ГТРК, у меня информация была. Я начал с импровизации, сообщив, что Генеральная прокуратура внимательно изучила материалы проверки и приняла решение возбудить уголовное дело по нанесению материального ущерба ГТРК. Они выдержали паузу, думали, что денежные бюджетные средства удастся вернуть на счет компании, но, к сожалению, этого не произошло. Я считаю, что ситуация для Бэллы Алексеевны складывается очень неприятная. Надо дать возможность другим руководителям, не связанным с Сыроежиным ранее принятыми обязательствами, попытаться вернуть похищенные деньги через суд, с подключением опытных юристов. Филатов спросил Куркову, что будем делать. Она сказала: «Мне все понятно, дайте чистый лист бумаги». И сразу, без лишних разговоров, написала заявление об отставке по собственному желанию. После этого моя миссия была закончена, и меня отпустили.

Чтобы закончить эту тему, я приведу хронологию дальнейших событий, уже с новым Председателем ГТРК В. Правдюком:

21.07.94.

Письмо ГТРК в адрес прокурора Санкт-Петербурга Еременко В. И. с копиями в адрес и. о. Генерального прокурора РФ Илюшенко А. Н. и Директора Федеральной службы контрразведки Степашина С. В. с просьбой о возбуждении уголовного дела в отношении бывшего зам. Председателя ГТРК Сыроежина М. И.

15.10.94.

Обращение ГТРК к юридической фирме США «Mc. Dermott, Will & Emery» об оказании помощи в исполнении контракта.

25.10.94.

Письмо ГТРК в адрес и. о. Генерального прокурора РФ Илюшенко с повторной просьбой о привлечении к уголовной ответственности Сыроежина М. И. за присвоение государственных средств в особо крупном размере.

26.11.94.

Подписан договор между ГТ «Петербург — 5 канал» (Правдюк) и АО «ЛИСС» (Лисовский) о передаче в АО всех прав и обязанностей по контракту № 265 от 16.12.93, заключенному ГТРК и компанией «ТВ и радио Санкт-Петербург» (США). Общая сумма по поставке телевизионного оборудования указана в размере 1627753,46 долларов США.[4]

И только в начале 1995 года Генеральная прокуратура наконец-то возбуждает уголовное дело по финансовым проблемам ГТРК. Сложно догадаться, в чем причина медлительности Генеральной прокуратуры. Прошло больше полутора лет, как Контрольное управление переслало в прокуратуру все материалы. Одна из моих версий: влиятельные силы, которые на самом деле обеспечили выделение бюджетных денег ГТРК, надеялись, что Сыроежин одумается и будет выполнять данное ему задание. Но подключились спецслужбы США, и Сыроежин решил «сменить хозяев», а заодно и стать владельцем немалой суммы в валюте.

10.01.95.

Возбуждено Генеральной прокуратурой РФ уголовное дело № 117415 по нарушению финансово-хозяйственной деятельности в ГТРК «Петербург 5 — канал».

Прошло еще почти полтора года (фантастика!), и 15 апреля 1996 года в Контрольное управление из Управления по расследованию организованной преступной деятельности по Санкт-Петербургу МВД РФ за подписью следователя по ОВД МВД Портнова Ф. П. поступает письмо с вызовом Семиколенных А. Н. для проведения следственных действий по уголовному делу № 117415 по фактам нарушения финансово-хозяйственной деятельности в ГТРК (в дальнейшем была достигнута договоренность, что если есть вопросы к Семиколенных А. Н., то он ответит на них в Контрольном управлении). В это время специалисты моего отдела (я был назначен начальником отдела практически сразу после встречи с Филатовым и Курковой) направлялись в командировку в Санкт-Петербург, и я поручил одному сотруднику встретиться со следователем Портновым и вручить ему копию письма, которой Контрольное управление направляло Генеральному прокурору и составленную мною схему преступной деятельности Сыроежина (которую ранее уже передавал в ГУ МВД). После этого меня больше не беспокоили.

30.05.96.

Запрос в Контрольное управление следователя по ОВД МВД РФ Портнова Ф. П. с просьбой направить материалы проверки Контрольным управлением ГТРК.

31.05.96.

Направлены Контрольным управлением копии материалов проверки ГТРК.

Указано в письме, что материалы проверки ГТРК уже направлялись в Генеральную прокуратуру 30 марта 1994 года.

Результаты работы Генеральной прокуратуры и МВД по этому делу мне неизвестны. Знаю только, что деньги не вернулись, Сыроежина США по запросу России не выдали. А дальнейшая судьба Сыроежина была изложена в одной из газет.

06.07.98.

Статья в газете «Вечерня Москва» ««Обаяшка» из Питера».

«Город Олбани — столица штата Нью-Йорк. Вместе со студентами местного университета в нем проживают чуть более восьмидесяти тысяч жителей, из которых примерно 200 человек — иммигранты из бывшего СССР. Их этих двухсот не меньше ста пятидесяти существуют на социальные пособия и вряд ли могут осчастливить своим присутствием местные рестораны. В конце 1993 года (наверное, ошибка — 1994?) в Олбани нарисовался некий господин славянской наружности с прибамбасами преуспевающего «Иванушки» — сотовый телефон, пейджер, красный «Мустанг» и наличные деньги. Некоторое время молодой человек обустраивался на новой территории, а в начале 1995 года в торжественной обстановке на центральной авеню Олбани открывается фешенебельный ресторан «Тройка» с подачей блюд, продукты для которых якобы самолетом доставляются из России. Американский обыватель в такой ресторан зайдет всего один лишь раз, чтобы потом рассказать приятелям: «Был». Поэтому большую часть дня «Тройка» практически пустует.

Агент не рождается сам собой, даже при объективных «прекрасных задатках». Поэтому прежде чем отправить господина Сыроежина куда-нибудь на Уолл-стрит в финансовую группу, контролируемую выходцами из России, или в Майами, где банда русских прикупила пару пятизвездочных отелей, его командируют в «Тройку» «потренироваться на кошках».

Статья приведена в сокращенном варианте.

Все, занавес.

Глава 2. Проверка приватизации топливно-энергетического комплекса

Пока я выполнял в Санкт-Петербурге практически личное поручение Руководителя Администрации Президента России, в Контрольное управление от Филатова С. А. поступило новое поручение: разобраться в проблемах приватизации топливно-энергетического комплекса и подготовить материалы для доклада Президенту России.

Этому поручению предшествовали следующие события. В 1993 году были выпущены Указы Президента России, которые определяли порядок приватизации предприятий топливно-энергетического комплекса (ТЭК). Необходимо отметить, что, по моему мнению, указы достаточно оптимально определяли порядок приватизации одной из самых дорогих и привлекательных частей наследства СССР, с учетом и государственных задач, и интересов населения. Однако такая приватизации ТЭК явно не устраивала руководство Госкомимущества России и тех иностранных консультантов, которые определяли его деятельность. Игнорируя основные требования указов, Госкомимущество России пыталось различными способами направить приватизацию ТЭК по своему сценарию, а где это было невозможно, просто саботировало выполнение требований указов.

Первым на это отреагировало Министерство топлива и энергетики Российской Федерации. Вот основные положения письма от 21 февраля 1994 года заместителя министра Самусева А. Л. в адрес начальника Государственно-правового управления Администрации Президента России Орехова Р. Г.:

«Министерство РФ крайне обеспокоено трудностями в проведении приватизации предприятий ТЭК в соответствии с решениями Президента Российской Федерации и Правительства…

Кроме объективных трудностей, возникающих при решении сложных и принципиально новых вопросов, министерство и предприятия сталкиваются в ряде случаев с невыполнением уже принятых документов или чрезмерным затягиванием решения ряда вопросов.

Так, Госкомимуществом России до сих пор не утверждены договора на передачу в управление акций предприятий угольной промышленности, энергетического и нефтегазового строительства, закрепленных в федеральной собственности, предусмотренные ранее принятыми решениями.

Отсутствие указанных договоров способствует разрушению сложившихся производственно-технологических комплексов, ведет к тому, что на предстоящих годовых собраниях акционеров интересы государства-собственника не будут представлены.

…………………………………………………………………………

Госкомимуществом России до сих пор не выполнены Указы Президента по преобразованию в акционерные общества и приватизации предприятий ТЭК №№ 923, 1403, 1559 и 1702, выполнение которых должно было быть завершено еще к 31 декабря 1992 года и 31 марта 1993 года.

………………………………………………………………………».

На основании подобных писем и публикаций в прессе начальником государственно-правового управления Ореховым Р. Г. было подготовлено и направлено 25 февраля 1994 года письмо Президенту Российской Федерации Ельцину Б. Н. следующего содержания:

Руководитель Администрации Президента России об указанном письме докладывать адресату не стал, а решил поручить Контрольному управлению Президента разобраться по принадлежности, почему не выполняются указы. Поручение и. о. начальнику Контрольного управления Зайцеву В. Я. от 15 марта 1994 года было следующее: «Прошу срочно разобраться и подготовить материалы для доклада Президенту Российской Федерации».

Далее последовала привычная бюрократическая процедура, когда поручение спускается от одного начальника к другому по подчиненности до исполнителя. При этом, как правило, никаких дополнительных разъяснений исполнитель не получает. Получил письменное указание и исполняй, как считаешь нужным. Вышестоящему начальству понравится результат, будет воспринято твоими руководителями, как должное; не понравится — ты и виноват. С моей точки зрения, руководитель любого ранга должен творчески подходить к исполнению поручений и разъяснять нижестоящему руководителю, какой он видит результат исполнения поручения, и определять стратегию его исполнения, а тактика — за исполнителем.

В данном случае исполняющий обязанности начальника Контрольного управления В. Я. Зайцев 17 марта 1994 года дает поручение своему заместителю И. Ю. Рыбакову: «Прошу срочно изучить вопрос и подготовить информацию для доклада С. А. Филатову». В этот же день поручение отправляется дальше — начальнику отдела А. В. Лапенкову: «Прошу подготовить аналитическую записку для представления С. А. Филатову с обоснованием необходимости проведения проверки ГКИ. Записку подготовить совместно с Р. Ореховым». И, наконец, 21 марта я получаю письменное поручение от своего начальника А. В. Лапенкова: «Прошу подготовить записку о необходимости проведения проверки ГКИ во 2 квартале т. г.».

Справедливости ради надо отметить, что в поручениях в этом эпизоде содержатся ключевые слова: проверка Госкомимущества России. Поэтому мне оставалось только быстро и с убедительным текстом подготовить необходимые материалы. Уже 25 марта В. Я. Зайцевым была подписана служебная записка Руководителю Администрации Президента России с предложением провести проверку деятельности ГКИ в части приватизации предприятий топливно-энергетического комплекса и исполнения соответствующих указов Президента. К служебной записке прилагался проект поручения Президента России Контрольному управлению о проверке с обоснованием ее необходимости.

С. А. Филатов с необходимостью проверки согласился, но докладывать Президенту России опять не стал, а принял решение самостоятельно. В Контрольное управление 12 апреля пришло следующее поручение: «Прошу организовать проверку выполнения поручений в упомянутых Указах, относящихся к топливно-энергетическому комплексу. Срок исполнения — 16.05.94 г.».

На этот раз руководство Контрольного управления решило дать мне поручение напрямую: «Семиколенных А. Н. Прошу подготовить распоряжение КУ и др. документы, необходимые для проведения проверки. Проверку ГКИ в части приватизации ТЭК провести в установленные сроки».

При подготовке распоряжения было принято решение провести проверку не только Госкомимущества России, но и Минтопэнерго России и привлечь к проверке специалистов Аппарата Правительства Российской Федерации. Срок завершения проверки был определен до 16 мая 1994 года.

Проверка такого уровня была для меня первой, прежде всего по важности объектов проверки — ведущие федеральные органы исполнительной власти, да еще и сроки были жесткие, и, безусловно, политическая составляющая присутствовала и давила на результат.

План действий я выбрал следующий: отправить запросы в соответствующие объекты проверки и в Аппарат Правительства РФ и получить в письменном виде их видение исполнения указов по приватизации в части, их касающейся. Параллельно члены комиссии на основе уже имеющихся материалов контроля исполнения указов в контрольном управлении и путем аналитической работы по каждому указу готовят справки о состоянии с исполнением и имеющихся проблемах. Особенно я надеялся на материалы сотрудников Аппарата Правительства России, членов комиссии.

Я на основе полученных материалов готовлю проект итоговой справки по результатам проверки, и она обсуждается на расширенном совещании у руководства Контрольного управления с приглашением всех заинтересованных сторон. После этого, с учетом результатов совещания, готовятся итоговые материалы.

Такой подход был необычным для Контрольного управления. По сложившейся там традиции обычно материалы проверок с проверяемыми не обсуждаются и даже держатся в секрете до принятия по ним решения руководителями Контрольного управления.

Такая стратегия действий была мною выбрана, чтобы минимизировать возможные риски принятия неправильных решений. И, конечно, меня насторожила позиция Руководителя Администрации в части его нежелания докладывать ситуацию с исполнением указов по приватизации ТЭК Президенту России.

Я сомневался, что меня по такому плану проверки поддержат руководители, но никто возражать не стал, и я приступил к реализации намеченного. Уже 21 апреля начальником Контрольного управления были подписаны письма-запросы министру топлива и энергетики России Ю. К. Шафранику, Председателю Государственного комитета по управлению государственным имуществом А. Б. Чубайсу, Председателю Российского фонда имущества В. В. Соколову, немного позже направлены запросы Президенту Российского акционерного общества «ЕЭС России» А. Ф. Дьякову и Председателю правления Российского акционерного общества «Газпром» Р. И. Вяхиреву.

При этом я попросил членов комиссии взять под контроль подготовку ответов. Мы не должны были получить бюрократические отписки, требовались конкретные ответы на поручения, зафиксированные в указах. В качестве примера приведу работу комиссии с Российским фондом федерального имущества. Прошел из фонда звонок исполнителя ответа: «Мы не знаем, что вам написать». Пришлось объяснять дополнительной запиской:

«Необходимо дать разъяснения по следующим вопросам: 1. Указом «О преобразовании Государственного газового концерна «Газпром» в российское акционерное общество «Газпром»» от 5 ноября 1992 года № 1333 предусмотрено, что в течение 1992–1993 гг. не менее 20 % акций РАО «Газпром» реализуется гражданам РФ за приватизационные чеки.

Сколько уже реализовано акций среди населения и где (в каких регионах)?

2. Распоряжением Президента РФ от 26.01.1993 г. № 58-рп предусмотрено выделение для продажи на закрытых чековых аукционах на приватизационные чеки акций РАО «Газпром»:

5.2 % акций на территории Ямало-Немецкого автономного округа — малочисленным народам Севера, работникам бюджетных организаций и организаций, обеспечивающих освоение газоконденсатных месторождений; 2.8 % акций — населению других регионов, в которых размещены газодобывающие и газотранспортные предприятия РАО «Газпром», пропорционально стоимости основных фондов Общества на соответствующей территории.

Что сделано?

3. Указом Президента РФ от 17.11.92 г. № 1403 о приватизации нефтяной и нефтеперерабатывающей промышленности также предусмотрена продажа в 1993 году 20 % акций нефтяных компаний на инвестиционных торгах.

Как реализуется данное положение?»

С большим трудом удалось получить по запросам Контрольного управления необходимую конкретную информацию. В большинстве случаев информация была в обтекаемых формулировках, и пришлось неоднократно через телефонные звонки уточнять изложенное. К сожалению, практически полностью устранились от работы в комиссии работники Аппарата Правительства РФ. Пришлось в жесткой форме потребовать от них оценку исполнения Указов Президента РФ по приватизации ТЭК. Вот текст моего «послания» членам комиссии Контрольного управления от Аппарата Правительства РФ:

«Прошу вас, как членов комиссии, используя прилагаемые материалы, полученные от Госкомимущества России, Минтопэнерго России, Российского фонда федерального имущества, а также имеющиеся в Аппарате Правительства РФ документы, подготовить и представить мне, как председателю комиссии, к 11 маю 1994 года заключение о состоянии выполнения указов Президента РФ по ТЭК: № 922, 923, 1333, 1334, 1403, 1559, 1702 (все за 1992 год).

Заключение должно содержать оценку выполнения каждого указа (выполнен полностью в установленные сроки, выполнен полностью с задержкой по срокам с указанием, когда), или, если указы выполнены частично, указать, какие поручения и кем конкретно не выполнены (Правительством, Минтопэнерго, Госкомимуществом, РФФИ и т. д.), и по возможности указать причину невыполнения.

Буду признателен, если в представленное вами заключение будут включены и любые другие предложения по ТЭК, в том числе и требующие решений Президента Российской Федерации».

В результате активных действий, используя достаточно высокий статус Контрольного управления Президента России, все необходимые материалы были получены, и я приступил к подготовке итоговой справки по результатам проверки. Анализ полученных документов выявил интересную тенденцию. Произошло как бы разделение сфер влияния на приватизацию в отраслях топливо-энергетического комплекса.

Госкомимущество контролировало приватизацию в энергетике. Минтопэнерго РФ пыталось проводить приватизацию в нефтяной отрасли явно в своих интересах, попытки Госкомимущества вмешиваться в этот процесс создавали сразу конфликтную ситуацию, чем и было вызвано направление письма в Администрацию Президента России. Правительство России (точнее, аппарат Правительства), возглавляемое В. С. Черномырдиным, полностью монополизировало процесс приватизации в газовой отрасли, не очень даже обращая внимание и на некоторые требования соответствующих указов. При этом Госкомимущество практически не вмешивалось в этот процесс, в отличие от приватизации нефтяных компаний.

В справке было зафиксировано следующее состояние с выполнением указов Президента РФ по приватизации ТЭК:

— по электроэнергетическому комплексу указы в основном выполнены. За исключением отдельных республик и областей России, которые в нарушение требований указа не внесли 49 % акций энергетических компаний в уставной фонд РАО «ЕЭС России». Например, Республика Башкортостан внесла только 15 %, Республика Саха (Якутия) — 10 %, Республика Татарстан вообще отказалась акционировать «Татэнерго». Из регионов нарушили указ Новосибирская область (19 %) и Иркутская область (20 %); — по системе нефтяной, нефтеперерабатывающей промышленности и нефтепродуктообеспечения комиссия сделала вывод, что в целом указ и в установленные сроки, и по состоянию на период проверки не выполнен, а цели его выпуска не достигнуты. Практически было выполнено только требование указа об утверждении учредительных документов государственного предприятия «Роснефть» (для коммерческого управления закрепленными в федеральной собственности пакетами акций акционерных обществ) и самих акционерных обществ нефтяных компаний «Лукойл», «ЮКОС», «Сургутнефтегаз», а также акционерных компаний «Транснефть» и «Транснефтепродукт».

Было отмечено, что Правительством РФ не были обеспечены координация и контроль за действиями Госкомимущества России и Минтопэнерго России по выполнению имеющихся у них поручений по указу. Министерство не определило условия деятельности ГП «Роснефть», компаний «Транснефть», «Транснефтепродукт» и акционерных обществ — нефтяных компаний, связанных с обеспечением государственных интересов РФ, путем заключения с ними производственных контрактов, не заключен ни один производственный контракт. Госкомимущество России из имеющихся 6 поручений в указе полностью выполнило только одно, и то с задержкой на 11 месяцев от установленного срока.

По газовому комплексу указы тоже практически были не выполнены. В справке была применена более обтекаемая формулировка: «Можно констатировать, что в установленные сроки цели, определенные в указах, достигнуты не были».

Но в справке было указано еще на один факт невыполнения требований указов, общий для всех, — это продажа акций созданных акционерных обществ в процессе из приватизации. В этом вопросе наблюдался явный консолидированный саботаж данного процесса исполнителями.

Соответствующим указом РАО «ЕЭС России» обязано было обеспечить продажу гражданам России за приватизационные чеки 20 % своих акций. На чековый аукцион был выставлен пакет акций в 13.6 % уставного капитала РАО. При этом у комиссии имелись замечания по проведению чекового аукциона, а проведение других действий по продаже оставшихся 6.4 % акций не планировалось до завершения приватизации за приватизационные чеки.

В нефтяной отрасли с продажей акций ситуация обстояла еще хуже. Порядок и условия продажи 40 % акций нефтяных компаний в течение двух лет после выхода указа еще не были определены, и, соответственно, инвестиционные торги не проводились. Не было выполнено и требование указа о продаже 20 % акций нефтяных компаний в течение 1993 года на чековых аукционах за приватизационные чеки. Только в апреле 1994 года началась продажа акций нефтяных компаний за приватизационные чеки. В среднем было выставлено на продажу около 8 % от общего количества акций. При этом по закону с 1 июля 1994 года процесс приватизации за чеки должен быть завершен. Не обеспечена и продажа 5 % обыкновенных акций и оставшихся после закрытой подписки привилегированных акций нефтяных компаний на закрытых чековых аукционах определенной категории населения в соответствии с указом, в том числе малочисленным народам Севера.

Не продавались населению и акции РАО «Газпром». Указом был установлен срок продажи населению акций за приватизационные чеки 1992–1993 гг. По представленным в комиссию документам этот процесс продажи был определен с 25 апреля по 1 июля 1994 года, тоже перед завершением ваучерной приватизации. Не выполнен даже пункт указа о продаже в 1993 году 15 % акций членам трудовых коллективов на льготных условиях, установленных законодательством РФ по приватизации. Этот процесс планировалось осуществить в нарушение указа после 1 июня 1994 года.

Исходя из указанных фактов становится понятно, почему население России не стало богаче от проведенной приватизации и уже на начальном этапе приватизации происходил процесс подготовки консолидации приватизированной государственной собственности у определенного круга лиц, обеспечивающих процесс приватизации. При этом указы Президента РФ или не исполнялись, или трактовались в нужном им направлении.

Результаты проверки были рассмотрены на заседании комиссии 5 мая 1994 года в кабинете у заместителя начальника Контрольного управления Рыбакова И. Ю. при его активном участии. В заседании комиссии приняли участие первый заместитель министра топлива и энергетики Евтушенко А. Е., заместитель председателя Российского фонда федерального имущества Михайлов С. А., начальник главного управления приватизации предприятий топливо-энергетического комплекса Белоусов А. К., представители РАО «Газпром», РАО «ЕЭС Россия», Аппарата Правительства РФ.

При этом, по договоренности с Рыбаковым И. Ю., я, открывая заседание комиссии, сразу определил единственную тему обсуждения: «Какие причины не позволяют в полной мере и своевременно выполнять указы Президента РФ». Справка с результатами проверки была роздана участникам заседания, и не имело смысла рассказывать о результатах проверки и обсуждать результаты. В выступлениях никто и не ставил под сомнение результаты работы комиссии, все приглашенные пытались оправдаться и повлиять на окончательные выводы.

По мнению представителя Госкомимущества, сроки выполнения указов нарушены прежде всего из-за большого объема работы, связанной с количеством приватизированных предприятий отрасли и численностью работающих на них. Соответственно, подготовкой большого количества акций и отсутствием опыта в подготовке и проведения чековых аукционов.

Первый заместитель министра топлива и энергетики России Евтушенко А. Е. отметил, что одной из причин невыполнения указов являются недостаточный потенциал и компетентность специалистов Госкомимущества, и особенно на местах. Документы месяцами дожидаются очереди для согласования и принятия решений. Нарушаются сроки и содержание исполнения указов руководителями регионов. Так, руководители исполнительной власти Республики Татария, Республики Башкортостан, Республики Коми, Новосибирской, Иркутской областей и других приняли волюнтаристские решения по сокращению количества акций, которые должны вноситься в уставной капитал каждого акционерного общества, передаваться в федеральное управление.

Удивительное заявление сделал заместитель председателя Российского фонда федерального имущества Михайлов С. А. Оказалось, что не создана система учета количества акций, реализуемых населению за ваучеры. Существуют только экспертные оценки. По его мнению, фонд не должен этим заниматься, так как в положении о фонде такой функции нет.

Это заявление вписывается в общую тенденцию проведения приватизации: как можно меньше продать акций населению, а ваучеры скупить у людей по символическим ценам и использовать их в интересах идеологов приватизации и обслуживающих их интересы молодых банкиров России.

Подводя итоги заседания комиссии, Рыбаков И. Ю. пообещал предложения участников заседания отразить в письме Руководителю Администрации Президента РФ Филатову С. А.

Такое письмо я в течение недели подготовил, 16 мая его подписал руководитель Контрольного управления, и оно было отправлено адресату.

По содержанию письмо Филатову С. А. соответствовало справке, только в более сжатом виде. По результату проверки в заключительной части письма были изложены и предложения Контрольного управления:

«С учетом исключительной значимости ТЭК для народного хозяйства и жизнедеятельности населения, возможных негативных социальных последствий при невыполнении рассматриваемых указов Президента Российской Федерации и выявленных серьезных недостатках в работе федеральных органов исполнительной власти по выполнению указов Президента Российской Федерации по преобразованию и приватизации топливно-энергетического комплекса считаем целесообразным:

1. Направить материалы по результатам работы комиссии Контрольного управления по проверке выполнения указов Президента Российской Федерации по топливно-энергетическому комплексу в Правительство Российской Федерации для принятия соответствующих мер.

2. Рекомендовать Правительству Российской Федерации: — в месячный срок рассмотреть вопрос о выполнении указов Президента Российской Федерации по преобразованию и приватизации предприятий, объединений и организаций в топливно-энергетическом комплексе и созданию системы управления ТЭК в условиях рыночной экономики;

— по результатам рассмотрения проблем ТЭК принять решение по обеспечению выполнения поручений указов Президента Российской Федерации по ТЭК до 1 июля 1994 года (до завершения этапа приватизации за приватизационные чеки);

— по поручениям, предусмотренным в указах Президента Российской Федерации, выполнение которых к 1 июля 1994 года невозможно по объективным причинам, или возникшим новым проблемам, решение которых не предусмотрено в действующих нормативных документах и не находящихся в компетенции Правительства Российской Федерации, внести в установленном порядке необходимые проекты указов на рассмотрение Президента Российской Федерации;

— по результатам рассмотрения материалов по ТЭК принять решение о привлечении к дисциплинарной ответственности должностных лиц Аппарата Правительства Российской Федерации, Госкомимущества России, Минтопэнерго России, виновных в невыполнении в установленные сроки поручений рассматриваемых указов Президента Российской Федерации и не внесших в установленном порядке предложений о переносе сроков выполнения поручений или их отмене (изменений) в связи с объективными обстоятельствами;

— по материалам работы комиссии Контрольного управления и с учетом принятых мер по выполнению указов Президента Российской Федерации по ТЭК в июле 1994 года доложить Президенту Российской Федерации о ходе выполнения рассмотренных указов.

3. Обратить внимание Государственно-правового управления Президента Российской Федерации, что структура указов по преобразованию и приватизации ТЭК недостаточно проработана, что создало определенные трудности при организации их выполнения и особенно при контроле исполнения поручений» (в письме были приведены конкретные примеры).

На этом проверка была закончена, созданная комиссия прекратила деятельность, и я занялся текущими делами своего сектора. Эта проверка ТЭК дала мне неоценимый опыт взаимодействия с представителями федеральных структур, включая Аппарат Правительства РФ, и открыла важный прием проверки указов Президента Российской Федерации. Всегда при проверке надо отталкиваться не от состояния выполнения поручений, данных в указе, а проверять, достигнута ли цель выпуска указа, изложенная в его преамбуле. Такая стратегия проверки практически неуязвима для критики со стороны проверяемых и давала возможность в материалах проверки делать смелые выводы, в том числе иногда и персональные, о деятельности федеральных органов исполнительной власти. Это открытие в дальнейшем неоднократно меня выручало в сложных ситуациях, когда высокопоставленные проверяемые пытались доказывать необъективность моих материалов. И, что скрывать, способствовало моему быстрому карьерному росту в Контрольном управлении.

Важно, какой практический результат приносят проверки Контрольного управления. Здесь нет общей закономерности. В данном случае, по проверке ТЭК, руководитель Администрации Президента России докладывать ничего главе государства не стал. Материалы ушли в Правительство РФ для принятия мер, наказан никто не был, а приватизация продолжилась по «лекалам» А. Б. Чубайса.

Результативность проверок зависит не только от качества их проведения, но и от конечного решения руководителей страны. Контрольное управление — это только важный инструмент в государственной внутренней политике, и не больше.

Конечно, приходилось заниматься не только такими стратегическими проверками, как приватизация ТЭК. Поступало много жалоб в Администрацию Президента РФ, непосредственно в Контрольное управление и, конечно, в адрес Президента России от руководителей разного уровня, не согласных тем, как проводится приватизация на конкретных объектах.

Вот один из наиболее интересных конфликтов, связанный с ликвидацией нефтегазодобывающего управления (НГДУ) «Югранефть» производственного объединения «Юганскнефтегаз» в Ханто-Мансийском округе. История вопроса следующая. В соответствии с установленным порядком указами Президента по приватизации нефтяных компаний на базе ПО «Юганскнефтегаз» необходимо было создать акционерное общество открытого типа (холдинговая компания) с тем же названием, с последующим вхождением в АО «ЮКОС».

НГДУ «Югранефть» не было самостоятельным предприятием и не подлежало преобразованию в акционерное общество в составе холдинга в соответствии с указом, как другие предприятия производственного объединения. ПО «Юганскнефтегаз» в процессе своей приватизации могло принять решение (по согласованию с Госкомимуществом) о ликвидации НУДУ «Югранефть» или его акционировании.

Но еще в сентябре 1992 года конференция трудового коллектива НГДУ «Югранефть» приняла решение о выходе из состава ПО «Юганскнефтегаз» и создании самостоятельного акционерного общества. Это решение (не соответствующее законодательству) вызвало яростное сопротивление руководства ПО «Юганскнефтегаз» и создало длительную конфликтную ситуацию, в решении которой принимали участие практически все уровни власти России.

Причина — это цена вопроса. НГДУ «Югранефть» было создано в 1990 году, в качестве структурного подразделения ПО «Юганскнефтегаз», специально для освоения одного из крупнейших в стране Приобского нефтяного месторождения. Указанное месторождение было стратегической перспективой всего Нефтеюганского нефтегазового региона. Запасы Приобского месторождения оценивались в 713 млн тонн, из них 568 млн тонн находились на балансе ПО, и их освоение было поручено НГДУ «Югранефть». Поэтому выделение из состава объединения НГДУ «Югранефть» с последующим получением им лицензии на это месторождение сразу лишало АО «Юганскнефть», а следовательно, и АО «ЮКОС» перспектив развития.

На начальном этапе конфликта руководство объединения решило уволить директора НГДУ «Югранефть» А. Р. Фазлутдинова из-за его отказа подписывать контракт на новых условиях. Приказ был подписан 4 декабря 1992 года. НГДУ, и в первую очередь его директора, народного депутата Тюменского областного Совета народных депутатов А. Р. Фазлутдинова, такое развитие событий не устраивало.

Фазмутдинову путем письменных обращений и личных контактов удается добиться поддержки самостоятельной деятельности НГДУ «Югранефть» первым вице-премьером В. Ф. Шумейко, главой администрации Тюменской области Л. Ю. Рокецким, комитетами госимущества и антимонопольной политики Тюменской области и Ханты-Мансийского округа и, главное, Представителями Президента РФ в области и округе.

Направляются соответствующие письма-жалобы на действия руководства Минтопэнерго, Госкомимущества России и ПО «Юганскнефтегаз» в Правительство РФ, Президенту РФ. Письмо до Президента России не доходит, но группе экспертов Президента РФ поручается подготовить экспертное заключение по этому вопросу.

Заключение по вопросу о выходе НГДУ «Югранефть» из состава ПО «Юганскнефтегаз» было подготовлено 7 декабря 1992 года для Президента России Б. Н. Ельцина и подписано руководителем группы экспертов И. В. Нитом. Вот текст экспертного заключения:

«Группа экспертов рассмотрела вопрос о правомочности выхода НГДУ «Югранефть» из состава ПО «Юганскнефтегаз» и о целесообразности принятия соответствующего нормативного акта центральной исполнительной власти, закрепляющего этот выход.

Учитывая, что:

— распоряжением № 813 от 24.11.1992 года администрацией Нефтеюганского района было отменено прежнее решение о регистрации НГДУ «Югранефть»;

— решением № 23-у от 25.11.1992 года арбитражным судом Ханты-Мансийского автономного округа отмена этого решения была подтверждена;

— выход НГДУ «Югранефть» из состава ПО «Юганскнефтегаз» противоречит Указам Президента РФ № 922 от 14.08.1992 г. и № 1403 от 17.11.1992 г.;

— претензии НГДУ «Югранефть» на разработку крупнейшего Приобского месторождения без учета мнения руководства и трудового коллектива ПО «Юганскнефтегаз» не имеет достаточных оснований, а также на основе выполнения экономического анализа и проведения консультаций в Госкомимуществе России и в Секретариате заместителя Председателя Правительства РФ В. С. Черномырдина, группа экспертов Президента РФ считает:

— выход НГДУ «Югранефть» из состава ПО «Юганскнефтегаз» чреват серьезной опасностью неполучения Россией максимального экономического эффекта от эксплуатации Приобского нефтяного месторождения. Такой выход приведет к значительному ослаблению государственного контроля за разработкой месторождения, а значит, и к сокращению необходимых инвестиций, стремлению нефтедобытчиков к выработке самых богатых и легкодоступных участков без учета требований комплексности освоения месторождения;

— выход НГДУ «Югранефть» из состава ПО «Юганскнефтегаз» является юридически необоснованным; — нецелесообразно принимать нормативные акты центральной исполнительной власти, разрешающие подобный выход».

В конце декабря 1992 года А. Р. Фазлутдинова восстанавливают в должности директора НГДУ по решению суда. Увольнение было признано незаконным.

Руководство ПО «Юганскнефть» собирает в январе 1993 года конференцию трудовых коллективов объединения и принимается на ней решение акционировать НГДУ «Югранефть» в составе объединения. К этому времени арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа уже отменил распоряжение Администрации Нефтеюганского района о регистрации «НГДУ Югранефть» как самостоятельного предприятия.

Конференция трудового коллектива НГДУ «Югранефть» собирается в марте 1993 года повторно и принимает новое решение о преобразовании в дочернее акционерное общество в составе нефтяной компании «ЮКОС».

В соответствии с указом Президента РФ подобные споры по приватизации структурных подразделений объединений должна рассматривать трехсторонняя комиссия федеральных органов исполнительной власти Минтопэнерго, Госкомимущества и Антимонопольного комитета России. Комиссия под председательством первого заместителя Председателя Госкомимущества П. П. Мостового, с приглашением представителей конфликтующих сторон, обсуждает этот вопрос 16 марта 1993 года.

На комиссии позиция федеральных органов была изложена без уловок. «Будущее всего создаваемого холдинга — это Приобское месторождение. Для его освоения необходимо маневрирование материальными и финансовыми ресурсами, которых у НГДУ нет. …Предложение о преобразовании НГДУ «Югранефть» в акционерное общество может повлечь учреждение совместного предприятия с долей иностранного участия свыше 30 %. Такое предприятие имеет право неограниченного экспорта своей продукции, т. е. нефти. Опасность бесконтрольного экспорта сырой нефти…»

Комиссия решила: «В просьбе трудового коллектива НГДУ «Югранефть» о преобразовании структурного подразделения в акционерное общество отказать».

После этого решения в мае 1993 года Президенту России направляются письма от представителя Президента РФ в Тюменской области Г. А. Щербакова, представителя Президента РФ в Ханты-Мансийском автономном округе Е. Д. Айпина и директора НГДУ «Югранефть» с просьбой вмешаться в процесс и поддержать акционирование НГДУ в качестве самостоятельного субъекта.

Письма передаются в Правительство РФ, начинается долгий процесс их рассмотрения, при этом в июне — июле Госкомимущество получает несколько поручений от разных заместителей Председателя Правительства РФ рассмотреть обращение и подготовить ответ. Госкомимущество России не торопится выполнять полученные поручения, а в это время выходит постановление Правительства РФ об учреждение нефтяной компании «ЮКОС».

ПО «Юганскнефтегаз» входит в ее состав, и в июле 1993 года становиться акционерным обществом. В августе уже генеральный директор акционерного общества Муравленко подписывает приказ о ликвидации НГДУ «Югранефть» (с 16.11.93) с передачей имущества управления и работников в другой НГДУ на правах цеха.

В адрес Президента России представитель Президента в Тюменской области направляет в августе второе письмо, с изложением сути проблемы, и что его первое письмо не рассмотрено и ответа он не получил. На этот раз письмо докладывается Б. Н. Ельцину, и он дает 4 сентября 1993 года поручение А. Б. Чубайсу (а он уже заместитель Председателя Совета Министров — Правительства РФ): «Прошу лично разобраться, довести дело до конца и проинформировать о результатах рассмотрения обращения. Срок — 20 дней».

И ровно через 20 дней заместитель Председателя Госкомимущества России П. П. Мостовой направляет в пять адресов (А. Б. Чубайсу, Ю. К. Шафранику, Г. А. Щербакову, Е. Д. Айпину, А. Р. Фазлутдинову) письмо на 7 листах, где излагает историю вопроса, пишет, что все делается по закону, решение трехсторонней комиссии по рассмотрению споров о выделении НГДУ «Югранефть» из состава ПО «Юганскнефтегаз» является окончательным и все последующие после принятого решения предложения о преобразовании НГДУ «Югранефть» в акционерное общество не могут рассматриваться.

Сторонники идей А. Р. Фазлутдинова после получения ответа из Москвы начали готовить новые письма Президенту России, при этом подключилась к процессу еще одна неожиданная «сила» — Тюменское линейное казачье войско. Письмо за подписью атамана — полковника Г. И. Хмелева — было написано 16 октября 1993 года. Вот только его окончание: «Уважаемый Борис Николаевич! Учитывая особо важное экономическое значение реорганизации предприятий нефтегазового комплекса, тюменские казаки просят Вас поддержать реформаторский дух одного из наиболее перспективных трудовых коллективов нашего нефтяного региона. Да поможет нам Бог в возрождении могучей, великой РОССИИ!»

В декабре 1993 года направили свои очередные письма Президенту России и его представители в Тюменской области и Ханты-Мансийском автономном округе. В письмах, идентичных по содержанию, было указано, что вынуждены обратиться в третий раз по судьбе НГДУ «Югранефть». При этом к письмам был приложен проект указа Президента России об акционировании НГДУ, закрепление за ним право на лицензию по разработке Приобского месторождения в целом и создание траста-холдинговой компании на базе АО «Югранефть» и Башкирского полиэфирного комплекса «Батэкс».

Все указанные письма были доставлены в Администрацию Президента России. Служба помощников Президента РФ на этот раз передавать их в Правительство РФ не стала, а 9 февраля 1994 года направила все три письма в Контрольное управление А. Н. Ильюшенко. С резолюцией руководства: «Прошу подготовить экспертное заключение с Вашими предложениями в установленные сроки». Все три письма оказались у меня на исполнение.

Для Контрольного управления эта проблема была новой, у нас не имелось никаких других документов, кроме указанных писем. Было принято решение проанализировать по этой проблеме ведомственные акты Минтопэнерго и Госкомимущества России на предмет их соответствия Указам Президента РФ в части НГДУ «Югранефть». Были подготовлены и направлены соответствующие запросы.

Уже в начале марта пришел развернутый ответ из Минтопэнерго России с приложением всех копий документов, включая приказы ПО «Югранефтегаз». Из полученных материалов следовало, что все действия с ликвидацией НГДУ «Югра-нефть» соответствуют указам Президента РФ. В справке был и такой фрагмент: «На сегодня устав и план приватизации (проспект эмиссии акций) АО «Югранефнегаз» зарегистрированы в установленном порядке. В составе его уставного капитала учтено государственное имущество структурного подразделения — НГДУ «Югранефть». Отчуждение имущества, находящегося в собственности АО «Югранефтегаз», возможно исключительно в судебном порядке».

Письмо аналогичного содержания пришло в Контрольное управление и от Госкомимущества России. К письму были приложены приказы ПО «Югранефтегаз» о ликвидации НГДУ «Югранефть». Вот краткое изложение приказа от 6 октября 1993 года генерального директора С. В. Муравленко. Ликвидировать НГДУ «Югранефть» с момента издания настоящего приказа. Закрыть расчетный счет НГДУ. Ликвидационной комиссии поместить соответствующее объявление о ликвидации в местных органах печати.

В процессе изучения полученных документов произошла смена начальника Контрольного управления. Пришедший из прокуратуры В. Я. Зайцев дал установку найти возможность наказать Госкомимущество России за низкий уровень исполнительской дисциплины в части исполнения поручений Президента РФ. Наверное, такую установку он получил при назначении на новую должность от Администрации Президента РФ.

Руководство Контрольного управления решило воспользоваться ситуацией с НГДУ «Югранефть». Мне пришлось с юристами нашего управления долго искать изъяны в документах по ликвидации НГДУ, и, по моему мнению, формальный повод был найден. Первому помощнику Президента РФ В. В. Илюшину 10 марта 1993 года было направлено письмо с анализом ситуации с ликвидацией НГДУ и соответствующими жесткими предложениями Контрольного управления.

Вот заключительная часть письма: «В соответствии с п. 26 «Временного положения о холдинговых компаниях, создаваемых при преобразовании государственных предприятий и акционерных обществ», утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16.11.1992 г. № 1392, создаваемые холдинговые компании не могут быть правопреемниками ранее существующих концернов, корпораций, союзов, ассоциаций (в т. ч. государственных) или иных объединений предприятий, а также органов государственного управления. Из этого следует, что после создания холдингового АО «Юганскнефтегаз» (зарегистрировано 09.07.93 г.) акционерное общество не приобрело право распоряжаться предприятиями, входившими в состав объединения «Юганскнефтегаз», если трудовой коллектив соответствующего предприятия не принял решение на общем собрании о преобразовании предприятия (подразделения) в дочернее предприятие холдинговой компании (п. 28 временного положения).

Госкомимущество России обязано было с учетом принятых трудовым коллективом НГДУ «Югранефть» решений от 17.09.92 г. и от 03.03.93 г. совместно с Минтопэнерго России подготовить и представить в Правительство РФ предложения о порядке акционирования НГДУ «Югранефь» с учетом особенностей, определенных Указом Президента РФ от 17.11.92 г. № 1403.

Как следует из рассматриваемых писем представителей Президента РФ, Госкомимуществом России не были приняты соответствующие меры по приватизации государственного предприятия НГДУ «Югранефть», практически осталось невыполненным и непосредственное поручение Президента РФ по НГДУ «Югранефть» от 04.09.93 г. № Пр-1405, адресованное Председателю Госкомимущества России.

Представляется целесообразным обязать Госкомимущество России совместно с Минтопэнерго России обеспечить отмену приказа по АО «Юганскнефтегаз» от 24.08.93 г. № 410 как незаконного, провести акционирование НГДУ «Югранефть» в установленном порядке и рассмотреть вопрос о привлечении к ответственности лиц, виновных в невыполнении поручения Президента РФ от 04.09.93 г. № Пр-1405 и указов Президента РФ от 16.11.92 г. № 1392 и от 17.11.92 г. № 1403».

Письмо оперативно было рассмотрено в Администрации Президента РФ, по неофициальной информации устно доложено и Президенту России. Руководство Контрольного управления получило указание воспитательный процесс продолжить, но акционирование НГДУ «Югранефть» не поддерживать.

Для завершения воспитательного процесса решили применить крайнюю возможную меру, направить предписание Председателю Госкомимущества России А. Б. Чубайсу. Предписание является документом, по положению о Контрольном управлении, утвержденному Президентом России, обязательным к исполнению.

Конечно, юридически можно поставить под сомнение такой статус предписания подразделения Администрации Президента России, органа, который не указан в Конституции России и деятельность которого не прописана в федеральных законах России. Но кто будет спорить в исполнительной власти с контрольным органом Президента России, проще выполнить предписание или сделать вид, что все выполняется. Этим приемом чиновники хорошо владеют.

Предписание было направлено 19 апреля 1994 года за подписью и. о. начальника контрольного управления В. Я. Зайцева и имело грозный заголовок: «О нарушениях Закона РФ «О предприятиях и предпринимательской деятельности» (статьи 37, п.п. 1.2) и Указа Президента РФ от 16.11.92. г. № 1392 «О мерах по реализации промышленной политики при приватизации государственных предприятий»». В предписании практически повторялся текст письма Контрольного управления в Администрацию Президента России.

Постановляющую часть я все-таки приведу полностью: «Учитывая выявленные нарушения законодательства РФ и в соответствии с п. 8 Положения о Контрольном управлении Администрации Президента РФ, предписываю:

1. Обеспечить отмену приказов по АО «Юганскнефтегаз» от 24.08.93 г. № 410 и от 06.10.93 г. № 484 как незаконных и провести акционирование или ликвидацию НГДУ «Югранефть» в установленном порядке.

2. Провести служебную проверку, на основании результатов которой привлечь к дисциплинарной ответственности должностных лиц, не обеспечивших выполнение поручения Президента РФ от 04.09.93 г. № Пр-1405 и требований указов Президента РФ от 16.11.92 г. № 1392 и от 17.11.92 г. № 1403.

3. О принятых мерах сообщить в месячный срок в Контрольное управление Администрации Президента РФ и направить соответствующую информацию представителям Президента РФ в Тюменской области и Ханты-Мансийском автономном округе».

Дальнейшие события показали, что нужного эффекта, тем более воспитательного, предписание на Госкомимущество не произвело. Просто игнорировать предписание руководство Госкомимущества не решилось, но выбрали путь его исполнения с акцентом показать, «кто в доме хозяин».

За месяц до истечения срока исполнения предписания в Контрольное управление 16 мая через факс (!) поступает письмо из Госкомимущества за подписью заместителя начальника главного контрольно-ревизионного управления (!), как промежуточный ответ на предписание. При этом письмо было адресовано Ильюшенко А. Н., без указания должности, который уже несколько месяцев работал в Генеральной прокуратуре, да и представление он не подписывал.

Еще более издевательским был текст письма, из которого следовало, что предписание просто переправлено в Комитет по управлению государственного имущества Ханты-Мансийского автономного округа, в том числе и в части привлечения к дисциплинарной ответственности должностных лиц, не обеспечивших выполнение поручения и Указов Президента России. А лица эти совершенно очевидно работали в самом Госкомимуществе России и являлись его руководителями. Цинизм подобных действий был очевидным, и в дальнейшем он стал только нормой в работе руководства Госкомимущества России.

А 1 июня 1994 года из Госкомимущества уходит письмо генеральному директору АО «Юганскнефтегаз». В письме указывается, что при ликвидации НГДУ «Югранефть» был нарушен порядок принятия решения, приказы по АО необходимо отменить как не имеющие юридической силы. А изменение структуры АО «Юганскнефтегаз» осуществить в соответствии с новой Государственной программой приватизации, утвержденной указом Президента от 24 декабря 1993 года и вступившей в силу с 1 января 1994 года.

Наконец 2 июня Госкомимущество за подписью первого заместителя председателя П. П. Мостового направляет информацию в Контрольное управление о рассмотрении (не исполнении) «Вашего предписания». На двух листах идет уже знакомый текст о профессиональных и законных действиях Госкомимущества при принятии решения о ликвидации НГДУ «Югранефть».

Во второй части письма сообщается, что Госкомимуществом установлен факт нарушения порядка принятия решения об изменении структуры АО в части ликвидации НГДУ. Оказывается, генеральный директор АО издал соответствующие приказы без согласования с комитетом по управлению имуществом Ханты-Мансийского автономного округа, что нарушает установленный порядок, и приказы будут отменены.

В заключение сообщается, что с вступлением в силу в 1994 году новой Госпрограммы приватизации принятие решений об изменении внутренней структуры АО отнесено теперь к исключительной компетенции органов управления АО. И последним абзацем для страховки идет предупреждение, что Мировым банком изучается вопрос выделения на освоение Приобского месторождения 500 миллионов долларов, и возобновление рассмотрения указанной проблемы может отрицательно сказаться на окончательном решении банка.

И чтобы закончить это явно затянувшиеся повествование, сообщаю, что генеральный директор АО С. В, Муравленко, не стал тратить время и бумагу на отмену приказов по ликвидации НГДУ, а просто издал короткий приказ, что они действуют с 1 января 1994 года. После этого все, кроме бывшего директора А. Ф. Фазлутдинова, успокоились, включая Контрольное управление, которое посчитало предписание выполненным (разумеется, по согласованию с Администрацией Президента России).

Фазлутдинов еще неоднократно обращался по вопросу незаконной ликвидации НГДУ и своего увольнения в различные органы власти, в том числе уже в 21 веке к Президенту НК «Роснефть», как правопреемнику НК «ЮКОС». Результаты всех его обращений были отрицательными.

Глава 3. Профессия президентского контролера освоена

Моя работа по «делу Курковой» и проверка приватизации ТЭК произвела впечатление на руководителя Администрации Президента РФ С. А. Филатова, и в июле 1994 года я был назначен начальником Отдела контроля федеральных органов государственного управления Контрольного управления Президента Российской Федерации.

Причина моего быстрого (от предыдущего назначения прошло только шесть месяцев) и в какой-то мере внезапного назначения была не только в этом. У Президента России 14 июля 1994 года состоялась встреча с руководителями республик Российской Федерации, на которой был остро поставлен вопрос о бюрократизации повседневной деятельности федеральных министерств и ведомств.

Руководители республик, конечно, справедливо поставили этот вопрос перед Президентом России. Контрольное управление тоже неоднократно обращало внимание руководителя администрации Президента РФ на крайне низкий уровень исполнения указов Президента России как по срокам, так и по существу выполнения поручений.

По должности получил отдельную комнату и кремлевскую зеленую лампу!

По результатам указанной встречи Б. Н. Ельцин дал поручение Председателю Правительства РФ и Контрольному управлению Президента РФ рассмотреть предложения руководителей республик РФ и представить предложения по исправлению ситуации. Поручение в Контрольном управлении поступило мне на исполнение. Задание явно требовало найти решение, которое отличалось бы от привычных рутинных проверок, проводимых Контрольным управлением, и вместе с тем вызвало бы интерес и поддержку Президента России.

Я вспомнил свой опыт работы начальником производственного главка в ГКВТИ СССР. В те уже далекие времена я применял комплексные проверки деятельности подведомственных предприятий. Когда на предприятии происходило какое-то негативное событие, невыполнение плана, серьезное кадровое происшествие, что-то другое, создавалась комиссия и проверяла не какое-то направление работы предприятия, а всю его деятельность по всем параметрам, включая и социальную сферу.

При добросовестной и неформальной работе комиссии эффект проверки был поразительным. Удавалось не только выявить причины произошедшего события, но и оказать существенную помощь предприятию по выявлению и устранению других недостатков в его деятельности. И если директор был адекватным руководителем, он не только принимал наказание как должное за допущенные нарушения, но и благодарил, что ему оказана существенная помощь в улучшении работы.

Мне хватило несколько дней, чтобы написать докладную записку все еще исполняющему обязанности начальника Контрольного управления В. Я. Зайцеву с предложением ввести в практику работы Контрольного управления комплексные проверки деятельности министерств и ведомств. К докладной записке я приложил перечень основных вопросов для проведения таких проверок. Вопросы были сгруппированы в семь разделов:

1. Проверка реализации министерством (ведомством) социально-экономической политики Президента РФ в соответствии с выполняемыми ими функциями государственного управления. Исполнение указов и распоряжений Президента РФ (фактически Контрольное управление только этим и занималось).

2. Реализация федеральными органами исполнительной власти своих полномочий в соответствии с утвержденными положениями о министерстве (ведомстве). В этом разделе были указаны основные направления проверки: выборочная проверка основных задач и функций; наличие утвержденной структуры, положений о структурных подразделениях центрального аппарата, состояние с их исполнением; вопросы организации управления министерством (ведомством), в том числе работа коллегий, принятие решений и эффективность их реализации; вопросы организации работы первых руководителей министерств (ведомств) с руководителями субъектов Российской Федерации, руководителями предприятий и организаций различных форм собственности (было включено с учетом характера поручения Президента РФ); вопросы штатного расписания и оплаты труда.

3. Оценка финансово-хозяйственной деятельности (вопросы тоже были указаны, они очевидны из названия раздела).

4. Вопросы управления (распоряжения) государственным имуществом. В том числе предлагалось проверять следующие разделы: состояние с эффективностью использования и учета, переданного в оперативное управление министерству (ведомству) государственного имущества; деятельность министерств (ведомств) в органах управления акционерных обществ, через представителей государства. Выполнение программы приватизации.

5. Кадровая политика.

6. Организационно-правовая работа. Вопросы проверки: соответствие постановлений, приказов и распоряжений министерств (ведомств) законодательству в пределах предоставленных полномочий и компетенции; эффективность деятельности систем организации выполнения и контроля за исполнением указов и распоряжений Президента России, постановлений и распоряжений Правительства РФ; организация контроля за выполнением внутренних директивных документов, состоянием исполнительской дисциплины; организация работы с предложениями и жалобами предприятий, организаций, граждан.

7. Осуществление научно-производственного, экономического и международного сотрудничества, достигнутый эффект от внешнеэкономической деятельности.

Результаты проверки предлагалось оформлять справкой-отчетом по указанным разделам и отдельно готовить заключение с оценкой эффективности структуры управления отраслью или соответствующим блоком функциональных задач государственного управления и предложениями по совершенствованию структуры и кадровым вопросам.

Мои предложения вызвали шоковое состояние руководства Контрольного управления. Основные возражения: «Зачем нам это надо, брать на себя такую ответственность, это не наши функции, да и кадров под такие сложные проверки не найдем». Как всегда, осторожный В. Я. Зайцев решил посоветоваться с руководителем Администрации Президента России и взял с собой мою докладную записку с предложениями.

Результат был поразительный: выход распоряжения руководителя Администрации о моем назначении начальником отдела федеральных органов государственного управления и поручение готовить развернутые предложения на Президента России по комплексным проверкам с приложением их графика. На формирование отдела и подготовку со ответствующего доклада Президенту России о комплексных проверках устанавливался срок два месяца, в октябре 1994 года подготовительный процесс должен быть завершен.

Я считал, что поставленная задача сложная, но выполнимая, и приступил к комплектованию отдела. Численность его была установлена в 12 специалистов, при этом в моем секторе 6 человек уже были. В течение августа мне удалось провести комплектование штата, пригласил некоторых коллег из бывшего ГКВТИ СССР, других порекомендовали уже работающие сотрудники.

Всем решившим связать свою трудовую деятельность с контрольной работой объяснял, что контрольная работа накладывает ряд ограничений на свободу личности и в какой-то мере рискованная. Во-первых, контролеров просто не любят, и будет тратиться лишняя нервная энергия при общении с проверяемыми; во-вторых, большая вероятность для проверяемых задобрить в процессе проверки разными подарками, включая обычные взятки с последующим шантажированием; в-третьих, будут обращения друзей и знакомых с попытками повлиять на результаты проверки, надо уметь отказывать, и одно из главных качеств — быть доброжелательным и при возможности давать возможность исправлять выявленные недостатки, а не унижать людей, их допустивших.

Неожиданно в августе я узнал, что меня включили в группу сотрудников Контрольного управления, направляемых в начале сентября в ФРГ для повышения квалификации в Федеральной Счетной палате этой страны по теме «Некоторые аспекты государственного финансового контроля в Германии». При этом группу возглавлял сам В. Я. Зайцев. Впоследствии, по прибытию в Германию, выяснилось, что целью его поездки было разобраться на месте с распродажей в 1992–1993 годах имущества Западной группы войск в Германии. Имелись подозрения о коррупции при поспешном избавлении от этого имущества, и В. Я. Зайцеву необходимо было перепроверить эту информацию.

Специалистов Контрольного управления он к этому процессу не привлекал, и мы с интересом слушали две недели лекции сотрудников Счетной палаты ФРГ о методах финансового контроля за государственными средствами в Германии. Конечно, эта тема была не совсем «наша», а больше подходила для специалистов Счетной палаты России, которые тоже присутствовали на этих лекциях.

Но, безусловно, мы, сотрудники Контрольного управления, должны были разбираться в этом процессе, тем более с учетом предстоящих комплексных проверок министерств, где был соответствующий раздел. Я впервые обратил внимание на такой интересный государственный орган парламентского контроля, как Счетная палата, которая имела богатую историю своей деятельности еще со времен царской России и функционировала практически во всех странах мира. Я тогда и предположить не мог, что относительно скоро стану одним из руководителей Счетной палаты России.

В середине сентября, после возвращения из Германии, я с новой энергией приступил к подготовке отдела к комплексным проверкам и начал работать над письмом (докладом) Президенту России о новых методах работы Контрольного управления с федеральными органами исполнительной власти. Перечень основных вопросов для проведения комплексных проверок деятельности министерств и ведомств Российской Федерации В. Я. Зайцев утвердил еще в конце августа перед отъездом в Германию.

Интересно в дальнейшем развивались события, связанные с заданием В. Я. Зайцеву по военному имуществу в Германии. Похоже, он привез какие-то документы, подтверждающие факты коррупции, и они попали на стол к Президенту России. В конце октября 1994 года, в связи с возобновившимся в прессе обсуждением вопроса о распродаже в 1992–1993 годах имущества Западной группы войск (ЗГВ) в Германии, А. Н. Ильюшенко заявил, что крупномасштабных проявлений коррупции в ЗГВ не было. Заявление Ильюшенко было оспорено бывшим руководителем Контрольного управления Юрием Болдыревым, который осенью 1992 года уже передавал президенту Ельцину докладную записку о коррупции в ЗГВ. По утверждению Болдырева, именно Ильюшенко, ставший руководителем ГКУ после Болдырева, вместе с директором ФСК Сергеем Степашиным закрыл дело о коррупции в ЗГВ.

И в начале ноября 1994 года Президент России снял бывшего командующего ЗГВ генерала Матвея Бурлакова с поста заместителя министра обороны (всего через 2 месяца после назначения), чем поставил защищавшего Бурлакова Ильюшенко в сложное положение, и после этого начался процесс завершения его карьеры. В октябре 1995 года журналисты НТВ выяснили интересные подробности трудоустройства родственников Ильюшенко. «В частности, его супруга занимала важный пост в компании «Балкар-Трейдинг», которая не только была крупным автомобильным дилером, но и очень нечисто приторговывала нефтью» (абзац из статьи газеты «Век», 1998 г.).

15 февраля 1996 года Ильюшенко был задержан, освобожден от должности и. о. Генерального прокурора и помещен в СИЗО «Лефортово» по уголовному делу, возбужденному против фирмы «Балкар-Трейдинг» (сделка по продаже за рубеж 25 млн тонн российской нефти на сумму 2,7 млрд рублей). Генпрокуратура инкриминировала Ильюшенко получение взятки и злоупотребление служебными полномочиями.

В конце октября, после длительных согласований с юристами нашего управления и заместителями начальника Контрольного управления, доклад Президенту России был готов и 31 октября подписан В. Я. Зайцевым. К докладу был приложен перечень основных вопросов и предлагаемый график проверки министерств и ведомств с учетом их уровня исполнительской дисциплины по материалам Контрольного управления. В доклад мне даже удалось вставить упоминание моего отдела как исполнителя проверок. Это было, конечно, не совсем корректно, но руководство управления почему-то это оставило в тексте. Вот полный текст письма-доклада:

«Президенту Российской Федерации Б. Н. ЕЛЬЦИНУ

Уважаемый Борис Николаевич!

Информирую о результатах рассмотрения в Контрольном управлении Президента Российской Федерации предложений руководителей республик Российской Федерации, сформулированных на встрече с Вами 14 июля 1994 года по проблеме бюрократизации повседневной деятельности министерств и ведомств (поручение от 25.07.94 г. № Пр-1011).

Контрольное управление считает, что отсутствие постоянного контроля, а также гласности в деятельности министерств и ведомств Российской Федерации снижает эффективность их работы, приводит к бюрократизации аппарата, а недостаток инициативы или даже бездействие в создании механизма реализации и практического претворения в жизнь президентских указов дискредитируют институт президентства в России. Требует экспертной оценки на основе конечных результатов работы и оптимальность существующей структуры федеральных органов государственного управления, в том числе дублирование при выполнении некоторыми министерствами и ведомствами возложенных на них функций, избыточность представительств федеральных структур в субъектах Российской Федерации, а также численность аппаратов министерств и ведомств.

Руководствуясь Положением о Контрольном управлении Президента Российской Федерации, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 25.05.94 г. № 1015, предлагается поручить Контрольному управлению обеспечить комплексные, а при необходимости и целевые проверки деятельности министерств и ведомств по перспективному плану. План проверки на первую половину 1995 года, составленный с учетом уровня исполнительской дисциплины министерств и ведомств в 1994 году, представляется для рассмотрения и утверждения.

Проверки министерств и ведомств должны организовываться и проводиться Контрольным управлением (Отдел федеральных органов государственного управления) с привлечением специалистов из Аппарата Правительства Российской Федерации, Контрольно-ревизионного управления Минфина России, правоохранительных и других органов контроля (при необходимости).

Основной целью таких проверок является практическая помощь по выработке новых форм и методов управления в условиях реформ, позволяющих федеральным органам государственного управления активно влиять на положение дел в порученной сфере. Предполагается также уделить серьезное внимание формированию общего управленческого стиля и взаимодействия различных федеральных органов управления. Перечень основных вопросов, по которым планируется осуществлять проверки, прилагается.

По результатам проверки федерального органа государственного управления Контрольным управлением подготавливаются и представляются Президенту Российской Федерации доклад, содержащий аналитическую информацию о деятельности исполнительного органа федеральной государственной власти и его руководителей по соблюдению Конституции Российской Федерации, исполнению указов и распоряжений Президента России, выполнению положений об этих органах и других нормативных актов, а также выводы и предложения.

Прошу Вашего решения.

Приложение: на 3 листах.

Исполняющий обязанности начальника

Контрольного управления Президента

Российской Федерации

В. Я. Зайцев».

Этим письмом Контрольное управление, конечно, выходило за рамки своей компетенции и брало на себя трудновыполнимые обязательства, и к тому же очень рискованные в политическом плане. При этом вся контрольная работа и ответственность за взятые обязательства фокусировались на меня. Но я не боялся работы, был уверен в своих силах, но также был уверен и в том, что такой доклад в лучшем случае будет принят к сведению, запросят мнение Правительства РФ, и все это, через бюрократическое обсуждение, сведется к обещаниям все исправить.

Но я ошибся. Уже 14 ноября 1994 года Б. Н. Ельцин дал по нашему письму очень конкретное и жесткое поручение:

«В. С. Черномырдину, С. А. Филатову, В. Я. Зайцеву

Принципиально согласен. Считаю, проблема устранения дублирования функций министерств и ведомств, резкого сокращения численности разбухших аппаратов должна быть решена немедленно в соответствии с данными ранее поручениями. Намеченные сроки проверки надо ускорить, действуйте согласованно».

Конечно, на поручение Президента России сразу отреагировали и Филатов, и Черномырдин.

Руководитель Администрации Президента РФ дал следующее поручение:

«Уважаемый Владимир Яковлевич! Прошу действовать в соответствии с поручением Президента Российской Федерации, взаимодействовать с руководителями МВЭСа, Минстроя, Минфина, Госкомимущества, соответствующими заместителями Председателя Правительства Российской Федерации».

В поручении перечислены министерства, которые были указаны в плане проверки на 1995 год. Еще необходимо отметить, что это поручение Президента России — единственный случай, когда Б. Н. Ельцин напрямую дал поручение В. Я. Зайцеву. В дальнейшем он давал поручения Контрольному управлению только через Руководителя Администрации Президента России.

В. С. Черномырдин распорядился следующим образом:

«Минфину России (В. Г. Панскову) — созыв,

Минэкономики России (Е. Г. Ясину),

Минтруду России (Г. Г. Меликьяну).

Прошу, руководствуясь поручением Б. Н. Ельцина, рассмотреть поставленные вопросы с учетом ранее данных поручений Президента и Правительства Российской Федерации по сокращению численности аппарата органов управления и внести согласованные с Контрольным управлением Президента Российской Федерации предложения по организации комплексных проверок деятельности министерств и ведомств.

Срок — 7 дней».

Теперь мне предстояло всем доказать, что мои предложения, одобренные высшим руководством страны, не только реализуемы, но и результаты проверок будут эффективны и приведут к результату, ожидаемому Президентом России. Конечно, риски и для меня лично, и для руководства Контрольного управления были огромные.

Но я и не предполагал, что при честно проводимых проверках я подвергаю опасности не только свою карьеру, но и личную безопасность. В какой-то мере я был еще совершенно неопытный в понимании политических раскладок в высших эшелонах власти, но эта наивность и абсолютная моя политическая нейтральность, с ориентацией только на документы, подписанные Президентом России, помогли избежать серьезных ошибок и добиться положительного результата (в дальнейшем все равно результаты большинства проверок нивелировались, и события развивались по другим сценариям).

Было очевидно, что только силами специалистов Контрольного управления заданной цели при комплексных проверках достичь не удастся. Но уровень поручений Президента и Председателя Правительства России позволил привлечь к работе комиссии Контрольного управления как специалистов из разных управлений Администрации Президента России, так и сотрудников Аппарата Правительства России и федеральных министерств и ведомств.

Но необходимо отметить и еще одно важное обстоятельство, которое очень сильно влияло на весь процесс проведения запланированных комплексных проверок и на конечный результат, составление итогового отчета и доклада результатов проверки Президенту России.

В указанное время очень активную позицию на всех направлениях, связанных с деятельностью Президента России, занимала Служба безопасности Президента Российской Федерации, возглавляемая А. В. Коржаковым. Естественно, контролировалась и экономическая составляющая такой деятельности в части борьбы с коррупцией. Занимались этим направлением специальные два отдела в Службе безопасности. Отделом, который должен был бороться с коррупцией в Правительстве России, руководил В. А. Стрелецкий.

Как только Б. Н. Ельцин подписал распоряжение о проведении комплексных проверок министерств и ведомств, сотрудники В. А. Стрелецкого выразили желание со мной познакомиться. Пришли молодые симпатичные ребята и предложили в рамках проводимых проверок сотрудничество. Отдел дает мне ориентировки по проблемным вопросам, существующим в проверяемых министерствах, а я даю им возможность знакомиться с текущими материалами проводимых контрольных мероприятий и итоговым отчетом до его направления Президенту России.

Я, естественно, в рамках выработанного мною правила поведения в Контрольном управлении — никаких тайн от руководства по служебным вопросам — доложил о моих контактах со Службой безопасности Президента России и получил разрешение действовать так, как они просят. В. Я. Зайцев прекрасно понимал роль в то время А. В. Коржакова при Президенте России, и другого решения быть не могло.

Первая комплексная проверка, согласно утвержденному графику, должна была проходить в МВЭС России. Уже в конце ноября 1994 года по Контрольному управлению было подписано распоряжение «О проведении комплексной проверки Министерства внешних экономических связей Российской Федерации». Была создана комиссия Контрольного управления из шести человек под моим председательством.

Мне было предписано организовать включение в состав комиссии специалистов Администрации Президента России, Аппарата Правительства России, министерств и ведомств. Сроки проведения устанавливались жесткие: приступить в январе 1995 года и справку-отчет представить начальнику Контрольного управления уже 1 марта. В течение декабря мне предстояло полностью сформировать комиссию, подготовить программу проверки, распределить ее вопросы по членам комиссии и, главное, разъяснить им, что их задача — не получить справки от проверяемых, а самостоятельно дать экспертную оценку состоянию дел в министерстве по закрепленным за ними вопросам проверки.

До наступления Нового года удалось с определенными трудностями сформировать состав комиссии, который утвердил В. Я. Зайцев, и подготовить перечень основных вопросов для проведения комплексной проверки в МВЭС, на основании ранее подготовленных документов, получивших одобрение Президента России.

Комиссия получилась большая, 22 человека, но очень представительная. В составе были специалисты из управления федеральной государственной службы, финансово-бюджетного управления (все из Администрации Президента России), Гостехкомиссии России, департамента международного сотрудничества Аппарата Правительства России, целая бригада (по отдельному списку) из контрольно-ревизионного управления Минфина России, Федеральная служба России по валютному и экспертному контролю, департамента налоговой полиции, Минэкономики России, Минтруда России, Государственного таможенного комитета, главного управления Федерального казначейства Минфина России.

После формирования состава комиссии остался самый важный элемент подготовки — составить конкретный список вопросов для проведения комплексной проверки с учетом особенностей деятельности МВЭС, естественно, отталкиваясь от типовой программы проверки, ранее одобренной на всех уровнях. В результате анализа положения по министерству, консультаций с членами комиссии, изучения критических материалов в прессе получился объемный текст на 4 страницах, но с актуальными для страны вопросами.

Например, были включены такие вопросы, как министерство осуществляет экспортный контроль в целях защиты государственных интересов, работа по реализации стратегии протекционизма российских товаров, работа по заключению, реализации и контролю исполнения международных договоров России по вопросам торгово-экономического сотрудничества, платежных и кредитных отношений, урегулирования внешней задолженности бывшего СССР, погашения долгов иностранных государств.

Не забыл я и причину проверки министерств, жалобы губернаторов. Поэтому были включены в проверку и вопросы формирования региональных программ развития внешнеэкономической деятельности, ее координация и максимальная реализация экспортного потенциала регионов, в том числе на базе модной тогда конверсии. А чтобы не было «игры в одни ворота», включен и такой вопрос, как организованная МВЭС, совместно с заинтересованными министерствами и ведомствами, организации контроля за целевым использованием льгот в области внешнеэкономической деятельности, представляемых отдельным регионам, предприятиям и организациям.

Был еще один важный пункт в программе проверки следующего содержания: «Правильность учета, формирования и расходования специальных (внебюджетных) средств, в т. ч. в иностранной валюте». Опережая повествование, отмечу, что результаты проверки по этой теме и некоторым другим вопросам в дальнейшем привели к различным мерам наказания руководства МВЭС, а мне чуть не стоили жизни.

Сразу после новогодних праздников, по предварительной договоренности, весь состав комиссии прибыл на Смоленскую площадь в здание МИД России, где в то время располагалось руководство МВЭС и некоторые его подразделения. От МВЭС взаимодействовать с комиссией контрольного управления было поручено министром своему первому заместителя Михаилу Ефимовичу Фрадкову.

Первым заместителем министра на первую встречу с комиссией были приглашены практически все руководители подразделений министерства. Я представил всех членов комиссии, кратко рассказал о программе проверки и целях ее проведения, высказал пожелание дружной совместной работы, которая должна привести к выявлению и устранению имеющихся недостатков в работе министерства и как следствие — к улучшению его работы. Попросил выделить для работы необходимое помещение, оргтехнику и назначить ответственных по министерству за представление необходимых для проверки документов по разделам программы, подготовки необходимых справок с предоставлением права отвечать письменно на возникающие вопросы членов комиссии.

Я всегда на этом и других контрольных мероприятиях уделял особое внимание организационным вопросам, особенно на начальном этапе работы, что позволяло мне, как руководителю, сосредоточиться на содержательной части материалов самой проверки и лично проверять особо важные, по моему мнению, вопросы.

В последних числах декабря по моему предложению Руководитель Администрации Президента России Филатов С. А. подписал телеграмму всем руководителям субъектов Российской Федерации с просьбой представить предложения по улучшению работе МВЭС России и аппарата его уполномоченных в регионах. Реакция регионов, учитывая уровень обращения к ним и важность для них этой проблемы, была практически мгновенная. И уже в первой половине января 1995 года почти от всех регионов, за подписью первых лиц, лежали у меня на столе подробные ответы и описанием недостатков в работе МВЭС и предложениями по улучшению этой работы. Только по этим материалам уже можно было начинать составлять итоговый документ проверки МВЭС.

Верный своим принципам проведения проверок, я приступил к работе в министерстве с изучения приказов и распоряжений руководителей МВЭС за проверяемый период. Сразу обратил внимание на огромное количество приказов, связанных с расходованием бюджетных и внебюджетных средств на заграничные командировки, проведение различных семинаров за границей в виде бизнес-туров. Особое внимание привлекли распорядительные акты об оплате различных расходов за счет государственных средств, связанных со строительством личной городской и загородной недвижимости сотрудниками МВЭС, как правило, руководящего состава министерства, при этом расходовались внебюджетные средства.

От сотрудников МВЭС получил разъяснения, что сложилась практика в последние годы, когда значительная часть расходов управлений уполномоченных и центрального аппарата министерства, а также расходы по материальному стимулированию работников финансируется за счет внебюджетных средств на основании постановления Правительства России от 1992 года «О лицензировании и квотировании экспорта и импорта (работ, услуг) на территории Российской Федерации». Необходимо было проверить, действительно ли это постановление позволяет министерству так «вольно» распоряжаться государственными средствами.

После ознакомления с приказами появились у меня вопросы и по расходованию средств на содержание загранучреждений. Явно просматривались факты расходования указанных средств сверх бюджетного финансирования. С целью подтвердить или опровергнуть мои подозрения, я 17 января отправился во второе здание министерства, расположенное на Водоотводном канале на пересечении Овчинниковской набережной и Садовнического проезда.

Перед этим я по телефону объяснил цель моего визита руководителю подразделения, курирующему в министерстве вопросы взаимодействия с загранучреждениями, и сообщил вопросы, на которые мне хотелось бы получить письменные ответы с копиями необходимых финансовых документов. Визит был недолгий, я был приглашен на беседу в кабинете руководителя подразделения, на которой мне в увлеченной манере рассказали, какую важную роль для страны играют загранучреждения МВЭС.

Что нельзя на этом экономить, но все средства расходуются строго по закону, в рамках утвержденного бюджета. Но, к сожалению, письменные подтверждения еще готовятся, все справки с копиями документов мне будут переданы через три дня. В завершение беседы мне было предложено выпить замечательного английского чая, сорт которого у нас в России не продается. Секретарь принес уже готовые чашки чая мне и своему руководителю. Я выпил, чай был действительно очень вкусный, еще минут десять поговорили на общие темы, и я покинул здание министерства.

Старая площадь была недалеко, и я решил до работы дойти пешком через улицу Солянка. Уже проходя Комиссариатский мост через обводной водоканал, я почувствовал, что со мной происходит что-то странное. Появился озноб по всему телу, в горле сильно першило. На Большом Устьинском мосту меня стали покидать силы, я замедлил ход, озноб перешел в жар. Я решил срочно ехать домой, с трудом добрался до ближайшего метро.

Плохо помню, как добрался, раздеваться и ложиться в постель мне уже помогала жена. Слабость была запредельная, начала постепенно повышаться температура. На следующий день из поликлиники Управления делами с Сивцева Вражка был вызван врач. Диагностировала грипп, выписала положенные по этому случаю таблетки. Но состояние здоровья продолжало быстро ухудшаться. Когда температура стала через два дня приближаться к 40 градусам, вызвали скорую помощь.

Врач оказался более профессиональным и сразу диагностировал воспаление легких. Скорая забрала меня в Центральную клиническую больницу. После взятие анализов, дополнительного осмотра, диагностических процедур было установлено, что воспаление легких у меня вирусное. Начали колоть антибиотики, а они не помогают. Еще неделю я провел практически в беспамятном состоянии. Несколько раз собирался консилиум врачей, мне в кисть руки поставили на постоянной основе катетеры и стали подбирать разные антибиотики. Как мне объяснили потом врачи, с такой формой вирусного воспаления легких они встретились впервые.

Руководство Контрольного управления, потеряв руководителя важной проверки, естественно, звонило руководству ЦКБ. Ответ был примерно такой: делаем все возможное, но гарантии благополучного исхода дать не можем. Перелом в болезни наступил где-то в начале февраля, удалось подобрать препараты, которые смогли справиться с вирусом.

Первые дни, когда мне разрешили вставать, было очень тяжело даже ходить, слабость в ногах, легкое головокружение. Но надо было спасать проверку, я затребовал с работы в палату компьютер и все уже имеющиеся по проверке МВЭС материалы. В мое отсутствие члены комиссии работали на совесть, и уже практически по всем разделам программы проверки были конкретные материалы для включения в итоговый документ. Вот к его подготовке я и приступил прямо в больнице.

Врачи, конечно, возражали, но я строго выполнял весь курс лечения, стал ходить на лечебную гимнастику для очищения легких от последствий воспалительного процесса, и доктора смирились, что палата была завалена документами контрольного управления, а больной почти все время работает на компьютере. Из головы, конечно, не выходили мысли, что со мной произошло. В здание МВЭС я вошел совершенно нормальным человеком, бодрым, никаких симптомов плохого самочувствия не было. Вышел из здания и лавинообразно стал больным. Получается, что «виноват» английский чай, именно в нем оказался «вирус».

Я для себя решил не давать этой истории соответствующую огласку, доказательств нет, а тратить силы на бездоказательные обвинения смысла не было. Поэтому в дальнейшем решил для себя быть более осторожным. И при застолье в узком кругу источник должен стоять на столе и пить надо тот же напиток, что и принимающая сторона. А лучше, конечно, вообще избегать таких ситуаций.

Вышел я из больницы в конце февраля, за это время мне удалось обработать все поступившие материалы проверки, дать новые уточняющие поручения членам комиссии и составить примерную схему итогового отчета. Сам отчет по проверке готовил уже на своем рабочем месте, в кабинете на Старой площади, практически весь март. Первый вариант отчета о проверке МВЭС был подготовил 23 марта 1995 года. Материал был очень объемный, одних приложений к отчету — 10 на 144 листах, сам отчет разместился на 42-х.

Отчет получился очень резкий. Критиковалась в нем как эффективность основной деятельности МВЭС, так и система организации работы в министерстве. Но самый острый раздел был посвящен нарушениям в финансовой деятельности министерства, и факты, изложенные в этой части раздела, явно заслуживали уголовных дел.

Вот только некоторые фрагменты нарушений:

«Проверкой установлено, что в МВЭС России допущен ряд грубых нарушений в расходовании средств на содержание центрального аппарата министерства. Постановлением Правительства Российской Федерации от 6 ноября 1992 года № 854 было поручено МВЭС России представить в органы законодательной власти предложения об установлении и размерах платы за выдачу лицензий и оформление сертификатов. Однако МВЭС России в нарушение вышеуказанного постановления, установив без соответствующего утверждения размеры этой платы, производило ее взимание, а полученные средства зачисляло на текущий счет «Суммы по поручениям» в Объединенном экспортно-импортном банке (ОНЭКСИМ банк).

В результате за счет этих средств было израсходовано в 1994 году на содержание центрального аппарата МВЭС России сверх выделенных бюджетных ассигнований — 4929,9 млн рублей, в том числе на выплату премий и материальной помощи — 2114,2 млн рублей (за год каждый работник министерства получил дополнительно 10 должностных окладов). …………………

При отсутствии законных оснований из внебюджетных средств, полученных за лицензирование, было перечислено в 1994 году на отдельный счет министерства «для укрепления и развития материально-технической базы министерства» средства в сумме 87 млн руб., которые фактически израсходованы в основном на выдачу субсидии на строительство жилья и оплату строительных материалов…

Следует также отметить, что приказом МВЭС России от 6 мая 1994 года № 207 образован централизованный фонд социальной поддержки подведомственных организаций и подразделений центрального аппарата министерства, что мотивировалось недостаточностью бюджетного финансирования по поддержанию материально-технической базы подведомственных оздоровительных учреждений министерства на должном уровне. Фактически основная часть средств этого фонда, образованного за счет средств объединений, а также внебюджетных средств, расходовалась по решению руководства министерства, на оказание материальной помощи для приобретения и строительства жилья, гаража, оплату строительных материалов и оказание услуг для руководящих сотрудников аппарата министерства…

…Допущены нарушения в расходовании средств на содержание загранучреждений. Сверх бюджетного финансирования израсходовано на эти цели 6598,6 тыс. долларов и 378 млн рублей.

Не было обеспечено соблюдения требований «Положения о бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации». Предусмотренные Положением соответствующие первичные документы по расходованию внебюджетных средств отсутствовали, бухгалтерский учет этих операций не велся.

Установлены и другие нарушения в финансово-хозяйственной деятельности МВЭС России…»

Необходимо отметить, что все установленные недостатки и нарушения в деятельности министерства фиксировались документально в справках, и с содержанием справок, как правило, знакомились соответствующие руководители подразделений МВЭС, а в части финансово-хозяйственной деятельности — начальник главного контрольно-финансового управления А. В. Кольцов, который согласился с большинством выявленных нарушений. Это вызвало впоследствии негативную реакцию руководства министерства, госпитализацию А. В. Кольцова в Центральную клиническую больницу и, к сожалению, его ухода в мир иной, лечение не помогло.

Руководство Контрольного управления торопило меня с завершением проверки к 1 апреля 1995 года. Но, прочитав подготовленный мною отчет по проверке, явно напряглись, опасаясь последствий за такие острые выявленные недостатки. Я предложил дать мне возможность обсудить результаты с куратором проверки от МВЭС М. Е. Фрадковым. Моя просьба была с радостью одобрена, появилась надежда, что мне объяснят «старшие товарищи», что я не совсем прав, составив такой отчет.

С целью соблюдения протокола взаимодействия должностных лиц В. Я. Зайцев позвонил по правительственной связи министру О. Д. Давыдову. Проинформировал его, что проверка министерства завершается, и Контрольное управление готово предварительно обсудить ее итоги. Была достигнута договоренность, что я передаю М. Е. Фрадкову проект отчета о проверке, и на следующей день, в закрытом режиме, мы его обсудим.

Где-то в конце марта такая встреча состоялась, но вначале пожелал со мной встретиться сам министр. Встреча была короткой, минут 15, меня поблагодарили за такую объемную и тщательную проверку, пообещали принять меры по устранению всех выявленных недостатков. Но попросили внимательно выслушать на следующей встрече с М. Е. Фрадковым его предложения по корректировке некоторых фрагментов отчета, связанных с финансово-хозяйственной деятельностью.

С М. Е. Фрадковым мы совещались около 2-х часов. Я отказался и от чая, и от кофе, пил только воду из бутылки, которую выбрал и открыл сам. Содержание встречи можно было разбить на два этапа. На первом мне рассказывали, как тяжело приходится министерству при недостаточном бюджетном финансировании, надо и ценные кадры удержать, и загранучреждения должны пристойно выглядеть перед иностранными партнерами. Я соглашался, что это, конечно, все правильно, но нарушать закон даже в благих намерениях нельзя.

На втором этапе беседы я предложил компромиссный вариант. Я еще примерно две недели буду работать с текстом отчета о комплексной проверке, за это время необходимо всем сотрудникам, незаконно получившим денежные средства, вернуть их на соответствующий расчетный счет министерства, а за полученные натурой стройматериалы заплатить личными деньгами, также на расчетный счет МВЭС. После представления мне финансовых документов о реализации достигнутых договоренностей я из отчета соответствующие фрагменты убираю. На этом и расстались.

Начался длительный процесс согласования в Контрольном управлении текста отчета с членами комиссии, с юристами, лингвистами. За это время из МВЭС мне стали поступать копии платежных документов по реализации достигнутых договоренностей о возврате денежных средств и оплате оказанных министерством услуг своим сотрудникам. Честно могу сказать, что времени проверить, все ли сотрудники МВЭС, ранее выявленные в материалах проверки, это сделали, не было. Но в окончательной редакции отчета, подписанного мною 19 апреля 1995 года, в выводах о результатах проверки указанным ранее нарушениям был посвящен только один лаконичный абзац:

«МВЭС России не обеспечило экономное расходование государственных средств, при отсутствии соответствующих законодательных нормативных документов о порядке использования внебюджетных средств допускается их расходование на нужды министерства по отдельным частным решениям, не соблюдаются требования «Положения о бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации» по учету и контролю за расходованием средств, выявлены нарушения, связанные с выплатами денежных средств за счет внебюджетных источников сотрудникам торгпредств и центрального аппарата министерства».

С одной стороны, в этом абзаце указано все, что было выявлено, с другой стороны — исчезла персональная составляющая по нарушениям. При этом в тексте отчета я оставил суммы денежных средств, выявленных во время проверки, как нарушения, но здесь же в скобках указал, например: «28.03.95 г. указанная сумма была возвращена на счет по внебюджетным средствам».

Но к моменту завершения окончательной редакции отчета о комплексной проверке МВЭС произошло еще одно важное событие. Два заместителя министра МВЭС Н. А. Лисовский и А. Ю. Догаев были уволены за недостатки в работе, отмеченные комиссией контрольного управления Президента России. И они были определены виновниками всех выявленных нарушений в министерстве.

В заключение оформления документов по результатам проверки МВЭС мне предстояла очень сложная задача: подготовить информацию для Президента России о результатах проверки. По установленному правилу она должна быть короткой, занимать не более 4 листов, содержать конкретные предложения и подписываться начальником Контрольного управления Президента России. Практически это значило 144 страницы превратить в 4. Этот документ дался мне с трудом, главное — из-за разногласий с В. Я. Зайцевым по содержанию, особенно в части выводов и предложений.

К 20 апреля вся подготовка итоговых материалов проверки была завершена, документы подписаны и отправлены адресатам. Вот ключевые фрагменты текста из информации о проверке для Президента России.

«Комиссия, отмечая в целом удовлетворительный уровень выполнения МВЭС России возложенных на него задач и функций, выявила и существенные недостатки в работе министерства, основные из которых следующие».

Далее в тексте указано, что Положение об МВЭС не приведено в соответствие с Конституцией Российской Федерации, федеральными законами, как это было предусмотрено соответствующим Указом Президента России, что привело к низкой эффективности деятельности министерства. Отмечено, что в целом нельзя признать удовлетворительной деятельность министерства по исполнению Указов Президента России и постановлений Правительства Российской Федерации как по срокам, так и по конечному результату.

Приведены в информации конкретные примеры. Отмечена неудовлетворительная работа министерства и Аппарата Правительства Российской Федерации по практической реализации Послания Президента России Федеральному собранию Российской Федерации за 1994 год. Отмечено, что сложившаяся в МВЭС России практика использования федерального имущества в загранучреждениях и коммерческого дохода от его сдачи в аренду не соответствует требованиям законодательства Российской Федерации.

Полностью мне удалось отстоять и включение в информацию абзаца по незаконному использованию внебюджетных средств в министерстве.

Достаточно объективной (кроме предпоследнего абзаца), по моему мнению, получилась заключительная часть информации. Приведу ее по тексту полностью:

«В целях устранения имеющихся недостатков в деятельности МВЭС России с учетом проводимой либерализации внешнеэкономической деятельности и расширения прав субъектов Российской Федерации считали бы целесообразным:

1. Правительству Российской Федерации совместно с МВЭС России обеспечить подготовку и утверждение «Положения о МВЭС России», соответствующего законодательству Российской Федерации и задачам, решаемым государством по интеграции российской экономики в мировое хозяйство, с последующей реорганизацией министерства.

2. МВЭС России проанализировать направленные ранее Контрольным управлением структурированные материалы, полученные при проведении проверки от субъектов Российской Федерации и территориальных органов исполнительной власти с замечаниями и предложениями по работе МВЭС России и аппарата его уполномоченных в регионах, обратив особое внимание на необходимость активизации работы созданного при МВЭС России Координационного Совета по внешнеэкономическим связям, участия МВЭС России в формирование региональных программ и экспортного потенциала регионов, рассмотрев целесообразность объединения аппаратов Уполномоченных МВЭС России с региональными структурами, занимающимися вопросами внешнеэкономической деятельности, с двойным подчинением МВЭС России и Администрациям регионов, а также реализовать другие предложения, имеющие поддержку большинства руководителей регионов.

3. Правительству Российской Федерации, используя материалы по проверке МВЭС России комиссией Контрольного управления, проанализировать весь комплекс вопросов, связанных с недостаточным уровнем исполнительской дисциплины в федеральных органах исполнительной власти, включая качество подготовки постановлений и распоряжений Правительства Российской Федерации, изменив критерии оценки выполнения поручений по достигнутому результату. Привлечь к ответственности должностных лиц в МВЭС России и Аппарате Правительства Российской Федерации, не обеспечивших выполнение поручений, содержащихся в указах Президента и постановлениях Правительства Российской Федерации, указанных в материалах комиссии.

4. МВЭС России провести расширенную коллегию министерства с обсуждением и принятием мер по результатам проверки, обратив особое внимание на выявленные недостатки по расходованию бюджетных и внебюджетных средств в министерстве и подведомственных организаций, слабую работу системы внутриведомственного контроля, недостатки в защите сведений, составляющих государственную тайну.

5. Обязать Госкомимущество России совместно с Минфином России в течение 1995 года провести документальные и фактические проверки (инвентаризации) федеральной собственности, находящейся за рубежом и переданной в оперативное управление МВЭС России или закрепленной на балансе загранучреждений МВЭС России.

Контрольное управление, учитывая, что на завершающем этапе проверки МВЭС России были освобождены от занимаемых должностей заместители Министра Лисовский Н. А. и Догаев А. Ю., курирующие главные управления министерства, на которые приходится большинство выявленных недостатков в работе МВЭС России, не видит необходимости привлекать к дисциплинарной ответственности других руководителей министерства.

Одновременно полагали бы целесообразным проинформировать по вопросам, связанным с нарушениями по расходованию бюджетных и внебюджетных средств, использования доходов от сдачи федерального имущества в аренду в МВЭС России, Генеральную прокуратуру и Департамент налоговой полиции Российской Федерации».

Последние два абзаца письма получились как компромисс между мною и начальником Контрольного управления. Он настоял на изложении предпоследнего абзаца именно в такой редакции, предполагаю, что по рекомендации вышестоящих коллег. А я убедил В. Я. Зайцева в необходимости обязательного последнего абзаца в части обращения в правоохранительные органы. Аргументация была следующая. Весь процесс проверки МВЭС постоянно контролировала Служба безопасности Президента России, и она нам не простит такую соглашательскую позицию по выявленным нарушениям в министерстве, если материалы проверки не направим в Генеральную прокуратуру. И, как показали последующие события, я был прав, но даже мой последний абзац не снял всех возникших в последующем проблем.

Материалы проверки МВЭС были разосланы сопроводительным письмом за подписью Руководителя Администрации Президента России С. А. Филатова Президенту России Б. Н. Ельцину и Председателю Правительства Российской Федерации В. С. Черномырдину 24 апреля 1995 года. В МВЭС результаты проверки были направлены за подписью начальника Контрольного управления. При этом направлять материалы в правоохранительные органы В. Я. Зайцев отказался, пока не будет положительного решения Президента России. Это решение так в Контрольное управление и не поступило.

Как представляется, такое развитие событий не устроило Службу безопасности Президента России. И в июле этого года А. В. Коржаков направил в Генеральную прокуратуру России и сам отчет Контрольного управления о проверке МВЭС, и мои первичные материалы по финансовым нарушениям в МВЭС. Об этом он проинформировал заместителя Председателя Правительства Российской Федерации О. Д. Давыдова, по совместительству возглавляющего МВЭС. Вот текст этого письма:

«Уважаемый Олег Дмитриевич!

Службой безопасности на основании Распоряжения Президента РФ от 18 апреля 1994 года № 195 осуществлена проверка исполнения поручения Президента РФ от 14 ноября 1994 года № ПР-1619, в процессе которой выявлены нарушения финансовой деятельности МВЭС РФ, не нашедшие в полной мере отражения в отчете о результатах комплексной проверки, проведенной Контрольным управлением Президента РФ.

Для сведения сообщаю, что выявленные нами в процессе проверки материалы направлены для рассмотрения и принятия мер, предусмотренных законодательством, в Генеральную прокуратуру РФ».

До этого письма ситуация развивалась благоприятно для МВЭС, по разработанному ими сценарию. По результатам проверки Контрольным управлением Председатель Правительства РФ дал МВЭС 30 апреля 1995 года следующее поручение: «МВЭС России (О. Д. Давыдову). Прошу рассмотреть выводы комиссии и провести необходимую работу по устранению недостатков в деятельности министерства. По вопросам, требующим решения Правительства Российской Федерации, представьте в установленном порядке предложения. О принятых мерах доложите».

Этим же поручением Госкомимуществу России предписывалось совместно с МВЭС России провести инвентаризацию федеральной собственности за рубежом, находящейся в ведении МВЭС России и его загранучреждениях, с последующим докладом результатов.

Мне было приятно осознать, что Правительство РФ согласилось с выводами и предложениями комиссии, к составлению которых я имел прямое отношение.

Крайне положительная реакция на результаты проверки была и со стороны МВЭС. В первых числах июня была проведена расширенная коллегия министерства по результатам проверки, и в Контрольной управление поступило письмо — отчет о проводимой работе по устранению выявленных недостатков. Вот некоторые фрагменты этого письма:

«…МВЭС России докладывает о проделанной работе по устранению выявленных недостатков. Немедленно после поступления в министерство материалов проверки министром О. Д. Давыдовым в целях эффективной организации работы по устранению отмеченных недостатков был издан приказ… В тот же день было проведено совещание с руководителями министерства и всех его подразделений, на котором были рассмотрены итоги работы комиссии Контрольного управления Президента Российской Федерации, определены задачи, стоящие перед министерством в плане устранения отмеченных недостатков, сформулирован общий самокритичный настрой на эту работу… Расширенное заседание коллегии МВЭС России было проведено с участием представителей Контрольного управления Президента России и аппарата Правительства России (решение коллегии прилагается).

Коллегия одобрила Комплексный план мероприятий по устранению недостатков, отмеченных комиссией Контрольного управления по результатам проверки МВЭС России (прилагается), и выработала меры по недопущению впредь выявленных недостатков и дальнейшему совершенствованию деятельности министерства… Вместе с тем, следует подчеркнуть, что осуществление конкретных шагов по устранению недостатков было начато в министерстве еще в ходе работы комиссии, на основе предварительных результатов, полученных в рамках рабочих контактов с членами комиссии… Коллегия рассмотрела также вопрос персональной ответственности руководителей министерств и их подразделений за допущенные в период 1993–1994 годов нарушения в работе министерства (приказы прилагаются).

Всесторонний анализ материалов комиссии Контрольного управления Президента Российской Федерации помог более четко определить главные направления деятельности МВЭС России в современных условиях и уточнить текущие задачи».

Изучение приложенных к письму материалов показало, что министерство подошло к вопросу устранения недостатков не формально. В части дисциплинарных наказаний был объявлен строгий выговор за упущения в работе, выявленные комплексной проверкой контрольного управления Президента России, А. В. Кольцову, начальнику Главного контрольно-финансового управления, В. В. Чертову, начальнику Главного управления загранучреждений и имущества, Ю. В. Головащенко, управляющему делами. Отдельным приказом за недостаточный контроль за работой ряда ведущих подразделений министерства был объявлен выговор М. Е. Фрадкову, первому заместителю министра.

Но на этом история с проверкой МВЭС не завершилась. После отправки в июле письма Службы безопасности Президента России в Генеральную прокуратуру о нарушениях в деятельности МВЭС в прессу был произведен вброс информации о результатах проверки министерства Контрольным управлением. Цель подобных действий, по моему мнению, была одна: заставить прокуратуру возбудить уголовное дело по выявленных финансовым нарушениям в МВЭС. И такое уголовное дело было возбуждено, но в конце 1995 года закрыто из-за отсутствия состава преступления. До середины 1996 года, с переменным успехом, эта тема вновь и вновь возникала. При этом появились и статьи в защиту МВЭС. Приведу для примера две статьи, отражающие противоположные позиции по этому вопросу.

Газета «Известия», номер от 24 мая 1996 года, статья «В причастности к казнокрадству подозреваются высшие руководители Министерства внешних экономических связей». Статья большая, она практически перепечатывает первичные документы по проверке министерства Контрольным управлением. Приведу только фрагменты статьи, отражающие позицию автора и тех, кто за ним стоял при подготовке материала.

«Генеральная прокуратура возбудила уголовное дело по фактам незаконного расходования государственных средств в МВЭС России. Происходило это не без участия вице-премьера правительства России, министра внешних экономических связей Олега Давыдова, его первого заместителя Михаила Фрадкова, бывшего заместителя Андрея Догаева, а также ряда других руководителей этого ведомства… Началось все в январе 1995 года, когда контрольные управления администрации президента и Министерство финансов приступили к совместной проверке деятельности МВЭС. Уже к концу марта на свет появился крайне любопытный акт ревизии. Специалисты-контролеры насчитали, что с февраля 1994 года во внешнеторговом ведомстве незаконно израсходовано более 4.9 миллиарда рублей. Причем сделано это при непосредственном участии ряда ответственных чиновников МВЭС и зачастую в их собственных корыстных интересах.

Дальше стали происходить чудеса бюрократической и уголовной магии. По информации, полученной «Известиями», ревизоры вынуждены были под сильнейшим давлением переписывать свой злополучный акт еще два раза. В окончательном варианте из него исчезли фамилии всех высокопоставленных лиц, а выводы в значительной степени оказались приглажены.

Но и урезанный вариант выглядел достаточно взрывоопасно. Поэтому со скандальным документом поступили просто — правительству докладывать не стали и постарались забыть.

Увы, к великому сожалению работников МВЭС, окончательно спрятать концы в воду не удалось. Здесь уже на сцене появились сотрудники Главного управления по экономическим преступлениям МВД России, с некоторого времени с неподдельным интересом изучающие деятельность ряда высших чиновников МВЭС и прекрасно осведомленные о результатах ревизии. С огромным трудом им удалось вытащить многострадальный акт из «архивной пыли», провести дополнительную проверку и направить в Генеральную прокуратуру для решения вопроса о возбуждении уголовного дела. (Комментарии: в последних абзацах автором явно сознательно искажается информация про ненаправление материалов проверки в Правительство России, а действия Службы безопасности Президента России заменены на действия управления МВД России).

Однако превратности судьбы по-прежнему не оставляли эту историю.

В пять часов утра 30 сентября 1995 года в здании Генеральной прокуратуры дежурный милиционер обнаружил пожар в одном из кабинетов. К тому времени, когда удалось сбить пламя, помещение выгорело практически дотла со всем содержимым. Волей рока среди немногих чудом уцелевших бумаг в закопченном и оплавленном сейфе оказалась и папка с материалами проверки по финансовым нарушениям в МВЭС. По официальной версии, причиной стало короткое замыкание.

А через несколько месяцев, дав первые показания, 12 января в Центральной клинической больнице скончался один из главных свидетелей по делу Александр Кольцов — начальник главного контрольно-финансового управления МВЭС. …Однако, несмотря ни на что, сотрудникам Главного управления по экономическим преступлениям МВД России удалось закончить предварительную работу, и Генеральная прокуратура возбудила уголовное дело… (Комментарии: далее в статье идет подробное изложение выявленных нарушений по материалам работы комиссии контрольного управления, но на это ссылки нет).

…

Чтобы работа над собственным бытом хотя бы внешне была законной, 6 мая 1994 года приказом № 207 в министерстве был учрежден централизованный фонд социальной поддержки…

Распоряжаться этими суммами должна была специальная комиссия под руководством в то время заместителя министра внешнеэкономических связей Андрея Догаева. Сегодня на допросы Андрея Догаева возят из следственного изолятора в Лефортово. Попал он туда еще четыре месяца назад по подозрению в злоупотреблении служебным положением.

…

Дальнейшее развитие событий предсказать трудно. Как нам стало известно, большинство из чиновников МВЭС, припадавших к щедрому источнику внебюджетных средств, после разразившегося скандала и вмешательства Генеральной прокуратуры поспешили вернуть полученные деньги. Но похвальное это решение на развитие расследуемого в настоящее время уголовного дела ровным счетом никакого влияния оказать не может. Следствие, как ему и положено, станет доказывать факт уже совершенного преступления независимо от попыток пригладить его последствия. Удастся ли это? Будет ли предъявлено обвинение вице-премьеру правительства России, министру внешних экономических связей Олегу Давыдову и его первому заместителю Михаилу Фрадкову или, наоборот, их признают непричастными к финансовым махинациям? Думаем, ясность наступит со временем».

Буквально на следующий день, 25 мая 1996 года, в «Независимой газете» появляется статья «МВЭС под прицелом проверяющих», в которой автор излагает позицию руководства МВЭС на ситуацию в министерстве и на статью в газете «Известия». Вот некоторые фрагменты этой статьи:

«В интервью «НГ» вице-премьер, министр внешнеэкономических связей России Олег Давыдов выразил недоумение опубликованной вчера в «Известиях» статьей, в которой сообщалось о возбуждении Генеральной прокуратурой уголовного дела по факту расходования государственных средств в МВЭС.

В действительности в конце прошлого года Генпрокуратура постановила отказать в возбуждении уголовного дела «за отсутствием состава преступления (официальная формулировка прокуратуры»)… По словам Олега Давыдова, в мае 1994 года бывшие советские внешнеэкономические объединения, ранее находившиеся под патронажем МВЭС, предложили министерству создать из их чистой прибыли так называемый благотворительный фонд. Объединения, до сих пор работающие в тесном контакте с МВЭС, хотели подобным образом помочь министерству удержать ценных специалистов от перехода в коммерческие компании.

…

Генеральная прокуратура, как уже отмечено выше, 29 декабря 1995 года отказала в возбуждении дела. Олег Давыдов сообщил «НГ», что ему ничего не известно о новом витке интереса к внебюджетным средствам МВЭС. Он также заявил о том, что ему непонятна мотивация тех людей, которые стремятся во что бы то ни стало все-таки возбудить уголовное дело…

«Впрочем, — добавил г-н Давыдов, — я в данный момент больше озабочен судьбой министерства». Дело в том, что после многочисленных проверок «благотворительный фонд», дабы никого не дразнить, было решено закрыть, а выплаты из него были прекращены. Многие сотрудники МВЭС пожелали вернуть ссуды, доставшиеся им слишком дорогой ценой.

…

Из МВЭС началось массовое бегство специалистов. По словам вице-премьера, «ежемесячно уходят по 30–40 человек, и если дальше так будет продолжаться, то через 20 месяцев министерство прекратит свое существование».

…

Олег Давыдов отметил, что если попытки возбудить новое дело не будут приостановлены, то деятельности МВЭС будет нанесен колоссальный урон. Сам же вице-премьер заявил «НГ», что практически решил покинуть пост министра внешнеэкономических связей по состоянию здоровья».

Вот этой статьей из «НГ», которая, наверное, не требует особых комментариев по довольно странной защите руководства министерства от возможного уголовного дела, я и заканчиваю изложение истории, связанной с первой комплексной проверкой федеральных министерств.

Проверка явно удалась, задачи были выполнены, а то, что результаты не устроили различные финансовые группировки, то это их проблемы, не для них проверка проводилась.

В приложении № 1 к книге я разместил статью из «НГ», уже за 2002 год, где на примере уголовных дел бывшего зам. министра МВЭС А. Догаева видно, насколько глубоко были коррумпированы некоторые руководители и сотрудники министерства.

Глава 4. Снова командировка в США

Проверка МВЭС закончилась, но на 1995 год было предусмотрено, в соответствии с поручением Президента России, еще три комплексных проверки. Проверку двух министерств (Минстроя России и Минфина России) должны были начать комиссии под руководством моих заместителей в отделе, а мне предстояло в мае начать проверку одного из ключевых в то время федеральных ведомств, Госкомимущества России.

Но в этот насыщенный для меня событиями год, год моего 50-летия, судьба преподнесла интересный подарок, поездку в США. В соответствии с программой сотрудничества между Контрольным управлением Президента России и Административно-бюджетным управлением США поступило приглашение на две группы сотрудников Контрольного управления посетить Соединенные Штаты Америки. Цель — изучение практики функционирования органов исполнительной власти, аппарата президента США, а также стажировка в федеральных контрольных органах США.

В каждую группу было включено по 5 человек из Контрольного управления. В одну из групп включили меня и некоторых сотрудников моего отдела. Сроки командировки нашей группы были установлены с 22 апреля по 6 мая 1995 года, тема стажировки была определена так: «Система федерального контроля США. Система распределения федеральных ресурсов и контроль за реализацией федеральных программ. Роль, структура и функции службы».

Мне предстояло посетить США во второй раз. Как проходило первое посещение, изложено в моей первой книге. На этот раз визит сотрудников Контрольного управления России был государственным, принимающая сторона — Администрация Президента США, и я ожидал, что встречи с работниками подразделений такой высокопоставленной государственной структуры будут осуществляться строго по протоколу под контролем спецслужб.

Перед глазами были установленные порядки на Старой площади в подразделениях Администрации Президента России. Жесткая охрана Службы безопасности Президента России, запрет на прием иностранных делегаций в любых помещениях, кроме специально выделенных, перемещение по зданию под постоянным контролем принимающей стороны.

И еще одна особенность государственной службы. Чем выше должность, тем больше привилегий ты получаешь. Это и размер кабинета, и приемная с личным секретарем, и комната отдыха, и персональная машина, марка тоже зависела от должности, и система питания со спецбуфетами по должности, и многое другое. При этом возникал разрыв: недоступность между рядовыми сотрудниками и руководителями различного ранга. Было интересно посмотреть, как такие вопросы решаются в Администрации Президента США.

Приведу в качестве примера, опережая события, следующую ситуацию. После недолгой работы в 1996 году начальником Контрольного управления А. Л. Кудрин был назначен первым заместителем Министра финансов и решил устроить прощальный ужин для руководящего состава Контрольного управления. Ужин должен был состояться на даче в Волынском (известной как ближняя дача Сталина), где он жил, не имея еще жилплощади в Москве после переезда из Санкт-Петербурга.

Организационным отделом был составлен список руководителей для участия в ужине, до уровня начальников управления, согласно существующему «табелю о рангах», который, по моей информации, был даже утвержден Руководителем Администрации Президента России. Я в то время занимал должность заместителя начальника управления — начальника отдела и в списки не попал. А в течение времени руководства А. Л. Кудриным Контрольным управлением мы с ним очень тесно контактировали. Выполнили несколько срочных и сложных поручений, когда даже приходилось работать вместе ночью, получалось что-то вроде мозгового штурма, и утром необходимый документ был готов.

Вечером на даче, не увидев меня за столом среди приглашенных, А. Л. Кудрин очень удивился. Устроил разнос организаторам, за мной срочно выслали машину, я был еще на работе, и я принял участие в прощальном ужине. У меня, естественно, еще больше испортились отношения с некоторыми руководителями Контрольного управления, но это продолжалось не долго, пришел следующий руководитель в Контрольное управление из Санкт-Петербурга и навел некоторый порядок по руководящему кадровому составу.

Перелет в США прошел без происшествий, нас встретили, разместили в гостинице недалеко от Административно-бюджетного управления (АБУ), представили сотрудника, который будет нас «опекать» во время нахождения делегации в США. Сотрудником оказалась симпатичная девушка лет 25, прекрасно владеющая русским языком, по имени Виктория, немного кавказкой внешности, как мне вначале показалось. Сказали, что сегодня мы отдыхаем, а завтра Виктория утром ждет нас у выхода из гостиницы, и мы пешком пойдем на первую встречу в АБУ.

Разместили нас всех в одноместных номерах, гостиница была на уровне 4-х звезд, с оплаченными завтраком и ужином. При этом все расходы, связанные с пребыванием делегации Контрольного управления в США, американская сторона взяла на себя.

После заселения и короткого отдыха мы решили прогуляться по Вашингтону, а заодно и каким-то образом пообедать. Практически все члены делегации не имели больших сумм личных долларов и мечтали экономно расходовать командировочные средства, чтобы приобрести что-нибудь в подарок для родных.

Делегация Контрольного управления обедает

В Вашингтоне было уже тепло в апреле, в скверах, прямо на траве, отдыхало много народа, в основном молодежь. Мы каким-то образом нашли рынок, который торговал морепродуктами. Накупили то, что можно было сразу употреблять в пищу, все это нам поместили в большие бумажные пакеты. Пришли в сквер недалеко от Белого дома и, созерцая резиденцию Президента США, сели на лавочку и стали обедать закупленными морепродуктами. Никто на нас внимание не обращал, многие в сквере тоже что-то жевали и пили кока-колу или какие-то другие напитки, конечно, не алкоголь. Все было очень демократично.

На следующее утро мы дружно следовали пешком за Викторией к зданию АБУ. Виктория заранее пришла в гостиницу, помогла всем разобраться с завтраком для первого раза, ответила на некоторые бытовые вопросы членов делегации и явно была высокоорганизованным сотрудником АБУ (или другой службы).

Меня сразу удивило, что в проходной АБУ (если так можно назвать обычный с виду подъезд дома) нас пропустили без предъявления документов и досмотра. Просто Виктория показала свой пропуск, сказала, что это российская делегация из 5 человек, и все. Поднялись на общем лифте с другими сотрудниками АБУ на нужный нам этаж, нашли соответствующую комнату и оказались в просторном светлом и с большим круглым столом, с оборудованием для просмотра слайдов и доской с цветными мелками.

Нам уже заранее подготовили необходимые информационные материалы, правда, в основном на английском языке, но программа нашего пребывания в США и вопросы для обсуждения были переведены на русский. Нас встретила немного полная женщина лет 40, которая представилась как заместитель директора АБУ и просила обращаться к ней просто по имени.

Начало занятий в АБУ

До обеда мы заинтересованно обсуждали программу нашего пребывания в США, при этом американская сторона готова была вносить изменения по нашим предложениям. Я приведу эту программу пребывания, согласованную на первой встрече, полностью, чтобы зафиксировать формальность нашего визита и заинтересованность американской стороны показать реальный опыт их работы в контрольной деятельности.

Мы должны были работать в трех городах — Вашингтон, Бетесда, Филадельфия, — изучить и обсудить следующие вопросы:

1. Структура системы федерального контроля. Административно-бюджетное управление, отдел Генерального инспектора.

2. Этические нормы в Правительстве США. Этика поведения государственных служащих.

3. Выделение бюджетных средств штатным и местным органам управления.

4. Структура бюджета Министерства здравоохранения и социальных служб. Обзор программ министерства и организация контроля за их реализацией.

5. Роль Президентского совета по вопросам качества и эффективности.

6. Структура и функции службы Генерального инспектора.

7. Роль Главного контрольно-финансового управления Конгресса США.

8. Стратегические проблемы и задачи Генеральных инспекторов («круглый стол» с взаимным обменом мнениями).

9. Федеральные органы уголовного преследования. Работа отдела расследований Министерства юстиции. Государственные защитники.

10. Изучение работы Генерального инспектора Министерства здравоохранения. Служба ревизий (аудита). Отдел расследований. Отдел оценки инспекций.

11. Изучение работы окружных генеральных инспекторов Министерства здравоохранения. Совместное аудит-ревизия-расследование.

После обсуждения программы нашего пребывания в США наступило обеденное время, и во второй половине дня должны были уже начаться лекции по п.1 программы. Нам было предложено пообедать в столовой АБУ вместе с сотрудниками управления. Мы оказались в уютном помещении с организацией питания по смешанной схеме самообслуживания, «шведский стол» + получение вторых блюд на раздаче по выбору. Все было организовано на высшем уровне, широкий ассортимент блюд, много фруктов, быстрое обслуживание, многочисленные чистые столы. В столовой обслуживались все категории сотрудников АБУ, независимо от должности. С нами пошла пообедать и заместитель начальника АБУ — куратор нашей программы пребывания.

Расплачивались мы за обед, естественно, самостоятельно, стоимость была приемлемая для нас.

Сразу хочу отметить, что наша программа пребывания в США была выполнена полностью. Принимающая сторона, Административно-бюджетное управление, обеспечила отличных «преподавателей», действующих сотрудников различных служб, которые доброжелательно делились секретами своей профессиональной деятельности. При этом за счет четко организованного перевода языкового барьера не возникало. Можно было задавать любые вопросы, дискуссия в процессе занятий приветствовалась.

Члены делегации были ознакомлены, а затем нам были вручены для использования в работе в России стандарты качества для управления и ведения дел федеральными службами Генерального инспектора. По нашей просьбе нам передали и другие стандарты федеральных министерств и ведомств, регламентирующие систему отчетности, механизм взаимодействия контрольных органов различных ветвей власти, а также устанавливающие эффективное функционирование системы контроля в целом в США.

Необходимо отметить, что в программе нашего пребывания в США была предусмотрена и обширная культурная составляющая, а также ознакомительное посещение различных государственных структур и даже несколько встреч всей делегации в домашней обстановке с американскими федеральными чиновниками.

Были в музеях (особо яркое впечатление осталось от музея истории космонавтики), театрах, посетили библиотеку Конгресса США, а оттуда по подземному туннелю на специальном электропоезде проехали в здание Конгресса. Парламент в это время был на каникулах, и на заседании палат Конгресса нам не удалось побывать.

Конечно, была экскурсия и по Белому дому, посетили мы и штаб-квартиру ЦРУ, точнее, музей этой секретной организации, где достаточно наглядно представлено шпионское оборудование для проведения специальных операций и описаны уже проведенные операции ЦРУ с фотографиями и картами, в далеком прошлом, с которых снят гриф секретности, в том числе и связанные с Россией.

Складывалось впечатление, что нас в США рассматривали как представителей совершенно новой страны, и к СССР мы не имели и не имеем никакого отношения. Правда, было одно исключение. Нашу делегацию принял в своей городской квартире в г. Вашингтоне дипломат в отставке, который много лет проработал в посольстве США в Москве.

Он явно производил впечатление профессионального разведчика, и ему было интересно именно от нас, работающих у Президента России, получить информацию, что сейчас происходит в России и почему исчез СССР. Долго находясь в СССР, он, похоже, еще не верил, что такая великая (с его слов) страна так быстро исчезла с карты мира и практически без потрясений, тихо ушла в мир иной. Беседа проходила за скромно сервированным столом, в основном за чаем с тортом. Квартира тоже была достаточно скромно обставлена, небольшая, но уютная. В ней наш собеседник жил с женой, взрослые дети в американских семьях, как нам объяснили, с родителями не живут и сразу после окончания школы покидают родительское гнездо.

В один из выходных дней нас, членов российской делегации, пригласила к себе домой на обед наш куратор, заместитель директора АБУ. Как потом удалось выяснить, семьи у нее не было, и она придерживалась нетрадиционной ориентации в семейных отношениях, что не было чем-то особенным для США уже в те времена.

Жила она за городом, в достаточно скромном одноэтажном доме, вокруг было много зелени, деревьев, кустов, немного цветов, небольшая лужайка. На вид земли вокруг дома, огороженного невысоким простым забором, было не более 10 соток. Сама встреча получилась открытая, мы обсудили и ряд профессиональных вопросов, например, особенности построения и функционирования администрации президентов в США и в России, обсудили наши впечатления от культурной программы и многие другие темы.

В гостях у дипломата. Справа его жена, слева зам. руководителя АБУ, сидит Виктория

Установилось какое-то внутреннее взаимопонимание, и после нашего возвращения в Россию мы еще около года переписывались и присылали друг другу поздравления с общепринятыми и национальными праздниками. При этом переписка шла по служебным адресам Контрольного управления и АБУ.

На этой встрече проявился совершенно разный подход наш и американцев к понятию «обед для гостей». И вообще в США во всех аспектах, касающихся государственных дел, да и бытовых тоже, все на много порядков скромнее, чем в России. Мы, конечно, надеялись, что обед у такого высокопоставленного чиновника будет неплохим, и мы вернемся в гостиницу сытыми. Но все оказалось совсем не так. Сперва на стол принесли банки с кока-колой и вазу с фруктами.

Примерно через час каждому поставили тарелку, на которой дымилась огромная американская картошка, которая была, естественно, в кожуре. Так как она была очень большая и очень горячая, мы с ней, за разговорами, провозились еще около часа. Потом подали чай с тортом. Правда, торт был творожный и вкусный, и можно было взять еще один кусок. Поэтому в целом голод мы, конечно, утолили, но не более.

Занятия шли своим чередом. Мы получали профессиональную и очень интересную информацию о работе президентских контрольных служб, основу которой составляли структуры Генерального инспектора. Необходимо отметить, что сотрудники из контрольных структур США, которые выступали перед нами как преподаватели, получали установку, что приехали русские учиться, у них только создаются контрольные службы при президенте, и надо научить их, как они должны работать.

При этом, конечно, мы для них были чем-то вроде экзотики, они никогда с русскими не общались, а про Россию имели минимальную информацию. В одно из занятий состоялся так называемый «круглый стол» по обмену мнениями о работе Генеральных инспекторов в министерствах США на примере Министерства здравоохранения. После получения необходимой информации и ответов на наши вопросы один из участников со стороны США несмело спросил нас: «А вы уже начали свою контрольную деятельность в России?»

Я взял инициативу в свои руки и подробно, в течение 20 минут, рассказал о том, как мы проводим комплексные проверки министерств, докладываем их результаты Президенту и какие у нас уже есть результаты этих проверок. Мое сообщение вызвало у наших американских коллег немного шоковое состояние. Мне задали еще несколько уточняющих вопросов по нашей контрольной деятельности, а потом ведущий «круглого стола» подвел итог, примерно следующий: «Мы тут учим вас контрольной деятельности, а оказывается, мы тоже можем у вас много полезного узнать для улучшения проведения наших контрольных мероприятий. Похоже, нас не совсем правильно информировали про вас. Будем теперь взаимно обмениваться информацией».

В большом дневном перерыве на обед между занятиями мои коллеги по большей части уделяли внимание магазинам. Я же предпочитал прогулки по центру города или в основном наблюдал за жизнью американцев, сидя на лавочке или даже на траве, как здесь принято, в многочисленных скверах и парках. Особенно мне нравился парк напротив Капитолия, погода была в эти дни теплая, и многие офисные работники проводили обеденное время на свежем воздухе, просто отдыхали или играли в спортивные игры.

Часто мне компанию в этих прогулках составляла наш гид и переводчик Виктория. У нас установился между собой какой-то внутренний контакт. Обычно мы приобретали прохладительные напитки, садились на траву и обсуждали особенности жизни в России в США, в общем, было о чем поговорить. Один раз она неожиданно вскочила и бросилась к какому-то парню, проезжавшему на велосипеде. Они поцеловались, коротко поговорили и подошли ко мне. Виктория представила его как своего близкого друга и студента, будущего юриста, он составил нам компанию. Понятно, что ему было интересно познакомиться с русским и задать вопросы про Россию.

На следующий день, на такой же дневной прогулке, Виктория рассказала, что родина ее мамы — Индия, очень давно она вышла замуж за русского, переехала жить в США. Родилась Виктория, отца теперь у нее нет. А вот мама живет в 80 километрах от Вашингтона, в очень красивом месте, на границе с природным парком, и неожиданно Виктория предложила навестить ее маму нам вдвоем сегодня вечером. На следующий день мы улетали в Филадельфию продолжать обучение. Виктория сразу сказала, что этим приглашением она нарушает установленные правила, и если кто-то узнает об этой поездке, у нее будут серьезные проблемы, поэтому наше планируемое путешествие надо сохранить в тайне.

Я, конечно, не был наивным мальчиком в таком возрасте, степень риска понимал, да и о разных историях с шантажом и последующей вербовкой, вплоть до похищения, был наслышан. При этом я был уверен, что Виктория связана с какой-то из спецслужб США. Она не была похожа на обычного переводчика, работающего по договору за деньги, да и в личном доме дипломата-разведчика вела себя очень уверенно, почти как у себя в доме. Но я почему-то верил ей, был уверен, что в этом случае она не способна на обман и подлость, и дал согласие на поездку.

Оговорили детали отъезда. Вечером после ужина, когда все члены делегации разойдутся по номерам гостиницы, я в 19.30 приду на стоянку недалеко от гостиницы, где она меня будет ждать в своем автомобиле.

Все так и произошло. Стоянку, где мы будем встречаться, Виктория показала мне заранее, когда мы возвращались с учебы в гостиницу. После ужина я отказался от традиционных совместных посиделок с коллегами с алкогольными напитками, где мы обсуждали итоги дня и обменивались впечатлениями. Сказал, что завтра утром надо в аэропорт и я хочу перед этим отдохнуть и выспаться. Перед тем как покинуть свой номер, я решил подстраховаться и на видном месте на тумбочке оставил записку, что я с Викторией поехал навестить ее маму в пригород Вашингтона.

И вот мы несемся по прекрасному автобану на крутой американской машине ярко-красного цвета, звучит русский шансон, произведенный в Америке (Шуфутинский, Успенская), прямо как кадры из западных фильмов, особенно учитывая, что за рулем была молодая симпатичная женщина. В общем, я переместился в другой незнакомый и для меня, конечно, тревожный мир, но неизвестность приятно волновала.

Примерно часов в восемь мы были уже у цели нашего визита. В лесном массиве была расположена сравнительно небольшая двухэтажная вилла с прозрачными окнами до земли. Хозяйка виллы, мать Виктории, в индийской национальной одежде встретила нас у входа, поздоровалась и сразу поблагодарила меня, что я нашел время ее посетить, несмотря на наш напряженный график пребывания в США. На вид она была примерно одного со мной возраста и своей манерой разговора сразу вызывала к себе симпатию.

Виктория показала мне дом, завела и в свою комнату. Обстановка в комнате меня поразила. Было впечатление, что тут только что побывали грабители, что-то искали. Вещи, книги разбросаны по разным местам, на всех видах мебели, на кровати и на полу. Я и в машине на заднем сидении обратил внимание примерно на такой же беспорядок, как увидел в комнате. В дальнейшем, в разговоре за столом, я пошутил над увиденным беспорядком в комнате Виктории, на что ее мать философски ответила: «А что сделаешь, мне в эту комнату вход запрещен, если ей так удобнее, пусть так и будет».

Дальнейшее наше общение проходило на открытой веранде, за обильно сервированным столом, с видом на лес национального парка. На небольшом расстоянии от веранды протекал ручей, и к нему даже вышла из леса небольшая группа косуль на водопой. В общем, было очень комфортно находиться в этом доме во всех отношениях.

Беседа за столом в основном касалась жизни в России во всех ее аспектах. Мать Виктории эта тема явно интересовала, и она задавала вопросы, а я отвечал. При этом в какой-то момент я стал понимать, что она спрашивает без перевода Виктории и пытался отвечать на английском. Чему очень удивился сам, да и Виктория выразила удивление моими неожиданными способностями, сказала, что теперь она может и отдохнуть.

За приятной беседой и вкусным ужином время пролетело незаметно. И в 22.30 я извинился, выразил сожаление, что вынужден покинуть такую приятную компанию, но завтра рано утром надо выезжать в аэропорт. По дороге в Вашингтон Виктория рассказала, что ее мать владеет ясновидением, имеет медицинское образование и оказывает медицинские услуги методом нетрадиционной медицины.

Примерно в 23.30 мы были уже у подъезда гостиницы, Виктория искренне поблагодарила меня за визит к ее матери и чудесный вечер, и мы попрощались до следующего утра. В номере был полный порядок, я уничтожил оставленную страховочную записку и с радостью, что тайное путешествие закончилось без происшествий, лег спать.

В городах Филадельфия, Бетесда мы были по одному полному дню и знакомились с работой Генеральных инспекторов уже не по министерствам, а по округам, в которые входят несколько штатов США. Нам опять рассказали о контроле за расходованием бюджетных средств на здравоохранение уже на уровне штатов, а в городе Бетесда — за организацией контроля использования бюджетных денег на атомной станции по производству электроэнергии.

С целью показать результативность работы президентского контроля на занятиях был приведен один очень интересный, с моей точки зрения, пример хищения бюджетных средств. В США все врачи частной практики работают по лицензии государства. При этом многие виды лечения и операций оплачиваются государством в конце года по документам, предоставляемым врачами, подтверждающих оказанные медицинские услуги. Кратко история выявления мошенничества с государственными деньгами была изложена следующим образом.

Аналитическое подразделение службы Генерального инспектора, рассматривая уже оплаченные документы по медицинским услугам за несколько лет, рассортированные по видам медицинской помощи, выявило в одном из штатов аномальное увеличение урологических больных мужчин по отношению к одинаковой численности населения. Дальнейший анализ документов позволил установить врача, у которого отмечен ежегодный рост урологических операций по аденоме простаты.

После этого документы по этим операциям данного врача были переданы в подразделение генерального инспектора, которое занимается расследованиями. С выездом по адресам прооперированных пациентов удалось установить, что урологические операции действительно были проведены, но в большинстве случаев операции проводились женщинам и, конечно, не были связаны с простатитом. Просто эти операции по стоимости были намного дешевле операций, связанных с простатитом у мужчин. Врач, изменяя пол пациентов в отчетных документах, сразу намного повышал свой доход за счет государственных средств.

По результатам выявленных нарушений врач был лишен лицензии на право оказывать медицинские услуги, попал в специальный федеральный список людей, которые обманули государство и украли бюджетные деньги. Находящимся в этом списке пожизненно запрещена деятельность, связанная с использованием бюджетных средств в любой области деятельности. И, конечно, было возбуждено уголовное дело, связанное с мошенничеством, за которое положено уголовное наказание. Так что в Америке очень жестко пресекается деятельность любителей незаконно обогатиться за счет денег государства.

По завершению обучения всем членам делегации был вручен именной памятный знак, подтверждающий «прохождение курса повышения квалификации» в АБУ США.

Документ о стажировке в АБУ

По возвращению из командировки в США я подготовил подробный отчет, в котором предложил начать реорганизацию систему финансового контроля в России. Вот какие выводы и предложения содержались в отчете:

«Система федеральных контрольных органов США, эффективно функционирующая уже длительное время, может быть применена при создании государственного контроля в России, с учетом особенностей государственного устройства Российской Федерации. Обращает на себя внимание независимость и децентрализация контроля в США, сосредоточение усилий не на административном, а на финансовом контроле, оценке результатов выполнения, эффективности и результативности государственных программ. Законодательная и нормативная база обеспечивает не только достаточно эффективное функционирование системы контроля в США, но и механизмы взаимодействия контрольных органов, принадлежащих к различным ветвям власти на федеральном и местном уровнях, решает вопросы организации борьбы с коррупцией в государственном аппарате, регулирует этические стандарты поведения политических назначенцев и чиновников.

Особого внимания заслуживает деятельность служб Генерального инспектора, созданных практически во всех министерствах, ведомствах и федеральных округах (в составе нескольких штатов) США.

Учитывая изложенное, а также в связи с отсутствием единой государственной системы контроля в Российской Федерации за эффективным расходованием бюджетных средств на федеральном и местном уровнях и имеющимися поручениями Президента Российской Федерации по обеспечению эффективности контроля за деятельностью федеральных министерств и ведомств, представляется целесообразным:

1. Обратиться в Правительство Российской Федерации с предложением, в порядке эксперимента, в возможно сжатые сроки провести реорганизацию системы внутриведомственного контроля в трех-четырех министерствах, отвечающих за социальную сферу в стране, имея в виду придание ей статуса независимости в своих действиях от министерства, и наделение ее правами и обязанностями Контрольно-ревизионного управления Минфина России в отношении контроля за расходованием бюджетных средств, выделяемых данному министерству. Указанную службу должен возглавлять руководитель в ранге заместителя министра (федеральный инспектор), наделенный правами и обязанностями, аналогичными Генеральному инспектору в США, с особой процедурой назначения.

2. Контрольное управление Президента Российской Федерации совместно с КРУ Минфина России и соответствующими подразделениями Аппарата Правительства Российской Федерации должно обеспечить методологическое обеспечение проведения эксперимента и контроль за его результатами.

3. По результатам эксперимента (ориентировочно 1 кв. 1996 года) федеральные инспекторы должны представить отчет о результатах деятельности, имея в виду состояние с реализацией соответствующими министерствами федеральных программ, расходованием бюджетных средств и других подконтрольных им проблем.

4. При положительных результатах эксперимента предлагается в течение 1996 года в пределах установленной численности федеральных органов исполнительной власти на основе системы внутриведомственного контроля министерств и ведомств и системы КРУ Минфина России создать единую систему контрольных органов на федеральном уровне, подчиненную непосредственно Председателю Правительства Российской Федерации и подотчетную Президенту Российской Федерации. Основой системы контроля должны стать федеральные и окружные инспекторы, осуществляющие весь комплекс контрольных мероприятий непосредственно в структурах, принимающих решение о расходовании бюджетных средств».

Отчет я направил начальнику контрольного управления В. Я. Зайцеву, и дальше официальной информации, подтвержденной документально, о его судьбе у меня нет. Но в процессе общения с руководством контрольного управления мне стало известно, что через руководителя Администрации Президента России о его содержании Президент России был проинформирован, и появилось распоряжение о совершенствовании государственного контроля в России. Как это распоряжение выполнялось, я расскажу в другой главе книги.

Но мой отчет был реализован в другой части предложений. В конце 1996 года начальником контрольного управления стал В. В. Путин, он ознакомился с моим отчетом и, как я понимаю, запомнил некоторые его фрагменты. И когда он стал Президентом России, решил создать аналогичные США федеральные округа в России и назначить федеральных инспекторов в регионах России, подчинив их своему Представителю в федеральных округах (аналогия с Генеральным инспектором США). Но по содержанию выполняемых функций эта структура принципиально отличается в России от США. У нас эта функция в основном политическая, а в США — только финансовая.

Сразу после возвращения из командировки в США я приступил к организации проведения комплексной проверки Госкомимущества России, последующие результаты которой внесли коррективы в мою трудовую биографию и А. Б. Чубайса.

Глава 5. Комплексная проверка Государственного комитета Российской Федерации по управлению государственным имуществом

В мае 1995 года В. Зайцевым было подписано распоряжение о создании комиссии под моим руководством о комплексной проверке Госкомимущества России. В состав комиссии было включено 20 специалистов, в том числе из Аппарата Правительства России, Минфина, Минэкономики, Минтруда, Минюста, Госкомоборонпрома, Гостехкомиссии и ГКАП России. Компания собралась внушительная, главное теперь было организовать ее работу. Как и положено, мною был разработан перечень основных вопросов по проверке Госкомимущества России, утвержденный руководством Контрольного управления. Перечень получился объемным на 4-х листах, вот некоторые ключевые вопросы проверки, включенные в него:

«Реализация Госкомимуществом России социально-экономической политики Президента Российской Федерации, обеспечение перехода к новому этапу реформ и развития российской экономики в соответствии с выполняемыми функциями государственного управления. Своевременное исполнение в 1994–1995 годах соответствующих указов и распоряжений Президента Российской Федерации, постановлений и распоряжений Правительства Российской Федерации. Конечный результат от их реализации.

Проверка исполнения Госкомимуществом России основных задач и функций в соответствии с «Положением о Госкомимуществе России», Законом Российской Федерации «О приватизации государственных и муниципальных предприятий» (статья 4) и другими нормативными актами.

Контроль за использованием по назначению и сохранностью относящегося к федеральной собственности госу дарственного имущества, закрепленного за федеральными предприятиями на праве полного хозяйственного ведения, за федеральными государственными учреждениями на праве оперативного управления, а также переданного в установленном порядке другим лицам.

Деятельность представителей Госкомимущества России как представителей государства в органах управления акционерных обществ, имеющих соответствующую долю государственного имущества в уставном фонде.

Повышение эффективности российской экономики в целом и деятельности отдельных приватизированных предприятий, привлечение в производство инвестиций, в том числе иностранных.

Правильность учета, формирования и расходования специальных (внебюджетных) средств, включая валютные средства, в том числе денежных средств, полученных Госкомимуществом России от приватизации.

Организация и стиль работы первых руководителей Госкомимущества России, их взаимодействие с руководителями органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, руководителями территориальных органов комитета, руководителями предприятий и организаций различных форм собственности.

Соответствие постановлений, приказов, распоряжений, инструкций Госкомимущества России действующему законодательству, указам Президента Российской Федерации в пределах, предоставленных Госкомимуществу России полномочий и компетенции. Соблюдение установленного порядка государственной регистрации соответствующих ведомственных нормативных актов».

В проверяемый период руководителями Госкомимущества России, определяющими основную «политику» деятельности, были Беляев Сергей Георгиевич, председатель Комитета, и Кох Альфред Рейнгольдович, заместитель председателя Комитета. Им же принадлежало и право первой подписи всех финансовых документов.

Но, конечно, главной фигурой в процессе приватизации по-прежнему оставался Анатолий Борисович Чубайс. Как первый заместитель Председателя Правительства Российской Федерации, он осуществлял полное «прикрытие» Госкомимущества России от всех многочисленных претензий к его деятельности и от федеральных органов власти, и от руководителей регионов. Поэтому появление комиссии Контрольного управления в Госкомимуществе России было встречено спокойно, если не сказать равнодушно.

У руководства Госкомимущества была полная уверенность в своей исключительности и безнаказанности. Председатель Комитета С. Г. Беляев был со мной, как председателем комиссии, любезным, но дал понять, что каждый делает свою работу. Вы там проверяйте, пишите, нас все это не очень волнует. Но, главное, он дал команду работе комиссии Контрольного управления не мешать и предоставлять всю запрошенную информацию. Через полгода эти его решения были признаны командой Чубайса ошибочными, Беляев был отправлен в отставку и на «борьбу» с результатами проверки был «мобилизован» А. Р. Кох, но и эта запоздалая мера не помогла.

Уже на начальном этапе проверки стали выявляться массовые нарушения по всем направлениям деятельности Госкомимущества России. Особенно удивляли грубейшие нарушения в финансово-хозяйственной деятельности.

Вот только некоторые фрагменты из акта проверки. «В связи с отсутствием в делах бухгалтерии значительного количества документов по операциям в 1992–1994 годах в Мировом банке и во Внешторгбанке по предоставленному кредиту Госкомимуществу России установить сумму фактических денежных средств, выделенных Мировым банком, не представляется возможным».

«Поступления на расчетный счет Госкомимущества России средств от приватизации предприятий на аукционе или по конкурсу, а также при продаже акций акционерных обществ, созданных в процессе приватизации, службами Госкомимущества России не контролируется.

В платежных поручениях о перечислениях денежных средств от приватизации на расчетный счет Госкомимущества России, как правило, не указывается не только сумма, от которой начисляется определенный процент денежных средств, но и сам процент.

Анализ только платежных поручений за декабрь 1994 года на перечисление Госкомимуществу России определенного процента средств от приватизации показал, что только по 12 документам излишне поступило на расчетный счет Комитета долее 3.1 млн рублей, так как должны были поступать средства от приватизации в размере 1,2 процента от общей суммы, а перечислялось не менее 1.7 процента».

В качестве дополнения, показывающего отношение руководства Комитета к государственным деньгам, можно привести и такой пример из акта.

«…В 1995 году заместители Председателя Госкомимущества России Мостовой П. П., Иваненко А. И., Качанов О. Ю, Кох А. Р. практически за бесценок (40,0 тыс. руб.) по балансовой стоимости приобрели в личную собственность газовые пистолеты с кобурами… Всего в Госкомимуществе России 53 человека приобрели в 1995 году по балансовой стоимости газовые пистолеты с кобурами в личную собственность».

Конечно, главная цель проверки — это определить, как Госкомимущество России проводит процесс приватизации. Вот абзац из документов проверки, посвященный приватизации:

«Комиссия проанализировала ход выполнения Госкомимуществом России поручений, содержащихся в указах и распоряжениях Президента Российской Федерации, постановлениях, распоряжениях и поручениях Правительства Российской Федерации за 1994 и первую половину 1995 года.

В результате проверки установлено, что Госкомимуществом России не решены ключевые вопросы по развитию российской экономики, предусмотренные указами Президента Российской Федерации и порученные Госкомимуществу России, как федеральному органу, выполняющему соответствующие функции государственного управления. Анализ имеющихся в комиссии Контрольного управления материалов показал, что Госкомимуществом России некоторые поручения по указам Президента Российской Федерации и постановлениям Правительства Российской Федерации исполняются в собственной редакции, не соответствующей имеющимся поручениям или в нарушение действующего законодательства. Зафиксированы факты, когда Госкомимущество России уклоняется от выполнения поручений, предлагая или подменить нормативный документ ведомственным актом, или вообще его не выполнять до принятия соответствующего федерального закона.

Правительством Российской Федерации и Аппаратом Правительства Российской Федерации, зачастую, не предпринимаются исчерпывающие меры по снятию разногласий, возникающих при согласовании нормативных документов между Госкомимуществом России и другими министерствами (ведомствами), включая Минюст России. Не проводятся согласительные совещания для снятия разногласий, не принимаются и директивные решения о выпуске документов, основанные на аргументации одной из сторон, когда согласование затягивается на многие месяцы и даже годы. За нарушения установленных сроков подготовки нормативных документов меры дисциплинарного воздействия к нарушителям государственной дисциплины не применяются.

В результате указанных действий федеральных органов исполнительной власти и, в первую очередь, Госкомимущества России не регулируются законодательством или подзаконными актами многие процессы, связанные с управлением государственным имуществом и приватизацией, а поручения Президента Российской Федерации, содержащиеся в соответствующих указах по корректировке создавшегося положения, практически дезавуируются. Как следствие, установленные Президентом Российской Федерации основные цели проведения приватизации не достигнуты в полном объеме, а денежные средства, поступающие от приватизации, не используются в порядке, установленном указами Президента Российской Федерации, и практически не поступают в бюджет».

Вот только один пример из материалов проверки, подтверждающий сделанные выводы: «Указом Президента Российской Федерации от 22.07.94 г. № 1535 «Об основных положениях государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации после 1 июля 1994 года» (п. 3) Правительству Российской Федерации было поручено до 1 сентября 1994 года обеспечить утверждение документов, регламентирующих порядок уплаты, распределения, учета и контроля за поступлением средств от приватизации государственных и муниципальных предприятий, а также перечисления дивидендов по акциям, закрепленным в государственную собственность, направляемых на финансирование объектов социально-культурного и коммунально-бытового назначения, передаваемых в процессе приватизации государственных предприятий на баланс органов местного самоуправления. Только почти через год Правительство Российской Федерации постановлением от 29.06.95 г. № 641 утвердило план мероприятий, которым поручило Госкомимуществу России, Минэкономики России, Госналогслужбе России и РФФИ утвердить порядок уплаты, распределения и контроля за поступлением средств от приватизации государственной, муниципальной и другой собственности (срок — июль 1995 г.). Однако по состоянию на 01.10.95 г. указанный порядок не был определен, что создало условия для бесконтрольного использования средств от приватизации государственного и муниципального имущества».

В целом по приватизации можно сделать вывод, что основополагающие документы, определяющие порядок ее проведения, были разработаны и утверждены с учетом государственных интересов. А вот их реализация оказалась в руках чиновников, у которых личный интерес значительно преобладал над государственным. При этом высшие чиновники, руководящие процессом приватизации, с помощью обещаний «поделиться» с банкирами приватизируемой государственной собственностью, весь процесс приватизации провели в интересах отдельных финансовых групп и личных интересах. Государственные интересы оказались на задворках этого процесса.

Вот еще один конкретный пример из материалов проверки, который показывает, как «преступно» расходовались средства от приватизации уже на начальном этапе ее проведения.

«Госкомимуществом России были заключены в 1994–1995 годах договоры на проведение научно-исследовательских работ, связанных с обеспечением нормотворческой деятельности, на сумму более 3,5 млрд рублей (в 1992–1993 гг… за аналогичные работы было выплачено Госкомимуществом России за счет средств от приватизации 2.9 млрд рублей).

Большинство разработок по заказу Госкомимущества России осуществлялось тремя коммерческими структурами: МЦСЭС «Леонтьевский центр» (Санкт-Петербург), НТПО «Ленсистематехника» (Санкт-Петербург) и ТОО «Ко Маркет ЛТД» (Москва). Так, например, ТОО «КО Маркет ЛТД» по договору с Госкомимуществом России от 01.02.94 г. № 261 на сумму 716 млн руб. (договорная цена) были выполнены маркетинговые исследования объектов государственной собственности в условиях после чековой приватизации, которые, по информации Госкомимущества России, были использованы при составлении основных положений Государственной программы приватизации после 1 июля 1994 года.

В процессе проверки было установлено, что приказом по Госкомимуществу России от 13.01.95 г. № 16 «О порядке согласования договоров и актов приемки-сдачи научно-исследовательских, научно-практических, методологических и методических работ (разработок) и хранения подлинников и копий указанных документов» на руководителя Группы консультантов Председателя Комитета А. А. Бравермана были возложены обязанности обязательного согласования договоров и актов приемки-сдачи научно-исследовательских работ (этапов). Учитывая, что руководитель Группы консультантов Председателя Комитета А. А. Браверман одновременно является директором ТОО «Ко Маркет ЛТД», выполняющим значительное количество научно-исследовательских работ для Госкомимущества России, сложилась ситуация, когда А. А. Браверман в двух лицах и подписывал договор, акты приемки работ (этапов) как директор, и одновременно организовывал заключение договоров и принимал работы по поручению Председателя Госкомимущества России. Такая ситуация способствовала снижению качества выполняемых научных разработок, их субъективности и создала благоприятные возможности для различных финансовых нарушений и коррупции».

При этом большинство результатов выполненных научных работ свелось к подготовке ведомственных нормативных актов Госкомимущества России. Некоторые из них вполне могли быть подготовлены сотрудниками Госкомимущества России в соответствии с их должностными обязанностями и без псевдонаучного обоснования, за счет потраченных средств от приватизации.

В материалах проверки общее заключение по проведенной Госкомимуществом России приватизации было следующее:

«Проверка исполнения Госкомимуществом России задач и функций показала, что в результате проведения первого этапа приватизации, повышения эффективности российской экономики в целом и в деятельности отдельных приватизированных предприятий, привлечения в производство достаточного объема инвестиций, в том числе иностранных, не произошло.

Процесс приватизации и в 1995 году характеризуется сохранением в основном тенденций, сложившихся во второй половине 1994 года после завершения этапа чековой приватизации. Осуществляется в основном количественное расширение приватизированных и акционируемых предприятий, ощутимых сдвигов в качественных ее параметрах и, прежде всего, эффективности работы приватизируемых объектов не наблюдается. Отдельные положительные примеры, к сожалению, не оказывают влияния на общее положение дел.

В результате приватизации предприятия не получили необходимых средств на развитие, а в процессе ее проведения явно обозначилась тенденция сползания некоторых секторов экономики на принципы функционирования теневой экономики. По статистическим оценкам, на теневой сектор приходится более 20 % валового внутреннего продукта. В теневой сектор интенсивно перераспределяются кредитные, финансовые, другие ресурсы, вследствие чего усиливается дефицит средств (в частности, кризис неплатежей) по обслуживанию воспроизводства в реальном секторе экономики.

Часть предприятий после приватизации оказалась под контролем сомнительных инвесторов, в том числе иностранных, не заинтересованных в сохранении их научно-технического потенциала, особенно предприятий оборонного комплекса».

В материалах были приведены конкретные примеры, подтверждающие сделанные выводы, в том числе, по всем стратегически важным для безопасности России отраслям промышленности.

Проверка деятельности Госкомимущества России по организационно-кадровым вопросам также выявила существенные недостатки. «Отсутствуют основные документы, регламентирующие деятельность как Госкомимущества России, так и большинства структурных подразделений центрального аппарата. Практически бездействует коллегия Госкомимущества России… Характерной особенностью кадрового потенциала Госкомимущества России является относительно молодой и менее опытный по стажу работы в сравнении со многими федеральными органами состав его работников. Более половины сотрудников Комитета имели стаж работы в органах государственного управления менее 5 лет. Из числа сотрудников Комитета каждый восьмой не имеет высшего образования, в том числе три руководителя структурных подразделений.

По выявленным правоохранительными органами фактам злоупотребления служебным положением и взяточничества некоторых сотрудников Комитета организационных выводов не делается».

Вот некоторые основные выводы по результатам проверки, которые были изложены в отчете:

«Госкомимуществом России не было обеспечено в 1994–1995 годах своевременное и полное исполнение основополагающих указов Президента Российской Федерации и постановлений Правительства Российской Феде рации по вопросам приватизации и управления государственным имуществом.

Госкомимуществом России при разработке и выполнении государственных программ приватизации были допущены существенные недостатки, что привело к недостижению основных целей проводимой приватизации.

Госкомимуществом России в соответствии с выполняемыми функциями органа государственного управления не были решены следующие основные задачи:

— управление государственной собственностью, контроль за сохранностью и эффективным использованием федеральной собственности, в том числе за рубежом, обеспечены на низком уровне;

— не подведены окончательные итоги чековой приватизации, не сделаны выводы по результатам ее проведения, включая вопросы анализа эффективности осуществленных Госкомимуществом России мероприятий по разгосударствлению и приватизации собственности;

— недостаточно проводятся организационные действия, включая выпуск ведомственных нормативных актов Госкомимущества России, нацеленных на достижения главных целей второго этапа приватизации;

— не на должном организационном и юридическом уровне проводится текущая работа по устранению выявленных нарушений законодательства Российской Федерации и других нормативных актов, обеспечивающих выполнение государственной программы приватизации, в том числе и в системе Госкомимущества России;

— не обеспечены регулирование деятельности и контроль за работой специализированных инвестиционных фондов приватизации;

— не определены конкретные цели деятельности представителей Госкомимущества России и других федеральных органов исполнительной власти, как представителей государства в органах управления акционерных обществ;

— не создана система контроля за поступлением средств в федеральный бюджет от приватизации, перечисления арендной платы при передаче федерального имущества в аренду и других денежных средств от использования государственного имущества».

Подготовка отчета была завершена в ноябре 1995 года. Соблюдая установленные мною правила гласности в работе, проект отчета был сразу (20.11.1995) направлен письмом за моей подписью ВРИО Председателя Госкомимущества России А. Коху для изучения и представления замечаний и предложений.

Содержание отчета и выводы, в нем изложенные, вызвали настоящую панику в Комитете. Еще до направления отчета был неофициально отстранен от работы (ушел в отпуск и больше на рабочее место не вернулся) Председатель Госкомимущества Беляев. Все силы Комитета были брошены на подготовку замечаний и предложений на проект отчета комплексной проверки Госкомимущества России Контрольным управлением.

Подготовка этого документа была закончена в Комитете только 28 ноября 1995 года. По объему он не уступал отчету по проверке: текст, подписанный Кохом, занял 41 лист и еще на 18 листов приложений, которые по мнению Госкомимущества России опровергали некоторые выводы проверки Контрольного управления.

В документе, на основе общих рассуждений, не подтвержденных конкретными фактами, была предпринята попытка опровергнуть выводы Комиссии, что в целом основные цели приватизации пока не достигнуты.

Например, в замечаниях Госкомимущества России есть такой абзац: «Несмотря на то, что на фоне общего спада производства, кризиса неплатежей достаточно сложно выделить в чистом виде эффект от приватизации, ее позитивные моменты отчетливо проявились во многих отраслях экономики.

Анализ статистических данных за 1994 год, полученных по выборке из 266 предприятий 8 отраслей народного хозяйства, «включая машиностроение, черную, цветную металлургию, химическую и нефтехимическую промышленность, промышленность стройматериалов, пищевую промышленность, строительство и торговлю», показал, что экономические и финансовые результаты приватизированных предприятий лучше, чем в государственном секторе. Причем, чем больше степень приватизации (т. е. чем меньше доля государства в собственности предприятий), тем выше финансово-экономические показатели».

Здесь явно видно, что излагается желаемый результат от приватизации, который далек от реального положения дел. Интересна и статистика выборки предприятий. Перечислено 10 отраслей промышленности, при этом в каждой отрасли анализировали около 27 предприятий на всю Россию. Какие из них приватизированы, а какие государственные, не указано.

Еще одним из основных доводов ошибочной оценки комиссии работы Госкомимущества в замечаниях были указы Президента и постановления Правительства России о награждении и поощрениях работников Комитета после завершения чековой приватизации. Были приложены соответствующие копии документов. Вывод простой: нас наградили, а комиссия критикует нашу работу, нет у вас таких прав после награждений.

В сопроводительном письме ГКИ к подготовленным замечаниям, подписанным ВРИО Кохом, в адрес начальника Контрольного управления была изложена резкая критика в адрес комиссии и ее председателя. Вот этот текст в немного сокращенном виде:

«Госкомимущество России, рассмотрев и проанализировав проект отчета комиссии Контрольного управления Президента Российской Федерации о результатах комплексной проверки Госкомимущества России и аргументы, которые заставили комиссию прийти к изложенным выводам …категорически не согласно с вышеприведенным заключением и поставит под сомнение профессионализм и добросовестность членов комиссии, которая не только превысила свои полномочия в оценке деятельности Правительства Российской Федерации, но и проявила некомпетентность в вопросах приватизации и непонимание общей экономической и политической ситуации в России, тем самым дискредитирует в целом Администрацию Президента Российской Федерации.

Представленный отчет, подписанный председателем А. Семиколенных, свидетельствует о том, что комиссия, ориентируясь на заданность подхода, пыталась предрешить результаты проверки, не углубляясь в существо вопроса и зачастую манипулируя надуманными фактами».

Обвинения были серьезные, выдвинуты на достаточно высоком уровне исполнительной власти, при этом руководство Контрольного управления заняло нейтральную позицию, и мне необходимо было доказать, что материалы комиссии профессиональны и базируются на конкретных фактах.

В общем, пришлось опять отложить другую работу и начать готовить письменные аргументированные опровержения на большинство замечаний Госкомимущества России. Этот непростой процесс занял почти месяц, и ответ был готов только 22 декабря 1995 года. Привожу подготовленный документ полностью, учитывая его важность для понимания позиций сторон в этом конфликте:

СПРАВКА

о рассмотрении замечаний и предложений Госкомимущества России по проекту отчета комиссии Контрольного управления о результатах комплексной проверки Госкомимущества России.

Комиссия при проведении проверки деятельности Госкомимущества России и особенно по вопросам организации и выполнения государственных программ приватизации, подведения итогов чековой приватизации и реализации следующего (денежного) этапа приватизации руководствовалась исключительно указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации в части поручений Госкомимуществу России, обращая особое внимание на сроки и полноту их выполнения, а также на соответствие конечного результата от действий Госкомимущества России целям соответствующего подзаконного акта.

Предъявленные Госкомимуществом России замечания к работе комиссии Контрольного управления Президента Российской Федерации в составе ведущих специалистов министерств и ведомств, Аппарата Правительства Российской Федерации, в частности, некомпетентность в вопросах приватизации и непонимание общей экономической и политической ситуации в России, не могут быть приняты. Комиссия анализировала только конкретные поручения и результаты от их выполнения и с этих позиций оценивала деятельность специалистов Госкомимущества России и Комитета в целом.

Главными целями приватизации государственных и муниципальных предприятий после завершения срока действия приватизационных чеков определенными Указом Президента Российской Федерации от 22.07.94 г. М 1535 в «Основных положениях…» являются:

— повышение как эффективности российской экономики в целом, так и деятельности отдельных предприятий;

— формирование широкого слоя собственников и содействие процессу образования стратегических частных собственников;

— привлечение в производство инвестиций, в том числе иностранных;

— содействие в реализации мероприятий по социальной защите населения, а также защите прав частных собственников (акционеров).

Эти четыре главные цели, ради достижения которых и была начата приватизация, с незначительными изменениями были определены как в Государственной программе приватизации на 1992 год, так и в программе на 1994 год. Именно о выполнении этих четырех главных целях и указано в отчете комиссии, «что в целом основные цели приватизации еще не достигнуты».

Одним из замечаний Госкомимущества России по результатам оценки комиссией выполнения главных целей приватизации является, по мнению Комитета, ошибочный тезис отчета: «подмена понятия частного собственника на массового акционера». В двух государственных программах приватизации и в «Основных положениях государственной программы… после 1 июля 1994 года» были определены следующие цели:

— формирование слоя частных собственников, содействующих созданию социально ориентированной рыночной экономики (1992–1993 гг.);

— формирование широкого слоя частных собственников как экономической основы рыночных отношений (1994 г.);

— формирование широкого слоя частных собственников и содействие процессу образования стратегических частных собственников (после 1 июля 1994 г.).

Госкомимущество России считает, что обеспечило выполнение первых двух задач за счет того, что «40 миллионов граждан России стали акционерами обществ и чековых инвестиционных фондов», а «в соответствии со ст. 142 Гражданского кодекса Российской Федерации ценной бумагой является документ, удостоверяющий, при соблюдении установленной формы и обязательных реквизитов, имущественные права».

Комиссия, на основании законодательства России, считает, что 40 миллионов граждан России, в основном (за исключением собственников малого бизнеса), не являются частными собственниками, а стали лишь собственниками ценных бумаг. В соответствии со ст. 143 Гражданского кодекса Российской Федерации к ценным бумагам относятся: государственная облигация, вексель, чек, банковская сберегательная книжка, акция, приватизационные ценные бумаги и другие документы. Таким образом, и до проведения приватизации в России было достаточно много подобных собственников.

С другой стороны, собственник акции приобретает права акционера конкретного акционерного общества в пределах прав на присвоение части прибыли в форме дивидендов. Но средства производства и предметы труда акционерного общества акционеру не принадлежат.

В Российской Федерации признаются частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности (ст. 212 Гражданского кодекса Российской Федерации). В основе рыночных отношений лежит частная собственность, а в основе приватизации — переход государственной и муниципальной собственности в частную собственность. Частная собственность — это, в основном, форма собственности, при которой средства производства и продукты труда принадлежат частным лицам. Из этого следует, что в понимание частного собственника, в первую очередь, входят владельцы частных предприятий, коммерческих структур, учредители различного рода товариществ, кооперативов, обществ с ограниченной ответственностью, в определенной мере акционерных обществ закрытого типа и некоторых открытого типа, владельцы которых имеют в своей собственности количество акций, позволяющих им реально влиять на принимаемые управленческие решения. Именно такого широкого слоя частных собственников Госкомимуществу России почти за четыре года приватизации создать не удалось, что, в свою очередь, как следствие, повлияло и на выполнение других главных целей приватизации, в первую очередь повышение эффективности российской экономим и привлечение в производство инвестиций.

Необходимо также отметить, что непринятие практических мер к созданию условий для образования широкого слоя частных собственников, провал деятельности большинства чековых инвестиционных фондов создали условия для попыток скомпрометировать приватизацию и Госкомимущество России, как орган федеральной исполнительной власти, в глазах большей части населения России, что, в свою очередь, привело к известным трудностям в политической поддержке широких слоев населения избирательных блоков, отстаивающих демократический и рыночный курс реформ в России.

Комиссия согласна с мнением Госкомимущества России, что финансовая устойчивость и платежеспособность приватизированных предприятий при созданных экономических условиях в России выше, чем у государственных предприятий. Но, к сожалению, этот фактор не стал определяющим в настоящее время для создания условий для повышения эффективности российской экономики в целом. Имеющиеся в комиссии материалы Госкомстата России, Минэкономики России, других министерств и ведомств свидетельствуют, что кардинального повышения эффективности российской экономики, увеличения инвестиций в производство, решения вопросов социальной защиты населения не произошло, несмотря на то, что первый этап приватизации завершен, и уже прошло 1,5 года второго этапа.

Так, например, в обзоре «Социально-экономическое положение в России в 1993–1994 гг.» Госкомстата России, на основе приведенных цифровых показателей, содержится вывод: «Анализ итогов деятельности приватизированных предприятий свидетельствует о том, что они, как и государственные, испытывают значительные финансовые затруднения в процессе осуществления текущей хозяйственной и инвестиционной деятельности. Избранный вариант ваучерной приватизации не привел и не мог привести к расширению источников финансирования этих предприятий». Сравнительный анализ эффективности приватизированных и государственных предприятий, проведенный Госкомстатом России (конец 1994 года), свидетельствует фактически об отсутствии какой-либо разницы между ними. Многие экономические и финансовые показатели нивелируются под влиянием общего кризисного состояния экономики.

Из представленной информации Госкомоборонпрома России (от 29.07.95 г. М гв-8/5367) следует, что, работая в условиях приватизации, акционерные общества, в основном, ухудшили результаты своей деятельности в 1994 году по отношению к 1993 году.

Приватизация, в первую очередь, должна была сказаться на улучшении результатов работы акционерных обществ при производстве гражданской продукции, однако этого не произошло. Также не произошло реального привлечения инвестиций в приватизационный сектор оборонной промышленности.

Приведенный сравнительный анализ результатов деятельности 46 приватизированных предприятий и 220 государственных предприятий в 1994 году, в сравнении с 1993 годом, показал, что государственные предприятия не уступают приватизированным по основным технико-экономическим показателям.

Проведенный анализ деятельности 690 государственных и приватизированных предприятий показал, что основным способом привлечения инвестиций остаются кредиты банков, а не частные инвестиции (в 1993 году доля частных инвестиций — 2 %, в 1994 г, — 1,9 %).

Таким образом, проводимая приватизация оборонной промышленности еще не дала положительных результатов в повышении экономической мощи государства и росте благосостояния широких слоев населения страны.

В Постановлении Правительства Российской Федерации «О социально-экономическом развитии Российской Федерации в первом полугодии 1995 года и мерах по реализации экономической реформы в 1995 году» указано, что, несмотря на снижение темпов инфляции, стабилизацию объемов промышленного производства в ряде отраслей экономики и другие положительные факты, некоторые социально-экономические проблемы в первом полугодии 1995 года не были решены. Не удалось повысить инвестиционную активность и ускорить структурные преобразования в экономике. Не удалось предотвратить снижение реальных денежных доходов населения и рост дифференциации доходов различных социальных групп.

В кратком статистическом сборнике Госкомстата России за 1995 год «Россия в цифрах» указано: «Численность населения с доходами ниже прожиточного минимума, после некоторого ее сокращения во второй половине 1994 года, вновь стала увеличиваться и в марте 1995 года достигла 43,9 млн человек. Это около 30 % всего населения страны.

В марте 1995 года реальная заработная плата работников сократилась к уровню того же месяца 1994 года на 31 %.

Растут масштабы безработицы. Число безработных на начало апреля 1995 года достигло 5,6 млн человек, что на 15 % больше, чем на ту же дату 1994 года. Число официально зарегистрированных безработных возросло в 1,9 раза (1,9 млн человек)».

Комиссия Контрольного управления, разделяя сложности интенсивного освоения принципиально новой модели общественно-экономического развития России, имеющего рыночную ориентацию, вместе с тем, учитывая приведенные выше факты, не может согласиться с тезисом, что уже достигнуты основные цели приватизации, как на этом настаивает Госкомимущество России в своих замечаниях.

Комиссия в отчете не отрицает заслуги коллектива Госкомимущества России в количественных итогах первого этапа приватизации (в количестве акционеров и созданных акционерных обществ открытого типа), в создании фондового рынка и успешно проведенной «малой приватизации». Именно эти успехи и послужили основой решения Президента Российской Федерации о награждении и поощрении работников Госкомимущества России и РФФИ, копии которых, в качестве поддержки своих доводов, были приложены Госкомимуществом России к «Замечаниям» по отчету проверки.

На стр. 11 «Замечаний» указано, что Госкомимуществом России, Минфином России, Госналогслужбой России, РФФИ было подписано положение о порядке уплаты, распределения, учета и контроля за поступлением средств от приватизации государственной и муниципальной собственности, зарегистрированное Минюстом России 18.10.95 г. Необходимо отметить, что Указом Президента Российской Федерации от 22.07.94 г. М 1535 «Об основных положениях государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации после 1 июля 1994 года» в п. 3 Правительству Российской Федерации было поручено до 1 сентября 1994 г. обеспечить утверждение документов, регламентирующих порядок уплаты, распределения, учета и контроля за поступлением средств от приватизации… В связи с этим комиссия считает необходимым отметить следующее: указанный в «Замечаниях» Госкомимущества России документ не утвержден, а подписан с годовой задержкой от установленного Правительству Российской Федерации срока. Учитывая, что данное поручение дано Президентом Российской Федерации, а вопрос поступлений доходов от приватизации в федеральный бюджет является приоритетным, трудно объяснить и такой длительный срок технически не сложного для подготовки документа и выбранную в нарушение требований Президента Российской Федерации форму документа, в виде нормативного письма четырех заинтересованных ведомств, не соответствующего уровню задач, определяемых указанным документом.

Комиссия Контрольного управления, с учетом представленных в «Замечаниях» оправдательных доводов Госкомимущества России, приведших к отмене Указа Президента Российской Федерации от 25.03.93 г. № 395 «О мерах по государственной поддержке организации в Российской Федерации производств электроподвижного состава для железнодорожного транспорта и электрического транспорта, комплектующих изделий, материалов для них и учреждению в этих целях акционерного общества», считает необходимым отметить: Указ Президента Российской Федерации от 25.03.93 г. № 395 был подписан с целью решения конкретной государственной задачи: обеспечения государственной поддержки организации видов производств, перечисленных в Указе, а также выполнения федеральных, межгосударственных и отраслевых программ, связанных с созданием мощностей и расширением производства указанных видов продукции.

Задача Госкомимущества России состояла в безусловном выполнении возложенных на него Указом Президента Российской Федерации управленческих решений. Ссылка Госкомимущества России, как на основную причину, на неспособность, неумение и даже незаконные действия президента АО «Росэлтранс» Мышкина Б. В., назначенного Правительством Российской Федерации, заставившие Комитет выйти с проектом указа Президента Российской Федерации о признании утратившим силу Указа Президента Российской Федерации от 25.03.953 г. М 395 об учреждении и ликвидации АО «Росэлтранс» нельзя признать обоснованной.

Госкомимущество России обязано было поставить перед Правительством Российской Федерации вопрос о замене президента АО «Росэлтранс», уточнении сроков выполнения Указа и обеспечить его выполнение в полном объеме, имея в виду приоритет цели, установленной Указом над всеми другими обстоятельствами. С учетом имеющихся в Контрольном управлении материалов, сомнительными представляются и доводы Госкомимущества России об отрицательной позиции директоров предприятий, включенных в состав АО «Росэлтранс», по созданию акционерного общества. Копия соответствующего письма на имя Президента Российской Федерации прилагается (приложение 12-1).

По вопросу некорректности (по мнению Госкомимущества России) тезиса отчета об отмене п. 13 постановления Правительства Российской Федерации «Об управлении федеральной собственностью, находящейся за рубежом» от 05.01.95 г. № 14, комиссия сообщает:

1. Правительство Российской Федерации поручило Госкомимуществу России (п. 13 постановления) разработать положение о порядке управления федеральной собственностью, находящейся за рубежом. Был установлен срок — 1 июля 1995 года.

2. После завершения установленного срока на разработку документа Госкомимущество России представляет в Правительство Российской Федерации письмом от 03.07.95 г. № СБ-14/5943 проект постановления Правительства Российской Федерации «О внесении изменений в постановление Правительства Российской Федерации от 05.01.95 г. М 14» с пояснительной запиской, имея в виду отмену п. 13 соответствующего постановления. В пояснительной записке Госкомимущества России указывается, что в исполнение постановления Правительства Российской Федерации от 05.01.95 г. № 14 подготовлены проекты семи документов (с указанием их статуса и названия), в том числе было указано и положение о порядке передачи в управление юридическим и физическим лицам федерального имущества, находящегося за рубежом, и, следовательно, необходимости в разработке положения о порядке управления федеральной собственностью, находящейся за рубежом, нет.

3. Правительство Российской Федерации удовлетворяет просьбу Госкомимущества России и своим постановлением от 18.09.95 г. № 929 отменяет разработку положения «О порядке управления федеральной собственностью, находящейся за рубежом».

4. В настоящее время не вступил в действие ни один из нормативных документов, указанных в пояснительной записке Госкомимущества России, а разработка некоторых из них, со ссылкой на отмену п. 13 постановления Правительства Российской Федерации от 05.01.95 г. № 14, отменена. Относительно к служебным запискам Госкомимущества России о снятии с контроля пункта о разработке положения «О порядке передачи в управление юридическим и физическим лицам федеральной собственности, находящейся за рубежом» (приложение 12-2), комиссия готова принять формулировки Госкомимущества России по этому вопросу, приведенными в замечаниях: «Госкомимущество России до настоящего времени не обеспечило выпуски всех нормативных документов, необходимых для управления собственностью за рубежом, выпуск которых предусмотрен постановлением Правительства Российской Федерации от 05.01.95 г. № 14», но не может согласиться с последствиями, возникающими в результате сорванных сроков и невведения в действие важнейших нормативных документов в виде сохранения возможности злоупотреблений при управлении собственностью Российской Федерации, находящейся за рубежом».

По выполнению поручения Правительства Российской Федерации от 30.04.95 г. № ВЧ-П2-12954 Госкомимущество России сообщает в «Замечаниях», что соответствующий доклад будет своевременно представлен в декабре 1995 года в Правительство Российской Федерации.

Комиссия Контрольного управления отмечает, что Госкомимуществу России указанным поручением было предписано совместно с МВЭС России провести инвентаризацию федеральной собственности за рубежом, находящейся в ведении МВЭС России и его загранучреждений. До настоящего времени инвентаризация не началась, нет ведомственного документа, организующего этот процесс, начиная с создания комиссии и проведения последующих мероприятий. Следовательно, в Правительство Российской Федерации может быть представлен только доклад, объясняющий причины невыполнения поручения с просьбой переноса срока проведения инвентаризации. Комиссия Контрольного управления считает необходимым отметить, что ответственным за выполнение указанного поручения является заместитель Председателя Госкомимущества России В. П. Фатеев, а само поручение находится на контроле в Контрольном управлении Президента Российской Федерации.

Ознакомившись с аргументами Госкомимущества России в «Замечаниях», касающимися приватизации морских портов, Комиссия не видит необходимости вносить изменения в отчет, руководствуясь следующим:

Госкомимуществом России распоряжением от 04.11.92 г. № 700-р были установлены условия акционирования и приватизации морских портов, при которых создавались только государственные предприятия управления движением судов, а портовые сооружения и объекты, а именно причалы, подходные каналы, волноломы, железнодорожные пути и автомобильные дороги, объекты инженерной инфраструктуры (имущество, не подлежащее приватизации), не включались в уставные капиталы создаваемых акционерных обществ и должны были использоваться ими на условиях аренды.

Указанные меры довольно скоро привели к потере государственного контроля за портами со всеми вытекающими отсюда последствиями, включая безопасность государства, экономические последствия и, в первую очередь, потерю контроля над экспортом.

Правительство Российской Федерации в целях восстановления государственного регулирования деятельности морских портов, учитывая неоднократные обращения по этому вопросу Минтранса России, постановлением от 17.12.93 г. № 1299 учредило морские администрации портов, поручив Госкомимуществу России закрепить в установленном порядке за морскими администрациями портов портовое имущество, не подлежащее приватизации.

Госкомимуществом России распоряжением от 10.01.93 г. № 19-р «Об учреждении морских администраций портов» были внесены необходимые изменения в распоряжение от 04.11.92 г. № 700-р, что и позволяет в настоящее время утверждать, «что в результате приватизации Российская Федерация не лишилась своих морских портов, а лишь избавилась от несвойственных государству хозяйственных функций, сохранив за собой возможность осуществлять контроль и над хозяйствующим субъектом и полностью контролировать морские порты, как терминальные комплексы Российского государства».

Однако необходимо отметить, что и сейчас вернуть то, что должно принадлежать морским администрациям некоторых портов, по информации Минтранса России, полностью не удалось. Морские администрации портов решают с местными органами исполнительной власти вопросы о дополнительных земельных участках, создают там необходимую инфраструктуру, частично утерянную в результате приватизации. Для устранения ошибок, сделанных в ноябре-декабре 1992 года, потребуются многие годы. Лишь после окончания этих процессов можно будет утверждать, что морские администрации полностью обеспечивают государственный контроль над российскими портами.

По вопросу имущественного спора между комитетом по управлению имуществом Тверской области и акционерным обществом «Технороз» комиссия обратила внимание Госкомимущества России на позицию «стороннего наблюдателя» в двухлетнем конфликте по поводу правомерности использования федерального имущества и достаточно серьезные обвинения, выдвинутые правоохранительными органами (прокуратурой Тверской области) в постановлении о прекращении уголовного дела № 194053 от 17.08.95 г. (стр. 5, 6) в адрес Комитета по управлению имуществом Тверской области и заместителя Председателя указанного Комитета Курыленко А. Л. (приложение 12-3).

Из представленных Госкомимуществом России комментариев по этому эпизоду проверки не ясна оценка Комитетом этого факта.

Значительная часть замечаний Госкомимущества России по результатам проверки Комитета связана с общественной деятельностью в Госкомимуществе России Бравермана А. А. Учитывая очевидность порочности системы и крайнюю некорректность ситуации с использованием руководителя Группы консультантов Председателя Комитета Бравермана А. А. (работающего, по информации Госкомимущества России, бесплатно) в распорядительных функциях, связанных с фактическим распределением и использованием материальных ресурсов (значительных денежных средств), Комиссия не видит необходимости пересматривать свои основные выводы в тексте отчета, повторно заявив следующее:

1. Браверман А. А., выполняя важнейшие функции консультанта Председателя Госкомимущества России, в 1991 году учреждает малое предприятие «КоМаркг ЛТД» (регистрационный № 1313310 от 16.04.91 г.).

В последующем в учредительные документы вносятся изменения, а само предприятие преобразуется в ТОО «КоМаркг ЛТД». Являясь учредителем данного товарищества и одновременно его директором, Браверман А. А. от имени ТОО «КоМаркг ЛТД» за период с декабря 1991 г. по июнь 1995 г. по заказу Госкомимущества России выполнил 10 научно-исследовательских работ общей стоимостью 2038,3 млн руб.

2. Приказом Госкомимущества России от 20.12.94 г. № 280 на Группу консультантов Председателя Комитета, возглавляемую Браверманом А. А, являющегося, кроме директора указанного ТОО, заведующим кафедрой МГА ТХТ им. М. В. Ломоносова, возлагаются вопросы координации методологических и научно-практических разработок и экспертиз по проблемам маркетинга приватизируемого имущества, стратегии продаж, управления государственным имуществом, создания благо приятных условий для участия в приватизации российских и иностранных инвесторов, влияние приватизации на товарный, финансовые рынки и рынок труда в Российской Федерации, региональную экономику и экономику предприятий. В состав Группы консультантов Председателя Комитета включены, в том числе, работники МГА ТХТ им. М. В. Ломоносова и ТОО «КоМаркг ЛТД».

3. Приказом Госкомимущества России от 13.01.95 г. № 16 в целях усиления координации работ (разработок) научно-исследовательского, научно-практического, методологического и методического характера, выполняемых для Комитета, на руководителя Группы консультантов Председателя Комитета Бравермана А. А., а в его отсутствие (в порядке исключения) на консультанта Председателя Комитета Иванова Д. С. (подчиненного Бравермана А. А. по совместной работе в МГА ТХТ им. М. В. Ломоносова), возлагаются должностные обязанности обязательного согласования договоров и актов приемки-сдачи работ (этапов) по указанной тематике. При этом исключения для ТОО «КоМаркт ЛТД» в приказе не делаются.

4. Вся организация, связанная с проведением НИОКР в Госкомимуществе России (приложение 12-4), проводится без учета того, что данный орган федеральной исполнительной власти финансируется за счет бюджетных средств, и существует законодательство, регламентирующее проведение НИОКР. В результате материалы по проведенным НИОКР (ТЗ отчеты НИР) не отвечают установленным требованиям, средства, потраченные на проведение НИОКР, налогом не облагаются (соответствующие письма Минфина России и Госналогслужбы России от 27.10.95 г. № 1-10/4-3587 и Миннауки России от 18.10.95 г. № 546-п имеются в приложении 12-5), результаты НИОКР не учитываются при проведении бухгалтерского учета и не регистрируются в соответствии с приказом Миннауки России «06 утверждении порядка государственной регистрации НИОКР» от 05.10.93 г. № 148, при этом нарушается с 1995 года и статья 10 (п.п. 1,2) Федерального закона «06 обязательном экземпляре документа» от 29.13.94 г. № 77-ФЗ.

Комиссия считает, что с учетом имеющихся материалов по организации работ по НИОКР в Госкомимуществе России имеются основания для обращения в Генеральную прокуратуру Российской Федерации.

Дополнительно необходимо отметить, что попытка Госкомимущества России выдать в «Замечаниях» за заказчиков одной из выполненных работ по договору от 25.01.95 г. № 554 Комиссию Правительства Российской Федерации по экономической реформе (письмо от 24.02.95 г. № КЭР30) и Комитет по собственности, приватизации и хозяйственной деятельности Государственной Думы Российской Федерации (письмо от 29.09.95 г. № 3,9-736) не может быть принята, так как указанные обращения поступили в Госкомимущество России после оформления ТОО «КоМаркг ЛТД» с Госкомимуществом России всех документов по проведению соответствующей разработки.

Одновременно из отчета из-за отсутствия в Комиссии письменного заключения ВЦИОМ исключается абзац, связанный с отрицательной оценкой результатов исследований. Указанный в абзаце вывод сделан проверяющим И. К. Беляком на основании устного заключения сотрудника ВЦИОМ Козеренко Е. В., которая впоследствии, как следует из приложенного к «Замечаниям» письма ВЦИОМ от 23.11.95 г., изменила свою позицию по результатам исследований.

Комиссия с пониманием относится к мнению Госкомимущества России, что проблема привлечения иностранных инвестиций является комплексной проблемой и владеет информацией о той работе, которую проводит Управление по иностранным инвестициям Госкомимущества России. Но вместе с тем Управление, согласно положению о Главном управлении иностранных инвестиций, наделено полномочиями, которые позволяют непосредственно влиять на величину привлекаемых инвестиций: рассмотрение предложений иностранных инвесторов по их вкладу в капитал акционерных обществ приватизированных предприятий; участие их в аукционе, конкурсе или тендере; участие в переговорах с иностранными делегациями, фирмами, банками, инвестиционными компаниями, представителями посольств и торгпредств, а также отдельными иностранными бизнесменами, проводимыми как руководством Управления на территории Госкомимущества России или иностранных представительств, так и за рубежом.

Из приведенных в отчете данных следует, что конечный результат деятельности Управления пока не вызывает оптимизма.

Ознакомившись с представленными замечаниями Госкомимущества России по разделу «Оценка финансово-хозяйственной деятельности, целевого использования бюджетных ассигнований, сохранности денежных и материальных ценностей», комиссия Контрольного управления не видит необходимости в их комментариях, так как многие из них не обоснованы документально, а часть из них вообще не имеет отношения к выводам по результатам проверки.

Проведенная проверка в этой части была осуществлена Контрольно-ревизионным управлением и Главным управлением Федерального казначейства Минфина России, Госналогслужбой России и оформлена соответствующими документами с приложением копий финансовых документов, объяснительных записок должностных лиц Комитета, заключений Минюста России и других организаций. С указанными материалами проверки (акт от 04.10.95 г. был представлен в комиссию 09.10.95 г. приложения 12-6) были ознакомлены под роспись ВРИО Председателя Госкомимущества России А. Р. Кох, начальник Управления бухгалтерского учета Н. А. Абдуллаев и заместитель главного бухгалтера А. И. Аслапова, при этом Никакие замечания со стороны Госкомимущества России не были сформулированы.

Предложенная Госкомимуществом России редакция абзаца 3 на странице 64 не в полной мере отражает проблемы, возникающие при применении законов в ходе разгосударствления и приватизации имущества, и Комиссия не может с ней согласиться.

Комиссией приняты к сведению меры, принимаемые Госкомимуществом России по улучшению работы и устранению недостатков в области сохранения государственной тайны и служебной информации ограниченного распространения.

Приложение: на 19 л.

Председатель комиссии

Контрольного управления Президента Российской Федерации А. Н. Семиколенных.

Таким образом, в первых числах декабря 1995 года я подписал немного отредактированный отчет по проверке Госкомимущества России, включив в него некоторые замечания Комитета, приложив к отчету и замечания ГКИ, и ответ на них. Теперь предстояло подготовить письмо-доклад Президенту России о проведенной проверке, изложив в возможно краткой форме основные ее результаты, а также выводы и предложения. За неделю я справился с этой работой и все материалы проверки передал для рассмотрения и подписи начальнику Контрольного управления В. Я. Зайцеву.

Ситуация для руководства Контрольного управления, да и для руководителя Администрации Президента Российской Федерации, была не простая и даже критическая для карьеры. С одной стороны, имелось мощное давление со стороны Правительства России в лице Чубайса и руководства ГКИ, что материалы проверки не соответствуют реальному положению дел и комиссия не профессионально провела проверку. С другой стороны, материалы проверки явно опровергали все претензии ГКИ, базировались на реальных фактах. Да и другие материалы Контрольного управления подтверждали крайне низкую исполнительскую дисциплину Госкомимущества России по исполнению указов Президента России, и Зайцев В. Я. прекрасно об этом был осведомлен.

Но главную опасность для руководства представляла Служба безопасности Президента России. Вся проверка находилась под постоянным контролем ее сотрудников, они неоднократно в процессе проверки встречались со мной, интересовались, какие проблемы возникали, и знакомились с материалами проверки. Я эти встречи не скрывал и регулярно сознательно докладывал В. Я. Зайцеву о положительном мнении сотрудников Службы безопасности о результатах проверки.

Около 10 дней наверху решали, что делать. Как проходил этот процесс, мне неизвестно, но 21 декабря мне поступила команда подготовить еще два коротких письма за подписью Руководителя Администрации Президента России С. А. Филатова. Одно письмо Президенту России, к которому необходимо приложить уже подготовленное письмо Президенту о результатах проверки за подписью В. Я. Зайцева. Как в дальнейшем стало понятно, было принято решение, что это письма не должны были попасть для доклада Президенту России.

Второе письмо должно было быть адресовано Председателю Правительства России В. С. Черномырдину, и к нему уже быть приложен отчет о проверке ГКИ, подписанный председателем комиссии. Как мне представляется, план по этому письму был такой: отправить отчет в ГКИ, провести коллегию с приглашением председателя Комиссии Контрольного управления и там устроить разгром отчета, приняв некоторые недостатки, а остальные выводы признать не соответствующими действительности. Но об этом я догадался после всех прошедших событий.

А пока я выполнил полученные поручения, и 27 декабря 1995 года С. А. Филатовым письма были подписаны. Председатель Правительства России рассмотрел полученное письмо 13 января 1996 года и дал следующее поручение ВРИО Председателя Госкомимущества А. Р. Коху (в копии А. Б. Чубайсу):

«Прошу внимательно проанализировать результаты проверки, рассмотреть их на заседании коллегии комитета с участием Контрольного управления Президента Российской Федерации и незамедлительно принять меры по устранению выявленных недостатков и привлечению виновных к ответственности. Доложите».

А вот по судьбе письма в адрес Президента России информация отсутствовала. Было известно, что письмо было подписано и ушло из секретариата С. А. Филатова, но никаких поручений по нему не поступало.

Но необходимо вернуться немного назад, в середину декабря 1995 года. В Контрольное управление приходит неожиданное поручение Президента России от 19 декабря 1995 года: срочно (в месячный срок) проверить исполнение Указов и поручений Президента по проведению аукционов на право получения в залог пакетов акций, находящихся в федеральной собственности. Получается, еще не полностью отчитались по прошедшей проверке ГКИ, а надо начинать новую целевую проверку. Естественно, поручение поступает мне для организации исполнения, с указанием, что 19 января 1996 года проверку надо закончить и доложить ее результаты Президенту России. Пришлось форсировано готовить документы по контрольному мероприятию (распоряжение, программу), и в составе представительной комиссии снова явиться в ГКИ и начать проверку. Как она проходила, ее результаты, учитывая важность проблемы залоговых аукционов, я изложу в следующей главе книги.

Из ГКИ 10 января поступило письмо с приложением повестки дня коллегии ГКИ, которая должна состояться 13 января 1996 года с одним вопросом: обсуждение результатов проверки ГКИ Контрольным управлением, докладчик Мостовой П. П.

Неожиданно ко мне в кабинет, где-то примерно 12 января утром, зашел сотрудник Службы безопасности Президента России. Сообщил, что письмо Б. Н. Ельцину о результатах проверки Госкомимущества России списано в архив 4 января 1996 года без доклада Президенту России его помощником А. Я. Лившицем.

Попросил меня срочно подготовить второй комплект писем Президенту России с отчетом о проверке. И предупредил по секрету, что завтра утром они официально явятся в Контрольное управление со специальным предписанием, с целью проверить, как выполняется Контрольным управлением поручение о комплексных проверках министерств и ведомств. Придут и ко мне и проведут изъятие материалов проверки Госкомимущества (тех материалов, которые меня просили подготовить), таким образом мне никто не сможет предъявить претензии о несанкционированной передаче служебных документов.

Все так и произошло. На следующие день утром позвонил перепуганный В. Я. Зайцев и предупредил, что сейчас ко мне придут сотрудники Службы безопасности и я должен им передать все документы, которые они попросят (с оформлением акта).

Потом случилась еще одна неожиданность. Из ГКИ позвонили в приемную начальника Контрольного управления и сообщили, что коллегия ГКИ будет закрытая, только для сотрудников ГКИ, а обсуждение результатов проверки совместно с сотрудниками Контрольного управления пройдет на другой коллегии ГКИ в феврале.

И вот наступил день неожиданностей — 19 января 1996 года. Вначале в Контрольное управление поступила информация, что 23 января (вместо февраля) состоится коллегия ГКИ, где будут рассматриваться материалы проверки Контрольного управления. И почти сразу поступил Указ Президента России об освобождении А. Б. Чубайса от занимаемой должности. В указе отмечена причина отставки: низкая требовательность к подведомственным федеральным структурам, а также невыполнение ряда поручений Президента. Как можно предположить, руководитель Службы безопасности лично доложил Президенту России материалы проверки ГКИ Контрольным управлением с заранее подготовленным проектом указа об отставке. Получается, что справедливость восторжествовала?

Но дальнейшие события показали, что это был временный локальный успех, совсем через небольшой отрезок времени для всех (или почти всех) участников этой истории закончится карьера в государственных структурах.

Отставка А. Чубайса вызвала шок в ГКИ, но у его команды еще оставалась надежда на результаты коллегии ГКИ. Они считали, что если коллегия примет решение, что отчет Контрольного управления не соответствует действительности, то есть надежда на отмену указа об отставке их лидера.

Подготовка материалов к коллегии 23 января 1996 года была поручено заместителю Председателя ГКИ П. Мостовому. К этому времени Председателем Госкомимущества России уже был назначен А. И. Казаков. Основным документом, подготовленным к коллегии, была подписанная П. Мостовым Справка Госкомимущества России о соответствии фактам выводов, изложенных в Отчете комиссии Контрольного управления Президента Российской Федерации по проверке Госкомимущества России от 27.12.95. Документ был объемный, на 19 листах, и в резкой, безапелляционной форме пытался опровергнуть практически все замечания и выводы, содержавшиеся в отчете Контрольного управления.

Основные итоговые формулировки по выводам и замечаниям: «Не соответствуют действительности, не корректен, не отражает реального положения дел, ошибочные выводы, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не основан на фактах, вопиющим образом противоречит фактам».

А вот каким абзацем заканчивает П. Мостовой результаты своей аналитической работы: «Более 80 % замечаний, содержавшихся в Отчете комиссии Контрольного управления Президента Российской Федерации, при внимательном рассмотрении не находят фактического подтверждения.

Выводы и оценки, содержащиеся в Отчете, в большинстве носят предвзятый характер, имеют отчетливую политическую окраску и выглядят как попытка бросить тень в целом на государственную политику в области приватизации и развития рыночных отношений. Многие из утверждений, содержащиеся в Отчете, выходят за пределы компетенции Контрольного управления Президента Российской Федерации, определенные указом Президента Российской Федерации от 24.05.94 г. № 1015 (с последующими изменениями). В ряде случаев негативная оценка дается, по сути, действиям Президента Российской Федерации и решениям, выраженным в его указах и резолюциях.

Большое число фактических ошибок, выявленных в Отчете, свидетельствуют о крайне низком уровне профессиональной (в том числе правовой и экономической) квалификации участников проверки».

К справке был приложен проект решения коллегии ГКИ, в котором повторялись соответствующие обвинения в адрес отчета по проверке и деятельности Комиссии Контрольного управления в целом.

В связи с отставкой А. Чубайса ГКИ решил ускорить проведение коллегии и перенес ее на 21 января. В ночь перед коллегией ГКИ я практически не спал. Мне предстояло одному «сражаться» со всем руководством ГКИ на коллегии, и я не был уверен в результате, мне могли просто не дать отстаивать выводы отчета и принять уже готовые документы.

Но на коллегии события развивались совсем не так, как я предполагал. Меня встретили подчеркнуто уважительно, но главное было в другом. Первый доклад П. Мостового, как и все другие выступления, был достаточно конструктивен, многие факты выявленных недостатков, отмеченные в отчете, были признаны справедливыми, критика, конечно, прозвучала, но тоже была конкретная, без лишних эмоций и формулировок из справки П. Мостового.

Мне дали выступить сразу после основного докладчика, слушали внимательно и никаких вопросов не задали. Итоги коллегии подвел Председатель ГКИ А. Казаков. Он даже поблагодарил комиссию контрольного управления за выявленные недостатки в работе ведомства, многие из которых уже устранены или будут устранены в ближайшее время. В целом коллегия прошла в спокойной обстановке и достаточно быстро. Через неделю в Контрольное управление поступил официальный протокол заседания коллегии. Вот основные положения решения коллегии ГКИ:

«В период проведения проверки и непосредственно после ее завершения соответствующими службами и должностными лицами Госкомимущества были приняты необходимые меры по замечаниям, содержащимся в отчете Контрольного управления, а именно…» — дальше на двух листах подробно перечисляются принятые меры.

Затем шли пункты решения с поручениями конкретным должностным лицам «в целях устранения недостатков, отмеченных в материалах проверки Комиссии…».

Два последних пункта решения коллегии явно имели цель нейтрализовать эффект от отчета по проверке ГКИ. Вот формулировка одного из них без комментариев:

«Обратить внимание заместителей Председателя, руководителей структурных подразделений Комитета, что в период проведения проверки с их стороны не было оказано должной помощи членам Комиссии, и это в итоге отразилось на конечных результатах работы Комиссии».

В последнем пункте решения было указано о направлении в Правительство Российской Федерации протокола решения коллегии, но с приложением справки ГКИ о соответствии фактам выводов, изложенных в отчете Комиссии Контрольного управления.

Мои дальнейшие попытки получить эту справку не привели к результату, не обнаружил я ее и в делах Аппарата Правительства Российской Федерации.

Нет сомнения, что на сценарий проведения коллегии ГКИ и на ее решение повлиял А. Чубайс, и события, последовавшие через несколько месяцев, после переизбрания Б. Н. Ельцина Президентом России на второй срок, это подтвердили.

Об А. Бравермане. Против него не было предпринято никаких мер наказания. Наоборот, его личная служебная биография была вполне успешной. 1997–1999 — первый заместитель Председателя ГКИ РФ, 2000–2004 — первый заместитель министра имущественных отношений РФ, статс-секретарь, 2006–2008 — председатель Комиссии по развитию рынка доступного жилья при Совете при Президенте РФ, 2008–2015 — генеральный директор Федерального фонда содействия развитию жилищного строительства, 2015–2020 — генеральный директор АО «Федеральная корпорация по развитию малого и среднего предпринимательства». В декабре 2020 года отправлен в отставку по итогам проверки Корпорации Счетной палатой РФ (из газет: «Счетная палата усомнилась в связи Корпорации МСП с развитием малого бизнеса»), но почти сразу назначен в 2021 году первым заместителем председателя ВЭБ РФ. Отцы-приватизаторы своих не бросают.

Вот такие сложные ситуации судьба преподнесла мне в год моего 50-летия. Никаких особенных праздничных мероприятий я 16 июня, в день своего рождения, не проводил. Вечером в своей квартире собрали близких друзей, родственников. Жена накрыла стол, так, как она замечательно умеет, красиво, приготовила сама вкусную еду. Выпили за мое здоровье, обсудили мою работу в контрольном управлении и другие жизненные проблемы, потанцевали, и юбилей закончился. Конечно, был накрыт стол в другой день и для старшего поколения родных, все было проведено по-семейному, в кругу самых близких людей.

На работе тоже все прошло скромно, коллектив поздравил букетом цветов, я принес торт, вместе выпили чаю. Никаких мероприятий с алкоголем и публичных поздравлений в Контрольном управлении в те времена не проводилось. По крайней мере, на уровне сотрудников и среднего звена руководителей, к которым я в то время принадлежал. По Контрольному управлению по поводу моего 50-летия вышел приказ, была объявлена благодарность и состоялось премирование месячным окладом.

Мне 50 лет. Сидят моя сестра Оксана Николаевна, племянница жены Пономарева Елена Васильевна, между мною и женой Голощапова Марина Александровна, рядом с женой справа Быстрицкая Ольга Тадеушевна, за ней Быстрицкий Валерий Ильич, далее Бундул Татьяна Васильевна, Бундул Вячеслав Владимирович, Шнейберг Владимир Яковлевич (к сожалению, некоторые уже ушли в мир иной)

С сыном Андреем. Отцу 50 лет!

А вот через 10 лет, когда мне стукнуло 60 лет, все было по-другому. И порядки уже были более демократичные, и должность была у меня другая, и зарплата позволяла устроить статусный банкет в ресторане для многих персон. Но об этом подробнее — в третьей книге.

Глава 6. Залоговый обман — как это стало возможным

Первое официальное упоминание о залоге пакета акций, находящихся в федеральной собственности, появилось в письме ГКИ от 7 июня 1995 года в адреса Минэкономики, Минюста, Минфина России, в РФФИ и Комиссию по ценным бумагам при Правительстве России с просьбой в максимально короткий срок согласовать текст проекта Указа Президента России «О порядке передачи в залог пакетов акций, находящихся в федеральной собственности, под обеспечение поступления средств от приватизации в федеральный бюджет».

Было отмечено, что проект указа подготовлен во исполнение Указа Президента от 11 мая 1995 года «О мерах по обеспечению гарантированного поступления в федеральный бюджет доходов от приватизации». При этом из текста проекта указа следовало, что процесс передачи в залог акций не был «привязан» к конкретному сроку исполнения, а был нацелен на организацию этого процесса в целом. Как проходил процесс согласования указа на уровне исполнительной власти и чем он закончился, неизвестно, в архивах документ найти не удалось.

Но 31 августа 1995 года был подписан знаменитый Указ Президента России № 889 «О порядке передачи в 1995 году в залог акций, находящихся в федеральной собственности». Главное принципиальное отличие текста подписанного указа от его проекта — это жесткие сроки проведения залоговых аукционов. Вот как был изложен первый пункт указа: «Согласиться с предложением Правительства Российской Федерации о проведении в IV квартале 1995 г. аукционов на право заключения договоров кредита, залога находящихся в федеральной собственности акций и комиссии в целях обеспечения поступления в федеральный бюджет на 1995 год средств от использования принадлежащего государству имущества и включения их в счет доходов от федеральной собственности, предусмотренных приложением № 1 к Федеральному закону «О федеральном бюджете на 1995 год»».

Таким образом, цель проведения залоговых аукционов была определена Правительством России (а точнее, его Председателем и первым заместителем) как обеспечение источника покрытия дефицита федерального бюджета 1995 года, от этой цели и возник экстренный срок проведения акции по передаче пакетов акций, находящихся в федеральной собственности, в «надежные руки банкиров».

Нет сомнения, что весь этот процесс был ими разработан заранее и находился под их контролем длительное время, пока самые дорогие и привлекательные активы государства не стали их собственностью. Немного опережая события, приведу информацию по изучению подлинника указа Президента России № 889 в соответствующем архиве на предмет согласующих подписей и наличия обоснования необходимости его подписания, как это требуют соответствующие документы Администрации Президента России в части получения подписи Президента на документах государственной важности.

Самое важное — выяснилось, что никаких письменных обосновывающих материалов к указу нет, как и нет в архиве и приложений к указу с номерами с 1 по 4, похоже, они были приложены к указу уже после его подписания при рассылке. Примерно события развивались при подписании документа следующим образом.

Указ принесли на подпись Президенту России 31 августа, игнорируя установленный порядок подписания таких документов, А. Чубайс и Р. Орехов (начальник государственно-правового управления администрации). При этом на проекте указа были только две визы — В. Черномырдина и А. Чубайса, поставленные 30 августа 1995 года. Убедив Б. Ельцина, что надо подписывать, а то будет катастрофа с исполнением бюджета страны, указ завизировал Р. Орехов и сразу подписал Президент России.

Но Президент обратил внимание, что указ не завизирован Руководителем Администрации С. Филатовым, и надо перед рассылкой получить его визу. Сразу это сделать Р. Орехову не удалось, С. Филатов поручил своему помощнику Р. Цивилеву посмотреть документ. Помощник 2 сентября письменно доложил, что у него замечаний нет. И руководитель Администрации визирует подлинник указа 2 сентября 1995 года, уже после того, как его подписал Президент России (других вариантов у него и не было). Таким образом, можно констатировать, что уже на начальном этапе организации процесса залоговых аукционов стали грубо нарушаться все установленные правила и регламенты на самом высоком государственном уровне.

Но сообществу банкиров было важно не только запустить процесс залоговых аукционов, но и взять на себя весь процесс проведения этих аукционов, чтобы случайно федеральная собственность не оказалась у других, не участвующих в этом процессе. С этой целью так называемый Консорциум российских коммерческих банков направил 6 сентября 1995 года письмо Президенту России. Учитывая уникальность содержания этого письма, я привожу его текст полностью.

Исх. 01/3958 от 6.09.95 г.

Президенту Российской Федерации Ельцину Б. Н.

Уважаемый Борис Николаевич!

От имени участников Консорциума российских коммерческих банков по авансированию поступлений в доход федерального бюджета средств от продажи акций приватизируемых предприятий сердечно благодарю Вас за оказанное российскому капиталу доверие, материализовавшееся в Вашем Указе № 889 от 31 августа 1995 г. «О порядке передачи в 1995 году в залог акций, находящихся в федеральной собственности».

Вместе с тем, необходимо отметить, что до начала срока проведения аукционов на право заключения договоров кредита, залога находящихся в федеральной собственности акций и комиссии, установленного пунктом 1 упомянутого Указа, осталось менее одного месяца. За этот короткий срок нам представляется необходимым срочное проведение целого ряда мероприятий, необходимых для максимизации объема кредитных ресурсов, предоставленных Правительству РФ в 1995 году, включая разработку детальных Правил проведения аукционов на право заключения договоров кредита, залога находящихся в федеральной собственности акций и комиссии, подготовку всех необходимых процедур, связанных с залогом акций, организацию разъяснительной работы и т. п.

Поскольку Консорциумом российских коммерческих банков была уже проведена большая подготовительная работа, связанная с реализацией концепции кредитования Правительства под залог акций приватизируемых предприятий, в целях обеспечения реализации положения вышеупомянутого Указа о начале проведения аукционов уже в IV квартале 1995 года, нам представляется целесообразным поручить Консорциуму российских коммерческих банков организацию в дальнейшем всей работы, связанной с проведением аукционов на право заключения договоров кредита, залога находящихся в федеральной собственности акций и комиссии.

На сегодняшний день банки-участники консорциума уже предоставили предварительную информацию об эмитентах, под залог акций которых они готовы авансировать доходы федерального бюджета от приватизации 1995 году на сумму порядка 3 триллионов рублей (Приложение 1). Таким образом, в случае Вашего согласия с вышеизложенным предложением о возложении функции организатора аукционов на право предоставления кредита Правительству на Консорциум российских коммерческих банков и с учетом пожелания Министерства финансов РФ о максимизации ресурсов, привлекаемых на таких аукционах, просим Вашего согласия на выставление на них акций приватизируемых предприятий, указанных в Приложении 1 к настоящему письму.

В заключение от имени всех членов Консорциума хотел бы еще раз поблагодарить Вас за оказанное российским коммерческим банкам доверие и заверить Вас в нашей готовности действовать вместе с Президентом и Правительством по разрешению стоящих перед страной трудностей и проблем.

С уважением,

руководитель рабочей группы Консорциума российских коммерческих банков, Президент ОНЭКСИМ Банка В. О. Потанин.

Приложение: на 2 листах.

Указанное письмо по смыслу изложенного является практически ультиматумом Президенту России, при этом исполнительная власть в лице Правительства России отодвинута в сторону. И в письме ясно изложена мысль: мы придумали залоговые аукционы, мы подготовили указ, который был подписан (за это спасибо), и если хотите получить деньги, отдайте нам то, что мы просим (приложен соответствующий список государственной собственности), иначе ничего не получите. А весь процесс мы организуем сами, нужно только одно Ваше слово, Президент России, — «согласен».

При этом текст письма противоречит содержанию и требованиям указа «О порядке передачи в 1995 году в залог акций, находящихся в федеральной собственности». В указе даже не упоминаются коммерческие банки и другие возможные участники аукциона, список пакетов акций, выставляемых на аукцион, поручено было подготовить Госкомимуществу России, как и организовать проведение самих залоговых аукционов.

Письмо консорциума российских банков было оперативно рассмотрено, и 14 сентября 1995 года Президент России подписывает поручение по нему Председателю Правительства России В. Черномырдину:

«Согласен с представленным консорциумом банков списком. Прошу учесть при определении пакетов акций, передаваемых в залог по Указу № 889 от 31 августа 1995 года. Форсируйте принятие соответствующего постановления».

Банкиры преследовали своим письмом две цели: получить согласие по пакету акций, которые им нужны, и согласие на организацию и проведение аукционов банками, входящими в консорциум. Первая цель была достигнута, по второй цели Б. Ельцин решил не брать на себя ответственность в письменном виде, но скорее всего в устной форме сообщил заинтересованным лицам, что он не возражает.

Не менее интересна была и позиция Правительства России в лице его Председателя. Похоже, В. Черномырдин прекрасно понимал сомнительность проведения залоговых аукционов по предложенной банкирами схеме. Поэтому «соответствующее постановление», как было предписано поручением Президента России, не появилось. А вся ответственность за происходящее была переложена на Госкомимущество России и его ВРИО председателя А. Коха. При этом А. Кох явно был рад такому подарку судьбы и исполнил свою роль по полной программе.

Еще раз становится понятно, почему на проверку ГКИ в это время комиссией Контрольного управления не обращалось особого внимания. Решалась судьба огромных денежных сумм, сделка по которым была одобрена «на самом верху», А. Коху поручено все организовать, а тут какая-то комиссия, ей прикажут, и все затихнет.

И вот вместо постановления Правительства России 25 сентября 1995 года выходит распоряжение ГКИ за подписью ВРИО Председателя А. Коха, в котором разом решаются все вопросы залоговых аукционов. Создается межведомственная комиссия по проведению залоговых аукционов, при этом А. Кох сам себя назначает председателем этой комиссии, своим заместителем назначает председателя РФФИ В. Соколова и членом комиссии — заместителя руководителя Минфина России А. Козьмина. Остальные два члена комиссии являлись временными членами, как представители министерств (ведомств) и территориальных комитетов ГКИ, к которым принадлежит предприятие, чьи акции выставляются на аукцион.

Этим же распоряжением утверждается список предприятий, акции которых, находящиеся в федеральной собственности, выставляются на аукционы, и принимается предложение консорциума банков о возложении на него обязанностей по организации проведения аукционов.

Совершенно очевидно, что все эти вопросы находятся в компетенции Правительства России, но в данном случае его просто отстранили от выполнения конституционных обязанностей, а от него возражений не последовало. Мало того, в указанном распоряжении есть даже «поручение» Правительству России и Центральному банку, где в качестве банка для хранения задатков велено определить ОНЭКСИМ-банк. Очень удобно, все денежные потоки, связанные с залоговыми аукционами, «крутятся» в одном банке, хотя и называются в зависимости от этапа аукциона по-разному, но об этом дальше.

Правительство Российской Федерации «поручение» А. Коха быстро выполнило и своим распоряжением от 23 октября 1995 года приняло предложение ГКИ об открытие в ОНЭКСИМ Банке текущего счета ГКИ для внесения задатка участниками аукциона.

ГКИ оперативно своими распоряжениями утвердило весь пакет документов, необходимый для проведения залоговых аукционов, и процесс изъятия у государства самой важной и дорогой собственности был готов к старту.

Конечно, не все так было однозначно. Были силы, которые убеждали Президента России не отдавать все вопросы распоряжения государственной собственностью ГКИ. Об этом свидетельствует появившейся 30 сентября 1995 года указ Президента России № 986 «О порядке принятия решений об управлении и распоряжении находящимися в федеральной собственности акциями».

Указом было установлено, что решения Правительства Российской Федерации, федеральных органов исполнительной власти, организаций и учреждений об управлении и распоряжении находящимися в федеральной собственности акциями, в том числе решения о передаче акций в управление юридическим и физическим лицам, о внесении акций в уставные капиталы организаций, а также о передаче акций в залог и ином их обременении принимаются на основании указов Президента России, определяющих сроки и формы управления или распоряжения конкретными акциями. При этом указ предписывает, что проекты указов Президента России об управлении и распоряжении находящимися в федеральной собственности акциями представляются на подписание постановлениями Правительства России.

Таким образом была предпринята попытка не допустить больше подобного безобразного оформления и выхода указов, как указ № 889 по проведению залоговых аукционов.

Совершенно неожиданно контроль за выполнением указа № 986 прямо в указе был возложен на Контрольное управление Президента России, и по цепочке резолюций руководства Контрольного управления попал ко мне на исполнение, то есть организацию контроля.

Вышло распоряжение по Контрольному управлению, обязав все отделы контрольного управления (контрольной информации, экономических реформ, по взаимодействию с правоохранительными органами, инспектирования территорий, юридическому) направлять все копии материалов проверок, имеющих отношение к распоряжению акциями, находящимися в федеральной собственности, в мой отдел (федеральных органов государственного управления). Еще мне предписывалось распоряжением ежеквартально готовить справку о состоянии исполнения указа.

Такая квартальная справка-отчет в январе 1996 года была мною на основании проведенных проверок подготовлена и направлена письмом Руководителя Администрации Президента России Н. Д. Егорова в адрес Председателя Правительства В. С. Черномырдина. В справке были приведены многочисленные примеры невыполнения требований Указа. Вот фрагмент из текста письма: «Главным контрольным управлением выявлено значительное число нарушений установленного этим Указом порядка принятия соответствующих решений. Приведенные в информации факты свидетельствуют о несоблюдении рядом руководителей Госкомимущества России (А. Р. Кох, О. Ю. Качанов, В. П. Пыльнев) государственной дисциплины и об ослаблении контроля за принятием соответствующих решений со стороны Аппарата Правительства Российской Федерации». В тексте также было предложено привлечь к дисциплинарной ответственности соответствующих должностных лиц.

В Правительстве это письмо долго рассматривали, ограничивались отписками, что меры будут приняты. А все закончилось отменой основных положений этого указа в июле 1997 года, другим указом президента России.

Но вернемся к залоговым аукционам. После выхода распоряжения ГКИ от 25 сентября 1995 года, утверждающего перечень предприятий, акции которых выставляются на аукцион, члены Правительства России наконец поняли, что происходит, и попытались изменить создавшееся положение. При этом они понимали, что общаться по данному вопросу с Председателем Правительства В. Черномырдиным и его первым заместителем А. Чубайсом бесполезно. Единственная надежда была на Президента России Б. Ельцина.

И вот 4 октября 1995 года в адрес Президента России за подписями Министра обороны П. Грачева и Председателя Госкомитета России по оборонным отраслям промышленности В. Глухих направляется письмо следующего содержания:

«Распоряжением Госкомимущества России от 25 сентября 1995 г. № 1365 определен перечень предприятий, пакеты акций которых будут переданы в залог коммерческим банкам для получения кредита в государственный бюджет. В число этих предприятий без согласования с Министерством обороны Российской Федерации и Госкомоборонпромом России включены АО «ОКБ Сухого», АО «Иркутское авиационное производственное объединение», АО «Улан-Удэнский авиационный завод», АО Арсеньевская авиационная компания «Прогресс», контрольные пакеты акций которых находятся в государственном управлении.

Однако указанные предприятия в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 11 мая 1995 г. № 478 и постановлением Правительства Российской Федерации от 18 сентября 1995 г. № 949 включены в перечень акционерных обществ, имеющих стратегическое значение для обеспечения национальной безопасности страны.

Разработки и продукция этих предприятий являются основой существующей, создаваемой авиационной техники Вооруженных Сил России. Передача и продажа указанных государственных контрольных пакетов акций коммерческим структурам приведет к непредсказуемым последствиям и может стать главным толчком к развалу авиационной промышленности России.

Учитывая изложенное, принятое решение представляется недопустимым и противоречащим интересам обороноспособности страны.

Просим Вас исключить указанные акционерные общества из перечня предприятий, пакеты акций которых передаются в залог под обеспечение кредита Российской Федерации».

Письмо Президентом России было рассмотрено, и 12 октября 1995 года появилось компромиссное поручение. При этом поручение было адресовано не Председателю Правительства России, а лично А. Б. Чубайсу, что еще раз подтверждает, кто непосредственно управлял всем этим процессом.

Вот текст поручения: «Передача в залог контрольных пакетов акций предприятий, указанных в письме П. Грачева и В. Глухих, недопустима. Прошу определить размеры вносимых в залог пакетов акций таким образом, чтобы в любом случае контроль оставался в руках государства. Доложите о принятом решении».

Подобных обращений федеральных чиновников было много, но не все они докладывались Президенту России, а переправлялись в Белый дом для рассмотрения.

А это обращение министра транспорта Российской Федерации В. Ефимова от 11 октября 1995 года было доложено адресату. Вот фрагменты из этого письма:

«Предприятия транспортно-дорожного комплекса России перевозят 87 % всех объемов пассажиров, 53 % объемов грузов, обеспечивают 85 % экспортно-импортного потенциала, наш внешний рынок составляет более 120 стран мира. Решая задачи жизнеобеспечения, экономической независимости страны, транспорт одновременно является крупной составляющей национальной безопасности.

…………………………………………………………………………

Распоряжение Госкомимущества России от 25 сентября 1995 г. № 1365-р о залоге акций не учитывает в полной мере стратегического назначения предприятий транспорта.

Его реализация может привести к негативным последствиям для России в экономической, социальной и политических сферах. К их числу можно отнести, в частности, возможность перехода морских пароходств и портов под иностранный контроль с последующим выводом судов под иностранный флаг и изъятия из налогового поля России, потерей рабочих мест, свертыванием социальной сферы, изменениями в политике транспортных перевозок и нарушением национальных интересов.

…………………………………………………………………………

Считаю необходимым для сохранения стабильности работы транспорта и в интересах страны издать Указ Президента Российской Федерации «О дополнительных мерах по реализации акций предприятий транспорта»».

Текст проекта указа был приложен к письму, и его смысл состоял в закреплении в федеральной собственности контрольного пакета акций предприятий транспорта, имеющих стратегическое значение (их список был в приложении к указу), без права их продажи и залога.

По указанному письму 31 октября 1995 года Б. Ельциным было дано поручение А. Чубайсу рассмотреть предложения В. Ефимова и дать оценку проекта Указа.

Это поручение Первым заместителем Председателя Правительства России А. Чубайсом было оперативно выполнено. И 24 ноября 1995 года он письмом доложил Президенту России, что предложения министра будут рассмотрены в установленном порядке, а далее следовало:

«Исходя из изложенного, принятие предлагаемого министром транспорта Российской Федерации В. Е. Ефимовым Указа Президента Российской Федерации представляется нецелесообразным, поскольку те из поставленных им вопросов, которые не противоречат действующему законодательству и интересам федерального бюджета, находятся в компетенции Правительства Российской Федерации».

Ответ, конечно, издевательский, но очень ярко показывает, «кто на самом деле в доме хозяин». Министр В. Д. Ефимов до конца года предпринимал отчаянные попытки спасти транспорт России. Дважды обращался к Председателю Правительства России, не получил даже ответа, выступал на заседаниях Правительства, все его предложению не включали даже в протоколы заседаний. Наконец 15 декабря 1995 года он написал «прощальное» письмо к Президенту России, описал предпринятые им безрезультатные попытки остановить разрушение отрасли, которую возглавляет, и подал рапорт об отставке.

Вот некоторые фрагменты этого письма:

«С тяжелым чувством обращаюсь к Вам, к Президенту РФ. Пять лет по Вашему решению отвечаю за транспорт страны.

Удалось освоить все виды транспорта, найти решение не только сохранить, стабилизировать, но и развивать транспортные системы. Создана заново вся система управления от федерации до регионов, включая и системы безопасности.

Акционирована вся коммерческая часть транспорта, однако удалось оставить в собственности государства все коммуникации и системы, необходимые для гарантированного выполнения задач государства и безопасности функционирования транспортных систем.

Транспорт работает и выполняет все задачи.

…началась за гроши распродажа флота России:

1. 17 ноября на аукционе продан в залог госпакет акций 25.5 % Северо-Западного пароходства по стартовой цене 6,05 млн долл. Имеет в своем составе: 620 судов, в том числе 230 судов типа «река-море», 9 портов от р. Усть-Луги на Балтике до Череповца, 5 судоремонтных и судостроительных заводов. Аудиторская оценка — 1.0 млрд долл.

…………………………………………………………………………

2. Мурманское морское пароходство — 23.5 % госпакета акций продано (в залог) на аукционе за 4.1 млн долл. Залог только 10 судов позволил нам получить кредит в 150 млн долл. Для строительства 10 новых танкеров 40 тыс. т дедвейта каждый. Именно такой вариант мы предлагали А. Б. Чубайсу по всем пароходствам, залог по 1.0 млрд долл. — отказал.

Предложили второй вариант: внести в бюджет запланированную сумму от имени российских пароходств. Продажа всего одного судна позволили бы внести в казну все, что получили от аукционов, — отказал.

…………………………………………………………………………

Как министр, мне кажется, я сделал все возможное (далее перечисляются все обращения министра, оставленные без ответа).

…………………………………………………………………………

Флот России создавался 300 лет, есть рубежи, через которые переступить ни как министр, ни как гражданин России не могу. Уважаемый Борис Николаевич! Уверен, Вы меня поймете.

Служить Президенту РФ и Отечеству могу только с пользой за порученное дело.

Именно в этой связи и прошу отставки.

Служить коммерсантам не обучен».

…………………………………………………………………………

Многочисленные попытки авторитетных и опытных федеральных министров, политиков различного уровня отменить проведение залоговых аукционов в конце 1995 года результата не дали. Все свершилось так, как запланировала группа элитных банкиров.

Всю вторую половину декабря 1995 года сотрудники Контрольного управления форсировано выполняли поручение Президента РФ от 19.12.95 г. В первых числах января нового года я приступил к подготовке итогового отчета и главное — докладной записки Президенту РФ.

После яростных споров с руководством Контрольного управления по жесткости формулировок отчета и выводов по результатам проверки все материалы были в месячный срок готовы и 17 января 1996 года отправлены Б. Н. Ельцину за подписью начальника Контрольного управления В. Зайцева. Надо отметить его смелость, что он подписал эти документы и тем самым закрыл свою карьеру на государственной службе. Но остался честным перед собой и государственным долгом.

Вот основные фрагменты докладной записи Президенту России.

«Во исполнение Указа Президента Российской Федерации «О порядке передачи в 1995 году в залог акций, находящихся в федеральной собственности» от 31 августа 1995 года № 889 Госкомимущество России организовало проведение в IV квартале 1995 г. двенадцати аукционов на право заключения договоров кредита, залога находящихся в федеральной собственности акций и КОМИССИИ.

Контрольным управлением при проведении проверки установлены многочисленные нарушения, допущенные Госкомимуществом России, Минфином России, комиссией по проведению аукционов, связанные с невыполнением обязательных требований правил проведения залоговых аукционов, установленных Указом Президента Российской Федерации от 31.08.95 г. № 889, а в отдельных случаях — и других правовых актов.

Госкомимущество России превысило свои полномочия, утвердило своим распоряжением перечень предприятий, находящихся в федеральной собственности, акций которых выставляются на залоговые аукционы.

Принятые Госкомимуществом России распоряжения, регламентирующие вопросы проведения залоговых аукционов и имеющие межведомственный характер, не были в соответствии с установленным порядком зарегистрированы в Минюсте России, а без государственной регистрации такие акты не вступают в силу.

Комиссией по проведению аукционов были допущены к участию в аукционе многочисленные коммерческие фирмы с сомнительной репутацией, созданные и зарегистрированные за несколько месяцев или дней до начала проведения аукционов, не располагающие значительными основными и оборотными средствами, как правило, не осуществляющие уставную деятельность и не располагающие собственными средствами для предоставления соответствующих кредитов Правительству Российской Федерации.

Минфином России при заключении большинства кредитных договоров были нарушены обязательные условия договоров кредита, определенные Указом Президента Российской Федерации от 31.08.95 г. № 889.

Некоторые договора кредита по итогам проведенных аукционов заключались Минфином России не с победителями аукционов. В аукционах, где победителями стали группы заявителей, единые кредитные договоры с Минфином России не заключались.

Кредиты зачислялись не на бюджетные счета в Центральном банке Российской Федерации, а на специальные счета Минфина России в коммерческих банках. В пяти кредитных договорах было предусмотрено перечисление кредита в валюте, что противоречит установленным правилам расчетов в рублях между резидентами на территории Российской Федерации.

Минфином России не обеспечено одно из основных условий правил проведения залоговых аукционов, в части зачисления средств, предоставляемых в виде кредита, на доходный счет федерального бюджета не позднее 31 декабря 1995 г.

Анализ всех полученных Контрольным управлением материалов по проведенным в IV квартале 1995 г. залоговым аукционам позволяет сделать вывод, что юридическая база для их проведения не была проработана в должной мере, а Правительство Российской Федерации и федеральные органы исполнительной власти не обеспечили контроль за проведением залоговых аукционов и действиями соответствующей комиссии.

Организация проведения залоговых аукционов Госкомимуществом России была поручена трем коммерческим банкам (Онэксим-банк, Менатеп, Империал). При этом, в зависимости от коммерческих интересов указанных банков, они выступали на конкретных аукционах и в виде организаторов (прием заявок, документов, их анализ и т. д.), и в виде участников (непосредственно сами, в составе группы с дочерними фирмами или через «доверенные» фирмы) и в качестве гарантов фирм, обеспечивающих формальное выполнение условий проведения аукциона (чтобы число участников аукциона было более одного). При подобной организации по большинству проведенных аукционов победителем аукциона становился заранее определенный участник, а вырученная сумма кредита превышала стартовую цену кредита на минимальную величину.

Попытки участия в аукционах реальных конкурентов организаторами аукционов предотвращались еще на стадии приема документов применением различных способов одностороннего ужесточения требований к представляемым для участия в аукционах документам.

В результате подобного подхода должностных лиц Госкомимущества России, Российского фонда федерального имущества, Минфина России к организации и проведению залоговых аукционов не только в полной мере не были достигнуты основные цели, установленные Указом Президента Российской Федерации «О порядке передачи в 1995 году в залог акций, находящихся в федеральной собственности» от 31.08.95 г. № 889 в части обеспечения источника покрытия дефицита федерального бюджета в 1995 году и эффективного использования пакетов акций, находящихся в федеральной собственности, но и в определенной степени была дискредитирована в массовом сознании идея залоговых аукционов, нанесен существенный морально-политический ущерб проводимым реформам и авторитету ответственных за их проведение федеральных органов исполнительной власти.

Контрольное управление считает необходимым отметить, что при подготовке предложений Правительства Российской Федерации о проведении в 4 квартале 1995 г. залоговых аукционов были упущены вопросы последующего возврата полученных кредитов и выкупа переданных в залог акций акционерных обществ, государственный контроль над которыми является стратегически важным для национальной безопасности страны.

В целях устранения выявленных нарушений в проведении залоговых аукционов и недопущения их в дальнейшем Контрольное управление считает целесообразным поручить Правительству РФ:

— принять меры по признанию недействительными результатов тех залоговых аукционов, проведение которых не соответствует требованиям Указа Президента Российской Федерации от 31.08.95 г. № 889 или законодательству Российской Федерации;

— привлечь к ответственности должностных лиц, виновных в выявленных нарушениях;

— организовать доработку нормативных документов, регламентирующих проведение залоговых аукционов, согласовав с Минюстом России и другими государственными органами в установленном порядке;

— определить федеральный орган исполнительной власти, обязанный принимать решение о выкупе акций, являющихся федеральной собственностью и переданных в залог.

Одновременно, учитывая выявленные существенные недостатки в проведении залоговых аукционов, связанные с использованием значительных денежных средств, полагали бы возможным поручить Федеральной службе безопасности Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Федеральной службе налоговой полиции Российской Федерации проверить законность действий должностных лиц при организации и проведении в IV квартале 1995 года залоговых аукционов, соблюдение победителями аукционов и коммерческими банками законодательства Российской Федерации и принятых обязательств при совершении финансовых операций, связанных с залоговыми аукционами».

Доклад Контрольного управления долго не представлялся Президенту России. Есть предположение, что его внимательно предварительно изучили организаторы залоговых аукционов и выработали план, как нейтрализовать возможные действия по докладу и Президента России, и некоторых членов Правительства РФ. А главное — наметили меры, чтобы подобных документов в Контрольном управлении больше не появлялось. Самое интересное, что, похоже, приняли решение материалы Контрольного управления не критиковать, а просто все плавно «спустить на тормозах».

Но кадровые выводы были сделаны сразу. 19 января появился новый Руководитель Администрации Президента РФ. Сергей Филатов был заменен на Николая Егорова. Срочно начался поиск «своего» начальника Контрольного управления, но, не дожидаясь результата поиска, было принято решение уволить и В. Я. Зайцева (14 февраля 1996 года).

Наконец 29 января 1996 года появилось поручение-резолюция Б. Ельцина на наш доклад по залоговым аукционам. Резолюция была абсолютно нейтральная и показывала, что доклад Борис Николаевич не читал, и ему просто дали подписать поручение.

В. С. Черномырдину: «Прошу учесть выводы Контрольного управления Президента при подготовке предложений по совершенствованию механизма приватизации и управления федеральной собственностью».

Виктор Степанович материалы контрольного управления прочитал и как опытный политик решил, что организаторы залоговых аукционов должны сами ответить Президенту России на предъявленные им обвинения. Появилась такое его поручение от 1 февраля 1996 года:

«Госкомимуществу России (А. И. Казакову), Минфину России (В. Г. Панскову), Российскому фонду федерального имущества (В. В. Соколову), Минюсту России (В. А. Ковалеву). Прошу в двухнедельный срок рассмотреть выводы Контрольного управления Президента Российской Федерации и представить проект доклада Б. Н. Ельцину».

После проведения первых залоговых аукционов в прессе появилось огромное число негативных материалов с резкой критикой действий организаторов этих аукционов и федеральных органов исполнительной власти. Особенно были активны оппозиционные депутаты Государственной Думы и представители банков, которые оказались обделенными при раздаче государственной собственности.

В конце января 1996 года в Контрольное управление поступил запрос от заместителя Генерального прокурора РФ В. И. Давыдова с просьбой представить имеющиеся материалы по проверке проведения залоговых аукционов. Но почему-то только в части Министерства финансов. В письме была ссылка, что проверка проводится на основании заявлений ряда депутатов, банков и публикаций в средствах массовой информации.

Естественно, все имеющиеся в Контрольном управлении материалы проверки в Генеральную прокуратуру были направлены.

Поручение В. С. Черномырдина было выполнено, и доклад «О проведенных залоговых аукционах в 1995 году» был представлен Президенту России 4 марта 1996 года. Доклад занял всего полтора листа стандартного текста и был составлен, безусловно, с издевательским уклоном. Признавая допущенные ошибки, авторы (скорее всего, ответ составляли банкиры) не допускают возможности никаких изменений в результатах проведенных залоговых аукционов, одновременно обещают, что дальше этих ошибок, которые выявлены при проверке Контрольного управления, они не повторят.

Вот основные фрагменты доклада:

«Вместе с тем нельзя не признать, что отсутствие опыта проведения залоговых аукционов, а также ограниченное время, отведенное на подготовку их реализации, не позволили исключить некоторые существенные недоработки:

— перечень акционерных обществ, чьи акции должны передаваться в залог, был определен без должного учета стратегических интересов государства;

— механизм залога не был в достаточной степени продуман с точки зрения учета инвестиционных потребностей самих акционерных обществ;

— недостаточно тщательно проработана правовая сторона организации аукционов;

— не были своевременно проработаны предложения по возможности выкупа государством заложенных акций; — залоговые аукционы проводились в условиях недостаточной конкуренции».

Доклад подписан Председателем Правительства РФ. И совершенно очевидно, что, при признании допущенных ошибок по проведенным залоговым аукционам, напрашивается вывод, что есть правовые основания для отмены их результатов. Но этого вывода в докладе нет. Почему?

Из начала доклада косвенно понятно, почему нельзя отменять результаты залоговых аукционов, с точки зрения Правительства России. Залоговые аукционы спасли доходы федерального бюджета 1995 года от катастрофы и, соответственно, страну от дефолта. В докладе указано: «…по их результатам в федеральный бюджет поступило 5.1 трлн руб.»… В докладе есть еще один ключевой вывод авторов: «В 1996 г. в случае отказа государства от выкупа заложенных акций в бюджет должно поступить еще 70 % положительной разницы между ценой реализации акций и суммой полученных государством кредитов…»

При этом уже никого в высших эшелонах власти не волновало, что оборонная промышленность разрушена, авиационная промышленность также, в общем, получилось то, о чем писали министры. Деньги и прибыль — только эти два слова определяли новую государственную политику.

Так что заранее понятно, что заложенные акции государство и не собиралось выкупать, и В. С. Черномырдин с этим согласился, подписав такой доклад.

С содержанием доклада согласился с Президент РФ. Резолюция: «Согласен». После этого вопрос с данной проверкой Контрольного управления был закрыт, а организаторы залоговых аукционов приступили к реализации следующего грандиозного проекта. Обеспечить переизбрание Б. Н. Ельцина Президентом России на второй срок.

О моем участии в этом проекте я сообщу в следующей главе, а пока в краткой форме расскажу о дальнейших «приключениях» и судьбе залоговых аукционов.

После переизбрания Б. Н. Ельцина на второй срок революционных перестановок в эшелонах власти о залоговых аукционах снова вспомнили. Самым значимым было письмо «героя выборов президента», назначенного секретарем Совета безопасности РФ, А. Лебедя в адрес Президента России от 27 августа 1996 года.

В письме внимание Президента РФ обращено на то, что акции предприятий, переданные в залог банкам (АО «Норильский никель», АООТ «НК ЮКОС», АО «СИДАНКО», АО «Сибирская нефтяная компания»), имеют реальную цену намного выше сумм, полученных под залог этих акций, а источниками кредита были бюджетные средства, находившиеся на счетах коммерческих банков. В письме также приведены выводы проведенной проверки по этому вопросу Контрольным управлением и указано, что, несмотря на имеющееся поручения по проверке Президента РФ, Правительством РФ никаких мер по результатам проверки Контрольного управления принято не было.

Предлагается в письме «поручить аппарату Совета Безопасности Российской Федерации совместно с Главным контрольным управлением Президента Российской Федерации и с привлечением соответствующих правительственных ведомств в месячный срок разработать и представить Вам на утверждение программу мероприятий по исправлению нарушений, допущенных при проведении залоговых аукционов и приватизации переданных в залог акций, исходя из целей максимизации доходов бюджета, соблюдения государственных интересов и требований национальной безопасности». Одновременно в письме предлагается перенести срок, с которого наступает право свободной реализации переданных в залог акций, находящихся в федеральной собственности на 1 марта 1997 года.

Резолюция Б. Н. Ельцина на это обращение В. С. Черномырдину и А. И. Лебедю: «Прошу совместно поработать над проблемой залоговых аукционов и доложить с проектом решения к 1 октября 1996 г.».

В это время, в сентябре 1996 года, главного организатора залоговых аукционов 1995 года А. Р. Коха назначают Председателем Государственного Комитета по управлению имуществом (до этого времени он был исполняющем обязанности). После своего назначения он заявил, что в 1996–1997 годах будут проводиться новые залоговые аукционы.

А главные идеологи залоговых аукцион получают высокие государственные должности. А. Б. Чубайс становится Руководителем Администрации Президента России, а В. О. Потанин — заместителем Председателя Правительства РФ.

Этой сплоченной группой, взявшей под контроль исполнительную власть и Администрацию Президента России, принимается принципиальное решение нейтрализовать и негативную для них деятельность Контрольного управления Президента РФ. Применяется старый принцип решения подобных проблем. Надо назначить «своего» руководителя Контрольного управления. Из Санкт-Петербурга срочно отзывается Алексей Леонидович Кудрин и назначается начальником Главного контрольного управления. Дальше по этому пути пройдут и другие питерские чиновники. Контрольное управление долго будет служить как бы трамплином для занятия высоких государственных должностей во властных структурах России. Пока питерская команда не получила все необходимые должности и рычаги для решения любых вопросов без всяких промежуточных шагов.

Новым руководителям совсем не понравилось ранее указанное письмо А. Лебедя Президенту РФ по залоговым аукционам. С ним начинается интенсивная «разъяснительная» работа, которая быстро приводит к нужному результату. И уже 18 сентября 1996 года А. Лебедь практически отзывает свое письмо от 27 августа. С солдатской прямотой он пишет Президенту России, что раз А. Р. Коха назначили председателем и будут новые залоговые аукционы, «мои предложения надо доработать и провести по ним углубленную юридическую экспертизу», чтобы новые залоговые аукционы проводились из интересов национальной безопасности. И про уже проведенные в 1995 году залоговые аукционы в новом письме вообще не упоминается.

По письмам А. Лебедя дается поручение Президента России В. Черномырдину совместно с А. Лебедем подготовить предложения. В. Черномырдин подготовку доклада Президенту России поручает В. Потанину.

Круг замкнулся. Все риски помешать дальнейшему распределению самой доходной собственности СССР нужным людям через залоговые аукционы были устранены.

Но пакеты акций в результате залоговых аукционов 2005 года были переданы в залог банкирам на конкретный временной период. И в конце 1996 года акции должны были или залогодержателями быть выставлены на продажу, или выкуплены обратно государством.

Понятно, что выкупать обратно пакеты акций никто в Правительстве России и не собирался. Но банкиров волновала возможность, что при возможной продаже акций появятся покупатели, которые могут предложить реальную стоимость за пакеты акций, и они потеряют такое богатство, доставшееся им практически бесплатно. А кто мог предложить реальную стоимость за акции? Только иностранные компании, у бизнеса в России таких денег не было.

И тогда Чубайсу, Потанину и их компаньонам очень пригодились письма Секретаря Совета безопасности России. На них был подготовлен изумительный ответ. В ответе Президенту РФ произошла подмена проблемы проведенных залоговых аукционов с грубейшими нарушениями на проблему, что делать дальше с заложенными акциями.

Проблема, «сложившаяся вокруг пакетов акций, заложенных в 1995 году на залоговых аукционах», поставлена правильно, и Правительство России, и аппарат Совета безопасности России видят решение возникших проблем в следующем…

А следующее заключалось в том, что иностранным компаниям практически запрещалось участвовать в покупке заложенных акций, особенно нефтяных компаний, конечно, и «Норильского никеля», а сам процесс продажи ставился под жесткий контроль Правительства России (читай — В. Потанина).

Вроде все предлагается правильно, и трудно возражать. Но когда проводились залоговые аукционы, Правительство было отстранено от участия и принятия решений. А когда Правительство оказалось под контролем своих людей, можно его и использовать для защиты имущественных интересов банкиров консорциума под видом защиты интересов государства.

Доклад-предложения Б. Ельцину был подписан 27 сентября 1996 года Первым заместителем Председателя Правительства РФ В. Потаниным и Секретарем Совета безопасности РФ А. Лебедем. И, естественно, получил одобрение Президента России (поручение от 1 октября 1996 года) с указанием готовить соответствующие проекты решений. Необходимо обратить внимание, что Председатель Правительства в очередной раз уклонился от подписи документов, связанных с залоговыми аукционами.

Но дальше события начали развиваться опять по другому сценарию. А. Лебедь 17 октября 1996 года был отправлен в отставку, и он уже не представлял для организаторов залоговых аукционов никакой опасности. В. Потанин решил, что опять можно поручить Госкомимуществу России во главе с Кохом решать любые вопросы по проведенным залоговым аукционам, минуя Правительство России.

Но поручение Президента России по совместному письму Правительства России и Совета безопасности было, и его следовало любым способом закрыть. И 12 ноября 1996 года Потанин письмом, со ссылкой на все ранее данные поручения Президента России по залоговым аукционам, докладывает:

«…Задачи, поставленные перед организаторами залоговых аукционов, выполнены — кредиты под залог акций получены. Право залогодержателя на продажу акций в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 2 ноября 1995 г. № 1067 «О сроках реализации акций, находящихся в федеральной собственности и передаваемых в залог в 1995 году» наступило 1 сентября 1996 г. В целях усиления контроля государств за процессом реализации находящихся в залоге акций, срок продажи которых наступил 1 сентября 1996 г., Госкомимуществом России подготовлены проекты инструктивных документов, в частности, предусматривающих координацию сроков продажи переданных в залог акций.

…Таким образом, реализация права залогодержателей не требует в настоящее время принятия дополнительных нормативных актов, регламентирующих продажу заложенных акций».

Письмо, конечно, по содержанию, как все подписанное авторами залоговых аукционов, издевательское и полностью противоречит и предыдущему совместному предложению, и сути данных Президентом поручений.

Автор письма был уверен, что получит резолюцию Президента России «согласен», а Контрольное управление с новым руководителем снимет с контроля все неприятные поручения, и можно спокойно дальше организовать передачу полученных в залог акций в окончательную собственность банков консорциума.

Но «мир не без добрых людей». Письмо В. Потанина для доклада Президенту РФ попало к его новому помощнику С. Игнатьеву (будущему руководителю Банка России). Он проанализировал документы, прекрасно во всем разобрался и 19 ноября 1996 года направляет письмо в контрольное управление А. Кудрину, что поручение Президента по совместному письму Правительства и Совета безопасности России не выполнено, и снимать его с контроля нельзя. Вот аргументы из указанного письма:

«…которое не содержит информации по реализации вышеизложенных предложений Правительства и Совета безопасности Российской Федерации, за исключением указания на то, что «Госкомимуществом России подготовлены проекты инструктивных документов, в частности, предусматривающих координацию сроков продажи передаваемых в залог акций». При этом остается неясной степень соответствия подготовленных Госкомимуществом проектов документов положениям письма на имя Президента Российской Федерации… и, следовательно, самому Поручению. Следует отметить также отсутствие реакции Совета безопасности Российской Федерации на Поручение Президента Российской Федерации…»

Решение Контрольного управления было такое: поручение оставить на контроле и продолжить работу с Правительством.

Но в принципе все это уже было не важно. Залоговые аукционы состоялись, и не было в высшем руководстве России никакого желания отменять их результаты по разным причинам.

Еще неоднократно, примерно до 2005 года, различные политические силы пытались вернуться к этой проблеме. Пробовали подключить к расследованию легитимности результатов залоговых аукционов правоохранительные органы, Счетную палату России. Сложилась парадоксальная ситуация. Практически все признавали, с точки зрения гражданского права, что залоговые аукционы обладают всеми признаками притворной сделки, и избранные коммерческие банки получили лучшую федеральную собственность фактически бесплатно. А с точки зрения уголовного права состоялось хищение федеральной собственности путем преступного сговора в форме мошенничества.

Например, в докладе Счетной палаты России «Анализ процессов приватизации федеральной собственности в РФ за 1992–2003 годы», опубликованном в 2004 году, утверждается: «В результате проведения залоговых аукционов отчуждение федеральной собственности проведено по значительно заниженным ценам, а конкурсы носили притворный характер».

А осенью 2011 года один из основных участников залоговых аукционов Р. Абрамович в Высоком суде Лондона под присягой заявил, что фактически залоговый аукцион по приобретению компании «Сибнефть» носил фиктивный характер.

Заканчивая писать эту главу, понял, что изложил теорию проведения залоговых аукционов, а про доказательную базу забыл. Исправляюсь через опубликование подлинных документов проведения залогового аукциона, наверное, по одному из самых важных и дорогих объектов, РАО «Норильский никель».

Начну с письма Председателя Совета директоров РАО «Норильский никель» А. В. Филатова в адрес Президента России Б. Н. Ельцина перед проведением залогового аукциона. В письме он аргументировано объясняет, что решение по РАО «Норильскому никелю» принято неверное, в нарушение государственных интересов, и просит приостановить выставление на аукцион акций РАО.

В это время Президент России находился с государственным визитом в США, и письмо было рассмотрено первым помощником Президента России Виктором Васильевичем Илюшиным. Результат рассмотрения — поручение помощнику Президента России Александру Яковлевичу Лившицу: «Эта ситуация настораживает. Хотелось бы получить профессиональную оценку. Сделай, пожалуйста, это к возвращению Б. Н. Ельцина из США…»

Дальнейшая судьба письма мне неизвестна, но на проведение залогового аукциона обращение к Президенту России не повлияло.

В установленном документами ГКИ порядке залоговый аукцион состоялся 17 ноября 1995 года, и вот его протоколы проведения:

И сразу в этот же день были объявлены результаты аукциона:

А вот схема этого залогового аукциона, составленная мною во время проведения проверки:

Далее — схема перемещения по кругу в одном и том же банке денежных средств по этому залоговому аукциону:

Наверное, комментарии тут не нужны, представленные документы только подтверждают все то, что изложено в этой главе книги. Но для полноты картины приведу текст письма Президента холдинговой компании «Интеррос» В. О. Потанина с его оценкой приватизации РАО «Норильский никель». Письмо было опубликовано газетой «Коммерсантъ» на правах рекламы 11.07.2001 года:

Сейчас идет 2022 год. Фактически подаренные государственные предприятия СССР в 1995–1996 годах будущим миллиардерам России растворились в новых организационно-правовых формах, некоторые неоднократно перепродавались и меняли владельцев. И сейчас, и тем более в дальнейшем уже, наверное, невозможно в судебном порядке определить, какую собственность надо вернуть государству, кто это должен сделать и за какую цену.

Это, конечно, при условии, если вначале в судебном порядке каждый проведенный залоговый аукцион признать недействительным и отменить его результаты. Все это из области фантастики.

Глава 7. Мое участие в выборной кампании Президента России

Наступил 1996 год, год выборов Президента России. После завершения всех «боевых действий» с Госкомимуществом России мне пришлось полностью забыть о контрольной деятельности и подключиться к проведению избирательного процесса. Все руководители подразделений Администрации Президента России были распределены по регионам с целью проведения разъяснительной работы о необходимости для России переизбрания Б. Н. Ельцина на второй срок.

И, конечно, негласного контроля за организацией процессов выборов в регионах с учетом правильно организованных политических действий руководителей регионов.

Мне досталась Кабардино-Балкарская Республика. Регион был тревожный. Еще не закончилась первая чеченская война, да и в самой Кабардино-Балкарии совсем недавно, в 1992 году, обстановка была тоже на грани вооруженного противостояния. Срочно стал знакомиться с историей республики, с обстановкой на текущий момент. Конечно, все необходимые справочные материалы мне выдали, но хотелось бы знать обстановку подробнее. Сразу насторожил тот факт, что балкарскому населению было разрешено вернуться на родину только в 1957 году, и это, безусловно, могло повлиять на результаты выборов. Сильные позиции были в республике и у коммунистов.

График посещения Кабардино-Балкарии был мне установлен такой. Вторая половина апреля — ознакомительная поездка. Весь май, после майских праздников — находиться в Республике. Потом возвращение на короткий срок, и уже до выборов 16 июня находиться в г. Нальчике. День рождения (16.06), понятно, встречаю не дома, но не это меня волновало, а то, что командировочное задание было совсем не по профилю, да и опыта такой работы у меня не имелось. Но что делать, надо так надо.

Необходимо, наверное, отметить и событие, связанное с моим очередным повышением в должности. В апреле 1996 года я был назначен на государственную должность заместителя начальника управления — начальника отдела контроля органов государственного управления, управления контроля и исполнения указов Президента Российской Федерации федеральными органами исполнительной власти Главного контрольного управления Президента Российской Федерации. Вот такое длинное название было зафиксировано в моей трудовой книжке. В этой должности мне был уже положен кабинет с приемной, по штатному расписанию появилась возможность взять на работу секретаря и делопроизводителя.

В Управлении делами Президента Республики сообщили, что я являюсь куратором Республики от Администрации Президента России, и мне вручили билеты на самолет до аэропорта Минеральные Воды. Сообщили, что там меня будут встречать с машиной. В столице Кабардино-Балкарии г. Нальчике был свой аэропорт, туда летали самолеты небольшие, типа ЯК-42. Но безопасность воздушного пространства в этой зоне полностью обеспечена не была, и мне не рекомендовали этот маршрут компетентные товарищи.

И примерно 12 апреля 1996 года я приземлился в аэропорту назначения. Встретил меня там Управляющий делами Президента Республики Кучмазоков Сафраил Татуивич, по манере общения он мне сразу понравился. Интеллигентный, располагающий в себе кабардинец, примерно моего возраста. У нас сразу установились доверительные, дружеские отношения, которые продолжались до его внезапной смерти на рабочем месте в 2011 году.

Выехали в г. Нальчик, с машиной сопровождения ДПС. Пришлось проезжать много блокпостов, хорошо укрепленных, с бойцами в бронежилетах и вооруженных по «полной программе». Документы у нас до границы Кабардино-Балкарии проверяли на всех блокпостах и очень тщательно. В дороге Сафраил Татуивич рассказал много интересного об обстановке в республике перед голосованием. Расспросил, как я планирую использовать эти две недели командировки, посещение каких объектов надо включить в программу моего пребывания. Сказал, что сегодня встреч не планируется, отвезет меня в гостиницу. А завтра с утра за мной заедет, и у меня будет встреча с Президентом Республики Коковым Валерием Мухамедовичем.

С. Т. Кучмазоков поздравляет с 60-летием (снимок 2005 года)

Гостиница оказалась небольшая, принадлежащая правительству республики, расположена в тихом месте, недалеко от городского парка, и даже пешком через парк можно было дойти до центра города минут за тридцать. Никаких излишеств в гостинице не было, номера скромные, но охрана явно усилена, соответственно внешней обстановке.

Как показали дальнейшие мои контакты и личные наблюдения, в городе все было спокойно, и я неоднократно самостоятельно покидал гостиницу и через парк пешком посещал объекты, на которых у меня были назначены встречи. Наиболее частым гостем я был в избирательным штабе Б. Н. Ельцина или на неформальных встречах с объединениями избирателей, представляющих различные политические течения. Но это все происходило уже в мае 1996 года. А тогда в моем номере оказалось много литературы по истории Кабардино-Балкарской Республики, местные газеты — все это явно специально было приготовлено для меня. И я этой возможностью с удовольствием воспользовался.

В республике были три основные группы населения: кабардинцы (48 %), русские (32 %), балкарцы (10 %). При общей численности — где-то 880 тыс. человек. При этом данные группы населения проживали в основном компактно, кабардинцы — на равнинной местности и предгорьях, балкарцы — в горных районах и тоже в предгорьях. Русские в основном в Прохладненском районе. В столице, Нальчике, проживали представители всех национальностей. Государственными языками на всей территории являлись кабардинский, русский, балкарский. Политическая обстановка была нестабильная, из-за постоянных требований лидеров балкарской диаспоры выхода территорий, где проживали балкарцы, из состава республики и созданию новой Балкарской республики в составе России.

Утром мне предстояла встреча с Президентом Республики В. М. Коковым. Он был старше меня на 4 года и прошел все ступени кадровой карьеры, как и было принято в СССР для руководителей такого ранга. Проявил себя на хозяйственной работе с самой положительной стороны — и тебя переводят на ответственную партийную работу. По национальности он был кабардинец, родился в республике, много лет работал по специальности на сельскохозяйственных предприятиях.

Вот его краткая биография на тот момент: с 1985 по 1988 год — секретарь Кабардино-Балкарского обкома КПСС по сельскому хозяйству, с 1988 по 1990 год — второй секретарь обкома, с 21 февраля по 1 сентября 1990 года — первый секретарь Кабардино-Балкарского обкома КПСС. В 1992 году его избрали Президентом Республики.

В тот год ситуация в республике была близка к критической: в разгар грузино-абхазского конфликта в Кабардино-Балкарии активизировалась оппозиция. 24 сентября 1992 года в Нальчике на митинге сторонники оппозиции потребовали отставки президента и правительства КБР. 26 сентября 1992 Коков ввел в Нальчике режим чрезвычайного положения. 4 октября власти и митингующие достигли компромисса, и митинг был прекращен. Вот какую характеристику тех событий и роли Президента Республики в них дал мне один из местных жителей: «Умение говорить с оппозицией, умение слушать, а главное — слышать людей помогли в те тяжелые дни договориться и не допустить трагедии».

На следующий день все происходило строго по намеченному плану. К 10 утра С. Кучмазоков привез меня на проспект Ленина, 27 к Дому Правительства. Это фундаментальное огромное сооружение с парадным входом с мраморными колоннами казалось настоящим дворцом и должно было внушать посетителям трепет уже перед входом в здание. Но мы в центральный вход не пошли, а зашли с торца в незаметную дверь и через пять минут уже были в просторном кабинете Президента Республики. После обычных приветствий, вопроса, нормально ли я добрался, нет ли проблем по размещению, мы приступили к обсуждению цели моего визита.

Валерий Мухамедович объяснил, что прямая агитация от меня за Б. Ельцина будет нарушением закона о выборах. Поэтому он предлагает агитировать не словами, а делами.

Официально я буду считаться командированным для оказания помощи контрольным органам республики в совершенствовании их работы. Одновременно для меня подготовят информацию по тем проблемам, которые желательно решить до выборов или хотя бы начать решать, но без помощи федеральных министерств и ведомств здесь не обойтись. Учитывая мой профессиональный опыт работы в Контрольном управлении, он предложил понаблюдать за работой Парламента и Правительства Республики и перед отъездом поделиться с ним мнением, что надо улучшить в работе во властных структурах и в контрольной деятельности.

Были пояснения и по кадровой национальной политике, проводимой в республике. На всех руководящих должностях должны присутствовать три национальности: кабардинцы, русские, балкарцы. Привел пример с самого верха. Президент — кабардинец. Вице-президент — русский. Парламент возглавляет балкарец. Периодически происходит ротация руководителей. И так идет сверху вниз почти по всем должностям. Численность балкарского населения намного меньше кабардинского, но на это при назначении на руководящие должности стараются не обращать внимание, чтобы сохранить стабильность.

Было выражено пожелание посетить как можно больше районов, встретиться с руководством и обсудить, как улучшить работу местных администраций, исполнительскую дисциплину, ну и, конечно, почувствовать их настрой перед выборами. Отдельно обсудили мой визит в город Тырныауз. Там расположены важнейшие для республики вольфрамо-молибденовый и горно-обогатительный комбинаты. В 1992 году в городе проживало 31.1 тыс. человек, сейчас осталось около 25 тысяч. Комбинаты работают в настоящее время на 15 % своей мощности. Совершенно не ясна их судьба в плане проводимой приватизации, нужна федеральная программа по поддержке комбинатов и их перспектива развития.

С. Кучмазоков получил поручение определить даты, когда я должен посетить заседания Парламента, Правительства, когда состоятся мои встречи с контрольным подразделением аппарата Правительства, главами регионов, а также обязательно сопровождать меня во всех поездках.

В дальнейшем этот план неукоснительно выполнялся и все было организовано четко и без сбоев. На заседании Парламента меня попросили выступить, рассказать, как Администрация Президента взаимодействует с Государственной Думой, Советом Федерации. Особый интерес вызвала моя информация о работе Главного контрольного управления. После моего участия в заседании Правительства Республики состоялось много двусторонних встреч на уровне заместителей Председателя Правительства Республики, министров, их заместителей.

Темы бесед касалась трудностей взаимодействия с федеральными структурами исполнительной власти, нерешаемых длительное время вопросов, от которых зависит дальнейшее развитие республики. Все эти проблемы я добросовестно конспектировал вечером в гостинице, и потом мне было легко по возвращению в Москву на перекомандировку отчитываться о проделанной работе и лоббировать интересы республики перед выборами. А такая цель была поставлена передо мной, что нужно дать республике, чтобы создать на выборах позитивное отношение населения к федеральной власти и лично к действующему Президенту России.

Должность вице-президента республики, согласно проводимой кадровой политике, занимал русский. Это был Губин Геннадий Сергеевич. Он занимал эту должность до 2004 года, а затем стал Председателем Правительства КБР.

Кроме своих непосредственных должностных обязанностей, как один из руководителей республики он курировал весь строительный комплекс и, главное, взаимодействовал со всеми войсковыми частями, расквартированными в КБР. С Геннадием Сергеевичем пришлось неоднократно встречаться и по проблемам строительного комплекса, и по настроениям русских в республике перед выборами. Выяснилось, что в Прохладненском районе, где преимущественно проживает русское население, да и в войсковых частях большинство явно проголосует за Александра Ивановича Лебедя. Рекомендовал посещение регионов с этого района и начать. Особое внимание просил уделить и Эльбрусскому району, где большой процент проживающих балкарцев и на территории которого находится крупнейшее вольфрамо-молибденовое месторождение.

Оставшееся до отъезда в Москву время я провел в поездках по регионам. Была выделена для этих целей машина «Волга», и мы без охраны и машин сопровождения вдвоем с С. Кучмазоковым за 10 дней посетили большинство районов республики. Встречи с местными администрациями проходили по одинаковому сценарию. Мое небольшое выступление о цели визита, затем выступление главы района о положении с экономикой в районе, проблемах и как идет подготовка к выборам, какой прогноз по результату, и потом мои ответы на вопросы.

В отличие от контактов в г. Нальчике, где острых вопросов республиканские чиновники мне задавать не решались, здесь вопросы были и острые, и политические. Они же жили не в изоляции и все прекрасно понимали, что происходит в стране, что вытворяет А. Чубайс, видели часто неадекватные решения и действия действующего Президента России. Приходилось выкручиваться, и «спасательным кругом» была моя работа в Контрольном управлении, а точнее, проведенные проверки. Я без прикрас рассказывал, как Администрация Президента через Контрольное управление ведет борьбу с попыткой приватизаторов исказить выполнение указов Б. Н. Ельцина. Эта информация сама по себе для участников совещания была удивительна, и у них появлялась надежда, что, значит, не все так плохо во власти, и, наверное, нужно ей дать еще один шанс. Я в своих выступлениях был искренен, но политического кругозора мне явно недоставало, и последующие после выборов события это подтвердили.

Несколько интересных событий, произошедших в поездках. В Прохладненском районе состоялась особенно откровенная беседа, при этом местные русские руководители каким-то образом удалили С. Кучмазокова из свидетелей нашей беседы. Сказали, что поддерживают национальную политику В. Кокова, но их насторожили последние националистические выступления в республике. Хорошо, что с ними удалось договориться, но эти люди никуда не делись и пока затаились. Рассматривается вопрос о передислокации многих военных частей за пределы района и даже КБР. Это допустить ни в коем случае нельзя. Последствия могут быть очень тяжелыми.

Время шло уже к вечеру, и надо было возвращаться в Нальчик. Но оказалось, что хозяева наметили еще одно мероприятие, в котором я должен принять участие. Мы быстро на машине переехали в какое-то нестандартное здание. Поднялись по лестнице без окон и дверей примерно на 3 этаж и оказались в комнате, где был накрыт стол с закусками, кабардинским коньяком. За столом сидело человек десять, как потом оказалось, местные предприниматели, бизнесмены и руководство района.

Я воспринял это как прощальный ужин, меня представили. Последовал тост за гостя, немного закусили, и только я хотел сказать ответный тост, к моему несказанному удивлению, руководитель района заявил, что нам пора на выход! Но пошли не в ту дверь, откуда пришли, а в другую. Вышли, и я второй раз потерял дар речи: передо мной простиралось футбольное поле, на котором уже шла игра, а я, вместе с другими участниками застолья, оказался в ложе местного стадиона.

Но и это было еще не все, только мы расселись и я стал изучать табло стадиона, чтобы понять, кто играет, как диктор торжественное объявил, что на матче присутствует один из руководителей Администрации Президента России. Было что-то еще сказано диктором, последовали бурные аплодисменты многочисленных болельщиков, к которым присоединились и футболисты, предварительно выбив мяч за пределы поля.

Пришлось встать, подойти к краю ложи и помахать участникам спортивного мероприятия. Хорошо хоть выступить не заставили. Хозяева тут же предложили вернуться к столу, но я заявил категорический протест и весь первый тайм добросовестно смотрел футбол. Конечно, вся ложа тоже никуда не ушла. В перерыве матча мы программу за столом выполнили, мне объяснили, что мое появление на футбольном матче добавит голосов Б. Н. Ельцину, но все равно в районе первое место гарантированно А. И. Лебедю. На этом и расстались.

На другой день по дороге в Баксанский район в одном из населенных пунктов я увидел из окна машины копии кремлевской стены и башен, за которыми просматривалась только крыша дворца. Я был уверен, что это какой-то музей на базе исторических построек, но ошибся. С. Кучмазоков пояснил, что это новодел, а живет в нем бизнесмен новой волны, владелец нескольких заводов по производству спирта. Я высказал предположение, что эти постройки под Кремль намекают на желание хозяина дворца стать большим руководителем в государственном масштабе. Мне было заявлено, что я не прав, данный предприниматель ведет себя скромно и во всем поддерживает политику Президента КБР. Но через несколько лет, при очередных выборах Президента КБР, Сафраил Татуевич признал свою ошибку. Этот владелец спиртовых заводов организовал свое выдвижение в Президенты КБР и проводил очень агрессивную и грязную предвыборную кампанию. К счастью, без положительного результата.

Между посещениями регионов КБР выпало два выходных дня. Мне поступило предложение в один из этих дней посетить дом кабардинской семьи, расположенный недалеко от г. Нальчика. Приглашение лично передал министр по налогам КБР. Семья у него была большая, три брата, четверо детей. Я принял приглашение и днем в субботу оказался в просторном, но одноэтажном доме, который окружал большой фруктовый сад. Дом был без излишеств, особенно в сравнении с современными загородными домами федеральных, да и региональных чиновников, но содержал очень много разных помещений и комнат с учетом многочисленности семьи министра.

Меня пригласили пообедать и обменяться мнениями о впечатлениях от посещения республики. Тут пришлось столкнуться с особенностями проведения застолий у кабардинцев.

Существует несколько неизменных правил этикета. За один стол никогда вместе не садились мужчины, женщины и молодежь. Нельзя, чтобы за стол садились люди разных поколений. Непозволительно сыновьям сидеть вместе с отцом. Тостов не должно быть больше семи. Это сакральное число, как и сам стол.

Все это я, конечно, в тот момент не знал. Очень удивился, что, когда стали рассаживаться за столом, не оказалось хозяйки дома, жены министра. И сыновья за стол не сели, а стояли за спинами сидящих: отца, его братьев, гостей, кроме меня, были местные «аксакалы» почтенного возраста, — и фактически выполняли функции официантов. Помогали заполнять личные тарелки, ходили на кухню за новыми блюдами. Как мне объяснили, женщины также сидели за столом и обедали, но в другой комнате.

Все было подчинено особым законам. И последовательность подачи блюд, и особенно порядок оглашения тостов, и их содержание. У меня, к сожалению, не осталось в памяти этих правил. Я был немного смущен происходящим, и мои попытки поднять рюмку и произнести тост пресекались со словами: «Все в свое время. Конечно, такая возможность мне была потом предоставлена».

Для меня безусловный интерес представляли разговоры. Было много хороших слов о Президенте КБР, и через тост в его честь, и просто при общении со мной. Отрицательное мнение собравшиеся имели про местную компартию и балкарских националистов, требующих разделения республики. Понятно, что содержание разговоров было в первую очередь ориентировано для меня. Но общее настроение кабардинских верхов перед выборами они отражали.

В дальнейшем в Москве у меня происходили многочисленные контакты с представителями республики, в том числе и с участниками этого семейного обеда. Но об этом позже.

В понедельник очень трудная горная дорога оказалась в Эльбрусский район. Пошли дожди, в некоторых местах сошли сели и перегородили дорогу, но дорожники оперативно устраняли эти повреждения, и нам удалось добраться в район позже намеченного времени, но без происшествий.

Очень тягостное впечатление производил административный центр Эльбрусского района город Тырныауз. Везде были видны следы запустения и разрухи. С распадом СССР и закрытием Тырныаузского молибденового комбината число жителей стало быстрыми темпами сокращаться. И девятиэтажные дома выглядели как призраки.

Переговоры с местными руководителями только дополнили первые впечатления. Проблемы города и расположенных в нем вольфрамо-молибденового и горно-обогатительного комбинатов были вызваны тем, что предприятия работали только на 10–30 % своей мощности. Отчасти это объяснялось падением спроса на добываемые металлы на мировом рынке и отсутствием нормальных путей вывоза продукции. Две трети рабочих были уволены. Как я уже говорил выше, в 1992 году в городе проживало 31.1 тыс. человек, сейчас осталось 22 тысячи, часть многоквартирных домов и общежитий пустуют.

Кроме Тырныаузского комбината, на территории района действует несколько незначительных предприятий. В общей сложности они производят около 1.1 % выпускаемых в республике товаров народного потребления. Но эти предприятия не решают проблемы города, безработица приняла угрожающий характер. Сельское хозяйство, в первую очередь традиционное для региона скотоводство, не может преодолеть затяжной кризис. Оставляют желать лучшего и темпы строительства туристско-оздоровительных объектов в Баксанском ущелье.

Все это я тщательно записал, задал уточняющие вопросы и обещал вопросы федерального уровня довести до Правительства России и взять на контроль исполнение принятых по ним решений. Эта поездка была самая трудная и негативная из всех. Кое-что потом по Тырныаузскому комбинату удалось сделать, но катастрофа 2000 года, когда на город сошел мощный сель, отбросило решение этих проблем еще на несколько лет. В настоящее время основную роль в экономике города играют частные предприятия, преимущественно связанные с туризмом.

Настало время возвращаться в Москву для отчета о проделанной работе и подготовке к новой командировке, уже включающей дни непосредственно предвыборной кампании и нахождение в КБР во время выборов.

Перед отъездом в аэропорт состоялась встреча с Президентом КБР. Валерий Мухамедович поинтересовался моими впечатлениями от посещения республики. Я не стал от него скрывать, с чем возвращаюсь в Москву и какие проблемы будут зафиксированы в моем отчете. Тактичный, мудрый Президент внес корректировки по увиденным мною проблемам республики и вместе с тем попросил отразить в отчете и некоторые другие вопросы. Что и было в последующем мною сделано.

В самолете моим соседом «случайно» оказался один из руководителей компартии республики. Билеты мне бронировали в Администрации Президента КБР, и они, наверное, «подобрали» мне интересного собеседника. Естественно, мы познакомились, он был прекрасно осведомлен о моем визите и также поинтересовался моим впечатлением от увиденного. Постепенно беседа перешла к прогнозу результатов выборов. К моему удивлению, было уверенно заявлено, что Зюганову в республике не победить. Причины три. Кавказские республики проголосуют в большинстве за Ельцина, им коммунисты не нужны. У Зюганова нет сильной команды, и ему не удержать республики в составе России, к тому же в результате приватизации в республиках появились местные олигархи, и им перемены не нужны. Не будут в большинстве голосовать за коммунистов и балкарцы. Они не забыли их выселение из республики коммунистами. Сильны позиции в КБР у Лебедя, не исключено, что некоторые русские члены компартии будут голосовать за него. Этот прогноз на выборы я тоже включил в отчет по командировке, так как практически с ним был согласен.

В Москве вся контрольная работа была временно приостановлена и все внимание сосредоточено на подготовке к выборам. Назначение А. Чубайса новым начальником предвыборного штаба Б. Ельцина означало резкое усиление его позиций и предсказывало, что в случае победы на выборах действующего Президента России все «обидчики» А. Чубайса будут уволены, с начальником Контрольного управления это уже произошло.

Но пока я успешно отчитался о командировке, мне было велено через 10 дней снова отправиться в КБР. Появилась возможность побыть немного дома и заняться домашними делами. Основные проблемы были две. Одна связанна с машиной. Я по-прежнему ездил на уже не престижной старой модели ВАЗ-2105. После назначения меня начальником отдела мне стал положен пропуск на личную машину для проезда на Старую площадь. Персональные машины выделялись только начальнику Контрольного управления и его заместителям. Я на работу ездил на своей машине, и она выглядела экзотично среди черных государственных «Волг» и личных иномарок сотрудников Администрации президента. А какими глазами смотрели на меня сотрудники ФСО, когда я предъявлял пропуск для проезда на Старую площадь!

Да и не только сотрудники ФСО, но и у «доблестных работников» ГАИ (название старое) вызывало огромное удивление, что высокопоставленный сотрудник Администрации Президента РФ (по их мнению), да еще и работающий в контрольной структуре, не может себе заработать на хорошую машину. Признаюсь, чтобы не платить штрафы за редкие нарушения правил дорожного движения, я показывал служебное удостоверение, которое сразу вызывало потерю ко мне интереса. Только иногда самые смелые спрашивали: «А хотя бы права у вас есть?» Конечно, не из-за этого машина требовала замены. Трудозатраты на ее поддержание в рабочем состоянии были уже существенные, да и хотелось иметь более вместительный автомобиль с учетом дачных дел.

Второе — это снова квартирный вопрос. Жили в малогабаритной четырехкомнатной квартире. Две спальни, родителей супруги и наша с ней, комната взрослого сына, гостиная, где вечером постоянно работает телевизор, и маленькая шестиметровая кухня. Единственное помещение, где я мог вечером уединиться для подготовки каких-то срочных документов по работе. Но кухня есть кухня, к сыну друзья пришли, чаю надо попить. В общем, с учетом моих нагрузок по работе я считал, что достоин лучших жилищных условий. Но по существующим московским законам у меня было достаточно квадратных метров, и на учет на улучшение жилищных условий не ставили.

Была одна надежда — на государственную квартиру на мою семью по линии Управления делами Администрации Президента России. Необходимое заявление в жилищную комиссию я подготовил, но, по негласным законам, мне была нужна поддержка непосредственного руководителя. И в поддержку моего заявления В. Я. Зайцев подписал буквально за несколько дней до своей отставки. Я еще не представлял всех внутренних неофициальных проблем, которые предстоит преодолеть, чтобы получить от государства квартиру. Этот процесс занял долгих пять лет, участие в нем приняли все последующие начальники Контрольного управления, и не только они!

И вот я снова в КБР! Уже никаких разъездов. Та же гостиница, утром завтрак — и пешком через парк по определенному маршруту. Обычно вначале предвыборный штаб: получаю информацию, как идет агитация в республике, отвечаю на вопросы членов штаба, часто советуются по содержанию агитационных материалов. Потом перехожу в Дом Правительства, сотрудники контрольного ведомства попросили провести с ними занятия по методике проведения контрольных мероприятий. Иногда назначаются встречи с разными общественными организациями, особенно интересной стала встреча с представителями балкарской диаспоры в Нальчике. К обеду возвращаюсь в гостиницу или пешком, или на машине (мне предоставили право вызова служебной машины при необходимости, но я этим не злоупотреблял). После обеда в гостинице начинается прием посетителей.

В основном это руководители разного уровня республиканского правительства. Этот процесс не был хаотичным и жестко контролировался С. Кучмазоковым. Хотя случались и исключения. Некоторые сами звонили мне по телефону и согласовывали время встречи. В основном это были русские на уровне заместителей министра. Кроме обсуждения служебных вопросов, их интересовала возможность перебраться в Москву на работу в родственное федеральное министерство, поскольку здесь у них уже не было возможности дальнейшего профессионального роста (шепотом говорили, что русских министрами тут не назначают).

Конечно, я обещал по возможности переговорить в Москве по этому вопросу, но сомневался в конечном результате. Впоследствии у двух просителей этот процесс удалось решить положительно. Когда они появились в Москве, я просто попросил в профильном министерстве их принять и переговорить с решением вопроса на усмотрение кадровых служб.

Редкая встреча с сыном на даче в Подосинках

Перед самыми выборами из Москвы поступила информация, что вышел Указ Президента России и мне присвоен квалификационный разряд действительного государственного советника Российской Федерации 3 класса. Сразу вспомнились литературные произведения про дореволюционную Россию, где звания царских чиновников звучали очень торжественно и таинственно.

День моего рождения и одновременно выборов я провел в гостинице. Утром приехал С. Кучмазоков, привез подарок от Президента КБР — деревянный бочонок отличного кабардинского коньяка длительной выдержки. Сообщил, что в республику своевременно пришли федеральные средства на решение вопросов, которые в том числе были отражены в моем отчете. Дальше я уже в одиночестве по имеющемся в гостинице техническим средствам отслеживал, как идет процесс голосования в республике и в России в целом. Наутро следующего дня у меня был уже билет на самолет.

Поздно вечером опять приехал Сафраил Татуивич. В буфете гостиницы был накрыт стол. Мы выпили коньячку за мое здоровье и за отличные результаты выборов по республике. Наш кандидат победил и набрал 43,75 % голосов. Зюганов — 37,25 %, Лебедь — 9,8 %. С чувством выполненного задания на следующий день я вернулся в Москву.

Были объявлены результаты выборов в целом по России. Б. Ельцин набрал 35.28 %, Г. Зюганов — 32.03 %, А. Лебедь — 14.52 %. Значит, быть второму туру выборов, и его назначали на 3 июля 1996 года. Стало понятно, что меня опять ожидает командировка в КБР.

Но 19 июня произошло происшествие под названием «коробка из-под ксерокса», которое определило дальнейший политический путь России. Я не буду подробно описывать это событие, про него давно и в печати, и в интернете все изложено в мельчайших деталях. К власти в стране пришел окончательно А. Чубайс, семья Б. Ельцина и поддерживающие их банкиры-олигархи.

Начались кадровые изменения, которые косвенно сразу неожиданно затронули и меня. Мне было заявлено, что в КБР на второй тур поедет другой представитель Администрации Президента, при этом причины не объяснили. Они мне и так были понятны. «Дело Б. Курковой», жесткие проверки Госкомимущества, залоговых аукционов, взаимодействие с командой отставленного А. Коржакова, сплошные «темные пятна» в моей служебной биографии для новой либеральной команды, пришедшей к власти.

Понятно, что это пока был первый сигнал для меня. Но после победы на выборах Б. Ельцина, в которой мало кто уже сомневался после назначения А. Лебедя секретарем Совета безопасности и его официального публичного призыва своим сторонникам голосовать за Б. Ельцина, мне, похоже, надо было опять искать себе новую работу. Пришлось пока отказаться от покупки машины, деньги явно будут не лишними, когда я окажусь безработным.

Позвонил начальник управления Администрации Президента по взаимодействию с политическими партиями и общественными объединениями Логинов Андрей Викторович. Объявил, что он едет в КБР, и пригласил на следующий день на беседу для информирования его о положении в республике.

Я срочно позвонил в КБР С. Кучмазокову и сообщил, что у них теперь новый куратор от Администрации Президента, поблагодарил за совместную работу. На следующий день, как только я собрался посетить А. Логинова, позвонил временно исполняющий обязанности начальника Контрольного управления И. Рыбаков и сообщил, что мне ни с кем встречаться не надо, а следует готовиться к новой командировке в КБР. Как мне потом удалось выяснить, Президент КБР выразил решительный протест новому руководителю Администрации Президента России Егорову Николаю Дмитриевичу из-за смены куратора перед решающим вторым туром выборов и описал в положительном плане мою работу.

В конце июня я уже летел на ИЛ-96 в Минеральные Воды. В салоне самолета обнаружил известных оперных певцов Муслима Магомаева и его супругу Тамару Синявскую с маленькой собачкой. Как потом оказалось, они тоже следовали в Нальчик, для участия в концерте в поддержку Б. Ельцина. Эта командировка получилась спокойная, все было уже практически ясно. Было проведено несколько протокольных встреч на перспективу. Руководство Правительства и министерств надеялось на продолжение контактов со мной и поддержку при их командировках в Москву. Посетил грандиозный предвыборный концерт, который транслировался на республиканском канале. На концерте выступил В. М. Коков, он обратился к населению КБР и попросил проголосовать за действующего Президента России Б. Н. Ельцина.

Опять вечером 3 июля всю ночь просидел перед телевизором в гостинице, следя за результатом по России в целом. По республике у меня был другой местный источник информации. И в час ночи я уже знал фактический итог выборов по КБР. Б. Ельцин — 63.61 %, Г. Зюганов — 33.18 %.

Меня попросили не уезжать на следующий день после выборов, так как планировалось, что меня примет Президент КБР. Днем такая встреча состоялась! Мне была выражена благодарность за грамотную, политически выдержанную работу в КБР, помощь в налаживании контрольной деятельности в аппарате Президента и Правительства. Заверили, что я всегда найду радушный прием в КБР, и приглашали провести в республике отпуск. На прощание была принесена закуска, и мы подняли рюмки с коньяком (разумеется, кабардинским) в честь победы на выборах Бориса Николаевича Ельцина! Последующие события показали, что слова В. Кокова не были просто словами вежливости.

Глава 8. Работа в Контрольном управлении под руководством питерской команды

На работе все были в ожидании, кто к нам придет начальником, и только это и обсуждали. Но прогнозов, что к нам начнется экспансия питерской команды, не было. Вышел указ Президента о назначении А. Чубайса с 15 июля 1996 года руководителем Администрации Президента России. Худшие прогнозы для меня подтверждались. Было понятно, что кто бы ни пришел начальником, решение по мне будет принимать А. Чубайс. И вот это случилось, 1 августа 1996 года было назначено общее собрание Контрольного управления, на котором Руководитель Администрации должен был представить коллективу нового руководителя. К этому моменту мы все были выведены за штат и получили приставку «исполняющие обязанности».

Я шел на собрание с «ватными ногами» и с каким-то безразличием. Большинство сотрудников уже неоднократно выражали мне сочувствие в создавшейся ситуации, и я давно с этим смирился. Но на собрании меня ждали два сюрприза. Первая неожиданность — за столом президиума вместе с А. Чубайсом сидел мой старый знакомый по делу Б. Курковой Алексей Леонидович Кудрин. Большинство сотрудников Контрольного управления не знали, кто это такой, и с удивлением перешептывались, когда А. Чубайс начал процедуру представления и назвал фамилию Кудрин.

Но потом произошло совсем неожиданное: А. Чубайс в своем выступлении обозначил задачи Контрольного управления, имея в виду контроль исполнения предвыборных обещаний Б. Н. Ельцина. А в конце выступления заявил, что он прекрасно знает, как умеет работать Контрольное управление, лично пострадал от его контрольных материалов. Но материалы были исполнены профессионально, и в целом в них все отражено правильно, такой стиль работы надо сохранить.

На следующий день начались персональные встречи А. Кудрина с руководящим составом Контрольного управления. Хотя я был только заместителем начальника управления (точнее, и. о.) и одновременно начальником отдела, меня тоже вызвали. Разговор мне понравился, конкретный, профессиональный. Был рассмотрен план работы подчиненного мне отдела, подробно расспросил, какие проверки идут, какие результаты ожидаются. Я получил задание провести анализ прошедшей выборной кампании, проанализировать, что было в ней обещано, и представить новый план работы отдела до конца 1996 года в части вопросов, входящих в компетенцию отдела. Был поставлен конкретный срок исполнения поручения. Конечно, А. Кудрин мог все эти вопросы обсудить с начальником управления, но ему явно хотелось провести встречу лично со мной и сделать для себя выводы обо мне.

Несмотря на прошедшую выборную кампанию и назначение нового начальника Контрольного управления, у меня на исполнении были еще поручения, данные в начале года, срок исполнения которых был перенесен до завершения выборов Президента России.

Но придется немного вернуться еще к 1995 году. Именно тогда началось в высших эшелонах власти обсуждение вопросов улучшения работы различных контрольных органов на федеральном уровне.

В начале 1995 года было подписано распоряжение Президента России, адресованное В. С. Черномырдину и С. А. Филатову, следующего содержания:

«Считаю необходимым обратить внимание, что из-за отсутствия ответственности должностных лиц многие Указы Президента России, Постановления Правительства, согласованные на этапе подготовки, блокируются затем в министерствах и ведомствах без объективных причин.

Прошу — разберитесь, наведите порядок, установите действенную систему контроля.

По данному обращению проанализируйте информацию, примите необходимые меры и доложите».

Прямо крик души, а не распоряжение получилось. Поскольку по законам делопроизводства первым в распоряжении стояла фамилия Председателя Правительства, он был ответственным за выполнение. И по цепочке начальников в Администрации Президента России именно мне было поручено подготовить в Правительство России предложения по исполнению.

Такие предложения были мною подготовлены после возвращения из командировки в США в марте 1995 года и направлены министру РФ — Руководителю Аппарата Правительства РФ В. С. Бабичеву за подписью начальника Контрольного управления.

Вот основные фрагменты из этого письма-предложения:

«…В то же время состояние исполнительской дисциплины еще не отвечает предъявленным требованиям, что, на наш взгляд, снижает эффективность государственного управления и регулирования.

Продолжают иметь место факты, когда не обеспечивается выполнение поручений по существу поставленных в них вопросов, допускается формальное к ним отношение.

Особую озабоченность вызывают нарушения сроков исполнения. В 1994 году в установленный срок было исполнено только 47 процентов (231) поручений, содержащихся в указах и распоряжениях Президента Российской Федерации. Наибольшее количество подобных нарушений допустили Минфин России, Минтопэнерго России, Минюст России, МИД России.

Значительное количество прямых поручений Президента Российской Федерации также исполняется с нарушением предусмотренных сроков.

…………………………………………………………………………

В связи с тем, что Президент Российской Федерации «обеспечивает согласованное функционирование и взаимодействие органов государственной власти» (статья 80 Конституции Российской Федерации), и в целях установления действенной системы контроля считаем необходимым создать унифицированные органы контроля в федеральных органах исполнительной власти(в пределах утвержденной штатной численности) с двойным подчинением — руководителю органа исполнительной власти и Контрольному управлению Президента Российской Федерации.

Осуществления президентского контроля за соблюдением органами государственной власти и управления в центре и на местах законов Российской Федерации, указов, распоряжений и поручений Президента Российской Федерации, указов, распоряжений и поручений Президента Российской Федерации может осуществлять институт Федеральных инспекторов.

Основными функциями инспекторов должны являться:

— контроль выполнения указов, распоряжений Президента Российской Федерации и постановлений и распоряжений Правительства Российской Федерации;

— контроль исполнения поручений Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации;

— проведение ревизий и расследований, касающихся реализации программ и операций каждого ведомства, а также осуществление надзора за проведением этих мероприятий и их координация;

— проведение мероприятий по предотвращению случаев злоупотребления властью;

— координация отношений между соответствующим ведомством и всеми внешними организациями в части повышения эффективности реализации программ и установления лиц, замешанных в злоупотреблениях.

Федеральные инспекторы должны осуществлять свою деятельность в ранге заместителя министра и назначаться на должность Правительством Российской Федерации по представлению руководителя данного федерального органа власти с согласия начальника Контрольного управления.

По нашему мнению, такая система контроля за состоянием исполнительской дисциплины позволит обеспечить полное и своевременное информирование руководителя органа власти и Контрольное управление Президента Российской Федерации о реализации органами власти социально-экономической политики Президента Российской Федерации.

Прошу Вас представить в Контрольное управление свои замечания по данной модели функционирования института инспекторов в федеральных органах исполнительной власти».

В письме впервые были изложены предложения Контрольного управления по совершенствованию государственного контроля для обсуждения на уровне органов государственной власти. К сожалению, реакции на наши предложения от представителей Правительства РФ не последовало. После повторного напоминания письмом в конце апреля 1995 года о необходимости ответить на наше письмо нам вежливо объяснили, что поручение Президента дано Председателю Правительства РФ и нам нет необходимости об этом поручении беспокоиться.

И, действительно, 25 июля 1996 года был подписан Указ Президента России «О мерах по обеспечению государственного финансового контроля в Российской Федерации». В стране сложилось катастрофическое положение с доходной частью бюджета. И целью указа было поднятие финансовой дисциплины через усиление административного влияния ведомств, от которых это в первую очередь зависело: Министерства финансов, Министерства по налогам и сборам, Государственного таможенного комитета. Но, как показала проверка Контрольным управлением исполнения этого указа в 1997 году, его выполнение оказалось сорванным. Материалы проверки исполнения Указа Президента России от 25 июля 1996 года изложены в приложении № 2 в этой книге.

Не дождавшись от указанных в Указе ведомств положительных результатов, пришлось в конце 1996 года создавать Временную чрезвычайную комиссию при Президенте России и переходить на «ручное» управление налоговой и бюджетной политикой. Но об этом подробнее немного позже.

Проблемы государственного контроля никуда не делись, и ими неожиданно заинтересовался Совет безопасности РФ. В августе 1996 года была подготовлена служебная записка заместителя секретаря Совбеза РФ Н. В. Михайлова о согласовании контрольных функций Администрации Президента РФ и Совета безопасности РФ. Практически смысл записки был в ограничении контрольных функций Администрации Президента РФ и передачи части их в Совбез. В конце служебной записки предлагалось следующее:

«1. Желательно договориться с А. Б. Чубайсом о назначении в Главное контрольное управление Президента РФ представителя А. И. Лебедя или делегирование в него представителя СБ РФ на уровне отдельного подразделения в составе Главного контрольного управления.

2. Распределение контрольных функций оформить Распоряжением Президента РФ.

3. Создать подразделение в аппарате СБ РФ, которое могло бы иметь, кроме контрольной функции, функцию организации деятельности представителей Секретаря СБ РФ на местах».

Данная служебная записка была воспринята негативно в Администрации Президента РФ, и А. Л. Кудрин получил поручение подготовить предложения по нейтрализации попыток Совета безопасности расширить свои функции за счет Контрольного управления. Конечным исполнителем этого поручения оказался, как обычно, автор этой книги.

Было подготовлено развернутое письмо А. Б. Чубайсу, где я опять прописал в немного измененном виде заглавную роль Контрольного управления в системе государственного контроля.

Вот некоторые основные фрагменты проекта письма:

«…Считаем, что функции СБ и ГКУ не пересекаются, и смешивать их или «делить» контроль указов между различными органами нецелесообразно.

В целях обеспечения неукоснительного исполнения принимаемых на высшем уровне решений в области государственного строительства считаем целесообразным скоординировать работу системы президентского контроля как составной и неотъемлемой части механизма реализации конституционных президентских полномочий. Возглавить эту работу необходимо поручить ГКУ, так как оно является специальным органом Президента Российской Федерации в области координации и непосредственного контроля за исполнением указов и распоряжений Президента Российской Федерации, распоряжений и постановлений Правительства Российской Федерации в части обеспечения приоритетности исполнения решений федеральных органов власти на всей территории России, эффективной реализации социально-экономической политики Президента, в том числе с позиции рассмотрения личного участия руководителей органов исполнительной власти, других должностных лиц…»

Проект письма вернулся мне с карандашными пометками и с резолюцией А. Л. Кудрина:

«Семиколенных А. Н. Доработать».

Все было доработано. Доложено «наверх». И вопрос с СБ РФ был закрыт.

Но, похоже, мои настойчивые идеи о реорганизации всей системы государственного контроля заставили задуматься руководителей, и 19 октября 1996 года я получаю прямое поручение от А. Л. Кудрина:

«Прошу подготовить и представить список всех контрольных органов (в т. ч. ведомственных) Российской Федерации.

Срок: предварительная информ. — 25.10.96.

Окончательная — 19.11.96.

Если возможно — раньше».

При личной встрече с начальником Контрольного управления поручение было дополнено, необходимо было еще подготовить проект письма Президенту РФ с нашими предложениями по организации системы государственного контроля в стране.

Все поручения А. Л. Кудрина были, естественно, выполнены, и после месячного согласования ему на подпись 6 декабря 1996 года было представлено письмо в адрес Президента РФ следующего содержания:

«В настоящее время в Российской Федерации имеется более сорока пяти федеральных контролирующих органов.

В результате анализа, проведенного Главным контрольным управлением, установлено, что эти контролирующие органы действуют разобщенно.

Эта разобщенность объясняется отсутствием единого координирующего органа и централизованного методического руководства, обеспечивающего как ведомственный, так и внутриведомственный контроль.

Ведомственный контроль осуществляют федеральные органы исполнительной власти, наделенные контрольными функциями (Минюст России, Федеральная комиссия по рынку ценных бумаг и др.), и федеральные органы исполнительной власти, имеющие в своей структуре специальные подразделения (КРУ Минфина России, Госавтоинспекция МВД России и др.).

Внутриведомственный контроль осуществляют федеральные органы исполнительной власти, имеющие подразделения внутриведомственного финансового контроля.

(Далее следовал абзац из письма А. Б. Чубайсу по поводу служебной записки СБ РФ со ссылкой на 80 статью Конституции Российской Федерации.)

Осуществление президентского контроля за соблюдением федеральными органами исполнительной власти и органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации законов Российской Федерации, указов и распоряжений Президента Российской Федерации, координацию борьбы со злоупотреблениями должен осуществлять институт полномочных представителей Главного контрольного управления (федеральных инспекторов), координируемых Главным контрольным управлением Президента Российской Федерации.

С целью координации контрольной работы всех соответствующих органов исполнительной власти и их контрольных органов прошу поручить Главному контрольному управлению разработку концепции и подготовку необходимых документов для создания системы федерального контроля на основе введения института полномочных представителей Главного контрольного управления (федеральных инспекторов).

Прошу Вашего согласия».

Отправка этого письма неоднократно откладывалось. И только где-то в конце 1996 года оно попало на рассмотрение помощников Президента РФ перед его докладом адресату. Но к этому времени начались перестановки в руководящем составе Администрации Президента РФ, в самом Контрольном управлении, и вопрос реорганизации контрольных органов был отложен. В начале 1997 года, когда готовилось Послание Президента России Федеральному Собранию, помощник Президента РФ М. А. Краснов начал серьезно анализировать материалы для доклада по совершенствованию существующей системы контрольных органов и включение этой проблемы в текст Послания.

Но вернемся к текущей работе Контрольного управления под руководством А. Л. Кудрина. Работа была сконцентрирована на двух направлениях. Это жесткий контроль за работой руководителей регионов, особенно тех, где в результате выборов победителем оказался Г. А. Зюганов. И, конечно, контроль за работой ведомств финансового блока. Для усиления контрольной работы по регионам была увеличена штатная численность Контрольного управления и пришли новые сотрудники, большинство из которых раньше работали с А. Л. Кудриным в Санкт-Петербурге.

Появилась совершенно новая обязанность Контрольного управления — готовить материалы к заседаниям Временной чрезвычайной комиссии при Президенте России по укреплению налоговой и бюджетной дисциплины (ВЧК). Конечно, много таких материалов пришлось готовить и сотрудникам моего отдела, часто в экстренном порядке, работая и в ночное время, часто при активном участии А. Л. Кудрина.

ВЧК была создана 11 октября 1996 года Указом Президента России. Вот как в указе были сформулированы цели ее создания. «В целях обеспечения взимания налогов и других обязательных платежей в объемах, необходимых для своевременного и полного финансирования расходов на оборону и безопасность государства и других защищенных текущих расходов федерального бюджета, государственной поддержки науки культуры, выплаты пенсий и установленных федеральными законами социальных пособий, а также полного финансирования федеральной судебной системы».

Состав ВЧК получился очень представительный, начальник Контрольного управления был членом этой комиссии по должности. В прессе о работе А. Л. Кудрина в Контрольном управлении появлялось много статей, не отказывал он и в интервью ведущим средствам массовой информации (старая формулировка времен СССР). Вот фрагмент статьи известного корреспондента газеты «Коммерсантъ» Андрея Колесникова после назначения А. Л. Кудрина первым заместителем министра финансов в апреле 1997 года: «Период работы Кудрина в качестве главного контролера — это особый сюжет. Ему удалось добиться отмены львиной доли таможенных льгот, за 100 дней работы снять 26 чиновников, провести тотальную проверку МВД, Государственного таможенного комитета, Госналогслужбы, подготовить практически все материалы ВЧК. «Дело» о 15 крупнейших неплательщиках, которое еще предстоит рассмотреть ВЧК, уже давно готово к «запуску» в контрольном управлении».

Мне кажется, читателям интересно было бы поприсутствовать хоть на одном заседании ВЧК, и я им эту возможность предоставляю путем размещения в книге части стенограмм заседания ВЧК 26 декабря 1996 года, посвященной вопросам выплаты пенсий.

«СТЕНОГРАММА

заседания Временной чрезвычайной комиссии при Президенте Российской Федерации по укреплению налоговой и бюджетной дисциплины

26 декабря 1996 года

Москва, Кремль

Председательствует — Б. Н. ЕЛЬЦИН

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Сегодня на заседании Временной чрезвычайной комиссии по укреплению налоговой и бюджетной дисциплины рассматриваются два вопроса: «О ликвидации задержек с выплатой пенсий населению» и второй вопрос — «О наведении порядка в сфере производства и реализации алкогольной продукции».

Известно это докладчикам, да и всем членам Комиссии тоже. Материалы были розданы, имеются. Я должен сказать, что положение по этим двум вопросам, начиная с вопроса о пенсиях, просто катастрофическое. Когда государство, Правительство не может платить своим людям пенсию, а у нас это почти 37 миллионов человек, — это аморально. Это недопустимо.

Причем сколько раз Правительство, министры, зампреды, Председатель Правительства говорили о сроках, обещали, когда с этим будет покончено, когда, наконец, будут пенсии выплачиваться в срок. Ни разу это обещание не было выполнено. Я считаю это недопустимым. Вы посмотрите, что делается!

Даже при формировании бюджета, допустим, 1996 года, потребность в пенсиях — 17 триллионов, в бюджете поставлено 4 триллиона. То есть явно же в бюджет преднамеренно закладывается то, что эта пенсия не будет выплачена людям.

А это самое малооплачиваемое население страны. Если средняя заработная плата у нас миллион — полтора миллиона, то здесь — 200–300 тысяч.

Как можно прожить на такие деньги, да еще не получая их? Причем задержка с выплатой пенсий достигла уже полугодия. Полугодия!

Есть организации и люди, которые по полгода не получали пенсии. Как можно это объяснить при таком достаточно большом бюджете в целом валовой продукции страны, что такая сумма не уплачивается? Причем ежемесячно. Взять 1966 год. Ежемесячно эта сумма растет.

Если бы она вдруг возникла случайно, неожиданно, как-то бы руководители не знали об этом. Но ведь каждый месяц: январь — 8,4, февраль — уже 9, март — 10 и так далее. И вот дошли до 16 триллионов задолженности в целом. Это миллионы людей, которые сегодня страдают.

Руководители, которые сегодня этим занимаются, видимо, не чувствуют это, они не знают, что люди страдают.

Кто в Правительстве занимается этим вопросом? Из зампредов я никого не нашел. Лившиц? Он только три месяца работает. Не успел еще. Потанин? То же самое. Большаков — из первых замов? Не занимается. Илюшин — не занимается. Тогда кто же из заместителей отвечает? С кого можно сегодня спросить? Тогда надо спрашивать с Председателя. Тогда виноват Председатель.

Его информировали, он не принял соответствующие меры вместе с Минфином, вместе с Минэкономики, вместе с Государственным банком России.

Сегодня министр экономики болеет. Пожелаем ему, чтобы он выздоровел. Но Минфин и Пенсионный фонд (Барчук) должны отвечать, потому что государство обеспечивает пенсии. Никто другой, а государство. Конечно, вместе с субъектами Федерации, но государство. И нам переложить эту вину на кого-либо нет оснований.

Второй вопрос: «О наведении порядка в сфере производства и реализации алкогольной продукции». Что творится здесь! До какого безобразия дошли! Причем дошли буквально за два года. 91-й — нормально, 92-й — нормально, 93-й — нормально, 94-й — нормально, 95-й, 96-й — практически провалились за два года. Да как провалились!

Одна треть идет только в казну. Раньше алкогольная продукция была опорой бюджета, не будем это скрывать, все мы это знаем. Сегодня — одна треть. Все остальное остается жуликам. В основном жуликам, в основном мафиозным структурам.

Помимо таможенных пошлин, помимо налоговой инспекции, помимо других контрольных органов, которых много и которые должны заниматься этим вопросом, — эта продукция к нам идет по дешевке, а у нас объем производства только в этом году снизился наполовину. Потому что есть дешевая продукция. Зачем покупать свою водку? Зачем? Когда через Белоруссию везут со всех стран СНГ или из большинства, из других зарубежных стран. Льготные тарифы. Только хватились в 1996 году наконец по тарифам ужесточить. И где здесь органы, которые должны заниматься? Где Прокуратура? Потому что это уже дело Прокуратуры? Два триллиона в месяц уходит у нас, причем мафиозным структурам. Два триллиона! И мы не можем никого поймать. Мы не можем привлечь. Мы не можем принять меры. У нас нет постов на каждом предприятии там, где полагается, постов контроля.

Сколько об этом ни говорили, а постов так и нет. Сегодня такие потери как раз равны тому, что нам не хватает для выплаты пенсий. Ровно столько — два триллиона в месяц.

Кто отвечает? И начинается перечисление: Минэкономики, Минфин, Контрольное управление, Таможенный комитет, Комитет, который выдает лицензии, причем вы дает лицензии жуликам, тем, которые обворовывают Россию и государство. До чего мы довели этот вопрос? Одну треть сегодня получаем, одну треть от того, что должны получать в бюджет. Получаем одну треть.

Кто отвечает? Новый министр финансов? Действительно, за три месяца трудно перевернуть все это. Но большинство в Правительстве работает уже не один год. Поэтому есть с кого спросить. И в целом Правительство должно отвечать за это, должно отвечать перед народом, перед Президентом.

Так что я скажу, что, подробно ознакомившись с материалом, изучив все цифры, я пришел к выводу, что по этим двум вопросам не просто неудовлетворительное, а безобразное положение, нетерпимое положение. И отвечать здесь должны те, кому полагается.

По порядку работы. Первый вопрос «О ликвидации задержек с выплатой пенсии населению». Докладчик Кудрин Алексей Леонидович, начальник Главного контрольного управления. Пожалуйста.

А. Л. КУДРИН:

Уважаемый Борис Николаевич!

Уважаемые члены Комиссии!

Вопрос о своевременности выплаты пенсий находился на контроле Президента, Президентской Администрации. В начале этого года Указом Президента «О мерах по обеспечению своевременной выплаты пенсий и заработной платы за счет бюджетов всех уровней» в сентябре поручением Президента, в ноябре повторно поручением Президента Правительству давалось поручение стабилизировать ситуацию, найти решение и выход из сложившегося положения.

Сегодня мы можем констатировать, что вопрос еще не решен. Контрольное управление проанализировало деятельность Пенсионного фонда.

Главная причина сложившегося положения связана с резким снижением собираемости платежей в Пенсионный фонд. За год собираемость снизилась с 82 до 75 процентов. Сегодня недоимка составляет 51 триллион без учета пенни и штрафов. Это при 160-триллионном бюджете Пенсионного фонда. Фактически треть не собрана от суммы, требуемой в течение года.

Должен сказать, что это связано и с тем, что Пенсионный фонд сегодня — кредитно-финансовое учреждение и не имеет тех полномочий государственной власти, которые имеют Налоговая полиция и Налоговая служба. Федеральному агентству по банкротству сегодня пока не вменено еще применять все санкции к неплательщикам в Пенсионный фонд. Думаю, что Временная чрезвычайная комиссия вправе поручить Правительству задействовать названные санкции к неплательщикам в Пенсионный фонд и рассмотреть вопрос о статусе Пенсионного фонда, о целесообразности создания Федеральной пенсионной службы.

Нужно сказать, что на снижение доходов повлияли и действия ряда глав администраций регионов. Главы регионов своими решениями предоставляют незаконные льготы и отсрочки по платежам в Пенсионный фонд, особенно там, где собирается достаточный объем страховых взносов, и территориальные отделения Пенсионного фонда в этих регионах должны были бы перечислять часть средств в централизованный фонд, чтобы эти средства пошли на дотацию другим регионам.

Должен сказать так, прокурором Республики Саха (Якутия) опротестовано 12 решений президента Республики. А вот другой пример.

Глава Республики Коми обязал местные банки проводить расчеты по зарплате без платежей в Пенсионный фонд. Здесь поле для реагирования и Прокуратуры, и Центрального банка в отношении тех банков, которые подчиняются этим решениям местного руководителя.

Еще одной серьезной причиной сложившегося положения, как уже было сказано, является неурегулированность отношений между Пенсионным фондом и бюджетом Российской Федерации. Уже Борис Николаевич говорил о несоответствии между двумя законами, принятыми на 96-й год. В одном законе указано, что из бюджета должно быть направлено 4,4 триллиона рублей в Пенсионный фонд, в другом законе «О бюджете Пенсионного фонда» — 18,6 триллионов. Оба этих закона как бы действуют в этом году.

Должен сказать, что, исходя из ситуации, Правительство приняло ряд мер и выделило из бюджета 9,3 триллиона, то есть в два раза больше, чем было в бюджете предписано, пойдя на ссуды, выдачу ценных бумаг, которые в этом году в конце оплачиваются.

Таким образом, как-то пошло на решение ситуации. Но нужно сказать, что этот вопрос до конца не урегулирован и на 1997 год.

Наконец, одной из причин сложившегося положения мы считаем затягивание реформирования пенсионной системы. Сегодня одна треть средств Пенсионного фонда идет на цели дополнительных льгот и надбавок не основных пенсий, а на льготы и надбавки, которые расширяются и расширяются очередными законами, принимаемыми Государственной Думой. Здесь зачастую эти льготы и надбавки не соответствуют принципам пенсионного страхования.

Должен сказать, что сегодня существует порядок, по которому гражданин, проработав два предпенсионных года на высокооплачиваемой работе, получает стабильно высокую пенсию.

Сложилась даже разница между теми, кому начислялась пенсия до 1991 года. Это за трудные условия, за особые условия. Сегодня легко получить эту же пенсию, причислившись к одной из коммерческих организаций и фактически получив фиктивные документы о высокооплачиваемой работе. Проверка показала, что таких фиктивных документов, сегодня представляемых, до 12 процентов при начислении пенсий.

В ходе проверок Главного контрольного управления КРУ Минфина, Счетной палаты Госдумы было обнаружено и то, что средства Пенсионного фонда не всегда эффективно используются.

С 92 года Пенсионный фонд создал сеть из коммерческих банков (47 банков создано), в уставные капиталы которых вложено 158 миллиардов. В других коммерческих банках и в этих, на счетах которых находились средства Пенсионного фонда, только где-то за полтора года потеряно 225 миллиардов рублей из-за неплатежеспособности этих банков.

Не обеспечен строгий контроль за деятельностью территориальных отделений Пенсионного фонда. В результате Правлением Фонда в этом году по известным нарушениям были сняты с работы восемь руководителей отделений пенсионных фондов, наказаны шесть. Но работу с финансовыми средствами сегодня еще нельзя назвать благополучной.

В ходе подготовки этого заседания стало очевидным, что требуется предпринять как оперативные меры, так и меры среднесрочного и долгосрочного характера. Пенсионный фонд не в состоянии самостоятельно решить эти проблемы. Исходя из реального положения дел, все задолженности можно погасить не ранее середины следующего года. Но нужно обеспечить, чтобы с февраля ежемесячно выплачивалась пенсия каждому пенсионеру в размере не меньше месячного объема, а затем погашать задолженности. Придется применить силу государственной власти, чтобы собрать недоимки.

Недостаток средств необходимо будет добавить из бюджета. Для этого предлагаю установить жесткую персональную ответственность Председателя Пенсионного фонда Барчука и заместителя Председателя Правительства, министра финансов Лившица.

Данными решениями ограничиться нельзя. Проблема не будет решена, если в 1997 году не начнется серьезная пенсионная реформа. Она рассчитана на много лет. Но если сейчас не начнем, то проблемы станут еще более острыми.

На среднесрочную перспективу предлагается одобрить план мероприятий, который прилагается к проекту решения по стабилизации финансового положения пенсионной системы, а Правительству — доработать и утвердить этот план.

Среди мер этого плана, кроме определения статуса Пенсионного фонда и службы, установление моратория на расширение льгот и надбавок, которые сегодня рассматриваются в Государственной Думе, урегулирован вопрос с долгами по пени и штрафам, которые сегодня фактически равняются неуплаченным суммам пени и штрафов и сегодня могут «подгрести» под себя те предприятия, которые хоть что-то могут платить.

Сегодняшнее решение нашей Комиссии должно дать серьезный толчок этой реформе. В проекте решения Правительства предложено до конца первого квартала представить программу реформ на долгосрочный период.

Должен сказать, что при подготовке к этому совещанию прошло серьезное совещание у Виктора Степановича Черномырдина. Решено, что данный напряженный план, как это было бы ни тяжело, все-таки нужно выполнить.

Дополнительные материалы мы приложили к материалам каждому члену Комиссии. Спасибо.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Лившиц, пожалуйста.

А. Я. ЛИВШИЦ:

Уважаемый Борис Николаевич!

Уважаемые члены Комиссии!

По Закону о Федеральном бюджете на 96 год Министерство финансов было обязано перечислить Пенсионному фонду 4,4 триллиона рублей. Общий объем на 25 декабря перечисленных денег составил 9,5 миллиарда рублей, то есть в два с лишним раза больше, чем мы должны были сделать по Закону о бюджете. Но это не выправило ситуацию с выплатой пенсий.

Я скажу больше. Допустим, не было бы вот этого разнобоя в законах, и Закон о Пенсионном фонде и Закон о федеральном бюджете были бы одинаковы по суммам, о чем говорил Борис Николаевич, выплатили бы, допустим, все. Отсюда вовсе не следует, что положение бы нормализовалось. Положение было бы чуть менее тяжелым, но практически тем же самым.

Отсюда вытекает первый, на наш взгляд, вывод. И здесь я хочу полностью поддержать Алексея Леонидовича. Назрела глубокая реформа пенсионной системы. Получается так, что если даже бы федеральный бюджет как бы по потребности все выплачивал, все равно долги перед пенсионерами остались бы. Значит, дело в самой системе. Это первое.

И второе — работа с неплательщиками взносов в Пенсионный фонд. Эта работа должна быть, на наш взгляд, существенно укреплена с помощью тех мер, которые находятся в этом плане. Ведь общие неплатежи — 51 триллион. Если бы Пенсионный фонд собрал треть этой суммы, то проблемы вот этого бунта на заседании ВЧК не было бы, потому что долги были бы погашены все.

Но эти меры, и первая, и вторая, требуют принятия соответствующих решений, организационных мер, и они рассчитаны на перспективу. Убежден, дадут эффект.

О проблемах сегодняшнего дня, проблемах острых, которые стоят перед нами, а мы отвечаем за то, как живут наши пенсионеры. Поэтому, если говорить о конкретных мерах, которые должны быть приняты немедленно, чтобы дать быстрый эффект, то здесь две проблемы.

Проблема первая. Сделать так, чтобы с 1 февраля полный месячный объем пенсии был у каждого пенсионера, то есть чтобы эти долги не росли.

Это стоит ориентировочно два триллиона в месяц, чуть меньше, может быть. Здесь, я полагаю, нужно иметь жесткий график по решению первой проблемы. Пенсионный фонд: какой его вклад в эти два триллиона, что он может сделать по увеличению сбора? И федеральный бюджет, который не уйдет от помощи Пенсионного фонда в этом вопросе. Этот вопрос решить можно. Основания, реальные источники существуют, и реальные возможности для этого есть.

Вторая проблема более сложная. Допустим, с 1 февраля все пошло, что называется, день в день. Все равно остается объем, по нашим оценкам, в 13,4 триллиона, может быть, чуть больше эта задолженность, которую нужно гасить. Эту сумму надо выплачивать людям. Ее можно выплатить до 1 июля в течение первого полугодия.

Скажу откровенно, в решении этого вопроса возможности Пенсионного фонда ограничены. Он не может покрыть такой объем, нет у него для этого ресурсов. А реформа пенсионной системы и все остальное к февралю, к марту еще не даст эффекта. Следовательно, это придется решать Правительству и изыскивать источники для того, чтобы покрыть эту разницу.

Такого рода наработки имеются, и мы готовы к тому, чтобы эти источники определить и проблему задолженности в течение первого полугодия будущего года решить. Спасибо.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

С 1 февраля… А приблизить?

А. Я. ЛИВШИЦ:

Нет, Борис Николаевич, с 1 февраля решить первую проблему, чтобы не рос долг.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

То есть текущую пенсию выплатить без задержек?

А. Я. ЛИВШИЦ:

Да.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Понятно. Чтобы не рос долг, который 1 января будет 13 триллионов. Ну, а приблизить этот срок?

А. Я. ЛИВШИЦ:

Борис Николаевич, это мало реально, потому что очень тяжелый всегда идет январь. Ведь в январе практически полмесяца никто не работает.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

А у нас транш в январе как?

A. Я. ЛИВШИЦ:

Мы рассчитываем на два транша. Но они будут направлены на урегулирование внешнего долга. Это придется отдать на внешний долг.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

С середины месяца тут, конечно, запутаешься. Да…

И второй срок — это первое полугодие. Очень длинный срок. Полгода сегодня задолженность и полгода еще ждать людям, пенсионерам, когда они получат. Конечно, не всем. Кто-то получит, кто-то частично получит, кто-то совсем не получит. Вот в чем вопрос. Вряд ли все. А где эта система, чтобы получали все? Такой системы нет. Чтобы долг 1996 года так размыть, чтобы, во-первых, многооплачиваемая, большая пенсия, чтобы их сместить на конец первого полугодия. Всех остальных равномерно распределить таким образом, чтобы все-таки какую-то сумму они получали.

Вот такая система должна быть. Такой системы нет. Я в этом убежден.

B. С. ЧЕРНОМЫРДИН:

Нет.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Вот здесь подтверждают: нет. То есть тогда надо успеть до 1 января за эти пять дней создать эту систему, выработать ее, нарисовать ее хотя бы на бумаге.

Что она из себя будет представлять по регионам или по отраслям, надо продумать. Но сделать так, чтобы это было справедливо и равномерно. Ведь получат в том числе и те, кому эта пенсия сегодня, я извиняюсь, до лампочки. Он вот так сыт, сверх головы! А он будет получать. И эту добавочку будет получать в этой же равной доле тот, кто сегодня просто бедствует, кому на продукты питания не хватает.

Поэтому я настаиваю в сегодняшнем решении написать, что поручить лично Лившицу (Министерству финансов) вместе с другими членами Правительства разработать такую систему и ее внедрить хотя бы в январе.

А. Я. ЛИВШИЦ:

Борис Николаевич, извините, что я вмешиваюсь, но это вопрос Пенсионного фонда. Он же внебюджетный. Он же может только разработать.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Вместе с ними. Но без вас они не смогут. Если возьмется каждый решать это, тогда вообще эту задачу не решить. Ее только вместе надо. Во-первых, федеральные органы, Пенсионный фонд, Правительство, регионы. Если все возьмутся, тогда возможно решить эту задачу. Но я говорю, что справедливо решить.

Если нельзя подвинуть, а я хочу, чтобы вы все-таки согласились подвинуть, ну не на три месяца — на месяц, на два месяца подвинуть, не до конца первого полугодия.

А. Я. ЛИВШИЦ:

Мы постараемся, Борис Николаевич.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Насчет «постараемся» я слышал много.

А. Я. ЛИВШИЦ:

Хочется иметь срок, который реален. Если не получится — это еще хуже. А мы действительно постараемся.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

А вы видите реальные ресурсы?

А. Я. ЛИВШИЦ:

Реальные ресурсы могут быть какие?

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Не надо их сегодня говорить. Я говорю: вы видите?

А. Я. ЛИВШИЦ:

Вижу реальные ресурсы.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Хорошо, если он видит реальные ресурсы, это архиважно.

А. Я. ЛИВШИЦ:

Если я скажу, что не вижу реальных ресурсов, то тогда что обсуждать можно?

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Он заявил. Зачем нам его инициативу перебивать? Надо поощрять только и помогать. Только так. Значит, выходит, уменьшения этого срока не получится.

A. Я. ЛИВШИЦ:

Нереально, Борис Николаевич.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Пять месяцев. Я понимаю, что январь уйдет, как всегда. Январь уходит. В отношении финансирования тяжело. Поэтому мы в январе поправить вряд ли сможем.

B. О. ПОТАНИН:

Борис Николаевич, мы исходили в расчетах из того, что если 16 триллионов задолженность, за пять месяцев гасить — это уже более чем по три триллиона в месяц. Еще нужно покрывать текущий дефицит в районе примерно двух триллионов. То есть это получается около пяти триллионов ежемесячно.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Как текущий дефицит? Его же не будет.

В. О. ПОТАНИН:

Его не будет, но он будет покрываться за счет федерального бюджета, потому что Пенсионный фонд в настоящее время из 12,5 триллионов, которые он должен платить, собирает только 10,5. Это уже нагрузка на федеральный бюджет в районе двух триллионов ежемесячно до тех пор, пока мы не поднимем собираемость по Пенсионному фонду. И еще по три триллиона долгов каждый месяц. Получается пять триллионов. Это больше, чем одна треть всех «живых» денег, которые бюджет сейчас собирать. Поэтому уже чрезвычайно напряженная задача.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Понятно. Когда вы сможете представить в Государственную Думу Закон «О реформе пенсионной системы»? Вместе с пенсионным фондом, потому что это вопрос непростой. Нам надо эту анархию упразднить. Когда часть оплачивает один, вторую часть — другой, ответственность первого, соответственно, снижается. Что Пенсионный фонд? Он знает, что потом из бюджета подбросят, если у него не хватит. Вот как рассуждает Барчук.

Поэтому у него нет стремления максимум собрать ресурсов. Сколько требуется времени для проекта этого Закона с теми вместе, кто занимается этим вопросом, законодательные органы в том числе, комитеты и так далее?

В. В. ИЛЮШИН:

Борис Николаевич, месяц.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Месяц. Надо согласиться. Давайте так и договоримся — к 1 февраля.

A. Н. ШОХИН:

Здесь есть еще одна проблема, Борис Николаевич. Надо, чтобы за это время до середины следующего года не прошло ни одного закона, который эту схему … (плохо слышно)

В частности, Государственную Думу трудно удерживать от популистских решений по индексации и пересмотру пенсий. И там, где Думу не удается удержать, надо, чтобы Совет Федерации останавливал эти законы.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Давайте и Совет Федерации, и Президент будут соответственно работать в этом направлении. Давайте, я согласен, да.

К сожалению, популистские направления в самый такой критический момент — дать 1,38 к пенсии, то есть 38 процентов добавить к пенсии в самый тяжелый момент? Это же безумие! Это совершенно нереально.

И надо, чтобы Государственная Дума думала. Они же в одном государстве живут. Ради одной задачи мы все работаем, ради людей.

Присаживайтесь. Барчук.

B. В. БАРЧУК:

Уважаемый Борис Николаевич!

Уважаемые члены Комиссии!

Действительно, основной причиной задержек выплаты пенсий является резкий рост просроченной задолженности предприятий, особенно в текущем году.

Мы проанализировали причины роста этой задолженности.

И все-таки большая ее часть связана с общей экономической ситуацией, тяжелым финансовым положением многих предприятий, связанных с утратой оборотных средств, что вызвало, в свою очередь, неплатежи и породило в значительных масштабах безденежный оборот — это бартер.

Вторая причина. Это недофинансирование учреждений из бюджетов всех уровней, кроме того, оборонного госзаказа и других бюджетных затрат.

По бюджетной сфере задолженность перед Пенсионным фондом превысила более пяти триллионов рублей, по оборонной промышленности — 3,5 триллиона рублей. Тяжелое положение в угольной промышленности вызвало неплатежи в Пенсионный фонд в сумме 2,7 триллиона рублей.

И все же значительная стоимость недоимки вызвана общим падением платежной дисциплины, несоответствием некоторых законодательных и нормативных актов реальной хозяйственной и экономической действительности, а это позволяет недисциплинированным плательщикам уходить от уплаты взносов.

Способов ухода от уплаты выработано много. Это, в первую очередь, непрохождение всех оборотов по реализации продукции через дочерние, «спутниковые», так называемые, организации, которыми обросло каждое предприятие. Или ввод зарплаты через эти же организации на лицевые счета в Сбербанке. Например, в железнодорожном транспорте широкие масштабы приобрела выплата заработной платы за счет наличных средств, минуя расчетные счета. Кстати, железнодорожный транспорт задолжал нам 2,5 триллиона рублей. Создают проблемы в расчетах и коммерческие банки.

Это, в первую очередь, относится к неустойчиво работающим банкам, когда по сговору плательщика и банка осуществляется проводка платежных поручений при отсутствии средств на корсчетах этих банков. В результате суммы эти зависают. Здесь необходимо изменение в Законе о банках и банковской деятельности, усиливающее ответственность банков. Нельзя допускать, чтобы ущемлялись интересы государства за ширмой коммерческой тайны. Такие предложения есть.

Следующее. Платежная дисциплина обязательна для всех, когда речь идет особенно о страховых взносах на финансирование пенсий. На мой взгляд, нельзя допускать никаких массовых амнистий или отсрочек платежей независимо от того, по каким причинам они образовались, будь то текстильная промышленность или оборонка, сельское хозяйство или бюджетная сфера. Такие действия не только не улучшают дело, но и вовлекают в эту орбиту неплатежей и те даже предприятия, которые раньше тем или иным образом рассчитывались.

Безусловно, есть объективные причины неплатежей. Но с каждым плательщиком необходимо разбираться строго и индивидуально принимать по ним решение.

Вопрос о расходах. Впервые в 1996 году темпы увеличения пенсии через индексацию и компенсационный механизм превысили темп инфляции.

Уже в мае текущего года средняя пенсия с начала года возросла на 35 процентов, а минимальная — в два раза. И это при годовой инфляции — около 22 процентов.

В связи с этим необходимо найти согласованное решение с парламентом о временной приостановке дальнейшего повышения пенсий, принять закон, который вносит новые диалоги в порядок индексации пенсий по признаку накопительной инфляции.

Кстати сказать, вчера Государственная Дума преодолела вето Президента и увеличила на 1,1 процента пенсии с 1 ноября 1996 года. Это на январь придется дополнительно к нашим расчетам еще почти два триллиона рублей.

Я не буду останавливаться на массовых льготах и различного рода надбавках, здесь уже говорилось, которые действительно поглощают более одной трети бюджета Пенсионного фонда. Это отдельная тема, она очень деликатная, и к ней нужно подходить взвешенно.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Нужно обратиться в Конституционный суд.

В. В. БАРЧУК:

Еще в Совет Федерации.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

В Совет Федерации — само собой, а нам не ждать и обращаться в Конституционный Суд.

В. В. БАРЧУК:

Борис Николаевич, кстати, Совет Федерации до этого принял это. Несмотря на наши возражения, Правительство, Совет Федерации — один и другой приняли это уже повторно.

Финансовый кризис пенсионной системы, как здесь уже говорилось, во многом также связан с отставанием ее организационного реформирования.

Речь, в первую очередь, идет о переводе системы на принципы реального пенсионного страхования. Базой для этого должен служить персонифицированный индивидуальный учет каждого работающего, его финансовый вклад в пенсионную систему. Работа эта начата. 1 апреля был принят Закон. В 15 регионах в текущем году проходит пилотный проект. С начала 97-го года он начнет внедряться по всей территории России.

Вчера Госдумой в первом чтении принят Закон «Об организации государственного пенсионного страхования», что даст серьезную законодательную базу развитию пенсионной системы. Это те законы, которые, собственно говоря, записаны в концепции по реформе пенсионного обеспечения, утвержденной Правительством.

Борис Николаевич, Пенсионный фонд не снимает с себя ответственности за создавшееся положение. Недостатков в работе много. Мы принимали и будем принимать решительные меры по устранению этих недостатков. Тем не менее, здесь уже говорилось, принятие тех документов, которые подготовлены Фондом в части расширения его прав по принудительному взысканию платежей, позволит ему работать более эффективно. Спасибо.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Хорошо. Присаживайтесь.

Мы тогда договариваемся. Первое — отметить положение вещей, исходя из моего выступления и здесь названных докладчиком цифр.

Второе. С 1 февраля поручить Правительству (такую формулировку) обеспечить своевременную, без задержек… (плохо слышно).

Дальше. О недоимках. Конечно, надо сказать, что ВЧК поработала (я получил отчет за ноябрь, Виктор Степанович мне рассказывал) и рассмотрела ряд вопросов полезных и нужных. На следующее заседание, я думаю, нам надо вынести предприятий 15, крупных китов по недоимкам, по задолженности бюджету, банкротов или кандидатов в банкроты и рассмотреть все 15 на ВЧК. Я прошу подготовить перечень таких предприятий. Учитывая, что рассмотрение одного предприятия в области на ВЧК сразу влияет на всю обстановку в регионе, в этой области, надо так эти 15 распределить, чтобы они были бы расположены по всей территории России. И взять их. Конечно, из разных отраслей. Давайте не будем тянуть.

У нас по плану раз в две недели, а в две недели, наверное, нам не подготовить. Давайте все-таки через заседание. Возможно, я проведу, поскольку считаю, что там надо накалить обстановку по неплатежам, в том числе и Пенсионный фонд. Давайте вместе: и президентские структуры, Администрация Президента, и Правительство вместе готовят этот вопрос.

В отношении первого полугодия с большим, конечно, недовольством, но приходится соглашаться, поскольку, видимо, приближение срока нереально. Но уж тут так — дальше никаких отступлений. Скажем народу об этом, опубликовать в средствах массовой информации совершенно конкретно. Ответственные за это Правительство, Пенсионный фонд, персонально Лившиц, Барчук. Что добавить еще в решение? Пожалуйста.

А. С. КУЛИКОВ:

Одно конкретное предложение по решению. Речь идет о криминальной стороне рассматриваемой проблемы. О ней упомянул Алексей Леонидович — отвлечение на местах отделениями Пенсионного фонда денежных средств, уставные вложения коммерческих структур, включая банк. На сегодняшний день 235 миллиардов отвлечено. Воруют, сами себя назначают там председателями правления, как в Курске. Сам начальник этого курского отделения создал этот банк за счет 57 процентов денег Пенсионного фонда в этом банке, потом разорился, и деньги пропали. И таких случаев очень много. Только в первом полугодии 12 отделений отвлекали такие средства.

Поэтому есть предложение в обязательном порядке в план мероприятий включить меры по усилению контроля за использованием бюджетных средств в части, касающейся Пенсионного фонда. И там, где исполнители, я бы просил членов Комиссии и Вас разрешить привлечь правоохранительные органы.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Обязательно, хорошо. У вас план мероприятий есть, я его внимательно посмотрел. Неплохой. Может быть, там сейчас с учетом заседания кое-что подправить, предложение — это тоже внести туда, поскольку эти деньги уходят от нас в криминальную структуру через коммерческие банки.

По коммерческим банкам я согласен здесь с Василием Васильевичем. По-моему, он предложил в отношении того, что надо правку в законах в отношении банков. Давайте тогда Правительство или я выступим.

С. К. ДУБИНИН:

По данным на 1 декабря, сумма средств, застрявших в коммерческих банках, как выражаются обычно в таких случаях, по взносам во все социальные фонды, но основное — это Пенсионный фонд, составляет 1 триллион 200 миллиардов. Это банки, которые не имели средств на своих счетах до перечисления оттуда (?).

Это не обязательно криминальный вариант. Это просто разоряющиеся банки. Это составляет меньше одного процента от суммы, собираемой пенсионным фондом. Поэтому при всей важности проблемы непосредственного решения с банками — это решение не может оказать такого решающего значения для улучшения положения самого Пенсионного фонда.

Насколько я понимаю, правда, без нашего непосредственного участия, Правительство обсуждало вопросы повышения о собирательстве, но позиция Центрального банка заключается в том, что налоговые службы обладают гораздо большими возможностями работы как с предприятиями с точки зрения банкротства правами, так и с точки зрения работы с банками, на которые налоговые службы могут обращать всю полноту своей ответственности и выйти вплоть до предъявления требования о банкротстве самих банков. Чего, кстати, Центральный банк не может по закону. Так вот вместо того, чтобы усиливать права самого Пенсионного фонда, приводить его как-то в соответствие с новой налоговой службой, в параллельную службу, мы давно отстаивали соединение сбора налогов со сбором взносов в Пенсионный фонд.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Я — за это предложение.

С. К. ДУБИНИН:

Вместе с тем, действительно, более 40 банков, как правильно было доложено, 47, имеют взносы непосредственно Пенсионного фонда… Но свое собственное решение не всегда выполняют на местах. Но очевидно то, о чем говорит Анатолий Сергеевич. Тут нужен спрос с нарушителей непосредственно. Это была инициатива Барчука.

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

А в отношении изменения закона о банках, как Вы к этому относитесь?

С. К. ДУБИНИН:

Когда нам предлагают расширить список учреждений, которым мы передаем сведения, таким образом Центральный банк и коммерческие банки получают новых и новых надзирающих кураторов, то мы в принципе все-таки отрицательно относимся к этому. Как правило, вмешательство новых учреждений ничего качественного к контролю не добавляют.

Ко всему прочему, есть угроза, и она, к сожалению, реализовывалась не раз, утечки информации об операциях. Приходят, грубо говоря, рэкетеры по наработке тех органов, вернее, в результате утечки они покупают эту информацию о состоянии предприятий, о состоянии банков и так далее. Чем больше мы раздаем эту информацию на сторону, тем больше угроза вот таких криминальных проявлений. Это вопрос очень сложный, потому что здесь, конечно … (плохо слышно).

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Давайте поизучаем тогда. Раз это неоднозначный вопрос, давайте поизучаем. И потом еще раз вернемся к нему. Надо дать поручение.

В. С. ЧЕРНОМЫРДИН:

У меня вопрос, который сегодня обсуждали, финансовый вопрос. Очень чрезвычайный. Мы обсуждали эти проблемы. О чем я хотел бы предупредить всех, кто присутствует на этом заседании, на что обратить внимание.

Первое. Выплата пенсий с 1 февраля ежемесячно означает, что они идут вне всякой очередности, чтобы все знали, все, что останется после всех, — это и контролирующим органам, это всех касается. Поэтому надо думать… из Прокуратуры, и со всех остальных — никто не получит. Нечего будет получать, если мы в корне не изменим обстановку в целом с платежами. Вот что это означает начиная с 1 февраля, выплачивать ежемесячно пенсию.

Это не просто обычное поручение, чтобы изыскать что-то, изыскать где-то дополнительно. Нет, пенсии будут выдаваться аккуратно так же, как военным пенсионерам, а все остальное будем на всех, все, что останется. Поэтому здесь размышлять и думать, что останется в стороне, — таких просто не будет. Я обращаю внимание прежде всего на контролирующие органы, которые персонально несут ответственность. С вас и начнем. Вы первые никогда больше не получите, как обычно получали до сих пор, никто. Вот что означает эта запись. Поэтому нам работать здесь всем. Сроки, которые нам даны, Борис Николаевич, очень сжатые, особенно не разбежишься.

В. М. ЗУБОВ (плохо слышно):

Поскольку мы принимаем решение, что с февраля все будут получать ежемесячно пенсию, то положение … в дифференциальном подходе в выплате долгов. Если такое решение мы принимаем, то (не слышно.)

Б. Н. ЕЛЬЦИН:

Всех касается.

Переходим ко второму вопросу: «О наведении порядка в сфере производства и реализации алкогольной продукции».

Я не буду анализировать и давать оценки содержанию этого уникального документа. Но совершенно очевидно, что выступление А. Л. Кудрина по содержанию выходит за рамки доклада начальника контрольного органа, и это было оценено. В марте 1997 года А. Б. Чубайс был отправлен из Администрации Президента России в Правительство спасать катастрофическое положение с наполнением бюджета страны деньгами. Получил двойную должность — первый заместитель Председателя Правительства — министр финансов России. А реальным «хозяином» Минфина России был назначен А. Л. Кудрин, в ранге первого заместителя министра. «Вот такая загогулина получилась», — если цитировать Б. Н. Ельцина.

В Минфине России был свой легендарный контрольный орган — Контрольно-ревизионное управление (КРУ). Еще в СССР проверок этого контрольного органа боялись на всех предприятиях, работали контролеры профессионально и результативно. В российском Минфине удалось в основном сохранить кадровый состав КРУ. Но А. Л. Кудрину хотелось руководителем КРУ поставить своего человека, и его выбора удостоился я. Но министром был А. Б. Чубайс, и надо было получить его согласие на это назначение. При этом я согласие на изменение моей кадровой судьбы не давал, состоялся только предварительный разговор.

Была назначена расширенная коллегия Минфина России, на которой должно было состояться представление А. Л. Кудрина коллективу министерства. Меня Алексей Леонидович тоже попросил обязательно присутствовать. Я и так регулярно посещал по должностным обязанностям коллегии Минфина России, Госкомимущества России и в этой просьбе ничего необычного не видел.

Но неожиданное произошло перед коллегией. Она проходила в актовом зале Минфина России со сценой, на которой за столом располагались члены коллегии. Помощник А. Л. Кудрина попросил меня подняться на сцену и пройти за занавес, который отгораживал сцену от других помещений. Меня попросили здесь немного подождать. И буквально через пять минут ко мне подошли А. Б. Чубайс и А. Л. Кудрин. Я был представлен А. Б. Чубайсу, и состоялся «дежурный» разговор ни о чем. Понятно, что это были мои «смотрины», я, наверное, не проявил должного почтения к личности А. Б. Чубайса в разговоре, но больше вопрос о моем назначении в КРУ не поднимался.

Летом 1997 года нам с супругой наконец-то удалось полноценно отдохнуть вместе. Получили путевку в санаторий «Приморский» в г. Сочи. Санаторий был знаменит не только большим прекрасным парком с разнообразной растительностью, но и удобно расположенным, на самом берегу Черного моря, корпусом для проживания отдыхающих. Был еще и старинный корпус люкс, стоящий уже в глубине парка, но нам хотелось быть совсем рядом с морем, и я отказался от предложенного мне размещения в этом корпусе.

Корпус санатория, в котором нас поселили, был встроен в горный массив, многоэтажный и отстоял от моря метров на 100, не больше. Приезжаешь, сразу попадаешь на верхний, последний этаж корпуса, регистрируешься, а на этажи, где размещаются отдыхающие, едешь на лифте уже вниз, что очень вначале непривычно. И понятно, что очень удобно прямо из корпуса сразу попадать на пляж. Да и с балкона номера открывается прекрасный вид на море, на которое можно бесконечно смотреть в любое время, лучше всякой психотерапии восстанавливает потраченные в Контрольном управлении нервные клетки (которые, врачи говорят, не восстанавливаются).

Жена в парке санатория Приморский

Я в парке санатория Приморский

Глава 9. И пришел В. В. Путин

В Контрольное управление 26 марта 1997 года был назначен новый начальник — Владимир Владимирович Путин. Он уже работал в Москве на Старой площади, в Управлении делами Президента России заместителем начальника управления по международным вопросам. Представление его руководящему составу прошло буднично в кабинете начальника Контрольного управления. Пришли вместе А. Л. Кудрин и В. В. Путин. Кудрин кратко представил нового начальника, огласил указ Президента России о назначении и пожелал всем нам дружной работы.

В это время, с ноября 1996 года, моя государственная должность после переназначения полностью называлась немного иначе — заместитель начальника управления — начальник отдела контроля экономических и производственных министерств и ведомств управления контроля деятельности федеральными органами исполнительной власти Главного контрольного управления Президента Российской Федерации.

Немного опережая события, опишу стиль работы А. Л. Кудрина и В. В. Путина в контрольном управлении в части, касающейся лично меня. А. Л. Кудрин был привержен к стандартным процедурам бюрократической деятельности чиновников в хорошем понимании этих принципов.

Для него основой деятельности подразделения Контрольного управления был план работы, который все обязаны были выполнять. Документы, представляемые ему на подпись, обязаны были пройти все необходимые согласительные процедуры, корректора текста, юристов, вышестоящих над исполнителем начальников.

У меня, правда, имелись определенные льготы по документам, которые я готовил лично и значился как исполнитель. Главное — я их, как правило, не визировал у юристов. Юристы — это особая консервативная каста. И часто, если содержание документа даже немного отличалось от общепринятых схем или на «миллиметр» отклонялись от инструкций и законодательных актов, получить их визу было невозможно. Но большинство документов имели срочный характер, и часто сознательно надо было отклониться от действующих норм, чтобы получить нужный результат. Я обосновывал свои подходы к подготовленному документу вышестоящим руководителям и получал их поддержку в спорах с юристами.

Я часто получал от А. Л. Кудрина и прямые поручения, минуя его заместителя, курирующего управление и руководителя моего управления. Но результаты выполнения этих поручений все равно он требовал визировать у моих вышестоящих руководителей, что создавало мне дополнительные проблемы, в первую очередь психологического плана.

Теперь о стиле руководства Владимира Владимировича Путина в Контрольном управлении. Важную роль в организации всей деятельности В. В. Путина на новой должности играл И. И. Сечин. Они пришли в Контрольное управление вместе, и Игорь Иванович руководил деятельностью приемной начальника Контрольного управления, и только через него поступала на рассмотрение вся многочисленная почта.

В. В. Путин не считал план деятельности подразделений какой-то догмой. Если в процессе работы поступали новые важные вводные по контрольной деятельности, о плановой работе можно было забыть и все ресурсы направлять на эти внеплановые поручения. Мало того, некоторые пункты плана, ранее им утвержденные, по каким-то причинам ему могли не понравиться, и их не надо было исполнять без дальнейших последствий.

Мне, воспитанному еще со времен СССР, что план — это «святое» и за его выполнение платят премию, а за невыполнение наказывают, не удалось сразу освоить этот подход нового начальника. И возникали ситуации, когда за мою «бестолковость» я мог и лишиться должности. Вот один из примеров.

В утвержденном плане управления и, соответственно, моего отдела есть проверки филиалов Российского Фонда Федерального имущества, в том числе и в Санкт-Петербурге. Я в установленном порядке готовлю документы на командирование двух сотрудников в Санкт-Петербург. Утверждаю план проверки. Мне начинают поступать неофициально какие-то сигналы от персонала организационного отдела, что эту проверку нежелательно проводить.

При этом мои вышестоящие руководители молчат, и я не придаю этим слухам должного значения. Мои сотрудники идут получать командировочные удостоверения и прибегают перепуганные. Говорят, что с них требуют написать заявление на увольнение. Звонит И. И. Сечин и просит срочно к нему зайти. Объясняет, что «шеф» в бешенстве, он велел отменить эту проверку в Санкт-Петербурге, а я его ослушался. Дана команда всех, кто не выполняет его указаний, уволить.

Рассказываю И. И. Сечину ситуацию, что никто до меня его указание не довел, есть утвержденный план, и я его выполняю. Сейчас я все исправлю и готов зайти в кабинет В. В. Путина и объясниться. Игорь Иванович говорит, что этого делать не следует, это в такой ситуации для меня опасно, он сам все объяснит и попытается все привести в норму. А я должен немедленно отменить и проверку, и командировки сотрудникам. Я все сделал, вопрос этот при последующих контактах с В. В. Путиным не возникал. Но мои вышестоящие руководители явно меня сознательно подставили, наверное, он это понял, и в скором времени я получил право представлять документы на подпись не только без юристов, но и без виз моих начальников.

И еще одна особенность в работе В. В. Путина. Я, когда получал поручения с резолюцией «прошу переговорить», всегда приходил «на разговор» со своими предложениями, притом оформлял их письменно, в виде готового документа. Конечно, не всегда я угадывал мысли начальника, но довольно часто это срабатывало и ускоряло выполнение поручения. Но за все время своей госслужбы я никогда не сталкивался с такими смелыми решениями, которые были характерны для В. В. Путина.

Если подготовленные мною документы были созвучны с его мыслями, он просто брал ручку и все подписывал. Я был в ужасе, объяснял, что это только предложения, что документ затрагивает и работу смежного управления. Ответ был простой: «Вы сомневаетесь в правильности своих предложений?» Ответ мой, конечно: «Нет». «Тогда какие вопросы? Отдавайте на отправку». А часто адресатом отправки был Президент России! Сразу возникали у меня напряженные отношения с разными подразделениями Контрольного управления. Но подпись начальника под документом стояла, не спорить же с ним по процедуре, можно было нарваться и на неприятности.

После назначения В. В. Путина начальником Контрольного управления состоялась вторая волна приема на работу в управление сотрудников из г. Санкт-Петербурга. Принимались они на достаточно высокие должности, и у меня с ними сразу, благодаря И. И. Сечину, выстроились нормальные рабочие отношения.

На начальном этапе это происходило примерно так. Выходит новый сотрудник на работу, ко мне в кабинет (а мне уже выделили отдельную комнату после назначения на должность зам. начальника управления — начальника отдела) заходит И. И. Сечин с новым питерским сотрудником, знакомит и просит на начальном этапе взять над ним шефство и научить премудростям контрольной работы.

Как я понимаю, мои «подвиги» в делах с Б. А. Курковой, А. Б. Чубайсом произвели на питерскую команду впечатление, и мой профессионализм в контрольной деятельности вызывал уважение.

Мой коллега по должности из другого управления С. Е. Фомичев в мягкой форме просит предварительно согласовывать с их управлением некоторые документы

В процессе проведения контрольных мероприятий мне лично часто приходилось встречаться с аудиторами Счетной палаты России. Многие проверки пересекались, и мы официально или в рабочем порядке обменивались эпизодами по проверкам и выявленными нарушениями. Я достаточно хорошо изучил федеральный закон «О Счетной палате Российской Федерации», и на меня произвело впечатление, какими правами она наделена, и особенно руководство Счетной палаты и ее аудиторы.

В мае 1997 года заканчивался срок избрания (6 лет) у двух аудиторов Счетной палаты по линии Совета Федерации и был объявлен конкурс на замещение этой должности. Желающих занять такую важную, высокооплачиваемую (оклад приравнен к федеральному министру) и дающую иммунитет от судебного преследования должность нашлось много, около 14 персон. И совершенно неожиданно для себя я решил тоже поучаствовать в конкурсе.

Первое, что я сделал для реализации своего плана, — пошел к начальнику Контрольного управления и посоветоваться, и получить разрешение. В. В. Путин удивился: «Зачем это, здесь вроде все идет нормально, и перспектива роста неплохая есть».

Я объяснил, что уходить из Контрольного управления не собираюсь. Просто потренируюсь выступать в публичном поле, может, в жизни это потом когда-нибудь пригодится. Пообещал, что на качестве и сроках выполнения контрольных мероприятий это не скажется. В результате я получил согласие на участие в выборах аудитора и пошел оформлять необходимые документы для представления их в комитет по бюджету Совета Федерации. А этот разговор Владимир Владимирович запомнил, что в свое время радикально повлияло на мою профессиональную биографию.

В Совете Федерации бюджетный комитет возглавлял Константин Алексеевич Титов, губернатор Самарской области. К нему я и направился с подготовленными документами. Мой визит, после того как я объяснил его цель, вызвал явное замешательство. «У нас же есть кандидаты, которые поддерживает Администрация Президента России, что, ситуация изменилась?» — последовал мне вопрос. Я объяснил, что это моя личная инициатива, но с руководством Контрольного управления она согласована.

Константин Алексеевич честно сказал, что я со своей инициативой создаю сразу много проблем по выборам аудиторов и ему лично, как ответственному за процесс выборов достойного аудитора. Отказать в приеме от меня заявления по действующему регламенту он не может, но запустит документы в работу только если Представитель Президента в Совете Федерации даст на это согласие.

Пришлось нанести визит полномочному Представителю Президента в Совете Федерации Анатолию Яковлевичу Сливе. Его кабинет был совсем рядом с кабинетом К. А. Титова на 2 этаже здания Совета Федерации. Пришлось повторить все сначала о цели моего участия в выборах аудитора, но и добавить, что я К. А. Титову не сказал, — не собираюсь побеждать на выборах и дальше буду работать в Контрольном управлении.

Мне сразу было заявлено, что это тогда меняет дело. Основная кандидатура, которая согласована на всех уровнях власти, это В. Г. Пансков, и задача — обеспечить его победу в выборах. Нужно провести необходимые консультации в Администрации Президента России, и, наверное, мне разрешат участие в выборах. А. Я. Слива попросил позвонить ему завтра, и он скажет о решении.

Основной претендент на победу в выборах Владимир Георгиевич Пансков был мне хорошо знаком и обладал уникальной биографией. А познакомились мы во время проверки проведения залоговых аукционов, в его кабинете в Минфине России, министром которого он был в это время. Тогда на мои вопросы, почему Минфин России послушно выполняет все требования консорциума банков, организаторов проведения залоговых аукционов, В. Г. Пансков смущенно улыбнулся и сказал: «На все воля всевышнего». Из анализа финансовых документов уже тогда было ясно, что без соглашательской позиции Минфина России проведение залоговых аукционов было бы невозможно, и решение министра имело для банкиров важное значение.

Теперь немного о профессиональной биографии В. Г. Панскова. До распада СССР постоянно работал в Минфине СССР, в марте 1992 года назначен первым заместителем руководителя Госналогслужбы РФ, арестован в феврале 1993 года, уголовное дело было прекращено 25 июля 1994 года «за отсутствием состава преступления». Еще до прекращения уголовного дела в апреле 1994 года назначен руководителем Комитета по бюджету и финансам Госдумы, а в мае того же года уже в Администрации Президента России на должность первого заместителя начальника финансово-бюджетного управления. И наконец с 4 ноября 1994 года — министр финансов России и член Совета безопасности. На момент выборов аудитора занимал должность первого заместителя министра экономики. Не буду описывать причины ареста В. Г. Панского. Кому интересно, найдите статью А. Хинштейна в «Московском комсомольце» за 6–7 августа 1997 года «Скелет из Белого дома».

Согласие на участие в выборах аудитора я получил, но Анатолий Яковлевич Слива просил меня вести себя скромно и случайно не оказаться на первом месте по результатам выборов. Было назначено заседание бюджетного комитета, на котором все 15 кандидатов должны были выступить, рассказать о себе, объяснить, зачем хотят стать аудитором, и ответить на вопросы членов комитета. Но к моменту заседания комитета в списке кандидатов осталось только 7 персон, включая меня. Остальные или просто сняли свои кандидатуры, или не прошли проверку по требованию к документам, подробности мне были неизвестны.

Я к своему выступлению особенно не готовился, биография у меня была неплохая. Самое интересное — это, конечно, было отвечать на вопросы членов комитета. Моя кандидатура, естественно, по моему месту работы вызывала особый интерес. На вопрос «Зачем идете в аудиторы?» отвечал стандартно: «Увидел перспективу дальнейшего карьерного роста и решил попробовать». На реплику, что у меня нет опыта контрольной работы в области финансов, решил устроить маленькую провокацию. На заседании бюджетного комитета присутствовали все кандидаты в аудиторы, включая В. Г. Панского. Ответ мой был такой: «Мне пришлось проводить много различных проверок, в том числе финансовых МВЭС, ГКУ, лично проверял и как проводились залоговые аукционы, по-моему, неплохо получилось. Думаю, Владимир Георгиевич подтвердит, как ему непросто пришлось как министру финансов при проведении проверки». Все посмотрели на него. Он улыбнулся, ничего не сказал, но закивал головой, как бы в подтверждение.

Заседание Совета Федерации, один из вопросов повестки дня которого звучал как «Выборы аудитора», было назначено на 3 июля 1997 года. Всем кандидатам, включая меня, предстояло выйти на трибуну и в течение 5–7 минут выступить с «программной» речью, задавать вопросы не планировалось. Я, конечно, немного волновался — не за результат голосования, а за сам процесс выступления с «высокой» трибуны перед губернаторами и председателями законодательных собраний регионов, именно они были членами Совета Федерации. Многие из них находились в оппозиции в действующему Президенту России, и моя работа в Контрольном управлении могла вызвать отрицательную реакцию.

Но обошлось, я рассказал, что хорошо представляю работу Счетной палаты и ее аудиторов, похвалил их результативные контрольные проверки, которые в Контрольном управлении используются.

Заверил, что имеющийся у меня опыт контрольной деятельности, если я окажусь в Счетной палате, будет использован в контроле эффективного использования бюджетных средств. После выступления всех кандидатов состоялось тайное голосование членов Совета Федерации. Чтобы стать аудитором, надо было набрать больше 50 процентов голосов от присутствующих «сенаторов». В. Г. Пансков сразу при первом голосовании получил нужный процент и был выбран аудитором. Все остальные набрали меньше 50 процентов, я по результату занял неожиданно третье место. Выборы второго аудитора Совет Федерации отложил на следующее заседание 4 июля.

Вернувшись на Старую площадь, я узнал, что готовится делегация Контрольного управления в Китайскую Народную Республику, и я включен в состав делегации. Утром, до заседания Совета Федерации, я посетил председателя бюджетного комитета и написал заявление, что снимаю свою кандидатуру с выборов аудитора, и это явно обрадовало К. А. Титова. Определенный опыт выборов и участия в процедурах Совета Федерации я получил, и мне этого было достаточно. Мысли были уже о другом, о поездке в Китай.

Готовился визит Президента России в Китай, и Администрация начала активно налаживать отношения с аналогичными структурными подразделениями в этой стране. Разница была только в том, что у нас эти подразделения были при Президенте России, а у них — при Центральном Комитете Компартии Китая. Правда, мы тоже сидели в зданиях, совсем недавно принадлежавших ЦК КПСС, да и вся обстановка помещений и порядки в них не сильно изменились в тех времен. Делегация Контрольного управления направлялась в Китай по приглашению высшего контрольного органа Китая при ЦК Компартии. Были определены две цели нашей поездки — ознакомиться с опытом работы наших коллег в Китае и деятельностью свободных экономических зон (СЭЗ).

СЭЗ в Китае начали создавать начиная с 1980 года в рамках политики «открытых дверей». Цели создания были обозначены и неукоснительно выполнялись, что позволило почти сразу получить отличные результаты. Вот эти основные цели: привлечь иностранный капитал, овладеть современным опытом управления сложными предприятиями, перенять новейшие технологии и разработки, подготовить национальные кадры. С 1992 года Китай стал создавать высокотехнологические свободные экономические зоны, именно их нашей делегации и предстояло посетить.

Состав делегации получился солидный. Возглавил ее первый заместитель начальника Главного контрольного управления Игорь Юрьевич Рыбаков, членами делегации были определены начальник организационного управления Леонид Викторович Савин, заместитель начальника управления — начальник отдела контроля органов государственного управления Александр Николаевич Семиколенных, два начальника окружных инспекций ГКУ, Московской и Дальневосточной (в состав ГКУ входят окружные инспекции, расположенные в разных городах России, ответственные за контроль на определенных территориях), представитель управления внешних связей ГКУ.

Визит нашей делегации был организован принимающей стороной на самом высоком уровне. Встретить нас китайские товарищи решили прямо в салоне самолета, сразу после приземления. Пришли в салон самолета с цветами по специально для них поданному трапу, с ними были и представители нашего посольства. Я больше таких встреч делегаций прямо в самолете нигде не видел. В зале официальных делегаций был накрыт стол с закусками и напитками. Гостиница была, естественно, 5 звезд в центре Пекина. Делегации был выделен специальный транспорт с сопровождением подразделений Министерства общественной безопасности. На всех мероприятиях помогали в работе два переводчика от нашего посольства и от принимающей стороны.

Не буду утомлять читателя спецификой обсуждаемых за круглом столом вопросов контрольной деятельности. Ясно было одно: полномочий у контрольного органа Китая, по сравнению с нами, значительно больше. Нет закрытых для них объектов контроля, во всех важных для страны объектах, включая, например, и крупные торговые центры, на постоянной основе работают их представители. Если потом на объектах выявятся какие-то нарушения, они несут солидарную ответственность с руководством предприятия. Были приведены примеры и расстрела за особо крупные нарушения или взятки. Как и раньше в СССР, нарушители несут двойную ответственность за свою деятельность, административную и партийную.

Торжественная встреча в ЦК Компартии Китая

По вечерам, пока мы жили в Пекине, нам была организована интересная культурная программа. Это в основном музыкальные спектакли, концерты, язык, естественно, китайский, но исполнение было отличное, интересно просто смотреть и слушать. Конечно, была и подробная экскурсия на площадь Тяньаньмэнь с посещением Запретного города.

В последний день пребывания в Пекине организаторы вспомнили, что у нас совсем не было в эти дни свободного времени, а члены делегации, наверное, хотят приобрести подарки для своих близких. Было предложено подвезти нас к одному из хороших торговых центров и помочь в приобретении подарков, мы согласились, не предполагая, как это будет исполнено китайскими товарищами. А все это оказалось очень удивительно, как и встреча делегации в салоне самолета.

Торговый центр оказался оцеплен по периметру, и все покупатели были из него удалены. В самом центре с огромными торговыми залами, занимающими четыре этажа, все продавцы стояли по стойке смирно на своих рабочих местах. Руководители встречали нас на первом этаже, потом сопроводили в отдельную комнату, где был накрыт стол, и предложили перекусить, попить чаю, а они расскажут нам об организации торговли в Китайской Народной Республике. Доклад директора с цифрами товарного оборота и подробной информацией, как выстроена логистика поставки товаров, занял чуть меньше часа.

Нам предложили задавать вопросы, которых, к сожалению организаторов, у нас не оказалось. Директор тогда сказал — приступим к покупке подарков. Мы выделим каждому члену делегации сопровождающего для поиска нужного товара, и представители дирекции тоже будут вас сопровождать. Получилась довольно забавная и глупая ситуация. Как только мы вышли из комнаты, где заседали, ко мне подходит прикрепленная девушка, действия которой контролирует еще и уполномоченный работник дирекции, и на китайском языке спрашивает, что я хочу купить. Переводчики мечутся между членами делегаций и готовы переводить наши желания. Но мы вообще еще не видели прилавки и не представляем, что там продается. Решили пока пройтись по залам магазина.

Но я сразу понял, что от этого толку не будет, надо давать конкретное задание. Я сформулировал его так: мне надо для жены что-нибудь из нарядов, но с китайской спецификой. Не знаю, как эту фразу перевел китайский переводчик, но прикрепленная девушка заулыбалась, уверенно повела меня на второй этаж, где торговали женской одеждой, и разложила передо мной несколько шелковых халатиков с разными орнаментами китайской символики. Все продавцы этого зала, человек пять, столпились вокруг меня и давали какие-то советы.

Переводчика рядом не было, и я, чтобы прекратить этот кошмар, указал на понравившийся мне по расцветке халат и сказал: «Этот». Конечно, надо было бы посмотреть и размер, но хотелось побыстрее все закончить. Халат торжественно упаковали в красивую красную коробку, помогли мне произвести оплату наличными в кассе, а прикрепленный представитель дирекции вручил еще один пакет с сувенирами и проводил к машине. По приезду домой халатик оказался немного маловат по размеру, и к нему отсутствовал поясок, для которого даже петли были сделаны. Но как сувенир он безусловно долго напоминал мне и жене о Китае.

Перед отъездом из Пекина был подписан договор о сотрудничестве Контрольного управления и Комитетом контроля при ЦК Компартии Китая.

Через три дня мы расстались с Пекином, и начались визиты в свободные экономические зоны Китая. Я не буду перечислять их названия, а только опишу общие впечатления от этих посещений. СЭЗ очень напомнили мне наши ЗАТО, созданные еще в СССР. Только между ними, кроме закрытой для всех внешних граждан территории и управлением внутри по своим законам, была огромная зеркальная разница. Основное отличие: все ЗАТО были созданы в интересах оборонного комплекса, а СЭЗ — для производства самой современной по мировым меркам гражданской продукции.

Процедура подписания договора о сотрудничестве

Но все по порядку. Территория СЭЗ полностью изолирована от внешнего мира, огорожена по периметру, охраняется, въезд и проход через контрольные пункты по пропускам. Все СЭЗ построены в основном за счет средств иностранного капитала, это корпорации с мировым именем, и все производство управляется по их законам и специальной дирекцией, созданной инвесторами зоны. Китай в СЭЗ представлен специально назначенным представителем, имеющим свой небольшой административный аппарат. Его задача — следить, чтобы на территории СЭЗ соблюдались законы, определенные законодательством Китая для СЭЗ, а внешние, для зоны, органы власти Китая не мешали деятельности СЭЗ, тем более не пытались внести коррупционные составляющие в ее деятельность.

После прибытия на территорию зоны нам никаких экскурсий не устраивали, а контакты были только с ответственным представителем Китая в его офисе. Представитель рассказывал нам, кто инвестировал и создал эту зону, какая продукция производится, какие проблемы возникают. Но члены нашей делегации плохо представляли китайское законодательство по СЭЗ, начинали задавать много вопросов и в конце концов нам просто прочитали лекцию с основными политическими принципами создания подобных зон и что от этого получает Китай.

Вот что мне удалось запомнить из этой лекции. Чтобы привлечь иностранных инвесторов, земля под СЭЗ передается им в собственность бесплатно и бессрочно, налогов (включая таможенные платежи) практически никаких зона и иностранные работники их не платят. А вот какие требования предъявляются при создании СЭЗ. В зоне должна производиться продукция по самым современным технологиям и на новейшем, по его параметрам, оборудовании. Продукция должна быть конкурентная на мировом рынке и вся реализовываться за пределами Китая. При этом на изделиях должна стоять метка «сделано в Китае», и вся продукция СЭЗ учитывается в разделе экспорта Китайской Народной Республики.

При наборе персонала установлено требование, что не менее 50 процентов рабочих и среднего состава руководителей должны быть граждане Китая. Все работники СЭЗ, включая китайских граждан, должны проживать на территории зоны, им предоставляются жилые помещения и медицинское обслуживание. Покидать СЭЗ можно только при поездке в отпуск и по специальному разрешению в случае личных чрезвычайных обстоятельствах.

Нам было немного удивительно узнать некоторые особенности создания зон. Например, как это такое большое количество земли передается под зону в вечное пользование и бесплатно. С улыбкой представители Китая в зонах объясняли: «Это наша земля, и она здесь с нами и никуда не ушла. За счет СЭЗ у нас огромный внешнеторговый оборот, наши товарищи в зонах работают на современном оборудовании, имеют доступ к современным технологиям, осваивают новые для нас методы управления. Все это достаточно быстро находит применение на наших предприятиях, отработана система передачи полученных знаний. А если что случится непредвиденное, земля вместе с предприятиями и построенной инфраструктурой быстро вернется стране, есть много способов».

Между посещениями СЭЗ и по вечерам нам устраивали экскурсии в местные музеи китайского быта (типа наших краеведческих музеев) и товарищеские ужины или обеды. Пришлось учиться есть палочками, пить знаменитую китайскую водку байцзю, особенно понравились круглые крутящиеся столы, вмонтированные в основной стол, тоже круглый, за котором сидят участники обеда. На вращающийся стол ставят блюда, предусмотренные программой или меню, но, естественно, постепенно, по мере опустошения тарелок. Очень удобно: выберешь еду, которая тебе понравилась, крутишь стол, пока она не окажется перед тобой. Главное — всем участникам обеда быть внимательными и не крутить стол всем вместе, особенно после дружеского скандирования китайскими товарищами «пей до дна».

После СЭЗ нам осталось посетить еще один объект, учебный центр Комитета партийного контроля Китая, который был расположен в живописной лесной местности, достаточно далеко от других населенных пунктов. Ехали на микроавтобусе долго, часа три, приехали уже в темноте, где-то примерно около 22.00. Быстро нас разместили по отдельным комнатам гостиницы для учащихся, но предупредили, что можем в течение 30 минут привести себя в порядок, а дальше будет одно мероприятие.

Начало рабочего обеда после посещения СЭЗ

Мы решили, что это, наверное, ужин, и после него можно и лечь спать, что-то мы устали с дороги. Но опять, как и с торговым центром, недооценили изобретательность китайских друзей. Вначале нам устроили длительную экскурсию по учебному центру. Показывали полностью компьютеризованные учебные классы, очень большую библиотеку с электронным каталогом, спортивные залы и тренажерные залы, огромный бассейн, наверное, метров в сто длиной. Рассказали, как организован учебный процесс, мы с удивлением смотрели на часы, уже полночь приближалась, а нас еще не покормили. Было странно, что когда нам показывали учебный центр, постоянно попадались красивые молодые китаянки, явно празднично одетые.

И наконец ровно в 24.00 нас пригласили в красиво оформленный зал, с большим экраном, играла музыка. Но попросили пройти через зал в следующую комнату, где был накрыт стол, стояло много всего вкусного, включая бутылки с алкоголем, они размещались на отдельном столике. За столом, кроме нас, членов делегации, находились и руководители учебного центра. Банкет обслуживали официанты. Час прошел за столом с обоюдными тостами, ужин оказался совсем не слабым. Мы еще не все попробовали из выставленного на столе, когда начальник учебного центра встал и всех пригласил вернуться в тот зал, через который мы раньше проходили.

Ужин в учебном центре

То, что мы там увидели, поразило: вдоль всего зала по периметру стояли стулья. У одной стены сидели красавицы-китаянки, их было человек 15, вдоль другой стены, напротив девушек, разместили нас. В центр зала вышел юноша-китаец, хорошо говорящий на русском языке, и объявил, что сейчас будут танцы, а потом конкурс русской песни, соревнуются две команды: российская делегация и команда учащихся учебного центра.

Мы, честно говоря, не знали, что и делать. Обсудить не было возможности. Сразу громко включили танцевальную музыку, девушки рванули к нам, каждого пригласив на танец, танцевали и руководители учебного центра. Выяснилось, что с нами танцуют девушки, знающие русский язык, и у них явно были для нас заготовлены вопросы, чтобы в танце было о чем поговорить. Танцы оказались не самым страшным испытанием, главные приключения были еще впереди. Некоторые члены делегации пытались уклоняться от очередного танца, но девушки были очень настойчивые, и, похоже, у них имелось задание каждой потанцевать со всеми членами делегации. Последний танец был общим, встали в круг и под какую-то китайскую мелодию делали плавные движения, немного раскачиваясь в такт музыке.

Пошел уже второй час ночи, когда было объявлено соревнование по пению. До этого, после танцев, нас угостили чаем, кофе, и было провозглашено еще два тоста под китайскую водку. С пением произошла полная катастрофа нашей команды. Выглядело соревнование так: звучало музыкальное сопровождение песни, а ее текст выводился последовательно на экран. Китайские девушки явно репетировали перед нашим приездом, и у них все получалось прекрасно, русские песни звучали с небольшим китайским акцентом, очень душевно, и их было приятно слушать.

У нас же петь мог только один член делегации, руководитель московской окружной инспекции Владимир Иванович. Он и слова знал, и обладал сильным приятным голосом. Остальные члены делегации только открывали рты, да и текст на экране слабо помогал попасть в ритм музыки. После третьей песни в нашем исполнении руководитель делегации сказал жестко: «Хватит! Сейчас Владимир Иванович один споет вам гимн Москвы «Москва златоглавая» (тогда он только появился), и будем завершать». Исполнение было прекрасным, девушки даже пытались подпевать, и нам за эту песню присудили первое место.

Потом мы вернулись к столу, предварительно поблагодарив девушек за прекрасно проведенную ночь. Допили китайскую водку, разбились по парам и интересам с руководителями китайского учебного центра. Я, например, пошел с кем-то из заместителей руководителя центра играть в настольный теннис и даже умудрился выиграть матч из пяти партий. Легли мы спать где-то в 4 часа.

В этот день нам надо было уже улетать. Встали мы только к обеду, членам делегации еще показали огромную территорию учебного центра, с красивом парком, с озерами. В общем, учиться в таком центре, где повышали свою квалификацию китайские контролеры, было, безусловно, прекрасно. Мы поблагодарили китайских коллег за радушный прием и выехали в аэропорт. В Москву вернулись без приключений.

Российская делегация поет гимн Москвы

Но экономическое положение в стране продолжало ухудшаться, и где-то в ноябре 1997 года была назначена расширенная коллегия Минфина с приглашением руководителей ведущих министерств для обсуждения «как жить дальше». Коллегию должен был проводить А. Б. Чубайс, как первый заместитель Председателя Правительства РФ и министр Минфина. При этом местом проведения был определен актовый зал Администрации Президента России на Старой площади в Ипатьевском переулке. Я планировал, как обычно, посетить эту коллегию, начало которой было назначено на 11.00, и утро этого рабочего дня я начал на своем рабочем месте.

Где-то в 10.00 раздался звонок прямой связи с приемной начальника Контрольного управления, но на связи оказался не секретарь, а сам Владимир Владимирович. Он высказал пожелание посетить расширенную коллегию Минфина России и попросил взять его с собой (!!!), когда я пойду на коллегию. Договорились встретиться у нашего подъезда в 10.30.

Игра в настольный теннис в 4 утра!

Встретились, пошли вдвоем к Никитникову переулку, мимо Троицкой церкви, обсуждая текущие дела Контрольного управления. У здания, занимаемого Управлением делами Президента, Владимир Владимирович тепло поздоровался с неизвестным мне мужчиной. Он нас познакомил, это оказался Дмитрий Николаевич Козак. Времени до начала коллегии было не много, и мы быстрым шагом пошли дальше. По пути было сказано несколько слов о Дмитрии Николаевиче как об очень толковом перспективном работнике, юристе.

У здания, где должна была проходить коллегия, собралась огромная толпа, вход был перекрыт сотрудниками Федеральной службы охраны, явно кого-то ждали из высоких персон. Я предложил достать наши удостоверения и по ним пройти в здание. Владимир Владимирович сказал: «Не надо, подождем со всеми».

Минуты через три приехал Анатолий Борисович Чубайс, гордо прошел в здание, и через минуту разрешили пройти всем остальным. В самом зале заседания опять возникли проблемы с проходом. Нижние первые ряды были отгорожены канатом под охраной молодых людей, похоже, сотрудников Минфина. Я сказал: «Идем вперед уверенно»» — у канатов нас пытались остановить, сказали, что это места только для членов коллегии. Я нагло ответил: «А мы кто?» — плечом оттер юношу, поднял канат, пропустил Владимира Владимировича и прошел за ним. Сели на первый ряд в самом центре.

Скоро началась коллегия, на сцену за стол президиума вышли А. Б. Чубайс, А. Л. Кудрин, другие заместители министра финансов, приглашенные руководители министерств. И тут Чубайс и Кудрин увидели Путина и стали энергично звать его в президиум. Но он категорично отказался. Сказал мне, что послушает доклад Чубайса и уйдет, провожать его не надо. А мне было велено всех послушать и потом ему доложить, чем все это закончится. В дальнейшем все так и произошло, уже без проблем.

Почти сразу после этой коллегии руководством Контрольного управления было принято решение регулярного присутствия на заседаниях Правительства РФ представителя Контрольного управления. Этим представителем назначили меня, были подготовлены необходимые для этого письма в Белый дом. Материалы к заседаниям Правительства РФ стали регулярно заранее присылать в Контрольное управление, я с ними предварительно знакомился, а на самих заседаниях Правительства больше внимания уделял самому процессу обсуждения и возникающими иногда противоречиям по принимаемым решениям министров с Председателем Правительства РФ и его заместителями. После участия в таких заседаниях я обычно устно докладывал начальнику Контрольного управления. А если были какие-то интересные моменты в части деятельности Контрольного управления, мне давалась команда подготовить соответствующую служебную записку, и она рассылалась по принадлежности внутри управления.

У меня был еще один источник важной информации, который я активно использовал в работе при планировании контрольных мероприятий и подготовке различных справок по поступающим в контрольное управление поручениям. Этим источником было Экспертно-аналитическое управление Генерального штаба Вооруженных Сил РФ, которое возглавлял генерал-лейтенант Алексей Юрьевич Савин. Я с ним познакомился на одной из дружеских вечеринок с моими друзьями. А. Ю. Савин был женат на родной сестре моего друга Вячеслава Владимировича Бундула и иногда принимал участие в наших встречах.

Между нами установились дружеские отношения, которые переросли потом в деловые контакты. Я по его просьбе делился информацией с моей оценкой происходящих процессов в России, опираясь на результаты проведенных проверок. А Алексей Юрьевич снабжал меня некоторыми аналитическими материалами его управления с анализом экономического положения в стране, в банковской деятельности, положения дел в конкретных министерствах, ведомствах. Самые интересные материалы я докладывал В. В. Путину, и часто он оставлял их себе для дальнейшей работы. При этом, по принятым мною принципам не иметь тайн от руководства, я раскрыл источник получения подобных материалов.

Год 1998 начался без надежды на улучшение социально-экономического положения в стране. Продолжался рост цен, оставались многомесячная задолженность по заработной плате, невыплата пенсий и пособий. Особенную силу набрали шахтерские протесты. Был заблокирован Транссиб, другие основные железнодорожные артерии. Появились пикеты забастовщиков и прямо у Белого дома, на Горбатом мосту. Правительство во главе с самым молодым в истории Председателем Правительства России Сергеем Владиленовичем Кириенко явно оказалось не готовым спасать страну. Уже в начале года, до отставки Правительства В. С. Черномырдина, резко упала дисциплина с исполнением указов и поручений Президента России. При этом на письма Администрации Президента России, что сроки прошли, а результата нет, даже отписки перестали поступать.

Особенно катастрофически положение дел выглядело с поручениями по линии первого вице-премьера Бориса Ефимовича Немцова, отвечающего в правительстве за социальное развитие и контроль за работой естественных монополий. Руководство Контрольного управления решило пока никаких официальных документов по этому вопросу не готовить, а поручить мне встретиться с Б. Е. Немцовым и выяснить причину низкой исполнительской дисциплины по его направлениям деятельности. Была достигнута договоренность, что он меня примет в своем кабинете в Белом доме, назначены дата и время.

Для меня была подготовлена подробная справка со всеми не исполненными поручениями Президента России, сроки выполнения которых прошли. В назначенное время я вошел в приемную Б. Е. Немцова. Там меня встретили три девушки, молодые, высокие, симпатичные. Сказали, что Бориса Ефимовича еще нет, мне надо немного подождать и попить с ними чая или кофе. Я не отказался. Примерно минут через 30 меня пригласили в кабинет. При этом хозяин кабинета через приемную не проходил, наверное, был другой, отдельный вход в кабинет.

За время моего нахождения в приемной я удивился спокойной обстановке. Редко звонил телефон, почти никто не заходил. Был огромный контраст с обстановкой в приемных руководителей Минрадиопрома СССР. Там был настоящий «муравейник» людей и телефонных звонков. Здесь же ощущались тишь и благодать, девушки негромко обсуждали свои проблемы.

В огромном кабинете Борис Ефимович сидел за своим рабочим столом. Пригласил меня присесть за приставной к его столу столик, ответил устно на мое приветствие, из-за стола не вышел и поздороваться, и сесть напротив меня, как обычно принято. Но, наверное, я еще должностью не вышел, чтобы со мной так общаться.

Спросил, чем вызван мой визит к нему. Я коротко объяснил и передал соответствующую справку. Он быстро ее просмотрел, поднял трубку прямой связи с секретариатом и велел посмотреть, «что там у нас творится с поручением…», назвал номер поручения из справки на первой строчке. Дальше мне было объяснено, что экономическое положение в стране непростое, ему приходится в ручном режиме решать многие вопросы, и у него и у сотрудников аппарата нет времени на наши бюрократические бумажные заморочки. В это время позвонила секретарь и, похоже, сказала, что она пока не может найти информацию по выполнению соответствующего поручения. Он ответил: «Ладно, потом найдешь», — и повесил трубку.

Велено было справку оставить: «Мы попробуем разобраться, что вы там написали. А поручения Президента России я все выполняю и докладываю ему об этом лично».

Это, конечно, была ключевая фраза, из которой все стало ясно. Мне оставалось только сказать «до свидания» и уйти.

В этом же 1998 году неожиданно московской прокуратурой было возбуждено дело против главного исполнителя залоговых аукционов и приватизации в целом Альфреда Коха. Причиной уголовного дела, которое условно называлось книжным, был гонорар, полученный А. Кохом в 1996 году в размере 100 тысяч долларов. По заключенному им контракту со швейцарской фирмой «Сервина трейдинг» он должен был написать книгу о приватизации в России, а по состоянию на 1998 год такая книга не была издана. А. Кох уверял следователей, что он указанной фирме продал свою написанную рукопись книги, но подтвердить это фактами или представить копию рукописи не смог. И следствие обвиняло его в получении таким образом взятки.

Мне представляется, что возбуждение уголовного дела преследовало более дальнюю цель — разобраться во всей приватизации в целом и попытаться признать ее незаконной. Но для этого следователи московской прокуратуры должны были обладать определенным уровнем экономических знаний и хорошо ориентироваться в законодательстве России. Но этими качествами они явно не обладали и заданного результата (интересно кем) добиться не могли.

Постараюсь показать это на конкретном примере эпизода в работе Контрольного управления. В апреле 1998 года начальнику Главного Контрольного управления В. В. Путину приходит письмо от заместителя начальника отдела по расследованию преступлений в сфере экономики и должностных преступлений прокуратуры г. Москвы В. В. Иткина. Письмо в первую очередь вызвало удивление и даже смех нашего руководства. Было очевидно, что в прокуратуре плохо представляют законодательные основы работы Президента России и подразделений Администрации Президента.

Письмо состояло из трех абзацев. В первом сообщалось, что прокуратурой расследуется уголовное дело в отношении бывшего Председателя Госкомимущества РФ А. Р. Коха, возбужденное по признакам преступления, предусмотренного ст. 285 УК РФ. Пояснение — эта статья о злоупотреблениях должностными полномочиями.

Во втором абзаце письма прокуратура запросила у нас заверенные (!) копии Указов Президента России № 889 от 31.08.95 «О порядке передачи в залог акций, находящихся в федеральной собственности» и № 986 от 30.09.95 «О порядке принятия решений об управлении и распоряжении находящимися в федеральной собственности акциями».

Как можно прокомментировать эту часть письма? Во-первых, явно автор не понимает разницы между государственными актами (в данном случае Указами Президента России) и документами обычных субъектов хозяйственной деятельности. Для них что указ Президента, что приказ по какому-нибудь предприятию, все едино. Во-вторых, запрошенные указы явно не относятся напрямую к «книжному» уголовному делу. В письме про книгу и не упоминается.

И, наконец, в третьем абзаце письма тоже содержится достаточно безграмотная юридически просьба: «Прошу Вас сообщить также, принимались ли вверенным Вам Управлением какие-либо решения во исполнение Указа № 986 по результатам проведения залоговых аукционов, в частности, по продаже залогового пакета акций РАО «Норильский никель». Если такие решения (?) имеются, прошу представить их заверенные копии в прокуратуру города».

Этот абзац, и особенно упоминание «Норильского никеля», только подтверждает, что у возбужденного по факту неиздания книги уголовного дела были совсем другие цели.

В Контрольном управлении было принято решение подготовить «спокойный» ответ, не касаясь юридических неточностей письма. Готовить ответ было поручено мне, как руководителю всех проверок, проведенных по упомянутым в письме указам.

Смысл ответа был следующий. Проверки по указам проводились. Все материалы проверки по залоговым аукционам были направлены в Генеральную прокуратуру 1 февраля 1996 года (указан исходящий номер), с ней и взаимодействуйте.

По указу № 986 проверка была. Материалы направлены в Правительство РФ, был ответ от Госкомимущества России. Копии всех материалов прилагаем.

И в конце маленький «ликбез». «Одновременно сообщаю… порядок опубликования и вступления в силу нормативных актов Президента Российской Федерации установлен Указом Президента Российской Федерации от 23 мая 1996 г. № 763 «О порядке опубликования и вступления в силу актов Правительства Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти». Копии запрошенных вами указов прилагаются с указанием источников их публикаций».

Больше в Контрольное управление Московская прокуратура не обращалась. В конце апреля 1998 года правительство В. С. Черномырдина было отправлено в отставку, и возглавить новое Правительство Б. Н. Ельцин поручил С. В. Кириенко. Государственная Дума только с третьего раза дала согласие на его назначение Председателем Правительства РФ. Когда был объявлен новый состав правительства, меня удивило, что в его составе остался и Б. Е. Немцов, при этом он стал отвечать в новом правительстве за финансово-экономическую политику. Результат его деятельности можно было предсказать, но что это произойдет так быстро я не ожидал.

Правительство Кириенко начало сразу проводить экономические реформы либерального курса. Но обстановка в стране к этому не располагала. Произошло резкое снижение экспортных цен на нефть до 9 долларов за баррель, что привело к удорожанию обслуживания государственного долга и нестабильности на финансовых рынках. Ресурсов для выплаты внешних долгов не оказалось, а средств федерального бюджета не хватало даже на исполнение текущих обязательств государства перед бюджетниками.

В начале августа российские валютные бумаги обесценились, полностью отсутствовал спрос на ГКО (финансовая пирамида государственных краткосрочных облигаций), и коммерческие банки оказались перед угрозой банкротства, частный сектор экономики был не в состоянии вернуть долларовые кредиты. Кириенко решил спасти коммерческие банки и госбюджет от разорения, которое вызвала бы расплата по ГКО, и решил объявить дефолт (временный отказ от выплаты долгов).

Когда было объявлено о дефолте (17 августа 1998 года), курс рубля рухнул почти в три раза, среди населения началась паника. Все бросились забирать вклады из банков, скупать валюту на наличные рубли. Возвратить вклады всем желающим банки, естественно, не могли, обменные пункты быстро закрылись из-за отсутствия валюты. Правительство Кириенко было отправлено в отставку. Кроме дефолта, на решение Б. Н. Ельцина повлияло и то, что Правительство еще 14 августа 1998 года уверяло его (уж не Б. Немцов ли?), что девальвации не будет, что все просчитано и находится под контролем, и Президент России публично об этом сообщил гражданам России.

Я продолжал в 1998 году следить за деятельностью Счетной палаты России. В марте ее Председатель Х. М. Кармоков прислал в Администрацию Президента России приглашение на международный семинар «Отношения между высшими федеральными и местными региональными контрольно-ревизионными органами». Было принято решение на семинар отправить меня, как «главного специалиста по Счетной палате». Соответствующее письмо в Счетную палату было подписано В. В. Путиным (приложение № 3).

После участия в двухдневном семинаре я подготовил подробную записку В. В. Путину, приложив тексты основных докладов руководителей Счетной палаты Х. М. Кармокова и Ю. Ю. Болдырева. В докладной записке отметил, что в семинаре участвовали руководители счетных палат Великобритании, Германии, Франции и региональных Счетных палат России. Указал, что основной целью семинара, по моему мнению, являлось желание Счетной палаты России укрепить свое влияние в субъектах Российской Федерации, как путем создания своих территориальных органов, так и путем заключения соглашения о сотрудничестве с аналогичными контрольными органами областей, краев, республик.

Были мною и сформулированы предложения по политике взаимодействия Администрации Президента России и Счетной палатой России. Основных предложений было два. Статья 10 Федерального закона «О Счетной палате Российской Федерации» предусматривает, что обязательному рассмотрению при формировании планов и программ работы Счетной палаты подлежат запросы Президента Российской Федерации. Представляется возможным использовать эту категорию закона в адресных случаях. Например, при проверке целевого использования бюджетных средств в определенных субъектах Российской Федерации (допустим, «красного пояса», в регионах, конфликтующих с федеральным центром, и т. д.). Возможно использование потенциала Счетной палаты и на федеральном уровне в особых случаях.

При налаживании рабочих отношений со Счетной палатой, с частичной компенсацией излишней активности в этом направлении Государственной Думы, необходимо учитывать и кадровый вопрос. В 1999–2000 годах будут проходить перевыборы всего руководства Счетной палаты и большинства из двенадцати аудиторов.

Как показали последующие события, связанные со Счетной палатой, мои предложения оказались не напрасными.

Глава 10. РАО «ЕЭС России» — постоянные проблемы

За все время моей работы в Контрольном управлении приходилось заниматься проблемами, которые возникали в деятельности РАО «ЕЭС России». Напомню кратко историю появления этого акционерного общества.

В августе 1992 года вышел указ Президента России № 923 «Об организации управления электротехническим комплексом Российской Федерации в условиях приватизации». Основной смысл указа состоял в поручении Государственному комитету РФ по управлению государственным имуществом (ГКИ) учредить государственное акционерное общество энергетики и электрификации и внести в качестве вклада в его уставной фонд не менее 49 процентов акций, принадлежащих Российской Федерации в уставном капитале каждого из акционерных обществ, учрежденных на базе предприятий, учреждений, организаций, перечисленных в приложениях к указу.

Через некоторое время в ноябре 1992 года вышел еще один указ Президента России, который конкретизировал требования к процессу преобразования государственных предприятий, объединений, организаций топливо-энергетического комплекса в акционерные общества. Было установлено, что с момента учреждения РАО «ЕЭС России» доля государства должна составлять не менее 50 процентов его уставного капитала. Устанавливалось, что представители государства в Совете директоров РАО «ЕЭС России» и его генеральный директор (президент) назначаются Правительством РФ, а акционерное общество представляет Правительству РФ ежегодные отчеты о своей работе. Были там и другие принципиальные установки, учитывающие важность деятельности РАО «ЕЭС России» для обеспечения надежного энергоснабжения экономики России и населения.

Распоряжением ГКИ 3 декабря 1992 года за подписью заместителя Председателя П. П. Мостового было учреждено РАО «ЕЭС России» и утвержден его Устав. Устав был зарегистрирован Московской регистрационной палатой 31 декабря 1992 года.

Акционирование и приватизация всей давно сложившейся единой системы энергетики СССР проходили с большими проблемами, особенно в некоторых регионах, где местное руководство пыталось оставить контроль за работой энергетических предприятий за собой. Первый серьезный сигнал о проблемах, вызванных созданием РАО «ЕЭС России», поступил в Контрольное управление в 1995 году.

Акционерное общество «ЭНЕРГОИНИНВЕСТ» по неизвестной мне причине подготовило работу «Электроэнергетика: особенности, технология, эффективность, надежность», в которой обосновывается, «что в процессе приватизации был утерян государственный контроль за функционированием и развитием этой базовой отрасли народного хозяйства, являющейся важнейшим элементом системы жизнеобеспечения страны». Данная работа была разослана для отзыва во все субъекты Российской Федерации.

В июне 1995 года Президент АО «ЭНЕРГОИНИНВЕСТ» В. И. Скрыпник направляет эту работу и отзывы регионов на нее Руководителю администрации Президента РФ С. А. Филатову. Рождается поручение Руководителю Центра президентских программ Н. Г. Малышеву и начальнику Контрольного управления В. Я. Зайцеву рассмотреть и внести предложения. Поручение спускается через резолюции руководства ко мне.

Пришлось поднимать все документы, связанные с созданием РАО «ЕЭС России», анализировать состояние их выполнения. Получается, что во многом авторы работы правы, да и из субъектов Российской Федерации поступают тревожные сообщения. Явно назрела необходимость проверить, как выполняются указы Президента России в части РАО «ЕЭС России», но от дальнейшей дискуссии по экономическим проблемам лучше уклониться, тем более первым за выполнение поручения С. А. Филатова стоит не контрольное управление.

Н. Г. Малышеву за подписью В. Я. Зайцева направляется соответствующее письмо. Вот основные фрагменты его содержания:

«…Авторы работы «Электроэнергетика: особенности, технология, эффективность, надежность» совершенно справедливо ставят вопрос об отсутствии государственного контроля за функционированием и развитием одной из базовых отраслей России, являющейся важнейшим элементом жизнеобеспечения страны. Однако, из-за недостаточного владения необходимой информацией, рыночными механизмами управления экономикой страны, в представленных материалах АО «Энергофининвест», по мнению Контрольного управления, сделаны неправильные выводы.

После проведения приватизации предприятий электроэнергетического комплекса, осуществленной на основе указов Президента Российской Федерации от 15.08.92 г. № 923 и от 05.11.92 г. № 1334, у Правительства Российской Федерации осталось достаточно экономических методов управления энергетикой России.

Так, например, в состав Совета директоров РАО «ЕЭС России» входят десять представителей государства, образующих Коллегию, из них семь назначены Правительством Российской Федерации. Контрольный пакет акций до конца 1995 года гарантированно находится у государства. РАО «ЕЭС России» обязано ежегодно представлять в Правительство Российской Федерации отчет о своей деятельности. В системе органов федеральной исполнительной власти Минтопэнерго России обязано следить за состоянием дел и перспективами развития электроэнергетики страны.

Используя имеющиеся возможности, Правительство Российской Федерации должно обеспечить выполнение Указа Президента Российской Федерации от 05.11.92 г. № 1334 в полном объеме и потребовать от Минтопэнерго России и представителей государства в Совете директоров РАО «ЕЭС России» выполнения возложенных на них задач и функций. Требует отдельного решения вопрос о владельце акций по истечению 1995 года.

…

Контрольное управление Президента Российской Федерации, учитывая актуальность значения рассматриваемого вопроса, а также руководствуясь возложенными на него задачами, включило в проект плана работ на вторую половину 1995 года (с октября) проверку эффективности использования федерального имущества РАО «ЕЭС России» (совместно с Минтопэнерго России)».

В дальнейшем предложения Контрольного управления вошли в итоговый доклад Руководителю Администрации Президента России, и этот вопрос был закрыт.

Но не была закрыта сама проблема управления госсобственностью. Вот фрагмент статьи из «Российской газеты» от 2 декабря 1995 года «В поисках хозяина госсобственности».

«…Не порадовал и зампред ГКИ РФ В. Пыльнев. По его словам, на заседании Комиссии по совершенствованию системы платежей 22 ноября системы управления госсобственностью фактически нет. ГКИ оказался бессильным наладить ее. Представители министерств не обладают достаточными знаниями и навыками корпоративного управления, их деятельность плохо поощряется. Не продумано финансирование процессом управления госпакетами (командировок, например). Вообще же необходимые затраты на управление долями собственности в двух с половиной тысячах АО, требуют почти 200 млрд. руб. в год.

Кое-какая правовая база для представительства государственных интересов есть. Однако выполнение принятых документов натолкнулось на уже обрисованные В. Пыльневым препятствия. ГКИ не справился ни со сбором отчетности, ни с делом согласования решений.

Красноречиво об этом говорит справка, представленная Минтопэнерго РФ. Например, о деятельности РАО «ЕЭС России», где представляют державу заместитель главы Минтопэнерго Ю. Корсун, Госкомимущества (П. Мостовой), ГКАП РФ (экс-зампред Ю. Бурлинов), МВЭС (министр О. Давыдов), Минэкономики (первый зам. А. Шаповальянц), Минфин (бывший замминистра С. Горбачев).

Несмотря на это, говорит первый замминистра А. Евтушенко, у РАО растет дебиторская и кредиторская задолженность, долг бюджету, многие дочерние предприятия объявлены неплатежеспособными, представители государства не принимали участия в формировании политики РАО, не были на собрании акционеров по итогам 1994 года. Похожая картина — и в РАО «Газпром»».

В адрес Президента России поступали многочисленные письма от руководителей регионов с описанием негативных явлений, происходящих на их территориях, и особенно отрицательного влияния государственных монополий на результаты деятельности хозяйствующих субъектов. Не все письма докладывались главе государства, но некоторые обращения докладывались, и по ним даже давались поручения. Вот один из примеров таких действий.

Глава администрации Краснодарского края Е. М. Харитонов 30 сентября 1995 года подробно описал в письме состояние с экономикой в крае, привел конкретные примеры отрицательного влияния действий федеральных структур и, в частности, РАО «ЕЭС» на деятельность предприятий в крае и неспособность населения оплачивать по установленным тарифам электричество и газ. Явно прочитав это письмо, Б. Н. Ельцин дал уже 5 октября 1995 года следующее поручение Председателю Правительства РФ В. С. Черномырдину:

1. Обеспокоенность руководства Краснодарского края сложившейся ситуацией разделяю.

Прошу специально рассмотреть в Правительстве весь комплекс проблем и проинформировать о принятых решениях.

2. Разделяю и крайнее возмущение руководителей большинства регионов России в связи с продолжающимися безобразиями, которые позволяют себе РАО «ЕЭС России» и РАО «Газпром».

Разберитесь лично, Виктор Степанович, примите меры по упорядочению лимитной, тарифной и ценовой политики в энергетике, решению проблем неплатежей, недопущению отключения экономически и социально важных объектов.

О результатах доложите в срок до 1 ноября т. г.

Содержание доклада по исполнению этого поручения мне неизвестно, но по общему положению в стране ничего не изменилось, а естественные монополии продолжили диктовать свои правила игры экономике и населению России.

Единственное, что надо отметить, — в декабре 1995 года вышло постановление Правительства России о продлении срока закрепления находящегося в федеральной собственности пакета акций РАО «ЕЭС России» в собственности Российской Федерации до 31 декабря 1998 года. Конечно, можно было установить срок и побольше, но хотя бы и так уже хорошо. Ведь акции стратегических предприятий России, переданных в залог банкирам, так и не были выкуплены, и владельцы избранных коммерческих банков стали их собственниками. Явно и здесь прослеживается тенденция в последующем отдать РАО «ЕЭС России» в частные руки.

А пока Контрольное управление готовилось к проверке РАО «ЕЭС России», и об этом начальник управления В. Я. Зайцев сообщил Первому заместителю Председателя Правительства РФ А. Б. Чубайсу в октябре 1995 года. Именно он отвечал за работу естественных монополий в правительстве. Было издано соответствующее распоряжение, и сотрудники моего отдела приступили к целевой проверке РАО «ЕЭС России».

Вот перечень основных вопросов проверки, составленных и подписанных мною и утвержденных начальником Контрольного управления 5 ноября 1995 года:

1. Проверить деятельность РАО «ЕЭС России» по проведению согласованной государственной политики на федеральном и региональном уровнях, направленной на выполнение экономической реформы в электроэнергетическом комплексе России, на обеспечение электрической энергией различных объектов и населения Российской Федерации.

2. Изучить порядок проведения акционирования предприятий электроэнергетики, ход выполнения плана их приватизации, формирование уставного капитала акционерных обществ, принцип распределения привилегированных и обыкновенных акций. Оценить эффективность работы представителей государственных органов в составах советов директоров акционерных обществ.

3. Дать оценку сформированной доли имущества, закрепленного в федеральной собственности, проверить организацию управления государственным имуществом в РАО «ЕЭС России» и эффективность использования доходов, получаемых от его использования.

4. Изучить состояние отрасли, проанализировать отчетные данные о деятельности предприятий и объединений электроэнергетического комплекса России за 1992–1995 гг. в части:

4.1. Объемов выработки электроэнергии и отпуска ее потребителям, стоимости вырабатываемой электроэнергии и механизма регулирования тарифов.

4.2. Финансового состояния предприятий по всем источникам финансирования (бюджетные, внебюджетные, инвестиции, льготные государственные кредиты и др.).

4.3. Технического состояния объектов электроэнергетического комплекса, количества произошедших аварий по причинам и причиненному материальному ущербу. Выполнение планов нового строительства, реконструкции, замены устаревшего оборудования, ремонтных работ.

5. Дать заключение об эффективности использования государственного имущества в РАО «ЕЭС России» и влиянии процесса акционирования и приватизации предприятий на развитие электроэнергетического комплекса, формирование энергетического рынка и создание конкурентной среды в сфере производства и потребления электроэнергии.

Проверка прошла без происшествий, строго согласно утвержденной программе, и в начале 1996 года были готовы итоговые материалы. Было принято решение, что материалы проверки в РАО «ЕЭС России» направить за подписью начальника Контрольного управления, а Президенту России и Председателю Правительства — за подписью Руководителя Администрации Президента. Были подготовлены проекты соответствующих писем и направлены 6 февраля 1996 года в установленном порядке на подпись Руководителю Администрации Н. Д. Егорову.

Вот текст письма Президенту России:

«Уважаемый Борис Николаевич!

Главным контрольным управлением Президента Российской Федерации проведена проверка организации управления государственным имуществом в РАО «ЕЭС России».

Анализ деятельности РАО «ЕЭС России» (президент А. Ф. Дьяков) показал, что проведенная реорганизация управления электроэнергетическим комплексом и преобразование государственных объединений в акционерные общества к настоящему времени не решили многих проблем, связанных с функционированием и развитием Единой энергетической системы России. Обеспечение потребителей энергией осуществляется неритмично, увеличилось количество отказов в работе оборудования, не снижается число аварий и отказов по вине персонала. Недоотпуск электроэнергии по этим причинам возрос в 1995 году, по сравнению с 1994 годом, на 12 процентов, а общая сумма экономического ущерба составила 587 млрд рублей.

Материалы проверки свидетельствуют о серьезных недостатках в работе представителей государства. Образованная из 7 представителей государства в Совете директоров РАО «ЕЭС России» коллегия, возглавляемая А. Ф. Дьяковым, не добилась эффективного использования государственного имущества.

Правительство Российской Федерации не приняло ряд регламентирующих работу представителей государства документов, не утвердило положение о коллегии представителей государства. Два представителя освобождены от своих должностей в федеральных органах исполнительной власти и с 1994 года работают в коммерческих структурах. Меры по их выводу из состава коллегии и назначению новых представителей не приняты.

Госкомимущество России (заместитель председателя В. А. Зеленкин) устранилось от контроля за работой представителей государства и не оказывает влияния на их деятельность.

Минтопэнерго России (первый заместитель министра А. Е. Евтушенко) слабо координирует деятельность представителей государства. Коллегия Министерства неоднократно указывала представителям государства на недостатки в работе, на необеспечение ими государственных интересов в РАО «ЕЭС России». Однако действенных мер по улучшению положения принято не было.

Минэкономики России (министр Е. Г. Ясин) и Минфин России (министр В. Г. Пансков) не выполнили поручения, содержащиеся в указах Президента Российской Федерации и постановлениях Правительства Российской Федерации по государственной поддержке развития энергетики. В 1995 году из необходимых 4,2 трлн рублей бюджетных капитальных вложений выделено только 62,8 млрд рублей. Не выполнены поручения Правительства Российской Федерации о погашении задолженности электроэнергетическому комплексу страны.

Результаты проверки позволяют сделать следующие выводы:

— в деятельности РАО «ЕЭС России» по обеспечению функционирования и развития Единой энергетической системы России имеются серьезные недостатки, которые отрицательно отразились на результатах работы электроэнергетического комплекса страны. Представители государства в РАО «ЕЭС России» неудовлетворительно выполняли свои функции. Ими не приняты меры по эффективному использованию государственного имущества; — изданные Президентом Российской Федерации и Правительством Российской Федерации правовые акты по реорганизации управления электроэнергетическим комплексом выполнены не в полном объеме и с многочисленными нарушениями содержащихся в них положений. Госкомимущество России, РФФИ, Минэкономики России, Минфин России, Минтопэнерго России не обеспечили решение ряда вопросов, связанных с формированием РАО «ЕЭС России», проведением эффективной государственной политики, направленной на удовлетворение потребности страны в электроэнергии.

В целях устранения выявленных недостатков представляется целесообразным:

1. Обратить внимание Председателя Правительства Российской Федерации В. С. Черномырдина на недостаточный контроль за выполнением указов Президента Российской Федерации и постановлений Правительства Российской Федерации по вопросам реорганизации управления энергетическим комплексом в условиях приватизации, эффективному использованию государственного имущества и проведению политики, направленной на удовлетворение потребности страны в электроэнергии.

2. Поручить Правительству Российской Федерации принять необходимые меры по результатам проверки. Дать оценку действиям руководителей федеральных органов исполнительной власти и наказать виновных в сложившейся ситуации.

Рассмотреть вопрос об отстранении от занимаемых должностей:

— президента РАО «ЕЭС России» А. Ф. Дьякова за серьезные недостатки в работе энергетической системы, которые отрицательно отразились на результатах работы электроэнергетического комплекса страны;

— заместителя председателя Госкомимущества России В. А. Зеленкина за непринятие мер по организации работы коллегии представителей государства, необеспечение эффективного использования государственной собственности в РАО «ЕЭС России».

3. Обязать Правительство Российской Федерации пересмотреть состав представителей государства РАО «ЕЭС России» и рассмотреть вопрос о соответствии занимаемым должностям представителей государства, не справившихся с работой: заместителя Председателя Правительства Российской Федерации О. Д. Давыдова; генерального директора Федерального управления по делам о несостоятельности (банкротстве) П. П. Мостового; первого заместителя министра экономики Российской Федерации А. Г. Шаповальянца; заместителя Министра топлива и энергетики Российской Федерации Ю. Н. Корсуна.

Информация о результатах проверки организации управления государственным имуществом в РАО «ЕЭС России» прилагается».

Письмо получилось достаточно резкое, с указанием конкретных фамилий, что было не характерно для стиля работы контрольного управления. Примерно в таком же стиле был составлен и проект письма В. С. Черномырдину.

О дальнейшей судьбе этих писем информации нет. Похоже, что в Администрации Президента России решили пока отношение с руководством естественных монополий и влиятельными членами Правительства, отвечающими за работу энергетики в стране, не обострять и не стали докладывать материалы по проверке Президенту России.

А вот Президент РАО «ЕЭС России» Анатолий Федорович Дьяков оперативно отреагировал на проведенную проверку. В марте 1996 года он прислал развернутый подробный ответ по материалам проверки. Ответ был составлен в классическом стиле опытного аппаратного чиновника времен СССР. Смысл ответа: РАО все делает правильно, а федеральные структуры не выполняют свои функции по отношению к РАО и даже мешают работать. При этом он «грудью» стал на защиту представителей государства в Совете директоров РАО «ЕЭС России», описав их многочисленные заслуги в развитии электроэнергетики России.

Вот фрагменты из этого письма:

«…Совет директоров и Правление РАО «ЕЭС России» на своих заседаниях детально рассмотрели указанный документ и отметили, что проделанная комиссией Контрольного управления работа позволит РАО «ЕЭС России» усилить взаимодействие с федеральными и региональными органами государственного управления и преодолеть отмеченные недостатки.

По материалам проверки по РАО «ЕЭС России выпущен приказ, разрабатывается план конкретных дополнительных мероприятий на 1996 год.

Кроме того, подготавливаются и будут направлены письма РАО «ЕЭС России» в Минтопэнерго России, Минфин России, Госкомимущество России, Российский фонд федерального имущества, Минэкономики России с предложениями по устранению недостатков, отмеченных в Справке по направлениям деятельности указанных министерств и ведомств.

Вместе с тем по некоторым замечаниям, указанным в Справке, мы хотели бы дать разъяснения, необходимые, по нашему мнению, для правильного понимания существенного положения дел.

1. С момента образования РАО «ЕЭС России» в декабре 1998 года в соответствии с Указом Президента РФ от 15.08.92 № 923 в течение более 3-х лет Единая энергетическая система России и электроэнергетический комплекс в целом в исключительно сложных финансовых и хозяйственных условиях обеспечивает надежное энергоснабжение народного хозяйства и вносят свой вклад в экономическую и социальную стабильность государства. В этом большая заслуга и коллегии представителей государства в Совете директоров РАО «ЕЭС России». За последние два года ими было рассмотрено около 20 важнейших проблем функционирования и развития электроэнергетики…

…………………………………………………………………………

5. Ряд замечаний и недостатков, справедливо отмеченных в Справке, касается тяжелого финансового состояния электроэнергетики, большой дебиторской задолженности из-за кризиса платежеспособности потребителей, задолженности по налогам в бюджет, несвоевременности выделения Минфином России сезонных кредитов под завоз топлива и летние ремонты оборудования, отказа в проведении взаимозачетов по налогам с федеральным бюджетом за счет предприятий и ведомств-должников, финансируемых из бюджета.

В 1995 году этим Министерством практически была сорвана кампания по подготовке энергопредприятий к зиме 1995/1996 годов. Из 1.1 трлн рублей, предусмотренных федеральным бюджетом на эти цели, было выделено только 0,92 трлн рублей лишь в конце года, когда уже начался зимний период. При этом Минфином России было проигнорировано более 15 поручений Правительства России по этому вопросу. Блокируются предложения РАО «ЕЭС России» по взаимозачетам с федеральным бюджетом.

К сожалению, эта неконструктивная позиция Министерства финансов отражения в Справке не нашла…»

Следующие «приключения» РАО «ЕЭС России» начались в 1997 году, когда в апреле начался постепенный процесс отстранения А. Ф. Дьякова от властных полномочий. Первый заместитель Председателя Правительства РФ Б. Е. Немцов назначает первым вице-президентом банкира из Нижнего Новгорода Б. Бревнова. Через несколько месяцев другой представитель Нижнего Новгорода С. Кириенко становится заместителем министра топлива и энергетики.

Президиум Правительства РФ принимает решение рассмотреть работу РАО на заседании Правительства РФ. От всех федеральных органов, взаимодействующих с РАО «ЕЭС России», были запрошены соответствующие справки. Такое заседание Правительства РФ состоялось 3 июля 1997 года со следующей формулировкой повестки: «О ходе структурной перестройки РАО «ЕЭС России». Докладчики — председатель правления РАО Б. А. Бревнов и первый заместитель министра топлива и энергетики С. В. Кириенко. Цель заседания Правительства — поддержать новое руководство энергетической отрасли и показать ошибки в работе А. Ф. Дьякова. Практически по итогам этого заседания на акционерном собрании 5 мая Б. А. Бревнов становится президентом-председателем правления РАО, а А. Ф. Дьяков остается возглавлять Совет директоров.

Но еще до этого заседания Правительства РФ в Контрольном управлении началась новая проверка РАО «ЕЭС России». Начальник Главного контрольного управления В. В. Путин своим распоряжением от 2 апреля 1997 года создал комиссию из сотрудников моего отдела и поручил провести проверку РАО «ЕЭС России» по проведению экспортно-импортных операций с электрической энергией (мощностью) и организации оптового рынка электрической энергии.

Уже в процессе проведения проверки были выявлены серьезные нарушения в формировании структур оптового рынка, и пришлось направлять экстренное письмо в Правительство РФ. Письмо было адресовано Первому заместителю Председателя Правительства РФ — министру топлива и энергетики РФ Б. Е. Немцову и подписано заместителем Руководителя Администрации Президента РФ — начальником Главного контрольного управления В. В. Путиным.

Вот его текст в сокращенном варианте:

«Главное контрольное управление Президента Российской Федерации в июне 1997 г. завершает проверку РАО «ЕЭС России» по вопросам проведения экспортно-импортных операций с электрической энергией (мощностью) и организации оптового рынка электрической энергии.

Руководствуясь требованиями Указа Президента Российской Федерации от 28 апреля 1997 г. № 426 «Об Основных положениях структурной реформы в сфере естественных монополий» (в области электроэнергетики)… считаем необходимым, в качестве предварительной и срочной информации, сообщить о серьезных нарушениях, допускаемых РАО «ЕЭС России» в формировании структур оптового рынка электрической энергии при практическом бездействии представителей государства в указанном акционерном обществе, а также Федеральной энергетической комиссии Российской Федерации.

Материалы проверки свидетельствуют о двух основных тенденциях в деятельности РАО «ЕЭС России», противоречащих положениям актов Президента и Правительства Российской Федерации: во-первых, последовательно предпринимаются действия, связанные с выводом федерального оптового рынка электроэнергии и мощности (ФОРЭМ) из-под контроля государства, и, во-вторых, происходит монополизация оптового рынка путем поглощения других субъектов ФОРЭМ… Главное контрольное управление Президента Российской Федерации считает необходимым принятие срочных мер по признанию недействительными указанных решений РАО «ЕЭС России», протоколов общего собрания субъектов федерального оптового рынка электрической энергии (мощности) от 21 октября 1996 г. № 1 и Наблюдательного совета ФОРЭМ от 20 февраля 1997 г. № 1 с обеспечением всеми соответствующими должностными лицами выполнения положений Указа Президента Российской Федерации от 28 апреля 1997 г. № 426 «Об Основных положениях структурной реформы в сферах естественных монополий»…».

Проверка осуществления РАО «ЕЭС России» экспортно-импортных операций с электрической энергией была закончена в июне 1997 года. Полная информация о результатах проверки была направлена Б. Е. Немцову, а информация о выявленных проблемах и нарушениях — В. С. Черномырдину и Б Н. Ельцину. Вот фрагменты из этих писем:

«…Проверка показала, что снижение эффективности экспортных поставок во многом определяется повышением себестоимости производства электроэнергии в России, а также применением бартерной формы расчетов, монополизацией РАО «ЕЭС России» экспортного рынка и отсутствием работы по приведению экспортных цен к мировому уровню.

ОАО «Центральное диспетчерское управление ЕЭС России» поставляет на экспорт (в основном в страны СНГ) 69 % от общего объема экспорта электроэнергии на сумму, эквивалентную 402 млн долларов США, однако оплата денежными средствами составляет лишь 17 %. Особо следует отметить, что при расчете стоимостного баланса экспорт электрической энергии учитывается не по контрактной стоимости, а по специальному тарифу, вводимому с целью покрытия убытков на ФОРЭМ.

В 1996 году в целом по Российской Федерации обеспечена оплата лишь 75.3 % электроэнергии, поставляемой на ФОРЭМ (23.6 трлн руб.). При этом было осуществлено в денежном выражении лишь 5.4 % платежей, остальное — взаимозачеты, бартер, векселя. Уход от денежных расчетов создает возможности для значительных злоупотреблений и практически не позволяет реализовать меры финансового контроля за расчетами на ФОРЭМ.

В нарушение п. 3 Указа Президента Российской Федерации от 15 августа 1992 г. № 923 в уставной капитал РАО «ЕЭС России» внесены не акции преобразуемых в акционерные общества без их приватизации ГПЦДУ ЕЭС России и ПО «Дальние электропередачи», а их имущество с последующим учреждением дочерних компаний со 100 % участием РАО «ЕЭС России». В дальнейшем это привело к снижению эффективности функционирования оптового рынка и не соответствует структурным преобразованиям, предусмотренных Указом Президента Российской Федерации от 28 апреля 1997 г. № 426 «Об Основных положениях структурной реформы в сферах естественных монополий»…»

Все вышеупомянутые письма, кроме письма Б. Н. Ельцину, попали на стол Б. Е. Немцову. Затем были направлены С. В. Кириенко для рассмотрения совместно с РАО «ЕЭС России» с просьбой проинформировать Главное контрольное управление о принятых мерах. Ответа мы не дождались, реакции Б. Н. Ельцина тоже не последовало. Как я понимаю, Б. Е. Немцов убедил всех, что новый руководитель РАО Б. А. Бревнов со временем решит все вопросы, и не надо ему мешать работать.

Но все пошло по худшему сценарию, в РАО «ЕЭС России» началась бескомпромиссная борьба за власть, и было уже не до исправления допущенных ошибок, или, точнее, ошибок при исполнении указов Президента России, по своим понятиям.

В феврале 1998 года Генеральная прокуратура решила обратить внимание Президента России на ситуацию в РАО «ЕЭС России». Письмо имело заголовок «О мерах по устранению причин и условий, приведших к конфликту в РАО «ЕЭС России»». В письме были приведены факты финансовых нарушений внутри РАО, в основном связанных с использованием денежных и материальных ресурсов руководством, превратившим их в источники личного обогащения. Вот фрагмент письма в его заключительной части: «…На фоне указанных финансовых нарушений возник конфликт между руководством правления и руководством совета директоров РАО «ЕЭС России», возглавляемыми соответственно Бревновым Б. А. и Дьяковым А. Ф. На заседании совета директоров РАО «ЕЭС России» 27.01.98 принято решение об освобождении Бревнова Б. А. от занимаемой должности. При этом не было принято во внимание, что на заседании совета присутствовал лишь один представитель государства (из семи). Решение о смещении председателя правления принималось без согласования с Правительством России.

Более того, конфликт усугубился ответными противоправными действиями со стороны правления РАО «ЕЭС России» и Минтопэнерго России, которые запретили допуск председателя совета директоров Дьякова А. Ф. и сотрудников его аппарата в их служебные помещения.

РАО «ЕЭС России» является обществом, имеющим стратегическое значение для экономики страны, в связи с чем возникла необходимость наведения в нем порядка, а также определения позиции государства в отношении допускаемых фактов нарушения законности…»

Это письмо попало на доклад к Президенту России, и по нему было дано поручение 23 февраля 1998 года В. С. Черномырдину:

«Прошу лично разобраться в ситуации, сложившейся в РАО «ЕЭС России» и принять меры по нормализации обстановки. Доложите через 2 недели».

Резолюция достаточно мягкая, явно не соответствующая тяжести создавшейся ситуации. Причины в этом, мне кажется, две. Первая — это влияние на события с РАО «ЕЭС России» Б. Е. Немцова и веру в его таланты Президента России. Но главная причина была в подготовке отставки правительства В. С. Черномырдина, связанная с его самостоятельными действиями, как главы правительства, которые не устраивали ближайшее окружение Президента России.

Письмо по выполнению поручения с предложениями по нормализации обстановки в РАО «ЕЭС России» было подписано В. С. Черномырдиным 23 марта 1998 года, и в этот же день состоялась отставка возглавляемого им правительства и его лично.

Немного о содержании письма. В письме подтверждается, что в материалах проведенных Счетной палатой РФ и Генеральной прокуратурой проверок все выявленные нарушения в деятельности РАО «ЕЭС России» действительно имеются. Вот завершающая часть письма:

«…Рассмотрение представленных Генеральной прокуратурой Российской Федерации материалов показало, что в действиях руководителей РАО «ЕЭС России» А. Ф. Дьякова и Б. А. Бревнова имели место факты нерационального и бесконтрольного расходования ими средств Общества, что нанесло как материальный, так моральный ущерб РАО «ЕЭС России». Исходя из этого представляется целесообразным отстранить А. Ф. Дьякова и Б. А. Бревнова от руководства РАО «ЕЭС России». Минтопэнерго России предложено председателю Совета директоров РАО «ЕЭС России» А. Ф. Дьякову и председателю правления РАО «ЕЭС России» Б. А. Бревнову подать заявление об одновременном уходе с занимаемых должностей по собственному желанию.

В связи с конфликтной ситуацией, возникшей в руководстве РАО «ЕЭС России», Правительство Российской Федерации считает необходимым принять следующие меры по нормализации обстановки в Обществе:

— освободить решением Совета директоров Общества Б. А. Бревнова от обязанностей председателя правления РАО «ЕЭС России» в установленном порядке;

— установить до проведения общего собрания акционеров РАО «ЕЭС России» временный контроль со стороны Минтопэнерго России за финансово-хозяйственной и административной деятельностью Общества;

— провести 4 апреля т. г. внеочередное общее собрание акционеров РАО «ЕЭС России», на котором освободить досрочно А. Ф. Дьякова от обязанностей председателя Совета директоров Общества, избрать новый состав Совета директоров Общества и его председателя;

— на первом заседании вновь избранного Совета директоров избрать нового председателя правления РАО «ЕЭС России» с учетом мнения акционеров Общества, в том числе представляющих регионы России;

— поручить коллегии представителей государства в РАО «ЕЭС России», Совету директоров и правлению Общества разработать и осуществить меры по нормализации обстановки в РАО «ЕЭС России» с учетом предложений и замечаний, высказанных Счетной палатой Российской Федерации и Генеральной прокуратурой Российской Федерации».

Некоторые комментарии по содержанию письма. Текст построен с положительным креном на материалы Счетной палаты РФ и Генеральной прокуратуры РФ, которую возглавлял в то время Ю. И. Скуратов. Обе структуры находились в условной оппозиции к экономической политике Президента России, что не могло не вызвать отрицательную реакцию при прочтении письма. Тем более в письме наносился удар по планам Б. Е. Немцова взять под полный контроль через Б. А. Бревнова РАО «ЕЭС России».

Нельзя, конечно, утверждать, что именно это письмо послужило причиной отстранения В. С. Черномырдина от власти, были более важные обстоятельства, но последней каплей в подписании Указа Президента РФ о его отставке вполне могло сыграть.

После назначения С. В. Кириенко Председателем Правительства России им было предложено поручить руководство РАО «ЕЭС России» А. Б. Чубайсу, который был безработным после отставки правительства В. С. Черномырдина. В апреле 1998 года А. Б. Чубайс был утвержден председателем правления РАО, а в 1999 году Председателем Совета директоров был назначен Руководитель Администрации Президента РФ А. С. Волошин.

Оппозицией появление в руководстве РАО А. Б. Чубайса было встречено яростными протестами. В соответствии с постановлением Государственной Думы была проведена еще одна проверка Счетной палаты РФ финансово-хозяйственной деятельности РАО «ЕЭС России» за 1997 год и проверка деятельности представителей государства в совете директоров РАО по соблюдению интересов государства.

По результатам этой проверки была направлена информация Президенту России и в Контрольное управление, что нарушена процедура выборов нового руководства Общества. Письмо Счетной палаты было перенаправлено для рассмотрения в Правительство РФ. После его рассмотрения на имя Первого заместителя Руководителя Администрации Президента РФ В. В. Путина 3 июля 1988 года (начальником контрольного управления был уже Н. П. Патрушев) пришел ответ за подписью заместителя Председателя РФ Б. Е. Немцова, что вся процедура назначения руководителей РАО ЕЭС «России» проведена согласно действующим документам.

Необходимо еще упомянуть принятие Постановления Государственной Думы от 11 июня 1998 года «О нарушениях законодательства Российской Федерации в ходе выборов совета директоров и замещения должности председателя правления Российского акционерного общества «ЕЭС России»».

Вот основной фрагмент этого документа:

«Согласно статье 53 Федерального закона «Об акционерных обществах» право на выдвижение кандидатов в совет директоров акционерного общества имеют акционеры, владеющими не менее чем двумя процентами голосующих акций общества.

Кандидатуры А. Б. Чубайса и Б. А. Бревнова для избрания в совет директоров РАО «ЕЭС России» были предложены иностранной компанией «Barbican Securities Ltd». По данным реестродержателя, указанная компания не является акционером РАО «ЕЭС России», владеющими более 0,1 процента голосующих акций Общества.

Согласно протоколу об итогах голосования счетной комиссии внеочередного общего собрания акционеров РАО «ЕЭС России» при проведении голосования по выборам в совет директоров Общества за кандидатуры А. Б. Чубайса и Б. А. Бревнова было подано наибольшее число голосов — 5.64 процента и 6.37 процента числа голосов соответственно. Из них 5.07 процентов и 5.84 процента числа голосов соответственно было подано шестью иностранными лицами, не являющимися акционерами Общества. Таким образом, выдвижение и избрание в совет директоров РАО «ЕЭС России» А. Б. Чубайса и Б. А. Бревнова осуществлено с грубыми нарушениями Федерального закона «Об акционерных обществах»…

…30 апреля 1998 года на заседании незаконно избранного совета директоров РАО «ЕЭС России» председателем правления Общества избран А. Б. Чубайс…»

В постановляющей части выражается несогласие с избранием А. Б. Чубайса на должность председателя правления РАО «ЕЭС России» и предлагается Президенту России поручить Правительству РФ принять необходимые меры по отмене решений внеочередного общего собрания акционеров от 4 апреля 1998 года.

Последствий это Постановление не имело, за исключением того, что вместо Б. А. Бревнова председателем Совета директоров стал временно В. В. Кудрявый.

В последующем новое руководство РАО (А. Б. Чубайс, А. С. Волошин) стабилизировало финансовое состояние Общества и руководило им до его ликвидации в 2008 году. А вот какой ценой была достигнута стабильная работа РАО «ЕЭС России» — это уже другая история.

Но нельзя же жить только работой. Профсоюзная организация Контрольного управления входила в состав объединенного профкома всех государственных органов, расположенного в комплексе зданий Правительства России. Одним из руководителей профкома был мой одноклассник Пушкин Александр Сергеевич.

От него я узнал, что профком организует много туристических поездок, как внутри России, так и в другие страны. В мае 1998 года мы с женой решили воспользоваться такой возможностью, и нас включили в состав туристической группы с очень интересным маршрутом.

Вначале туристы совершают перелет на Кипр (аэропорт Ларнака). Там поселяются на пять дней в гостиницу на берегу Средиземного моря со своим закрытом пляжем. Проводятся организованные туристические вылазки по экскурсионной программе. Потом круиз в Израиль, с посещением интересных объектов в самом Израиле, а потом паломничество в Иерусалим с осмотром всех святых мест, связанных с историей христианской религии.

На пляже загораем, прячемся от ветра

Так все и произошло. Гостиница оказалась прекрасная, размещение, еда, алкоголь — все было на уровне и не вызывало никаких нареканий. Погода только подвела, холодно, с довольно сильным ветром, и о купании можно было забыть.

Время на Кипре пролетело быстро, и мы отправились в Израиль. На корабле провели практически только одну ночь и утром уже прибыли в порт назначения.

Но при пограничном контроле у израильских спецслужб по отношению ко мне возникли какие-то подозрения. Жена моя спокойно прошла зону контроля и оказалась на территории Израиля, а меня отвели в сторону, поместили в комнату без окон и там закрыли. Было очень тревожно, при этом мне что-то на английском языке сказали, когда изолировали, но я ничего не понял. Вся наша группа уже расположилась в автобусе, чтобы ехать в гостиницу. Жена объяснила сопровождающему, что меня оставили по ту сторону границы, но он не знал, что делать, и стал куда-то звонить.

Так встречали на корабле

Примерно минут через сорок пришел пограничник, молча отдал мне мой загранпаспорт с отметкой о пересечении границы и проводил до турникета, через который и я наконец оказался в Израиле. Радостная жена бросилась мне навстречу, как будто мы не виделись вечность. Ей совсем не хотелось без мужа продолжать наше путешествие. Как можно предположить, я, наверное, оказался похож на фотографии каких-нибудь личностей, размещенных в базе данных, которым запрещен въезд в Израиль. Поэтому пограничникам требовалось время проверить мой паспорт на его подлинность и перепроверить мою личность.

В церкви Гроба Господня. Могила Христа и Голгофа находятся под одной крышей этой известной всеми миру церкви

Программа пребывания в Израиле и в частности Иерусалиме была очень насыщенная и крайне интересная. Рассказывать о святых местах, связанных с жизнью Иисуса, наверное, нет необходимости. Но сам факт хотя бы единственного посещения этих мест является светлым лучиком в нашей суетливой жизни. И мы с женой благодарим судьбу за то, что нам там удалось побывать там и прикоснуться к вечной истории человечества.

Глава 11. И пришел Н. П. Патрушев, а потом Е. К. Лисов

В середине 1998 года произошли очередные изменения в руководстве Контрольного управления. В начале июня коллективу управления был представлен новый начальник — Николай Платонович Патрушев, профессиональный работник органов государственной безопасности. Владимир Владимирович Путин, два месяца поработавший первым заместителем Руководителя Администрации Президента России, с августа 1998 года возглавил ФСБ России.

Еще при прежнем руководителе Контрольного управления была запланирована очень интересная проверка по выполнению Указа Президента России от 5 июля 1997 года № 554 «Об обеспечении транзита грузов через прибрежные территории Финского залива». Понятно, что тема была тесно связана с деятельностью нового руководства Санкт-Петербурга. Распоряжение о проверке было подписано 16 июля 1998 года уже Н. П. Патрушевым. При этом в распоряжении целевым образом было указано, что проверяется не само исполнение Указа, а деятельность федеральных органов исполнительной власти и органов исполнительной власти Ленинградской области, г. Санкт-Петербурга по выполнению соответствующего указа.

Контрольные мероприятия должны были проводиться совместно с Северо-Западной окружной инспекцией Главного контрольного управления, руководителем проверки назначили меня. В состав комиссии, состоящей из 7 сотрудников, был включен и начальник окружной инспекции Владимир Иванович Якунин.

Тогда в стране мало кто еще слышал эту фамилию. Опережая события, кратко изложу его дальнейший жизненно-служебный путь. Владимир Иванович до описываемых событий был профессиональным сотрудником внешней разведки по научно-техническому направлению. Затем, как и многие из питерской команды В. В. Путина, был переведен в 2000 году на работу в г. Москву заместителем министра транспорта России, с февраля 2002 года назначен первым заместителем министра путей сообщения, а с июня 2005 года стал президентом РАО «Российские железные дороги». Проработал он в этой должности до 2015 года. В настоящее время официальные государственные должности не занимает, ведет активную общественную деятельность и преподает в учебных заведениях. Из общественной деятельности наиболее известная — это председатель Попечительского совета Центра национальной славы и Фонда Андрея Первозванного. Ежегодно на Пасху лично участвует в доставке Благодатного огня со Святой Земли из Храма Гроба Господня в Иерусалиме в Россию.

Познакомился с Владимиром Ивановичем я уже в Санкт-Петербурге, куда члены назначенной комиссии прибыли для начала работы. Он мне сразу понравился своим деловым подходом к проверке, у него уже был четкий план действий по контрольному мероприятию. В общении с ним не возникало никаких проблем — интеллигентный, контактный, — и довольно быстро сложились нормальные рабочие отношения. Особенно важно, что он знал лично многих из руководителей, объекты которых попадали в программу проверки, и помог мне в подготовке вопросов, на которые от них нам надо было получить ответы.

Эта проверка оказалась очень интересной, пришлось как никогда раньше много поездить. В данном случае, по Ленинградской области, по прекрасным, красивым природным местам, которые должны были, к сожалению, превратиться в промышленные зоны с портовыми сооружениями, трубопроводами и другой подобной инфраструктурой.

В ходе проверки с выездом на места было изучено положение дел по созданию транспортно-технологических портовых комплексов (ТТПК) в г. Приморске Ленинградской области, в бухте Батарейная Ленинградской области, в Лужской губе Финского залива, Санкт-Петербургском морском порту по созданию единой Балтийской трубопроводной системы с нефтепродуктоводом Кириши-Батарейная.

Не буду перегружать читателей подробностями. Сразу перейду к итогам. Выяснилось, что указ не только не выполнен, но практически его выполнение и не началось. Причины оказались типичными и для теперешнего времени. Коммерческие структуры с готовностью обещают государству выполнить его грандиозные замыслы, конечно, при условии, что должно быть хорошее бюджетное финансирование. Обещают, что обязательно вложат и свои денежные средства. Дальше все происходит по одинаковому сценарию.

Примерно так. Бюджетные средства осваиваются, при этом государственные тратятся на проект в минимальном объеме, основная часть уходит на нужды своих коммерческих структур, а где-то после 2000 года бюджетные средства стали выводиться уже на фирмы-однодневки и потом присваиваться руководством. При этом свои средства на проект не тратятся, а государству выдвигается ультиматум. Хотите получить задуманное — давайте еще бюджетные деньги (начинают применяться взятки государственным людям), и так несколько раз.

В данном случае заказчиками-исполнителями по договору с государственным заказчиком были акционерные общества ОАО «Компания Усть-Луга, ОАО «НК Сургутнефтегаз», ЗАО «Балтпорт» и некоторые другие структуры.

В итоговых материалах проверки было зафиксировано, что генеральная дирекция государственного заказчика, созданная Минтрансом России, не выполняет возложенные на нее функции. Она определила заказчиков-исполнителей (вместо подрядчиков) по строительству портовых комплексов, которые не смогли привлечь внебюджетное финансирование для целей строительства портов и выполняют только посреднические функции.

В результате в течение уже более 5 лет не только не создана система транспортно-технологического обеспечения транзита грузов через прибрежные территории Финского залива, но и не развернуты полномасштабные строительные работы по созданию ТТПК.

Правом заказчика по строительству ТТПК в Лужской губе Финского залива по привлечению финансовых ресурсов, проектированию, а также строительству объектов ТТПК в районе Усть-Луги с последующей эксплуатацией построенных объектов была наделена ОАО «Компания Усть-Луга». Расходы на содержание службы заказчика составили 22.6 %, тогда как, согласно сводному сметному расчету, они не должны превышать 1.2 %.

За счет бюджетных средств ОАО «Компания Усть-Луга» были приобретены 8 легковых автомобилей, оплачено долевое участие в строительстве 8 квартир. Около 1 млн рублей из средств, предусмотренных на строительство угольного терминала, компанией перечислены различным организациям на разработку техдокументации по другим проектам, а также на маркетинговые исследования по экспорту угля из Печерского и Кузнецкого бассейнов. Кроме того, 0.6 млн рублей ОАО «Компания Усть-Луга» направлено на оплату своих векселей, внесенных им в уставные капиталы различных акционерных обществ.

Таким образом ОАО «Компания Усть-Луга» из 37.1 млн. рублей полученных бюджетных средств израсходовала 16.2 млн. рублей на цели, не связанные со строительством угольного терминала, при наличии на 1 июля 1998 г. 7,2 млн. рублей кредиторской задолженности перед подрядными организациями за выполненные работы (построена обвалованная дамба и северная подъездная дорога со щебеночным покрытием).

Строительство специализированного комплекса по перегрузке 8.0 млн. тонн угля в составе первой очереди порта в Лужской губе (сметная стоимость 79.5 млн долл. США) было принято Правительством России в октябре 1996 года. Заказчиком-застройщиком угольного терминала по решению уже ОАО «Компания Усть-Луга» было определено ЗАО «Ростерминалуголь». Договорные отношения у генеральной дирекции государственного заказчика с указанным ЗАО отсутствовали. При этом ЗАО «Ростерминалуголь» взяло на себя обязательства обеспечить дополнительное финансирование строительства за счет собственных средств, предприятий угольной отрасли и кредитов банков, а ОАО «Компания Усть-Луга» — привлечь 80 млн долл. США.

Фактически дополнительные средства не были привлечены, и строительство осуществляется только за счет средств федерального бюджета.

В течение 1997 года велись дноуглубительные работы, начаты работы по забивке шпунтов причального фронта. Полученные 96 млн рублей ЗАО «Ростерминалуголь» были полностью использованы. Выделенные ОАО «Компания Усть-Луга» 37.1 млн рублей были также полностью освоены. В настоящее время из-за отсутствия финансирования все работы приостановлены.

Такая же безрадостная картина со строительством ТТПК комиссия выявила и в бухте Батарейная, и в г. Приморске Ленинградской области. Постановлением Правительства РФ от 17 мая 1996 года № 591 заказчиком строительства порта в бухте Батарейная было определено ОАО «Нефтяная компания «Сургутнефтегаз». Финансирование должно было осуществляться за счет средств, полученных от реализации на экспорт 10 млн тонн нефти сверх объемов поставки нефти на экспорт, предусмотренных для этого общества. Указанным постановлением также принято решение о проектировании нефтепродуктоводов от нефтеперерабатывающего завода в г. Кириши Ленинградской области до портового терминала за счет средств акционерного общества и средств инвестора.

Однако строительство портового комплекса фактически не было начато. При этом все полученные средства в размере 50.3 млн долл. США чистой выручки от предусмотренной продажи на экспорт нефти ОАО «Нефтяная компания «Сургутнефтегаз» потратила на разработку предпроектной и проектной документации.

Тендерная документация по нефтепроводу Кириши — бухта Батарейная отсутствовала. По этой причине не состоялось проведение намеченного на конец марта 1998 года тендера с подписанием генерального контракта о вводе пускового комплекса «под ключ» 30 декабря 2000 года.

Заключительную часть отчета по проверке привожу полностью, так как становится понятно, что определенному кругу должностных лиц было, как минимум, экономически не выгодно строительство ТТПК.

«Результаты проверки показали, что Правительство Российской Федерации совместно с правительством Ленинградской области не обеспечили выполнение Указа Президента Российской Федерации от 6 июня 1997 года № 554 ««Об обеспечении транзита грузов через прибрежные территории Финского залива».

Строительство транспортно-технологических портовых комплексов в бухте Батарейная и в г. Приморске не начато, по Приморскому комплексу не утверждено даже технико-экономическое обоснование. Строительство комплекса в Лужской губе осуществляется только за счет средств федерального бюджета и в настоящее время заморожено в связи с отсутствием финансирования, при этом объем выполненных работ незначителен.

Задержка со строительством портов происходит на фоне значительного увеличения количества российских экспортно-импортных грузов, проходящих через крупнейшие порты стран Балтии, где их доля составляет 70–80 %. Только стоимость транзита и перевалки российской нефти обеспечивает вклад в валовой национальный продукт в целом по странам Балтии не менее 570 млн долларов США.

В ходе проверки также было рассмотрено поручение бывшего заместителя Председателя Правительства Российской Федерации В. Б. Христенко, предусматривающее существенное увеличение нефтетранзита через Латвию, что вступает в противоречие с соответствующими поручениями Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации.

Проведенная проверка выявила, что в нарушение установленного порядка В. Б. Христенко на основании письма на имя и. о. Председателя Правительства Российской Федерации В. С. Черномырдина за подписями первого заместителя министра топлива и энергетики Российской Федерации В. И. Отта, первого заместителя министра экономики Российской Федерации И. С. Матерова и первого заместителя министра иностранных дел Б. Н. Пастухова согласился с увеличением поставок нефти через латвийский порт Вентспилс на 1.5 млн тонн до конца 1998 года сверх утвержденного баланса (поручение от 11 сентября 1998 г.; ХВ-П2-259150). При этом указанное письмо министерств не имеет даты и исходящего номера, не прошло регистрацию в Аппарате Правительства Российской Федерации и В. С. Черномырдину не докладывалось.

Было установлено, что указанное письмо готовилось в Минтопэнерго России на основании обращения ряда нефтяных компаний («Сиданко», «Лукойл», «ЮКОС», «Славнефть») с просьбой увеличить экспорт нефти через порт Вентспилс.

На основании поручения от 11 сентября 1998 года № ХВ-П2-25915 Минтопэнерго России выпущено дополнение к графику поставки нефти на экспорт в III и IV кварталах 1998 г. с учетом увеличения экспорта нефти через латвийский порт Вентспилс.

Главное контрольное управление Президента Российской Федерации считает, что В. Б. Христенко вышел за пределы своих должностных полномочий, поскольку решение по ограничению транзита и перевалки грузов, в том числе нефти, через территорию Латвии было принято высшими должностными лицами государства…

Представляется целесообразном проинформировать Правительство Российской Федерации о реальном положении дел со строительством транспортно-технологических портовых комплексов в Финском заливе и просить привлечь к дисциплинарной ответственности должностных лиц федеральных министерств и ведомств, органов исполнительной власти Ленинградской области, не обеспечивших выполнение Указа Президента Российской Федерации от 6 июня 1997 г. № 554, поручений Президента Российской Федерации… и подготовивших недостоверную информацию о состоянии строительства новых российских морских портов и перегрузочных комплексов, расположенных в Финском заливе».

Проведенная проверка положительно повлияла на дальнейшее строительство указанных портов. При правительстве Е. М. Примакова был наведен порядок с проведением работ, правда, пришлось дать дополнительное бюджетное финансирование. А при правительстве В. В. Путина угольный терминал был в конце 2000 года запущен в работу, а в 2021 году заработал и нефтеналивной терминал в порту г. Приморска. Порт в бухте Батарейной решили не строить.

Что касается эпизода с поставкой дополнительных объемов нефти через латвийские порты, то первый заместитель министра топлива и энергетики РФ В. И. Отт был отправлен в отставку. На служебную карьеру В. Б. Христенко и И. С. Матерова этот случай отрицательного влияния не оказал.

Параллельно с этой проверкой по поручению Руководителя Администрации Валентина Борисовича Юмашева интенсивно пришлось заниматься анализом причин, по которым произошел дефолт. Материал проверки получился очень интересный. Было установлено, что в первую очередь действия (или, точнее, бездействие) Правительства РФ, Центрального банка, коммерческих банков привели к финансовой катастрофе России. Но материалы проверки были засекречены, и я не могу привести конкретные документальные фрагменты и факты.

Непросто у меня складывались отношения на начальном этапе деятельности с новым начальником Контрольного управления Н. П. Патрушевым. Я привык, что, когда ко мне поступает поручение руководства, творчески к этому поручению относиться и искать наиболее эффективные пути выполнения полученного задания. Иногда я даже писал служебную записку руководителю с предложением, как лучше выполнить полученное задание, и эти предложения не всегда соответствовали тексту поручения. В конце я писал: «Прошу Вашего согласия», — и при получении положительной резолюции действовал, как задумал.

Но на Николая Платоновича мое такое поведение произвело негативное впечатление. Я получил резкую резолюцию, что необходимо выполнять то, что приказывают, и строго руководствоваться своими должностными обязанностями.

Пришлось «взять под козырек». На поручениях я стал писать «Принято к исполнению», а на оперативных совещаниях докладывал по-военному: «Личный состав отдела в таком-то количестве занят на выполнении плановых контрольных мероприятиях, столько-то личного состава в командировках, столько-то больных».

Так продолжалось около недели. Но как-то утром ко мне в рабочую комнату заходит Юрий Евгеньевич Заостровцев. Он пришел в Контрольное управление вместе с Н. П. Патрушевым и заменил по должности И. И. Сечина, который перешел на работу в ФСБ. Мне были сказаны удивительные слова: «Александр Николаевич, ты что, обиделся, что ли? Николай Платонович сразу не разобрался тут в ваших делах. Продолжай работать так, как ты взаимодействовал с Владимиром Владимировичем Путиным». Так дальше все и произошло, больше проблем не возникало.

Н. П. Патрушев уже в октябре 1998 года перешел на работу в ФСБ и с августа 1999 года стал директором ФСБ. А Ю. Е. Заостровцев в это же время был назначен заместителем директора ФСБ — руководителем департамента экономической безопасности.

В середине октября 1998 года состоялось представление очередного шестого начальника Главного контрольного управления, если считать от времени моей работы в управлении. Представление прошло в узком кругу руководителей управления и довольно демократично. Начиная с одежды руководителя Администрации Президента России и формы самого представления.

Выглядело это так. Валентин Борисович Юмашев (руководитель Администрации) начал примерно со следующих слов: «Вот рядом со мной сидит мой хороший друг Евгений Кузьмич Лисов. Мне удалось с большим трудом уговорить его стать вашим начальником. У питерской команды резерва на очередного начальника контрольного управления не оказалось. В Администрации президента тоже пока новой кандидатуры нет, но должность начальника Контрольного управления важная, она не должна пустовать. И Евгений Кузьмич ее временно займет, у него большой опыт прокурорской деятельности, и у меня нет сомнения, что он с этой работой справится».

Как обычно бывает, «временное» часто оказывается «постоянным». Е. К. Лисов проработал в должности начальника контрольного управления до января 2004 года. Богатый опыт его прокурорской деятельности (заместитель Генерального прокурора,1991–1993, заместитель прокурора Москвы,1993–1995) помог ему быстро адаптироваться к новой должности, и с ним было достаточно комфортно работать. Во многом он напоминал мне в своем подходе к работе бывшего начальника управления В. Я. Зайцева, также пришедшего в контрольное управление из прокуратуры.

Совершенно неожиданно для меня я 29 декабря 1998 года был назначен на государственную должность начальника управления контроля деятельности федеральных органов исполнительной власти Главного контрольного управления Президента Российской Федерации. Это была следующая ступень по номенклатурной лестнице, и я, раньше не задумывавшийся о должностных привилегиях, очень удивился переменам, которые произошли после моего выхода на работу в 1999 году, сразу после новогодних праздников.

Во-первых, мне был выделен просторный кабинет с отдельной комнатой отдыха, с тремя большими окнами с видом на сквер, где установлен памятник-часовня героям Плевны, на этаже, где находились кабинеты руководства Контрольного управления. Мне в кабинете к правительственной связи АТС2, которая уже была, установили и связь более высокого уровня — АТС1. Получил право постоянно пользоваться служебной машиной, но только при перемещении между объектами в рабочее время. Для поездок на работу и с работы я по-прежнему использовал верную личную машину ВАЗ-2105.

Но, главное, с этим повышением у меня появилось больше служебной свободы. Исчезло лишнее верхнее звено, я теперь мог планировать контрольную деятельность управления по своим «лекалам», согласуя ее только с начальником Контрольного управления.

А процесс планирования деятельности занимал важную часть в работе Контрольного управления. План составлялся на год. Перед этим предложения в план запрашивались от подразделений Администрации Президента России, особенно важны были от Экономического управления. Предложения в план приходили от всех силовых структур. При этом анализировался аналогичный годовой план Счетной палаты России, контрольной деятельности Минфина России, чтобы исключить дублирование.

Мною применялся и мой фирменный метод планирования, заимствованный при командировке в США. Велся регулярный мониторинг статей в прессе, передач по телевидению с целью выявления болевых точек в экономике и коррупционных составляющих. С учетом этого планировались проверки в федеральных структурах, отвечающих за эти критические точки деятельности.

В приложении № 4 к этой книге я перечислил всех начальников Контрольного управления Президента России, с которыми мне пришлось вместе трудиться, за исключением Ю. Ю. Болдырева. С ним меня судьба связала заочно. Я неосознанно следовал за ним, повторяя его путь. Контрольное управление — Счетная палата России — литературное творчество! Фотографии руководителей Контрольного управления мною вынесены на обложку этой книги.

Глава 12. Как контрольное управление пыталось изменить систему государственного контроля

В главе 8 этой книги я упомянул о подготовленных мною и одобренных руководством контрольного управления предложениях по усилению исполнительской дисциплины с целью добиться своевременного и полного исполнения указов Президента России и других нормативных документов, принятых государственной властью.

Положение с выполнением принятых решений было такое критическое, что Президент России Б. Н. Ельцин в Послании Федеральному Собранию на 1997 год «Порядок во власти — порядок в стране» сформулировал требования к системе контрольных органов в России, эти требования были изложены, в том числе, и на основании предложений контрольного управления. Затем в апреле 1997 года выходит Указ Президента России с первоочередными мерами по реализации Послания, в котором уже конкретно поручается Правительству РФ разработать предложения о пересмотре системы государственного контроля, подготовить концепцию системы государственного контроля и федеральный закон о государственном контроле в Российской Федерации.

Правительство РФ поручило эту работу Минэкономики РФ, а в Министерстве решили, как принято в России, создать большую комиссию из всех органов государственной власти, наделенных контрольными полномочиями. Запросили в комиссию и представителей от контрольного управления.

В. В. Путин сказал мне: «Ты эту кашу заварил, тебе и расхлебывать, иди работай в комиссии». Кроме меня, в состав комиссии от Контрольного управления был предложен и очень грамотный юрист П. Е. Николов. Распоряжение Правительства РФ о создании комиссии вышло только 25 августа 1998 года, в ее составе оказалось 26 персон. Работу возглавила Эльвира Сахипзадовна Набиуллина, заместитель министра Минэкономики РФ (сейчас, в 2022 году, — руководитель ЦБ России).

В составе комиссии практически не оказалось людей, кто профессионально имел отношение к практической контрольной деятельности, в основном статс-секретари министерств и ведомств. Из профессиональных членов комиссии можно отметить начальника КРУ Минфина России Ю. А. Данилевского и начальника Управления организации контрольной работы по делам проблемных налогоплательщиков Госналогслужбы России Ю. Ф. Алпатова.

Первые заседания показали, что очень сложно окажется принимать решения по документам, предложенным к разработке, если сверху не будут спущены конкретные проекты документов. Тогда у комиссии есть шанс через их обсуждение принять финишные решения. Я об этом доложил руководству контрольного управления, и мне было дано разрешение такие документы подготовить для последующего доклада Руководителю Администрации Президента РФ, а через него и Президенту России. Конечно, Президенту надо было готовить не сами документы, а их краткое содержание, что и было сделано.

Вот текст письма, подписанного 31 октября 1997 года Руководителем Администрации Президента России В. Б. Юмашевым и доложенного Президенту России:

«Распоряжением Правительства Российской Федерации от 25 августа 1997 г. № 1204-р образована рабочая группа по разработке предложений о пересмотре системы государственного контроля и обеспечении создания специализированных контрольных инстанций, проектов концепции системы государственного контроля в Российской Федерации и федерального закона о государственном контроле в Российской Федерации.

Сотрудники Администрации Президента Российской Федерации входят в состав названной рабочей группы и отстаивают позиции, перечисленные ниже. Однако целесообразно Ваше одобрение этих позиций с тем, чтобы деятельность группы была направлена на выработку уже конкретных предложений на основе мнения, выраженного Президентом Российской Федерации.

Позиции, выносимые на Ваше рассмотрение, следующие.

1. Система контролирующих органов должна быть президентской системой — подчиняться Президенту Российской Федерации и действовать от его имени.

2. Возглавить и координировать эту систему может Контрольно-наблюдательный совет (КНС) при Президенте Российской Федерации, а быть его рабочим органом — Главное контрольное управление Президента Российской Федерации. КНС должен иметь представительства как в федеральных органах исполнительной власти (условно — федеральные инспекторы), так и в органах исполнительной власти субъектов Федерации (региональные инспекции). Причем эти инспекции целесообразно располагать «по кустам» (фактически — межрегиональные инспекции).

Основными функциями КНС могут являться:

координация действий и оценка деятельности контролирующих органов;

контроль за целевым расходованием бюджетных средств, за деятельностью любых структур, использующих средства федерального бюджета;

анализ социально-экономической ситуации в стране.

3. Контроль со стороны Президента Российской Федерации должен быть сквозным, т. е. осуществляться до выполнения всех поставленных задач.

4. Контрольные органы не должны ни в какой мере зависеть от органов, учреждений и лиц, деятельность которых контролируется. Эта независимость может быть обеспечена как «замыканием» контрольной системы на Президента Российской Федерации, так и финансированием отдельной строкой в федеральном бюджете по статье «органы государственного контроля».

5. Необходимо упорядочить структуру контролирующих органов и четко распределить между ними функции и полномочия.

Задачами государственного контроля должны являться:

контрольная деятельность с целью профилактики нарушений разных типов; установление (выявление) фактов нарушений;

реагирование на выявляемые факты нарушений (от информирования соответствующих государственных органов для привлечения к ответственности до непосредственного применения ответственности, самой контрольной инстанцией, если это входит в круг ее полномочий);

анализ состояния дел в подконтрольной сфере и информирование высших органов государственной власти и общества.

Структуры государственного контроля:

специализирующиеся полностью или частично на осуществлении контроля (органы прокуратуры, Счетная палата, Уполномоченный по правам человека, федеральные надзоры, органы налоговой полиции, специализированные инспекции и т. д.);

осуществляющие контрольную функцию для проверки выполнения собственных решений (Правительство РФ, министерства, иные органы исполнительной власти и т. д.);

структуры, для которых контрольные полномочия являются вспомогательными при реализации основных задач (налоговые инспекции, органы внутренних дел, юстиции и т. д.).

Основные направлениям контрольной деятельности:

контроль за законностью (проверка соответствия решений и действий Конституции РФ и федеральным нормативным актам);

контроль за своевременностью и качеством исполнения решений государственных органов (в случаях, если это не связано с нарушением законодательства);

финансовый контроль (проверка использования государственных средств, соответствующее реагирование на нарушения);

контроль специализированных ведомств (специализированных подразделений в ведомствах) за соблюдением установленных правил, стандартов и т. п. в определенных государством сферах (обеспечение эпидемиологического благополучия, противопожарная безопасность, ядерная безопасность, трудовые права, качество продуктов и т. д.).

Данные предложения полностью согласуются с проектом Концепции административной реформы, разрабатываемой по заданию Президента Российской Федерации».

Вот такое письмо было рассмотрено Президентом России. Конечно, текст получился совершенно «сырой», не отредактированный и главное — юридически не выверенный. Мне за него и сегодня немного стыдно. Но была жуткая спешка при подготовке письма, и это сказалось. А если обсуждать само содержание, то такая жесткая вертикаль контроля в исполнительной власти едва ли была жизнеспособна.

При подобной системе на Контрольное управление падала бы огромная нагрузка и, главное, ответственность за всю контрольную деятельность в стране на руководителя управления. И со временем данный факт сыграл решающую роль в плавном отклонении этого проекта и долгое 20-летнее обсуждение проблем государственного контроля.

Но в те времена эта проблема имела сильное политическое значение, и 8 ноября 1997 года появилось «нужное» поручение по данному письму Председателю Правительства РФ В. С. Черномырдину:

«Предложения ГКУ следует взять за основу, конкретизировав их в рамках рабочей группы, образованной Правительством Российской Федерации 25 августа 1997 года».

После такого поручения Президента России скоро в рабочей группе уже появились проекты конкретных документов. Начальником КРУ Минфина России Ю. А. Данилевским, при моем активном участии, был представлен проект концепции системы государственного контроля, во многом отражающий позицию Главного контрольного управления. Но затем Минэкономики России внесло в него уточнения при обсуждении на рабочей группы, исключив из Концепции создание Контрольно-наблюдательного совета при Президенте РФ, что вызвало мою негативную реакцию и определенные действия.

Удалось отстоять в подготовленных документах основные положения, представленные Контрольным управлением, и 18 декабря 1997 года проекты Концепции системы государственного контроля и федерального закона «Об основах государственного контроля в Российской Федерации» поступили на согласование в Правительство РФ и Администрацию Президента РФ.

Руководитель Администрации Президента России дал поручение поступившие проекты документов рассмотреть совместно В. В. Путину, М. А. Краснову, М. В. Комиссару, В. Г. Орехову и сообщить в Правительство об имеющихся замечаниях и предложениях.

Интересна в этой ситуации типично бюрократическая реакция Правительства РФ. Председатель Правительства В. С. Черномырдин сразу после поступления проектов документов в Правительство обратился к Президенту РФ с просьбой снять с контроля поручение по улучшению системы государственного контроля. Написал: проекты документов разработаны, рассмотрим их на заседании Правительства в декабре 1997 года.

При работе в контрольном управлении мне приходилось много раз сталкиваться с такой практикой, когда исполнителя интересует не конечный результат выполнения указа или поручения Президента, а только составление «дорожной карты» (очередное модное слово, придуманное журналистами и с важным видом применяемое чиновниками, сейчас такой чести удостоилось слово «триггер» из электроники, при этом чиновники, используя его в выступлениях, едва ли знают, что это такое) по его исполнению. И очень часто этот номер проходит, результата нет, но все уже давно снято с контроля. К сожалению, ситуация не изменилась и в год написания книги.

Но в данном случае номер не прошел. Руководитель Администрации Президента России В. Ю. Юмашев занял принципиальную позицию, и Правительство РФ получило «черную метку». В информации, подготовленной об итогах выполнения в 1997 году основных положений Послания Президента России и соответствующего указа, было зафиксировано, что поручение о пересмотре системы государственного контроля не выполнено. Представленные рабочей группой в Правительство РФ проекты концепции и федерального закона об основах госконтроля не рассмотрены, доклад Президенту Российской Федерации по этому вопросу не представлен.

Естественно, никто не был наказан, а появилось 23 февраля 1998 года новое поручение по этому вопросу: рассмотреть на заседании Правительства РФ в первом полугодии 1998 года вопрос о совершенствование системы государственного контроля и по итогам заседания (до 1 июля 1998 г.) представить проект указа Президента РФ о реорганизации системы государственного контроля. Но «честь» рассмотрения этого вопроса на Правительстве РФ выпала уже другому Председателю — С. В. Кириенко.

Я, конечно, не только занимался теорией контрольной деятельности, но и проверял ее на практике. Контрольное управление отреагировало на Послание Президента России «Порядок во власти — порядок в стране» и в январе — июне 1998 года провело проверку эффективности деятельности контрольных служб федеральных органов исполнительной власти по выполнению возложенных на них функций. Результаты проверки были 2 июля 1998 года направлены Председателю Правительства РФ С. В. Кириенко для использования в работе и при доработке концепции системы государственного контроля в Российской Федерации.

Вот основные фрагменты этого материала:

«…В Российской Федерации действуют 66 контрольных служб федеральных органов исполнительной власти, обладающих весьма обширными полномочиями по выявлению и пресечению правонарушений различных видов (не считая правоохранительных органов).

Некоторые федеральные органы исполнительной власти не имеют обособленных структурных подразделений, осуществляющих их полномочия по государственному контролю, в то же время контрольные функции являются определяющими в деятельности этих органов. Так, в структуре ГТК России определенными контрольными функциями наделены все таможенные органы, от госкомитета до таможенного поста включительно…

Существующая система государственной отчетности далека от совершенства, порою даже не позволяет судить о реальном исполнении функций контролирующими органами. Так, контролирующие органы, информируя руководство страны о своей деятельности, приводят статистику наложения штрафных, финансовых, административных санкций, однако не указывают, сколько же реально их взыскано с правонарушителей. Между тем, прокурорские проверки свидетельствуют о том, что реальные взыскания штрафных и иных санкций явно незначительны, а порою не превышают и 10 процентов (далее приводятся конкретные примеры)…

Одним из наиболее распространенных отрицательных явлений в контрольной деятельности стала имитация результатов проверки, когда во главу угла ставится проведение самой проверки, а не получение конкретных результатов и выявление недостатков в той или иной деятельности…

Наличие большого числа специализированных контрольных служб или органов, для которых контроль является составной частью их функций, не обеспечивает сам по себе эффективность государственного контроля…

Отсутствие законодательно закрепленного четкого разграничения сфер деятельности между различными контрольно-надзорными органами приводит к дублированию в их деятельности (далее были приведены многочисленные примеры).

…Отсутствует единая государственная информационная система о выявленных нарушениях в экономике. Проверяются зачастую одни и те же объекты, другие на протяжении многих лет оказываются вообще вне сферы государственного контроля.

…Особое внимание комиссией было уделено соблюдению законности в деятельности контрольных органов и их должностных лиц…

Федеральные министерства и ведомства, наделенные функциями государственного контроля, недостаточно требовательны к подчиненным им органам, крайне редко используют предоставленные полномочия для пресечения проявления их бездеятельности или незаконных действий. Более того, своими противоречивым ведомственном нормотворчеством они иногда подталкивают подчиненные структуры к совершению неправомерных действий. Незаконные акты издавались Госналогслужбой России, ГТК России, Мингосимуществом России, Минтрансом России, МПС России, некоторыми другими федеральными органами исполнительной власти.

Комиссией были рассмотрены вопросы деятельности контрольных служб в сфере налогообложения. Установлено, что одной из причин ослабления налоговой дисциплины является отсутствие должного контроля со стороны аппарата Госналогслужбы России за работой подчиненных налоговых инспекций. Например, в Орловской области не налажен учет налогоплательщиков, не соблюдается периодичность проверок, налоговыми инспекциями не в полной мере реализуются предоставленные им законом полномочия, нарушаются права налогоплательщиков, отсутствует взаимодействие между налоговой инспекцией и полицией, не принимаются достаточные меры к взысканию недоимок, сумма которых в 1997 году составила 121 млрд рублей…

Некоторые налоговые инспекции не предъявляли в установленном законодательством случаях иски о ликвидации предприятий, не проводили работу по признанию незаконными сделок с имуществом ликвидированных организаций с целью взыскания в доход государства полученных по таким сделкам имущества.

После проверок, проведенных налоговыми инспекциями, налоговой полицией в 1997 году выявлены многочисленные нарушения, оставшиеся вне поля зрения налоговых инспекторов, в т. ч. факты сокрытия доходов на 130.3 млрд руб. Лишь в ходе контрольной проверки АО «Лесоторговая компания» (Республика Карелия) доначислено в бюджет 13 млрд руб. вместо 200 млн руб. В результате возбуждено 62 уголовных дела в отношении налогоплательщиков и 18 — в отношении работников налоговых органов. Низким остается качество материалов, направляемых налоговыми инспекциями в органы полиции. Каждый шестой из них бюджет возвращается на дооформление. Наиболее неблагополучное положение сложилось в Кабардино-Балкарской Республике, Белгородской, Кировской и других областях. Допускается освобождение виновных в налоговых правонарушениях должностных лиц от административной ответственности. Такие факты имели место в Ульяновской и других областях, Республиках Адыгея, Удмуртия.

Изучение состояния дел в сфере налогообложения показывает, что многочисленные нарушения налогового законодательства привели к ослаблению бюджетной системы, несвоевременной выплате заработной платы, созданию в обществе очагов социального напряжения. О крайне неудовлетворительной ситуации свидетельствует и то, что ода треть налогоплательщиков не представляет отчетность, не платит налоги, а еще одна треть имеет хроническую задолженность по платежам.

Одной из наиболее криминогенных отраслей с точки зрения соблюдения требований налогового законодательства являются производство и реализация алкогольной продукции…

Наиболее острой проблемой является контроль за продукцией иногородних производителей и поставщиков алкогольной продукции. Значительные объемы нелегальной алкогольной продукции реализуются в Санкт-Петербурге и близлежащих (Ленинградской, Псковской, Новгородской) областях. В ходе массовых проверок в 1997 году потребительского рынка только в Санкт-Петербурге установлено, что 80 % алкогольной продукции составляет привозной алкоголь, причем 30 % завозимой продукции — фальсификат. Реализация такой продукции в городе ведется оптовыми фирмами, которые в большинстве случаев не предоставляют отчетность в налоговые инспекции или ведут свою деятельность без лицензии…

Имеют место факты, когда правоохранительные и контролирующие органы не принимают достаточных мер по информации о нарушениях законодательства в сфере производства и оборота алкогольной продукции. Так, проверкой, проведенной в августе 1996 г. Дагестанской инспекцией Росалкогольмонополии РФ, по информации Дагестанского таможенного управления установлено, что из 11 импортеров алкогольной продукции 9 не существует и не находятся по указанным в таможенных документах адресам, налоги на завезенную и реализованную алкогольную продукцию не уплачивали…

При проверке была проанализирована деятельность контрольных органов по выявлению фактов нецелевого использования средств, предназначенных на выплату заработной платы, пенсий и пособий…

Несмотря на общеизвестный характер выявленных в области оплаты труда нарушений, на предпринимаемые федеральными и региональными органами власти организационные, финансово-экономические и правовые меры по решению проблемы неплатежей, ситуация в этой области продолжает обостряться. Главной причиной этого, наряду с известными причинами экономического и политического характера, является затягивание с реализацией или прямой отказ от реализации целого ряда мер, неоднократно предлагавшихся на различных уровнях в течение последних двух лет, в том числе и Рострудинспекцией…

В частности, до настоящего времени не реализованы следующие меры:

— не внесены необходимые изменения в трудовое, административное и уголовное законодательство, предусматривающее усиление административной и восстановление уголовной ответственности за нарушение правовых норм об оплате труда;

— не приняты надлежащие меры по обеспечению эффективного управления казенными и другими государственными предприятиями и финансового контроля за их деятельностью, по усилению регулирующего воздействия государства на оплату труда и ответственность руководителей государственных предприятий и организаций с государственным участием;

— не разработана система эффективного контроля за результатами финансово-хозяйственной деятельности акционерных обществ и реальной ответственности представителей государства в их органах управления за ненадлежащее управление принадлежащими государству пакетами акций;

— не приняты законодательные меры, направленные на пресечение противоправных действий коммерческих банков, влияющих на ситуацию с задержками зарплаты;

— не выработаны единые, законодательно закрепленные федеральные, региональные и отраслевые нормы и нормативы формирования фондов оплаты труда в органах управления и социальной сфере;

— не приняты меры к установлению судебной ответственности владельцев имущества социально значимых объектов за его нерациональное, во вред обществу, использование (принцип ответственной собственности)».

Далее в этом материале о результатах контрольной проверки проведен анализ деятельности Контрольно-ревизионного управления Минфина России (с 1998 г. — Департамент государственного финансового контроля и аудита), контрольной деятельности территориальных управлений федерального казначейства Минфина России, в банковской системе, Российского фонда федерального имущества, территориальных комитетов по управлению имуществом в части использования государственного имущества, относящегося к федеральной собственности, Государственного антимонопольного комитета РФ, Российской транспортной инспекции Минтранса РФ и Управления государственного контроля, экспертизы и охраны природных ресурсов Минприроды РФ (по вопросам лицензирования). Отдельно были рассмотрены проблемы государственного экологического контроля и его составных элементов (земля, недра, водные объекты, охотничьи хозяйства, растения, племенное животноводство, минеральные воды, леса, животный мир, трансграничные перевозки отходов). Была рассмотрена деятельность всех 11 министерств, ведомств и их территориальных органов, в сферу деятельности которых входит контроль по этим проблемам.

Вот такой получился объемный труд. В заключение на основе изложенных материалов были сформулированы требования к содержанию федерального закона о госконтроле и деятельности Контрольно-наблюдательного совета при Президенте Российской Федерации.

«Для обеспечения консолидации усилий органов власти и государственного контроля по преодолению негативных процессов, в значительной степени дестабилизирующих положение в стране, жизненно важным становится скорейшее принятие этого федерального закона, который бы обеспечил создание стройной системы государственного контроля, четкое разграничение функций и полномочий контролирующих служб, включая контроль в органах законодательной и исполнительной властей, местного самоуправления, независимых организаций и т. п.».

Трудно ответить на вопрос, удалось ли изучить этот материал в Правительстве РФ С. В. Кириенко. Я подписал этот материал проверки 25 июня 1998 года, и уже 2 июля за подписью начальника Главного контрольного управления Н. П. Патрушева он был направлен в Правительство РФ. А дефолт и отставка правительства были совсем рядом.

Но еще до отправки указанных документов, в соответствии с поручением Президента России, 18 июня состоялось долгожданное заседание Правительства России, на котором был рассмотрен вопрос о совершенствовании системы государственного контроля в Российской Федерации. На заседании были одобрены основные направления концепции совершенствования системы государственного контроля и проект указа Президента России «Об организации работы по совершенствованию системы государственного контроля в Российской Федерации».

Были попытки выступающих изменить некоторые положения, изложенные в Концепции, например, убрать из нее создание Контрольно-наблюдательного совета. Но после выступления начальника контрольного управления Н. П. Патрушева председатель Правительства провел решение с одобрением документов, предложенных Администрацией Президента РФ.

Были обозначены сроки доработки документов, работу эту поручили Минэкономики России. Но случились дефолт и отставка Правительства РФ. Правительство возглавил Е. М. Примаков, у которого были свои взгляды на организацию государственного контроля, и ему не нужен был контроль за деятельностью исполнительной власти со стороны Администрации Президента России. И 22 октября 1998 года он все это смело изложил в письме в адрес Руководителя Администрации Президента России.

«…Функции и задачи, содержащиеся в проекте положения о Совете, утверждаемом указом, предусматривают координацию действий контрольных инстанций различных ветвей власти, включая законодательную, исполнительную, судебную, а также Генпрокуратуру России и Администрацию Президента Российской Федерации и входит в противоречие с нормами, установленными Конституцией Российской Федерации и рядом федеральных законов. В этой связи обеспечить согласование проекта указа, предусматривающего предоставление дополнительных властных полномочий Контрольно-наблюдательному Совету при Президенте Российской Федерации и Главному контрольному управлению Президента Российской Федерации как органу, на который возлагается обеспечения деятельности указанного Совета, не представляется возможным».

Письмо, по сути, конечно, правильное, но в нем акценты деятельности Контрольно-наблюдательного совета искажены, по сравнению с изложенными в проекте указа. И конечная цель письма — не допустить контроля Президента России за деятельностью Правительства РФ через Администрацию Президента РФ.

Такой ответ Председателя Правительства РФ, естественно, вызвал негативную реакцию руководителя Администрации Президента России. Было поручено Е. К. Лисову и Р. Г. Орехову подготовить предложения для доклада Президенту России.

Предложения были подготовлены. Смысл — создать рабочую группу из представителей Правительства РФ, Администрации Президента России и снять возникшие разногласия по подготовленным проектам документам. Но В. Б. Юмашев в декабре был заменен на Н. Н. Бордюжу, а свое поручение, вместе с предложениями Контрольного управления, закрыл и списал в архив.

Новый руководитель Администрации Президента РФ Н. Н. Бордюжа реанимировал вопрос госконтроля в феврале 1999 года. Вот его поручение Контрольному управлению:

«Провести работу по выявления причин невыполнения требований Указа Президента Российской Федерации от 03.04.97 г. № 279 «О первоочередных мерах по реализации Послания Президента Российской Федерации Федеральному Собранию «Порядок во власти — порядок в стране»», в части представления предложений о пересмотре системы государственного контроля. Результаты работы доложить в месячный срок.

Согласованные проекты документов по совершенствованию системы государственного контроля в Российской Федерации представить до 1 мая 1999 года».

После обсуждения полученного поручения на специальном совещании у Е. К. Лисова было принято решение, что перспектив выполнить это поручение не имеется. Правительство Е. М. Примакова занято стабилизацией положения в стране после дефолта, вступать с ним в дискуссию по проблемам государственного контроля будет неправильно, и решение этого вопроса надо отложить.

Было оперативно подготовлено письмо в адрес руководителя Администрации, в котором подробно описаны все эпизоды, связанные с подготовкой проектов документов по совершенствованию государственного контроля и их обсуждения начиная с 1997 года. Вот завершающая часть этого письма:

«В настоящее время от имени Президента Российской Федерации функции контроля и проверки исполнения законов, указов, распоряжений и поручений Президента Российской Федерации осуществляет Главное контрольное управление Президента Российской Федерации, а в области внутренней, внешней, военной политики и военно-технического сотрудничества — Совет безопасности Российской Федерации. Для осуществления государственного финансового контроля Президент Российской Федерации имеет возможность давать поручения и использовать результаты деятельности Счетной палаты Российской Федерации.

Наличие этих органов позволяет Президенту Российской Федерации в полной мере осуществлять контроль как одну из важнейших функций главы государства. Изменение или совершенствование этой системы контроля невозможны без значительных изменений действующего законодательства. Кроме того, сложное экономическое положение страны не позволяет тратить средства на создание дополнительных контролирующих организаций.

На основании вышеизложенного, учитывая возникшие разногласия по данному вопросу с федеральными органами исполнительной власти, а также происходящий процесс достижения ветвями власти политической стабильности в обществе, Главное контрольное управление Президента Российской Федерации предлагает временно не рассматривать вопрос о пересмотре системы государственного контроля».

Письмо, конечно, написано убедительно и юридически профессионально. И прочитав его, трудно не согласиться с предложением отложить решение вопроса. Так в последующем и произошло. Но в письме не упоминается система контроля в органах исполнительной власти, ради повышения эффективности ее действий и были начаты работы по совершенствованию системы государственного контроля. Для получения положительной резолюции и была немного по-другому описана общая система контрольных полномочий Президента России.

До начала 2000 года я больше этим вопросом не занимался. Но вот В. В. Путин стал и. о. Президента России и, похоже, дал команду снова заняться этой проблемой.

По контрольному управлению 2 марта 2000 года выходит распоряжение «Об образовании рабочей группы по разработке предложений о совершенствовании системы контроля, осуществляемого в рамках реализации полномочий Президента Российской Федерации». В группе 9 человек, руководителем назначают меня. Мне предписывается представить начальнику Главного контрольного управления доклад о мерах по совершенствованию и усилению контроля в системе органов исполнительной власти.

Рабочей группой заново были проанализированы ранее подготовленные материалы «О совершенствовании и усилении президентского контроля Российской Федерации» и «О Совете по координации деятельности контрольных органов», внесены в них незначительные изменения с акцентом на исполнительную власть и представлены руководству контрольного управления для отправления в Администрацию Президента РФ и в Правительство РФ.

Но в это время в Администрации Президента началась проработка документов общей концепции государственного строительства, в ней было предусмотрено образование федеральных округов и уже в них — назначение федеральных инспекторов. При подготовке документов в рабочей группе я об этом еще не знал, и, естественно, Главное государственно-правовое управление Президента РФ потребовало их привести в соответствие с разрабатываемой концепцией государственного строительства.

В это же время, в апреле 2000 года, Председателем Счетной палаты РФ был Государственной Думой избран и назначен С. В. Степашин. Он сразу продемонстрировал желание тесно взаимодействовать с Президентом РФ и направил ему письмо, которое нашло полную поддержку В. В. Путина. Было дано поручение А. С. Волошину, М. М. Касьянову: «Предложения Председателя СП РФ необходимо поддержать. Представьте предложения».

Смысл письма был простой: «Анализ работы Счетной палаты Российской Федерации и контрольных подразделений федеральных органов государственной власти показывает наличие несогласованности и постоянного дублирования контрольных мероприятий, проводимых этими органами…

Полагал бы целесообразным принять решение о ежегодном и поквартальном согласовании планов проведения ревизий, проверок и других контрольных мероприятий между указанными государственными органами».

По поручению было доложено, что координация при составлении планов проверок между Контрольным управлением Президента РФ, Счетной палатой РФ и Минфином России будет усилена. А в проект Положения о Контрольно-наблюдательном совете такая функция координации контрольной деятельности включена, и председатель Счетной палаты в состав Совета включен (по согласованию).

Очередная версия документов о совершенствовании контрольной деятельности была отправлена Контрольным управлением в Правительство РФ 2 июня 2000 года. Начался очередной этап согласования.

Проект закона о контрольно-наблюдательном совете был заблокирован Главным государственно-правовым управлением как не соответствующий Конституции России (в части разделения полномочий различных ветвей государственной власти), и было принято решение Совет не создавать.

А федеральный закон «О государственном контроле (надзоре)…» был принят ровно через 20 лет в июне 2020 года. При этом 20 лет шла ожесточенная дискуссия по его содержанию, но я уже в этом процессе участие принимал только косвенно, подписывая или визируя замечания на очередной проект в должности заместителя Председателя Счетной палаты.

Сейчас идет 2022 год. В стране, по сравнению с годами, описанными в этой книге, проблем меньше не стало. Но президентский контроль ушел из публичного поля в «глубокое подполье». В прессе практически нет информации, чем занимается Контрольное управление Президента России. Да и Президент России в своих выступлениях, во встречах с представителями федеральной исполнительной власти, губернаторами не упоминает о каких-либо проведенных проверках его контрольного органа. Такая же картина и в деятельности контрольных органов исполнительной власти. Сидят тихо и лишний раз стараются «не высовываться». Такая политика сознательного ограничения деятельности контрольных органов не способствует борьбе с коррупцией, нецелевому использованию бюджетных средств.

Будем надеяться, что с началом обозначившихся перемен во внутренней политики России вспомнят и о важном предназначении контрольных органов в управлении государством Россия!

Глава 13. Два последних года работы президентским контролером

Год 1999 выдался богатым на различные неожиданные события. Наверное, был установлен рекорд по частоте смены Правительства России за один год. Только перед октябрьской революцией 1917-го так часто происходила смена председателей правительства. При этом у меня даже предположений не было, что скоро Председателем Правительства станет Владимир Владимирович Путин. Весь год происходили непрерывные «приключения» с генеральным прокурором Ю. И. Скуратовым. В марте руководить Администрацией Президента России стал практически никому не известный Александр Стальевич Волошин. И, наконец, в конце года вся страна смотрела новогоднее прощальное поздравление Б. Н. Ельцина с 2000 годом. Были сказаны знаменитые слова: «Я ухожу!»

Но все по порядку. В феврале 1999 года в контрольное управление поступило странное поручение руководителя Администрации Президента РФ Н. Н. Бордюжи о проведении проверки соблюдения законодательства при приватизации РАО «Норильский никель». Основанием этого поручения явилось обращение в его адрес председателя Совета директоров РАО «Норильский никель» А. Н. Филипьева. Было совершенно очевидно, что поручение это является политически неверным и дает оппозиции дополнительные возможности в противостоянии с действующей властью.

На совещании у начальника контрольного управления Е. К. Лисова было принято решение поручение на выполнять, объяснив руководителю Администрации причины. Так как проверкой проведения залоговых аукционов занимался я, мне и поручили его подготовить. В этот же день, в день получения поручения (!), письмо Н. Н. Бордюже было подготовлено, подписано и отправлено. Вот его фрагменты:

«…В соответствии с поручением Президента Российской Федерации от 19 декабря 1995 г. № Пр-1833 Главным контрольным управлением ранее в пределах своих полномочий проводилась проверка исполнения указов и поручений Президента Российской Федерации по проведению аукционов на право получения в залог пакетов акций, находящихся в федеральной собственности.

Материалы проверки были представлены письмом от 18 января 1996 г. (№ А15-08-169) Президенту Российской Федерации, который поручил Председателю Правительства Российской Федерации (№ Пр-188 от 29 января 1996 г.) учесть выводы Главного контрольного управления Президента Российской Федерации при подготовке предложений по совершенствованию механизма приватизации и управления федеральной собственностью.

Генеральной прокуратурой России и Счетной палатой Российской Федерации в течение 1997–1998 годов осуществлялись проверки соответствия законодательству приватизации и продажи находящихся в федеральной собственности акций указанного акционерного общества, а также его финансово-хозяйственной деятельности, о результатах проведения которых направлялась соответствующая информация в Правительство Российской Федерации…

Считаю необходимым обратить внимание на то обстоятельство, что в течение 1996–1998 гг. Арбитражным судом г. Москвы и Федеральным арбитражным судом Московского округа по искам заинтересованных лиц было рассмотрено несколько дел, которые касались проведения залогового аукциона, а также конкурса по продаже находившихся в федеральной собственности пакета акций РАО «Норильский никель». Вступившие в законную силу решения суда подтверждают правомерность указанных сделок.

В соответствии с изложенным полагали бы целесообразным проверку РАО «Норильский никель» не проводить.

Председатель совета директоров РАО «Норильский никель» А. Н. Филипьев о принятом решение будет проинформирован».

Но Н. Н. Бордюжа наше письмо не успел прочитать: был отправлен в отставку. Новый руководитель Администрации Президента России А. С. Волошин 20 марта 1999 года письмо рассмотрел и наложил резолюцию: «С Вашими предложениями согласен».

Я регулярно посещал практически все заседания Правительства России, в перерыве часто обменивался мнениями с присутствующими о положении в стране. Сложилось устойчивое мнение, что С. В. Степашин явно делает много политических ошибок и в конце года будет заменен. Наиболее часто называлась фамилия Н. Е. Аксененко, другие фамилии.

Немного опишу, как в те времена проходили заседания Правительства России в Белом доме на Краснопресненской набережной. Зал заседания напоминал вытянутый прямоугольник. В центре зала, ближе к двери, откуда выходил на заседание персонально Председатель Правительства России, был установлен длинный стол, за котором размещались члены правительства (заместители председателя правительства, министры). Места за столом были закреплены за членами правительства постоянно с установленными компьютерами и микрофонами для выступления. Дальше в зале, после стола заседаний, были оборудованы места для приглашенных на конкретное заседание и для сотрудников Аппарата Правительства. Эти места напоминали зал кинотеатра. Рядов было примерно десять с проходом между ними к двери, через которую заходили все участники заседания.

Вдоль длинных сторон стола, вплотную к стене стояли столики, похожие на ученические парты, на двух человек. Места за ними тоже были персональными, для руководителей различных федеральных структур и особо почетных гостей. За мной было закреплено на постоянной основе одно из мест за этими столиками, совсем близко к месту Председателя Правительства России. На столах заранее раскладывались папки с повесткой дня заседания и материалами по предлагаемым к рассмотрению вопросам. Меня также снабжали этими материалами, правда, в немного усеченном виде, но и этих материалов было достаточно для последующего доклада руководству Контрольного управления о заседании.

На заседаниях Правительства России я не выступал, вопросов не задавал и, если надо было с кем-то переговорить по проводимым Контрольным управлением проверкам, то использовал время перед заседаниями или в перерыве.

В первых числах августа 1999 года утром раздался очень странный звонок от Игоря Ивановича Сечина. Он вместе с В. В. Путиным работал в это время в ФСБ. Было сказано: «Надо встретиться и переговорить». Я, естественно, согласился и сказал, что готов подъехать на Лубянку или принять его на Старой площади. Но место встречи было названо удивительное: «Через час в сквере у Белого дома».

Приехал, сижу на лавочке, светит солнышко, думаю, почему такая конспирация, наверное, будет просьба провести какую-то очень важную секретную проверку. Вижу, вдалеке появляется черный «Мерседес», из него выходит И. И. Сечин и быстрым шагом направляется ко мне. Встаю, рукопожатие. Игорь Иванович говорит. «У меня 5 минут, тороплюсь, информация секретная. Завтра в 9 утра вы должны быть в Кремле в кабинете Руководителя Администрации А. С. Волошина. Он вам все сам скажет, о вашем визите и характере беседы никто знать не должен, включая руководство Контрольного управления. Все, я побежал».

Весь день и ночь пытался понять, что меня ждет в кабинете Руководителя Администрации. Варианты могли быть разные, но почему такая секретность? Вспомнил, как создавался в далекие времена Специальный центр обслуживания, были и другие похожие ситуации, но явно здесь что-то другое. И тут совершенно очевидно проявился мой серьезный недостаток логического мышления. Или возраст сказался, или у меня от назначения начальником управления «голова закружилась». Но я не смог определить три ключевых момента, чтобы найти разгадку, и, самое ужасное, не нашел ее и после встречи с А. С. Волошиным. Вот эти три подсказки, которые для меня обозначил И. И. Сечин, а я оказался дурачком.

Первую информацию о встрече довел для меня И. И. Сечин, значит, В. В. Путин.

Встреча прошла не где-нибудь, а у Белого дома, значит, она связана с Правительством России.

Информация о скорой отставке Председателя Правительства РФ С. В. Степашина упорно циркулировала, и секретность вопроса, которым занимался лично Руководитель Администрации, свидетельствовала, что вопрос замены Председателя правительства РФ решен и меня рассматривают как кандидата в его новый состав. Но мне это не суждено было понять.

Утром следующего дня в назначенное время был в Кремле и незамедлительно приглашен в кабинет Руководителя Администрации Президента России. Александр Стальевич сразу сообщил о цели нашей встречи:

— В последних материалах проверки, к которым вы имели непосредственное отношение, совершенно справедливо критикуется деятельность Министерства по налогам и сборам. Видно, что вы хорошо разбираетесь в этом вопросе и, главное, предлагаете, что надо изменить в деятельности министерства. Как вы отнесетесь к тому, чтобы возглавить Министерство по налогам и сборам?

Такого предложения я, конечно, совершенно не ожидал и честно об этом сказал. На что мне было замечено, что в жизни много происходит неожиданного и от меня надо только услышать согласие на назначение министром. Я тогда решил попробовать объяснить, почему мне это предложение кажется не только неожиданным, но и немного странным. Правительство должно работать единой командой, я Председателя Правительства С. В. Степашина совсем не знаю (про себя подумал, что подобные предложения должны были исходить от него), опыта работы руководителем такого большого коллектива с подразделениями по всей стране нет.

При всей критике работы министерства, действующий министр Александр Петрович Починок, по моему мнению, справляется с работой, и не видно объективных причин для его замены. К тому же он активный член партии «Союз правых сил», у него есть политическая поддержка, и «спина прикрыта» А. Б. Чубайсом. У меня всего этого нет, а занимать такую должность без поддержки руководства бессмысленно. А. С. Волошин на эти слова улыбнулся, сказал, что я не совсем прав.

И снова спросил, какой будет мой окончательный ответ. Ответ был такой: «Желания менять работу в Контрольном управлении на другую нет, но если очень нужно и «партия прикажет», буду работать там, где нужен». На этом и расстались, предварительно еще раз получил предупреждение, что этот разговор только между нами, и о нем никто не должен знать.

После этой встречи несколько дней ничего не происходило, никто мне больше не звонил, а я строго хранил тайну этих конспиративных встреч. И вот наступил день 9 августа 1999 года, Правительство С. В. Степашина было отправлено в отставку. Мне все сразу стало ясно, я на «ровном месте» умудрился как минимум «поскользнуться», а может быть, и хуже, время покажет. При этом я не жалел, что отказался от должности министра, а боялся, что мой отказ В. В. Путину повлияет на мою работу в Контрольном управлении.

Но опасения оказались напрасными, наверное, я правильно построил разговор с А. С. Волошиным. Политическое руководство страны не стало спорить с выбором В. В. Путиным кандидатуры в части министра по налогам и сборам, но явно хотело оставить А. П. Починка в новом правительстве. И мой отказ был воспринят положительно. Не было отрицательной реакции и со стороны нового Председателя Правительства В. В. Путина. Косвенно это подтверждает и то, что ровно через год после этих событий, 11 августа 2000 года я был назначен на государственную должность заместителем начальника Главного контрольного управления — начальником управления инспектирования федеральных органов исполнительной власти.

Во второй половине 1999 года Контрольным управлением была проведена очень сложная, но интересная проверка Центробанка России. Проверка закрытая, поэтому о ее результатах я писать не могу. Контрольное мероприятие было посвящено проблемам с продажей драгоценного металла палладия из государственных запасов. До 1997 года этим монопольным правом владел Минфин России, непосредственной реализацией палладия на внешнем рынке занималось ГУПВО «Алмазювелирэкспорт» по годовым квотам России. Но в июне 1998 года был подписан указ Президента РФ, разрешающий ЦБ России самостоятельно размещать за рубежом в качестве залога до 300 тонн палладия.

ЦБ России полученными правами воспользовался, и в декабре 1998 года металл был вывезен в Дойче Банк, а потом размещен в трех западных банках, с последующим получением от залога палладия валютных денежных средств. У Минфина России эти действия ЦБ России и все финансовые операции, в частности, вызвали полное неприятие. И он обратился в компетентные органы с соответствующей жалобой, а Контрольному управлению поручили все это проверить. Была создана комиссия под моим руководством, с включением в состав проверяющих представителей ФСБ.

Чем комиссия занималась и какие вопросы рассматривала, я опишу через цитирование прессы, которая из своих источников узнала про эту проблему.

Вот, например, выдержки из статьи в газете «Московский комсомолец» от 22.07.99. «Где «крутятся» доллары, полученные от вывезенных из России и заложенных в западном банке 300 тонн стратегического металла? Весьма любопытную историю раскопали корреспонденты «МК», самостоятельно (без участия Счетной палаты и Генпрокуратуры) изучавшие финансовую деятельность прошлого и нынешнего руководства Центрального банка РФ. Цена этой истории — 3 млрд долларов США, полученных ЦБ за рубежом и непонятно где находящихся сегодня.

Началось все ровно год назад, в июле 1998-го, когда экс-председатель Центробанка Сергей Дубинин, осознав, что госказна истощилась, а пирамида ГКО вот-вот рухнет, каким-то образом смог «пробить» у президента Ельцина разрешение на вывоз за границу нескольких тонн палладия…

Однако вывести палладий Сергей Константинович не успел: пока кремлевская бюрократическая машина разворачивалась и согласовывала Указ президента, подошло 17 августа. Рухнула банковская система страны, а вместе с ней и сам Дубинин. Пришедший ему на смену Виктор Геращенко, разобравшись с текущими делами, решил, что было бы грешно не воспользоваться уже готовой и давно вступившей в силу бумагой. По данным нашей газеты, в декабре 98-го и январе 99-го из России было вывезено 300 (!) тонн драгоценного металла. Палладий заложили в Дойче Банк под кредит в 3 млрд долларов. А деньги, по утверждению наших источников информации, отправили на счет в один из т. н. совгазгранбанков — т. е. «дочку» ЦБ.С тех пор прошло полгода. Насколько нам известно, 3 млрд долларов в Россию не приходили. Равно как никто и не думал выкупать палладий обратно. Кстати, весьма похоже, что этот выкуп не планировался с самого начала: ни один банк не выдаст кредит, в точности равный цене залога… По некоторым сведениям, за минувшие 6 месяцев они неоднократно прокрутились через систему совзагранбанков, принеся им, видимо, немалую прибыль. Чего, к сожалению, нельзя сказать о России. Все наши попытки прояснить судьбу денег (размером вполне сопоставимых с кредитом МВФ, добытым нашими чиновниками путем огромных уступок на международном уровне) закончились ничем. Вообще, иногда складывалось ощущение, что в аппарате премьера Сергея Степашина и его зама по экономике Виктора Христенко даже не понимали, о чем шла речь. Какой кредит? Какие 3 миллиарда долларов? О чем это вы?..»

В конце редакция просила считать эту статью официальным запросом в правительство о судьбе «палладиевого кредита». Были и аналогичные материалы в других средствах массовой информации по данной проблеме.

По понятным причинам я не буду рассказывать подробно о результатах проверки, приводить конкретные цифры. В целом выяснилось, что продажа палладия на экспорт осуществлялась с нарушениями установленных правил и раньше ГУПВО «Алмазювелирэкспорт». По одной из сделок были выявлены признаки сговора ее участников, и материалы проверки в этой части направлены в Генеральную прокуратуру РФ. Основной причиной создавшегося положения с экспортом палладия стало невыполнение постановления Правительства о подготовке Минфином России, Банком России порядка реализации палладия, включая порядок распределения выручки от реализации. При этом Правительство РФ не контролировало и выполнение своего постановления, и весь процесс в целом. Банк России в отсутствие регламентирующего документа стал самостоятельно принимать решения по порядку реализации палладия и использования вырученных средств.

С целью разрешения этой ситуации и принятия мер по материалам проверки Главного контрольного управления Председателем Правительства РФ В. В. Путиным 23 ноября 1999 года было проведено совещание с Председателем Центрального банка России В. В. Геращенко, Первым заместителем Председателя Правительства РФ В. Б. Христенко, министром финансов РФ М. М. Касьяновым, с участием заместителя Руководителя Администрации Президента России — начальника Главного контрольного управления Е. К. Лисова. На совещании были приняты конкретные решения, даны поручения по их исполнению. Поставлена под жесткий контроль деятельность унитарного предприятия «Алмазювелирэкспорт» путем создания наблюдательного совета за его деятельностью. В последующем через решение Президента России ЦБ был лишен возможности самостоятельно реализовывать на внешнем рынке палладий.

И вот наступил 2000 год уже с новым (точнее, исполняющим обязанности) Президентом России Владимиром Владимировичем Путиным. Как обычно, в Контрольном управлении был составлен и утвержден годовой план контрольных мероприятий, и я приступил к организации запланированных проверок и распределению сотрудников по ним.

И в этом же году мне исполнилось 55 лет. Вроде совсем недавно 50 лет отмечал, и вот 5 лет пролетели, как одно мгновение. Причина одна — это контрольное управление. Работой полностью было заполнено мое время. Вечером приезжаешь домой не раньше 21.00. Ужинаешь и уже в голове прокручиваешь, что будешь делать завтра, как обойти многочисленные ловушки, которые постоянно возникали в контрольной деятельности. На выходные брал с собою документы и с ними находил время работать. В отпуске приходилось постоянно быть на телефонной связи с сотрудниками управления и давать команды или советы, что делать при решении возникающих при проводимых контрольных мероприятиях сложных вопросов. Огромное спасибо моей жене Лиде, что терпела такое положение дел и практически без моей помощи полностью «прикрывала тыл», решала многочисленные бытовые вопросы при ведении домашнего хозяйства.

Приехал на работу на новой машине

На мой пятерочный юбилей жена разрешила мне сделать себе подарок. Наконец-то я купил новую машину ВАЗ-2111, с объемным багажником, с учетом воскресных семейных поездок на подмосковную дачу. Купить машину продвинутых иностранных моделей семейный бюджет пока не позволял.

Летом 2000 года прошли выборы второго Президента России. Прошли спокойно и без привлечения сотрудников Контрольного управления, включая и меня, к этому процессу.

В конце 2000 года мне пришлось лично возглавить еще одну очень интересную проверку, при этом я и не предполагал, что она будет для меня последней в Контрольном управлении. Президенту РФ В. В. Путину в августе 2000 года поступило письмо от Президента Российской академии наук Ю. С. Осипова о возникших проблемах в Баксанской нейтринной обсерватории Института ядерных исследований РАН (ИЯИ РАН) в связи с действиями Правительства РФ по передаче галлия, используемого в галлий-германиевом нейтринном телескопе, из госрезерва в распоряжение Минтопэнерго России для реализации. После рассмотрения этого письма Президентом России от руководителя Администрации последовало поручение Контрольному управлению: «Прошу оперативно провести проверку. Срок — 31.10.00».

И вот 2 сентября 2000 года получаю прямое поручение: «Прошу провести проверку в установленные сроки и подготовить доклад». Начинаю срочно собирать информацию по этой проблеме, параллельно создавать комиссию по проверке и готовить командировки в знакомую Кабардино-Балкарию.

Вот что удалось выяснить. Для проведения фундаментальных исследований процессов, происходящих в недрах Солнца в 1980 году, было принято решение о создании подземного галлий-германиевого нейтринного телескопа (ГГНТ), рабочим веществом которого является жидкий металлический галлий.

Для размещения этого телескопа на территории Кабардино-Балкарской Республики был специально сооружен крупномасштабный подземный комплекс глубокого заложения — Баксанская нейтринная обсерватория ИЯИ РАН. В 1987 году телескоп был введен в действие.

Для работы телескопа были обеспечены изготовление и поставка ИЯИ РАН предусмотренного проектом количества металлического галлия. Галлий был заложен в госрезерв и дан ИЯИ РАН на ответственное хранение для использования в работе телескопа.

До настоящего времени на галлиевом телескопе успешно проводятся эксперименты и получены результаты мирового значения. В 1998 году создатели этого телескопа были удостоены Государственной премии Российской Федерации в области науки и техники.

Как следует из полученной информации РАН, за годы использования в качестве мишени телескопа галлий, в результате многократной очистки в условиях низкого радиоактивного фона, приобрел поистине уникальные для фундаментальной науки свойства. Учитывая долгосрочный характер исследований на ГГНТ, РАН обратился в Правительство РФ о передаче галлия Академии с целью для дальнейшего его использования в телескопе.

Однако в октябре 1996 года без согласования с РАН было принято распоряжение Правительства РФ о передаче галлия госрезерва в распоряжение Минтопэнерго России для реализации. РАН обратился в Правительство РФ с просьбой об отмене этого распоряжения, так как даже частичное изъятие галлия из мишени телескопа скажется на точности и значимости получаемых результатов. До настоящего времени это распоряжение не отменено и не выполнено и остается постоянным источником давления (из справки РАН).

Вновь без согласования с РАН в июле 1998 года выходит распоряжение Правительства РФ о номенклатуре госрезерва. В эту номенклатуру галлий не включен, поэтому вновь возник вопрос о дальнейшей судьбе телескопа. На просьбу РАН о передаче галлия в оперативное управление Институту ядерных исследований РАН последовало предложение Росрезерва об оплате галлия, неприемлемое для РАН из-за высокой рыночной стоимости галлия.

Таким образом, в настоящее время (считает РАН) галлий, наработанный специально для ГГНТ и являющийся важнейшей частью этого телескопа, может быть роздан или распродан, несмотря на усилия РАН, Миннауки России, Минатома России и Правительства Кабардино-Балкарской Республики. Более того, продемонстрировано, что сохранение галлия на балансе Росрезерва не дает гарантии его научного использования в работе телескопа.

Вот такая исходная информация была получена перед началом проверки и командировкой в Кабардино-Балкарскую Республику, чтобы на месте проверить полученную информацию. Надо было убедиться, в каком состоянии находиться телескоп, ведутся ли на нем исследования, и посмотреть документы, связанные с учетом использования галлия.

Вместе с членами созданной комиссии прилетели в хорошо знакомый г. Нальчик. Состоялась встреча с главой Республики В. М. Коковым. Получил от него подробную информацию о Баксанской нейтринной обсерватории, особенно было отмечено в беседе, что обсерватория является объектом федеральной собственности. Были уже заранее подготовлены копии необходимых документов, справки. После встречи сразу отправились в сопровождении машин ДПС в Баксанский район в поселок Нейтрино, расположенный в Баксанском ущелье в Приэльбрусье.

Начали проверку, как обычно, с беседы с руководством обсерватории. Я рассказал о цели проверки, как она будет проходить, какие вопросы есть в программе. Членам комиссии в ответ прочитали небольшую лекцию. Вот ее краткое содержание:

«Главная научная задача, решаемая обсерваторией, — проведение фундаментальных исследований процессов, происходящих в недрах Солнца, изучение термоядерного механизма генерации энергии и поведения вещества в экстремальных ситуациях. В целях решения этой задачи в настоящее время научный комплекс Баксанской нейтринной обсерватории имеет три лаборатории: собственно галлий-германиевый нейтринный телескоп, лабораторию низкофонных исследований, подземный сцинтилляционный телескоп.

ГГНТ — это единственная в мире установка подобного типа и такой повышенной точности. Наиболее близким ее аналогом является галлий-германиевый телескоп в Италии в лаборатории Гран-Сассо, в котором имеется только 30 тонн металлического галлия.

ГГНТ представляет собой 10 реакторов (мишеней), в качестве рабочего тела которых, т. е. вещества, способного фиксировать нейтринные потоки, излучаемые Солнцем, применен жидкий металлический галлий. Техническим заданием на создание нейтринного телескопа предусмотрен необходимый для его эффективной работы объем галлия в количестве 60 тонн с возможностью его наращивания до 85 тонн.

За 1980–2000 годы в создание обсерватории и на проведение исследований, в ценах текущего года, было вложено более 2.5 млрд рублей с российской стороны (без затрат на производство и поставку металлического галлия) и 12 млн долларов США с американской стороны. Существует соглашение о научно-техническом сотрудничестве между Россией и США (комиссия Гор — Черномырдин) о долгосрочных фундаментальных исследованиях».

После получения такой информации комиссию повели показать подземные помещения обсерватории, где были расположены телескопы. Оказалось, что под землю спускаться не придется. Вся научная аппаратура была установлена в туннелях протяженностью около 4 километров в горе Андырчи. Туннели были проложены горизонтально начиная со склоны горы в сторону ее вершины, и таким образом обеспечивалась нужная глубина нахождения телескопов от поверхности земли.

Комиссию разместили в небольшом пикапе, и мы въехали в туннель. Трудно пересказать грандиозность подземных сооружений и огромных залов с научной аппаратурой, которые мы осматривали. Размещаю несколько сохранившихся снимков от того посещения. При проведении нашей экскурсии я обратил внимание, что территория вокруг входов в подземные тоннели находилась в каком-то запущенном состоянии, не была огорожена по периметру и явно не охранялись, не было даже простого пропускного пункта при входе и на территорию, и в туннель.

Но задачи комиссии были поставлены не экскурсионные, и мы приступили к изучению документации обсерватории и «допросам» руководящего состава. Работа заняла три дня, за это время в Москве по предварительно отправленным запросам поступала интересная информация от министерств и ведомств.

Перед отлетом в Москву из Нальчика у меня состоялась неформальная дружеская встреча с В. М. Коковым, присутствовал и С. Т. Кучмазоков. Вспомнили прошедшие события, связанные с выборами Б. Н. Ельцина, обсудили текущую ситуацию в стране, договорились и дальше поддерживать контакты.

Бесконечные туннели обсерватории

Теперь можно приступить к описанию результатов проверки, а они оказались подтверждением того, как определенные силы, не учитывая государственные интересы, стремились к личному обогащению за государственный счет.

Вот хронология по приключениям галлия. Еще в СССР металлический галлий был специально изготовлен для проведения исследований на ГГНТ в количестве 58.985 тонн, целевым назначением заложен в государственный резерв и передан на ответственное хранение в 1989 году в Баксанскую нейтринную обсерваторию.

В 1996 году выходит распоряжение Правительства РФ, в котором 59.5 тонн галлия включаются в перечень материальных ценностей, подлежащих разбронированною из государственного резерва и передаче их в распоряжение Минтопэнерго России для реализации на внешнем и внутренних рынках. Данное распоряжение было выпущено в целях изыскания дополнительных финансовых средств для поддержки топливо-энергетического комплекса страны. Средства, вырученные от реализации указанных материальных ценностей, должны перечисляться Минтопэнерго России в доход федерального бюджета и для использования в основном на выплату заработной платы работникам электростанций и топливо снабжающих организаций.

Цель была, конечно, благородная, но сразу к ее реализации подключились силы, привыкшие бюджетные деньги считать своими. Еще за два месяца до выхода указанного постановления Правительства РФ четырьмя физическими лицами (!) учреждается закрытое акционерное общество «Координационный совет ТЕК». Затем на основании договора-поручения с этим ЗАО, Минтопэнерго России дает команду реализовывать материальные ценности, включая галлий, разбронированные из Госрезерва России, только через «Координационный совет ТЗК».

И в феврале 1997 года указанное ЗАО продает 7 тонн галлия по цене 660 млн не деноминированных рублей в АООТ «Опытный химико-металлургический завод Гиредмет», г. Подольск (ОАО «ОХМЗ Гиредмет»). Общая сумма сделки составила 4 млрд 620 млн рублей, которые были перечислены акционерным обществом и по его распорядительному письму другими юридическими лицами на расчетный счет Минтопэнерго России.

При этом цена сделки на внешнем рынке, по экспертной оценке, могла составить 2 млн 800 тыс. долларов США. Фактически она составила 820.3 тыс. долларов США. При последующей продаже галлия ОАО «ОХМХ Гиредмет» могло бы получить доход почти в 2 млн долларов США, а с ним и участники всей этой ранее просчитанной комбинации.

Заместитель министра топлива и энергетики В. В. Кудрявый 26 февраля 1997 года выдал предписание ИЯИ РАН отгрузить 7 тонн галлия в АО «ОХМЗ ГИРЕДМЕТА». Начинается интенсивная переписка сторон, с подключением к проблеме Председателя Правительства РФ В. С. Черномырдина.

В марте 1997 года ИЯИ РАН получает требование Минтопэнерго РФ и Госкомрезерва России о передаче галлия АО «ОХМЗ ГИДРОМЕТА». В Баксанскую нейтринную обсерваторию приезжает директор «ОХМЗ ГИРЕДМЕТА» А. А. Семин и требует выдать ему 7 тонн галлия, но получает отказ.

До августа 1997 года шли многочисленные совещания в Правительстве РФ с попытками склонить РАН к различным вариантам, предлагалось даже передать пока только 2 тонны галлия, так как именно только за этот объем галлия пока поступили деньги в бюджет. РАН стойко держал оборону, и тогда Правительство РФ пошло другим путем. Выходит новое распоряжение Правительства РФ от 2 августа 1997 г., отменяющая старое, по разбронированию из государственного резерва не 59.5 тонн галлия, а только 7 тонн. Но целевое назначение использования этих 7 тонн меняется, теперь цель — для выполнения важнейших оборонных заказов и мобилизационного плана Российской Федерации.

Был применен запрещенный прием, ну очень хотелось некоторым персонам получить хороший откат по этой сделке! Конечно, комиссия проверила, в каких важнейших оборонных заказах предполагается использовать галлий. Выяснилось, что Минтопэнерго не организовало исполнение этого распоряжения. Запросы в Минэкономики России, в Минобороны России и Российское космическое агентство об использовании выделенного Минтопэнерго России металлического галлия для выполнения важнейших оборонных заказов и мобилизационных планов экономики не направлялись.

При этом договор между ЗАО «Координационный совет ТЭК» и ОАО «ОХМЗ ГИРЕДМЕТА» о продаже галлия не был расторгнут, несмотря на то, что на момент выхода этого распоряжения на счет Минтопэнерго России поступило только 1 млрд 665 млн 180 тыс. рублей, или 36 процентов от суммы сделки, и в федеральный бюджет они не были перечислены. Документы, подтверждающие возможность использования ОАО «ОХМЗ ГИРЕДМЕТА» галлия для выполнения оборонных заказов Минтопэнерго России, представлены не были. По данным Минобороны России, ОАО «ГИРЕДМЕТ» прямых договоров с ним по государственному оборонному заказу не имеет.

Вместе с тем, по полученным в результате проверки документам, ОАО «ОХМЗ ГИРЕДМЕТ» проводит активную внешнеторговую деятельность по продаже редких редкоземельных металлов и их сплавов, в том числе и галлия. Так, например, в 1999–2000 годы им было отгружено в Роттердам 250 килограммов галлия, в Италию 5 килограммов галлий-гадолиниевого граната, в Прагу 299 килограммов сплава ниобия и циркония, в Брюссель 158 килограммов диоксида германия.

До конца 1997 года было выпущено несколько поручений Правительства РФ с требованием к РАН и Госкомрезерву передать Минтопэнерго РФ 7 тонн галлия. В это же время российские ученые обратились открытом коллективным письмом к В. Черномырдину о сохранении галлия в эксперименте. Американские ученые (среди них 11 нобелевских лауреатов) также обратились открытым коллективным письмом к В. Черномырдину о сохранении галлия в эксперименте.

Госкомрезерв на поручения Правительства послал обращение к прокурору Кабардино-Балкарии с просьбой применить меру прокурорского реагирования к руководителю Баксанской нейтринной обсерватории ИЯИ РАН с целью восстановления законности. Действие прокурора не последовали.

Весь 1998, а потом и 1999 годы «бои» за галлий продолжались, но без успеха с обеих сторон, при этом фактическая передача 7 тонн галия ОАО «ОХМЗ ГИРЕДМЕТУ» не состоялась. Но в 1999 году Росрезерв продлил ответственное хранение всего галлия ИЯИ РАН до 2009 года.

В сентябре 2000 года ОАО «ОХМЗ ГИРЕДМЕТ» предъявило иск к ИЯИ РАН в Арбитражный суд г. Москвы, который был принят к судебному разбирательству. Арбитражный суд 23 октября вынес постановление о правомочности требований ОАО «ОХМЗ ГИРЕДМЕТ» на 7 тонн галлия и обязал ИЯИ РАН передать их акционерному обществу. Именно после этого решения суда и последовало обращение РАН к Президенту России. Вот такая история вопроса.

Теперь о результатах и предложениях, которые были сформулированы в материалах проверки и отправлены в адрес руководителя Администрации Президента России А. С. Волошина и председателя Правительства РФ М. М. Касьянова.

«…Необходимо отметить, что документы, определяющие условия ответственного хранения галлия между Росрезервом и Баксанской нейтринной обсерватории, не соответствуют требованиям Федерального закона «О государственном материальном резерве» со времени введения его в действие (29 декабря 1994 г.).

В соответствии с Федеральным законом ответственным хранением материальных ценностей государственного резерва является хранение заложенных в государственный резерв материальных ценностей у поставщика (производителя) или у получателя (потребителя) без предоставления ему права пользования этими материальными ценностями до принятия в установленном порядке решения о выпуске их из государственного резерва.

Однако галлий заложен на ответственное хранение и используется в ГГНТ в качестве рабочего вещества и, более того, по технологии проведения исследований изменяет свои физико-химические свойства.

По мнению Главного контрольного управления, в данном случае Росрезерв должен применить установленный законом порядок выпуска материальных ценностей из государственного резерва как заимствование материальных ценностей на определенных условиях с последующим возвратом в государственный резерв равного количества аналогичных материальных ценностей, а не как передачу их на ответственное хранение…

При проведении проверки рассмотрены и вопросы обеспечения сохранности металлического галлия в Баксанской нейтринной обсерватории. Ранее они проверялись комиссией из представителей Миннауки России, Минатома России, МВД России, Минэкономики России, Госкомрезерва России и РАН, проводились проверки Северо-Кавказским территориальным управлением Росрезерва, КРУ Минфина России и Кабардино-Балкарии, внутренними комиссиями ИЯИ РАН.

По данным отчетности, а также согласно актам указанных проверок следует, что металлический галлий, находящийся на ответственном хранении в Баксанской нейтринной обсерватории, в наличии и загружен в ректоры галлий-германиевого нейтринного телескопа.

Проведенной документальной проверкой комиссией Главного контрольного управления сохранность галлия в Баксанской нейтринной обсерватории в количестве 48,985 тонн подтверждена.

Однако вопросам обеспечения режимных и охранных мероприятий в Баксанской нейтринной обсерватории должного внимания не уделяется. Охрана этого важнейшего научного объекта не организована, допуск лиц не регламентирован, в штате обсерватории отсутствуют соответствующие должностные лица. Об этом свидетельствуют и имевшие место факты попытки хищения галлия в 1996–1998 годы, несанкционированное проникновение в обсерваторию посторонних лиц.

По поручению Правительства Российской Федерации в 1997–1999 годах вопросы дальнейшего использования металлического галлия в Баксанской нейтринной обсерватории неоднократно рассматривались с участием Минэкономики России, Миннауки России, Минатома России, Минтопэнерго России, Госкомрезерва России и Российской академии наук, к решению вопроса привлекалось также и ОАО «ОХМЗ Гиредмета». Окончательное взаимоприемлемое решение вопроса найдено не было…

По мнению Минпромнауки России, Минэкономразвития России, Минатома России, Российской академии наук и руководства Кабардино-Балкарской Республики, перспективность дальнейших исследований в Баксанской нейтринной обсерватории заключается, прежде всего, в том, что они внесут значительный вклад в мировой прогресс фундаментальной науки и подтвердят уверенность в надежности России как партнера в больших совместных научных проектах.

Международные обязательства России вызывают необходимость продолжения исследований по крайне мере до 2012 года, т. е. включая два солнечных цикла, начиная с 1990 года, с использованием всего имеющегося на ответственном хранении металлического галлия…

По результатам проверки… представляется целесообразным:

поддержать предложение федеральных органов исполнительной власти и РАН о необходимости продолжения исследований на ГГНТ с сохранением всего объема в 48,95 тонн галлия, находящегося на ответственном хранении в ИЯИ РАН, в государственном резерве, с подготовкой РАН комплексного отчета о ходе и перспективах проведения исследований на ГГНТ, включая создания на его базе международного научного центра;

Росрезерву и РАН привести в соответствие с Федеральным законом «О государственном материальном резерве» документы, определяющие условия передачи и использования металлического галлия в ГГНТ;

обязать РАН принять дополнительные меры по обеспечению сохранности металлического галлия, находящегося у него на ответственном хранении в Баксанской нейтринной обсерватории, проведению режимных и охранных мероприятий, исключающих проникновение в нее посторонних лиц;

рекомендовать Правительству Российской Федерации отменить распоряжение от 2 августа 1997 г. № 1060—р и провести расчет между федеральным бюджетом и ОАО «ОХМЗ Гиредмет» в соответствии с действующим законодательством с учетом имеющейся задолженности указанного акционерного общества перед Росрезервом».

Вот такими предложениями закончилась эта проверка. В дальнейшем под личным контролем Президента России практически все рекомендации контрольного управления были реализованы, и на время написания этой книги в 2022 году Баксанская нейтринная обсерватория благополучно продолжает свою научную деятельность.

На этом примере я хочу еще раз обратить внимание, что в контрольной деятельности важнейшей составляющей является не только выявление нарушений и недостатков, а внесение предложений по исправлению создавшейся ситуации. К сожалению, этот принцип в работе большинства контрольных органов отвергается и не применяется. Причины две: не хотят на себя брать лишнюю ответственность или не хватает профессионального государственного мышления и просто знаний.

Приятной неожиданностью после завершения этой проверки было награждение меня первой государственной наградой в ноябре 2000 года медалью ордена «За заслуги перед отечеством» 2 степени.

Рабочий зал обсерватории

Конечно, за описанный период моей работы в контрольном управлении с 1994 по 2000 годы много было и других интересных проверок. Например, декабре 1998 года была создана Межведомственная комиссия по проверке деятельности ГТК России. Комиссия должна была по распоряжению Председателя Правительства России Е. М. Примакова выяснить причины низкого уровня наполнения доходной части бюджета таможенными платежами. В эту комиссию по согласованию с Руководителем Администрации Президента был включен и я. Проверка получилась очень интересная, результативная, привела к смене руководства Таможенного комитета. А я очень глубоко погрузился в вечные проблемы таможенных органов России, которыми вплотную уже пришлось заняться, работая в Счетной палате России.

Но я и так явно перегрузил книгу «производственными темами» и оставлю описание эпизодов других проверок в иное время и другом месте. Необходимо только еще немного написать, как повлияло на мою жизнь состоявшееся назначение в августе 2000 года на государственную должность заместителем начальника Главного контрольного управления.

Должность, безусловно, по табели о рангах была высокая. И к ней «прилагались» вполне конкретные привилегии. Про большой кабинет с комнатой отдыха и персональной машиной я уже написал. Но изменились и условия питания. Теперь я не посещал общую столовую вместе с сотрудниками моего управления, а получил право обедать в специальном буфете с руководителями подразделений Администрации Президента России. Обслуживали в нем официанты, делался предварительный заказ на следующий день, и меню было на уровне!

Появилось у меня и право на получение официальных приглашений на различные государственные праздники. Особенное впечатление произвели новогодние приемы от мэрии Москвы в Гостином дворе и от Президента России с Большом Кремлевском дворце в Кремле. Но подробности, как были организованы эти приемы, — в третьей книге «В Счетной палате России».

И, наверное, самое важное — сдвинулись с мертвой точки мои жилищные дела. Я был официально зарегистрирован на получение государственной квартиры в одном из домов, построенных Управлением делами Президента России, а распределение квартир в них было запланировано на 2001 год.

Глава 14. Прощай, Контрольное управление

Вот и пришло время рассказать о последнем месяце моей работы в Главном контрольном управлении. В первой автобиографической книге, в самом начале, я описал неожиданный звонок заместителя Руководителя Администрации Президента России В. Ю. Суркова, в первых числах января 2001 года, с предложением прибыть к нему в Кремль и обсудить мое участие в выборах заместителя Председателя Счетной палаты РФ.

Вот примерная информация, которая была доведена до меня в 14 корпусе Кремля в кабинете Владислава Юрьевича: «Принято решение, что вы — достойный кандидат на должность заместителя Председателя Счетной палаты РФ. Если у вас нет по этому решению возражений, надо уже сегодня приступить к реализации этого решения. Времени мало, должность выборная, и голосование по избранию заместителя Председателя Счетной палаты назначено в Совете Федерации на конец января. Вам будет оказана всесторонняя помощь со стороны Администрации Президента РФ, представители Президента в палатах Федерального собрания об этом они будут предупреждены, вам надо запланировать с ними в ближайшие дни встречи. Ситуация с выборами не простая, Председатель Счетной палаты С. В. Степашин лоббирует своего претендента, есть свой кандидат и у Председателя Совета Федерации Е. С. Строева. Они уже активно работают с губернаторами, членами Совета Федерации, по своим кандидатурам.

Так что вам надо предпринять максимальные усилия, чтобы выиграть эти выборы. Сегодня срочно подайте в бюджетный комитет Совета Федерации необходимые документы для регистрации, как кандидат на эти выборы. Константин Алексеевич Титов предупрежден и ждет вас сегодня. Договоритесь о встрече с представителем Президента РФ в Совете Федерации, обговорите с ним план действий. Обязательно необходимо представиться Е. С. Строеву, попытайтесь уговорить его поддержать вашу кандидатуру. Потом нужна встреча с Г. А. Зюгановым, у коммунистов сильное влияние среди части губернаторов, и если им будет дана команда голосовать за вас, у других кандидатов шансов не будет. Еще надо обязательно встретиться с Дмитрием Федоровичем Мезенцевым, он Президент Центра стратегических разработок и успешно обеспечил избирательную кампанию Президента России в 2000 году. Он поможет вам профессиональными советами в вашей избирательной кампанией. Это пока все. Желаю удачи. Возникнут проблемы и вопросы — звоните!»

План действий для меня был определен, осталось его только выполнить. Сразу из Кремля пешком прибыл на работу и доложил начальнику Контрольного управления Егору Кузьмичу Лисову о поступившем мне предложении. Подчеркнул, что это не моя инициатива, но отказываться от такого предложения нельзя. Он со мной согласился и выразил уверенность, что мне удастся выиграть выборы.

Следующая встреча — с председателем бюджетного комитета Совета Федерации К. А. Титовым. Процедура подачи документов на конкурс мне была уже известна по опыту избрания аудитором. Но оказалось, что на эту высокую должность необходимо еще три письма от губернаторов — членов Совета Федерации, в поддержку моей кандидатуры и включения в список претендентов.

Дальше переход в кабинет представителя Президента в Совете Федерации Вячеслава Фадеевича Хижнякова. Обсудили план действий, с учетом рекомендаций В. Ю. Суркова. Он взял на себя организацию моей мне встречи с Председателем Совета Федерации Е. С. Строевым, порекомендовал, с какими самыми влиятельными губернаторами мне обязательно надо встретиться и в заседаниях каких комитетов СФ поучаствовать и представить свою программу действий на должности заместителя Председателя СП. Распечатал и дал мне график таких заседаний.

Спросил, у каких губернаторов я собираюсь письменно поддержать свою кандидатуру. Я назвал фамилии губернатора Ростовской области В. Ф. Чуба (старосты моей группы при учебе в Академии народного хозяйства Совета Министров СССР), Главы Кабардино-Балкарии В. М. Кокова, сказал, что с третьей кандидатурой пока не определился. Мой выбор был одобрен, предложил переговорить с губернатором Липецкой области О. П. Королевым и получить от него письмо в поддержку моей кандидатуры, предварительно В. Ф. Хижняков обещал с ним данный вопрос обсудить.

В эти дни шла очередная сессия Совета Федерации, и все губернаторы были в Москве. Мне удалось быстро встретиться с В. Ф. Чубом. Встреча прошла в теплой обстановке, вспомнили «студенческие» годы, и я получил от него полную поддержку и ценные советы по выстраиванию отношений с его коллегами-губернаторами в преддверии выборов. Обещал за меня провести агитационную работу среди членов Совета Федерации. От встречи с Валерием Мухамедовичем Коковым у меня остался осадок какой-то неудовлетворенности. Вроде душевно поговорили, обещал поддержать, но на просьбу о письменной поддержке явного отказа не было, но сразу разговор перевел на другую тему.

Позвонил представителю Президента РФ в Государственной Думе Александру Алексеевичу Котенкову, попросил организовать встречу с Г. А. Зюгановым. Буквально через 30 минут он перезвонил и сообщил, что через час Геннадий Андреевич меня ждет. Как эта встреча, так и все последующие события происходили на удивление быстро, никто не ссылался на занятость, на какие-то другие обстоятельства. Это просто было удивительно.

С Г. А. Зюгановым мы беседовали, наверное, около часа. Он подробно интересовался моей биографией, вспомнили времена СССР, я рассказал о своем партийном прошлом. Что закончил университет марксизма-ленинизма, в ГКВТИ СССР был заместителем секретаря парткома по идеологии. Это произвело должное впечатление. Очень его интересовало, как организована работа в Контрольном управлении. В результате разговора я получил заверение, что он с товарищами обсудит возможность поддержки моей кандидатуры, и я произвел на него положительное впечатление.

От моей предвыборной деятельности работа в Контрольном управлении не страдала, я находился официально в очередном отпуске, и было только начало года, а плановые проверки в моем управлении еще не начались.

Теперь немного о Счетной палате России, где мне предстояло работать. Более подробно о работе в Счетной палаты России, проводимых проверках, ее коллективе и непосредственно моей деятельности расскажу в третьей книге моей автобиографической повести.

Счетная палата России является конституционном органом, это придает ей особый статус. Принят в 1994 году специальный федеральный закон «О Счетной палате Российской Федерации», в котором подробно регламентирована деятельность Счетной палаты России (СП). По статусу СП является постоянно действующим органом государственного финансового контроля, образуемого Федеральным Собранием РФ и подотчетным ему. СП состоит из Председателя СП, заместителя Председателя СП, аудиторов СП, аппарата СП. Председатель СП назначается на должность Государственной Думой, заместитель Председателя СП — Советом Федерации, оба на шесть лет.

К этому времени Председателем СП был Сергей Вадимович Степашин, избранный на эту должность в апреле 2000 года, он активно формировал в СП свою команду. Так, например, руководителем аппарата СП назначил Г. Н. Батанова, с которым работал вместе в Минюсте РФ, да и многие другие сотрудники из этого министерства были взяты на работу в СП. С. В. Степашин, естественно, хотел, чтобы и заместителем Председателя СП работал «свой» человек. И он решил Г. Н. Батанова провести через Совет Федерации на эту должность. Так что Г. Н. Батанов был мой основной конкурент на выборах.

Я всю вторую половину 2000 года регулярно (раз в неделю) посещал коллегии СП. На коллегии рассматривались и утверждались результаты всех проверок СП, и это мне давало много полезной информации при планировании и проведении проверок в Контрольном управлении. Мое присутствие на коллегии почему-то очень нервировало аудиторов СП, особенно это не нравилось моему конкуренту по выборам аудитора В. Г. Панскову, который ставил вопрос на коллегии, чтобы и аудиторы могли присутствовать на аналогичных мероприятиях в Контрольном управлении.

С. В. Степашин обещал этот вопрос обсудить со мной после коллегии, но этого не происходило после ее завершения. Вообще обстановка на коллегии СП была очень нервная. Основные конфликты возникали между Председателем СП, который председательствовал на коллегии, и заместителем Председателя СП Ю. Ю. Болдыревым. Как правило, причина крылась в несогласии Юрия Юрьевича с выводами по результатам проверок.

Он предлагал их, как правило, сделать более радикальными, требовал провести голосование членов коллегии, но редко когда ему удавалось отстоять свое мнение.

Но и аудиторы часто вступали в настоящий клинч с Председателем СП, настаивали на исключительных правах делать выводы по результатам своих проверок и не вмешиваться в их деятельность. Конечно, было на все это интересно смотреть, но не очень приятно. При этом С. В. Степашин прямых контактов со мной явно избегал, ни до коллегии, ни после меня на беседу не приглашал, а я с такими просьбами и не обращался.

После того как моя кандидатура была зарегистрирована на выборы заместителя Председателя СП, я также не стремился встретиться с Председателем СП. Но вот произошел знаковый эпизод. Идет заседание Правительства РФ, я занимаю свое обычное место и внимательно изучаю представленные мне материалы к заседанию. Замечаю, что первую «парту» в моем ряду занимает С. В. Степашин, рассматривался первым в повестке дня заседания вопрос, косвенно связанный с проведенной проверкой СП. Когда рассмотрение первого вопроса закончилось, С. В. Степашин сказал ведущему заседание Правительства РФ М. М. Касьянову: «Ну, я пошел», — и, проходя мимо меня, притормозил и громко сказал, обращаясь ко мне: «Ты бы зашел ко мне переговорить, есть что обсудить». Я кивнул в знак согласия.

Встречаться С. В. Степашиным я решил только после встречи с Председателем Совета Федерации. И вот этот день наступил, мне позвонили и сообщили, что меня ждут в 11.00 в понедельник 22 января. С утра был на работе, собрал сотрудников своего управления. Рассказал, мол, большие начальники решили, что мне надо поменять место работы. «С большой вероятностью я с вами последний месяц вместе. В феврале будет другой руководитель, прощаться станем чуть позже, после выборов и назначения».

К встрече с Е. С. Строевым тщательно готовился, переживал, понимая, что это решающий момент. По сложившейся традиции приходить на важные встречи пешком отправился вверх от Старой площади к Лубянской площади, свернул на родную Никольскую улицу, зашел во двор к своему бывшему дому. Постоял, набрался энергии и по привычному детскому маршруту пошел к своей школе. Здание Совета Федерации теперь преграждает проход к моей школе на Б. Дмитровке, пришлось зайти с Петровского переулка. Постоял и у школы, захотелось вернуться во времени назад и снова поиграть здесь в мини-футбол. Площадка сохранилась. Но отбросил ненужные мечтания и сосредоточился на предстоящем событии.

Встреча с Егором Семеновичем Строевым мне очень понравилась и запала в душу. Умный, интеллигентный, умудренный огромным жизненным опытом руководитель, как было жалко, что их время проходит! Мне было сразу заявлено, что моя биография изучена:

— ваш трудовой путь в СССР вызывает уважение, поэтому давайте сразу сосредоточимся на вашей новой предполагаемой должности. Заместитель Председателя СП представляет Совет Федерации в руководстве СП. И он является по сути не заместителем Председателя СП, а ее руководителем и должен отстаивать интересы регионов России в работе СП. В законе об СП заложены положения, когда заместитель Председателя действует на равных с Председателем, например, годовой отчет о работе СП имеет силу, если под ним стоят равнозначные подписи Председателя и заместителя, есть и другие положения. Поэтому вам надо будет, если выиграете выборы, наладить очень тесные и регулярные контакты с Советом Федерации.

После этой основной части разговора еще минут тридцать обсуждали текущую политическую обстановку, особенности организации работы Контрольного управления.

Когда вышел из кабинета Е. С. Строева, его секретарь сообщил, что меня разыскивает К. А. Титов и просит срочно к нему зайти. Причина срочности — в отсутствии третьего письма от губернаторов с поддержкой моей кандидатуры. Не было письма от В. М. Кокова. Помчался в кабинет В. Ф. Хижнякова, доложил о беседе с Е. С. Строевым и об отсутствии письма от главы Кабардино-Балкарии. Вячеслав Фадеевич удивился:

— Валерий Мухамедович обязательный человек, здесь что-то не так. Но ждать его больше не будем, выборы скоро, я сегодня закрою этот вопрос.

Вернулся на работу, и почти сразу позвонил К. А. Титов, вопрос с губернаторами закрыт, зашел губернатор Новгородской области М. М. Прусак и принес нужное письмо, им подписанное. Теперь мне осталось провести две встречи — с Д. Ф. Мезенцевым и С. В. Степашиным — и посетить заседания еще нескольких комитетов Совета Федерации. До выборов заместителя Председателя СП 31 января 2001 года оставалось еще 10 дней.

Перед поездкой в Центр стратегических разработок позвонил в г. Нальчик С. Т. Кучмазокову. Спросил, почему Валерий Мухамедович так и не нашел время направить письмо в бюджетный комитет СФ в мою поддержку. Мне все подробно объяснили. Что, безусловно, В. М. Коков будет голосовать на заседание СФ за меня. Но еще до того, как моя кандидатура появилась в списках претендентов, В. М. Коков подписал по просьбе С. В. Степашина письмо в поддержку кандидатуры Г. Н. Батанова. С. Т. Кучмазоков был уверен, что В. М. Коков мне об этом сказал, а то он бы обязательно меня об этом предупредил. Все стало ясно.

Центр стратегических разработок располагался в старинном особняке на Овчинниковской набережной. Дмитрий Федорович Мезенцев внимательно выслушал мой рассказ обо всех проведенных встречах, изучил мою кадровую подробную справку-объективку, которая будет роздана членам СФ перед голосованием. Дал совет, что из нее надо убрать, а что, наоборот, добавить. Отдельно обговорили содержание моей речи на трибуне СФ перед голосованием. Я еще этим не занимался, и в этом помощь мне была полезна. Закончилась встреча пожеланием мне успеха.

С этой встречи отправился сразу в Счетную палату. Я впервые был в приемной Председателя СП и его кабинете.

Пока у С. В. Степашина находился посетитель, я успел познакомиться с его секретаршей, она с интересом меня рассматривала, предложила чаю и даже высказала предположение, что мне работать в СП понравится. Это был сигнал, что С. В. Степашин на победу своего кандидата не надеется.

Беседа с ним была не очень длительная, минут пятнадцать. Вначале он предпринял попытку отговорить меня от участия в выборах. Ссылался, что у меня великолепные перспективы дальнейшего роста в Контрольном управлении. Но я эти попытки сразу пресек. Объяснил, что решение по этой проблеме принимал не я, а кто, он прекрасно знает. И в этой ситуации мой отказ будет практически самоубийством. Тогда он потерял практически ко мне интерес, сказал, что о совместной работе поговорим после решения Совета Федерации, и у него нет сомнения, что меня утвердят в должности. На том и расстались.

И вот наступило 31 января 2001 года. Жена вечером нагладила мне лучший костюм, подобрала галстук, а я уже несколько раз переписывал свою речь, репетировал ее на память перед зеркалом. И, конечно, ужасно волновался, хотя вроде все события развивались строго по плану В. Ю. Суркова и в благоприятном для меня ключе.

Утром у подъезда меня ждала персональная машина (после назначения заместителем начальника Контрольного управления машина была за мной закреплена постоянно), и вот я в Совете Федерации в зале заседания на местах, где прикреплена табличка «Счетная палата».

Рядом со мной — Г. Н. Батанов, и к началу выборов подъехал С. В. Степашин. В дальнейшем все прошло штатно. Вместе со всеми претендентами я выступил, вроде ничего не забыл сказать, что хотел. В конце выступления заявил, что понимаю ответственность заместителя Председателя СП перед Советом Федерации, и если мне доверят эту важную государственную должность, я Совет Федерации не подведу!

Вопросов (по регламенту СФ) задавать было кандидатам нельзя, так как на все вопросы они отвечали при посещении комитетов и комиссий СФ. Началось голосование, мне удалось набрать абсолютное большинство голосов членов СФ сразу в первом туре голосования. За мое назначение проголосовал 141 член Совета Федерации и только один против. Меня опять вызвали к трибуне, Егор Семенович Строев поздравил с назначением заместителем Председателя СП, я поблагодарил с трибуны членов СФ за оказанное доверие.

При выходе из зала заседания меня ждали С. В. Степашин и Г. Н. Батанов. Получил от них поздравление. С. В. Степашин в заключение сказал, что завтра у меня первый рабочий день в Счетной палате, и с утра меня будет ждать у дома моя персональная машина уже Счетной палаты.

А пока я поехал на работу прощаться с сотрудниками моего управления (уже наметил кандидатов, кому предложу перейти в СП, в мой секретариат), ну и, конечно, надо было забирать личные вещи и освобождать кабинет.

Описание первого дня в Счетной палате России и всей дальнейшей увлекательной и сложной работы в ней — уже в следующей третьей книге моей автобиографической повести.

Заключение

Вот я и закончил описание очень интересного и одновременно сложного и тяжелого периода жизни. Семь лет почти полностью были отданы Контрольному управлению Президента России. Работа была для меня увлекательная, старался выполнять ее творчески, инициативно, с пользой для государства.

Много раз мог быть уволенным, но по каким-то причинам этого не происходило. Наверное, основной причиной была моя бескорыстная и честная работа, открытое общение с руководством и строгое соблюдение установленных законом правил поведения на государственной службе.

Этот подъезд на Старой площади был для меня родным почти 7 лет

Конечно, огромную пользу приносил опыт руководящей работы, полученный в той жизни, в СССР. Но очень важной составляющей моей восходящей карьерной биографии являлось построение взаимоотношений с руководителями Администрации Президента России, Контрольного управления, проверяемых объектов контроля и вообще с руководителями различных уровней власти, включая губернаторов регионов России.

Всегда, по любому обсуждаемому вопросу, если это касалось результатов контрольных мероприятий, искали вместе с проверяемыми приемлемые решения и по устранению выявленных нарушений, и по путям улучшения работы объекта проверки в целом. Никаких тайн и высокомерного поведения я в обсуждениях результатов проверок не допускал.

Было много рабочих контактов с руководителями различного ранга, часто они или обращались за советом, или просили оказать помощь в решении разных вопросов с федеральными органами исполнительной власти. В рамках моих возможностей такая помощь мною оказывалась, конечно, если я считал этот вопрос государственным, а не личным. Безусловно, эти мои действия были на гране риска, и меня легко было заподозрить в небескорыстных действиях.

И вот настало время написать несколько слов про коррупцию и взятки в системе государственных органов. Пишу только о том, с чем столкнулся лично сам. Предлагали ли мне взятки? Да, предлагали, и неоднократно. Но дальше все зависит от поведения и действий того, кому предлагают взятку. Кратко — берет или не берет.

Если берет, об этом можно дальше и не писать. Там все развивается по известным законам. Если не берет, информация об этом постепенно становится известной многим, кто контактирует с этим человеком. Его оставляют в покое, хотя иногда и тестируют попытками выяснить, не передумал ли он жить честно.

Теперь примеры из моего опыта. Назначается проверка, в которой фигурирует один из коммерческих банков, через который проходили платежи главного объекта проверки. По принятым у меня правилам встречаться лично с руководителем проверяемой организации и знакомить его с программой проверки отправляюсь в банк. Руководитель банка меня любезно принимает, обещает всестороннюю поддержку в проверке. Берет вопросы по программе проверки и обещает все материалы предоставить в течение трех дней с доставкой прямо в Контрольное управление.

Все так и происходит, приезжает помощник руководителя банка, привозит папку с запрошенными документами. Не давая мне папку даже открыть, быстро прощается и уходит. Начинаю смотреть документы, в середине нахожу конверт с солидной суммой в долларах. Звоню руководителю банка, благодарю его за присланные документы, но прошу сегодня еще раз прислать ко мне помощника, который в спешке забыл у меня в кабинете важную вещь. Предупреждаю, что это очень важно, и других вариантов нет.

Снова приезжает помощник, возвращаю ему открытую папку, в которой лежит пакет со взяткой, прошу написать расписку, что он от меня возвращенные документы получил. Расписка пишется со словами: «Не уверен, что вы, Александр Николаевич, правильно поступаете». Я с улыбкой беру расписку, передаю папку с конвертом и желаю ему всего хорошего. В дальнейшем с этим руководителем банка меня судьба сводила много раз, и у нас установились ровные нормальные отношения. А расписка у меня хранится в архиве и сейчас.

Второй случай. В «Президент-отеле» проходит Всероссийская конференция по проблемам сбора налогов. Я принимаю в ней участие. В перерыве ко мне подходит один из зам. руководителей республики Кавказа, с которым я давно был знаком, и заводит разговор. Рассказывает, какой у них замечательный начальник республиканской инспекции, и хорошо бы его сделать руководителем Налоговой службы России. Просит помочь. Я объясняю, что такие вопросы решаются Председателем Правительства РФ и ко мне не имеют никакого отношения.

Конференция закончилась, возвращаюсь к своей машине. Уже в дороге водитель говорит, что мой дипломат он положил в багажник. Я удивляюсь, какой дипломат еще? Водитель объясняет: «Пришел какой-то мужчина, назвал вас по имени-отчеству и от вашего имени передал дипломат». Приехал домой, дипломат оказался полностью заполнен пачками долларов.

Удалось быстро найти телефон зам. руководителя республики, который вел со мной беседу в «Президент-отеле», определить гостиницу, где он остановился. Позвонил, сказал, что нам надо продолжить прерванный разговор завтра утром. И что я сам к нему подъеду. Мне было важно, чтобы он подумал, будто я согласился помочь в его просьбе, и он не сбежал.

Утром я благополучно дипломат вернул, предупредив, что республика рискует такими действиями испортить отношения и лично со мной, и с Контрольным управлением в целом. Получил от него извинения, что его неправильно информировали и он сожалеет, что так произошло. Отдельную работу пришлось провести с моим водителем и с последующими, которые у меня потом были, со строгим запрещением принимать вещи, папки, пакеты, цветы от любых людей, когда меня нет в машине.

Можно привести и еще один стандартный прием склонения чиновников к коррупции, который тоже ко мне применялся. Будем называть его ресторанным приемом. Это происходит примерно так. Кто-то из знакомых чиновников, равный по рангу, но из другой федеральной структуры, кто-то из друзей или дальних родственников предлагает совместно пообедать в ресторане и обсудить какой-то важный вопрос.

Обычно это происходит днем, когда в ресторанах не много людей, не играет музыка и можно спокойно общаться. Потом в ресторане обязательно появляется третье лицо. Происходит знакомство. Это третье лицо может оказаться в ресторане «случайно» или честно заявляется, что человек просил его с вами познакомить. В конце обеда вас оставляют с третьим лицом вдвоем, и он приступает в «вербовке».

Поступает предложение условно стать «крышей» какой-то структуры или регулярно снабжать нужной информацией нанимателя, бывают и целевые просьбы. За это обещаются ежемесячные перечисления долларов, обычно на карту. Я избегал таких обедов, но два раза и меня близкие друзья по такому варианту подставили. В обоих случаях все развивалось по описанному сценарию. «Зарплата» мне назначалась где-то 10000 долларов в месяц. Но я все обращал в шутку, обещал подумать, и меня оставляли в покое.

Необходимо отметить, что за все мое время работы в Контрольном управление не было публичных коррупционных скандалов, и нет сомнения, что большинство сотрудников Контрольного управления честно выполняли свою работу и не пересекали коррупционную черту.

Отдельная тема — дорогие подарки чиновникам. Но при работе в Контрольном управлении дарителям не было возможности свободно проникать в здание на Старой площади без пропуска, да и отмечать дни рождения на работе было тогда запрещено. О проблеме коррупционных подарков я расскажу в третьей книге на примере Счетной палаты России.

Но главными причинами моего успешного «выживания» в Контрольном управление были крепкий семейный «тыл» и отличная работа коллективов, которыми я руководил (сектор, отдел, управление).

Сотрудники брали на себя основную, часто рутинную работу по сбору необходимых для проведения проверок материалов, готовили многочисленные справки. Часто вынуждены были проявлять смекалку и настойчивость, чтобы обнаружить в огромном объеме архивных документов на проверяемом объекте нужный, который наиболее точно подтверждал выявленные нарушения.

Их работа давала мне возможность при подготовке итоговых документов концентрировать свое внимание на главном в проверке и делать правильные выводы по ее результатам. На приведенном снимке, сделанном в 1996 году, коллектив моего отдела. К сожалению, аналогичную фотографию всех сотрудников управления я не обнаружил. Перечислю поименно всех на этой фотографии.

Снимок 1996 года. На снимке сотрудники моего отдела. Слева направо стоят: Саватеев Александр Иванович, Вылегжанин Борис Александрович,? (работал очень короткое время, ФИО не помню), Бундул Вячеслав Владимирович, Глущенко Александр Павлович, Русанов Александр Владимирович, Горбенко Феликс Николаевич. Сидят: Котов Евгений Викторович, Богданов Георгий Леонидович, Векшин Виктор Викторович, Лобусева Лариса Петровна, Беднягин Валерий Анатольевич, Козлов Виктор Семенович, Захаров Владимир Васильевич.

Особо хочу поблагодарить секретаря управления Ларису Петровну Лобусеву. Она была принята на работу в середине 1996 года, после назначения меня заместителем начальника управления — начальником отдела. Лариса Петровна была опытным, профессиональным секретарем. Например, работала раньше секретарем у Председателя Совета Министров РСФСР Ивана Степановича Силаева. И после ее появления в управлении она сразу навела порядок в делопроизводстве (через соответствующего сотрудника) и, главное, организовала мой рабочий график, взяв на себя решение многих текущих организационных, да и бытовых вопросов.

Кроме того, Л. П. Лобусева обладала прекрасным, не конфликтным характером, но вместе с тем умела найти выход из обычно возникающих напряженных моментов в служебной деятельности между сотрудниками или между начальником и сотрудниками. Все мужчины управления были в нее, образно говоря, влюблены, и это только сплачивало коллектив и здорово помогало в работе.

Необходимо вспомнить и руководителей контрольного управления, которые оказали влияние на мои профессиональные качества с точки зрения их совершенствования именно по линии контрольной работы.

Лариса Петровна Лобусева

В первую очередь надо отметить Вячеслава Егоровича Иванова, профессионала контрольной деятельности. Свой опыт работы в Комитете партийного контроля СССР он успешно применил и в работе в Контрольном управлении, начиная с самого старта работы в управлении в период его создания. Вячеслав Егорович сразу был назначен заместителем начальника Контрольного управления, а затем стал первым заместителем начальника Контрольного управления. Он не был моим прямым руководителем и курировал подразделения управления, которые контролировали деятельность регионов России.

Но мне приходилось многие документы согласовывать с ним, и я получил неоценимый опыт правильного их составления, в первую очередь, в «политическом» плане. И, конечно, он уберег меня от некоторых ошибок в работе, особенно когда я стал заместителем руководителя управления, и у меня немного «закружилась голова» от карьерного роста.

В центре снимка — Иванов Вячеслав Егорович, справа — Прямухин Владимир Николаевич

На снимке справа стоит Прямухин Владимир Николаевич, он пришел в Контрольное управление из секретариата Руководителя Администрации Президента России где-то в 1999 году, на должность заместителя начальника Контрольного управления. Вначале отвечал за общую организацию работы Контрольного управления, а потом освоил и премудрости контрольной деятельности и заменил меня по должности после моего ухода в Счетную палату России.

Прекрасная пара, мы счастливы

В заключение — о Лидии Романовне Бабуриной, моей замечательной и любимой жене. Без ее помощи и мудрых советов у меня совершенно точно не получилась бы такая профессиональная карьера. Частые командировки, постоянные длинные рабочие дни, когда муж появлялся дома только поздним вечером, — все это могло вызвать вполне понятные протесты. А если добавить сюда и независимый, не домашний характер сына, который постоянно пропадал в многочисленных экспедициях, в том числе довольно опасных, связанных с длительными подземными путешествиями в пещерах, то надо было обладать ангельским характером, чтобы все это выдержать.

А еще требовалось и создавать домашний уют, готовить, следить, чтобы муж пристойно выглядел. Всегда у меня были наглажены брюки, чистые рубашки, модные галстуки. Вот такую сказочную жену подарила мне судьба.

И ведь Лидия Романовна не была домохозяйкой. До 1991 года работала ведущим инженером в научно-исследовательском институте Министерства радиопромышленности. Занималась разработкой внешних устройств ЭВМ для ввода текстовой информации, была награждена медалью ВДНХ. А после ликвидации оборонных НИИ, путем приватизации, учила молодое поколение до 1999 года основам информатики в «Центре информатики в Сокольниках».

И в этих моих литературных делах она не осталась в стороне, была и критиком, и редактором моей первой и этой книги. Огромное ей спасибо за такой нелегкий труд. Вот пока и все, до встречи на страницах третьей книги!

Приложения

Приложение 1

Ветеран целого ряда уголовных историй, связанных с вывозом из России материальных ценностей, бывший замминистра внешних экономических связей РФ Андрей Догаев вновь заявил о себе. Вернее, Фемида снова заявила о нем. В Московском городском суде начался процесс, где он выступает главным фигурантом. Генпрокуратура РФ обвиняет Догаева в получении взяток, злоупотреблении должностными полномочиями и контрабанде металлов. Нанесенный государству ущерб следователи оценили в 12 млн. долл.

Дело Догаева рассматривается, когда еще свежи перипетии недавних дел бывшего главного финансиста Минобороны России Олейника и заместителя руководителя Центробанка по Москве Алексеева, которых также обвиняли в злоупотреблении должностными полномочиями. Но если два эти дела схожи в том, что обвиняемым пришлось отвечать не только за себя, но и за многих высокопоставленных деятелей, то нынешний случай — совершенно иной. Знающие люди говорят, что Догаева никто не «подставлял», а просто в Генпрокуратуре твердо вознамерились воздать-таки должное бывшему замминистра, на которого до сих пор безуспешно «шили» дела. Впрочем, некоторые аналогии имеют место. До определенной поры в прессе утверждали, что фактическим фигурантом #1 дела Олейника является не сам генерал-финансист, а бывший замминистра финансов 41-летний Андрей Вавилов, ныне — председатель совета директоров компании «Северная нефть». Некоторые даже склонялись к тому, что из свидетеля Вавилов вполне мог «переквалифицироваться» в обвиняемого и разделить с Олейником скамью подсудимых. Этого не произошло, ведь в противном случае могли бы быть «засвечены» имена многих влиятельных политиков середины 90-х годов. В связи с этим процесс над Догаевым, связанным некогда с весьма важными персонами, вполне может оказаться безрезультатным. И не исключено, что Андрей Догаев будет оправдан или же амнистирован.

Во внешнеэкономическом ведомстве Андрей Догаев оказался в начале 90-х, а в 1994 г. дослужился до должности замминистра. В марте 1995 г. распоряжением правительства РФ он был освобожден от должности «в связи с переходом на другую работу», а уже в августе того же года его арестовывают по делу о контрабанде металла. По данным прокуратуры, будучи заместителем министра, Догаев незаконно выдал фирме «Квазар» лицензию на вывоз за границу 200 тонн медного лома. Как следует из материалов дела, чтобы ликвидировать возможные преграды для осуществления сделки, чиновник лично «рекомендовал» Московской региональной таможне зарегистрировать контракт «в виде исключения». Сумма сделки составила 320 тыс. долл., а сам Догаев, как полагают следователи, получил за пособничество контрабанде взятку. Но дело по каким-то причинам так и не дошло до суда.

Следующая история связана с незаконным расходованием государственных средств в Министерстве внешнеэкономических связей. Тогда Генпрокуратура заинтересовалась деятельностью организованного при МВЭС Централизованного фонда социальной поддержки. На аккумулированные здесь средства сотрудники министерства покупали недвижимость, машины и т. д. А решения по расходованию средств принимала комиссия, которой руководил Андрей Догаев. Было возбуждено уголовное дело, но и оно потихоньку затухло. В том же 1995 г. бывший чиновник проходит свидетелем по скандальному делу главы фирмы «Балкар-Трейдинг» Петра Янчева, которого обвинили в хищениях, а затем в даче взятки исполняющему обязанности генерального прокурора РФ Алексею Ильюшенко.

Наиболее громким делом, по которому проходил Догаев, было знаменитое «дело Козленка». Как установило следствие, лицензии на вывоз фирмой «Голден АДА» алмазов и драгоценных металлов на сумму в 180 млн. долл. выдавали Догаев и еще три чиновника МВЭС. Их судили по обвинению в преступной халатности, признали виновными и освободили в зале суда по амнистии.

На этот раз Андрей Догаев на скамье подсудимых также не одинок. Вместе с ним ответ держат бывший уполномоченный министра внешних экономических связей Евгений Петров и предприниматель Назим Ахундов. Как следует из обвинительного заключения, в 1992–1994 гг. они организовали незаконный вывоз из России никеля, кобальта и других цветных металлов, а также рыбы на 12 млн. долл. По выводу следствия незаконный экспорт осуществлялся по подложным министерским документам, подписанным Догаевым и Петровым, за что замминистра получал взятки.

Не секрет, что доказать факт дачи и получения взятки очень сложно, и, если не хватает улик, умелые адвокаты обычно без особых затруднений добиваются отмены обвинения по этой статье. Чем в данном случае располагает обвинение, пока неизвестно. Но можно не сомневаться, что оно постарается в полной мере использовать против Андрея Догаева накопленное им добро. Так, по имеющимся сведениям, в Москве у бывшего чиновника имелось четыре квартиры, фигурирует в деле и недвижимость в Швейцарии.

Особое же впечатление на следователей произвела богатая коллекция живописи, изъятая в домах Догаева. Среди авторов — Поленов, Левитан, Врубель, Волошин. Всего была изъята 151 картина. Для оценки коллекции сыщики обратились к специалистам Третьяковской галереи. По мнению экспертов, стоимость всех картин может достигать 400 тыс. долл. Каким образом картины оказались у подсудимого, пока неизвестно. Мог ли он их приобретать на жалованье чиновника?

Ответ, возможно, подскажет один эпизод из светской жизни Андрея Догаева, описанный в справочных интернет-ресурсах. Согласно этим источникам, в июне 1993 г., еще даже не будучи заместителем главы внешнеэкономического ведомства, он приобрел на аукционе Сотбис икону стоимостью 2352,5 фунта стерлингов. Деньги хотя и не фантастические, но характеризуют возможности их обладателя, способного выложить такую сумму для удовлетворения своего эстетического вкуса.

03.06.2002

ЧЕТВЕРТОЕ ДЕЛО АНДРЕЯ ДОГАЕВА

Николай Остров

Независимая газета

Приложение 2

ИНФОРМАЦИЯ

о результатах проверки выполнения федеральными органами исполнительной власти Указа Президента Российской Федерации от 25 июля 1996 г. № 1095 «О мерах по обеспечению государственного финансового контроля в Российской Федерации»

Главное контрольное управление Президента Российской Федерации проверило выполнение Министерством финансов Российской Федерации, Министерством Российской Федерации по налогам и сборам и Государственным таможенным комитетом Российской Федерации Указа Президента Российской Федерации от 25 июля 1996 г. № 1095 "О мерах по обеспечению государственного финансового контроля в Российской Федерации".

Функции государственного финансового контроля возложены Указом на Счетную палату Российской Федерации, Центральный банк Российской Федерации, Министерство финансов Российской Федерации, Министерство Российской Федерации по налогам и сборам, Государственный таможенный комитет Российской Федерации, контрольно-ревизионные органы федеральных органов исполнительной власти, а также иные органы, осуществляющие контроль за поступлением и расходованием средств федерального бюджета и федеральных внебюджетных фондов.

Для того чтобы финансовый контроль приобрел системность и скоординированность, Правительству Российской Федерации в соответствии с Указом поручалось в месячный срок подготовить и представить для внесения в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проект федерального закона "О государственном финансовом контроле в Российской Федерации", а также проекты нормативных актов, предусматривающих персональную ответственность за несвоевременное, нецелевое или неполное финансирование расходов. Однако данное поручение до настоящего времени остается невыполненным.

Законопроект готовился Минфином России более 3-х лет. После внесения многочисленных поправок в феврале текущего года он был представлен в очередной раз в Правительство Российской Федерации, но на совещании у заместителя Председателя Правительства Российской Федерации — Министра финансов Российской Федерации А. Л. Кудрина (протокол от 4 августа 2000 г. № КА-ПВ-20 пр) дальнейшая работа по нему была признана нецелесообразной.

Неудовлетворительно исполняются и другие требования Указа. Органы государственного финансового контроля недостаточно используют предоставленные им полномочия по выявлению и пресечению финансовых правонарушений. Их деятельность не скоординирована. Сферы компетенции различных органов государственной власти, осуществляющих финансовый контроль, законодательно не определены и не разграничены.

В нарушение требований. Указа Минфин России не проводит ежегодные комплексные ревизии поступления и расходования бюджетных средств в федеральных органах исполнительной власти.

Проверки по этому вопросу в министерствах и ведомствах (главных распорядителях бюджетных средств) крайне редки (за исключением силовых ведомств).

Между тем в процессе расходования бюджетных средств отмечаются серьезные нарушения. В частности, в ходе проверки бывшего Минсельхозпрода России, проведенной по просьбе Генеральной прокуратуры Российской Федерации, установлено, что при отсутствии должного финансового контроля подведомственные министерству организации неэффективно использовали вверенные им государственные материальные и финансовые ресурсы, допускали их растраты и хищения, расходовали кредитные и финансовые ассигнования не по прямому назначению. В результате государству причинен ущерб на сумму 2,8 млрд. рублей.

В течение трех лет (с 1995 по. 1998 год) не осуществлялся государственный финансовый контроль за деятельностью открытого акционерного общества "Нефтяная компания "Роснефть", что позволило компании использовать не по назначению государственные средства в размере 1,37 млрд. рублей.

Минфином России не проводятся контрольные мероприятия по выявлению и пресечению фактов незачисления либо несвоевременного зачисления средств, подлежащих обязательному поступлению в доходы федерального бюджета.

Из-за отсутствия должного контроля за своевременностью и правильностью расчетов органов приватизации с бюджетами разного уровня Российский фонд федерального имущества в нарушение ст.106 Федерального закона "О федеральном бюджете на 1998 год" не перечислил в федеральный бюджет 55 млн. рублей, поступивших от приватизации в январе-феврале 1998 г.

Минфином России (органами федерального казначейства) не в полной мере используются предоставленные полномочия по внесению в Центральный банк Российской Федерации представлений о лишении банков лицензии в случае несвоевременного перечисления и зачисления средств в доход федерального бюджета либо из бюджета на счета бюджетополучателей. В 1999 году органами федерального: казначейства подобные нарушения были выявлены в 2045 случаях по 168292 платежным документам на сумму 2386,7 млн. рублей. Однако лишь в 8 случаях территориальные управления федерального казначейства направляли в Банк Poccии материалы для рассмотрения вопроса об отзыве лицензий на совершение банковских операций.

Территориальные управления казначейства не применяют достаточных мер воздействия к бюджетополучателям, допустившим нарушения.

Практически не используются возможности судов для взыскания сумм наложенных штрафов в республиках Дагестан, Коми, Саха (Якутия), Кабардино-Балкарской, Карачаево-Черкесской республиках, Красноярском крае, Камчатской, Кемеровской, Курской, Ростовской, Тульской и Ярославской областях.

Материалы проверок казначейских органов в нарушение Указа Президента Российской Федерации от 3 марта 1998 г. № 224 "Об обеспечении взаимодействия государственных органов в борьбе с правонарушениями в сфере экономики", а также Положения о федеральном казначействе в правоохранительные органы не передаются, что установлено в республиках Адыгея, Башкортостан, Дагестан, Алтайском крае, Астраханской, Владимирской, Волгоградской, Иркутской, Саратовской областях, Ямала-Ненецком автономном округе, других субъектах Российской Федерации.

Территориальные контрольно-ревизионные управления Минфина России также мало внимания уделяют контролю за рациональным использованием государственных средств.

В 1998 году число проверок использования средств федерального бюджета составляло лишь 16 % от общего количества. Большая часть проверок (около 64 %), проведенных в 1999 году, приходится на бюджеты субъектов Российской Федерации и местные бюджеты и лишь каждая третья касалась средств федерального бюджета.

В республиках Бурятия, Дагестан, Кабардино-Балкарской Республике, Костромской и Оренбургской областях контролировалось менее 10 % средств, выделенных из федерального бюджета.

В соответствии с требованием Указа Минфин России обязан добиваться возмещения средств, израсходованных не по назначению, в течение месяца после выявления нарушений.

Однако указанный срок Минфином — России практически не соблюдается. Такие факты имели место в республиках Адыгея, Алтай и Дагестан, Алтайском крае, Архангельской, Астраханской, Белгородской, Волгоградской, Воронежской и других областях.

Представление Счетной палаты Российской Федерации по результатам проверки нецелевого использования средств фонда социального развития ФСIШ России и фонда развития бывшей Госналогслужбы России рассматривалось министерством в течение года. На 30 июня 2000 г. не был решен вопрос и по другим представлениям Счетной палаты Российской Федерации о сокращении бюджетных ассигнований организациям, допустившим нецелевое использование государственных средств(от 14 июля 1999 г. № 12–22/359, от 29 сентября. 1999 г. № 12–22/539 и от 9 февраля 2000 г. № 12–22/49).

Минфин России недостаточно контролирует рациональное использование средств государственных внебюджетных фондов.

В 1999 году контрольные службы министерства не отслеживали целевой расход средств федерального бюджета, поступающих в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации, во внебюджетные фонды в республиках Калмыкия и Саха (Якутия), Белгородской, Кировской, Омской и других областях.

Неблагоприятное влияние на сохранность бюджетных средств оказывает непринятие Минфином России мер по исполнению положений Бюджетного кодекса Российской Федерации и ст.23 Федерального закона "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)", в соответствии с которыми средства федерального бюджета и государственных внебюджетных фондов должны храниться в Банке России, а счета бюджетов — обслуживаться в кредитных организациях только в случае отсутствия учреждений Банка России на соответствующей территории или невозможности выполнения ими этих функций.

По данным Банка России, на 1 января 2000 г. вне его учреждений держали счета по учету средств федерального бюджета 916 органов федерального казначейства и около 2,4 тыс. бюджетных организаций.

Существенные упущения выявлены в работе Минфина России по осуществлению контроля за использованием кредитных ресурсов и состоянием государственного внутреннего и внешнего долга.

Использование иностранных кредитов контролируется недостаточно. Установлены многочисленные факты несвоевременного возврата ссуд, выданных Минфином России коммерческим банкам.

Так, по соглашениям с Минфином России ЗАО "Конверсбанк", ОАО "Промрадтехбанк", "Промстройбанк России" в 1992–1993 годах получили 304 млн. рублей для финансирования программ конверсии оборонной промышленности. Несмотря на то, что сроки возврата средств истекли в 1998 году и банки не обеспечили полного погашения задолженности, органы федерального казначейства не приняли своевременных мер по ее взысканию.

На момент проверки министерство не приступило к исполнению обязанностей по валютному контролю в связи с ликвидацией ВЭК России.

Невыполнение Минфином России в полном объеме требований Указа по организации и проведению государственного финансового контроля особенно недопустимо в условиях роста экономической преступности в стране. Только в первом полугодии текущего года правоохранительными органами вскрыто 176,3 тыс. нарушений в сфере экономики.

Проверкой в МНС осени установлено следующее.

Налоговыми органами не в полной мере осуществляется контроль за исполнением федерального бюджета.

Министерством не принято должных мер по ликвидации задолженности по налоговым платежам. Несмотря на перевыполнение плана по сбору налоговых платежей в текущем году, остается значительной сумма задолженности в федеральный бюджет. По данным гvfl-IC России, за первое полугодие она возросла на 12,7 % и составила 274,6 млрд. рублей.

Более половины долга приходится на 16 регионов Российской Федерации, из них задолженность г. Москвы — 24,9 млрд. рублей, Московской области — 16,8 млрд. рублей, Свердловской области -12,0 млрд. рублей.

Принимаемые налоговыми органами меры по своевременному и полному взысканию платежей в бюджет не всегда эффективны. Не используются все имеющиеся возможности изъятия в счет недоимки наличных денежных средств, поступающих в кассы предприятий и организаций за реализованную продукцию, которые, минуя расчеты с бюджетом, направляются в хозяйственный оборот.

Например, в Брянской области во многих районах такая работа вообще не проводилась. В Хабаровском крае в 1999 году эффективность взыскания составила 7 %. На валютные счета выставлено инкассовых поручений в 7,2 раза меньше, чем в 1998 году. В Тверской области количество таких поручений, а также их суммы уменьшились соответственно в 2,3 и 5,3 раза. В Курганской области за два предыдущих года с валютных счетов взыскание вообще не производилось.

Не обеспечена полная собираемость в федеральный бюджет акцизов на алкогольную продукцию. За 6 месяцев 2000 года она достигла только 87,5 %.

Крайне неудовлетворительно ведется работа по сбору акцизов в Кабардино-Балкарской Республике, Краснодарском крае, Курской, Новгородской, Пензенской и Тюменской областях, где уровень их собираемости в первом полугодии составил от 30 до 60 %.

Только три управления министерства по субъектам Российской Федерации справились с выполнением полугодового задания (г. Москва, Кировская и Ленинградская области).

Несмотря на рост нарушений законодательства о налогах и сборах, количество выездных налоговых проверок сокращается.

Количество таких проверок юридических лиц по сравнению с предыдущим годом снизилось на 15 %, физических лиц — на 61 %

В Новгородской и Псковской областях доначисления по результатам проверок сократились на 20 %, а в Курской области — в 5,5 раза. В Ненецком автономном округе с 1995 года не проводились выездные проверки 54 юридических лиц, в том числе таких крупных налогоплательщиков, как ЗАО "Арктикнефть", АООТ "Арктическая нефтяная компания", ОАО "Печорморнефть", ЗАО "Нортойл".

Не принимается достаточных мер к ликвидации "зависших" платежей в коммерческих банках, в которых открыты счета налогоплательщиков, а также к взысканию с указанных банков налоговых санкций и пеней. Общая сумма задолженности кредитных организаций в бюджетную систему Российской Федерации составляет более 32 млрд. рублей.

В первой половине 2000 года налоговыми органами за несвоевременное перечисление налоговых платежей предъявлено коммерческим банкам санкций на сумму 2,8 млрд. рублей, а взыскано только 26,4 млн. рублей, т. е. 0,9 %.

ГТК России не принял исчерпывающих мер по контролю за полным и своевременным поступлением в федеральный бюджет таможенных платежей.

Несмотря на то, что таможенными органами в 1999 году перечислено в федеральный бюджет свыше 187 млрд. рублей, или 101,5 % от установленного задания, отдельными таможенными управлениями (Северо-Западным, Западным, Московским, Центральной акцизной таможней) планы по сбору средств не выполнены.

По результатам работы таможенных подразделений в минувшем году выявлено свыше 202,5 тыс. нарушений таможенных правил, по которым общая сумма наложенных штрафных и иных санкций материального характера превысила 36 млрд. рублей. Однако взыскано из них всего 1,45 млрд. рублей.

В нарушение нормативных актов (постановление Правительства Российской Федерации от 28 августа 1997 г. № 1082 и распоряжение от 17 июля 1998 г. № 970-р) продолжает действовать схема обслуживания счетов таможенных органов коммерческими банками, а не органами федерального казначейства.

Образовавшаяся задолженность коммерческих банков по перечислению таможенных платежей в федеральный бюджет в размере около 2 млрд. рублей до настоящего времени не погашена. Общая сумма долга по уплате таможенных платежей и штрафных санкций постоянно растет и по состоянию на 1 июня 2000 г. достигла 81,6 млрд. рублей.

Существенной доработки требует методика определения таможенной стоимости товара.

Рядом региональных таможенных управлений принимаются необоснованные решения по определению таможенной стоимости товаров. В 1999 году было установлено около 3 50 подобных нарушений. Доначисление таможенных платежей в результате корректировок таможенной стоимости за первое полугодие 2000 г. составило 41,8 млн. долларов США.

По данным Госкомстата России, в 1999 году средние экспортные цены российских поставщиков основных сырьевых товаров ниже мировых на 10–20 %, а по лесоматериалам — почти на 74 %, что приводит к значительным валютным потерям.

Таможенно-банковский валютный контроль (ТБВК) осуществляется не на должном уровне.

До настоящего времени система ТБВК охватывает не все экспортно-импортные операции. За пять месяцев текущего года контролю было подвергнуто 86 % российского экспорта и 56 % импорта.

Слабо используются предоставленные ГТК России полномочия по пресечению незаконного вывоза из страны средств в иностранной валюте. При осуществлении валютного контроля в первом полугодии 2000 г. выявлено незачисление экспортной валютной выручки на сумму около 1 млрд. долларов США. Реально таможенными органами возвращено в истекшем году только 14,9 млн. долларов США, а в I квартале 2000 г. — 5 3 млн. долларов США.

Санкции, предусмотренные Таможенным кодексом Российской Федерации к нарушителям таможенного законодательства, во многих случаях применялись с большим опозданием или не применялись вообще. Отделами валютного контроля и таможенных расследований Ростовской таможни более года не направлялись в отдел дознания материалы о невозвращении по вине 11:кФ "ООО "Радуга" и ООО "ССК "Южнороссийские семена" соответственно 244 тыс. и 144 тыс. долларов США.

В нарушение положений Таможенного кодекса Российской Федерации органы ГТК России не уделяют должного внимания проведению проверок финансово-хозяйственной деятельности участников ВЭД.

Северо-Кавказским таможенным управлением в 1999 году не проведено ни одной подобной проверки по фактам невозвращения валютной выручки. Как следствие, группой предприятий (АО "Невинномысский Азот", АО "Ставропольполимер", АО "Невинномысский Внештрейд Инвест"), нарушающих требования таможенного и валютного законодательства, за предыдущие два года не возвращено валютной выручки на сумму 21, 7 млн. долларов США.

Материалы проверки свидетельствуют о низкой эффективности государственного финансового контроля, его правовой неурегулированности, недостаточной координации деятельности контролирующих органов и неисполнении ими требований Указа.

Учитывая вышеизложенное, полагали бы целесообразным Правительству Российской Федерации рассмотреть представленные материалы и поручить Минфину России, МНС России и ГТК России принять необходимые меры по устранению выявленных проверкой недостатков и реализации в полной мере требований Указа Президента Российской Федерации от 25 июля 1996 г. № 1095 "О мерах по обеспечению государственного финансового контроля в Российской Федерации".

Главное контрольное управление Президента Российской Федерации

Приложение 3

Приложение 4

Руководители Контрольного управления Президента России с 1992 по 2004 годы

1. Болдырев Юрий Юрьевич 1992-1993

2. Ильюшенко Алексей Николаевич 1993-1994

3. Зайцев Владимир Яковлевич 1994-1996

4. Кудрин Алексей Леонидович 1996-1997

5. Путин Владимир Владимирович 1997-1998

6. Патрушев Николай Платонович 1998

7. Лисов Евгений Кузьмич 1998-2004

Примечания

1

«В сентябре 1993 года руководитель канала Бэлла Куркова поддержала указ Ельцина о роспуске парламента. Журналистов своего канала, которые приехали 3 октября в Белый дом и снимали штурм здания изнутри, Куркова уволила за самовольную отлучку. В этом же месяце Белла Куркова закрыла программу Александра Невзорова «600 секунд». В 1994 году, после ряда коррупционных скандалов, члены независимого профсоюза работников искусств выразили недоверие руководству Пятого канала. В 1995 году Белла Куркова покинула пост руководителя телекомпании.

2

Виктор Правдюк известен как автор и режиссер передач-исследований, посвященных истории XX века. Одно из первых своих телерасследований Виктор Правдюк посвятил судьбе и трагической гибели гениального русского поэта Сергея Александровича Есенина. Самой известной, признанной и в то же время критикуемой работой Виктора Правдюка является сериал из 96 частей «Вторая мировая: день за днем», который он снял вместе со своей женой, режиссером Галиной Ясногородской, и двумя сыновьями-операторами.

Сериал «Вторая мировая: день за днем» позволяет взглянуть на историю человеческой трагедии с совершенно иных позиций, чем это делалось раньше. Работая с хрониками и архивами, внимательно изучая свидетельства очевидцев с двух воевавших сторон, Виктор Правдюк и соавторы пришли к выводу, что подчас судьба того или иного сражения, операции, боевых вылетов или разведывательных действий решалась не в момент их проведения, а в совсем неприметных на первый взгляд встречах и подготовках к их проведению. Каждый момент войны, изученный и осмысленный в кадре, приносит подчас неожиданные открытия и неизвестные аспекты.

Политические взгляды

Виктор Правдюк критически относится к советскому периоду истории Российской империи. Считает, что XX век был веком истребления русского человека. Большевизм, по мнению Виктора Правдюка, является чумой, которой до сих пор болен русский народ. Виктор Правдюк не склонен переоценивать роль Иосифа Сталина в истории русского народа и его заслуг в Великой Отечественной войне. Так, в интервью «Голосу Америки» (09.05.2010) Виктор Правдюк сказал: «Войну мы бы выиграли и без Сталина». Что является по меньшей мере странным и двусмысленным заявлением.

3

Февраль 1917 г. — Смольный институт был закрыт как учебное заведение в связи с отречением Николая II от престола, упразднением Ведомства Императрицы Марии и, как следствие, отсутствием основных средств финансирования. Август 1917 г. — в Смольный из Таврического дворца переезжает Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов.

1991 г. — Смольный стал официальной резиденцией мэра, а затем губернатора Санкт-Петербурга, в наши дни здесь работает Правительство и Администрация Санкт-Петербурга.

4

6 июня 1994 года начал вещать «Свежий ветер» — телекомпания, учрежденная директором фирмы «ЛИС’С» Сергеем Лисовским. Производила чуть более полугода для ГТРК «Петербург — 5 канал» программу «Доброе утро». Сегодня подобный формат копирует большинство центральных телеканалов. Но так как трансляция осуществлялась без логотипа вещателя, то ГТРК «Петербург — 5 канал» обвинили в скрытой уступке своей лицензии. Передачу закрыли, а утренние часы московского эфира Пятого канала отдали МТК «Теле Экспо».

Content

Александр Семиколенных
История жизни советского инженера от Сталина до Путина
Книга II
В контрольном управлении Президента России

О книге «В Контрольном управление Президента России»

Предисловие

Глава 1. «Дело» Курковой Б. А

Глава 2. Проверка приватизации топливно-энергетического комплекса

Глава 3. Профессия президентского контролера освоена

Глава 4. Снова командировка в США

Глава 5. Комплексная проверка Государственного комитета Российской Федерации по управлению государственным имуществом

Глава 6. Залоговый обман — как это стало возможным

Глава 7. Мое участие в выборной кампании Президента России

Глава 8. Работа в Контрольном управлении под руководством питерской команды

Глава 9. И пришел В. В. Путин

Глава 10. РАО «ЕЭС России» — постоянные проблемы

Глава 11. И пришел Н. П. Патрушев, а потом Е. К. Лисов

Глава 12. Как контрольное управление пыталось изменить систему государственного контроля

Глава 13. Два последних года работы президентским контролером

Глава 14. Прощай, Контрольное управление

Заключение

Приложения

Приложение 1

Приложение 2

Приложение 3

Приложение 4

Примечания