Юрий Николаев

История западных славян Южной Балтики

Предисловие

Книга «История западных славян Южной Балтики» является продолжением серии публикаций «Западные славяне Южной Балтики и средневековье Европы». В первых двух книгах («Истоки славян», «Крепости и городища западных славян Южной Балтики») рассказано об археологических находках, отражающих уровень развития людей Русской равнины в то время, когда льды толстым слоем покрывали территории Прибалтики, Скандинавии, Западной и Центральной Европы, Британских островов, северо-востока Америки. Затронуты результаты исследований заселения предками славян Русской равнины, Центральной и Восточной Европы, Прибалтики. Рассказано о прародине славян, о формировании праславянской общности и её развитии на протяжении многотысячелетней истории. Затронута тема миграций с Русской равнины, которые происходили тысячи лет назад в Центральную Азию, полуостров Индостан, Иранское плато, во Фракию, Месопотамию, Малую Азию, на Аравийский полуостров, Ближний Восток, на земли будущей Эллады и далее на Апеннинский полуостров. Рассказано о пеласгах, этрусках, троянцах, венетах, об истоках средиземноморских цивилизаций. Приведены сведения о части племен, которые остались на Русской равнине и были названы скифами в работах античных писателей.

Рассказано о том, как во 2 веке под давлением миграции «полиэтнических образований» [{176}] готов, вандалы, жившие у Одера — западной границы прародины славян, мигрировали в юго-восточном направлении, а в начале 5 века, объединившись с аланами и племенами свевов будущей Германии, направились в сторону Рейна, Иберийского полуострова, Северной Африки, где создали свою столицу в Карфагене, а потом захватили и Рим. Рассказано о гуннах, которые изгнали готов с Русской равнины за Дунай, в пределы Римской империи.

В середине первого тысячелетия часть славян мигрировала с Русской Равнины в бассейны Нижней Эльбы, Нижнего Одера, на берега Южной Балтики, а к концу 6 века «к устью Эльбы» [{208}, с. 15]. В середине 6 века на земли Паннонии, на которых расселились славяне, вторглись кочевники, которые мигрировали из Азии и назвались аварами (в русских летописях обрами). Под напором пришлых племен славяне покинули земли Дуная и ушли в сторону Средней Эльбы и Одера. Территории междуречья Нижней, Средней Эльбы и Одера, Салы (Saale) и Одера стали территорией сплошного заселения славянами. В Тюрингии, Восточной Франконии, в бассейнах Фульды, Верхнего Майна и его притоков, к западу от Нижней Эльбы славяне заселили земли частично, деля их с племенами других народов. По данным А. Мука [{102}], с удалением на запад от Эльбы плотность заселения славян, их топонимика сокращалась. Славяне, которые остались на землях Среднего и Нижнего Дуная, стали частью аварского каганата. Вследствие миграций народов Русской равнины, вызванных изменением климата, голодом, смертностью, эпидемиями, войнами периода Великого переселения народов, «преобладающим населением в Придунайских областях, в Прикарпатье, в бассейнах Вислы, Одера и Эльбы, в конце концов, и оказались славяне» [{208}, с.16].

Славяне, которые ушли в сторону Адриатики, заселили земли Норика, Далмации, Либурнии, Истрии, а в конце 6 века и в первых годах 7 века уже участвовали в войнах лангобардов с Падуей, Кремоном и Римом. Известен и поход герцога Баварии, состоявшийся в конце 6 века, «в Каринтию, завоёваную славянами». Второй поход герцога в Каринтию «закончился полным уничтожением баварцев, принявших участие в этом походе. После этого был совершен ответный поход в Баварию, закончившийся разгромом войска сына герцога Баварии» [{50}, с.56].

В книгах «Истоки славян», «Крепости и городища западных славян Южной Балтики» приведены сведения анналов королевства франков о границах западных славян с империей Карла Великого, выдержки из работ средневековых монахов Саксонии и Дании о религии, быте, нравах, обычаях, сферах деятельности западных славян. Рассказано и о славянской топонимике Восточной Германии. Указано расположение сотен крепостных валов славянских городищ, сохранившихся до нашего времени в федеральных землях Мекленбург-Передняя Померания, Бранденбург, Саксония, Нижняя Саксония, Саксония-Анхальт, Тюрингия, Шлезвиг-Гольштейн, на острове Рюген, особенности их конструкций, результаты археологических исследований, о музеях, посвященных славянскому периоду истории Германии.

Летописные предания западнославянских авторов об истории и опыте формирования раннесредневековых государственных образований славян на Южной Балтике от Нижней Саксонии, Восточной Тюрингии до бассейна реки Одер безвозвратно утеряны или недоступны для читателей нашего времени. Древние рукописи старообрядцев, собранные при Алексее Михайловиче и Петре Алексеевиче якобы для переписывания и размножения, безвозвратно утеряны. Уничтожение и фальсификация древнеславянских рукописей, а фактически уничтожение истории русского народа, с чем боролся М. В. Ломоносов, продолжалось и при более поздних, так называемых, Романовых.

Вероятность, что западнославянские летописи существовали, вытекает из факта наличия на Руси своей письменности задолго до прихода в 861 году братьев Кирилла и Мефодия. Академик М. К. Любавский писал о наличии письменности Руси до прихода Кирилла и Мефодия следующее: «Находясь в этом монастыре (на Олимпе), Константин и Мефодий получили от своего правительства поручение отправиться в Хазарию для проповеди там христианства и для спора с магометанскими и иудейскими проповедниками. На пути в Хазарию братья в Херсонесе Таврическом нашли мощи св. Климента, папы римского, а также Евангелие и Псалтырь, написанные русскими письменами» [{208}]. Известны и многочисленные берестяные грамоты Великого Новгорода, в которых содержатся послания не только делового, но и бытового повсеместного характера. Н. Татищев о грамоте Руси писал следующее: «славяне из Вандалии в Северную Русь около 550 года после Христа пришли, (гл. 17, 20, гл. 40), после того, как всю Европу завоевали и без сомнения письмо имели и с собою в Русь принесли, чему, можно уповать, наверняка доказательства сыщутся, если в Новгороде и Изборске искусному в древних письмах разобраться» [{36}, гл. 1., п. 8]. И западные славяне обладали грамотой, например, Титмар Мерзебургский (епископ Мерзебурга с 1009 по 1018 г.), излагая в труде «Хроника» сведения о храме языческого бога Сварожича, находившемся в западнославянской столице Ридегост (Ретра), писал, что «Внутри же стоят сделанные человеческой рукой боги, каждый с вырезанным именем».

Но, несмотря на отсутствие западнославянских летописей, сохранились сотни топонимов славянского периода истории Германии, остатки многочисленных городищ славян, преимущественно, в междуречье Эльбы и Одера, труды средневековых монахов Саксонии и стран Скандинавии, являвшихся современниками описываемых событий, арабских и других путешественников, документы архивов Германии, Дании и Швеции. Существуют труды известных славистов Германии, России, Чехии и Польши. Музеи славянской истории Германии накопили богатый историко-археологический материал, который невольно заставляет пробудить самосознание, почувствовать причастность к великому славянскому этносу, сопоставлять события тысячелетней давности с политическими процессами нашего времени, осознать события современности, корни которых были заложены ещё в средние века. На основе этих уникальных материалов и создана книга «История западных славян Южной Балтики», которая содержит сведения с 8 по 13 век н. э.

Необходимо учитывать и то, что, как писал немецкий историк Fred Ruchhöft [{145}] о средневековье, «все сообщения о Рюгене и Арконе (впрочем, как и о других славянах — прим.) происходят от пера христианских авторов, которые формулировали свои тексты соответствующим образом тенденциозно и в соответствии с политическими целями их заказчиков». Тем не менее, ценность сведений, содержащихся в указанных источниках, трудно переоценить, поскольку их критический анализ, сопоставление фактов открывают для современного читателя не простую историю западной ветви славянского этноса, возможно, наших с вами далеких предков.

История западных славян насыщена яркими событиями и весьма поучительна для современников. Это история об истоках славянской государственности, о не простом сосуществовании западнославянских образований Южной Балтики с зарождающейся мощной Священной Римской империей германских народов, королевством Дании, соседними свободолюбивыми славянскими княжествами, о крестовых этнических походах крестоносцев против западных славян, о борьбе славян за свою независимость. Причем, по мере погружения в тематику вопроса складывается понимание, что эта увлекательная история не только не закончилась, но и продолжается, помогая объяснению многих событий современности…

Изучение средневековых первоисточников позволяет говорить о стратегии правителей и идеологов Священной Римской империи, рассчитанной на века по расчленению славянских союзов, духовной сферы и последующей колонизации восточных земель, реализуемых в различных формах мироустройства.

История этого периода — это история формирования границ Западной и Центральной Европы, междинастических союзов, аристократических кланов, которые многие века определяли исторические судьбы народов Европы. Этот период насыщен известиями о многочисленных войнах, динамично возникающих и распадающихся политических союзах, исторических вехах, определивших дальнейшее развитие Европы на многие века вперед.

В книге «История западных славян Южной Балтики» рассказывается о поучительной судьбе западных славян, их не простом сосуществовании в окружении формирующихся государств и княжеств Европы, о войнах за независимость, о мотивах исторических решений и их последствиях. Отмечена роль римских пап, католических орденов, феодалов Саксонии в организации крестовых этнических походов против западных славян. Рассказано о расколе славян и амбициях их князей, причинах, приведших к поэтапной утрате самостоятельности, а затем и уничтожению некогда могущественных западнославянских государственных образований междуречья Эльбы и Одера. Сделана попытка осознания мотиваций политических решений западнославянских князей с учетом влияния событий, которые происходили как внутри княжеств, так и в соседних королевствах и княжествах.

Книга содержит поучительные факты о том, как князья славян, принеся вынужденную вассальную присягу герцогу Саксонии или королю Дании, становились борцами с древней, объединявшей славян религией, принуждали славян к принятию чуждой им религии латинского обряда, платить десятины, подати, дани, поборы германским феодалам, участвовать в войнах герцога Саксонии или короля Дании против других славянских народов. Содержатся подробности многовекового опыта «онемечивания» колонизированных славян. О запретах говорить на родном языке, заниматься ремеслами, земледелием. О политике «выдавливания» славян с их земель и из их селений, освобождая места для переселенцев из западных областей Германии, Фризии. О последующем вымирании сел славян и онемечивании тех, кто остался на своих землях в условиях ограничении их прав.

История западных славян отражает цепь событий, которые привели могучие славянские союзы, некогда способные противостоять Священной Римской империи и королевству Дании, к вражде между собой и, как следствие, к уходу с исторической сцены. Об этом в работе монаха ордена бенедиктинцев Мавро Орбини (16 век) написано следующее: «Было и еще одно обстоятельство, которое затмило славу и в немалой степени способствовало подрыву господства славян — раздоры и междоусобицы. Если бы не это обстоятельство, то славяне, как пишут Петр Крусбер и Карл Вагрийский, без сомнения овладели бы не только побережьем Балтийского моря, но и всей Германией и Франкией… Поняв это, соседние государи всеми силами стремились ослабить их с помощью них самих: не бывало ни разу, чтобы какой-либо король или император, воевавший со славянами, не имел на своей стороне немалое число самих же славян. Последние воевали на стороне различных государей и сражались со своими соплеменниками» [{50}, с. 95].

Об этом же писал и Академик АН СССР М. К. Любавский: «История западных славянских племен связана… общностью борьбы за существование, понесенными в этой борьбе жертвами и потерями и конечно злою иронией судьбы, заставившей чуть ли не большинство их сражаться в рядах своих исконных врагов, поработителей и истребителей» [{208}].

Вывод известного слависта, профессора Пражского университета Любора Нидерле актуален и в наши дни: «Очень многое общее связывает друг с другом части народа русского и совершает грех и перед собою, и перед славянством тот, кто насильственно разбивает созданное веками, вместо того чтобы совместными усилиями создать один, из свободных частей состоящий, народ русский и одну государственность» [{102}].

А профессор Варшавского университета И. Первольф написал о судьбе славян, князья которых принесли вассальную присягу победителям, следующее: «Народ, который лишен политической независимости, который не имеет участия в своем управлении и не может уже надеяться добиться такого участия, — такой народ уже пропал и его гибель составляет только вопрос времени» [{164}].

Для читателя также могут быть интересны генеалогические схемы князей поморян, руян, оботритов, князей и герцогов Мекленбурга, графов Шверина, правителей Верле, королей стран Скандинавии и сведения о междинастических союзах средневековья, характеризующих исторические связи государств нашего времени.

Прочтение книги позволит воссоздать события, связанные с формированием западнославянской государственности, и, возможно, почерпнуть опыт событий тысячелетней давности для осознания процессов современности. Книга даёт возможность яснее осознать не только феодально-династическую структуру межгосударственных отношений средневековья, но и первопричины процессов современности, корни которых были заложены в средние века и ранее.

При написании предпочтение отдавалось источникам тех сведений, которые подтверждались другими первоисточниками и иными доказательствами.

Отдельные сведения, содержащиеся в книге, могут быть известны специалистам в области истории, лингвистики, археологии, антропологии, этнографии, генеалогии, но продолжают оставаться неожиданными для широкого круга русскоязычных читателей, которые интересуются истоками своего народа и государства, ищут ответы на актуальные вопросы современности.

О событиях 7–8 веков, связанных с историей западных славян

О союзах западных славян 7–8 веков

Шел восьмой век после рождества Христова. Западные славяне, заселившие земли Южной Балтики, междуречья Нижней Эльбы и Нижнего Одера уже объединились в союзы оботритов (другие названия — бодричей, ободритов, ререгов), вильцев (велетов, Wieleten, Wetalaben, Wieleci, Wilsen, Wilkiken, с 10 века лютичей) и поморян. В бассейнах Средней Эльбы и Одера находилось объединение лужицких сербов (сорбов). «Славяне (оботриты, вильцы и поморяне — прим.), обитавшие к северу от территории, заселенной сербами, образовали область, которая если и не составляла единого целого с сербской областью, то, во всяком случае, была в значительной степени родственной как сербам, так и полякам» [{102}, гл.14]. Язык славян междуречья Эльбы и Одера, а также поморян был настолько общим, что по выражению Л. Нидерле, «Славянская лингвистика пока еще не достигла такого уровня, чтобы внутри этой области… суметь выделить отдельные мелкие языковые области и племена».

Союзы западных славян и их соседи в 9 веке. В верхней части, на север от Гамбурга — граница (Limes Saxoniae). Сплошная красная линия, проходящая западнее Эльбы, — граница «Limes Sorabicus». Прерывистая линия — западная граница расселения славян (Э. Мука). Границы нанесены на карту 10 века [{105}]

Союз оботритов находился в северо-западной части побережья Южной Балтики, к востоку от нижнего течения Альбии (Лабы, Эльбы, Elbe) до устья реки Варнов. В наше время эти территории входят в федеральные земли Мекленбург-Передняя Померания и Шлезвиг-Гольштейн. Западные славяне вели активную торговлю на Балтике. Оботритов и королей франков объединяла обоюдная вражда к языческим племенам саксов.

К северу от союза оботритов находилось Датское королевство, омываемое с западной стороны Северным, а с восточной стороны Восточным (Скифским, Варяжским, Венедским, Балтийским) морем.

Фризы, жившие на побережье Северного моря, к западу от Дании, «поддерживали торговые связи с Англией, Скандинавией. На франкских землях вплоть до Бремена они продавали ткани, керамику, вино, пленных. Самыми известными и богатыми центрами межрегиональной торговли Фризии были Дорестад и Кентовик на побережье, Хаитхабу на реке Шлей и Бардовик близ переправы через Эльбу» [{77}].

Амбиции датских королей на владение портами как Северного, так и Балтийского моря, а также на контроль морских торговых путей, входили в противоречие с интересами франкских королей и князей западных славян.

На юго-востоке от оботритов находился союз вильцев. В наше время эти территории входят в федеральные земли Мекленбург-Передняя Померания и Бранденбург.

К востоку от оботритов и вильцев жили «поморяне, обитавшие между нижним течением Вислы и Одера, и ряд племен, заселявших острова и левый берег нижнего течения Одера» [{102}].

Южнее поморян находилась территория полонян, а к юго-западу от полонян — богемцев и моравов.

Руяне (ране) жили на острове Руян (в настоящее время Рюген), находящемся северо-восточнее союза оботритов и вильцев, а также на землях материка, принадлежавших их княжеству.

Как оботриты, так и вильцы стремились к первенству на Южной Балтике и враждовали друг с другом. Поморяне сохраняли нейтралитет в соперничестве славян. Об этой вражде записано во франкских анналах: «есть некая славянская народность, живущая на берегу океана, которая на их собственном языке называется велатабы, по-франкски же вильцы. Она, всегда была враждебна франкам. И своих соседей, которые были подчинены или союзны франкам, она имела обыкновение преследовать враждой и теснить, и беспокоить войной» [{74}, год 789].

Объединение лужицких сербов находилось от Рудных гор на юге до земель гавелян и шпреян на севере, а также от бассейна реки Сала (Saale), левого притока Эльбы, на западе до реки Bobor (в наше время Bobr в Польше) на востоке.

Основу союзов западных славян составляли родоплеменные объединения, а границы союзов менялись из-за перехода части племен от одного союза к другому.

Из трех союзов славян бассейнов рек Эльбы и Одера (оботритов, вильцев и лужицких сербов) наиболее прочным и близким к созданию государства был союз оботритов, а наименее устойчивым — объединение лужицких сербов. Необходимо учитывать и то, что союзы западных славян, которые подвергались частым вторжениям извне «и вмешательствам со стороны в их внутреннюю жизнь, оказались не в состоянии превратиться в прочные государственные союзы, хотя и проявляли к тому стремление» [{208}, с.56]. С другой стороны, успешность войн с общим врагом вызывала необходимость объединения усилий славян и, если не единого, то согласованного взаимодействия в их общей борьбе, что продвигало к созданию единого государства.

Славяне жили и к западу от Эльбы: в Тюрингии, на землях бассейна реки Фульда, в районе Фульдского монастыря, на Верхнем Майне и его притоках, в 17 округах Восточной Франконии (region slavorum, in Sclavis). Франконский лес носил название Saltus slavorum [{208}]. Славяне жили в районе расселения древан, Люнебурга, между Везером и Эльбой. Академик Любавский М. К. писал, что «расселение славян к западу от Эльбы, по всем данным, началось еще при последних Меровингах, продолжалось при Каролингах и государях Саксонской династии». Славяне заселялись с востока на запад в области, занятые германцами, а также в области ещё незаселенных земель. Колонисты устанавливали наследственное, «дедичное» владение по своему славянскому праву. Часть славян поселилась в городах названных областей Германии. С течением времени крестьяне потеряли свое «дедичное право на землю», сделались арендаторами или ушли на другие, худшие земли. «Эти выселки, удерживая имя прежних поселений славян, в отличие от них назывались обыкновенно малыми». Со временем немецкие власти «стали запрещать употребление славянского языка. Все это в связи с социальным угнетением и привело, в конце концов, к исчезновению славянской народности в рассматриваемых областях Германии» [{208}, с.88].

Ранее описываемого периода, в 531 году, языческие племена саксов на своих кораблях пристали к землям в районе левого берега устья Альбии (Эльбы). Об этом известии у монаха Адама Бременского записано, что «народ саксов», «переплыв в поисках новых мест обитания через океан (Северное море — прим.), пристал к берегам Германии в месте, что зовётся Хадельн (район Otterndorf — прим.)» [{7}, кн.1, п.4].

В том же веке западные славяне обосновались на правом берегу устья Эльбы. Между саксами и оботритами возникли напряженные отношения в районе выхода в Северное море, а «саксонское население завоевательно подвигалось к востоку и оттесняло бодричей („оботритов“ — прим.) от берегов Северного моря» [{24}, с. 22]. Этот конфликт послужил началом многовековой вражды между оботритами и племенами саксов. Для характеристики саксов, с которыми у Эльбы столкнулись оботриты, достаточно привести цитату саксонского монаха Гельмольда: «саксы, которые зовутся гользатами, были людьми чуждыми всякого милосердия и весьма склонными к пролитию человеческой крови. Их глаз не щадил ни большого, ни малого, но всех, кто стоял против них они безжалостно предавали смерти» [{9}, кн.2, п.13]. Саксы, которые обосновались у устья Эльбы, в историографии получили название нордальбинги («норд — альбинги»), т. е. живущие на севере реки Альбии.

В том же 531 году короли франков Хлотарь I и Теодорих I из династии Меровингов воевали с королем Тюрингии. Король франков Теодорих I пообещал прибывшим саксам «места для поселения» за помощь в завоевании Тюрингии [{7}, кн.1, п.4]. Короли франков разгромили тюрингов на реке Унструт и овладели землями Тюрингии. Саксам, которые приняли участие в войне, были выделены отвоеванные земли между верхним течением реки Аллер (Aller) и рекой Унструт (Unstrut). (Юго-западная часть современной земли Саксония Анхальт и северо-восточная часть Тюрингии на юго-западе от Магдебурга). Однако саксы «из-за своей малочисленности не могли занять её целиком»…«в особенности, ту, что обращена на восток» [{7}, кн.1, п. 4–7].

В 555 году Хлотарь I присоединил к своему королевству земли Австразии вместе с землями, выделенными саксам Теодорихом I, и (согласно Хронике Фредегара) наложил на саксов ежегодную дань в размере 500 коров. В том же году саксы восстали, но Хлотарю I удалось подавить их восстание. У Мария Аваншского об этом записано: «В этом году взбунтовались саксы, и король Хлотарь с большим войском сразился с ними: множество франков и саксов погибло в этой битве, однако, король Хлотарь ушёл победителем». С тех пор почти триста лет происходили восстания саксов, отстаивавших свою независимость от франкских королей и отказывавшихся платить им дань. Саксы покорялись, обещали платить, но вновь восставали.

Таким образом, между оботритами и языческими племенами саксов возникли истоки взаимной вражды, а между франкскими королями и саксами началась война, которая затянулась почти на триста лет.

В середине того же 6 века земли Среднего Дуная, захватили полиэтнические орды кочевников, которые мигрировали со стороны Азии и назвались аварами. Власть аварского каганата распространилась на земли бассейна Дуная, Центральной Европы и западной части Русской равнины.

Примерно в 618–623 годах славяне, которые вынужденно оказались в составе аварского каганата, будучи «не в силах больше терпеть наглость аваров, выступили против них и, вступив с ними в сражение, одолели. В этом сражении некто по имени Само выказал, среди прочих, такую доблесть, что славяне избрали его королем» [{50}]. Само сумел организовать и возглавить восстание, которое разрослось и охватило славянские земли Норика, Моравии, Богемии, Силезии, хорутан, живших на Верхней Саве и Драве. Столицей восставших стал Вышеград на реке Морава.

Ориентировочные границы славянского союза Само (623–658 годов), нанесенные на карту 10 века [{105}]. Сплошная линия слева — граница империи Карла Великого со славянами в 9 веке. Пунктирная линия — земли заселения славян до 9 века (по данным Э. Мука [{102}])

В 631 году король франков Драгоберт I, обеспокоенный расширением нарождавшегося славянского союза на востоке от его королевства, использовав инцидент с захватом славянами франкских купцов, направил армию для подавления восстания Само. Трехдневное сражение окончилось разгромом армии франков. Эта победа позволила сербскому княжеству провозгласить независимость от франков и вместе с лужичанами присоединиться к союзу Само: «Воевода Дрван, правивший этими славянскими городами (сербов — прим.)…, видя такие успехи славян, наносивших одно за другим поражения франкам, восстал и примкнул к ним» [{55}, с.58].

В 636 году Рудольф, герцог Тюрингии, терпевший притеснения от франков, также заключил мир с Само и вышел со своим герцогством из франкского королевства. Вслед за этим началась война Драгоберта I уже с герцогом Рудольфом, вынудившая его заключить не только мирный, но и союзный договор с Само. Саксонские же племена за снижение дани, которую они выплачивали королю франков, также, как и столетие назад, предложили Драгоберту I свое участие в борьбе, но уже не с тюрингами, а со славянами государства Само [{50}, с.58]. В дальнейшем государство Само оказалось зажатым агрессиями королевства франков и Аварского каганата.

После смерти Само, произошедшей в 658 году, сепаратизм славянских князей привел к распаду зарождавшегося независимого государственного образования славян. Альпийские славяне Карантании создали свое княжество со столицей в Крнски Град (в настоящее время населенный пункт Karnburg на юге Австрии, в 140 км на юго-западе от города Грац).

Выйдя из союза славян, карантанцы, находясь между Баварией и Аварским каганатом, оказались в сложном положении. В 745 году Борут, князь Карантании, в надежде на помощь Баварии от Аварского каганата, был вынужден принести вассальную присягу герцогу Баварии. Славянские вельможи сумели сохранить свою власть в Карантании, но, как следствие их вассальной зависимости, в Карантании начала проводиться политика Зальцбургского архиепископа по христианизации по латинскому обряду славянского населения. В 788 году Карантания вместе с Баварским герцогством была поглощена королевством Карла Великого.

Забегая вперед, сообщим, что в 814 году, после смерти Карла Великого, на престол императора Запада и короля франков полновластно взошел его младший сын Людовик I Благочестивый, который продолжил политику своих предшественников по христианизации славян по латинскому обряду, а фактически, по их колонизации. В конце двадцатых годов это привело к восстанию славян Карантании, а в начале тридцатых годов — славян Хорватии (Людевита Посавского). Восстания были безжалостно подавлены, а славянские князья лишены власти. Их земли были переданы немецким феодалам. Славянское княжество Карантания было ликвидировано, а на его землях были образованы Карантанская франкская марка, Баварская восточная марка и Крайнская марка.

В 10 веке на завоеванных землях была образована марка Карантания для защиты границ королевства франков от набегов с востока. Позднее земли карантанцев заселялись германцами, а территорию марки стали называть Каринтия. Славяне современной Словении считают себя потомками древних карантанцев.

Сближение Рима и Каролингов. Приход к власти Карла Великого

Середина восьмого века в Западной Европе. Пипин Короткий, мажордом (старший сановник Меровингов с 741 по 751год) из династии Каролингов, продолжал войну против языческих племен саксов, которая длилась уже практически двести лет. Увеличение давления саксов на границе с оботритами привело к тому, что в 747 году западные славяне приняли участие в сражении против саксов на стороне Пипина Короткого.

В те времена ослабевшая сакральная власть Рима, находившаяся в противоборстве с Восточной империей, а также с аристократией королевства лангобардов, нуждалась в защите, в новой силе, способной поднять её былое величие. Как писал Андре Моруа, «папе был нужен солдат». И он был найден в пассионарном, быстро набирающем могущество, королевстве франков, а позже в Священной Римской империи.

Каролинги, в свою очередь, «нуждались в папе, как и он в них». Традиция перехода власти к наследникам монарха при Меровингах приводила к ослаблению королевства из-за его дробления и войн, которые разгорались между наследниками. Избрание короля аристократией франков позволяло снизить риск распада королевства, а помазание на царство папой римским придавало избранному королю легитимность власти. Кроме этого, общая религия являлась государство образующим фактором управления массовым сознанием в условиях племенной раздробленности, отсутствия единой религии и расширения королевства за счет присоединения народов вновь завоеванных территорий.

Отказ от прежней традиции престолонаследия был интересен и Пипину Короткому как мажордому, который обладал реальной властью, но не мог передать её по наследству. В итоге, в 751 году Пипин Короткий был коронован папским легатом в качестве короля франков, а папа совершил обряд помазания на царство, повелев франкам избирать королей из числа потомков Пипина. Благодарный Пипин, в свою очередь, в 756 году отвоевал у лангобардов города, ранее завоеванные ими у папы, и вернул их «святым Петру и Павлу», то есть папе римскому. Как писал А. И. Павинский, «воскресла мысль древнего Рима — господствовать над вселенной» [{24}. с.35]. Во Франкском королевстве получили новую силу процессы распространения христианства по латинскому обряду.

Что касается западных славян, то их объединяла традиционная дохристианская религия, но аристократия и князья племенных объединений предпочитали не объединяться в единый союз, а сохранять свою независимость ото всех.

Война Карла Великого с племенами саксов. Победа западных славян над нордальбингами

В 768 году Карл I Великий, старший сын Пипина Короткого (король с 768 года, император с 800 по 814 год) после смерти отца принял знаки королевской власти [{74}, год 768]. Молодой король франков целью своего правления видел возрождение Западной Римской империи на основе своего королевства.

Стремясь к объединению наследия павшей империи, Карл заключил династический брак с дочерью короля лангобардов. Но во вражде между папой римским и королем лангобардов Карл принял сторону папы римского. Брак распался, а к 774 году королевство лангобардов было завоевано Карлом. Карл стал королем франков и лангобардов.

Во внутренней политике Карл I стремился к централизации власти. В 772 году он возобновил войну с языческими племенами саксов с целью подавления их независимости. Ниже приведены основные ключевые события этой войны [{74}].

В 772 году Карл вторгся в Саксонию и всё, «разорив огнём и мечом,… взял крепость Эресбург». Тогда же было уничтожено языческое святилище саксов — «колонна мира» Ирминсул в районе Эресбурга. В 774 году Карл «поджогами и грабежами» опустошил земли саксов. В 775 году Карл провозгласил продолжение войны до тех пор, «пока саксы либо не будут подчинены, покорные „христианской вере“, либо же будут полностью истреблены» «и учинил там великое разорение, и завоевал крепости, которые зовутся Эресбург и Зигбург». В 776 году саксы вновь отбили крепость Эресбург, но не смогли взять Зигбург. В том же году Карл отвоевал Эресбург, построил новую крепость на реке Липпе и «захватил большую часть Саксонии». «И обратились саксы к вере Христовой, и было крещено их бесчисленное множество». Другими словами, процесс колонизации развивался.

Король Дании Зигфрид (Sigefrid, 750–798 — прим.), в отличие от оботритов, поощрял сопротивление саксов, видимо, рассматривая их как буферную зону против экспансии королевства франков. В 777 году король Зигфрид даже «приютил» лидера саксов Видукинда после поражения саксов в их противостоянии Карлу I.

В 778 году, после поражения, понесенного армией Карла в войне с басками в Пиренеях, саксонские племена опустошили франкские владения на Рейне. В 779 году армия Карла совершила ответный поход на восставших саксов, а в следующем году, франки впервые вышли к левому берегу Эльбы в районе Магдебурга, «в месте, где сливалась Оре и Эльба». В этом походе Карл применил тактику покорения саксов через их христианизацию по латинскому обряду.

В 782 году Карл, пытаясь воздействовать на саксов через их вождей, назначил в Саксонии «графов родом из знатнейших саксов». Тогда же произошло новое восстание саксов против франков под руководством Видукинда. Те саксы, которые успели принять христианскую веру, были убиты, а возведенные храмы христиан разрушены.

Сербы, жившие в междуречье Салы и Эльбы, в свою очередь, совершили нападение на франков, занявших Тюрингию: «славяне сорабы (сербы — прим.), которые населяют лежащие между Эльбой и Заале поля, вторглись в пределы тюрингов». Король Карл, узнав о вторжении, призвал «камерария Адальгиза, коннетабля Геило и пфальцграфа Ворадо» и приказал, чтобы они «как можно скорее укротили бы дерзость строптивых славян» [{74}]. Посланные войска для отражения вторжения сербов, были разбиты: «почти все они были убиты… среди прочих (франков) были убиты двое легатов, Адальгиз и Геило, и четыре графа, и до двадцати других знатных и благородных людей». В том же году восстание саксов было подавлено армией Карла I. Вождю саксов Видукинду удалось скрыться у норманнов, в Дании.

Франкские анналы содержат запись о расправе над восставшими: «было выдано до четырёх тысяч пятисот человек из прочих, которые совершили преступление только поддавшись уговорам Видукинда. И по приказу короля все они в один день были обезглавлены за рекой Аллер в месте, которое называется Верден (событие получило название „Верденская резня“ — прим.). Совершив месть таким образом, король на зиму уехал в Тьонвиль и по обыкновению отпраздновал там и Рождество Господне и Пасху» [{74}]. Ряд историков допускают переселение части пленных саксов в западные регионы королевства. В 1935 году в Вердене был воздвигнут мемориал жертвам Верденской резни, который состоит из четырех с половиной тысяч необработанных камней.

В следующем (783) году франкская армия одержала сокрушительную победу над восставшими саксами у Детмольда, а в 784 году Карл I разорил земли саксов, прилегавшие к Эльбе и Заале. Летом 785 года Карл со своей армией, выйдя из Эресбурга, достиг Барденгау (район Бардовика) левобережья Эльбы. Оттуда, через своих переговорщиков, Карл убедил Видукинда сдаться в обмен на помилование. Лидер восставших саксов, саксонский вельможа Видукинд и его соратник Аббио пришли к королю во дворец Аттиньи и там участвовали в обряде крещения. «Господин король воспринял его от купели и почтил великолепными дарами». В войне наступил переломный момент.

Сопротивление саксов истощалось. Все большее число саксонских племен принимало христианство по латинскому обряду и присоединялось к королевству франков, заметно увеличивая его мощь. Но даже возрастающая опасность слияния сил франков и саксов не смогла покончить с несговорчивостью и пагубной разрозненностью полабских славян.

В 789 году состоялся поход армии короля франков на вильцев, которые жили к востоку от Эльбы и «помогали саксам против франков» [{208}, с.32]. «Вступив в землю вильцев, (король франков) приказал опустошить всё огнём и мечом». «Тот народ (вильцы), хотя воинственный и полагающийся на свою многочисленность, не смог долго сдерживать натиск королевского войска». Франки «подошли к городу Драговита». Король франков, взяв с князя вильцев обещание, «что будет хранить верность королю и франкам», а также заложников, «вернулся во Франкию» [{74}].

В 793 году произошло «всевозможное отложение саксов». К восставшим племенам саксов присоединились вильцы. «Около реки Везер были перехвачены и уничтожены саксами» войска франков [{74}, 24]. Восстание саксов, живших на левом берегу Эльбы, у ее устья, было подавлено. В 794 году армия франков, подойдя с западной и южной стороны, принудила племена саксов «к сдаче» без сражения. Однако северные саксы (нордальбинги), заселившие территорию от правого берега устья Эльбы до Дании, продолжили борьбу за свою независимость.

Для решающего сражения Карл решил использовать оботритов, которые находились во враждебных отношениях с нордальбингами. Кроме этого, оботриты были, видимо, интересны Карлу I тем, что могли составить «своего рода северную буферную зону на границе с Данией и с еще не умиротворенными саксами» [{78}, 18]. В 795 году Карл, разорив саксонские селения, расположенные по пути следования его армии, достиг графства Барденгау (Bardengawi) и расположился в районе крепости Бардовик (Bardenwig). Туда должен был прибыть и «король ободритов Вицин». Но «при переходе через Эльбу (Вицин — прим.) попал в расставленные саксами ловушки и был ими убит» [{74}]. Не вступив в решающее сражение с нордальбингами, и решив сохранить свою армию, Карл «вернулся во Франкию».

Ближайшие несколько лет король франков Карл методично опустошал территории саксов левобережья Эльбы, не начиная битвы с нордальбингами. В 796 году Карл вместе с двумя своими сыновьями (Карлом и Людовиком) «обошёл землю саксов, где были мятежи, сжигая и опустошая её, и привёл оттуда пленных мужчин, женщин, детей и добычу в неисчислимом количестве». В 797 году Карл «опустошил область между низовьями рек Эльба и Везер (Вихмодию)» [{160}].

В 798 году из своего лагеря на Везере король Карл направил к нордальбингам послов, но саксы убили их, а оставшихся пленили. Годескальк, посол Карла Великого, возвращавшийся от короля Дании, также был убит. В ответ Карл «разорил мечом и огнём всё, что бы в Саксонии ни находилось между Эльбой и Везером», но вновь не вступил в решающее сражение с нордальбингами.

В том же году нордальбинги, осознавая неизбежность сражения одновременно с оботритами и армией Карла, «поспешно взяв оружие, выступили против ободритов. Герцог Траско (Траскон, сын Вицина, князь оботритов с 795 по 809/ 810 год [{54}, 56, 18] — прим.), узнав о движении заэльбцев (живших от Эльбы до Дании — прим.), поспешил им навстречу со всеми своими войсками и, завязав с ними сражение в месте, которое называется Свентана („Святое поле“ [{24}]), поверг их в великом избиении… их было убито четыре тысячи» [{74}]. «А остальные, которые бежали и спаслись, хотя и из них многие погибли, начали переговоры об условиях мира» [{78}]. В лоршских анналах о сражении сказано: «Ободриты одержали победу над саксами и из саксов перед ними в этой битве пало 2901 человек»[{160}]. Оботриты, сражавшиеся в решающей для Карла Великого битве с северными саксами без участия армии Карла Великого, безусловно, понесли большие потери. Через десять лет это сказалось при осаде данами Рерика, столицы оботритов. В этом сражении армия Карла Великого вновь не поддержала своих союзников оботритов и хладнокровно наблюдала за взаимным уничтожением оботритов и данов у границ своего королевства.

Победа Карла Великого над саксами имела и отрицательные стратегические последствия для независимости западных славян: увеличение военной мощи королевства франков за счет присоединения племен саксов и усиление экспансии королевства в восточном направлении.

Западные славяне в условиях формирования государств Европы девятого века

Формирование границ франкского королевства с западными славянами

В 800 году Карл Великий был провозглашен императором Запада. В 804 году его армия и войско Траскона, князя оботритов подошли к границам Нордальбингии. Северные племена саксов, чьи силы были обескровлены в результате поражения, нанесенного им войском князя оботритов в 798 году, уже были не в силах оказать эффективного сопротивления. «10 тысяч саксов из тех, кто жил по обоим берегам Эльбы, было переселено с женами и детьми во Франкию». «Саксония превратилась в провинцию (империи)» [{9}, кн.1, п. 3]. В анналах королевства франков об этом сделана следующая запись 804 года: «Летом же, приведя войско в Саксонию, он (император Карл) переселил во Франкию всех саксов, которые жили за Эльбой и в Вихмодии, вместе с жёнами и детьми и отдал заэльбские паги ободритам» [{74}, год 804]. Другими словами, за помощь, оказанную оботритами франкскому королевству, «опустелую землю, составлявшую некогда достояние славян полабских (живших по Лабе/ Эльбе), и отвоеванную славянами у северных саксов, Карл отдал во владение бодрицкому князю, своему верному союзнику». «Вся западная окраина Голштинии, омываемая водами Северного моря, окраина, из которой бодричи были вытеснены саксами, возвращена вновь славянскому народу. Во второй раз бодричи овладели устьем Эльбы и открыли себе свободный доступ к Северному морю» [{24}, с.30].

В 805 году на императорской вилле Тьонвиле (Thionville) Карл издал капитулярий, провозгласивший, что франкские купцы могли торговать со славянами в Бардовике/ Bardowick, Шезле и Магдебурге/ Magdeburg. Если учесть, что Бардовик и Шезле находились у оботритских границ, то этот капитулярий установил явную экономическую выгоду для оботритов.

Бардовик располагался на реке Ильменау, в 20 километрах от её впадения в Эльбу и в трёх километрах от Люнебурга, где осуществлялась добыча соли. Торговые операции по продаже соли обеспечили Бардовику быстрый экономический рост и процветание. В городе чеканили монеты. Там же находилась резиденция епископа, а сам город в течение трех веков являлся богатейшим городом северной Германии.

Процветание Бардовика оборвалось в октябре1189 года, когда он был захвачен и разрушен войсками герцога Саксонии Генриха Льва. После падения Бардовика торговые операции переместились в Гамбург и Любек, что способствовало развитию этих городов в крупные торговые центры. В Любеке до настоящего времени сохранились склады для соли, которую привозили из Люнебурга.

Возврат оботритам земель устья Эльбы не был великодушным даром. На севере от оботритов все громче о себе напоминала Дания. Земли же союза оботритов, расположенные от устья Эльбы и далее на восток до хижан и черезпенян, рассматривались Карлом как буферная область между королевством франков и Данией. А оботриты, союзники Карла, должны были стать защитниками империи на её северных границах. Эта роль вытекала из того, что союз оботритов и королевства Карла Великого не мог быть равноправным в силу несопоставимости их экономических и военных потенциалов. По словам профессора А. И. Павинского, «избранные орудием франкской политики, бодричи пользовались сначала расположением франкского императора, но потом роль союзников перешла в роль вассалов» [{24}, с.36]. Указанная роль, отведенная оботритам, проявилась уже в 808 году при нападении армии датского короля Годфрида.

Соляные склады Любека. Снимок личного архива

Приближение князя оботритов к королю франков, все большая ориентация князя оботритов на короля франков, а не на своих славянских соседей, установление Карлом торговых преференций оботритам усугубило вражду между западными славянами. Но для Карла Великого эта вражда была положительным результатом, поскольку способствовала разобщенности славян, а, следовательно, снижению потенциальной угрозы со стороны славян в случае их объединения на восточных границах его империи.

Итогом войны Карла Великого с саксонскими племенами, в которой оботриты были союзниками Карла, стало усиление империи Карла за счет включения саксов в королевство франков. Восточными соседями империи франков и саксов стали разобщенные славянские княжества. В дальнейшем политика ослабления, разъединения, покорения и колонизации западных славян проявилась в политике Восточно-Франкского королевства, Священной Римской империи, в крестовых этнических походах против славян.

В войне короля франков с саксонскими племенами оботриты были союзниками Карла Великого. Вильцы приняли сторону саксов и помогали им. Но после победы Карла оботритам была уготовлена роль вассалов, воюющих на стороне Карла против своих соседей. Вильцы же подверглись агрессии со стороны франков, а затем и саксонских герцогов также с целью заставить их стать вассалами своих колонизаторов. Какая же из этих двух стратегий была правильной для западных славян? Трудно об этом судить спустя 12 веков. Однако дальнейшая история показала, что была и третья стратегия, заключавшаяся в объединении славян против общего стратегического врага и недопущении раскола славянского единства. Возможно, что объединившимся славянам не стоило мешать трехвековому «диалогу» между франкским королевством и объединением племен саксов так же, как и они не мешали западным славянам воевать друг с другом и ослаблять их единство. Агрессию могла остановить только сила единства славян. Далее мы увидим, как объединившиеся оботриты и вильцы смогли восстановить свою независимость в 9, а затем в 10 веке. Как в 12 веке прекратилась агрессия могущественных королей Дании и Священной римской империи после объединения оботритов, лютичей и руян. Возможно, что в случае неагрессивного единства можно было бы избежать уничтожения множества жизней западного славянства, а история развивалась бы по иному сценарию.

Но вернемся к тому, что произошло. В начале девятого века, после победы над саксами Карл Великий продолжил укрепление своего разросшегося королевства, но уже на границах со славянами. Границу с сербами Карл укрепил, создав систему укреплений (Limes Sorabicus). Для ослабления и подчинения чехов (богемцев), которые жили южнее сербов, Карл I в 805 году «отправил армию со своим сыном Карлом» в их земли. «Разорив всю их родину, он убил их герцога по имени Лехон». В Богемии отряд «из Баварии, Алемании и Бургундии» опустошил «немалую часть страны» [{74}, год 805]. В 806 году Карл, сын Карла Великого, в условиях разобщенности славян, совершил, как писали саксонские монахи, «усмирительный», а по сути карательный, поход на сербов.

В 12 веке саксонские племена, слившиеся с королевством франков в едином векторе, направленном на восток, захватили земли западных славян и продвинули границы своего влияния далеко за Одер. В начале 19 века Наполеон Бонапарт объединил раздробленный мир германских карликовых государств. Вскоре объединенная армия Европы перешла границы Российской империи. В двадцатом столетии разразилась первая мировая война с объединившейся Германией. Последовало крушение Российской империи. Вторая мировая война закончилась разгромом армий стран-наследников Священной Римской империи и ее сателлитов, объединенных Германией, а также исключением славянских стран из зоны влияния империи, восстановлением западных границ восточных славян, условно соответствующих 10 веку.

Поход армии короля Дании Годфрида на Рерик

В девятом веке обострилась борьба за земли и ресурсы между формирующимися государствами Западной Европы и политическими группировками внутри них. В этой борьбе громко заявила о своих амбициях Дания. Династия королей Дании девятого века (П 5.1) восходила к трем братьям (Сигурд /Sigurd/ Sigefrid, Халфдан/ Halfdan, Харалд/ Harald) и их сестре Geva.

Сигурд (750–798) был первым королем Хедебю (Haithabu). Имя его единственного сына — Onund (р. 790).

Халфдан (750–802), второй из братьев, стал королем Вестфолла/Vestfold, Hedeland, Vaermland, Westmare и Hedemarken. Имена его детей — Годфрид/ Godefrid, Сигурд/ Sigurd; имя третьего из детей не сохранилось. Годфрид известен как король данов Vestfold, Hedeland, Vaermland, Westmare и Hedemarken. Сведения о Годфриде содержатся, в частности, во франкских анналах за 808 год в связи с нападением и разрушением его армией Рерика, крупнейшего торгового и политического центра оботритов. В фульдских анналах написано об убийстве Годфрида его слугой в 810 году. У короля Годфрида было не менее четырех детей.

Харалд (750–804), последний их трех братьев, известен как второй король Хедебю. Его женой была Imhild, дочь графа Warnechin из Rugia (княжества Рюген). Харалд погиб в сражении, произошедшем в Ирладском море в 804 году. Имена детей Харалда — Halfdan (?— 810), Harald (775/80–804) и Holger (780–807). У Халфдана/Halfdan (?— 810), сына Харалда, короля Хедебю, осталось шесть сыновей: Хемминг/ Hemming, Ануло/ Anulo, Харалд Клак/ Harald Klak, Регинфред/ Reginfred, Хорик/ Horic/ Rörik; имя последнего из сыновей неизвестно.

На грани восьмого и девятых столетий в Дании произошла череда смертей королей. Через несколько лет после смерти в 798 году Сигурда/ Sigurd/ Sigefrid (750–798), первого короля Хедебю/ Haithabu, в Ирландском море погиб его родной брат Харалд/ Harald, второй король Хедебю. В 802 году не стало Халфдана /Halfdan (750–802), а на датский престол взошел его сын Годфрид /Готфрид/ Godefrid (802–810), король датских земель Vestfold, Hedeland, Vaermland, Westmare и Hedemarken.

В 808 году король Годфрид во главе флота и армии данов покинул город-крепость Слиасторпе/ Sliasthorp / Хедебю/ Hedeby и высадился у северо-восточной границы франкского королевства. Однако Карл Великий не вступил в войну против армии Годфрида, но «послал своего сына Карла к Эльбе с сильным отрядом франков и саксов, приказывая сопротивляться свирепому королю, если он попробует вступить в пределы Саксонии» [{74}]. Фактически, этим решением Карл направил армию Годфрида против оботритов, которые вынуждены были опять одни воевать, но уже не с нордальбингами, а с данами.

Годфрид выбрал своею главной целью разграбление и ликвидацию Рерика — богатой столицы оботритов и главного торгового конкурента Дании на Балтике. К походу Годфрида присоединились вильцы, вечные недоброжелатели оботритов [{54}, 74, 77].

Даны столкнулись с отчаянным сопротивлением жителей Рерика. Князю Траскону/ Траско/ Драско удалось спастись. «Другого же герцога, Годелаиба (Годлиба, который в работе [{21}] рассматривается как отец Рюрика и двух его братьев, — прим.), захваченного хитростью, (король Годфрид) повесил на виселице и сделал своими данниками две области ободритов; однако он лишился своих лучших и храбрейших воинов и с ними сына своего брата Cигурда по имени Регинолд (Reginold — прим.), который при штурме какого-то укрепления был убит вместе со многими вельможами данов». После захвата нескольких славянских замков и обещания выплаты дани, король данов «вернулся с большим уроном для своих войск». Покидая земли оботритов, Годфрид переселил из Рерика в Слиасторп (Хедебю) «торговцев» и ремесленников. Впоследствии Хедебю стал крупным торговым центром Дании. Вильцы «также вернулись домой с добычей, которую смогли захватить у оботритов» [{74}].

Карл, сын императора, не вступив в битву с данами, проявил себя тем, что предпочел напасть на земли «линонов (глинян) и смельдингов, которые сами отложились к Годфриду. И, повсеместно разорив их поля, Карл вернулся в Саксонию с невредимым войском». Воевать с «полями» и беззащитными крестьянами, конечно, не так опасно, но эффективно. В дальнейшем, тактика «выжженной земли», когда уничтожались урожаи, обрекая население на голод и принуждая к покорности, многократно применялась Восточно-Франкским королевством и королевством Дании при походах на славян. Тогда же император Карл предусмотрительно построил два замка на реке Эльбе и разместил «в них гарнизон против набегов славян» [{74}].

Вернувшись в свое королевство, Годфрид, опасаясь ответного удара войск франков и оботритов, «повелел укрепить границу своего королевства валом (Dannevirke — прим. автора), что от восточного залива моря, который они называют Остарзальт, вплоть до западного океана, весь северный берег реки Эгидоры (Eider — прим.)». Крепостные сооружения Dannevirke того времени имели длину около 30 километров и достигали высоты 6 метров. Укрепления пролегали от западных болот у Северного моря, севернее реки Eider, вдоль реки Trenen и заканчивались у 42 километровой фиордовой бухты Slien на востоке Дании, в районе средневекового Хедебю и современного города Шлезвига. Ров вдоль Dannevirke, кроме оборонительной функции, мог использоваться в качестве канала, который соединял Северное море и Балтийское море. На части пути суда перетаскивали волоком [{74}].

Обронительный вал Dannevirke [{209}]

«В тридцатые годы двадцатого столетия в районе городка Альт Гаарц были проведены археологические раскопки, которые подтвердили записи хронистов и события начала IX века» [{38}, 10]. Тогда же Альт Гаарц было возвращено древнее название «Рерик». Южнее были обнаружены остатки старинных портовых сооружений, имевших отношение к Рерику. В 2010 году датскими археологами обнаружены постройки в районе Слиасторпа (Хедебю), которые относились к периоду 700–1000 лет нашей эры и имели славянские отличительные особенности. Эти постройки, возможно, являлись следом славянских ремесленников и торговцев, захваченных в Рерике. Площадь поселения составляла примерно 45 гектаров. На месте сгоревшего городища найдено около 500 артефактов, включая серебряные монеты, ювелирные изделия, большое количество остатков стрел и заграждений, применявшихся против конницы [{75}].

Месть князя Траскона. Опустошение Фризии флотом короля Годфрида

В 809 году король Годфрид через купцов предложил Карлу Великому провести встречу графов императора и Дании для того, чтобы «очиститься от того, что ему вменялось в вину». Однако встретившиеся переговорщики «разошлись совершенно безрезультатно». Князь Траскон, возвратившийся после своего бегства, заключил с Годфридом мир, оставив королю Дании своего сына в качестве залога. Договор с Годфридом не обязывал князя оботритов сохранять мир с вильцами, глинянами и смолинцами. Теперь уже король Дании смог наблюдать за местью князя Траскона и взаимным уничтожением западных славян. Карл, со своей стороны, также поощрил поход Траскона, направив ему «помощь от саксонцев». Траскон, «собрав своих людей и приняв помощь от саксонцев, напал на своих соседей вильцев и опустошил их поля огнём и мечем. И, вернувшись оттуда домой с бесчисленной добычей и, приняв снова от саксов ещё более действенную помощь, штурмовал самый большой город смельдингов и заставил (их) вернуться в его союз» [{74}].

Фризия на карте 10 века [{105}]

Но договор Траскона с Годфридом развязывал руки и королю данов в его стремлении господствовать в портах Северного моря. В саксонских источниках ничего не говорится об обиде Траскона на франков за их бездействие при разгроме Рерика. Об этом можно только догадываться. Король Дании Годфрид, воспользовавшись договором с Трасконом, вторгся на острова Фризии/ Фрисландии, торгового конкурента Дании в Северном море. «Флот в двести кораблей из Нордманнии причалил во Фризии и опустошил все острова, прилегающие к фризскому берегу». В бою за торговый город Бардовик/ Bardowick, в 810 году, погиб Сигурд /Sigurd, брат короля Годфрида, отец Регинолда/ Reginold, который погиб в 808 году при штурме Рерика [{56}]. После смерти Сигурда в живых остались его сыновья Hemming, Hankwin и Angandeo. Даны «наложили на побеждённых подать и ещё … фризами было выплачено сто фунтов серебра» [{74}].

Вильцы и глиняне, в свою очередь, воспользовавшись вторжением данов во Фризию, захватили, расположенную на правом берегу Эльбы, франкскую крепость Хохбуоки / Hohbuoki с гарнизоном, который состоял из саксов [{74}]. Указанная крепость, воздвигнутая франками на земле славян у переправы и «назначалась для отражения набегов смолян или, правильнее сказать, для завоевания их земли» [{24}, с.39].

В том же году князь Траскон был убит [{54}, 56, 74]. В хрониках франкского королевства не называются имена убийцы и заказчика. Однако известно, что после убийства князя оботритов «бодричи напали на крепость Гамбург на Эльбе, где жил посол императора Карла и восточных саксов, и, захватив ее, сровняли с землей» [{50}, c. 92].

Говоря о норманнах и «Нордманнии»/ «Норманнии», Адам Бременский привел пояснения этих терминов, применявшихся в средние века: «Данов и все остальные народы, которые обитают за Данией, франкские историки называют норманнами» [{7}, кн. 1 с.18]; «Норманния является крайней провинцией круга земного…, ныне её называют Норвегией… Движимые недостатком дел на родине, они обходят весь мир и посредством пиратских набегов на те, или иные земли добывают богатства, которые привозят домой, восполняя, таким образом, неудобства своей страны» [{7}, кн.4, с.110].

Возврат Карлом Великим земель устья Эльбы северным саксам. Заключение мирного договора Карла Великого с королем Дании Хеммингом

Агрессивность Годфрида и пошатнувшаяся уверенность в оботритах вынудила Карла Великого укрепить сухопутные и прибрежные границы империи в устье Эльбы, через которое норманны по реке проникали вглубь Саксонии. У устья Эльбы, на берегу реки Stör, правого притока Эльбы (51 километр на северо-запад от Гамбурга), началось строительство крепости (в наше время — это район города Itzehoe в федеральной земле Шлезвиг-Гольштейн). Территория вокруг крепости заселялась колонистами из Вестфалии. Таким образом, земли устья Эльбы, которые ранее король Карл признал за оботритами, были по воле того же Карла отобраны у славян.

Потерю славянами этих земель можно объяснить тем, что оботриты уже не рассматривались Карлом в качестве силы, буфера для защиты империи франков от датского королевства или, как писал профессор А. И. Павинский, «не были в состоянии противостоять опасности, угрожавшей внутренней Саксонии». Вдоль новой границы со славянами был возведен оборонительный земляной вал «Limes Suxoniae» для защиты от славян [{24}, с.36, 51]. В начале 9 века Карл создал Датскую марку, фактически буферную зону, для защиты франкского государства от Дании. Её население составили уже не славяне, а саксы, возвращенные из западных областей франкской империи. Как писал монах Гельмольд [{9}, кн.1, с.157], король франков постановил «освободить племена саксов … от платежей и подарить им былую свободу, чтобы случайно обременение службами и данями не толкнуло их вновь на восстание и возвращение к языческим заблуждениям». Условие, которое поставил Карл побежденным саксам, заключалось в отказе «от поклонения идолам», в принятии «христианской религии» по латинскому обряду и в обязательстве «платить священникам десятину от всего своего скота и продуктов земледелия или питания».

Но война между империей Карла и датским королевством, которая неминуемо должна была разразиться в 810 году, не произошла, так как в 810 году Годфрид был убит одним из своих приближенных. Датский престол занял Хемминг (Hemming King of the Danes, 810–812), племянник Годфрида, сын Сигурда/ Sigurd, убитого в 810 году.

Можно лишь догадываться об истинных причинах убийства короля Годфрида, но существует понимание и того, что смена королей требует меньших затрат, чем война. Во всяком случае, после занятия датского престола, Хемминг заключил мир с императором, дети Годфрида были сосланы в Швецию, датский флот покинул берега Фризии, а в 811 году мир с империей франков был подтвержден договором, подписание которого состоялось у Heiligen, на реке Eider. В соответствии с этим договором река Eider /Эгдору/ Эйдер стала границей между королевством Дании и государством франков [{9}, кн.1, с.157]. Впоследствии короли франков, Восточно-Франкского королевства, Священной Римской империи стремились не допускать союзов славян как между собой, так и с королевством Дании, а также устранять князей, которые допускали такие союзы.

Для нового короля Дании договор о мире способствовал высвобождению сил, которые требовались для укрепления его власти в Дании. Для Карла заключение мира позволяло высвободить армию для решения других проблем, в том числе, для ослабления и покорения славян на востоке империи.

Саксония была разделена на восемь епископств. Тогда же и фризы приняли христианство по латинскому обряду. Об этом событии монах Гельмольд записал: «С этого времени был для проповедников слова Божьего подготовлен путь за Эльбу и апостолы поспешно разошлись по всему пространству севера» [{9}, кн.1, с.157].

В дальнейшем, «путь за Эльбу» вылился в походы армии франков и саксов на вильцев, сербов, богемцев и оботритов. В 811 году Карл направил против глинян армию, которая опустошила их земли и восстановила разрушенную крепость Хохбуоки. В 812 и 813 годах Карл совершил походы в земли вильцев, которые «помогали саксам против франков» [{208}, с.32]. Как результат, князь вильцев Драговит был вынужден признать зависимость от Карла.

В 816 году франки вместе с саксами совершили поход на сербов, принудив их подтвердить вассальную зависимость. В 822 году саксы захватили крепость Дельбенде и расположили в ней саксонский гарнизон. В соответствии с франкскими анналами, крепость была захвачена «против набегов славян» [{74}], но, как показала история, такие крепости становились источниками будущей агрессии против славян.

Передел власти в королевстве Дании и в империи Карла Великого

В 812 году скончался король Хемминг. После его смерти вспыхнула гражданская война за корону Дании. Одна коалиция поддерживала Сигурда/ Sigurd/ Sigfrid, племянника короля Годфрида (802–810), а другая — Ануло /Anulo, сына Халфдана (короля Хедебю, погибшего в 810 году). Ануло поддержали и его братья. Летом 812 года, в решающем бою под Хедебю (Haithabu) погибли оба претендента на трон (Ануло и Сигурд), а также сыновья Сигурда Ханквин и Ангагдео. Всего в сражении «погибло 11 000 человек» [{7} кн.1 с. 18]. После истребления потенциальных претендентов на королевский престол, власть в стране обрели представители победившей стороны Ануло: братья Харалд Клак (Harald Klak/ Herioldum) и Регинфред (Reginfred /Ragnfrid / Reginfredum) [{7}]. «Вскоре Регинфред был изгнан Харалдом и отправился пиратствовать со своим флотом» [{7} кн.1 с.18].

В 813 году дети Годфрида, сосланные в Швецию после смерти отца и незаконно лишенные права быть королями, вернулись и изгнали из королевства, как короля Харалда (Harald Klak), так и его братьев [{74}]. Датский трон занял один из сыновей Годфрида.

Ранее Карл Великий принял решение разделить свою империю между тремя сыновьями. Аквитания и Бургундия достались Людовику, Италия и Германия к югу от Дуная — Пипину а Нейстрия, Австразия и Германия к северу от Дуная — Карлу Молодому. Но в 810 году умер Пипин, сын Карла Великого, а в 811 году не стало другого сына Карла Великого — Карла Молодого. В 813 году император Карл Великий в присутствии вельмож франков возложил корону на своего младшего сына Людовика (778–840), короля Аквитании «и сделал себе товарищем по императорскому титулу» [{74}]. Карл также приказал, «чтобы его внук Бернард, сын его сына Пипина, был поставлен во главе Италии и назван королём» [{74}]. 28 января 814 года скончался король франков, император Запада Карл Великий (похоронен в Ахене). На императорский трон единовластно взошел его сын Людовик I Благочестивый. Он правил с 814 по 840 год.

В 814 году Харалд и Регинфред сделали попытку вернуть себе королевскую власть в Дании, но их войска были разбиты. В этой войне Регинфред и старший сын Годфрида были убиты. Харалд (Харалд Клак), надеясь на возврат ему датского трона, обратился за помощью к Людовику I Благочестивому. Людовик I Благочестивый был заинтересован как в мире с Данией, так и в датском короле, который был бы ему обязан. Император пообещал помочь Харалду Клаку и «приказал идти в Саксонию и ждать удобного времени, когда он сможет оказать ему помощь» [{74}, год 814]. Поход на Данию с целью передачи престола Харалду был назначен на 815 год.

В середине мая 815 года армия императора с «послом императора Бальдриком» перешла реку Эгидору (Eider) и вошла на территорию Дании. Однако сыновья Годфрида во главе «сильного войска и флота из двухсот кораблей» закрепились на острове на расстоянии трех миль от континента и были готовы дать отпор агрессии. Император не стал вступать в бой с превосходящими силами данов и после опустошения окрестных селений вернулся в Саксонию вместе с Харалдом Клаком [{74}, год 815].

Правление князя оботритов Славомира. Переход власти к Цедрагу

Еще при Карле Великом, после смерти Траскона, произошедшей в 810 году, оботритский престол перешел к Славомиру /Sclaomir/ Sławomir/ Slaomir (младшему брату Траскона; был князем оботритов с 810 по 819 год) в обход Цедрага, единственного сына Траскона, его законного наследника [{56}]. С начала правления императора Людовика I проявилось его стремление доминировать над союзом оботритов. Союзнические отношения между империей франков и оботритами стали перетекать в вассальную зависимость. Оботриты, а позднее и вильцы, должны были участвовать в войнах императора. Франкский правитель уже вызывал славянских князей в пределы империи, согласовывал их назначения и разрешал споры внутри славянских союзов [{24}, с.45].

В этот период, сыновья Годфрида (после безрезультатного похода армии императора в Данию) предложили мир императору, но договор не был заключен. Тогда сыновья Годфрида, вероятно, для разрушения франко-оботритского альянса начали предпринимать попытки вступить в переговоры с окружением Славомира, князя оботритов. Используя это, представители оботритской знати недовольные князем (оппозиция того времени) самостоятельно посетили франкский двор, позиционируя себя в качестве вассалов императора.

В 817 году Людовик, который не доверял Славомиру и опасался сближения сыновей Годфрида с оботритами, назначил «в бодрицкую землю нового князя». Им стал Чердаг /Цедраг, Дражков сын (сын Траскона — прим.), а «Славомиру повелено было разделять с ним княжескую власть и достоинство» [{24}, с.41]. Здесь следует обратить внимание на то, что Людовик I поддерживал контакты не только с князем оботритов, но и с оппозиционно настроенной аристократией оботритов, оказывая тем самым влияние на внешнюю политику князя Славомира.

Подобного вмешательства в вопросы престолонаследия оботритов, как утверждал А. Ф. Гильфердинг, ранее не было. Во франкских анналах об этом содержится следующая запись: «Склаомир (брат Траскона/ Траско — прим.) узнал, что королевскую власть, которой Склаомир после смерти Траско до сих пор один обладал над оботритами, ему было приказано разделить с Цеадрагом, сыном Траско. И это его так сильно озлобило, что он заявил, будто никогда больше не переправится через Эльбу и не явится в (императорский) дворец. Тотчас, отправив за море посольство, он завязал дружбу с сыновьями Годфрида (Хориком и Олафом) и приказал, чтобы в заэльбскую Саксонию было отправлено войско…и флот, который, разорив весь берег реки Стурии, дошёл по Эльбе вплоть до замка Эзесфельд» [{74}]. Туда же подошли на своих кораблях и отряды датчан. Крепость нордальбингов Itzehoe устояла. Об этой войне у Мавро Орбини сказано: «Людовик Благочестивый, став императором после отца примерно в 818 году, сражался со славянами и, как пишет Карл Вагрийский, был разбит, потеряв многих своих воинов. Аймоин, рассказывая об этом событии в 11-й главе V книги, пишет, что славяне, перейдя Эльбу, опустошали Саксонию, и Людовик послал против них немалое войско, которое заставило их прекратить грабеж» [{50}, c.91].

В 819 году, через два года после похода Славомира против северных саксов, сыновья Годфрида «будто бы» помирились с Харалдом Клаком на условиях совместного правления датским королевством. Тогда же Людовик I, чтобы разрушить альянс между князем оботритов и сыновьями Годфрида, а также, чтобы «покарать (Славомира — прим.) за вероломство», направил войска «из саксов и восточных франков» за Эльбу и сверг князя оботритов Славомира. «Склаомир, был приведён в Аахен при помощи префектов саксонской границы и послов императора, которые возглавляли войско» и был осужден на изгнание, а его «королевство было отдано Цеадрагу (Цедрагу /Czedrog/ Ceadragus/ Ceadrogo — прим.), сыну Траско».

Развитие отношений вассалитета между вильцами и императором Людовиком I. Политика империи по подчинению оботритов

«Хериольд (Харалд Клак — прим.) также, по приказу императора, вернувшийся от ободритов на свои корабли, отплыл на родину, …намереваясь получить там королевскую власть» [{74}]. Но, как следует из франкских анналов, сыновья Годфрида не собирались делиться властью с Харалдом: «Говорят, что двое из сыновей Годфрида объединились с ним, будто бы намереваясь вместе с ним держать королевскую власть, изгнав двух других из отечества. Но считается, что это было сделано хитростью» [{74}].

В 821 году под давлением императора сыновья Годфрида все же были вынуждены взять Харалда соправителем Дании. В период «соправления» Харалда в Дании, там находился реймский архиепископ Эбо, а Харалд способствовал его миссионерской деятельности по христианизации данов [{74}]. Тогда же князь оботритов Цедраг заключил договор с сыновьями Годфрида. Но объединение оботритов с данами создавало потенциальную угрозу на границах франкского королевства. Разгневанный император приказал вернуть Славомира из ссылки на оботритский трон. Однако в 821 году Славомир, не вернувшись на Родину, умер в Саксонии от болезней (скорее всего, полученных в заточении — прим.). Во франкских анналах за 821 год имеется запись, что «Склаомир», «приняв таинство крещения, умер». Цедраг же старался сохранять свою независимость от императора, но и без необходимости не вступать в конфронтацию с ним.

Император, в свою очередь, проводил политику по разобщению славян. Рассматривая князей вильцев в качестве своих вассалов, Людовик I «не препятствовал» военным походам вильцев на оботритов. Один из таких походов был предпринят в 822 году, когда король «вильцев Люба» «погиб, завязав сражение с ободритами» [{74}, п. 823]. В 823 году к императору во Франкфурт прибыли два сына Люба, «имевшие друг с другом спор о королевской власти. Имена их были Милегаст и Цеадраг». Власть была передана младшему брату. Как следует из франкских анналов, в тот период времени Людовик I уже принимал решения о том, кто будет «королем» у вильцев, а вожди вильцев обращались к императору, как к сюзерену [{74}].

В ноябре 823 года к императору Людовику I во дворец Компьень прибыл «князь ободритов Цеадраг». Целью визита являлась, видимо, необходимость снятия напряженности между императором и князем, которая могла привести к войне. Этот дипломатический шаг князя оказался не бесполезен. Во франкских анналах записано о результатах встречи следующее: «Князь ободритов Цеадраг…вполне приемлемо изложил перед императором причину столько лет откладывавшегося прибытия. Хотя он являлся виновным в каких-то делах, но ради заслуг его предков, было позволено, чтобы он вернулся не только невредимый, но и одаренный подарками» [{74}].

Тем не менее, в 826 году, после доноса «неких вельмож» «из славянских земель» оботритский князь Цедраг был вызван к императору и задержан у него. «И, направив послов к народу ободритов, он приказал разузнать, хочет ли народ (ободритов), чтобы тот (Цеадраг) у него правил. Сам же он пришёл в Аахен, где решил зимовать. И, когда послы, которых он прежде отправил к ободритам, сообщили, (что) у того народа (существуют) разные мнения по поводу принятия их правителя, однако (при этом) некоторые лучшие и более выдающиеся из них согласны насчёт его принятия, он повелел возвратить его в его королевство, взяв у него заложников, которых (император) приказал предоставить» [{74}, год 826].

Тем временем в двадцатых годах 9 столетия на Среднем Дунае, на территориях бывшего союза славянских племен Само, включая Карантанию, происходило формирование нового государственного образования славян — Великой Моравской державы (822–907) со столицей в Велеграде.

Известно, что Людовик I Благочестивый способствовал распространению христианства по латинскому обряду среди славян и норманнов, традиционно придерживавшихся своей дохристианской религии, а в 831/832 году было создано Гамбургское архиепископство, задуманное еще Карлом Великим. В 831 году при князе моравов Моймире I епископ из Пассау Регинар произвел крещение моравов.

Об «распространении христианства» профессор И. Первольф писал следующее: «Немецкие епископы и священники, окруженные полками ратников, в одной руке держат крест, а в другой меч; они заставляют славян отказываться от Святовита, чтобы преклониться перед святым Витом и платить подать епископам; вооруженные помощники тех апостолов лишают славян свободы, налагают на них другую подать… Не мудрено, что славяне всеми силами стараются прогнать этих непрошенных гостей, которые, однако, не перестают навязываться» [{164}, с.2].

В 838 году вспыхнуло восстание оботритов и лютичей против империи франков Людовика I Благочестивого, которое продолжалось два года [{50}].

Окончание двоевластия в Дании

В 823 году в Дании продолжалось двоевластие сыновей Годфрида и Харалда Клака, а также верноподданническое соперничество за благосклонность Людовика I Благочестивого. «Вельможи как Харалда, так и сыновей Годфрида в одно и то же время представляли Данию. Причем как Харалд, так и сыновья Годфрида склоняли на свою сторону императора франков с целью получения поддержки для занятия датского престола». Так, в 823 году «пришёл и Хериольд из Нордманнии, просящий помощи против сыновей Годфрида, которые угрожали изгнать его из отечества». С целью выявить «положение всего королевства норманнов», а фактически реальную политическую расстановку сил в датском королевстве, император направил в Данию графов Теотара и Хруодмунда, которые встретились с сыновьями Годфрида. В результате, в 826 году между сыновьями Годфрида и императором был заключен мир и союз. Что касается Харалда, то он не получил обещанного датского королевства, но взамен «с женой и великим множеством данов, придя в Майнц, был крещён у святого Альбана вместе с теми, кого привёл с собой. Харалду для поселения было выделено графство Рюстинген на реке Везер. И одаренный многими подарками от императора, он вернулся через Фризию той же дорогой, которой пришёл» [{74}, 7, кн.1 с.18]. Кроме этого, Харалду и его брату Хорику/ Rörik (сыновьям Халфдана, погибшего в 810 году), испытывавшим вражду к детям Годфрида, были выделены две области Фризии с поселением Дорестад (крупный торговый город, второй половины первого тысячелетия, который располагался южнее Утрехта) для обороны империи от вторжения данов. Таким образом, император хитро решил использовать оппозицию королевской власти в Дании для защиты своей империи.

Эти области фризов (территория будущих Нидерландов) были заселены норманнами (Харалда и Хорика/ Rörik). В 828 году Харалд, не получивший датского королевства и «чрезмерно жаждущий ратных дел, спалив и разорив некоторые из именьиц норманнов, нарушил оговоренный и подтверждённый через предоставление заложников мир». В ответ сыновья Годфрида, перейдя реку Эгидору, как истинные соотечественники, «всё разорили и возвратились со всеми своими войсками в свои крепости» [{74}].

Раздел империи франков. Верденский договор

В сороковых годах девятого века произошли события, которые кардинально изменили политическую карту Западной Европы. В 840 году скончался император Запада, король франков Людовик I Благочестивый. На момент его смерти и после кончины его сына Пипина, короля Аквитании, осталось несколько наследников: сыновья от первого брака Лотарь (795–855) и Людовик II (804–876); от второго брака Карл II Лысый (823–877), а также внебрачный сын Арнульф (794–841). Все жаждали власти. В 840 году старший сын Лотарь I, который с 817 года был соправителем Людовика I Благочестивого, потребовал от остальных братьев присягнуть ему.

Вскоре между наследниками императора разгорелась война. Людовик II и Карл II Лысый объединились и ответили военными походами против старшего брата, а в 841 году в решающей, кровопролитной битве при Фонтене одержали победу. В 842 году Лотарь I выступил со своей армией, а также с частью саксов и норманнов, но вновь потерпел поражение от объединенной армии братьев.

В 843 году, в Вердене сыновья Людовика I Благочестивого заключили между собой договор по разделу империи. Людовику II (позднее названному «Немецкий») отошли земли франкской империи к востоку от Рейна: Франкония, Бавария, Саксония, Тюрингия, Алемания, Восточная (Баварская) марка, Карантанская марка. Карлу II Лысому досталась Аквитания, Васкония (будущее герцогство Гасконь), Нейстрия, Испанская марка, Септимания, Бретань, Фландрия. (После смерти Пипина, сына Людовика I, его часть Аквитании была передана Карлу.) Лотарю I была отведена территория между западной частью и восточной частью королевства Людовика I, включая западную часть Австразии, Эльзас, Фризию, Прованс, Бургундию, Ломбардию, северную Италию. Таким образом, по верденскому договору 843 года были определены территории Восточно-Франкского королевства Людовика II Немецкого, Западно-Франкского королевства Карла II Лысого и Срединного королевства Лотаря I.

Аристократия Лотаря I, видимо, решила избавиться от норманнов, поселившихся во Фризии: «дворяне северных областей и стражи границы с данами заподозрили его (Харалда Крака, брата Хорика) в неверности, считая, что он замышляет предательство. За это они убили его» в 852 году [{87}, год 852]. Хорик/ Rörik был обвинен в измене, но бежал из-под стражи и присягнул королю восточных франков Людовику II Немецкому.

Результаты раздела империи Каролингов по верденскому договору [{210}]

Через несколько лет Хорик «собрал значительный отряд данов и стал заниматься с ними морским разбоем, разоряя местности в государстве Лотаря I. Пройдя через устье Рена (Рейна), он добрался до Дорестада». Видимо, решив, что война с местными норманнами убыточна, Лотарь I восстановил Хорика «в прежних правах при условии, что он будет тщательно заниматься налогами и всем остальным, относящимся к королевской казне, а также противодействовать пиратским набегам данов» [{87}, 79, 88].

Князь Гостомысл. Подъем национально-освободительного движения славян

В соответствии с результатами исследований д.ф.н. Азбелева С. Н., после «кончины Чедрага/ Цедрага (826/ 830 г.), у ободритов произошла смена династии» [{80}]. Королем союза оботритов стал Гостомысл /Gestimulus/ Gostomuizli [{56}]/Gestimus/ Gozomuzolo/ Gostisymel. «Когда для прибалтийских славян стало вполне очевидно, что их обращение в христианство по латинскому обряду используется как средство германизации и ведет к полной утрате ими независимости, верх одержали языческие жрецы. От почитания святого Вита руяне вернулись к Святовиту, изгнав христианских священников и даже начав приносить ему в жертву христиан. Толчком для такого поворота могло послужить жестокое подавление Каролингами восстания соседних с руянами лютичей (вильцев) и ободритов в 838–839 гг.» [{80}]. Славяне смогли восстановить свою государственность, чему немало способствовала война между братьями императора. Продвижение католического христианства в скандинавских странах также было остановлено.

Начало правления Людовика II Немецкого проходило в условиях подъема национально-освободительного движения славян от Южной Балтики до Моравии, где при правлении князя Моймира I возникла Великоморавская держава (средневековое государство славян моравов, чехов, словаков, сербов, лужичан, галичан). С севера-запада на земли Восточно-Франкского королевства вторгались норманны.

На следующий год после заключения договора в Вердене Людовик II Немецкий «пошёл войной на ободритов, которые (как писали саксонские анналисты — прим.) замышляли измену» и, как было записано в Фульдских анналах, «подчинил их». Другими словами, совершил карательный поход на оботритов, восставших за свою независимость. Из Фульдских анналов следует, что «Король этого народа Гостомысл погиб и Хлудовик (Людовик II — прим.) велел эту страну и её народ, который по воле божьей подчинился ему, передать под управление герцога» [{56}, 87 (Annales Fuldensium Pars Secunda, auctore Euodolfo 844, MGH SS I, p. 364.)]. Однако Людовик II напрасно считал землю союза оботритов завоеванной, назначая в ней преданных ему князей [{24}]. Местные князья «принесли клятву верности. Когда он ушел, они тотчас нарушили ее» [{79}, 88] и продолжили борьбу за независимость. В 845 году король Германии Людовик II, «собрав большое войско, (вновь) отправился в поход против вендов (западных славян — прим.)» [{79}].

Достоверность сведений фульдских анналов о победе германцев над славянами в период правления Гостомысла была поставлена под сомнение историком-славистом 19 века профессором А. И. Павинским, который предостерегал, что «осторожно следует относиться к известиям, сообщаемым придворною „анналистикой“ о победах над славянами»; отмечал предвзятость анналиста Людовика II Немецкого, находившегося в тесных отношениях с королем. В результате, итоги войны Людовика с оботритами, были искажены. То, что через короткое время после войны с оботритами «Людовику потребовалась вторая (война), победы ему не принесшая, свидетельствует, что и результаты первой войны были преувеличены писавшим Фульдскую хронику духовником этого короля Рудольфом. Даже Ксантенские анналы сообщали под тем же 844 годом, что сразу после ухода войск Людовика, славянские князья отпали от его власти».

Так о каком поражении оботритов могла идти речь? «Бертинские анналы, соответствующая часть которых принадлежит тоже современнику, но независимому от Людовика, дают об этой войне, пожалуй, наиболее содержательное известие, в котором среди ее жертв Гостомысл вообще не назван» [{80}]. Ряд авторитетных историков считают, что смерть Гостомысла произошла позднее, в 860 году на ильменских землях. Но вернемся к началу правления Людовика II и его войнам со славянами.

В августе 846 года король Людовик II Немецкий совершил карательный поход против моравов и богемцев (чехов), восставших за свою независимость. Ему удалось сместить князя Моймира I и провозгласить новым князем Ростислава, племянника Моймира I. В анналах Ксантена об этом записано: «подвергаясь большой опасности» [{79}], «двинулся с военной силой против моравских славян». Но на обратном пути, на земле богемцев, «его войско понесло значительные потери», а сам Людовик «с большими трудностями вернулся домой». После этого похода князем Великой Моравии стал Растиц /Ростислав (годы правления — с 846 по 870) [{87}]. Людовик, «вернулся настолько же напуганный внутренней борьбой своих, сколько и победой врагов» [{88}].

В 847 году Людовик вновь вторгся в славянские земли и, в отличие от предыдущего года, одержал победу. Но в 848 году славяне разгромили армию Людовика и разорили его королевство: они ворвались «как враги в королевство Людовика» [{88}].

В 849 году Людовик вновь «отправил (армию) против богемцев» Великой Моравии «подавлять их коварные выступления». Возглавил армию Эрнст I, маркграф Нордау (сестра маркграфа была замужем за старшим сыном Людовика II Немецкого — прим.), а также «большое число графов и аббатов с многочисленным войском» [{87}].

Анналы Ксантена, Фульдские анналы и Бертинские анналы об этом содержат печальные для франков записи. Посланное войско «постыдно бежало… ему был нанесён ущерб, испытало поражение и бегство» [{88}]. «Враги (богемцы Великой Моравии) одержали верх и, непрерывно убивая их (армию Людовика II Немецкого), преследовали до самого лагеря. Бежавшие увидели множество погибших, оставшихся лежать со своим хорошим вооружением. Это наполнило их таким ужасом, что они потеряли надежду на избавление». «Многие из них (из войска Людовика II — прим.) были там убиты, они возвратились в родные края, сильно униженные» [{79}]. «И вот, теперь они (военачальники Людовика II Немецкого) выдают заложников тем, кого должны были с презрением отвергать» [{87}]. Западные славяне восстановили свою независимость.

Славяне союза оботритов и норманны, в свою очередь, не оставляли в покое как северо-восточные, так и центральные области Восточно-Франкского королевства. Была опустошена Нордальбингия «и все, что лежало по соседству с рекой (Эльбой)». Саксонский монах Гельмольд писал о нападении норманнов: «Великим ужасом была потрясена Саксония. Святой же Анскарий, архиепископ гамбургский, и остальные проповедники, направленные в Славию и в Данию, с великой яростью преследуемые, были изгнаны из своих местожительств и повсюду рассеялись» [{9}, кн.1, п.5].

Норманны вторгались и в другие земли франков. В конце марта 845 года норманны на ста двадцати кораблях поднялись вверх по Секване (по реке Сена) и «разорили государство Карла (короля Карла II Лысого — прим.), добрались до самого Паризия (Парижа — прим.) и после получения от короля и от жителей города большой суммы денег, ушли с миром. Также с ними три раза сражались во Фризии. Несмотря на то, что в первом сражении норманны были разбиты, в двух других они одержали верх и убили очень много людей. Ещё они разорили крепость в Саксонии, называемую Гаммабург (Гамбург — прим.)» [{87}, 79]. «Король Карл Лысый, охваченный страхом, отвел им (норманнам — прим.) для житья землю, которая, поскольку ею завладели нортманны (норманны — прим.), получила название Нортмандии (Нормандия — прим.)» [{9}, кн.1, с.161]. В 853 году норманны «по реке Лигур (Луаре) …дошли до города Турон Галльский (Тур), где … сожгли церковь святого Мартина» [{87}]. В июле даны, дошли до Лигера, где «разорили город Намнет и монастырь святого Флоренция» [{88}]. В 850, 851 годах норманны «опустошили Лотарингию и подчинили себе Фризию».

Противостояние славян Восточно-Франкскому королевству во второй половине девятого века

Ведение войны с норманнами и славянами одновременно оказалось затруднительным для Людовика II Немецкого. Для германцев возникла задача ликвидации союза Дании с оботритами и вывода из войны Дании. Восстановлением мира с Данией занялся архиепископ Анскарий, которому Людовик пожаловал Бременское епископство. «Исповедник Божий, сильно радуясь этому дару королевской милости, поспешил в Данию», где сумел обратить в христианство Хорика /Эрика I (короля данов с 827 по 854 год) [{7}, кн.1, п. 25]. «Архиепископ же Анскарий, усердно выступая в пользу обоих государств за установление мира, благодаря уважению короля, хотя и язычника, добился большого с его стороны расположения к своей вере. И, в конце концов, король разрешил ему основать церкви в Шлезвиге и Рипе, дав сначала обещание, что не будет препятствовать тем, кто пожелает креститься и следовать христианским законам».

Затем Анскарий «испросил у короля данского письмо и посла и …прибыл в Бирку (Бьёркё — прим.), главный город Швеции. Ему удалось добиться у короля шведского (у Эрика Дитяти — прим.) разрешения на то, чтобы всем желающим была предоставлена полная свобода принимать христианство» [{9}, кн.1, п.5]. Принадлежность к той или иной вере в средневековье являлось признаком «свой» или «чужой». Поэтому принятие скандинавской аристократией христианства по латинскому обряду способствовало заключению мира между Восточно-Франкским королевством и королевством Дании.

Успешные переговоры о мире с датским королем позволили Людовику II Немецкому в 851 году направить армию через Тюрингию в земли сербов. «Он жестоко преследовал, а затем усмирил их не столько мечом, сколько тем, что уничтожил посевы и лишил их возможности собрать урожай» [{87}]. В 851 году монахи Сен-Бертинского монастыря в свойственной им манере восхваляли победу короля над славянами: «Людовик (Людовик II Немецкий) разорил и подчинил своей власти почти всех славян» [{88}]. Однако, на самом деле, дело обстояло иначе. Война приняла затяжной характер, а в 853, 855 годах вооруженное противостояние славян Людовику II Немецкому происходило уже на всем протяжении Эльбы.

В 855 году «король Хлудовик (Людовик II Немецкий) повёл своё войско в земли моравских славян против их взбунтовавшегося герцога Растица» (Ростислава, князя Великой Моравии с 846 по 870 гг.). Такая фраза Фульдских анналов объясняется тем, что Ростислав, который 9 лет назад был поставлен Людовиком II, рассматривался последним в качестве своего вассала. Но Ростислав использовал годы своего правления для укрепления княжества и крепостей. Моравы выдержали осаду крепости в районе Братиславы и нанесли поражение войскам Людовика II. Затем, преследуя агрессоров, ворвались в Баварию. Об этом Фульдские анналы сообщают: «Однако успеха он (Людовик II — прим.) не добился и, не одержав победы, вернулся обратно». «Значительную часть земли герцога войско предало огню и грабежам»… Это не осталось безнаказанным… «Растиц со своими людьми последовал за ним и на другой стороне Данувия (Дуная — прим.) разорил очень много пограничных деревень» [{87}]. В 856 году тональность монахов Бертинского монастыря, запечатленная в их анналах, была уже другой: «Он (Людовик II Немецкий — прим.) довольно давно был занят походом против славян, где и лишился большей части своего войска» [{88}].

В это же время в Дании началась война за корону. «Между королём данов Хориком I и его племянником Гудурмом (Guthorm? — прим.), которого тот оттеснил от власти и вынудил стать пиратом, вспыхнула вражда и они бросались друг на друга, совершая убийства, отчего погибло большое количество простого народа» [{87}]. В 854 году «норманны, которые двадцать лет подряд непрерывно разоряли область франкского короля,… возвратились к себе на родину» [{87}], где «сражались друг с другом в междоусобной войне. Они до такой степени неистовствовали в очень упорной трёхдневной стычке, что вместе с королём Ориком (Хориком — прим.) и остальными королями убитыми вместе с ним, погибла почти вся знать» [{88}]. В 856 году «норманны снова поставили себе короля, который был родственником прежнего и носил такое же имя; и даны, переплыв море, снова со свежими силами напали на христиан» [{79}]. А Rörik, правитель Дорестада, в 857 году вместе со своим датским войском покинул Фризию и вернулся в Данию, где взял во владение «часть земли, находившейся между морем и рекой Эгидора» (Айдер, в районе Шлезвига — прим.) [{87}].

В 858 году Людовик II Немецкий решился на новую агрессию против свободолюбивых славян. Как писали монахи франков, «чтобы подавить волнения врагов за границей, и, чтобы королю было легче собирать налоги», Людовик II направил три войска против славян. Первое, под командованием своего старшего сына Карломана, выступило против Растица, князя моравских славян. Второе войско, под командованием Людовика III Младшего, среднего сына Людовика II Немецкого, направилось против оботритов и глинян. Третье войско пошло против лужицких сербов. Его возглавил Такульф, маркграф Сорбской марки, герцог Тюрингии [{87}, 89]. Известий о победных результатах этих походов в анналах не обнаружено, а профессор А. И. Павинский указывал о постепенных завоеваниях славянами полосы, прилегавшей к среднему течению Эльбы [{24}].

В конце 855 года Лотарь I перед смертью разделил свое государство между сыновьями. Старшему сыну Людовику II (822–875) от отца перешел титул императора (Запада) и досталось королевство Италия. Среднему сыну Лотарю II (835–869) отошла территория между реками Рейн, Маас и Шельда, которая получила название Лотарингия в честь Лотаря. Младшему сыну Карлу были переданы во владение земли Прованса.

В 862 году Ростислав, изгнав из своего княжества священников Баварии, обратился к императору Византии Михаилу III с просьбой прислать ему учителей, священников. К Ростиславу были направлены Кирилл и Мифодий, которые организовали славянскую церковь, независимую от епископов Людовика II Немецкого.

В том же 862 году Людовик II Немецкий был вынужден просить помощи у Лотаря II для дальнейшего продолжения войны с оботритами. Не дождавшись помощи от Лотаря II, в 862 году Людовик II вместе со своим сыном «повёл войско против ободритов» [{87}]. В результате между Людовиком и Табемыслом/ Табомыслом/ Добомыслом [{24}] (Табомысл/ Табомиус/ Tabomiuz [{56}] — преемник князя Гостомысла), был подписан мир. В хронике Гингмара Рейнского сказано, что король «потерпел от бодричей поражение» [{24}] и был заключен мир. В работах [{56}, Gesta quorundam regum Francorum 862, MGH SS I, p. 374] имеется запись, что в 862 году Табомысл (Tabomiuz) во время руководимого им восстания был окружен вместе с его сыновьями.

В 863 году, после смерти младшего сына Лотаря I Карла, земли Прованса перешли в собственность его брата Лотаря II. В тот же год «король Людовик (Людовик II Немецкий — прим.) и Лотарь (Лотарь II — прим.)» объединились для нового вторжения в земли западных славян, но потерпели поражение. В анналах Ксантена (Annales Xantenes) о результатах этого похода «мягко сказано», что «он оказался неудачным» [{79}].

В 867 году оботриты одержали победу на саксонских территориях левобережья Эльбы [{24}, с.57]. Норманны, всюду разоряя и сжигая церкви, добрались по Рейну до Ксантена и опустошили его. В 866, 867 году в Галлии «бесчисленное множество людей пало с обеих сторон» в сражениях с норманнами [{79}].

Через несколько лет обстановка на западной границе Восточного — Франкского королевства изменилась коренным образом. В 869 году Лотарь II умер, не оставив после себя законных наследников. Это спровоцировало начало хищнической войны за Лотарингию между дядями Лотаря II: Карлом II Лысым и Людовиком II Немецким. По итогам этой войны Западная Лотарингия перешла Карлу II Лысому, а восточная, большая часть Лотарингии, и Фризия достались Людовику II Немецкому. Результаты раздела были закреплены договором, заключенным около Мерсена, на реке Маас в 870 году. Граница между Западно-Франкским королевством и Восточно-Франкским королевством (будущими Францией и Германией) прошла по бассейну Мозеля. Попытки незаконнорожденного сына Лотаря II Гуго отстоять свои права на Лотарингию закончились тем, что он был пленен и ослеплен.

Но и после подписания договора, мир не пришел на земли как королевства Карла Лысого, так и Людовика II Немецкого. Норманнские викинги, закрепившиеся на побережье, продолжали на своих кораблях по рекам заходить вглубь королевств, опустошая их территории или забирая выкуп. По Рейну викинги доходили до Кёльна. Набегам подвергались и западные территории Саксонии.

В это же время продолжалась война славян с Людовиком II Немецким. «В 869 году те славяне, что жили против саксов, вторглись в Саксонию и предали ее жестокому разорению. Людовик в союзе с саксами лично пошел на них и, вступив с бой, одержал сомнительную победу. Как пишет Аймоин (V, 23), бой этот был весьма кровавым и обе стороны понесли огромные потери».

Из анналов Ксантена известно, что в 871году Растиц (Ростислав), король моравов, был схвачен франками с помощью своего племянника, князя Святополка и отправлен во Франкию, где был ослеплен и умер. Однако в 872 году «королевство моравов вновь выскользнуло из рук Карломана (старшего сына Людовика II Немецкого) из-за некоего „Склава“, из того же народа происходившего». (Из-за Славомира, избранного на княжение вместо Ростислава и возглавившего восстание против франков). Князь Святополк с войском германцев был направлен Людовиком II против восставших моравов, но перешел на их сторону и вместе с моравами Славомира истребил войско германцев. Славомир признал Святополка князем моравов. «Со стороны Карломана погибло значительное войско» [{79}]. Затем последовали ответные походы Карломана на моравов. В 874 году, чтобы прекратить разорение своей страны, Святополк признал Людовика II сюзереном и обязался ежегодно выплачивать дань.

В 875 году король Западно-Франкского королевства Карл Лысый захватил Италию и был провозглашен императором Карлом II. Король Людовик II Немецкий, претендовавший на коронацию императором своего старшего сына Карломана, стал готовиться к войне с Карлом Лысым, но в августе 876 года скончался. Наследниками Восточно-Франкского королевства стали сыновья Людовика II Немецкого: Людовик III Младший (835–882), Карломан (830–880), Карл III Толстый (839–886). Воспользовавшись смертью Людовика II Немецкого, король Западно-Франкского королевства Карл II Лысый захватил восточную Лотарингию. Однако в 877 году скончался и Карл II Лысый, а в 879 году Людовик III Младший в сражении при Андернахе разгромил армию Западно-Франкского королевства и присоединил к своим владениям западную часть Лотарингии.

Сменой власти в Восточно-Франкском королевстве (после смерти Людовика II Немецкого) воспользовались и славяне. «Богемцы, сорбы (сербы — прим.), сусы (сусельцы, жившие между реками Сала /Saale и Лаба/ Эльба) и остальные славяне, которых он (Людовик II Немецкий — прим.) облагал данью, сбросили теперь иго рабства» [{9}, кн.1, с.161]. В 880 году Силезия и земли в верхнем течении Тисы, а в 890 году Богемия и Лужица стали частью Великой Моравии.

Тогда же и норманны, зайдя на кораблях в устья рек Рейн, Маас, захватили Люттих, Аахен, Кёльн, Бонн, Кобленц и другие города. В 880 году норманны вошли на своих кораблях в устье Шельды и опустошили земли её нижнего течения. Другой разгромный удар норманны нанесли по Саксонии. «Тогда же двинулись вместе с норманнами и бодричи. Выступившее против соединенных сил норманнских и славянских саксонское войско потерпело решительную неудачу». «Два епископа, двенадцать графов пали на поле сражения, между ними и герцог саксонский Брун». «Неудача, постигшая саксонское войско, поощрила и южных полабских славян».

Гельмольд из Босау писал: «Тогда же опустошена была нортманнами и данами и Саксония. Герцог Бруно (герцог Саксонии с 866 по 880 год) с вельможами был убит, епископы Теодорик и Марквард изрублены. Тогда и Фризия была опустошена, разрушен город Траектум (город Маастрихт в Нидерландах). Затем морские разбойники сожгли Кёльн и Тревер (Трир — прим.), а дворец в Аквисгране (Аахен — прим.) превратили в конюшню для своих лошадей» [{9}, кн.1, с.161]. «На немцев двинулись кроме гломачей сербы и чехи. Но их начинания не увенчались успехом» [{24}, с.59].

В 887 году Арнульф (850–899), маркграф Каринтии, внук Людовика II Немецкого (сын Карломана, старшего сына Людовика II Немецкого), при поддержке войска, состоявшего из баварцев и славян (которые жили в Каринтии), добился от Карла III Толстого (сына Людовика II Немецкого) отречения и стал королем Восточно-Франкского королевства (887–899).

В 889 году Арнульф во главе своей армией совершил поход на оботритов, но был разбит и вернулся во Франкфурт. А в 891 году Арнульф одержал победу над норманнами в битве при Лёвене (Бельгия) [{9}, кн.1, с.161]. Не достигнув успеха в Южной Балтике, Арнульф решил подчинить Великую Моравию. Но своей армии Арнульфу оказалось недостаточно. В 892 году Арнульф обращался за помощью к кочевникам — венграм, а в 893году к болгарскому князю Владимиру Росате, сыну Бориса.

В 894 году Святополк, князь Великоморавской державы скончался. Между его сыновья началась борьба за власть. Этим воспользовался король Арнульф, который в 895 году поддержал Святополка II против его старшего брата Моймира II. В борьбе сыновей участвовали войска германцев, которые разоряли как Моравию, так и другие земли славян. В результате союз славян Великоморавской державы распался так же, как и союз славян государства Само. Чешские князья Спитигнев и Вратислав «явились в 895 году в Регенсбург к королю Арнульфу и признали немецкий суверенитет над Чехией». Отложились от моравов и славянские князья Лужицы [{208}, с.35]. Признав сюзеренитет короля Восточно-Франкского королевства, богемцы, как вассалы короля восточных франков, оказались в состоянии войны с князем Великой Моравии Моймиром II.

В 896 году Арнульф направил свою армию в Рим, где с её помощью обеспечил себе коронацию в качестве императора Запада, а в 899 году умер от продолжительной болезни. В январе 900 года аристократия Восточно-Франкского королевства избрала новым королем малолетнего сына Арнульфа Людовика IV Дитя (894–911), последнего из династии Каролингов. Период правления Людовика IV Дитя известен ослаблением власти короля, но усилением влияния герцогов Баварии, Тюрингии, Лотарингии, Франконии, Швабии и Саксонии.

В 896 году венгры (угры), воспользовавшись раздробленностью славян и войнами между ними, мигрировали на земли Великой Моравии, заселили бассейн Верхней и Средней Тисы, а, начиная с первых лет 10 века, перешли Дунай и расселились на его правом берегу. Аристократия Восточно-Франкского королевства, обеспокоенная нарастанием присутствия угров на ее восточных границах, заключила мирный договор с Моймиром II. Прекратилась и война Моймира II с богемцами. Моймир II и Святополк II погибли в 907 году, сражаясь у Пресбурга (Братиславы). Венгры, захватив земли Нижней Паннонии, завершили существование Великоморавской державы.

О Гостомысле и призвании Рюрика с братьями

Вторая половина девятого века связана не только с борьбой по отстаиванию независимости западных славян, но и, что очень важно, с усилением их экономики. Активно развивалась торговля на Южной Балтике, где наиболее крупными торговыми центрами были Старигард (Ольденбург) в Вагрии, Любице, Велиград (Мекленбург), Рерик, Аркона и Ральсвик на острове Руян, Менцлин у устья реки Пена, Волин в районе устья Одера, городища реки Варнов, Камень. К указанным торговым центрам из внутриконтинентальных территорий вели речные и сухопутные пути. Например, к Менцлин вел путь по Эльбе от Магдебурга, Бранибора, бассейна Хафеля, Люнебурга, Бардовика до Гамбурга. Далее шла сухопутная дорога через Велиград (Мекленбург) и Деммин. В Менцлин можно было попасть и из Силезии и с задунайских земель по Одеру. Выход к Балтике в районе Висмарского залива осуществлялся, как сухопутным путем, так и по каналу, который соединял Шверинское озеро, Велиград и селение славян, на месте которого в наше время находится порт Висмар. К Старигарду вели дороги со всей Вагрии. От Старигарда выход к морю обеспечивался по прорытым каналам. Известно и о судоходном сообщении по реке Варнов между Вурле (Верле) и Балтикой [{9}, кн.1, п.89]. На реке Рекниц и на озере Толлен добывалась соль, которая была хорошо востребованным товаром для консервации продуктов. В районе портов, как правило, селились как купцы, так и ремесленники.

В трудах средневековых авторов сохранились описания торговых маршрутов по землям западных славян, например: «от Гамбурга или от реки Эльбы до города Юмны (Волин) по суше добираются 7 дней. Чтобы добраться до Юмны по морю, нужно сесть на корабль в Шлезвиге или Ольденбурге. От этого города 14 дней ходу под парусами до Острогарда Руси» [{7}, кн.2, п.22]; «из шлезвигской гавани обычно отправляются корабли в землю славян, Швецию, Земландию и до самой Греции» [{7}, кн.4, п.1]; «Бирка — знаменитый город готов, расположенный в средине Швеции. Его омывает залив Балтийского моря, образуя удобную гавань, куда имеют обыкновение заходить по разным торговым делам все корабли данов, норвегов, а также славян и сембов и других скифских народов» [{9}, кн.1 п.8]; «торговля же в Любице тоже росла с каждым днем и увеличивалось количество кораблей у его купцов» [{9}, кн.1 п.71]. Сложились устойчивые торговые и сопутствующие им отношения между западными и восточными славянами Прибалтики. Происходили миграционные процессы западных славян на ильменские земли. Многочисленные клады арабских монет, найденные в Южной Балтике, свидетельствуют о торговле с восточными странами, попасть в которые можно было по системе рек Руси, через Русское (Черное) море и Каспийское море.

Средневековые авторы оставили записи и о поисках новых земель, торговых центров: «плывя на кораблях, он хотел выяснить величину северного океана, однако, увидев туманные пределы угасающего мира и исполинскую бездну, едва уцелев, повернул назад» [{7}, кн.4, п.39]; «о Британском океане, который омывает Данию и Норвегию, моряки рассказывают много чудесного. Говорят, что около Оркад море твердеет и становится таким густым от соли, что корабли с трудом могут двигаться дальше, разве что им помогает буря. Поэтому тамошнее море зовется у нас в народе Либерзее» [{7}, кн.4, п.35].

В средневековых источниках сохранились сведения о дохристианской религии славян с главным сакральным центром славян на острове Руян: «Они занимают первое место среди всех славянских народов, имеют короля и знаменитейший храм. Именно поэтому, благодаря особому почитанию этого храма, они пользуются наибольшим уважением и, на многих налагая дань, сами никакой дани не платят, будучи неприступны из-за трудностей своего месторасположения. Народы, которые они подчинили себе оружием, принуждаются ими к уплате дани их храму» [{9}, кн.1, п.36].

К этому периоду относится распространение западнославянских предметов быта в районе Великого Новгорода, появление на ильменских землях десятков топонимов с созвучиями, характерными для западных славян [{83}]. Академик Янин В. Л. на основании исследований древнего Новгорода пришел к выводу, что «основная и при том сравнительно более ранняя группа западноевропейских кладов восточных монет обнаружена не на скандинавских землях, а на земле балтийских славян». А «Новгород на заре своей истории возник не как центр только племенного союза новгородских словен, а как столица громадной, разноэтничной федерации нашего Северо-Запада, состоявшей из племен западных и восточных славян и аборигенных племен финно-угорского происхождения» [{185}]. «Комплекс археологических свидетельств (особенности керамики, домостроительства, оборонительных сооружений), топонимики и ономастики, ориентации денежно-весовой системы Северо-Запада в сочетании с лингвистическими наблюдениями указывают на то, что исходные импульсы передвижения славянских племен на наш угро-финский север находились на территории славянской Южной Балтики. Отсюда предки будущих новгородцев и псковичей были потеснены немцами» [{187}].

Известно, что раскопки археологической культуры «новгородских сопок» (период 7–10 веков н. э.) раннего средневековья на территории современного Великого Новгорода отразили тот факт, что эта культура сформировалась примерно в 7–8 веках, в результате миграционных потоков славянского населения. С собой мигранты принесли традиции балтийских племен.

В текстах ряда летописей миграция западных славян на ильменские земли Руси связывается с Гостомыслом, которого называют старейшиной. В Софийской первой летописи можно прочитать [{186}, т. 5, 3]: «Словҍне же, пришедше с Дуная, сҍдоша около озера Ильмеря и прозвашася своим именем и здҍлаша град и нарекоша и Новъгородъ и посадиша стареишину Гостомысла. А друзии сҍдоша по Дҍсне и по Сҍме и по Сулҍ и нарекошася Сҍвере». Текст Новгородской Четвертой летописи [{186}, т. 4, 580] в части описываемых событий почти полностью совпадает с текстом Софийской первой летописи.

В тексте «Сказание о Словене и Русе и городе Словенске» [{186}, т.31] о приходе западных славян и о Гостомысле написано следующее: «По мнозе же времени оного запустения слышаху скифские жителие про беглецы словенстии о земли праотец своих, яко лежит пуста и никим не брегома, и о сем зжалишаси вельми и начаша мыслити в себе, како б им наследити землю отец своих. И паки приидоша из Дуная множество их без числа, с ними же и скифы и болгары и иностранницы поидоша на землю Словенскую и Рускую, и седоша паки близ озера Илмеря и обновиша град на новом месте, от старого Словенска вниз по Волхову яко поприща и боле, и нарекоша Новград Великий. И поставиша старейшину и князя от роду же своего именем Гостомысла».

В Лаврентьевской летописи содержится запись [{186}, т.1, с.5]: «Словѣни же сѣдоша ѡколо єзера Илмерѧ и прозвашасѧ своимъ имѧнемъ и сдѣлаша градъ и нарекоша и Новъгородъ. А друзии сѣдоша по Деснѣ и по Сѣли по Сулѣ и нарекоша Сѣверъ. И тако разидесѧ Словѣньскии ӕзъıкъ тѣм же и грамота прозвасѧ Словѣньскаӕ».

В Иоакимовской летописи написано: «Люди же, терпевшие тяготу великую от варяг, послали к Буривою, испросить у него сына Гостомысла, чтобы княжил в Великом граде. И когда Гостомысл принял власть, тотчас варягов, что были, каких избили, каких изгнали, и дань варягам отказался платить, и, пойдя на них, победили, и град во имя старшего сына своего Выбора при море построил, заключил с варягами мир, и стала тишина по всей земле. Сей Гостомысл был муж великой храбрости, такой же мудрости, все соседи его боялись, а его люди любили, разбирательства дел ради и правосудия. Сего ради все близкие народы чтили его и дары и дани давали, покупая мир от него. Многие же князи от далеких стран приходили морем и землею послушать мудрости и видеть суд его, и просить совета и учения его, так как тем прославился всюду» [{82}, ч. 1, гл. 4].

«Гостомысл имел четыре сына и три дочери. Сыновья его или на войнах убиты, или в дому умерли, и не осталось ни единого его сына, а дочери выданы были соседним князьям в жены. И была Гостомыслу и людям о сем печаль тяжкая, пошел Гостомысл в Колмогард вопросить богов о наследии и, восшедши на высокое место, принес жертвы многие и вещунов одарил. Вещуны же отвечали ему, что боги обещают дать ему наследие от утробы женщины его. Но Гостомысл не поверил сему, ибо стар был и жены его не рождали, и потому послал в Зимеголы за вещунами вопросить, чтобы те решили, как следует наследовать от ему от его потомков. Он же, веры во все это не имея, пребывал в печали. Однако спящему ему пополудни привиделся сон, как из чрева средней дочери его Умилы произрастает дерево великое плодовитое и покрывает весь град Великий, от плодов же его насыщаются люди всей земли. Восстав же от сна, призвал вещунов, да изложил им сон сей. Они же решили: „От сынов ее следует наследовать ему, и земля обогатится с княжением его“. И все радовались тому, что не будет наследовать сын старшей дочери, ибо негож был. Гостомысл же, предчувствуя конец жизни своей, созвал всех старейшин земли от славян, руси, чуди, веси, меров, кривичей и дряговичей, поведал им сновидение и послал избранных в варяги просить князя. И пришел после смерти Гостомысла Рюрик с двумя братья и их сородичами» [{82}, ч. 1, гл. 4].

Профессор И. Е. Забелин писал, что «Новгородскою волостью в то время владели именно ободриты с их старейшиною Гостомыслом»… «В Новгородской летописи первым посадником именуется тоже Гостомысл»… О связях славян Южной Балтики с ильменскими землями говорят и торговые отношения славян Южной Балтики со странами Востока и Византийской империи, пути в которые проходили по маршрутам («из варяг в греки»).

Д.ф.н. Азбелев также писал [{80}], что «Гостомысл возглавлял тогда ободритов и руян, а новгородская ИЛ (Иоакимовская Летопись — прим.) указывает на то, что главенство распространилось и на племена, обитавшие в бассейне Ильменя».

В Повести временных лет о событиях после смерти Гостомысла и приглашении Рюрика на княжение сказано следующее: «В год 6370 (862). Изгнали варяг за море, и не дали им дани, и начали сами собой владеть, и не было среди них правды, и встал род на род, и была у них усобица, и стали воевать друг с другом. И сказали себе: „Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву“. И пошли за море к варягам, к руси. Те варяги назывались русью, как другие называются шведы, а иные норманны и англы, а еще иные готландцы, вот так и эти. Сказали руси чудь, словене, кривичи и весь: „Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами“. И избрались трое братьев со своими родами, и взяли с собой всю русь, и пришли, и сел старший, Рюрик в Новгороде, а другой, Синеус — на Белоозере, а третий, Трувор — в Изборске. И от тех варягов прозвалась Русская земля. Новгородцы же — те люди от варяжского рода, а прежде были словене. Через два же года умерли Синеус и брат его Трувор. И принял всю власть один Рюрик, и стал раздавать мужам своим города — тому Полоцк, этому Ростов, другому Белоозеро. Варяги в этих городах — находники, а коренное население в Новгороде — словене, в Полоцке — кривичи, в Ростове — меря, в Белоозере — весь, в Муроме — мурома, и над теми всеми властвовал Рюрик» [{17}]. Дату смерти Гостомысла относят к 860 году [{82}, ч.1, п. VIII], а не к 844, как сказано у анналиста короля Людовика II Немецкого.

Фраза летописца Нестора в Повести временных лет «Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву» продолжает порождать споры, но рядом авторов рассматривается в контексте «порядка в ней нет», «и встал род на род, и была у них усобица». Поэтому слова «который бы владел нами» трактуются «который бы „лад деял“ (между) нами». Таким образом, фраза «Приходите княжить и владеть нами» рассматривается как «Приходите княжить и лад/ согласие деять (между) нами».

Повествование Нестора о призвании Рюрика с его братьями, родами и их варягами-русью нельзя толковать как неспособность ильменских словен к самоорганизации и как выражение покорности варягам. В той же Повести говорится об изгнании славянами других «варяг за море», отказе выплаты им дани, и о начале самоуправления («начали сами собой владеть»). Что же касается отношения славян к «варягам — руси», к Рюрику, то в Никоновской летописи прямо говорится о смуте оскорбившихся новгородцев («оскорбишася Новгородцы») во главе с Вадимом Храбрым против Рюрика и рода его. В Иоакимовской летописи, в изложении В. Н. Татищева, говорится об убийстве Рюриком «славянского князя Водима» и о смятении (мятеже) в народе. У С. М. Соловьёва написано об убийстве славянами варягов. О Вадиме и его восстании писала и Екатерина II.

Русь, как государственное образование того времени, существовала еще до прихода на ильменские земли варягов-русов. В этой связи нельзя не упомянуть Егора Классена, который после сравнительного анализа текстов древних рукописей пришел к выводу, что в девятом веке «к варягам-Руси» (Рюрику — Соколу и его братьям — прим.) «пришли Русь же, а с ней и Чудь, Славяне и Кривичи» и др. Другими словами, «вместе с прочими пришла и Русь к русским варягам», жившим на Южной Балтике. «Киевские Руссы назывались Россами, как и река Рось, впадающая в Днепр… северные именовались Руссами; так точно западные Руссы именуются и поныне Руссинами и Русняками, а восточные назывались Расью, Рсою, Расами (также самоназвание сербов — прим.), Ресами и Ресенами». Интересно отметить, что Дионисий Галикарнасский писал о самоназвании этрусков «Расенна» (Rasenna). Скандинавы называли Русь Гардарикой, т. е. страной городов.

Можно добавить и то, что в нескольких километрах от города Рерик на Южной Балтике (древней столицы западных) сохранился старинный населенный пункт Руссов (Russow), а топонимы с корнями «rus» и «ros» встречаются по всей Северо-Восточной части Германии и не только. Археологические находки, сделанные на территории населенного пункта Руссов, хранятся в музее города Bad Doberan федеральной земли Мекленбург Передняя Померания (ранее Добряны) и квалифицированы как имеющие славянское происхождение. А собор в Bad Doberan — всемирно известная усыпальница потомков князей западных славян Южной Балтики. И первый из захороненных — Прибислав, основатель христианской ветви династии Никлотингов, сын Никлота, языческого князя западных славян. Там же находятся и изображения в рост отца и сына. Любой желающий может это увидеть.

Варягами называли воинов, которых нанимали для охраны товаров от разбойников, нападавших на купеческие суда: «для охранения торговых судов от разграбления нужно было какое-либо вооружение на них; ибо и на реках России торговые суда сопровождались, даже в позднейшие времена, вооруженной повольницей, охранявшей суда от речных разбойников, известных под именем поляницы. Такие охранители нанимались добровольно, и Балтийская, Черноморская и Каспийская повольница назвалась варягами» [{166}, с. 83]. Поэтому, как указано у Е. Классена, не случайно, что варяги упоминаются в тех местах, где проходили торговые пути. Дружины варягов нанимались и византийскими императорами в качестве телохранителей (в частности, в 1325 и 1380 годах), и русскими князьями, и франкскими королями. «Мы видим также варягов на Черном или Русском море, у устья Днепра; на Каспийском море, у устья Волги». «Варяги отнюдь не составляли ни особенного племени, ни даже разных племен…соединение варягов в одну дружину составляло касту, в которой могли участвовать все народы» [{166}, с.81]. Свободные объединения варягов не гнушались разбоями и грабежами. Известны случаи нападения варягов и на словен для получения дани, как, в частности, написано в летописи Нестора. В 13 веке, по мере расширения торгового Ганзейского союза, обладавшего своими судами и многочисленным войском охраны, потребность в варягах для охраны торговых судов на Балтике отпала.

Говоря о термине «варяг», можно добавить, что «у бодричей товар назывался „вара“, охранять — „гаичь“ или „ветити“. Охранитель товара — „варагайче“, „вараветниче“. У вендов в Лаузице оберегатель товаров назывался „воорагай“. „Варяю“ — значит разъезжаю; „варяг“ — разъезжающий (для охраны товара — прим.)». Впрочем, варяги не только охраняли товары, но и сами занимались торговлей. Например, известны выражения: «варяжничать» — выторговывать [{166}, с.81, 82], «наварить» — получить прибыль. В. Даль приводит следующие значения слова «варяг»: скупщик всячины по деревням, перекупщик, коробейник. В словаре Ожегова слово «варяги», кроме указанных значений, — «посторонние люди, приглашенные для помощи». Академик В. С. Леднев писал, что и «в сибирских диалектах по сей день сохранился клич — варда! „берегись!“, сварачь „хранитель“, в русском языке — гвардия» [{100}, с14].

О том, где жили варяги, ясно говорится у летописца Нестора: «По этому морю (Балтийскому, в то время Варяжскому) сидят варяги: отсюда к востоку — до пределов Симовых, сидят по тому же морю и к западу — до земли Английской и Волошской (волохами называли также кельтов — прим.)». Другими словами, «Варяги сидели преимущественно у берегов Балтийского моря, называвшегося поэтому „Варяжским“, и на западе до Англии и Ирландии» [{166}, с.81].

Е. Классен писал, что варяги были не только русью, но «по мере распространения торговли между скандинавскими государствами, явились и варяги датские, шведские и норвежские; торговля английская образовала своих варягов, а беломорская породила варягов-готов, сидевших в северной Финляндии, и варягов-оурман, сидевших в заливе Белого моря, называвшегося в то время Урманским, а ныне Мурманским» [{166}, с.84].

К кому именно из варягов обратились с призывом славяне, также ясно говорится в летописи Нестора: «И пошли за море к варягам, к руси. Те варяги назывались русью, как другие называются шведы, а иные норманны и англы, а еще иные готландцы» [{17}].

«Следовательно, варягами были Руссы-славяне». Собственно и «слово „Рюрик“, являясь у славян в разных видоизменениях, смотря по свойству славянских наречий, более или менее мягких и гибких, означает всегда сокола». «У древлян сокол назывался Руриком, у поморян — Рюриком, у верхних лужичан — Рурком» [{166}, с.81, 101]. Таким образом, к варягам относили, преимущественно, тех, кто жил по берегам Варяжского моря, а из всех варягов пригласили на княжение варягов — руссов, как родственных по крови.

Принадлежность приглашенного Рюрика к коренным родам России доказал д.х.н., профессор А. А. Клёсов с помощью ДНК-анализа Y-хромосом потомков «рюриковичей»: «В русском этносе есть четыре основных гаплогруппы — R1a, I1, I2, и N1c1»; «гаплотипы русских князей — не финские, не норманские, не скандинавские. Это — южно-балтийские, славянские гаплотипы»; «рюриковичи — либо носители гаплогруппы R1a, славяне, либо носители южно-балтийской, славянской ветви гаплогруппы N1c1» [{95}].

Рюрик, приглашенный окружением Гостомысла, «принял всю власть один» [{17}], подавил восстание «оскорбишася» новгородцев, убил их лидера «и стал раздавать мужам своим города — тому Полоцк, этому Ростов, другому Белоозеро» [{17}]. Начатая Рюриком борьба с разрозненностью русских земель, была продолжена его соратником, князем новгородским, известным как Вещий Олег, при котором в конце девятого века произошло взятие Смоленска, Любича, присоединение древлян, северян, радимечей, полян, обеспечившее объединение северных и южных княжеств. Сам Олег остался княжить в городище, будущем Киеве.

Не стоит оставлять в тени и особый интерес рюриковичей к торговому пути «из варяг в греки» в Византию, а также по Волге в страны Востока. В седьмом веке арабами были захвачены Египет, Закавказье, Палестина, Персия, Сирия, затем Туркестан. Образовалось теократическое исламское государство Арабский Халифат. В конце седьмого века была завоевана Северная Африка, а в начале восьмого века арабы высадились на юге Испании. Разорванные коммерческие связи между Западной Европой и Востоком вызвали необходимость в обходных торговых путях. Такими путями стали речные сообщения Русской равнины от Балтийского моря к Черному и Балтийскому морям. Выходцы из Южной Балтики знали цену владения торговыми путями. Именно ильменские земли, Великий Новгород на Балтике с одной стороны водного пути и позднее Киев с другой стороны этого пути были выбраны в качестве столиц государственного образования рюриковичей.

Одним из необходимых условий развития торговых отношений с прибалтийскими и восточными странами стало обеспечение безопасности и возможности торговать на всем протяжении путей «из варяг в греки». Под командованием Олега состоялся поход славян на судах на Царьград (столицу Византии) с целью получения не столько дани, сколько заключения договора об условиях торговли. О походе Олега на Царьград сообщает Повесть временных лет: «Пошел Олег на греков, оставив Игоря в Киеве; взял же с собою множество варягов и славян, и чуди, и кривичей, и мерю, и древлян, и радимичей, и полян, и северян, и вятичей, и хорватов, и дулебов, и тиверцев, известных как толмачи: этих всех называли греки Великая Скифь. И с этими всеми пошел Олег на конях и в кораблях; и было кораблей числом 2000. И пришел к Царьграду». У летописца указаны и условия торговли, достигнутые в результате похода: «если придут купцы, пусть берут месячное на 6 месяцев: хлеб, вино, мясо, рыбу и плоды. И пусть устраивают им баню — сколько захотят. Когда же русские отправятся домой, пусть берут у царя на дорогу еду, якоря, канаты, паруса и что им нужно… И пусть входят в город только через одни ворота в сопровождении царского мужа, без оружия, по 50 человек, и торгуют, сколько им нужно, не уплачивая никаких сборов» [{17}].

Однако не все было безмятежно. Были и восстания против рюриковичей и непомерное взимание ими дани со славян, приведшее в 945 году к казни князя Игоря древлянами, и сожжение по приказу Ольги, жены Игоря городища Искоростень, столицы древлян вместе с её жителями и многое другое.

Западные славяне в десятом веке

Агрессия Генриха I, короля Восточно-Франкского королевства

В 892 году на земли Среднедунайской равнины мигрировали кочевники-венгры, потомки мадьяр, народа угорского происхождения, ранее жившего на территории от Иртыша до Среднего Урала. Оттуда предки венгров через Нижнекамский бассейн мигрировали в Приазовские и Причерноморские степи, а далее вместе с присоединившимися к ним хазарскими родами мигрировали через Трансильванию в Паннонию. Из серии работ, связанных с исследованием ДНК останков захоронений и из книги «Истоки славян» мы знаем, что речь идет о носителях гаплогруппы N1c1.

В 907 году венгерские кочевники, одержав победу в районе Пресбурга (современной Братиславы) над моравами и войсками Восточно-Франкского королевства, захватили земли западнее современной Вены в направлении реки Инн, включая северную часть Штирии. В 910 году войска короля Людовика IV Дитя вновь потерпели поражение. На захваченных землях венгры подчинили местное славянское население, пополнили им свои войска и фактически стали последователями аварского каганата.

В Восточно-Франкском королевстве после смерти Людовика IV, которая произошла в 911 году, обострилась борьба за трон короля. На корону претендовал король Западно-Франкского королевства Карл III Простоватый (правил с 898 по 922 год), но аристократия Восточно-Франкского королевства выдвинула герцога Франконии Конрада I (881–918), который в ноябре 911 года и был избран королем (911–918). Правитель Лотарингии не признал Конрада I и присягнул Карлу III Простоватому. Лотарингия стала частью Западно-Франкского королевства. Герцоги Саксонии, Швабии и Баварии также не признали Конрада I, что привело к их войне с королем Конрадом I. За мятеж герцог Швабии Эрхангер и его брат Бертольд были казнены.

Войной в Восточно-Франкском королевстве воспользовались славяне, датчане и венгры. Монах Адам из Бремена писал об этом: «В те дни (с 912 по 915 год) Саксонию поразило ужаснейшее гонение, ибо с одной стороны её церкви терзали даны и славяне, а с другой — чехи и венгры. Тогда же Гамбургский приход был разрушен славянами, а Бременский — в результате вторжения венгров» [{7}, кн.1, п. 52]. «Разрушили не только нашу Саксонию и другие расположенные по эту сторону Рейна провинции, но также и лежащие за Рейном Лотарингию и Францию» (7, кн. I, п.52,55). «Даны, опустошив с помощью славян сначала земли нордальбингских (правого берега устья Эльбы — прим.), затем трансальбингских саксов (живших южнее, на западном берегу Эльбы — прим.), навели великий ужас на Саксонию» [{9}, кн.1, п.8]. Король данов Горм Старый (правил с 910-х по 936 год; он же Ворм/ Worm/ Wurm II), который «намереваясь совершенно уничтожить христианство, насажденное в Дании, изгнал священников из своей страны» [{7}, с32, 9, кн.1, с.162].

В это критическое для королевства время, в 918 году, скончался бездетный Конрад I. Перед смертью он завещал избрать своим преемником герцога Саксонии Генриха I (правил с 919 по 936 год). Генрих I, по прозвищу Птицелов, выходец из саксонской знати, считается одним из наиболее значимых и успешных исторических деятелей Германии. Период его правления связывается с усилением власти короля и образованием Германии как государства. В 919 году саксонская аристократия и большинство франконской аристократии избрали Генриха I Птицелова королем Восточно-Франкского королевства. Прозвище «Птицелов» появилось, благодаря рассказу о том, что Генрих I занимался ловлей птиц, когда он получил известие об его избрании королем. Однако аристократия Швабии и Баварии избрала своим королем герцога Баварии Арнульфа.

Восхождение на престол герцога Саксонии Генриха I, воевавшего со славянами (в 906 году) еще в период правления в Саксонии своего отца Оттона I Сиятельного (герцог Саксонии с 880 по 912 год), означало для славян приближение нового этапа экспансии. Тем временем, славяне совместно с датчанами совершили поход на Саксонию [{24}, с.66]. Но угроза распада королевства на герцогства для Генриха I была более важной, чем нападение славян. Предоставив Саксонии самостоятельно воевать со своими восточными соседями, Генрих I со своей армией начал войну с герцогами, стремящимися к «племенной политической независимости». Поход Генриха I против Швабии, а затем и Баварии, вынудил Бурхарда, герцога Швабии и Арнульфа, герцога Баварии признать Генриха I королем. За обоими герцогами были сохранены титулы, владения и свободы в рамках королевства. Таким образом, перед 921 годом Генрих I Птицелов стал единовластным правителем Восточно-Франкского королевства. Генрих I назначил архиепископа канцлером королевства, что определило место церковных иерархов относительно короля. Другими словами, императоры (каковыми считали себя короли Германии) в иерархии стояли над светской и духовной властью.

В 920 году Генрих I поддержал восстание сепаратистов Гизельберта, стремящихся к выделению Лотарингии из Западно-Франкского королевства в независимое королевство. В 921 году был заключен «Боннский договор», который узаконил границу между Западно-Франкским и Восточно-Франкским королевствами. По Боннскому договору за Карлом III Простоватым сохранялась только западная часть Лотарингии. Но в 923 году Рауль, избранный королем Западно-Франкского королевства (с 923 по 936 год), неосмотрительно захватил одну из крепостей Эльзаса. Воспользовавшись этим, Генрих I направил свою армию в Лотарингию и в 925 году присоединил уже всю Лотарингию к Восточно-Франкскому королевству. Гизельберт получил титул герцога Лотарингии.

Решив коренные политические вопросы внутри королевства и на её западных границах, Генрих I занялся укреплением городов. В 926 году он заключил девятилетнее перемирие с венграми в обмен на их вождя, плененного в 924 году. Это перемирие Генрих I предпочел использовать не для начала новой войны со славянами (как можно было ожидать), а для укрепления своего государства, в первую очередь, для строительства крепостей (бургов) с военными поселениями. Германцы начали заселять территории вокруг крепостей, в которых можно было укрываться при появлении врага и обороняться. Позже на местах крепостей выросли города с каменными крепостными стенами. По словам Видукинда, если Генрих I замечал вора или разбойника крепкого телосложения, то он отпускал его на волю и направлял в предместья Мерзебурга (левый берег реки Сала/ Saale), выделял ему землю, оружие для защиты саксонцев и совершения набегов на славян.

Генрих I проводил политику усиления связей с англосаксами, переселившимися в Британию. В 929 году был заключен междинастический брак между шестнадцатилетним Оттоном, сыном Генриха I и Эдит Английской (910–946 / 947), дочерью короля англов и саксов Эдуарда I Старшего (901–924). Их сын Людольф (930–957) стал герцогом Швабии (950–954) и королем Италии (956–957).

Укрепив своё государство, решив в нем основные экономические и политические задачи, уладив приграничные проблемы на западе королевства, только тогда Генрих I приступил к решению одной из стратегических для Германии задач: обезопасить свои границы на востоке и расширить их. Зимой 927/ 928 года, когда лед покрыл реки и озера, защищавшие крепости славян и, имея подписанный договор о мире с венграми, король Генрих I со своей армией вторгся в земли славян. Ему удалось взять в плен князя гавелян Тугумира и «с помощью голода, оружия и холода» [{91}, 35] овладеть столицей гавелян крепостью Бранибор/ Бранный Бор, впоследствии переименованной в Бранденбург.

Реконструкция доспехов рыцарей тяжелой конницы. Снимок личного архива

Затем Генрих I направил свою армию на юг, против сербов, даламинцев (другие встречающиеся названия: далеминцы, долеминцы, гломачи, галомачи, Talaminzi), войну, с которыми «завещал ему когда-то его отец» [{91}, 1, 35]. В этом походе была опробована тяжелая конница Генриха I. «Осадив город Гана (главный город гломачей на северо-западе от Мейсена [{91}]), он взял его, наконец, на двадцатый день. Добыча, захваченная в городе, была роздана воинам, все взрослые мужчины были убиты, женщины и дети отданы в рабство» [{91}, 35].

Армия Генриха I захватила обширные территории между реками Сала (в наше время Saale) и Лаба (Альбия, в наше время Эльба). Для их защиты на высоком берегу Лабы, в районе славянского рыбацкого селения Мишны, Генрих I начал строительство крепости, вокруг которой впоследствии возник город Мейсен (Meißen). Современный Мейсен находится в 30 километрах на северо-запад от центра Дрездена, который получил свое название от древнеславянского городища Драждяны (на чешском языке пишется Drážďany, а на верхнелужицком Drježdźany, что означает «заболоченный лес»).

В 929 году к армии Генриха I присоединились войска Арнульфа, герцога Баварии для похода на земли чехов. Ранее, в 907 году чехи объединились с гавелянами. Этот союз был скреплен браком стодорянской княгини Драгомиры (предположительно, сестры князя гавелян Тугумира) с чешским князем Вратиславом I. Их детьми были Вацлав Святой и Болеслав I Грозный. Вацлав Святой, воспитанный в христианской вере матерью Вратислава I, был князем чехов с 914 по 936 год. В 929 году Генрих I «со всем войском (саксов и баварцев — прим.) подошел к Праге, городу чехов и принял в подчинение их короля (князя Вацлава Святого — прим.)» [{91}, гл.35]. Кроме этого чешский князь был обязан ежегодно платить дань в объеме 500 гривен серебра и 120 валов.

Датская марка на карте 10 века [{105}]

Тогда же ратари овладели саксонской крепостью «Валслебен» (у Видукинда Корвейского — «Валислав»), которая находилась между Werben и Arnaburch, на левом берегу Эльбы. Войска маркграфа Бернгарда выдвинулись для штурма древнеславянского города-крепости Лучин/ Ленчин (на картах Lunkini), находившегося на реке Локниц в районе переправы через Эльбу (Albia, Лаба) напротив крепости Hohbuoki. Битва между славянами и войсками Восточно-Франкского королевства, которая состоялась в сентябре 929 года, окончилась поражением славян. Это привело к потере контроля над переправой через Эльбу, что способствовало дальнейшей экспансии Генриха I за Эльбу. Видукинд Корвейский о победе германцев писал: «Слуги, все деньги, жены, дети и имущество короля варваров стали добычей (победителей)». «На следующий день все пленные, как им и предвещали, были обезглавлены» [{91}, гл.36]. В настоящее время в районе славянской крепости расположен небольшой город Ленцен (Lenzen), а на месте крепости (Visitor center burg Lenzen) находится диорама с реконструкцией битвы 929 года между славянами и войском Восточно-Франкской империи.

В 931 году Генрих I направил свою армию против оботритов, а затем и данов. «Генрих, одержав победу (в Дании — прим.), установил границу своего королевства в Шлезвиге (прежнее название Слазвиг/ Sliaswig), который тогда назывался Хедебю, учредил (восстановил — прим.) там марку и распорядился основать колонию саксов» [{7}, кн.1, п.57; 9, кн.1 п. 8]. Марки создавались на завоеванных землях для защиты метрополии и служили плацдармами для захвата сопредельных территорий. Шлезвиг оставался спорной территорией до 1025 года. В этот год, при Конраде II территория Шлезвига отошла к королю Дании Кнуду Великому (король Дании с 1018 по 1035 год; король Англии с 1016 по 1035 год; король Норвегии с 1028 по 1035 год).

Маркграфства, образованные на землях полабских славян (выделены зеленым цветом) на карте 10 века: маркграфство Биллунга (Billungische mark), Северное маркграфство (Nordmark), Лужицкое маркграфство (mark Lusiza), Мейсенское маркграфство (mark Misni), Мерзебургское маркграфство (mark Merseburg), маркграфство Цайц (mark Zeitz) [{105}]

Вслед за германскими войсками в Данию направились христианские миссионеры. Архиепископ Унни, «сопровождаемый многочисленными священниками, прибыл к данам, где тогда правил жесточайший Ворм (Горм Старый). Его самого из-за врожденной его свирепости склонить к вере он не смог, но сына его Харальда (король Харальд I Синезубый — прим.) обратил и сделал его верным Христу, который разрешил публично признавать христианство, к которому отец его всегда питал ненависть» [{9}, кн.1, п. 8]. Унни расставил, сопровождавших его католических священников, по всем островам и церквям Дании. Затем Унни «добрался по Балтийскому морю до Бирки, главного города Швеции, куда после смерти св. Анскария никто из учителей (пастырей — прим.) 70 лет приходить не отваживался» [{9}, кн.1, п. 8].

В 932 году был совершен очередной поход германцев на лужицких сербов. Армия германцев достигла Одера. Тогда же были покорены укряне [{208}, с.36]. В 933 году после того, как стало ясно, что западные славяне не смогут начать войну с Восточно-Франкским королевством, Генрих I, не дожидаясь окончания девятилетнего перемирия, начал войну с венграми. 15 марта 933 года в Тюрингии, у реки Унструт, венгерские войска, потерпели поражение. В сражении была применена тяжелая конница Генриха I. Победа имела большой резонанс, а Генриха I, по сведениям германских монахов, называли императором.

Южная Балтика со своими ресурсами и географическим расположением, выходами к Балтике, рыбными запасами, полями, портами, системой водных и сухопутных путей была весьма привлекательна для Восточно-Франкского королевства. Занятие Южной Балтики позволяло получить плацдарм для дальнейшего расширения влияния королевства на восточные территории, занять господствующее положение над торговыми морскими путями Балтики, обеспечить безопасность северо-восточных рубежей империи.

Чтобы закрепиться на землях побежденных западных славян, от Балтийского моря на юг, вдоль внешней стороны границы Восточно-Франкского королевства были созданы маркграфства. Их целью стала защита королевства от нападений и создание плацдарма для расширения влияния королевства на сопредельные территории.

Вендская марка была создана на землях оботритов в 936 году. Маркграфом этой марки стал Герман Биллунг (915–973, маркграф с 936 по 973 год). Своей резиденцией и местом сосредоточения армии Герман Биллунг избрал Люнебург, расположенный на левом берегу Лабы/ Эльбы и известный ещё со времен Карла Великого. Южнее марки Биллунга была создана Восточная Саксонская марка. Маркграфом этой марки стал Геро I Железный (900–965, маркграф с 937 по 965 год). Этот маркграф при Оттоне I, сыне Генриха I и при поддержке войск Германа Биллунга захватил значительные территории славян. Восточная Саксонская марка настолько увеличилась в размерах, что на её основе были созданы Северная марка (Nordmark), Восточная или Лужицкая марка (Mark Lusiza), Мейсенская марка (Mark Misni), Цайцинская марка (mark Zeitz) и Мерзебургская марка (Mark Merseburg). Позднее Цайцинская и Мерзебургская марки вошли в Мейсенское маркграфство. Земли славян активно заселялись переселенцами из Саксонии и западных регионов королевства. Местные славянские князья назначались с одобрения маркграфа с учётом их лояльности новым феодалам.

Борьба полабских славян за независимость в период правления Оттона I

В 936 году Генрих I Птицелов завещал корону своему сыну Оттону I. В том же году двадцатичетырехлетний Оттон I Великий (912–973, король с 936 по 973 год) на съезде князей в Аахене был избран королем Германии и коронован архиепископами. На пышных торжествах герцоги Швабии, Баварии, Лотарингии, Франконии, присягнувшие Оттону I, прислуживали новому королю. Однако вскоре проявились противоречия. Танкмар (907–938), старший внебрачный сын Генриха I Птицелова, оказался недоволен тем, что Восточная Саксонская марка была отдана не ему, а графу Геро I Железному. Франконскую аристократию, в свою очередь, оскорбило возвышение саксонской династии. Герцог Франконии Эберхард заключил союз с Танкмаром против Оттона I. Восстание внутри королевства разрасталось. После гибели Танкмара, которая произошла в 938 году, Эберхард вступил в союз с Генрихом (919–955), младшим братом Оттона I, убедив его в том, что тот имел больше прав на корону. Вспыхнул мятеж и в Баварии. К восставшим присоединился герцог Лотарингии Гизельберт и Людовик, король Западно-Франкского королевства.

Война внутри королевства и, как следствие, ослабление власти короля спровоцировали подъем национально-освободительного движения славян. В чешском княжестве был убит Вацлав, князь чехов, присягнувший королю Генриху I Птицелову. Княжеский престол занял его брат, князь Болеслав I Грозный (князь c 936 по 967/972 год), который провозгласил отказ от вассальной зависимости и отказался платить дань Оттону I, наследнику Генриха I Птицелова. Болеслав I Грозный, считающийся основателем чешской государственности, был воспитан матерью, которая происходила из славян-гавелян. В 936 году чешское войско под командованием Болеслава разбило обе армии, посланные Оттоном I для подчинения чехов.

В тоже время на землях от Вагрии, реки Сала (Saale) до Одера полыхало восстание оботритов, вильцев и лужицких сербов против германцев, колонизировавших славянские земли. С восставшими сражались войска маркграфа Геро I Железного и Германа Биллунга. В этой войне Геро I проявлял особую жестокость в нарушение существовавших в то время обычаев ведения войны, которую отмечали даже саксонские монахи. В частности, известен случай, когда Геро I в нарушение законов гостеприимства убил около тридцати славянских вождей, которых Геро I пригласил на пир по случаю переговоров. На землях Вендской марки маркграф Биллунг заливал землю кровью славян союза оботритов. Описывая события тех лет, Видукинд Корвейский писал: «мы (т. е. германцы — прим.), сражаемся за славу и распространение своей власти, а для славян дело идет о выборе между свободою и рабством» [{91}, кн.2, п.20].

Столкнувшись с силой духа и стойкостью славян, саксы (маркграф Герон /Геро I [{208}, с.37]) для достижения побед провоцировали предательство отдельных князей. Так, в 939 году, «получив большие деньги и поверив в большие посулы», Тугумир, князь гавелян, который попал в плен к саксам ещё в 928 году, «сделав вид, что тайно бежал, прибыл в город под названием Бранибор. Когда народ принял его и признал своим господином, он в скором времени выполнил то, что обещал. Он пригласил к себе своего племянника, который один оставался из всех князей племени, и, захватив его хитростью, убил, а город со всей областью передал во власть короля (Оттону I — прим.)» [{91}, кн.2, п.21]. Через 10 лет в Браниборе, который был переименован в Бранденбург, было открыто Бранденбургское епископство.

Однако сбор дани со славян оказался для германцев затруднителен из-за частых восстаний славян и убийства сборщиков дани [{24}, с.78]. В тоже время маркграф Геро I уже не был в состоянии сдерживать славян из-за того, что большая часть его армии перешла на сторону младшего брата Оттона I Генриха и воевала против армии короля. Борьба за власть внутри королевства невольно предоставила западным славянам десятилетний перерыв в войнах.

Оттон I, чтобы прекратить восстание герцогов, решил передать герцогства своим родственникам. В 941 году был прощен покаявшийся Генрих, младший брат Оттона I. В 944 году Оттон I помирился и с Людовиком, королем Западно-Франкского королевства, предоставив ему свои войска в борьбе с оппозиционными феодалами. В 947/948 году после смерти баварского герцога Бертольда, Генриху (младшему брату Оттона I) было пожаловано герцогство Бавария. С этого момента Генрих был предан Оттону I до смерти, которая произошла в 955 году. В 948 году Оттон I передал герцогство Швабия своему сыну Людольфу. Герцогом Лотарингии был назначен Конрад Рыжий, зять короля Оттона I Великого, происходивший из Франконской династии.

В 950 году прекратилось и восстание чехов. Болеслав I Грозный после четырнадцати лет войны за независимость своего княжества, был вынужден прекратить сопротивление и признать Оттона I своим сюзереном, став его вассалом. Как вассал, Болеслав I был обязан платить дань Оттону I, участвовать в войнах Оттона I на его стороне, в том числе против других славянских народов и венгров, а также обеспечить принятие чехами христианства по латинскому обряду.

Воспользовавшись относительным затишьем на восточной границе королевства, Оттон I в 951 году отправился в Италию со своей армией, где Италийское королевство было захвачено маркграфом Беренгаром II. Поводом для вторжения послужил призыв Аделаиды (Адельхейды/ Adelheid, Бургундской), вдовы Лотаря, прежнего короля, оказать ей помощь в борьбе с Беренгаром II. Оттон I захватил верховную власть в королевстве, а вскоре женился на Аделаиде. Тогда же в состав Восточно-Франкского королевства было включено Веронское маркграфство. Беренгар II заверил Оттона I в преданности, а в 952 году получил в лен Италийское королевство без Веронского маркграфства.

В 954 году Оттону I пришлось подавлять восстание, вспыхнувшее в Швабии, Франконии, Лотарингии, Баварии и в других землях. Восстание было поднято местными феодалами, недовольными усилением влияния саксонской знати. К восставшим примкнул и Людольф, сын Оттона I от предыдущего брака, который, как считается, опасался, что престол от отца перейдет не к нему, а к сыну от Аделаиды, второй жены Оттона I. Ставка на преданность своих родственников в борьбе за власть не оправдала себя, но Оттону I с помощью армии удалось подавить восстание.

На съезде вельмож королевства, состоявшемся в Нюрнберге, Конрад (герцог Лотарингии, зять Оттона I) и Людольф (сын Оттона I) были помилованы, но лишены своих герцогств (Лотарингии и Швабии). Герцогом Лотарингии и архиепископом Кёльна стал Бруно (925–965), брат Оттона I. В 959 году Бруно, во избежание разрастания мятежа лотарингской знати, разделил своё герцогство на Верхнюю Лотарингию и на Нижнюю Лотарингию. Герцогом Швабии стал Бурхард III, старший сын герцога Швабии Бурхарда II и верный соратник Оттона I.

Военная и политическая победа Оттона I в борьбе за власть внутри королевства позволила маркграфу Геро I возобновить агрессию на славян. Перерыв в экспансии Восточно-Франкского королевства на славян был закончен. Гавеляне, испытавшие разрушительное нашествие армии Генриха I Птицелова, преданные своим князем Тугумиром и истощенные войнами с Восточно-Франкским королевством, уже не представляли угрозы для саксонских войск маркграфа Геро I. Но за землями гавелян находились территории, которые простирались до Одера. В 954 году маркграф Геро I и герцог Конрад совершили поход на укрян. «Добыча была взята оттуда огромная; в Саксонии поднялось по этому поводу великое ликование» [{91}, кн.3, п.42].

В начале 955 года маркграф Герман Биллунг совершил карательный поход против оботритов. Князь оботритов Нако/ Nako (также Nakon, Nakko, Nacco; 954–966) и его брат князь Стоигнев/ Stoigniew возглавили сопротивление славян. К оботритам примкнули Вихман и Экберт, племянники маркграфа Германа Биллунга вместе со своим отрядом, рассчитывая на помощь оботритов в возвращении наследства их отца, которое присвоил Герман Биллунг.

В апреле 955 года оботриты вместе с племянниками Германа вторглись в Саксонию и вынудили к капитуляции один из укрепленных городов. Саксонский граф Дитрих во главе отряда тяжеловооруженных всадников атаковал оботритов, но конница застряла в болоте, а его отряд был разгромлен. Воодушевленные победой вильцы (лютичи) примкнули к оботритам.

Король Оттон I со своей армией не смог придти на помощь Герману Биллунгу, так как получил известие о надвигающейся венгерской армии и вынужден был направить всю свою армию на южные границы. В августе 955 года на реке Лех у Аугсбурга (Augsburg) венгерская армия потерпела поражение от объединенной армии Оттона I и чехов, которые воевали на его стороне. В этом сражении решающую роль сыграла тяжелая, защищенная металлическими доспехами, конница Конрада. Сам Конрад погиб, воюя на стороне короля. Тогда же погиб и Ульрих, епископ Аугсбурга. Часть венгров, которая попала в плен, была казнена, а другим пленным отрезали носы и уши. В Германии об этом сражении писали, что победа над общим врагом сплотила прежде враждующих между собой германских воинов, а саму победу называли «рождением немецкой нации»/ Lechfeld — Geburt der deutschen Nation.

Победа на реке Лех позволила отодвинуть границу королевства с Венгрией на восток. Для защиты Восточно-Франкского королевства от венгров около 960 года была создана Восточная марка, которая располагалась восточнее Линц (Linz), Энс (Enns), до реки Морава (Morawa). Восточная (Баварская) марка на севере граничила с Моравией, а на юго-востоке по Дунаю и от устья Моравы к востоку — с Венгрией. Тогда же была образована марка Карантания/ Karantania/ Carantana для защиты от набегов со стороны венгров. Походы венгров прекратились, а через полтора столетия король Венгрии Иштван I объявил христианство по латинскому обряду государственной религией. Он так преуспел, что легат (представитель) папы римского лично короновал Иштвана I, который стал в Венгрии единым обладателем, как духовной, так и светской власти.

После поражения венгров неизбежно должно было начаться наступление объединенной армии короля Оттона I на полабских славян. В преддверии решающей битвы славяне (князья Стоигнев и Нако [{208}]) через посольство объявили, что «желают управляться без чужого вмешательства. В противном же случае, они предпочтут войну унизительному миру и с оружием в руках будут защищать наследованную от отцов свободу». «Бодричи (оботриты — прим.), велеты (вильцы, лютичи — прим.), черезпеняне и доленчане дружно взялись за оружие». Руяне, руководимые «племенною враждой ран (руян — прим.) и велетов», выступили на стороне маркграфа Геро [{24}, с.83].

Армия Оттона I с многотысячной саксонской конницей, войском чешского князя Болеслава I, пехотинцами из Фризии, всё «опустошая и предавая огню» [{91}], направилась с запада на полабских славян. С юга, через земли гавелян и укрян выдвинулись саксонские войска маркграфа Геро I. С севера наступали руяне.

Оботриты князя Стоигнева (Stoignev), которые состояли преимущественно из пехотинцев, заняли оборону в болотистой местности у реки Ракса /Raxa (в настоящее время Рекникс/ Reicknitz). В октябре 955 года у реки Ракса (А. И. Павинский считал, что у города Malchow/ Мальхов) произошло решающее сражение, которое принесло победу Оттону I. Тысячи оботритов были подавлены конницей. Семистам попавших в плен славянским воинам и их князю Стоигневу отрубили головы [{54}, 91]. В этом сражении участвовал и Людольф, сын Оттона I. По словам Видукинда, «король приобрел себе громкую славу». На пире после сражения Оттона I величали «Великим», как короля Карла Великого. Князь Нако был вынужден покориться Оттону I. Остаток дней он доживал в замке Мекленбург (южнее города Висмар — прим.).

Монах Адам Бременский писал, что после сражения 955 года следовало тридцать лет, когда славяне были христианами. Видимо, в это время было затишье в противостоянии германцев и оботритов. Расправившись с оботритами, с 957 по 960 год армия Оттона I совершала ежегодные походы против ратарей союза вильцев [{24}, с.85].

В 957 году, через два года после сражения у реки Ракса, скончался Людольф, сын Оттона I от первого брака. Это позволило в 961 году на съезде знати и духовенства избрать семилетнего Оттона II Рыжего (961–983), сына Оттона I и его второй жены Аделаиды соправителем Оттона I. Вскоре в Аахене состоялась и коронация.

После того, как Оттон I подавил мятежи в своем королевстве и «подчинил своей власти почти все королевства, которые отпали после смерти Карла, он поднял оружие против данов, которых ранее разбил в войне ещё его отец (в 931 году — прим.)… Перейдя границу Дании, расположенную тогда у Шлезвига, он огнём и мечом разорил всю область до самого крайнего моря, которое отделяет норманнов от данов… На обратном пути, в Шлезвиге против него выступил Харальд и вступил с ним в битву (Харальд I Синезубый, король Дании и Норвегии; умер в 986 году — прим.). Обе стороны мужественно сражались, однако победу одержали саксы… Приняв мирные условия, Харальд подчинился Оттону. Получив королевство из его рук, он обещал ввести в Дании христианство. Немедля Харальд был крещён (в 965 году — прим.) вместе с его женой Гунхильдой и малолетним сыном, которого король, подняв из святой купели, назвал Свеном — Отто (Свен I Вилобородый, король Дании с 986 по 1014 год, Норвегии с 986 по 995 год и Англии с1013 по1014 год — прим.). В это же время Дания по эту сторону моря, — местные жители называют её Ютландией, — была разделена на три епископства и подчинена Гамбургской епархии» [{7} кн.2 с 36].

Создание епископств на землях западных славян

Из средневековых источников следует, что в описываемый период епископы Восточно-Франкского королевства могли назначаться не папой, а королем. Сами епископства и церковные саны могли приобретаться за деньги. Фактически епископы выступали как в роли священников, так и феодалов. В распоряжении епископов находились земли, население, жившее на этих землях, свои армии. После захвата территорий славян вводились дополнительные налоги в пользу новых феодалов и церковные подати в пользу епископов. Другими словами, расширение Восточно-Франкского королевства способствовало увеличению доходов феодалов и епископств. Если земли захватывали епископы, то они получали и налоги, и подати. Кроме этого «введение христианства отразилось ещё большим усилением княжеской власти. Славянские государи стали считаться теперь Божьими помазанниками, получившими свою власть» [{208}, с.78].

В 10 веке на землях славян были открыты следующие епископства: в 946 году Хафельбергское в городе Гаволин; в 947 году Ольденбургское в городе Старигард (относилось к Гамбургскому архиепископству); в 948/ 949 годах Бранденбургское в городе Бранибор; в 968 году Мейсенское. В 968 году было создано Магдебургское архиепископство, которое должно было стать центром христианизации лужицких сербов и лютичей. Магдебургскому архиепископу Адальберту (968–981) подчинялись епископы Мерзебурга (епископство основано в 968 году), Цейса (епископство основано в 968 году), Мейсена, Хафельберга и Бранденбурга [{7}, кн.1, с. 145].

В 973 году Оттон I передал десятину даней от укрян, речан, ратарей, доленчан и черезпенян церкви святого Маврикия в Магдебурге. У Ольденбургского епископа было «два богатых подворья: одно в местечке, которое называется Босау, а другое на реке Травна, в месте, именуемом Незенна, где находился храм и каменный дом, неподалеку от подошвы горы, которую …называли по крепости, на ней возведенной, Зигеберг» [{9}, кн.1, с. 168]. В Мекленбурге был основан женский монастырь.

Ольденбургское или иначе Старигардское епископство предназначалось для обращения в христианскую веру по латинскому обряду славян оботритского союза до реки Пена, до города Дымина/ Деммина. Бранденбургское епископство предназначалось для вильцев (велетов, лютичей), живущих между реками Лаба/ Эльба и Одра/ Одер до северных границ укрян, речан и дошан. Хафельбергское епископство распространялось на земли летичей, нелетичей, земчичей, дошан, глинян, мюричан и др. Как писал профессор А. И. Павинский, для саксонских феодалов и епископов «введение христианства сделалось новым средством для распространения и обеспечения сделанных приобретений» [{24}, с.100].

По данным А. И. Павинского, «названные епископства не могут служить доказательством того, что в областях, в них входящих, утвердилось уже христианство… Могли быть даже случаи, что епископская церковь была единственным местом богослужения в целой епархии… тем не менее, население было принуждено вносить в пользу епископа церковную десятину за не существовавшие на лицо приходы» [{24}, с.95]. В работе монаха Гельмольда из Босау имеется запись о размере такой дани, взимаемого с одного участка земли: «Ежегодно со всей земли вагров и бодричей вносилась епископу считавшаяся десятиной дань: с каждого плуга по мере зерна и по 40 пучков льна, и по 12 монет чистого серебра; сверх того, одна монета как вознаграждение для сборщиков. Славянский же плуг составляет пару волов или одну лошадь (площадь земли, обрабатываемая парой валов или одной лошадью — прим.)» [{9}, кн.1, с.166]. Кроме этого существовали подати в пользу жупы (административной единицы), чрезвычайные и регулярные подати в пользу князей. Налагаемая на славян имперская дань, церковная десятина «tributum pro decimal», ущемление в правах славян следовали за нашествиями саксонской армии, убийствами, огнем и разграблением населения. «Не трудно будет представить себе, с каким враждебным чувством встречалось славянским населением новое учение, сопряженное с таким отягощением для народа. И поэтому нельзя удивляться, что христианство не дало никаких успехов, что оно напротив того, при первом удобном случае подвергалось яростному гонению, и все пущенные им ростки тщательно истреблялись» [{24}, с.96].

Формирование империи на западных границах славян

Экспансионистская политика королей Германии привела к вассальной зависимости князей соседних с Германией славянских образований. Условия вассалитета обязывали правителей соседних стран, княжеств участвовать в войнах на стороне короля, выплачивать дань и содействовать распространению христианства по латинскому обряду. К середине 10 века Восточно-Франкское королевство значительно окрепло и представляло ведущую силу в Западной Европе в военном, экономическом и политическом отношении. Но король Восточно-Франкского королевства нуждался в эффективном средстве сплочения под его властью не только многочисленных ветвей племенной знати, доселе противящихся возрастающей власти короля, но также и удержания власти на колонизированных землях. Объединение многоплеменного, разросшегося вследствие захвата сопредельных земель, королевства, с использованием армии, родственных связей, междинастических браков и «преданных» вассалов было затратным, неэффективным способом и приносило только кратковременные плоды. Потребность в средстве управления массовым сознанием стало осознанной необходимостью. Идея единого христианского мира не только в рамках Восточно-Франкского королевства, но и для всей империи, ждала своего нового императора.

В тоже время Рим по прежнему нуждался в экономической подпитке и военной защите, сохранении и расширении сферы влияния римско-католической церкви. Епископства также были заинтересованы в расширении территорий влияния. Интересы Рима и германского королевства исторически предопределили более тесное сближение папского престола и правителей Германии.

В 960 году римским папой был Октавиан, принявший имя Иоанн XII (937–964). Между королем Италии Беренгаром II (900–964) и Иоанном XII произошел вооруженный конфликт из-за земель, захваченных, как писалось, «людьми» папы у Беренгара II. Папа римский обратился за помощью к королю Восточно-Франкского королевства Оттону I Великому, который использовал просьбу папы римского для получения титула императора.

В 961 году германские войска вошли в Италию и низложили Беренгара II. Иоанн XII поклялся в верности Оттону I, римская аристократия последовала его примеру, а в начале февраля 962 года Иоанн XII в церкви святого Петра уже короновал Оттона I императором римлян и франков. Оттон I, в свою очередь, гарантировал защиту папской области.

Таким образом, король Оттон I Великий получил власть над светской и духовной властью в государстве. Название «империя» в то время расценивалось как объединение христианского мира, а создание империи было воспринято как продолжение Римской империи и империи Карла Великого. Коронация в Риме ставила Оттона I выше других правителей христианского мира. В середине 12 века империя стала называться Священной, затем Священной Римской империей (Heiliges Römisches Reich).

Но папа Иоанн XII, видимо, опасаясь власти, приобретенной Оттоном I, а также и его армии, вступил в переговоры с сыном Беренгара II. Опасения Иоанна XII были не напрасны. В декабре 963 года Оттон I возвратился в Рим со своей армией, созвал местный собор, на котором настоял на осуждении и смещении папы Иоанна XII, а также на избрании новым папой Льва VIII [{9}, кн.1, с. 165]. Император потребовал обещания, чтобы в дальнейшем папа не назначался без согласия Оттона I. Таким образом, император Оттон I, опираясь на армию, присвоил себе право назначать папу римского.

Через месяц Оттон I подавил мятеж римлян, пожелавших восстановить Иоанна XII. Однако после ухода армии Оттона I, римляне все же восстановили Иоанна XII на папском троне, а Лев VIII укрылся у Оттона I. Весной следующего года, (в мае 964 года) армия Оттона I осадила Рим. Римляне вынуждены были сдаться, а Лев VIII вновь обрел папский трон, но в 965 году умер. Скончался и смещенный Иоанн XII.

В 966 году император Оттон I с войсками вновь вошел в Рим и назначил новым папой Иоанна XIII, который уже в следующем (967) году торжественно короновал в качестве будущего императора тринадцатилетнего Оттон II, сына Оттона I.

Дальнейшим шагом Оттона I стало присоединение к империи южных областей Италии, которые в то время принадлежали Византии. С этой целью в 972 году был заключен брак между Оттоном II и дочерью византийского императора Романа II Феофано. Оттон I получил южные области Италии (кроме Апулии и Колабрии) в качестве приданого Феофано.

Таким образом, на рубеже первого и второго тысячелетий, римской католической церковью и германской аристократией было создано феодально-теократическое государственное образование, которое по своему статусу могло влиять даже на избрание и политику римского папы. Реализовалась идея имперского мира с духовным центром в Риме при доминировании национальных интересов германского королевства. Создание империи во многом предопределило ход исторических событий и судеб европейских народов и, в частности, западных славян.

С самого начала выстраивания политики империи возник вопрос о верховенстве власти. Римское папство исходило из принципа верховенства духовной власти над светской. Для правителей Восточно-Франкского королевства было важно, чтобы над светской властью и над духовенством стоял германский император. Поэтому вопрос возведения на императорский престол того или иного короля всегда был острым моментом во взаимоотношениях между римскими папами и королями Германии.

Только почти через два столетия, в 1122 году в Вормском конкордате было зафиксировано ограничение прав императора в области духовной сферы. Император лишился права влиять на избрание папы и назначать епископов. Претенденты на церковные должности лишились возможности приобретения церковных санов за деньги. Но германские императоры сохранили за собой влияние на местных епископов, поскольку те являлись землевладельцами и получали земли от императора. При этом епископы должны были выполнять обязательства перед их сувереном — императором, как вассалы.

C 1512 года название «Священная Римская империя» изменилось на «Священная Римская империя германской нации» (Heiliges Römisches Reich Deutscher Nation), а в начале 19 века стала называться «Германская империя» (Deutsches Reich).

Польское княжество Мешко I в период правления Оттона I

В 960 году Мешко I (князь с 960 по 992 год) из династии Пястов унаследовал княжество Великая Польша со столицей в Гнезно. В 963 году, воспользовавшись разгромом западных славян, Мешко I попытался присоединить Западное Поморье с его плодородными землями, портами, выходами к морю к своему княжеству. Однако вследствие сопротивления поморян, лютичей и немецких князей его попытка не увенчалась успехом. Тем не менее, Мешко I удалось присоединить к своему княжеству земли любушан, а желание любой ценой захватить Западное Поморье не покидало Мешко I и вынуждало искать сближения с Оттоном I.

В 965 году Мешко I женился на Дубравке, дочери чешского князя Болеслава I, которая была связана с окружением Оттона I. Ранее она крестилась по латинскому обряду и была замужем за Гунтером Мерзебургским, маркгафом Мерзебурга, Мейсена и Цайца. По её совету в 966 году Мешко I принял христианство по латинскому обряду и объявил его государственной религией польского княжества. Такая политика Мешко I привела к сакральным последствиям. Хотя поляки и русские имели одни те же генетические и исторические корни, но события тех лет, образно говоря, «вбили» ещё один, но уже религиозный клин в сообщество славянских народов. Такова рода преданность Мешко I была замечена императором. В 967 году германские князья уже не поддержали поморян, а Западное Поморье было включено в польское княжество. Не прошло и года, как в Познани было открыто первое католическое епископство.

В тот же 967 год состоялся неудачный выход из союза оботритов князя вагров (Selibur), который совместно с Вихманом (племянником маркграфа Германа Биллунга) выступил с военным походом против Германа Биллунга. Князь вагров потерпел поражение и, опасаясь захвата Вагрии саксонским герцогом, был вынужден вернуться в союз оботритов. Вихман перебрался в Волин, а Selibur передал княжескую власть Седриху (Sedrich), вероятно его сыну, который оставался князем вагров до 1018 года [{18}].

Войны Оттона II Рыжего за удержание власти

В мае 973 года, в возрасте 60 лет Оттон I ушел из жизни и был погребен в Магдебурге. На трон короля Германии и императора Священной Римской империи взошел Оттон II Рыжий (р. 955 — у. 983), восемнадцатилетний сын императора Оттона I и королевы Италии Адельгейды Бургундской.

Мешко, лишившись своего покровителя Оттона I, и, опасаясь лишиться Западного Поморья, обязался платить дань Оттону II Рыжему за Западное Поморье, хотя раньше её не платил.

Король Дании и Норвегии Харальд I Синезубый, в отличие от Мешко I, отказался платить дань Оттону II. Более того, в Хедебю были убиты послы императора вместе с его маркграфом и полностью вырезана вся колония саксов. В августе 974 года Оттон II со своей армией, «напав на восставших против него данов», вышел к Шлезвигу, где «его враги заняли войском ров, приготовленный для обороны отечества, и ворота, называемые Виглесдор» (укрепленную полосу, которая тянулась от Шлезвига на востоке до болот побережья Северного моря на западе). Титмар из Мерзебурга [{94}, кн.3, п.6] в своей хронике написал, что Оттон II «все эти укрепления мужественно одолел», а датский король вынужден был подчиниться императору.

Обострившаяся внутриполитическая обстановка в Германии заставила Оттона II со своей армией вернуться. В 973 году умер герцог Швабии Бурхард III (954–973). Генрих II Строптивый (951–995), герцог Баварии (955–976; 985–995), двоюродный брат Оттона II, являвшийся, как и Оттон II, внуком короля Генриха I Птицелова, намеревался присоединить Швабию к своему Баварскому герцогству. Опасаясь усиления независимости Генриха II Строптивого и потери трона, Оттон II передал Швабию своему племяннику Оттону I, сыну Людольфа Швабского (Людольф, брат Оттона II, был лишен герцогства их отцом Оттоном I из-за заговора). Тогда в 973/974 году Генрих II Строптивый поднял восстание с целью свержения Оттона II. К восставшим присоединился чешский князь Болеслав II Благочестивый (932–999) и польский князь Мешко I.

В 974 году войска восставших были разбиты, а в 976 году был схвачен и Генрих II Строптивый. Герцогство Бавария перешло к Оттону I (сыну Людольфа), герцогу Швабии. Каринтия и Восточная марка были выделены из герцогства Бавария. Восточная марка была передана в управление Леопольду I из дома Бабенбергов. Это Восточное маркграфство являлось буферной зоной между империей и венграми. Позже на территории Восточной марки возникла Австрия (Österreich), а 976 год считается годом её основания.

Не был забыт Оттоном II и Генрих I Младший (940–989), сын бывшего герцога Баварии Бертольда, который в 947 году не получил герцогство Бавария после смерти отца. В 976 году Оттон II даровал Генриху I герцогство Карантания, которое было образовано из марки Верона, славянских марок Подравской, Посавской, Крайненской (земли современной Словении), Фриульской (земли области Фриули — Венеция — Джулия в Италии), Карантанского маркграфства и Истрийской марки.

Герцогство Карантания и Восточная марка на карте 10 века. Карантанское маркграфство находилось на границе с Венгрией, в северо-восточной части герцогства [{105}]

Основным населением Карантании были славяне. После образования герцогства наступила новая волна германской колонизации, которая привела к выдавливанию славян и онемечиванию оставшихся. Часть земель герцогства была выделена епархии Гурк/ Gurk, а позднее епископству Лавант, расположенному в Восточной Каринтии и Штирии.

Но правление Генриха I Младшего было недолгим. В 977 году началось новое восстание против императора, названное союзом «трех Генрихов»: Генриха II Строптивого, Генриха I епископа Аугсбурга и Генриха I Младшего. В 978 году восстание было разгромлено, Генрих II Строптивый был схвачен, а Генрих I Младший лишился герцогства, которое было передано Оттону I Вормсскому, сыну Конрада Лотарингского, погибшего в 955 году в бою с венграми у реки Лех. В 983 году Генрих I Младший был прощен и получил герцогство Бавария, но как оказалось, всего на три года. Полную покорность Оттону II признал и польский князь Мешко I. Лотарь, король Западно-Франкского королевства, после нескольких лет войны с Оттоном II отказался от своих притязаний на Лотарингию.

В 976 году возникла новая угроза для империи Оттона II. Южные области Италии захватили арабы (сарацины). Наступление носителей ислама поставило под угрозу безопасность Рима, сакральной столицы империи. В 980 году Оттон II вошел в Рим. Армия императора пополнилась итальянцами и войсками из Южной Германии.

В середине июля 982 года армия Оттона II сразилась в битве с сарацинами эмира Абуль-Касима. Эмир погиб, но легкая арабская конница обеспечила победу над изможденными жарой германцами. Только по случайности императору Оттону II удалось спастись.

Восстание и восстановление независимости западных славян

После смерти князя Нако оботритский престол заняли его сыновья Мстивой (встречаются написания: Mstivoj, Mistivir, Mistiuis, Mistui, Mistuwoi, Mistiwoi, Mystiwoi) и Мстиград (встречающиеся написания: Mstigrag, Mizzidrog, Мечидраг), которые правили с 965/967 по 995 год [{56}, 18]. У Гельмольда из Босау об этом сказано следующее: «Князьями у винулов (западных славян — прим.) были Мстивой и Мечидраг, под руководством которых вспыхнул мятеж» [{9}, кн.1, п.16]. У Адама Бременского «Mystiwoi et Mizzidrog» [{7}].

Князь оботритов Мстивой, вследствие разгрома славян у реки Ракса, в значительной степени зависел от маркграфа Германа Биллунга. Мстивой даже при крещении получил имя Биллунг. У Гельмольда из Босау князь Мстивой назван «Billug» («князь бодричей, по имени Биллуг» [{9}, кн.1, п.13, 14]). Шафарик полагал, что имя Биллуг было дано при крещении, в честь саксонского герцога Биллунга (маркграф Вендской марки с 936 года, а с 961 года — герцог Саксонии). Этой же точки зрения придерживались Гильфердинг, Богуславский, Ваховский [{9}, прим.].

Мстивой добился свадьбы с сестрой епископа Старигарда Wago (974–976). У Гельмольда об этом сказано: «Этот епископ, живший среди славян в величайшем благополучии, имел, как рассказывают, прекрасную сестру, (руки) которой домогался князь бодричей по имени Биллуг». Позднее «Биллуг… прогнал от себя сестру епископа» [{9}, кн. 1, п.13, 14]. Их детьми были сын Мстислав/ Мечислав (Mstislaw/ Missislav) и дочь Годика/ Ходика (Hodica) [{56}]. У Гельмольда из Босау: «От нее была у него дочь, по имени Годика, которую дядя ее, епископ, поместил в женский монастырь, а когда она обучилась священному писанию, поставил ее аббатисой над монахинями, которые находились в Микилинбурге» [{9}, кн.1, с.167]. Гельмольд из Босау о родстве Биллунга и Мечислава писал: «Биллуг вместе с сыном своим Мечиславом» [{9}, кн1, п.14].

Мстивой для того, чтобы избежать выплаты обязательной церковной десятины, задумал хитрость. По договору с Wago он получил право получать церковную десятину в пользу своей дочери (племянницы епископа). За это Мстивой в каждой административной единице (жупе) выделил епископу самые обширные имения по выбору епископа. Позднее Мстивой со своим сыном Мечиславом «начал опустошать грабежами владения епископа». «Он стремился довести дело до того, чтобы епископ лишился прав, как на десятину, так и на владения, считая, что если приведет в расстройство главу церкви, то легче будет уничтожить служение» [{9}, кн.1, с.169].

После того как к Мечиславу перешел титул князя оботритов, он упразднил монастырь в Мекленбурге, а свою сестру Годику выдал замуж за Болеслава I Храброго (польского князя, сына князя Мешко I и его жены Дубравки).

Cаксонские маркграфы Тиадрих (преемник Геро Железного) и Бернгард (сын Германа Биллунга), как и их предшественники, не отличались гуманизмом по отношению к славянам. Той же монетой платили им и славяне. Но для славян горькие уроки прошлого не прошли даром. Славянские союзы научились выступать на борьбу с общим врагом не раздельно, а совместно на всем протяжении Эльбы. Воспользовавшись разгромом германской армии Оттона II в Италии сарацинами эмира Абуль-Касима (982 г.), славяне начали, как записал монах Гельмольд, «мало-помалу подниматься не только против законов Божеских, но и против императорских постановлений» [{9}, кн.1, с. 168].

В 983 году гаволяне перебили колонию германцев в Хавельберге (Хафельберге). Церкви в Хавельберге и Браниборе/ Бранденбурге были разрушены до основания [{94}]. Гаволяне перешли Лабу (Эльбу) и вторглись в саксонские земли. Не надеясь на подход армии императора, войска маркграфа Тиадриха, выступившего вместе с гальберштадским и магдебургским епископами, смогли оттеснить гавелян за Эльбу. Тогда же Мстивой и его сын Мстислав/ Мечислав в союзе с лютичами сожгли и разрушили Гамбург. С земель западных славян от Лабы (Эльбы) до Одры (Одера) были изгнаны германские переселенцы с запада. В 983–990 годах были ликвидированы епископства в Бранденбурге и Хавельберге, упразднена власть германцев и восстановлена независимость западных славян. Германцы смогли удержать только Лужицкое и Мейсенское маркграфства, жители которых не участвовали в восстании.

Саксонский монах Адам Бременский о причинах и последствиях этого восстания западных славян написал следующее [{7}, кн.2, п.42–45]: «Тогда же и славяне, терпевшие несправедливости от христианских судей, сбросили, наконец, иго рабства и вынуждены были оружием защищать свою свободу. Князьями у винулов (вендов, западных славян — прим.) были тогда Мистуи и Миззидрог (Мстивой и Мстиград — прим.); под их руководством и вспыхнул мятеж. Восстав во главе с этими вождями, славяне сначала огнём и мечом разорили всю Нордальбингию, а затем, пройдя по прочим славянским землям, сожгли, разрушив до основания, все церкви; они мучили различными казнями священников и прочих церковнослужителей и не оставили по ту сторону Эльбы и следов христианства». «В Гамбурге в то время и позже многие из духовенства и горожан были уведены в плен, а ещё больше людей убито из ненависти к христианству». «Вот что происходило при герцоге Бернгарде, который жестоко угнетал славянский народ» … «Герцог Бернгард, забыв о дедовском смирении и отцовском благочестии, сначала из жадности жестоко притеснял народ винулов, чем вынудил их вернуться к язычеству» [{7}, кн.2, п.42–45].

В Швеции, при Олафе II, распространение христианства происходило по иному, на основе соглашения с населением. Сначала король Олаф крестился сам, потом он «велел крестить» свою жену и двух сыновей Эмунда (Эдмунда [{7}]) и Анунда. Затем, «желая обратить в христианство подвластные ему народы, он приложил много усилий к тому, чтобы разрушить святилище идолов Упсалу, расположенное в самом центре Швеции. Опасаясь этого его намерения, язычники, как говорят, постановили на народном собрании, что если король хочет быть христианином, то пусть возьмёт по своему выбору лучшую область Швеции и управляет ей по своему закону. Пусть он заложит в ней церковь и введет христианство, но не станет никого из народа силой заставлять отказываться от почитания языческих богов, если, конечно, кто-нибудь не пожелает обратиться к Христу добровольно» [{7}, кн.2, с.54, 59]. В качестве примера другого подхода к христианизации по латинскому обряду, Адам Бременский привел историю о проповеднике Вольфреде, который прибыл из Англии для обращения шведов в христианство. Когда он (Вольфред), схватив секиру, разбил идола (по имени Тор), на него «тут же обрушилась тысяча ударов, и достойная венца мученичества душа отлетела на небо. А его растерзанное в результате долгих издевательств тело варвары сбросили в болото» [{7}, кн.2, с.55].

Итак, к концу первого тысячелетия западные славяне смогли объединиться и вернуть себе прежнюю независимость. Как писал профессор А. И. Павинский, «Они успели сбросить иго немецкое, восстановили свой прежний народный быт, распространили даже свои пределы и стали твердою стопою на средней Эльбе. Следы христианства исчезли, народные божества восторжествовали» [{24}, с.114].

В декабре 983 года император Оттон II Рыжий скончался. Со смертью императора начался очередной передел власти внутри Германии. Корона перешла к Оттону III (983–1002), трехлетнему сыну Оттона II Рыжего. Фактически, правление перешло к матери Оттона III, византийской принцессе Феофано, как регента при малолетнем сыне. Оботритский князь, в отличие от польского князя Мешко I, отказался прибыть ко двору для принесения присяги новому королю. Вскоре и чешский князь Болеслав отложился от Оттона III. Генрих II Строптивый, который получил свободу, вновь поднял восстание с целью захвата королевского престола. Сместить малолетнего Оттона III ему не удалось, но в 985 году Генрих II Строптивый получил права на Баварию, отказавшись от притязаний на корону Германии. Генрих Младший вновь стал герцогом Каринтии. Оттон I Вормсский стал маркграфом Вероны при сохранении титула герцога.

После перераспределения власти в королевстве взоры феодалов Германии вновь обратились на восток. Их стремление подчинить чехов совпало с амбициями польского князя Мешко I вновь расширить свои границы за счет соседей. В 986 году был совершен поход германцев и польского войска на чешское княжество. На этот раз польские и чешские славяне уничтожали друг друга. Княжество было разорено, а чешский князь Болеслав был принужден принести вассальную присягу германскому королю. Поддержка германцев позволила Мешко I присоединить Силезию и земли к юго-востоку от польского княжества, ранее входившие в территорию Великой Моравии. «Лютичи действовали самостоятельно и враждебно против немецкого короля и его союзника». Польский князь, «по-видимому действовал заодно с Оттоном III против лютичей, ближайших своих соседей на западной границе по Одре, вероятно, в видах распространения своей державы» [{24}, с. 111].

В 990 году «саксы, собравшиеся с силами, два раза отражали бодричей, наносили им чувствительный урон и усмирили на время возмущение в соседней бодрицкой стране» [{24}, c.109, 111].

В 991, 992 годах состоялся новый совместный поход германцев и польского князя, но уже на земли гавелян. К этому походу присоединились и войска чешского князя Болеслава, который принес присягу королю Германии. На этот раз в братоубийственную войну между славянами были втянуты уже и чехи. Была взята древняя славянская крепость Бранибор и в нем разместился саксонский гарнизон. В следующем году оботриты и лютичи совершили ответный поход на саксонские земли.

В 995 году армия Оттона III при участии войск чешского князя Болеслава и польского князя Болеслава I Храброго (польский князь, сын Мешко I; правил с 992 по 1025 год) дошла до реки Пена, но была принуждена через земли гавелян вернуться в Саксонию. Вслед за армией Оттона III объединенные войска оботритов и лютичей вошли в Саксонию и разорили её.

Нового похода на славян не последовало. Оттон III заключил перемирие со славянами с тем, чтобы короноваться императором в Риме, как это сделали его дед и отец. В 996 году шестнадцатилетний Оттон III вошел в Рим и возвел на папский престол своего кузена Бруно (Григория V), а Бруно короновал Оттона III императором. Девизом Оттона III был «Возрождённая Римская империя». После смерти Бруно, которая произошла в 999 году, Оттон III возвел на папский престол своего наставника Герберта Орийякского (Сильвестра II).

В 997 году Оттон III, коронованный императором, совершил новый поход на гавелян, но был принужден вернуться на левый берег Эльбы. За ним следом лютичи ворвались в северо-восточные земли Саксонии. Полоса земли по левому берегу Эльбы, как и раньше, «была занята славянским населением». В 998 году император, покинув Германию, уехав в Италию, где умер в своем замке в начале 1002 года.

В этот период смены тысячелетий оботриты и лютичи достигли единения. Это позволило им стать такими же независимыми, как и при Карле Великом.

Выход данов из ленной зависимости от Германии. Скандинавия в конце 10 века

В тот же период времени в Скандинавии произошли следующие события. Даны вернули себе Хедебю и вышли из ленной зависимости от Германии. В 986 году король Харальд I Синезубый (король Дании 958–986; король Норвегии до 986 года) был низложен своим сыном Свеном I Вилобородым (король Дании 986–1014; король Норвегии 986–995, 1000–1014; король Англии 1013–1014). С приходом к власти Свена, даны отреклись от христианства, а раненому Харальду, как считается, удалось найти убежище у славян в городе Йомсборг/ «Юмнена», где вскоре он умер от ран.

В том же 986 году король Швеции Эрик VI Победоносный (970–995), собрав «войско, бесчисленное, как песок морской», напал на Данию. «Король Эрик вышел победителем» и стал королем как Швеции, та и Дании [{7} кн.2 с.45]. После смерти Эрика (994/995) Свен I Вилобородый вернулся из Шотландии, где был в изгнании, и принял королевство своих отцов. Он взял в жёны Сигрид, вдову Эрика VI, которая родила ему Кнуда Великого (995–1035), будущего короля Дании (1018–1035), Англии (1016–1035), Норвегии (1028–1035) и Шотландии (с 1031).

В 994 году даны и шведы пересекли Британское /Северное море и вошли в устье Эльбы, опустошив территории между Везером и Эльбой. В сражении у города Стадии войска саксов были разгромлены. По словам монаха Адама из Бремена норманны «уничтожили всю силу саксов» [{7} кн. 2 с. 45]. Многие из саксонских вельмож были захвачены в плен, закованы в цепи и отведены на корабли для выкупа [{94}, кн.4, п.23–25].

По одной из версий Эрик VI Победоносный был женат на Светославе (Сигрид Гордой), дочери князя Мешко I, сестре Болеслава I Храброго. Сын от их брака — Олаф Шётконунг (980–1022), король Швеции (995–1022). Жена Олафа Шётконунга — Астрид Мекленбургская, дочь оботритского князя. В 1019 году Олаф Шётконунг выдал свою дочь Ингигерду за новгородского князя Ярослава Мудрого («Олаф, король шведов, был христианином; он женился на Эстрид, славянке из племени ободритов, а та родила ему сына Якова и дочь Инград, которую взял в жёны святой король Герзлеф из Руси» [{7}, кн.2, п.39]).

После прихода к власти Олаф Шётконунг, «внезапно явившись с войском, прогнал несчастного Свена из его королевства и овладел Данией». Однако позже «Олаф Шётконунг восстановил Свена на престоле, поскольку тот был женат на его матери» и заключил с ним договор о мире [{7} кн.2 с. 48].

Заключение мира вызвало гнев Олафа I Воронья нога, короля Норвегии. «Собрав бесчисленный флот, он объявил королю данов войну». В морской битве при Свольдере, состоявшейся летом 1000 года, «норманны были разбиты», а Олаф I Воронья нога погиб. После смерти короля Норвегии Свен стал править Данией и Норвегией [{7} кн.2, с.48].

Западные славяне в одиннадцатом веке

Конфликт интересов польского князя Болеслава I и короля Генриха II Святого

После смерти в Италии молодого императора Оттона III, прозванного «Чудо мира», в Германии традиционно обострилась борьба за королевский престол. Наиболее авторитетным претендентом на трон германского короля был маркграф Эккехард Мейсенский, но в апреле 1002 года, по дороге в Майнц, где должно было состояться обсуждение его кандидатуры, маркграф был убит. Другим претендентом был герцог Оттон I Вормсский (Каринтийский), который не стал рисковать и претендовать на корону в обмен на обещание герцога Баварии Генриха II Святого (973- 1024) вернуть ему герцогство Каринтия в случае избрания. На съезде знати в Майнце, который состоялся в июне 1002 года, Генрих II Святой, сын Генриха II Строптивого был избран германским королем.

Вновь избранный король проявил твердое намерение сконцентрировать власть в Германии в своих руках за счет сокращения полномочий племенных герцогов, крупной родовой аристократии. Генрих II Святой, как и обещал, отделил Каринтию от Баварии (произошло окончательное отделение Каринтии от Баварии) в пользу Оттона I Вормсского. Королевские войска были направлены против восставшего герцога Швабии Генриха, обиженного тем, что знать отвергла его кандидатуру в пользу Генриха II Святого. Затем Генрих II направил войска в Тюрингию для подавления волнений. В сентябре 1002 года, после того, как все земли присягнули Генриху II Святому, состоялась вторичная коронация короля, но уже в соборе Аахена — традиционном месте коронации германских королей.

В 1002 году польский князь Болеслав I Храбрый воспользовался убийством маркграфа Эккехарда I Мейсенского для присоединения территорий Мейсенского маркграфства и Лужицкого маркграфства к своему княжеству. В этих маркграфствах Болеслав I занял ключевые крепости: захваченную ранее германцами крепость Будишин (в настоящее время район города Bautzen), крепость Стрела (в настоящее время Strehla — городок, расположенный на левом берегу Эльбы ниже по течению от Мейсена), крепость Мишни (район города Мейсен). Эти земли были для Болеслава I привлекательны тем, что их основное население составляли лужицкие сербы и в значительно меньшей степени переселенцы из западных германских территорий. Поэтому Болеслав I рассчитывал закрепиться на этих землях и пополнить свои войска за счет местного населения.

Болеслав I Храбрый прибыл в Мерзебург (Merseburg) на встречу с избранным королем Генрихом II Святым и заявил свои права на земли Мейсенского и Лужицкого маркграфств. Но объединение славянских народов в одно государственное образование и его усиление противоречило политике германских королей. Генрих II Святой передал Мейсенское маркграфство Гунцелину (младшему брату Эккехарда I Мейсенского; с 1002 по 1009 год — маркграф Мейсенской марки). Земли же лужичан Генрих II предложил Болеславу I в лен, как вассалу. На встрече произошла ссора. Покинув Мерзебург, по пути домой Болеслав I поджег завоеванную им ранее крепость Стрела.

В марте 1003 года Болеслав I Храбрый с помощью национальной знати Чехии захватил престол чешского королевства, став князем не только в польском, но и в чешском княжестве. Прежний князь чехов Болеслав III Рыжий был ослеплен. Затем Болеслав I со своими войсками присоединился к вооруженному восстанию Бруно, младшего брата Генриха II Святого и маркграфа Генриха Швайнфуртского (который способствовал избранию Генриха II королем Германии и безуспешно надеялся получить за это герцогство Бавария) против Генриха II Святого.

Тогда же Генрих II Святой, опасаясь объединения оботритов и лютичей в союзе с Болеславом I, заключил с ними договор. Об этом событии Титмар, немецкий хронист 10–11 веков записал, что Генрих II «милостиво принял послов редариев (оботритов) и тех, что называются лютичами, и, сладостью подарков и любезностью обещаний, их, до сих пор мятежных, превратил из врагов в друзей» [{94}, кн.5, 31]. «Любезные обещания» и «сладостные подарки» колонизатора, а скорее недоверие между князьями славян, вновь не позволили объединиться с перспективой создания единого мощного союзного государственного образования. Лютичи заключили договор с Генрихом II из опасения отторжения их земель польским княжеством и воевали на стороне германцев против Болеслава I вплоть до подписания Будишинского мира между Генрихом II и Болеславом I, состоявшимся в 1018 году.

Заключение договора о мире было важно для германского короля и по причине того, что Генрих II Святой собирал армию для похода в Италию. Возможное объединение славян, тем более, в условиях ухода армии из Германии представляло бы для государства Генриха II реальную угрозу.

Война 1002–1004 года Генриха II Святого с Италией

Императоры и короли Германии рассматривали Италию в качестве вассального королевства еще со времен Карла Великого. Но в феврале 1002 года итальянская аристократия в обход Германии привела к власти маркграфа Ардуина Иврейского (1002–1014). В Германии это было воспринято как неповиновение. В 1002 году для свержения избранного короля в Италию был направлен герцог Оттон I Каринтийский с войсками, но он потерпел поражение. Возникла необходимость похода в Италию армии короля Генриха II Святого, которая в 1004 году и сломила сопротивление итальянцев. Генрих II во главе своей армии вошел в Верону, а затем в Павию (ранее Papia), где с 774 года, со времен Карла Великого возводились на трон короли Италии.

Поход армии Генриха II Святого королевство Италия в 1004 году на карте 10 века [{105}]

В мае 1004 года, в Павии, в храме San Michele Генрих II Святой был избран королем Италии, а на следующий день коронован золотой короной лангобардских королей, внутри которой находился железный обруч, изготовленный из гвоздя от креста Спасителя. Во время коронации население Павии восстало против Генриха II. Но войска германского короля подавили восстание, а город сожгли и разграбили. После того, как Генрих II покинул Италию, Ардуин Иврейский вновь занял трон короля, наказав изменников. Его правление продлилось до 1013 года.

Война польского князя Болеслава I с Генрихом II Святым

В том же 1004 году началась четырнадцатилетняя война (с 1004 по 1018 год) Генриха II Святого с Болеславом I Храбрым, который добивался присоединения сербских и лужицких земель к своему княжеству. Генрих II Святой направил свою армию против Болеслава I Храброго, но непогода вынудила германского короля повернуть армию в чешское княжество. Целью похода стало недопущение объединения в одно государство поляков и чехов и, тем самым, обезопасить восточные границы германского королевства.

При подходе армии германского короля, в Богемии вспыхнуло восстание против поляков. Генрих II низверг власть Болеслава I Храброго в чешском княжестве и назначил князем Яромира, брата Болеслава III Рыжего. В дальнейшем Яромир, как вассал Генриха II, со своими войсками чехов принимал участие в войнах против Болеслава I Храброго на стороне германцев.

В 1005 году германская армия снова выступила против Болеслава I Храброго и дошла до Познани, вынудив Болеслава I Храброго заключить договор, который предусматривал отказ польского князя от притязаний на земли Лужицкой и Мейсенской марок, а также от чешского престола. В походе Генриха II участвовали войска чешского князя и лютичи, князья которых заключили в 1003 году союз с Генрихом II. И вновь славянские народы воевали друг с другом. Оботриты в этой войне участия не приняли.

Сложно говорить о неукоснительности выполнения договоров, особенно, в средневековье. Генрих II, узнав от лютичей, что Болеслав I пытался заключить союз с оботритами, расторг мир, заключенный с Болеславом I. Польский князь также не стал ждать нападения германцев. В 1007 году его войска нанесли удар по лютичам, захватили провинцию Жа́ра (в наше время Любушское воеводство, Жарский повят Польши), Лужицкую (mark Lusiza) марку с их столицей Будишин («Буди сын») и Мейсенскую марку (Mark Misni). Затем Болеслав I Храбрый овладел столицей сербов и подступил к Магдебургу. Позднее столица сербов на немецкий лад будет названа Цербст / Zerbst, но на лужицком языке и в наше время называется Serbsk/ Сербск. Город известен тем, что в 17–18 веках одним из князей в этом месте был полковник прусской армии, позднее генерал-фельдмаршал Христиан Август Ангальт (Анхальт) — Цербстский (1690–1747) — отец Софии Августы Фредерики Ангальт (Анхальт) Цербстской — известной как императрица Екатерина II.

После падения Мейсенской марки, её маркграф Гунцелин был обвинен (в 1009 году) в союзе с Болеславом I Храбрым, а Мейсенское маркграфство было отдано Герману I, сыну Эккехарда I Мейсенского. Женой Германа I была Регелинда (989 -1014), дочь Болеслава I Храброго. Болеслав I Храбрый осадил крепость Будишин, в которой находился его зять. Саксонские войска не пришли на помощь, но Болеслав I позволил гарнизону крепости покинуть её с семьями и без кровопролития.

В ноябре 1012 года Генрих II Святой из-за сложности одновременно вести войну с арабами в Италии и войну с Болеславом I на востоке королевства был вынужден пойти на заключение мирного договора с Болеславом I Храбрым [{7}, кн.1, с.170]. Его подписание состоялось в 1013 году в Мерзебурге. По договору Генрих II обещал Болеславу I поддержку в его походе на киевского князя Владимира Святославича (960–1015), который заключил под стражу Святополка Владимировича, зятя Болеслава I за попытку восстания. Земли лужичан (Lusatia inferio) и мильчан (Lusatia superior), простиравшиеся от долины Эльбы до польского княжества, отдавались в лен Болеславу I Храброму, как вассалу короля. Болеслав I должен был участвовать в войнах на стороне Генриха II и в составе армии Генриха II совершить поход в Италию, где должна была состояться коронация Генриха II в качестве императора. Договор был подкреплен заключением в конце 1013 года брачного союза между Мешко II, сыном Болеслава I Храброго и Рыксой Лотарингской, племянницей Оттона III.

В 1013 году состоялся безуспешный поход Болеслава I на Русь. В походе участвовало 500 германских рыцарей. Болеслав же от похода в Италию отказался и начал формировать коалицию для похода на Генриха II. В 1015 году Генрих II вновь направил свои войска против польского княжества. Союзниками германского короля были лютичи и чехи. Поход закончился поражением для германцев, а поляки, преследуя их, сожгли пригород Мейсена.

30 января 1018 года, в Будишине (Баутцене) был заключен мирный договор между Генрихом II Святым и Болеславом I Храбрым, который положил конец многолетней войне, истощавшей, как Германию, так и польское княжество. За Болеславом I сохранялись земли лужичан. Кроме этого Генрих II принял на себя обязательство поддержать войсками Болеслава I в его новом походе на Русь для захвата киевского престола Святополком Окаянным, зятем Болеслава I.

Болеславу I удалось овладеть «червенскими» городами (в верховьях западного Буга и Стырь), через которые проходил торговый путь с Востока на Запад, захватить Киев, но удержать его Болеслав I не смог. Болеслав I покинул Киев и насильно увез с собой Предславу Владимировну, любимую сестру Ярослава Мудрого. В 1031 году поход Ярослава Мудрого позволил вернуть червенские города.

Летом 1024 года Генрих II Святой, король Германии, император Священной Римской империи ушел из жизни, не оставив после себя потомков. В сентябре 1024 года в Майнце произошла коронация очередного короля Германии. Им стал Конрад II (1024–1039), сын Генриха Шпейерского и Аделаиды Лотарингской, потомок Оттона I Великого по линии своей матери.

Мешко II. Возврат территорий, завоеванных Болеславом I Храбрым

Весной 1025 года, за несколько месяцев до кончины Болеслава I Храброго, польский епископат короновал его как короля Польши. После кончины Болеслава I трон Польши занял Мешко II (Мечислав II; правил с 1025 по 1034 год) из династии Пястов, младший сын Болеслава I Храброго и Эмнильды, дочери князя лужичан Добромира. Мешко II изгнал из Польши своих братьев Безпримаа и Оттона, которые были приняты киевским князем Ярославом Мудрым.

В 1027 году новый король Польши заключил союз с Венгрией, уступив ей часть земель, прилегавших к Венрии. Полагаясь на союз с Венгрией, Мешко II совершил поход на Мейсенское маркграфство и чешское княжество. Король Германии Конрад II, в свою очередь, имея мирный договор с королем Дании Кнудом Великим (994–1035), и, не опасаясь нападения данов, в 1029 году выступил в поход со своей армией против Мешко II. Лютичи, союзники германского короля в его войне с поляками, также не остались в стороне. Но неудачная осада хорошо защищенного Будишина с его высокими стенами, возвышавшимися над рекой, которая протекала у подножия скал, привела к значительным потерям германцев и отступлению армии Конрада II.

Поход армии Мешко II «между реками Салою и Эльбою произвел ужасное опустошение». В 1031 году Конрад II заключил договор с Венгрией, который фактически оставил королевство Польши не просто без союзников, а перед лицом неминуемой войны, как с империей Конрада II, так и Русью, которые ранее пострадали от разорительных походов Болеслава I и Мешко II.

Ярослав Мудрый, стремившийся к ликвидации угроз и миру на юго-западных границах Руси, выступил со своей армией в поход на польское королевство. Целью похода была замена Мешко II на его брата Безприма (987–1032).

Такое развитие событий вынудило Мешко II отказаться от Лужицкой марки и Моравии, которые были завоеваны его отцом, и предложить Конраду II мир. Однако Конрад II отказал Мешко II, которому ничего не оставалось, как бежать к чехам. Безприм получил польский престол с помощью армии Ярослава Мудрого и Конрада II, признав себя вассалом императора.

В 1032 году, после ухода армии Ярослава Мудрого, Мешко II с помощью чешского войска сверг Безприма. Однако уже в следующем, 1033 году, на съезде имперских князей в Мерзебурге Мешко II был вынужден вернуть Конраду II территории, завоеванные его отцом и отказаться от титула короля. В 1034 году Мешко II был убит.

Завоевание Англии королевством Дании. Смена королей в Скандинавии. Заключение мира между Кнудом Великим и королем Конрадом II

Но что происходило у скандинавских соседей оботритов в начале 11 века? В 1013 году король Дании Свен I Вилобородый после множества сражений «против англов, изгнал старого короля Этельреда и установил над островом (Англией) свою власть. Однако через три месяца, после того, как он одержал победу, в феврале 1014 года Свен I Вилобородый умер „внезапной смертью“» [{7} кн.2 с.52]. Кнуд Великий (994–1035), сын Свена I Вилобородого продолжил завоевание Англии, но его союзник Олаф II Святой, заняв трон короля Норвегии, прекратил участие в войне с англами. Тогда Кнуд заключил союз со своим братом Олафом Шётконунгом, королем Швеции. Снарядив «тысячу» кораблей, Кнуд высадился в Англии и воевал на острове три года без участия короля Норвегии.

В 1016 году Кнуд был провозглашен королем Англии. Сыновья Этельреда, бывшего короля Англии, нашли убежище на Руси [{7}, кн.2 с.52]. При Кнуде в Англии был совершен ряд междинастических браков. С помощью этих браков Кнуд рассчитывал «сделать англов и норманнов более верными данам и не обманулся в этом»: сам Кнуд женился на Эмме, бывшей жене короля Этельреда. Свою сестру Астрид/ Эстрид/ Маргрет Кнуд выдал за ярла Ульфа /Вольфа/ Ulf Thrugilson («Кнут отдал Маргариту в жёны Вольфу, герцогу Англии» [{7} кн.2 с.52]) и другие.

В конце 1025 года (как уже писалось ранее) король Германии Конрад II заключил договор о мире с королем Дании Кнудом Великим. По этому договору Конрад II уступил Шлезвиг «вместе с маркой по ту сторону реки Эйдер. С этого времени эта территория принадлежала королям Дании». Германские архиепископы Бремена и Гамбурга, в свою очередь, получили привилегии по назначению епископов в Дании. В знак союза между королевствами, Конрад II «сосватал в жёны своему малолетнему сыну (Генриху III, 1016–1056 — прим) его (Кнуда) дочь Гунхильду» (1018–1038 — прим.) [{7}, кн.2 с.53]. Позже, в 1035 году состоялась помолвка, а в 1036 — свадьба. Заключение мира с Данией позволило Конраду II в 1026 году со своей армией направиться в Италию. В Милане, несмотря на волнения, на Конрада II была возложена корона лангобардов, а весной 1027 года в Риме корона императора.

Заключение мира между Германией и Данией было выгодно не только Конраду II, но и Кнуду, который в 1025 году начал войну с королем Норвегии и Исландии Олафом II Святым. В 1028 году Кнуд стал королем Норвегии. Олаф II Святой, который ранее принял христианство и «не желал более терпеть никого, кто-либо хотел остаться чародеем, либо не хотел становиться христианином» [{7}, кн.2 с.54], был изгнан оппозиционно настроенными вельможами из Норвегии и нашел прибежище у новгородского князя Ярослава Мудрого. В 1030 году Олаф II собрал наемников из Швеции и Исландии, но был убит при попытке отвоевать королевство у Кнуда Великого [{7}, кн.2, с.53]. После смерти Олафа II Кнуд Великий стал править Данией, Норвегией и Англией одновременно.

Оботриты и лютичи в период правления короля Конрада II

Для оботритов приход к власти Конрада II, потомка Оттона I Великого был отмечен возобновлением притязаний саксонских феодалов на взимание дани, возвращение позиций католической церкви и саксонского герцога, утраченных в результате национального освободительного движения славян конца 10 века. При герцоге Саксонии Бернхарде II (1011–1059) оботритов обязали платить повышенную дань герцогу и епископу. Бенно, назначенный в 1014 году в ольденбургские епископы, недовольный тем, что дань от оботритов поступала только Бернхарду II, стал добиваться получения своего епископского «законного содержания». В ответ «князья винулов (западных славян — прим.)… начали говорить, что лучше уйдут из земли, чем возьмут на себя еще более высокие дани… Герцог, пустив в ход просьбы, едва добился того, чтобы по всей бодрицкой земле, с каждого дома бедного или богатого вносилось по две монеты епископам в доход». Но церковную дань монахам так и не удалось получить. Как писал монах Гельмольд, «герцог саксонский Бернхард, в военных делах усердный, но весь преисполненный жадности, живущих по соседству славян, которых подчинил себе войнами или договорами, столь большими поборами обложил, что они ни о Боге больше не помнили, ни священникам, ни в чем не оказывали благожелательности» [{9}, кн.1 п.18].

Тем не менее «епископу были возвращены для заселения поместья Босау и Незенна и остальные владения в земле вагров». Однако владения, которые находились в отдаленных районах Деричево /в наше время Дассау, Морице /Мюрица, Куцин /Кюцин, герцог не стал возвращать. Бенно, «видя, что дело его посланничества государи этого мира не только не поддерживают, а, напротив, чинят ему всяческие препятствия», удалился в Саксонию к епископу Хильдесхаймскому [{9}, кн.1 п.18].

Усиление давления Саксонии на оботритов при Бернхарде II, вызвало протест в славянской среде и отражалось на политике их князя Мстислава/ Мечислава (князь до 1018 года, сын князя Мстивого). Оботриты не присоединились к походу императора Конрада II и лютичей против Болеслава I.

На следующий год после заключения Будишинского мирного договора между Конрадом II и Болеславом I Храбрым лютичи обвинили Мстислава в своих военных неудачах, который «в прошлом году не оказал им помощи в имперском походе, и, опустошив большую часть его королевства, заставили бежать его жену и невестку, а самого его, вместе с лучшими воинами, заставили укрыться под защитой города Шверин (Зверин — прим.)». Более того, как писал Титмар в своих «Хрониках», «вынудили его бежать из отцовского наследия» [{94}, кн.8, п.4].

В тоже время Удо/ Прибигнев (1018/1020–1029 гг.), князь «винулов» после Мстислава/ Мечислава, проявлял лояльность как к герцогу Саксонии, так и к королю Конраду II, присутствовал при их дворах. Из-за путаницы с написанием и переводом имен Мстивой и Мстислав, одни историки считают, что отец Удо — Мстивой/«Биллуг», другие считают отцом Удо Мстислава. Удо всячески способствовал распространению христианства по латинскому обряду в своем княжестве. Саксонский монах Адам Бременский писал, что при правлении Удо /Прибигнева было «восстановлено духовенство». «Вопреки народным обычаям» Удо направил своего сына (Готшалка) для получения образования в престижный, в то время, монастырь Святого Михаила в Люнебурге. Тем не менее, Удо, по высказыванию Гельмольда из Босау, оказался «плохим христианином» и был убит.

Готшалк, узнав о смерти родителя, «воспылал гневом и яростью; оставив учёбу и веру, он взял в руки оружие и, перейдя через реку, присоединился к врагам Божьим — винулам (западным славянам — прим.). Нападая с их помощью на христиан, он, как говорят, в отмщение за отца перебил многие тысячи саксов. Наконец, герцог Бернхард схватил этого предводителя разбойников и поместил его под стражу» [{7}, кн.3]. Вскоре герцог, «считая, что этот храбрый и усердный в военном деле муж будет ему полезен, заключил с ним договор и, с честью его одарив, разрешил ему уйти. И он, будучи отпущен, ушел к королю данов (Кнуду Великому) и жил у него» [{9}, кн.1 с.177].

После поступления Готшалка на службу ко Кнуду Великому князем оботритов (союза оботритов) стал князь полабов Ратибор. Политический центр переместился в столицу полабов, крепость Ратибор, названную в честь князя Ратибора (в настоящее время — это территория города Ратцебург/ Ratzeburg).

«Славянские князья Анатрог, Гнев и Ратибор, мирно приходя в Гамбург, служили герцогу и епископу. Но и тогда, и ныне герцог и епископ по разному проявляли свой интерес к народу винулов (западных славян — прим). Так, герцог заботился лишь о взимании с них дани … и этот край давно бы уже был крещён усилиями священников, если бы обращению этого народа не мешала жадность князей (герцога Бернхарда II)» [{7}, кн.2, п.71]. Из приведенной записи саксонского монаха видно, что ему явно нравилось, что славянские князья служили католическому епископу и саксонскому герцогу. Сожалеет лишь о том, что дань уходила герцогу Саксонии, а славяне не спешили платить церковную десятину.

Что касается лютичей, то они, несмотря на договоренности с Конрадом II, уже в 1033 году постоянными набегами тревожили пределы империи [{24}, с.137]. В это время Конрад II со своей армией находился в богатой Бургундии, где в 1034 году на Конрада II была возложена корона бургундского короля, а местная знать принесла клятву верности германскому королю. После подчинения и получения королевских регалий Бургундии, Конрад II при участии войск чешского князя Бржетислава I (1002–1055) совершил поход на лютичей. Опасаясь дальнейших набегов лютичей, Конрад II приказал восстановить крепость Вербно на границе с ними, которая была разрушена лютичами в период нахождения короля в Бургундии.

Опасения Конрада II в отношении лютичей подтвердились. В 1035 году лютичи вновь захватили Вербно, а оставшихся в живых защитников саксонского гарнизона увели в плен. Войска Конрада II, направленные на лютичей, безуспешно старались переправиться через Эльбу. После того, как это им удалось, лютичи, понеся большие потери, вынуждены были платить Конраду II увеличенную дань. Адам Бременский оптимистично записал об этих событиях, что Конрад II «покорил лютичей» [{7}, кн.2 с 53].

Однако получить дань с лютичей удалось только с помощью армии короля в 1045 году. В остальные годы лютичи продолжали нападать на саксонские территории, зачастую уводя с собой «захваченные отряды». В 1056 году маркграф старой марки (Altmark) Вильгельм совершил карательный поход против лютичей, но его войско, загнанное в болотистую местность в районе устья Хавеля, потерпело сокрушительное поражение. На поле боя у крепости Прилаба остались Вильгельм, два его графа и «бесчисленное множество саксонского войска» [{24}, с.139, Анналы Augustan за 1056 год]. Походы, уничтожавшие население и воинство с обеих сторон, продолжались.

Борьба за власть после смерти Кнуда Великого

После смерти Кнуда Великого, короля Дании, Англии и Норвегии, произошедшей в 1035 году, власть перешла к его сыновьям. Свен с 1030 года по 1035 год был правителем в Норвегии; Хардекнуд (1018–1042) стал королем Дании (1035–1042), а Харалд/ Гаролд Заячья нога (1015–1040) захватил власть в Англии (1035/36–1040), несмотря на то, что Кнуд Великий провозгласил Хардекнуда своим наследником.

Свен, сын Кнуда Великого был назначен конунгом (правителем) Норвегии в 1030 году после победы Кнуда Великого над королем Норвегии Олафом II Святым (995–1030, правил с 1015 по 1028 год). Олаф II Святой после своего поражения в 1028 году вместе с сыном Магнусом нашел прибежище у новгородского князя Ярослава Мудрого и Ингигерды (дочери Шведского короля Олафа Шётконунга), жены Ярослава Мудрого. До свадьбы с Ярославом Мудрым планировалось, что Ингигерда должна была в 1018 году по согласию между Олафом Шётконунгом и Олафом II Святым выйти замуж за Олафа. После того как Шётконунг неожиданно выдал Ингигерду за новгородского князя, Олаф женился на Астрид, сводной сестре Ингигерды. У Олафа и Астрид родилась дочь Вульфхильда/ Ульфильда (Норвежская, 1020–1071), будущая герцогиня Саксонии (1059–1071). У Олафа был и сын Магнус (Благородный, 1024–1047), рожденный от наложницы, которому Астрид приходилась мачехой. Олаф II Святой вернулся на родину и погиб в 1030 году при неудачной попытке вернуть корону Норвегии.

Ярослав Мудрый после известия о смерти Олафа II Святого, усыновил и воспитывал его сына Магнуса. Когда Кнуд Великий умер, аристократия Норвегии, недовольная правлением Свена, сына Кнуда Великого, провозгласила Магнуса Благородного своим королем (правил с 1035 по 1047 год).

После заключения мира между Хардекнудом и Магнусом Благородным, по которому оставшийся в живых становился королем, Хардекнуд смог оставить Данию, намереваясь с флотом Фландрии свергнуть своего брата Харалда и вернуть Англию. В 1039 году наместником в Дании был назначен Свенд II Эстридсен (1020–1076), племянник Кнуда Великого. В 1040 году Харалд I Заячья нога умер, а Хардекнуд стал королем не только Дании (1035–1042), но и Англии (1040–1042). В 1042 году скончался и Хардекнуд, а в Дании разразилась борьба за датскую корону между Магнусом Благородным и Свендом II Эстридсеном. В 1043 году норвежская армия Магнуса Благородного захватила Данию, вынудив Свенда оставить страну. С 1043 по 1046 год Магнус со своей армией неоднократно побеждал в сражениях Свенда, но в 1047 году погиб. Дания перешла к Свенду II Эстридсену (1047–1076), а Норвегия к Харалду III Суровому (1046–1066).

О Харалде III Суровом (1015–1066, короле Норвегии 1046–1066) имеет смысл сказать немного подробнее. Харалд III, как и Олаф II Святой, был сыном Сигурда Свиньи, короля норвежской местности Рингерике, т. е. приходился дядей Магнусу Благородному. После гибели Олафа II Харалд скрывался в Швеции, а затем, в 1031 году, вместе со своим отрядом поступил на службу к Ярославу Мудрому. В 1034 году Харалд перешел на службу к императору Византии, где в 1042 году участвовал в свержении императора Михаила V Калафата. Затем бежал на Русь, где в 1043 году женился на Елизавете, дочери Ярослава Мудрого, которая родила Харалду двух детей: Марию и Ингигерду. Последняя стала женой короля Дании Олафа I (1050–1095) и королевой Дании.

В 1045 году Харалд вернулся из Руси в Швецию с намерением свергнуть своего племянника Магнуса и стать королем Норвегии. С этой целью Харалд заключил союз со Свендом II Эстридсеном. Но Магнус в 1046 году предусмотрительно сделал Харалда III своим соправителем Норвегии и союз распался. В 1047 году Магнус умер, а Харалд III стал королем Норвегии. Конунгом Дании был провозглашен Свенд II Эстридсен. Попытки Харалда завоевать Данию, продолжавшиеся до 1064 года, не привели к успеху.

В 1039 году королем Германии стал Генрих III (1017–1056), сын императора и короля Германии Конрада II. В 1043 году в Шлезвиге с участием Гунхильды, жены Генриха III, дочери Кнуда Великого прошли переговоры о мире с Магнусом, королем Норвегии и Дании. В знак мира между Германией и Данией, Ульфильда (Ulfhild), сестра короля Магнуса была обручена с Ордульфом (1022–1072), сыном герцога Саксонии Бернхарда II (990–1059), который после смерти отца стал герцогом Саксонии (1059–1072) [{7}, кн.2, с. 60]. Таким образом, сформировался «семейный союз» Саксонии и Дании.

В 1053 году Свенд II заключил договор о вечном мире с Саксонией, «о мире для христиан и об обращении язычников в христианство в Дании» [{7}, кн.3 с. 70]. В период правления Свенда II Эстридсена в Дании широкое распространение получило христианство по латинскому обряду.

Гибель князя оботритов Ратибора и его сыновей

Скандинавы называли богатый торговый город (предположительно Волин — прим. автора) Йомсбург, а полиэтническую дружину, которая состояла на службе города — йомские витязи [{7}, 93]. В 1043 году Магнус Благородный в союзе с герцогом Саксонии Бернхардом II (отцом Ордульфа, мужа Ульфильды, сестры Магнуса) напали на торговый город Волин. При обороне Волина погиб князь оботритов Ратибор (1025–1043), находившийся в союзнических отношениях с йомскими витязями. «На всем Балтийском поморье обнаружилось всеобщее восстание». Руяне, опасаясь агрессии скандинавов, примкнули к войскам сыновей Ратибора [{24}, с.130]. «Желая отомстить за его смерть, винулы (западные славяне — прим автора) со всем своим войском, разоряя окрестности Ютландии, дошли до самого Рибе» [{7}, кн.2 с. 60]. В сентябре 1043 года, когда славянские войска возвращались назад, они встретились с армией короля Магнуса, которая высадилась в Хедебю (район Шлезвига) и с войсками саксонского герцога во главе с Ордульфом, сыном Бернхарда II. По мнению саксонского монаха Адама, в сражении было убито 15 тысяч человек, в том числе все восемь сыновей Ратибора. Саксонский монах Адам после гибели большого числа славян и их князей сделал характерную для него запись: «после чего мир и радость были обеспечены христианам на всё время правления Магнуса» [{7}, кн.2 с.60]. Победа датчан позволила им укрепиться в устье Одера.

Правление князя Готшалка

Гибель Ратибора способствовала восхождению на княжеский трон оботритов Готшалка (сына Удо), который последние годы находился на службе у короля Дании Кнуда Великого. Принятый датским двором, Готшалк стал мужем Сигрид/ Зигрид/ Sigrid Датской, внебрачной дочери Свенда II Эстридсена (Svend II Estridsen, король Дании с 1047 по 1074 год), племянника Кнуда Великого. В 1043 году, после гибели Ратибора и его сыновей, Готшалк вместе с Сигрид Датской и датским войском вернулся на родину и занял оботритский трон.

Монах Адам Бременский охарактеризовал возвращение Готшалка на родину следующими словами: Готшалк «как враг вступил в землю славян и, нападая на всех, внушил язычникам сильный страх» [{7}, кн.2, с.61]. «Взяв в жёны дочь короля данов, настолько усмирил славян, что они боялись его как короля, платили дань и, оказывая подчинение, просили о мире. При таких обстоятельствах наш Гамбург наслаждался миром, а в земле славян было полно и священников, и церквей. Итак, Готшалк, благочестивый и богобоязненный муж, находился в дружеских отношениях с архиепископом и почитал Гамбург как свою мать. Он имел обыкновение часто приходить туда для исполнения обетов. В землях славян по эту сторону реки никогда не появлялось более сильного и пылкого распространителя христианской религии. Ибо он решил обратить в христианство всех язычников…, которые прежде отпали к язычеству при его деде. Итак, при этом князе христианскую веру смиренно почитали все славянские племена, которые относились к Гамбургскому диоцезу, а именно: вагры, ободриты, ререги и полабы; а также глиняне, варны, хижане и черезпеняне вплоть до реки Паны, которая в грамотах нашей церкви именуется Пеной. Провинции были полны церквей, а церкви — священников. Священники же свободно действовали во всём, что касается Бога» [{7}, кн.3, п.19, 20].

Устремления Готшалка по разрушению самобытной веры славян и распространению христианства по латинскому обряду были поддержаны архиепископом Адальбертом. Готшалк стал частым гостем Адальберта в Гамбурге. При Готшалке, поддержке архиепископа Адальберта, императора Генриха III и папы римского Льва IX кроме Ольденбургского епископства стало три епископства: Ольденбургское, Ратцебургское и Микиленбургское (Мекленбургское — прим.). Было открыто четыре монастыря: в Любице (Old Lubeck), Старигарде (Oldenburg), Лончине (Lenzen), Ратиборе (Ratzeburg).

Как правитель западнославянского государства, обучавшийся в монастыре Саксонии, проживший много лет при дворе Дании, Готшалк создавал государство западных славян (союза вендских племен) на основе образца Саксонии и Дании. Он поддерживал мир с герцогом Саксонии Бернхардом II. Саксонскому герцогу и архиепископу Адальберту Готшалк выплачивал дань, собираемую со славян. В этот период западное славянство вновь оказалось под влиянием германского государства. Известный славист 19 века И. Первольф так писал о последствиях политики, которую проводил Готшалк: «Водворение христианства в балтийских странах, повело за собой роковое для славянской народности последствие, именно немецкую колонизацию, постепенное возвышение элемента немецкого, а (также) упадок и, наконец, гибель — славянского» [{164}, с.13].

Картину нравов и порядков, происходивших в княжестве Готшалка, описал монах Адам из Бремена. Вот некоторые из его цитат: «епископы торговали своим благословением, народ не хотел платить десятину, и все без меры предавались пьянству и разврату» [{7}, кн.3, п.74];

«возгордившись от многочисленных придворных почестей и сделавшись едва выносимым для своей бедной епархии, Адальберт (архиепископ Бремена и Гамбурга — прим автора), прибыл в Бремен, как обычно, с огромной толпой вооружённых людей, чтобы обременить народ и землю новыми поборами. Тогда же были возведены и те замки, которые возбудили в наших герцогах столь сильное негодование» [{7}, кн.3, п.37];

«если кто-либо из них (прихожан) совершал тот или иной проступок, он (Адальберт) тут же приказывал бросать его в оковы или отбирать всё его добро, со смехом заявляя, что телесные страдания полезны для души, а потеря имущества способствует очищению от грехов. Потому и вышло, что должностные чины, которым он доверил свои полномочия, погрязли в грабеже и насилиях» [{7}, кн.3, п. 56 с.87];

«находясь в Бремене и ничем более не владея, владыка жил за счёт грабежа бедняков и имущества святых общин. Так, пока наш пастырь был занят придворными делами, его святейшие наместники опустошали овчарню Господню и свирепствовали в епископстве подобно волкам, только там давая пощаду, где уже нечего было унести» [{7}, кн.3, п.57, с. 88].

В период правления Готшалка у лютичей произошел раскол и гражданская война. Саксонские летописцы писали об этом: «Ратари и доленчане желали господствовать вследствие того, что у них имеется древнейший город и знаменитейший храм, в котором выставлен идол Редегаста, и они только себе приписывали единственное право на первенство потому, что все славянские народы часто их посещают ради получения ответов и ежегодных жертвоприношений (жертвоприношения приносились от всех западнославянских народов и оставались у ратарей — прим.). Но черезпеняне и хижане отказывались им подчиняться и, напротив, решили защищать свою свободу оружием» [{9}, кн.1, п.21].

В 1057 году, «когда их соперничество дошло до открытой войны, доленчане и ратари были разбиты черезпенянами. Во втором сражении ратари вновь потерпели сокрушительное поражение. Наконец, из третьей битвы черезпеняне также вышли победителями. Тогда побеждённые, призвав к себе на помощь князя Готшалка, а также герцога Бернхарда и короля данов, напали на врагов и в течение семи недель содержали за свой счёт огромное войско трёх королей, ибо черезпеняне оказали мужественное сопротивление. Много тысяч язычников было тогда перебито с обеих сторон и ещё большее количество уведено в плен. Предложив королям 15 000 талантов, черезпеняне добились мира. Наши с триумфом вернулись домой; о христианстве не было и речи; победители думали только о добыче» [{7}, кн.3, п.22]. Здесь монах Адам из Бремена сожалел, что полученные деньги не достались церкви. Другой монах Гельмольд, вторил Адаму: «Отсюда можно узнать ненасытную жадность саксов, которые хотя и превосходят воинственностью и военным опытом остальные народы, соседящие с язычниками, однако предпочитают лучше дани увеличивать, чем обретать Господу новые души» [{9}, кн.1 с.178]. Король Дании Свенд, со слов Адама, аналогично отзывался о целях правителей Саксонии на славянских землях: «Их помыслы, — говорил он, направлены более на взимание дани, нежели на обращение язычников» [{7}, кн.3, с. 71].

В результате гражданской войны, расколовшей союз лютичей, хижане и черезпеняне вошли в государство Готшалка [{54}, 24, с.141]. Гражданская война, раздробление и ослабление союза лютичей, безусловно, были на руку западным феодалам. Лютичи, по высказыванию проф. А. И. Павинского, «открывали, таким образом, новый путь к приливу немецкого элемента в славянские края» [{24}, с.141]. В то же время, западное славянство, испытывая на себе всю тяжесть поборов и унижений, связанных с насаждением новой религии, проповедей на чуждом языке, усилением влияния саксонских князей, введением, помимо дани местным и германским феодалам, ещё и дополнительной десятины саксонским епископам, копило в себе негодование. Неудивительно, что в 1066 году возмущение славян переросло в восстание против Готшалка и его убийство в Лучине (в наше время Ленцен) на реке Локниц [{16}].

Сокрушаясь о гибели Готшалка, монах Адам Бременский писал, что князь Готшалк был убит в Ленцене «вместе со священником Иппо, который был принесён в жертву прямо на алтаре, и многими другими мирянами и клириками». «Монах Ансвер вместе со многими другими был побит камнями в Ратцебурге». «Епископ Иоанн был схвачен вместе с прочими христианами в городе Магнополе…и в знак победы принесен в жертву богу Редегосту» (в Ретре). «Дочь короля Дании (жена Готшалка — прим.) была найдена вместе со своими женщинами в Мекленбурге, городе ободритов, раздета донага и отпущена» [{7}, кн.3, п. 50,51]. «Происходило это движение в славянской стране в 1066 году от рождества Христова». «И опустела Ольденбургская кафедра на 84 года» [{9}, кн.1, п.24].

Избрание Круто князем оботритов, разгром саксонского войска Будивого

У Готшалка от первого брака остался старший сын Будивой/ Бутуй/ Будый/ (Buthu / Butue/ Budivoj), а от второго брака (с Сигрид Датской) — Генрих. Сигрид вместе с сыном Генрихом скрылась у своих родственников при дворе в Дании. Положение Будивого/ Бутуя «оставалось все время непрочным и не могло полностью укрепиться, так как, рожденный от христианина-отца и друг князей (саксонских — прим.), он считался у своего народа предателем свободы» [{9}, кн.1, п.25].

После смерти Готшалка на оботритский престол претендовал Будивой, как его старший сын. Однако оботриты, вероятно, под влиянием жрецов и c участием руян, своим правителем избрали князя Круто / Крутой/ Крук/ Cruto/ Krutos/ Burislaw (1066–1093) [{53}], сына Грина / Grin/ Grinus, происходившего из княжеского рода руян, и, впоследствии, правившего оботритами с 1066 по1093 год. Восстание позволило западным славянам вновь обрести независимость. Будивой бежал в Люнебург, где обратился за помощью к герцогу Саксонии Ордульфу, сыну Бернхарда II.

Вот, что писал об этих событиях пастырь Гельмонд из Босау. Князья саксов «обложили славянские народы, которые они войнами и соглашениями себе подчинили, столькими данями, что горькая необходимость побудила тех противиться… игу князей» [{9}, кн.1, с.181]. «Они (оботриты) возвели Крута на княжество, обойдя сыновей Готшалка, которым власть принадлежала по праву. Младший из них, по имени Генрих, бежал в Данию, так как происходил из королевского рода данов. А старший, Бутуй (Будивой — прим.), удалился к бардам (германское племя — прим.), прося военной помощи у саксонских князей, которым отец его был всегда предан и верен… Славяне сбросили вооруженной рукой иго и с таким упорством старались отстоять свою свободу, что предпочитали лучше умирать, чем снова принимать христианство и платить дани саксонским князьям. Такое злополучие навлекла на саксов, конечно, их несчастная жадность» [{9}, кн.1, п. 25].

В 1072 году войска западных славян во главе с Круто опустошили Нордальбингию, земли северных саксонских племён, отвоевали, захваченный саксами, выход к устью Эльбы, а крепость Гамбург разрушили до основания. Был разрушен Шлезвиг, многолюдный город на границе с Данией. Славяне вновь стали контролировать устье Эльбы и выход в Северное море. «И стал могущественным Крут, и благополучно было дело в руках его, и получил он власть над всей славянской землей, и уничтожены были силы саксов, и служили они Круто данью, а именно вся земля нордальбингская, которая делилась между тремя народами: гользатами (Holsatia — прим.), штурмарами (Sturmaria — прим.) и дитмаршами (Thietmaresca/ Ditmarschen — прим.)». [{9}, кн.1, п. 26, 34].

Поскольку Круто был из княжеского рода руян, а Гельмольд писал о власти Круто, как «над всей славянской землей», то, вероятно, мощь и непобедимость княжества Круто могла объясняться союзом славянских племен и, в первую очередь, между союзом оботритов и руян.

В 1074/1075 году Магнус (1045–1106, герцог с 1072 по 1106 год), сын Ордульфа Саксонского и Ульфильды/ Вульфхильды Норвежской, ставший герцогом Саксонии после смерти своего отца, поддержал попытку Будивого вернуть трон оботритов и выделил войска «бардов, штурмаров, гользатов и дитмаршей», но сам отказался возглавить поход против Круто из-за «важных помех» [{9}, кн.1, с. 182], видимо, из-за восстания против короля Генриха IV. Будивой, во главе шестисот вооруженных бардов «перешел Эльбу и поспешил в землю вагров». Когда Будивой с саксами подошел к крепости Плуне (Плуня /Plune/ Ploen/ Plön), то нашел ворота открытыми. В безлюдной крепости, расположенной на острове, нашлась «тевтонская женщина, которая сказала Будивому», чтобы он уходил, «так как это из хитрости сделано, что город оставлен открытым и без стражи. Услышав о твоем приходе, славяне завтра вернутся с большим войском и обложат город осадой». Но Будивой с бардами остались ночевать. «А город этот, как это можно и теперь видеть, окружен со всех сторон весьма глубоким озером, и только очень длинный мост обеспечивает приходящим доступ к нему. На следующий день, когда рассвело, бесчисленные полчища славян, как и было предсказано накануне вечером, обложили город осадой, позаботившись о том, чтобы на всем острове нельзя было найти ни одной лодки, при помощи которой осажденные получили бы возможность уйти из города». В крепости начался голод.

Тем временем «гользаки, штурмары и дитмарши подошли к реке Свала (приток реки Стыри (Штер), впадающей в Лабу — прим.), которая отделяет саксов от славян. Они выслали вперед человека, знавшего славянский язык, чтобы он высмотрел, что делают славяне». Когда посланец попал в лагерь славян, то в разговоре с князем Круто пообещал за 20 марок увести саксов обратно. Возвратясь к саксам, посланник сказал, что «Бутуй и те, которые с ним, веселы и ни о чем не беспокоятся. И таким образом он удержал войско, чтобы оно не пошло к осажденным на подкрепление. Этот человек стал виновником гибели Бутуя и его товарищей».

Осажденные же в крепости барды «потеряли надежду на выход (из крепости), они начали тщательно выведывать у врагов, не хотели ли бы те получить какого-нибудь выкупа за спасение их жизней». Осадившие крепость славяне отказались от золота и серебра, но предложили сдать оружие. Осажденные выходили из крепости парами, «сдавая оружие, и, таким образом, были приведены к Круто. Когда все пред ним предстали, одна знатная женщина обратилась из крепости к Круто и к остальным славянам с повелением, говоря: „Погубите этих людей, которые сдались вам, и не вздумайте пощадить их, потому что они учинили великое насилие над женами вашими, которые были оставлены в городе, смойте позор, нанесенный нам“. Услыхав это, Круто и сподвижники его тотчас же накинулись на них и острием меча истребили все это множество людей. Так были Бутуй и с ним все отборное войско бардов под крепостью Плуней в тот день убиты (дата смерти Будивого определяется от августа 1071 до 1075 года — прим.)» [{9}, кн.1, п. 25, 26].

В качестве своей резиденции Круто выбрал славянскую крепость Буку (Buku), расположенную в месте слияния рек Траве/ Травна /Trave и Вакеницы /Wakenitz. В наше время территория «Burg Bucu» входит в черту города Любек (Lübeck).

Захват власти над оботритами Генрихом Любекским

Около 1093 года повзрослевший Генрих, сын Готшалка и датской принцессы Сигрид, на кораблях начал совершать набеги на приморские селения вагров. Генрих «напал на Ольденбург (Старигард — прим. автора) и на всю приморскую область славянскую и вывез оттуда безмерную добычу. И совершил это во второй и в третий раз» [{9}, кн.1, п. 34]. Круто, решив прекратить набеги данов миром, пригласил Генриха в свой дом. Там Генрих познакомился со Славиной, женой состарившегося Круто, и стал бывать в их доме. Вскоре «Генрих пригласил Круто на пир. И здесь на него, опьяневшего от обильного пития, когда он выходил, нагнувшись из покоя, где они пировали, напал с топором некий дан и одним ударом отсек ему голову. Так Генрих получил Славину в жены, захватил власть и страну и занял крепости, которые принадлежали до того Круто, и воздал врагам своим месть. Затем он отправился к герцогу Магнусу (1045–1106), ибо был его родственником (по линии матери), и, возвеличенный последним, принес ему присягу в верности и покорности» [{9}, кн.1, п.34].

Генрих заключил союз с нордальбингами, которые населяли земли, отвоеванные у них князем Круто. «И радовались гользаты и штурмары, и остальные саксы, соседящие со славянами (нордальбинги), тому, что погиб их величайший враг» [{9}, кн.1, п.34].

«Когда все славянские народы, именно те, которые обитают к востоку и югу, услышали, что появился среди них князь, который говорит, что они должны подчиниться христианским законам и уплатить дани князьям, они сильно вознегодовали и согласились все единой волей и единым решением вступить в войну с Генрихом и поставить вместо него того, кто бы был во все времена настроен против христиан» [{9}, кн.1, п.34].

Генрих, в свою очередь, «отправил послов, призывая герцога Магнуса и храбрейших из бардов, гользатов, штурмаров и дитмаршей» помочь ему разбить славян и подчинить оботритов.

В 1093 году на поле Смилово (в настоящее время территория коммуны Schmilau), недалеко от славянского города Ратибор (в наше время Рацебург / Ratzeburg), войска славян сразились с объединенной армией герцога Саксонии Магнуса, Нордальбингии и Генриха. Саксы Магнуса, дождавшись подхода нордальбингов и того времени, когда солнце опустится так, что будет светить славянам в глаза, «испуская крики, начали битву». «И были сломлены боевые ряды славян…блеск уже заходящего солнца до того ослепил обращенные к нему во время боя глаза славян, что из-за света они ничего не могли видеть».

После победы саксонской армии западные славяне вновь оказались в зависимости от герцога Саксонии. Западные славяне, окруженные Священной Римской империей, королевством Дании, польским княжеством, стали последним бастионом религиозной и политической самостоятельности славян, сдерживающим онемечивание западнославянского населения, последней ключевой преградой на пути расширения власти и сферы влияния западных государств на восточные территории [{145}].

Генрих, захвативший престол оботритов, по вероисповеданию был католиком, т. е. чуждым большинству западных славян. Кроме этого, Генрих по линии матери Сигрид приходился родственником саксонскому герцогу Магнусу и датскому королю Свенду II Эстридсену. Поэтому Генрих, следуя политике централизации всей власти над славянами Южной Балтики, привлекал войска как саксов, та и данов для подавления славянских волнений внутри страны. Но славяне только временно признали над собою власть Генриха «вследствие изнеможения» [{24}, с.148], но не признали его своим князем, считая чужим.

Генрих, в силу известного к нему отношения славян, избрал местом своей резиденции крепость Любице (Старый Любек/ Old Lubeck/ Alt Lubeck), расположенную поближе к землям северных саксов. Церковь в крепости Любице впоследствие стала центром миссионерской деятельности Бременского епископа. По месту резиденции князя Генриха в Любице его называли Генрихом Любекским.

Борьба за власть в Германии при Генрихе IV и Генрихе V

В середине 11 века в Германии произошли события, которые отодвинули на второй план замыслы короля Германии по принуждению славян «к покорности». Суть событий состояла в следующем. В конце1053 года, по требованию короля Генриха III, новым королем Германии был избран его сын (Герих IV из франконской династии), которому в то время исполнилось только три года. Коронация произошла в Аахене в 1054 году. В конце 1056 года Генрих III умер, а вся полнота власти перешла к Агнессе де Пуатье, матери и регентше при малолетнем короле. Однако она оказалась неспособной к управлению государством. Контроль над герцогствами, фактически, был утрачен. Адам из Бремена об этом событии записал следующее: «Управление королевством перешло, по праву наследования, к женщине с ребёнком к великому ущербу для империи. Князья, недовольные правлением женщины и властью малолетнего короля, и, не желая оставаться под игом такого рабства, сначала возвратили себе прежние свободы, затем начали между собой спор, кто из них сильнее, и, наконец, дерзнули поднять оружие против короля, своего государя с намерением свергнуть его с престола» [{7}, кн3, с.76]. В 1061 году состоялся заговор архиепископов, епископов и аристократии. Агнесса де Пуатье вынуждена была удалиться в монастырь, а фактическая власть перешла к кёльнскому архиепископу Анно II (1010–1075) и другим заговорщикам.

В 1065 году, после признания короля совершеннолетним и посвящения его в рыцари, король вступил во властные полномочия. Но вернуть прежнюю власть новому королю было уже не просто. Крупные феодалы и, в первую очередь, герцоги и епископы, обеспокоенные опасностью лишения земель и привилегий, которые были розданы Агнессой де Пуатье, объединились против Генриха IV, который попытался вернуть свою власть в Германии.

Генрих IV для централизации имперской власти и борьбы с раздробленностью государства сделал опору на мелкопоместное дворянство (министериалов) из западных регионов, способных нести военную и иную службу, и начал проводить политику их заселения на территориях от Нижней Саксонии до Тюрингии. Это потребовало выделения и перераспределения земель в пользу министериалов. Недовольство населения было использовано крупными феодалами. В герцогствах Бавария, Каринтия, Саксония, Швабия произошли восстания. Руководителями восстания были герцог Саксонии Магнус, герцог Оттон Нортхаймский, епископ Магдебурга Вернер, епископ Хальберштадта Бурхард, маркграф Северной марки Удо и другие.

Опасность для короля была настолько велика, что Генрих IV даже обратился к лютичам и датскому королю, «чтобы они нанесли решительный удар саксам, занятым внутренней войною» [{24}, с.143]. Аналогичное обращение лютичи получили и от саксов, но уже в войне против короля. Лютичи отказались от вознаграждения, не став вмешиваться во внутреннюю войну Германии. В июне 1075 года должно было состояться сражение между армиями короля Генриха IV и саксонской знати. Перед битвой было заключено перемирие на два дня. «Довольные перемирием саксы тотчас же побросали оружие и разошлись по всему полю, разбили лагерь и предались заботам о теле». «Тогда побужденное этой вестью войско императора, перейдя вброд реку, напало на спокойных и безоружных саксов и уничтожило в тот день много тысяч их» [{9}, кн.1 с. 184].

Герцог Швабии Рудольф Рейнфельденский (1025–1080) убедил сдаться руководителей восстания, пообещав от имени короля, что они «не будут подвергнуты заключению и не получат никаких телесных повреждений». «Но тотчас после того, как соблазненные условиями саксы передались под власть короля, он (Генрих IV — прим.) приказал взять их под усиленную стражу, не заботясь о сохранении веры данному слову» [{9}, кн.1, п.27, с. 184]. Впоследствии Рудольф стал противником короля.

В это время обострилась борьба папы римского Григория VII (1073–1085) с Генрихом IV за право назначения и утверждения (инвеституры) духовных лиц. Императоры, они же и германские короли, низлагали и назначали прелатов церкви, выделяли им земли с населением. Передача прав на земельные владения сопровождалась принесением клятвы верности вассала сеньору. По сути дела владелец земель являлся главным духовным лицом, феодалом в своих владениях и одновременно вассалом германского короля. Папа римский, Григорий VII настаивал на учреждении права назначения и утверждения духовных лиц, включая папу, за высшим духовенством и папским престолом. Кроме этого Григорий VII требовал отмены права продажи духовного сана (симонии) за деньги или за земельные владения.

В начале 1076 году Генрих IV созвал собор епископов в Вормсе, а затем собор в Падуе, на которых папа Григорий VII был низложен. Возмущенный папа, в свою очередь, освободил подданных императора, включая герцогов, от вассальной клятвы (чего и добивались саксонские князи) и отлучил Генриха IV от церкви, другими словами, сделал его власть нелегитимной. Над Генрихом IV нависла угроза потери короны и распада империи. В разгар зимы Генрих IV, под давлением сложившихся обстоятельств, решился совершить переход через заснеженные Альпы и три дня покорно ждал решения своей судьбы у крепостных стен, за которыми находился папа римский.

Покаявшийся Генрих IV был прощен папой, но в марте 1077 года усилился раскол власти в Германии между саксонскими и Франконскими династиями. Рудольф Райнфельденский, герцог Швабии, был избран антикоролем частью князей. Рудольф дал клятву, которая соответствовала основным требованиям герцогов: не передавать корону по крови, т. е. король должен избираться князьями, и отменить симонию. Таким образом, в Германии возникло двоевластие. К антикоролю Рудольфу примкнули «саксы и свевы. Другие же из государей и города, расположенные по Рейну, не приняли его, так же как и все племена франков ибо они присягали Генриху и не хотели нарушать присяги» [{9}, кн.1, с. 185].

С августа 1078 по осень 1080 года произошло несколько сражений между армиями короля и антикороля. Архиепископы Майнца и Вормса, герцог Саксонии Магнус были пленены, а архиепископ Магдебурга убит. Весной 1080 года папа римский Григорий VII решился поддержать Рудольфа, но осенью того же года антикороль Рудольф скончался от полученных ран. Генрих IV, победивший в решающей битве, потребовал низложения папы Григория VII и возведения на папский престол епископа Равенны Виберта (аптипапа Климент III), которого поддержали ломбардские и часть германских епископов. Теперь уже в церкви возникло противостояние.

Дворянство Саксонии и Швабии не смирилось с поражением и в 1081 году избрало своим новым антикоролем Германа, графа Зальма (Hermann von Salm). Продолжившаяся война с Генрихом IV прекратилась только в 1088 году после выхода из неё герцога Саксонии Магнуса.

В 1084 году германские войска взяли Рим, а епископ Виберт был канонизирован как папа Климент III. В том же году новый папа короновал Генриха IV как императора, а его супругу — императрицей.

В 1087 году Конрад, старший сын Генриха IV был коронован как король Германии. Весной 1088 года новым папой римским стал Урбан II, но был вынужден покинуть Рим из-за вооруженного давления сторонников Климента III.

В августе 1089 года Генрих IV сочетался браком с Евпраксией (в католичестве Адельгейда), дочерью киевского князя Всеволода I Ярославича. Но в 1094 году Евпраксия была вынуждена сбежать от Генриха IV в Тосканию.

В 1094 году Урбан II сумел вернуть себе папский престол. Сын Генриха IV Конрад из-за опасности потерять власть примкнул к единомышленникам Урбана II. За это Генрих IV низложил Конрада (умер в 1101 году) и в 1094 году [{7},кн.1, с.189 — прим.] короновал в Аахене своего младшего сына Генриха V королем Германии.

В 1095 году Урбан II отлучил Генриха IV от церкви, а брак с Евпраксией расторгнул. В 1099 году Урбан II умер, а новым папой был избран Пасхалий II (1099–1118). Климент III попытался вернуть папский престол, но умер в походе на Рим в 1100 году.

Папа римский Пасхалий II, преемник Урбана II, в 1102 году запретил инвеституру и «приказал всем епископам и служителям католической веры отлучить императора (Генриха IV — прим.) от церкви. Этот приговор оказал такое действие, что государи, собравшись на сейм, постановили отобрать корону у Генриха (Генриха IV) и передать ее сыну (Генриху V 1086–1125 год; правил с 1106 по 1125 год — прим. автора)» [{7}, кн.1, с.189]. В 1104 году Генрих V отказался от своего отца из-за опасения не быть коронованным в качестве императора папой римским Пасхалием II.

В 1105 году Генрих V обманом захватил своего отца-императора и заставил его отречься. По словам Андре Моруа [{162}, с.66] «Генрих V предал своего отца, как предал впоследствии, поддержавшего его папу Пасхалия II». В январе 1106 года князья присягнули Генриху V. Освободившись, Генрих IV собрал войска в Нижней Лотарингии и разбил войска своего сына, но заболел и скончался в августе 1106 года.

Крестовый поход 1096 года

Весной 1095 года император Восточной Римской империи Алексей I Комнин (1081–1118) обратился через посла к римскому папе Урбану II (1042–1099) с просьбой оказать помощь в борьбе восточных христиан с мусульманами. Папа Урбан II, не скрывавший своего стремления главенствовать над церковью Восточной Римской империи, использовал просьбу Алексея I Комнина для провозглашения более масштабной цели — освобождения Святой Земли и Гроба Господня от мусульман. Достижение этой цели, кроме религиозных аспектов, позволяло поднять авторитет римского папства, взять под контроль латинян Святую Землю с её торговыми портами и получить сакральную основу главенства над Константинополем.

Христианам, которые примут участие в походе, папа римский Урбан II пообещал отпущение грехов, независимо от того являлись ли они грабителями или воевали против других христиан. Призыв сопровождался и обещаниями богатства, приобретения земель, которые участники похода добудут в борьбе с неверными, а также обещанием освобождения. Воодушевленные участники похода в религиозном подъеме нашивали красные кресты (по цвету сутаны папы) на свои одежды, а сам поход получил название «крестовым». Начало похода было назначено на август 1096 года.

Другим проповедником похода паломников на Святую землю был монах Петр Пустынник из города Амьен. Ему удалось своими проповедями поднять и повести за собой в Палестину, как пророку, десятки тысяч обнищавших, обездоленных «крестьян Северной и Средней Франции, Западной Германии» [{7}, кн.1, с.188]. Среди паломников были их жены и дети. Движение толпы бедняков началось за несколько месяцев до выхода армии Западной Европы. Естественно, что при отсутствии снабжения, отъем продовольствия у местных жителей и грабежи по пути их следования стали неизбежны и привели к многочисленным столкновениям. По пути следования паломники атаковались венграми, болгарами, сербами, но большая часть паломников смогла к началу августа достичь Константинополя. Погромы, начавшиеся в Константинополе, вынудили императора Алексея I Комнина срочно переправить западноевропейских паломников на восточный берег Босфорского пролива.

В Малой Азии, в районе Дорилеума (Dorylaion) десятки тысяч бедняков, уведенных в поход монахом, шедших без требуемого воинского сопровождения, без необходимого вооружения, не имевших воинских навыков, были практически полностью уничтожены стрелами или зарублены саблями турков-сельджуков. Несколько тысяч молодых людей, попавших в плен, были проданы в рабство на восточных базарах. Среди спасшихся двух-трех десятков христиан был и монах-оратор Петр Пустынник из Амьена, который перед битвой покинул паломников. Но зачем понадобилось уводить из стран Западной Европы несколько десятков тысяч бедняков и бродяг и вести их через земли турок-сельджуков на верную смерть? Ответ остается за читателем.

Перед началом 1097 года объединенная армия рыцарей Западной Европы достигла пригорода Константинополя, где в поисках продовольствия также начала грабить население. Позднее подошли ополченцы южной Франции. Большинство рыцарей, прибывших из стран Западной Европы, по настоянию Алексея I Комнина принесло ему присягу. Смысл присяги заключался в том, что, если рыцари завоюют какие-либо территории или города во время похода, то эти земли будут считаться феодами рыцарей, а рыцари этих земель вступают в вассальные отношения по отношению к их сюзерену — императору Восточной Римской империи. Другими словами, предусматривалась передача завоеванных крестоносцами земель императору Восточной Римской империи. Исполнение этой присяги сохраняло бы за Восточной Римской империей Святую Землю и не давало бы папе римскому преимуществ первенства в христианском мире. Как показали последующие события, эта клятва, данная рыцарями-крестоносцами, не соблюдалась.

Зачастую чаяния рыцарей крестоносцев по захвату городов и земель преобладали над высокой идеей спасения Гроба Господня. Так, князь норманнов Южной Италии Боэмунд I Тарентский после захвата Антиохии был провозглашен её князем и вышел из дальнейшего похода на Иерусалим. Норманнский рыцарь Танкред Тарентский (племянник Боэмунда Тарентского) покинул армию и с небольшим отрядом занял город Тарс Киликийского армянского царства (Tarsus). Вскоре подошел рыцарь Балдуин булонский с большим отрядом лотарингцев и предложил поделить добычу, но Танкред отказался. После этого Балдуин Булонский сам захватил город и провозгласил себя его сеньором. В 1098 году Балдуин Булонский не пошел вместе с остальной армией на Иерусалим для освобождения Гроба Господня, а предпочел захватить Эдессу (древний город трехсот монастырей, ныне Шанлыурф, расположенный восточнее Евфрата).

Голод и болезни, нехватка воды уносили жизни многих христиан, прибывших из Европы. Часть европейцев попыталась спастись бегством из лагеря крестоносцев. Среди них был и монах-оратор Пустынник. В период зимних холодов и голода легат императора Восточной Римской империи Татикий вместе с византийским отрядом уплыли на Кипр. Те из крестоносцев, которые продолжили свой путь, достигли Иерусалима в июне 1099 года.

Общая численность армии христиан, по оценкам специалистов, могла составлять от 30 до 35 тысяч человек. Эмир Иерусалима предложил крестоносцам не захватывать город, а беспрепятственно посещать мирными христианами их святыни. Это предложение основывалось на сложившейся в мусульманском мире практике сосуществования различных религий в торговых центрах Востока. Но мирное предложение мусульман было отвергнуто крестоносцами.

В середине июня 1099 года Иерусалим был захвачен. Ворвавшиеся в город крестоносцы никого не щадили: ни мусульман, ни евреев. В этот день только в районе храма, в котором искали спасения мирные жители, было убито более 10 тысяч горожан. Улицы в других районах были завалены частями тел жителей города. Сам город был полностью разграблен. По мнению историков, Танкред Тарентский разграбил храм Соломона, захватив много золота, драгоценностей и серебра.

В качестве иллюстрации описываемых событий можно обратиться к полотнам выдающихся живописцев, посвященных крестовому походу. На них отражены гибель крестоносцев в пустыне, метание крестоносцами отсеченных голов мусульман за стены Никеи, резня, устроенная крестоносцами в Антиохии.

В результате первого крестового похода было образовано четыре государственных образования крестоносцев, которые стали форпостом западного мира на Востоке и во многом определили сложные отношения между христианским миром и мусульманским востоком. Этими государственными образованиями стали: графство Триполи, Иерусалимское королевство на территории Палестины и южной Сирии, княжество Антиохия, Эдесское графство.

За время похода Западная Европа понесла большие человеческие потери. В будущем обеспечение и охрана паломничества в Иерусалим, организованные монашескими орденами, торговые операции в портах восточного побережья Средиземного моря стали приносить прибыль.

Крестовые походы на западных славян 12 века

Происхождение герцога Генриха Льва и герцога Альбрехта Медведя

В 1106 году скончался герцог Саксонии Магнус, покровитель князя Генриха, занявшего оботритский престол после убийства князя Круто. Поскольку у Магнуса не было сыновей, то на нем пресекся род Биллунгов и двадцатилетний король Германии Генрих V передал Саксонию тридцатиодномулетнему Лотарю/ Людеру Супплинбургскому (1075–1137), герцогу Саксонии с 1106 года, королю Германии с 1125 года, императору Священной Римской империи с 1133 по 1137 год.

Эйлика, младшая дочь Магнуса, выйдя замуж за графа Оттона фон Балленштедт, стала матерью Альбрехта/ Адельберта Медведя (1100–1170) из рода Асканиев, будущего маркграфа Северной марки (с 1134 по 1157 год), герцога Саксонии (с 1138 по 1141 год), маркграфа Бранденбурга (с 1157 по 1170 год). Вульфхильда Саксонская (1072–1126), старшая дочь герцога Магнуса вышла замуж за, Генриха IX Черного из рода Вельфов, герцога Баварии (с 1120 по 1126 год), от которого родила, Генриха X Гордого, ставшего в 1126 году герцогом Баварии, а в 1137 году герцогом Саксонии. Женой Генриха X была Гертруда Супплинбургская, дочь императора Лотаря II. Их сын — Генрих Лев (Heinrich der Löwe, 1129–1195) из рода Вельфов, герцог Саксонии (с 1142 по 1180 год), герцог Баварии (с 1156 по 1180 год).

Генрих Лев и Альбрехт Медведь стали основными палачами остатков независимости западных славян Южной Балтики.

Завершение этапа борьбы за инвеституру в Священной Римской империи

При Генрихе V завершился период острой борьбы за верховную власть в Священной Римской империи, которая длилась около пятидесяти лет между императорами Священной Римской империи, королями Германии и римскими папами. Принципиальные вопросы в этой борьбе заключались в закреплении права церковной инвеституры, т. е. кто из указанных двух сторон конфликта (императоры Священной Римской империи или римские папы) имел право назначать и вводить в сан епископов и аббатов; в закреплении независимости института римского папы. Католическая церковь настаивала на своей высшей духовной власти. Короли Германии во главе армий совершали походы в Рим для назначения пап и обретения всей полноты императорского достоинства (духовного и светского) из рук высшего первосвященника.

В начале 1110 года король Германии Генрих V (1081/ 1086–1125), сын императора Священной Римской империи Генриха IV во главе тридцатитысячной армии совершил поход в Италию с целью коронации и вынуждения папы римского отречься от своих требований по церковной инвеституре. «Перейдя Альпы, он направился с громадным войском в Рим. Папа Пасхалий II устроил торжественный прием королю Германии, но когда дело дошло до посвящения, папа потребовал от него принести присягу в том, что он всегда будет стойко соблюдать католическую веру, с уважением относиться к апостольской столице, ревностно защищать церкви. Но гордый король не захотел присягнуть, говоря, что император, которому должны будут все приносить присягу, сам присягать не должен» [{7}, кн.1, с.198], и потребовал, чтобы епископы вернули все лены (землевладения, полученные от императора — прим.).

После отказа возмущенных епископов и папы, вооруженное войско короля «накинулось на духовенство и содрало с него священные одежды, бесчинствуя, как волки в овчарне. Услыхав об этом, жители Рима устремились на защиту духовенства, так как видели оскорбления, которым оно подвергалось. И началась такая битва в доме святого Петра, о какой не было слышно с древнейших времен. Верх одержало королевское войско и жестокой смертью истребило римлян, не делая разницы между духовенством и народом, всех одинаково поражая мечом. Все сильнейшие мужи сражались здесь до тех пор, пока мечи не цепенели в руках их. И наполнился дом святости трупами, и от множества мертвецов такие потоки крови потекли, что воды Тибра окрасились в цвет крови… Папа и другие, кто избежал смерти, были уведены в плен. И тогда можно было видеть, как тянули за веревки, накинутые на шеи, обнаженных, со связанными за спиной руками, кардиналов, как вели бесчисленные толпы скованных горожан».

Генрих V вынудил папу и духовенство признать право германского короля на церковную инвеституру, а также взял с папы обещание никогда больше не отлучать его от церкви. «И он (папа римский Пасхалий II) поступил так, как повелевала ему необходимость, и обещал посвятить короля, чтобы тот освободил пленных. И вернулись папа и кардиналы в город Рим, подчинившись насилию» [{7}, кн.1, с.199]. В апреле 1111 года папа Пасхалий II короновал Генриха V императором, а также «выдал Генриху привилегию, признававшую за императором право ставить епископов».

Но уже в следующем, 1112 году, после ухода войск германского короля, в резиденции пап в Риме состоялся собор 120 «отцов церкви», на котором было принято решение признать недействительной привилегию, данную Генриху V папой Пасхалием II, а самого «императора отлучить от святой церкви».

Весть об отлучении Генриха V от церкви дала повод к неповиновению германской знати. Узнав о заговоре, Генрих V «заключил в темницу епископа, затем, вторгшись в Саксонию, подверг всю эту область сильнейшему опустошению, а ее князей перебил или, самое меньшее, увел в плен» [{7}, кн.1].

Оставшиеся в живых герцог саксонский Людер, епископ Хальберштадтский Рейнгард (1106–1123), граф Арнесбергский Фредерик и другие, объединились и направили свои войска против армии короля. Сражение произошло в феврале 1115 года в лесу, у города Гербштедта. Войска короля были разбиты, а Хогер фон Мансфелъд, «предназначавшийся (королем Генрихом V) на герцогство Саксонское», был убит.

В 1118 году после смерти Пасхалия II церковным избранием на его место был поставлен Геласий II, который вновь отлучил императора Генриха V от церкви. Однако Генрих V, узнав о назначении нового папы без согласия императора, отверг Геласия II и назначил португальского епископа (Мориса Бурдена), который стал антипапой под именем Григорий VIII. Геласий «бежал в Бургундию, где в 1119 году скончался». В 1119 году следующим папой стал граф Гвидо, архиепископ Вьеннский, сын графа Бургундии, который был интронизирован как Каликст II. В том же году император Генрих V и антипапа были отлучены от церкви. Каликст II с помощью войск норманнов захватил в плен Григория VIII.

Борьба за церковную инвеституру закончилась только в 1122 году при папе Каликсте II подписанием компромиссного Вормсского конкордата (договора, устанавливающего права Римско-католической церкви в государстве, являющемся стороной договора), по которому церковная инвеститура оставлялась за папой, а права на собственность, включая землевладения, предоставлялись императором в лен. Была провозглашена свобода выборов епископов в Германии, но в присутствии императора. В Германии епископы могли вступать во владение ленами только после вручения им прав от императора. Таким образом, император сохранил за собой возможность влиять на выборы епископов в Германии. Однако Генрих V терял прежнее влияние на выборы епископов в Бургундии и Италии, в которых папа имел исключительное право инвеституры без согласия императора.

Борьба за власть между династиями Восточно-Франкского королевства

В 1125 году скончался король Германии, император Священной Римской империи Генрих V. После избрания герцога Саксонии Людера новым королем Германии, между аристократиями франков и саксов обострилась борьба за власть. Франко-швабская аристократия не захотела видеть королем Лотаря II, выходца их Саксонии и в конце 1127 года избрала своим королем («антикоролем») Конрада III, франконскского герцога из рода Гогенштауфенов. В 1128 году он стал королем Италии.

В духовном центре империи также произошел раскол. В феврале 1130 года, не дожидаясь смерти умирающего папы римского Гонория II, 16 кардиналов избрали новым папой Григорио Папарески (известный как папа римский Иннокентий II; с 1130 по 1143 год), уроженца Рима, кардинала, папского легата во Франции, одного из создателей Вормсского конкордата. Его поддержал и епископат Германии.

Другие 24 кардинала не признали результатов выборов, которые были совершены без их участия, и избрали папой Пьетро Пьерлеони (антипапа римский Анаклет II; с 1130 по 1138 год), уроженца Рима, кардинала, папского легата во Франции и Англии. Иннокентий II покинул Рим. Однако, в результате «челночной дипломатии» цистерцианского аббата Бернарда Клервоского (1091–1153), уже к весне 1131года Иннокентий II получил признание большинства европейских монархов. Анаклет II нашел защиту у Рожера II, графа Сицилии, герцога Апулии и Колабрии (территории юга Апеннинского полуострова). В благодарность за верность Рожер II был коронован Анаклетом II в качестве короля Сицилийского королевства.

Лотарь поддержал Иннокентия II, но не бескорыстно. В 1132 году Лотарь во главе своей армии направился в Рим для возведения Иннокентия II на папский престол. Иннокентий II, в свою очередь, должен был короновать Лотаря императором. Перезимовав в Северной Италии, Лотарь и Иннокентий II в апреле 1133 года вместе с армией вошли в Рим. Однако армия Лотаря не смогла захватить собор святого Петра, необходимый для проведения церемонии коронации. Тогда Иннокентий II провел коронацию германского короля императором в Латеранском соборе Рима.

Достигнув своей цели, новый император поспешил вернуться в Германию для подавления восстания против короля во Франконии и Швабии. Конрад III (антикороль) потерпел поражение и был вынужден признать себя вассалом Лотаря. Что касается папы римского, то Иннокентий II, который не пользовался поддержкой в Риме, после ухода германской армии нашел прибежище в Пизе, а Анаклет II сохранил за собой престол папы римского.

В 1134 году император Лотарь назначил Альбрехта/ Адальберта, по прозвищу «Медведь» маркграфом Северной марки (правил с 1134 по 1157 год), а в августе 1136 года направился в Италию, чтобы вернуть папский престол Иннокентию II и захватить Сицилийское королевство Рожера II, который поддержал Анаклета II. Однако эпидемия, разразившаяся в императорской армии в 1137 году, заставила императора повернуть назад. В 1137 году умирающий император Лотарь передал Саксонию, а также королевские регалии своему зятю Генриху X Гордому (1108–1139), герцогу Баварии из рода Вельфов. В начале 1138 года скончался и антипапа Анаклет II.

После смерти Лотаря король Сицилии Рожер II не только вернул отвоеванные у него Лотарем земли Апулии и Колабрии, но также присоединил Капую и Неаполь, находившиеся на западе от его королевства. В июле 1139 года армия папы римского Иннокентия II выступила против Рожера II, но была разбита, а папа попал в плен и вынужден был провозгласить Рожера II королем Сицилии. Рожер II, в свою очередь, принес папе Иннокентию II вассальную присягу. Таким образом, вражда между папой Иннокентием II и Рожером II, королем Сицилии была исчерпана.

В королевстве Рожера II, находящегося под сюзеренитетом папы римского, мусульмане и христиане, относящиеся к римской и византийской церквям, обладали равными правами. Законы учитывали национальные традиции населения, проживавшего в разных землях королевства. Централизация власти достигалась за счет прямого подчинения королю многочисленного малоземельного рыцарства. Король имел право отменять местные законы.

Подавление восстаний славян Генрихом Любекским

В 1110 году, после гибели гольштейнского графа Готфрида, герцог Саксонии Лотарь передал земли Гольштейна и Штормарна в лен своему вассалу графу Адольфу I Шауэнбургскому, который, заинтересованный в укреплении власти князя оботритов Генриха Любекского на своих восточных границах, неоднократно помогал Генриху войсками в подавлении восстаний славян. Генрих, в свою очередь, «питал большое расположение к графу Адольфу и к соседним народам Нордальбингии (северным саксам — прим. автора)» [{9}, кн.1, п.41].

Но жречество руян, оплот древних традиций и языческой веры славян не разделяло предпочтений князя оботритов и, в первую очередь, его усилий по распространению христианства по латинскому обряду. Кроме этого, руяне прекрасно осознавали роль Генриха в убийстве их князя Круто. Более того, представители княжеского рода руян после убийства князя Круто также являлись претендентами на престол в оботритском княжестве.

В сентябре 1110 года руяне, воспользовавшись тем, что король Германии Генрих V со своей армией направился в Италию «получить всю полноту императорского достоинства из рук высшего первосвященника» и заставить папу отречься от требований церковной инвеституры, попытались устранить князя Генриха и восстановить прежнее лидерство в западнославянском мире. «В то время, когда князь Генрих находился в Любеке (Любице — прим. автора), неожиданно пришло войско руян, или ран, и, подойдя руслом Травны, окружило на кораблях этот город». Генрих под покровом темноты убежал к гользакам (северным саксам — прим.) и вернулся к городу с их конницей. «Когда раны увидали множество, спускающихся по дороге от моря людей, они подумали, что это их конница, и сошли с кораблей навстречу им, радостно рукоплеща. И великое поражение понесло ранское войско в этот день; много их пало убитыми около крепости Любек (Любице) и число тех, которые утонули в волнах, было не меньше, чем павших от меча. И насыпали огромный курган, в котором сложили тела погибших, и в память победы зовется этот курган Ранибергом (Rugenberg — прим.) до сегодняшнего дня. И стали служить племена ран Генриху, платя ему дань так же, как вагры, полабы, бодричи, хижане, черезпеняне, лютичи, поморяне и все другие славянские племена, обитающие между Эльбой и Балтийским морем и простирающиеся длинной полосой до самой земли полонов (поляков — прим.)» [{9}, кн.1, п.36]. Приведенная цитата монаха Гельмольда интересна также тем, что перечисление племенных объединений западных славян указывает на территории государства Генриха Любекского.

В 1112 году произошло восстание брежан, недовольных князем Генрихом [{31}]. Для подавления восстания Генрих «отправился со своими, любезными ему, воинами нордальбингскими (северными саксами — прим.)», «чтобы дерзость двух племен случайно не дала повода к восстанию всего востока» и осадил город Хафельберг. «И повелел он племени бодричей, чтобы они тоже вышли и приняли участие в осаде города».

В период осады Хафельберга Мстивой, сын Генриха (у Грацианского Мистуй) решил ограбить славян — глинян — «народ, богатый всеми благами; жители эти спокойны и не вызывают подозрения ни в каких смутах». «Он взял с собой 200 саксов и 300 славян, всех как на подбор, и отправился в двухдневный путь через лесные дебри, труднопроходимые реки и обширные болота. И напали они на беззаботных и бесстрашных славян и, забрав у них громадную добычу и пленных, ушли нагруженные. И когда, торопясь вернуться, они пробирались по опасным болотам, жители окрестных мест, собравшись вместе, кинулись в бой с ними, желая освободить пленных». В завязавшемся сражении «те, кто был с Мстивоем, множество противников перебили острием меча, а кроме того, увели с собой в плен их князя» [{9}, кн.1, п.37]. После разбоя Мстивой присоединился к отцу, осаждавшему Хафельберг. В результате многомесячной осады Хафельберг был взят.

Но покорность славян Генриху, видимо, была только в мечтах саксонского монаха. Известно, что в 1112 году, во время одного из нападений, руяне убили Вальдемара, сына Генриха. «Генрих разослал послов в славянские земли, чтобы договориться о помощи». Не доверяя славянам, Генрих, опять обратился к саксам «из Гользатии и Штурмарии» за помощью. Саксы предоставили ему 1600 воинов.

В 1113 году саксонское войско переправилось через реку Травну и, пройдя через земли оботритов, встретилось с Генрихом, который ждал их у города Волигост. Прибывшее по приказу Генриха, войско славян было там же. «Хотя число славян было и велико, Генрих, однако, не доверял им, потому что знал их всех хорошо. Подняв знамена, саксы пошли вперед, а остальное войско, состоявшее из славян, последовало рядами за ними». Перейдя по льду пролив («Стрела»), каратели Генриха вторглись на остров руян. «И тотчас же подожгли ближайшие к берегу селения». Завидя руян, Генрих сказал саксам: «Со всех сторон мы окружены морем, враги перед нами, враги за нами и нет для нас спасения в бегстве». Но руяне не стали нападать на саксов, а просто предложили 4400 марок серебра выкупа, после чего саксы довольные вернулись к себе. Гельмольд из Босау так описывал дальнейшие события: «Генрих поставил весы для взвешивания самых тяжелых вещей. И когда они (руяне) исчерпали свою общественную казну и все золото и серебро, которое имелось у них дома, то и тогда едва половину уплатили, обманутые, я думаю, при взвешивании. Генрих, разгневанный тем, что раны обещанного полностью не уплатили, начал готовить второй поход в их землю» [{9}, кн.1, п. 38].

В 1114 году Генрих Любекский позвал на помощь герцога Саксонии Лотаря, обладавшего более многочисленной армией, чем Адольф I. Саксы пришли с большим войском, но лед пролива начал таять и, «не завершив своего дела, они должны были вернуться, едва избежав опасности погибнуть в море». Саксы предпринимали ещё попытки покорить руян, но все они оказались безуспешными. «Генрих, прожив после этого еще не очень долгое время, смертью своей положил конец войне» [{9}, кн.1, п. 38] и был похоронен (в 1026/27 году) в Саксонии, в монастыре святого Николая в Люнебурге.

Соперничество сыновей Генриха Любекского

У князя Генриха Любекского было несколько сыновей: Мистуй/ Мстивой/ Mistue, Вальдемар/Waldemar, Кнут/ Кнуд/ Knud и Святополк. После смерти князя Генриха, оставшиеся в живых Святополк и Кнуд поделили между собой земли княжества и владели каждый своим удельным княжеством. Но практически сразу между ними началось соперничество за престол оботритов. Войны между братьями происходили при активном участии гользаков. «Старший, Святополк, желая властвовать один, причинил Кнуду, своему брату, много обид и, наконец, с помощью гользатов (нордальбингов) осадил его в крепости Плуне». Кнуду удалось убедить гользаков, что он такой же наследник, как и Святополк, и, что он друг гользакам. «Приложив все усилия, они (гользаки — прим.) примирили братьев, поделив между ними земли». Однако в 1127 году, вскоре после достижения соглашения о разделении власти между Святополком и Кнудом, последний был убит в городе Лютилинбурге (в нашее время Лютенбург), а Святополк один завладел государством оботритов.

Святополк по отношению к славянам и саксам продолжил политику своего отца. В качестве столицы, как и его отец, Святополк выбрал крепость Любице. Восшествие на престол князя Святополка сопровождалось восстанием оботритов. Для его подавления Святополк, «призвав графа Адольфа с гользатами и штурмарами», предпринял поход в землю «бодричей», захватил после осады город Верле на реке Варнов, а затем после пятинедельной осады город хижан (по мнению Богуславского «Хижин»). «Взяв заложников, Святополк вернулся в Любек (Любице — прим.). Нордальбинги же разошлись по домам своим» [{9}, кн.1, п. 48].

Заслуживает внимания откровение саксонского монаха Гельмольда о сравнении проповедником Вицелином земель оботритов и северных саксов. Перед смертью князя Генриха в Любицу прибыл проповедник Вицелин для распространения христианства по латинскому обряду среди славян. Генрих предоставил Вицелину церковь в Любице, единственную «во всей Славии». Однако, война, вспыхнувшая между сыновьями Генриха, после смерти их отца, отложила деятельность Вицелина. По указанию архиепископа Адельберо Вицелин занял место в церкви у нордальбингов в Фальдере (в наше время Неймюнстер — прим.). «Когда он (Вицелин) прибыл в назначенную местность (к саксам в Нордальбингию; в наше время земля Шлезвиг Гольштейн — прим.) и окинул ее взором, то увидел необработанные пустынные равнины, покрытые бесплодным лесом, жителей диких и непросвещенных, не связанных с религией ничем, кроме того, что они носили имя христиан, ибо у них распространены были многочисленные заблуждения — почитание священных рощ, источников и прочие суеверия» [{9}, кн.1, п. 47]. После смерти Генриха Вицелин пришел к Святополку с просьбой об осуществлении своей деятельности именно среди славян в Любице. Столица оботритов стала на тот период центром распространения христианской веры по латинскому обряду.

Внутренние войны между наследниками князя Генриха, а позже Святополка с народом своего же княжества, истощили ресурсы княжества. Если при князе Генрихе оботритское княжество являлось надежным и управляемым оплотом Священной Римской империи на границе с королевством Дании, то при сыновьях Генриха княжество превратилось в ослабленную, раздираемую гражданскими войнами территорию. Гельмольд из Босау писал об этом: «сыновья Генриха Святополк и Кнут, наследовавшие государство, привели страну своими внутренними войнами в такое расстройство, что утратили и мир и дани с земель, которые отец их доблестью оружия приобрел». Такое положение дел не могло устраивать ни герцога Саксонии, ни короля Германии. Логичным решением оботритского вопроса могло стать переподчинение оботритского княжества. Видимо, и князь Генрих предвидел учесть своих сыновей: «что род его (князя Генриха) скоро исчезнет, предсказал сам этот князь, не знаю какими прорицаниями наученный» [{9}, кн.1, п.46, 48].

Территория княжества оботритов 1127 г. с нанесенными основными крепостями западных славян на карту 10 века. По материалам экспонатов крепости Верле [{105}]

В 1128 году Святополк был убит представителем голштинской знати Дазо. В следующем 1129 году графом Зигфридом Эртенебургским, в Эртенебурге (в наше время Артленбург на левом берегу Лабы/Эльбы — прим.) был убит сын Святополка по имени Звинике / Звенько/ Zwinike [{9}, п.48; 56].

Князь поморян Вартислав I

В этот же период времени к востоку от союза оботритов происходили следующие события. На прибалтийских землях между Одрой, Вислой и Вартой жили славянские племена поморян («по морю»). У поморян существовало вечевое право, а возглавлял союз этих племен князь. Их столицей был город Щетин/ Щетина/ Щецин (онемеченное названием Штеттин), находившийся в устье Одры. Упоминавшийся ранее крупный торговый город поморян Волин располагался на острове, на выходе в Балтийское море. В германских и датских источниках Волин известен как Винета, Юмне, Юлин, Юмнета.

Поморяния занимала плодородные земли Южной Балтики, владела устьями рек, впадающими в море, и считалась процветающим княжеством. Благодаря водным артериям, уходящим вглубь материка и удобным приморским бухтам, поморяне могли осуществлять торговлю как внутри континента, так и с приморскими странами. В Щецине и в Волине находились святилища Триглава, бога поморян, главы которого, как считалось, надзирали за царствами неба, земли и преисподней. Аналогичное трехглавое божество Троян, которое жило на горе Цене, упоминается и в сербском фольклоре. Поморяне почитали и других богов, например, бога Яровита и бога торговли Поревита, которым поклонялись и руяне. Как и руяне, поморяне почитали священного коня и принимали решения на основе того, заденет ли ведомый жрецом конь копья. Священным деревом у славян-поморян считался дуб.

Земли поморян были вожделенной мечтой польской аристократии. На протяжении нескольких веков происходила борьба поморян с польским княжеством за прибалтийские территории и выход к морю. В 1110–1112 годах восточные территории Поморянии отошли к польскому княжеству Болеслава III Кривоустого (1086–1138; князь с 1102 по 1138 год), но языческая вера и власть удельных князей западных поморян сохранилась. В 1119–1121 году поляки захватили в плен князя поморян Вартислава I (1100–1135/1147), который был вынужден принести вассальную присягу польскому князю Болеславу III Кривоустому. Вероятно, что тогда Вартислав I принял обряд крещения.

Болеслав III Кривоустый понимал, что только войной не достичь прочной власти над Поморянами. Переход в католическую веру рассматривался феодалами Саксонии, Дании и Польши как необходимое условие своего утверждения на захваченных землях [{150}]. В начале 1122 года Болеслав III Кривоустый пригласил епископа Бернгарда для проповедей. Епископ, одевшийся как нищий и босой, вызвал подозрение у поморян. «Их (поморян) простой смысл не мог соединить идеи высшего божества, полного славы и богатства с видом крайней бедности, в которой явился его посланник; они приняли Бернгарда за обманщика, пришедшего ради материальной наживы, и требовали, чтобы он удалился» [{163}, с.22].

Через некоторое время Болеслав III Кривоустый обратился к Оттону, епископу из Бамберга с просьбой о миссионерской деятельности среди поморян. В 1124 году Оттон Бамбергский направился в Поморье. «Слыша, что в богатом Поморье почти вовсе нет нищих и бедняки вообще презираются, Оттон позаботился явиться туда в обилии и внешнем блеске: он взял с собою не только богатый запас вещей, необходимых для богослужения, но и много одежд, драгоценных тканей и иных подарков, предназначенных для знатных и богатых той страны» [{163}, с.23].

В описаниях жития Оттона Бамбергского, составленных его сподвижниками, сохранились сведения о славянах 12 века, среди которых Оттон осуществлял свою миссионерскую деятельность. В описаниях говорится о честности славян и о том, что славяне не знали ни кражи, ни обмана, ни замков на сундуках; о добротности их одежды; о трудолюбии, навыках в ремеслах и искусствах; о гостеприимстве славян, чистоте их изб; о достатке в еде, поставленной на чистые скатерти, и в её разнообразии; об умении славян возделывать землю; об обилии рыбы в море, озерах и в реках; о нравственности, приветливости и миролюбии, но готовности славян защитить себя.

Тогда же были основаны церкви в Pyritz, Wollin (Волин), Kammin (Камин), Stettin (Щетин), Kolberg и Belgard (Белая гора), епископство в Волине [{150}, с.17]. После отъезда епископа часть жителей Волина и Щетина вернулись к языческой вере. Таким образом, в Поморянии произошел раскол. Часть славян исповедовало христианство по латинскому обряду, другие — язычество.

«Расположение Вартислава к христианству ясно обнаружилось еще во время первой миссии; известно также, что сам он был христианин, но живя среди язычников, не мог следовать правилам христианской жизни» [{163}]. В 1127 году Оттон вернулся в Поморянию. Его и сопровождавших его священников встретил Вартислав I с пятьюстами воинов. Вартислав I, выделил Оттону своих представителей, которые сопровождали Оттона и «призывали» не противиться более христианству. Руяне, узнав о принятии поморянами христианства, порвали с ними торговые отношения. Оттону же под угрозой смерти запретили посещать их земли. После того, как поморяне перестали быть своими по принципу принадлежности к религии, руяне изгнали торговые корабли Щетина и начали вторгаться в Поморянию.

После смерти Генриха Любекского и ослабления его княжества, границы поморянского княжества Вартислава I продвинулись на запад до реки Пена за счет земель лютичей. В поморянское княжество вошли северо-восточные земли лютичей, земли черезпенян, доленчан, ратарей, укрян, Узноим, Волин. Другими словами, территория поморян доходила до Гюстрова, реки Рекница, вдоль реки Пена, включая город Дымин (Деммин). Территории материка, прилегающие к острову Руян, в то время, относились к землям руянского короля.

Вартислав I, князь Поморянии погиб у Stolpe в период 1135–1148 годов. На месте его смерти установлен камень, на котором высечен крест и изображение с рогом изобилия, как у Свентовита, языческого бога богов западных славян. Позднее князья поморян утратили контроль над присоединенными землями.

У Вартислава I остались дети: старший сын Богуслав I (около 1130–1187), младший сын Казимир I (у. 1181/ 1182 г.) и дочь Воислава (у. 1172), которая вышла замуж за оботритского князя Прибислава.

Вартиславу I наследовал его брат Ратибор I (1115–1156), который взял на себя заботу о детях Вартислава I и основал аббатство Столпе (Stolpe). После смерти Ратибора I Богуслав I (1156 по 1187) и Казимир I совместно управляли Поморянией в Щецине. В 1160 году Казимир получил во владение Деммин (совр. Demmin), Камень-Поморский, Барт (совр. Barth), Тшебятув, Волин (совр. Wollin), Старгард и частично Колобжег, где правил до 1181 года.

Занятие трона оботритов Кнудом Лавардом

После убийства сыновей Генриха Любекского на освободившийся оботритский престол мог претендовать Прибислав (сын Бутуя/ Будивого, внук Готшалка из рода Наконидов, являвшийся последним законным наследником престола оботритов), потомки князя Круто из руян, а также потомки датского короля Свенда Эстридсена, как родственники князя Генриха по линии его матери. Но народ выбрал над собой Никлота, («старшего в бодрицкой земле» [{9}, кн.1, п.49]). Однако, Лотарь, избранный в 1125 году королем Германии, не был заинтересован в независимом княжестве оботритов. Лотарь аннексировал оботритское княжество и продал его в лен Кнуду Лаварду (1096–1131), сыну короля Дании Эрика I Доброго (Эрик I Добрый, король Дании с 1095–1103 год). Кнуд Лавард принес вассальную присягу королю Лотарю и стал новым правителем оботритского княжества (1129–1131).

События, повлиявшие на выбор кандидатуры Кнуда Лаварда состояли в следующем. Король Дании Эрик I Добрый (1095–1103), «когда решил совершить поход в Иерусалим, поручил свое государство и сына Кнуда/ Кнута (1096–1131) брату своему Николаю (Neils, 1065–1134, король Дании с1104 по 1134 год — прим.), взяв с того клятву, что если он не вернется, то брат передаст государство его сыну, когда тот достигнет совершеннолетия. Поэтому, когда короля при возвращении его из Иерусалима (в 1103 году — прим.) настигла смерть, Николай, хотя и от наложницы рожденный, получил королевство данов, потому что Кнут (Кнуд) все еще был ребенком». Но «и у Николая был сын, по имени Магнус». «Когда Кнут (Кнуд) стал подрастать, то, опасаясь, как бы дядя не погубил его своими кознями, он перебрался к императору Лотарю (герцогу Саксонии Лотарю, который стал императором в 1133 году) и прожил у него много дней и лет. И там к нему относились со всем почтением, приличествующим королю» [{9}, кн.1, п. 49].

В 1115 году Нильс направил повзрослевшего Кнута/ Кнуда Лаварда подальше от двора в Южную Ютландию, в Шлезвиг в качестве ярла (правителя). Из генеалогии Мекленбурга также известно, что король Дании Нильс несправедливо лишил Генриха Любекского собственности по линии его матери Сигрид Датской, дочери короля Дании Свенда II Эстридсена. За это Генрих разорял территории данов. Имея в виду, что Кнуд Лавард и Генрих Любекский были двоюродными братьями, Нильс надеялся, что Кнуд Лавард, как ярл Шлезвига, уладит возникший конфликт. Расчет удался и, в конце концов, Генрих Любекский согласился продать оспариваемые территории Кнуду Лаварду в качестве лена. Позднее, после смерти Генриха, эти территории вошли в состав земель Кнуда Лаварда.

Около 1116 года женой Кнуда Лаварда стала Ингиборга, дочь киевского князя Мстислава Владимировича (сына Владимира Мономаха) и его первой жены Христины Ингесдоттер, дочери короля Швеции Инге I (умерла в 1122 году). Инициатором этого брака, как считается, была сестра Христины Ингесдоттер — королева Норвегии, а затем Дании Маргарет Фредкулла /Margareta Fredkulla, 1080–1130.

Кнуд Лавард находился в прекрасных отношениях с герцогом Саксонии Лотарем и во враждебных отношениях с королем Дании Нильсом, фактически лишившим Кнуда королевской короны. С учетом того, что Дания являлась конкурентом Германии на европейском пространстве, такое отношение Кнуда Лаварда к королю Дании было выгодно герцогу Лотарю II. Также Кнуд Лавард приходился двоюродным братом скончавшемуся оботритскому князю Генриху и, вследствие этого, мог претендовать на оботритский престол. «И тогда отправился он (Кнуд Лавард) к императору Лотарю и за большие деньги приобрел у него Бодрицкое государство, то есть всю ту власть над ним, которой обладал Генрих» [{9}, кн.1, с. 209, 210].

«И возложил император (У Гельмольда в этом месте неточность. Императором Лотарь II стал в 1133 году — прим.) корону на голову его, чтобы был он королем у бодричей, и принял его в число своих вассалов». За это Кнуд, как вассал, должен был вместе со своей армией защищать границы империи, участвовать в войнах Лотаря на его стороне, а также платить дань Лотарю. Но для осуществления власти Лотарю потребовалось подчинить западных славян, живших на проданных ему территориях. Для этого Кнуд вступил в союз с северными саксами, гользатами. Монах Арнольд Любекский, как вы помните, привел следующую характеристику гользатам Кнуда Лаварда: «были людьми чуждыми всякого милосердия и весьма склонными к пролитию человеческой крови. Их глаз не щадил ни большого, ни малого, но всех, кто стоял против них, они безжалостно предавали смерти» [{27}, кн.2, с.330].

Кнуд, «объединившись со всеми храбрыми мужами земли гользатской, совершил набег на землю славян, убивая и поражая всех, кто оказывал ему сопротивление. А племянника Генриха Прибислава (сына Будивого/ Бутуя, внука Готшалка, законного наследника на княжество из рода Наконидов — прим.) и старшего в бодрицкой земле Никлота он увел в плен и посадил их в Шлезвиге в темницу, одев им на руки железные оковы, пока они деньгами и поручительствами не откупились и его власти над собой не признали» [{9}, кн.1, п. 49].

Убийство Кнуда Лаварда

Независимость Кнуда Лаварда, потенциального претендента на датскую корону, военный потенциал его войск, возросший за счет присоединения славянских территорий, вассальские отношения Лаварда с королем Германии не могли не вызывать обоснованные опасения у короля Дании Нильса, а также у его сына Магнуса и других властвующих вельмож Дании. Гельмольд описывал события, когда Кнуд демонстрировал при всех своё равенство королю Дании Нильсу. Гельмольд даже привел слова жены короля Нильса сыну Магнусу: «Считай же, что он (Кнуд Лавард — прим.) — враг, который не боится еще при жизни отца твоего присвоить себе королевский титул. Если ты еще долго не будешь обращать на это внимания и не убьешь его, то знай, что он лишит тебя и жизни, и государства» [{9}, кн.1с. 210].

В 1130 году на рождество «Магнус пригласил Кнута (Кнуда) приехать к нему» в Зеландию, в район Рингстеда. Жена Кнуда Лаварда, опасаясь засады, советовала ему не ездить… «После того как двоюродные братья обнялись и крепко поцеловались, они уселись вместе, чтобы обсудить дела. И тут выскочили из своих тайных убежищ, сидевшие в засаде люди, напали на Кнута и убили его (в январе 1131 года — прим.)» [{9}, кн.1, п.50].

Германский король Лотарь II, узнав об убийстве своего верного вассала, выдвинулся с армией к Шлезвигу. «Напротив него с громадным войском данов расположился Магнус, чтобы защищать землю свою. Но, испугавшись доблестного немецкого рыцарства, он отдал императору безмерное количество золота в выкуп за прощенье и признал себя его вассалом» [{9}, кн.1, п.50].

В Дании же убийство Кнуда Лаварда спровоцировало начало гражданской войны. В войне против Магнуса выступил Эрик, младший брат Кнуда Лаварда. В 1134 году войска Магнуса были разбиты, а сам Магнус убит. Король Нильс, узурпировавший власть в Дании, был убит восставшими в Шлезвиге. В 1134 году Эрик стал королем Дании, но в 1137 году был тоже убит.

У Кнуда Лаварда остались дети: Маргарет, ставшая женой Стига Хвиталедра; Кристин (1118–1139), ставшая женой короля Норвегии Магнуса IV Слепого; Катарин, ставшая женой Прислава, третьего сына Никлота; Вальдемар I.

Вальдемар I являлся по линии матери правнуком Владимиру Мономаху. С 1150 года он был герцогом Шлезвига, а с 1157 года стал королем Дании. Вальдемар I «прославился», в частности, тем, что в 1168 году во главе датской армии положил конец независимости славянского государства руян. Женой Вальдемара I с 1157 года была София Русская (по одним источникам, она была дочерью минского князя Володаря Глебовича, а по другим источникам — дочерью новгородского князя Владимира Всеволодовича).

Коронование Вальдемара I, сына Лаварда положило конец гражданским войнам в Дании, длившимся два с половиной десятилетия. Сын Вальдемара I Великого Вальдемар II, как и его отец, стал герцогом Шлезвига (с 1182 года), а в 1202 году — королем Дании.

Приход к власти князей Прибислава и Никлота

Гражданская война за датскую корону, которая вспыхнула в Дании после убийства Кнуда Лаварда, отложила экспансионистские замыслы датских королей на земли западных славян. В Германии также шла борьба за власть между Лотарем, королем Германии и антикоролем Конрадом III, франконским герцогом из рода Гогенштауфенов. К тому же в Риме и в Южной Италии произошли события, которые потребовали вторжения войск германского короля в Италию.

Прибислав (сын Бутуя/ Будивого) и Никлот (1090–1160) смогли использовать политическую ситуацию, сложившуюся после гибели Кнуда Лаварда, и в 1131 году возглавили «королевство оботритов»: «один землей вагров и полабов, другой землей бодричей» [{9}, кн.1, п.52]. Прибислав в качестве своей столицы выбрал Любицу на реке Травна/Траве. Оба князя были сторонниками независимости и дохристианской религии славян. Как писал монах Гельмольд, в этот период во всей славянской земле было враждебное отношение к христианам и «усердное поклонение» дохристианским богам славян. По словам же проф. А. И. Павинского в то время было восстановлено «народное княжеское достоинство» [{24}, с.152].

Попытка князя руян Ратислава присоединить княжество оботритов

В тридцатых годах 12 столетия, как уже говорилось, единственным законным наследником оботритского княжества из рода Наконидов был Прибислав. В тоже время члены династии князя Круто, выходца из руянского княжества, избранного в 1066 году князем оботритов, также могли претендовать на власть в оботритском княжестве. В 1138 году руяне решили окончательно покончить с родом Наконидов и объединить оботритское и руянское государственные образования.

Поход на Любицу возглавил князь руян Ратислав (1105–1141). Не обнаружив в крепости Прибислава, войско Ратислава разрушило Любицу и её окрестности. Монах Гельмольд из Босау об этом событии записал: «пришел некий Раце из рода Круто с войском, рассчитывая захватить в Любеке врага своего Прибислава. Ибо два эти рода, Круто и Генриха, вели между собой борьбу за первенство. Но поскольку Прибислав все время находился вне Любека, то Раце со своими разрушил крепость и окрестности» [{7}, кн.1. с.216]. Таким образом, силовая попытка князей руян объединить оботритское и своё княжество не привела к успеху.

Закрепление германцев в Южной Балтике

От Любице и других портов Южной Балтики по морю пролегали торговые пути в порты Балтийского и Северного моря, на Русь и далее. Через систему рек Руси можно было достичь торговых центров Византии, минуя опасные воды викингов. Также надо учитывать распространение арабского халифата на юге и юго-востоке Средиземного моря во второй половине первого тысячелетия, а затем захват городов Малой Азии сельджуками, которые к концу 11 века подошли к проливам.

Естественно, что с коммерческой и военной точек зрения, Южная Балтика была весьма привлекательна для развития Германии. Первенство на Южной Балтике стало одной из приоритетных задач и, особенно, для герцогов Саксонии. На завоеванных германцами прибалтийских землях началось строительство крепостей, аббатств, монастырей. Вот, что писал в своем труде «Славянская хроника» современник описываемых событий пастырь любекского католического епископства Гельмольд из Босау [{9}]. Речь шла о строительстве крепости на 110 метровой каменной скале с практически отвестными склонами в Зигеберге (Segeberg — прим.), в Вагрии. Император Лотарь приказал северным саксам (нордальбингам) построить на славянской земле крепость. «Не удовольствовавшись этим, император повелел заложить новую церковь у подошвы этой горы и отвел на обеспечение службы Божьей и на содержание братьев, которые должны были там во множестве собраться, шесть или более селений. Так же он поступил и с церковью в Любеке (Любице — прим.), повелев Прибиславу, под угрозой потери милости его (императора), оказывать полное расположение упомянутому священнику (Вицелину — прим.)» [{9}, кн.1, с. 213]. Строительство крепости было закончено к 1134 году.

«Повинуясь императору, пришли также и славянские князья и тоже приняли участие в работе, хотя и с великой печалью, потому что чувствовали, что все это делается втайне для их угнетения. И сказал тогда один из князей славянских другому: „Видишь ты это прочное и превосходное здание? Предсказываю тебе, что замок этот станет ярмом для всей нашей страны. Выйдя отсюда, они разрушат сначала Плуню (крепость славян — прим. автора), потом Альденбург (Старигард — прим.) и Любек (Любице — прим.), затем, перейдя Травну, Рацисбург (Ратибор, позднее Рацебург — прим.), причинят зло всей полабской земле. И земля бодричей тоже не избегнет руки их“. Тот ответил ему: „А кто же нам это несчастье приготовил, кто королю гору эту отдал?“ На это князь сказал: „Видишь вон того плешивого человека (католического священника Вицелина), который стоит рядом с королем? Это он навел на нас это несчастье“» [{9}, кн.1, с. 213].

Позднее произошло то, чего опасались славянские князья: «и возымел (император) намерение, как он сам это признает, подчинить весь народ славянский божественной религии и поставить слугу божьего (Вицелина) великим епископом» [{9}, кн.1, с. 213].

Опустошение Вагрии и её заселение переселенцами из западных территорий империи

В марте 1138 года королем Германии был избран герцог Франконии Конрад III (правил с 1138 по 1152 год). Избрание Конрада III приветствовалось знатью Швабии, Франконии и Лотарингии, которая ранее поддержала его как «антикороля», но было холодно встречено Генрихом Гордым из рода Вельфов (франков), герцогом Баварии и Саксонии, которому император Лотарь перед смертью передал вместе с герцогством Саксония и королевские регалии. Одной из первостепенных задач нового короля стало ограничение власти Генриха Гордого, как потенциального претендента на корону Германии. Летом 1138 года Конрад III лишил Генриха Гордого Саксонии и провозгласил герцогом Саксонии лояльного королю Альбрехта Медведя из рода Асканиев. Позже Баварское герцогство Генриха Гордого было отдано Леопольду IV (маркграфу Австрии).

Летом того же 1138 года разгорелось вооруженное противостояние Генриха Гордого с королем Конрадом III и Альбрехтом Медведем. Многие князья Саксонии выступили в военный поход против Альбрехта Медведя.

Князь Прибислав, воспользовавшись войной между Конрадом III и Генрихом Гордым, стал опустошать территории Нордальбингии для установления своего влияния на этой территории, как было прежде при князе Круто. «Гользатов сильно беспокоила ярость славян, вспыхнувшая из-за саксонских дел. Они как будто с цепи сорвались»… «Прибислав (сын Бутуя) из Любека», воспользовавшись удобным случаем, «полностью разрушил предместье Зигеберга, а также все его окрестности, где жили саксы. Новый храм и недавно возведенное здание монастыря были истреблены огнем» [{9}, кн.1, с. 215]. Речь идет о монастыре Hagerestorp, располагавшимся в районе Зигеберга.

В 1138 году, на юге от Вагрии Альбрехт Медведь захватил крепость Люнебург, города Бардовик и Бремен. К Альбрехту примкнули нордальбинги. Альбрехт Медведь, герцог Саксонии, изгнал графа Гольштейна Адольфа I, а на его место поставил Генриха фон Бадевиде [{9}, кн.1 с. 214]. Он получил и крепость Зигеберг.

В 1139 году Генрих фон Бадевиде, став голштинским графом и воспользовавшись разобщенностью славян, решил распространить свою власть на все славянские земли Вагрии. «Собрав втайне войско из гользатов и штурмаров, зимой вторгся в Славию … и нанес им страшное поражение, а именно, всей земле плуньской, лютилинбургской, ольденбургской и всей стране, которая начинается от реки Свалы и замыкается Балтийским морем и рекой Травной. Всю эту землю гользаты в один набег опустошили грабежами и пожарами, кроме городов, которые, будучи укреплены валами и запорами, требовали большего искусства в осаде. На следующее лето гользаты … напали на замок Плуню и…, вопреки всяким ожиданиям, эту самую крепкую из всех крепостей заняли, предав смерти славян, которые внутри находились» [{9}, кн.1, с.217]. Позднее крепость Плуне, захваченная по беспечности славян, стала центром вооруженных вторжений на западные пределы славянского государства оботритов, которые вскоре оказались полностью под контролем германцев. Barpия стала частью гольштейнского графства.

Земли гользатов, штурмаров, вагров в тридцатые годы 12 столетия [{105}]

В конце 1139 года, после серии поражений от войск Генриха Гордого, Альбрехт Медведь фактически утерял власть над Саксонией, хотя формально и продолжал носить титул герцога Саксонии до 1142 года, но в разгар войны, в 1139 году, Генрих Гордый скончался.

В 1142 году вдова Генриха Гордого Гертруда вышла замуж за Генриха II Язомиргота, брата короля Конрада III. Генрих Лев, тринадцатилетний сын Гертруды и Генриха Гордого был провозглашен герцогом Саксонии (1142–1180), а Генрих II Язомиргот в 1143 году стал герцогом Баварии. Вражда между Генрихом Львом (сыном Генриха Гордого) и Альбрехтом Медведем продолжалась вплоть до смерти Альбрехта Медведя.

В 1142 году «граф Адольф (Адольф II, младший сын Адольфа I из Шауенбурга — прим.) обратился к герцогу-мальчику (Генриху Льву — прим.) и его советникам, отстаивая свое право на вагрскую землю, и одержал верх, потому что справедливы были его требования и велика была внесенная сумма денег». «Адольф (Адольф II — прим.) получил во владение Зигеберг и всю вагрскую землю (правил с 1142 по 1164 год); Генриху же (Генриху фон Бадевиде — прим.) взамен отдал Рацебург (столица славян — полабов Ратибор — прим.) и землю полабскую» [{9}, кн.1, с. 218].

Перед своим уходом, разгневанный решением герцога, «Генрих из Бадевида, видя, что устоять не сможет, поджег замок Зигеберг и сильную крепость Гамбург… Церковь же и все, что построил Адольф Старший (Адольф I — прим.), Генрих, готовясь к бегству, разрушил» [{9}, кн.1, с. 217].

Вагрия, захваченная германцами, разрушенная и отданная Адольфу II, представляла собой обезлюдевшую и выжженную территорию. Адольф II решил заселить Вагрию переселенцами из западных территорий Германии и с их помощью восстановить и упрочить свое графство. Для этого Адольф II «отправил послов во все страны, а именно, во Фландрию и Голландию, Траектум, Вестфалию и Фризию, возвещая, чтобы все те, кто испытывает недостаток в полях, шли с семьями своими и получили землю наилучшую, землю обширную, богатую плодами, изобилующую рыбой и мясом и удобными пастбищами». «Первыми заняли места гользаты в самых безопасных областях к западу от Зигеберга, по реке Травне, также на полях Свентинефельд (в наше время Борнгефт — прим.), на всей земле, которая тянется от реки Свалы до Агримесов и озера Плуньского. Даргунский округ (запад Вагрии — прим.) населили вестфальцы, Утинский (центральная часть Вагрии) — голландцы, Сусле — фризы» [{9}, кн.1, с. 218]. Славянам для проживания без права политической самостоятельности были оставлены опустошенные земли в районе Альденбурга (Старигарда, в наше время Oldenburg), Плуне и Лютенбурга (прежде Лютица, в наше время Lütjenburg, расположенный в 35 км на запад от Киля).

В 1143/ 1144 году, в нижнем течении Траве, в 6 километрах выше по течению от разрушенного славянского города Любице, Адольф II активно начал строительство Любека — первого немецкого города-крепости на Балтике. Любек строился на месте древнеславянской крепости Буку, на высоком холме, в районе слияния реки Травны/ Траве (гидроним происходит от слов «трава», «камыш») и её притока Вокницы (в наше время Вакениц/ Wakenitz). Любек должен был стать крепостью, портом, военным, торговым и политическим центром для дальнейшего продвижения саксов на восточные земли. Создание Любека позволило за короткий промежуток времени распространить германское влияние на Прибалтику влоть до Ревеля (Таллина). Примененные политические и экономические решения в Любеке оказались настолько эффективны, что уже в 12 веке Любек стал торгово-политическим центром Ганзейского союза, объединившим порядка ста портовых городов, в которых действовало Любекское право и использовались монеты, которые чеканились в Любеке. Ганзейский союз имел свой торговый и военный флот для охраны торговых кораблей.

В земли вагров поспешил прибыть и Вицелин вместе со своими монахами, которые взамен разрушенного монастыря Hagerestorp у Зигеберга, построили новый монастырь в «селении, которое по-славянски называется Кузалина (у Первольфа Кушалина [{164}, с.120])» [{9}, кн.1, п.58]. В наше время — населенный пункт Хёгерсдорф /Högersdorf, расположенный на берегу Травны/ Траве, в 3 километрах на юго-запад от Segeberg.

Существование относительно самостоятельного государства оботритов на восточной границе графства потенциально таило для Адольфа II не только внешнюю угрозу, но и опасность восстания вагров внутри его графства. Никлот, князь оботритов, тоже осознавал мощь Священной Римской империи и Датского королевства. Не удивительно, что вскоре граф Гольштейна Адольф II и Никлот заключили договор о мире и поддерживали между собой «хорошие отношения». Гельмольд писал: «И он (Адольф II) отправил послов к Никлоту, князю бодричей, чтобы заключить с ним дружбу, и своими дарами до того привязал к себе всех знатных страны, что те все наперебой старались угодить ему и обеспечить мир в земле его» [{9}, п.57, с.218]. В тоже время цели саксонской знати по дальнейшей колонизации славянских земель не были секретом для Никлота. Он отказался от принятия христианства и боролся с распространением влияния католических орденов, считая, что принятие христианства по латинскому обряду приведет к ослаблению славянского единства государства оботритов и, как следствие, к потере независимости, к необходимости выплачивать не только дань герцогу Саксонии, но и церковной десятины епископу.

Агрессия короля Дании против руян. Борьба за датскую корону

В 1136 году войска короля Дании Эрика (младший брат Кнуда Лаварда, король Дании с 1134 по 1137 год — прим.) вторглись на остров Руян. Не сумев штурмом захватить крепость Аркона, даны лишили осажденных доступа к питьевой воде. В результате между Эриком и руянами был заключен договор, по которому руяне обязывались отречься от поклонения богу богов западных славян Свентовиту в пользу католической веры. В 1137 году, после гибели короля Эрика, руяне сочли себя свободными от обязательств, данных ему. «Когда войска датчан покинули остров, жители Рюгена прогнали датских священнослужителей и возвратились к их традиционной вере» [{151}, с.32].

В Дании, после убийства короля Эрика, остались трое потомков королевского рода: Свен (сын короля Эрика); Вальдемар (сын Кнуда Лаварда, внук короля Дании Эрика I Доброго) и Кнуд, (сын Магнуса, внук короля Нильса). Поскольку все претеденты на датскую корону были в детском возрасте, то над ними был поставлен опекун, некий Эрик, «который принял под свое покровительство государство и подрастающих государей» (Эрик III Ягненок; правил с 1137 по -1147 год — прим.) [{9}, кн.1, п.67]. Вопрос о захвате острова Руян и других славянских земель отодвинулся на два десятилетия.

Перед смертью Эрик III Ягненок, посоветовавшись с вельможами, оставил королевский трон Свену (Свен III, король Дании с 1147 по 1157 год), сыну Эрика. Кнуд, сын Магнуса (Магнус, как известно, организовал убийство Кнуда Лаварда, отца Вальдемара) начал войну против Свена за корону Дании. Вальдемар присоединился к Свену III. Адольф II, граф Гольштинии, принял сторону Кнуда (сына Магнуса). В ответ на агрессию графа Гольштинии в 1150/ 1151 году Свен III, «взяв с собой вооруженный отряд, … перешел в вагрскую землю, поджег Ольденбург и разрушил всю приморскую область. Уйдя потом оттуда, он поджег предместье Зигеберг» [{9}, кн.1, с. 225].

Позже Свен III, король Дании разбил войска Кнуда и изгнал его из Дании. Последний нашел приют в Саксонии и покровительство архиепископа Гамбурга. А Адольф II заключил мир со Свеном III. На сейме1152 года, созванном вновь избранным королем Германии Фридрихом I Барбаросса, Свен III был признан королем Дании. Кнуд попытался с помощью военной силы занять датский престол, но потерпел поражения от Свена III [{9}, кн.1, с. 228, 233].

В первой половине пятидесятых годов 12 века Кнуд заключил союз с Вальдемаром. Объединенные войска Кнуда и Вальдемара выдвинулись против Свена III, но тот морем ушел в Ольденбург, а затем укрылся у своего тестя Конрада, маркграфа Мишны и Лужиц и жил там в течение почти двух лет [{9}, кн.1, с.252].

В 1156 году через саксонских князей к Генриху Льву обратился король Дании в изгнании Свен III с просьбой, «чтобы он (Генрих) оказал помощь Свену III и вернул ему его государство. И за это Свен III обещал герцогу громадные деньги. Тогда, собрав большое войско, зимой привел наш герцог Свена III обратно в Данию» [{9}, кн.1, с.252]. Однако, «во всей данской земле не оказалось никого, кто бы принял его (Свена III) или поспешил ему навстречу. Из-за безрезультативности похода Генрих Лев вернул свои войска назад, а Свен III решил переправиться к славянам и, найдя пристанище у графа (Адольфа — прим.) в Любеке, затем отправился к Никлоту, князю бодричей» [{9}, кн.1, с.252].

Позже Свен III прибыл на остров «Лаланд» (в наше время Lolland), далее на остров «Феония» и обнаружил там преданное ему население. Свену III удалось привлечь на свою сторону ещё ряд мелких датских островов. В 1157 году Кнуд и Вальдемар с войсками направились, чтобы окончательно выдворить Свена III из королевства, но путем переговоров со Свеном III пришли к соглашению о разделе государства между Кнудом, Свеном III и Вальдемаром. «Вальдемару досталась Ютландия, Кнуду — Зеландия, Свену III — Скония». «И, чтобы соглашение не нарушалось, они все принесли присягу. После этого Кнуд и Вальдемар устроили великолепный пир в Зеландии», куда был приглашен и Свен III [{9}, кн.1, с.253]. На третий день пиршества люди Свена III закололи мечом Кнуда, но Вальдемар успел ускользнуть и бежал в Ютландию. Свен III во главе войска морских островов направился в Ютландию против своего двоюродного брата Вальдемара, но в сражении с войсками Вальдемара потерпел поражение и был убит.

В 1157 году королем Дании стал Вальдемар, известный как Вальдемар I Великий (король Дании с 1157 по 1182 год, правнук князя Владимира Мономаха). Вальдемар заключил союз с графом Адольфом II. Из книг Арнольда Любекского известно, что «при воцарении Вальдемара I одна треть королевства была опустошена и обезлюдела».

Крестовый поход 1147 года на западных славян

В 1144 году армия эмира Мосула Имад ад-Дин Занги сельджукского султана Мухаммеда приступом взяла город Эдессу, захваченный крестоносцами в период первого крестового похода, а также Эдесское княжество крестоносцев. Основное население княжества составляли сирийцы и армяне, которые традиционно занимались ремеслами и торговлей и проживали на этих землях задолго до крестоносцев. Опасаясь потери территорий Передней Азии, захваченных крестоносцами полвека назад, в 1146 году король Франции Людовик VII (1137–1180) при настоянии аббата Бернарда Клервоского и при благословении папы римского Евгения III объявил второй крестовый поход на Ближний Восток.

Следует обратить внимание на недосказанность жизнеописания Бернарда Клервоского, а также условий, благодаря которым Бернард был не только допущен к королям самых могущественных государств Европы, но и оказывал сильное влияние как на их политику, так и на политику римского папы Евгения III, избранного по настоянию того же Бернарда. Бернард Клервоский (из Клерво, 1091–1153), он же Bernard de Clairvaux, родился в Бургундии в знатной дворянской семье. В 1113 году он был принят в цистерцианский орден, отличавшийся своей закрытостью и высокой внутренней дисциплиной. В 1115 году Бернард стал монахом монастыря Клерво (северо-восток Франции), относившегося к цистерцианскому ордену. Бернард являлся одним из идеологов и создателем устава рыцарского ордена тамплиеров (Pauperurum Commilitonum Christi Templiqne Solamoniac), а также, судя по всему, представителем наднациональной структуры, выражавшей интересы правящих династий.

В канун нового 1147 года римский папа Евгений III (1145–1153 г.) и Бернард Клервоский (1091–1153) прибыли к королю Германии Конраду III. Бернард начал «увещевать государей и других верных людей, чтобы они отправились в Иерусалим, обуздали языческие народы востока и подчиняли их христианским законам, говоря, что приблизились времена, когда все народы должны обратиться и весь Израиль, таким образом, будет спасен» [{9}, кн.1, с.220]. Король Германии Конрад III, герцог Швабии (племянник Конрада III, в будущем король Германии Фридрих I Барбаросса), епископы и большинство князей Германии согласились принять участие в этом походе. Однако саксонский герцог Генрих Лев, находившийся во враждебных отношениях с Конрадом III, отказался от похода в Палестину, сославшись на то, что они и так уже ведут войну против язычников-славян.

Бернард Клервоский увидел в войне князей Саксонии против славян выгоду не только для саксонских князей, но и стратегическую возможность расширения «римского католического мира» на обширные территории Восточной Европы с перспективой получения долгосрочных политических и экономических результатов. Весной 1147 года Бернард Клервоский убедил римского папу Евгения III включить во второй крестовый поход также и поход на славян — язычников Южной Балтики, государство которых, в тот период, было ослаблено. Папа римский дал свое благословение и заранее отпустили грехи всем, кто примет участие в этом походе.

Поход на западных славян (вендов) ознаменовал начало политики крестовых походов против славян и был сформулирован в булле Divini dispensatione [{60}] следующим образом: «Если крестоносцы пожелают, они могут завоевать самую лучшую страну для поселения. Хотя язычники скверны, их земля богато одарена мясом, мёдом и мукой». 19 марта 1147 года во Франкфурте Бернард Клервоский призвал христиан «вооружиться против язычников-славян, чтобы или совершенно искоренить их или обратить в христианство». Бернард обещал всем участникам крестового похода на славян такое же прощение грехов, что и крестоносцам, которые направились в Иерусалим [{59}, 62, 68]. «И у всех на одежде и на оружии был знак креста. И сочли вожди похода за лучшее одну часть войска отправить в страны Востока, другую — в Испанию, третью же — к славянам, возле нас обитающим» [{9}, кн.1, п.59]. Поход поддержали короли западной Европы.

Колониальные цели похода на вендов не были секретом. Монах Гельмольд так характеризовал герцога Саксонии Генриха Льва: «он (Генрих Лев) всегда простирал на них (славян) дань Марса (т. е. совершал военные походы на славян, сопровождавшиеся грабежами — прим.) и они отдавали ему все, что он пожелал потребовать, лишь бы сохранить себе жизнь и отечество. Но ни в одном из походов, которые он успешно, будучи еще юношей, на Славию совершал, о христианстве и не вспоминалось, [но] только о деньгах» [{9}, кн.1, с.229]. Для епископов приобретение славянских земель означало расширение владений епископств, паствы, получение дополнительных десятин с колонизированного славянского населения, а также сокрушение главного идеологического противника на Европейском пространстве — западнославянского язычества. Кроме этого для участников похода на славян открывалась возможность захвата земель без участия в рискованном походе в далекую Палестину.

Ударной силой крестоносцев в походе на славян стали войска герцога Саксонии Генриха Льва (Heinrich der Löwe, 1129–1195) из рода Вельфов и маркграфа Северной марки Альбрехта Медведя (Albrecht der Bär, 1100–1170) из рода Асканиев. Генрих Лев и Альбрехт Медведь для похода против западных славян даже прекратили войну между собой, которую вели за право владения Саксонией.

На решение совершить крестовый этнический поход на западных славян совершенно не повлияло и то, что отношения правителей западных славян с их западными соседями внешне выглядели вполне союзническими. Например, князь гавелян Прибислав-Генрих и семья Альбрехта Медведя находились в дружеских отношениях настолько, что Прибислав-Генрих был крестным отцом сына Альбрехта Медведя. Князь оботритов Никлот был в добрососедских отношениях со своим западным соседом графом Гольштейна Адольфом II.

Армия восемнадцатилетнего Генриха Льва должна была нанести удар по оботритам и захватить их основную крепость Дубин [{9}, кн.1, п.62] (Добин — прим.), расположенную на северо-востоке Зверинского (Шверинского) озера. Армия Альбрехта Медведя должна была наступать южнее, через столицу брежан Хавельберг/ Гавельберг и захватить города Мальхов (Malchow), Деммин (Demmin). Оттуда часть армии Альбрехта Медведя должна была пойти на Штеттин (в наше время Щецин). С севера против государства славян князя Никлота вышел флот наследников датского престола.

Желающих поучаствовать в захвате и дележе западнославянских земель набралось немало. К армиям Генриха Льва и Альбрехта Медведя присоединились войска архиепископа Гамбурга и Бремена Адальберта, архиепископа Магдебурга Фридриха, саксонских епископов (Фердена, Мюнстера, Мерзебурга, Хальберштадта, Хафельберга, Бранденбурга). Вслед за ними пошли войска моравских князей, их епископа, аббата Вибальда (Abt Wibald) цистерцианского аббатства Corvey [{68}], маркграфа Конрада I Мейсенского, герцога Конрада из Церинге, пфальцграфа Фридриха Саксонского, Германа Рейнского, бургундского герцога Конрада, маркграфа из Сальтведеле (Зальцведель — прим.), Конрад из Витина (Веттин на реке Сала), чешских и польских феодалов [{9}, кн.1, п.62; 68] и многочисленных князьков. Таким образом, против оботритов и лютичей, истощенных войнами за свою независимость, объединился весь западноевропейский римский католический мир от Рейна до Вислы, включая датское королевство и вассальные Германии государства. Начало похода было назначено на конец июня 1147 года.

Подготовка к наступлению саксонских войск не осталась незамеченной. Перед Никлотом, князем оботритов, возникла сложная задача отстоять независимость государства западных славян. Находясь в союзнических отношениях с графом Адольфом II Шауэнбургским, Никлот запросил через послов поддержки в войне с Генрихом Львом, «напоминая ему о союзе, который они заключили, и, вместе с тем, прося предоставить ему возможность побеседовать с ним и посоветоваться». «Граф не согласился, говоря, что это было бы неосторожно с его стороны, ибо могло бы нанести обиду другим государям» [{9}, кн.1, с.222]. Фактически это означало предсказуемое нарушение саксонским графом Адольфом II союзнических обязательств по отношению к Никлоту.

Никлот возглавил подготовку оботритских крепостей к агрессии. К основным городам-крепостям государства Никлота относились следующие: Мекленбург, Зверин, Добин, Илов, Верле, Пархим, Кутин (на острове Коль в Плауэр-Зе/ Plauer See), Малахов/ Мальхов и др. К его государству примкнули хижане, жившие между Варнавой и Рекницей, черезпеняне, жившие между Рекницей и Пеной, а также мелкие племена, жившие в районе озера Мюриц [{164}, с.147]. Особое внимание Никлот уделил крепости Дубин [{7}]/ Добин. Эта крепость находилась в болотистой местности, на узкой косе примерно 200 метров шириной между северной частью озера Зверин (в наше время Шверин) и озером Дёпе (Döpe), на возвышенном месте и «могла бы послужить для народа убежищем в случае необходимости» [{9}, кн. 1, с. 222] до наступления морозов. Место крепости Добин было выбрано таким образом, чтобы армии герцога Саксонии Генриха Льва и короля Дании не имели преимуществ от их численности. Площадь крепости составляла 3 гектара. С южной стороны к основной крепости примыкала другая дополнительная крепость. С северной и южной стороны косы были вырыты оборонительные рвы.

В наше время остатки оборонительных валов распознаваемы, а о крепости и войне с крестоносцами напоминает многотонный валун и стенд с надписью «Slawenburg Dobin» (Славянская крепость Добин) с поясняющим текстом.

За несколько дней до начала наступления крестоносцев, на рассвете войска Никлота на кораблях вошли в устье реки Травна и осадили Любек с криками «ура» («so mit „Hurra“ de Slaven verjaagt» [{64}]). Гельмольд об этом событии писал: «Но опьяневшие от обильных возлияний люди (по поводу праздника Иоанна и Павла — прим.) не могли двинуться ни по дороге, ни на кораблях, пока, окруженные врагами (оботритами — прим.), не потеряли из-за огня своих кораблей, нагруженных товарами. В тот день было убито около 300 и больше мужей» [{9}, кн.1, с.222]. Этим рейдом Никлот лишил саксонскую армию причалов и кораблей, которые могли использоваться для доставки продовольствия и войск крестоносцам [{62}, 68].

Тогда же «два отряда конницы (оботритов) промчались через вагрскую землю и все, что нашли в предместье Зигеберга, истребили. Округ, называемый Даргунским, и все земли, расположенные вниз от Травны и заселенные вестфальцами, голландцами и другими чужеземными народами, были поглощены ненасытным огнем». «Но мужей гользатских, которые обитают за Травной, к западу от Зигеберга, они пощадили и, остановившись на полях селения Кузалины, не стали продвигаться дальше» и покинули Вагрию [{9}, кн.1, с.222]. Позднее гользатов заподозрили, что это они призвали войска Никлота. Оботриты же с запасами продовольствия укрылись в Добине.

В июле 1147 года крестоносцы Генриха Льва осадили Добин. Для штурма было изготовлено «много машин» [{9}, кн.1, с 224]. Эту армию также вели «Конрад, герцог бургундский, архиепископ бременский Адальберт, епископ бременский Дитмар и другие» [{68}]. Датская армия, высадившись в Висмарском заливе, пошла на юг в направлении Добина для соединения с армией Генриха Льва.

Из-за болотистой местности в районе крепости Добин, расположенной на узком перешейке между двумя озерами, отряды крестоносцев не могли наступать одновременно. Этим и воспользовался Никлот: «находившиеся в осаде заметили, что войско данов действует вяло, ибо те, которые дома настроены воинственно, вне его обычно трусят; и, совершив внезапную вылазку, они убили многих данов и удобрили землю их трупами. Оказать им помощь было невозможно, так как между ними лежало море (Шверинское озеро — прим.)» [{9}, кн.1, п.65].

Одновременно с описываемыми боями флот руян [{62}] зашел в тыл к датскому флоту с моря и уничтожил часть кораблей. Другие корабли, ожидавшие датские войска, были захвачены, что позволило увеличить число кораблей руян. Флотилии союзников не пришли на помощь, а командир флотилии (епископ Аскер) бежал на торговом судне. Более подробно события этого сражения описаны у датского историка Саксона Грамматика. События под Добиным и захват кораблей в Висмарском заливе привели к прекращению наступления данов, которые «поспешили к судам» [{68}].

В тоже время в среде саксонских князей росло понимание, что уничтожение славян, которые платили дань, несло для князей только убытки. Монах Гельмольд привел текст таких разговоров: «Разве земля, которую мы опустошаем, — так будто бы говорили саксы, — не наши земля? И народ, с которым мы воюем, разве не наш народ? Зачем же нам быть врагами самим себе и расточителями следуемых нам даней? Не проистекают ли от этого убытки для государей наших?» [{9}, кн.1, п. 65]. Подобные выводы привели к снижению энтузиазма воинствующих церковников.

Вторая саксонская армия под командованием Альбрехта Медведя, Фридриха Саксонского, Германа Рейнского и маркграфа Конрада Мейсенского собралась в июне 1147 года у Магдебурга. В числе духовных вождей крестового похода на славян помимо папского легата, епископа Гавельбергского были архиепископ Фридрих Магдебургский, епископы Гальберштадтский, Мерзебургский, Бранденбургский и Мюнстерский, а также Вибальд, аббат Корвейский. Как писал профессор Грацианский, «Духовные князья соревновались в своих воинственных планах со светскими, причём возглавлявший этих прелатов архиепископ Магдебургский мечтал подчинить своей власти независимое поморское епископство и завладеть его обширными доходами в богатом Поморье» [{68}].

Армия Альбрехта, верная «высокодуховным» наставлениям цистерцианского ордена и архиепископа Магдебурга по захвату славянских земель, оставляла после себя сожженное, безжизненное и разграбленное пространство, в том числе некогда богатый город Мальхов вместе со славянским святилищем. Затем армия разделилась. Одна часть пошла к хорошо укрепленному городу Дымину (в наше время Деммин/ Demmin на реке Пена /Peene) и при его осаде понесла большие потери. Другая часть армии крестоносцев Альбрехта с епископом Моравии направилась в сторону Щецина/ Штеттина. Но повода для похода в Померанию под религиозным предлогом у крестоносцев не было, так как жители Щецина были христианами уже более двадцати лет, но это обстоятельство, видимо, не остановило крестоносцев [{68}].

Горожане по указанию Адальберта, епископа Щецина и князя Ратибора I выставили кресты на своих стенах в знак того, что здесь живут христиане. Крестоносцы из простонародья оказались в замешательстве и не могли понять, почему они должны убивать христиан таких же, как и они. Когда стало ясно, что крестоносцы пришли не для искоренения язычества, а ради колониальных интересов саксонских князей, недовольные крестоносцы из простонародья начали покидать боевые порядки. В итоге, вместо штурма города был заключен мир, а осада снята [{68}].

В результате трехмесячного крестового похода саксонские феодалы заключили с оботритами договор о мире (как показали будущие события, скорее, о перемирии), по которому, как писал Гельмольд, «славяне принимают христианскую веру и отпускают данов, которые находились у них в плену. И тогда многие притворно приняли крещение, а из плена отпустили всех стариков и непригодных (людей), остальных же, которые здоровьем были крепче и более приспособлены для работы, задержали. Таким образом, этот великий поход закончился умеренным успехом» [{9}, кн.1, п.65].

Итого второго крестового похода на Ближний восток

Основная часть вооруженных сил второго крестового похода направилась на Ближний Восток через Венгрию, Сербию, Болгарию и Македонию. Её костяк составляли армии королей Германии и Франции. Впереди шли германские войска, а с интервалом в три недели за германцами шли французы. К осени 1147 года, когда германцы подступили к стенам Константинополя, стало ясно, что «высокая идея» похода сопровождается массовыми грабежами и насилием населения. Опасаясь разграбления Константинополя и восстания населения, император Восточной Римской империи Мануил I Комнин приложил все усилия, чтобы быстрее переправить армию Конрада III на восточный берег Босфора.

На восточном берегу пролива часть армии Конрада III направилась по побережью, а другая часть пошла более коротким путем через материк на Иконий. В нескольких сотнях километров от Константинополя, в районе Каппадокии (Cappadokia) германские войска были практически уничтожены турками-сельджуками. Конраду III с оставшимися германцами удалось спастись и вернуться в Никею. Здесь Французская армия и остатки германской армии объединились.

Конрадом III и Людовиком VII был избран новый маршрут, через Пергам (современный Бергама) и Смирну (современный Измир) в обход места разгрома германцев. Но и этот маршрут оказался губительным для их армий. Из-за недостатка продовольствия, питьевой воды и фуража, а также постоянных атак конницы турок-сельджуков, армии потеряли много воинов, снаряжения и вьючных животных.

Зимой 1148 года французская и германская армии, измученные переходом, наконец, достигли Эфеса, расположенного в 80 километрах южнее современного Измира. Людовик VII со своей армией продолжил путь и дошел до Анталии, где погрузив армию на нанятые корабли, достиг порта Сен-Семион Антиохийского христианского княжества (на западе от Алеппо).

Германский же король, в отличие от Людовика VII, из Эфеса морем вернулся в Константинополь, отказавшись от «высокой миссии» войны с эмиром Мосула по возвращению Эдессы, а затем с остатками своей армии направился в Иерусалимское королевство для оказания помощи в конфликте с эмиром Дамаска. Таким образом, произошла переориентация цели крестового похода по разгрому основных войск мусульман эмира Мосула в частную задачу Иерусалимского королевства, связанную с походом на Дамаск, территория государства которого граничила на западе с Иерусалимским королевством.

Поход на Дамаск также оказался безуспешен. Если ранее эмир Дамаска и эмир Мосула враждовали друг с другом, то попытка крестоносцев захватить Дамаск привела к созданию в 1148 году антихристианского союза между эмирами. Дамаск, укрепленный неприступными стенами, крестоносцам взять не удалось.

Конрад III вернулся в Германию. Людовик VII, после отплытия Конрада III, вынужден был последовать его примеру и в начале 1149 года с остатками своей армии на норманнских кораблях через Италию вернулся во Францию. Позднее, в неудаче второго крестового похода был обвинен Константинополь, поскольку армии французов и германцев проходили по землям Восточной Римской империи. Этот вывод нашел своё косвенное воплощение в четвертом крестовом походе, во время которого крестоносцы решили вообще не идти в земли обетованные, захватили и разграбили Константинополь, а Восточную Римскую империю подчинили Западной Римской империи.

Образование маркграфства Бранденбург

Альбрехт Медведь, который к 1147 году уже владел столицей брежан Хафельбергом/ Гавельбергом, намеревался продвинуться вглубь правобережья Эльбы и закрепиться в долине реки Хавел/ Хафель /Гавель/ Havel. Но для этого нужно было овладеть столицей гавелян, крепостью Бранибор. Последним князем гавелян и правителем Бранибора был Прибислав (1080–1050), который в крещении получил имя Генрих и, поэтому в источниках называется Прибислав — Генрих. Прибислав-Генрих поддерживал дружеские отношения с Альбрехтом Медведем и, как утверждают саксонские хроники, даже был крестным отцом Оттона I, сына Альбрехта Медведя. В саксонских источниках также отражена версия, что Прибислав-Генрих своему крестнику Оттону I подарил земли Цаухе /Zauche (Сухие), расположенные к югу от реки Хавел между Бранибором (будущим Бранденбургом), Потступиным (будущим Потсдамом) и Белиц, а земли гавелян после своей смерти, якобы, завещал Альбрехту Медведю.

После смерти Прибислава-Генриха Альбрехт Медведь с помощью Петриссии (Petrissa), жены Прибислава-Генриха ввел войска в крепость Бранибор и объявил себя наследником князя гавелян. Славяне отказались подчиняться Альбрехту и стали нападать на саксов (в частности, известно уничтожение немецкого отряда графа Конрада Плоцковского в 1155 году) [{68}]. Князь шпреян Яксе/ Ячко из Копаницы (в наше время земля Копаница входит в состав федеральной земли Берлин), родственник Прибислава, с помощью славян, охранявших Бранибор, занял крепость, объявил об изгнании саксонских феодалов, а себя князем гавелян/ гавелян [{68}]. В 1157 году Альбрехт Медведь с помощью войск саксонских князей и магдебургского архиепископа Вихмана сумел вновь овладеть Бранибором. После этого саксы уже не выпускали из своих рук ключевую крепость на Хавеле Бранибор. Бранибор получил онемеченное название Бранденбург. Земли гавелян вошли в состав вновь образованного Бранденбургского маркграфства, датой основания которого считается 1157 год.

«Адальберт (Альбрехт — прим.) по прозвищу Медведь… поработил всю землю брежан, стодорян и многих других народов, обитающих на Гаволе и Эльбе, и усмирил имевшихся среди них мятежников. Наконец, когда славяне мало-помалу стали убывать, он послал в Траектум (в наше время город У́трехт в Нидерландах — прим.) и в края по Рейну, а потом к тем, кто живет у океана и страдает от суровости моря, а именно, к голландцам, зеландцам и фландрийцам, и вывел из всех этих стран весьма много народа и поселил их в славянских городах и селениях (с предоставлением переселенцам экономических льгот — прим.). И весьма окрепли от прихода этих поселенцев епископства Бранденбургское и Гавельбургское, так как увеличилось количество церквей и выросли сильно десятины… Многими городами и селениями вплоть до Богемских гор завладели голландцы». «Славяне частью перебиты, частью изгнаны, а сюда пришли выведенные от пределов океана народы сильные и бесчисленные и получили славянские земли, и построили города и церкви, и разбогатели сверх всякой меры» [{9}, кн.1, п.88].

В 19 веке после изучения монастырских книг правобережья Эльбы профессор И. Первольф записал: «Прежние славянские жители (деревень „Черницы, Дедович, Унстаден“ и других), которые обработали те поля», были «оттуда удалены». «Тамошние славяне должны были уступить немецким колонистам». «С 13 века не встречаем уже славян в земле морачанской (моричан — прим.)» [{164}, с.78, 79].

Зачастую переселенцы из западных областей Германии и из Старой марки давали своим поселениям названия мест, откуда они пришли. Это и сейчас хорошо видно, если сравнить топонимы западной Германии и названия населенных пунктов, расположенные между Эльбой и Одером. Часто колонисты занимали славянские селения, вынуждая славян переселяться и строить новое село. Прежнее село славян, в котором заселялись колонисты, получало название «большое», а новое, куда переселяли славян — «малое» или «славянское». Не редки и случаи, когда прежнее село славян после заселения в нем немцев получало новое немецкое название. Бранденбургские дворяне были преимущественно немецкого происхождения. Их фамилии (Цутлиц, Квицов, Линдов, Рупин, Плоте, Рохов, Бредов, Первениц, Штегелиц, Добервов, Ярихов, Сандов и другие) формировались по названиям славянских владений, городов и сел. Христианское духовенство, будучи исключительно немецким, наравне с немецким дворянством участвовало в активной колонизации славянских земель, называя при этом «бранденбургских славян народом злым и развращенным, врагом христианского имени» [{164}, с. 81].

Оттон I (1128–1184; маркграф Бранденбурга с 1170 года), сын Альбрехта Медведя, заняв бранденбургский престол после смерти отца, продолжил политику захвата славянских земель и их колонизации. В дальнейшем колониальная политика Альбрехта Медведя и Оттона I была продолжена Оттоном II, сыном Оттона I. В течение 12–13 веков территория Асканиев расширилась до Одера.

Восстановление епископств на землях вагров и оботритов

В 1148 году, уже на следующий год после заключения мира между князем Никлотом и саксонскими феодалами, архиепископ гамбургский Гартвиг решил восстановить Ольденбургское, Ратцебургское и Микилинбургское епископства, упраздненные во время восстания славян 1066 года. В 1149 году в епископы Ольденбурга был посвящен Вицелин, а епископом Микилинбурга (Мекленбурга) был поставлен Эммегард. Когда Вицелин прибыл в Ольденбург, где некогда (в середине прошлого века — прим.) находилась кафедра епископа, то увидел, что в Вагрии продолжали поклоняться славянскому богу Прове (возможно, Перуну — прим.). Проповеди нового епископа в подвластной Прибиславу части Вагрии оказались практически бесполезны [{9}, кн.1, с. 232]. «И дал епископ деньги дровосекам на расходы по храму, и начали строить церковь у вала древнего города, куда по воскресеньям жители всей земли имели обыкновение собираться на рынок» [{9}, кн.1, п. 69].

Генрих Лев, в свою очередь, желая утвердить свою власть, в том числе, над епископами, поставил условие, что епископы должны принять епископскую инвеституру из его рук. Но по Вормскому конкордату от 1122 года право назначения епископов принадлежало католической церкви совместно с императором. Настаивая на своем, Генрих «взял себе все десятины за этот год, которые полагались новому епископу, и не оставил от них никаких следов». Позже епископ Вицелин, несмотря на увещевания гамбургского архиепископа Гартвига [{9}, кн.1, с. 235], уважил просьбу герцога, а взамен получил деревню Босау с Дулзаницей [{9}, кн.1, с 232]. Сам Вицелин поселился на острове у села Босау (Бажово). Там же началось строительство церкви. В 1154 году «епископом в Ратцебург был назначен Эвермод (1154–1178), священник из Магдебурга». Генрих фон Бадевиде «отвел ему для поселения остров, расположенный возле замка (на озере Ратибор — прим.). Кроме того, он передал герцогу 300 мансов для пожалования их в обеспечение епископства»[{9}, кн.1, п.77].

После смерти Вицелина, произошедшей в 1154 году, епископом Ольденбурга был назначен Герольд (епископ с 1155 по 1163 год — прим.). В начале 1156 года Герольд прибыл в Ольденбург. Город этот был совершенно пуст, не имел ни стен, ни жителей, только маленькую церковь, которую воздвиг Вицелин. Среди прихожан, кроме Прибислава и еще нескольких человек, никого из славян не было. Погостив два дня у Прибислава, Герольд направился дальше по Славии в гости к вельможе славян Тешемиру.

Далее, будет приведена цитата монаха Гельмольда из Босау, свидетеля описываемых событий 12 века. В документе сказано о богах славян, а также о едином языческом Боге славян, господствующим «над другими в небесах», о бережном отношении славян к священным рощам, о готовности оказать приют даже тем, кому угрожала «смертельная опасность»: «И случилось, что по дороге пришли мы в рощу, единственную в этом краю, которая целиком расположена на равнине. Здесь среди очень старых деревьев мы увидали священные дубы, посвященные богу этой земли Прове. Их окружал дворик, обнесенный деревянной, искусно сделанной оградой, имевшей двое ворот. Все города изобиловали пенатами и идолами, но это место было святыней всей земли. Здесь был и жрец, и свои празднества, и разные обряды жертвоприношений. Сюда каждый второй день недели имел обыкновение собираться весь народ с князем и со жрецом на суд. Вход во дворик разрешался только жрецу и желающим принести жертву или тем, кому угрожала смертельная опасность, ибо таким здесь никогда не отказывалось в приюте.

Славяне питают к своим святыням такое уважение, что место, где расположен храм, не позволяют осквернять кровью даже во время войны. Клятву они с большой неохотой приносят, боясь навлечь на себя гнев богов, ибо клятва у славян равносильна ее нарушению. У славян имеется много разных видов идолопоклонства. Ибо не все они придерживаются одних и тех же языческих обычаев. Одни прикрывают невообразимые изваяния своих идолов храмами, как, например, идол в Плуне, имя которому Подага; у других божества населяют леса и рощи, как Прове, бог ольденбургской земли, — они не имеют никаких идолов. Многих богов они вырезают с двумя, тремя и больше головами. Среди многообразных божеств, которым они посвящают поля, леса, горести и радости, они признают и единого Бога, господствующего над другими в небесах. Признают, что он, всемогущий, заботится лишь о делах небесных. Они (другие боги), повинуясь ему, выполняют возложенные на них обязанности, и, что они от крови его происходят и каждый из них тем важнее, чем ближе он стоит к этому богу богов» [{9}, кн. 1]. Не останавливаясь на теме пантеона языческих богов славян, вероятно, следует отметить его схожесть с пантеонами богов арийских племен Индии, древней Греции, а затем и Римской империи, а также соответствие, рассмотренных ранее миграционных потоков с цивилизационным подъемам античного периода.

Гельмольд не забыл написать и об отношении саксонских священников, предков современных носителей «европейских ценностей», к славянским святыням: «Когда мы пришли в эту рощу и в это место безбожия, епископ стал увещевать нас, чтобы мы смело приступали к уничтожению рощи. Сам же, сойдя с коня, сбил шестом лицевые украшения с ворот. И, войдя в дворик, мы разрушили всю его ограду и свалили ее в одну кучу вокруг священных деревьев, и, подкинув огонь, устроили костер из множества бревен, однако не без страха, как бы на нас не обрушилось возмущение жителей. Но Господь покровительствовал нам».

Характерно и лицемерие саксонских священников, которые после надругательства над священной славянской рощей направились к славянскому вельможе Тешемиру и пользовались его гостеприимством: «После этого мы направили путь к пригласившему нас в гости. Тешемир („могущественный человек“ в Славии) принял нас с большой роскошью» [{9}, кн1,п.83, с.248].

В ближайшее воскресенье на рыночной площади в Любеке епископ призвал славян отказаться от своей веры и принять христианство. В ответ Прибислав, князь вагров в вежливой форме отказал епископу, указав на дискриминацию славян, процветающие поборы в Вагрии, колонизированной саксами: «Государи наши так жестоко поступают с нами, что из-за платежей и тягчайшей неволи смерть кажется нам лучше, чем жизнь. Вот в этом году мы, жители этого маленького уголка, уплатили тысячу марок герцогу, потом столько-то сотен марок графу, и этого еще мало, ежедневно нас надувают и обременяют вплоть до полного разграбления. Как приобщимся мы к новой вере, как будем строить церкви и примем крещение, — мы, перед которыми ежедневно возникает необходимость обращаться в бегство? Но если бы было такое место, куда мы могли бы убежать! Если мы перейдем Травну, там такое же несчастье, если пойдем на реку Пену, и там все так же. Что же остается другое, нежели, покинув землю, не уйти на море и жить там в пучинах». «Если герцогу и тебе угодно, чтобы у нас с графом была одна и та же вера, пусть будут нам даны права саксов на владения и доходы, и мы с охотой станем христианами, построим церкви и будем платить свои десятины» [{9}, кн.1, п.83].

Оботриты также отказались принимать христианскую веру по латинскому обряду и не стали платить церковной десятины, но выплачивали дань герцогу Саксонии (а вагры и полабы ещё и графу Голштинии). Об этом было заявлено князем Никлотом герцогу Саксонии Генриху Льву на сейме в Артенебурге, состоявшемся в 1155–1156 году: «Побуждаемый епископом (Герольдом — прим.), герцог обратился к славянам с речью о христианской вере. На что Никлот, князь бодричей, сказал: „Бог, который на небесах, пусть будет твой бог, а ты будь нашим богом, и нам этого достаточно. Ты его почитай, а мы тебя будем почитать“» [{9}, кн.1, п.83].

Что касается герцога Саксонии и графа Адольфа II, то они передали Ольденбургскому епископу в обеспечение прежние славянские земли в Утине (300 мансов). Другие духовные лица заняли Кузалину, «иначе называемой Гагересторп», Зигеберг. С возвращением епископа в Ольденбург для славян наступили еще более тяжелые времена. Ольденбургский епископ призвал вырубать священные рощи, запретил приносить клятвы у деревьев, источников и камней. Славян, застигнутых при совершении своих традиционных обрядов, «приводили к своему священнику, чтобы тот испытывал их железом или лемехами» [{9}, кн.1, п.83].

Епископ также настоял перед графом Адольфом II о создании саксонской колонии на земле славян-вагров, чтобы «священник мог бы иметь утешение в народе, язык и обычаи которого он знает». И была выстроена новая церковь в Ольденбурге (ранее славянском Старигарде — прим.), Сусле, Лютилинбурге (Лютино) и Ратеково (в наше время Ратекау, в 15 километрах на север от Любека). «Около этого времени граф возвел снова замок Плуню и построил там город и рынок. И ушли славяне, жившие в окрестных селениях, и пришли саксы и поселились здесь. Славяне же постепенно убывали в этой земле» [{9}, кн.1, п.83].

Но в княжестве Никлота «не могло быть и речи о христианстве и…, назначенный в Мекленбург епископ, едва ли даже осмелился показаться в своей епархии» [{68}].

Война Никлота с хижанами и черезпенянами

После заключения мира в 1147 году Никлот восстановил союзнические отношения со своим соседом на северо-западе графом Адольфом II Шауэнбургским. Никлот, осознавая силы соседней империи, хотя и отказывался принимать христианскую веру по латинскому обряду, но вынужден был платить дань саксонскому герцогу, которую собирал со своих подданных. Хижане и черезпеняне, входившие в государство Никлота и находившиеся в тесном военном и торговом сотрудничестве с руянами, были экономически независимы. У них скапливались деньги от торговли и от морских операций. Необходимость платить дань Никлоту, а через него и саксам не устраивала хижан и черезпенян. Они могли сравнивать время правления Круто, когда славянские земли были независимы и период бесправия во времена Генриха. У хижан и черезпенян усиливалось недовольство и стремление к большей самостоятельности, которое в 1150 году выразилось в отказе хижан и черезпенян платить дань саксам.

В 1151 году Никлот, «князь земли бодричей», вероятно, из-за опасения карательного похода империи и уничтожения его государства, вынужден был отправиться в Люнебург, где, как записал Гельмольд, «обратился к герцогине Клементине и стал громко жаловаться перед ней и друзьями герцога, что хижане и черезпеняне начали понемногу бунтовать. (Генрих Лев отсутствовал, так как вступил в войну с королем Германии Конрадом III и его братом герцогом Генрихом Язомирготом в надежде вернуть себе герцогство Бавария — прим.). И тогда были назначены граф Адольф с народом гользатов и штурмаров оказать поддержку Никлоту и подавить восстание непокорных. И граф выступил более чем с 2 тысячами избранных воинов. Никлот тоже собрал войско из бодричей. И они отправились вместе в землю хижан и черезпенян и шли по „неприятельской“ земле, уничтожая все огнем и мечом. И разрушили знаменитое языческое святилище с идолами (святилище Яровита, находившееся в земле черезпенян, в городе Волегоще — прим.). Жители, видя, что у них нет сил сопротивляться, откупились громадными деньгами и недостававшее в данях покрыли с избытком. Тогда Никлот, обрадованный победой, выразил графу горячую признательность и, когда тот возвращался домой, проводил его до границы своей страны, проявляя самую тщательную заботу о его войске. И с того дня окрепла дружба между графом и Никлотом, и часто они сходились в Любеке или Травенемунде для беседы» [{9}, кн.1, п.71].

Другими словами, Никлот обратился к практике Наконидов по принуждению славян платить дань саксонским герцогам. Союз, основанный на внешней силе, не мог быть долговечен. Через девять лет, в 1160 году, при очередном крестовом походе империи на вендов, западные славяне окончательно потеряли свою независимость.

Итальянские походы 1154–1168 годов. Фридриха I Барбаросса. Укрепление власти Генриха Льва

В 1147 году Фридрих I Барбаросса («Рыжая борода»), племянник короля Конрада III, наследовал герцогство Швабия от своего отца, герцога Фридриха Одноглазого. В том же году Фридрих I присоединился к крестовому походу короля Конрада III в Палестину, где зарекомендовал себя храбрым военачальником. В 1152 году германские князья по рекомендации Конрада III избрали королем Германии Фридриха I Барбаросса, первого представителя из династии Гогенштауфенов.

В 1154 году король Германии во главе многочисленной армии вступил в Италию для коронации императором Священной Римской империи [{9}, кн.1, с.242]. В этом походе участвовал и герцог Саксонии Генрих Лев во главе своих войск. Римляне направили своих послов к королю с перечнем своих требований, необходимых для его коронации. Король должен был «почтить город (Рим), который являлся столицей мира и матерью империи, и преподнести сенату … 15 тысяч фунтов серебра, чтобы вызвать, таким способом, в душах сенаторов расположение к себе; и тогда они воздадут ему триумфальные почести, и того, кто по выбору государей империи поставлен в короли, сенат возведет властью своей в императоры». В ответ на это Фридрих заявил, что «Вы поступите осторожнее, если, оставив это, примете от нас свидетельства лучше нашей дружбы, чем нашего оружия» [{9}, кн.1, п.79].

Не добившись согласия с «римлянами», Фридрих пригласил в свой военный лагерь папу римского Адриана IV (1154–1159). Результатом переговоров с папой римским была договоренность, что германский король завоюет для папы Апулию, которой завладел король Вильгельм Сицилийский (1154–1166), а папа коронует Фридриха императором. Ночью, в июне 1155 года собор Святого Петра был окружен девятью сотнями панцирников короля Фридриха I, которые утром обеспечили торжественный вход короля в собор Святого Петра. Войска Фридриха I охраняли короля, а папа римский Адриан IV короновал его императором Священной Римской империи. Сразу после коронации восставшие римляне напали на лагерь нового императора, но были разбиты. В этом сражении отличился герцог Саксонии Генрих Лев и его заслуги не были забыты ни папой, ни императором [{9}, кн.1, п.80].

Папа римский «послал ему (Генриху Льву — прим.) дары» и выполнил его просьбу о посвящении ольденбургского епископа (Герольда), выбранного герцогом. Император Фридрих Барбаросса, со своей стороны, постарался положить конец противостоянию Генриха Язомиргота, герцога Баварии, маркграфа Австрии и герцога Саксонии Генриха Льва, который стремился вернуть Баварию, принадлежавшую ему по праву наследства. В 1156 году «Фредерик (Фридрих I — прим.) отнял герцогство (Бавария — прим.) у своего дяди (Генриха Язомиргота — прим.) и вернул нашему герцогу (Генриху Льву — прим.), так как и во время итальянского похода, и в государственных делах его верность заметил» [{9}, кн.1, п. 84]. Взамен Генрих Язомиргот был провозглашен герцогом Австрии (используется современное название), которая получила независимость от Баварии. Потомки Генриха могли наследовать австрийский престол, а Генрих мог назначать наследника престола. Патент, выданный Генриху Язомирготу императором, в дальнейшем определил образование независимого государства Австрия. Впоследствии чрезмерное усиление Генриха Льва за счет того, что он стал герцогом не только Саксонии, но и Баварии, привело к неповиновению герцога императору и к внутренним войнам в Германии. В результате, через 25 лет (в 1181 году), под давлением князей, Фридрих I Барбаросса был вынужден выступить со своей армией против Генриха Льва и изгнать его из страны.

Кровавые события 1155 года, произошедшие в Риме при коронации Фридриха I, видимо, привели императора к мысли о необходимости покончить с независимостью Италии. В 1158 году Фридрих I во главе многочисленной объединенной армии Германии захватил город «Медиолан» (Милан — прим.). Император лишил город права чеканить монеты и брать налоги, продекларировал власть чиновников города над основными дорогами, водными артериями (портами, реками, гаванями), передал имперским чиновникам право брать пошлину за проезд по территории Италии; вводил обязанность итальянцев участвовать в войнах императора на его стороне. Принципы управления Фридриха I фактически превращали Италию в провинцию, зависящую политически и экономически от Германии. В северной Италии вспыхнуло восстание. Фридрих I окружил Милан и «по прошествии пяти или больше лет осады (в 1162 году — прим.), император занял Медиолан, выселил из него его жителей, разрушил все его высокие башни, сравнял стены города с землей и обратил его в пустыню» [{9}, кн.1, п.90].

В 1159 году скончался папа римский Адриан IV. В сентябре 1159 года в соборе Святого Петра кардиналы проголосовали за избрание новым папой римским Александра III (1159–1181), который был убежден, что папа римский не должен зависеть от императора. Началось новое противостояние германского короля и папы римского. Фридрих I инициировал избрание антипапы Виктора IV и изгнание священников, поддерживавших Александра III. После смерти антипапы Виктора IV (в 1164 году) Фридрих I настоял на избрании следующим антипапой Пасхалия III.

В 1163 году Венеция, Верона, Падуя, Виченца объединились в союз против германцев. После нескольких лет войны (в 1167 году) армия Фридриха I победоносно вошла в Рим, где устроила резню жителей, укрывшихся в соборе Святого Петра. «И занял храм и наполнил его убитыми» [{9}, кН.2, п.10]. Александр III был вынужден покинуть город, а Пасхалий III взошел на папский престол. Новый папа торжественно провел коронацию жены Фридриха I императрицей, но германцы были вынуждены спешно покинуть Рим из-за эпидемии чумы. В предгорьях Альп дорогу, бежавшим из Италии германцам, преградили вооруженные горожане союза городов северной Италии (Ломбардской лиги). Основным требованием лиги было признание императором независимости городов и возврата им экономических привилегий. Опасаясь расправы, Фридрих I Барбаросса «тайком ушел из Лангобардии» [{9}, кн.2, п. 10], а оттуда в 1168 году перебрался в Германию.

Агрессия герцога Саксонии 1160 года и гибель Никлота

После неудачного крестового похода на славян 1147 года Генрих Лев не оставил стремления захватить земли славян Южной Балтики. Его вожделения совпали с целями саксонского епископата расширить владения за счет славянских земель. Вальдемар I, занявший в 1157 году трон короля Дании, также стремился обезопасить своё королевство и морские торговые пути от славян Южной Балтики — главных соперников Дании на морских просторах Балтики. Чтобы обезопасить южные границы Дании, Вальдемар I заключил договор с графом Адольфом II, а в 1159 году с могущественным герцогом Саксонии и Баварии Генрихом Львом. Во время переговоров король Дании «более чем за тысячу марок серебра» купил у герцога Саксонии помощь в борьбе со славянами, «которые беспрерывно опустошали его государство» [{9},кн.1, п.84].

Первые плоды договора с Данией не заставили себя ждать. Герцог повелел привести в Любек все славянские корабли и представить его послу [{9}, кн.1, п.86]. И Никлот был вынужден выполнить это, лишив свою армию поддержки с моря. В 1160 году Генрих Лев, несмотря на относительную лояльность Никлота и его готовность платить дань, принял решение о начале нового крестового похода на славян Южной Балтики «и велел всем своим быть готовыми к походу». Начинался новый этнический поход армии саксонского герцога против западных славян государства Никлота.

Никлот, как и в 1147 году, предвидя нападение, решил нанести упреждающий удар по Любеку — форпосту германцев на Южной Балтике. Возглавили операцию сыновья Никлота Прибислав (Pribislav, князь Мекленбурга с 1160 по 1178 год) и Вертислав/ Вартислав (Wertislav, казнен Генрихом Львом в 1164 году). Однако из-за бдительности горожан, наученных событиями 1147 года, внезапного удара не получилось.

В 1160 году Генрих Лев «вторгся в землю славян с большим войском и опустошил ее огнем и мечом». Соотношение сил было явно не в пользу славянского княжества. Никлот принял решение отойти вглубь своего княжества, сконцентрировать силы в крепости Вурле/ Верле, на реке Варнов /Варнава/ Warnow и истощать силы крестоносцев внезапными контрударами [{62}]. Крепости Добин, Илов (в 3 км на северо-восток от Neuburg), Мекленбург (между крепостями Илов и Зверин) и Зверин (в наше время на острове города Шверин) были сожжены, чтобы они не достались врагам.

Крепость Верле являлась одним из главных политических центров западных славян. Уже около 600 года здесь находилась резиденция славянских князей. Крепость была построена из твердых пород дерева, камней, обложена глиной с соломой. В наше время о крепости напоминают сложенные один на другой многотонные валуны. На одном из них высечено «BURG WERLE» (Крепость Верле). На склоне к реке Варнов/ Варнава (Warnow) можно увидеть остатки крепостного вала. К северу от замка на песчаной территории находился посад ремесленников и торговых людей. К югу от замка находилась гавань. Краткие исторические сведения, касающиеся крепости Верле, можно почерпнуть из информационных стендов, установленных на месте средневековой крепости.

В одном из боёв, при преследовании группы саксов, Никлот попал в засаду и погиб. Об этом событии Гельмольд записал следующее: «В один из дней, когда войско (герцога) стояло под Микилинбургом, отправились сыновья Никлота Прибислав и Вертислав, чтобы причинить вред, и убили несколько человек из лагеря, вышедших за кормом (для коней). Храбрейшие из войска преследовали их и многих из них схватили, и герцог велел их повесить. Сыновья же Никлота, оставив коней и знатнейших мужей, пришли к отцу. Он сказал им: „Я полагал, что воспитал мужей, а они трусливее, чем женщины. Так лучше я пойду сам и попробую, не смогу ли я случайно больше преуспеть“. И он отправился с некоторым числом избранных людей и устроил засады в потаенных местах, неподалеку от войска. И вот вышли отроки из лагеря на поиски корма для коней и подошли близко к засадам. Затем пришли солдаты вперемешку со слугами числом около 60, все в панцирях, спрятанных под одеждой. Не заметив этого, Никлот на самом быстром коне появился между ними, пытаясь кого-нибудь из них пронзить копьем, но копье прошло до панциря и, нанеся безопасный удар, отскочило. Он хотел вернуться к своим, но внезапно окруженный, был убит (в 1160 году)… Голова его была опознана и доставлена в лагерь (саксов) к немалому удивлению многих, как это такой муж, по попущенью божьему, единственный из всех своих погиб. Тогда сыновья его (Прибислав и Вертислав — прим.), услышав о смерти отца (и не имея больше надежды на возможность сопротивления — прим.), сожгли Вурле и скрылись в лесах, посадив семьи свои на корабли» [{9}, кн.1, п. 87].

В наше время в городе Шверин, на здании правительства федеральной земли Мекленбург Передняя Померания возвышается величественная статуя князя Никлота на коне. В музее города Шверина вы можете услышать характеристику Никлота, как «собирателя славянских земель и народов, вошедших в германское королевство».

Фасад дворца со статуей князя Никлота. Ниже, с правой стороны от Никлота статуя графа Гунцелина фон Хаген. Снимок из архива автора

У Никлота было трое сыновей: Прибислав, Вертислав и Прислав. Прибислав и Вертислав продолжили сопротивление. Прислав, после женитьбы на Катарине (Katarin), дочери Кнуда Лаварда, стал господином земли Лааланд в Дании. У Прислава и Катарин было трое детей: Кнуд (Knud, впоследствии господин острова Laaland/ Lolland), Вальдемар (Waldemar, ставший священником в Париже) и Генрих (Heinrich, известный как господин Букова/ Bukow на острове Usedom).

Противостояние сыновей Никлота и поморян агрессии герцога Саксонии

Зимой 1163 года Генрих Лев вновь «пришел с большим войском в славянскую землю». Славяне заняли оборону в крепости Верле. В соответствии с «хроникой» Гельмольда, войска Генриха Льва и епископа Герольда (с 1155 по 1163 год — прим.) осадили крепость, где были Вертислав, сын Никлота, и много благородных мужей и, кроме того, великое множество простого народа… Славяне, укрепившись духом, выжидали его (герцога) в крепости [{9}, кн.1, п.92]. Прибислав с конницей укрылся в засаде в лесу.

Генрих Лев не стал штурмовать крепость, а «велел доставить из лесной чащи деревья и приготовить военные машины, такие, какие он видел в Кримме (Кремоне) и Медиолане (Милане)». Одну для того, «чтобы разбивать стены, другую, более высокую, воздвигнутую наподобие башни и возвышавшуюся над замком, для того, чтобы направлять стрелы и прогонять тех, кто стоял на валах». «В это время стрелой был тяжело ранен Вертислав». Прибислав с конницей из засады напал на гользаков, вышедших из укрепленного лагеря Генриха Льва и «около сотни их уничтожил; остальные же убежали в лагерь». Однако стенобитные орудия и подкопы позволили разрушить крепостные стены. Вертислав и другие защитники крепости были пленены. Вертислава в оковах увели в Брунсвик (Брауншвейг — прим.); остальных рассадили «по темницам, пока не выплатят последнего квадранта» [{9}, кн.1, п.92].

Прибислав и Генрих Лев заключили перемирие, которое Прибислав использовал для переформирования войск перед заключительными сражениями. Прибислав пополнил войска славянами из окрестных селений. К нему также присоединились Богуслав I, князь Щецинский и его брат Казимир Дыминский со своими войсками.

По данным И. Первольфа [{164}, с.148] «Прибислав и его племянник Никлот (сын Вертислава) приняли крещение и приобрели себе в помощь соседних поморских князей. Борьба Прибислава с герцогом саксов приняла другой характер; борьба язычества против христианства переменилась в борьбу национальную, в борьбу погибающих остатков бодричей и лютичей с немцами».

Вертислав, находясь в заточении, призывал Прибислава к более решительным военным выступлениям: «Посредством оружия вырви меня» [{9}, кн.2, п. 2]. В середине февраля 1164 года началось наступление славян. Прибиславу удалось захватить и сжечь крепость Мекленбург, которую защищали фламандцы (епископ Зверина Берно похоронил 70 человек убитых), осадил крепость Илов (Ilow/ Ilenburg), в которой находился Гунцелин фон Хаген (граф Шверина с 1167 по 1185 год — прим.), фламандцы и славяне.

Оботриты в крепости Илов, готовы были поднять восстание, но вынуждены были отказаться от этого из-за угрозы саксов сжечь их вместе с семьями. Это повлияло на решение Прибислава не штурмовать Илов. Как только Прибислав отошел от Илова, Гунцелин фон Хаген сразу же перебрался в более защищенную крепость Зверин, располагавшуюся на острове. В наше время о событиях 1164 года и о князе Прибиславе напоминает валун, возвышающийся на месте крепости Илов.

Прибислав со своим войском осадил крепости Мальхов и Куцин, предложив гарнизонам крепостей сдаться в обмен на жизнь: «Сделано мне и народу моему большое насилие; мы прогнаны из родной земли, лишены отчины. Вы увеличили еще эту несправедливость, напав на наши земли, и завладев городами и селами, которые по наследственному праву принадлежат нам» [{164}, с. 148]. Осажденные в крепостях приняли предложение и покинули крепости вместе со своим имуществом.

К лету 1164 года Генриху Льву удалось собрать большую армию для окончательного удара по западным славянам. Армия герцога направилась к городу-крепости Зверин (Шверин). Войскам графа Адольфа II было поручено охранять крепость Илов. Сам «граф Адольф II поспешил со всем народом нордальбингов, чтобы встретиться с герцогом у Миликово (у Мальхова — прим.)». Генрих Лев «привлек и Вальдемара I, короля данского, с его морским войском, чтобы он тревожил их (оботритов) и с суши, и с моря». Усиление армии Генриха Льва датской армией создало громадный перевес сил над войсками славян. Армия герцога Саксонии вышла к городу Мальхов. Здесь Генрих Лев приказал повесить славянского князя Вертислава [{9}, кн.2, п.4]. У Вертислава остался сын «Николай» (Никлот), названный в честь деда.

Граф Адольф II «с гользатами и штурмарами и со всем народом», который с ним пришел, были направлены к Вирухне (в наше время Ферхен на северном берегу озера Кумеров/ Kummerower See, недалеко от Дымина/ Деммина/ Demmin). Туда же отправился Гунцелин со своим войском, Райнхольд фон Дитхмар, граф дитмаршей и граф Христиан I Ольденбургский с войсками из земли фризов. Позже к ним присоединились и остальные войска Генриха Льва.

Войско князя Прибислава, а также князей поморян Казимира I и Богуслава I (сыновья поморского князя Вартислава I), заняло оборону в городе-крепости Дымин/ Деммин /Demmin.

В июле 1164 года, воспользовавшись тем, что основные войска Генриха Льва еще не подошли, славяне атаковали лагерь саксов. Битва произошла при озере Кумеров. При нападении погиб граф Адольф II Шауэнбургский и Райнхольд. Гунцелин со своими людьми численностью 300 человек предпочел не вступать в битву. «Ибо им страшно было вступить в бой с таким огромным неприятельским войском, когда все их соратники были или перебиты, или обращены в бегство». Славяне бились «на уничтожение». Собравшись с мужеством, Гунцелин Шверинский и Христиан I Ольденбургский пошли в контратаку во главе своих войск и смогли вытеснить славян из лагеря.

При подходе армии Генриха Льва славяне, понесшие потери в последней битве, были вынуждены сжечь крепость Дымин и отойти в Поморье. Генрих Лев, узнав, что его вассал граф Адольф II убит, велел «тело убитого графа Адольфа, порезав на куски и высушив, забальзамировать, чтобы его можно было повсюду провезти и предать погребению в родовом склепе» [{9}, кн.2, п.4]. Вот уж, действительно, как говорится, «века были средние, а нравы и того хуже».

Армии Генриха Льва и Вальдемара I, «объединив свои силы, пошли, чтобы опустошить все пространство земли поморян, и пришли в место, что называется Столпе. Здесь некогда Казимир и Богуслав заложили аббатство в память своего отца Вартислава, который тут был убит и погребен». Оставшиеся воины Прибислава вместе с поморянами покинули свои земли, не дожидаясь пока войска герцога Саксонии и короля Дании придут к ним [{9}, кн.2, с.270, 271].

О положении славян, сложившемся после их поражения, написал монах Гельмольд: «И если еще оставались какие-нибудь последние обломки от народа славянского, то вследствие недостатка в хлебе и запустения полей, они были настолько изнурены от голода, что вынуждены были толпами уходить к поморянам или в Данию, а те безжалостно продавали их полонам (полякам), сорбам и богемцам» [{9}, кн.2, п.5].

Прибислав и князья поморян принесли вассальную присягу герцогу Саксонии

В 1164 году князья поморян Богуслав I и Казимир I были вынуждены принести вассальную присягу герцогу Саксонии и Баварии Генриху Льву. Дымин был возвращен братьям, но в дальнейшем они были обязаны воевать на стороне герцога Саксонии. Уже в 1168 году по приказу Генриха Льва поморские князья участвовали в походе на столицу руян Аркону.

Практически безграничная власть герцога Саксонии и Баварии Генриха Льва, его высокомерие и пренебрежение интересами других князей привели к тому, что в 1166 году, когда император с войсками был в Италии, проявился заговор против Генриха Льва, «сильный союз всех против одного». «Главными среди них были Вихман, архиепископ Магдебургский, и Гереман, епископ Хильдесхаймский. Кроме них, были следующие государи: Людовик, ландграф Тюрингии, Адальберт, маркграф из Сальтведеле с сыном, Оттон, маркграф из Камбурга, с братьями, Адальберт, пфальцграф из Зомересбурга. Им оказывали поддержку следующие благородные мужи: Оттон из Асле, Ведекинд из Дазенберга, Христиан из Ольденбурга, что в Амерланде. Кроме них, козни против герцога строил могущественный Рейнольд, архиепископ Кёльнский и канцлер империи. И хотя лично он и отсутствовал, находясь в Италии, но весь был поглощен мыслями о победе над герцогом. Тогда государи, находившиеся в Восточной Саксонии с князем Тюрингии Людовиком, осадили замок герцога, что назывался Альдеслеф, и заготовили против него много машин»… Христиан, граф Амерланда, собрав отряд фризов, занял Бремен и все его окрестности [{9}, кн.2, п.7].

В сложившейся крайне неблагоприятной ситуации, оставшись, практически, без союзников, Генрих Лев принял ряд неординарных политических решений. Во-первых, Генрих Лев решил привлечь Прибислава с его войском на свою сторону, предложив ему вассальный договор. Принесение Прибиславом вассальной присяги герцогу Саксонии позволяло Генриху Льву достичь сразу двух целей: прекращение сопротивления славян с помощью их собственного князя, а также привлечение оботритов на службу Генриху Льву, в том числе, для решения военных и политических проблем внутри Германии. Кроме этого, как известно, переманивание лидера на свою сторону менее затратно, нежели воевать с его армией.

«Посоветовавшись с верными себе людьми, (в 1166 году — прим.) герцог вернул свою милость Прибиславу, князю славянскому, который, как выше сказано, после многих сражений был изгнан из страны, и возвратил ему владения его отца, то есть землю бодрицкую, кроме Зверина и его окрестностей». У Прибислава не оставалось достаточных ресурсов и союзников для продолжения войны с герцогом. В 1167 году он был вынужден принять крайне трудное для себя решение. «И принес Прибислав герцогу и друзьям его присягу в верности и обязался, что не будет с этих пор никакими военными бурями ее нарушать, что будет повиноваться ему и соблюдать приказы друзей его без всякой обиды» [{9}, кн.2, п.7].

По вассальному договору за Прибиславом сохранялся титул князя, а также прекращалась кровопролитная война Саксонии с оботритами. Прибислав обязался распространять христианство по латинскому обряду среди оботритов, платить дань и воевать со своим войском на стороне герцога Саксонии. В 1170 году Фридрих I Барбаросса утвердил договор, заключенный между Генрихом Львом и Прибиславом. Славянское княжество вошло в состав империи. За Прибиславом был сохранен титул князя оботритов (principes Slavorom), который позже назывался «князь Мекленбурга, Кессина и Ростока» (principes cle Mikilenburg et Kizin, pr. Magnopolitanoram et Kyzzenorum), а славянское население, с течением времени, было онемечено.

Цель другого политического шага Генриха состояла в получении финансовой и политической поддержки от Англии. «Герцог Баварии и Саксонии послал послов в Англию и они привезли (Матильду — прим.) дочь короля английского (Генриха II;1154–1189 — прим.) с серебром и золотом и большими богатствами, и герцог взял ее в жены» [{9},кн.2, п.10]. Это был второй брак Генриха, который состоялся 1168 году. Другими словами, в условиях фактического отсутствия союзников в Германии, Генрих Лев с помощью дипломатии получил военную поддержку оботритов и финансовую помощь Англии для укрепления своих позиций в империи.

«Герцог собрал огромное войско и вступил в Восточную Саксонию, чтобы сражаться с врагами своими на их земле. И увидели они, что он пришел с большими силами, и побоялись выйти навстречу ему. И он нанес большое поражение вражеской стране и опустошил ее пожарами и грабежами, и прошел всю эту землю вплоть до самых стен Магдебурга. Оттуда он повернул войско в западные области, чтобы подавить мятеж графа Христиана, и, неожиданно подойдя к Бремену, взял его. Тогда граф Христиан бежал в далекие болота Фризии. И вторгся герцог в Бремен и разграбил его» [{9}, кн.2, п.8]. Позднее, при посредничестве императора Фридриха I Барбаросса, междоусобные войны, которые велись между Генрихом Львом и князьями Саксонии, прекратились.

По результатам исследования профессора И. Первольфа, «покорившимся Никлотовичам» были возвращены только восточные, лютичские земли в качестве лена [{164}, с. 147]. Земля черезпенян отошла временно к поморянам, но после 1230 года была возвращена вместе с частью земли доленчан. Остальные земли разделены между вассалами герцога на правах ленного владения и с содержанием войска. Гунцелин фон Хаген / Gunzelin von Hagen, саксонский министериал, вассал Генриха Льва получил титул графа, крепости Зверин и Илов с прилегающими землями. «В замке Куцине герцог поставил некоего Лиудольфа (правителя замка из Брунсвика)». «Опустошив всю страну, герцог начал отстраивать Зверин/ Zwěrin (в наше время Schwerin — прим.) и укреплять замок». В Молхове / Малахове был поставлен приближенный Генриха Лиудольф из Пайна. «Микилинбург отдал он Генриху, некоему благородному мужу из Скатен, который привел из Фландрии множество народа и поселил их в Микилинбурге и во всех окрестностях его». В завоеванную землю славян были направлены германцы, «чтобы населить землю эту, просторную, богатую хлебом, удобную по обилию пастбищ, изобилующую рыбой и мясом и всеми благами» [{9}, кн.1, п.87]. «Генрих фон Бадевиде, граф из Ратцебурга, что находится в земле полабов, вывел множество народа из Вестфалии, чтобы они заселили землю полабов». «Мужи же гользатские… после изгнания славян заселили вагрскую землю» [{9}, кн.1, п.91].

«Обратившись с просьбой к императору, он (Генрих Лев) получил от него власть основывать, одарять пожалованиями и утверждать епископства во всей славянской земле, которую сам или его предки подчинили себе щитом своим по праву войны». Епископ Ольденбурга Герольд, епископ Ратцебурга Эвермод и епископ Микиленбурга (Мекленбурга) Верно принесли вассальную присягу герцогу Саксонии Генриху Льву, который, в свою очередь, пожаловал епископам «привилегии на владения и на поборы, и на суд». Славян саксонский герцог обязал платить десятину епископам.

Но, если славяне обязывались платить десятину епископам, то саксонцы-гользаты этот оброк не платили. «Епископ Герольд, видя, что полабы и бодричи, находившиеся в средине пылающей печи, выплачивали, однако, свои установленные законом десятины, решил взыскать такие же и со своих (гользаков — прим.)… В ответ на это повеление упрямые духом гользаты сказали, что никогда не будут платить десятин, которых отцы их не платили, что предпочитают лучше поджечь собственные дома и уйти из этой земли, чем подчиниться игу такого рабства» [{9}, кн.1, п. 91]. В 1163 году по инициативе Герольда, епископа Ольденбурга (1154–1163) епископская кафедра была перенесена из Вагрии, заселенной переселенцами-гользаками, в Любек.

Поражение руян

В то время как оботриты оборонялись от армии Генриха Льва, руяне отбивались от армии датского короля. История руян 12 столетия насыщена скоротечными походами войск датского королевства на руян. Войска данов, как правило, избегали длительных осад городов и имели основной целью уничтожение продовольствия, крестьян, ремесленников, селений руян. Только с 1159 по 1171 год войска короля Вальдемара I совершили следующие походы на земли руян: на Wiek и Аркону — в 1159, 1165, 1168 годах, на Herthaburg — в 1171 году, Sagard — в 1165 году, на Schaprode — в 1160, 1164, 1165 годах, на Каренц — в 1168 году, на Hiddensee — в 1159, 1160, 1164, 1165 годах, в восточную область Barth — в 1159 году, в Буков и Стрела — в 1162,1164, 1165 годах, в Preetz и Гарц — в 1165 году, Любхин — в 1171 году, в Wolgast — в1162 году, на Деммин — в 1164 году, на Tribsees — в 1166 году. В 1164 году войска Дании под командованием Sune Ebbeson разграбили Росток [{145}].

Для Дании существование западнославянских княжеств — торговых конкурентов Дании, которые продолжали контролировать торговые пути Южной Балтики и могли осуществлять вторжения на датские острова, было крайне нежелательным. Датские вельможи не были безразличны и к ресурсам Южной Балтики. Но победить не только объединенные силы западных славян, но даже их отдельные союзы, было сложной и опасной задачей. Основной силой, объединяющей западных славян, оставалась языческая религия. Балтийские славяне чтили единого наивысшего бога Сварога (небо), от которого, как они считали, произошли все остальные боги: Сварожич, сын Сварога, Свентовит, Белбог, Триглав, властитель небесного, земного и поземного царств и др. Славяне знали и Перуна. «Кроме этих главных божеств было множество местных богов; сохранились и остатки стихийного поклонения священным рощам, деревьям, камням, источникам» [{164}, с.11].

После уничтожения саксами изваяния Сварожича (Радигаст/ Радигост — прим.) в городе Ретра, Свентовит стал главным божеством западнославянских народов, а Аркона с храмом Свентовита на острове Руян — сакральным центром славянского язычества. У монаха Гельмольда об этом сказано: «Среди множества славянских божеств, главным является Святовит, бог земли райской, так как он — самый убедительный в ответах. Рядом с ним всех остальных они как бы полубогами почитают». «Из всех славянских земель присылаются установленные пожертвования на жертвоприношения Святовиту. С удивительным почтением относятся славяне к своему божеству, ибо они нелегко приносят клятвы и не терпят, чтобы достоинство его храма нарушалось даже во время неприятельских нашествий» [{9},кн.1, гл 52]. Далее, у Гельмольда: «не только вагрская земля, но и все другие славянские земли посылали сюда ежегодно приношения, почитая его богом богов» [{9}, кн.2, п.12].

Свентовит изображался с четырьмя головами, обращенными на четыре стороны света. Рог в руках Свентовита символизировал урожаи и достаток. Имя (Свентовит) для славян означало «несущий свет, твердо ведующий мудрость на небесах и на земле». Известен [{145}, 165] и обряд, связанный с богом Свентовитом. Перед походом белый конь Свентовита проводился через лежащие ряды копьев. Если конь ступал с правой ноги, то этот знак предвещал победу, если с левой — поражение.

А вот, что писал Гельмольд о нравах руян: «Хотя ненависть к христианству и жар заблуждений были у ран сильнее, чем у других славян, однако они обладали и многими природными добрыми качествами. Ибо им свойственно в полной мере гостеприимство, и родителям они оказывают должное почтение. Среди них нигде не найти ни одного нуждающегося или нищего потому, что тотчас же, как только кто-нибудь из них ослабеет из-за болезни или одряхлеет от возраста, его вверяют заботам кого-либо из наследников, чтобы тот со всей человечностью его поддерживал. Ибо гостеприимство и попечение о родителях занимают у славян первое место среди добродетелей. Что касается прочего, то земля руянская богата плодами, рыбой и дикими зверями». «Король же находится у них в меньшем по сравнению со жрецом почете» [{9}, кн. 2, п. 12].

В 1168 году Вальдемар I, король Дании, собрал большое войско и много кораблей для похода на руян и их сакральную столицу Аркону. К его армии присоединились со своими войсками бывшие союзники руян, а тогда вассалы герцога Саксонии: князья поморян Казимир I Дыминский, Богуслав I Щецинский и князь оботритов Прибислав, которые как вассалы Генриха Льва были обязаны воевать на стороне саксонского герцога, строить христианские храмы и платить дань. Или, как писал Гельмольд из Босау: «потому что герцог приказал славянам оказывать королю Дании поддержку, когда бы он ни простер руку свою для покорения чужеземных народов». Поход проходил под флагом борьбы с язычеством руян. Фактически это была агрессия по уничтожению сакрального центра западного славянства с последующим разграблением, колонизацией и обложением руян данью.

Абсалон/ Absalon (1128–1201), датский епископ Роскильде, военачальник и советник короля Вальдемара I стал идеологом войны со славянами Южной Балтики. Участие епископа в военном походе указывает на заранее запланированные цели христианизации руян [{152}, с.17] и на главную цель римско-католического мира — уничтожение древнеславянского теократического государственного образования, разрушение сакрального центра сплочения славян Балтики в борьбе славян за свою независимость.

Из труда Саксона Грамматика известно, что в то время как крепость Аркона (Arkona) с многометровым изваянием Свентовита осаждалась неприятелем, проходили переговоры представителя короля Дании епископа Абсалона с сыновьями князя руян Ратислава: князем Тетиславом (Теслав/ Tetislaw / Тетслав, у.1170) и князем Яромаром I (Jaromar I, р.1141-у. 1218) [{145}, 150]. С князьями обговаривалось принесение ими вассальной присяги королю Дании Вальдемару I, а также заключение [{145}] междинастического брака Яромара I с представительницей королевской семьи Дании (предположительно с Хильдегердой Датской, дочерью Короля Дании Кнуда V, сына Магнуса Сильного — прим.) в знак гарантии долгосрочного союза с Данией. Другими словами, Вальдемар I прибегнул к тактике достижения победы над руянами через их князя так же, как поступил герцог Саксонии Генрих Лев для достижения окончательной победы над оботритами. Впоследствии, после принятия вассальной присяги князьями руян, их войска использовались королем Дании в его войне со славянскими князьями Поморянии. Уже через несколько лет был разграблен крупный торговый город Волин (Wollin), Щецин (Stetin), а в 1184 году даны вторглись в Поморянию [{145}].

«И преуспело дело короля Дании, и могучей рукой занял он землю руян, и они дали ему в выкуп за себя столько, сколько король назначил» [{9}, кн.2, п. 12]. В июне 1168 года, после падения Арконы, при содействии князя Яромара I была сдана неприступная крепость Karenz /Charenz / Karentia (как написано в труде Ingrid Schmidt) [{151}, с.20]. Саксон Грамматик писал, что защитники крепости в количестве шести тысяч человек вышли из ворот и в строю опустили к земле вершины своих пик. Но, если такой факт и имел место, то он косвенно указывал на приказ князей руян, отданный ими славянским воинам. Следует отметить, что Саксон Грамматик писал об особом отношении Абсалона к князю руян Яромару I: «После захвата датскими войсками крепости Арконы и сдачи крепости Karenz, Absalon принимал только Яромара», который начиная с 1168 года (в других источниках с 1170 года), указывается как единственный князь руян [{145}], хотя Яромар I был младшим братом Теслава/ Тетислава.

Если до 1168 года саксонские монахи называли правителей руян королями, то после колонизации руян о Яромаре I писали уже как о князе руян. Это подтверждают и находки археологов. На ранних монетах князь руян Jaromar I указывался как «Rex — König» т. е. король. А император Фридрих Барбаросса, по данным Саксона Грамматика, в 1181 году называл Яромара «König» (король). После поражения 1168 года, Яромар I при принесении им вассальной присяги королю Дании, уже именовался «princeps Rujanorum» (князь Рюгена) [{150}, с.79].

Изваяние Свентовита разрубили и сожгли, а сокровищницу с дарами разграбили. Датчане волокли изваяние славянского божества по земле, а священник стоял на нем «дабы славяне могли видеть, что их боги лежали под ногами иностранного священника» [{145}, с. 74]. Об этих событиях Гельмольд писал: «И велел король вытащить этот древний идол Святовита, который почитается всем народом славянским, и приказал накинуть ему на шею веревку и тащить его посреди войска на глазах славян и, разломав на куски, бросить в огонь. И разрушил король святилище его со всеми предметами почитания и разграбил его богатую казну». «И было воздвигнуто 12 церквей в земле руянской и поставлены священники, которые имели бы попечение над народом во всех делах, принадлежащих Богу. И были там епископы Абсалон из Роскильде и Верно из Микилинбурга» [{9}, кн.2, п. 12].

В исторических трудах Германии прошлых веков падение Арконы рассматривалось как ключевое событие, приведшее к уничтожению господства славян на Балтике и уничтожению последнего крупного языческого сакрального центра славян — многовекового стержня их независимости и самобытности [{145}, с. 26–39].

Борьба между Вальдемаром I и герцогом Саксонии за достояние руян

После захвата острова Руян Вальдемаром I началась борьба между герцогом Саксонии Генрихом Львом и королем Дании за раздел награбленных сокровищ и дани между победителями. Князья Поморянии, надеявшиеся на получение земель руян и не получив их, были недовольны походом. Герцог Саксонии также рассчитывал, что князья руян присягнут ему, а не королю Дании.

После доклада епископа Шверина Берно, Генрих Лев через послов потребовал возврата захваченных на Руяне «заложников и половину дани, которые раны (руяне — прим.) платили. Требование герцога Генриха Льва обосновывалось тем, что было постановлено и присягой скреплено, что если бы король Дании какие-нибудь народы захотел покорить, то герцог оказывал бы ему помощь и, деля с ним труды, делит также и добычу. И когда король отказал и послы вернулись, не выполнив дела, герцог, побуждаемый гневом, призвал князей славянских (Прибислава, Казимира I и Богуслава I — прим. автора) и повелел, чтобы они отомстили данам». И те «с радостью повиновались» [{9}, кн.2, п.13]. В 1169 году славяне «опять отстроили свои корабли и заняли богатые острова в земле данской» «и славянское войско, неожиданно напав, заняло всю эту землю, разрушило церкви и забрало в плен много народа». В работе [{152}, с.21] сказано о 700 пленных датчан, доставленных в Мекленбург для выкупа.

В 1170 году датская армия с участием руян совершила поход на Вагрию, а затем опустошила землю поморян. Пострадал богатый купеческий город-крепость Волин. В следующем году Вальдемар I занял Щецин. «Когда же даны возвращались, славяне пошли за ними следом и свой ущерб возместили местью, в девять раз большей» [{9}, кн.2, п.13].

В июне 1171 года король Дании всё же «признал за герцогом половину дани и заложников, которых дали ему раны, и равную долю казны из их святилища». После этого между герцогом Саксонии и Баварии Генрихом Львом и королем Дании Вальдемаром I были восстановлены дружеские отношения. Славянам же «было запрещено нападать в дальнейшем на данов». «И отправил герцог послов своих с послами короля в землю ран, и стали ему раны платить дань» [{9}, кн.2, п. 14]. Для скрепления союза, основанного на разграблении государства западных славян, в 1171 году был заключен междинастический брак между дочерью Генриха Льва и сыном короля Дании Вальдемара I Великого, престолонаследником Кнудом VI Благочестивым (1182–1202) [{9}, кн.2, п. 14].

После раздела добычи короли Германии и Дании озаботились закреплением своих завоеваний. Император Священной Римской империи, король Германии Фридрих I закрепил земли Tribsees/ ранее Требожез (на юго-западе от Рюгена) за епископом Шверина Берно. Земли острова Руян (на немецком языке Рюген) были закреплены за Датским епископством Роскильде. Как известно, оба епископа (Абсалон из Роскильде и Берно из Шверина) участвовали в захвате Рюгена.

О реальной вере простых славян того периода указано в трудах Самсона Грамматика: «князья признают преимущественно христианскую веру, но их народ (славяне — прим.) ничего не хочет знать об участии в святых вещах» [{150}, с.25]. В 1219 году Брунвард, епископ Шверина указывал на поклонение славян языческим идолам и высказывал мнение, что новая религия может привиться на территории западных славян только в случае миграции на эти земли христиан из западных областей Германии. Тогда же началась массовая колонизация Рюгена и прилегающих к нему земель выходцами из Вестфалии и Фризии.

Для характеристики результатов колониальных войн герцога Саксонии и короля Дании против западных славян, имеет смысл привести некоторые из откровенных фраз средневековых католических хронистов. Арнольд Любекский, аббат бенедиктинского монастыря в Любеке (1211/ 1212 г.) писал: «когда в земле славян, как сказано, был установлен мир, власть герцога над всеми жителями этой страны возрастала с каждым днём» [{27}, кн.1, п. 1]. Другими словами, завоевание Славянии состоялось, всё же не ради мира в «Славянии», а ради увеличения в ней власти саксонского герцога. Удивительно актуальное замечание и в наши дни. А средневековый монах Гельмольд из Босау написал более ясно: «Земля славянская, начиная от Эгдоры, которая служит границей Дании и тянется на большом протяжении между Балтийским морем и Эльбой до Зверина (Шверина — прим.),… вся обращена как бы в единую саксонскую колонию» [{9}, кн. 2, п. 14].

Ограничение власти ГенрихаЛьва и его изгнание из империи

В очередном походе в Италию, состоявшемся в 1174–1175 годах, армия императора, не добившись победы над восставшими ломбардцами, вынуждена была вернуться в Германию: «цезарь, напрасно истратив силы в ряде сражений, в сильной тревоге ушёл из этих земель». Император нуждался в новой армии. «Созвав князей, он рассказал им о постигших империю неудачах и призвал идти вместе с ним в итальянский поход, чтобы наказать мятежников». Но Генрих Лев, могущественный герцог Саксонии и Баварии, отказался участвовать в походе императора. Император говорил и о клятве верности, о родстве и, что «мы никогда и ни в чём тебе не отказывали и, будучи постоянно готовы содействовать увеличению твоих почестей, всегда были врагами твоих врагов и никому не давали им одержать над тобой верх». Император даже «пал ему в ноги, ибо находился в чрезвычайно стеснительных обстоятельствах», а герцог «так и не согласился с его просьбой» [{27}, кН.2, п. 1]. Императора в его походе поддержал архиепископ Христиан Майнцский. В 1176 году Фридрих I «вернулся в Италию с войском, какое только смог тогда собрать». На этот раз император «одержал победу и по своему произволу наполнил эту землю пожарами и грабежами, разоряя всякий укреплённый город» [{27}, кн.2, п. 2].

В семидесятых годах двенадцатого столетия благосклонность императора Фридриха I к герцогу Саксонии и Баварии сменилась на вражду. Это и не удивительно. Причиной послужила вызывающая независимость Генриха Льва, его разрушительные военные походы внутри Германии, а также пренебрежение интересами императора и князей Германии. К жалобам германских князей, обвинявших Генриха Льва в разорении их земель, добавилось разорение герцогом маркграфства Лаузиц (Нижней Лужицы).

В 1178 году разразилась война императора с герцогом Саксонии и Баварии Генрихом Львом. В том же году Филипп, архиепископ Кёльна, «с огромным войском обошёл землю герцога, разорив её огнём и мечом» до реки Везер.

Император несколько раз приглашал герцога Саксонии для встречи, но Генрих Лев не явился. Собрание князей осудило герцога «как врага государства» и постановило «отобрать у него герцогство и все лены, а на его место назначить другого». Герцогом Саксонии стал Бернгард (Бернхард III, сын Альбрехта Медведя). Император посоветовал епископам «вернуть себе те земли, которые герцог держал в качестве лена, а собственность его велел отобрать в казну». «Все поднялись против герцога и руки всех были против него, и рука его против всех».

Филипп, архиепископ Кёльнский, собрав войско наемников, «предпринял второй поход против Генриха Льва. Он вновь с сильным войском обошёл всю землю герцога и все в страхе бежали перед ним. Во время этого похода было совершено множество страшных и тяжких деяний, ибо нечестивые люди, которые шли вместе с ним, были чрезвычайно свирепы и не знали меры в совершении преступлений» [{27}, кн.2, с.329]. Епископ Ульрих Хальберштадтский из города Хальберштадта и замка Хорнбург совершал постоянные набеги на территории герцога, «селения герцога предавались огню, а его людей либо убивали, либо уводили в плен» [{27}, кн.2, с.330].

Генрих Лев, в свою очередь, вместе с оставшимися ему преданными вассалами (графы Шауэнбурга, Ратцебурга, Вёльпе, Шверина, Халлермунда) совершил поход в Вестфалию, где в августе 1179 года одержал победу. В сентябре 1179 года был взят приступом и сожжен Хальберштадт, город епископа Ульриха. Затем был сожжен Хорнбург. Сам епископ, «обложенный огнём в собственном доме, был взят в плен». В мае 1180 года «герцог с войском вступил в Тюрингию и сжёг город под названием Нордхаузен. Против него с огромным войском выступил ландграф Людовик III (племянник императора Фридриха I Барбароссы). Между ними произошла битва, в результате которой тюринги бежали, а ландграф вместе со своим братом, пфальцграфом Германом и множеством рыцарей попал в плен» [{27}, кн.2, п.16].

Из-за жадности, излишней подозрительности и жестокости Генриха Льва к своим соратникам произошел раскол между герцогом и его сторонниками Адольфом III (графом Гольштейна с 1164 по 1203 год) и Бернгардом (графом Ратцебурга). Граф Адольф и граф Бернгард перешли на сторону нового герцога Саксонии Бернгарда III.

Император, обеспокоенный походами герцога, вынужден был направить свои войска в Саксонию. По пути его продвижения местные князья переходили на сторону императора. Император занял стратегически важную для Саксонии гору (Гарцбург) и закрепился на ней.

В 1180 году князь Казимир I Дыминский, воюя на стороне своего сюзерена Генриха Льва, потерпел поражение от Оттона I, маркграфа Бранденбурга и был убит. Казимиру I наследовал его старший брат Богуслав I, князь Поморянии Щецинский. В 1181 году император предложил Богуславу I отложиться от Генриха Льва и признать себя сюзереном, что он и сделал. Фридрих I Барбаросса, в свою очередь, провозгласил Богуслава I Щецинского герцогом Поморянии и «славяне также отпали от герцога» [{27}, кн.2, с.331]. Другими словами, Фридрих I Барбаросса ввел прямое подчинение Поморянии себе и, тем самым, укрепил статус Поморянии в условиях потенциальной агрессии со стороны короля Дании и польского княжества. Через три года Богуслав I, после поражения от короля Дании и, не получив поддержки от Германии, был вынужден присягнуть королю Дании.

Летом 1181 года «император с сильным войском вторгся в землю герцога» [{27}, кн.2, п.20]. Сторонники графа Бернгарда захватили Любек. Когда император прибыл к Любеку, то «навстречу ему вышло войско славян и гользатов. К устью Травены (реки Травны) с большим флотом прибыл также Вальдемар I Великий, король Дании, и город был осаждён с суши и с моря». Но горожане, закрыв ворота города, построенного «в качестве оплота христианства»… пришли к императору «с просьбой сохранить городскую свободу, дарованную им прежде герцогом, вольности, записанные в специальных грамотах, … и границы, которыми они владели и владеют благодаря его милости, в лугах, лесах и реках. Император согласился с их просьбой» [{27}, кн.2, п.21, с.337].

Император вернул замки и провинции, отобранные Генрихом Львом, графам Бернгарду и Адольфу Шауэнбургскому. На землях западной Саксонии Фридрих I создал Вестфальское герцогство и вручил его архиепископу Кёльна. Восточная часть Саксонии была передана Бернхарду III, сыну Альбрехта Медведя. Генриху Льву были оставлены его наследственные земли в Брауншвейге и Люнебурге. Герцог должен был покинуть страну на три года, если только император сам не призовёт его. В июле 1182 года Генрих Лев месте с женой и детьми «отправился к своему тестю, королю Англии Генриху II Плантагенету. Король Англии принял его с величайшими почестями, назначил правителем всей своей страны» [{27}, кн.2, п.22, с.340].

Борьба за власть между внуками князя Никлота. Экспансия Дании

В мае 1182 года, после смерти короля Дании Вальдемара I, датский трон занял его сын Кнуд VI (р.1163 — у.1202 г., сын Вальдемара I и Софьи Новгородской — прим.).

К концу 12 века феодалы Саксонии и Дании активизировали борьбу за передел славянских земель южной Балтики. «Каждый правил в своей местности, как тиран, причиняя насилие соседям и терпя насилие от других». Зигфрид, архиепископ Бременский, «попытался отобрать у графа Адольфа графство Дитмаршен и передать его своему брату, герцогу (Бернхарду III — прим.). Однако Адольф (Адольф III — прим.) вопреки воле епископа силой оружия овладел этим графством и заявил, что оно принадлежит ему по праву».

Несмотря на то, что граф Адольф III, Бернгард I фон Бадевиде (сын Генриха фон Бадевиде, графа Рацебурга) и Гунцелин, граф Шверина перешли на сторону Бернхарда III и короля Фридриха I Барбаросса, Бернхард III начал притеснять бывших союзников Генриха Льва. Так «герцог Бернгард (Бернхард III) намеревался отнять у графа Адольфа всю относившуюся к Ратекау область, а также город Ольдесло на реке Траве», а у «графа Ратцебурга и графа Шверина он пытался частично урезать принадлежавшие им лены». В 1182 году, «возмущённые всем этим, они соединились» и осадили город Лауэнбург, принадлежавший Бернхарду III. «Организовав его планомерную осаду и установив осадные машины, они буквально через несколько дней сравняли город с землёй». Также «графы решили изгнать из страны» «друзей герцога». Эта война за власть не оставила в стороне и внуков князя Никлота [{27}, кн.3, с. 341–358].

Войска графов «скрытно вступили в землю славян и, благодаря тайному ходу, захватили в ночи крепость Илово». Из крепости была изгнана мать Никлота (вдова Вертислава, повешенного Генрихом Львом), который поддержал герцога Бернхарда III. Затем «разорили всю эту землю и с огромной добычей вернулись домой». «Никлот же, бежав, прибыл к герцогу Бернгарду (Бернхарду III), и маркграф Отто (Оттон I — прим.), брат герцога, приютил его в замке Гавельберг (Хавельберг — прим.)» [{27}, кн.3, п.4]. Позже император обязал мятежных графов Адольфа III и Бернгарда I фон Бадевиде уплатить 1000 марок, восстановить Лауэнбург и удовлетворить притязания герцога.

К этому времени в войну за мекленбургские земли вступил Генрих Борвин I, сын Прибислава (погибшего в 1178 году), князя Мекленбурга, Кессина и Ростока. Будучи женатым на внебрачной дочери Генриха Льва и, оставшись без покровительства после опалы своего тестя, Генрих Борвин I сам «овладел замками Росток и Мекленбург». Никлот (внук князя Никлота), претендуя на земли своего деда, совершал из замка Хавельберг частые набеги, «непрерывно опустошал землю славян». Не в силах победить силы своего двоюродного брата Генриха Борвина I, Никлот обратился за помощью к Яромару I, князю Рюгена, который к тому времени был вассалом датского короля. Генрих Борвин I, в свою очередь, объединился со своим дядей по материнской линии, князем поморян Богуславом I. «Так эти родичи вступили в междоусобную борьбу друг с другом» [{27}, кн.3, п.4].

В мае 1184 года Богуслав I, герцог поморян, вассал Фридриха I напал на князя ругиев (руян — прим.) Яромара I (1168–1217/1218), ставшего вассалом датского короля, желая отомстить ему за деятельную помощь королю Дании в покорении славян. Однако в Грайфсвальдском заливе флот датского короля вместе с руянами нанес поражение Богуславу I. Датские войска захватили территории западной Поморянии от Wolgast, Usedom, Wollin/ Волин на востоке до Tribsees/ Требожез на западе, а поморянский герцог Богуслав I, будучи вассалом императора Фридриха Барбароссы, был вынужден присягнуть королю Кнуду VI, обязавшись воевать за датского короля и платить ему дань. Кнуд VI вернул Богуславу I Поморянию, но уже в качестве лена.

Яромар I «сильно опустошил землю черезпенян» и пленил Генриха I Борвина, которого в оковах «отослал Кнуту (Кнуду — прим.), королю Дании». Никлот же, во время похода на землю Богуслава I, «был схвачен последним и также брошен в оковы». Таким образом, у Кнуда VI в плену оказались оба наследника мекленбургского трона. Воспользовавшись такой удачей, король Дании начал активные действия по разорению и последующему подчинению славян Южной Балтики.

Арнольд Любекский так описал обстановку, сложившуюся на землях оботритов: «Кнут, король Дании, непрерывно опустошал землю славян». «Датчане, придя с большим войском, разрушили укрепления (славян) и, рассеявшись по их областям, подобно саранче, заполнили собой всю землю. А славяне, не в силах вынести их натиск, укрылись в своих крепостях. Так, в течение нескольких лет они приходили во время жатвы урожая и пожрали их землю, и без всякого кровопролития, одним голодом, вынудили их к подчинению» [{27}, кн.3, п.7].

Ранее расширение западных территорий Поморянии до Гюстрова, как известно, произошло в первой половине 12 столетия при первом князе поморян Вартиславе I (1124–1136/48). До 1184 года граница Поморянии с княжеством Рюгена проходила по реке Ryck, которая разделяла земли Гристов/ Gristow князей Рюгена и земли Гютсков / Gutzkow Поморянии. После поражения Богуслава I от короля Дании, произошедшего в 1184 году, земли Gutzkow вошли в состав датского королевства и стали находиться под управлением князей Рюгена.

В 1185 году король Дании Кнуд VI освободил плененных Генриха Борвина I / Heinrich Borwin I (сына князя Прибислава) и Никлота / Niklot (сына князя Вертислава) «при условии, что они примут свою землю в лен от короля Дании и дадут ему заложников по его выбору». Другими словами, при условии, что наследники оботритского престола станут вассалами короля Дании. Таким образом, бывшее оботритское княжество было разделено между двоюродными братьями на два удельных.

Генрих Борвин I был вынужден отказаться от Ростока, но стал владеть Илово и Мекленбург. Никлот получил Росток, став его господином, «ибо так распорядился король, который задумал уже подчинить себе землю славян и присоединить её к своему королевству» [{27}, кн.3, п.4]. В дальнейшем западные славяне должны были проливать свою кровь уже за интересы датской короны. Вскоре датский король Кнуд «заявил притязания на всю страну вагров, гользатов, штурмаров и полабов вплоть до Эльбы и часто опустошал её силами подчинённых ему славян» [{27}, кн.3, п.21].

В 1185 году Генрих Лев смог вернуться в Германию, но уже в 1188 году он отказался от предложения императора «отправиться вместе с ним в поход (третий крестовый поход в Святую землю — прим.) за императорский счёт» и «предпочёл покинуть Германию» [{27}, кн.4, с. 375].

В 1187 году Богуслав I (1130–1187) умер, а король Дании и вендов Кнуд VI назначил князя руян Яромара I опекуном несовершеннолетних сыновей Богуслава I (Богислава II и Казимира II). Этим решением Яромар I получил фактическую власть не только над княжеством Рюгена, но и над Западной Поморянией. В последующие 40 лет князья Рюгена, как вассалы датского короля, продолжили строительство церквей, монастырей и расселение в княжестве датских колонистов.

В начале 1193 года «Вальдемар, епископ Шлезвига, сын короля Кнута (Кнуда V — прим.)» начал борьбу за трон Дании. Вальдемара поддержали короли Норвегии и Швеции, а также Адольф III (граф. Гольштейна) и Бернгард (граф Рацебурга), которые опасались захвата их земель Кнудом VI. «В то время, когда Вальдемар (сын Кнуда V — прим.) направил войско против Кнуда (Кнуда VI — прим.), граф Адольф III, перейдя с огромной армией реку Эйдер, опустошил всю землю короля до самого Шлезвига». «Король Дании Кнуд VI, разгневанный действиями графа Адольфа, с сильным войском вторгся в его пределы, чтобы огнём и мечом разорить его землю». Граф Адольф III, будучи не в силах противостоять датской армии, откупился от Кнуда VI за 1400 марок денариев. Что касается Вальдемара, то он был схвачен и в 1193 году закован в кандалы [{27}, кн.5, с. 402].

В 1194 году при Кнуде VI были расширены владения княжества Рюгена (в то время лена короля Дании) на юго-западе до рек Recknitz, на юге до Trebel и до земель в районе Ryck на юго-востоке (для ориентировки линия между городами Ribnitz /ранее Рыбница — Tribsees/ Требожез — Grimmen — Greifswald).

«В следующую зиму, когда реки и болота были скованы льдом», объединенная армия маркграфа Бранденбурга и графа Адольфа опустошила «всю землю славян, не пощадив и страны Геромара (князя руян Яромара I — прим.), той, что зовётся Трибзее (на материковой части княжества Рюген — прим. автора)» [{27}, кн.3, с.435, 436].

В 1200 году король Дании, недовольный тем, что граф Адольф воевал против него вместе с маркграфом Оттоном II, а также тем, что он «сговаривался против него» с епископом Шлезвига Вальдемаром, начал борьбу за Гольштинию. В 1201 году Кнуд VI направил Генриха Борвина I и Никлота с их войсками против Адольфа фон Дасселя, в то время, графа Рацебурга. Сражение братья выиграли, но Никлот под Вашовым был убит и 25 мая 1201 года захоронен в монастыре Доберан. Владения бездетного Никлота перешли к Генриху Борвину I. Удельные княжества Генриха Борвина I и Никлота были объединены в одно Генриха Борвина I.

Завоевательные походы короля Дании Вальдемара II на земли славян

В сентябре 1201 года Вальдемар II, герцог Шлезвига, брат короля Кнуда VI с большим войском вторгся в землю (Гольштейн — прим.) графа Адольфа III. «Граф со своими людьми вышел ему навстречу к месту под названием Стеллау (селение около Келлингхузена — прим.). В начавшейся битве войско графа было разбито, так что многие были изрублены мечами, а остальные попали в плен». Граф Адольф III укрылся в Гамбурге. Вальдемар II захватил Итцехо и велел осадить Зигеберг и Травемюнде. Была захвачена крепость Плён, затем Гамбург. Позже Вальдемару II был сдан Рацебург, Виттенбург и Гадебуш. Горожане передали герцогу Вальдемару II и Любек [{27}, кн.6, п. 13].

В 1202 году на трон ушедшего из жизни короля Кнуда VI взошел его брат Вальдемар II Победоносный (1170–1241; король 1202–1241), сын короля Дании Вальдемара I Великого и Софии Русской. Политика нового короля стала продолжением политики Кнуда VI. В том же году датские войска овладели крепостью Зигеберг. Вслед за этим Вальдемар II провозгласил Голштинию и Любек своими территориями.

Вальдемар II с «несметным войском прибыл в Любек, где его приветствовали как короля датчан, славян и правителя Нордальбингии. После этого он вместе с прочими епископами, приорами и вельможами из нордальбингов, дитмарсов, славян и ругиев с великой силой осадил замок Лауэнбург. Когда он расположился там лагерем, то соорудил множество осадных машин и прочей военной техники. Пращники и лучники постоянно тревожили защитников замка, попеременно нанося и получая раны, и не было недостатка в убитых ни с той, ни с другой стороны» [{27}, кн.6, с.440]. После продолжительной осады жители сдали крепость. Далее последовала череда побед Вальдемара II: Норвегия стала датским леном; граф Шверина присягнул королю Дании; в 1219 при участии руян была одержана победа над Эстонией.

Однако в мае 1223 года Вальдемар II и его сын попали в плен графу Генриху I Черному Шверинскому (р. 1160 — у. 1228). Этим воспользовался Адольф IV (наследник Адольфа III) и, как наследник, вернул Голштинию. В плену, в 1225 году, Вальдемар II подписал договор, в котором он отказывался от Голштинии (до Эйдера) в пользу Священной Римской империи, а Адольф IV признавался законным владетелем Гольштинии, Вагрии и Дитмаршена [{31}]. Кроме этого, по договору от 1225 года в качестве условия освобождения Вальдемара и его сына, Вальдемар должен был заплатить крупный выкуп и отказаться от занятых славянских территорий между Эльбой и Одером, сохранив за собой княжество Рюген. Выйдя на свободу, Вальдемар II сделал попытку вернуть утраченное, но в 1227 году его войска потерпели поражение в сражении с Адольфом IV у Bornhöved. Дания потеряла Голштинию, Любек и господство над Южной Балтикой.

Христианизация западных славян по латинскому обряду

После завоевания языческих племен саксов Карлом Великим и их христианизации, саксонские феодалы захватили земли западных славян и уже сами участвовали в христианизации славянского населения. «Славяне, конечно, не были дикари; земледелие, торговля, разные ремесла, военное дело и дp. у них процветали не меньше, чем в Северной Германии так, что это поражало самих немецких миссионеров. Языческие славяне нисколько не стояли ниже языческих немцев. Немцы были относительно западных славян только ближайшие представители этой христианско-европейской цивилизации, а не её виновники или изобретатели, и, следовательно, не могли и распространять между западными славянами какой-то особой немецкой культуры» [{164}. с.20].

Неоднократные попытки обращения руян в католическую веру имели место и до захвата Арконы в 1168 году. В частности, известно, что монахи монастыря Corvey ещё в 9 веке прикладывали много усилий по христианизации Северной Европы. В 1114 году монастырь даже предъявил свои права на остров Рюген (Руян), так как в 9 веке руяне якобы приняли христианство в результате миссионерской деятельности монахов монастыря. Гельмольд, однако, относился к этой истории как к «старому преданию» [{9}]. В 1136 году, после военного похода короля Дании Эрика на Рюген, вновь была совершена попытка обращения жителей острова в христианство по латинскому обряду, но традиционная языческая вера славян сохранилась.

После захвата Арконы датской армией впервые было осуществлено массовое крещение руян. Католическим епископатом, королем Дании и герцогом Саксонии крещению руян придавалось особое значение. На крестины прибыл король Дании Вальдемар I с многочисленной свитой священников и военачальников. От Саксонии присутствовал Берно, епископ Шверина (Bischof Berno von Schwerin). Оботритский князь Прибислав, князья Поморянии Казимир и Богуслав присутствовали как вассалы саксонского герцога Генриха Льва.

Князья руян Тетислав и Яромар I первыми приняли крещение. Таинство крещения совершил епископ Абсалон. Вслед за князьями в перый день крестили 1300 руян. Руяне же, несмотря на принятие христианства по латинскому обряду их князьями, фактически оставались язычниками, хотя и назывались христианами. Историк Ingrid Schmidt писала о тех событиях: «Смена веры происходила от князей к народу, но не наоборот. Те, кто имел политическую власть в стране, тот обладал и самым большим влиянием на сознание и веру подданных» [{151}, с.36].

Тетислав и Яромар I принесли вассальную присягу королю Дании Вальдемару I. Князья руян обязывались строить католические церкви и монастыри, платить ежегодную дань королю Дании, участвовать в войнах на стороне датского короля, передать королю Дании все сокровища храма Свентовита и освободить всех пленных христиан. Князья Рюгена были обязаны присутствовать при королевском дворе в придворные дни. Христианским священникам должны быть переданы земли славян. В обеспечение выполнения условий было взято 40 заложников из числа потомков вельмож руян [{145}]. В ноябре 1169 года папа римский Александр III присоединил Рюген к датскому епископству Роскильде/ Roskilde (Дания).

После разрушения и разграбления храма Свентовита были разграблены, а затем уничтожены и другие славянские храмы. В крепости Karenz датскими войсками «много ценностей было взято у идолов, золота и серебра, шелка и атласа ярко-красного цвета, шлемы и мечи, броня и оружие всякого рода» [{145}, с. 72]. После сожжения изваяний славянских божеств Rugievit, Porevit и Porenut [Knytlynga-Saga], обнаруженных датскими священниками в крепости Каренц, в христианство по латинскому обряду было обращено 9100 руян. Позже были сожжены славянские святыни на Ясмунде [{145}, с.57]: изваяние славянского божества Pizamar и, обнаруженное в 1171 году, изваяние славянского божества победы Tjarnaglofi. В тот же год было обращено ещё 5000 руян [Knytlynga-Saga, Kap 122].

Что касается князя руян Яромара I, то он женился на принцессе Хильдегарде Датской. Остров стал заселяться переселенцами из Дании и Германии. Если в Поморянии, при Казимире I, в первую очередь разрешалось селиться германцам, то на Рюгене преимущественным правом заселения обладали датчане. Как и в Поморянии, славяне в списке тем, кому разрешалось селиться на острове, стояли на последнем месте [{152}, с. 30, 31].

Король руян Теслав утерял свою власть на острове и после 1170 года его имя в документах больше не упоминалось. Яромар I, по данным саксонских хронистов, проявлял особое усердие в вопросах крещения. Например, у Гельмольда о Яромаре I сказано следующее: «Князем же у руян был в это время благородный муж Яромир, который, услышав о почитании истинного Бога и о католической религии, с охотой принял крещение, приказывая всем своим также обновиться с ним через святое крещение. Став христианином, он был столь же стойким в вере, сколь твердым в проповеди так, что [в нем] можно было видеть второго, призванного Христом, Павла. Выполняя дело апостола, он привлек этот дикий и со звериной яростью свирепствующий народ к обращению в новую религию отчасти ревностной проповедью, отчасти же угрозами, будучи от природы жестоким» [{9}, кн.2, с.279].

Примерно в 1170 году в горах у подножия Rugard началось строительство женского монастыря. В архивах сохранился документ об учреждении князем Яромаром I монастыря в горах центральной части Рюгена, в районе Ругарда/ города руян (в наше время Bergen). В 1180 году Ругард (Берген) стал столицей княжества. В 1193 году Петром, епископом Роскильде (Roskilder Bischof Peter), была освящена монастырская церковь. Из учредительного документа, в частности, известно, что собор построен из нового для того времени строительного материала — обожженных кирпичей и посвящен Святой Деве Марии (Marienkirche in Bergen). Яромар I выделил монастырю «обширное земельное владение на Рюгене и на материке со всеми пашнями, лугами, лесом и живущими там крестьянами» [{150}, с.27]. В 1250 году папа римский в своей булле утвердил устав монастыря как цистерцианского монастыря Святого Бенедикта. В наше время аббатство Бергена — одно из старейших церковных строений в земле Мекленбург-Передния Померания.

В 1193 году, в нижнем течении Ryck, в районе Greifswalder Яромар I выделил землю для датского цистерцианского мужского монастыря Hilda (позднее Eldena). Этот монастырь также упомянут в документах за 1199 год. Основанию монастыря именно в этом месте и его процветанию способствовали залежи соли, которая была очень востребована в то время для сохранения запасов продовольствия и, в первую очередь, рыбы и мяса. В нескольких километрах от монастыря находилась гавань с поселением торговцев и ремесленников (Gripheswald). Продажа соли приносила немалые прибыли монастырю, что впоследствии сделало его достаточно богатым для скупки дополнительных территорий.

Немецкие историки, отмечая непоследовательность датского короля Вальдемара I в христианизации руян, писали про князя Яромара I следующее: «Он (Вальдемар I — прим.) забрал из славянской святыни большое количество золота и серебра, но христианизация не продолжалась из-за корыстолюбия и недостатка пастырей». «Только после того, как князь Яромар основал монастырь у подножия Rugard и после того, как были построены первые каменные церкви, христианство начало пускать свои корни среди руян» [{145}, с.79].

Но вернемся в 1168 год. Захватив остров, епископ и военачальник Абсалон на местах языческих капищ и захоронений призвал сооружать католические храмы. По данным историка Ingrid Schmidt [{151}, с.23], «после захвата острова датчанами славянские гробницы освящались епископом Абсалоном по христианскому обряду. На их месте сооружались часовни христиан. Освящение славянских захоронений должно было продемонстрировать замену старой веры на новую, лучшую». К таким захоронениям относят Capellenberg при Streu, Karow Capellenberg при Viervitz, Capellenbrink при Altenkirchen, Kapellenberg, при Ralswiek, Plüggentin, Posewald, Zirkow, Samtens, при Putbus, Quoltitz и другие.

Один из таких приходов ордена цистерцианцев и сейчас находится в деревне Алтенкирхен / Altenkirchen. Эта приходская кирха является наиболее старой церковью на Рюгене. Она была построена около 1185 года датскими монахами на старом славянском кладбище. В стене южного предела можно увидеть замурованную гранитную скульптуру высотой 118 сантиметров, названную «Swantevitstein» (Камень Свентовита) с изображением человека с рогом изобилия, как у Свентовита. Камень установлен таким образом, что изображение человека находится в горизонтальном положении, подчеркивая тем самым, победу датского короля над сакральным центром славян. Ряд исследователей считают, что на камне изображен жрец храма Свентовита.

Приходская кирха в деревне Altenkirchen. Снимок из архива автора

Норберт Буске (Norbert Buske, 1988) выдвинул версию [{152}, с.50], что эта гранитная статуя — надгробный камень князя руян Теслава/ Тетислава (Tetislav). Камень относится к дохристианскому периоду истории руян. Однако, по данным Fred Ruchhöft [{145}], подтверждающие документы отсутствуют. Впервые название «Камень Свентовита» появилось в 1589 году, в труде «Вандалия» («Vandalia») профессора Давида Хитройса (David Chyträus) из Ростока.

Другой известный камень, названный «Jaromarstein» и относящийся к истории руян, замурован в западной стене собора Святой Марии в Бергене. На камне изображено мужское лицо с крестом в левой руке. Устные предания сообщают, что надгробный камень изображает князя руян Яромара I. Однако, по мнению немецких историков, этой версии нет документального подтверждения.

В церкви Петра в Wolgast находятся два других знаменитых камня языческого периода славян. В стене южного предела можно найти камень с изображением славянского божества («Gerovitstein»). Другой, наполовину вросший в землю камень, находится с западной наружной стороны храма.

Стена ризницы кирхи в Альтеркирхен с вмонтированным в стену камнем с горизонтально расположенным изображением человека с рогом изобилия Свентовита («Swantevitstein»). Снимок из архива автора

По выводам авторов [{150}, с.20] христианизация руян по латинскому обряду была бы затруднительной без участия князей Рюгена. Известно, что ещё в 1163 году князья были приглашены вместе с другими представителями соседних территорий на освящение собора в Любеке. Возможно, что ещё тогда интерес князей руян к христианству был мотивирован. Дело в том, что верховенство воли жреца ограничивало власть руянских князей. Отказ же от языческой веры разрушал верховенство власти языческих священников («Жреца они почитают больше, чем короля» [{9}, кн.1, с.194]). Кроме этого, к 1168 году все государственные образования вокруг руян в той или иной степени приняли христианство по латинскому обряду, а это создавало опасность агрессии извне. Принятие же христианства и признание Яромаром и Теславом короля Дании своим сюзереном, позволяло надеяться на военную помощь датского королевства от военной агрессии империи, а также на расширение полномочий королей/ князей руян.

После принятия вассалитета и потери независимости князья руян все еще считали себя славянскими государями, а славянский язык своим родным. Однако «князья, желая умножить свои доходы, начинают призывать немецких колонистов, и эти финансовые соображения немало способствуют постепенному притуплению в князьях нацинального чувства» [{164}, с.181].

В 1221 году, по данным профессора И. Первольфа, князь Вислав I/ Вицлав I/ Вышеслав I распорядился о немецкой колонизации земли требожезкой (Требожез /Tribsees) [{164}, с.181], а князь Яромир II/ Яромар II при заселении славянского села немецкими переселенцами, запрещал поселение в нем других славян. В 14 веке в руянском княжестве славяне составляли уже далеко не подавляющую часть населения, а княжеские семьи онемечились. Документы князей Рюгена, относящиеся к этому периоду, составлены на латинском и немецком языке, а князь Вислав III (1302–1325) уже известен как сочинитель поэм на немецком языке. Тем не менее, имена в княжеских семьях давались детям, как правило, славянские.

Сказанное относится и к дворянству. Славянские имена дворян Прибислав, Тешимир, Крекош, Унислав, Горислав, Гневомир, Гостемир, Гостислав, Славек, Славков, Сума, Витомир, Унимысл, Добеслав, Стрезибор, Добромир, Гостислав, Клич, Радослав, Требеслав, Крак (основатель села Краков), Мыслимир, Радомир, Тешислав и другие постепенно заменялись немецкими. В первой половине 14 века из 275 родов дворян рюгенского княжества только 40 были славянские [{145}, 164].

В 1325 году умер князь Рюгена Вислав III, который не оставил после себя продолжателя рода по мужской линии. Княжество Рюгена стало частью поморянского княжества.

О стратегии колонизации западных славян

Экспансия на славян была не разовой акцией, но со временем приобрела стратегической характер колонизации Восточной Европы, продолжавшийся столетия. Менялись правители, политическая карта Европы, но стратегический вектор сохранялся. Победить многочисленные независимые славянские народы, заселившие большую часть Европы, объединенные единой верой, едиными историческими корнями, единым языком изначально было невозможно. Но был обнаружен ключ для поэтапного достижения этой цели. Его название — разобщенность, раздробленность славянских народов, расселившихся на гигантских просторах. Истоки раскола были связаны с комплексом причин, с эгоизмом, завистью и противоборством за первенство правящих элит родственных славянских народов, недостижимым желанием отдельных князей стать частью западной элиты, стремлением князей быть независимыми ото всех во вред единству славянских народов.

За расколом западнославянских княжеств последовала их колонизация. Колонизация происходила как вследствиие прямой агрессии, так и путем захвата власти над славянами прогермански «настроенными» князьями, которые фактически являлись колониальной администрацией. Как писал профессор И. Первольф, славянам запрещалось говорить на родном языке, использовать его в любых целях, заниматься ремеслами. Колонизация сопровождалась ущемлением экономических и политических прав славян, забвением родного языка, обычаев, культурных и исторических связей и, как следствие, вымиранием, исходом славян со своих земель.

Идеологом и вдохновителем крестовых походов на славянский восток с подачи князей Саксонии, стал Бернард Клервоский, аббат монастыря закрытого цистерцианского ордена, который оказывал большое влияние на государей могущественных западных держав. Интересы сакральной власти Рима и Королевства франков, а позже Священной Римской империей по колонизации новых земель слились на основе того, что, как писал Андре Моруа, «папе был нужен солдат». Каролинги, в свою очередь, «нуждались в папе, как и он в них». Колонизация происходила под флагом христианизации языческих славян.

Распад единой духовно-религиозной сферы славян происходил в условиях запрета их народной, языческой веры. Происходило уничтожение славянских капищ, священных рощ, обычаев, родовых связей. На славянских землях возникали католические епископства, монастыри, кирхи. Просаксонско настроенные князья славян утверждались во власти и получали поддержку саксонского герцога в обмен на принятие и распространение ими католической веры. Пионером вбивания религиозного клина в единсво славян стала польская аристократия в период правления князя Мешко, который объявил христианство латинского обряда религией своего княжества и вскоре получил поддержку герцога Саксонии в захвате Западной Поморянии. Католический епископат приветствовал проповедников из славянской аристократии, дабы «обратить варварские народы легче людям одного с ними языка и нравов, нежели чужакам, питающим отвращение к обычаям этих народов» [{7}, кн.3, п. 72]. Как писал академик В. С. Леднёв [{100}] «Русский мир начинал раскалываться не по крови, а по вероисповеданию».

Кровь потомков славянских князей с «благословения римских пап» «разбавлялась» посредством заключения междинастических браков с представительницами правящих элит Саксонии и стран Скандинавии (женитьба Готшалка на датской принцессе; Прислава на дочери Кнуда Лаварда, сына короля Дании; сына Прибислава на внебрачной дочери саксонского герцога Генриха Льва; князя гавелян Прибислава-Генриха на Петрисс и так далее). Дети княжеских династий славян постепенно становились по духу, воспитанию, языку, интересам, образу мышления отдаленными от интересов своих народов. Княжеские дети стали получать воспитание в католических монастырях, где «программировался» их будущий кодекс поведения. Наследуемые славянские престолы все чаще стали занимать князья, связанные родственными узами с правящей элитой Саксонии и стран Скандинавии, обязанные им своим восшествием и удержанием престолов. У гениального Пушкина есть строки, которыесжато и ярко подчеркивают сказанное выше и актуальны для последующих веков: «Где власть от своего народа была оторвана всегда» («Руслан и Людмила»).

Войны между родственными славянскими народами привели к обескровливанию и истощению ресурсов славян. Правители Священной Римской империи поддерживали войны между славянами, помогая той или иной стороне конфликта своими войсками. Например, лютичей в их борьбе с оботритами поддерживали феодалы Саксонии, а оботритов в войне с лютичами — Карл Великий. Гражданскую войну внутри союза лютичей поддержали князья Саксонии и Дании. В 808 году бездействие франков позволило королю Дании, вильцам и другим племенам сжечь и разграбить столицу оботритов Рерик. Ответный поход оботритов на вильцев, который состоялся в 809 году, был уже поддержан войсками франков. В любых ситуациях Священная Римская империя, разобщая славянские народы, не допускала их объединения. Расчлененные славянские союзы в условиях изоляции были обречены на колонизацию, уничтожение.

После капитуляции Прибислава, сына Никлота, славянские князья были вынуждены воевать на стороне герцога Саксонии, императора, короля Дании против других славянских народов. Капитуляция показала, что для славян как народа, компромисса не будет. Выжившие в войне славяне были ограничены в правах на выживание. Не прошло и двух столетий, как на большинстве земель западнославянских союзов исчез язык некогда могучих, трудолюбивых и независимых народов. Оставшиеся стали меньшинством на своих землях и были обречены на последующее вымирание.

В тоже время, возвышение славян над эгоистичными амбициями своих князей, объединение славянских народов перед угрозой потери независимости вызывало такое поднятие духа среди славянских народов, что любые попытки их колонизации становились ничтожными. Исламский путешественник Ибрагим ибн Я'кюб писал об этом в 960–965 годах н. э. [{3}]: «В общем, славяне смелы и агрессивны, и, если бы они не раскололись в массу разветвляющихся родов, то никакой народ не выдержал бы на Земле ее натиск…». В работе Брокгауза и Эфрона [{31}] также отмечена разобщенность славян, как их характерная черта: «Взаимные раздоры между племенами доходят иногда до того, что в случае нашествия иноплеменных врагов одно славянское племя сражается под вражескими знаменами против другого». Или, как писал гениальный А. Пушкин об извечной беде славян: «Домашний, старый спор славян между собою».

Периоды сближения западных славян отличались многократным усилением их военно-политического влияния. Однако отсутствие единой созидательной стратегии, последовательной согласованной единой политики славянской аристократии в вопросах мироустройства, духовной жизни, экономической, военной, внутренней и внешней политики на основе общих ценностей и целей не позволило объединить западнославянские союзы и создать единое государство западных славян.

Первыми были захвачены земли славянских объединений на берегах среднего течения Эльбы. Завершающий этап колонизации был связан с этническими крестовыми походами против славян с «миротворческой» целью «защиты христиан». Эти походы сопровождались уничтожением непокорных и заселением славянских территорий германскими народами. К концу 12 века на землях колонизированных полабских славян, в междуречье Эльбы и Одера возникло маркграфство Бранденбург, на землях оботритов — герцогство Мекленбург, а в 1168 году были разгромлены и руяне.

Западные славяне на своих же землях, по сравнению с переселенцами из разных уголков Священной Римской империи, были поражены в экономических и политических правах, в возможности заниматься ремеслами. Славяне изгонялись из своих домов и селений, лишались земли. Финансовая заинтересованность, связанная с продажей земель для заселения немецкими колонистами, сдачи земель в качестве лена, привела к «постепенному притуплению в („славянских“ — прим.) князьях национального чувства» [{164}, с.181]. Идеи латинского «жречества» и чаяния саксонских феодалов восторжествовали.

Любор Нидерле, рассуждая о причинах поражения многочисленных славян, писал, что главной причиной поражения славян была их раздробленность на ряд небольших племен и племенных объединений: «За исключением упомянутых остатков поморян (кашубов и словинцев) и сербов (лужичан), вся огромная полабско-балтийская ветвь западных славян прекратила свое существование в войнах, которые вели против них немцы, начиная с Карла Великого и до XII века, то есть в войнах, продолжавшихся почти 400 лет. Лютичи, а также ободриты были уничтожены полностью; остатки древан прекратили свое существование в XVIII веке, а остатки лужицких сербов и поморян были слишком незначительны, чтобы без посторонней помощи сохранить свою народность.

Славяне потерпели поражение потому, что, несмотря на всю их силу и многочисленность, борьба с немцами велась в неравных условиях. Большому объединенному германскому государству, пользовавшемуся поддержкой католической церкви, противостояли западные славяне, раздробленные на ряд небольших племен и племенных объединений. Им никогда не удавалось объединиться и создать против немцев единый союз, более того, они чаще объединялись с немцами в борьбе друг с другом: иногда ободриты выступали вместе с немцами против лютичей, к которым они издавна питали вражду, иногда, наоборот, лютичи шли вместе с немцами против ободритов. Помогали немцам также и чехи. Но замечательные победы, иногда очень значительные и вначале многообещающие, какими, например, были восстание лютичей и ободритов в 983 году или сражение на Гаволе в 1056 году, оказывались безрезультатными… Около 1127 года пала знаменитая Ретра, а в 1168 году — еще более знаменитая Аркона; в 1177 году был сожжен Волин, а со второй половины XII века мы находим полабско-балтийских славян, в том числе и поморян, уже в немецком подданстве. Это означало для них не только утрату политической свободы, своей веры и культуры, но и своей народности, так как тот, кто не был уничтожен, стал подвергаться усиленной германизации, закреплявшейся обратной колонизацией немцами тех областей, в которых они когда-то обитали в начале нашей эры» [{102} гл.14, с. 115, 116].

Западные славяне междуречья Одера и Эльбы наиболее сильно пострадали от нашествия армий «западной цивилизации». Такого разрушительного воздействия не испытали ни чехи ни поляки. Объяснение и свою интерпретацию этому приводит И. Первольф. Чехи и поляки «вошли в круг римско-христианской цивилизации, приняли многие немецкие порядки» …Чешская и польская шляхта «не пошла по следам бодрической, лютичской и поморской». По И. Первольфу, это, во многом, «спасло поляков и чеховъ от судьбы полабско-балтийских славян». К, сожалению, И. Первольф не упомянул, что основной удар крестоносцев пришелся по полабским славянам. И в этой войне чехи, моравы, поляки были не на стороне оботритов и лютичей. Впрочем, и потомки великого князя Польского Болеслава IV, вассала германского императора, не смогли сохранить границы своей страны, которая потеряла и Силезию, и Западное Поморье.

Но нельзя отказать в справедливости и актуальности другого высказывания профессора И. Первольфа о роли правящего сословия в гибели славянских государств: «западные бодричи и южные лютичи, подпали рано, в XII веке, под непосредственную власть чужеземцев и вековых национальных врагов, и тем самым обречены были на неминуемую гибель. Народ, который лишен политической независимости, который не имеет участия в своем управлении и не может уже надеяться добиться такого участия, — такой народ уже пропал и его гибель составляет только вопрос времени». «В таком же самом положении очутились вскоре и другие балтийские славяне… как только онемечились у них господствующие сословия, князья и шляхта. И онемечились они, как уже сказано, скоро» [{164}, с.21].

После подавления сопротивления западных славян, являвшихся, образно говоря, плотиной, которая препятствовала дальнейшему продвижению империи на восток, земли западных славян были окончательно захвачены Германией, а восточные границы влияния империи на Южной Балтике продвинулись далеко за Одер. Колонизация германцами восточных территорий не ограничилась захватом земель оботритов, лютичей, сербов и полабов. Экспансия распространилась на территории до Эстонии, в направлении которой переселялось население из западногерманских областей. В 12 веке переселенцы активно заселяли земли Чехии. Правивший в то время король Чехии Пржемысл Оттокар I (1155–1230), будучи сыном Ютты Тюрингской (дочери ландграфа Тюрингии Людвига I и Гедвиги фон Гуденсберг) многое сделал для заселения переселенцев из западных территорий Германии и расширения францисканского, доминиканского, тевтонского орденов при одновременном расширении их прав на новых землях.

Относительно Скандинавских стран Адам Бременский так охарактеризовал плоды политики, проводимой Гамбургской церковью: «И вот этот народ пиратов, некогда, как мы знаем, опустошавший все области Галлии и Германии, ныне довольствуется тем, что сидит в своих пределах, говоря вместе с апостолом: „Не имеем здесь постоянного града, но ищем будущего“» [{7}, кн. 4, п. 44].

В 1217 году папа римский Гонорий III призвал крестоносцев к крестовому походу уже на пруссов. В 1219 году король Дании, северный сосед Священной Римской империи предпринял крестовый поход против языческих эстонцев. В 13 веке, при содействии польского князя Конрада, рыцари Тевтонского ордена полностью колонизировали земли пруссов, переселили туда население с западных территорий Германии и создали католическое государство со столицей в Мариенбурге, а позднее в Кёнигсберге. В 1250 году земли поморян уже упоминаются как «Кёнигсбергская земля». В 1270 году бранденбургскому епископу принадлежал город Кёнигсберг и пятнадцать сел, среди них: Берников, Радун, Грабов, Крайники, Кримов, Пасека, Жатов, Хелин, указанных как «slavicales villae», упоминались села Костринки, Рудница и другие. На смену славянским названиям пришли германские. Например, город Добегнев был переименован в Арнсвальде, село Кринов — в Hansberg. По данным земской книги 1337 года на 219 славянских названий населенных пунктов Новой марки приходилось уже 166 населенных пунктов, имеющих немецкие названия [{164}, с. 115–119]. Силезия также превратилась в территории с населением, говорящем на немецком языке.

Славяне, не пожелавшие остаться на захваченных территориях, были вынуждены уйти с Южной Балтики на Ладогу и далее в северные и центральные области Руси. Они явились основателями многих известных дворянских родов, легли в основу большого числа русских фамилий. Оставшиеся были онемечены. «Онемеченные» славяне и их потомки многое сделали для германской государственности. Но трагично то, что в последующие века потомки онемеченных славян активно использовались в войнах с восточнославянскими народами, фактически с их далекими родственниками. В этих братоубийственных войнах с обеих сторон были уничтожены миллионы славянских жизней. Навсегда исчезли многие славянские роды.

Как к западу от Эльбы, так и к востоку от нее происходил один и тот же процесс — «внедрение немецкогоэлемента в славянское население», социальное и культурное порабощение славян немцами. На земли славян приглашались колонисты с запада — вестфалов, голландцев, фризов, фламандцев и др. Земли раздавались немецким графам, рыцарям, епископам, монастырям. Переселенцам предоставлялись различные льготы. Села со славянским правом стали исчезать, а на их месте возникали селения с немецким правом. Славяне, лишенные своих владений и земли, вынуждены были осваивать новые земли. В селах новое приселение славян запрещалось. В городах прежнее славянское население вытеснялось для заселения колонистов. Славян перемещали в отдельно им отведенные места, улицы (Wendenstrasse). В состав цехов и гильдий принимали только граждан, которые могли доказать свое немецкое происхождение. Например, в Потсдаме славянам запрещалось иметь любую недвижимость. Славянская знать быстро онемечилась, усвоила немецкие христианские имена, феодальный ритуал, продавала свои угодия новым хозяивам. Уход из жизни двух последних славян, живших на острове Руян/ Рюген, зафиксирован в поморской летописи летописцем Канцовым: «В начале XV века, около 1404 года умерла на Ране в Ясмунде старуха по имени Голицына; она и ея мужъ были последние, которые на Ране умели говорить по славянски» [{164}, с.207].

Уже в 1318 году в списке мещан города Зверина обнаружен только один славянин. Если в городах и оставалось славянское население, то «им отводились, как и жидам, особые кварталы, улицы (например, platea Slavorum, Wendenstrasse)» или пригородные предместья, называемые «kietz»; жители подлежали суду княжескому, а не городскому. Так было во всех славянских землях. Немецкие ремесленники отделяли от себя славян той же профессии. Например, встречаются названия Wendschlachter (славянские мясники). В Штральзунде существовал отдельный славянский базар Wendemarkt [{164}].

Сохранились свидетельства, что при приеме на работу (например, суконщика в 1463 году) требовали свидетельства, «чтобы он был человек неопороченного происхождения, и по всем предкам не славянин (schal he van unberuchteghen, erliken, framen luden.. unde ghebaren van alle synen veranen, de nicht Wende synt ghewesen)». Даже в ХVIII веке «в Мекленбурге требовали от принимаемого в цех такого свидетельства, что он происхождения немецкого, а не славянского. Национальная немецкая исключительность вообще проявлялась в разных сторонах жизни» [{164}, с. 176].

Славянские земли и селения заселялись саксонскими крестьянами, отчасти нидерландскими. Прежние названия славянских селений заменялись колонистами на новые. Например, славянское название Валегощь/ Валегож трансформировалось в Walegotesuelde; село Брушевичи стало называться Bruzevizdorp; Сулов — Zilistorp; Богачье — Holstendorp; Душники — Dysnak; Чарнентин — Zarrentin, Лосичи — Lositz, Loitz и др. Выселение славян из сел производилось за вознаграждение или даже без вознаграждения. Крестьяне славянского происхождения должны были строить себе новое село. Это новое село сохраняло древнее название, но отличалось от «немецкаго» или «великаго» прозвищем «славянское» или «малое». Например, село Щитно (Citene) в первой половине XIII века разделилось на два села: Щитно большое, в котором заселились немцы, и Щитно малое, в котором поселились славяне, ушедшие с прежней земли. К таким селам можно отнести и многие другие, например, Карлово, Турово, Чахоры, Загоряны, Жаров, Богачье и другие.

В 1242 году князь Рюгена Вислав I по праву феодальному и наследственному продал германцам для заселения четыре села с прилегающими полями, лесами, лугами, пастбищами и мельницей: Старков, Ратиборичи, Чернин, Велегощ у речки Бартика (в наше время Barthe). В 1256 году князь Яромир продал немцам для колонизации село Чарниковичи (Sarnekevitze) со всеми лугами, пастбищами, лесами и полями. Причем князь не позволял славянам пользоваться их землей, а только лесами и пастбищами. Другими словами, славяне, оставшиеся в проданном селении, не могли выращивать зерновые культуры, но могли быть пастухами, скотоводами и работниками по лесу. Эта льгота не распространялась на потомков славян, которые, таким образом, были обречены на вымирание или онемечивание. В 1316 году славяне в проданном селе уже не числились [{164}, с.138, 141, 143, 198].

Колонисты занимали не только славянские селения, но и строили новые. Названия селений, в которых обосновывались колонисты, имели окончания «torp, tjrpe, dorp, feld, berg, berge и прочие». Случалось и так, что славяне оставались в своем селе вместе с немецкими колонистами, но заселение других славян воспрещалось. Это приводило к постепенному вымиранию славян в их исконных селениях. «Желание заменить славянских крестьян немецкими колонистами продолжалось у немецких господ все время. Для немецких господ Полабии и смежных стран удаление и исчезновение славянских подданных было делом уже решенным, составляло только вопрос времени; а повсеместное распространение немецких колонистов было для них верхом их желаний и конечной целью». Изменялись на немецкий лад и славянские названия населенных пунктов. Например, славянское название Гора существовало ещё в 13 веке (Gora, villa Gora), но на латинском языке уже писалось Mons или Montes. В начале 14 века употреблялось уже немецкое название Berghe, Berghen, в наше время Bergen. В 14 веке Вышековичи были переименованы в Neuhof, а в 1820 году уже использовалось название Nyghehof и т. д. Пролив между материком и островом Hiddensee в 13 веке назывался Jelenine (Еленино), но затем его называли Gelende, Yelland, Jaeland, Gellen [{164}].

По мнению И. Первольфа, у поморянских князей славянское самосознание сохранялось до конца первой трети 13 века. Князья Казимир и Богуслав были окружены славянскими вельможами, а славянское право рассматривалось как «обычай своего народа». Заключались браки с польскими княжнами. Однако позже началась активная колонизация германцами, которым предоставлялись земли в лен, а число славянских вельмож во второй половине 13 века резко сократилось. О славянском происхождении части дворянства того времени могли свидетельствовать такие имена, как Вартиславъ, Прибиславъ, Светобор, Славомиръ, Сулислав, Собеборъ, Мирогневъ, Мирослав, Мстислав, Домаслав, Будивой, Хотимир, Запаха, Тешимир, Гостиславъ, Гневомир, Голжон, Люборад, Унислав, Добеславъ, Ратимир, Тешимир, Безправъ, Ярогнев, Ярослав, Ран, Добемир, Радослав, Приснобор. Однако, как славяне, так и переселенцы называли себя по названиям сел, владений, где они поселились. Кроме того, известны случаи, когда переселенцы брали славянские имена, например, Прибиславъ, Tешимир (Tesmer, Tessen), Гостиславъ (Guzlaff), Добеславъ, Безправъ, Славенъ, Богуславъ, Гневомиръ (Gneomar), Стойславъ. Смешение имен значительно препятствовало оценке соотношения между славянским населением и переселенцами. Со временем все чаще стали упоминаться немецкие имена. Наследственные славянские владения (дедины) уступали место ленам. Села со славянскими жителями, например, Карбово и Печково, к середине 13 века исчезали. Заменялись и славянские названия населенных пунктов. Например, Гостков, на левом берегу реки Пена, стал Gützkow, Щитно — Zieten (в наше время Щецин / Szczecin), Острожна / Вострожна — Wusterhusen (25 километров на восток от Greifswald) и другие [{164}, с. 217].

С середины 14 века «исключительность немецких мещан заявила себя в Поморье как и везде в полабско-балтийских странах тем, что они исключали славян из цехов, требуя от принимаемых доказательства, что они происхождения немецкого, а не славянского» [{164}, с. 214–220]. Духовенство было практически немецким и датским. К середине 13 века в Щетине господствовали немецкие порядки и немецкий язык.

К концу 13 века славяне даже в самых удаленных селениях на востоке материковой части руянского княжества также практически «онемечились, приняв и право и народность немецкую», а в начале 14 века был почти полностью онемечен и сам остров Руян. В требожеских землях (Tribsees), на границе с мекленбургскими владениями, активная колонизация славянских земель началась при князе Рюгена Виславе I в первых двух десятилетиях 13 века. К 1282 году число сел со славянским населением сократилось до двух: Барнеково (Wendesehe Barnekowe) и село у Техелина (villa slavicalis juxta Techelin). К концу 12 века в ратиборгской земле насчитывалось 18 сел с немецкими названиями, а около 1230 года их число достигло 40 [{164}, с. 143]. «До конца XIII и до начала XIV века отчина Никлотовичей была почти вся онемечена; славян оставалось тогда очень немного» [{164}, с.139, 177, 196, 198, 206].

Немецкие переселенцы вводили новые порядки. Устанавливалось немецкое право. Например, в Зверине немецкое право было установлено уже в 1160 году. Один из «правовых актов», изданных графом Зверина Гунцелином гласил, что «всех славян, которых бы застигли бродящими без видимой надобности в пустых захолустьях, ловили и сейчас вешали». «Крестьяне — наследственные арендаторы, платили натурой и деньгами: господам — оброк (pactus, census), государю — подать (precaria, bede), церкви — десятину» [{164}. с. 133–135].

Немецкое право устанавливалось как в новых селениях колонистов, так и в существовавших селах. В селах со сплошным славянским населением сохранялось славянское право с круговой порукой, т. е. ответственностью всех членов рода, общины за все совершенные в его пределах преступления. Последний раз славянское право упоминалось в начале 14 века на острове Рюген, в то время как новые немецкие порядки распространились по всему княжеству.

Во вновь отстроенных городах господствовал немецкий язык. Оставаясь на прежде своей земле, славяне жили в немецкоязычной среде. Со временем «на родном языке говорили по большей части старики, а молодежь стала его забывать и предпочитать язык своих господ и учителей» [{164}, с. 18]. Однако среди славян ещё встречались славянские имена.

Но подобная утрата родного языка происходила не повсеместно. Например, на территории полабов, древлян славянский язык сохранялся до начала 16 века [{164}, с.179]. На левом берегу Эльбы, в лесах, в районе Люнебурга славянский язык среди местного населения сохранился до 19 века, а местные жители этих мест гордо называли себя «вендами» и неохотно смешивались с окрестными немцами [{164}, с.19]. На острове Рюген, как уже говорилось, последние говорящие по-славянски люди умерли в начале 15 века. В наше время славянский язык сохранился у небольшой части лужицких сербов. В этих землях сохраняются национальные обряды, национальная одежда, дорожные указатели, написанные на двух языках (на немецком и полабском). Школы, в которых образование осуществлялось на древнем полабском языке славян, существовали ещё в ГДР. Полабам известно и безуспешное письмо, написанное в девяностых годах отчаявшимися местными жителями президенту России, с призывом воспрепятствовать закрытию правительством ФРГ последних школ, в которых ещё велось преподавание на их древнем полабском языке.

Новые фамилии и титулы германских феодалов

С немецкими феодалами прибывали их вассалы, немецкие рыцари. Немецкая знать получала названия по наименованиям славянских земель и населенных пунктов. И. Первольф указывал на вассалов ратиборгского епископа Bernardus de Mulsan, Otto Albus, Wilhelmus de Zageran, Wernerus de Marsowe и других, которые получили свои титулы от названий славянских сел Молчаны, Загоряны, Маршово и так далее в ратиборской епархии. Вассалы зверинского графа de Ekeseo, Gronove, Belove, Koval, Dargenov и прочие получили свои титулы по названиям славянских сел Кцыни, Гронов, Белов, Коваль, Даргенов и других.

Аналогичные титулы получали германцы и на завоеванных сербских территориях. Например титул Екатерины II, императрицы Всероссийской (Софи́я Авгу́ста Фредери́ка А́нхальт-Це́рбстская/ Sophie Auguste Friederike von Anhalt-Zerbst-Dornburg) связан с названием сербского города Сербиште (онемеченное название Цербст /Zerbst или Сербск/Serbsk — на сербском/ лужицком языке).

В ряды этих немецких дворян-вассалов вступили и оставшиеся представители славянской знати. Они принимали свои же земли в лен от новых хозяев. С течением времени знать славян растворилась в немецкой, переняв и их язык.

Христианская ветвь династии Никлотингов

Судьба Прибислава, старшего сына князя Никлота, после того, как он принял христианство по латинскому обряду и стал вассалом герцога Саксонии, сложилась следующим образом. Прибислав до конца своей жизни сохранял клятву, данную герцогу Саксонии Генриху Льву. По предложению Генриха Льва их союз даже был скреплен браком сына Прибислава Генриха Борвина I с Матильдой, внебрачной дочерью Генриха Льва. Прибислав считается основателем христианской ветви династии Никлотингов, которые правили на землях Мекленбурга вплоть до 1918 года. В 1168 году Прибислав, как вассал участвовал со своим войском в походах Генриха Льва и, в частности, в захвате Арконы, сакральной столицы руян.

Кирха с могилой Воиславы, жены Прибислава в Альтхофе. Снимок из архива автора

В 1171 году Прибислав основал в Альтхофе (пригород современного Доберана, ранее Добряны) цистерцианское аббатство. Жена Прибислава Воислава Поморянская (1140–1172, дочь князя Поморянии Вартислава I) скончалась в 1172 году и была захоронена в основанном Прибиславом аббатстве. На месте аббатства, разрушенного восставшими славянами, была воздвигнута кирха. На период 2013 года кирха находилась в процессе реставрации.

В год смерти Воиславы князь оботритов сопровождал Генриха Льва в его паломничестве в Палестину. Об этом записал аббат Арнольд Любекский: «Поручив оборону своей земли Вихману, архиепископу Магдебурга, он (Генрих Лев — прим.) взял с собой в качестве спутников всю знать этой страны, а именно: Конрада, архиепископа Любека, Генриха, аббата Брауншвейга, Бертольда, аббата Люнебурга, упомянутого Прибислава, царька ободритов, Гунцелина I фон Хаген, графа Шверина, Зигфрида, графа Бланкенбурга» и др. Герцог со своей свитой «прошёл в Австрию к своему отчиму маркграфу Генриху XI Язомирготт (1114–1177)». Далее, уже по суше, пройдя Венгрию, предварительно получив на это разрешение, процессия попала на территорию сербов. Здесь сербы отказались с почетом встречать герцога. Более того, «посреди ночи сербы, собравшись со всего леса как один, образовали четыре отряда и, поочерёдно завывая с четырёх сторон, сильно шумели, надеясь тем самым напугать войско герцога». Бросив обоз с провиантом, герцог покинул сербскую территорию. Миновав Константинополь, из «Акки» процессия на конях, мулах и ослах въехала в Иерусалим [{27}, кн.1, с.307].

В конце декабря 1178 года на турнире в Люнебурге Прибислав, князь Мекленбурга, Кессина и Ростока был смертельно ранен. Прибиславу наследовал его сын Генрих Борвин I (Heinrich Borwin I, 1150 — Янв. 1227, князь Мекленбурга c 1178 года), зять Генриха Льва. В 1179 году вспыхнуло восстание оботритов, следствием которого явилось разрушение католических монастырей, включая аббатство в Альтхофе и временное возвращение независимости оботритов.

В 1186 году сын Прибислава Генрих Борвин I взамен разрушенного аббатства в Альтхофе основал новый монастырь в Добрянах, где в 1219 году был перезахоронен его отец Прибислав. В наше время монастырь находится в городе Bad Doberan, в 20 километрах на запад от Ростока. В дальнейшем монастырь стал усыпальницей мекленбургских герцогов, потомков князей Никлота и Прибислава.

Плита надгробной могилы Прибислава в монастыре Бэд Доберана. Снимок из архива автора

Генрих Борвин I умер в январе1227 года и захоронен в монастыре Доберан. Земли Мекленбурга поделили между собой его сыновья: Генрих Борвин II и Никлот II. После смерти Генриха Борвина II, произошедшей в 1226 году, четыре его сына вначале княжили вместе. Затем княжество было поделено на четыре удельных княжества между сыновьями: Мекленбургское (Иоанн I, 1211–1264), включавшее земли с городами Мекленбург, Висмар, Илов и др.; Ростокское (Генрих Борвин III, — 1277/ 1278), включавшее преимущественно земли хижан с городами Росток, Добряны, Марлов и др.; юго-восточные территории (Никлот, 1210–1277) с городами Верле, Гюстров, Пенцлин, Малахов и др.; Пархимское (Прибислав, — 1272/ 1270), с землями варнов и городами Пархим, Рихенберг и др.

Надгробная плита князей Мекленбурга в монастыре Бэд Доберана. Первая строка — Генрих Борвин I (Heinrich Borwin I); умер 28 января 1227. Вторая строка — Никлот / Николай I (Nicolaus I); умер 25 мая 1201. Снимок из архива автора

Женой Генриха Борвина I, как уже говорилось, стала Матильда Брауншвейгская, дочь герцога Саксонии. Их сын Генрих Борвин II женился на Кристине (Christine) Шведской. Иоанн I, cын Генриха Борвина II вступил в брак с Luitgard, дочерью Poppo VII, графа Henneberg, а их сын Poppo стал рыцарем Тевтонского ордена. Генрих Борвин III, другой сын Генриха Борвина II, господин Ростока, женился на Софии Шведской, дочери короля Швеции Эрика Кнутсена. Женой Прибислава, третьего сына Генриха Борвина II, была дочь Ричарда (Richard von Friesack). Женой Николауса, четвертого сына была Jutta, дочь Генриха I, графа Анхальта и Aschersleben. Heinrich I, сын Иоанна I; женился на Анастасии (Anastasia), дочери герцога Померании Барнима I. Генрих II, сын Генриха I и Анастасии, был женат на Беатрисии, дочери Альбрехта III, маркграфа Бранденбурга. Вторая жена Генриха II — Анна, дочь Альбрехта II, герцога Саксонии. Имя третьей жены Генриха II — Агнес, дочь графа Lindau — Ruppin.

Прислав (Prislaw, господин Laaland, умер в 1175 году), брат Прибислава, еще при жизни Никлота женился на Екатерине Датской, дочери Кнуда Лаварда (сын короля Дании Эрика I Доброго) и внучке Владимира Мономаха.

Изначально славянские князья и дворянство носили славянские имена (Ратибор, Никлот, Прибислав, Тешимир, Журислав, Жирислав, Волк, Радомир, Стойслав, Яромер, Вартислав, Безорав, Мирослав, Стойслав, Никлот, Хотимир и другие). Позже имена потомков славянских князей и дворян обрели составную форму, состоящую из славянского имени и имени, данного при крещении (например, Генрих-Борвин) или имя с добавлением «Славянин» (Zise Slavus / Чиж Славянин). В 13 веке окружение потомков князя Никлота представляло собой, как правило, немецкое или онемеченное славянское дворянство. В 14 веке уже практически все княжеские потомки обладали именами далекими от славянских.

Памятник Генриху Борвину II, город Гюстров. Снимок из архива автора

Потомки славянских князей, несмотря на смену языка и на то, что их имена имели уже немецкое корни, помнили о своем происхождении и гордились им. В качестве иллюстрации можно привести цитату из работы И. Первольфа: «В 1418 году князь Валтазар (princeps Slavornm, dominus terrarum Wurle, Gnstrow et Warne) в присутствии епископа Гавельбергскаго, нотариуса и свидетелей велелъ по двумъ древнимъ родословнымъ книгамъ о короляхъ и князьяхъ славянскихъ засвидетельствовать, что онъ происходить изъ королевскаго рода, отъ князей славянскихъ (de regia stirpe, de prin- cipibus Slavorum)» [{164}, с.151]. Память о славянском происхождении князей Мекленбурга, гордость за свои древние корни, проходит красной нитью в книгах, которые опубликованы в современной Германии и посвящены воспоминаниям и родословным потомков оботритских князей.

Приложения

Приложение 1. Князья поморян. 12 век

Приложение 2. Князья руян/ Рюгена

Приложение 3. Князья оботритов (Никлотинги) и их потомки с 12 века

Князья Меклембурга

Приложение 4. Князья оботритов с 9 по 11 век

Князья оботритов 10–11 века

Приложение 5. Короли Дании первой половины 9 века

Короли Дании 10–11 веков

Короли Дании 11–12 веков. Внебрачные лети короля Свенда Эстридсена

Генеалогическая схема Олафа, короля Новегии

Приложение 6. Короли вандалов в Испании и Африке

Список литературы

{1} Ernst Eichler, Hans Walther, Städtenamenbuch der DDR, 2 Aufl. 1988

{2} W. König, dtv — Atlas deutsche Sprache

{3} Hauke Jons und Jochen von Fircks. Das Archäologische Freilichtmuseum Groß Raden. Landesamt für Kultur und Denkmalpflege, Schwerin, 2004, 2012

{4} Сигизмунд Герберштейн. Записки о Московии. (пер. А. В. Назаренко) М. МГУ, 1988

{5} В. И. Меркулов. Начало Руси и мекленбургские генеалогии // http://pereformat.ru/

{6} Arnold, Benjamin (1991). Princes and territories in medieval Germany, Cambridge University Press, Cambridge and New York

{7} Адам Бременский. Деяния архиепископов гамбургской церкви. Перевод с лат. И. В. Дьяконова, Л. В. Разумовской, редактор-составитель И. А. Настенко. — М: ≪СПСЛ≫, ≪Русская панорама≫, 2011

{8} Helmolda Kronica Slawianska. J. Paplonskiege.Warszawa. 1862

{9} Гельмольд из Босау. Славянская хроника. Перевод с лат. И. В. Дьяконова, Л. В. Разумовской, редактор-составитель И. А. Настенко. — М: ≪СПСЛ≫, ≪Русская панорама≫, 2011

{10} В. И. Меркулов. Мекленбургская генеалогическая традиция о Древней Руси. Доклад, прочитанный на заседании учёного совета Института Российской истории РАН 6 октября 2005 г.

{11} Marschalk N. Die Mecklenburger Fürstendynastie und ihre legendären Vorfahren. — Bremen, 1995 г.

{12} Меркулов В. И. «Росский» рыцарь и немецкий учёный Николай Маршалк / Научные труды Московского Педагогического Государственного Университета. Серия: социально-исторические науки. — М., 2005

{13} Beyer W. G. König Kruto und sein Geschlecht: eine historische Untersuchung über die Abstammung des großherzoglich-meklenburgischen Fürstenhauses / Jahrbücher des Vereins für meklenburgische Geschichte und Alterthumskunde. — Schwerin, 1848

{14} Mylius A. Chronica von der ersten Ankunft der Hertzoge zu Mecklenburg. — Lipsiae, 1600

{15} Latomus B. Genealochronicon Megapolitanum d.i. eine Historische Beschreibung der Stammbäume u. Blutverwandtnisse aller Meckl. Könige, Herzöge, Fürsten u. Herren auch Frauen u. Fräulein, auch aller Affinitäten oder Schwägerschaften. — 1610

{16} В. И. Меркулов. Каким был Старигард и его Жители

{17} Повесть временных лет / Пер. с древнерусского Д. С. Лихачева,О. В. Творогова. Коммент. А. Г. Боброва, С. Л. Николаева, А. Ю. Чернова при участии А. М. Введенского и Л. В. Войтовича. Ил. М. М. Мечева. — СПб.: Вита Нова, 2012

{18} Wallmuseum Oldenburg in Holstein gBGmbH

{19} Beehr M. J. Rerum Meclenburgicarum. — Leipzig, 1741. — S. 30–31; Historia Rhutenae. — Amsterdam, 1725

{20} Thomas Fr. Die nahe Anverwandtschaft des Herzogs Carl Leopold mit der Fürstin Catharina von Ruβland. — Güstrow, 1716

{21} Меркулов В. И. Откуда родом варяжские гости? (Генеалогическая реконструкция по немецким источникам). М., 2010.Изд. «Белые Альвы»

{22} Свод древнейших письменных известий о славянах. — М.: Наука. Главная редакция восточной литературы, 1991

{23} S. Brather, Archäologie der westlichen Slawen: Siedlung, Wirtschaft und Gesellschaft im früh- und hochm ittelalterlichen Ostmitteleuropa. De Gruyter, 2001, стр. 89–98

{24} А. И. Павинский. Полабские славяне в борьбе с немцами. VIII–XII века. Изд.2-е. М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ»,2011

{25} В. П. Кобычев — В поисках прародины славян, М. «Наука», 1973, глава «Язык Земли»

{26} Slawische Wallanlagen in Deutschland/ Славянские оборонительные укрепления в Германии

{27} Арнольд Любекский. СЛАВЯНСКИЕ ХРОНИКИ / Перевод с лат. И. В. Дьяконова, Л. В. Разумовской, редактор-составитель И. А. Настенко. — М: ≪СПСЛ≫, ≪Русская панорама≫, 2011

{28} Herbert Homfeld: Die Lüssower. Geschichte und Geschichten eines mecklenburgischen Landstrichs., Rostock, Hinstorff Verlag, 1987

{29} Веселовский А. Н. Русские и вильтины в саге о Тидрике Бернском (Веронском) (рус.) // Известия ОРЯС Императорской Академии наук: журнал. — 1906. — Т. XI

{30} Официальный сайт города Torgau www.torgau.eu

{31} Энциклопедический словарь Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона. — С.-Пб.: Брокгауз-Ефрон 1890–1907

{32} Советская историческая энциклопедия. — М.: Советская энциклопедия. Под ред. Е. М. Жукова. 1973–1982

{33} Плиний Старший. Естественная история. О странах Европы. Перевод с латинского и комментарии: Б. А. Старостин. OCR по: Вопросы истории естествознания и техники, 2007, № 3

{34} Публий Корнелий Тацит. О происхождении германцев и местоположении Германии. Научн. — изд. Центр «Ладомир», М., 1993.

{35} Thomas F. Avitae Russorum atque Meclenburgensium principum propinquitatis, occasione connubii serenissimi Ducis Caroli Leopoldi, cum Catharina Ivanovna, magni Russorum Ducis Alexii. — Rostock, 1717.

{36} Chemnitz J. Fr. Genealogia rerum, dominorum et ducum Megapolensium. — S. 1615.

{37} Beehr M. J. Rerum Meclenburgicarum. — Leipzig, 1741. — S. 30–31; Historia Rhutenae. — Amsterdam, 1725.

{38} Krogmann W. Rerik // Mecklenburgische Jahrbücher. Bd. 103 (1939). — S. 77–84.

{39} Kühnel P. Die slavischen Ortsnamen in Meklenburg // Verein für Mecklenburgische Geschichte und Altertumskunde: Jahrbücher des Vereins für Mecklenburgische Geschichte und Altertumskunde. Bd. 46 (1881). — S. 124.

{40} Hübner J. Genealogische Tabellen, nebst denen darzu Gehörigen genealogischen Fragen. Erster Theil. — Leipzig, 1725

{41} Meklenburgisches Urkundenbuch. Bd. 1. — Schwеrin, 1863

{42} Сказания Великого Новгорода, записанные Александром Артыновым. Сост. Ю. К. Бегунов. — М., 2000

{43} Aepinus F. J. Geschichte von Meklenburg für Jedermann in einer Folge von Briefen. Erster Theil. — Rostock, 1791;

Buchholtz S. Versuch in der Geschichte des Herzogthums Meklenburg. — Rostok, 1753;

Bülow J. F. J. v. Historische, genealogische und critische Beschreibung. — Neubrandenburg, 1780;

Franck D. Des Alt- und neunen Mecklenburgs anderes Buch. — Güstrow-Leipzig, 1754;

Reinhard L. Historisch-genealogische Beweis. — Weimar, 1752.

{44} Henninges M. H. Theatrum genealogicum. — Magdeburg, 1598. T. 4

{45} Гильфердинг А. Ф. История балтийских славян // Собрание сочинений А. Гильфердинга. — СПб.: Изд. Д. Е. Кожанчикова, 1874

{46} Thomas Fr. Die nahe Anverwandtschaft des Herzogs Carl Leopold mit der Fürstin Catharina von Ruβland. — Güstrow, 1716

{47} Меркулов Всеволод. Гюстровская ода и мекленбургская генеалогическая традиция

{48} Thomas Fr. Die nahe Anverwandtschaft… S. 14, 18

{49} Wigger F. Mecklenburgische Annalen bis zum Jahre 1066. — Schwerin, 1. 860

{50} Мавро Орбини. Перевод с итальянского Юрия Куприкова. Славянское царство. Олма. Москва 2010

{51} Torsten Kempke, Skandinavische-slawische Kontakte an der südlichen Ostseeküste im 7. bis 9 Jahrhundert, in: Ole Harck, Christian Lübke: Zwischen Reric und Bornhöved: die Beziehungen zwischen den Dänen und ihren slawischen Nachbarn vom 9. bis ins 13. Jahrhundert: Beiträge einer internationalen Konferenz, Leipzig, 4.-6. Dezember 1997, Franz Steiner Verlag, 2001, Seite 9–22, hier Seite 12

{52} Ободриты, лютичи, руяне // Сборник «Славяне и скандинавы» / Пер. с немецкого; общ. ред. Е. А. Мельниковой. — М.: Прогресс, 1986

{53} Joachim Herrmann: Die Slawen in Deutschland. Geschichte und Kultur der Slawischen Stämme westlich von Oder und Neiße vom 6. bis 12. Jahrhundert. Akademie, Berlin 1985.

{54} Гильфердинг, Александр Фёдорович. История Балтийских славян // Собрание сочинений / Издатель Кожанчиков Д. Е. — С-Пб: Типография товарищества «Общественная польза», 1874. — Т. 4. — С. 447–457. — 485 с.

{55} Nugent T. The History of vandalia. — London: Selbstverl, 1766. — Vol. I. — P. 163–170

{56} Charles Cawley, Medieval Lands. The encyclopaedia of territories. Medieval Genealogy.

{57} Małecki, Jan Marian. A history of Kraków for everyone. pg. 18.

{58} Йоахим Херрман. Ободриты, лютичи, руяне. 'Славяне и скандинавы' \\ Москва: Прогресс, 1986.

{59} Fonnesberg-Schmidt Iben, The popes and the Baltic crusades, 1147–1254. — Brill, 2007

{60} Бернард Клервосский. http://ru.wikipedia.org

{61} Крестовый поход против славян. http://ru.wikipedia.org

{62} Грацианский Н. П. Борьба славян и народов Прибалтики с нем. агрессией в ср. века, М., 1943

{63} Кнуд Лавард. http://ru.wikipedia.org

{64} http://www.hartmutstein.com/niklot.html

{65} Matthias Hardt: Limes Saxoniae. In: Reallexikon der Germanischen Altertumskunde, Bd. 18, Landschaftsrecht — Loxstedt. Berlin-New York 2001, S. 442–446

{66} Thorau, Peter: Jahrbücher des Deutschen Reichs unter König Heinrich (VII.) Teil I, Duncker & Humblot Berlin 1998, Seite 246,147.

{67} Шафарик П. «Славянские древности» (т. II, кн. III. рус. пер. Москва, 1848).

{68} Проф. Н. Грацианский. «Вопросы истории» 1946 год № 2–3.

{69} С. С. Алексашин. Современные геногеографические исследования родословной Рюриковичей посредством генетического маркера Y-хромосомы.

{70} Wikipedia. Олав II Святой.

{71} Экземплярский А. В. Великие и удельные князья Северной Руси в татарский период. — 2 т. — СПб., 1889,1891.

{72} http://www.scs.illinois.edu/~mcdonald

{73} Карпов А. Ю. Ярослав Мудрый. — С. 487–488, прим. 94.

{74} Анналы королевства франков / Литаврин Г. Г. — Свод древнейших письменных известий о славянах. Том II (VII–IX вв.). — М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 1995

{75} Игорь Буккер. Найдено легендарное поселение викингов. www.pravda.ru/science/mysterious/past/21-07-2012/1122186-fusing-0/

{76} Saxo Grammaticus. The Nine Books of the Danish History. — New York, 1905.

{77} Хэгерманн Д. Карл Великий; Пер. с нем. В. П. Котелкина. — М: ООО «Издательство АСТ», 2003

{78} Мецские анналы ранние. Annales mettenses priores. Перевод по изданию MGH, Scriptores rerum Germanicarum in usum scholarum separatim editi. Bd. 10. Hannover. 1905

{79} Анналы Ксантена (Annales Xantenes) в переводе А. И. Сидорова. Историки эпохи Каролингов. М. РОССПЭН. 1999

{80} Азбелев С. Н. Гостомысл // Варяго-русский вопрос в историографии. — М., 2010

{81} «Руская Летопись с Воскресенскаго Списка подареннаго в Воскресенской Монастырь Патриархом Никономъ въ 1658 году»

{82} Татищев В. Н. История Российская во всей её полноте. — М: Эксмо: Алгоритм. 2011

{83} Микляев А. М. О топо− и гидронимах с элементом −гост, −гощ на Северо-Западе СССР (к проблеме восточнославянского расселения) // Археологическое исследование Новгородской земли. Л., 1984

{84} Андрей Пауль. Балтийские славяне: от Рерика до Старигарда. (Серия «Начало Руси») — М.: 2016

{85} Чивилихин В. Память. Книга 2. Часть 27. М., 1984

{86} Самуэль Бухгольц. Опыт по истории герцогства Мекленбург. Росток в 1753 году (Buchholtz, Samuel. Versuch in der Geschichte Herzogthums Meklenburg. — Rostock, 1753.)

{87} Annales Fuldenses. — Monumenta Germaniae Historica. SS. — Hannover: Impensis Bibliopolii Avlici Hahniani, 1826. — Т. I. — P. 337–415. — 660 p. Фульдские анналы. Восточная литература

{88} Annales Bertiniani. 830–882; Mon. Germ. Hist.: Script., I, 419–515. Бертинские анналы. 830–835. Восточная литература

{89} Анналы Хильдесхайма. Восточная литература.

{90} Балакин В. Д. Творцы Священной Римской империи. — С. 52–54.

{91} Видукинд Корбейский. Деяния саксов. Восточная литература.

{92} Великая польская хроника. Восточная литература.

{93} Кузьмин А. Г. Международные связи Киевской Руси. Распространения христианства.

{94} Титмар из Мерзебурга. Хроника. Восточная литература. Средневековые исторические источники востока и запада.

{95} Анатолий А. Клёсов. Происхождение Рюриковичей: ДНК-генеалогия доказывает. http://pereformat.ru/2013/02/ryurikovichi/

{96} А. А. Клёсов, А. А. Тюняев. Древнейшая Русь: археология, мифология, язык, государство. Гипотеза о появлении гаплогруппы I на Русской равнине 52–47 тысяч лет назад. Hypothesis for the appearance of haplogroup I on the Russian plain 54–45 thousand years ago. Бостон — Москва, 05 ноября 2009 г.

{97} Гелуры. // Стефан Византийский. «Этника». / Страницы из византийской лексикографической литературы. Клио, № 2 (21), 2003. Перевод М. М. Холода.

{98} Седов В. В. С 28 Славяне: Историко-археологическое исследование / Ин-т археологии Рос. академии наук. — М.: Языки славянской культуры, 2002. — 624 с, ил. — (Studia historica)

{99} Седов В. В. Славяне в раннем средневековье. — М.: Фонд археологии, 1995

{100} В. С. Леднев. Венеты. Славяне. Русь Историко-этимологические и палеографические проблемы/ Леднев В. С. Издание 2, испр. и доп. — М.: Институт экспертизы образовательных программ и государственно-конфессиональных отношений Учебного комитета при Священном Синоде Православной Церкви, 2010

{101} Энциклопедический лексикон. Санкт петербург. 1837

{102} Нидерле Л. Славянские древности — М.: Алетейа, 2001

{103} Иордан. «О происхождении и деяниях гетов».

{104} Андреас Готтлиб Маш. Сокровища Ретры// Пер. с немецкого А. А. Бычкова. — М.: 2006

{105} Gustav Drousen. Allgemeiner historischer handatlas in 96 Karten mit erlauterndem Text Bielefeld: Velhagen&Klasing 1886. https://commons.wikimedia.org/wiki/File: Heiliges_R%C3%B6misches_Reich_1000.PNG

{106} Эйнхард. Жизнь Карла Великого (пер. с лат. М. С. Петровой) (по изданию «Историки эпохи каролингов», М. Росспэн, 1999)

{107} Реальный словарь классических древностей. Под редакцией Й. Геффкена, Э. Цибарта. — Тойбнер. Ф. Любкер. 1914.

{108} Книга истории франков. Das Buch von der Geschiche der Franken // Quellen zur Geschichte des 7. und 8. Jahrhunderts. Ausgewaehlte Quellen zur deutschen Gechichte des Mittelalters. Bd. 4a. Darmstadt. 1982

{109} С. В. Трусов. История Руси. Норик

{110} Гумилев Л. Н. Древняя Русь и Великая степь

{111} Неизвестная история русского народа. Тайна Графенштайнской надписи / A. B. Воронцов. — М.: Вече, 2013.— 288 с. — (Неведомая Русь). ISBN 978-5-4444-0220-7

{112} Геродот, «История». Перевод Г. А. Стратановского

{113} Я. Буриан, Б. Моухова. Загадочные этруски

{114} Рыбаков Б. А. Язычество древних славян / М.: Издательство «Наука», 1981 г. Часть вторая. Древнейшие славяне. Глава 5. Истоки славянской культуры

{115} Юлия Константиновна Колосовская. Рим и мир племён на Дунае I–IV вв. н. э. М. Наука, 2000, утверждено к печати Учёным Советом Института всеобщей истории Российской академии наук. Ю. К. Колосовская. Дунайские племена и их войны с Римом.

{116} «Индоевропейские прародины» профессор В. А. Сафронов (М., 1989)

{117} Дионисий Галикарнасский. Римские древности. / Пер. Н. Г. Майоровой, И. Л. Маяк, Л. Л. Кофанова, А. М. Сморчкова, В. Н. Токмакова, А. Я. Тыжова, А. В. Щеголева. Отв. ред. И. Л. Маяк. (Серия «Историческая библиотека. Античная история»). М.: Издательский дом «Рубежи XXI», 2005

{118} Daniel J. F., Broneer O., Wade-Gery H. T. Dorian Invasion // AJA. Vol.52. 1948. № 1. P. 107–118.

{119} Милютин М. П. Историография проблемы «дорийского вторжения». Жебелевские чтения-4. Тезисы докладов научной конференции 30 октября –1 ноября 2002 года. СПб., 2001

{120} История Древней Греции.// Под ред. В. И. Кузищина. М.: Высшая школа, 1996

{121} Михаил Диунов. Расово-познавательная история цивилизаций: Древняя Греция

{122} Тураев Б. А. История Древнего Востока. Том 1 \\ под редакцией В. В. Струве и И. Л. Снегирева. — Ленинград: Социально-экономическое, 1935

{123} Klaus Grebe: «Die Brandenburg vor eintausend Jahren»; Brandenburgisches Landesmuseum für Ur- und Frühgeschichte, Potsdam 1991

{124} Баварский Географ (перевод: Дьяконов И. В. 2005). Восточная литература. Проверено 17 февраля 2011. Архивировано из первоисточника 26 февраля 2012

{125} Horst Geisler, Klaus Grebe: Poztupimi, Potstamp, Potsdam — Ergebnisse archäologischer Forschungen; Potsdam 1993, 111 Seiten

{126} Michael Ullrich: «Slawenburg Raddusch — Eine Rettungsgrabung im Niederlausitzer Braunkohleabbaugebiet»,79Seiten, 2003

{127} Klaus Grebe: Die Höhenburg von Waldsieversdorf. In: Ausgrabungen und Funde. Nachrichtenblatt für Vor- und Frühgeschichte, Band: 23, S. 86–92, 1978

{128} Chronik von Altfriesack

{129} Сага об Эймунде. Сенковский О. И. Собр. соч. СПб., 1858, Т. 5.

{130} Lampert von Hersfeld. Annalen // Ausgewaehlte Quellen zur deutschen Gechichte des Mittelalters, Bd. 13. Berlin. 1957

{131} Айвар Валеев. Живые лица Аркаима. Челябинский рабочий, 6 января 2011

{132} Рассказ о путешествии Ибрагима ибн Йа'куба. http://idrisi.narod.ru/ibrag_sch.htm

{133} Fourth lateran council (1215).

{134} С. М. Соловьев. История России с древних времен.

{135} Жуков Е. М. Рашка: Советская историческая энциклопедия. — М.: Советская энциклопедия, 1973–1982.

{136} Гильфердинг А. Ф. Босния, Герцеговина и Старая Сербия. — СПб: 1873

{137} Der Wendenwall von Ganschendorf in Archäologische Berichte aus Mecklenburg-Vorpommern, Band 5, 1998

{138} Большая советская энциклопедия

{139} www.slawensiedlung.de

{140} http://www.orte-in-mv.de/Ort/44_Schlemmin

{141} Александр Шишков. Славянорусский корнеслов.

{142} «Sanskrit and Russian: Ancient kinship». 2016

{143} Taylor, Isaac (1898). Names and Their Histories: A Handbook of Historical Geography and Topographical Nomenclature. Original from the University of Michigan: Rivingtons

{144} Taylor, Isaac (1864). Words and Places, Or, Etymological Illustrations of History, Ethnology, and Geography. Original from Oxford University: Macmillan

{145} Fred Ruchhöft. Die Burg am Arkona. Götter, Macht und Mythos. Mit einem Beitrag von Elke Kock. Schwerin 2000

{146} Werner Radig: Die sorbischen Burgen Westsachsens und Ostthüringens und Verzeichnis der sorbischen Wehranlagen in Westsachsen und Ostthüringen. In: Werner Hülle: Westausbreitung und Wehranlagen der Slawen in Mitteldeutschland (Mannus-Bücherei Bd. 68). Barth, Leipzig 1940, S. 119–140 bzw. 141–165. Вернер Радиг. Cорбские замки Западной Саксонии и Тюрингия Востока и каталог Sorbian укреплений в западной части Саксонии и Восточной Тюрингии

{147} Jasper von Richthofen: Die Landeskrone bei Görlitz — eine bedeutende slawische Befestigung in der östlichen Oberlausitz. In: Arbeits- und Forschungsberichte zur sächsischen Bodendenkmalpflege 45, 2003, S. 263–300

{148} Gerhard Billig: Die Burgwardorganisation im obersächsisch-meissnischen Raum. Archäologisch-archivalisch vergleichende Untersuchungen. DVW, Berlin 1989

{149} Joachim Hermann und Peter Donat (Hrsgg.): Corpus archäologischer Quellen zur Frühgeschichte auf dem Gebiet der Deutschen Demokratischen Republik (7. bis 12. Jahrhundert). Lieferung 4: Bezirke Cottbus, Dresden, Karl-Marx-Stadt, Leipzig. Akademie-Verlag der Wissenschaften der DDR, Berlin 1985

{150} Schmidt, Ingrid. Die dynastie der Rügenfürsten. ISBN 978-3-356-01335-1

{151} Schmidt, Ingrid. Götter, Mythen und Bräuche von der Insel Rügen / Ingrid Schmidt. — 2. veränderte Aufl. -Rostock: Hinstorff, 2002 ISBN 3-356-00720-3

{152} Rügens Geschichte von den Anfängen bis zur Gegenwart in fünf Teilen / Fritz Petrick. Teil 2: Rügens Mittelalter und Frühe Neuzeit 1168–1648 von Sven Wiehert und Fritz Petrick. Putbus/lnsel Rügen: riigendruck gmbh, 2009 ISBN 978-3-9808999-4-9

{153} Страбон. География. М., 1994. с. 121

{154} Тит Ливий. История Рима от основания Города. В 3 томах. М., Наука, 1989–1993.

{155} Гиндин Л. А., Цымбурский В. Л. Прагреки в Трое. (Междисциплинарный аспект). Вестник древней истории. 1994. № 4.

{156} Гиндин Л. А., Цымбурский В. Л. Троя и «Пра-аххиява». Вестник древней истории, 1995, № 3.

{157} Гусева Н. Р. Русский Север — прародина индославов/ Н. Р. Гусева. — М.: Вече, 2010

{158} А. Г. Кузьмин. Из предыстории народов Европы. Журнал «Золотой Лев» — издание русской консервативной мысли

{159} Наговицын А. Е. Этруски. С. 25.

{160} Лоршские Анналы (Annales Laureshamenses)). Восточная литература

{161} Starigard/Oldenburg — Hauptburg der Slawen in Wagrien VI, Ingo Gabriel, Torsten Kempke, Wachholtz Verlag GmbH, 2011

{162} Андре Моруа. История Германии; Пер. с фр. С. Васильевой. — М.: КоЛибри, Азбука-ттикус, 2017

{163} А. Котляревский. О древности и истории поморских славян в 12 веке. Прага 1874

{164} Первольф И. И. «Германизация балтийских славян»; СПб., 1876

{165} А. В. Гудзь-Марков. Пантеоны богов индоевропейцев и прапантеон — М. Белые Альвы, 2001

{166} Егор Классен. Новые материалы для древнейшей истории славян вообще и Славяно-руссов до рюриковского времени в особенности с легким очерком истории руссов до Рождества Христова. Выпуски 1–3. 1854–1861. Изд. Четвертое. — Белые альвы. 2011. — 320.:ил. ISBN 978-5-91464-009-2.

{167} Thietmari Chronicon, VI, 23, 24. Thietmar von Merseburg. Chronik. W. Trillmich (ed.). Berlin, 1968

{168} А. А. Клёсов. Кто такие скифы, кто их предки и потомки? Переформат.

{169} Samples, Mathieson — Google Таблицы

{170} Б. А. Рыбаков. «Рождение Руси» (Москва: АиФ Принт, 2004

{171} Чередниченко Н. Н., Пустовалов С. Ж. Боевые колесницы и колесничие в обществе катакомбной культуры (по материалам раскопок в нижнем Поднепровье). Советская археология, 1991

{172} Ancient DNA provides new insights into the history of south Siberian Kurgan people Christine Keyser · Caroline Bouakaze · Eric Crubézy · Valery G. Nikolaev · Daniel Montagnon · Tatiana Reis · Bertrand Ludes Received: 6 February 2009 / Accepted: 6 May 2009 / Published online: 16 May 2009 © Springer-Verlag 2009

{173} А. А. Клёсов. Миграции ариев по данным ДНК-генеалогии.

{174} А. А. Клёсов. Степь и язык

{175} Sikora M. et al. Ancient genomes show social and reproductive behavior of early Upper Paleolithic foragers, Science 10.1126/science.aao1807 (2017)

{176} Л. П. Грот. Кто такие готы и откуда они взялись? Переформат.

{177} Maciamo Hay. www.eupedia.com/europe/HaplogroupR1aY-DNA.shtml

{178} А. Г. Кузьмин. Древнерусская цивилизация. «Алгоритм», 2013 — (Подлинная история Руси)

{179} Прокопий Кесарийский. История войн римлян с персами, вандалами и готами / Пер. С. Дестуниса. Т. 1. Кн. 1, 2. — СПб., 1876–1880.

{180} Хроника Идация.

{181} T. Hunt. Tooley «National Identity and Weimar Germany: Upper Silesia and the Eastern Border»,1997 University of Nebraska Press

{182} Прокопий Кесарийский, Война с готами.

{183} Кузьмин А. Г. Два вида руссов в Юго-Восточной Прибалтике / Сборник Русского историчесого общества. Т.8 (Антинорманизм). М., 2003. С.193

{184} Татьяна Миронова. Броня генетической памяти. Алгоритм,2014, 352с.

{185} Янин B. Л. Очерки комплексного источниковедения: Средневековый Новгород. — М., 1977. с. 220

{186} Полное собрание русских летописей.

{187} Янин B. Л. Археология и исследования русского Средневековья // «Вестник РАН», М., 2000

{188} История Европы с древнейших времен до наших дней. Институт всеобщей истории Российской академия наук. Москва, «Наука», 1992

{189} Платов А. Руническая магия. — М., 1995

{190} Мавродин В. В. Происхождение русского народа. Л., 1978

{191} Kurzgefaßter Lebenslauf des Wilhelm Ulrich von Thun, Herrn auf Tribohm, Schlemmin etc.pp. 1784 bis 1862

{192} Maciamo Hay. Haplogroup N1c (Y-DNA), 2018

{193} Чекунова Е. М., Ярцева Н. В., Чекунов М. К., Мазуркевич А. Н. «Первые результаты генотипирования коренных жителей и человеческих костных останков из археологических памятников Верхнего Подвинья», с. 287–294. Таблица, с. 294. СПб.: ООО «Периферия», 2014

{194} Клёсов А. ДНК-генеалогия славян: происхождение и история. — СПб.:Питер, 2019.— 400 с.: ил.

{195} Wolfgang Haak, Iosif Lazaridis, Nick Patterson и другие. Массовая миграция из степи — источник индоевропейских языков в Европе. Massive migration from the steppe is a source for Indo-European languages in Europe. Macmillan Publishers Limited. 2015

{196} Family Tree DNA — Hungarian_Magyar_Y-DNA_Project

{197} Клёсов А. А. Происхождение гаплогрупп R1a и R1b согласно ДНК-генеалогии. LIVEJOURNAL

{198} Нефедкин А. Н. Боевые колесницы с серпами: «тяжелые танки» Древнего мира — Москва: Яуза-пресс, 2020.— 304 с.: ил.

{199} Клесов А. А. Карта и маршруты древних миграций гаплогруппы R1a. http://pereformat.ru/2019/10/r1a-map/

{200} Л. С. Клейн. Древние миграции и происхождение индоевропейских народов. Санкт-Петербург. 2007

{201} Tambets et al. (2004), «The Western and Eastern Roots of the Saami- Story of Genetic Outliers Told by Mitochondrial DNA and Y Chromosomes», American Journal of Human Genetics, 74 (4): 661–682

{202} О. Н. Бадер, Д. А. Крайнов, М. Ф. Косарев и др. Эпоха бронзы лесной полосы СССР // Серия: Археология СССР. М.: 1987

{203} Wolfgang Haak, Guido Brandt, Hylke N. et al. Ancient DNA, Strontium isotopes, and osteological analyses shed light on social and kinship organization of the Later Stone Age. PNAS November 25, 2008

{204} Козинцев А. Г. Южный адстрат в праиндоевропейском языке и древнейший этап индоевропейской истории. Этнография. 2018

{205} Lazaridis I., Patterson N., Mittnik A, et al. Ancient human genomes suggest three ancestral populations for present-day Europeans // Nature. 2014

{206} Вернадский Г. В. Древняя Русь. Пер. с англ. Е. П. Беренштейна, Б. Л. Губмана. Под ред. Б. Николаева. — Тверь: ЛЕАН, 1996

{207} Ricaut F. X. et al. Genetic analysis and ethnic affinities from two Scytho-Siberian skeletons, 2004; Ricaut F. et al. 2004. Genetic Analysis of a Scytho-Siberian Skeleton and Its Implications for Ancient Central Asian Migrations. Human Biology

{208} Любавский М. К. История западных славян. — М.: Вече, 2018

{209} https://commons.wikimedia.org/wiki/File: Map_danavirki.JPG

{210} https://commons.wikimedia.org/wiki/File: Treaty_of_Verdun_map.gif

Content

Юрий Николаев
История западных славян Южной Балтики

Предисловие

О событиях 7–8 веков, связанных с историей западных славян

О союзах западных славян 7–8 веков

Сближение Рима и Каролингов. Приход к власти Карла Великого

Война Карла Великого с племенами саксов. Победа западных славян над нордальбингами

Западные славяне в условиях формирования государств Европы девятого века

Формирование границ франкского королевства с западными славянами

Поход армии короля Дании Годфрида на Рерик

Месть князя Траскона. Опустошение Фризии флотом короля Годфрида

Возврат Карлом Великим земель устья Эльбы северным саксам. Заключение мирного договора Карла Великого с королем Дании Хеммингом

Передел власти в королевстве Дании и в империи Карла Великого

Правление князя оботритов Славомира. Переход власти к Цедрагу

Развитие отношений вассалитета между вильцами и императором Людовиком I. Политика империи по подчинению оботритов

Окончание двоевластия в Дании

Раздел империи франков. Верденский договор

Князь Гостомысл. Подъем национально-освободительного движения славян

Противостояние славян Восточно-Франкскому королевству во второй половине девятого века

О Гостомысле и призвании Рюрика с братьями

Западные славяне в десятом веке

Агрессия Генриха I, короля Восточно-Франкского королевства

Борьба полабских славян за независимость в период правления Оттона I

Создание епископств на землях западных славян

Формирование империи на западных границах славян

Польское княжество Мешко I в период правления Оттона I

Войны Оттона II Рыжего за удержание власти

Восстание и восстановление независимости западных славян

Выход данов из ленной зависимости от Германии. Скандинавия в конце 10 века

Западные славяне в одиннадцатом веке

Конфликт интересов польского князя Болеслава I и короля Генриха II Святого

Война 1002–1004 года Генриха II Святого с Италией

Война польского князя Болеслава I с Генрихом II Святым

Мешко II. Возврат территорий, завоеванных Болеславом I Храбрым

Завоевание Англии королевством Дании. Смена королей в Скандинавии. Заключение мира между Кнудом Великим и королем Конрадом II

Оботриты и лютичи в период правления короля Конрада II

Борьба за власть после смерти Кнуда Великого

Гибель князя оботритов Ратибора и его сыновей

Правление князя Готшалка

Избрание Круто князем оботритов, разгром саксонского войска Будивого

Захват власти над оботритами Генрихом Любекским

Борьба за власть в Германии при Генрихе IV и Генрихе V

Крестовый поход 1096 года

Крестовые походы на западных славян 12 века

Происхождение герцога Генриха Льва и герцога Альбрехта Медведя

Завершение этапа борьбы за инвеституру в Священной Римской империи

Борьба за власть между династиями Восточно-Франкского королевства

Подавление восстаний славян Генрихом Любекским

Соперничество сыновей Генриха Любекского

Князь поморян Вартислав I

Занятие трона оботритов Кнудом Лавардом

Убийство Кнуда Лаварда

Приход к власти князей Прибислава и Никлота

Попытка князя руян Ратислава присоединить княжество оботритов

Закрепление германцев в Южной Балтике

Опустошение Вагрии и её заселение переселенцами из западных территорий империи

Агрессия короля Дании против руян. Борьба за датскую корону

Крестовый поход 1147 года на западных славян

Итого второго крестового похода на Ближний восток

Образование маркграфства Бранденбург

Восстановление епископств на землях вагров и оботритов

Война Никлота с хижанами и черезпенянами

Итальянские походы 1154–1168 годов. Фридриха I Барбаросса. Укрепление власти Генриха Льва

Агрессия герцога Саксонии 1160 года и гибель Никлота

Противостояние сыновей Никлота и поморян агрессии герцога Саксонии

Прибислав и князья поморян принесли вассальную присягу герцогу Саксонии

Поражение руян

Борьба между Вальдемаром I и герцогом Саксонии за достояние руян

Ограничение власти ГенрихаЛьва и его изгнание из империи

Борьба за власть между внуками князя Никлота. Экспансия Дании

Завоевательные походы короля Дании Вальдемара II на земли славян

Христианизация западных славян по латинскому обряду

О стратегии колонизации западных славян

Новые фамилии и титулы германских феодалов

Христианская ветвь династии Никлотингов

Приложения

Список литературы