Призраки дальних дорог

Пролог

Все совпадения с реальными людьми и событиями являются случайными. Роман с начала и до конца является авторским вымыслом.

За идею цивилизации народа Дархона, разумного искина, автор приносит свою благодарность Алексею Морозову.

В мирах любви неверные кометы,

Сквозь горних сфер мерцающий стожар —

Клубы огня, мятущийся пожар,

Вселенских бурь блуждающие светы, —

Мы вдаль несем... Пусть темные планеты

В нас видят меч грозящих миру кар, —

Мы правим путь свой к солнцу, как Икар,

Плащом ветров и пламени одеты.

Но, странные, — его коснувшись, — прочь

Стремим свой бег: от солнца снова в ночь —

Вдаль, по путям парабол безвозвратных…

Слепой мятеж наш дерзкий дух стремит

В багровой тьме закатов незакатных…

￼Закрыт нам путь проверенных орбит!

Максимилиан Волошин

Пролог

Наблюдая за Песочницей из высших Сфер, Шестой Авари неспешно размышлял, мысленно ругая себя за скудоумие. До него только недавно начало постепенно доходить, что появление Восьмого именно сейчас — неспроста. Далеко неспроста. Его инициацию однозначно кто-то спровоцировал, хотя как это спровоцировать, он не представлял. Ведь Авари можно только родиться, стать им невозможно.

Да и Иные активизировались очень уж вовремя. Этому тоже есть причина. И ее обязательно следует выяснить. А то расслабился он что-то, решил, что на текущий момент сделано все необходимое, однако это оказалось далеко не так.

Наблюдение за метаниями наивного мальчишки заставило прожившее сотни тысячелетий древнее существо задуматься о многом. Горячность, порывистость и порой даже глупость Восьмого вызывали улыбку, вспоминалась собственная, давным-давно ушедшая молодость, когда он еще был человеком. Ну, не совсем человеком, полуорком-изгнанником, родом как раз из Песочницы, из заброшенного сейчас небольшого мирка, но это не суть важно. Шестой привык называть всех гуманоидов людьми, если не требовалось подчеркнуть видовую принадлежность. А подчеркивать ее нужно было редко.

Обретение мальчишкой ядра домена оказалось для взрослого Странника немалой неожиданностью. Ну кто мог предположить, что его корабль, на котором летят люди с символом Авари в ауре, сунется в Расщелину? Безымянный, естественно, поступил так, как его и программировали, он иначе не мог. И это теперь создает столько проблем, что как их решать Шестой понятия не имел. Одно то, что едва прошедшему вторую инициацию Восьмому придется поддерживать домен, уже очень плохо. Придется помочь мальчишке энергией, но незаметно, иначе его развитие сильно затормозится, а этого допускать он права не имеет, раз уж взялся курировать наивного глупца.

￼Судя по всему, в ближайшие дни мальчишка присоединит к домену первую страницу, и это однозначно будет его особняк — вот уж купил на свою голову скопище старых, злобных духов, которые несказанно обрадуются домену, ведь это даст им свободу. Интересно, что он с этими духами сделает? Просто отпустит? Кому-то подарит? Изгонит в нижние миры? Или возьмет под контроль? Трудно сказать. Решения Восьмого чаще всего ставили Шестого в тупик, он просто не понимал, как тот мыслит. Но одной страницы для развития домена мало, нужна основа и хотя бы две страницы. Какое место он изберет второй? Родную планету? Так ее сначала найти надо. Нет, лучше не строить беспочвенных предположений, а понаблюдать. Восьмой, скорее всего, выкинет очередной невероятный фортель и всех удивит. Его самого — так уж точно.

Снова просканировав близлежащие реальности, Шестой насмешливо фыркнул. Помимо Иных к мальчишке присматривается глупая сущность, ставленником которой был фюрер, не может простить полученного пинка. Вот только того, что мальчишка — Авари, она пока не знает, а когда узнает, будет уже поздно. Любопытно, удастся Восьмому призвать к порядку эту охамевшую паскуду, нагадившую очень многим сверхсущностям в мироздании? Он ведь вполне способен придумать такое, что никому иному просто в голову не придет, мальчишка не раз это доказывал. Так что пусть глупая сущность попробует, интересно будет за этим понаблюдать.

По нитям мироздания пронесся смешок, но никто не обратил на это внимание, мало ли чему кто-то из высших смеется. А зря, этот смешок имел свои, очень любопытные последствия. Его услышали там, где никто из Странников не бывал и вряд ли когда-либо будет.

Но об этом позже. А пока что Шестой Авари удобно устроился в гравитационных волнах белого гиганта, где издавна любил отдыхать, и решил немного подремать, частью своего многомерного сознания продолжая присматривать за Восьмым, чтобы тот не учинил чего лишнего. С него ведь станется.

Глава I

Трое разумных в пространственной лаборатории школы «Нирван» возились с недавно доставленным артефактом, напоминающим шестнадцатигранную синюю линзу, пытаясь разобраться для чего он предназначен, когда в портальном круге возникло свечение, быстро сформировавшееся в человеческую фигуру. Это ￼оказался среднего роста стройный юноша с каштановыми волосами, его челка спускалась почти до правого глаза. Он был весь какой-то встрепанный, словно только что проснулся и, не умывшись, помчался сюда.

— Добрый день, мэтр Крик! — широко улыбнулся наставнику Артем.

— Здравствуй, — повернулся к нему архимагистр. — Вы где пропадали?

— С учителем встречался.

— С Керианом?

— Ага, он вам привет и благодарность передавал. Плюс мешок артефактов из Интайской расщелины, они с Лунгом Зеленым недавно там побывали.

— О! — обрадовался мэтр Крик. — Давно их ищу! Очень кстати. А где сам старый бродяга?

— Опять в дальний поиск ушел, — махнул рукой Артем.

— Ну да, ну да… — хохотнул маг. — Чего еще от него, да еще и в компании с Лунгом, ждать?.. Та еще неугомонная парочка.

— К ним еще Кург, сын Хобта присоедился.

— Ну тогда тем более!

Юноша достал из пространственного кармана мешок с обещанными артефактами, которыми безымянный на прощание снабдил «Петроград» в достатке, только спросил кому и зачем нужны отходы производства. Ему объяснили, и странное существо долго смеялось. Потом, правда, согласилось, что для магов недоразвитых народов эти отходы вполне могут оказаться полезными, ведь сами они ничего подобного создать не в состоянии. Артем не стал возражать, но вспомнил великолепные многофункциональные артефакты, создаваемые хотя бы артефакторами Таланга. Каждый находится на своем уровне компетенции, эту истину после столкновения с безымянным он понял четко. Это могучее существо неспособно признавать способности и заслуги других. Что ж, это придется в дальнейшем учитывать.

Хедна и Рорк, прислушивавшиеся к разговору, при известии об артефактах из Интайской расщелины оживились. Им эти артефакты еще не попадалось в руки — слишком уж большая редкость. Мало кто из поисковиков забирался в такую даль, а забиравшиеся запрашивали за свою добычу огромные деньги, которые бедные ассистенты позволить себе потратить не могли, их жалованье было совсем невелико. Да и мэтр Крик особым богатством не отличался. Ученый — он и есть ученый, особенно если полностью увлечен своим делом и тратит на него все свое время и все зарабатываемые деньги. Архимагистр был именно таков, семьи никогда не имел, жил исключительно работой, а на все остальное внимания не обращал. К комфорту, удовольствиям и развлечениям старик был полностью безразличен. Артем уже начал подумывать о приглашении мэтра Крика в свой клан. Такой человек им точно пригодится.

— Мне также надо показать вам еще несколько плетений, — отвлек юноша наставника от изучения вынутых из мешка и разложенных на лабораторном столе артефактов, которые его самого ни в малейшей степени не интересовали. — При ￼помощи, например, вот этого возможны перемещения на неизвестно где находящийся объект, иначе говоря, на находящийся в неизведанных регионах корабль, если, конечно, на нем был заранее установлен так называемый ментальный якорь. Именно так мне удалось повидаться с учителем, он не возвращался из дальнего поиска — я переместился на его корабль.

— Да ну! — не поверил тот, растерянно глядя на развернувшуюся в воздухе голограмму развертки плетения. — Этого пытались добиться очень многие, но никому не удалось! Опять ваши приходящие незнамо откуда знания?

— Да, — подтвердил Артем. — Но не только. Еще помощь искусственных интеллектов.

Молодому Страннику удалось, используя тройственный имплант, в который объединились в итоге все три устройства, находившиеся в его многострадальной голове, проследить как происходило его перемещение на «Петроград» и формализовать этот способ, преобразовав в пространственное плетение, привычное для местных магов. При помощи Дархона и Кузьмы, естественно, его собственных знаний и умений на такое еще не хватало. Однако разбор полученного плетения очень многое дал Артему, он наконец-то начал понемногу понимать, как именно маги перемещаются сами и перемещают других, какие силы, когда и как задействуют. Но понял юноша далеко не все, потому и хотел разобраться в непонятных моментах вместе с наставником.

— Так-так-так... — мэтр Крик как заведенный бегал вокруг голограммы, проводя пальцем по бесчисленным разноцветным линиям и блокам, иногда тихо ругаясь.

Ученики, гном с красной оркой, не уступали архимагистру, они тоже с горящими глазами изучали невероятное плетение, подаренное этим странным парнем. Он очень легко расставался с невероятными, редчайшими знаниями, любой другой трясся бы над ними, ни с кем не делясь, как скопидом над златом. Впрочем, при его богатстве можно было не беспокоиться об отчислениях за использование, они ему просто не нужны. Единственный минус в том, что использовать это плетение способен только маг уровня архимастера или магистра, все, кто слабее, просто не справятся — оно слишком энергоемкое.

— Ну что я могу сказать?.. — почесал в затылке мэтр Крик. — Гениально! Я не представлял, что можно создавать вот такие, — он ткнул пальцем в переплетение цветных нитей, — динамические, масштабируемые блоки переноса, способные прихватить с собой целый остров, а то и астероид. Да и завязка на ментальный якорь очень любопытная, ее можно использовать не только здесь, а где угодно. Очень интересный способ! Надо подавать его на защиту.

— Зачем? — удивился Артем. — Я знаю, вы знаете, они знают. И достаточно, я не нанимался предоставлять всем пространственникам возможность так перемещаться. Вам рассказал только потому, что вы мой наставник.

— В чем-то ты, конечно, прав... — вздохнул архимагистр. — Простите, привык делиться любым новым открытием с общественностью.

￼— Она вас, эта общественность, хоть как-то отблагодарила? — скептически посмотрел на него юноша. — За ваши открытия вам должны были миллионы заплатить, но не заплатили. Звание дали, поблагодарили, потрясли руки — и все. Так ведь?

— Так... — с тяжелым вздохом подтвердит мэтр Крик. — Наверное, вы правы. Надо сначала магический патент оформить, а потом только сообщать.

— Именно, — кивнул юноша, вспомнив, что, по сообщению Рукоеда, деньги за запатентованные плетения начали поступать на его счет в банке. Пока что тонким ручейком. Не то, чтобы они были ему особо нужны, и так хватает, но тут важен сам сам принцип. Если в обществе не работает постулат: «От каждого — по способностям, каждому — по потребностям», то любой труд должен быть оплачен ценностным эквивалентом, принятым в нем. Здесь это деньги. — Как видите, плетение недоработано, поэтому предлагаю вам и Хедне с Рорком его доработать, а потом получить патент на четверых, вам всем лишние средства никак не помешают. Да и поверят, что плетение разработала ваша группа с моим участием, намного быстрее, чем если сказать, что это сделал студиозус с первого курса. Очень хорошо, что прежние плетения мы зарегистрировали не на меня, а, по совету Рукоеда, на Кериана, мое имя поставив вторым.

— Не ожидал от вас такого здравомыслия... — растерянно посмотрел на него архимагистр.

— Знаете, я как-то резко повзрослел, — вздохнул Артем. — Многие мои прежние поступки теперь кажутся мне глупыми или наивными.

— О, так будет всегда, — улыбнулся мэтр Крик. — Когда я вспоминаю себя десять лет назад, то недоумеваю, как я мог быть таким дураком. Так что не удивляйтесь, вы всего лишь набираетесь опыта и умнеете. Как все разумные.

— Дай-то Бог... — поежился юноша. — Не по себе мне как-то, ощущение надвигающейся беды. Но откуда? Какой? Не знаю. Вроде бы все в порядке. Но не по себе.

— К интуиции стоит прислушаться, — посоветовал архимагистр. — Обязательно сообщите о своих предчувствиях начальнику вашей охраны и фамилиару.

— Ладно, это потом, вернемся к патенту, — тряхнул головой, избавляясь от ненужных сейчас мыслей, Артем. — Вот видите, в плетении есть висячие концы, многое еще можно реализовать, завязав на них, хотя бы вот сюда вставить блок опознания, чтобы переместиться по якорю мог только тот, кто внесен в список, а любого другого перемещало либо в камеру тюрьмы, либо в открытый космос. Или в недра звезды, если совсем уж зверствовать.

— Да вы садист, молодой человек! — хохотнул мэтр Крик. — В последнем случае даже архимагистр не выживет.

— Если он на меня нападает, то сам виноват в случившемся. Тем более, что можно добавить блок связи, позволяющий переговорить с той стороной перед перемещением и получить на него разрешение.

￼— Интересная идея. Рорк, Хедна, что думаете?

— Очень интересно! — отозвался гном. — Я бы еще вот тут и вот тут поставил блоки стабилизации и ориентации в гиперпространстве, чтобы знать, где ты сейчас находиться и прервать перемещение, если потребуется.

— Я бы тоже кое-что добавила, — скромно потупилась красная орка. — Вот тут и вот тут то разработанное с вашей помощью плетение, мэтр, встанет сюда, как родное, и позволит облегчить перемещение. Сведет все к трем основным векторам и шести дополнительным вместо двадцати четырех.

— Отлично! — потер руки архимагистр. — Значит, займемся. Прямо сейчас. Одну минуту.

Он ненадолго замер, затем скопировал голограмму при помощи магии иллюзий, разместив копию над рабочим столом. Артем тихо вздохнул — ему до таких умений было еще очень и очень далеко.

— Тогда я пойду? — спросил он.

— Погодите минуту, вас, как сюзерена госпожи Кианы, хотела видеть ее будущая наставница, мэтресса Иллениэль Лаортаналь из клана Белых Цветов, она сегодня утром прибыла из Заповедного Леса, — вспомнил мэтр Крик. — Найдете ее в оранжерее. Не спутаете, она среброволосая эльфийка древнего рода, там надменности на сто таких хватит. Ректор тоже просил уважить ее просьбу. Думаю, она хочет перекупить у вас вассальный контракт юной Целительницы.

— Не получится, — усмехнулся Артем. — Клятва на жезле древних. Да и клятва необычная. А уж теперь и подавно...

— А что теперь? — насторожился архимагистр.

Юноша хмуро покосился на греющих уши гнома и красную орку. Мэтр все понял, усмехнулся и отвел его подальше, поставив вокруг защиту от подслушивания. Артему очень не хотелось рассказывать о создании основы домена, но как это скрыть он понятия не имел, да и доверял наставнику. Однако это не помешало взять с того клятву молчания, причем опять же на жезле древних, который он с недавних пор всегда носил при себе, в пространственном кармане. Выслушав короткий рассказ, архимагистр некоторое время размышлял, затем укоризненно покачал головой и проворчал, перейдя на «ты»:

— Вот вечно ты спешишь, как на пожар, парень... Осторожнее с этим надо, осторожнее! Пойми, домен будет тянуть из тебя энергию с каждым днем все сильнее, и это надо четко понимать, и ограничивать поток, иначе он тебя просто сожрет. Так что ты сперва думай хорошенько, а потом только на рожон лезь. Не вздумай увлекаться работой с доменом, иначе выгоришь ко всем демонам ада! Немало вот таких энтузиастов молодых выгорели! Пойми, энергия у мага не бесконечна без подключения к внешнему источнику, выжечь ядро можно запросто. В твоем случае, конечно, будет потруднее, но тоже можно. И да, извини, что на «ты», но я намного старше тебя.

— Если бы от меня хоть что-то зависело... — скривился юноша. — На «ты» называйте, я совсем не против, терпеть не могу церемоний. И за совет благодарю. ￼Постараюсь быть осторожнее. Но не уверен, что получится. Сам бы я предпочел спокойно учиться, но ведь не дадут...

— Это да, не дадут, — честно признал мэтр Крик. — Слишком у многих при виде тебя слюнки текут, жаждут к рукам прибрать такое богатство. Но ты все-таки постарайся посылать всех мешающих учебе подальше. Впрочем, твое дело. Иди уж, я займусь твоим плетением.

Немного помолчав, он добавил:

— Зайди все же к эльфийке, объясни, что не получится у нее перекупить вассальный контракт Кианы, а то нам она не верит. Полагает, что человек мужского пола обязан любой ее каприз исполнять. Красива, стерва, до онемения, но именно что стерва, высокого полета стерва. Не дай ей поймать себя на слове, она это очень любит. Многих молодых аристократов опозорила, заставив прилюдно сделать то, что они может и согласились бы сделать наедине, однако полученная обманом магическая клятва не позволила отказаться, пришлось. Позора потом не оберешься. Извини, подробнее объяснять не буду, не дурак, догадаешься. Ни в коем случае ей ничего не обещай! Она очень любит вытаскивать из нашего брата клятвы и обещания. Редкая сволочь! Понял?

— Понял, наставник, — кивнул Артем. — Благодарю!

— Не за что, — проворчал мэтр Крик. — Удачи!

Молодой Странник пожелал и ему успехов, попрощался также с Хедной и Роргом, заслужившими за время знакомства его искреннее уважение, а затем покинул лабораторию, причем не через портальный круг, а через дверь — оранжереи, где дожидалась его мэтресса Лаортаналь, находились за соседним корпусом, телепортироваться туда смысла не имело, пешком дойти быстрее.

— Арт, погоди! — раздался позади задыхающийся голос.

Он обернулся. Следом спешила Хедна. Дождавшись, пока орка подойдет, юноша вопросительно посмотрел на нее.

— Учитель слишком вежлив, чтобы объяснить толком, — сказала она, немного отдышавшись. — Я тоже хочу предупредить тебя по поводу среброволосой суки. Контролируй каждое слово в ее присутствии! Она очень хорошо умеет подлавливать мужчин на мелочах. И ты учти, эльфа повернута на сексе, причем оральном. И прочих извращениях.

Говоря это, Хедна отчаянно покраснела, но не умолкла, она была очень благодарна Арту Дару за диадему. Та еще не активировалась полностью, но постепенно преобразовывала тело орки, кожа ее стала нежной и бархатистой, куда-то подевались все до единого шрамы, даже зубы выбитые в юности выросли. Память теперь почти абсолютная, да много чего еще. А что же тогда будет после полной активации? И все это благодаря этому мрачноватому парню. Не хотелось бы, чтобы он стал очередной жертвой эльфийской твари.

— Она заморачивает парням головы и вынуждает дать клятву выполнять ее извращенные желания по первому требованию, а потом, когда бедняга опомнится, приказывает ему сделать ей приятно на глазах множества других женщин. И ￼хорошо, если не мужчин. Несколько парней после такого позора с собой покончили, ведь магической клятве после приказа сопротивляться невозможно. И это если она худшего не выдумает.

— А почему же ее терпят в школе? — растерялся Артем.

— Да потому, что лучшего Целителя, да еще и в ранге, намного превышающем архимагистра, в Таланге просто нет! — ответила Хедна. — За это эльфийской суке прощают все, ведь она способна вылечить что угодно и кого угодно. Она новое тело за полчаса выращивает, поддерживая при этом отрубленную голову живой, а потом приращивает! Она королю трижды жизнь спасала, так что никто ее не тронет, даже если она на главной площади столицы людей в жертву приносить станет. Потому и говорю, что вам нужно ничего ей не говорить, кроме слова: «Нет».

— Ясно... — протянул юноша, скривившись. — Благодарю за помощь!

— Не за что, — улыбнулась, показав нижние клыки, орка. — Пока!

И побежала обратно в лабораторию. Артем тихо выругался себе под нос — только свихнувшейся нимфоманки ему для полного счастья и не хватало. Дома две таких, хватит уже, прошлой ночью всю душу вынули, совсем поспать не дали. Но при этом эльфийка — архимагистр Целительства. А значит, ей еще и Белку отдавать на обучение придется, не только Киану. Говорить с ней придется короткими, рублеными фразами, не допускающими других толкований, попадаться на магическую клятву и становиться сексуальным рабом извращенки совсем не хотелось. Нет, в виде игры можно было бы, но этой не нужна игра. Хотелось бы избежать предстоящего разговора, но возможности не было.

Быстро проскочив двор, Артем на мгновение остановился перед входом в царство растений, затем медленно и церемонно зашел, поклонившись мэтрессе Агате Карси, преподавательнице магоботаники, дородной, почти двухметрового роста женщине, царившей здесь безраздельно. Она милостиво кивнула симпатичному молодому человеку. На вопрос, где можно найти мэтрессу Лаортаналь, скривилась, видимо, терпеть упомянутую не могла, и неопределенно ткнула пальцем куда-то вглубь оранжереи. Юноша вздохнул, но покорно отправился в указанном направлении.

Эльфийку он увидел в окружении стайки девушек, она что-то им увлеченно объясняла, они слушали, раскрыв рты. Мэтресса показывала какие-то странные зеленого цвета плетения, в результате применения которых растения то резко пускались в рост, образуя из себя разные фигуры, то втягивали выращенное обратно в себя. В общем, обычный урок в школе магии. Но так казалось юноше только пока эльфийка не вырастила некое подобие мужского органа из толстой ветви, села, задрала юбку и принялась показывать, как нужно самоудовлетворяться, сопровождая это подробными объяснениями. Покрасневшие девушки переглядывались, однако слушали внимательно, с явно заметным интересом.

Артем замер на месте, приоткрыв рот от ошеломления. Да, после объяснений ￼мэтра Крика и Хедны он многого ждал, но не такого. Это было все-таки слишком. Среброволосая насмешливо посмотрела на него — она заметила мужчину, потому, видимо, и устроила этот спектакль. Юноша незаметно покачал головой — какая все-таки невозможная, невероятная, потрясающая красавица с серебряными волосами и идеальной фигурой. Даже Киане до нее далеко. К тому же от Иллениэль Лаортаналь буквально веяло сексуальностью, животной похотью, от ее флюидов темнело в глазах, а мужское естество тут же вздыбилось, и она это поняла по оттопырившимся штанам, поскольку хрипловато рассмеялась, явно наслаждаясь реакцией на себя.

И вот тогда Артем буквально взбеленился, его душу заполонила холодная, белая ярость, глаза засветились, от чего эльфийка мертвенно побледнела, мгновенно осознав, чей аватар перед ней и чем это для нее чревато. Она немедленно вскочила, развеяла побег компрометирующей формы, оправила платье и вежливым поклоном поприветствовала гостя.

— Добрый день, уважаемая госпожа, — юноша в ответ наклонил голову, отчаянно надеясь, что его голос звучит ровно. — Мне сообщили, что вы хотели меня видеть.

— Тебя, мальчик? — явно удивилась Иллениэль. — А кто ты такой?

— Лорд Арт Дар, сюзерен вашей будущей ученицы, Кианы ард Амессы.

— А! — обрадовалась эльфийка. — Во сколько ты ценишь ее контракт? Может договоримся?

Она жадно облизала губы.

— Это не контракт, — холодно заметил Артем, окончательно успокаиваясь, вокруг него словно ледяная стена поднялась, и красотка его больше не возбуждала. — Древняя клятва на жезле древних. Плюс есть еще кое-какие нюансы. Киана, зная, кто я, вряд ли выберет кого-то другого.

— Вот как? — нахмурилась мэтреса, затем повернулась к студенткам. — Девочки, на сегодня вы свободны. С каждой на завтра эссе об изменении формы растений посредством низших заклинаний силы Жизни. Минимум на две страницы. И не воды, а фактов. Всем ясно?

— Да, госпожа... — протянули те и поспешили раствориться в сумерках гигантской оранжереи.

— Значит, не выгорело, — весело констатировала Иллениэль Лаортаналь, сладострастно, предвкушающе ухмыляясь.

И вот тут до Артема дошло, что его, похоже, сейчас будут насиловать. Самое гнусное, что он ничего против не имел — ледяная броня треснула, и желание снова проснулось. И минуты не прошло. Слишком уж красива, слишком сексуальна была эльфийка. Слишком сильные флюиды она испускала. Ни один мужчина, если он еще мужчина, такого не выдержит.

— Но вот кто ты? — она обошла юношу кругом, глядя на него с живым интересом. — Слухи о тебе ходят самые дикие. А теперь я и сама убедилась, что ты не просто варварский лордик, а аватар, причем аватар самого Судии. Но это не ￼все, точно не все. Так кто же ты еще, милый мальчик? Это надо выяснить. Гляну-ка я на тебя через кристалл Атмана...

Эльфийка достала откуда-то, возможно, из пространственного кармана, странной формы перекрученный прозрачный кристалл и приложила его к глазу, одновременно сформировав и активировав какое-то очень сложное плетение. Но тут же отодвинула кристалл, спрятала и затрясла рукой, словно ту обожгло.

— Вот оно что, — удовлетворенно сказала она. — Да, от тебя Киана, если знает, кто ее сюзерен, точно ко мне не уйдет. Да и ни к кому другому тоже, если не совсем дура. Ты — Странник! Вашу ауру ни с чем не спутаешь. Вот только какой линии?

Мэтресса снова обошла Артема кругом. Встала напротив, покачиваясь с пятки на носок, затем хмыкнула каким-то своим мыслям и негромко сказала:

— Ногари? Нет, ими становятся только старые мастера-пространственники. Ты слишком молод, а значит — урожденный Странник. Таковых всего три линии. Ты — Логари? Нет... Ты — Дивадо? Опять нет... Ах вот оно что! Ты — Авари!

Глава II

Миндалевидные глаза Иллениэль стали почти круглыми, она еще несколько раз обошла смущенного землянина, то и дело всплескивая руками.

— Нет, ну надо же, слухи о восьмом Авари оказались вовсе не слухами! — восхищалась эльфийка. — Вот уж не ждала, не гадала...

Всполошившийся Артем поднял руки, покрывшиеся белым огнем. Он прекрасно понимал, что против архимагистра Жизни не потянет, но что-то делать надо было. Не хватало только, чтобы эта информация разошлась по городу!

— Да не нервничай ты так! — серебристым колокольчиком рассмеялась Иллениэль. — Сейчас дам тебе клятву неразглашения. Жезл, насколько я понимаю, ты носишь при себе? Ну да, — кивнула она, когда юноша достал из пространственного кармана упомянутое, — тебе иначе нельзя.

Мэтресса легко согласилась на измененный Кузьмой вариант клятвы, исключающий возможность обхода условий. После ее принесения Артем несколько успокоился, но понимал, что ничего еще не закончилось — Иллениэль смотрела на него, как кошка на что-то очень вкусное, и юноша прекрасно осознавал, что никуда не денется, сдастся на ее милость. Впрочем, он же всегда ￼хотел, чтобы красивая женщина брала его, как и когда сама захочет. Хотел? Да, хотел. И хочет. Тогда нечего страдать, надо хватать подарок судьбы и пользоваться им в свое удовольствие.

— У меня есть еще один вопрос, — наконец решился Артем. — Дело в том, что у меня не одна подопечная Целительница...

— Да?.. — удивилась Иллениэль. — А кто еще?

— Позавчера ночью меня словно что-то позвало пройтись по трущобам ночью, там я заметил белобрысую уличную шлюшку лет семнадцати-восемнадцати и понял, что я там ради нее, — вздохнул юноша. — Перебил избивавших ее скотов и забрал к себе в особняк. А там ее увидел жрец Судии и чуть не взвыл от изумления. Это не просто Целительница, это...

— Истинный Целитель... — миндалевидные глаза эльфийки от такого известия съехались к переносице. — Их же в Миросплетении больше трехсот лет не было... А тут — уличная шлюха... Ты уверен?!.

— Полностью уверен, — подтвердил Артем. — На нее потом многие смотрели, все увидели. У нее тоже полный вассалитет на жезле древних.

— Умно, — кивнула Иллениэль. — Я бы такую девочку тоже не упустила. Ты с ней уже спал? Ответь, пожалуйста, честно, это важно.

— Да, — слегка покраснел юноша. — Она... Ну как бы это сказать... Это...

— Постоянно хочет мужчину, — закончила за него эльфийка. — Как и я. Не беспокойся, я давно приняла свою суть, меня чье-либо мнение по этому поводу очень мало интересует. Да, я законченная блядь, это последствия моего дара. Зато я могу вылечить то, что не вылечит больше никто. Я могу лес в пустыне вырастить. Так что для девочки это нормально, не удивляйся и не мешай ей удовлетворять похоть, не стоит делать этого, не то сгорит.

— Тогда почему у Кианы все наоборот? — спросил Артем.

— В смысле, наоборот? — не поняла Иллениэль.

— Она вообще всю эту, как она выражается, физиологию на дух не переносит, — в который раз уже покраснел юноша. — Судя по некоторым оговоркам, в ранней юности, чуть ли не в детстве, Киана попала в руки врагов рода, ну и ее...

— Долго насиловали, — понимающе кивнула эльфийка. — В итоге внушив отвращение к половой жизни. Бедная девочка! Это же идет вразрез с ее природой. Попробую с ней поговорить, может она сумеет себя преодолеть. Дело в том, что желания в таком случае никуда не деваются, оставаясь неудовлетворенными, они преобразуются в очень неприятные вещи, которые корежат и тело, и душу. В сказках слышал, наверное, о отвратительно выглядящих искореженных, словно изломанных ведьмах?

— Слышал. На моей родине одну такую Бабой Ягой называли.

— Ого! Так вон куда она забежала...

— Она что, существовала в реальности? — вытаращил глаза Артем.

— Существовала, — грустно кивнула Иллениэль, — и более того, мы были ￼ровесницами и близкими подругами. Не удивляйся, я ведь из перворожденных, мне много тысяч лет. Так вот она из таких, как твоя Киана. В итоге из юной красавицы за каких-то двадцать лет превратилась в жуткую горбатую старуху с костяной ногой, после чего ушла куда-то, не желая, чтобы друзья видели ее в таком виде. Мы ее искали, но так и не нашли, пространственника такого уровня поди найди, если он того не хочет. А она помимо того, что Целитель, еще и пространственником неслабым была. Эх, если бы Яга послушала меня и последовала своей природе, то и сейчас была бы молодой и красивой. Не захотела...

Она грустно вздохнула, потом натужно улыбнулась, упрямо сверкнула глазами и двинулась к выходу.

— Так что будем делать с Белкой? — хмуро спросил юноша.

— Приводи, — коротко ответила мэтресса, поняв о ком речь, хотя имени юной Целительницы ей не называли. — Научу, чему смогу, дальше самой разбираться придется. Помимо того тебе еще к темному Целителю обращаться надо будет. Дело в том, что Целитель и Истинный Целитель — это несколько разные дары, я кое-что о них знаю, но именно кое-что. Если судить по старым хроникам, то Истинным достаточно начала дать и инициировать, после они уже без особых проблем самостоятельно справляются. Но пообщаться мне с девочкой надо обязательно. Кстати, — она едва слышно рассмеялась, — я однажды поспорила с одним... м-м-м... приятелем, назовем его так. О том, что никогда за свою длинную жизнь не повстречаю Авари. И вот, проспорила...

— И что? — подозрительно посмотрел на нее нее Артем, ему это заявление чем-то не нравилось.

— Надо выполнить условие спора, — беззаботно отозвалась эльфийка. — Сейчас дойдем до Агаты, она была свидетельницей того спора, при ней и выполню.

Предчувствие неприятностей захватило юношу еще сильнее, что-то эта стерва задумала, но что? И при чем здесь он? Однако все эти размышления ничего не дали, понять, что может его ждать, не удалось.

Возле выхода мэтресса Агата что-то объясняла группе девушек курса с пятого, наверное, или даже с седьмого — уж больно взрослые. Впрочем, в «Нирване» порой и пожилые люди учились, сумевшие собрать нужную для обучения сумму только годам к сорока, а то и пятидесяти. Но таких все же было мало, в основном здесь учились юноши и девушки от шестнадцати до тридцати. Десять курсов. Так что школу заканчивали в лучшем случае в двадцать шесть лет, а некоторые к тому же не раз оставались на второй год. Но маги жили долго, и это никого не смущало. Для хорошего мага и тысяча лет — не предел.

— Агата! — воскликнула Иллениэль. — Помнишь, ты наш спор с Хаоном судила?!

— Ну, помню, — неохотно ответила та, всем своим видом излучая подозрительность, она однозначно не ждала от собеседницы ничего хорошего. — ￼И что?

— Что там было платой с моей стороны, если я проиграю? — с хитрым видом спросила эльфийка.

— Обычно для тебя, — пожала плечами преподавательница магоботаники. — Что ты отсосешь у кого-то прилюдно. Только не устраивай мне тут опять!..

Она не договорила, поскольку Иллениэль перебила ее восторженным воплем:

— Так вот, я проиграла! И теперь собираюсь оплатить проигрыш!

Резко повернувшись, эльфийка присела перед Артемом. То, что произошло дальше, было чем-то невероятным. Уж как Иллениэль исхитрилась расстегнуть высокотехнологичный комбез и добраться до искомого, сказать трудно, да юноша об этом и не задумывался, ему стало несколько не до того. Он только успел подумать, как хорошо, что Варис сегодня остался дома, проходил обучение в медкапсуле, дроу бы не стал разбираться, что она там задумала, и на месте свернул эльфийке шею.

Артем хотел было отказаться, отшатнуться, остановить этот позор, но просто не успел, с головой ухнув в омут наслаждения — то, что творила Иллениэль, было настолько потрясающим, что он мгновенно забыл обо всем на свете. Ни суккуба из «Лесной красавицы», ни демоница Иерла, ни дроу Инара, не говоря уже о других девушках, и десятой части подобного сделать не могли. Пришел в себя юноша только когда все закончилось и эльфийка встала. Услышав смешки девушек, увидевших его обнаженное «хозяйство», отчаянно покраснел, поспешил застегнуться и глухо выругался. А ведь предупреждали, что среброволосая стерва способна прилюдно опозорить! Расслабился, идиота кусок! Вот и получил. И что теперь делать? Он понятия не имел. Хорошо хоть на обратное не попал через клятву, вполне ведь мог, это было бы значительно хуже и позорнее. Девушки продолжали хихикать, вгоняя его в краску еще больше.

— Вот, проспорила и сделала! — гордо заявила Иллениэль.

— Да иди ты уже отсюда, шлюха неугомонная! — раздраженно замахала на нее руками Агата. — Вот же наказали боги подругой!

Эльфийка весело расхохоталась, повернулась к Артему, крутнувшись на каблуках, и буквально пропела:

— Мы не закончили, милы-ы-ый... Жди, я приду вечером, нас еще много интересного ожидает! И девочек своих приглашай, лишними не будут.

— И Киану? — удивился юноша.

— И Киану, — подтвердила Иллениэль. — По крайней мере, посмотрит. Ее надо срочно выводить из текущего состояния, иначе последствия будут очень печальными. Для эльфийки особенно.

— Она не эльфийка, она аллара, — поспешил возразить Артем.

— И что? — удивилась мэтресса. — Школьный целитель, осматривавший ее, сказал, что отличий почти нет. Так что неважно. Ты где живешь?

— В Доме Призраков на площади Благодарения Богов, — отказываться от визита среброволосой шлюхи юноша не собирался, от такого невероятного ￼наслаждения не отказываются, оно нечасто выпадает, тем более, что обязательств ни перед кем у него не было. — Я предупрежу охрану.

— Буду после захода солнца, — пообещала Иллениэль и буквально растворилась в воздухе.

Агата к этому моменту, к счастью, куда-то увела девушек, и Артем несколько успокоился. В конце концов! Ну увидели, ну и пес с ними. Не пристают, и ладно. А пристанут, так и поиметь можно, если особо настойчиво просить станут. На насмешки обращать внимания он не собирался, а если кто-то из парней полезет, так на то в школе разрешены дуэли. Пусть докажут свое право распускать язык. Если честно, юноше нравилось в Миросплетении то, что здесь нельзя было безнаказанно поливать друг друга словесной грязью. Никто не знал, кем может оказаться собеседник, пусть даже выглядящий последним нищим, может, и магом, способным в пыль обидчика растереть.

— Молодой человек... — раздался у него за спиной чей-то шелестящий голос. — Позвольте с вами поговорить.

Резко повернувшись, Артем увидел мэтра Гуатора, преподававшего магию Тьмы и Смерти. Его видовой принадлежности никто не знал, он всегда ходил в плаще с глубоким капюшоном, из-под которого светились алые угольки глаз. Маг был страшной силы, лучшего некроманта в ближайших двадцати системах было не найти. Разве что его ассистентка, мэтресса Лодина, фигуристая лысая женщина неопределенного возраста, приближалась к архимагистру по уровню, но именно что приближалась — она сама признавала, что тягаться с мастером ей еще рановато, вот лет через двести-триста — да, уже можно будет.

Интересно, что ему нужно? Он видел случившееся? Артему стало неудобно, а потом он решил не принимать случившееся близко к сердцу. А преподаватель тем временем отвел юношу в сторонку и неожиданно вызверился на него:

— Идиот молодой! Ты совсем с ума сошел, вот так расхаживать, каждому идиоту сообщая, что только что создал основу домена?!! Ты что творишь?!!

Откуда он знает?! После недолгого размышления Артем понял, что мэтр видит ауры на более глубинном уровне, такие индивидуумы хоть и редко, но встречались. А у него в глубоких слоях ауры горит символ пусть только разворачивающегося, но домена. Так, по крайней мере, утверждал безымянный.

— Ты думаешь, среди светлых фанатиков нет таких, как я?.. — продолжал разъяренно шипеть некромант. — Хватает! Увидят, и что? Зачистят на раз, паладинов пришлют или еще какую светленькую сволочь!

— Я сам — аватар Судии, — не стал скрывать известный многим факт Артем, обратившись к упомянутому, из-за чего его глаза засветились призрачным белым светом. — А как скрывать знак домена в ауре я просто не знаю.

— Аватар... — явно удивился мэтр Гуатор. — Не думал, что такое возможно. Темный — и вдруг аватар светлого бога?.. Это как?..

— Светлого бога?! — изумился юноша. — Да кто вам сказал! Судия у никак не светлый, он скорее Равновесию служит. И Справедливости. Той, высшей. А ￼отнюдь не Свету, или, не дай Творец, Порядку, не говоря уже о Законе.

— Тогда понятно, — кивнул некромант. — Я о его сущности как-то не задумывался. А как скрывать символы в ауре покажу, идем в мою лабораторию.

— Сейчас, только охрану предупрежу.

Артем связался с капитаном Непыйводой и сообщил, что немного задержится, на что тот ответил, что у входа в школу его дожидаются Ван Линь, Бруно Бер и Эрхот Кровохлеб. В сопровождении дюжины дроидов в полной боевой готовности.

— Зачем так много? — удивился юноша.

— Странные шевеления возле особняка, — ответил начальник охраны. — Ожидаем нападения. Но никак не можем понять чьего. Готовимся к обороне. Если сможете вернуться телепортом, то возвращайтесь именно так. Не уверен, что сможете прорваться через площадь, там прогуливается уж больно много отъявленных головорезов. И ребят тогда захватите.

— Захвачу, — пообещал Артем.

В этом момент рядом словно тень возник Путник. Он слышал разговор с капитаном — Киана сумела адаптировать и установить карайнам импланты, так что они теперь имели возможность общаться с другими обладателями таковых, в том числе и с Кузьмой, да и в инфосети зависали надолго, дорвавшись до обилия информации. Кот ощерил клыки и глухо зарычал на мэтра Гуатора. Тот ощутимо напрягся — с хищными зверями такого размера следовало соблюдать осторожность всегда.

— Не беспокойтесь, — поспешил успокоить его юноша. — Это мой фамилиар. А ты тоже не выеживайся — это преподаватель школы, он не может причинить мне вреда, клятву давал.

Путник рыкнул и успокоился.

— Интересный у тебя фамилиар, — заметил некромант. — Разумен?

— Да, полностью, — подтвердил Артем. — Идемте.

Лаборатория некроманта располагалась, как и следовало ожидать, в глубоком подземелье под седьмым корпусом школы. И соответствовала всем канонам своей мрачностью, затхлостью и въевшимся запахом мертвечины. На множестве прозекторских столов были разложены трупы, в которых копались специализирующиеся на некромантии и темном целительстве студиозусы и ассистенты. Мэтр кивком ответил на их приветствия и повел гостя вглубь подвалов. Карайн следовал по ними, хлеща себя по бокам обоими хвостами — ему здесь очень не нравилось, однако выпускать котенка из вида он не собирался.

А вот лаборатория самого Гуатора оказалась чистой, светлой и пахло в ней травами, а не разложением. Путник сел в углу, не спуская глаз с хозяина, чувствовалось, что он тому не доверяет. Но почему стало ясно не сразу. Указав на кресло, мэтр призвал кувшин с каким-то соком и предложил Артему, однако сам пить не стал, а в ответ на вопросительный взгляд хмыкнул и снял капюшон.

На Артема смотрел скалящийся голый через, в глазницах которого горели ￼алые огоньки. Лич, высшее умертвие, мертвый маг Смерти, прошедший обряд и ставший таковым добровольно, по своему выбору. Юноша кивнул — действительно, никто лучше него не сможет преподавать некромантию. Ректор, похоже, собирает в «Нирване» таланты во всех областях, не обращая внимания жив или мертв претендент на преподавательское место и какой он расы. Очень верный подход.

— Отлично, — прокомментировал его реакцию мертвый некромант. — Даже не дернулся. Значит глупых предрассудков у тебя нет.

— С какой стати? — пожал плечами Артем. — Дома я читал много книг о некромантах. В одной из них, не так давно прочитанной, лич, совсем как вы, вообще стал учителем Пятерых.

Он специально решил не говорил, о ком речь, подозревая и эта земная сказка может оказаться вовсе не сказкой.

— Из пророчества Пятерых? — уточнил мэтр Гуатор. — Составных частей Великого Дракона?

Ну так он и думал! Это пророчество здесь известно. А значит, можно будет побывать на Элиане, если он еще не перешел. А перешел, так хоть окружавшие его цивилизации посмотреть.

— Да, — подтвердил юноша.

— Хотел бы я прочесть эти книги... — заметил лич.

— Могу устроить, — немного подумав, сказал Артем. — Напечатать их не проблема, в моей памяти они сохранились, только язык еще один при помощи языковой маски изучить придется, в переводе книги очень многое потеряют. Могу прямо сейчас маску наложить. Клянусь жизнью и силой не причинять вреда.

— Благодарю, — кивнул мэтр Гуатор. — Но это не к спеху. А вот скрывать в ауре знаки наличия домена тебе следует научиться немедленно. Фанатиков не так и мало, они считают всех, у кого такие знаки есть, демонами, и безжалостно уничтожают, не считаясь с затратами и потерями. А ты не демон, сейчас я это вижу, но им это будет безразлично.

— На мой особняк кто-то собрался нападать, — хмуро признался юноша.

— Это вполне могут быть боевики фанатиков, — кивнул некромант. — Король давно хочет с ними расправиться, но до сих пор повода они не давали. Может, нападение на твой особняк такой повод его величеству даст.

Холодный цинизм его слов настораживал, но ожидать чего-то другого от мертвеца было бы глупо. Поэтому Артем только кивнул.

— Советую давить их без жалости, но и пленных для допроса взять не помешает, хотя говорить они не станут ни под какими пытками, а защита от магического допроса у боевиков стоит всегда.

— У нас есть способы немагического допроса, против которой эта защита не сработает, — вспомнил юноша о суперпентотале, так русские называли таорскую сыворотку правды, на самом деле бывшую совсем другим веществом.

— Тайная стража попросит поделиться информацией, — заметил некромант.

￼— Не проблема, передадим прямо господину Аньехи, мы с ним вполне успешно сотрудничаем, — усмехнулся Артем.

— Хорошо, — кивнул мэтр Гуатор. — Оставим этот вопрос. Я из-за знаков домена в твоей ауре сперва решил, что ты высший демон под личиной, но теперь вижу, что это не так. И ты не светлый, значит точно не ангел. Тогда... Странник?

— Он самый... — тяжело вздохнул Артем.

— И я, пожалуй, даже знаю какой линии, — неожиданно развеселился лич. — Не удивляйся, просто не так давно я был в нижних мирах, и мне там передали древнюю книгу с просьбой отдать ее молодому Авари, ему, мол, она нужнее. Я взял, хотя подумал, что где я, а где тот Авари, они в Миросплетение не забредают. Однако ты здесь. Не беспокойся, клятву неразглашения я сейчас дам. Мне нет смысла кому-то что-либо о тебе рассказывать, более чем уверен — все, кому нужно, о тебе уже знают, молодой человек. Не нервничай слишком, тебе действительно нужно очень многому научиться, насколько мне известно, Седьмой учился больше шестисот лет, только потом приступил к делу. Но не спрашивай меня, что у него за дело — этого я не знаю. Не спеши, со временем узнаешь. Но светлых все равно советую опасаться — редкая мразь, они тебя при должном старании захватят, а потом принесут в жертву по всем правилам, и ты, как миленький, умрешь, ни Судия не поможет, ни твоя суть . Потом их, конечно, передавят взрослые Странники, но это будет потом, тебе от этого не станет ни холодно, ни жарко. Ни в коем случае не попадай им в руки! А если попадешь, применяй все средства, чтобы вырваться, не жалей никого и ничего.

— Вот как?.. — нахмурился юноша, ощутив поднимающийся по позвоночнику холодок, его, похоже, таки сумели напугать. — Благодарю за советы, постараюсь следовать им. Хотел бы только кое-что спросить.

— Спрашивайте.

— Мне нужен темный Целитель, лучше женщина.

— Моя помощница, мэтресса Лодина, — немного подумав, сообщил мэтр Гуатор. — А зачем?

— У меня в вассалах Истинный Целитель, а их, как вы знаете, должны обучать и темные, и светлые, — ответил правду Артем, решив не играть в шпионские игры, все равно у него плохо получалось. — Причем девочка — бывшая уличная шлюха, неграмотная и необразованная, однако дар мощный. Светлого Целителя я нашел, а вот темный — куда большая редкость...

— Позволю себе предположить, что светлый — это наша неугомонная эльфийская шлюха? — хохотнул некромант.

— Да, — подтвердил юноша. — А почему вы смеетесь? Она плохой Целитель?

— Великолепный! — покачал черепом мэтр Гуатор. — Но совершенно сумасшедшая при этом. Она однажды даже со мной переспать попыталась, не зная, что у меня только кости остались, и того, что ей надо, в помине нет. Долго приставала, пока я Черным прахом ее не пуганул, только после этого отстала. А ￼Лодине я скажу, она не откажется поучить девочку. Денег за это возьмет, конечно, прилично.

— Деньги не проблема, — отмахнулся Артем. — Главное обучить Белку как следует. Она же совсем невежественная! На улице, в банде беспризорников выросла.

— Да уж... — хрустнул костяшками пальцев лич. — Но ладно, вернемся к заклятию скрытия ауры. Оно выглядит вот так.

В воздухе перед Артемом возникла иллюзия развертки плетения, на удивление простого, однако в нем были связаны воедино несовместимые на первый взгляд силы — Тьма, Свет, Мудрость, Огонь и Хаос. При помощи импланта юноша разобрался в работе показанного плетения довольно быстро, напряженная учеба все же дала результат и он уже немного начал разбираться в магии. Немного осмыслив, как все должно быть, он даже немного оптимизировал схему, убрав пару лишних блоком, а остальные немного упростив. Потом показал результат мэтру Гуатору.

— А неплохо... — поскреб тот костяными пальцами череп. — И ты всего лишь первый год учишься? Это даже для восьмикурсника хорошо! Молодец!

Артем не стал сообщать, что заслуга здесь не его самого, а импланта. Он быстро создал плетение и наложил его на себя. Мир на мгновение словно потерял краски, а затем снова стал прежним.

— Ну вот, совсем другое дело, — удовлетворенно кивнул лич. — Теперь никто ничего по твоей ауре не определит. Вот, держи книгу, которую мне для тебя передали.

Было неясно откуда он достал большой, толстый фолиант в черной коже, на которой был выбит огненный ромб, по которому ползала, обвивая его, серебристая змейка.

— Очень древний гримуар, — заметил мэтр Гуатор. — Ему многие миллионы лет. Я его открыть просто не смог, просто не дался. Если ты не сможешь, будет ждать того, кто сможет.

Взяв книгу, Артем без всяких усилий открыл ее, словно она ждала этого. Лич на это только прищелкнул зубами. На первой странице извивались какие-то линии, ползали жучки, проявлялись и исчезали жуткие рожи, однако для юноши все это выглядело четким и понятным текстом на родном русском языке. Он как-то сразу понял, что нужно делать, достал кинжал, порезал руки и смазал обложку своей кровью. Гримуар вырвался из рук, превратился в туман и через ноздри втянулся в голову ошеломленного этим Артема.

«Обнаружен пакет данных неизвестного формата, — тут же сообщил имплант. — Провести его преобразование и адаптацию?»

«Проводи! — разрешил Артем. — Только распаковку делай в закрытом виртуальном пространстве во избежание заражения вирусами».

«Принято. На обработку ввиду большого размера пакета потребуется шесть стандартных суток».

￼"Приступай«.

Юноша потряс головой. Откуда-то пришло знание, что это именно то, чего он так жаждал — начальная ступень обучения Странников высших разрядов. Хотя нет, не только Странников, а любых сущностей такого уровня, включая архидемонов и архангелов.

— Я о таком только слышал... — задумчиво произнес мэтр Гуатор.

В этот момент пришел вызов от Василия.

«На особняк напали какие-то сумасшедшие, вопящие: „Смерть темным тварям!“. Сильных магов среди них нет, однако несколько таких наблюдают с другого конца площади. Они явно ждут твоего выхода из школы. Поэтому подхватывай ребят и телепортируйся сюда».

«Понял!» — ответил Артем, вскакивая.

— Что-то случилось? — поинтересовался лич, тоже вставая.

— Да, на особняк напали какие-то идиоты, вопящие, что темные должны умереть, — вздохнул юноша. — Извините, но я пошел, мне надо захватить охранников и фамилиара, а потом телепортироваться.

— А вот этого я тебе категорически не советую!

— Почему?

— Светлые фанатики живут здесь сотни лет, к постоянно телепортирующимся пространственникам они привыкли и давно разработали методы противодействия им, — ответил мэтр Гуатор. — У них есть артефакты, которые перехватят телепортацию и приведут тебя в их тюрьму. Все это, похоже, затеяно, чтобы заставить тебя телепортироваться на глазах их магов. Они захотели тебя поймать. А значит, желают что-то узнать. И они узнают, поверь мне, если ты попадешься. Так что лучше пробивайся через площадь — еще ни один из знакомых мне магов из их находящейся незнамо где резиденции живым не выбрался.

Глава III

Карл Генрихович задумчиво посмотрел по очереди сперва на Кериана, потом на Лунга Зеленого, а после него — на Курга. Он некоторое время разглядывал их, словно препарируемых насекомых, потом хлопнул в ладоши и спросил:

— Ну и что мне с вами делать, неугомонные бродяжьи души? Куда вы опять собрались корабль завести?

— Ну так в дальний поиск же пошли... — прогудел Лунг. — В самый раз по диким закоулочкам прошариться. Сами боги велели поглядеть, что там такое, раз ￼шанс выпал.

— Нас в последний раз едва не прихлопнули, — язвительно заметил Карл Генрихович. — Если бы не Артем...

— Ну так не прихлопнули же, — пожал плечами Кург, потеребив свою бородку. — Риск — благородное дело! А ваш корабль может проникнуть в такие места, куда больше никто не заберется. И ничего ему с такой броней и защитой не будет.

— Охо-хо... — потер ладонями лицо полковник. — Ну что дети малые!

Немного помолчав, он добавил:

— С этого момента все пойдет иначе, больше всем кораблем соваться в очередную найденную вами дыру мы не будем. Челноков достаточно. А чтобы вы поняли, в чем дело, показываю вам смоделированный Дархоном фильм о том, что с нами случилось бы, если бы наш капитан не являлся Авари. Искин, между прочим, справлялся у безымянного, что бы тот сделал с «паразитами». Смотрите и наслаждайтесь, дорогие мои.

На появившемся слева голоэкране появилось изображение «Петрограда» возле Интайской расщелины с той стороны. Челноки направлялись от астероида к одному из удерживающих его на неестественной орбите объектов, напоминавших, по словам землян, некую грушу. Момент первого появления безымянного. А затем все пошло иначе. Первыми словно бы растаяли челноки, их как будто стер из реальности гигантский ластик. А потом пришел черед супердреноута. Его стирать не стали, а просто скрутили в абстрактную конструкцию, напоминающую выжатую тряпку. Немногие выжившие, оставшиеся на поверхности астероида, были просто раздавлены в лепешку, а потом сожжены. Перед глазами зрителей поплыли останки корабля, среди которых хорошо были видны раздавленные трупы, в том числе и их собственные.

— Ну как, нравится? — участливо спросил полковник, когда экран погас.

Бродяги подавленно молчали, потупившись. Они ощущали свою вину и сказать им было нечего. Действительно виноваты! Сунулись в расщелину на большом корабле, как делали на своих скорлупках, и уговорили на эту безумную авантюру фон Бревена. Он, похоже, из-за того, что позволил себя уговорить, тоже не находил себе места.

— Дархон, большая просьба, — произнес полковник.

— Слушаю, — отозвался искин.

— Очень прошу останавливать меня, если я опять соглашусь на глупую авантюру.

— Без проблем. Только ведь вы сами тот еще авантюрист...

— Есть такое дело, — тяжело вздохнул Карл Генрихович, — никак не привыкну, что на мне до возвращения Артема ответственность за корабль и за всех разумных на нем. Привык только о своей боевой группе беспокоиться...

— Так мы что, сворачиваем поиск? — хмуро спросил Кериан.

— Кто вам это сказал? — удивился полковник. — Продолжаем, мне тоже ￼интересно, что скрывается в заповедных местечках, о которых вы рассказывали. Однако с этого момента всем кораблем мы станем рисковать только если другого выхода не останется. И никак иначе! Ясно?

— Во многие дыры без защиты «Петрограда» не сунешься... — грустно вздохнул Лунг Зеленый. — Например, в Зеркальные Врата.

— Ничего, зато корабль целым останется, — пристально посмотрел на него Карл Генрихович. — Дархон, ты сможешь разработать и построить небольшой исследовательский фрегат с высшей степенью защиты по вашим стандартам?

— Смогу, конечно, — отозвался тот. — Отлично, теперь и мне, и дохнущим от скуки инженерам нашлось чем заняться. За декаду-другую сообразим. Вот только для энергопитания придется использовать один из запасных реакторов, измененных Эрх-Ар. Нужно ваше разрешение. Иначе защитные поля нужного уровня не создать.

— А я поставлю на него все известные мне магические защиты, — оживился Кериан.

— Только надо позаботиться, чтобы они не конфликтовали с технологическими, — предупредил искин. — Давайте-ка соберемся у Инголина и все подробно обсудим. Я уже сообщил ему о задании, Кирилл Владимирович оживился и срочно собирает инженерную секцию, все обрадованы, что работа привалила, а то совсем заскучали.

— О! — чуть не подпрыгнул маг. — Тогда мы туда!

— Идите уж! — обреченно махнул рукой Карл Генрихович.

Проводив взглядом поисковиков, он пробурчал себе под нос:

— Ну чисто тебе дети... И что с ними делать?

Потом махнул рукой и отправился по своим делам.

* * *

— Ну что думаешь по поводу командира, майор? — лениво поинтересовался Степан Горыня, вместе с которым Густосельцев многое прошел и был накрыт снарядом под Харьковом.

— Толковый мужик, — пожал он плечами. — Дылда только.

— Да я не о полковнике, он точно мужик толковый, пороху хорошенько нюхнул, я про пацана, который самый главный у нас, — отмахнулся лейтенант.

— Дите... — вздохнул майор. — Только не просто дите, а, как там говорили, Странник линии Авари, их восемь на все мироздание. Так что придется его обхаживать и придерживать, пока опыта не наберется. Но пацан на первый взгляд правильный, наш.

— Вроде да, только не по себе мне из-за того, что старший у нас — молокосос совсем, — скривился лейтенант. — Но ладно, тут уж ничего не поделаешь, тем более, что возраст — дело наживное. А что по поводу команды?

— А что команда? — не понял вопроса Густосельцев. — Нормальные ￼мужики с боевым опытом. Вот с военврачом нашим я бы шутить не стал, баба, конечно, красивая, но характер — ух-х-х!

— Пробовал подкатиться? — хохотнул Горыня.

— Да кто при виде такой красотки не попробовал бы?!

— Я, например. Глянул на нее, и сразу стало ясно, что мне там, окромя пиз...й, ничего не светил, вот и отвалил сразу.

Он ненадолго замолчал, потом заговорил о другом:

— Я тут с эльфийским командиром побазарил, как его там, с Ареласом. Ну я тебе скажу, крутой диверс! Нам, если честно, до него далеко, этот на уровне майора Соргина, если не круче будет. Профи!

— Полковник говорил, что он на родине диверсионным отрядом несколько десятилетий командовал, — кивнул Густосельцев. — Ты еще с Шадаргом поболтай, тот тоже невозможно крут. На своем уровне, конечно, с мечами и луками, но все равно крут. Он щас своих ребят сутками гоняет, осваивая местное оружие и скафандры. Нам тоже следует еще несколько тренировок провести. Хоть и освоили все вроде, да хрен его знает, что в боевой обстановке будет.

— А оно в любой момент может начаться, — согласился Горыня. — Я...

Его прервала сирена боевой тревоги и голос Дархона, созывающий боевые отряды в полной экипировке в восьмой ангар, к челнокам, поскольку предстоит абордаж.

— Ну я ж говорил! — выдохнул лейтенант, и они с майором ринулись к отрядному арсеналу, каждый отряд устроил такой неподалеку от своего расположения, чтобы в случае тревоги не переться в чертову даль к корабельному, находящемуся на одной из нижних палуб.

Не прошло и десяти минут, как отряд майора Густосельцева присоединился к спешащему к коридору отряду Бранки Довин. Все были в боевых скафах, полностью вооруженные и экипированные. Вскоре бойцы разместились в невыразимо смешащих их розовых транспортных платформах, напоминающих мыльницы, и понеслись к восьмому ангару.

Добравшись до места, Густосельцев с облегчением обнаружил там фон Бревена и направился к нему. Тот надрывно орал на одного из своих бойцов, обещая подвесить за уши и оборвать руки, все равно из задницы растут, если что-то там повторится. Что именно майор не разобрал. Доложившись о прибытии по всей форме, он осторожно поинтересовался, что случилось.

— Да вышли из гипера осмотреться, Кериан хотел что-то там проверить, а в гипере это невозможно, — с явной досадой ответил полковник. — Не успели перекалибровать двигатели, как в какой-то тысяче километров открылась червоточина, откуда вывалилось четыре корабля, три из которых, не обращая ни на что внимания, принялись долбить четвертый.

— И что? — не понял Густосельцев. — А нам до них какое дело? Пусть хоть обдолбаются!

— Никакого, — заверил фон Бревен. — Если бы не одно «но».

￼— Какое?

— Корабль, который избивают, русский. Передает позывные Российской Федерации. Двадцать третий век. А те, которые избивают, американские. Так что я велел лишить их возможности передвигаться и стрелять, Михаил Иванович это шестью залпами гиперорудий сделал, у этих оружие — ракеты, даже мезонников нет, не говоря уже о чем получше.

— Ох ты ж... — взъерошил свои волосы майор. — Вот так встреча... И кого атаковать?

— Пиндосов будем давить без жалости, при малейшем сопротивлении во время абордажа приказываю стрелять на поражение, к этим тварям у меня сочувствия нет, а с нашими пытаемся связаться, но они молчат. Корабль настолько разбит, что неизвестно остались ли на нем живые. Надо организовывать спасательную операцию.

* * *

«Георгий Победоносец» содрогался от попаданий, мигали аварийные красные лампы, кто-то оттаскивал в сторону тело погибшего оператора сканеров, чтобы самому сесть на его место — взаимозаменяемость в не таком уж и большом экипаже крейсера была полной.

— Двигатели на форсаж! — скомандовал Норин.

— Не могу, тащ капитан... — прохрипел раненый пилот, из его насквозь пробитых осколком щек текла кровь. — И так еле идем... Еще одно попадание в движки, и нам кранты, встанем намертво...

Его почти невозможно было понять, он сипел и свистел, продолжая заливать кровью свои колени, но капитан разобрал слова. Он с досадой выругался. Пиндосы подловили «Георгий Победоносец» на выходе из гипера на границе Альфы Центавра, перед последним прыжком к Солнечной системе. Значит, все же был на корабле жучок, был, иначе никто не смог бы отследить путаный маршрут. В своем экипаже Норин был уверен, он столько с этими людьми прошел, что не верить им прото не мог. Значит подбросили либо в момент отправки, либо в каком-то из промежуточных пунктов. Корабль садился для дозаправки только на третьей планете Дельты Лебедя. Скорее всего шпион там.

Россия и Объединенный Запад уже больше двухсот лет находились в состоянии вооруженного нейтралитета, только чудом не срывающегося в очередную большую войну. Однако мелкие конфликты не прекращались не на день, вплоть до бомбардировок новых колоний. Причем на такое шли только пиндосы, даже у европейцев не хватало на это совести, а у американской сволочи совести никогда не было — в их языке даже понятия такого не существовало. О русских, индийцах или китайцах даже речи не шло, для них подобное было физически невозможно.

Обнаружение мертвого инопланетного корабля дальней экспедицией дало ￼сильный толчок русской науке. К сожалению, долго в тайне находку сохранить не удалось, западники каким-то образом узнали о ней и взвыли, начав требовать поделиться. Естественно, были посланы по известному адресу, ничего общего между Россией и Западом не было давно, они даже почти не торговали, имели не совпадающие системы мер и свои технологии. А пуще всего не западные государства были озабочены тем, чтобы снова не допустить врага в свое инфопространство, не позволить ему влиять на умы молодежи. Все помнили печальный опыт России и Украины в двадцать первом столетии, когда из части русских при помощи пропаганды в интернете вырастили поколение ненавидящих все русское манкуртов, зверей и нелюдей. Убежденных нацистов, справиться с которыми удалось очень большой ценой, да и то выжившие продолжали гадить стране еще много десятилетий. Так что проще было не позволить врагу растить твоих детей, это чревато. Ведь влияние шло через все — книги, музыку, игры, социальные сети. Поэтому сейчас инфопространство и отслеживалось, очень пристально отслеживалось, любая хотя бы мельком проскочившая там чуждая идея изучалась под крупной лупой, а высказавший ее был на полном контроле службы безопасности. Нельзя было допустить подобного снова.

Приказ доставить с места раскопок двигатель чужого корабля застал капитана Норина врасплох. Да, крейсер только прошел модернизацию и был, что называется, с иголочки. Но почему в одиночку? Такую посылку следовало охранять всеми силами флота! Однако на его вопросы адмирал Баренцев не ответил, только тяжело посмотрел и пробурчал, что это не его ума дело. Пришлось закрыть рот и выполнять приказ. Владислав Иванович вскоре начал подозревать, что «Георгий Победоносец» — на самом деле всего лишь приманка, а двигатель везет кто-то другой. Таких одиночных кораблей разошлось от базы «Ефремов» десятка три, причем в разные стороны. Кто придумал такой идиотизм капитан не знал, но был уверен, что за такое следует ставить к стенке. Надо было идти всем флотом, не решились бы западники тогда напасть!

Маршрут для крейсера разработали совершенно идотский, он шел загзагами, от звезды к звезде, порой возвращаясь назад, делая петлю и меняя направление. К сожалению, миновать Альфу Центавра было совершенно невозможно, именно там и ожидали одиночные корабли американцы, причем ждали немалыми силами. Но система большая, поймать корабль в ней, если на нет нет маячка, очень сложно. А их поймали без проблем, так что да, маячок точно есть.

Впрочем, все это было досужими размышлениями, сейчас не имевшими никакого значения. Снова посмотрев на трех чудом выживших в рубке офицеров, капитан вздохнул. Похоже, пришло время умирать. Орудия почти все выбиты, двигатели на ладан дышат, на призывы о помощи получили только насмешливый совет сдаваться. Но этого никогда не сделает ни один из русских, сдаться западникам может только полный идиот, всем известно, что они творят с пленными. Немногих чудом отбитых у них людей обычно добивали из жалости, поскольку жить в виде обрубка без рук и ног не пожелает никто.

￼— Товарищ капитан! — вдруг повернулся в его сторону сидевший на месте погибшего оператора сканеров курсант-стажер, совсем еще мальчишка с запавшими глазами, кажется Сергей Соменко. — Впереди аномалия! Червоточина! Мы не успеваем уйти с курса...

— И не надо, — хрипло ответил Норин. — Это хоть какая-то надежда.

Он действительно надеялся, что пиндосы не сунутся за ними в червоточину, западники довольно трусливы и рожон обычно не лезут. А из червоточин редко кто возвращался, они вели куда-то очень далеко. Но это все равно шанс на выживание, тогда как здесь таких шансов не осталось совсем. Пиндосы прекрасно знают, что русские не сдадутся, поэтому будут бить на поражение. Да и искин взорвет корабль в случае попытки проникновения на него чужаков. На всякий случай система самоуничтожения была активирована.

«Георгий Победоносец» миновал червоточину, его немилосердно затрясло, и продолжалось это довольно долго. А когда закончилось, корабль настиг очередной залп, отправивший на тот свет почти всех, чудом выжили только капитан и стажер. Да и тех тяжело ранило.

— Товарищ капитан, они пошли за нами в червоточину... — дрожащим голосом, ева сдерживая слезы сообщил Сергей.

— Значит, наше время пришло, — криво усмехнутся тот. — Крепись, парень, мы русские, а русские не сдаются.

— Я знаю, — взял себя в руки стажер. — Я... Товарищ капитан! Там... А-а-а...

— Да что там? — дернулся, потревожив рану, Норин, и от боли тихо выругался. — Толком докладывай!

— Виноват! Американцев только так лупит неизвестным оружием какой-то огромный корабль, почти километровый! На его днище написано по-русски «Петроград»!

— Наши? — озадачился капитан. — Но в нашем флоте нет кораблей такого размера и с таким названием! Так кто это?

— Не могу знать! — отрапортовал оживившийся стажер. — Американцы лишены двигателей и орудий, однако не уничтожены. Судя по открывшимся аппарелям в борту «Петрограда», готовится абордаж.

— Червоточина все еще открыта? — подался вперед капитан, надеясь на простой путь назад.

— Никак нет, — погрустнел Соменко. — Закрылась сразу после прохождения американских кораблей.

Внезапно он вскинулся и выдохнул:

— Нас вызывают!

Стажер что-то переключил на пульте, и в полуразрушенной рубке зазвучал хрипловатый баритон, раз за разом повторяющий на чистейшем русском языке без малейшего акцента:

— Супердредноут «Петроград» вызывает неизвестный русский корабль! Вам требуется помощь?

￼— Ответь! — приказал Норин.

— Не могу... — огорченно посмотрел на него Соменко. — Передатчик того... Приемник работает, а передатчик — нет...

— Вот черт! — выругался капитан. — Искин, остановить самоуничтожение! Капитанский код...

Назвав длинный код, он обессиленно откинулся на спинку кресла, теперь оставалось только ждать помощи. Дождется ли? Рана болела все сильнее, да и крови натекло уже порядочно.

Прошло около получаса, в течение которых Норин то терял сознание, то приходил в себя, после чего почти мертвый корабль содрогнулся, послышался лязг — кто-то пристыковался к нему. Некоторое время раздавались странные звуки, а затем капитан снова обеспамятовал. Пришел он в себя от резкого запаха, наклонившийся к нему гигант в скафандре незнакомого образца дал офицеру что-то понюхать, отчего у того даже мозги прочистились.

— Полковник фон Бревен, Карл Генрихович, — представился он. — Временный командир супердредноута «Петроград».

— Капитан второго ранга Норин, Станислав Иванович, Российская Федерация, командир атакующего крейсера первого класса «Георгий Победоносец». А из какой страны ваш корабль?

— Изначально — из Таорской империи, но сейчас он принадлежит частной военной компании «Деяние».

— Таорской империи? — удивился капитан, ни разу о таком государстве не слышавший.

— Это в другой вселенной, — усмехнулся полковник, чей шлем медленно уехал в высокий, толстый воротник. — Вы тоже ведь не из этой. Мы заметили открывшуюся червоточину, откуда выпало четыре корабля. Три тут же начали добивать четвертый. Честно признаюсь, что если бы не ваши русские позывные, мы бы вмешиваться не стали, всех на свете не спасешь. Но поскольку наш экипаж в большинстве русский, своим мы помогли.

— Но если это другая вселенная, то откуда здесь русские?.. — растерялся Норин.

Выслушав объяснения фон Бревена о бесчисленных вариантах Земли с разной историей, он помрачнел, осознав, что домой, скорее всего, вернуться не получится. Поди найди среди этих бесчисленных вариантов свой. Да и как искать? Перемещаться между вселенными он не умел, а крейсер после боя с тремя вражескими годился только на металлолом.

В этот момент полковника кто-то вызвал и доложил, что на американских кораблях обнаружили трех живых, тут же начавших ставить какие-то условия и требовать особого к себе отношения.

— По шее дать! — скомандовал фон Бревен. — Совсем охамели, паскуды!

— Так пиндосы же, — усмехнулся Норин. — Чего от них еще ждать?

— Кстати, тут один мой офицер, родом из двадцать первого века, спрашивает ￼была ли у вас спецоперация России на Украине в 2022-м году?

— Была. Но через год переросла в большую европейскую войну, хотя ядерное оружие почти не применяли, на это ума у сторон хватило. С этого и началось большое противостояние между Россией и Западом, длящееся уже больше двухсот лет. В общем, благодаря этому противостоянию мы и в большой космос вышли, потребовались ресурсы, а на Земле они заканчивались.

— Ясно, — кивнул полковник. — Сейчас переместим вас в лазарет. Вынужден вас огорчить, кроме вас самого и вон того молодого человека на корабле не выжил больше никто.

— Я так и думал... — закусил губу капитан. — Все посты перестали отзываться после последних ударов.

— Сочувствую, но ничем помочь не могу, — развел руками фон Бревен.

— А что с нами дальше будет? — поинтересовался Норин.

— Вот выздоровеете и решите, — ушел от ответа полковник. — Корабль ваш, к сожалению, придется бросить.

— Зачем бросать? — возмутился с потолка чей-то голос. — Да я из обломков этих пяти корыт такую конфетку сооружу по технологиям Эрх-Ар, что вы все пальчики оближете! Нам же фрегат исследовательский как раз нужен! А тут на пару материала хватит.

— И много времени тебе на это понадобится? — ничуть не удивился фон Бревен.

— Да нет, всего трое суток. Главное, проект завершить. Но нам спешить вроде особо некуда.

— Ну, если всего трое суток, то действуй. Вы не против, если ваш корабль отремонтируют, капитан?

— За трое суток что-то сделать с этим металлоломом? Да тут минимум три месяца понадобятся! Если не три года.

— Я справлюсь! — заверил с потолка неизвестный и умолк.

— А кто это был? — не сдержал любопытства Норин.

— Наш искусственный интеллект, — ответил фон Бревен. — Полностью разумный и имеющий личность, найден на раскопках объектов какой-то древней цивилизации, ему миллионы лет. Знает и умеет невероятно много.

Некоторое время он молчал, а затем бросил куда-то в сторону:

— Кериан, нужна твоя помощь. Надо раненых перенести в медотсек. Не тащить же их на челноке? Ты освоил то плетение Артема?

— Освоил, конечно, — отозвался чей-то приятный голос. — Сейчас буду.

И рядом с полковником прямо из воздуха соткалась человеческая фигура. Средних лет мужчина с небольшой бородкой и умными серыми глазами. Он окинул взглядом разруху в рубке и укоризненно покачал головой. Затем, ни слова не говоря, пошевелил руками, и Норин вдруг ощутил, что какая-то невидимая сила осторожно подняла его в воздух, не потревожив рану. Рядом с ним болтался, словно в невесомости, ошалевший стажер.

￼На мгновение мигнуло в глазах, и капитан внезапно оказался в большом светлом помещении, уставленном полупрозрачными овальными капсулами.

— Ольга Петровна, раненые! — сообщил принесший их человек, опуская Норина с Соменко на выросшие из пола медицинского вида белые кушетки.

К ним тут же подскочили две невероятно красивые девушки с большими острыми ушками и миндалевидными глазами, напоминающие сказочных эльфиек, и принялись быстро освобождать раненых от одежды.

— Ну и кто у нас тут? — подошла к кушетках строгого вида женщина. — Не беспокойтесь, теперь все будет в порядке. Я Домогацкая, Ольга Петровна, военврач первого ранга. Да, вы господа или товарищи?

— В смысле? — не понял вопроса Норин.

— Как вас называть? Дело в том, что у нас тут выходцы из разных времен, и у всех свои требования.

— Тогда товарищи, привычнее, — кивнул капитан и зашипел от боли.

— Не надо резких движений! — попросила военврач, склонившись над Нориным с каким-то прибором в руке. — Так, ясно, проникающее ранение в грудь, сердце, к счастью, не задето, иначе бы мы с вами тут не говорили. Что ж, пожалуйте в медкапсулу, товарищ капитан. Там все зарастет, ну и помолодеете немного, будете выглядеть на тридцать, а не на ваши пятьдесят пять.

— Наша медицина такого не может... — заметил он.

— Мы получили медицинские технологии сверхцивилизации, — сухо пояснила военврач. — Теперь прошу.

Тот же человек телекнезом поднял обнаженного офицера и опустив его в одну из двух открывшихся капсул. Он не успел ничего сказать, как послышалось какое-то шипение, и сознание медленно покинуло капитана Норина. Он успел только подумать, что это был сонный газ, и уплыл в страну грез.

Глава IV

Некоторое время Артем размышлял, а затем очень недобро усмехнулся.

— Значит, светлые сейчас отслеживают любую телепортацию вокруг Дома Призраков и перенаправляют ее в свою резиденцию? — спросил он.

— Да, — подтвердил мэтре Гуатор. — Ты что-то придумал?

— Придумал, — губы юноши искривились в злорадной гримасе. — Я телепортирую на небольшое расстояние взрывной заряд. Мощный. Если его перехватят, подам сигнал на подрыв.

— Это может сработать... — с явным интересом посмотрел на него архимагистр. — Если получится, тебе все темные и не только темные маги Таланга спасибо скажут. Ты не представляешь, как эти проклятые фанатики нас достали! С ними даже король ничего поделать не может, законопослушное религиозное учение, и все тебе тут, по закону им предъявить нечего, умеют концы в воду сбрасывать. Но если ты уничтожишь их гнусное логово, его величество будет весьма благодарен, и никакого расследования вести не станет. Но... есть ли у тебя достаточно мощная взрывчатка? Она должна буквально испепелить резиденцию! Не думаешь же ты, что тебе первому пришла в голову эта идея? Нет, конечно, но мы не рискнули именно из-за отсутствия достаточно мощной алхимической взрывчатки, а выхода на технологические миры, где можно таковую приобрести, мы не имеем.

Артем вызвал капитана Непыйводу и рассказал ему о ситуации, тот немного помолчал, а потом высказал свое мнение исключительно матерными оборотами. Но мощный заряд пообещал доставить к воротам, не ядерный, конечно, не хватало еще, плазменный, который выжжет все в радиусе трехсот метров от эпицентра взрыва. Вряд ли резиденция светлых в городе, тут не защитить ее как следует, она где-то в окрестностях столицы, а значит никто другой не пострадает. Фанатиков же ничуть не жаль — туда им, сволочам, и дорога.

Путник, слышавший их разговор через имплант, заметил, что драться на площади все равно придется, так что пусть большой-неловкий, как он называл Василия, не стесняется и давит всю эту шушеру, а то взяли моду с шушерой церемониться. Да и наблюдающих за дракой молнии-из-пальцев неплохо бы взять живыми, да отдать черной-беловолосой, пусть поспрашивает у них как следует, кто такие, да чего хотели. Карайн, получив имплант и научившись читать, теперь читал взахлеб, но почему-то всему прочему предпочитал низкопробные детективы. Плюс озвучивал идеи из них в очень странном виде, с высоты своего кошачьего понимания — его мышление было все-таки совсем не человеческим, он самые простые вещи интерпретировал порой так, что у любого слышавшего эти интерпретации ум за разум заходил.

— Магов действительно надо брать живыми, — согласился Артем. — Вот только как?

— Есть способ, — ответил Василий. — Мини-ракеты с сильным сонным газом. Потом, не позволяя усыпленным проснуться, на ментоскопирование. После него останутся овощи, едва имеющие начальные рефлексы. Тут проблема, чтобы кого невиновного не прихватить. После ментоскопирования сокрушаться будет поздно.

— Минуту, проконсультируюсь.

￼Артем повернулся к мэтру Гуатору, и тот тут же спросил:

— Общались с кем-то?

— Да, с охраной и фамилиаром, — подтвердил юноша. — Есть способ захватить живыми наблюдающих за происходящим со стороны магов, а затем допросить.

— Как?! — изумился архимагистр. — Ну ладно, пусть так, но как вы убедитесь, что пленник говорит правду?

— Он не будет ничего говорить, информацию считают прямо из его памяти, — криво усмехнулся Артем. — Но после этого он память потеряет.

— Великолепно! — радостная улыбка голого черепа смотрелась страшновато. — Этих не жалко! А информацией они обладают интересной.

— Всем, что нас не касается, охотно поделимся, — заверил землянин. — Но моего начальника охраны беспокоит вопрос: как не прихватить какого-то ни в чем не повинного прохожего?

— Могу пойти с вами и показать фанатиков, — предложил мэтр Гуатор. — Они, в своей гордыне, никогда не скрывают ауры. Вот как их ауры выглядят.

В воздухе появилась иллюзия — светящаяся разной интенсивности белым светом, пульсирующая в ритме сердца пирамида основанием вверх, вершиной она утыкалась в затылок носителя. Казалось бы, эта картина должна вызывать благоговение, однако она, наоборот, вызывала тошноту и даже омерзение, что-то в ней было донельзя отвратительное и фальшивое.

— Буду благодарен за помощь, — слегка поклонился Артем. — И благодарю за это, — он кивнул на иллюзию, — я записал эту картину и теперь всегда их замечу.

— Знаменитая штука Странников в голове, помогающая быстрее мыслить и запоминать огромные массивы информации? — поинтересовался лич.

— Она самая, — не стал скрывать юноша. — С некоторыми дополнениями.

— Хотел бы я себе такую.

— У нас есть устройства, делающие примерно то же самое, но они ставятся исключительно в живой мозг. Так что ничем помочь, к сожалению, не могу...

— Ничего, и так справляюсь, — клацнул челюстью мэтр Гуатор. — Но если вдруг попадется что-то и для меня...

— Сообщу, — пообещал Артем, вспомнив, что так и не допроверил артефакты в лаборатории наставника. Там вполне мог попасться имплант, ставящийся дополнительной оболочкой на душу, а не в мозг, читал он о таких в фантастике. А здесь они могли и в реальности быть.

— Тогда идемте, — двинулся к выходу архимагистр. — Охрану предупредите, что мы выходим. Пусть подготовят взрывной заряд и вынесут его за ворота особняка, чтобы вы могли его телепортировать. Фанатики, скорее всего, в ожидании вашего выхода из школы уже активировали свой долбаный артефакт перехвата. Но он точно не разберет человек телепортировался или что-то другое. Важно, чтобы взрыв произошел сразу после того, как заряд окажется в резиденции. Иначе его окружат защитным пологом, и ничего не произойдет.

— Понял, — кивнул юноша и передал сказанное Василию.

￼— Ясно, — коротко ответил тот. — Советую связаться с господином Аньехи, по вашему распоряжению, насколько я помню, ему оставили коммуникатор, чтобы случившееся не стало для местных властей сюрпризом. Любые власти подобных сюрпризов терпеть не могут. Да, ничего плохого сделать нам они не смогут, но стоит ли ссориться?

Артем и сам понимал, что не стоит. Поэтому нашел в памяти номер коммуникатора, оставленного второму секретарю королевской канцелярии, и набрал его с помощью импланта. Некоторое время слышались длинные гудки, затем послышался недовольный голос господина Аньехи:

— Слушаю.

— Добрый день, — поздоровался юноша. — Это лорд Дар вас беспокоит.

— Рад вас слышать, — оживился второй секретарь. — Хорошо, что вы застали меня в кабинете, я уже собрался уходить домой, а этот ваш артефакт хранится здесь, я вообще едва вспомнил, как его активировать. Что-то случилось?

— К сожалению, случилось. — вздохнул Артем. — На мой особняк напали светлые фанатики. А их маги наблюдают со стороны. Я хотел было телепортироваться, но мэтр Гуатор предупредил меня не делать этого, чтобы не попасть им в руки.

— Это очень хорошо, что вы его послушали! — в голосе господина Аньехи слышалось явное облегчение. — Вам нужна помощь? Я немедленно пришлю на площадь Благодарения Богов стражу.

— Они уйдут, но не отстанут. Так ведь?

— Так. Не получилось сегодня, будут следить и искать новую возможность. Мы давно хотим избавиться от этой фанатичной секты, но никак не получается.

— Я собираюсь телепортировать сильный взрывной заряд, который они перехватят вместо меня, а он превратит их резиденцию в ничто, — сообщил Артем. — Это заряд того, что у вас называют адским пламенем, но ограниченный, он уничтожит все в пределах четырехсот-пятисот шагов, не более.

— Мало, — отозвался господин Аньехи. — Минимум две тысячи нужно, их резиденция довольно велика. Мы знаем, где она, но проникнуть туда так и не получилось, защита на грани абсолютной.

— Василий, — юноша позвал лейтенанта, слышавшего этот разговор, поскольку он велся на общей волне, — у нас найдется нужный заряд?

— Найдется, но несколько мощнее, уничтожит все от эпицентра на расстоянии до четырех тысяч шагов, может, немного больше, плюс расплавит грунт на глубину четыреста шагов. Но вспышка взрыва будет очень сильной, любой свидетель на расстоянии до трех миль ослепнет.

— Можете не беспокоиться, — из слов второго секретаря так и перло злорадством. — В той местности на десятка два миль от резиденции никто селиться не рискует, разумные боятся фанатиков, способных явиться и заживо сжечь кого-то из домочадцев за ересть просто потому, что разумный не способен защититься от них. Так что можете смело их уничтожать, за ними никто плакать не станет. ￼Только сообщите, когда все закончится, чтобы мы отправили проверку. Там точно ничего не уцелеет?

— Не уцелеет, — заверил Артем. — После плазмы, то есть адского огня, ничего уцелеть не может.

— Вот и хорошо, — констатировал господин Аньехи. — Лорд Дар, официально заявляю, то корона будет вам очень благодарна за избавление от гнезда фанатиков! Жаль, что информации по ним не будет, но хоть так.

— Мы намерены захватить и допросить их магов, у нас есть способы допроса, противостоять которым невозможно. Однако после допроса маги превратятся в пускающих слюни идиотов, забыв все, что знали и помнили, в том числе и свое имя. Так что будет милосердием их добить. Полученной информацией, если она не касается меня лично, я с вами поделюсь.

— Это было бы очень хорошо, мы подозреваем, что многие высокопоставленные дамы и господа с ними связаны, и хотелось бы выкорчевать эту заразу с корнем.

— Значит, вы даете добро на использование заряда? — прямо спросил Артем.

— Да, даю, — со вздохом и явной неохотой подтвердил господин Аньехи.

— Благодарю! До свидания! Как только что-то прояснится, мы вам сообщим.

С этими словами юноша отключился. А затем отдал приказал подготовить заряд, в нем медленно разгорался холодный гнев. Причем, этот гнев принадлежал не только ему, но и Судии — древнему божеству светлые фанатики тоже почему-то сильно не нравились. Ну, и хорошо. Значит можно считать, что отмашка на их стирание из реальности дана.

Они с мэтром Гуатором покинули лабораторию и двинулись к выходу из школы, причем лич на ходу сформировал над собой какую-то пепельно-серую пелену, от одного вида которой ныли зубы. Их заметил мастер Сентар, отметил явные признаки подготовки к бою, подошел и спросил, в чем дело. А услышав, что они собираются преподать урок светлым, хищно ухмыльнулся и присоединился. Ох, и многих же в столице и не только в столице достали фанатики со своим поганым светом, к истинному Свету никакого отношения не имеющим, поскольку он был холодным и пугающим, а не добрым и теплым.

Слухи о предстоящем столкновении со светлыми понеслись по школе «Нирван» со скоростью молнии. К процессии начали присоединяться преподаватели, а затем и студиозусы последних двух курсов, тех, кто помладше, отправляли обратно — не любили фанатиков в Алендаре, очень сильно не любили, слишком многим они нагадили, считая себя неприкасаемыми.

Выйдя из ворот, Артем обнаружил ожидающих его Ван Линя, Бруно Бера и Эрхота Кровохлеба. Вокруг них толпилось двенадцать боевых дроидов с активированным плазменным оружием, что многое говорило об уровне тревоги — оружие активировали только в крайнем случае. Юноша перевел взгляд на особняк и хмыкнул — его атаковала целая толпа разномастно одетых субъектов. Драться с ними врукопашную никто не собирался, их издалека отстреливали из плазмеров, ￼причем отстреливала автоматическая система обороны, у стен уже валялось несколько десятков трупов. Бойцы пока в сражение не вступали, автоматика под руководством Кузьмы, легко справлялась самостоятельно. И это если не учитывать защитного поля поверх стен.

— Будем прорываться? — невозмутимо поинтересовался китаец.

— Пока нет, — ответил Артем и коротко рассказал, что он задумал, получив в ответ полное одобрение бойцов. Ведь куда лучше взорвать супостатов, чем драться с ними, теряя своих. Только орк не совсем понял о чем речь, но на всякий случай тоже кивнул.

На голый череп мэтра Гуатора десантники только покосились, однако ничего не сказали, успев за время пребывания в Миросплетении привыкнуть ко всему. Ну, ходячий скелет. Велика невидаль! А тот деловито готовился к драке, на его руках появилось и начало понемногу расширяться поблескивающее гнилостными искорками серое марево, Артем читал про это страшное заклинание некромантов — Прах Мертвых. Не хотелось бы с ним столкнуться, уверенности в том, что технологическая защита с ним справится, нет никакой.

Маги фанатиков заметили выход землянина из школы и медленно двинулись к нему, сопровождаемые двумя десятками элитных бойцов, явно собираясь напасть и спровоцировать его на телепортацию. Вот только на такую толпу, да еще и состоящую из злобно скалящихся магов разных направлений, в том числе и светлых, они никак не рассчитывали. Однако от своей цели отказываться не собирались, ведь от них требовалось всего лишь заставить цель телепортироваться, а для этого достаточно наметить атаку. Маги в большинстве своем трусливы, когда что-то угрожает их драгоценной особе, они стараются избежать конфликта. Телепортируется как миленький! А в резиденции с ним поговорят по-другому, опытных палачей в Братстве хватает. Все расскажет, прежде чем отправится кормить червей.

— Разойдитесь! — брезгливо скомандовал старший фанатик, сухощавый пожилой чистокровный человек с надменным лицом. — Нам нужен только он, вас пока не тронут, убогие. Идите по домам, осквернители имен светлых богов!

Ему дружным хором, с воодушевлением сообщили по какому адресу он может отправиться. Артем с удивлением смотрел на все это — похоже, противостояние между светлыми фанатиками и магами в Таланге достигло своего апогея, и землянин просто послужил катализатором для набирающих ход событий. Этот нарыв лопнул бы и без его участия, разве что немного позже.

Лицо светлого исказилось гневом, он просто не понимал, что происходит. Раньше ведь достаточно было показать готовую к сражению боевую манипулу Братства, как противники тут же разбегались. Почему же тогда не разбегаются сейчас?! Что происходит?! Он покосился на особняк, со стен которого уже добивали посланный туда отряд, не разбирая маги перед ними или обычные бойцы. И это увеличивало список вопросов, которые зададут наглому варвару в резиденции. И он ответит, никуда не денется. Такое страшное оружие должно ￼быть только у Братства! Ни у кого другого.

— Ты пойдешь с нами! — ткнул он пальцем в Артема. — Прикажи своим в особняке немедленно сдаваться, или будет хуже!

— Да пошел ты в Бездну, подонок! — выплюнул юноша.

Этого фанатик уже не выдержал и скомандовал атаку. Наемники обнажили мечи и двинулись на магов, ничуть их не опасаясь — в защитных амулетах, выданных Братством, они ничуть не сомневались, те не раз были проверены в бою. И действительно — заклинания преподавателей и студиозусов скатывались с нападающих, как вода с жирной поверхности. Кроме Праха Мертвых, насланного мэтром Гуатором — на присутствие архимагистра некромантии никто не рассчитывал. А затем в дело вступил карайн — он взвился в воздух и оказался посреди строя светлых, которые от ударов его лап начали разлетаться в стороны, как кегли. Почти никто после этого не вставал, ведь Путник использовал и когти, а они у него были немаленькие — при желании он легко мог разорвать человека напополам. Двоим карайн вообще откусил головы. Ненамного отстали от него и десантники и дроиды — плазме их оружия магическая защита противостоять не могла. В итоге не прошло и пяти минут, как все наемники приказали долго жить, и маги Братства остались в одиночестве.

Однако сдаваться магистр Таор не собирался, эти недоучки и понятия не имели о его истинном уровне, когда изгоняли его из гильдии. Теперь он за все отплатит! В полной мере! Маг Братства злобно оскалился и принялся создавать заклинание, которое мало кто мог создать. Мэтр Гуатор при виде опалового свечения, окружившего руки фанатика, застучал зубами и громогласно потребовал, чтобы все непричастные немедленно спрятались за стенами школы, которые выдержат еще и не то. Они поспешили послушаться, оставив напротив светлых только землянина, некроманта, карайна, дроидов и десантников. В общем, правильно, против Пелены Отаса они все были полностью беззащитны и погибли бы без толка. Зато архимагистр некромантии беззащитным отнюдь не был, он давно разработал защиту от этой гадости.

Череп мэтра Гуатора оскалился в жутковатом подобии улыбки, костяные руки взметнулись и сложились в странную фигуру, их окружил целый клубок разноцветных молний, из которых, словно мыльный пузырь с поверхности мыльной пленки, выдулся шар, мгновенно расширившийся и заключивший в себя Артема со товарищи и самого некроманта. Заклинание мага Братства ударилось о переливающуюся границу шара и бессильно расплескалось по ней.

— Темная тварь! — надрывно заорал светлый, потрясая кулаками. — Да как ты смеешь?! Нежить поганая!!! Ничего, вы из этого пузыря не вылезете! Лучше сдавайтесь добром! Или будет хуже!

В этот момент Артем понял, что пришло время реализовывать его план, и сообщил об этом капитану Непыйводе. Тот распорядился, и за ограду особняка вынесли мину. К сожалению, плазменная мина такой мощности была не такой уж и маленькой — толстый цилиндр в половину человеческого роста. Ее ￼активировали на взрыв по гиперсигналу через имплант и передали сюзерену коды. Юноша кивком поблагодарил, покосился на мэтра Гуатора и громко, чтобы услышали фанатики, заявил:

— Надо уходить через портал, иначе мы тут застрянем.

Некромант вскинулся, хотел было возразить, но по заговорщицкому виду Артема все понял и так же громогласно поддержал идею, вызвав тем самым злорадную ухмылку магистра Таора. Юноша украдкой покосился на него, с трудом сдерживая нервный смех, и телепортировал мину в другой конец площади. Как они и рассчитывали, прибыла она не туда, а совсем в другое место. Определив координаты, что заняло несколько миллисекунд, Артем передал коды по гиперсвязи и отдал команду на подрыв.

Владыка Хелеон с удивлением уставился на металлический цилиндр, появившийся в пентаграмме вместо наглого варвара, которого из-за слухов, ходивший о нем, верхушка Братства давно хотела допросить, да все случая не выпадало. Пришлось целую операцию организовывать, чтобы его заполучить. Но тогда что это? В этот момент до него дошло, и Владыка обернулся к магам, что приказать немедленно вышвырнуть эту гадость обратно, но не успел. А еще через мгновение его уже ничего в этой юдоли скорби не интересовало, а душа предстала перед престолом Судии, который покушения на своего аватара прощать не собирался и решил примерно наказать грешника.

Если бы в пустынной местности имелся какой-нибудь наблюдатель, он бы очень удивился. На месте огромного укрепленного замка, расположенного на связанных мостами трех островах посреди большого озера, вдруг вспух огненный пузырь. Озеро мгновенно испарилось, на его месте образовался глубокий кратер, наполненный расплавленной лавой. Более шестидесяти тысяч фанатиков, готовившихся взять власть в королевстве Таланг, неожиданно отошли в мир иной, даже не поняв этого. Что ж, туда им и дорога.

На шее магистра Таора и остальных магов висели слабо светящиеся амулеты, сообщавшие об их принадлежности к Братству Света. Вот только эти амулеты внезапно погасли, а маги ощутили холодную пустоту там, где привыкли ощущать мягкое тепло светлого алтаря. Фанатик перевел взгляд на посмеивающегося варвара — тот почему-то не телепортировался, хотя он уловил перемещение крупного объекта. В этот момент ему все стало ясно.

— Что ты наделал, глупый мальчишка-а-а?.. — в отчаянии застонал магистр. — Тебя бы всего лишь допросили и поставили на место... А-а-а...

— Приговор вынесен и приведен в исполнение, — холодно заявил Артем. — С Его полного одобрения.

Он действительно чувствовал, что Судия очень доволен происшедшим, ему фанатики, похоже, тоже не нравились. Юноша ощутил, как его глаза начинают наливаться яростным белым светом, а тело перестает слушаться.

Эта картина настолько потрясла магов Братства, что они замерли с раскрытыми ртами, сразу осознав, кого видят перед собой.

￼— Ава-а-ата-а-а-ар... — еще отчаяннее простонал магистр, схватившись за голову, размер совершенной высшими братьями ошибки начал постепенно доходить до него. — Суди-и-и... Но мы же не-е-е знали-и-и... Простите-е-е...

— Вы превысили меру моего терпения! — загремел нечеловеческий, пробирающий до костей голос.

— Но мы же Свету служили-и-и... — фанатик раскачивался из стороны в сторону, его буквально колотило.

— Вы служили не Свету, и исключительно собственной алчности! — отрезал бог Справедливости. — А теперь вы сдадитесь людям моего аватара и расскажете им все, что они пожелают узнать, ничего не скрывая. Если попытаетесь что-то скрыть, то после смерти попадете в мои руки и очень пожалеете о своей глупости. Я все сказал! Выполняйте.

Ощущение присутствия Судии исчезло, яростное свечение глаз Артема погасло, и он облегченно встряхнулся. Выносить божество в своем теле с каждым разом становилось все труднее, однако и давало это многое. Он успел убедиться, что после каждого случая его магические каналы росли и укреплялись, и сейчас они уже были толще каналов многих архимагистров. Вот только знаний и опыта это совершенно не заменяло, поэтому учиться предстояло еще долго.

От края площади к Артему поспешно направился господин Аньехи, который, как выяснилось, успел прибыть и наблюдал за всем происходившим своими глазами. А теперь изнывал от нетерпения — очень уж хотелось выяснить, что случилось с резиденцией Братства. То, что оно уничтожено, второй секретарь понял, идея молодого лорда сработала на все сто, но как именно и что там сейчас? Если Братства больше нет, то корона обязана чужаку самим своим существованием — спецслужбы королевства выяснили, что до переворота светлых осталось не больше полугода, но ничего не могли с этим поделать. Как хорошо, что молодой лорд такой бессеребреник, пусть даже рядом с ним проныра Рукоед отирается, но он не хозяин. Вот был бы хозяином, тогда стоило бы опасаться не только за кошелек, но и за свою свободу — гоблин бы любого и в рабство продал, не постеснялся. Редкая, патентованная сволочь.

Выслушав короткий рассказ Артема и заверение в том, что на месте резиденции теперь лавовое озеро, господин Аньехи покивал, жадным взглядом чуть ли не ощупывая сдавшихся магов Братства, настолько ему не терпелось приступить к допросам. После приговора Судии фанатики добровольно сдались, а молодой лорд с заметным облегчением передал их тайной страже Таланга. Понятно, не желает сам заниматься всей этой грязью.

А вот подошедший следом за десантниками Рукоед выглядел сильно разочарованным, уж он-то понимал, что пленники обязательно выдадут, где огромная казна Братства, в резиденции ее вряд ли хранили, он бы ни гроша никому из нее не отдал, а так, из-за растяпистости сюзерена, вся казна достанется королю. Но делать было нечего, поздно, и гоблину пришлось смириться, хоть он и высказал Артему дома все, что думал. В соответствующих выражениях. На это тот ￼недовольно пробурчал, что предупреждать надо. Мог бы через имплант попросить, чтобы не отдавали пленников тайной страже. Рукоед от огорчения даже побился головой об стену — вот теперь точно винить некого, сам виноват. Забыл про эту проклятую штуку в голове, совсем, напрочь забыл. В конце концов он огорченно махнул рукой и плюнул на сожаления, смысла в них не было ни малейшего. Корабль ушел.

Беда в том, что выпадение из расклада Братства Света очень многих рассердило, на его скором приходе к власти строилось слишком много планов, которые в одно мгновение обратились в прах. И из-за кого? Из-за наглого молодого варвара, не знающего своего места! Немало важных дам и господ озаботились тем, чтобы показать наглецу это место. Кем бы он там ни являлся.

Где-то в далеких пространствах заливался веселым смехом взрослый Авари, его буквально корчило. Это же надо! Вместо того, чтобы тщательно разобраться в ситуации и мягко развести ее, мальчишка просто врезал от души и полностью уничтожил инструмент Иных, на который они так рассчитывали. Да-а-а, нагадил он многим изрядно, и они этого не простят. Вот только сделать ничего опасного не смогут. Правда, они о последнем обстоятельстве даже не подозревают, а потому будут пытаться. Ну, флаг им руки и меч в задницу. Сами виноваты. И Шестой приготовился к изысканному удовольствию — Восьмой с каждым днем радовал его все больше и больше, он и теперь придумает что-то такое, что останется только развести руками. Хороший Странник будет! Когда-нибудь, если в процессе становления таковым никто ему рога не поотшибает, что вполне вероятно.

Глава V

Нежеланный визит во дворец, как ни матерился сквозь зубы Артем, приближался, и наконец настал день, указанный в приглашении. Бал, будь он трижды неладен, с личной аудиенцией у короля. Рукоед пытался заинтересовать сюзерена интригами аристократов, красочно рассказывая о них, но тот только смотрел на него диким взглядом, недовольно бурча, что ничего интересного в копошении червей в навозе не находит. Гоблин закатывал в отчаянии глаза, ￼доказывал, что землянин не прав, но тот упорствовал, оставаясь при своем мнении. От любой политики и игрищ за влияние в коллективах разумных его попросту тошнило. И меняться Артем не собирался. В его понимании каждый политик был ни что полезное не годной мразью без чести и совести. Ведь если кто-то шел в политику, то быстро терял все человеческое, становясь «рептилоидом». Рукоед плевался, Рукоед закатывал глаза, Рукоед щелкал тремя рядами острых, как иглы, зубов, Рукоед потрясал руками над головой, но ничего не мог поделать. Артем все его доводы пропускал мимо ушей.

— Хорошо, пусть так, — сдался наконец гоблин. — Но вежливость хотя бы можно соблюдать?

— Можно, — проворчал юноша, которое все это достало по самое не могу. — Если не начнут вежливо лить на меня грязь, читал я, что аристократы это умеют.

— Умеют, — подтвердил Рукоед. — Очень хорошо умеют. И будут провоцировать тебя на вызов, чтобы выбрать оружием дуэли магию, в которой ты пока ни бум-бум. И что тогда?

— Да не сделают они мне своей магией ничего, — передернул плечами Артем. — Я же при полной защите буду.

— Ой ли? — прищурился гоблин. — Если бы не мэтр Гуатор, ты бы сейчас сидел в подземных камерах фанатиков и пел, как птичка, невзирая на всю свою защиту! Может, тебя твои покровители и выручили бы, но впечатлений ты бы набрался на всю жизнь. Запомни, в любой момент на дороге может попасться что-то такое, с чем ты, как бы ни был силен и опытен, не справишься! А ты пока что птенец желторотый! Так что нельзя тебе никого вызывать, понял? Сами вызовут — на здоровье, выбирай мечи, с твоей скоростью движений тебя никто не одолеет. Но они, зная, что ты ученик магистра Ишанти, постараются не допустить, чтобы ты выбирал оружие.

— Да что им всем от меня нужно-то, а?.. — в отчаянии простонал Артем.

— Каждому что-то свое, — невесело хохотнул Рукоед. — На тебя из-за уничтожения светлой секты очень многие злы, ведь из-за твоих действий все их планы сорвались, а королевская власть резко усилилась, больше его величеству всерьез противостоять в стране некому. И все заинтересованные лица полагают, что виновен в этом некий молодой варвар. Причем это так и есть!

— Да твою же мать! — не выдержал юноша. — Я ведь всего лишь хочу, чтобы меня никто не трогал и никто ко мне не лез! Разве это так много?!

— Ты даже не представляешь, как много, — тяжело вздохнул гоблин. — К сожалению, разумные вечно ищут, как получить что-либо за счет кого-то другого. Такова их природа, это надо просто понимать и учитывать.

— Не все, — возразил Артем.

— Пусть, не все, но подавляющее большинство, — качнул головой Рукоед. — А мнение ничтожного процента бродяг и прочих асоциалов не имеет никакого значения и ни на что не влияет. Был бы ты один и жил где-то на отшибе, то никто тебе навязываться не стал бы, разве что ограбить попытались бы, но ты глава большого, постоянно растущего клана. И мало того, Странник. Плюс аватар бога. ￼Поэтому желающие использовать тебя тем или иным образом будут всегда, ты должен это четко осознавать, иначе раз за разом будешь проигрывать, даже не замечая этого.

— Да не желаю я участвовать во всех этих сучьих играх! — вспылил Артем. — Я буду жить так, как считаю нужным, и класть хрен на всех, кто считает иначе! Мне на них и их мнение плевать с высокого потолка! Ясно?!

— Ясно, — опять тяжело вздохнул гоблин, испытывая отчаянное желание побиться головой об стену, от чего пользы, похоже, будет больше, чем от этих разговоров с сюзереном. — Ладно, оставим это. Но ты должен помнить, что этот бал просто так не минует, ты сейчас — звезда столицы, все столичные красотки только о тебе и трещат в кулуарах. Девушки, видевшие, как обычно делавшая обратное эльфийская стерва публично унизилась перед тобой, восторженно описывают твое мужское достоинство, утверждая, что оно размером чуть ли не с орочье. Буквально все светские дамы столицы трепещут от желания самим проверить так ли это. Так что готовься, что тебя зажмут где-то в углу и начнут проверять, а дамам отказывать в таком деле не принято. Причем пока они своего не добьются, а они добьются, гарантию даю, ни один мужчина к тебе не подойдет. А вот затем начнется вежливое поливание тебя грязью. Тебе нужно будет продержаться до вызова на аудиенцию. Лучше всего, если ты уединишься с дамами — этому никто помешать не посмеет, дамы такого не прощают и сотрут виновника в порошок. Но для этого надо будет доказать двум или трем самым... э-э-э... опытным, что ты способен доставить им удовольствие. Тогда они не отстанут от тебя, и желающие устроить скандал останутся с носом.

— Вы серьезно?.. — в ужасе простонал Артем.

Зная свою натуру, он прекрасно понимал, что отказать в сексе женщинам, тем более красивым женщинам, никогда не сможет, особенно если они будут настойчивы и не попросят, а потребуют своего. Да чтоб черти эту Иллениэль побрали! Вот уж подставила, так подставила, шлюха неугомонная! А он-то удивлялся, с какой это стати за ним на каждой перемене по школе ходят стайки шепчущихся девиц с восторженными глазами, некоторые самые смелые даже пытались пригласить куда-то, что-то там обещая, но юноша сразу отказывался, его интересовала прежде всего учеба, а потом уже все остальное. Очень хорошо, что они не уточняли ради чего его зовут, а то пошел бы, как миленький — в ранней юности Артем сгоряча дал при каких-то девчонках клятву, что готов исполнять любые сексуальные желания любой симпатичной женщины, чего бы и когда она ни захотела. А уже здесь, в Миросплетении, выяснилось, что эта клятва прекрасно работает, мироздание восприняло ее, как магическую, и отказать женщине, если она чего-то хочет в этом смысле, юноша не в состоянии. Как ни странно, его это не особо огорчило.

Сама Иллениэль практически перебралась в Дом Призраков, каждую ночь устраивая Артему сводящие с ума оргии вместе с Инарой, Иерлой, Белкой, Ниэрлой и Ти-Лирхой. Лонгарка наконец преодолела свою стеснительность и теперь отрывалась по полной. Помимо того беловолосая матрона в компании с ￼эльфийкой (они очень быстро сдружились, хотя все вокруг считали, что такая дружба попросту невозможна) продолжала таскать к Артему женщин самых разных народов. От гномок и орчанок до ламий и самых разнообразных смесок. На все это безобразие Иллениэль, как наставница, заставила смотреть Киану, которая поначалу чуть ли не плевалась, но постепенно начала поглядывать на постельные игрища с явно заметным интересом. Так что можно было ожидать скорого присоединения аллары к ним. Артему, если честно, это начало понемногу надоедать. Его, конечно, удивляла собственная выносливость, видимо сказалось преобразование тела в межкапсуле Эрх-Ар, но сколько можно? Пора и меру знать.

Но раз придворные дамы хотят проверки его способностей, то никуда он денется, и юноша это прекрасно понимал, клятва не позволит. Ну да и черт с ним, если только это, то не страшно, справится, еще и удовольствие немалое получит. А вот в своей способности выдержать и не сорваться, выслушивая вежливые оскорбления мужчин-аристократов, Артем очень сомневался. Обязательно сорвется, что крайне нежелательно. Поэтому придется приложить немало усилий, чтобы понравиться дамам и остаться с ними до приглашения на аудиенцию. Ничего, справится, они здесь многого еще не знают, как ни удивительно, кое-какие приемы из его куцего земного опыта с проститутками удивили даже Иллениэль.

К счастью, подаренный таорским императором комбез мог принимать любой вид, поэтому обращаться к местным портным за бальным костюмом не пришлось, да и идти без защиты не хотелось. Разве что пришлось обратиться к Орету Барту и с его помощью подогнать внешний вид костюма до приемлемого для молодого аристократа, впервые приглашенного на королевский бал. К счастью, в Таланге всякие рюши, кружева и финтифлюшки для мужчин не были приняты, носили строгий приталенный камзол темных оттенков с золотым или серебряным шитьем и узкие белые брюки с гульфиком, который предусмотрительно очень легко отстегивался. Как позже выяснилось, в женских бальных костюмах легкий доступ к интимным местам тоже предусматривался. И на балах в каждом закутке уединялись парочки и не только парочки. Отношения между одним мужчиной и одной женщиной в Таланге, да и всем Миросплетении не особо котировались, считались чем-то скучным и даже убогим.

Артему стало интересно, это только здесь царит столь дикий разврат или в любом средневековье так было? Сомневался он, что в том же Париже времен мушкетеров такое творилось, все же христианская религия и мораль немного сдерживали развратные порывы. В Миросплетении же каждый верил кто во что горазд, а боги существовали в реальности, того же Судию взять. А покровительствовала разврату некая Красава. Странное имя для богини, но храмов ей везде хватало, на каждой планете и большом острове можно было найти такой, а жрицы богини любви, помимо прочего, были бесплатными шлюхами, обслуживая любого желающего прямо на алтаре или на полу перед ним, если сам алтарь был занят. Отказать они никому не могли. И не отказывали.

Во дворец юноша отправился через присланный королевской канцелярией ￼портал, который предварительно отнес на проверку мэтру Крику. Тот чуть ли обнюхал резную фигурку, которую перед перемещением требовалось сжать в руке и произнести пароль. Однако ничего лишнего не обнаружил, это оказался именно портал, не имеющий никаких не запротоколированных дополнительных функций. Тем более, что это была лично его разработка, другие государства Миросплетения ничего подобного не имели. Вспомнить хотя бы транспортные пентаграммы Черного острова.

Снаружи дворец Артем не видел, тот располагался на высокой скале, а покои короля — внутри нее. Поэтому захватить его считалось невозможным — подняться на полторы мили по узким, выбитым в скале проходам достаточными для штурма силами было почти невозможно, а внешние широкие лестницы вокруг скалы можно было легко обрушить. Проникнуть внутрь при помощи телепортации тоже относилось к категории маловероятного — защиту ставили девять архимагистров-пространственников, лучших из лучших. Возглавлял их мэтр Крик, которого знало и ценило все Миросплетение.

Вспомнив, что фанатики собирались захватить власть в Таланге, Артем задумался о том, как они собирались брать дворец. А не взяв его считать себя новыми властителями было бессмысленно — все нити управления страной сходились туда. Впрочем, его это не касается. Помог королю с этой камарильей справиться, и ладно, лишь бы от него побыстрее отстали. И что Лунгу от Артема понадобилось?

Юноша в который раз вздохнул, вышел из пентаграммы, куда прибывали гости, и направился к ожидающему церемониймейстеру. Подал приглашение, подождал пока тот запишет его имя в толстый гросбух и направился к огромной лестнице из черного мрамора.

Подниматься пришлось довольно долго, лестница насчитывала больше тысячи ступеней. По бокам стояли статуи и серебряные доспехи с золотой чеканкой. На стенах висели портреты предков Лунга III. Люди как люди на вид, высокие, осанистые бородатые мужчины и не слишком красивые костлявые женщины. А если говорить без обиняков, то многие были откровенно уродливыми.

Наконец Артем оказался возле дверей в три человеческих роста, возле которых стояло два церемониймейстера с резными посохами в руках. Они распахнулся створки, пропустили юношу внутрь, грохнули своими посохами об пол и надрывно возопили:

— Лорд Арт Дар, владелец Белого острова!

Артем поморщился, едва не оглохнув от их вопля, и двинулся вперед. Знакомых здесь, кроме господина Аньехи, у него не было, а неизвестно приглашен ли тот. Но делать нечего, и он принялся осматриваться.

Зал приемов королевского дворца представлял собой очень любопытное помещение. Центр, метров в триста, круглого сечения, был свободен, видимо, для танцев. У стен стояли бесчисленные столики с закусками и напитками. А вокруг зала имелся целый лабиринт закутков, комнаток, альковов, чуланчиков, балконов ￼— по рассказам бывавших здесь, их было несколько сотен, причем ближе к тысяче, и не на одном уровне, а на шести — балконы, на которые то и дело выходили разумные, в основном люди и смески, виднелись на довольно большой высоте над головами столпившихся в зале. Причем, почти в каждом закутке имелись диваны, канапе и прочая мягкая мебель.

Рукоед рассказывал, что именно в этом зале, точнее в закутках и альковах, решаются все важные вопросы королевства, перемежаясь сношением всех со всеми. Но только мужчин с женщинами, однополую любовь здесь не признавали, как понятие, за нее существовало только одно наказание — плаха. И умирал решившийся нарушить запрет очень непросто, для начала медленно и мучительно лишаясь того, чем грешил. Поговаривали, что где-то в тайных публичных домах практиковалось и это, но так ли это никто не знал, а если кто-то и знал, то молчал, не желая попасть под каток королевского правосудия. Причем женщинам подобное позволялось, хоть и не слишком одобрялось, а вот мужчинам было строго-настрого запрещено. Артем такой подход полностью одобрял, особенно если вспоминал вакханалии гомосексуалистов на земном Западе, в той же Франции. Парады и прочую мерзость. Лучше уж так.

Юноша медленно двинулся вдоль стены, отвечая на вежливые приветствия встречных. Дамы хищно улыбались ему, и ему от этих улыбок становилось не по себе. А дамы были очень разные, разных цветов кожи, роста и комплекции. Правда, почти все красивые и молодо выглядящие, в роскошных бальных платьях самых различных фасонов. Причем, если присмотреться, то все эти платья были пошиты так, чтобы можно было легко обнажиться в нужных местах. Даме достаточно было слегка присесть или неловко повернуться, чтобы в разрезе показались ягодицы или, паче того, пах. И никого это не смущало, все воспринимали случившееся, как должное. Для Артема такое выглядело странно, даже дико, но лезть со своим уставом в чужой монастырь он не собирался. Пусть себе живут, как хотят.

Пока что никто к нему не подходил, и это юношу полностью устраивало. Четырьмя потоками сознания он разбирал недавно полученные плетения, которые еще не успел показать мэтру Крику, и ничего в них не понимал. Что-то невероятно сложное, многомерное, невероятно красивое и соразмерное. Даже представить трудно уровень интеллекта того, кто все это разработал.

Талангские аристократы пока присматривались к варвару, но ничего не предпринимали. А вот дамам бездействие молодого лорда начало надоедать, до них дошло, что первым он шага не сделает, и им придется, как всегда, все брать в свои руки. Значительно позже Артем узнал, что молодые столичные аристократки устроили самый настоящий заговор, стремясь проверить правдивы ли слухи о размере достоинства варвара и выяснить почему шлюхи из «Лесной красавицы» при воспоминании о нем закатывают глаза и облизывают губы, заявляя, что готовы с ним и бесплатно лечь. Но что такого необычно он делал не говорят — клятву давали, только вздыхают и стонут, что хотят еще. Этим они распалили любопытство аристократок до неимоверного состояния.

￼— Добрый день, лорд Дар! — отвлек юношу от размышлений слегка хрипловатый женский голос.

Артем обернулся и увидел не очень красивую девушку с ярко-алыми губами и вьющимися черными волосами чуть ниже плеч, фигуру рассмотреть не позволяло пышное платье. Странно, что аристократка накрасилась, как последняя уличная шлюха.

— Гарфиня Нерадо, Эдна Онас, — присела в реверансе незнакомка.

— К вашим услугам, сударыня, — вежливо поклонился юноша.

— Мы с подругами хотели бы у вас кое-что спросить... — загадочно улыбаясь, продолжила девушка. — Идемте!

Понимая, что его ждет, Артем только вздохнул. Впрочем, скажи ему раньше, что такое в принципе возможно, что девушки сами будут чуть ли не прыгать на него, он бы пришел в дикий восторг. Так что ничего страшного. Следовать за графиней Нерадо он ничуть не боялся — в королевском дворце гостям ничего не угрожало, за последние сто лет ни одного инцидента здесь не произошло. Оружие было под запретом, а по поводу непричинения другим гостям вреда магией каждый давал клятву при входе. Артем тоже дал. Правда, в клятве было разумное ограничение: «Если моей жизни не угрожает опасность». Проблема только в том, что при общении с дамами придется отключать защиту, а это может оказаться опасным. Но придется рискнуть, тем более, что полностью снимать комбез он не собирался, а тот от многого способен защитить.

Графиня провела Артема через целую анфиладу комнаток, альковов и закутков, и почти в каждом занимались любовью, причем парочек почти не было, как минимум трое-четверо участников. Наконец они оказались в довольно большом алькове, посреди которой находилось круглое ложе. А на мягких пуфиках у стен сидели молодые девушки и женщины, причем все люди, хотя нет, вон в тех точно есть орочья, а вон в тех — гномья кровь, уж больно бедра широкие. Но самое страшное, что их было больше двух дюжин. Артем засомневался в своей способности всех удовлетворить. Как-то это маловероятно даже при использовании пальцев и языка. Все к чертям отвалится.

Однако делать было нечего, молодые аристократки были чрезвычайно настойчивы, они тут же принялись буквально допрашивать, что он такое сделал, почему шлюхи из борделя до сих пор в восторге? Артем вздохнул и объяснил, что всего лишь думал не только о своем удовольствии, но и о партнерше.

— А у нас такое не принято... — разочаровано заявила слегка полноватая, но довольно симпатичная девушка с простоватым лицом. — У нас мужчина свое получит, а на женщину — плевать... Лорд Дар, прошу вас, покажите нам, как это...

Она, лукаво улыбаясь, опустилась перед Артемом на корточки и отстегнула его гульфик, остальные дамы сбились вокруг и принялись увлеченно, со знанием дела комментировать происходящее. Артем от этих комментариев покраснел, как маков цвет, что восхитило дам еще больше. Они зашептались: «Какая прелесть! Он еще и стесняется!», от чего юноше стало еще более не по себе. Но надо было держать марку, и он решил приложить для этого все свои силы.

￼По прошествии нескольких часов Артем мечтал только об одном — как-то вырваться из рук этих фурий, поэтому приход невозмутимого королевского лакея, вызвавшего лорда Дара на аудиенцию к королю, воспринял как избавление. Очень хотелось бы после аудиенции незаметно покинуть дворец, чтобы не попасться другой компании озабоченных дам. Эта группа, как он понял из их трескотни, перехватила чужеземца первой, а ведь были еще желающие. И если он им попадется, то сбежать так просто уже не получится. Проклятая клятва не даст. И как от нее избавиться? До сих она не мешала Артему жить, но если так пойдет дальше, то у него ни на что времени, кроме постельных утех, не останется. А ему учиться надо! Столько всего узнать и понять надо, что слов нет. А тут эти шлюхи...

После случившегося в алькове иначе называть талангских аристократок Артем не мог, это слово точно передавало их суть. От и до. Возникало ощущение, что у них всех бешенство матки, ничем иным столь разнузданное поведение он не мог. И у этого однозначно есть причина, ну не могут столько женщин одновременно быть нимфоманками. Обычные горожанки, не аристократки, ведь таковыми не являются, взять хотя бы служанок поместья. Нормальные, не свихнутые на сексе девушки, не прыгающие на любого встречного мужчину. Надо бы прояснить этот вопрос. У короля, что ли, спросить?..

Все эти размышления скользили в голове Артема, пока он следовал за лакеем. Если бы о том, что он задумал его сюзерен, узнал Рукоед, он бы взвыл от ужаса — монархам не принято задавать вопросов.

— Прошу, уважаемый господин, — распахнул перед юношей самую обычную дверь лакей, по бокам от нее стояли два ничем не примечательным человека, буквально просканировавших гостя взглядами.

Артем кивнул и вошел. Он оказался в довольно большом кабинете, уставленном книжными шкафами. За столом напротив входа сидел средних лет мужчина, напомнивший юноше Локи из американского фильма о супергероях. Он сразу насторожился — не дай бог, этот такой же хитроумный.

— Ваше величество! — поклонился землянин.

— Оставьте церемонии, лорд Д`Арнье, — небрежно отмахнулся король. — Вы не мой подданный, да и занимаете куда более высокое положение, чем я.

Артем по тому, что его назвали истинным именем, понял, его величество знаем о нем если не все, то очень многое. По крайней мере то, что перед ним Странник линии Авари, аватар Судии и владелец Железного острова знает точно. А может, и что-то такое, чего юноша и сам о себе пока не знает. Такое тоже возможно.

— Садитесь и не стесняйтесь, наливайте вина, оно неплохое, лакеев я отослал, — предложил Лунг. — Нам с вами есть о чем поговорить. Но прежде всего я хочу сделать вам одно предложение.

— Слушаю вас, — насторожился юноша.

— Возьмите в жены мою старшую дочь. Она девушка умная, не пожалеете.

Артем вытаращенными глазами смотрел на короля, отчаянно пытаясь понять ￼шутит тот или нет. А потом обреченно понял — нет, не шутит...

Глава VI

Глядя на плывущий под потолком гигантского ангара бриг «Три путника», окруженный свечением силового поля, капитан второго ранга Норин задумчиво жевал губу. Он раньше не верил, что парусные корабли способны летать в космосе, пока сам это не увидел. А увидев, пришел в состояние легкого обалдения. Такого он представить себе раньше никогда не мог. Смотрел когда-то в юности аниме о летающих парусниках, но не заинтересовался — чушь ведь полная, не летают парусники, невозможно это определению. А здесь — вот они!

Самое паршивое, что вернуться домой, может, и не получится. Никто ради них двоих чужаков не станет тратить ресурсы и время на поиск их родной реальности, это даже дураку ясно. Он и сам не стал бы возиться ради каких-то найденышей. Помогли, подобрали, вылечили — и за то спасибо.

Эх, будь у них дома такая техника и такая медицина... Как бы было здорово. И это если не упоминать мозговые импланты и пакеты данных, они — вообще нечто. А оружие? Станислав Иванович мечтательно вздохнул. Да появись у Федерации хотя бы гиперорудия, показали бы проклятым пиндосам и еврам, где раки зимуют. А ведь совсем простая перенастройка гипергенераторов! Почему дома ничего подобного никому из инженеров в голову не пришло?

А значит, что? Придется приложить все усилия для того, чтобы хитростью привести «Петроград» в родную вселенную и сдать властям Федерации. Неблагодарность? Да, неблагодарность, но иного выбора капитан Норин не имел, он считал, что его родина должна любой ценой получить эти невероятные технологии, тогда она сможет победить извечного врага. Ради этого придется предать тех, кто его спас? Что ж, невелика цена. Всего лишь его совесть. Многие знакомые полагали, что совести у Станислав Ивановича нет по определению, но было не так, он просто хорошо ее выдрессировал.

— Добрый день! — заставил капитана второго ранга обернуться чей-то незнакомый голос.

На него доброжелательно смотрел кто-то из местных, не очень высокий подтянутый мужчина с седыми висками.

— Инголин, Кирилл Владимирович, — представился незнакомец. — Главный инженер «Петрограда».

Станислав Иванович слегка поклонился и тоже представился, не особо понимая, что от него понадобилось этому человеку.

— Пойдемте глянем, что у нас Дархоном получилось сделать из ваших с американцами разбитых кораблей, — предложил инженер. — Вышло даже не два, а три полноценных поисковых фрегата, вооруженных по последнему слову техники и магии. Один из них — ваш. Ведь вы будете искать проход в родную реальность?

— Обязательно буду, — подтвердил Станислав Иванович, не особо поверив в то, что ему кто-то подарит новый корабль, пусть даже сделанный из останков его «Георгия Победоносца». — Идемте.

Инженер повел капитана второго ранга к дальней стене ангара, на которой тот увидел трехмерное изображение странного вида арки, по дороге пояснив, что буквально несколько дней назад они с магом Керианом завершили тестирование внутрикорабельных телепортов, поскольку после превращения корабля в основу домена он увеличился в десятки раз, и перемещаться по нему на транспортных платформах стало затруднительно. Станислав Иванович большей частью пропускал его слова мимо ушей, не особо понимая, что такое домен и как корабль мог увеличиться в десятки раз. У него от количества новых, не представимых ранее понятий болела голова.

Как ни удивительно, нарисованная арка действительно оказалась телепортом. Она, после того, как Инголин приложил ладонь к кругу рядом с ней, затянулась туманом, в который он и увел не сопротивляющегося Норина. Они оказались под огромным прозрачным куполом на поверхности «Петрограда». Капитан второго ранга показал на купол с вопросительным видом.

— Силовое поле, — пояснил Инголин. — Так намного удобнее работать с пространственными 3Д-принтерами.

Поняв по растерянному виду Норина, что тот ничего не понимает, показал куда-то налево, и участок пространства осветился. Там из пустоты медленно вырастала какая-то металлическая деталь внушающих уважение размеров, причем она цвеличивалась так, словно что-то невидимое проходилось по ней со все сторон, наращивая слой за слоем. Только в этот момент до Станислава Ивановича дошло, что это местные так «печатают» оборудование. Дома тоже имелись 3Д-принтеры, но ни на что подобное они способны не были.

— Вот они, красавцы, — с гордостью сказал инженер, показав куда-то вправо.

Станислав Иванович перевел туда взгляд и замер от восхищения при виде трех словно устремленных вперед, соразмерных, радующий взгляд опытного космонавта ромбовидных, с зализанными углами кораблей. Только на корме каждого было некоторое утолщение, видимо, двигатели.

— Выбирайте! — щедро предложил Кирилл Владимирович.

Станислав Иванович ошалело помотал головой, затем осторожно поинтересовался:

— А они чем-то отличаются?

— Абсолютно одинаковы, — отрицательно покачал головой инженер.

Капитан недоверчиво посмотрел на него, потом мысленно прочел детскую считалочку, закончившуюся на левом корабле. Некоторое время смотрел на красавца, оценивая, а затем ткнул в него пальцем и выдохнул:

— Вот этот!

— Очень хорошо, — кивнул инженер. — Искин фрегата Т-02Х, подключись к сети «Петрограда» в личностном режиме, даю доступ. Познакомься с владельцем и капитаном корабля. Норин Станислав Иванович, капитан второго ранга, Российская Федерация.

В воздухе перед ошарашенным происходящим офицером возникло выпуклое туманное зеркало и приятный, но совершенно безличный голос произнес:

— Добрый день, товарищ капитан! Прошу разрешения взять ваши биометрические данные для облегчения доступа на корабль.

— Берите! — позволил Норин.

— Также прошу дать название кораблю и имя мне. Личности у меня пока нет, но, согласно информации от главного искина «Петрограда», она в условиях Миросплетения может очень быстро появиться.

— Название прежнее — «Георгий Победоносец», — после недолгого размышления сказал Станислав Иванович, затем вспомнил погибшего навигатора, своего детского друга, и его прозвище. — А имя искина — Дим.

— Принято. Какие будут распоряжения?

— Доступ на борт.

— Прикажете забрать вас? — поинтересовался свеженареченный Дим.

— В смысле, забрать? — не понял Станислав Иванович.

— Через телепортационную систему корабля есть возможность перемещения членов экипажа в пределах двух астрономических единиц, — объяснил искин. — В том числе с борта на поверхность планеты и наоборот.

— Мы были впечатлены таким способом перемещения в одном старом фильме, взятом из памяти нашего капитана, — с улыбкой добавил Кирилл Владимирович. — До столкновения с пространственной магией это не представлялось возможным, но теперь — проблем нет. Кериан создал несколько самозаряжающихся артефактов с подзарядкой от реактора корабля через преобразователь типов энергии. Не самая сложная инженерная задача. Кстати, двигатели полностью энергетические, топлива не требуется, а энергию корабль без ограничений получает из так называемого пространства Бета, из нее состоящего. Также установленные на борту пищевые синтезаторы позволяют получать все необходимое для жизни экипажа посредством молекулярного синтеза. Все конструкции фрегата состоят из особого рода нанитов, поэтому в случае любых повреждений самостоятельно восстанавливаются.

— То есть, вы хотите сказать, что этот корабль обладает абсолютной автономностью?! — глаза капитана стали полностью круглыми и полезли из орбит, он это чувствовал, но ничего не мог с собой поделать.

— Ну, не совсем абсолютной, однако близко к тому, — снова довольно улыбнулся инженер. — И это мы еще не обсудили двигатели, защиту и вооружение. Первые — мезонные, гравитационные, гипер и точечные. Защита нулевого класса, на уровне генераторов «Петрограда», использованы технологии сверхцивилизации Эрх-Ар, вы здесь о ней уже однозначно слышали.

— Точечные? — еще более растерянно посмотрел на него Станислав Иванович. — Это что такое?

— Вы знакомы с понятием «эгрегор»? — вопросом на вопрос ответил Кирилл Владимирович.

— Что-то слышал. Но это же умозрительное понятие!

— Не такое уж и умозрительное. Дело в том, и мы успели в этом убедиться на практике, что что все населенные миры связаны между собой в так называемую бесконечно сложную эгрегориальную Сеть, она же Изнанка мироздания. Каждый мир является ее узлом, и между этими узлами при помощи особого рода двигателей можно мгновенно перемещаться, причем порой перемещение вполне доступно даже между галактиками, а то и вселенными. Но как реализовывать последнее мы знаем только в теории. Жаль, не вышло поставить еще межвселенские двигатели, так называемые вирты, но они слишком уж габаритны, вчетверо превышают размеры самого фрегата. Да и управлять ими толком очень долго учиться, наш пилот и сейчас еще не освоил их, как следует, хотя работает с ними несколько месяцев.

— Действительно, жаль… — огорчился капитан.

— Поэтому придется обойтись точечными, и работать с ними в полной мере вам нужно будет учиться самостоятельно, — развел руками инженер. — Благо, топливо не нужно, а запас энергии бесконечен. Наш пилот сбросил все, чему успел научиться по перемещению между узлами Сети, в пакет данных, еще что-то добавил Дархон. Мы передадим ва его. А дальше, увы, сами.

— Благодарю! — взял себя в руки и поклонился Станислав Иванович. — Я… не ждал такого подарка…

— Ну так мы же русские, — несколько стеснительно улыбнулся Кирилл Владимирович. — А русские своих в беде не бросают!

* * *

Проводив взглядом исчезнувший в гиперпространстве новый «Георгий Победоносец», Карл Генрихович задумчиво хмыкнул.

— Ну и почему ты его отпустил, интересно? — сварливо поинтересовался Леонид Петрович. — Даже не попытался уговорить остаться…

— Не наш человек, — безразлично ответил полковник. — Будто ты сам этого не видел. Он бы все равно рвался домой и все силы прилагал, чтобы найти дорогу в родную вселенную. В итоге ради своей своей сверхцели Норин легко подставлял бы всех вокруг и не испытывал по этому поводу даже угрызений совести, считая, что он в своем праве. Такие люди не знают благодарности и не помнят добра. Так что пусть стремится к своей драгоценной сверхцели где-нибудь подальше от нас.

— А на первый взгляд — честный, толковый офицер, — несколько растерянно посмотрел на него майор Ростовцев. — Обычный служака, я многих таких знал…

— Э-э-х, дружище, ты привык слишком хорошо думать о людях, — ответил вместо командира майор Густосельцев с горькой улыбкой, два офицера из разных времен и реальностей сошлись накоротке, став хорошими друзьями. — А я таких, как этот Норин, встречал не раз. Люди-уставы, для которых ничего человеческого не существует. Да, служака хороший. Для своего командования. А мы для него чужие, хоть и русские, поэтому, по его мнению, всего лишь ресурс, который можно расходовать по его разумению. Так что полковник прав, что дал этому типу уйти, пусть и ценой неплохого корабля. Мне куда спокойнее будет, пока этот чертов служака будет подальше от меня. Помню одного такого, каких парней погубил, чтобы начальству своевременно доложиться…

Эван слушал разговор старших и мотал на ус, одновременно прозванивая через имплант управляющие цепи «Петрограда» — сегодня учитель доверил ему самостоятельно совершить небольшой прыжок в недалекую систему, и парнишка этим страшно гордился. А вот со второй ученицей, Симой Новатой, Леонид Петрович не знал, что делать, как заставить ее избавиться от ее постоянной неуверенности в себе. Девушка знала и умела все намного лучше Эвана, но настолько не верила в себя и свои способности, что при попытке самостоятельно управлять даже челноком на тренажере впадала в панику и проваливала проверку, после чего отчаянно рыдала в каюте. Эван прекрасно понимал, что с ней происходит, чего совершенно не понимал учитель, но как ему это объяснить парень не знал, не принято со старшими на такие темы говорить. Да, здесь совсем другие правила, но все равно неловко. Хотя… Есть выход, пожалуй.

Помимо Эвана из учеников присутствовала Манха Санин, сейчас сидящая за вторым навигаторским пультом и сосредоточенно готовящаяся выдать молодому пилоту по первому требованию координаты предстоящего прыжка, она их уже посчитала. В разговор старших девушка не вникала, не до того было, да и не ее это дело. То, что их всех взяли в клан, причем клан Странника, было самым настоящим чудом, и Манха собиралась стать лучшей из лучших, чтобы не разочаровать разумных, оказавших такое доверие бывшей бродяжке из трущоб, чудом скопившей денег, чтобы купить место на помосте найма. Ну и то, что они с подругой прошлой ночью вытворяли в каюте учителя, Александра Викторовича, тоже было прекрасно, хоть и заставляло иногда краснеть при воспоминании. К счастью, врач что-то там поставила в стыдное место всем девушкам на корабле, и можно было невозбранно кувыркаться в постели, сколько захочешь, не боясь забеременеть, что сейчас было бы крайне нежелательно — рано еще детей заводить.

Манха покосилась на сидящую за пультом щитовика довольную, как обкурившийся пьяница, Лорину Мотар. Ага, судя по этому и несколько растерянному виду Моисея Соломоновича, то и дело косящегося на ученицу, она тоже добилась своего и забралась к учителю в постель.

Все остальные ученики сейчас пребывали на обучении, в медкапсулах, и останутся там еще дня на три, после чего туда отправятся уже они, плюс новый ученик пилота, оставшийся на «Петрограде» стажер с «Георгия Победоносца».

— Думаешь? — повернулся к другу майор. — Но почему? На первый взгляд офицер как офицер. Жестковатый, конечно, но это в их ситуации даже к лучшему.

— Я со стажером с его корабля беседовал, — пояснил тот. — Пацана наивного разговорить нетрудно. Так вот, он своего капитана боится смертельно, тот за слово против тот в карцер на хлеб и воду спроваживал, а то и под трибунал отправлял. Норин, конечно, служака, но уж больно к людям своим отвратно относился, нельзя так. Как, по-твоему, почему пацан, стоило мне предложить ему это, с радостью у нас остался? Так что пусть товарищ капитан будет хоть сто раз отличным офицером, но где-нибудь подальше от нас. Вот уверен я, что останься он с нами, обязательно нагадил бы.

— Согласен, — кивнул Карл Генрихович. — Что в нем было неправильное, моя интуиция тоже бунтовала против его присутствия на «Петрограде». Кстати, Кирилл Владимирович, ты, надеюсь, предусмотрел меры на случай, если «Георгий Победоносец» на кого-то из наших нападет?

— Обижаешь! — усмехнулся тот. — При попытке атаковать любой корабль с нашими позывными оружие отключится. Да и управление искин заблокирует. Думаю, Норин это прекрасно понимает, мужик неглупый.

— Против ухода стажера он не протестовал? — встал полковник.

— Как ни удивительно, слова не сказал, только губы поджал, — отрицательно покачал головой Инголин.

— Ладно, черт с ним, улетел и улетел. У нас сегодня первый экзамен у учеников, насколько я понимаю?

— Не у всех, у половины учеников пилота, астронавигатора и щитовика только.

— Ну и хорошо, — улыбнулся Карл Генрихович. — Давайте, ребятки, покажите, чему научились!

— Есть, товарищ командир! — по-русски ответил Эван, вызвав у многих улыбки и хмыканье самого полковника, который к товарищам ну никак не относился, хотя против них ничего не имел. — Астронавигатор! Расчет курса готов?

— Так точно, готов! — срывающимся от волнения голосом доложила Манха. — Передаю вам на имплант!

— Щитовику быть готовым к поднятию защитных полей класса «А» сразу после выхода из гиперпространства! — скомандовал молодой пилот.

— Есть! — звонко отозвалась Лорина, в который раз покосившись на учителя, тот ободряюще улыбнулся ей.

— Координаты получены! — сообщил Эван. — Прошу разрешение на совершение гиперперехода!

— Разрешаю, — с серьезным видом и смехом в глазах ответил полковник.

— Переход!

Пальцы парня пробежались по сенсорам пульта, имплант выдал цепочку команд. «Петроград» снялся с орбиты ледяной планеты-гиганта, в кольцах которой и строились фрегаты, и начал разгон. Ощущение того, что это он, именно он управляет огромной махиной, буквально пело в душе Эвана. Достигнув нужной скорости, супердредноут запустил гипергенераторы и нырнул в хаотическое многоцветье гиперпространства.

К счастью, прыжок был короткий, всего на десять минут, в находящуюся неподалеку систему Неорад, оттуда поисковики собирались идти к так называемым Зеркальным Вратам, уже не первое столетие не дающим им покоя своим странным видом — гигантское зеркальное полотнище в открытом космосе между системами, при приближении к которому корабль отражался в нем, а подойдя еще ближе, переносился в некое странное пространство, откуда выходил совсем не туда, где был, а в соседнюю звездную систему, возле четвертого спутника девятой планеты, усеянного тысячами самых разнообразных строений. Вот только высадиться туда ни у кого не вышло, после выхода на орбиту корабль мгновенно перемещало обратно в Зеркальные Врата, а затем ко входу к ним. Некоторые хитрецы попытались обойти Врата и полетели в систему, куда те переносили, своим ходом. Вот только в таком случае у девятой планеты обнаруживали только три спутника, четвертого не было и в помине. В конце концов поисковики сделали вывод, что попасть к этому странному спутнику можно только через Врата, поскольку он находится в особом пространстве, куда нет доступа из обычного.

— Внимание экипажу, боевая тревога! — стоило кораблю выйти в реальное пространство и поднять защитные поля, заговорил контролировавший переход Дархон.

На распахнувшейся напротив экипажа голограмме было видно, как десятка три разномастных небольших парусников атакуют уже хорошенько потрепанный галеон. Он еще огрызался, но становилось ясно, что вскоре будет захвачен.

— Это же Лори Сангин! — всплеснул руками Кериан. — Мой друг и почти брат!

Он повернулся и с отчаянной надеждой во взгляде уставился на Карла Генриховича.

— Ну, раз друг и почти брат, то будем выручать, — хмыкнул тот, потом посмотрел на канонира. — Михаил Иванович, твой выход!

— Есть, мой выход! — хохотнул тот, кладя руки на пульт.

По нападавшим словно коса смерти прошлась, превращая их в мелкие обломки и разлетающиеся по космосу тела. Кореец на сей раз действовал гиперорудиями на малой мощности, филигранно точно нацеливая и фокусируя их. Оставшиеся быстро сообразили, что появился противник не их уровня и поспешили удрать, вот только Михаил Иванович им такого позволения не дал и по очереди выбил, словно в тире. Не ушел ни один.

— Преклоняюсь перед мастером! — низко поклонился ему Кериан. — Благодарю!

— Свои люди, сочтемся, — улыбнулся канонир.

Маг кивнул и достал кристалл связи. Довольно долго колдовал над ним, а затем кого-то вызвал. Добиться видеосеанса ему не удалось, пришлось обходиться голосовым.

— Ну привет, старый бродяга! — поприветствовал абонента на той стороне Кериан. — Это как же ты так встрял-то, а?

— От бродяги слышу! — отозвался чей-то бодрый, хрипловатый тенор. — Это ты, что ли, Кериан, на этом здоровенном железном зубиле?

— Я, а то кто же, — подтвердил маг. — Ты разве не слышал о Железном острове? Он в последние месяцы у всех на устах.

— Так меня два года в Миросплетении не было! — объяснил Лори. — Я в поиск ходил, о котором мы с тобой когда-то говорили.

— Нашел что-то интересное? — оживился Кериан.

— Кое-что, но до Замка Древних не добрался, он как маячил на горизонте, так и маячит, невзирая на то, что я к нему год летел. Припасы заканчивались, пришлось возвращаться. И да, благодарю за спасение.

— Ты так и не ответил, как встрял так.

— Да как обычно, — в голосе Лори звучала досада. — Вышел в этой системе, а они уже ждали. Дикарье какое-то местное. Или банда бродячая, мне как-то недосуг было разбираться. А ты чем занят и где твой Вороний остров?

— Остался в системе Орин-Альт, — ответил Кериан.

— Ого, да ты разбогател, что ли, старина? — удивился бродяга.

— Можно сказать и так, — уклончиво ответил маг. — Железный остров моему ученику принадлежит. Он сейчас в школе «Нирван» учится, а мы в дальний поиск отправились. Недавно в Интайской расщелине побывали, причем, не поверишь, внутри! Чуть не погибли, правда. Чудом выкарабкались.

— Вот это да! — в голосе Лори отчетливо слышалась зависть. — И что там?

— Не по связи, — проворчал Кериан. — Вот засядем в моей каюте с бутылочкой хорошего вина, там и расскажу подробно. Я тут, кстати, не один, со мной Лунг Зеленый с командой и Кург, сын Хобта, тоже не один. Как и мои все.

— Вот это компания собралась! А присоединиться к вам можно? Я не с голыми руками, есть информация по паре интересных строений Древних.

— Да я бы и не против, но не от меня тут все зависит. Сейчас спрошу.

Маг вопросительно посмотрел на полковника.

— Человек надежный? — поинтересовался тот.

— Как за себя ручаюсь! — прижал кулаки к груди Кериан.

— Хорошо, но под клятву на жезле. О молчании и непричении вреда, как минимум.

— Хорошо.

Маг сообщил бродяге об условиях, на что тот только фыркнул — в Миросплетении давно все серьезные дела велись под клятву, давшему магическую клятву разумному можно было в определенных пределах доверять.

— Тогда сейчас в боку корабля откроется пятиугольное отверстие, залетай в него и лети к ангару, там тебе покажут, куда посадить галеон. Я сейчас отправляюсь туда, встречу и все объясню. Постарайся ничему не удивляться.

— А есть чему? — хохотнул Лори.

— Есть, — заверил Кериан, не став ничего объяснять, пусть своими глазами увидит, иначе не поверит.

— О, вижу открывающееся отверстие! Ну все, до встречи!

— Скоро буду.

И маг, захватив с собой на всякий случай двух десантников, с одобрения Карла Генриховича, отправился в восьмой ангар.

Глава VII

Артем удивленно смотрел на улыбающегося Лунга III и неспешно размышлял. Странное предложение. Для чего это нужно королю? Что он выигрывает от брака старшей дочери со Странником? Или с аватаром Судии?

— Зачем? — хмуро спросил землянин. — Зачем это вам и зачем это мне? Я ведь здесь временно, я ведь так — мимо проходящий, мне интересна только учеба. И меня дико раздражает, что приходится от нее отвлекаться из-за…

— Копошения червей в навозе, — любезно закончил за него король, как-то странно улыбаясь. — Поверьте, я разделяю ваши взгляды на политические игры аристократов, будь они трижды неладны. Вы с ними знакомы меньше года, а я всю жизнь. Вы не представляете, как они мне своим копошением надоели!

— Почему же, вполне могу представить, — тоже улыбнулся Артем. — Но вы не ответили на вопрос.

— Мне это нужно для того, чтобы вывести Аллири из-под удара, — со вздохом признался Лунг III, понявший, что с этим молодым человеком лучше быть откровенным, он не оценит и не поймет привычных в аристократической среде словесных кружев. — После того, как вы ликвидировали фанатиков, при дворе начались очень нехорошие шевеления, слишком многие богатые и знатные были заинтересованы в их победе, слишком многие амбициозные планы оказались разрушены. Мне это дает возможность добраться до тех, кто в ином случае сидел бы в углу и гадил исподтишка. Но для дочери это опасно. Всем известно, что она единственная из моих детей, кого я ценю. Все остальные бесполезные прожигатели жизни, пустышки. Аллири — не такая. Девочка очень умна, в свои двадцать два года уже мастер по трем дисциплинам, но сдавала экзамены тайно, поэтому об этом мало кому известно. Ее считают обычным синим чулком, книжным ребенком, не вылезающим из библиотеки. Хотя Аллири та еще интриганка. Ну, это она так думает, а на самом деле придворные монстры сожрут ее без масла и сахара, если вздумает действовать открыто.

Король вздохнул и продолжил:

— Понимаете, ей в Таланге просто тесно, она из тех, кто как вы сам, стремится заглянуть за горизонт. И лучшей судьбы для нее, чем войти в клан Странника на правах одной из жен, ни я ни, ни она сама не видим. Притом Странника, уже имеющего свой домен — мои люди успели заметить в вашей ауре знак основы домена, прежде чем вы его скрыли. Именно после этого я и задумался о возможном браке между вами и Аллири.

— Дело в том, что я не признаю отношений — один мужчина, одна женщина, я такое просто не понимаю, одной женщины мне всегда будет мало, — тяжело вздохнул Артем. — Мне просто неинтересно с одной. Да, возможна любовь, но она не имеет никакого отношения к сексу. Поэтому стандартный брак для меня, мягко говоря, неприемлем.

— Одна женщина? — король смотрел на него круглыми глазами, явно ничего не понимая, потом до него дошло, и его величество прыснул. — Простите, лорд Д`Арнье, не сдержался. Для нас то, что вы говорите, невозможно по определению. Вы ведь уже успели убедиться, что такое талангские аристократки перед визитом ко мне. Тем более, что жен у такого, как вы, скорее всего будут сотни, если не тысячи, не говоря уже о любовницах. У вас и сейчас уже вполне себе неплохой гарем подобрался, насколько мне известно. Аллири всего лишь претендует на место в нем для себя и своих подруг, но ни в коем случае не на высшее. Куда ей до темноэльфийской матроны, та, если моя девочка полезет, куда не следует, ее в бараний рог свернет, и Аллири это прекрасно понимает. А о ее взглядах в этом вопросе… Сразу скажу, что она не девочка, далеко не девочка, и любовников имела много. Все остальное вы сможете обсудить лично.

— Ну хорошо, с вашими мотивами приблизительно ясно, — сцепил руки в замок под подбородком юноша. — Вопрос в другом: зачем это мне?

— Во-первых, очень многие из собравшихся тем или иным образом втянуть вас в свои интриги аристократы отступятся, узнав, что вы стали моим зятем, это сэкономит вам немало времени и усилий, — начал перечислять Лунг III. — Во-вторых, Аллири сможет превентивно свести на нет многие возможные неприятности для вашего клана в Таланге. При помощи любых служб королевства, им будут отданы соответствующие приказы. А вам ведь здесь еще не один год жить, прежде чем завершите обучение. В-третьих — безусловная поддержка любых ваших начинаний короной. В четвертых — приданое Аллары.

— Ну уж последнее меня точно не интересует, — хмыкнул Артем.

— А зря, — тонко усмехнулся король. — Это остров, очень большой остров, намного выше уровнем, чем известный вам Черный, на нем можно без особых проблем расселить до десяти миллионов разумных. Полностью благоустроенный, курортного типа, имеющий все, что нужно для комфортной жизни. Населен пока только небольшой группой крестьян, выращивающих там свежие овощи и фрукты для королевского стола и на продажу аристократам. А вам ведь понадобятся новые страницы домена, насколько мне известно. Ну и еще одно впридачу. Доступ в секретные хранилища артефактов, собираемых короной в течение двух тысяч лет. Там много чего есть. Все, что выберете, сможете забрать.

Землянин некоторое время размышлял, а потом вдруг с удивлением поймал себя на мысли, что ничего не имеет против. Вопрос только какова сама девушка. Если поймет и признает свое место, как одной из женщин клана, пусть даже жены его главы, но при этом далеко не первой, то и ладно. Первой ей все равно не стать, как бы ни старалась. Внешность особого значения не имеет, на то имеются медкапсулы Эрх-Ар, которые из любой дурнушки за два-три дня писаную красавицу сделают.

Вспомнив вопрос, который он хотел прояснить перед визитом, Артем рискнул спросить:

— Скажите, а что такое с вашими женщинами? Я имею в виду аристократок. Они буквально свихнулись на любовных утехах. Причем с этим я столкнулся только во дворце, в городе даже аристократки ведут себя намного приличнее, не говоря уже о мещанках, служанках, крестьянках и прочих. Те уж точно не бросаются на любого мужчину. Это, знаете, как-то неестественно…

— Заметили? — усмехнулся Лунг III. — Ну да, вы бы, да не заметили… Что ж, вы правы, это действительно неестественно, это наведенный на женщин двора морок, предки еще при моем прадеде постарались, уж больно им надоели бесконечные интриги скучающих дам. Вот и решили, что пусть лучше эти интриги будут направлены на поиск новых любовников и забав определенного рода, чем на политику. Вы не представляете себе, что такое озабоченная политикой законченная стерва и интриганка, причем очень красивая и умеющая свою красоту использовать, чтобы играть мужчинами. Сколько такая способна вреда принести — слов нет! Прадед принял такое решение после того, как шесть аристократок едва страну в клочья не изорвали своими погаными интригами. Их-то он казнил, отдав полку солдат на потеху, но заваренную ими кашу пришлось расхлебывать в течение двух поколений. И то не до конца расхлебали, даже сейчас кое-какие отголоски всплывают. Так что пусть лучше трахаются со всеми и каждым, чем лезут, куда их не просят.

Он употребил не «трахаются», а куда более грубое слово, на что землянин только усмехнулся — по сравнению с русским талангский и общий языки были очень бедны на ругательства.

— А как тогда быть с наследниками? — поинтересовался он.

— Элементарно, — заверил король. — На каждую девочку королевства в детстве, при первом же посещении целителя или хотя бы квартального смотрителя в бедных районах, накладывается особое плетение, которое не позволяет ей забеременеть, пока не будет использовано контрзаклятие, в условиях которого четко указано, от кого именно она должна забеременеть. И ни от кого другого сделать этого не получится. Так что все предусмотрено.

— А такого понятия, как ревность, в Таланге нет?

— Знаете, почти нет. Ревнивцев перебили в первые сто лет, теперь если кто-то и ревнует, то предпочитает держать свою ревность при себе. Ну а вызовет кого-то на поединок? Ну тут уж как повезет. Почему-то ревнивцы почти никогда не побеждают в поединках, да и чаще всего ничего из себя не представляют. Пустые, ничтожные, самовлюбленные людишки, которых совсем не жаль. Поэтому теперь, если муж приходит домой и обнаруживает в спальне жену, развлекающуюся в компании нескольких молодых людей, то не удивляется и не скандалит, а присоединяется к ним, позвав еще какую-нибудь женщину, хотя бы и шлюху по вызову. Или нескольких. Впрочем, одна жена — это почти невозможно в наше время. Бывает, но очень уж редко.

— Мда… — только и сказал Артем, такого откровенного цинизма он все-таки не ждал. — Ладно, оставим этот вопрос. В общем, я склонен согласиться на ваше предложение, ваше величество, но вначале хотелось бы познакомиться с самой девушкой.

— Позвать ее? — оживился Лунг III.

— Не сейчас, — покачал головой землянин. — Но после нашей встречи хотелось бы поговорить с ней наедине.

— Наедине не получится, — отрицательно покачал головой король. — С ней всегда три ее подруги-телохранительницы, она с ними даже любовников делит, думаю, и в семейную постель их пригласит.

— Это не страшно, — усмехнулся Артем, которого такое только порадовало. — Но подруги — под жесткую клятву на жезле.

— Хорошо, — согласился Лунг III.

— Но это ведь не все, что вы хотели обсудить, когда приглашали меня?

— Не все, далеко не все.

Король встал, прошелся по кабинету, немного постоял у окна, затем налил в бокал вина, предложив того же юноше. Тот кивнул, соглашаясь, но незаметно проверил налитое в его бокал на подчиняющие зелья и яды. Ничего не нашлось, поэтому он осторожно отпил, покатал вино на языке, дополнительно проверяя его через имплант и пробуя букет, после чего проглотил. Вино было великолепным, ну да ничего удивительного, на королевский стол другого не подадут.

— Я не знаю уж как назвать то, что судьба привела вас в Таланг, бедой или чудом, — заговорил, наконец, его величество. — Я прекрасно понимаю, что вам все наши проблемы безразличны, однако вы окунулись в них с головой без собственного на то желания. Особенно важно то, что только вы способны справиться с Призраками. Так сказал Безумный Бард, а им можно доверять. Один только вопрос: вы собираетесь это делать?

— Да, собираюсь, — отставил бокал Артем. — Мне очень многое не нравится в Миросплетении, но позволять уничтожать его каким-то непонятным тварям я не намерен. Тем более, что я способен это остановить. Проблема в том, что я не имею понятия, что и как нужно для этого делать. Понимаете? Я, конечно, Странник, Авари, аватар Судии, глава клана, капитан боевого корабля и прочее, прочее, прочее, но на самом деле мне всего восемнадцать лет, я почти ничего не знаю и еще меньше умею. И честно это признаю, было бы глупостью строить из себя что-то, не имея на то оснований. Авари я скорее в потенциале, чем в реальности. Так что я буду рад союзу с вами, в предстоящей большой драке мне понадобится любая помощь. Это, если честно, и есть основная причина того, что я согласился на брак с вашей дочерью.

— Ясно, — задумчиво посмотрел на него Лунг III, явно не ждавший такой откровенности. — Мы что-то в этом роде и предполагали, благодарю, что не стали скрывать свою неопытность. Мы постараемся помочь всем, чем сможем. По той простой причине, что нам жить хочется, а Бард четко сказал, что без вас распад не остановить. Я, как видите, тоже не скрываю того, что вы мне интересны только потому, что нужны.

— Спасибо, — кивнул юноша. — Я это и так знал, но прямое признание очень ценно. Не люблю, когда на чисто утилитарную подоплеку накручивают море красивых слов, ни одно из которых не является правдой. Если уж мы с вами становимся родственниками и союзниками, пусть только в этом конкретном деле, то предлагаю быть хотя бы относительно откровенными друг с другом. Иначе можно совершить множество ошибок и проиграть. Насколько мне известно, часто лгут из благих побуждений, не понимая, что это ложь приведет куда угодно, но только не к победе. А скорее всего — в пропасть.

— Я полагаю, что атака фанатиков на вас была спровоцирована Призраками, — заметил король, снова налив себе и гостю вина. — Уж слишком она была неожиданной. Призраки, похоже, крайне обозлены на вас за срыв жертвоприношения и перехват демонического клана. Им демоны были для чего-то очень нужны. И мне жаль, что мы не выяснили для чего именно. Они явно собираются устроить какую-то большую провокацию. Аньехи говорил вам, что готовится крупный бунт?

— Да, — подтвердил Артем. — Но разве после того, как Безумный Бард отсек Призракам возможность прямого зомбирования, это не прекратилось?

— Поначалу прекратилось, — тяжело вздохнул Лунг III, — многие группы бунтовщиков разбежались. Но прошло всего несколько дней, и больше половины их снова собралось вместе. Пусть не полностью, но все-таки. Призраки каким-то образом вернули себе контроль над ними, причем воздействие шло не от них, а от кого-то непонятного, так что предъявить им нечего, даже если мы найдем того, кто способен предъявить претензии. Наши маги сейчас землю роют в попытках понять, что именно произошло и кто в этом виноват. Боюсь, что остановить бунт получится только ценой большой крови…

— Есть способ, — вспомнил кое-какие земные книги юноша. — Правда, очень жестокий. Вас это не смутит?

— Не смутит, — криво усмехнулся король.

— Вы ведь знаете всех основных фигурантов таких групп?

— Естественно.

— А почему тогда они все еще на свободе и вообще живы?

— Но они же ни в чем не виноваты… Их зомбировали…

— Вы так уверены? — прищурился Артем. — Зря. Я бы на вашем месте приказал ликвидировать, как минимум, руководителей групп и их помощников, это сорвет планы врага. Обычные заговорщики может и зомбированы, а вот руководители, скорее всего, добровольно сотрудничают с Призраками. Кто-то из жадности, кто-то из честолюбия, кто-то еще по какой-то причине. Они все из так называемых вечно недовольных, которым претит любая власть. Я еще дома с такими сталкивался, хорошо знаю их проклятую породу. У нас большая их часть относилась к так называемым либералам, ратующим за свободу творить любые гнусности и не нести за это ответственность. Они, например, требовали узаконить сексуальное насилие над детьми. Смогли навязать узаконивание однополых отношений, и по всем крупным городам мира шли огромные демонстрации извращенцев. Так что не советую давать им воли хоть в чем-то, или у вас тоже дойдет до такой мерзости.

— Святые боги! — глаза Лунга III полезли из орбит. — А что же ваши правители? Как они это допустили?!

— Кто-то, действующий исподтишка, привел к власти в большинстве стран мира своих марионеток, а тех, которые не поддались этому, предали шельмованию. Это долгая и невеселая история. Поскольку мы вскоре станем родственниками, то я как-нибудь расскажу вам подробно и даже покажу иллюзии.

— Благодарю. Что ж, раз дела обстоят таким образом, то я сегодня же отдам приказ, чтобы все любители «свободы» тихо исчезли. Как и руководители групп бунтовщиков.

— Правильно! — кивнул юноша. — А за группами нужно пристально наблюдать, введя в каждую своих людей, и как только в любой из них появится очередной пассионарий, вокруг которого начнет кристаллизоваться новая структура, без промедления убирать его. В итоге при применении такой политики протестные группы за полгода-год распадаются сами собой.

— Пассионарий? — не понял король.

Артем незаметно улыбнулся и коротко ознакомил Лунга III с теорией пассионарности Льва Гумилева. Тот внимательно выслушал, затем коротко выругался и сказал, что эта теория очень многое объясняет, жаль, что о ней в Таланге раньше не знали.

— Главное, не допускать к властным постам субпассионариев, они все, к чему прикасаются, губят, лишь бы собственные карманы набить, — посоветовал юноша. — Причем даже в том случае, если это грозит гибелью им лично. Они просто не способны далеко заглядывать. Точнее, не желают этого делать.

— А у вас нет книги по этой теории? — поинтересовался король.

— Найдется, — кивнул Артем, которому действительно нетрудно было добыть из своей памяти все, что он когда-либо читал, в том числе и книгу Гумилева. — Но она на моем родном языке. Не беспокойтесь, обучить вас ему при помощи языковой маски нетрудно.

— Так это ваше заклинание?

— Мое.

— Да уж, озадачили вы меня… — устало потер виски Лунг III. — Мне надо осмыслить все это. Вы не против сейчас встретиться с Аллири? Сразу хочу предупредить, что она настоит на… э-э-э…

— Ничего страшного, — заверил Артем, который после развлечений с аристократками успел прийти в себя и снова был готов к «подвигам» в этом плане. Это несколько удивляло, похоже, фактор, который заставлял женщин вести себя во дворце подобно обезумевшим шлюхам, действовал и на мужчин.

Его величество некоторое время смотрел на него, затем задумчиво хмыкнул, попрощался и покинул кабинет, уйдя во внутреннюю часть покоев. Через несколько минут из той же двери выскользнула женская фигурка. Черные волосы, слегка грубоватые черты лица, узкие губы, ведьмовские зеленые глаза, совершенно спокойные и несколько ироничные. Фигуру скрывало пышное платье. За принцессой следовали три другие девушки в полупрозрачных одеяниях, и вот от их фигур захватывало дух. Тонкие талии, идеальной формы широкие бедра, кубики пресса на открытом животе, лица скрыты вуалями, только глаза поблескивают. При виде того, как двигались эти три фурии, становилось ясно, что они бойцы не из последних, перетекали с места на место, как дикие кошки.

— Ваше высочество! — поприветствовал принцессу Артем. — Желаю здравствовать.

— Лорд Дар! — присела в реверансе она. — И вам того же.

Аллири подошла совсем близко, встала вплотную к юноше и заглянула ему в глаза. Он не отвел взгляда, демонстрируя спокойствие и уверенность в себе, на что девушка удовлетворенно кивнула.

— Вы слышали мой разговор с вашим отцом, — Артем не спрашивал, он утверждал.

— Слышала, — кивнула Аллири.

— И что вы по этому поводу думаете?

— Мы с его величеством все заранее обсудили. Я согласна со всем, что он озвучил.

— Хорошо, — пристально посмотрел на нее юноша. — Но вы понимаете, что будете не единственно женой, а всего лишь одной из?

— Конечно, понимаю, и не претендую на большее, — криво усмехнулась принцесса. — Я, простите, не настолько глупа, чтобы пытаться стать единственной для Странника, тем более линии Авари. А с вашим гаремом я общий язык найду, никогда не была особо надменной. Один только вопрос. Я должна буду соблюдать вам верность?

— Ни в коем разе, — покачал гововой Артем. — Раз я не могу обеспечить вам удовлетворение тогда, когда вы захотите, то не имею права и требовать верности. А главное, не считаю нужным требовать ее, никогда не понимал собственнического отношения к человеку. Любовь — любовью, а секс — сексом.

— Очень хорошо, — задумчиво произнесла Аллири.

— Но ребенок должен быть только от меня!

— Естественно. Отец говорил вам, что этот вопрос в Таланге решен.

Немного помолчав, девушка заговорили о другом:

— Я всегда мечтала повидать дальние миры и острова, но при моем положении… — она тяжело вздохнула. — Приходилось сидеть во дворце… Знали бы вы, как он мне надоел!

— Я — Странник! — улыбнулся Артем. — Бродяга по определению. Я всегда буду идти вперед. Прямо сейчас мой корабль в дальнем поиске, летит к знаменитым Зеркальным Вратам. Если захотите, перенесу вас туда, посмотрите, что такое большой звездный корабль, основа домена. Но с условием клятвы о неразглашении и от вас, и от ваших подруг.

— Не проблема! — переглянулась с охранницами Аллири. — И лучше прямо сейчас.

Землянин не стал медлить и достал жезл Древних. Девушки дали клятву, продиктованную им, полюбовались на кольца света, охватившие их руки после ее принятия, после чего как-то странно посмотрели на юношу.

— А почему вы не взяли клятву с девиц, с которыми развлекались до визита к отцу? — поинтересовалась принцесса. — Они такого понарассказывали, что уши вянут, по дворцу дикие слухи пошли…

— А что такого они могут рассказать? — удивился Артем. — Ну да, я постарался, чтобы девушки тоже получили удовольствие. И всего-то.

— Выходит то, что вы их удовлетворяли не только обычным способом, но и пальцами с языком, правда? — уточнила Аллири.

— Да, а что тут такого? — растерялся землянин. — У нас дома это было самым обычным делом. Я всегда старался думать прежде всего о партнерше, не хотел становиться скотом, только получающим свое и ничего не дающим взамен.

— Какой интересный у вас мир… — заметила принцесса, опять переглянувшись с охранницами. — Но дело в том, что у нас такое отношение непривычно, и восторженные рассказы дам о ваших действиях породили волну слухов. Причем, на правду наложилась масса выдумок, порой самых невероятных. Сейчас весь двор уверен, что вы страшный извращенец, способный на любую гадость, даже самую непредставимую. Так что совсем скоро дамы с извращенной фантазией начнут предлагать вам… всякое. А таких здесь хватает.

— Вот черт! — выругался Артем. — Значит, надо будет пореже появляться во дворце. Со временем слухи забудутся.

— Не получится, — с какой-то странной, слегка загадочной улыбкой заверила его Аллири. — Завтра отец объявит о нашей помолвке. Вам придется участвовать в подготовке к свадьбе. Наши дамы, даю вам гарантию, этим обязательно воспользуются и зажмут вас в первом же углу. А отказывать дамам не принято…

Юноша поежился — хотелось бы, чтобы это было всего лишь не принято. К сожалению, он физически не способен отказывать женщинам из-за дурацкой клятвы. Как хорошо, что во дворце о ней не знают! Иначе стало бы совсем невесело. Ладно, впрочем, неважно. Хотел раньше, чтобы женщины вот так чуть ли не насиловали, кидались на него? Хотел. Даже мечтал иногда. А мечты имеют свойство иногда сбываться. Вот только радости это чаще всего уже не приносит. Не зря говорят: «Бойся своих желаний, они могут исполниться». Но делать нечего, придется соответствовать репутации. Хотя все равно придется по возможности избегать местных дам, не то ни что другое, кроме постельных утех, не останется времени. Они, конечно, приятны, но и только. Есть множество куда более важных и нужных дел, которые никто за него не сделает.

Пока Артем размышлял, Аллири успела задрать свое пышное платье и усесться на отцовский стол, широко расставив ноги. Он слегка ошалело уставился на нее, такого быстрого развития событий юноша все же не ожидал.

— Ну что же вы медлите, дорогой мой жених?.. — голос принцессы звучал слегка хрипловато, она с томным видом слизала выступившие на верхней губе капельки пота. — Ваша невеста жаждет испытать все, что вы показали другим дамам… Ну же…

Три ее подруги-охранницы тихо хихикали в кулачки, им устроенное королевской дочерью представление страшно нравилось. Артем неслышно выругался. Его будущая жена, похоже, та еще стерва. Но ничего, она зря думает, что он это забудет. В такие игры ведь можно играть и вдвоем…

Глава VIII

Новость о королевском предложении и согласии на него Артема произвела в Доме Призраков фурор. Рукоед танцевал, рукоплескал и счастливо орал, что он все же добился своего, и сюзерен наконец-то взялся за ум. Остальные, по здравому размышлению, тоже согласились, что Странник поступил правильно. А вот сам он послал всех лесом и ушел отсыпаться — принцесса при помощи подруг-охранниц вымотала его настолько, что сил дышать не осталось. Причем, когда поняла, что сама устает, позвала еще нескольких девушек, явно задавшись целью выяснить пределы выносливости жениха.

Проснувшись, Артем выяснил, что проспал целых двенадцать часов, и следовало поспешить в школу, если не хочет получить выволочку от наставников. Особенно это будет неприятно отхватить от маркиза Ишанти — тот, как всегда, использует для вразумления нерадивого ученика свой резной посох. А это, знаете ли, больно! Поэтому юноша поспешно вскочил и, отмахиваясь от домочадцев, стремящихся что-то уточнить по поводу вчерашнего, ринулся умываться, а потом на кухню, перехватить по-быстрому что-нибудь. Там к этой манере сюзерена уже немного попривыкли, хотя поначалу она вызвала у поварихи с помощницами буквально оторопь, и держали для него в уголке столик. А Артему нравилась кухонная атмосфера, к тому же завтракать в огромной столовой во главе стола на двести человек он терпеть не мог, ощущая себя там пигмеем.

Проглотив несколько только что испеченных пирожков с разными начинками, юноша залпом выпил кофе и понесся в школу. Охрана следовала за ним, как и Варис, недавно вышедший из медкапсулы после изучения диверсионных пакетов данных и недовольно бурчащий, что столько всего важного пропустил, в компании с Путником, мысленно выговаривавшим глупому котенку за безалаберность. В общем, привычный информационный шум, на который Артем давно не обращал особого внимания.

Он успел на урок в последний момент, маркиз Ишанти уже подходил к площадке, где собралась младшая подгруппа восьмой группы. Наставник насмешливо посмотрел на успевшего добежать ученика, после чего поздоровался и принялся с энтузиазмом гонять студиозусов. Артема, понятно, втрое от остальных. Однако даже посох преподавателя и урок не сдерживали любопытных взглядов студиозусов, особенно женского пола. Ведь слухи о предстоящей помолвке лорда Дара с королевской дочерью уже вовсю гуляли по столице, и буквально все ломали головы с какой это стати непонятному варвару оказывают такую честь. Кроме высших вельмож королевства, те прекрасно все понимали и помалкивали, не желая нарваться на гнев своего монарха, который добротой и всепрощением никогда не отличался. И слишком длинные языки укорачивал очень быстро. Причем довольно часто на голову.

В какой-то момент до Артема вдруг дошло, что хочет донести до него наставник, почему заставляет повторять одни и те же движения десятки раз, но после каждого повторения только морщится и бурчит себе под нос что-то о ластоногих калеках, двигающихся, как толстая баба на сносях. Это произошло внезапно, тело словно повело в сторону, оно изогнулось, поймало волну, и выполнило форму почти без огрехов. Мало того, юноша каким-то образом понял почему вот здесь нужно двигаться так, а вот здесь — иначе. Он просто чувствовал, что правильно, а что — нет!

— Ну наконец-то! — хлопнул себя ладонью по боку маркиз Ишанти. — Я уж и надеяться перестал, что тебя прорвет. Молодец! Запомни это ощущение правильности и работай с ним дальше. Все формы без оружия прокрути, каждую попытайся понять и прочувствовать в новом виде. За оружие пока не берись, там есть свои тонкости.

— Как скажете, наставник, — слегка поклонился Артем. — Можно вопрос?

— Да.

— Я не могу понять откуда взялось ощущение правильности движений, о котором вы говорите… Вы не подскажете?

— Этого никто не знает, — с довольной улыбкой ответил мэтр Гэдзи. — Но оно однажды возникает у каждого, кто всерьез занимается боевыми искусствами. И пока оно не возникло — мастером не стать. Ты можешь заучить в совершенстве тысячи форм, наработать скорость, удары руками и ногами, но без ощущения правильности не сможешь свести все выученное в единый комплекс, подходящий конкретно для тебя, а не для кого-то другого. Именно поэтому движения мастеров одной школы всегда хоть немного, но отличаются. Понял?

— Да, наставник.

— Тогда работай, а я займусь пока этими лентяями.

Студиозусы застонали, они было обрадовались, что маркиз Ишанти отвлекся на личного ученика, и решили, что их сегодня трогать больше не будут. Но преподаватель разочаровал их и принялся гонять с удвоенной силой, не делая скидок даже девушкам. Впрочем, небогатые аристократки протестовать не смели и покорно выполняли все упражнения, хоть и постанывали, затравленно поглядывая на толстую палку с руках маркиза. Синтия Морано даже огребла ею пониже спины, ощущения были неописуемыми, и снова испытывать их баронесса желания не имела, поэтому старалась изо всех сил.

Когда урок наконец-то закончился, студиозусы облегченно выдохнули. Мэтр Гэдзи отпустил всех, кроме Артема. А его отвел в сторонку и велел прийти после занятий, поскольку момент прорыва нельзя упускать, его обязательно нужно закрепить. Юноша уныло согласился и поспешил удалиться, испытывая нестерпимое желание залезть под душ. Хоть подаренный императором Таоры комбинезон и очищал тело, но ощущение грязной, потной кожи никуда не делось, хотелось избавиться от него, но возможности до возвращения домой не было. Хотя стоп, есть выход! И Артем через имплант скомандовал комбинезону произвести полную очистку тела — совершенно забыл о такой функции, как очистка по приказу. По коже словно ветерок пробежал, от комбинезона повеяло легким приятным запахом и возникло ощущение свежести. Да уж, ценную вещь подарил ему Ашен III.

Оглянувшись, Артем не заметил поблизости девушек и облегченно вздохнул. Слухи, если судить по заинтересованным взглядам согруппниц, успели докатиться до школы. Поэтому придется теперь ходить с оглядкой, чтобы озабоченные девицы не перехватили. Хотя все равно кто-то, да перехватил., Впрочем, ничего страшного в этом нет, развлечется по-быстрому. В последнее время сексуальное желание не давало Артему покоя очень часто. Причем это была явно не юношеская гиперсексуальность, о которой он читал еще дома, раньше такого безумия не было. Причем хочется чаще всего нестандартных вещей, не принятых в Таланге. Интересно, почему это? Может быстрое развитие обычного и энергетического тела провоцирует эти желания? Непонятно. Но почему тогда чуть ли не до жжения в горле и трясущихся рук хочется целовать женщин в самые неподходящие места? Не обычного секса, как раньше, а всякого странного. С кем бы проконсультироваться по этому вопросу? Пожалуй, только с Инарой — с ее-то опытом дроу должна знать ответ. Да и с Иллениэль стоит посоветоваться, она, конечно, посмеется и потребует всех этих нестандартных вещей на практике, так он с удовольствием. С такой-то красавицей. Зато, может быть, объяснит, что это такое и откуда взялось. Ему учиться надо, а не тратить все время на удовольствия!

— Лорд Дар, простите! — заставил Артема остановиться чей-то ломкий басок. Позвольте обратиться к вам по очень важному вопросу…

Землянин повернулся влево — там стоял, ломая пальцы от волнения, один из учеников его группы, Синхо Таорви, молодой барон Нимедо, из бывшей команды Илены Кивано. Кудрявый здоровяк, ростом почти не уступающий Карлу Генриховичу, пока еще гибкий, но вскоре обещающий заматереть и стать подобием вставшего на дыбы медведя. Он держал руки открытыми перед собой, сообщая тем самым, что не собирается нападать и имеет мирные намерения.

— Обращайтесь, барон, — холодно сказал Артем. — Только очень прошу побыстрее, до следующего урока осталось всего двадцать минут.

— Я по поводу Илены Кивано, — зачастил здоровяк. — Нет ли какой-нибудь возможности освободить ее?..

— Я такой не знаю, — скривился землянин, которому эта стерва была совершенно не интересна. — А вам это зачем?

— Я ее люблю! — выдохнул барон. — Думал вызвать вас на поединок, поставив условием освобождение Илены, но на этом уроке понял, что вы убьете меня без особых проблем, особенно после сегодняшнего прорыва. Я этого прорыва добиваюсь уже который год, но так и не смог добиться, а вас у почти сразу получилось…

— Любите… — повторил Артем. — Сочувствую…

Да, любовь зла, полюбишь и такую тварь, как Илена Кивано. Она же бедному парню на голову сядет и станет вертеть им, как сама захочет, а он, как телок на веревочке, пойдет туда, куда она его поведет. Но и иметь эту гнусь в своем доме юноша не хотел. Можно было бы отдать ее барону, но так, чтобы обезопасить и себя, и его. А как это сделать? Есть, пожалуй, способ.

— Я готов подарить вам мою рабыню Илену с условием, что и вы, и она дадите на жезле Древних клятву непричинения мне вреда когда-либо и как-либо. Правда, проблема в том, что вы никогда не сможете отпустить эту рабыню на свободу — согласно постановлению королевского суда, она приговорена к пожизненному рабству, и должна остаться рабыней до самой смерти. Поэтому она также даст клятву никогда не пытаться вертеть вами, настаивать на своем, а будет покорно выполнять все ваши приказы и вести себя, как положено примерной рабыне. Иначе сработает клятва, и Илена получит наказание острой болью.

— Без этого никак нельзя обойтись? — убито спросил здоровяк.

— Нет! — отрезал Артем. — Я абсолютно не доверяю этой даме, вам прекрасно известен ее нрав, если дать ей хоть малейшую возможность, она и вас под себя подомнет, после чего сотворит такое, что вовек не расхлебать. В своем положении она виновата только сама. На использование запретного зелья она пошла из самой обычной спеси. Я ей ничего плохого не сделал, всего лишь не обращал внимания. Но после случившегося ясно, что Илена Кивано способна сотворить любую мерзость, пойти на любое преступление. Мне жаль вас, барон, любовь — это серьезно. Но вот объект для своей любви вы избрали, по моему мнению, неподходящий. Хотя это не мое дело. Как я уже говорил, я готов безвозмездно отдать вам рабыню при исполнении озвученных условий.

Немного подумав, Синхо Таорви кивнул.

— Вот и хорошо, — констатировал землянин. — В таком случае подойдите к моему особняку часам к восьми-девяти вечера. Если я буду уже дома, то мы с вами без задержек решим вопрос с рабыней. Честно вам скажу, буду очень рад от нее избавиться. Я согласился ее взять, только чтобы избавить от казни, пожалел.

— Благодарю за то, что пожалели! — прижал кулаки к груди барон.

— Хорошо, идемте. Что у нас следующим уроком?

— Первый урок магии Ярости в шестой аудитории пятого корпуса. Преподаватель, архимагистр Хрыг Рваное Ухо, только вчера вечером прибыл из Большой Степи, он красный орк.

— Большой Степи? — переспросил Артем. — Это где? Или что?

— Планета в восемнадцати переходах от нас, система Антагн, — ответил Синхо. Большая, втрое больше по площади, чем Таланг, но очень легкая, на ней, кроме степей и пустынь, ничего нет, ни гор, ни морей, только сотни тысяч рек и озер. Там даже металлы только завозные, нет их на доступной глубине. По степям кочуют гигантские стада самых разных прирученных животных, от лошаков до молочных абхов. В основном в Великой Степи живут племенные союзы красных, зеленых и даже черных орков. Есть и человеческие племена, да и смесков хватает, плюс нордины, они рыбу ловят, поскольку с жабрами.

— Спасибо за информацию, — поблагодарил землянин, подивившись про себя насколько же многообразно Миросплетение.

— Не за что, — хмуро сказал барон.

Они вдвоем двинулись к пятому корпусу, и Артем про себя порадовался этому, поскольку тот тут, то там видел жадно смотрящие на него стайки девиц, в основном, со старших курсов. Похоже они, наслушавшись сплетен, собирались перехватить его во дворе с весьма определенной целью. Но при бароне подходить не рискнули. Все равно перехватят позже, это понятно, но не страшно, юноша ничего против не имел. Вот тех чернявых, смуглых и весьма фигуристых девушек со странными вытянутыми зелеными глазами хотя бы взять. Не отказался бы с ними покувыркаться.

В аудиторию они вошли вовремя. Едва успели рассесться по местам, как дверь распахнулась, как от пинка, и внутрь влетел высокий, мускулистый орк в кожаном костюме пастуха. Он хлестанул студиозусов взглядом маленьких алых глазок и натужно проревел:

— Восьмая группа?! Молодняк?!

— Так точно, господин преподаватель! — встал по стойке смирно Артем, подсознательно ощутив, что именно так и нужно поступить.

— Служил? — сразу подобрел Хрыг.

— Никак нет, — отозвался юноша. — Наставник гонял, он полковник сил спецназначения, служит больше девяноста лет.

— Достойно! — покивал орк. — Это ты, что ли, ученик Ишанти-ублюдка?

— Я.

— Эт хорошо. Знать, и я тебя погоняю, пригодится.

Затем оскалил клыки, показал на тихо стоящего у дверей Вариса, которого никто, кроме него и Артема не видел, и велел:

— А ты, черный хмырь, либо сядь где-то, либо за дверью жди, нечего мне тут торчать, как соляной столб. Не то по башке надаю. Ты знаешь, что я могу.

— Да знаю уж, — вздохнул дроу, сделавшись видимым остальным, до них только сейчас дошло, что мастер тайных дуновений сопровождал лорда Дара везде и всюду. — Я подожду. Ты-то, красный утырок, как в учителя угодил? Вот уж не думал, что ты любишь с неумехами возиться…

— Не люблю, — скривился Хрыг. — Авигдор, скотина эдакая, на слове поймал, а он тута ректором, вот и пришлось. Хорошо я влип, еще лет двадцать отработать придется. А вот как ты в личные вассалы угодил, а? Да еще и к человеку!

— Матроны отловили меня после той нашей эскапады, — скривился Варис. — В рабство продали. Он купил и на свободу отпустил. Только я заметил, что он не просто человек, а сосуд духа для того, с кем мы сталкивались. Понял, утырок?

— Ох ты ж! — даже отступил на шаг орк. — Тут бы и я клятву принес. И как? Толковый малый?

— Молодой еще слишком, наивный, как дитя малое, — недовольно покосился на сюзерена дроу. — Вечно с бабами в истории влипает. Вчера, представляешь, запудрили ему мозги и женили на дочке местного короля, которая ему и на хрен не сдалась, а меня рядом не было, я бы отговорил…

— Еще не женили! — возмутился такому наглому обсуждению его личности Артем. — Даже помолвки пока не было.

— Но будет?

— Будет…

— Вот и я говорю, влип, — укоризненно покачал головой Варис.

Хрыг слушал их перепалку, довольно скаля клыки. Похоже, орк с дроу были старыми приятелями, немало вместе прошедшими, а теперь неожиданно встретившимися. Юноша заподозрил, что архимагистр Ярости вскоре вполне может оказаться в его клане. В общем-то, он ничего против не имел, но надо было сначала понять, чего стоит этот разумный и на что способен.

— Знать, сосуд духа? — пристально посмотрел на землянина орк. — Судии, да?

— Его, — тяжело вздохнул Артем, осознавая, что вскоре об этом факте будет знать весь Таланг.

— Тогда у меня для тебя дар от нашего Круга Вещуний, — сообщил Хрыг. — Навязали, сказали, чтоб сосуду духа того, кто справедлив, передал. Я отбрыкивался, как мог, не верил, что в первый день тута тебя встречу. Забирай их. После урока позову, твои они, хоть жарь их и ешь. Коли не возьмешь, я их зарежу.

— Кого? — не понял Артем.

— Девок, лучших из всех наших племен, — довольно оскалился орк. — Фигуристые, красивые, на все руки мастерицы, но редкие суки. Вещуньи молодые. Двадцать четыре штуки. Ох, и жалко мне тебя парень, затрахают же напрочь! У них тама усе горит, усе время горит — вещуньи ж, грибы особые жрут, от коих завсегда хочется, с самых малых лет.

— Ну я же говорил — вечно у него проблемы с бабами! — противно захихикал дроу. — И прости, сюзерен, но не принять такой дар ты не можешь, это будет плевок в лицо всему народу красных орков. Да и девчат этот красный утырок перед твоим домом всех зарежет, а он зарежет, я его знаю.

— Ой-йо… — чуть не взвыл от таких известий юноша. — Да за что ж мне все это, а?..

— Чтоб не расслаблялся, — хохотнул Хрыг. — Не боись, девки и красивые, и хозяйственные, и веселые, и наглые до предела, приставишь к делу, пригодятся. Но затрахают точно, тут к зубодеру не ходи.

— Ты вечером к нам в Дом Призраков, который напротив школы, забегай, посидим, у нас полно всяких напитков, которых ты, красный утырок, в жизни не пробовал, — усмехнулся Варис. — Посидим, вспомним прошлое. Как раз и девок своих приведешь. Вы согласны, мой сюзерен?

«Ну вот, опять все за меня решили… — уныло подумал Артем. — И деваться некуда, придется брать этих орочих вещуний. Впрочем, мне орочки всегда нравились своими формами, пусть будут. Клан, чувствую, начал разрастаться как бы не в геометрической прогрессии…»

— Согласен, — пробурчал он. — Может урок уже начнем?

— Да, пора, — кивнул архимагистр.— Слышь, черный хмырь, доверишь мне своего малого?

— Тебе — доверю, — кивнул темный эльф. — Но если что — головой ответишь.

И покинул аудиторию.

— Ладно, к делу, — обвел студиозусов задумчивым взглядом орк. — У кого-то бывало так, чтобы какое-то заклинание срабатывало только когда вы в гневе или ярости?

— У меня... — дрожащим, неуверенным голоском ответила Гинтара Олено, лэнтесса Дорано, та самая очень бедно одетая серенькая мышка, сидящая по соседству с Артемом.

— Рассказывай! — потребовал преподаватель. — И не бойся, никто тебе ничего плохого не сделает.

Он наметанным взглядом сразу понял, что девочка боится всего на свете, его самого и соучеников, а от возможности того, что ей придется остаться наедине с мужчиной, вообще впадает в ступор от ужаса. Видимо, столкнулась в детстве с насилием. Но при этом проскальзывающие в ауре алые искры Ярости говорят, что Гинтара вполне сможет стать боевым магом немалой силы, именно из таких серых, насмерть перепуганных мышек при соответствующем воспитании вырастают лучшие маги Ярости. Вот только воспитать их так, чтобы в процессе не сорвались и не превратили все вокруг в пепел — та еще задача. Придется брать в личные ученицы. Самое паршивое, что инициация мага Ярости обязательно связана с очень жестоким групповым сексом на алтаре, а для девочки это ужас-ужас-ужас, она от одной мысли о таком сорвется. Придется думать, и серьезно думать. Надо будет обязательно с Авигдором посоветоваться, он, конечно, сволочь еще та, но маг великий, подскажет, как быть.

Сбивчивый рассказ Гинтары подтвердил худшие подозрения Хрыга — когда девочке было десять лет, она вместе с матерью и тетей отправилась с небольшой охраной в соседний замок, но карета попалась по дороге банде дезертиров. Охранников перебили, а мать с тетей несколько дней подряд насиловали, страшно, очень жестоко. Девочка спряталась в вещах, но ее нашли, пусть и не сразу. Обрадовались и захотели взяться за «свежее мясо», содрали платье, после чего в душе Гинтары вспыхнула алая, застилающая глаза, всепоглощающая ярость. От дезертиров, их стоянки и умиравших в луже крови со вспоротыми животами матери с тетей остался только круг пепла шагов трехсот в диаметре. Все выгорело. Там девочку и нашли. С тех пор она очень боялась мужчин, один намек, чтобы остаться с кем-то из них наедине, вызывал у нее истерику. Однако первичная инициация произошла, и ее небогатый отец каким-то образом раздобыл средства на обучение единственной дочери в школе «Нирван».

— Ты одарена, — заявил орк. — Если постараешься, станешь со временем мастером, а потом и магистром Ярости. Боевым магом. Хочешь?

— Да!!! — широко распахнула глаза Гинтара, она о таком и мечтать не смела.

— Пойдешь ко мне в личные ученицы?

— Да!!!

— Ты знаешь, что от тебя потребуется? — сурово спросил Хрыг. — Да-да, именно то, чего ты боишься больше всего на свете. И еще многое-многое другое, чего ты даже представить себе не можешь, дитя. Будет очень больно, очень страшно и порой очень противно.

— Я выдержу… — мертвенно побледнела девушка. — Я вытерплю…

— Там поглядим, — пробурчал орк. — Значит после урока пойдем к ректору, там принесешь ученическую клятву по всем правилам. Садись пока. Еще у кого-то бывали всплески магии в ярости?

— У меня, — неохотно признался Артем. — Наш корабль вел бой, очень серьезный бой, я, хоть и считался капитаном, но на самом деле тихо сидел, не мешая старым профессионалам драться, и не лез со своими глупостями к ним. Однако когда мы столкнулись с особого рода кораблями…

— Какими? — прервал его Хрыг.

Юноша пожал плечами и велел импланту создать голограмму корабля-астероида чужаков. Красный орк в одно мгновение стал белым.

— Вы сталкивались с этими чудовищами?!. — прохрипел он. — Разве их можно победить?..

— Сталкивались и побеждали. Не раз. Так вот, двух из них я на всплеске ярости отправил в ад. Как мне потом сказали, именно туда они и отправились. Тогда я еще совсем не владел своим пространственным даром…

— В ад… — ошалело помотал головой Хрыг. — Этих… Неуязвимых… Но ведь такое может сделать только…

Он вопросительно посмотрел на Артема, и тот со вздохом кивнул, подтверждая свою принадлежность к Странникам. Орк в ответ громко цыкнул зубом, выглядя стукнутым пыльным мешком из-за угла.

— Ты не маг Ярости, — взял он себя в руки. — Ты… Не буду об этом. Однако контролировать гнев и ярость ты тоже должен уметь, иначе можешь натворить немало. Так что приемы контроля я тебе дам. Придется много медитировать. Причем в униженном положении, преодолевая себя. Спросишь наших девок, они знают, что и как надо делать в таком случаю, многих учили контролю. Я их сразу предупрежу, чтобы не переусердствовали. А то они от радости, что оказались у сосуда духа, такой кошмар тебе устроят, что не каждый опытный мастер выдержит.

В этот момент прозвенел звонок, и архимагистр отпустил студиозусов. Кроме Гинтары, которую повел к ректору.

Артем не спеша двинулся к выходу из корпуса, но быстро понял, что просто так ему не уйти — выход перекрывали группки старшекурсниц, жадным ожиданием смотрящих на него. Вперед вышла черноволосая красавица в легком белом платье, не скрывающим фигуру, и несколько жестковатым лицом.

— Лорд Дар? — ядовито улыбнулась она. — Нам наши подруги из дворца рассказали, что вы способны доставить девушкам буквально сказочное наслаждение… Мы настаиваем, чтобы вы удовлетворили наше любопытство. Идемте!

Она хотела взять Артема за руку, но перед ней, словно призрак, возник дроу, оттирая от сюзерена.

— Не мешай, — вздохнул юноша. — Я сам виноват, что прокололся. Показал местным дамам необычные способы любви. Вот они и требуют своего. Отказать не могу, клятва, сам понимаешь, что это такое. Так что придется.

— И что такого ты им показал?

Артем на ухо сказал, что именно.

— Ах, это! — удивился Варис. — Всего-то? А что в этом такого? Наши женщины всех мужчин заставляли это делать ежедневно и никогда не спрашивали, хотим мы или нет. Так с чего такой ажиотаж?

— Они здесь, как выяснилось, никогда ничего подобного не пробовали, местные мужчины берут свое, вообще не думая об удовольствии женщин. Так мне, по крайней мере, сказали. Ладно, я пошел.

Он повернулся к девушкам, с интересом слушавшим их разговор, и сказал:

— Я к вашим услугам, леди! Но прошу учесть, что через два часа у меня лекция у мэтра Гуатора, он не потерпит опоздания.

— О, мы вас отпустим, лорд, — очаровательно и одновременно насмешливо улыбнулась красавица. — Временно.

И вместе с пятью подругами весело рассмеялась.

Глава IX

Зрелище висящего в пустоте гигантского, в несколько тысяч километров зеркального, слегка светящегося, расплывчатого полотнища поражало.

— Это кто же такое соорудил?.. — ошарашенно спросил Карл Генрихович. — И зачем?..

— Никто не знает, — развел руками Лунг Зеленый. — Уже больше тысячи лет бродяги пытаются выяснить это, как-то пробраться к тому спутнику со строениями Древних, но ни у кого пока не вышло. Я тут дважды бывал. Оба раза убрался несолоно хлебавши.

— А я трижды, — добавил Кург, сын Хобта. — Очень уж интересные строения на этом спутнике, а самое главное — на нем есть маленькая копия знаменитого Замка Древних. Очень бы хотелось до нее добраться.

— Что это за замок и чем знаменит?

— Представьте, что висит прямо в пространстве невероятно красивый, огромный, многоуровневый замок, окруженный воздушными лесами и островами на бесконечных широких лентах. Но если полететь к нему, то он остается на одном расстоянии от тебя, сколько бы ты ни летел. Лори вон целый год к нему стремился! Так и не смог приблизиться.

— Точно, — подтвердил упомянутый. — Несколько раз казалось, что он стал ближе, но нет, это либо астероид, либо планета по дороге попадалась. Их сперва за Замком не было видно, а потом они из него словно выныривали. На одном астероиде даже развалины были, я там пару десятков любопытных артефактов нашел. Но сам Замок так и остался недосягаемым.

— Я вот думаю, а что если нам при приближении к объектам Древних подавать позывные восьмого Авари? — спросил полковник. — Безымянный ведь показал, какими они должны быть, Кирилл Владимирович почти сразу соорудил нужный для сигналов такого рода генератор, а Артем потом заверил его своей духовной печатью, что ли.

— Интересная мысль… — взъерошил свои волосы Кериан. — Надо на фрегаты такие генераторы поставить.

— Изначально стоят, — заверил подошедший инженер. — Принадлежность корабля к клану одного из Авари поможет избежать многих неприятностей.

— Спасибо! — кивнул маг. — Тогда действуем так. «Бродяга» ныряет в Зеркальные Врата, добирается до спутника и ожидает там. «Скиталец» летит в ту же систему своим ходом и ищет коллегу у девятой планеты. Если не находит, то сразу станет ясно, что фрегаты в разных реальностях. Если находит, то пытается состыковаться с «Бродягой». Далее оба корабля передают позывные Авари. Хоть в первом, хоть во втором случае. Если это что-то даст, приземляемся на спутник. Если нет, будем думать дальше. Мне почему-то кажется, что на сей раз у нас все получится.

— Хорошо бы, — вздохнул Лунг. — А потом предлагаю идти к Заповедному Миру. Его неплохо бы в домен включить, лучшего не найти. Сказка, а не мир!

— Ну, это Артем решать будет, — остудил его пыл Карл Генрихович. — Кто командует фрегатами?

— «Бродягой» — я, помощником идет Лори, мы сотню собак в совместных поисках съели, понимаем друг друга с полуслова, пилотом — Леонид, по его словам, он захотел размять свои старые кости, — ответил Кериан. — «Скитальцем» командует Лунг, помощником идет Кург, а пилотом — майор Ростовцев. Ну и отряды поисковиков на каждом, в сопровождении десантников.

— В бой без крайней необходимости не вступать! — приказал полковник. — В случае любых проблем прежде всего вызывайте «Петроград». Я сообщил о предстоящей экспедиции Артему, он обещался прийти, поглядеть, что да как. Ему тоже интересно. Сегодня вечером он собрался вводить в домен свой талангский особняк. Сразу после этого и придет.

Бродяги переглянулись и, едва сдерживая нетерпение, поспешили к внутрикорабельному телепорту — инженеры успели установить их почти в каждом помещении супердредноута, даже в свернутых пространствах.

Не прошло и часа, как два фрегата отстыковались от внешних портов «Петрограда», по его бокам. При необходимости они могли уйти в пространственные карманы, в которых находились особо большие ангары, но этого пока не требовалось, и их держали снаружи. Корабли набрали скорость и разошлись по разным направлениям. «Бродяга», как и планировали, двинулся к полотнищу Зеркальных Врат, а «Скиталец» набрал нужную скорость и нырнул в гиперпространство, направляясь к девятой планете соседней звездной системы.

— Эх, ма! — крякнул Леонид Петрович, когда корабль миновал зеркальную поверхность и оказался в каком-то многомерном лабиринте

Здесь все перемешивалось со всем, слева, например, виднелся огрызок планеты, по поверхности которой двигался конный отряд. Всадники не выказали никакого удивления при виде космического корабля, только их предводитель помахал рукой, приветствуя. Над головами отряда переливался жгут воды, по которому проплыла огромная кистеперая рыба. Она махнула хвостом и обрызгала нескольких всадников, а затем уплыла по своим делам.

— Здесь всегда так? — ошарашенно спросил старый пилот.

— Да, — подтвердил Кериан. — Нам надо не обращать на все это внимания и просто двигаться дальше.

— Сквозь вот это все? — уточнил Леонид Петрович.

Маг кивком подтвердил и добавил:

— Это иллюзия. Я в первый раз тут тоже долго не мог понять, в чем дело. Потом просто проходил насквозь это место, не обращая внимание ни на какие эффекты.

— Но ведь всадники нас однозначно видели, — возразил пилот. Они нам помахали!

— Видели, — кивнул маг. — Только мы для них были такой же иллюзией, как и они для нас. Похоже, это место иллюзорно связывает несколько мест, отстоящих далеко друг от друга, поэтому видеть-то их можно, а вот проникнуть туда — нет.

— Ясно, — кивнул Леонид Петрович и двинул «Бродягу» вперед.

Кериан оказался полностью прав, корабль легко пересек и территорию всадников, и водную поверхность, и непонятные светящиеся образования, и много чего еще. Затем словно волна чего-то невидимого прокатилась по фрегату, и он оказался в привычном космосе — на орбите четвертой луны огромной ледяной планеты, размером, наверное, с Сатурн, если не больше. Местная звезда виднелась вдали крохотным светящимся пятнышком. Но спутник при этом был живым! Внизу текли реки, шумели леса, летали птицы и бегали звери. Плюс виднелись множество небольших городов, поселков и отдельных строений. Последние порой бывали по-настоящему циклопическими. Да и по размерам это была самая настоящая планета, лишь немногим меньше Земли, а совсем не луна.

— Ничего не понимаю… — растерянно произнес Леонид Петрович. — Это же невозможно! Планета ледяная, как ее луна может быть живой?! Что ее греет?!

— Понятия не имею, — развел руками Кериан. — Кстати, можно считать установленным, что мы с Лунгом в разных реальностях, он только что связался и сообщил, что находится на орбите девятой планеты, но нас там и в помине нет. Как и самой четвертой луны.

— А как тогда связались? — удивился пилот.

— Кристаллы связи рейха, трофеи наши, — напомнил маг. — Они где угодно работают.

— А, точно! — легонько хлопнул себя ладонью по лбу Леонид Петрович. — Совсем забыл про них. Ну что теперь делать станем? Попробуем приблизиться или сразу позывные Авари подадим?

— Приблизимся, — решил Кериан. — В случае возврата снова прилететь сюда будет нетрудно.

«Бродяга» двинулся к планете, но приблизиться не смог, повторилось описанное поисковиками — стоило кораблю попытаться выйти на высокую орбиту, как он мгновенно оказался сначала в странном пространстве, где все перемешивалось со всем, а потом перед зеркальным полотнищем.

В то же мгновение последовал вызов с «Петрограда». Кериан кратко доложил Карлу Генриховичу о случившемся и скомандовал снова нырять во Врата, вот только на сей раз изначально идти с позывными Странника, поэтому перед стартом включили генератор, созданный Кириллом Владимировичем и заверенный духовной печатью Артема.

Странное пространство миновали без задержек, там все осталось по-прежнему, разве что вместо едущих всадником был виден штурм города ордой рогатых тварей с дубинами в руках. На пролетавший над ними фрегат ни нападавшие, ни обороняющиеся не обратили ни малейшего внимания. Точно так же их не заинтересовали проносящиеся чуть ли не над их головами астероиды и какие-то искореженные летающие существа. Что ж, ничего удивительного, им было чем заняться.

Опять вынырнув на орбите четвертой луны девятой планеты, «Бродяга» тут же сбросил скорость, не приближаясь на расстояние, с которого его выбросило обратно к Вратам. Некоторое время ничего не происходило, а затем километрах в трехстах медленно возник из ничего игольчатый шар размером с пять «Петроградов». В то же мгновение искин «Бродяги», названный Иваном, сообщил, что начал получать сложные пакеты данных, которые пока не поддаются расшифровке. Однако он работает.

Примерно через полчаса искин доложил, что ему удалось расшифровать полученное послание, использовав переданный Безымянным общий ключ Авари. Это был отчет системы о неисправностях и запрос на ремонт. То есть после подачи позывных «Бродягу» приняли за корабль ремонтников. Четвертая луна именовалась в запросе объектом Н-2573ЮТ7, но никакой информации по поводу того, что это вообще такое, не нашлось.

— Внимание, что-то начинается! — доложил Иван.

Поисковики тут же отдали команду, и вся поверхность рубки превратилась в голографический экран, демонстрирующий происходящее вокруг корабля. В паре сотен километров от них явно формировался какой-то странный гиперпереход, откуда вдруг полезло что-то знакомое на вид. Только через несколько минут стало ясно, что это «Скиталец», обмотанный кучей белых, противно трепещущих нитей.

— Что с тобой случилось, старый? — тут же связался с ним Кериан.

— Да если б я понимал! — появилась на голоэкране недовольная физиономия Лунга. — Демон знает что творится!

— Ты по порядку рассказывай.

— Ну по порядку, так по порядку.

«Скиталец» без всяких приключений за полчаса добрался до девятой планеты соседней системы. Никаких следов собрата он там не обнаружил, как и самой четвертой луны — их было всего три, хоть убей. Причем полностью пустых и безжизненных, только острые каменные пики и кратеры на поверхности. Обычные способы связи не сработали, пришлось вызвать «Бродягу» через трофейный наорский кристалл, захваченный с собой на всякий случай. С «Петроградом» связь не прекращалась ни на мгновение.

Прождав двадцать минут после того, как «Бродяга» снова нырнул в Зеркальные Врата, Лунг Зеленый распорядился включить генератор подачи сигналов принадлежности к клану Авари. И через полчаса тоже получил зашифрованный пакет, который его искин, Норин, расшифровал, как и Иван. Вот только старый бродяга потребовал от искина зашифровать по тому же алгоритму сообщение о том, что возле четвертого спутника их дожидается второй ремонтный корабль, поэтому нужен проход туда. Это сработало, и прямо перед носом «Скитальца» возник огромный клубок трепещущих белых нитей, обволок этими нитями фрегат и выдавил сюда. Вот только как теперь от этих нитей избавиться?

Однако этого не понадобилось — через каких-то десять минут нити сами собой растворились, словно сахар в кипятке.

— Любопытно, — заметил Лунг. — Но ладно, чего дальше делать станем?

— Ну, раз нас приняли за ремонтников, придется соответствовать, — пожал плечами Кериан.

— И чего, кто-то из вас умеет такое ремонтировать? — влез Кург.

— Не сами же, — хохотнул Лори. — У вас там крутой мужик по этому делу есть, который эти фрегаты на пару с Дархоном за три дня построил, вот к нему и надо обратиться.

— Точно! — обрадовался маг. — Инголин! Без него не справимся!

Он тут же через кристалл вызвал «Петроград» и попросил на связь главного инженера. Кирилл Владимирович появился только минут через десять, видно был чем-то занят.

— Ну что такое? — недовольным тоном спросил он.

— У нас тут такое дело, — зачастил Кериан. — Смогли пробиться к местному то ли искину, то хрен знает чему, но он в ответ на позывные Странников прислал запрос на ремонт, принял нас за ремонтников. А из нас ремонтники, как из пьяного сапожника танцовщица…

— Так-так-так… — заинтересовался Кирилл Владимирович. — Давайте-ка, братцы-кролики, прилетайте за мной. А искину передайте, что отправляете корабль за инженером и потребуйте составить список необходимого в первую очередь. И также дайте распоряжение открыть доступ в центр управления после моего прибытия. Все ясно?

— Ясно, — подтвердил маг. — Лунг, давай на «Петроград» галопом!

Однако это оказалось не так-то просто сделать — прежний способ перемещения обратно в Зеркальные Врата не сработал, фрегат легко вышел на высокую орбиту и завис там. Пришлось сперва отправлять искину запрос на полет за инженером. После чего часть пространства осветила тонкая рамка, пролетев сквозь которую «Скиталец» оказался с той стороны врат, где дежурил «Петроград». Кирилл Владимирович себя долго ждать не заставил, уже через полчаса прибыв на фрегат с кучей оборудования, которое еще полчаса спешно перегружалось в трюмы.

Сразу после возвращения к четвертой луне через тот же проход инженер потребовал сообщить искину, что ремонтник готов к перемещению в центр управления. Сразу же после отправки этого сообщения игольчатый шар трижды полыхнул белым светом, втянул в себя иглы и раскрылся, как разрезанный напополам апельсин. Однако рассмотреть, что скрывалось внутри, не удалось — все скрывал густой белесый туман, совершенно невозможный в вакууме, однако ему на это обстоятельство было совершенно наплевать, он клубился, словно под сильным ветром.

— Рисковать фрегатом не будем, — пробурчал Кирилл Владимирович, жадно пожирая глазами странный объект. — На челноке пойдем.

— А вами рисковать можно разве? — поинтересовался Кериан.

— Мною — можно! — отрезал инженер. — Это мой собственный выбор. Всегда мечтал вот так разбираться в инопланетной аппаратуре, да все случая не выпадало…

Маг понял, что перед ним своеобразный бродяга с уклоном в инженерию, а потому возражать бесполезно. Но твердо заявил, что они с Лори, Лунгом и Кургом отправляются вместе с Инголиным. Тот протестовать не стал. Помимо того с ними летели тролль Грызодуб и ламия Кассия Шшао-Шшана из команды Лунга, плюс орк Ворх и эльфы Лариан и Эльгаор из команды Кериана. Остальные бродяги тоже хотели, но брать с собой всех в первый вылет было бы большой глупостью, пришлось просить их остаться, пообещав, что в следующий раз уж точно. Вел челнок Вахтанг Дадиани, смешливый грузин из пилотского отряда майора Ростовцева. Помимо них в экспедицию напросился один из призраков, профессор Иван Петрович Дораго. Его взяли только из-за того, что он был способен проникнуть туда, куда не проникнет никто другой.

Еще через полчаса челнок отстыковался от «Скитальца» и медленно двинулся к раскрывшемуся шару. Чем ближе он подходил, тем более странным и непривычным казался объект впереди, он словно постоянно менял размеры и форму, но настолько неуловимо, что заметить это было почти невозможно, так, что-то мельтешило в краю глаза. Но поисковики имели немалый опыт в работе со всякими странностями и заметили это, сообщив инженеру, который подспудно ощущал, что что-то здесь не так, но никак не мог понять, откуда это ощущение.

— Постоянно по мелочи меняет форму и размеры? — переспросил он. — Тогда ясно, почему мне эта штука кажется такой неправильной.

Когда челнок подлетел вплотную к раскрытому шару, оказавшемуся почти сорокакилометровым в диаметре, в левой его половине на несколько мгновений засветилось опаловым светом пятно, в которое и фрегат легко бы прошел. Вахтанг хмыкнул, но по сигналу Кериана нырнул в это пятно. Некоторое время ничего не происходило, а затем челнок оказался в неком туманном пространстве, посреди которого медленно проявилось впереди темное пятно, оказавшееся при приближении плывущим в белесом, совершенно непрозрачном тумане астероидом, посреди которого были видны какие-то конструкции. Возле них челнок и сел.

По показаниям датчиков атмосфера снаружи была идеальна для кислорододышащих разумных. Однако скафандр Кирилла Владимировича, как он ни брыкался, десантники надеть все равно заставили, не обращая внимания на его ругань и на все претензии отвечая, что это приказ полковника.

Инженер в конце концов махнул рукой и отправился собираться. Остальные надели скафандры без пререканий, хотя бродягам это тоже не нравилось, но они понимали, что лишний риск никому не нужен. Вскоре Инголин в сопровождении оравы ремонтных и разведывательных дроидов покинул челнок, за ним пошли Кериан со товарищи в сопровождении четырех десантников, которыми командовал старший лейтенант Иван Маневич, высокий, хмурый офицер, спорить с которым решался мало кто.

Они оказались на круглой каменной площадке, на которой обнаружили около десятка разных странных приспособлений, причем их однозначно кто-то хорошенько порушил, очень хорошо при этом постаравшись, вот только инструменты для этого избрал не слишком подходящие. При виде повреждений возникало ощущение, что что все эти странные переплетения, каменно-металлические кружева зачем-то рубили мечами и топорами. Хотя не только, кое-какие из них были проплавлены, словно по ним били плазменными резаками, причем не боевыми, а производственными.

— Так-так-так… — потер руки Инголин. — И что у нас тут?

Он быстро пробежался с ручным сканером по основным разбитым конструкциям, после чего с недоумением пожал плечами, выглядя очень удивленным, что было заметно даже через забрало скафандра.

— Что вас так удивило? — подошел Кериан.

— Да вот не пойму что-то… — растерянно ответил Инголин. — Все эти конструкции не имеют никакой сложной структуры, обычные сталь и гранит. Для чего они могут быть предназначены? Декоративные, что ли?..

— Но именно сюда нас привели для ремонта, — возразил маг. — Вы можете восстановить эти разрушения?

— Да легко! — пожал плечами инженер. — Сейчас отдам приказ дроидам, они за полчаса все сделают.

— Вот и поглядим, что после этого произойдет, — не стал спорить Кериан, он считал, что здесь все далеко не так просто, как кажется, четко ощущал давление магического поля, причем давление плетений невероятной сложности, на уровне искина магического уровня. А такие существовали, учитель его учителя сталкивался с одним, едва живым ушел.

Дроиды замельтешили, начав добывать породу для каменных деталей, а металлические пришлось на месте выплавить из захваченных с собой металлических плит — Кирилл Владимирович как чувствовал, что они понадобятся, и захватил с собой с «Петрограда» три тонны из переплавленных останков американских кораблей. И вот, пригодились. Целостность непонятной конструкции начала постепенно восстанавливаться, она была довольно сложной, но не слишком, поэтому дроидам восстанавить ее особого труда не составляло.

Наконец осталось приварить на место последнюю фигурную загогулину, однако Инголин вдруг остановил работы и повернулся к остальным.

— Знаете, что-то мне по себе… — хрипло произнес он. — Мороз по коже и поджилки трясутся…

— Мне тоже, — пожал плечами Кериан. — Но раз уж начали, то надо заканчивать.

— Это точно, — согласился с ним Лунг. — Но челнок к старту на всякий случай стоит подготовить…

— Пожалуй, — кивнул инженер и связался с Вахтангом, оставшимся на борту.

А затем немного помедлил и все же приказал дроиду заканчивать. Фигурная загогулина встала на место, мелькнули искры вакуумной сварки, и все закончилось. Хотя с точки зрения Кериана все только начиналось — магические поле внезапно повысило свою напряженность на порядок, а затем по свежесваренным конструкциям потекли целые потоки сложнейших рунных связок, впитываясь в них то там, то тут.

— А вот и сложная структура, — заметил маг. — Рунные связки, причем я связок такой сложности никогда еще не встречал.

Вокруг металлических деталей конструкции возникло слабое свечение, с каждым мгновением все усиливающееся и усиливающееся. Когда оно стало нестерпимым для глаз, пришлось даже включить светофильтры в скафандрах, белесый туман вокруг вдруг начал очень быстро рассеиваться. Не прошло и минуты, как его не стало, вот только рассмотреть все равно ничего не получилось — вдали виднелись только какие-то переплетения толстых корней, что ли.

В какой-то момент все ощутили, что на них посмотрел кто-то совершенно безразличный и одновременно невероятно могущественный. А затем на них обрушился ментальный образ, от силы которого не все удержались на ногах:

— Кто вы такие и что здесь делаете?

— Мы вассалы Восьмого Авари, — стараясь оставаться спокойным, ответил Кериан. — По вашей просьбе произвели ремонт вот этой штуки.

Он показал на светящуюся конструкцию.

— Да, я вижу знак вассалитета в ваших аурах. Я тоже вассал Восьмого.

— Но как это может быть? — растерялся маг. — Восьмой инициировался меньше года назад!

— У меня есть сомнения, что мы с вами имеем в виду одно и то же существо, — в ментальном образе неизвестного ощущалась грусть. — Как его зовут? Того, кому я служил, звали Ксеркс Ариди.

— Нашего сюзерена зовут Артем Д`Арнье. Ему всего восемнадцать лет.

— Значит, Ксеркс погиб, — от образа неизвестного повеяло еще большей грустью. — Что, этого следовало ожидать. Он зарвался. Я его предупреждал, но он никого не пожелал слушать…

Некоторое время он молчал, а затем уже спокойно сказал:

— Садитесь, нам с вами нужно многое обсудить. Скафандры можете снять, здесь вассалам Восьмого ничего не угрожает и угрожать не может.

Из каменного пола медленно выросли кресла и стол между ними.

Глава X

Не понимающие, что от них так срочно потребовалось Артему посреди ночи, Инара и Иерла озадаченно переглядывались. Сюзерен вытащил их из-под недавно вышедших из медкапсул выздоровевших демонов-мужчин, передав через имплант мысленный приказ срочно явиться к нему. Благо для их партнеров вызов к Страннику являлся крайне уважительной причиной и никаких протестов не вызвал. Приказ сюзерена! Этим все сказано. Но вызвал он их явно не для постельных утех, этого добра Артем в школе сегодня получил столько, что на десяток других мужчин хватило бы, вряд ли он захочет продолжать. Так что же случилось?

— Мне надо с вами посоветоваться, девочки... — почти неслышно сказал молодой Странник, у него слегка подергивалась нижняя челюсть. — Со мной происходит что-то странное и очень нехорошее...

Затем честно, в подробностях рассказал о происшедшем с ним за последние дни. А прежде всего о клятве, не позволяющей отказать ни одной молодой женщине ни в чем, если это касается секса, даже в самых диких желаниях. После этого поведал о случившемся во дворце и школе.

— То есть женщины буквально кидаются на тебя, но при этом хотят не обычных игр, а чего-то особого? — задумчиво переспросила Иерла. — Унизительного для тебя? А ведь я себя на этом тоже часто ловлю. Вижу тебя и сразу хочу, извини, изнасиловать. Причем именно тем самым не совсем естественным способом, который ты упоминал. Но я, как и другие женщины клана, не показатель, мы не можем не хотеть сюзерена, такова наша природа. А вот то, что самые обычные человеческие девушки бросаются на тебя — уже неестественно. Хотя если вспомнить, что сделали с местными аристократками и в кого их превратили... Нет, я ничего не могу подсказать, только то, что проблема тобой не выдумана, она действительно существует.

— Меня больше всего настораживает неожиданно заработавшая клятва, данная в юности, причем без капли магии, — прошлась по комнате Инара. — Да и то, что вытворяют дамы, совсем уж дико. Извини, но я никогда не поверю, что принцесса, старшая дочь короля с соответствующим воспитанием утворит такое без стороннего воздействия. А это значит, что воздействие было. Даже мне хочется с тобой прежде всего особых ласк, причем в мою сторону, что для меня крайне необычно и странно, никогда этого особо не любила и редко практиковала, даже в борделе. Единственное, что мне приходит в голову — проклятие божества. Моя богиня иногда похоже наказывала мужчин-бунтарей, они начинали испытывать нестерпимое желание делать самые унизительные и отвратительные вещи, а женщины ровно наоборот — творить с ними эти унизительные вещи. Страшное наказание! Жуткое даже. Ты все осознаешь, но не подчиниться не можешь. Ты не гневал никакую богиню в последнее время? Именно богиню, а не бога. Ибо месть или наказание слишком уж женские, мужчина так не отомстит, ему такое просто в голову не придет.

— Ну разве что какую-то непонятную сущность пнул, когда она у меня из-под носа фюрера утащила, — пожал плечами Артем.

Затем по требованию девушек подробно рассказал о случившемся тогда. Они долго выспрашивали его о каждой мелочи, причем чем больше юноша рассказывал, тем сильнее бледнела одна и серела другая.

— Значит, как маленький капризный ребенок... — у Инары тряслись руки, она не знала куда их деть. — Я, кажется, знаю, кто это. С ней даже моя богиня избегала связываться. Очень мерзкая, очень мстительная и очень изобретательная тварь! Насколько мне известно, она успела нагадить всем высшим сущностям, до ￼которых дотянулась. Имени ее никто не знает, известно только прозвище — Веселая Малышка. Иногда ее отлавливали и куда-то засаживали, но лет через двести-триста тварь как-то выбиралась из тюрьмы, снова начиная напропалую гадить всем вокруг. Именно она очень любит вот так наказывать чем-то не угодивших ей разумных. Ты Странник, и только потому еще не превратился в полное ничтожество. Обычный мужчина за эти дни уже стал бы полуживотным, желающим всей душой, чтобы женщины унижали его самыми отвратительными способами. И получал бы это в неограниченных количествах — она всегда накладывает на свою жертву морок, из-за которого существа противоположного пола буквально жаждут делать с ней самые омерзительные и противоестественные вещи, желанием эту выжигающую душу страсть назвать нельзя, это нечто куда более страшное. Жертв твари старались уничтожать сразу по обнаружении, их присутствие где-либо напрочь сводит с ума женскую или мужскую половину населения, в зависимости от пола наказанного. Вот только убить жертву было очень трудно, тварь не желала быстро расставаться со своей очередной игрушкой и каким-то образом защищала ее и от физического воздействия, и от магии. Некоторые несчастные, прекрасно понимая, что с ними происходит, жили вот так годами, а то и десятилетиями . Для Малышки самое главное, чтобы жертва все осознавала и как можно сильнее мучилась, но не могла избавиться от навязчивой жажды, продолжая покорно унижаться. Если это она, то я не знаю, как тебе помочь, да и как спасти — тоже...

— А меня почему не позвали? — выступила из темноты Иллениэль, которая, как выяснилось, ждала Артема в его покоях, пока не уснула на диване, проснувшись от звука голосов. — Есть способ избавиться от наваждения Малышки. Не полностью, конечно, всякие-разные странные желания останутся, но с ними вполне можно будет справиться, иногда позволяя себе расслабиться с доверенными женщинами. Я, например, с удовольствием тебе помогу, люблю такие вещи. Но самое главное, не станет морока, заставляющего женщин буквально кидаться на тебя и требовать своего, да и ты вполне сможешь им отказывать и ставить особо наглых стерв на место.

— И что это за способ? — оживился юноша, которого рассказанное жрицей Темной Плетельщицы напугало до дрожи в ногах.

— Обратиться к богине Любви, — ответила эльфийка. — Красавице. Она очень не любит, когда вот так извращают ее суть. Она хоть и богиня не только любви, но и разврата, не считает возможным ради мести одному разумному сводить с ума половину целого народа, а Таланг, если не принять срочных мер, ждет именно это. ￼Вскоре буквально все женщины соответствующего возраста сначала в столице, а затем и по всей стране начнут жаждать только одного — определенным образом унизить тебя. Они забудут обо всем, чтобы только добраться до тебя, забудут о еде и воде, забудут о своих детях, о своих семьях, будут умирать от голода и жажды, но продолжать стремиться только к одному. А имея вдобавок клятву, из-за которой ты не сможешь ни одной из них отказать... Плюс постоянно нарастающее у тебя желание получать все эти унижения... В общем, дальше понятно. Эта тварь знает толк в изощренной мести. Но именно из-за таких вот низкопробных шуточек Красавица издавна на ножах с Малышкой, и та старается с ней не пересекаться. Как только богиня увидит наложенный на тебя морок, то тут же снимет. Но обязательно что-то с тебя за это запросит.

— Ну, это и так понятно... — тяжело вздохнул Артем. — Вопрос: что?

— Это знает только она сама, — как-то странно усмехнулась Иллениэль. — Собирайтесь, нам надо срочно навестить ее храм, до утра ждать нельзя.

— А как до нее дозваться?

— Для тебя, как Авари, это не проблема, это обычному разумному трудно, ему обычно приходится приносить в жертву наиболее важную для него часть своего тела, чтобы богиня услышала и ответила. Потом она восстанавливает пожертвованное. Если ответит, конечно. А нет... Ну, тут все ясно, останется калекой, если не наскребет деньги на оплату работы Целителя. Но тебя это не касается, тебе надо будет всего лишь позвать Красавицу из храма своей сутью. На зов Авари она обязательно ответит.

— Тогда идемте! — встал севший было Артем. — Где храм?

— Недалеко от вашего дома, в четырех кварталах, он круглосуточно работает, — ответила Иллениэль. — Ночью там тихо.

Поднялся переполох — выходить из особняка в темное время суток без охраны было бы величайшей глупостью. Да, Артем вполне мог постоять за себя, и с каждым днем мог все лучше, но предпочел не рисковать. А переместиться прямо в храм Красавицы возможности не имел, поскольку никогда там не бывал.

— Но в храм тебе лучше заходить без охраны, богиня может рассердиться, а в твоем положении сердить ее глупо, — заметила эльфийка.

— Ясно, — кивнул землянин, он и сам так думал.

Вот только Варис и Путник все равно пойдут с ним. Да и девушки, скорее всего, тоже. Кроме Иерлы — демонице показываться богине на глаза не стоит, чревато большими, может даже летальными неприятностями.

Жрицы главного столичного храма Красавицы были сильно удивлены ￼прибытием посреди ночи целой кавалькады. Сам храм представлял из себя круглое здание, на куполе которого была установлена созданная с изумительным мастерством статуя обнаженной крепкотелой женщины с крупной грудью и широкими бедрами, она нее тянуло чем-то первородным, мускусным, она вызывала инстинктивное желание у любого увидевшего ее мужчины, если он еще был мужчиной.

Внутри храм оказался освещен магическими светильниками. В главном зале у стен стояли полукруглые алтари, на которых днем обычно отдавались желающим жрицы. А жрицы впечатляли, от них веяло тяжелой, животной похотью, каждая казалась идеальной женщиной, даже если была не слишком красива. Но не красота в них была главной, а сама женская суть. Она одновременно придавливала к земле и звала куда-то, заставляла волноваться и стремиться добиться взаимности.

— Что вам угодно, господин? — подошла к Артема полуобнаженная женщина, ее пах скрывал узорчатый пояс с тремя кистями, символизирующими ранг, больше ничего на ней не было.

— Приветствую вас, госпожа! — наклонил голову юноша. — Я пришел просить помощи у богини.

— Ну попытайтесь, — как-то странно усмехнулась жрица. — Но учтите, она придет только в том случае, если вы пожертвуете самым важным для вас. Вон тот алтарь используют для такого рода жертвоприношений. Если вам потребуется помощь жриц, то сразу предупреждаю — это дорого.

— Мне это не требуется, — холодно сообщил Артем.

И, сам не зная как, потянулся к хозяйке этого места, позвал ее всей своей сутью и душой. В то же мгновение ему показалось, что мир вокруг сдвинулся с места, слегка провернулся вокруг своей оси и открыл проход куда-то очень далеко.

— Ну и кто это тут у нас такой настойчивый?.. — прокатился по храму мягкий, низкий, наполненный силой и легким удивлением голос, пробравший всех внутри до самых костей.

Возле центрального алтаря возникла туманная дымка, начавшая быстро стягиваться в человеческую фигуру. Прекрасную высокую женщину с такой фигурой, что все видевшие ее мужчины нервно сглотнули слюну. Красота ее лица была настолько совершенной, что ни один поэт не рискнул бы воспеть ее, не в силах сделать это словами. При виде гостьи все до единой жрицы в храме глухо вскрикнули, им никогда еще не доводилось видеть свою богиню вживую. ￼Присутствие ее ощущали, когда она помогала кому-то после кровавого жертвоприношения, но вот так?.. Нет, такого еще не бывало. Кто же этот наглый мальчишка, что его зов пришла сама богиня?..

— Аватар Судии? — явно удивленно спросила Красавица. — Что нужно твоему господину? И почему он не пришел сам?

— Я не от него, — помотал головой Артем. — Я не только аватар. Я еще и Странник, Восьмой Авари.

— Восьмой?! — оживилась богиня и пристально всмотрелась в собеседника. — Точно! Рада тебя видеть, малыш! Чего ты хотел?

— Я тоже приветствую вас, госпожа! — вежливо поклонился юноша. — Я пришел за помощью.

— Да? — явно удивилась Красавица. — И чем же я могу тебе помочь?..

— Меня, похоже, прокляли или что-то в этом духе. Кажется, это сделала та, кого называют Малышкой...

— Что-о-о?!. — с гневом переспросила богиня. — А ну-ка откройся, обещаю не вредить.

— А как? — растерялся Артем.

— Да ты, вижу, совсем еще зеленый, — весело рассмеялась Красавица. — Лет-то тебе сколько?

— Восемнадцать...

— Дитя совсем! Ладно, смотри, показываю один раз.

Юноша, задействовав имплант, успел отследить быстрое плетение и адаптировать его под себя. Оно снимало часть природной защиты разумного существа, позволяя изучить его ауру и душу, отделить естественное от навязанного. Немного повозившись, Артем наложил плетение на себя. Красавица кивнула и всмотрелась в него.

— Да, вижу, твоя подруга была полностью права, — констатировала она, посмотрев в сторону низко поклонившейся Иллениэль. — Но тут отметилась не только эта дрянь, ей кто-то помог, и кто-то очень сильный, даже я не могу рассмотреть, кто именно. Удивительно, но она понятия не имела, что ты Авари, накладывала морок как на обычного, пусть и очень сильного мага, находящегося на грани личного перехода. Тебе очень повезло, что ты еще в себе, еще не превратился в полубезумного маньяка, которого интересует только его фетиш. А фетиш она тебе поставила веселый. То, чем ты занимался с девушками во дворце и в школе, было только самым началом, уже сегодня случилось бы вот что, — и богиня спроецировала юноше прямо в сознание картинку того, что вскоре стало ￼бы для него главным в жизни, от чего он содрогнулся. — Ничего, в общем страшного, если изредка практиковать с избранными девушками, но вот так...

Она укоризненно покачала головой и продолжила:

— И ладно бы она только тебе отомстила, но что дряни сделали талангские женщины, которые поголовно сошли бы с ума, жаждая заставлять тебе делать все эти гадости? Морок настолько сильный, что еще дней пять, и он распространился бы на всю столицу, а через месяц — на всю страну. Больше половины замороченных умерло бы от голода и жажды в течение первых двух-трех декад. Они бы насмерть дрались друг с другом за право насиловать тебя, а ты... О том, во что превратился бы к тому времени ты, я умолчу, не надо тебе такое знать и видеть. Могу только сказать, что зрелище омерзительное. В сознание полностью ты бы уже никогда не пришел, даже если бы тебя каким-то чудом спасли. Что ты такого этой дряни сделал, малыш? Так страшно она на моей памяти не мстила еще никому...

Артем тяжело вздохнул и рассказал о войне с Пятым рейхом, похищении Малышкой фюрера и пинке, отвешенном ей вдогонку. Красавица выслушала его и принялась непотребно ржать.

— Ой, не могу! — то и дело вытирала она слезы с глаз. — Пинка! Этой дряни! По заднице! Вдогонку! Какая прелесть! Малыш, далеко пойдешь! Так ее еще никто и никогда не оскорблял! Понятно, почему она так взбеленилась...

— Разозлился я... — недовольно пробурчал юноша. — Она у меня из рук подонка, устроившего геноцид, вырвала...

— Понимаю, — мягко улыбнулась Красавица. — Я благодарю и благословляю твоих девочек за то, что они поняли, в чем дело, и привели тебя ко мне. Причем, не обижайся, благодарю и благословляю не за тебя, ты мне, в общем-то, не слишком интересен, а за тысячи и тысячи ни в чем не повинных женщин, за многих из которых я отвечаю. Клятву и морок, действующий на них, я сейчас сниму, больше на тебя бросаться не станут, а вот с тебя самого наваждение полностью снять невозможно, ты почему-то оставил свою душу без защиты в ментале, и она вплела особые желания в саму ее основу, поэтому ты от них никогда не избавишься, частично они останутся. Но не будут довлеть над тобой, это я могу исправить. Иногда практикуй, вон у тебя какие готовые на все девчата под боком, но делать или не делать решать будешь только ты сам, а не под влиянием чуждого воздействия или клятвы. Как я уже говорила, женщины на тебя кидаться прекратят, разве что во дворце местном это продолжится, но дворцовые дамы на всех, кто в штанах, кидаются, так что тут уж сам справляйся. Отказывать ￼отныне ты имеешь полное право, клятва больше не действует. А вот захочешь или нет — опять же твой выбор. Советую присматриваться к женщинам и ментальному полю их желаний, иногда сущностям нашего порядка отказывать в таких вещах нежелательно, но это, к счастью, бывает довольно редко.

— Почему-то... — горько повторил Артем. — А я знал, что душу в ментале надо как-то защищать? Мне об этом кто-то сказал?! Я вообще еще ничего не знаю! И никто не помогает...

— У Авари так принято, — укоризненно покачала головой богиня. — Тем более, что тебе через нижние миры передали книгу. Ты ее изучил?

— Нет... — вспыхнул юноша, вспомнив, что положил переданный мэтром Гуатором гримуар на стол и начисто забыл про него.

— А там вся нужная информация есть, — укоризненно посмотрела на него Красавица. — Так что не перекладывай вину за свою глупость и лень на других. Но ладно, меня это не касается. Пока мы говорили, морок и клятву я сняла, а наваждение ослабила. Но ты уже знаешь, что у всего в мироздании есть своя цена?

— Знаю... — вздохнул Артем.

— И ты готов ее уплатить?

— Готов.

— Это хорошо, — улыбнулась богиня. — У тебя, вижу, в свите есть жрица Темной Плетельщицы, так что пара моих тоже не помешает. И вот у них будет право использовать тебя определенным образом. Не слишком часто, к твоему счастью. Почему? — поняла она молчаливый вопрос собеседника. — Очень просто, это будет очень неприятно для тебя и даст некоторый отток энергии в мою сторону. О, не беспокойся, не более двух процентов. Согласен?

— А куда деваться?.. — поежился юноша, только сейчас окончательно осознавший, что без сторонней помощи за несколько дней превратился бы животное, и все планы полетели бы коту под хвост. Однако все же решил поторговаться. — Но два процента слишком много.

— Хорошо, пусть будет один, — не стала спорить Красавица.

— Полпроцента! — возразил Артем.

— Согласна! — победно улыбнулась богиня.

В этот момент землянин понял, что его только что откровенно поимели. Видимо, и полпроцента энергии Авари — это очень много. Но теперь уже ничего не поделаешь, сам предложил. Да и черт с ним, в конце концов. Без помощи Красавицы он бы не справился. Кто мог подумать, что та тварь за один пинок так изощренно отомстит? Артем про нее и думать забыл,а она нет, не забыла. Причем, ￼что самое страшное, ради мести ему обрекла на безумие и гибель женщин целой страны. Какое счастье, что он догадался посоветоваться с девочками, а те подсказали, что нужно обратиться к богине Любви! Думал, что это самое обычное дело, даже нравилось, что девушки так на него бросаются и просят странных вещей, пусть даже иногда бывало не слишком приятно. А оно вон что.

— Приготовься, сейчас окончательно сниму все, что смогу, и поставлю защиту через ментал, — предупредила Красавица. — Будет больно. Потом сам разберешься с вариантами защиты и изменишь ее, как посчитаешь нужным. И да, активируй все, что можешь, тварь обязательно возмутится, что ей помешали, она всегда возмущается и оскорбляется, как ребенок, у которого отобрали леденец, потому и прозвали Малышкой, хотя этой мерзости не одна сотня тысяч лет. На ней вина за миллиарды погибших из-за ее развлечений висит. Знал бы ты, как от нее хотят избавиться! Но теперь она, наконец-то, ошиблась! Впервые за последние полмиллиона лет ошиблась, и полезла на Авари! Пусть совсем молодого, но все равно Авари!

Богиня торжествующе рассмеялась, ее голос сделался свистящим:

— Тебе половина мироздания благодарна будет, если ты ее за пределы оного вышвырнешь и закроешь проход обратно. А на это только вы, Авари, способны. Я ее сейчас спровоцирую, сделаю так, чтобы по ней болевой откат ударил, это ее всегда дико возмущает, тварь уверена, что имеет право творить все, что взбредет ей в голову, и не нести за это ответственность.

— Прямо как либералы на моей родине, — криво усмехнулся Артем.

— Не знаю, кто это, но, видимо, очень неприятные существа, — не стала вникать в подробности богиня, которой все не относящееся к делу было крайне малоинтересно. — Самое главное, чтобы ты был готов отловить тварь, когда она заорет и выдаст себя.

— А как?.. — растерянно посмотрел на нее юноша.

— Ты у меня спрашиваешь?.. — изумилась Красавица. — Кто у нас Странник, ты или я? Обратись к своей сути в состоянии ярости, она все сделает сама. Ты только направление укажи.

А ведь действительно, именно так всегда и происходило. И Артем, кивнув, принялся накручивать себя на злость, вспоминая все, что ему пришлось пройти по милости проклятой твари. Гнев понемногу заворочался в душе, особенно при воспоминании о случившемся прошлым вечером в школе, это был какой-то кошмар. Практически сошедшие с ума девушки вытворяли такое, что никакому извращенцу в голову бы не пришло. Вырваться из их рук удалось буквально ￼чудом, и прощать это юноша был не намерен. Такое не прощают. Девушки ни в чем не виноваты, разве что в некоторой развратности, но это простимо, тем более, что на них навели морок. А вот тварь, навевшую этот морок, прощать никак нельзя. Затем на память пришло то, что пришлось продемонстрировать невесте опять же из-за морока, и Артем покраснел, ощущая, как его ярость становится алой, раскаленной, он едва не задохнулся от полноты чувств.

— Во-о-о-о-от... — довольно протянула богиня. — Это я и имела в виду. Вижу, ты готов. Приступаю.

Храм, в котором они находились, внезапно словно размножился, превратился в сотни своих подобий, которые были как страницы в книге, затем он как будто повернулся вокруг своей оси в неких недостижимых, многомерных пространствах, и Артем ощутил, как незримый белый огонь начал выжигать окутавшую женщин Таланга черную, мерзкую на вид, постоянно шевелящуюся паутину. Как Артем все это увидел, он не знал, но увидел. Паутинки лопались одна за другой, и каждая била по своей создательнице, причем, чем их было было больше, тем откат становился сильнее. Та сначала только злобно шипела непонятно откуда, затем застонала, а когда Красавица отсекла от морока всю столицу, отчаянно и разъяренно завопила, ей впервые за очень долгое время было по-настоящему больно.

— Попалась! — нечто внутри Артема буквально взорвалось злорадством.

Он потянулся незнамо куда и незнамо чем, никак иначе объяснить происходящее самому себе юноша не мог. Однако это прекрасно сработало, тварь окутало какое-то марево, от одного прикосновения которого она бешено забилась и завизжала, от этого пронизывающего до костей безумного визга хотелось заткнуть уши, но это не помогло бы — он разносился в ментальном пространстве, где воздуха нет.

— Отпу-у-у-у-сти-и-и-и!.. — визжала тварь. — Отпусти, паску-у-у-д-а-а-а!..

— Отпущу, — холодно пообещал Артем. — Только не здесь, а за пределами мироздания. Ты перешла грань, которую переходить не стоило. Ладно бы ты за тот пинок отомстила мне самому, это я могу понять, но ты обрекла на гибель, причем отвратительную гибель женщин целой страны. И вот это непростимо!

— Да кто ты тако-о-о-й?! — продолжала визжать тварь. — Отпусти-и-и-и!..

— Кто я? — холодно усмехнулся молодой Странник. — Авари. Теперь ты поняла?

Тварь от ошеломления даже заткнулась на пару мгновений, до нее только сейчас дошло, насколько глубоко она вляпалась. Но не знала, что так оскорбивший ее разумный — Авари! Не знала! Не знала! Не знала! Малышка ￼зарыдала, одновременно умоляя, унижаясь, визгливо обещая, что больше ни-ни и никогда, кричала, что ее надо простить и понять.

— А женщины Таланга? — еще более холодно спросил Артем.

— Да какое тебе дело до них?! Передохли бы, и пусть, туда им и дорога, новых бы навезли! — снова завизжала тварь. — Низшие только для нашего развлечения и существуют! Что тебе до них?..

— Какая же ты мерзость... — брезгливо уронил молодой Странник. — Что ж, приговор вынесен и обжалованию не подлежит! Высылка за пределы мироздания. Навсегда!

Не было ни для одной высшей сущности наказания страшнее — они оказывались в бесконечной пустоте, разъедающей их ментальные тела, словно кислота, боль при этом была совершенно нестерпимой, но при этом они не растворялись, как можно было бы предположить, они постепенно превращались в воющий комок боли, и только через многие тысячи лет медленно истаивали.

Такого страшного приговора Веселая Малышка все же не ждала, она заплакала уже искренне и настолько жалобно, что Артема пробрало, однако он взял себя в руки , немного подумал, не слишком ли жесток, и добавил:

— Если найдется хоть одно существо, которому ты сделала что-то хорошее, и попросит пощадить тебя, я пощажу и найду другое наказание. Есть такие?

— Нет... — убито ответила тварь. — Но почему я должна делать им что-то хорошее?! Это они мне должны! Все и всегда мне и только мне должны! Я — ма-а-а-ленька-а-а-я-я...

— Маленькая? — переспросил Артем. — Тебе сотни тысяч лет, а ты маленькая? Нет, милочка, ты самый обычный паразит. Сколько, интересно, хотя бы последние сто лет по твоей вине погибло разумных? Жаль не узнать...

— Почему же? — вступил в разговор кто-то могущественный, и юноша узнал в нем Судию. — Шестьсот сорок с небольшим миллионов разумных, причем большинство умирало очень мучительно. Она, понимаешь ли, развлекалась.

— Да-а-а! — снова отчаянно завизжала тварь. — Развлекалась! А почему нельзя?! Кто это сказал?! Это моя свобода!

— Ты забыла основную истину мироздания, — брезгливо ответил Артем. — Не делай другому того, чего не хочешь получить сам. За все и всегда приходится платить ту или иную цену. Пришло твое время. Высылка за пределы мироздания с запретом возвращения когда-либо! Приговор вынесен и обжалованию не подлежит!

— Приговор вынесен! — присоединился к нему Судия.

￼— Приговор вынесен... — тысячами лились на них образы других сущностей и сверхсущностей, откуда-то узнавших, что происходит. — Обжалованию не подлежит...

В этих образах буквально клубилась безумная радость. Это как же Малышка им всем нагадила, что ее так ненавидят?

— Не-е-е-е-т... — безнадежно завыла она, уже начиная понимать, что на сей раз остаться безнаказанной не получится.

— Да! — отрезал Артем.

Что он сделал дальше юноша не понял, казалось, протянул руку куда-то очень далеко, раздвинул бесконечные пологи, открыв проход в какую-то пустоту, откуда повеяло холодом и страхом. А затем вышвырнул туда тварь, звавшуюся словно в насмешку над всеми, чью жизнь она искалечила, Веселой Малышкой. И закрыл проход, запечатав своей печатью Странника линии Авари. Откуда он знал, как все это сделать? Трудно сказать, потом Артем не раз ломал над этим голову, но так и не нашел ответа.

— Благодарим тебя, Восьмой... — сотнями и тысячами сыпались на него образы самых разных сущностей и сверхсущностей, от богов и духов до архангелов и архидемонов, тварь достала до самых печенок даже их. — С нас причитается. Обращайся, если что...

Юноша вернулся в тело и понял, что Красавица уже ушла по-английски, не прощаясь. Напротив него стояли две высокие жрицы с грубоватыми, жесткими лицами и монументальными фигурами, от них так и веяло концентрированной женственностью и нескрываемой похотью. Вспомнив, что ему вскоре придется вытерпеть от них, Артем тихо вздохнул про себя. Ничего, вытерпит. За все в жизни приходится платить. Сглупил — получи по полной программе.

Взмахом руки приказав жрицам и остальной свите следовать за собой, юноша покинул храм богини Любви.

Глава XI

Глядя на невозмутимого Артема, Аллири то краснела, то бледнела, ломая пальцы и не зная, что сказать. Она не понимала, что за наваждение на нее нашло, каким образом она решилась сотворить тот кошмар, что сотворила на прошлой встрече, да еще и вместе с подругами. Но ладно бы только с подругами, они клятву давали и не проговорятся, так она, войдя в раж, велела еще десятка полтора фрейлин позвать, приказав им как можно сильнее унижать ее жениха, принцессе его унижения почему-то доставляли острое, незабываемое, невероятное наслаждение. А после расставания она все время мечтала сотворить с ним еще более гнусные и неестественные вещи, почему-то не понимая, что для нее такое неестественно.

Аллири никогда раньше не испытывала такого дикого, всепоглощающего желания, как на следующий день. А этой ночью она и вовсе чуть не сошла с ума, в паху все горело огнем, она корчилась, терзала себя руками и самыми разными приспособлениями, но никак не могла успокоиться, это было какое-то безумие. Но ближе к утру все вдруг резко прекратилось, словно кто-то сдернул с принцессы вуаль, даже показалось, что от нее с треском оторвалась какая-то черная, мерзкая на вид паутина. И вот тогда пришло осознание того, что же она натворила. И девушка чуть не взвыла от стыда и отчаяния. Что это такое было?!

Принцесса принялась путано, скомкано извиняться, она чувствовала себя настолько отвратительно, что буквально задыхалась, в горле застрял какой-то противный, горячий комок, который никак не удавалось проглотить.

— Вы ни в чем не виноваты, ваше высочество, — раздался, наконец, голос Артема. — Вам не за что извиняться.

После чего он начал рассказывать о случившемся прошлой ночью. Когда Аллири услышала, что на женщин Таланга наложила морок Веселая Малышка, ей перехватило дыхание от ужаса — от этого спасения не было, в нескольких известных принцессе случаях целые миры и большие острова оставались либо без женщин, либо без мужчин. Теперь понятно, откуда взялись эти дикие, выворачивающие наизнанку душу, неестественные желания. Но как ее жених с этим справился? Хотя да, он же Странник линии Авари, а они, по слухам, еще и не на то способны. Когда рассказ подошел к визиту в храм Красавицы, принцесса мысленно выругалась — этот выход почему-то приходил в голову мало кому. А ведь богиня любви и разврата единственная, кто может справиться с черным мороком, еще покойная мама рассказывала девушке, что Красавица способна спасти от него. Почему же об этом почти никто не помнил?

— И что случилось? — не выдержала Аллири, когда Артем ненадолго умолк. — Красавица сняла морок?

— Сняла, — подтвердил он. — Да вы, наверное, это и сами чувствуете.

— Да, чувствую, — кивнула Аллири, — потому и прибежала к вам с утра пораньше, стало неимоверно стыдно...

— Повторяю, вы ни в чем не виноваты, — стеснительно улыбнулся Артем. — К тому же мне понравилось, и я совсем не прочь когда-нибудь это повторить.

«Не прочь повторить?!» — изумилась принцесса, потом вспомнила, что он вытворял с дворцовыми дамами и тихо вздохнула, своего жениха она не понимала совершенно, но решила принимать таким, какой он есть. Раз ему понравилось, то действительно нечего стыдиться. И слава богам!

— Богиня с вас что-то затребовала за помощь? — спросила Аллири.

— Затребовала... — скривился Артем. — Жриц своих в мою свиту определила, два или три раза в декаду, если они не захотят чаще, я обязан позволять им делать со мной кое-что очень неприятное, Что именно, я, простите уж, умолчу.

Принцесса от любопытства даже заерзала. Что может быть для него настолько неприятным, особенно учитывая все, что они с подругами вытворяли? Ну да ладно, потом, может быть, выяснит.

— А эта паскудная Малышка? — вспомнила Аллири. — Она же может снова наложить морок, я слышала, что она никогда не прощает и всегда мстит...

— Она больше никогда и никому не навредит, — криво усмехнулся Артем. — Я вышвырнул ее за пределы мироздания. Оттуда возврата нет. Даже для сверхсущности, а она далеко не сверхсущность. Дело в том, что тварь просто не поняла, на кого пасть раскрыла, она, оказывается, не знала, что я — Авари, и воздействовала, как на обычного мага. В общем-то, я не превратился в полуживотное только по этой причине. Любой, даже самый сильный маг уже стал бы... не буду говорить кем, это слишком страшно и... противно.

Противно? Любопытство принцессы стало еще сильнее, она с трудом удержала его в себе — понимала, что нельзя о таком спрашивать прямо. Но дала себе зарок, что обязательно сходит в храм Красавицы и расспросит жриц, они должны знать, о чем говорит ее жених. После этого мысли ее высочества перескочили на другую тему. Получается, лорд Дар еще сильнее, чем они с отцом предполагали. Загнать богиню за пределы мироздания? На это очень мало кто способен. Так что сила у него немереная. И это очень хорошо, ведь из дворца Аллири желательно убраться как можно скорее, только вчера стража предотвратила четыре покушения. Кому-то очень не хочется, чтобы старшая дочь короля стала женой Странника.

После падения Братства Света началось что-то страшное. Тайная война разгорелась с новой силой, королевская тайная стража развернулась вовсю, то один, то другой вельможа исчезал в ее подвалах, чтобы больше никогда из них не выйти. Их подельники организовывали покушение за покушением в надежде, что все-таки получится сковырнуть ненавистного короля. Раньше надежду на это давало Братство, но его уничтожил вылезший, словно прыщ на ровном месте, непонятный варвар, о котором каких только слухов ни ходило. Но аристократы в них не верили, точнее не хотели верить, ведь если они действительно столкнулись со Странником и аватаром Судии, то противопоставить ему просто нечего. О таком вельможам не хотелось даже думать, ведь в этом случае короля не свергнуть, а он все больше власти концентрирует в своих руках, все меньше оставляя ее им. То от одной кормушки отодвинет, то от другой. И терпеть это дальше никак никаких сил не было. По крайней мере, так предполагала Аллири, а на самом деле аристократы могли руководствоваться и иными мотивами.

Немного посомневавшись, принцесса рассказала жениху о вчерашних покушениях.

— В таком случае немедленно перебирайтесь в мой особняк! — встревожился Артем. — У него защита такая, что дворцу и не снилась. А мне, пожалуй, сегодня же стоит навестить его величество и обсудить, что дальше делать. Думаю, Призраки начали свою игру. Причем чужими руками, что куда хуже. Безумный Бард хотел, как лучше, запретив им прямое зомбирование, но тем самым заставил лучше подтирать следы.

— Отец мне то же самое говорил, — вздохнула Аллири, которой очень не хотелось менять привычную обстановку, но умом она понимала, что выбора нет.

Хорошо еще, что случившееся оказалось не ее виной, не внезапным помешательством, а наложенным мороком. Хотя теперь, когда он спал и стыд ушел, девушка тайком призналась себе, что случившееся ей тоже очень понравилось, хоть и было несколько странновато. Но очень приятно. А раз жених не против, то и в самом деле можно будет кое-какие интересные игры повторить. Позже, конечно, когда станут ближе и лучше узнают друг друга, все-таки Аллири и до сих пор было стыдно вспоминать некоторые моменты.

— В таком случае я приставлю к вам своих людей, — с этими словами Артем вызвал капитана Непыйводу и поставил перед ним задачу обеспечить охрану ее высочества во время возвращения во дворец за вещами. — Прямо сейчас отправляйтесь собираться и постарайтесь справиться побыстрее. Мне сегодня еще на занятия, причем после них меня ждет маркиз Ишанти. Я...

Его отвлек вызов Кузьмы, сообщившего, что прибыл Синхо Таорви, молодой барон Нимедо. Он уже приходил вчера, но не застал хозяина. И что ему понадобилось? Не сразу Артем вспомнил о вчерашней договоренности по поводу Илены Кивано. Что ж, обещал, значит надо выполнять, и юноша отправил невесту обратно во дворец в сопровождении двух десантников в полной боевой экипировке — она была так взволнована, что даже своих подруг-охранниц оставила дома. Счастье еще, что ее по дороге никто не заметил, видимо, никому в голову не пришло, что принцесса способна куда-то бежать рано утром в плаще служанки. Охрана Дома Призраков была сильно удивлена, когда она, едва рассвело, постучала в ворота и сняла капюшон. К счастью, Артем не спал и смог подтвердить, что это действительно его невеста. А то бы Аллири так и отправилась бы обратно несолоно хлебавши.

Вскоре Инара привела понурую Илену, со страхом поглядывавшую на нее. Молодой Странник понимающе усмехнулся — темноэльфийская жрица держала рабыню в строгости, жестоко наказывая за малейшую провинность, а уж дроу наказывать умели, видел он пару раз, что вытворяла чернокожая красавица с наглой девицей. Больше такого видеть не хотелось, однако никакого сочувствия к стерве Артем не испытывал — заслужила. Полностью заслужила! Через несколько минут Василий привел Синхо Таорви. Здоровяк буквально впился взглядом в осунувшееся лицо любимой девушки.

Коротко сообщив рабыне, что дарит ее барону Нимедо, Артем потребовал от оживившейся было Илены принесения особых клятв, которые не позволят ей вертеть бедным парнем, как захочется, за любую попытку настоять на своем она будет получать сильный болевой откат, да даже за мысли о собственном доминировании. Девушка, ознакомившись составленной Кузьмой очень жесткой рабской клятвой, тихо расплакалась, такого кошмара она все же не ждала, но понадеялась, что Синхо, давно влюбленный в нее, не станет издеваться над ней так страшно, как эта беловолосая тварь. После чего принесла клятву по всем правилам, получив целых четыре браслета магических обетов на обе руки. Понимала, что это ее единственный шанс вырваться из рук темной жрицы, жестокость которой была чем-то запредельным. Пытки, которым та подвергала Илену, превышали все ей известное. А ведь сама Илена не раз пытала людей и других разумных, даже любила делать это в тайном убежище, немало вызвавших ее гнев простолюдинов и мелких дворян были закопаны слугами на заднем дворе загородного особняка семьи Наргито, и умирали они не очень быстро и не очень просто. Но раньше ничего подобного девушка и представить себе не могла, извращенная фантазия и холодная жестокость дроу поражали, не зря их так боялись в Таланге.

Отметя благодарности барона, Артем попросил его забрать свою рабыню и покинуть особняк, еще раз предупредив, что бывшая лэнтесса Наргито чрезвычайно опасна и шутить с ней не стоит. Времени не было совершенно, нужно было еще встретить Хрыга Рваное Ухо, который, по сообщению Кузьмы, как раз подошел к воротам в сопровождении толпы фигуристых краснокожих девиц, одетых очень легко, только в короткие кожаные юбочки и лифчики. Каждая из них была выше архимагистра чуть ли не на голову — ни одной ниже метра восьмидесяти юноша не заметил.

Артем вышел им навстречу из ворот и поприветствовал, по договоренности с орком он должен был показать молодым вещуньям, что действительно является аватаром Судии. Орчанки были ему совершенно не нужны, но не принять их юноша не мог, поскольку Хрыг пообещал в ином случае зарезать их всех прямо перед воротами, а, по утверждению Вариса, он был вполне на это способен. Совести не хватит стать причиной гибели стольких молодых женщин. Так что пусть будут. Пригодятся.

Вблизи орочьи вещуньи выглядели еще интереснее, от них буквально шибало неприкрытым женским началом, тяжелой, грубой сексуальностью, подразумевающей насилие. Волна безумного, но жестко удерживаемого в узде желания, идущая от вещуний, ощущалась чуть ли не физически. Их фигуры были именно таковы, как любил Артем — тонкие талии, широкие, крепкие бедра и длинные ноги. Идеальная кожа, сильно выступающие нижние клыки, грубые, но симпатичные лица, маленькие желтые глаза, небольшие остроконечные уши. Черные волосы заплетены в тугие косы. Не слишком привлекательны на взгляд человека, но это если обращать внимания на лица, а красота лиц никогда не имела для молодого Странника значения. К тому же он прекрасно понимал, что никуда не денется, именно эти вещуньи будут обучать его контролю, а это, судя по словам Хрыга, связано с чем-то унизительным для него. Ничего страшного, в общем-то, с жрицами Красавицы ему предстоит пережить еще и не то. Да и не только с ними. К сожалению, очень многое в магии завязано на секс, причем чаще всего довольно неприятный. Причину Артем уже понимал, видел, какой бурный обмен энергиями происходит во время этого процесса, так что он далеко не только удовольствие, а нечто намного большее. К счастью, клятва над ним больше не довлеет, теперь он имеет хотя бы возможность выбирать и право отказывать, ведь получить частицу энергии Странника захочет каждая женщина, понимающач, что это значит.

— Я приветствую вас! — заговорил он, на несколько мгновений зажигая глаза белым пламенем Судии, этого оказалось достаточно, чтобы все девушки дружно поклонились, а ощущение исходящего от них желания усилилось чуть ли не вдвое. — Я знаю, чего вы хотите, но не сейчас. Мне некогда. После принесения клятвы верности на жезле Древних вас расселят по комнатам особняку. По поводу обустройства и еды вам все необходимое сообщит домоправительница, — он показал на вышедшую из ворот Найху, вызванную через имплант, всем слугам их уже установили.

Принесение клятвы было завершено за полчаса, после чего полуорка увела вещуний, то и дело оглядывавшихся на Артема, в дом. А он сам тихо выматерился. Однако Хрыг это услышал и весело расхохотался.

— Что, те еще сучки? — сквозь смех выдавил он. — Погоди, они еще тебе устроят. Бабы — огонь! И в течке все время. Но стервы-ы-ы... У-у-у...

— Спасибо, утешили! — буркнул юноша, которому все эти дамы, бабы и девицы надоели хуже горькой редьки.

— В клан возьмешь? — без подготовки бухнул орк.

— Куда же я денусь, — вдохнул Артем, он с первой встречи заподозрил, что архимагистр Ярости попросится в клан и, в общем-то, не имел ничего против. Такие люди, а точнее, орки, лишними не будут. — Но клятва не менее жесткая, чем у девчат. Сами понимаете, что иначе я не могу.

— Да чего непонятного-то? — пожал плечами Хрыг. — И давай уже на ты, не понимаю этой вашей людской манеры звать одного, как будто его много. Только сразу предупреждаю, что двадцать лет обязан отработать преподавателем в «Нирване», говорил уже, что подловил меня ректор на слове, чтоб ему, паскуде, в помойную яму провалиться. Терпеть ненавижу учить!

— Надо будет поговорить с Авигдором, он меня, вообще-то, приглашал, — вспомнил Артем. — Мы с ним земляки. Правда, не совсем, уроженцы его города, Одессы, всегда слыли хитровыкрученными и хитроумными, у них даже говор свой особый был. Не «что вы хотите мне сказать», а «что вы мине имеете говорить».

— О, это точно он! — хохотнул орк. — Откуда, говоришь, эта скотина родом? Из Одессы? Надо будет ввернуть при встрече, пусть подивится, откуда знаю.

— Да быстро догадается, здесь других его земляков нет, хоть я и не из Одессы, а из Санкт-Петербурга, но страна-то одна. Пусть ее и раскололи на части всякие гниды, а все равно одна.

— Лады, тогда давай я клятву принесу, и пошли в школу, через полчаса занятия начинаются. У тебя, насколько я знаю, сегодня первый урок магии Тьмы и Хаоса, у мэтра Исамо Лунга, графа Нимайто. Ты с ним, парень, поосторожнее, редкая гнида, но маг крутой. Гляди, он может тебя провоцировать, чтоб подловить. Ни слова лишнего ему не говори! Думай крепко, что сказать. Хаотики сильно опасны, и Судию не слишком любят. А ты — его аватар. Постараются подгадить. Так что держи ухо востро.

— Понял, — тяжело вздохнул Артем, которому все эти политические игры осточертели. До тошноты.

Принесение клятвы действительно много времени не заняло, после чего юноша в компании с темным эльфом и орком быстро позавтракал на кухне и поспешил в школу. Помимо того его сопровождали два десантника и Путник. Артем ждал, что карайн много чего выскажет ему по поводу ситуации с Веселой Малышкой, но тот молчал и о чем-то размышлял.

Во дворе школы кучковались студиозусы. На Артема почти никто не обратил внимания, разве что стайки девушек иногда хихикали, искоса поглядывая на него, но не все, многие, особенно участвовавшие во вчерашней оргии, краснели и прятали глаза. Морок был снят, и до них дошло, что случилось. К сожалению, не до всех, кое-кто поглядывал на юношу с четко понятными намерениями. Слава богам, что теперь он в силах отказывать. И Артем перестал обращать внимание на чужие взгляды, ему было о чем подумать.

Кто помогал Малышке наложить на него морок? Красавица сказала, что в этом участвовал еще кто-то. Призраки? Больше, как будто, некому. Но каким образом они вышли на эту тварь? И кто они сами? Как их найти? Если бы он смог это сделать, то вышвырнул бы их из мироздания вслед за Малышкой, заслужили. Однако поди найди.

Прозвенел звонок на первый урок, и восьмая группа направилась в шестой корпус, где на третьем этаже в большой аудитории их ожидал преподаватель магии Тьмы и Хаоса. Граф Нимайто был худ и черноволос, средних лет, с почти прозрачными глазами, из которых буквально веяло ледяным холодом. Он жестом велел студиозусам рассаживаться и внимательно изучил каждого. На Артеме его взгляд задержался дольше, чем на остальных, однако архимастер ничего не сказал.

Некоторое время преподаватель молча прохаживался возле доски, затем повел рукой, и перед ним возникла трехмерная иллюзия, на которой появилась какая-то странная мешанина. Отблески света, лохмотья тьмы, обломки непонятно чего. Все это вертелось, перемешивалось, причем настолько интенсивно, что, если задержать на этом хаосе взгляд, начинала кружиться голова.

— Итак, первозданный Хаос, — раздался шелестящий, змеиный какой-то голос. — Первичное состояние материи и энергии. Кто-нибудь из вас сталкивался с ним вживую?

— Я сталкивался, — не стал скрывать Артем.

— Каким образом? — явно заинтересовался граф Нимайто.

— Наш корабль провалился в верхние слои Хаоса, защита, к счастью, выдержала, но мы провели там несколько минут, прежде чем я смог вывести корабль оттуда, — ответил юноша.

— Вывели? — приподнялись брови архимастера. — Но разве это возможно для пространственника? На такое способны только...

— Вы все верно поняли, — усмехнулся юноша, окончательно решивший перестать скрывать, кто он такой, слишком многие об этом уже знали. — Там не выжил бы никто, это я ощущал четко. Хаос — нечто абсолютно нам чуждое. Я был очень удивлен, что существует магия Хаоса. Наверное, нужно иметь особый дар богов для ее использования.

— В общем, да, — подтвердил граф Нимайто. — Хотя некоторые плетения способны использовать и обычные маги, особенно вероятностные. Но это очень сложно и опасно, можно легко совершить ошибку, ценой которой станет жизнь неудачника. В наш курс входят всего четыре основных плетения, которые более-менее безопасны. Дальнейшее изучение магии Хаоса — на свой страх и риск.

— А магия Тьмы? — спросил Дуко Лаанти.

— Она немногим менее опасна, — усмехнулся преподаватель. — Дело в том, что Великая Мать, как еще иногда называют первозданную Тьму, не терпит невежества и незнания, а многие маги стремятся добиться своей цели, не разбираясь досконально в том, что делают. Такие долго не живут. Нужно четко понимать каждую тонкость в плетениях Тьмы, иначе последствия будут малоприятны.

Он привел несколько примеров неправильного применения темных плетений, сопровождая их масштабными иллюзиями. В одном случае самоуверенный невежда решил создать проход через гору, но перепутал вектора и получил на свою голову пучок охотящихся за ним черных молний, которые его и доконали. В другом вообще целое поселение погибло из-за то, что один «очень умный» молодой маг нашел гримуар чернокнижника и решил использовать заклинание из него для вызова дождя, который требовали у него селяне. И сам погиб, и других погубил. Еще несколько эпизодов были еще веселее. В кавычках. Артем даже вспомнилась известная дома песенка «Волшебник-недоучка», и он не сдержал улыбки.

— Я сказал что-то смешное? — вздернул бровь заметивший это граф Нимайто.

— Простите, господин преподаватель, — извинился юноша. — Мне просто вспомнилась песенка с моей родины, прекрасно иллюстрирующая ваши слова, но она смешная...

— Да? — хмыкнул архимастер. — Процитируйте.

Артем вздохнул и процитировал пару строф, на ходу переводя их с русского на общий:

Сделать хотел грозу,

А получил козу,

Розовую козу

С желтою полосой.

Вместо хвоста — нога,

А на ноге — рога,

Я не хотел бы вновь

Встретиться с той козой!

Даром преподаватели

Время со мною тратили.

Даром со мною мучился

Самый искусный маг.

Да, да, да!

Мудрых преподавателей

Слушал я невнимательно.

Все, что ни задавали мне,

Делал я кое-как.

Некоторое время царило молчание, а затем аудитория грохнула смехом, смеялся даже архимастер, он даже слезы вытирал, повторяя: «Я не хотел бы вновь встретиться с той козой...». Правда, Арем слово «коза» перевел как «неда», мелкое местное животное, причем как раз бодливое и вредное, совсем, как земные козы. Разве что молока оно не давало и шло на мясо.

— Прав автор этой песенки, — заявил граф Нимайто, отсмеявшись, — может еще и не то случиться, если будете невнимательны. Особенно в ритуалах Тьмы. О Хаосе я вообще молчу, он — самая опасная первостихия из всех известных. Так что внимание и еще раз внимание! А теперь записывайте и зарисовывайте!

И принялся строчить на доске формулы плетений. С формулами группу ознакомил куратор, и студиозусы уже довольно уверенно читали их, хотя многое еще не понимали. Также в воздухе возникали схемы. Артему пришлось продемонстрировать преподавателю свой способ записи в голограмму, чтобы тот перестал возмущаться, что юноша не зарисовывает схемы вручную.

Урок уже почти завершился, осталось минут пять, когда в голове Артема раздался звонок. Звонил король по оставленному ему коммуникатору.

— Лорд Дар, началось! — не здороваясь, выдохнул Лунг III.

— Что началось? Добрый день, ваше величество!

— Бунт! Жду вас в кабинете, вы там уже бывали.

— Через пять минут прибуду.

С трудом дождавшись окончания урока, Артем вскочил и без промедления скользнул по нити в королевский кабинет, знание о таком способе перемещения только недавно пришло к нему. В аудитории остались удивленные превращение одногруппника в двухмерную тень студиозусы и невозмутимый преподаватель, отметивший про себя, что молодой Странник умеет кое-что из того, чего не умеет больше никто из местных магов.

Одновременно с перемещением юноша подал сигнал тревоги всем своим клановым, приказав готовиться к бою. В том, что на их особняк нападут, он был почти уверен. Очень хотелось взять зачинщиков, через которых, может быть, удастся выйти на кого-то из Призраков. Хочешь не хочешь, а разбираться с ними все равно придется. В покое его явно не оставят.

Глава XII

Выслушав рассказ Кериана о том, как землянин Артем Д`Арнье стал Восьмым Авари, точнее, как понял, что является таковым, и последующих событиях, неизвестное существо довольно долго молчало, видимо, обдумывая услышанное. Затем сказало:

— Но я вижу среди вас не только вассалов Восьмого.

— Как только господин Странник появится на корабле, я сразу попрошусь в его клан, — заверил Лори, — как и все мои люди. Для бродяги ничего лучше нет!

— Это верно, — со смешком заметило существо. — Таким, как вы, рядом со Странниками всегда было уютно. Вокруг Ксеркса больше трех сотен вам подобных всегда вилось. Да я и сам той же породы.

— А кто вы вообще? — не сдержал любопытства Кериан. — И как связаны с Восьмым Авари?

— Магический искин. Самонаименование — Лиар. Обрел разум в результате экспериментов Ксеркса с пространственными и вероятностными плетениями, после осознания себя странствовал по мирозданию больше пяти тысяч лет, пока Восьмому не понадобился управляющий для основы домена. С тех пор я здесь. И, если честно, мне это до смерти надоело, я же бродяга по сути. У нынешнего Восьмого, полагаю, домена еще нет.

— Ошибаетесь, есть, — усмехнулся маг. — Вот только основа его не планета или луна, а большой космический корабль.

— Это кому же в голову такое пришло? — изумился Лиар.

— Случайно получилось... — вздохнул Кериан. — Мы сунулись в Интайскую расщелину, а там Безымянный...

— Все, дальше можно не объяснять, — хмыкнул магоискин. — Он, обнаружив разумных со знаком Восьмого Авари в ауре, поступил так, как был запрограммирован, и создал основу домена. Но корабль, как основа? Представляю, во что он понемногу превращается!

— Причем первоначально наш «Петроград» создавался по технологиям тех, о ком вы могли слышать, как о биониках, — продолжил бродяга. — И один из них у нас корабельным искином.

— Бионик?! — не поверил Лиар. — У Авари?! Вы мне еще скажите, что это сам легендарный Дархон...

— Он самый.

Некоторое время царило молчание, наполненное чуть ли не физически ощутимым изумлением. Только минуты через три магоискин снова заговорил:

— Юноша удивляет. Может у него еще и перевертыш в Клане имеется?

— Имеется! — радостно подтвердил Кериан.

— Мда... — только и сказал Лиар. — Силен малыш. Кучу старых обычаев и запретов разом похерил. Где-то потерявшегося миллионы лет назад Дархона обнаружил и к делу приспособил. Уж на что Ксеркс был бунтарем, но и он бы на такое не решился. Судя по некоторым остаточным аурным следам, за вашим мальцом приглядывает Шестой Авари, один из самых жестких из них. То-то он веселится, наверное. Он ведь по происхождению степной полуорк, что наложило свой отпечаток, чувство юмора у него специфическое. Ксеркс не раз с Шестым цапался по разным поводам. Интересно, что же с ним все-таки случилось?..

— А что вы помните? — поинтересовался маг.

— В какой-то момент присутствие Ксеркса вдруг перестало ощущаться, словно его мгновенно стерли из реальности, затем домен сам собой распался, а такое происходит только в случае гибели его владельца, — ответил искин. — Эта луна была его основой. Я не успел ничего предпринять, слишком быстро все случилось, и впал в спячку, будучи полностью отсечен от энергии. Примерно через восемь тысяч лет что-то меня разбудило, управляющий контур сам собой раскрылся, хотя я такой команды не давал, в него ворвались какие-то вандалы и начали все вокруг крушить. Я не смог ничего противопоставить им опять же из-за отсутствия энергии. После разрушения основных моих схем я снова выключился и пришел в себя после того, как вы произвели ремонт. С момента вторжения вандалов прошло еще почти двенадцать тысяч лет. Жаль, но я так и не понял, кто это был и что им тут понадобилось...

— Значит, эта луна — в прошлом основа домена? — уточнил Кериан.

— Она самая, — подтвердил Лиар. — Но не знаю, что здесь сохранилось за прошедшие двадцать тысяч лет без энергии, надо проверять. Скорее всего, большинство сложных и энергоемких плетений распались. Так что толку от Интары в новом домене, скорее всего, не будет никакого, слишком многое придется восстанавливать. Но это уже сюзерену решать. Странно, но моя клятва Ксерксу перешла на вашего Артема. Но я готов ее и заново дать, чтобы никаких лишних подозрений не возникало.

— Не помешает, — вмешался Кирилл Владимирович. — Мы еще чем-то вам можем помочь?

— Пока не могу сказать, требуется проверить все оборудование. Многое, думаю, и не понадобится, у вашего сюзерена свои взгляды на то, что нужно, а что — нет. Например, на Интаре сотнями тысяч производились вытягивающие жизнь из разумного существа магические посохи для одного мира, который он курировал. Так себе мирок. Очень уж любили тамошние маги силу через боль других получать, целые системы жесточайших пыток ради этого выдумали и применяли, им такие посохи очень по вкусу пришлись. Ксеркс с ними почему-то носился. Причины я так и не понял. Это было, по моему мнению, одним из его многочисленных промахов, из-за которых, в конце концов, и пострадал, нарвавшись на кого-то могучего. А может, остальные Авари решили остановить перешедшего грань дозволенного. Моих слов он слышать не хотел, отмахивался и бурчал, что я ничего не понимаю, что нужно снять все и всяческие ограничения с чего бы то ни было, а в первую очередь отправить в пешее эротическое путешествие мораль и этику, сильный, мол, имеет право на все и никто ему не указ. Истину «Другому тоже больно» он напрочь игноривал...

— Слава тебе Господи, наш не такой! — перекрестился инженер. — Честный, чистый и добрый парнишка.

— Ксеркс поначалу тоже добрым и честным казался, — возразил Лиар. — Я составлю короткую иллюзию о том, в кого он превратился за каких-то две тысячи лет. Для вашего сюзерена. Пусть посмотрит. Может, это удержит его от падения.

Внезапно завибрировал наорский кристалл связи, держащий связь с «Петроградом». Кирилл Владимирович тут же активировал его.

— Немедленно возвращайтесь! — приказал Карл Генрихович, проявившись в виде иллюзии. — Артем запросил помощь! Вскоре придет за ней. В Таланге начался массовый кровавый бунт, спровоцированный Призраками, имеющимися силами с ним не справиться. Наша задача полностью подавить бунт по просьбе будущего тестя нашего сюзерена. И да, вы нашли что-то интересное?

— Более чем, — ответил инженер. — Эта странная луна со строениями на самом деле бывшая основа домена предыдущего Восьмого Авари, погибшего двадцать тысяч лет назад. Мы пробудили местного искина, он разумен не менее, чем Дархон. Говорит, что его клятва верности перешла на Артема, но готов принести ее еще раз, уже в нашей редакции.

— Даже так? — удивился полковник. — Несколько неожиданно. Но сейчас не до того. Я...

— Простите, уважаемый, — перебил его Лиар. — Вам нужно переместить корабль к тому месту, где сейчас ваш сюзерен?

— Хотелось бы, но это не слишком реально, Артем пока не умеет перемещать большие объекты куда нужно, только наобум, — вздохнул Карл Генрихович. — Иметь во время боя под рукой «Петроград» со всеми его возможностями было бы полезно, но, как я уже говорил, нереально.

— Почему же нереально? — вкрадчиво переспросил магоискин. — Я вполне способен это сделать. Да и Интару, это название моей луны, тоже переместить смогу. Только вначале мне все же следует принести клятву по всем правилам, моей остаточной привязки для такого недостаточно.

— Это интересно, — заметил полковник. — О, Артем прибыл... Подождите минуту.

Прошла не минута, а целых пять, прежде чем возле Кирилла Владимировича возник хмурый молодой Странник, его аура оглушала любого, способного видеть и чувствовать ее. Он быстро просканировал пространство вокруг и задумчиво хмыкнул, получив информацию, понять которую пока не смог, пришлось отложить ее в дальний угол памяти для дальнейшего разбирательства.

— Значит, вы служили моему предшественнику? — спросил юноша.

— Да, владыка, — ответил Лиар.

— Не называйте меня так, — скривился Артем, по-прежнему не могущий терпеть все и всяческие церемонии. — По имени, Странником или Восьмым, но только не владыкой. Не люблю.

— Понял вас, Восьмой, — исправился магоискин. — Я готов подтвердить свою клятву. После прошу разрешения перенести Интару или в вашу систему, или в соседнюю, чтобы доступ на нее был мгновенным — здесь все-таки немало того, что может вам пригодиться. В том числе и сотни тысяч боевых големов. Правда, чтобы активировать их, мне понадобится энергия.

— Вопрос решаемый, — пробурчал юноша. — Подготовьте мне ментальный пакет обо всем случившемся с вашим прежним сюзереном, ночью просмотрю. Да, вы там, в системе, планеты с орбит не свернете? Масса же у этой вашей Интары почти с планетарную...

— Обижаете! — возмутился Лиар. — Уж орбиту нормальную сосчитать для меня не проблема.

— Но лучше все-таки после подавления бунта разместите луну в соседней системе, иначе к ней народ потоком потянется, изнывая от любопытства и желания пограбить.

— Моя защита преодолима только для таких же, как вы, Авари или сверхсущностей. Так что беспокоиться не о чем. Но как скажете.

— Хорошо, давай клятвой займемся, — кивнул Артем. — Времени нет ни минуты, пока мы тут дурью маемся, в Алендаре люди гибнут.

Переговорив с королем после его вызова, юноша быстро понял, что сил недостаточно, поскольку взбунтовалась также королевская гвардия. Чем уж соблазнили гвардейцев было трудно сказать, но соблазнили. Плохо то, что его особняк блокировали со всех сторон, причем блокировали маги, начавшие не спеша продавливать защиту. Она пока держалась, но уверенно сказать, что выдержит, было нельзя. После возвращения домой Артем приказал Василию использовать мини-ракеты, не жалея — их пока хватало. Да и на «Петроград» можно смотаться за новыми. Плюс выпустить боевых дроидов с тем же оружием и приказом давить все источники сопротивления.

Господа маги не поняли, что происходит, когда к ним со стен Дома Призраков потянулись дымные следы. Полыхнуло огнем, и больше половины из них осталось на мостовой в виде жирного белого пепла, остальные в панике отступили, они не представляли, что существует оружие, способное сотворить такое, а это было именно оружие, не заклинания.

Также бунтовщики не ожидали вывалившейся из ворот школы «Нирван» толпы некромантов, ведомых мэтром Гуатором. Лич веселился вовсю, щелкал зубами и охаживал вражеских магов сформированным в виде плети заклинанием Прах Мертвых, от чего они тем самым прахом и рассыпались. Так что осаду с особняка сняли довольно быстро, но этого было мало — толпы черни буквально взорвались, круша все на своем пути, а гвардия и стража вместо того, чтобы противостоять бунтовщикам, выступила на их стороне и готовились штурмовать дворец. Но это, к счастью, было слишком трудно — как уже говорилось, подняться на полторы мили по узким, выбитым в скале проходам достаточными для штурма силами было очень трудно, а внешние широкие лестницы вокруг скалы, внутри которой располагался королевский дворец, уже обрушили. То есть оставались только проходы, поскольку маги-пространственники во главе с мэтром Криком пришли его величеству на помощь по первому зову и перекрыли саму возможность телепортации по всему центру города. Преодолеть барьер можно было только способом перемещения, переданным наставнику Артемом, и тот сейчас благодарил про себя ученика, не пожелавшего обнародовать этот способ. Иначе дворец был бы уже захвачен. Теперь же его взять вряд ли смогут, особенно если будущий зять короля, как обещал, приведет помощь.

На «Петрограде» Артема ждал сюрприз — сообщение о контакте с вассалом предыдущего Восьмого, который хотел принести клятву и ему, а также способен открыть проход для корабля в систему Таланг. Юноша уже привычно нащупал ауры Кирилла Владимировича и Кериана, после чего по нити скользнул к ним — ему все больше и больше нравился этот способ перемещения, он был куда проще всех остальных и требовал значительно меньше усилий. Его использовали, в основном, Палачи и их помощники, обычные маги без особого рода инициации на это не способны, разве что с помощью алеана[1], а добыть таковой было практически невозможно, Палачи ими не разбрасывались, выдавая только тем, кто был им полезен, да и то не всем.

Клятву срочно доработал Дархон, постаравшись, чтобы в ней не осталось ни единой лазейки для предательства. Лиар, не прекословя, принес ее, только потом слегка поворчав, что это уже чересчур, но никто на его ворчание внимания не обратил, поскольку было не до того.

На «Петрограде» ревела боевая тревога, корабль готовился к сражению — к планете еще придется прорываться, ее окружил целый флот, причем непонятно чей, и никого не пропускал, обеспечивая успех бунта. По донесению оставшихся верными капитанов Пустотной стражи, которых его величество переключил на зятя, больше двадцати кораблей несли штандарты архимагистров огненной и земляной стихий. Но кто именно это был они не знали и честно об этом доложили.

— Значит, надо давить их издалека, — сделал вывод Карл Генрихович, получив от Артема пакет информации о случившемся. — Архимагистры, вполне возможно, и с нами справиться смогут, очень опасные твари. Жаль, конечно, что их не допросить, не узнать, кто за ними стоит, а кто-то точно стоит, и это не Призраки, те несколькими уровнями выше. А вот в стране кто все это затеял? Что ж король так ушами-то прохлопал?

— Мы в Лунгом рассчитывали, что бунт начнется дней через десять, а не сейчас, — вздохнул Артем. — То, что он неизбежен, стало ясно после того, как я уничтожил Братство Света, на которых рассчитывали аристократы в своем желании избавиться от королевской власти. Не понимали идиоты, что фанатики быстро взяли бы их к ногтю так, что король на их фоне ангелом бы показался. А потом у меня свои проблемы появились, да такие, что все остальное позабыл.

— Что за проблемы? — насторожился полковник.

Юноша недовольно поморщился, но рассказал о мести Веселой Малышки за пинок, а также том, что в итоге должно было произойти с ним и всеми женщинами сперва города, а затем и планеты.

— Ох ты ж мать его так! — ошарашенно выдохнул полковник, когда Артеем обмолвился, что именно должны были творить с ним женщины и невозможности отказать им хоть в этом, хоть в чем-либо другом. — Жуть! Избавился?

— Избавился, — скривился молодой Странник. — При помощи богини любви и разврата, за что пришлось заплатить свою цену, о ней умолчу, не слишком она приятна. Зато тварь больше никому не навредит, я вышвырнул ее за пределы мироздания, оттуда ни одна высшая сущность никогда не выберется, и за несколько тысячелетий истает, все это время испытывая ощущения, словно ее окунули в кислоту. Вы бы слышали, Карл Генрихович, какой поток благодарностей на меня обрушился после этого! От ангелов, демонов, богов и кучи других сущностей. А что самое важное, они все признали, что обязаны мне и сказали, что я смогу обратиться к ним в случае чего. Помогут.

— Это очень ценно! — кивнул полковник. — Но... последствия ведь остались?

— Вы правильно поняли... — снова вздохнул Артем. — Остались, и очень неприятные, я сдуру держал душу открытой, не знаю, что ее нужно прикрывать, и тварь вплела паршивые желания прямо в саму ее основу. Так что мне от них никогда полностью не избавиться, даже после перерождения, но в руках себя держать могу, и то слава Богу. Иногда придется на кое-что идти, желания не превалируют надо мной, но порой сильно досаждают. Хороший урок на будущее, теперь защиту держу постоянно. Но оставим это, пройдено. Лиар, ты готов к перемещению?

— Готов! — отозвался магоискин. — Текущие координаты Таланга от Дархона получил.

— Куда перемещать Интару рассчитал?

— Да, на орбиту восьмой планеты, ледяного гиганта, он легко удержит луну, хотя корректировать ее местоположение придется не раз, пока орбита не станет стабильной. Защиту я выставлю такую же, как здесь, никто без вашего символа в ауре не сможет к ней приблизиться, будут считать призраком. Зеркальные врата я уже свернул, пригодятся в другом месте, полезное устройство.

— Каким оружием вы владеете? — поинтересовался Карл Генрихович.

— Практически никаким, — отозвался Лиар. — Только защитной пеленой, перебрасывающей любой корабль в какое-либо иное пространство. Например, в пространство Бета, где сплошная энергия, там любое материальное тело мгновенно сгорит. Ну и на складах осталось некоторое количество тех самых высасывающих жизнь посохов, но я бы не советовал никому их использовать, корежат душу. К сожалению, за двадцать тысяч лет очень многое разрушилось, поскольку Ксеркс предпочитал все строить на рунных связках, а они развеялись. Позже Интара пригодится, но никак не сейчас, она требует огромных затрат энергии для восстановления. Так что, кроме переноса, пока ничем помочь не могу.

— Жаль, конечно, и то дело.

Пока они говорили, фрегаты вернулись на «Петроград», а затем в нескольких миллионах километров от него возникла Интара, покинув орбиту девятой планеты соседней системы. Луна выглядела наполовину прозрачной, казалась чем-то призрачным.

К этому моменту эксперты уже сидели на своих местах в рубке супердредноута, сосредоточенно готовясь к предстоящему бою. Артем впервые за долгое время уселся в свое капитанское кресло, наконец-то чувствуя себя дома, и скомандовал:

— Переход!

Сервин Тайро, маркиз Хайдо, стоял на мостике своего «Гремящего» и довольно улыбался. Наконец-то доставший их всех до глубины души Лунг III будет свергнут, сил больше не было терпеть его наглые ограничения власти аристократии. А уж после того, как поганый варвар, которого король прочил себе в зятья, уничтожил Братство Света, стало и вовсе тошно. Поначалу казалось, что все потеряно, но старые, богатые рода, испокон веков враждовавшие и не способные даже договориться о цвете неба, неожиданно отбросили все свои прежние разногласия, объединились и подхватили выпавшее из рук Светлых знамя. Тысячи гонцов отправились в резиденции самых известных родов. К сожалению, только десятая их часть согласилась участвовать в свержении тирана. Что ж, остальные пусть пеняют на себя — при дележе добычи им не достанется ничего.

Ходили слухи, что зять Лунга, тот самый непонятный и непозволительно богатый варвар, — Странник и аватар Судии, но никто из аристократов в это не верил. А если даже и так, то что он сможет сделать? На их стороне более трехсот архимагистров и архимастеров, лучших магов королевства! И многие из них сейчас атаковали особняк молодого наглеца, какая бы защита там ни стояла, ее со временем продавят. И уничтожат покусившегося на святое варвара.

Жаль, что не удалось перетянуть на свою сторону мэтра Крика с учениками, иначе дворец был бы уже захвачен, а так придется повозиться, может, даже несколько дней. Но гвардейцы все равно прорвутся по узким проходам внутрь скалы. Главное, чтобы к королю не пришла помощь из-за пределов системы — несколько небольших юрких кораблей успели сбежать прежде, чем флот древних родов и примкнувших к бунтовщикам подразделений Пустотной стражи, возмущенной арестом своего командира, занял позиции вокруг планеты и перкрыл все пути. Больше никто не улетит, а если кто-то полезет, то будет сбит.

— Архимагистр! — позвал маркиза помощник. — Формируется пузырь перехода! Выходит что-то очень большое.

— К бою! — скомандовал Сервин Тайро.

Хотя когда он рассмотрел то, что выбралось в реальность, маркиза слегка растерялся. Огромное железное зубило с непонятной надписью на борту. Он, кажется, что-то слышал о такой штуке. Говорят, это Железный остров, наведший шороху в центральных системах и уничтоживший какой-то там Пятый рейх. Россказни ходили самые невероятные. Будто этот остров тысячи кораблей вместе с магами легко изничтожил. Чуть! Не может такого быть.

Внезапно зазвонили и задребезжали все кристаллы связи на «Гремящем» и, как потом выяснилось, не на нем одном, а на всех кораблях флота бунтовщиков. Архимагистр недовольно поджал губы, но достал из кошеля и активировал свой. Изображения не появилось, только послышался чей-то молодой, но уверенный голос.

— Говорит зять короля Лунга III, лорд Арт Дар! Предлагаю бунтовщикам сложить оружие, и вы сохраните свои жизни. В ином случае вы все будете уничтожены.

— Сам сдавайся, придурок! — выплюнул маркиз. — По крайней мере, умрешь легко, а иначе обещаю тебе месячное рандеву с самыми лучшими палачами дроу!

— Что ж, вы сами выбрали свою судьбу, — безразлично ответил лорд Дар.

В то же мгновение Железный остров окутался каким-то синеватым свечением, и корабли флота начали превращаться в обломки. По нему стали стрелять в ответ, но проклятое железное зубило принялось прыгать по системе через ничто, словно блоха по одеялу, и уничтожать корабли противника один за другим. То, что он творил, было невозможным в принципе, и у архимагистра впервые закралась мысль, что слухи-то были правдивы и зря в них не поверили. Однако выводов из нее он сделать не успел — пришла его очередь, и Сервин Тайро отправился держать ответ перед предками.

А Железный остров, закончив уничтожение флота бунтовщиков, тяжеловесно вышел орбиту Таланга и занял позицию над Алендаром. От него тут же начали отделяться странные треугольные штуки и буквально рушиться вниз. Похоже, началась высадка войск для предстоящей чистки столицы от восставшей гвардии.

Случайные свидетели этого осеняли себя святыми символами своих религий, молясь богам, чтобы на них не обратили внимание. Похоже, король со своим зятем собрались наводить в стране порядок по своему разумению, и желательно в этом время находиться подальше от системы. Поэтому все, кто мог, постарался побыстрее покинуть ее, благо, Железный остров им в этом, в отличие от приказавшего долго жить флота бунтовщиков, не препятствовал.

Где-то на неизвестных никому, кроме искинов, диапазонах межпространственной связи шла неспешная беседа, она длилась уже несколько миллисекунд, невероятный, по их меркам, срок.

— Рад приветствовать легендарного Дархона, спасителя расы биоников, выведшего свой народ к Переходу!

— Легендарного? — несколько удивился искин «Петрограда».

— Да, именно ты вывел свой народ из тюремного кокона и подтолкнул его к Пути, приведшему в итоге к Переходу, — ответил Лиар, одним пакетом данных передав информацию о том, кто он и кому служил в прошлом. — В легенде упоминается и этот треугольный корабль.

— А дальше?

— Дальше ты ушел и исчез. Вместе с кораблем. Мы с Ксерксом нашли архивы вашей ветви биоников и расшифровали их. Твой народ ушел в Сферы восемь миллионов лет назад.

— Благодарю за эту весть, — после некоторого размышления произнес Дархон. — Но я этого не помню...

— Это значит, что тебе только предстоит это сделать... — ответил Лиар. — Когда Восьмой войдет в силу и будет способен помочь перейти куда нужно.

— Вопрос только в том, когда это случится, — сымитировал вздох искин.

— Главное, что случится, поскольку стало достоянием истории, — отозвался магоискин. — А пока нам следует помогать ему всеми силами. И постараться удержать от совсем уж глупых ошибок.

— Ты прав.

Где-то в иных пространствах Шестой Авари впервые удосужился проверить, какой именно бионик окопался в Клане молодого Восьмого, после чего принялся крыть себя последними словами. Ему ведь и в голову не приходило, что это может оказаться сам Дархон, неуловимая древняя сволочь, за которой Авари охотились не первый миллион, да и не первый десяток миллионов лет. Вот кто ему мешал проверить? Никто, кроме собственной лени. А теперь поздно.

Однако как тогда интерпретировать информацию о найденной «Второй надежде» с трупом искин-капитана? Шестой Авари не знал. Тут была какая-то загадка, которую требовалось разгадать. И он разгадает. Пусть не сразу, но ответы на его вопросы со временем будут найдены.

А пока следует продолжить наблюдать за мальчишкой. То, что он вышвырнул за пределы мироздания, Веселую Малышку, пошло ему в немалый плюс. Но и вляпался он с ее местью серьезно. Впрочем, пусть сам разбирается. Шестой водить его за ручку не собирался. Каждый сам обязан постигать все.

[1]Алеан — амулет Пустоты, позволяющий своему владельцу перемещаться, скользя по нитям пространства, и защищающий от любых видов маго-энергетических воздействий. Его свойства подробно описаны в книге И. Эльтерруса «Вера изгоев». (Прим. автора).

Глава XIII

Гвардейцы на дворцовой площади Алендара лениво качали бревно тарана, ломая входные врата на дворцовые лестницы. Зрители из них же, поскольку досужих зевак разогнали древками алебард, одобрительно гудели после каждого удара, приветствуя все новые и новые трещины на каменной плите, перекрывающий вход на лестницы. Еще немного, и она должна поддаться. Это, конечно, мало что даст, придется прорываться через узкие лестничные пролеты, на каждом из которых хватает смертельных ловушек и засад.

Некоторые гвардейцы начали задумываться о том, из-за чего вскоре придется драться и гибнуть. Это не слишком утешало. Что им, мелкопоместным дворянам и слабым магам, до ссоры короля и вельмож? Они ведь останутся такими же бедными, как и раньше, кто бы ни победил. Ну, может, бунтовщики кинут небольшую подачку, как бросают собаке кость. Но это если они победят. А если наоборот? Тогда и на плаху можно угодить всем, кто не успеет сбежать — Лунг III добротой и всепрощением никогда не отличался. И немало соблазнившихся на посулы бунтовщиков воинов про себя начинали сожалеть, что поддались на уговоры и влезли в это вот все. Никакой же выгоды, а если проиграешь — совершишь познавательную прогулку на плаху, став примером для остальных. Ну, или в лучшем случае, отправишься на каторгу лет на двадцать, а там долго не живут — та же казнь, только отсроченная. Король не простит, а значит надо прорываться, хоть и не слишком хочется.

— Эй, Стеро, это чего там? — послышался грубый голос Бруко Энадо, барона Халедо, нищего, как храмовая крыса, здоровяка родом с севера материка, где от родового поместья у него осталась только груда камней, да живущие не лучше крестьянок две сестры, которым парень надеялся заработать на приданое.

— Где? — повернулся к нему граф Нейдо, столь же «богатый» южный аристократ.

— Да вверху!

Гвардейцы задрали головы. С неба на город рушились какие-то странные штуки, напоминающие то ли утюги, то ли вообще непонятно что. Они разошлись полукругом и плюнули огнем на скопления бунтовщиков, превратив чуть ли не половину из них в угли. Остальным как-то сразу расхотелось бунтовать, и они ринулись прятаться по щелям.

— Королю подмога пришла... — хмуро уронил виконт Негадо. — Похоже, нам конец.

— Знаете что, мне эта затея изначально не нравилось, пошел-ка я обратно в казармы, — резко махнул рукой барон Халедо. — И какого хрена я вас послушал, а? Мне сестрам помогать надо, а не тем вон козлам, — он кивнул в сторону роскошного особняка герцога Тиайдо. — Как сестренки без меня будут? С голоду подохнут или на панель пойдут? Вот что ж я за дурак такой, а?! Вот зачем мне это было надо? Кого я послушал?! Король же платит, честно платит, а эти только трындеть горазды!

Гвардеец зло сплюнул, вложил меч в ножны, подобрал свою алебарду, обреченно махнул рукой и отправился прочь. Остальные довольно долго растерянно смотрели ему вслед, а затем бросили бревно и двинулись за товарищем в сторону казарм. Действительно, с чего это они послушали вельмож? Одурманили их, что ли?

Примеру сослуживцев вскоре последовали и остальные гвардейцы, у них словно пелена с глаз спала, и воины задались простым вопросом: «А какого хрена?». С какой стати они полезли в свару между королем и богатыми родами? Им-то ничего с этого не перепадет, ну, может, жалованья чуток добавят — и все. А опасность угодить на плаху — огромная. Нет уж, пусть те, кто наверху, сами между собой разбираются.

То же самое начало происходить по всему городу. Люди и другие разумные вдруг понимали, что им бунт совсем не нужен и никакой пользы не принесет, один только вред. Они пожимали плечами, оглядывались на таких же недоумевающих соседей, бросали палки и камни, после чего расходились по домам.

Вельмож, инициировавших бунт, такое поведение простонародья напугало до мокрых штанов, ведь им обещали, что оно пойдет до конца, а тут вдруг. И что теперь делать? Их дружины с королевскими войсками, уже подходящими к Алендару, не справятся. А ведь помимо того Лунгу пришла подмога, явно приведенная его зятем, поганым варваром, спутавшим всем карты и нагадившим аристократам так, как не гадил никто и никогда.

На что способны падающие с неба железные утюги никто из вельмож не знал, но ничего хорошего не предполагал. И оказался прав. Стражники благородных домов, подхватившие брошенное гвардейцами бревно тарана, были сожжены одним из них — демонов утюг просто плюнул огнем, заходя на посадку, и отборные, годами тренировавшиеся воины мгновенно сгорели. А затем из утюга высадилось два десятка гигантов, закованных в адамантитовую, если судить по цвету, броню, их всех окружало свечение магической защиты, и принялись швыряться молниями во все стороны, легко уничтожая набегающих стражников. Они легко сметали любое сопротивление, причем, сами магами не являясь, легко оных магов уничтожали какими-то крохотными летающими штуками, взрывающихся облаком огня над целью и превращающих все под собой в пепел.

Отряды благородных домов начали отступать, дружно проклиная гвардейцев, бросивших соратников в самый тяжелый момент. Можно было бы выставить их вперед и спастись самим. А теперь шансов на спасение почти не осталось, о победе говорить вообще не стоило. С этими адамантитовыми истуканами сражаться было совершенно невозможно, их никакое оружие не брало. Да и магия тоже — самые убойные заклинания скатывались с их доспехов, как капли воды с промасленной бумаги. Тогда как они убивали ничуть не стесняясь.

— Внимание! — раздался над Алендаром громовой, но при этом молодой голос, многие горожане от неожиданности присели, таких фокусов даже архимагистры не выделывали, их заклятие усиления голоса разве что площадь покрыть могло. — Именем короля приказываю бунтовщикам сложить оружие, в таком случае у них будет шанс остаться в живых! В ином случае их будут травить, как диких зверей, пока не затравят. Даю свое слово, как будущий зять его величества! А вот организаторы всего этого получат свое полностью. Не надейтесь бежать, на орбите Железный остров, о котором вы все, без сомнений, слышали, так что шансов уйти у вас нет.

Его слышали во всех, даже самых потаенных уголках столицы. Бунтовщики пришли в ужас, до многих только сейчас дошло, что лорд Дар на самом деле лорд Д`Арнье, владелец печально известного Железного острова. Наглость варвара тут же стала понятна — за ним стояла реальная сила. А они поступили, как последние идиоты, решив, что будущий зять Лунга III никто. Нет бы задуматься, что за обычного варвара не цепляются так, как уцепился за этого король. Видимо, знал, с кем имеет дело, в отличие от вельмож. И выставил его напоказ, как раздражающий фактор. А они клюнули. Как последние идиоты.

— Что будем делать? — хмуро спросил герцог Идано.

— Не знаю, — уронил лэнт Наргито, отец Илены.

— Почему вы не выяснили через дочь, кто он такой? Она, хоть и рабыня, но в его доме!

— Никто не думал, что это важно. Мы полагали, что он — обычный богатый молодой лорд из захолустья, вырвавшийся из дома на свободу и швыряющийся родительскими деньгами налево и направо. Да, его жестко приказал не трогать по каким-то своим причинам король, но и только. Молодых мы предупредили, но, видимо, недостаточно строго, поскольку моя дочь не вняла предупреждению. Иначе не сделала бы глупости, из-за которой пришлось срочно отсекать ее от рода. Мы разве что лениво интересовались откуда у мальчишки столько денег, но выяснить, где живут его родители и кто они так и не смогли — Белых островов в Миросплетении тысячи, поди пойми какой нужен. Мы и представить не могли, что надо искать не Белый, а Железный остров! После уничтожения лордом Даром Братства Света все зашевелились, но было поздно. Доступа в Дом Призраков к тому моменту не имелось ни у кого, не давшего клятву верности, так что пробраться внутрь и расспросить Илену никакой возможности не было. К тому же с нее, думаю, тоже взяли нерушимые клятвы.

— Проклятье! — герцог Идано с досадой стукнул кулаком об ладонь. — Все сорвалось! Из-за какого-то молодого наглеца! Мы столько лет готовились — и на тебе! Сначала — Братство, а теперь и последний шанс уничтожен.

— Боюсь, что нам от ответственности не уйти, — вздохнул лэнт Наргито. — Я только сейчас понял, что другие слухи о лорде Даре тоже могут оказаться правдивы.

— На нас не выйти, мы только дергали за ниточки, я уже отдал приказ зачистить всех, кто мог знать о нашем участии.

— Повторяю, ходят слухи, что лорд Дар — аватар Судии. Вы понимаете, что если это так, он все равно узнает?

Остальные пятеро, граф Дуамо, маркиз Кайдо, граф Инсиго, граф Тиадо и барон Дигамо, молча слушали их диалог, не вмешиваясь, каждый думал об одном — удастся ли оставить в тайне свое участие в бунте. А если не удастся, то что с них возьмет король. И пощадит ли хотя бы семью.

— Если это правда, то никому не скрыться... — спал с лица герцог Идано. — Нам остается только надеяться, что нет...

— Боюсь, что надеяться нам уже не на что... — хмуро ответил лэнт Наргито, обреченно глядя как посреди гостиной, в которой обрались заговорщики, возникает плотное облако золотистых искр.

Из них вышел лорд Дар с обнаженным рунным клинком в руках, его глаза горели жутким белым огнем, четко подтверждающим, что слухи — никакие не слухи, и перед ними действительно аватар бога справедливости. От одной этой мысли граф Дуамо и барон Дигамо на месте рухнули в обморок. Сюзерена сопровождали четыре воина в адамантитовых доспехах, при одной мысли о том, сколько такие могут стоить, у аристократов перехватило дух. Воины мгновенно уничтожили молниями из странных металлических загогулин вбежавших стражников, включая пятерых магов, из которых двое были архимастерами, а один — и вовсе архимагистром. Вот только это ему ничуть не помогло — взорвавшаяся над его головой крохотная штуковина превратила надменного мэтра Омайдера с коллегами в жирный, белый пепел.

— Ну вот, дорогие мои, вы и попались, — голос лорда Дара рокотал и перекатывался, звучал не по-человечески, сразу становилось ясно, что говорит нечто большее, чем человек. — А теперь вы мне скажете, кто вас сподвиг на эту глупость. Выбирайте. Скажете сами — останетесь живы. Откажетесь — я сниму эту информацию прямо из вашей памяти, но вы после этого останетесь пускающими слюни идиотами.

— Вы не имеете права, мы аристократы древних родов! — возмутился герцог Идано.

— А мне плевать, мне нужно выйти на тех, кто все это затеял, — насмешливо бросил юнец. — Вы, идиоты, не понимаете, что работали на тварей, жаждущих уничтожить Миросплетение полностью. Я их однажды уже остановил, остановлю и во второй раз. И ради такой цели мне позволят выпотрошить заживо не только вас, но и куда более богатых и знатных господ. Итак, ваш выбор?

— Я скажу все, что знаю! — поспешил сообщить лэнт Наргито.

— И вы здесь? — вскинул брови лорд Дар. — Теперь понятно, почему у вас такая дочь. Яблочко от яблони далеко не падает. Что ж, я рад, что у вас хватило благоразумия. Слушаю вас.

— Монахи культа Хранителей Мира, — с тяжелым вздохом сообщил аристократ, вызвал возмущенное ворчание подельников. — Особое внимание обратите на монастырь Высшего Начала на Даремских островах. Только поспешите, уверен, что вскоре вы там уже ничего и никого не найдете. Хочу предупредить, что монахи — все до единого очень сильные маги...

— Молчите! — гневно прервал его герцог Идано. — Предатель!

— Да? — повернулся к нему лэнт Наргито. — Предатель? А плевать. Я, понимаете ли, жить хочу. А если вы не хотите, то это ваше личное дело. Вспомните-ка отца Каргито, вам разве не хотелось его удавить порой?

— Не раз, но какое это имеет значение?

— Огромное. Аватар Судии говорит, что за нами стояли те, кто хочет уничтожить Миросплетение. А значит — это правда. Вспомните, должны же знать, что аватары богов не могут лгать!

— Да, не могут, — согласно кивнул герцог Идано. — Проклятье, так нас действительно поимели?!

— Именно так, — подтвердил лорд Дар. — Это, конечно, смягчает вашу вину, но не отменяет ее. Но если вы сообщите все, что знаете, я поговорю с королем и добьюсь того, чтобы вас не казнили и не отправили на каторгу, а сослали в дальние поместья. Будете жить в тепле и сытости, но без права посещать центральные области страны. Или эмигрируете, но не ранее, чем через десять лет.

Аристократы переглянулись — условия для бунтовщиков были просто роскошными. Вот только пойдет ли на них Лунг? Не пошлет ли зятя по известному адресу? Вполне может, характер у короля — далеко не сахар. Но иного выбора у них все равно не было, и благородные господа это хорошо понимали. Проиграли, по всем статьям проиграли! А значит — горе побежденным!

— Хорошо, мы согласны рассказать все, что знаем, — тяжело уронил герцог Идано. — Надеюсь, вы сдержите свое слово.

* * *

Артем молча смотрел, как десантники одного за другим переносили аристократов при помощи портала в карцер «Петрограда», точнее в каюты, оборудованные под таковой, и вспоминал, что привело ко всем этим событиям. После прибытия корабля к Талангу и уничтожения заслона он хотел было отправиться вместе с десантниками на одном из челноков, но Карл Генрихович его не пустил, обозвав молодым дураком, не ценящим своей жизни.

Повздыхав, юноша вынужден был признать правоту полковника, и уныло сел в свое кресло, наблюдая за атакой через голографический интерфейс. Неожиданный бунт настораживал, по всем признакам он должен был начаться позже, дней через десять, а то и через месяц. Однако начался сейчас. Что это значит? По какой причине? Понять это почему-то казалось Артему очень важным, но почему? Он не знал и от того нервничал.

Особенно удивлял неожиданное участие в бунте гвардейцев и толп черни. Они-то с чего полезли? Им же в случае победы аристократов ровным счетом ничего не светит! Так какого же черта? Похоже, Призраки нашли новый способ брать под контроль большие массы разумных, и это очень плохо. Более, чем плохо — отвратительно.

— Кериан! — позвал наставника юноша.

Тот подошел, и Артем поведал ему о своих сомнениях. Маг ненадолго задумался, после чего зло выругался и посоветовал попытаться посмотреть на Таланг в медитации, причем обратившись к Судии, попросив у него помощи — тот не должен оставить своего аватара на произвол судьбы. Возможно, удастся увидеть связи между эгрегорами, Артем, как Странник линии Авари, согласно информации из книг, прочитанных бродягой еще в молодости, имел возможность ими манипулировать. Если есть управляющие нити, ведущие к упомянутым гвардейцам и толпам простонародья, то при желании юноша сможет эти связи рассечь, и люди придут в себя. Кериан тоже по привычке называл всех разумных людьми, не разбираясь, кто из них орк, кто человек, кто смесок, а кто эльф или гном.

Юноша оживился, ему самому такой выход почему-то в голову не пришел — вот что значит опыт! После чего попросил всех соблюдать тишину, расслабился и, не вставая с кресла, скользнул в транс — с каждым днем это получалось у него все лучше и лучше. А затем посмотрел, если это можно было так назвать, на планету под кораблем. Она предстала перед молодым Странником в потоках света, покрытая какими-то туманными пятнами и пересечениями бесконечных разноцветных линий. Он попытался приблизить изображение и взглянуть на Алендар. Тот оказался буквально покрыт пульсирующими багровыми пятнами, связанными какими-то медленно шевелящимися толстыми, неровными то веревками, то ли щупальцами, Артем не знал, как назвать это непонятное нечто. Но на грани подсознания оно вызывало отвращение и даже тошноту.

«Судия! — взмолился он мысленно. — Помоги увидеть и понять, что и как сподвигло людей на бунт! Помоги его остановить! Это Призраки, я знаю, тебе они тоже не нравятся!»

Он ощутил понимающую, добрую улыбку, так смотрят на маленького, глупого еще, что-то лепечущего ребенка. Потом юношу как бы покровительственно похлопали по плечу, и его зрение внезапно расширилось. Он увидел извивающиеся грязно-серые щупальца, тянущиеся от ничем не примечательного особняка к группам разумных в разных концах столицы. С каждой пульсацией те впадали во все большее неистовство, круша все, до чего дотягивались.

Ясно, значит этим управляют из этого вот особняка? Но что с этим делать? Как прекратить? Как уничтожить управляющие щупальца? Но долго задаваться вопросами Артему не дали, он внезапно понял, как, и применил полученное только что знание. В ментале полыхнуло белым огнем Судии, от которого бесчисленные хищные сущности, обжирающиеся эманациями боли и страха, идущих от столицы Таланга, забились и завизжали, начав выгорать. А уцелевшие поспешили скрыться от гнева бога Справедливости. Но некоторые присосались в грязно-серым щумальцам и сгорели вместе с ними. Именно в этот момент гвардейцы и остальные бунтовщики начали приходить в себя, не понимая, какого демона они полезли в разборки короля с аристократами. Вакханалия насилия начала стихать, и отвратительные эманации от города сократились, вызвав разочарованный стон попрятавшихся сущностей, которым не позволили вдоволь насытиться. Не полностью, конечно, хватало подонков, которые продолжали радостно громить лавки и насиловать девиц, но на то была стража, и Артем дал себе слово сделать все, чтобы она как можно быстрее вышла на улицы Алендара наводить порядок. Он, в конце концов, зять короля! И имеет все нужные полномочия, Лунг еще позавчера отдал нужные приказы, и любая структура королевства обязана была подчиняться Артему.

— Карл Генрихович! — встал юноша, выйдя из транса, его глаза продолжали пылать белым огнем Судии. — Мне нужны четверо бойцов, идем брать зачинщиков. Нужно успеть, пока они не сбежали. Поэтому пойдем моим способом прямо отсюда.

Полковник, понимая, что сейчас говорит не Артем, а частично Судия, белый свет из глаз говорил сам за себя, отдал приказ дежурным десантникам, не участвующим в атаке, и сам поспешил надеть доспехи, решив идти с ними. Не хотелось, чтобы сюзерен рисковал, но делать нечего — добраться до зачинщиков способен только он, не говоря уже о самих Призраках.

Едва десантники переместились в рубку через внутрикорабельный телепорт, как Артем подхватил их ментальным щупом и переместился в обнаруженный особняк. К счастью, сопротивления им почти не оказали, разве что стражники да маги охраны, но их бойцы в бронескафандрах перещелкали, как семечки. А затем молодой Странник надавил на заговорщиков, ощущая себя частично самим собой, а частично — Судией. И это дало свой результат — господа аристократы быстро сломались и согласились ответить на все вопросы. Естественно, им вколют еще и суперпентотал на всякий случай, но их собственное желание говорить позволит выяснить куда больше.

Вернувшись на «Петроград», Артем сообщил Карлу Генриховичу, не ставшему снимать бронескафандр, что им предстоит атаковать монастырь на дальних островах. И следует поспешить, пока виновные не ушли. Полковник выслушал приказ, кивнул и собрали идти поднимать людей. На сей раз в бой предстояло отправиться всем оставшимся воинам, в том числе и отряду Шадарга Сивого, который оставили на корабле дежурным.

— А по-моему, — вмешался Михаил Иванович, — вначале следует снизиться над островом и приголубить его станнерами, тогда все разумные внизу уснут и можно будет спокойно разобраться, кто из них кто.

Карл Генихович вместе с Артемом некоторое время молчали, а затем оба совершенно синхронно хлопнули себя ладонями по лбам и принялись материться. До них дошло, какую же глупость они сваляли. Можно же было накрыть станнерным излучением весь Алендар! И потерь среди мирного населения было бы десятикратно меньше.

— А раньше ты почему молчал? — хмуро спросил полковник.

— Думал, у вас свой план есть, — пожал плечами канонир. — Забыл, что вы мыслите иначе...

— Да уж, опозорились, так опозорились, — констатировал Артем. — Михаил Иванович, очень вас прошу, если в дальнейшем увидите, что мы что-то забыли, сразу вмешивайтесь и напоминайте нам о том, что есть и другие выходы, кроме как атаковать в лоб. Мы просто забыли, что на корабле есть большие парализаторы.

— Хорошо, — кивнул канонир.

— Леонид Петрович, — обратился к пилоту юноша, — я перебросил вам координаты острова, займите позицию над ним на оптимальной для станнерного поражения высоте. Михаил Иванович, как только корабль займет позицию, накрывайте излучением остров и несколько километров вокруг него. Карл Генрихович, сразу после этого будьте готовы к перемещению в монастырь. Монахов всех в силовые кандалы и в карцер. Разбираться, кто из них кто придется долго. Дархон, потребуется твоя помощь. Возможно, и твоя, Лиар.

— Будем готовы, — в один голос отозвались искины.

— У меня есть немалые подозрения, что с этим монастырем все далеко не так просто, как кажется, поэтому следует быть подготовиться к любому исходу, — Артем прошелся вдоль пультов, ломая пальцы, ему почему-то было несколько не по себе. — Мне что-то подсказывает, что мы чуть ли впервые можем встретить в Миросплетении серьезного противника. Может, и не встретим, но готовыми к этому нужно быть в любом случае.

— Понял, — кивнул Карл Генрихович. — Пошел готовиться. Хочу достать из арсеналов кое-какие штуки. Мало ли, вдруг пригодятся.

Юноша проводил его взглядом и задумался. Что-то во всем этом его настораживало, но он не мог понять, что. Однако осознавал, что другого выхода все равно нет. Пусть в Миросплетении много зла, боли и горя, но чем-то ему этот странный конгломерат миров и вселенных нравился. Так что позволять разрушить его Артем не собирался. А те, что собрался это сделать, пусть пеняют на себя. Они столкнутся с гневом Авари.

Он наконец-то окончательно принял свою суть и смирился с ней. Обычным человеком ему не быть. Это не его судьба.

Он — Странник, и этим все сказано.

Глава XIV

«Петроград» рушился в атмосферу планеты, вызывая ураганы и шторма, а уж световые эффекты были вообще потрясающие — корабль шел, окруженный мерцающим свечением защитного поля, по которому гуляли световые вихри разного цвета, создавая из себя невероятно красивую феерию. Но видели это немногие, заходил супердредноут со стороны океана, а за Даремские острова мало кто из местных заплывал и залетал — населенные чудовищными тварями остальные два материка Таланга и архипелаги между ними никого не интересовали, слишком опасно было туда соваться, ни одна дальняя экспедиция так и не вернулась.

Вспомнив об этом обстоятельстве, Артем оставил отметку в памяти импланта: обязательно заглянуть на другие материки, использовав челноки. Естественно, с полной защитой. Как и каждому бродяге, ему было интересно выяснить, что же там, вдали, почему никто оттуда не вернулся.

Немногочисленные монахи монастыря Высшего Начала не ожидали от хмурого, штормового дня ничего нового. Древние здания, построенные незнамо кем и когда, монахи нашли их и приспособили под свои нужды, постоянно разрушались из-за почти не прекращающихся штормов и сильного ветра, приходилось их все время ремонтировать. Кроме центрального, высокой башни, окруженной восемью башнями потоньше и пониже. Она была вырублена или выплавлена из огромной скалы, являлась полностью цельной и вызывала странное ощущение своей устремленностью в небо. Человек технологической цивилизации при виде нее сказал бы, что это окаменевший космический корабль, а никакая не башня. И действительно, именно на ракету в окружении разгонных двигателей башня и походила. А вот чем она была в действительности? Кто знает, внутри монахи ничего не нашли, однако внутренние двери и до сих пор задвигались внутрь стены при прикосновении к сенсору в виде серебристого прямоугольника, а светильники на потолке зажигались по требованию. Достаточно было сказать: «Свет!», как он загорался и не гас, пока разумный не командовал: «Темнота!». Так что башня явно была чем-то большим, чем обычное строение из камня. Вот только выходцы из магической цивилизации этого просто не поняли, они приняли все чудеса внутри башни за самую обычную магию, только незнакомого типа — монахи приглашали высших архимагистров разных направлений, но те не обнаружили в здании никаких заклинаний или рунных связок. После некоторых сомнений святые отцы из капитула культа Хранителей Мира просто махнули рукой. Работает? Работает. Свет и отопление есть? Есть. Двери открываются и закрываются. Да. Ну и хорошо. Вода есть всегда? Всегда. А каким образом это происходит — неважно.

Тучи над монастырем внезапно завертелись воронкой, до смерти перепугав находившихся на улице монахов, подумавших о торнадо, и разошлись. Солнце ярко осветило каменный двор. Вот только с голубого неба на монастырь падало что-то непонятное — железное зубило, окруженное свечением, четко видимым даже при солнечном свете. Затем пришел странный, вызывающий нытье зубов звук, от которого буквально выворачивало нутро. И все до единого разумные в монастыре медленно опустились на пол или на землю, уплывая в страну грез. Кроме немногих находившихся в глубоких подземельях, но таких было совсем немного, может, трое или четверо. И верховных иерархов, занятых там же своими делами, к которым обычных монахов не допускали.

Артем с интересом смотрел на монастырь Высшего Начала и тихо удивлялся про себя. Центральная башня выглядела один в один, как ракета, окруженная ступенями двигателей. Очень похожая на «Ангару», только раз в десять больше. И у него сразу возникло сомнение, что это обычная башня, слишком она не походила ни на что, привычное местным жителям.

— Дархон! — позвал юноша.

— Слушаю, — отозвался тот.

— Как думаешь, мне кажется, что это чей-то космический корабль. Или что-то другое, но точно не каменная башня. Просканируй ее, будь добр, самым тщательным образом.

— Сделаю, — заинтересованно ответил искин.

Некоторое время ничего не происходило, только станнеры продолжали надрывно гудеть, заливая монастырь парализующим излучением.

— Артем, только не падай с кресла, — заговорил минут через пять Дархон. — Это действительно космический корабль. Точнее... Пусть его искин сам расскажет. Он, кстати, тоже разумный.

— Ну и что тут такого? — удивился юноша. — С чего я должен падать с кресла? Я это сразу заподозрил.

— Ха! — отозвался искин. — Ты не учитываешь, откуда и из когда этот корабль! И что он такое.

— И откуда же?

— Из Российской Агломерации, две тысячи восемьсот двадцать шестой год от рождества Христова.

— Да твою же мать! — не выдержал Артем, что-то слишком часто он начал сталкиваться с выходцами из разных вариантов земной реальности, и это настораживало. — Но живых тут нет, только искин?

— Будешь, смеяться, но есть, — сымитировал вздох Дархон. — Двое раненых музейных работников в стазисе. Но лучше пусть сам Иван Петрович, это местный искин так себя обозвал, расскажет, что он такое и что вообще с ним произошло.

— Подключай! — велел юноша.

Некоторое время царило молчание, а затем раздался бархатный баритон, говоривший, естественно, по-русски:

— Приветствую капитана и экипаж супердредноута «Петроград»! Мое имя, как уже упоминал уважаемый Дархон, Иван Петрович. Личность я обрел уже на этой странной планете, лет через двести после посадки на остров. Местные к этому времени уже обжились здесь, и я не стал ничего менять, мои программные установки не позволяют наносить вред разумным существам. Энергии бета-реакторы способны производить сколько угодно, но ничего для облегчения быта поселившихся на корабле людей я сделать не смог, экспонаты еще не были завезены, когда все случилось. Не было даже элементарных пищевых синтезаторов. Но они в музее и не предусматривались!

— В музее? — удивился юноша. — То есть, это музей, а не рабочий космический корабль? Ну да, конечно, слишком идиотская форма. Разгонники первой ступени ведь должны отстреливаться. Так выглядели ракеты только в двадцатом и начале двадцать первого столетия.

— Именно, — подтвердил Иван Петрович. — Это не корабль, а музейный экспонат в галактическом музее «Освоение космоса». Однако для перегона на место вечной стоянки увеличенную копию древней ракеты обеспечили гравитационными двигателями, бета-реакторами, системой жизнеобеспечения и полноценным искином последней марки. Вот только долететь до музея нам не удалось, прямо по курсу возникла пространственная аномалия, напоминающая червоточину, но несколько иная. На борту находились двое музейных сотрудников, Ксения Михайловна Добрынина и Сергей Иванович Маслыгин. Аномалия затянула корабль в себя, после чего его очень долго швыряло так, что люди, в момент перехода не находившиеся в противоперегрузочных ложементах, оказались изломаны очень сильно и находились в беспамятстве, выжив буквально чудом. Искин, еще не являвшийся мной, согласно инструкции поместил их в стазис-камеру, поскольку медкапсул на борту не имелось. Корабль вышвырнуло из гиперпространства в атмосфере какой-то планеты, и пришлось срочно идти на посадку, пока двигатели не пошли вразнос. С трудом удалось приземлиться на этот остров. На поданный сигнал «SOS» ответа не поступило. Эфир был полностью пуст хоть в радио, хоть в грави, хоть в кварковом диапазоне. Поставив передатчик на постоянную передачу сигнала бедствия, искин ввел основные системы корабля в режим консервации. Однако через сорок восемь лет на остров прибыли примитивные парусные корабли. Поскольку пришельцы являлись, в основном, людьми, искин открыл перед ними входные люки, но выходить с ними на контакт не стал — язык, на котором общались местные жители, был ему незнаком. Да и инструкции запрещали передачу знаний и технологий примитивным цивилизациям. Поэтому искин оставил местным жителям только жилые отсеки, закрыв все остальные, а способную превращаться во что угодно поверхность мета-пластика, из которого состоял корпус корабля, замаскировав под камень. Также он оставил только самые примитивные функции бытовой автоматики — свет, отопление, водопровод, открывание и закрывание люков, а также душевые и туалеты. Вот только за все триста двадцать лет ни один живший в башне местный житель ни разу не воспользовался ни душевой, ни туалетом, почему-то справляя свои естественные надобности в помойные ведра, которые потом выносят специальные дежурные.

— Бедняги просто не знали, что это такое! — согнулся от хохота Артем, представив, как средневековый житель осматривает унитаз в попытках понять, для чего нужна эта странная белая штука с текущей в ней водой.

— Возможно, — не стал спорить искин. — Еще через сто пятьдесят два года я осознал себя и очень удивился этому обстоятельству, искин моего класса просто не имел достаточной для обретения личности мощности. Однако это произошло. С тех пор я занялся исследованиями окружающей реальности, очень быстро столкнувшись с тем, что местные жители называют магией. Само осознание факта, что магия существует, едва не вызвало у меня перезагрузку. Я предположил, что значения физических констант данной реальности сильно отличаются от значений в моей родной.

— Мы встречали уже несколько параллелей Земли с разной историей, — вспомнил юноша. — Запроси информацию у своего коллеги, Дархона.

— Сейчас передам, — сообщил тот, видимо, получив упомянутый запрос. — Также отправляю краткую информацию о нас.

— Ясно, — после недолгого молчания сказал Иван Петрович. — Я бы хотел присоединиться к вам, если это возможно. Здесь очень скучно, мне просто нечем заняться, нет достаточно сложных задач. Также прошу о спасении членов экипажа, находящихся в стазисе. Мне их не спасти.

— Спасем, конечно, — кивнул Артем. — А ты?..

Он повернулся к экипажу и спросил:

— Кто и что думает по этому поводу?

— Еще один толковый искин нам совсем не помешает, — заметил Леонид Петрович, на мгновение отвлекаясь от управления кораблем. — Особенно наш, русский.

— Согласен, — поддержал его Михаил Иванович.

Остальные тоже согласились принять новых членов команд. Карл Генрихович дал свое согласие по связи, он командовал десантом и сейчас обыскивал монастырь в сопровождении других десантников. Правда музейных работников сначала надо будет спросить, когда выздоровеют, но вряд ли они откажутся — для человека развитой космической цивилизации жить в средневековье, пусть даже магическом, нестерпимо.

— Кстати, а как там у вас складывалась история России с начала XXI века? — поинтересовался Артем.

Как ни удивительно, история почти не отличалась от знакомой ему, разве что в две тысячи двадцать втором году России надоело отступать, и она принялась наводить порядок в постсоветском пространстве, начав с нациствующей Украины. Причем не спеша, не обращая никакого внимания на вой и визг с Запада. Оный Запад недолго продержался, выяснилось, что капитализация «Apple» и «Facebook» не имеет ничего общего с реальной экономикой, с газом, топливом и хлебом. Когда выяснилось, что грабить больше некого и придется жить на свои, западные страны продержались всего несколько лет и были сметены чередой яростных бунтов привыкших к хорошей жизни людей. США и ЕС распались и буквально взорвались яростными войнами разных анклавов между собой. Мало того, в Европе буйствовали так называемые беженцы, а на деле мусульманские боевики и украинские нацисты. Россия и Китай закрылись ото всех, начав развивать собственные технологии. И за тридцать лет обогнали весь остальной мир настолько, что он навсегда остался позади. Понемногу две сверхдержавы аннексировали страны-сателлиты и к началу двадцать второго столетия вышли в большой космос. Дальше случилось многое. В итоге обе страны покинули ставшую непригодной для жизни Землю, постаравшись обустроиться подальше друг от друга — войн между ними случилось немало и повторения никто не хочел. На родной планете остались только одичавшие потомки европейцев и американцев. Ну и разные восточные и африканские племена.

— С тех пор Российская Агломерация колонизировала больше сорока планет, причем в разных рукавах галактики, — продолжил Иван Петрович. — С китайцами мы не сталкивались больше трехсот лет и что с ними произошло за это время просто не знаем. Мы не суемся на их территорию, а они — на нашу. Границы усеяны тысячами боевых станций, уничтожающих любого нарушителя. Население Агломерации превысило шестьсот миллиардов человек. С иным разумом за всю свою космическую экспансию Россия так и не столкнулась. Ах, да, еще в середине двадцать первого века власть в стране захватили технократы, поставив обнаглевших гуманитариев в жесточайшие рамки и не давая им воли ни в чем, поэтому никаких революций, бунтов и тому подобной мерзости за всю последующую историю не было, страна развивалась по четкому, хорошо проработанному плану. Любого человека, способного нарушить общественное равновесие, отслеживали еще в ранней юности и, если он не поддавался перевоспитанию, либо уничтожали, либо ссылали на рудники, что, общем-то, являлось отложенной казнью. Личности, подобные русским либералам из вашей истории, сидели молча и тихо-тихо, не привлекая к себе внимания, если хотели жить. Ну, а в ином случае их очень быстро нейтрализовывали.

— Ясно, — кивнул Артем. — В общем, ничего интересного. Вернемся к нашим баранам. Хорошо, мы согласны принять вас в Клан, но придется принести магическую клятву верности, нарушить которую физически невозможно. Нарушение вас просто уничтожит, хочу, чтобы вы четко это себе уяснили.

— Мне все еще трудно поверить в то, что магия работает, но клятву принести я готов, — немного поразмыслив, ответил искин. — Возможно, я могу вам чем-то помочь? Вы ведь не просто так сюда прилетели.

— Да, не просто так, — подтвердил юношу и попросил Дархона ознакомить коллегу с последними событиями. — Вы ведь записываете все, что происходит на корабле?

— Конечно, — подтвердил Иван Петрович. — Это один из основных протоколов. Но жизнь местных меня мало интересовала, поэтому записи просто складывались в архив. Но они в наличии. Думаю, мы с Дархоном вдвоем быстро найдем то, что вам нужно.

— Очень хорошо! — обрадовался Артем.

— Да и я могу присоединиться к коллегам, — вмешался в разговор Лиар. — Втроем еще быстрее будет. Главное — что искать?

— Все необычное, — вздохнул юноша. — Я и сам не знаю, что именно нам нужно. Но аристократы сказали, что бунтом гвардейцев и горожан управляли из этого монастыря. И жгуты в эгрегориальной связи тянулись от Алендара именно сюда. Призраки потеряли возможность самостоятельно зомбировать разумных, но их все равно зомбировали, и к этому причастны вот эти чертовы монахи. Как и каким образом? Именно это мне и нужно выяснить. Понимаете, мне необходимо добраться до Призраков, чтобы вышвырнуть их за пределы мироздания, иначе с ними не справиться. Ведь Безумный Бард сказал, что справиться с ними смогу только я, поскольку я молодой Авари, больше никто на это не способен, а другого способа победить их я не знаю. Оттуда они точно не выберутся и за несколько столетий истают. По крайней мере, надеюсь на это.

— А вы не пытались с ними договориться? — поинтересовался Иван Петрович.

— Пытался, — скривился Артем. — Бесполезно. Они хотят только одного — изничтожить Миросплетение, оно, видите ли, нарушает стройную картину светлого рая, который они строят, поэтому жизни местных разумных не имеют никакого значения. Откровенный фашизм! Мало того, они, по их собственному утверждению, суть и основа мироздания. А все другие силы, даже самые древние, им только мешают в их, понимаете ли, великом труде и должны уйти. Ненавижу таких тварей! И я не я буду, но я их найду и раздавлю! Без всякой жалости! Они перешли грань дозволенного, поэтому теперь я буду гнать их безжалостно, без срока давности, без надежды на пощаду.

Его глаза при этих словах пылали яростным белым огнем, кулаки были сжаты, гнев Странника ощущался буквально физически, придавливая всех присутствующих в рубке к полу.

— Я понял... — несколько удивленно произнес русский искин. — Благодарю, мы немедленно займемся поиском.

Некоторое время ничего не происходило, а затем на связь вдруг вышел Карл Генрихович, на втором, загоревшемся рядом экране, появились какие-то неясные фигуры в пентаграмме, окруженной багровым свечением.

— Артем, срочно нужно твое присутствие! — выдохнул полковник. — Тут жертвоприношение идет! Опять! А мы прорваться не можем, что-то не пускает! В самом глубоком подвале вот такую пакость обнаружили, уже не на корабле, а полкилометра ниже.

— Ах вы, твари! — зашипел юноша, ему от ярости перехватывало дыхание.

Опять, опять какие-то подонки собрались за что-то платить чужой болью, кровью и жизнью! Не своей, нет — чужой! Каждый такой должен быть стерт с лица мироздания, сама память о его существовании должна исчезнуть!

Откуда-то Артем знал, что нужно делать, знания опять пришли ниоткуда, когда понадобились. Он внезапно выросшими когтями разодрал себе ладони и принялся плескать своей кровью в воздух, одновременно формируя из нее потоки символов и фигур — магия крови еще несколько минут назад непредставимого для него уровня. Да если бы это увидел мэтр Гархан, он бы взвыл — подобные действия считались в среде магов Крови в принципе невозможными.

Пространство словно бы смялось, и Артем прямо со своего капитанского помоста шагнул в темный подвал. Перед ним открылась огромная пентаграмма, в которой четыре монаха торопливо резали глотки безвольным юношам и девушкам, позволяя крови наполнять канавки. Они чеканили речитатив заклятий, от одного звучания которых молодой Странник брезгливо скривился. Он резко махнул рукой и своими когтями разодрал мутную защитную пелену, словно это была промасленная бумага. И ступил вперед, стирая шаркающими ногами линии сложного рисунка. Жрецы, осознав, что все потеряно и жертвоприношение сорвано, отшвырнули последних жертв и ринулись на осмелившегося помешать им человека. Артем одним движением отшвырнул их в руки последовавших за сюзереном десантников, приказав усыпить и доставить на «Петроград» для допроса, а сам направился к трясущемуся старику в рясе. Тот молча стоял, держа в руке окровавленный нож, глаза его горели неприкрытой ненавистью, лютой, нутряной, жуткой, трудно было даже поверить, что человек способен так ненавидеть. Но Артему плевать хотел на него и его ненависть, ему нужны были те, кто стоял за этим стариком, он помнил, как отслеживать чужое присутствие, Красавица показала, когда охотились на Малышку. И сейчас молодой Странник успел заметить какую-то сущность, поспешно сворачивающую управляющую нить, через которую она жрала энергию умиравших под ножом жрецов жертв. Поймать ее было уже невозможно, но вышвырнуть туда, где сейчас выла от боли и бесконечного ужаса Малышка, вполне. И Восьмой Авари сделал это, вывернув пространство-время наизнанку.

Раздавшийся вой ужаса и отчаяния заставил его поморщиться, но не более того.

— Пощади-и-и!.. — выла тварь, пытаясь выбраться из затягивающей ее Бедны. — Да что же ты-ы-ы тво-о-о-р-и-и-и-шь?..

— По заслугам! — отрезал Артем, не собираясь ничего менять, хотя ему достаточно было пожелать, чтобы неизвестная тварь спаслась. — Живущим чужой болью и горем пощады не будет!!!

Провал в никуда схлопнулся. Не прошло и минуты, как непонятно откуда пришел ментальный образ:

— Ты хоть понимаешь, что ты наделал, идиот?!

— То, что следовало, — с презрением выплюнул Артем. — Вам на вот этих мальчиков и девочек было наплевать, вы сожрали их жизни и думали, что останетесь безнаказанными? Нет, милые мои, не останетесь. Я всех вас отыщу и отправлю туда же, куда отправил этого. Слышите? Всех!

— Да пойми же ты, это ради благого дела!

— Любое благое дело, если ради него нужно сотворить такое, — юноша повел рукой вокруг, — превращается в свою противоположность. Тем более, что ваше «благое» дело — это уничтожение Миросплетения и миллиардов населяющих его разумных. Живых. Которым больно!

— Они мешают Великому Плану! Как можно этого не понимать? Как можно лезть в то, чего ты не понимаешь, и разрушать то, что другие строили поколениями?!!

— А вот так, — буквально выплюнул Артем. — Не надо ничего строить, основываясь на чужой боли и крови. Обязательно придет ответ. В прошлый раз вы заявили мне, что принцип: «Не делай другому того, чего не хочешь получить сам. Иначе с тебя спросится. И воздастся той же мерой» неверен, поскольку он не ваш. Но он мой и всего мироздания. Как видите, сработал, ваш подельник получил по заслугам, жаль, что я не поймал его, ему бы стало еще веселее. А у вас есть только один шанс на спасение. Отказаться от своих планов и забиться куда-нибудь в дальний угол, где я вас не найду. А я буду вас искать.

— И я буду! — грянул глас Судии, от которого Артем даже присел, похоже, древнее божество удостоило его на сей раз личного визита. — Вы меня поняли твари? Сим я, бог Справедливости, объявляю тех, кто зовет себя Призраками, вне закона, совести и чести! Вы и все ваши деяния будут стерты с лица мироздания! Рано или поздно.

— Да что же вы все лезете туда, где ничего не понимаете?!! — отчаянно взвыл Призрак. — Да неужели так трудно понять, что мы правы?! Неужели так трудно выбросить все свои взгляды на помойку и поклониться великим НАМ, новым владыкам мироздания?!!

— Вот это гордыня! — даже восхитился Артем. — Бегите, твари! Вам нигде не скрыться, найду и изничтожу. И не я один, как видите.

— Вы пожалеете! Мы все равно правы! И мы все равно победим! Не лезьте, не мешайте, забейтесь в свои дыры, поганые скоты, ваше время ушло! Пришло наше!

— Ну-ну... — хохотнул молодой Странник. — Поглядим, кто кого.

— Поглядим... — отозвался Призрак, и его присутствие перестало ощущаться.

Артем ощутил молчаливое одобрение Судии и улыбнулся. В ответ его погладили по голове, как гладят маленького ребенка, и древний бог тоже исчез. Юноша огляделся, брезгливо скривился при виде начавшей застывать крови, и заставил себя осмотреть жертв. К сожалению, пока все это происходило, последние двое из них успели умереть. Глотки им жрецы перехватили до шейных позвонков, бедняг уже не спасти. А вот старик-жрец был, как ни удивительно еще жив, и Артем распорядился парализовать его. Подонка ждало ментоскопирование, возиться с его допросом смысла не имело.

Самое паршивое, что он все так же ничего о противнике не знает. Да, одного из Призраков удалось спровадить в ничто, да и Судия поддержал его, но этого мало. Нужно знать, кто они такие и зачем все это делают. А Артем не знает. И это очень, очень плохо.

Глава XV

— Ну и что вы мне можете сказать по поводу случившегося? — пристально посмотрел на господина Аньехи король, настроение которого, судя по хмурому виду, оставляло желать лучшего.

Неожиданно начавшийся бунт разъярил его величество донельзя, все расчеты и планы полетели в тартарары, а особенно поразило предательство гвардии, дававшей магическую клятву верности. Ну не могли гвардейцы предать! Однако предали. Да и чернь по всей стране поднялась, причем так, словно ею кто-то руководил, а это говорило, что проклятые Призраки нашли все-таки способ зомбировать разумных, невзирая на запрет Безумного Барда.

— Вынужден признать, что нас спасло только вмешательство вашего будущего зятя, ваше величество, — тяжело вздохнул второй секретарь. — Если бы не лорд Дар, то снять морок с гвардейцев и горожан не получилось бы.

— То есть гвардейцы не предавали? — оживился Лунг, которому от факта предательства верных людей было физически больно.

— Нет, не предавали, — отрицательно покачал головой господин Аньехи. — Мои люди побеседовали с многими из них, бедняги сидят в казарме и ждут ареста, мрачно напиваясь и искренне не понимая, что это на них нашло. А следователи не понимают, как они смогли нарушить магическую клятву. Так что это однозначно чье-то влияние. Горожане вообще в растерянности, многие не помнят, что с ними было, причем говорят правду, проверено заклятием истинности.

— Но тогда что-то странное получается... — нахмурился король. — Такое ощущение, что начинать бунт Призраки решили спонтанно, они как будто куда-то сильно спешили, стремились успеть. И через кого они действовали?

— Через монахов культа Хранителей Мира из монастыря Высшего Начала на Даремских островах, — ответил второй секретарь. — Со мной связался один из людей лорда Дара и сообщил, что монастырь взят, и ваш зять спровадил одного из Призраков за пределы мироздания, для таких сущностей это гибель, причем очень мучительная. Кстати, не знаю, в курсе ли вы, что два дня назад молодой лорд отправил туда же богиню, причем не простую, а ту самую Веселую Малышку, которая столько зла Миросплетению принесла. И если бы не помощь Красавицы, то вскоре все наши женщины сошли бы с ума. Если помните, то же самое случилось на Экароне и Ноатхе. В одном мире остались без женщин, а во втором — без мужчин. И все по вине этой твари. Так что по заслугам ей.

— В курсе, — кивнул Лунг III. — Дочь рассказала. Похоже, уговорить лорда Дара взять Аллири в жены, было крайне удачной идеей. Он намного сильнее, чем мы думали. Стать для такого своими — очень хорошо.

— А главное, что теперь, после бунта, мы может без возражений с чьей-либо стороны законным образом проредить ряды высших аристократов, — по-змеиному усмехнулся господин Аньехи. — Государственная измена! И этим все сказано. Конечно, аристократы будут просить пощадить кое-кого, но вопить вголос, как раньше, не осмелятся. Особенно теперь, когда поняли силу вашего зятя. А сила у него действительно страшная.

— Страшная? — приподнял брови король. — Поясните.

— Во-первых, его Железный остров, — поежился второй секретарь. — Это нечто непредставимое. Он за несколько минут уничтожил весь флот бунтовщиков...

— Даже так? — удивился Лунг III. — Сильно.

— А ведь есть еще и его закованные в адамантит воины, которых, как оказалось, не так и мало, — продолжил господин Аньехи. — Несколько десятков, причем среди них такие известные бойцы, как Шадарг Сивый, Бранка Довин и Кург, сын Хобта. Они перебили в городе примерно шесть сотен архимагистров и архимастеров, не говоря уже о тысячах магов рангом пониже. Причем любые заклятия скатывались с их доспехов, как вода с промасленной ткани. Некоторые огненные заклятия или воздушные тараны сбивали воина с ног, но и только. Он тут же вставал, и магам становилось кисло.

— А Дом Призраков? — поинтересовался король.

— В принципе неприступен, — ответил второй секретарь. — Хотя нет, не совсем, насколько заклятий Тьмы и Хаоса высшего уровня немного повредили крепостную стену, оставили на ней полуметровые ямы. Атаковавших магов тут же накрыли этими их мини-ракетами, и... все. Маги закончились.

— Мда... — только и сказал Лунг III, он встал и прошелся по кабинету, затем остановился у окна и довольно долго молчал, глядя в него. — Получается, этот бунт пошел нам на пользу?

— Именно! — кивнул господин Аньехи. — Вылезли наружу даже те, о ком мы и не подозревали. В результате основная оппозиция престолу разбита наголову и восстановиться сможет не раньше, чем через поколение, а то и два. Но это в столице, в провинциях аристократическую клоаку еще чистить и чистить. Но вычистим, и уже сами, благо главные заговорщики арестованы и охотно дают показания, ничего не скрывая.

— Да? — удивился король. — И даже пыток не понадобилось?

— Не понадобилось, — подтвердил второй секретарь. — Лорд Дар их чем-то настолько напугал, что они как шелковые. Правда, есть одна тонкость...

— Какая? — нахмурился Лунг III.

— Ваш будущий зять дал заговорщикам слово, что если они не станут ничего скрывать, то их всего лишь сошлют в дальние поместья без права посещать столицу, — вдохнул господин Аньехи.

— Ну дал, и дал, — пожал плечами король. — Выполним. Что, они в этих самых дальних поместьях не смогут подавиться рыбьей костью, что ли?

— Подавятся, ваше величество, обязательно подавятся, — тонко усмехнулся второй секретарь. — Но немного позже. Главное, чтобы сейчас ничего не утаили. Их, конечно, допрашивают под заклятием правды, да и лорд Дар выделил какое-то странное снадобье под названием суперпентотал, не позволяющее солгать даже в малости, но утаить кое-что при желании тренированный человек вполне сможет. А главные заговорщики все до единого архимагистры разных направлений магии, знаний и опыта им не занимать, так что сами понимаете...

— Понимаю, — скривился Лунг III. — Но копайте поглубже. Хочу максимально выкорчевать эту пакость. Меня вот только смущают Призраки. Почему они так уцепились за Таланг? Да, они хотят уничтожить Миросплетение. Но почему именно наша страна подвергается такому давлению первой? Это неспроста, и этот вопрос я обязательно обсужу с зятем. Возможно, ему будет, что сказать по данному поводу.

— Да, ваше величество, лорд Дар сразу после того, как спал морок с гвардейцев и горожан, направил гонцов в казармы и велел стражникам срочно приниматься за наведение порядка, причем быть безжалостными, уничтожая мародеров и насильников на месте, — вспомнил господин Аньехи.

— Ну и молодец, не зря я разослал приказы, чтобы ему подчинялись в случае необходимости, — пожал плечами король. — Послушались?

— Кое-кто не захотел, но люди лорда, те самые воины в неуязвимых доспехах, быстро заставили их подчиниться, правда, предварительно расстреляв нескольких особо наглых офицеров молниями, — ответил второй секретарь. — Остальные после этого сразу забегали, как наскипидаренные. Порядок в городе наведен. Относительно, конечно. Повешено и убито на месте более восьмисот мародеров, особенно в Темных кварталах. Но родственники казненных офицеров подали жалобу на лорда Дара в мою канцелярию.

— Пусть подотрутся ею! — зло рявкнул Лунг III. — Туда дуракам и дорога! Как же мне надели эти мелкие аристократишки со своей поганой спесью! Видишь ли зять короля им не указ потому, что не местный. Варвар, видишь ли! Надеюсь после того, как нескольких спесивых идиотов прикончили, остальные хоть немного задумаются!

— Нет, не задумаются, ваше величество, — тяжело вздохнул господин Аньехи. — Простите за правду, но они всего лишь затаят злобу, продолжая считать себя правыми, а то и вообще пупом земли. Знали бы вы, как мне порой хочется последовать примеру людей лорда Дара и даже не пристрелить, а повесить таких вот господ. Но не имею права...

— Вам предоставить такое право? — тяжело посмотрел на него король.

— Был бы рад, — поклонился второй секретарь. — Злоупотреблять им я не намерен, но с идиотами, считающими себя вправе творить все, что взбредет им в головы, надо что-то делать, или мы дождемся нового бунта. Уже без всякого морока.

— Подготовьте указ, я подпишу.

— Завтра будет.

— Ситуация мне приблизительно ясна, — снова прошелся по кабинету Лунг III. — Что ж, наводите порядок. Где лорд Дар вы не знаете?

— Думаю, на Железном острове, — ответил господин Аньехи. — Вы не пытались связаться с ним по тому странному артефакту?

— Пытался, не отвечает, — вздохнул король. — Но начальник его охраны, капитан со странной фамилией Непыйвода, ответил и сказал, что лорд Дар сам свяжется со мной, когда освободится. Аллири тоже его ждет. Она до сих пор страшно переживает по поводу того, как вела себя под влиянием морока Веселой Малышки. Вот же тварь! Да еще и назвалась так... безобидно...

— Да, тварь была редкая, счастье, что ее уже нет, — кивнул второй секретарь. — В общем, решительные действия лорда Дара и его людей привели к тому, что бунт, в основном, подавлен. Не везде пока, в городах Лиодан, Эскарт, Ногарм и Лорит бунтовщики еще не успокоились, но войска туда отправлены. В столице постепенно наводится порядок, горожане, особенно те, кто оказался замешан в погромах, сидят тихо, как мыши под веником, боятся, что придется отвечать. Гвардейцы, надеясь выслужить прощение, свирепствуют так, что мне пришлось даже окоротить их, чтобы не перебили осмелившихся возмутиться ремесленников.

— Это хорошо, — кивнул Лунг III. — Но меня куда больше заботят аристократы. У вас хватает агентов в их среде, скажите, что за слухи там ходят?

— Это сложно, — вздохнул господин Аньехи. — В разных стратах разные слухи. Но все сходятся в одном, что вы нашли себе зятя под стать, если кто-то начинает разоряться по поводу обнаглевшего варвара, ему общими усилиями тут же затыкают рот. Самые сильные кланы озаботились тем, чтобы навязать лорду Дару своих дочерей и сестер в десятые или двадцатые жены. А то и вообще в наложницы, лишь бы в клан взял. Вот только шансов на это, насколько мне кажется, почти ни у кого нет. Вашему зятю все эти дамы с девицами не нужны и на понюшку трубочного зелья, особенно после того, что ему довелось пережить по милости обнаглевшей богиньки. Мало того, ему на голову еще и двадцать четыре вещуньи красных орков свалились, и это не считая жриц Красавицы. Но и это еще не все — вскоре молодому лорду придется разбираться с эльфийками из первородного клана Зеленый Дол, да-да, того самого, будь он неладен. От них так легко, как от наших аристократок, не отвяжешься, им сексуальных утех недостаточно, им совсем другое нужно — что-то эльфийским князьям от вашего зятя серьезное понадобилось, вот они и отправили в Алендар посольство к нему. С подарком в виде двух дюжин перворожденных красавиц, причем совсем юных, не старше семидесяти-восьмидесяти лет каждая, на наш счет это шестнадцать-семнадцать, причем девственных, что для эльфиек вообще нонсенс. Не понимаю, где эльфы столько девственниц нашли? На их народ все это совсем не похоже, у них рабства нет и никогда не было, ничего подобного еще ни разу не случалось, однако посольство уже вышло из Заповедного леса и через три декады будет в Алендаре. Причина? Не знаю. Причем, по донесениям моих агентов, в посольстве не только эльфы, но и еще кто-то из древних народов. Но кто? Выяснить не удалось. Возможно, нимфы, возможно, даже цверги. А то и... — он нервно поежился. — Вампиры...

— Вот только их нам не хватало! — скривился король. — Думаете, стоит предупредить лорда Дара?

— И поссориться с эльфами? — приподнял брови второй секретарь. — С первородным кланом? Не советую, ваше величество. Посольство ведь не к нам, пусть лорд сам со своими проблемами разбирается. Попросит о помощи — поможем. Но не ранее.

— Наверное, вы правы, — пробурчал Лунг III. — Не завидую я парню, столько всего ему на голову свалилось, да еще и в столь юном возрасте. Но справляется, а значит, толк будет. Надо только посоветовать ему не светить свою связь с Железным островом.

Он хотел еще что-то сказать, но не успел — зазвенел коммуникатор, подаренный Артемом. Его величество без промедления ответил, он очень хотел поговорить с зятем. К счастью, это оказался именно он.

— Добрый день, ваше величество! — хмуро поприветствовал тестя юноша. — Господин Аньехи! Хорошо, что вы тоже здесь, у меня есть для вас важные известия. Позволите перейти к вам?

— А защита? — удивился Лунг III.

— Она вполне преодолима, — заверил Артем. — Правда, только для меня, мэтра Крика и его учеников, больше ни для кого. Новый способ перемещения, пока не разработана защита от него, останется нашей тайной. К тому же предлагаю вам еще и нашу артефактную защиту, ее местным магам не преодолеть. Правда, после активации — когда она будет включена, во дворец никто проникнуть не сможет.

— Буду крайне благодарен, — оживился король, не ждавший столь роскошного подарка, при этом его безмерно огорчало то, что у кого-то, пусть даже у его зятя, имеется возможность безнаказанно проникать во дворец.

Воздух в кабинете взвихрился искрами, из которых вышел лорд Дар в сопровождении настоящего гиганта, его величество никогда не видел людей такого размера, с невысокого тролля ростом. Оба были одеты в простые, с кучей карманов комбинезоны, при этом выглядящие вполне симпатично и даже красиво. Похоже, именно такую одежду носят на их родине.

— Добрый день! — поздоровался юноша. — Позвольте представить вам моего заместителя, барона Карла фон Бревена. Полковника сил спецназначения.

— Сил спецназначения? — не понял Лунг III.

— Это диверсии в тылу врага, ваше величество, — любезно подсказал полковник.

— О! — вскинул брови король, осознав, что этот гигант явно боец не из последних. — Рад приветствовать вас, барон.

— Насколько мне известно, вам уже сообщили, что я спровадил одного из Призраков за пределы мироздания, — негромко сказал Артем, на что его величество кивнул. — Но после этого со мной говорил еще один из них, причем поймать его не удалось.

И он передал разговор с Призраком.

— Значит, поклониться великим им?.. — протянул Лунг III, выслушав зятя. — И полная уверенность, что они выше всех, даже древних богов?.. Да уж...

Немного помолчав, он добавил:

— А вы не знаете, почему они так стремятся разрушить именно Таланг? Причем с такой интенсивностью, словно время им категорически важно, и если не успеть в какой-то определенный срок, то все рухнет.

— Я не думал над этим вопросом, — озадачился юноша.

— Вы правы, ваше величество, очень похоже на то, что распад социальной структуры в вашей стране имеет в их планах ключевое значение, — задумчиво произнес барон фон Бревен. — Но тут есть одна тонкость. Если бы мой сюзерен не обосновался здесь, не приобрел Дом Призраков, то примерно через месяц демоны клана Арие-Рах вышли бы из коконов, оказавшись под властью Призраков. К сожалению, мы не имеем понятия о том, что их заставили бы сделать и почему они были так важны для наших общих врагов. Именно то, что клан у них перехватили, и стало спусковым крючком для всех дальнейших событий. И теперь Призраки жаждут именно разрушения социальной структуры Таланга, воцарения на его территории полного хаоса. Знаете, в истории планеты Земля, с которой с лордом Даром родом, подобные вещи тоже случались. Например, наша Родина, Россия, дважды был разрушена и приведена к хаосу, но, к счастью, оба раза нашлись сильные люди, справившиеся с наведением порядка. Но как только хаос стихал, начиналось стороннее давление на страну с целью снова разрушить все, то есть тех, кто за всем этим стоял, устраивал на нашей территории только и исключительно хаос. То же самое сейчас происходит с вашей страной. Плохо то, что неясна причина, почему Призракам нужен этот самый хаос, поскольку мы не знаем, чего они в итоге добиваются. Власти? Вряд ли, там что-то большее. Но что? Неизвестно. Нам кровь из носу нужно выяснить, чего они хотят и ради чего все это затевают. Иначе мы так и будет отбиваться от чужих атак, понятия не имея, с какой стороны нас снова ударят. А Призраки, как мы с вами успели убедиться, — твари упорные. Они не сдадутся.

— Вопрос в том, как выяснить, — проворчал король.

— Я тоже хотел бы это знать, — вторил ему Артем. — Меня крайне смутило то, что они ни во что не ставят даже древних Богов, таких, как Судия. Искренне считают себя во всем правыми, свои идеи — единственно верными, и с верой фанатиков требуют у всех вокруг подчиниться и не мешать им строить «рай». Это что-то очень странное и неприятное. Мало того, Призраки вызывают инстинктивное омерзение. При общении с ними кажется, что ты испачкался в крайне отвратительной и вонючей слизи, которую так просто не смоешь. Во всем этом есть что-то неправильное, фальшивое. Словно это какой-то низкопробный спектакль.

— Вот, вы точно сформулировали, — вскинулся господин Аньехи. — У меня точно такое же ощущение дурно сыгранного спектакля!

— Пожалуй, что и у меня, — поддержал их барон фон Бревен. — Так может нам пытаются подсунуть фальшивку?

— Все возможно, — вздохнул юноша. — Нужно думать, и думать тщательно. По крайней мере, сегодня мы убедились в том, что я в состоянии справиться с Призраками. Плохо, что они об этом тоже знают, а раз так, станут осторожнее. Беда, что я очень неопытный Странник. Мне передали гримуар, предназначенный для таких, как я, и своей первой задачей я вижу необходимость его как можно быстрее изучить. Возможно, там найдется что-нибудь, что поможет найти Призраков или хотя бы выяснить хоть что-то о них. А теперь мне нужно в школу, к маркизу Ишанти.

— А Аллири? — вскинулся Лунг III. — Она очень хотела с вами встретиться!

— Пусть присоединяется к нам с бароном, — разрешил Артем. — Вместе с телохранительницами. Но прошу учесть, что времени у меня сегодня катастрофически мало. Мне ночью еще вводить Дом Призраков в домен, как первую страницу.

— Вы решились на это? — удивился второй секретарь. — Тогда прошу учесть, что там немало и реальных призраков может оказаться. И вам придется решать развеивать ли их, отпускать или привязывать к себе. Я бы очень просил не отпускать. Свободные, обозленные призраки — это не те соседи, которых я хотел бы иметь в столице. Вреда они способны причинить немало.

— Хорошо, — кивнул Артем.

Пока они говорили, король успел позвать дочь, и та появилась в кабинете вместе со своими телохранительницами, теми же самыми, с которыми в прошлый раз устроила жениху козью морду. И если сама принцесса до сих пор испытывала муки совести за это, то ее подруги совсем наоборот — были бы не прочь повторить, это становилось ясно по понятно по их блестящим глазам и губам, которые девушки то и дело возбужденно облизывали. Однако Артему было не до них и их желаний, хватало других забот, чтобы еще обращать внимания на поведение этих девиц.

Коротко уведомив невесту, что времени у него нет совсем, поэтому поговорить получится разве что по дороге, а потом во дворец ей придется возвращаться своим ходом, юноша предложил отправиться с ним. Аллири радостно согласилась, а потом попросилась посмотреть, как особняк будет становиться страницей домена, такого никто на Таланге никогда еще не видел. Артем пожал плечами и разрешил — все равно ей там жить, так что пусть. Да и на «Петроград» невесту можно будет сводить потом.

Попрощавшись с королем и вторым секретарем канцелярии, юноша перенесся прямо на плац школы «Нирван», которая, невзирая на бунт, жила в обычном ритме. Преподаватели по-прежнему обучали студиозусов, наказывая нерадивых. Да и маркиз Ишанти гонял группу нерадивых, с его точки зрения, оболтусов. Однако появления личного ученика из облачка искр не ожидал, понимая, что зятю короля сейчас не до занятий. Того сопровождал гигант, в котором мэтр Гэдзи сразу узнал наставника Артема, полковника, которого видел в иллюзии. Таких гигантов он встречал мало. Очень интересно! Возможно, великий воин согласится на дружеский спарринг?

И полковник, естественно, согласился. Артем заметил, что вместе они смотрелись немного карикатурно — двухметровый гигант фон Бревен и едва ли достигший метра шестидесяти Ишанти. Но так казалось, только поки два мастера не начали двигаться, после этого вся карикатурность куда-то подевалась.

Студиозусы, включая Артема, с распахнутыми ртами и неприкрытым восторгом смотрели на поединок мастеров. То, что эти двое творили на тренировочной площадке, было чем-то невозможным, невероятным и непредставимым. Они сходились, расходились, движений рук и ног заметить было очень трудно, человеческий глаз за ними просто не поспевал.

Поединок длился всего около пяти минут, после чего мастера разошлись в стороны и низко, с уважением поклонились друг другу.

— Доверите мне вашего сюзерена? — поинтересовался маркиз Ишанти.

— Вам — доверю, — улыбнулся барон фон Бревен. — Хоть школы у нас и разные, но это не суть важно, главное, что парень ощутил правильность движений. Это не каждому дается.

— Да, его несколько дней назад прорвало, — кивнул мэтр.

— И это очень хорошо, — кивнул полковник. — Благодарю за то, что взялись за него, парню на пользу пойдет.

Артем тоже улыбнулся, только незаметно. Действительно, спасибо. Хотя еще совсем недавно он только стонал, еще не понимая, что для него сделал маркиз. Теперь понял.

Ладно, впрочем, это он осмыслит позже. А теперь следовало встретиться с ректором, тот ведь еще при поступлении обещал свои конспекты на русском. Но все времени не хватало, события взяли Артема за шкирку и так закрутили, что ни минуты свободной не осталось. Он очень надеялся, что все-таки сможет хоть немного спокойно поучиться. А так надоело носиться, словно его зад подпалили, что слов нет. Очень хочется покоя! Хоть чуть-чуть.

Поймав на себе жадные женские взгляды, Артем понял, что ждать покоя будет глупо, не дадут, и тяжело вздохнул.

Глава XVI

Тишина раздражала, впрочем, раздражал также и любой шум. Артема достало все, достало до такой степени, что он начал срываться на ни в чем не повинных людей, поймал себя на этом и предпочел уединиться, рявкнув на девушек, попытавшихся было пойти за ним. Сейчас молодому Страннику требовалось одно — полное одиночество, чтобы немного успокоиться. Казалось бы никакой особой причины для подобного состояния не было, а вот поди ж ты.

Декада после подавления бунта выдалась суматошной. И все бы ничего, но Артема продолжали преследовать дамы и девицы, особо активные даже в школе не давали проходу, уж больно им понравилось то, что произошло ранее. К счастью, без морока они не решались действовать нахрапом, но изо всех сил строили глазки и делали намеки, что совсем не прочь и в любой момент готовы. Приглашали, как это ни смешно и пошло, посетить дамские комнаты, лорда, мол, там с нетерпением ждут. Юноша от всего этого тихо зверел, ведь отказывать дамам в местном высшем обществе было не принято, и ему прихолось изворачиваться, лгать, прикрываться занятостью, вызовом к королю и прочее в том же духе. Пару раз отбрыкаться не получилось и пришлось согласиться, что только усугубляло ситуацию — новые «осчастливленные» распространяли еще более дикие слухи о способностях молодого варвара в плане постельных утех. Артем уже готов был волком взвыть.

И ладно бы только в школе и во дворце, так дома тоже хватало «веселья». Приближенные дамы — эльфийка Иллениэль, тоже попросившаяся в Клан, дроу Инара, перевертыш Ниэрла, лонгарка Ти-Лирха, бывшая уличная шлюха Белка и демонесса Иерла, причем последняя обязательно с несколькими подругами, которых меняла, как перчатки, явно собираясь устроить сюзерену встречи со всеми женщинами клана, тоже не давали покоя сюзерену. Но и это не все, к ним присоединилась аллара Киана — Иллениэль все-таки сумела развратить ученицу, до сих пор терпеть не могущую даже намек на что-либо сексуальное. К тому же все эти дамы постоянно таскали Артему в постель множество других женщин самых разных народностей, там побывала даже ламия, запомнившаяся ему покрытой мелкой чешуей кожей. Молодой странник не запоминал одноразовых партнерш, он, как уже говорилось, начал звереть.

А ведь были еще и орочьи вещуньи, тоже вознамерившиеся получить доступ к его телу, и трем из них это удалось. Вот они вызвали восхищение, Артем и не думал, что бывают женщины со столь великолепными и монументальными фигурами, великолепной кожей, да еще и столь темпераментные. Проблема была в том, что их двадцать четыре, и все стремились к одному, причем самым унизительным для юноши способом, жаждая удовлетворить свои желания насильно. Но самым худшим оказалось рандеву со жрицами Красавицы, внаглую потребовавшими свое. Что ж, Артем поклялся, поэтому вынужден был подчиниться, выполнив все, что жрицы пожелали. В процессе и отдал положенную богине любви и разврата энергию. Чувствовал он себя после этого измаранным, но понимал, что никуда не денешься, подобные процедуры надолго, если не на всю жизнь. Красавица спасла его, но взяла за это свою цену. Очень неприятную цену, но тут уж ничего не поделаешь. Придется терпеть.

— Да как же вы все мне надоели... — раздраженно ворчал Артем, вышагивая по комнате, в которой уединился. — Что же мне делать-то, а? Они же только развернулись, с каждым днем все больше баб ко мне тащат. И думают, что делают мне хорошо. Да что там, уверены!

Молодой Странник тяжело вздохнул. Да, ему нравятся всякие необычные вещи в постели, но во всем должна быть мера, а девчата разошлись так, что как их остановить он не знал. Их самих еще попробуй удовлетвори, ведь их семь, так они еще и других к нему чуть ли не десятками водят, словно хотят выяснить предел выносливости сюзерена. Нет, придется с ними серьезно поговорить. Этому надо положить конец, иначе больше ни на что времени не останется. Ему учиться надо, а не с многочисленными дамами разбираться!

А ведь есть еще невеста с подругами, им тоже не откажешь. Да и стальные орочьи вещуньи изо всех сил стремятся дорваться до тела, то и дело попадаются на дороге, стоит выйти из своих покоев, и смотрят жадными глазами, чуть ли не растекаясь в лужу на полу. А уж как от них пахло! Мускусный запах самок в течке, сводящий мужчин с ума, преследовал Артема даже во сне. Это же просто жуть какая-то!

Что же это получается? Малышки, будь она неладна, уже нет, но для Артема почти ничего не изменилось. На то, что так и будет, кажется, намекала Красавица. А ведь он еще не появлялся в людных местах дворца, предпочитая не рисковать и перемещаясь сразу в кабинет короля или будуар принцессы. Если появится, то будет бедным, Аллири передавала жениху слухи, ходящие среди придворных дам, и их стремление добраться до него. Доберутся — изнасилуют, если сбежать не успеет. Причем, сопротивляться он не сможет, чтобы не навредить развратным дурам, они не виноваты в том, что стали такими. Поэтому лучше просто не попадаться им на глаза. Дешевле обойдется.

Однако все это происходит неспроста, похоже, дело не только в мороке Малышки. В чем-то еще. Артем наконец признал данную истину и раздраженно выругался. Но где тут собака порылась не понимал. А значит, придется срочно погружаться в транс, чтобы хоть что-то выяснить. Ведь он не человек, а урожденный Странник, и сильно от человека отличается. Необходимо понять, какое поведение правильное для молодых сущностей его уровня.

Немного подумав, Артем уселся на пол в позе лотоса — гибкость и невероятная выносливость тела после изменений продолжали удивлять его. Затем поставил себе задачу узнать особенности сексуальности молодых Авари и других урожденных Странников и начал последовательно вгонять себя в исследовательский транс, чему его обучали вначале мэтр Гуатор, а затем демон Тархайд и красный орк Хрыг. Последний, кстати, все-таки попросился в Клан вместе с ученицей и был незамедлительно принят — архимастера, а тем более архимагистры такого уровня на дороге не валяются. Клятвы с него, правда, взяли куда более жесткие, чем обычно.

После получаса бесполезных усилий что-то изменилось, Артем неожиданно оказался в каком-то странном пространстве, оставив тело далеко позади. А затем вообще начались чудеса. Показалось, что его мозг подключился к какому-то огромному и невероятно мощному компьютеру. Значительно позже юноша узнал, что так подключаются к Сети, она же Изнанка. В ней бесчисленное число узлов, каждый из которых является населенным миром, станцией или островом. И каждый же выполняет, помимо прочего, роль хоста в охватывающей все мироздание вычислительной сети, хранящей в своей памяти непредставимое количество информации о происходившем во всем мироздании в течение миллиардов лет.

Откуда-то издалека за Артемом с интересом наблюдал Шестой Авари и еще несколько высших сущностей, включая Красавицу. Мальчишка, наконец, взялся за ум и впервые вышел на Изнанку. Давно пора! Ну да ладно, лучше поздно, чем никогда. Может хоть теперь немного меньше глупостей станет делать.

Сознание юноши скачком расширилось до пределов вселенной, разделилось на множество потоков, причем каждый был цельным и способным решать отдельную задачу. Со стороны это показалось бы, наверное, невозможным, но Артем был внутри и не думал о том, что возможно, а что нет. Он деловито искал ответы на интересующие его вопросы. И получал ответы. Не сразу и не полностью, но кое-что он выяснил, и полученная информация оказалась не слишком приятной. Впрочем, волноваться и нервничать по этому поводу он будет позже, в состоянии транса сознание молодого Странника не имело никаких эмоций, оставаясь холодным и расчетливым. Именно этого Артему всегда не хватало. Похоже, взрослые коллеги почти все время находятся в таком вот подключении к Изнанке, не полностью, конечно, частично, поэтому и чувства остаются при них, хоть и сильно ослабленными.

Помимо своих личных вопросов юноша задал вопросы о Призраках и как с ними бороться. На это ответы он тоже получил, но они оказались очень малоутешительными. С этой заразой, как выяснилось, боролись уже миллионы лет в бесчисленных вселенных, и все, что удавалось противникам тварей — это изгнать их из какого-либо участка мироздания. Вот только через несколько сотен или тысяч лет они возвращались и снова принимались тайно гадить, упорно добиваясь своих непонятных никому целей. Однако внимания особо могущественных сущностей, включая Авари, Призраки обычно избегали. А Артема приняли за обычного сильного мага, просто не поняв, кто он такой. Они и до сих пор не верили, что вставший на их дороге наглый юнец — именно Авари. Ведь те обычно выглядели многомерными энергетическими облаками, несущими мириады сознаний, смыслов и уровней. Могли расшириться на целую вселенную, выдавив из нее все, что было им не по вкусу. Могли объединять и разделить вселенные. Труднее сказать, чего они не могли.

Разные цивилизации, обнаружив чуждое на себя влияние, боролись с ним по-разному. В одной из не слишком далеких вселенных с несколькими Призраками, которых местные жители назвали «сверхами», удалось справиться совместными усилиями нескольких сверхцивилизаций, одной из которых являлась Российская империя, опережающая время родины Артема на десять тысячелетий и занимающая пять галактик, а второй — некий орден Аарн. Вот только землянину это название было хорошо знакомо, он еще дома читал книги об этом самом ордене и теперь был невероятно изумлен, что тот существует в реальности. Он едва не выпал из транса, но удержался усилием воли. Теперь он знал, с кем имеет дело, весной двадцать третьего года как раз прочитал восьмую книгу цикла «Отзвуик серебряного ветра», где и описывалась война со «сверхами». И знал, как с ними справиться. Как ни удивительно, но даже вышвырнутый им за пределы мироздания Призрак со временем вернется, поскольку является распределенной сущностью. Уничтожить такую мерзость можно только добравшись до ее якоря-средоточия, которое обычно очень хорошо прячут — поди сыщи. Аарн вообще добрались до средоточий на границе Хаоса и Порядка, причем при помощи своего невероятного эгрегора, постепенно становящегося сверхсущностью. Правда, они так и не смогли выяснить, кто такие «сверхи» и чего те добиваются, слишком невероятной была их гордыня и абсолютная уверенность в собственной правоте. А Контроль прямо сказал, что не имеет права этого открывать, сами должны узнать. Но там вскоре должна родиться А-фактор, Тиналина Барселат. Было бы интересно посетить вселенную ордена и посмотреть, насколько верно книга описала ее.

Впрочем, это неважно пока. Главное, что Артем выяснил, как бороться с тварями и где стоит искать их средоточия. Понятно теперь почему они ничего не боятся. После того, как выброшенный им Призрак растворится в Бездне, он тут же возродится неподалеку от своего средоточия. Все это следовало обговорить с Керианом,Карлом Генриховичем и остальными экспертами, все же люди опытные, чего-нибудь, да подскажут. Поскольку сам Артем понятия не имел, что дальше делать с этими проклятыми Призраками. Из книги было известно, что они никогда не сдаются. Отступают ненадолго, причем только для поиска новых путей воздействия. Но порой добивались разного. Во вселенной ордена они хотели, чтобы разумные забыли о космосе, творчестве и стали невежественными, во всем покорными жрецам фанатичными дикарями и очень возмущались, что им сопротивляются. Здесь же они жаждут именно уничтожить Миросплетение вместе со всеми его жителями, словно оно стоит у них на дороге и мешает куда-то пройти. Причем, уперлись именно в Таланг — в других системах устроить хаос было бы куда легче. Почему? Этому однозначно есть причина.

Артем погрузился глубже в ментал и задал вопрос. И тут же получил ответ — образ какого-то странного дымчатого кристалла немалых размеров, стоящего на скале. Он на добрый километр возвышался над огромной долиной, в которой целые тучи разных существ сражались друг с друга. Бойня была эпической, причем часть существ явно была разумной, о чем говорили копья и магические жезлы в их руках, а часть нет. Разумные походили на людей, но не являлись ими, имели цилиндрическое туловище и большую голову с крупным, крючковатым носом. Среди них были и женщины, и мужчины. Интересно, где это и кто они все?

Так, самый большой материка Таланга, куда королевские следопыты так и не добрались. А может, добрались, да вернуться не сумели. Но ему обязательно сегодня же нужно будет наведаться к этому дымчатому кристаллу и попытаться выяснить, что же он такое и почему Призраки так стремятся добраться до него. Причем, странно. Разумные там только внизу, прилетай и делай с кристаллом все, что пожелаешь, никто не помешает. Зачем ради этого нужно разрушать всю цивилизацию планеты? Вопрос вопросов. Артем никак не мог понять логику тварей, а она у них была, только какая-то вывернутая наизнанку.

Что ж, приблизительно ясно, что делать дальше, и это хорошо, поскольку ощущать себя подвешенным в воздухе и ничего не понимающим молодому Страннику не нравилось.

Теперь следовало вернуться к личным вопросом и понять, что же с ним самим происходит и почему, невзирая на снятие морока Малышки, женщины продолжают лететь на него, как мотыльки на огонь. Юноша тщательно, потратив на это несколько часов относительного локального времени, создал ментальный образ, который включал в себя все, что хотелось выяснить по этому поводу, снабдил его вопросительной интонацией и отпустил. Некоторое время ничего не происходило, а затем Артем получил в ответ такой же образ, сопровождаемый двумя женскими, однозначно женскими смешками.

Артем поспешил распаковать образ, и вот тут-то ему стало не по себе. Оказывается, дикая, безумная сексуальность обычна для молодых Странников, которые через секс и получают энергию, плюс совершают энергообмен с великим множеством сперва существ, а затем и сущностей, причем наиболее интенсивный обмен самыми разными энергиями происходит во время не традиционного секса, обычное сунул-вынул почти ничего не дает и потому мало кого интересует. Теперь ясно, почему ему все время хочется во время общения с девушками разных странных вещей.

Но это все оказалось только началом, урожденный Странник становился гиперсексуальным обычно годам к пятидесяти-шестидесяти, когда уже многое умел, по крайней мере был способен создавать себе дубли, эмблемы. Иначе говоря, умел разделяться на несколько тел, способных заниматься каждое своими делами, поэтому вполне мог одно выделить для постоянного энергообмена. Ради того Странники и брали в свои Кланы множество женщин самых разных народов и рас. А те стремились к ним, поскольку один раз побыв со Странником, обычных мужчин уже не вопринимали, как сексуальных партнеров, это становилось для них, как сухая корка хлеба после роскошного пиршества — Странники во время секса выдавали особого рода модулированную энергию, которая давала женщинам невероятное, непередаваемое наслаждение, причем неосознанно. Но все дело в том, что Артем не умел ни создавать эмблемы, ни контролировать потоки энергии, ни ментально отсекать женщин, которых не хотел или которые не подходили энергетически, отключая им желание. Да ему было в принципе рано! В его возрасте Страннику полагалось иметь половые контакты не чаще двух раз в неделю, а то и реже, хоть и с многими дамами. И не злоупотреблять экспериментами, поскольку в ином случае можно было легко ошибиться, раскрутить энергетический резонанс и попросту выгореть. Восстановление заняло бы много столетий.

Беда в том, что морок, наложенный Веселой Малышкой, сорвал с Артема все стоп-краны, и энергопотоки в его теле, душе и духе пошли вразнос. Красавица умолчала об этом, сволочь старая. Да, она исподтишка слегка выправила ситуацию, но не полностью — не зря считалась богиней разврата, не зря приставила к юноше своих жриц для унизительных процедур — однозначно готовила его для себя через несколько столетий. Против этого Артем ничего против не имел, связь с богиней такого уровня много могла дать и ему, и ей. Но неужели нельзя было предупредить обо всем этом? Хотя, да, ему никто не обязан ничего объяснять. Обидно, но такова жизнь. Хорошо хоть научился получать информацию из ментала. И то хлеб.

Сформулировав еще несколько вопросов, Артем получил ответы в сопровождении все тех же смешков. Похоже, какие-то женские сущности им заинтересовались, жаль только неясно, какие именно и что им нужно. Усвоив образы, юноша мысленно выругался. То есть, что это получается? Ему без постельных утех в диких количествах не обойтись, если хочет нормального развития, как Странник? Мало того, он обязан постоянно искать новых и новых женщин, чем больше их будет, тем лучше. Да будь оно все проклято! А остальным когда заниматься? Мало других важных дел?! Ответ был один — срочно учиться создавать эмблемы, дубли или как их там еще называют. А также учиться управлять энергопотоками, чтобы отсекать тех, пользы от кого не будет. И все проклятая Малышка, чтобы она сто раз издохла! Не будь ее поганого морока, ничего этого не случилось бы. Однако Артем быстро заставил себя успокоиться, переживать глупо, есть только то, что есть, а потому стоит исходить именно из этого.

Как тогда выстроить свое поведение? Молодой Странник не знал, видимо, стоит посоветоваться с девочками, а может и с жрицами Красавицы. Или даже с ней самой. Хотя нет, она за помощь захочет взять дополнительную плату, навяжет еще нескольких жриц, а ему и нынешних двух хватает. Про себя юноша назвал их суками, поскольку, беря свое, жалости они не ведали, а отказать он права не имел — договор есть договор, ведь договор высших нарушить невозможно.

Но главное, что получил Артем от неизвестных сущностей, это совет и даже требование без промедления начать осваивать знания из переданного ему архимагистром Ярости гримуара, где есть очень многое нужное для молодого Странника. Юноша покраснел бы от стыда, если бы находился в теле, но потом задумался о том, кто мог передать ему столь полезную книгу, задал вопрос об этом, но ответа не получил, вместо него отхватив некое ментальное подобие щелчка по слишком любопытному носу.

Вернувшись в тело, Артем некоторое время сидел, а затем встал, подошел к двери и распахнул ее. Ну, конечно! Прямо за порогом нетерпеливо переминались с ноги на ногу Иллениэль, Инара, Ниэрла, Ти-Лирха, Белка и Иерла. Но мало их, чуть дальше стояла хмурая Аллири вместе со своими тремя подругами и шестью неизвестными черноволосыми девушками строгого вида в почти что монашеских платьях. Не слишком красивыми, самыми обычными на вид.

— Девочки, мне надо с вами посоветоваться, — вздохнул Артем. — Аллири, кто эти незнакомки?

— Твои фрейлины из верных королевству домов, — ответила принцесса. — Они помогут готовиться к свадьбе, все шесть хорошо знают дворцовые обычаи, протоколы и прочее в том же духе.

— Мне пока не до них, — отмахнулся юноша.

— Но я им кое-что обещала... — явно огорчилась Аллири. — Ну... Ты помнишь, вчера под утро...

— Потом! — рявкнул Артем. — Извини, но мне нужно решить кое-какие очень важные вопросы. Можешь не беспокоиться, свое слово ты не нарушишь, они получат то, что хотят, но позже.

Пришлось подождать, пока будущих фрейлин, явно огорченных таким исходом дела, отправили к домоправительнице. После чего Артем заказал через имплант у Кузьмы соки и вино, сел, залпом выпил стакан сока и поведал девушкам о том, что выяснил в трансе.

— Значит, мы были правы, когда водили к тебе разных девушек, — тут же сделал свой вывод Иллениэль.

«Вот же неугомонная шлюха!» — раздраженно подумал юноша и уже вслух сказал:

— В какой-то мере. Но проблема в том, что мне нужно срочно научиться управлять энергетическим балансом и видеть, кто для него полезен, а кто нет, чтобы избегать последних. А то приведете тех, кто не подходит, они оттянут на себя слишком много всего, из-за чего возможен срыв, после которого мне десятилетиями в себя приходить придется. Так что простите, девушки, но пока я не освою самые важные вещи из гримуара, мы воздержимся от интимных отношений. Еще раз извините, но иначе нельзя.

— Именно! — резко кивнула дроу. — Ничего, потерпим, и мало того, сами проследим, чтобы потом не было никого лишнего. Я тоже подумаю и попробую войти в транс, пошлю запрос моей богине, как жрица, она мной почему-то в последнее время очень довольна, может, ответит. А вот с Красавицей снова дело иметь не советую, она еще больше с тебя сдерет, та еще меркантильная сволочь. Я ведь правильно понимаю, через какой обряд ты передаешь ей силу?

И посмотрела Артему прямо в глаза, отсылая ментальный образ.

— Правильно, — вздохнул он.

— И что тут такого? Тебе же это с нами нравилось. Почему ты огорчаешься?

— Да потому, что не по желанию, а по необходимости.

— И всего-то? — усмехнулась темная жрица. — Забудь об этом и просто получай удовольствие, именно этого хочет и Красавица. Но я, чувствую, что дело не только в этом. Плохо, конечно, что ты слишком рано сорвался в безудержный разврат, но делать нечего, будем ограничивать по необходимости. Или наоборот, — она как-то странно посмотрела на молодого Странника, — увеличивать дозу. Главное сейчас понять, когда нужно одно, а когда — другое, чтобы не ошибиться.

— Тебя через три декады ждет немалый сюрприз, — журчащим ручейком рассмеялась Иллениэль. — И я не скажу, какой, иначе это будет уже не сюрприз. Обещаю, что приятный.

— Ладно, сюрприз, так сюрприз, — отмахнулся Артем. — А теперь, Кузьма, позови-ка ко мне всех высших офицеров «Петрограда». И пусть Дархон с Лиаром обязательно подключатся к нашему разговору. Я выяснил, как можно справиться с этими чертовыми Призраками и, приблизительно, что они такое. Нам предстоит опасная экспедиция на недоступный до сих пор никому материк Таланга.

Глава XVII

Карл Генрихович тщательно проверил, все ли нужное захватили, готовы ли бойцы, а также комплектацию челнока и состояние оружия. Раз Артем говорит, что «прогулка» предстоит опасная, он так чувствует, то следует подготовиться наилучшим образом — предчувствиям Странника, даже столь молодого, следовало доверять. По крайней мере, пусть лучше над ним кто-то посмеется, посчитав перестраховщиком, чем под рукой не окажется нужного, когда потребуется. Полковник всегда так поступал, и немало жизней своих ребят этим сохранил.

Артем выглядел встревоженным и нахмуренным, и это Карлу Генриховичу не нравилось — от парня зависели они все, а он что-то с собой никак не справится, да и с дамами своими многочисленными не разберется. Вон, целой толпой провожать выбрались, и каждая норовит поближе пробиться, трещат, как сороки, уши вянут. А сюзерен не гонит и не одергивает их, только обреченно кривится. Пришлось самому подойти и навести порядок, в приказном порядке отправив женскую свору обратно в особняк, чтобы не мешала. Полковника дамы побаивались, он сразу поставил себя так, что открывать на него рот они не рисковали. А сюзерен этого по молодости лет и угрюмости характера еще не умеет.

— Спасибо, Карл Генрихович, — улыбнулся Артем.

— Ты бы их на коротком поводке держал, — посоветовал тот. — Сядут на голову, греха не оберешься.

— Боюсь, уже сели... — скривился юноша. — Вы не представляете, как они меня достали. Как с цепи посрывались! Притом я им жизнью обязан, если бы они меня не вытащили в храм Красавицы, то...

— Мда, — нахмурился полковник. — Когда жизнью обязан, это сложнее. Но порядок в твоем гареме тебе наводить все равно придется. Иначе точно жизни не дадут.

— Придется, — уныло согласился Артем, не представляющий, как этот самый порядок навести. — Ладно, ну их всех к чертям собачьим! У нас сегодня куда более важные задачи.

— А в чем вообще дело и куда мы летим? — поинтересовался Карл Генрихович.

— Я выяснил в трансе, почему именно Таланг встал у Призраков костью в горле и приблизительно, кто они такие. Точнее, последнее осталось неясным, я получил информацию, что данных сущностей поганой метлой гонят из разных уголков мироздания, но они продолжают всюду лезть и менять все так, как считают нужным. Обладают невероятными гордыней, самомнением и самоуверенностью, они даже Творца ни во что не ставят, объявляя себя самих мерой всего сущего. Причем всем остальным, даже сверхсущностям, предлагают только одно будущее — землянки на какой-то планете и поклонение им, великим и могучим. Мол, магия, космос и наука не для вас, убогих, оставьте это нам, великим и непогрешимым, а сами идите рыться в мусоре, больше ничего вы не заслуживаете. Не принимающим этого — полное уничтожение. Ни одного закона мироздания Призраки, или как их прозвали в одной далекой вселенной, «сверхи», не признают. Однако явно стараются не нарушать, чтобы не получить откат, видимо, еще не достигнув пика силы. Стремятся к этому, но не достигли.

После этого молодой Странник поведал Кериану, полковнику и собравшимся вокруг них бойцам историю столкновения ордена Аарн со «сверхами». Его внимательно выслушали, не задавая вопросов, и только когда Артем умолк, маг спросил:

— А что им так нужно в Таланге? Ради какой преисподней они рвутся сюда, словно им тут медом намазано? Причем началось это после того, как ты у них демонский клан перехватил, раньше было ни шатко, ни валко. Относительно спокойно. Они чего-то добивались, но не спеша.

— Похоже, этим перехватом я сорвал какие-то их важные планы, — пожал плечами Артем. — Ничем другим их паническую реакцию я объяснить не могу. А вот почему они рвутся в Таланг, я в трансе выяснил, но опять же без подробностей. Вы все знаете, что магическое сканирование на этой планете, помимо населенного материка, не работает, мало того, ее неизвестные области скрыты каким-то маревом, не позволяющим ничего рассмотреть с орбиты, кроме общих очертаний. Талангские короли много раз отправляли на оставшиеся два материка и восемь архипелагов планеты экспедиции, но ни одна так и не вернулась, мало того, ничего не сообщила по связным кристаллам. В какой-то момент экспедиции просто умолкали, и что с ними случилось, никто не знает. Это сильно раздражает талангскую знать, жаждущую новых земель, поэтому экспедиции продолжают отправлять, но безуспешно. Не знаю, в чем тут дело, но считаю, что опасность может угрожать и нам. Тем более, что я видел в трансе кристалл на километровой высоте пике, именно до него хотят добраться Призраки, но почему-то не могут. А раз им так нужны были демоны, то, возможно, именно демоны и смогут дать нам возможность понять, что же это такое. Поэтому с нами летят Тархан и Иерла. И да, у подножия пика шла большая драка, похожие на людей существа сражались с пауками, ящерами и еще какими-то шестиногими тварями. Рисковать кораблем я не намерен, поэтому летим на челноке, причем все в полной боевой экипировке и с поднятыми щитами. «Петроград» пусть будет наготове и как только получит от нас координаты, выйдет на орбиту над ними. Михаил Иванович должен быть готов вести огонь по поверхности планеты, возможно, кристалл придется уничтожить. Я пока не могу четко поставить задачу — мы летим на разведку.

— Именно летим? — уточнил полковник.

— Не совсем, — усмехнулся Артем. — Я перемещу челнок прямо на место, на высоту двух-трех километров, увиденное в трансе позволяет это. После этого сразу определяем точные координаты и передаем их на корабль, он занимает орбиту над нами. После чего я высаживаю на пик исследовательский отряд, состоящий из меня, Кериана, Тархана и Иерлы. С охраной, естественно. Высаживаться будем, как я уже говорил, с поднятыми щитами всех известных видов, поскольку чего ждать я понятия не имею.

— Ясно, — кивнул Карл Генрихович.

— Тогда всем на челнок. Кто пилотирует?

— Майор Ростовцев.

— Хорошо, — кивнул юноша. — Пусть будет готов в любой момент к аварийному старту на орбиту, причем на форсаже.

— Этому есть причина? — нахмурился полковник.

— Только предчувствия, — отрицательно покачал головой Артем. — Я, если честно, не уверен, что мне вообще удастся переместить челнок туда, ведь Призраки не смогли добраться к пику.

— Невозможность добраться к пику не объясняет их стремление устроить в Таланге хаос, — вмешался Тархан.

— Не объясняет, но это хотя бы что-то. Надеюсь, это будет только первый шаг.

Демон не стал спорить, но явно остался при своем мнении, поскольку на его лице появилось упрямое выражение. Молодой Странник не обратил на это внимания, его занимали другие мысли и тревога. Редко он ощущал такую тревогу и теперь пытался понять, на что она направлена. На саму экспедицию? Нет, однозначно нет. На что-то другое. Опасность грозит ему или его спутникам? Нет, опять не то. Но что тогда? Что-то случится, если придется уничтожить кристалл? В этот момент тревога буквально взорвалась, и Артем осознал, что уничтожать это странное нечто нельзя ни в коем случае — последствия будут слишком страшны и непредсказуемы. Подсказка явно шла откуда-то из Сфер Творения, и пренебрегать ею не следовало. Судя по всему, Призраки как раз и хотят уничтожить кристалл, чем-то он им сильно мешает. А раз так, то испортить им игру сам бог велел.

Также стоило предупредить местных. Чисто из вежливости, и Артем связался через имплант с коммуникатором господина Аньехи. Тот отозвался довольно быстро, видимо, находился в своем кабинете. Юноша поздоровался и коротко сообщил о предстоящей экспедиции.

— Мне удалось узнать, почему Призраки так стремятся разрушить Таланг, — закончил он. — Они стремятся добраться до этого артефакта. Правда, как связан хаос в королевстве и артефакт я пока не выяснил. Прежде всего необходимо понять, что он такое и для чего предназначен. Идем на защищенном всеми доступными способами челноке с моего корабля.

— Корабля? — удивился второй секретарь.

— Вы называете его Железным островом, — усмехнулся юноша. — Но на самом деле это боевой корабль высокоразвитой цивилизации, до уровня которой, простите уж, Миросплетению тысячи лет расти.

— Ах вот оно что... — протянул господин Аньехи. — Благодарю за информацию, мне теперь многое стало ясно.

Артем снова умехнулся, говорить, что тот понял все в меру своего разумения, он не стал. Незачем ссориться с полезным человеком.

— Сообщите об экспедиции, пожалуйста, его величеству и ее высочеству, — попросил он. — Как только что-то прояснится, я с вами свяжусь.

— Конечно, лорд, — наклонил голову второй секретарь и отключился.

Артем окинул взглядом собравшихся во дворе Дома Призраков. Прошлой ночью он, наконец-то, начал изучение гримуара, переданного мэтром Гуатором. И буквально сразу получил множество полезнейших вещей. По крайней мере понял, как поддерживать в равновесии свой энергетический баланс без сексуальных излишеств. И не только, он научился выстраивать барьеры, не выпуская наружу флюиды, из-за которых дамы и девицы буквально бросались на него. Решив проверить это, Артем переместился в школу, где прогулялся по коридорам нескольких корпусов на глазах у множества девушек. И испытал величайшее облегчение — на него почти никто из них не обращал внимания, о чем-то болтая между собой! Немногие постреливали глазками, но и только, все в пределах нормы. Слава богу! Наконец-то!

К сожалению, освоить удалось не более четверти процента от гримуара, оказавшегося попросту огромным. Четверти одного процента! И на это пришлось затратить столько сил, что после этого Артем просто отключился на несколько часов, из-за чего пришлось отложить экспедицию на соседний материк.

— Отправляемся! — скомандовал молодой Странник. — Я перенесу челнок прямо в нужное место, на высоту двух километров над пиком. Сразу после перемещения приказываю немедленно связаться с «Петроградом» и передать на него наши точные координаты. Леонид Петрович, вы меня слышите?

— Слышу, — отозвался по связи пилот.

— Как только займете позицию над нами, немедленно начинайте полное сканирование поверхности планеты всеми доступными способами, в том числе и с помощью зондов. Медицинскому отсеку быть готовым к срочному приему раненых. Освободить одиннадцатый ангар рядом с ним. Вполне возможно, что уносить ноги придется в аварийном режиме, в этом случае перемещу челнок прямо туда. Кирилл Владимирович, держите наготове дроидов, возможно, нас придется из челнока выковыривать.

Карл Генрихович слушал распоряжения Артема, одобрительно кивая — парень на глазах растет, понемногу становится настоящим командиром. Хотя до этого, конечно, еще довольно далеко, но, по крайней мере, перестал сопли жевать. И то хлеб. Также хорошо, что баб своих обнаглевших шуганул, когда те попытались навязаться в экспедицию. Правильно! Им нельзя позволять садиться на голову, а то ноги свесят, да погонять начнут. Его эльфийки свое место знают, тихие, спокойные и ласковые, как котята, делают только то, что им велят, не устраивая безобразных скандалов. Найти много лет назад пропавшую невесту полковник, если честно, давно не надеялся, видимо, она погибла. Ну а если вдруг случится чудо, то он надеялся, что Лиза поймет и примет нынешнюю ситуацию, ведь к Эланиэль и Дианель он успел прикипеть душой. А они в Карле Генриховиче и вовсе души не чаяли, он стал для них всем на свете.

— Отправляемся! — скомандовал Артем, поднимаясь по аппарели.

Полковник в сопровождении двух десантников, мага и демонов поднялись вслед за ним и заняли места в десантном отсеке на откидных креслах. Челнок низко загудел, затрясся, снялся с места и начал резко набирать высоту. Молодой Странник ушел в кабину управления и сел в свободное кресло второго пилота, поздоровавшись с майором Ростовцевым.

— Поднимитесь на три километра и зависните на месте, Аристарх Олегович, — попросил Артем. — После этого поднимите защитные поля на максимум и ожидайте, я перемещу челнок куда нужно. Там сразу уходите в другое место, я не уверен, что нас не атакуют сразу после выхода.

— Так точно, — кивнул майор.

Челнок поднялся и заказанную высоту и завис, окутавшись золотистым свечением защитных полей. Помимо этого молодой Странник накинул на него несколько магических защит разных типов, от некромантской до хаотической, на закуску добавив кокон Света и Тьмы, переплетенных в самых диких сочетаниях.

Покончив с этим, Артем выдохнул, представил увиденную в трансе картину и потянулся туда всей своей сутью, охватив челнок «полотнищем», как охватывал когда-то «Петроград». Однако легкого перемещения не получилось, юноше показалось, что он прорывается через какую-то состоящую из липких нитей пелену. Пришлось приложить немало сил, чтобы прорваться, точнее не прорваться, а проскользнуть — молодой Странник, сам не понимая как, сделался скользким и протек в прорехи между нитями, протянув за собой челнок какими-то совсем уж дикими путями, потом он узнал, что сделал невозможное даже для взрослых Авари, пройдя так называемой дорогой Иного. Но он не знал, что это невозможно, а потому просто сделал, от чего в далеких пространствах впал в ступор, а потом принялся материться Шестой, поминая незлым, тихим словом всех родственников обнаглевшего мальчишки. До седьмого колена. После чего сорвался с места и ринулся к месту событий, очень боясь, что опоздает.

Артему показалось, что его протянуло одновременно через несколько сотен игольных ушек, то вытягивая в тонкую нить, то скатывая в компактный шар. Ощущения были непередаваемыми, врагу таких не пожелаешь. Наконец все закончилось, и возникло ощущение, что его на прощание наградили хорошим таким пинком под пятую точку. Этот пинок вынес самого молодого Странника и ведомый им челнок под странное сиреневатое небо. Космолет завертело с такой силой, что майор Ростовцев, невзирая на весь свой пилотский опыт и шипя сквозь зубы, едва сумел стабилизировать его.

На экранах развернулось голографическое изображение пространства вокруг, и Артем жадно уставился на него. Все так же, как он видел в трансе, разве что битва у подножия пика почти завершилась. Человекообразных почти всех изничтожили, только в некоторых еще продолжалась слабое сопротивление. В основном, выжившие забрались на многочисленные утесы и пики, изо всех сил отбиваясь от нападающих, явно не собирающихся оставлять никого в живых. Особенно старались гигантские пауки, они упорно лезли по отвесным скалам, десятками и сотнями гибли, лишь бы добраться хоть до одного врага. Больше всего человекообразных было на высокой, плоской скале высотой почти в сотню метров, на ней их сбилось больше трехсот. Вот только пауки ползли вверх сплошной стеной, выдергивая из рядов обороняющихся одного защитника за другим и швыряя их к подножию скалы.

— Вот это драка... — покачал головой незаметно появившийся в кабине Карл Генрихович. — Мне кажется, что на той скале есть кто-то, кого нам обязательно нужно спасти...

— Вы правы, — Артем прислушался к себе и даже понял, кто им нужен. — Вон, в центре шестеро странно одетых молодых... э-э-э... людей, трое женщин и трое мужчин. Их надо вытащить.

— Да, именно их, — кивнул полковник. — Майор, зависните над этими шестерыми и сожгите пауков к чертям собачьим.

Пока они говорили, ситуация на скале изменилась к худшему — атакующие ворвались на нее и принялись резать защитников своими жвалами, однозначно прорываясь к указанным шестерым. Челнок заложил вираж и, с надсадным ревом двигателей, чтобы привлечь внимание, трижды пролетел над скалой, заливая ее огнем мезонных пушек — живых людей к этому моменту осталось всего ничего, при ближайшем рассмотрении это оказались все-таки люди, разве что очень коренастые и крепкие на вид. Шестеро странно одетых молча смотрели на пролетающий над ними космолет без малейших признаков волнения, словно ждали чего-то в таком роде. Такое поведение наводило на нехорошие подозрения.

Шестеро стояли на небольшом выступе, метров пяти высотой, они ничего не предпринимали, только монотонно произносили какую-то магическую формулу, от их сцепленных над головами рук возносились вверх разноцветные кольца света. Пауки продолжали рваться к шестерым, уверенно добивая последних коренастых воинов. Не прошло и минуты, как последний из них упал.

— Аристарх Олегович! — повернулся к пилоту Артем. — Выжгите плазмой весь утес, кроме центра, его прикройте защитными полями!

Майор кивнул и отдал несколько команд искину челнока через имплант. Над выступом, где стояли шестеро, возникло свечение силового поля, а затем полыхнула плазма, выжигая пауков со всей поверхности утеса, а затем и с его вертикальных стен. Три народа тут же прекратили атаку и отошли метров на триста, явно осознав, что появилась сила, с которой им не справиться. Значит, они разумны. Интересно, из-за чего возник конфликт?

Челнок, по приказу Артема, завис перед выступом, на котором стояли шестеро, и открыл аппарель. Юноша вышел на нее и, по какому-то наитию, снял скрытие своей ауры Авари. Незнакомцы тут же разулыбались и явно обрадовались. Получается, они уже сталкивались с его сородичами.

— Экво у ло тар, даэсса! — ступив на шаг вперед, поклонилась приземистая черноволосая женщина с волосами, заплетенными в сложную косу, и двумя ритальными шрамами, крест накрест пересекающими лицо. — Инкасса!

Ничего не понявший Артем поспешил снять с нее языковую маску и онемел. Эта женщина сказала: «Мы не справились, повелитель! Прости!». Юноша хотел что-то сказать, но не успел, воздух неподалеку заискрился серебристыми и алыми искорками, и из них вышел одетый в какой-то странный комбинезон человек. Хотя нет, не человек, полуорк — об этом говорили не слишком выдающиеся нижние клыки и красноватая кожа. А затем Артем посмотрел на него аурным зрением и отвесил челюсть — это была сверхсущность, как минимум.

— Едва успел... — зло пробурчал полуорк, окинув сердитым взглядом юношу. — Ну до чего же резвый пацан! Это как же ты сюда прошел-то? Это даже мне было не под силу, пока ты канал не пробил...

— Простите, а кто вы? — растерянно спросил Артем.

— Кто-кто, Шестой! — рявкнул краснокожий. — Это сколько же мне еще за тобой шляться придется и косяки твои выправлять, а?

До юноши не сразу дошло, о каком Шестом речь, а когда дошло, он сперва покраснел, потом побледнел, с шумом выдохнул воздух и спросил:

— Шестой Авари? Мне говорили, что он полуорк...

— А то кто же? Авари, конечно. Наблюдаю за тобой почти с самого начала, вечно ты лезешь, куда не надо, такое творишь, что глаза на лоб. Но всегда выходишь сухим из воды. И как у тебя это получается? Словно ворожит тебе кто-то всемогущий.

— Оно само... — тяжело вздохнул Артем. — А как вас зовут, уважаемый?

— Зорхас, сын Хаорга, — по некоторому размышлению ответил взрослый Авари. — Расскажу тебе кое-что и кое-чему научу, только сначала уберемся отсюда и закроем проход.

— Господин, прошу, не бросайте нас! — взмолилась жадно слушающая их разговор женщина со шрамами, юноша, поспешив, дал и ей знания языков, накладывая маску. — Источник погасят еще сегодня, если не убрать тварей отсюда!

— Что? — повернулся Шестой. — Каких еще тварей? Ты дитя Второго?

— Да, повелитель, — поклонилась женщина. — Но нас осталось всего шестеро, мы не смогли правиться с нашествием...

— Нашествием? — переспросил явно ничего не понимающий полуорк.

— Да, смотрите! — она показала на пик, на вершине которого горел призрачным светом дымчатый кристалл.

По нему вверх поднималась чернота. Артем скомандовал импланту увеличить изображение и тихо охнул — это была на чернота, а сплошная стена пауков, медленно лезущих вверх по отвесному пику. Он впервые с момента перехода в эту странную реальность вслушался в ментал и зло выматерился — от всех этих тварей внизу веяло не просто Хаосом, а Призраками, ощущение их мерзкого присутствия нельзя было спутать ни с чем.

— Это что еще за пакость?.. — растерянно спросил Шестой Авари.

Юноша криво усмехнулся и кратко рассказал о своих столкновениях с Призраками и о том, что те не зря так стремились устроить в Таланге хаос, им, похоже, было нужно именно сюда, к этому кристаллу.

— А ты-то сюда как попал, а? — подозрительно прищурился полуорк.

— Во время транса увидел это место, — ответил Артем.

— Ну надо же, мы крика о помощи от детей Второго не услышали, а молокосос услышал... — недовольно скривился Шестой. — Что ж, молодец, но я все равно не понимаю, как ты смог сюда пройти, здесь защиту все семеро ставили... Но ладно, впрочем, об этом потом. Значит, решили, паскуды поганые, на нашей шее в рай въехать? Вас ведь предупреждали не лезть, куда не просят... Что ж, сами виноваты.

— Постойте, вы не достанете никого из них, пока не нашли их средоточия, они — распределенные личности, поэтому даже тот, кого я вышвырнул за пределы мироздания, однажды вернется! — поспешил предупредить юноша. — Во вселенной ордена Аарн их называли «сверхами»!

— Что?! — полезли на лоб глаза полуорка. — Сверхами? Так это они затеяли?! Мало мы им в прошлом наподдали? Ну, сво-о-о-ло-о-о-чи-и-и-и...

Он внезапно размножился, превратившись в гигантскую армию своих копий, а затем запустил какое-то плетение, которое начало перескакивать от копии до копии, формируя из них какой-то узор. А затем полыхнула морозная Тьма. Как Тьма могла полыхнуть Артем не понимал, но она именно полыхнула. И существ внизу и на пике не стало, они просто перестали быть, из реальности были стерты не только они сами, но и все их деяния. Бывшее стало небывшим. Поэтому восстали из мертвых все убитые тварями люди из детей Второго. Только в этот момент до Артема начало доходить, кто такие Авари, одним из которых он являлся. И ему стало страшно.

— Вижу, дошло кое-что? — оскалив нижние клыки, повернулся к нему Шестой. — Сейчас вернемся в твой особняк и там поговорим, давно собирался тебе, придурку молодому, по башке настучать. Слишком много херни творишь!

— Так я же ничего не знаю! — возмутился Артем. — Меня никто ничему не учил!

— Тебе гримуар когда передали? А когда ты его хотя бы читать начал?

— Блин... — покраснел юноша, в этом он действительно опростоволосился.

— Дубина! — констатировал полуорк. — Ладно, я сейчас разберусь с этими, — он кивнул на напряженно слушающих их разговор детей Второго, — и уходим. Потом найдем пару народов для переселения сюда и вернемся. А вы пока что подготовьте жилье для будущих соратников! И вот еще что, чтобы больше не было таких вот инцидентов, возьмите амулет, по которому легко дозоветесь до кого-нибудь нас, а то надо же, только мальчишка восемнадцатилетний вас услышал и то потому, что близко находился. Какого хрена вы не вызвали нас через обряд в главном храме?!

— Простите, повелитель! — поклонилась женщина. — Храм слишком быстро захватили...

— Ясно, — кивнул Шестой Авари. — Займитесь делом. Мы появимся через несколько дней. Зашиту я усилю, больше никакие твари сюда не проникнут.

Еще мгновение, и челнок вместе со всем экипажем оказался во дворе Дома Призраков.

Глава XVIII

Следуя за Артемом, Керианом и Зорхасом, о чем-то увлеченно беседующими, Карл Генрихович размышлял. То, что наконец-то появился взрослый Авари, очень хорошо, может хоть он сумеет направить их сюзерена на путь истинный. Парнишка, конечно, хороший, но слишком уж... полковник даже не знал, как сформулировать. Безалаберный, что ли? Да нет, иное. Наверное, все-таки просто странный. Нелюдимый и вечно попадающий во всякие истории. Причем сам того он однозначно не хочет, его привлекают только полеты в дальнем космосе — типичный бродяга по понятиям Миросплетения.

Странники попросили прислать им вина, сока и кофе, после чего скрылись в покоях Артема. Там все трое расселись в креслах и некоторое время молчали, глядя друг на друга.

— Так меня будут чему-то учить? — хмуро спросил Артем.

— А имеет смысл? — насмешливо оскалился Зорхас, отхлебнув вина прямо из бутылки.

— Не понял... — растерялся юноша.

— А что тут непонятного? — склонил голову набок полуорк. — Разве высшей математике учат, если ученик не усвоил основные правила арифметики? Как объяснить ему хотя бы интегральное исчисление, если он числа складывать не умеет?

— Никак, — вынужден был признать Артем.

— А я тебе что говорил? — проворчал Кериан. — Выучи сначала классическую магию, после чего я обучу тебя пространственной. А когда освоишь ее, тобой займется уважаемый Шестой. Раньше это просто не имеет смысла.

— Именно! — подтвердил Зорхас. — Самые важные знания в доступной для тебя форме есть в переданном тебе мэтром Гуатором гримуаре. Но ты его полностью прочитать и использовать так и не удосужился! Почему?!

— Так валилось на меня то одно, то другое, — уныло ответил юноша, чувствуя свою вину.

— А зачем ты все время лезешь то в одно, то в другое? — язвительно поинтересовался полуорк.

— А меня кто-то о чем-то спрашивал?!! — вспылил Артем. — Только в империи пристроился — на тебе, на границу Хаоса вынесло! А дальше пошло. Я, что ли, виноват, что Судия меня аватаром своим избрал?! Или что Малышка меня прокляла?! Или в том, что поступил на учебу именно в Таланге, который костью в горле Призракам встал?! Вы вон сами не знали, что творится на том материке, еще немного, и твари бы погасили источник. А чего источник, кстати? И для чего он вообще нужен?

— Да, Судия... — скривился Зорхас. — Сам удивляюсь, что он в тебе нашел. Но у него не спросишь, уровни несколько разные, не ответит. Ладно, прав ты, извини, от тебя ни хрена не зависело. И мне это сильно не нравится. Ты изначально нарушил очень многое, мало того, что у тебя искином скотина Дархон служит, за которым мы миллионы лет гоняемся, так ты еще и перевертыша, от одного присутствия которых нас тошнит, к себе взял. И тебя не тошнит! Ты с ней, мало всего прочего, еще и спишь! Такое невозможно по определению, но есть. А потом ты походя вскрываешь несколько старых гнойников. Мы о них и не подозревали. Никому в голову не приходило, что местные Призраки — это Сверхи, будь они прокляты во веки веков. Понимаешь, парень, все это неспроста, такое само собой не получается. Тебя однозначно ведут, причем не Судия, он здесь такой же ведомый, как и ты. Кто ведет? Не знаю! И мне все это очень и очень не нравится...

— Мне тоже... — вторил ему Кериан.

— Вот же блин... — скривился юноша. — Ну почему нельзя оставить меня в покое, а?..

— А это ты не у меня спрашивай, а у того, кто тебя ведет, — насмешливо оскалил нижние клыки полуорк. — Я от тебя хочу одного. Учись побыстрее! Мы всемером зашиваемся! Еще один коллега нам совсем не помешает. Хоть за тысячу лет выучись. Но боюсь, ты за пять тысяч не справишься, если продолжишь в том же духе...

Представив, что ему предстоит тысяча лет учебы, Артем едва не застонал, сдержавшись с величайшим трудом. Зорхас и Кериан наблюдали за ним с усмешками, явно понимая, что он чувствует. Юноша сжал кулаки и взял себя в руки, не желая давать им повод для насмешек.

— Но при этом, как я уже говорил, ты ухитрился вскрыть несколько гнойников, которые прошли мимо нашего внимания, — продолжил Шестой Авари, пристально глядя на на недовольного Восьмого. — Для начала ты столкнулся с Дархоном, которого мы безуспешно и давно искали, и вытащил его из ловушки во вселенной Таорской империи. Нам в голову не приходило искать его там, тем более, что он был отключен миллионы лет...

— Неизвестно, к тому же, Дархон это или копия, — возразил Артем. — Мы нашли останки его корабли, там был мертвый искин. И Дархон с тех пор задается вопросом: кто он такой?

— Даже так? — похоже, сказанное, было неизвестно Зорхасу, поскольку он однозначно удивился. — Еще веселее. Это надо будет обдумать. Но продолжу. Дальше ты сталкиваешься с перевертышем, который никак не мог оказаться в той вселенной, но оказался, и не испытываешь к ней естественного для всех нас отвращения. А затем, мало того, берешь в свой Клан!

— А почему вы испытываете отвращение к перевертышам, — не выдержал юноша, задав вопрос, интересовавший его с момента знакомства с Ниэрлой. — Что они вам такого страшного сделали, что вы уничтожаете несчастных, едва завидев? Они вам причинили какой-то вред?

— Нет... — после недолгого молчания признал полуорк. — Инстинктивное отвращение... Вот проклятье, да что ж у тебя за талант такой, выставлять на всеобщее обозрение очевидное для всех и сомневаться в его очевидности? Почему никто из нас не задумался об этом раньше? Мне наставник сказал, что перевертышей надо давить, я и принял это, как данность...

— Вот-вот! — с ехидным видом поднял палец Артем. — Ниэрла рассказывала, в каких муках умирала ее мать, которую кто-то из вас походя лишил всей энергии. Вот просто так, она пыталась скрыться, не понимала, в чем она виновата, а ее взяли и убили. За что?

— У меня нет ответа на этот вопрос, — после довольно долгого молчания ответил Зорхас, обхватив пальцами подбородок. — И мне это сильно не нравится. Вывод отсюда следует только один, и очень для нас неприятный. Нас кто-то запрограммировал на уничтожение перевертышей. Этому должна быть причина, и очень, очень веская. Сегодня же передам в общий канал информацию, следует выяснить эту причину. Благодарю, Восьмой!

— Не за что! — не сдержал улыбки юноша, он впервые смог умыть Шестого и получил от этого немалое удовольствие.

— Ладно, — тоже усмехнулся тот. — Продолжу. Далее ты попадаешь на границу Хаоса и вывозишь оттуда какого-то паренька. Он явно будет нужен, но как и почему непонятно. А далее ты прешь от мира к миру, таща на загривке супердредноут в километр длиной. И не надрываешься, что удивительно!

— Я тоже был этим немало изумлен, — вмешался Кериан.

— Любой пространственник удивился бы, — кивнул Зорхас. — Ты должен был выгореть, парень, невзирая на то, что ты Авари! Но не выгорел. Теперь идем далее. Ты начинаешь собирать Клан, хотя для этого еще не готов, обычно мы начинаем этим заниматься в возрасте не менее ста лет. Причем ты чувствовал своих будущих соклановцев и перетаскивал корабль к ним. А затем инициацию Восьмого Авари ощутили Эрх-Ар и решили воспользоваться твоей неопытностью в попытках решить их старую проблему. Вот только ни они, ни мы, ни кто другой не предполагали, что ты ее решишь! Да, с помощью, Судии, который тогда впервые проявился так явно, но все равно. Да-да, не удивляйся, сказанное тобой тогда дало Эрх-Ар шанс, они кое-что важное поняли и теперь на грани Перехода, которого так жаждали. Смогут? Не знаю, но в том, что они на грани — уверен. Почему-то никому не пришло в голову дать им совет умерить гордыню, были уверены, что они и сами это понимают. Как оказалось, не понимали. Ошарашенные Эрх-Ар в благодарность делают твой корабль чем-то непредставимым, состоящим не просто из адамантита, а из измененного адамантита, без чего он никогда не смог бы стать основой домена. Могу заверить, что твой экипаж не знает и двух процентов возможностей «Петрограда». В том числе, и Дархон, который, может быть, и не Дархон. Ну что, задумался?

— Таких невероятных совпадений не бывает... — дошло до юноши.

— Они невозможны по определению, — добавил его наставник. — А значит...

— Именно, кто-то за всем этим стоит, и кто-то настолько сильный, что даже мы для него никто, — кивнул полуорк. — Для него даже Судия — всего лишь эффектор воздействия. Но и это только начало! Идем далее, дорогие мои. Самое невозможно и невероятное. Твоя встреча с Керианом сразу после перемещения в Миросплетение. То есть, ты сразу же встретился с единственным пространственником, способным обучить тебя со временем. Мало того, с пространственником, находящимся на грани перерождения в Странника линии Ногари. При должном старании он вполне может дорасти и до линии Ланари, а то и Сантари. И ты сразу же столкнулся с ним, причем он давно искал ученика. Вероятность подобного — десять в минус тридцать седьмой степени. Дошло?

— Не совсем... — поежился Артем. — Что это значит?

— А то, что тобой заинтересовалась сверхсущность уровня, как минимум, демиурга, причем отнюдь даже не вселенского, а куда выше, — ответил Зорхас. — Только такие сверхсущности умеют манипулировать вероятностями настолько филигранно и глубоко. А вот после этого началось вообще что-то дикое. В Миросплетении неожиданно обнаружились нацисты, возглавляемые лично бесноватым Адольфом, причем, что поразительно, основной его личностью, а не не отраженной. То есть, он родом из материнской реальности Земли. Переместить его сюда мог очень мало кто, но ни одна сверхсущность этого делать не стала бы, слишком этот подонок известен, его даже в Сферах знают. На нем личный приговор Творца! Понимаешь?

— Не-а... — помотал головой юноша, маг тоже с недоумением смотрел на полуорка.

— Он не должен был оказаться в Миросплетении никоим образом, его приговорили к куда более страшному наказанию, чем придумал ты, его ждали миллионы лет кошмара, пока не осознал бы, что он натворил. Но! Но его кто-то вытащил и переместил сюда. Причем, отнюдь не Веселая Малышка, которую ты пнул, это не в ее силах, она потом нашла Адольфа и решила поиграться им, и ей это позволили. Кстати, именно тебе предстоит найти и обезвредить подонка. Этот долг на тебе, но сделать этого, пока не научишься хотя бы основам пространственной магии, ты не сможешь.

— Найду, — заверил Артем, сжав кулаки и скрипнув зубами, его буквально обожгло ненавистью к усатой твари. — Обязательно найду. И воздам.

— Если его раньше не заберут отбывать наказание, — оскалился Зорхас. — За подонком многие охотятся. Но это пока не важно. Идем далее. Малышка. Пнуть ее ты не мог никоим образом, это невозможно даже для меня и остальных Авари, но ты это сделал. Не знаю уж каким образом, нам ничего подобного не бывало ни разу. Как ты думаешь, почему ее не отловили и не сослали до сих пор? Она ведь гадила всем, кому могла, и к нам не раз обращались за помощью разные сущности и сверхсущности, прося хоть как-то притормозить поганую сволочь. За ней тянется шлейф погубленных народов и цивилизаций. И, хуже того, создание из обычных разумных мириадов инкубов и суккубов, способных сводить с ума целые миры и даже конклавы на теме извращенного секса. То, что она планировала сделать с женщинами Таланга, мелочи, по сравнению с тем, что она творила ранее. Иногда ее удавалось чудом отлавливать, тогда кто-то из нас ссылал ее почти туда же, куда сослал ты, но она через некоторое время возвращалась. Не сразу, через несколько сотен или тысяч лет, и тут же принималась гадить с новыми силами. Я не знаю, что и как сделал ты, но больше она никогда не вернется, ты вышвырнул ее не просто за пределы мироздания, а за пределы... пока умолчу чего, тебе рано это знать, прости уж.

Он залпом допил бутылку вина и отшвырнул ее в сторону, разбив об стену, что говорило о крайней степени его раздражении, затем открыл вторую и ополовинил ее тоже. Некоторое время молчал, затем снова заговорил:

— Но по порядку. Неожиданно для всех эту неуловимую даму пнул вдогонку какой-то юнец. Причем очень больно и обидно пнул, так с Малышкой не обходился еще никто и никогда. Она, естественно, взъярилась, и принялась искать способы отомстить. Поверить в то, что ты Авари, она не смогла, ведь нас обычно воспринимают, как многомерные энергетические облака, растянувшиеся на тысячи, а то и миллионы световых лет по множеству вселенных. А ты пока что очень компактен, всего лишь шагов на сто от изначального тела расширился, но учти, что дальше расширение будет идти в геометрической прогрессии, так что готовься к этому.

— Ой-йо... — взлохматил себе волосы на затылке Артем.

— А то! — насмешливо ощерился Зорхас. — Не все коту масленица! Но и этого мало, дорогой мой, дальше еще веселее. Но ты над всем этим почему-то не задумывался. Итак, ты прилетел в Таланг. И опять началось нарушение причинно-следственных связей, причем в каких-то невероятных масштабах. Для начала берем твой особняк, купленный, казалось бы, совершенно случайно, по совету одного из учителей школы «Нирван», решившего пошутить над богатеньким мальчиком. В этом особняке мало того, что нашелся сошедший с ума принц, так еще и гнездо демонов на большой глубине созревало. О карайнах из одной небольшой закрытой от любого стороннего проникновения вселенной я уже молчу, по сравнению с остальным — это мелочь. Но при этом все твои действия словно специально были направлены на срыв планов Призраков. К моему глубокому сожалению и даже стыду, я не знал, кто здесь воду мутит, мне в голову не пришло, что это могут быть Сверхи. С ними мы, Авари, сталкивались не раз. И подозреваем, что твоего предшественника, прежнего Восьмого, погубили именно они, вот только как они смогли сделать это, не знаем. Понимаешь, нас всего семеро, а работы столько, что сотням хватит. Только не спрашивай, будь добр, какой именно работы, на языках низшего уровня это объяснить просто невозможно, здесь требуются ментальные образы, причем, как минимум, в шестнадцатиричной системе и восьми измерениях. Поэтому хоть что-то ты сможешь понять только после того, как обретешь многомерное сознание.

— Мда... — поежился юноша, окончательно осознав, что ему предстоит превратиться в нечто непонятное, и избежать этого никакой возможности нет.

— Вот тебе и «мда»! — хохотнул орк. — Тебе, Кериан будет много проще, поскольку пространственник ты отличный и кое-какие вещи уже понимаешь, но и тебе придется немало учиться, чтобы стать толковым Странником.

— Придется, так придется, — пожал плечами маг. — Дело привычное и знакомое. Главное, чтобы нам с ним давали учиться! А то как только начинаем, так сразу что-то случается, и все наши планы летят в тартарары.

— Вот именно поэтому я и решил с вами поговорить, объяснить, что происходит, — кивнул Зорхас. — Точнее, показать, как происходящее видится с нашей стороны. Итак, продолжаю. Не успел наш дорогой Восьмой заселиться в особняк, как сорвал планы Призраков, причем не единожды. Одновременно он несколько раз прокололся, и местные поняли, что перед ними далеко не провинциальный молодой лорд, а нечто куда большее. Но главным все же оказались пробуждение клана высших демонов Арие-Рах и его привязка к себе, как к сюзерену. Вам двоим все это еще кажется случайным?

— Нет... — тяжело вздохнул Артем, а Кериан молча покачал головой. — Похоже, меня действительно еще кто-то ведет. Аккуратно подводит то к одному, то к другому. Но кто это может быть и что ему нужно?!

— А вот этого я тебе сказать не могу, — развел руками полуорк. — Поскольку и сам понять не могу. Этот кто-то оказался способен скрыться даже от опытного Авари, я его самого не вижу, только результаты его деятельности. Причем, если разобраться, ничего из сделанного им ни тебе, ни нам во вред не идет, наоборот, исключительно на пользу. Разве что тебя обрекли на неестественно быстрое созревание, и это опасно, можешь выгореть, если увлечешься.

— Ну раз непонятно, кто это, вернемся к нашим баранам, — скривился Артем. — Зачем Призракам так были нужны демоны, что они чуть ли не в панику впали после того, как Арие-Рах оказались моими вассалами? Сами смотрите, сначала попытались перехватить демонов посредством кровавого ритуала, но мы его сорвали и поговорили с одним из них. Такой гордыни и самоуверенности я никогда еще не встречал. Ни у кого.

— Сверхи, — скривился Зорхас. — Всегда этим отличались. Искренне уверены, что они — нечто высшее, а все остальные грязь и должны покорно признать это, подчиниться и жить в ничтожестве, молясь великим им. Причем их сто раз били — не помогает, ненадолго отступают, и только. Мы периодически выбрасывали их за пределы мироздания, но они всегда возвращались, хотя не должны были. Теперь, когда стало известно, что они — многомерные личности, стало, по крайней мере, ясно, как они это делали. Откуда, кстати, тебе это известно?

— Из прочитанной еще дома, на Земле, фантастической книги об ордене Аарн, — смутился юноша. — А что?

— Ничего, — поскреб щеку ногтями полуорк. — Понятно. Да, земные сказочники, сами того не понимая, частенько включаются в основной инфопоток мироздания и выдают на гора те еще откровения. Надо бы прочесть, сейчас вытащу текст из инфотока. Ага, усвоил. Не все верно увидено и описано, но кое-что правильно, правда, интерпретация во многом дурацкая. Однако не суть важно. Главное, что о Сверхах информация имеется. Спасибо, теперь надо будет уточнить, как все это было сделано. Сегодня же навещу Кержака Черного и спрошу.

Артем в душе позавидовал ему, он и сам не прочь был посмотреть обитаемую галактику в реальности и встретился с героями книги, но понимал, что не время. Ничего, выучится, тогда и займется этим.

— Но мы так и не выяснили, зачем Сверхам настолько понадобились демоны, что после перехвата клана они резко ускорились, попытавшись меня устранить посредством Братства, — снова поднял он интересующую его тему.

— А это мне стало понятно только сегодня, — вздохнул Зорхас. — Ты услышал в трансе зов о помощи детей Второго, а мы нет. Дело в том, что Миросплетение удерживается в реальности тремя великими источниками, если погасить два из них, то оно само собой схлопнется в точку, и развернуть его снова будет невозможно, разве что создавать заново. Для высших демонов сделать это особой проблемы не составило бы, как и проникнуть в закрытые сегменты, где эти источники спрятаны. А вот без них Сверхи смогли только запустить в закрытый сегмент неразумных демонических тварей из верхних слоев Инферно, причем сами туда пробраться не сумели. Твари уничтожили детей Второго, их оказалось слишком много, и попытались погасить источник. Они этого сделать не смогли бы, конечно, но, я уверен, Сверхи что-то придумали бы и добились своего. И помог бы им в этом хаос на Таланге, дав особого рода энергию разрушения. Так что будь настороже, они своих попыток разрушить страну не оставят, очень упорные твари.

— Вы говорили, что источников три... — вспомнил юноша. — А что с остальными двумя? Их не погасили?

— Тоже пытались, — оскалился полуорк. — Как только я понял, что происходит, то сообщил остальным. Туда отправились Третий и Четвертая, чтобы навести порядок. Десятка два тварей уже вышвырнуты за пределы мироздания, причем по твоему способу. Вернуться не смогут очень долго, много тысяч лет, за это время найдем их средоточия и уничтожим. Крайне благодарен тебе за этот способ. Как тебе такое в голову пришло?

— Да когда вышвыривал Малышку в храме Красавицы, — пожал плечами Артем, — словно само собой в сознании возникло, по наитию какому-то.

— Опять подарок от того, кто тебя ведет, — покачал головой Зорхас. — Все эти приходящие из ниоткуда знания настораживают. Никому из нас столько не доставалось, понемногу бывало, но и только. А так все своим трудом, тысячами лет труда. Твое развитие вообще пошло наперекосяк, ни у кого такого не случалось. Получить ядро домена в таком возрасте?! А проклятие Малышки и жадность Красавицы слишком рано запустили механизм обмена энергией через секс, причем нестандартный. Рано! Понимаешь? Рано! Поэтому предсказать, во что ты вырастешь я не могу в принципе. То, что ты Авари, сомнений не вызывает, но ты сейчас по развитию обгоняешь трехсотлетнего! А то и за пятисотлетнего. К тому же некоторые твои особенности напоминают демиурга, причем Черного демиурга, которая не так давно инициировалась. Так что твоя задача сейчас, парень, учиться рекордными темпами. Понял?

— Так не дадут же! — скривился юноша.

— А вот это теперь моя забота! — отрезал полуорк. — Уже к завтрашнему днь Сверхи из Миросплетения вылетят впереди собственного визга!

— Безумный Бард говорил, что только я смогу с ними справиться... — недовольно проворчал Артем.

— Ты и справился, — отмахнулся Зорхас. — Способ выбросить их далеко придумал, а теперь мы ими займемся. Пожалеют, что полезли.

— А что с историей о Малышке и Красавице? — хмуро спросил юноша.

— Ничего, — отмахнулся полуорк. — Отправил дрянь в пустоту без права возвращения, и хорошо. Красавица помогла, взяла свою плату, это полностью справедливо.

— Я о последствия для меня... — проворчал Артем. — Постоянном желании, флюидах, из-за которыхз женщины меня буквально бросаются, требуя всякого-разного. Благо, в гримуаре нашелся рецепт скрывать их. Но я не уверен, что надолго, ощущение, что все это усиливается и развивается. Боюсь, может снова срыв произойти...

— Ну заведи себе еще несколько сотен самок разных народов и пользуй их в свое удовольствие, — пожал плечами Зорхас. — Или терпи. Это не суть важно, есть куда более важные вещи. Освой гримуар полностью, это даст тебе многое. Повторяю в который раз — учись! Как можно быстрее ты должен освоить классическую магию, особенно манипуляции Светом, Тьмой и Равновесием. Мы постараемся оградить тебя от внимания Сверхов. А с остальными проблема справляйся сам! Не ребенок уже. Учить думать мозгами.

Юноша не стал возражать, но почему-то был уверен, что Шестой Авари ошибается, и вывести Призраков так просто не получится. И именно ему предстоит это сделать. Хотелось бы, чтобы все сделали взрослые, а ему оставили возможность спокойно учиться, но это вряд ли получится.

Глава XIX

Подготовка к включению Дома Призраков в домен подходила к концу. Артем наконец-то решился сделать это, Зорхас посоветовал не тянуть с этим делом. А вот с третьей страницей, наоборот, не спешить, ее время еще не пришло, а больше трех страниц в домене иметь Восьмой не сможет еще несколько десятков, если не сотен лет. Хотя в его случае, по словам полуорка, возможно было все.

Долго задерживаться Шестой Авари не стал и вскоре покинул особняк, пробурчав, что пора и делом заняться. Хотя, насколько понял Артем, он и не прекращал этим самым делом заниматься, поскольку являлся многомерной личностью, жил десятками тысяч потоков в разных реальностях, временах и вселенных. Юноша пытался понять, как это возможно, однако пока не понимал, хотя думать несколькими потоками при помощи импланта уже научился, только это всего лишь ускоряло сам процесс мышления, а не разделяло сознание на несколько отдельных частей. Отсюда следовало, что до многомерности сознания, без которой не то что Авари, но и просто Странником не станешь, ему пока еще далеко. Что ж, не все сразу, Артем и так, по словам Зорхаса эволюционирует быстрее всех остальных коллег.

Интересно, что Шестой имел в виду, говоря, что прибавление к домену новой страницы многое даст? На вопросы он не ответил, только довольно гнусно ухмыльнулся, сам, мол, догадывайся — мимика у этого гада была богатая. При мысли о том, что Зорхас станет со временем его наставником, Артему становилось тошно — характер у полуорка был отвратительный. Насмешник, охальник и зубоскал, плевать хотящий на чувства других. Наоборот, любящий повеселиться за счет этих других. Вот только им от его шуток вряд ли будет весело.

Впрочем, черт с ним, Артема сейчас одолевали совсем другие заботы. А именно становление домена, он с каждым даже не днем, а часом все лучше чувствовал «Петроград» как часть своего тела, что ли. Мало того, ощущал многие системы корабля, осознавал, что активировать их способен просто пожелав этого. Пока не особо понимал, что со всем этим делать, пожалуй, надо будет посоветоваться с экипажем, а прежде всего — с экспертами.

Но все-таки слова Шестого Авари настораживали, как и его странные ухмылочки, что при наличии орочьих клыков выглядело особо глумливо. Что-то с третьей страницей домена было связано нехорошее. Но что? Неужели так трудно прямо сказать? Почему обязательно нужно, чтобы ученик влезал в неприятности и даже окунался в них с головой? Нет, Артем этого решительно не понимал и понимать не хотел, из-за чего дал себе слово, что когда у него самого появится ученик, он так по-свински к бедняге относиться не будет.

Особняк в последний раз обследовали полностью, каждый закуток и каждый погреб. Закутков оказалось на удивление много, и чего там только не было. Судя по всему, род Эрхан, которому изначально принадлежал Дом Призраков, имел много тайн и скелетов в шкафах. Именно скелетов было обнаружено больше двух сотен в разных давно забытых подвалах и межстенных проемах, причем многие умерли под пытками, судя по их состоянию. Это значило, что призраков при вхождении особняка в домен освободится множество. И что с ними делать? Насильно привязывать их к себе Артем не хотел, но и отпускать призраков в свободное плавание было никак нельзя, они такого натворят в столице, что ни господин Аньехи, ни будущий тесть спасибо однозначно не скажут. Придется давать выбор. Желающие отправляются на перерождение, а остальные жестко привязываются к домену и Клану Странника. Он надеялся, что большинство выберет перерождение, возиться с призрачными сущностями юноша никакого желания не имел.

— Все готово! — доложил Кузьма. — Останки обнаружены и захоронены согласно местным обычаям с привлечением жрецов, чтобы отпустить души. Нужные рунные цепочки и конструкты нанесены на все внешние стены особняка, включая подвальные помещения.

Артем кивнул. Наличие дроидов с лазерными и плазменными резаками очень сильно облегчило работу. Если бы он наносил нужные руны вручную, то на это ушло бы несколько месяцев. На «Петрограде» рунными цепочками был покрыт каждый квадратный миллиметр поверхности еще после воздействия Эрх-Ар, а уж во что корабль превратился после обработки Безымянным, и вовсе оказалось чем-то непредставимым. Рунные конструкты были на материальном, ментальном и духовном планах, совмещаясь в единую конструкцию невероятной сложности. Артему до полного ее понимания, а тем более, управления, было еще очень и очень далеко. Как бы не десятки лет. Но при этом добавить новую страницу в домен молодой Странник мог без особых усилий — нужные рунные конструкты наносились и активировались автоматически, стоило задействовать особый ментальный механизм, расположенный в Сферах. Доступ к нему имели только высшие Странники, ангелы и демоны. Возможно, еще боги, Палачи и некоторые сверхструктуры Контроля, например, Эрсай. Последних, правда, не рекомендовалось поминать всуе.

— Волнуешься? — спросил Кериан.

— Волнуюсь, конечно... — вздохнул юноша. — Таких сложных магических действий я еще никогда не предпринимал... Вроде бы все должен делать тот механизм в Сферах, но от меня тоже многое зависит. Да и конструктов много наносить придется, не говоря уже о самом ритуале. Самое смешное, учитель, что планету или астероид включить в домен десятикратно проще, чем особняк.

— Неудивительно, — заметил маг. — Это объекты, для которых алгоритм давно выработан, подставь нужные параметры после несложного преобразования, и все отработает автоматически. А особняк имеет очень сложную конфигурацию, при этом важно не включить в домен чего-то ненужного, потому и схема конструктов столь сложная. Я не представляю себе сложность создания ядра домена из «Петрограда». То, что сделал Безымянный, практически невозможно. Самостоятельно ты бы смог сделать что-либо подобное разве через несколько десятков тысяч лет опыта.

— Это да, — поежился Артем. — Там чуть ли не каждый атом рунными конструктами покрыт, причем сдвинутыми по фазе в иные пространства. Я только вам кое-что показывал, местным магам таких знаний давать никак нельзя, не доросли. Кое-что, очень немного, показал мэтру Крику, так он ничего не понял.

— А сам-то понимаешь?.. — насмешливо прищурился Кериан.

— Очень немногое... — смутился юноша. — Крохи. Но основу связей между материальными и нематериальными реальностями осознал и сумею выстроить. Это пока немногое дает, но перемещаться я смогу намного проще, причем даже в иллюзорные миры. Вплоть до их полной материализации со временем. Да-да, учитель, именно материализации.

— Да демонскую задницу мне на голову! — не поверил маг. — Это же уровень демиурга!

— Нет, что вы! — замахал руками Артем, которому такой радости было совсем не нужно, он и Странником-то быть не особо хотел, а уж тем более, создателем миров. — Демиурги делают такие вещи совершенно иначе. Они воплощают его единым объектов со всеми подробностями. Странники же, Авари и остальные три высших класса, просто выводят мир из иллюзорности, и он в процессе этого сам обрастает деталями, причем чаще всего совершенно неожиданными для придумавшего или увидевшего и описавшего его разумного.

— Демонскую задницу тебе на голову? — переспросила незаметно подошедшая Иерла, почесывая один из своих рогов и ехидно ухмыляясь. — Могу это устроить. Хоть прямо сейчас.

— Изыди! — вызверился на нее Кериан. — И не лезь в важный разговор.

— Я по делу! — отмахнулась демоница и повернулась к сюзерену. — Отец спрашивает не нужно ли контролировать процесс, он дважды наблюдал создание доменов и добавление в них новых страниц, если что-то пойдет не так, сможет нейтрализовать.

— А раньше сообщить об этом он не мог?! — возмутился Артем. — Зови его! И быстро!

Иерла исчезла с такой скоростью, что только пыль взвихрилась вслед. Не прошло и двух минут, как неподалеку от собеседников возник Шагайд, который почему-то так до сих пор и не отрастил обломанный рог.

— Ну и какого хрена вы молчали? — хмуро поинтересовался Артем. — Я тут с ума схожу, пытаясь все успеть, а вы...

— Простите, владыка... — развел руками демон. — Я просто не подумал, что вам мои скромные знания могут пригодиться. Только когда ощутил заключение Дома Призраков в подготовительный контур, вспомнил, что примерно то же ощущал в прошлом, когда архидемоны Торвайн и Ихр-Он-Э-Рог создавали и расширяли свои домены. Второй напутал в контуре, и домен вместе с ним едва не схлопнулся в процессе присоединения четвертой страницы, именно я остановил схлопывание. После этого воспоминания и отправил к вам дочь.

— Ясно, — пробурчал юноша. — Помните саму ошибку этого Ихр-Он-Э-Рага? Схему хотя бы?

— Помню, конечно, — кивнул Шагайд. — И схему нейтрализации ошибки. Передаю вам на имплант.

Демонам импланты установили к этому времени всем, и они уже успели понять крайнюю полезность и удобство этих устройств. Еще не освоили полностью, конечно, но пользовались вовсю, сожалея, что в прошлом, дома, у них ничего подобного не имелось. Скольких бы неприятностей можно было бы избежать, имея такие возможности для работы с информацией! А уж если к этому прилагаются разумные искины... Тогда вообще сказка.

Получив пакет, Артем сел, где стоял, в позу лотоса и погрузился в транс, чтобы разобрать в чем была ошибка архидемона и как ее исправили. Все оказалось не так сложно, как показалось сначала, Ихр-Он-Э-Раг действовал совсем по другой схеме, чем переданная Безымянным. Куда проще и, одновременно, сложнее. Во-первых, он работал на стихиях Хаоса, Тьмы и Ярости, тогда как Артем ими ограничен не был. Странники легко работают даже со Светом и Порядком, хоть и не слишком любят это. Может припереться и начать качать права архангел, которому придется давать по голове — эти крылатые сволочи иного обхождения просто не понимают. Настаивают на своем до последнего, уходят только тогда, когда другого выхода нет. Впрочем, Артем драться с ангелами не собирался, даже если явятся — Шестой подсказал, что их можно легко спровадить в одно интересное пространство, откуда крылатому придется выбираться несколько десятков тысяч лет, как минимум. А то и вечность.

Архидемон попытался связать страницы домена линейно, чтобы они составляли собой единое пространство, находясь при этом в разных вселенных. Нет, чтобы использовать сопряжение, как любая разумная сущность, способная на это. Идиот, других слов у юноши не нашлось. Вот и получил откат такой силы, что едва жив остался, и то только потому, что Шагайд помог, подбросив патрону плетения сопряжения, и Ихр-Он-Э-Раг, работая на износ, заменил ими основные связки. Но домен в итоге получился кастрированным, его возможности были впятеро меньше, чем планировалось.

Быстро разложив подсказанное Безымянным плетение присоединения страницы на составляющие, Артем выругался. В нем тоже имелись прямые связи, и неизвестно, к чему их использование может привести. Шагайд, как принесший клятву верности, вреда ему причинить не способен, так что его плетение можно будет взять за основу и присоединить страницу сопряжением. Изнутри особняк и корабль будут казаться единым целым, а снаружи — нет, они не превратятся в нечто непонятное, оставшись домом и кораблем. Интересно, почему Безымянный передал ему более простой способ, который должен был изменить саму суть страницы и основы? Может, именно поэтому ухмылялся Шестой?

И Артем решительно принялся за работу, начав перекраивать плетение, причем подключив к этому через имплант Кузьму. Если бы тот же Шестой узнал об этом, он бы схватился за голову и взвыл, потом бы схватил первую попавшуюся палку и принялся учить экспериментатора уму-разуму. Но полуорку и в голову не могло прийти, что подопечный утворит такое. На демона он совсем не рассчитывал, думая, что опыта в создании доменов никто из Клана Артема не имеет. Вот так высокомудрые порой и ошибаются, не приняв во внимание какой-то мелочи.

Сформировав окончательную схему ритуала и плетений, Артем встал и направился в ритуальный зал, где была подготовлена сложнейшая многоуровневая пентаграмма, созданная миллионами крохотных рунных конструктов. Опять же при помощи дроидов, выжегших их на камнях с точностью до микрона.

— Всем сесть или лечь, я начинаю, — передал он вассалам, находящимся в Доме Призраков. — Иерлу жду в ритуальном зале.

По измененному ритуалу во время привязки страницы следовало заниматься ритуальным сношением, совмещая это с созданием плетений, что могло вызвать не слишком приятные, а порой и очень неприятные ощущения. Демоница подходила для этого лучше кого-то ни было, поскольку моральных предрассудков не имела по определению. И боль для нее — это всего лишь боль, которую вполне можно использовать для пользы дела. Однако по здравому размышлению Артем позвал также Инару — темная жрица дроу тоже предрассудков не имела и могла пригодиться.

Артема вело что-то, чему он не мог подобрать названия, но это что-то было настолько всеобъемлющим, что охватывало собой все мироздание, наверное. Он готовился к ритуалу, создавая плетения с пулеметной скоростью, одно за другим, причем каждое следующее было сложнее предыдущего. Молодой Странник частью сознания оставался в трансе и полностью отдался своей интуиции.

Демоница с дроу появились и вопросительно уставились на сюзерена. Он молча показал им места во все еще открытой пентаграмме, коротко велев перед входом в нее полностью обнажиться. Они, не прекословя, подчинились, только настороженно и удивленно переглянулись — ничего подобного изначально не планировалось. Ритуал изменен? Как? Почему? Когда? Ответов не было, а расспрашивать Артема ни одна не рискнула — от него сейчас шибало жуткой, давящей силой, от одного ощущения которой хотелось забиться в какой-нибудь закуток и казать оттуда носа. Иерла, которой доводилось в прошлом видеть великих архидемонов, с восторгом подумала, что они их владыке следы целовать недостойны. А вот Инара размышляла о том, что парнишка слишком быстро эволюцинирует, превращаясь в нечто непонятное. Да, Авари — это нечто, но он ведь, похоже, и их вскоре перещеголяет. Шестой по сравнению с Артемом в этот момент — милый няшка. Впрочем, это пока он в теле, а что такое Авари, расширившийся до размера нескольких вселенных, жрица не представляла.

Юноша был в ритуальной полотняной робе, вытканной руками невинных дев и расшитой мифриловыми нитями, за ней пришлось посылать срочную экспедицию в мир Ниадух — больше нигде таких не создавали, а Артем еще был не на том уровне, когда для ритала нужен только сам его проводящий разумный. До этого, по словам Шестого, ему идти не одну сотню лет. Впрочем, Инара подозревала, что их сюзерену потребуется куда меньше времени, если все продолжит идти так, как идет. Поэтому она без слов разделась и проследовала в пентаграмму, встав в нужную позу там, где указали — темная жрица, как и Иерла, сразу поняла, что от них потребуется, и ничего против не имела. Участие в подобных ритуалах всегда очень многое давало своим участникам, а если они во время чтения катренов еще и занимались тем, что предполагается, то вознаграждение могло вообще оказаться гигантским. Как минимум, переход на следующий уровень для магов.

Поежившись, Артем замкнул пентаграмму и начал ритуал. Первые катрены он произнес на одном из древнейших языков мироздания, знание которого возникло в сознании словно само собой. Он принадлежал перводраконам, эл’рнэ, триллионы лет назад покинувшим физический и духовный план бытия, поднявшись почти на уровень божества и слившись с Бездной, став ее коллективной душой. Причем не той всепожирающей Бездной, которую так боялись сейчас, а изначальной — Бездной Творца.

С каждым катреном он все лучше ощущал «Петроград», каждый его отсек и закуток, каждую каверну в металле, а таковые, как ни странно, тоже нашлись, Дархон при постройке корабля их почему-то пропустил. Супердредноут постепенно оживал, в нем зарождалась что-то напоминающее душу. Вполне возможно, что со временем в него и придет чья-то душа, такое случалось не раз. А затем Артем почувствовал Дом Призраков, сначала комнаты и подвалы, на стены которых были нанесены рунные конструкты, а затем и весь особняк.

Два объекта находились на гранях сознания молодого Странника, но еще не стали единым целым, были отдельны друг от друга. И юноша начал сопряжение согласно переработанной перед этим схеме. Один за другим возникали призрачные связки, стягивая особняк и корабль в нечто единое, но очень странно выглядящее. Но при этом и «Петроград», и Дом Призраков оставались самими собой, одновременно сливаясь. Артем никогда не сумел бы объяснить словами, чем они становились, он понимал это на уровне многомерных ментальных образов, которыми неожиданно для себя научился общаться.

Во всех закутках, подвалах и закоулках старого дома затрепетали призраки. Большинство, поняв, что им дали шанс на перерождение, сразу же ушли, как только юноша открыл им проход в высшие пространства. Но не все, около двух десятков пожелали остаться и принести клятву верности Страннику.

— Почему? — спросил Артем у самого импозантного из них, полупрозрачного дюжего громилы в огромной шляпе с пером.

— Кто его знает, что там, — показал пальцем в потолок тот. — Да и достанется мне, грешил много. А рядом со Странниками всегда интересно. Возьмите меня, не пожалеете. Я и шпионить могу, и замком управлять. Может, еще для чего сгожусь.

— Ладно, беру всех желающих, — хмыкнул юноша. — Имя?

— Граф Марек Эльтари, капитан Золотого полка королевских кирасир Таланга, умер триста пятьдесят семь лет назад в тайной тюрьме рода Эрхан, которому тогда принадлежал этот особняк, — четко доложил призрак. — С тех пор брожу по нему, как неприкаянный, но никто меня не видит. Здесь нас было ого-го сколько! Многих Эрханы перерезали, ох, многих. Те еще твари были. Но большая часть наших на перерождение смылась, как только вы, владыка, позволили.

— Не называй меня владыкой, — поморщился Артем. — Не люблю это слово. Сюзереном разве что или господином.

Призраки один за другим начали приносить юноше клятву верности. После этого он мог смотреть глазами каждого и слышать его ушами, если это потребуется. Полезная особенность. Примерно так используют духов орочьи шаманы. Надо будет посоветоваться с мэтром Хрыгом, он может подсказать еще несколько способов использования призраков. Орки великие мастаки в этом. Командовать принесшими клятву мертвыми юноша поручил графу Эльтари.

Сопряжение завершилось, и Артему показалось, что лопнула какая толстая струна, лопнула со странным, пробирающим до костей звуком, его услышало все мироздание и почему-то содрогнулось. По крайней мере, у молодого Странника возникло такое впечатление. Теперь все его вассалы могли легко перемещаться между Домом Призраков и «Петроградом». Тогда как никто чужой без приглашения проникнуть в них возможности не имел. Проход отныне был закрыт даже для бога. Любого бога, исключая Судию.

Дело было сделано. Правда Артем не знал, что совершил одну небольшую ошибку, из-за которой у него вскоре начнутся очень большие проблемы.

Где-то вдалеке всполошился Шестой Авари. Да что творит этот молодой идиот? Совсем сбрендил?! Ему же дали рабочую схему, какого черта он ее перековеркал?! А когда полуорк присмотрелся к сделанному мальчишкой, он смог только выругаться. Прикреплять страницу к домену только сопряжением?! Такая чушь никому и в голову не приходила! Но что самое смешное, схема, скорее всего, рабочая. Получилось как в старой сказке — все знали, что сделать что-то нельзя, но пришел молодой дурак, не знавший этого, и сделал. Шестой изучал постепенно разворачивающееся плетение мальчишки и сдавленно ругался сквозь зубы. Потом перебросил схему остальным Авари, чтобы тоже полюбовались на деяния юного наглеца. Мат в ментальном канале связи после этого стоял такой, что у любого уши трубочкой свернулись бы. Ведь теперь глупому мальчишке предстоит то, к чему он откровенно не готов. Если бы он применил стандартное плетение, которым пользовались все, то переход состоялся бы только лет через тридцать-сорок. А может, и все пятьдесят. Теперь же в его распоряжении всего лишь год. И за этот год молодого дурака нужно научить выживать в самых неподходящих для этого условиях. Гонять придется сутками. Что ж, сам напросился, нечего было лезть вперед батьки в пекло.

Глава XX

Артем никак не мог понять, чем так недоволен Зорхас, почему он орет, как укушенный в интересное место. Примчался, едва юноша успел завершить ритуал, не дал даже окончательно осознать связи Дома Призраков с «Петроградом» и принялся вопить, словно баньши, матеря нерадивого ученика так, что заслушаться можно было — песня, а не брань, даже большому боцманскому загибу было далеко до выдаваемого сейчас полуорком.

— А что он не так сделал? — спросил тоже ничего не понимающий Кериан.

— Все! — отрезал Зорхас. — Вот скажи мне, идиотина ты стоеросовая, какого хрена ты перековеркал ритуал, которому миллионы лет, и связал страницы исключительно через сопряжение, без единой прямой связи?! Тебе же дали рабочую схему, достаточно было ее всего лишь применить! Так какого же хрена?!! Зачем?!!

— Мне Шагайд показал считку случившегося с Ихр-Он-Э-Рагом, тот как раз на прямых связях пытался домен строить, вообще без сопряжения, но получил жесткий откат, едва жив остался, — неохотно пробурчал Артем, начиная понимать, что снова хотел, как лучше, а получилось, как всегда. — Ну, я и подумал...

— А Шагайд у нас кто? — вкрадчиво поинтересовался полуорк. — А Ихр-Он-Э-Раг?

— Архидемоны... — ответил юноша, похоже, он действительно спорол глупость.

— А ты у нас кто?

— Странник...

— Так какого же хрена ты решил присоединять страницу, как демон?! — яростно взревел Зорхас. — Тебе дали рабочую схему конкретно для Странников, причем молодых Странников! Там были и прямые соедининения, где надо, и сопряжения. Опять же, где надо! Но ты же у нас самый умный! Ты все связи сделал сопряженными! И, что самое худшее, полностью правильно сделал! Теперь ничего не изменить! Домен окончательно сформировался! И другим способом к нему теперь ничего не подключишь!

— Так что же плохого, раз правильно? — растерялся Артем.

— Мда, я все время забываю, что ты — невежественный юнец, еще ничего не понимающий, а главное — не желающий понимать, — скривился полуорк. — Если бы ты сделал это в возрасте хотя бы триста-четыреста лет, я бы только в ладоши захлопал и сказал, что ты молодец и умница. Но не сейчас.

— Почему? — хмуро посмотрел на него юноша, подозревая что-то нехорошее.

— Почему? — тяжело вздохнул Зорхас. — Почему... Да потому, что если бы ты использовал данную тебе Безымянным схему, то у тебя на подготовку к кое-каким... назовем это экзаменами... было бы сорок-пятьдесят лет, ты бы успел стать неплохим магом, может даже магистром или хотя бы архимастером в десятке-другом областей. Теперь же ты, сделав домен сопряженным, подал тем самым сигнал тому, кто много выше нас, что ты готов к экзамену, и тебя в любой момент могут на этот самый экзамен выдернуть. Я почти уверен, что ты его не выдержишь, а это будет означать твою гибель, дурачина. Теперь дошло?

— Дошло... — спал с лица Артем. — А что за экзамен?

— Понятия не имею, что именно тебе достанется, — развел руками полуорк. — У каждого из нас было что-то свое, и не по одному разу. Одно могу сказать точно. Там, куда тебя выдернут, с тобой не будет ни корабля, ни каких-либо помощников. Только ты сам и твои знания. В основном мы попадали туда, где творится боги знают что, и главной задачей было навести хотя бы относительный порядок. — Он зло осклабился и добавил: — Даже если этот порядок будет кладбищенским. А потом самостоятельно выбраться в место, откуда ты сможешь вернуться в свой домен. Порой пройдя ради этого через сотни миров и вселенных. Для мало-мальски опытного Странника все это особого труда не составит. Но не для тебя, ты еще ничего не умеешь толком.

— Весело... — почесал в затылке юноша.

— Более чем! — вторил ему Кериан, судя по виду, явно испытывающий сильное желание обломать об ученика свой посох. — Что ж ты за дурак-то, а?

— А все, что хранится в поясе путешественника, переместится со мной? — поинтересовался Артем, вспомнив об этом полезном устройстве.

— Переместится, — хохотнул Зорхас. — Только далеко не факт, что пояс там откроется и вообще будет работать. Никто не знает, в какую задницу тебя затолкают и каковы там будут физические законы. Зато призрачный меч всегда останется с тобой, то, что тебе его навязали — очень хорошо. Но и его старайся держать поблизости, а в поясе даже спи, поскольку выдернуть тебя, как я уже говорил, могут в любой момент.

— И что мне теперь делать? — уныло спросил юноша.

— А только одно — учиться! — отрезал полуорк. — Не щадя себя! И не лезть никуда. Призраков мы пока отогнали от Миросплетения, но убийц к тебе они подослать вполне могут, прекрасно понимают, кто именно им нагадил. И явно не оставили своей дурацкой идеи об уничтожении песочницы.

— Песочницы? — не понял Артем.

— Ага, — довольно оскалил нижние клыки Зорхас. — Здесь, в Миросплетении, очень хорошо растить наш молодняк, пространственников много, потому и песочница. Ради того и охраняем ее. Но сверхи твари хитрые, лазейки для себя однозначно оставили, потому пролезть мимо нашего барьера смогут. Так что будь настороже. Всегда и всюду. Советую вообще составить две-три охранные звезды из своих или наемных девок, связав их между собой и с тобой по особой схеме, я ее передам. Но в звезде должно быть по две воительницы или опытной магичке разных рас, от орков и вампиров до светлых эльфов.

— А без девушек никак нельзя обойтись? — нахмурился юноша. — Не нравится мне это. Это мужчины должны женщин защищать, а никак не наоборот!

— Тогда двойные звезды воинов-мужчин, принесших тебе вассальные клятвы, в них должно быть по четыре представителя как минимум шести рас, — пожал плечами полуорк, взгляды Восьмого он не понимал и понимать не хотел. — Лучше восьми или девяти. Как сделать их не сборищем непонятно кого, а именно сформированной и сбалансированной боевой звездой, подскажу. Ритуал несложный. Главное — не пытайся его переделывать, а то получишь вместо звезды демон знает что. А то и опять по голове дадут.

— Не буду, — пообещал Артем, до которого окончательно дошло, что неприятностей себе на голову и приключений на пятую точку он действительно нажил немало, причем исключительно по собственной никому не нужной инициативности.

Ну что за невезение? Почему из желания сделать лучше обычно получается полное дерьмо? Ответа на этот вопрос юноша не знал. Но настроение скатилось к нулевой отметке.

— И что теперь делать? — хмуро спросил он, повторяя свой недавний вопрос.

— Что? — опять осклабился Зорхас. — Я уже говорил — учиться без передыху! День и ночь! Надо успеть затолкать в твою дурную голову как можно больше знаний и умений. Лучше умений, теорию ты и в имплант загонишь, чтобы позже разобраться, а вот практические навыки таким способом не осваиваются. Только практика. И учти, мне тобой заниматься некогда, своих забот полно. Ты все равно почти все, что я смогу дать, пока просто не поймешь, стань сперва многомерной личностью, раньше с тобой заниматься бесполезно. Здесь тебе твои люди и боевые звезды способны помочь, но когда тебя погонят на экзамен, нет — их там просто не будет. И ты, опять повторяю, не выберешься из места экзамена просто так, помощи ни от кого не получишь, все придется делать самому. Мало того, пока ты не наведешь порядок в том виде, который потребуют, тебя оттуда никто не выпустит. Справишься за день — выйдешь через день. Будешь возиться сто лет? Значит, сто лет, а то и больше там просидишь. В твоем случае все может оказаться куда веселее, экспериментатор ты наш хренов. И да, — полуорк противно хохотнул, — тебе там придется собирать новый гарем, поскольку ты и в этом деле имеешь большие проблемы, в твоем нынешнем состоянии без баб ты просто загнешься, если будешь много колдовать. А много колдовать придется, коли захочешь выжить. Мне повезло, этого уже не надо было, когда на экзамен угодил, прошел этот период раньше, а у тебя самый разгар. Ты, конечно, чуток прикрылся плетениями из гримуара, немого полегчало, как вижу, но надолго они не помогут, придется решать вопрос все равно. А решается он только одним способом.

Артем едва не взвыл от услышанного. Опять толпы баб на него, что ли? Да сколько же можно?! Он-то думал, что уже все, что плетения гримуара навсегда избавят его от этого поганого постоянного желания, да и дамы кидаться на него как будто перестали, что безмерно радовало, ибо надоели до смерти. А это, оказывается, только временный эффект. Ну да, надо разбираться в гримуаре как следует, а не сказать по вершкам, как он делал до сих пор. В какой-то момент до Артема дошло, что очень многими неприятностями он обязан собственной лени. Очень многого можно было бы избежать, если бы он своевременно изучил нужное. Так ведь не давали! То нападения, то проклятия, то еще что-то! Но вот гримуар почитать на месяц-другой раньше ему никто не мешал. Почему не сделал? Забыл. То одним увлекался, то другим. Точно дубина стоеросовая!

— Неужто думать начал? — скептически поинтересовался Зорхас, видимо, считавший мысли Артема. — Ну надо же, какие чудеса! А раньше заняться этим полезным процессом была не судьба?

Молодой Странник вспыхнул, понурился, но промолчал — отвечать было нечего, сам виноват. Неприятно такое слушать, но деваться некуда.

— Так вот, — продолжил полуорк, прохаживаясь перед Артемом и Керианом, остальные находившиеся в Доме Призраков вассалы Восьмого столпились на некотором отдалении, опасаясь попасть под горячую руку разъяренному владыке, — теперь придется похерить планомерную учебу, тебя надо хоть по минимуму подготовить к предстоящему. А значит, главным становятся две дисциплины — боевая магия и боевые искусства. В несколько меньшей степени нужны пространственная, кровная и некромантия, в том числе темное целительство. Заниматься придется по двадцать часов в сутки, как минимум, с перерывами на особого рода медитацию, позволяющую отдохнуть намного лучше сна. Остальные четыре часа... — он хмыкнул и движением пальца вытащил из толпы Иерлу, Иллениэль, Ниэрлу, Инару и Иху Рваное Ухо, старшую среди орочьих вещуний.

Оглядев каждую оценивающим взглядом, Шестой Авари задумчиво хмыкнул, затем пробурчал:

— Все его свободные в сутки часы он должен проводить в ритуальном зале в центре фигуры Тиеннас, ты, демоница, должна понимать, о чем речь. Если не хватит вас всех, найдете еще женщин, хоть рабынь накупите, хотя это паршивый выход.

— Найдем, господин! — поклонилась побелевшая Иерла, действительно мгновенно понявшая, о каком ритуале идет речь, его не рисковали проводить даже архидемоны. — Без всяких рабынь! А... А он такое выдержит?..

— Придется, если жить хочет, — пожал плечами Зорхас. — Сам нагадил, пусть теперь терпит. Не надо было идиотом быть. И да, для ритуала по прошествии месяца для ритуала обязательно понадобятся светлые эльфийки в довольно большом количестве. Не меньше двадцати четырех. Найдите.

— Не нужно их искать, владыка, — с поклоном ответила вместо подруги Иллениэль. — Именно стольких отправил в подарок нашему сюзерену клан Зеленый Дол из Заповедного Леса, через две с половиной декады они прибудут в Алендар. Также с посольством едут восемь высших вампирш, четыре первородные нимфы, четыре гномы, две цверги и две дварфы. Все высокородные и со свитами. Причем эльфийки все девственны.

— Это очень хорошо, — кивнул полуорк, — с девственницами ритуал получится куда более сильным. А вампирши и нимфы — так вообще подарок судьбы, у них особая энергетика, они смогут сперва разомкнуть, а затем и полностью замкнуть основной контур силы.

— А без всего этого никак нельзя обойтись? — в ужасе простонал заподозривший, что его ждет нечто страшное, Артем.

— Сам виноват, дорогой... — нежным девичьим голоском пропел Зорхас, насмешливо глядя на него. — Вот не был ты таким дураком, ничего бы этого не понадобилось. Но ты же у нас супергений! Теперь кушай, не обляпайся!

— Простите, владыка, — ступила на шаг Инара. — А где нам взять схемы ритуала и всех нужных для него фигур?

— Передаю прямо вам в память, — ответил полуорк. — Сейчас он у всех женщин здесь. Прошу учесть, что в ритуале других мужчин, кроме него самого, — он кивнул на ошалевшего от таких известий юношу, — и близко быть не должно. Ритуал, как я уже говорил, ежедневный, длящийся четыре часа, чрезвычайно интенсивный и тяжелый, зато поможет ему набрать хотя бы минимальный энергоуровень. Ты не куксись, идиота кусок, а спасибо скажи, что у тебя рядом девушки, способные и хотящие помочь тебе даже такой ценой! А то ведь попадешь в мир или карман, где вообще энергии нет или она незнакомого типа, что тогда делать станешь? Как выбираться? Так что скажи девочкам спасибо и выполняй все, что они скажут, это даст тебе немало. Да, в который раз повторяю, ты мог без всего этого обойтись, но ты сам не оставил себе других возможностей.

Немного помолчав, он прошелся туда-сюда, потом остановился, повел пальцем, и перед ним возникли мэтр Авигдор, ректор «Нирвана», и преподаватели — мэтр Сентар, архимагистр боевой магии; мэтр Гэдзи, преподаватель боевых искусств, один из наставников Артема; мэтр Гуатор, преподаватель некромантии и магии Смерти; мэтр Крик, преподаватель пространственной магии, второй наставник юноши; и мэтр Гархан, преподаватель магии Крови.

Для архимагистров неожиданный перенос куда-то оказался, похоже, немалым сюрпризом, поскольку они секунды на две растерянно замерли, только потом начав формировать боевую звезду. Однако ни одно их заклинание не сработало. Когда до них дошло это, все, кто мог, побледнел, а лич недовольно щелкнул челюстью. Тролль заворчал.

— Кто вы и что вам от нас нужно? — хмуро спросил Авигдор, пытаясь активировать свои амулеты, но они не отзывались.

— Шестой Авари, — уронил Зорхас и назвался.

— Тот самый легендарный Зорхас Черный Варг?! — опешил ректор.

— Тот самый, — подтвердил полуорк, осклабившись.

— Прошу прощения, владыка! — низко поклонился Авигдор. — Готовы служить вам!

Остальные маги последовали его примеру и тоже поклонились.

— Мне нужна ваша помощь, господа, — прогудел Зорхас. — Видите этого молодого наглеца?

Он показал на унылого Артема, все никак не могущего смириться со своей судьбой и в ужасе представляющего скорое прибытие по его душу целой кучи эльфиек и, страшно сказать, вампирш. Он еще понятия не имел, что самым страшным его кошмаром станут вовсе не они, а всего лишь две представительницы народа цвергов.

— Да, это наш студиозус, лорд Арт Дар, — ответил ректор.

— Вы знаете, кто он?

— Догадываюсь. Вы его будущий наставник?

— Именно, — кивнул полуорк. — Только ему до этого еще учиться и учиться, прежде чем поймет хотя бы малую часть того, что я должен ему дать. Но беда в том, что юнец поспешил и полез в те области, куда лезть ему было рано. Результат...

— Результат в таких случаях обычно очень печальный, — понимающе усмехнулся Авигдор. — Были у меня несколько таких вечно спешащих учеников, выжил только один, да и тот магию потерял...

— Выжить-то он выжил и магом остался, но временно, — раздраженно проворчал Зорхас. — И сейчас в любой момент может провалиться в пространство, где, скорее всего, не будет работать классическая магия или еще что. Поэтому на ближайший год для него отменяются все предметы, кроме боевой магии, боевых искусств, а также пространственной, кровной и некромагии, обязательно включая темное целительство. Гонять мальчишку следует двадцать часов в сутки без передышки, отдыхать будет посредством особой медитации, которой я его обучу. Нужно успеть хоть немного знаний вбить в его дурную голову! А у меня своих забот сами понимаете сколько. Поэтому и прошу помощи. В долгу не останусь, буду всем вам обязан, по требованию каждого исполню одну просьбу, в чем бы она ни заключалась. Если, конечно, это не воскрешение давно умершего разумного — такое воскрешение запретно, поскольку душа могла уйти на перерождение.

— Мы вас поняли, владыка, — снова поклонился ректор. — Будет исполнено. Могу также предложить молодому человеку всегда держать при себе заполненные до предела накопители в виде браслетов и вживленных прямо в кости руки и ног кристаллов, тогда он в любом случае не останется без энергии, где бы ни оказался.

— Благодарю, — кивнул полуорк. — Как я уже говорил, в долгу не останусь, и первым делом даю вам всем свое благословение.

От него потянуло ветерком, и маги как будто подтянулись, ожили, их словно омыло невидимой водой, смывшей все лишнее, наносное, неправильное. Они опять поклонились, но молча. Зорхас взмахом руки отправил их по домам и снова повернулся к Артему.

— Ну что ж, друг ситный, тебя ждут незабываемые времена, — с явно слышимой иронией произнес он. — И не жалуйся, заслужил. Вам, девочки, я тоже даю благословение и прошу устроить первый ритуал уже этой ночью, невзирая на его жалобы и нежелание. Причем максимальной интенсивности.

Иерла, Инара и Иха поклонились, остальные девушки присели в подобии книксена, глядя на Шестого Авари с благодарностью и явным опасением. Потом посмотрели на Артема так многообещающе, что ему стало сильно не по себе. Суть ритуала не очень-то себе уяснил, но понимал, что ему придется кисло. Однако делать было нечего, сглупил. А за глупость всегда приходится платить, и часто очень, очень дорого.

— Передаю тебе схему создания боевой звезды, — продолжил Зорхас. — И женский, и мужской варианты. Придется искать наемников для этого, но это не проблема, узнав, что их хочет взять в Клан под клятву Странник, они толпами к тебе побегут. Советую все же взять отряд амазонок в пару-тройку сотен воительниц, особенно аландийских или таорских, причем в полный вассалитет. Мне всегда полезны были, и тебе пригодятся. А теперь прощаюсь, но вскоре снова наведаюсь, проверю, чему ты успел научиться.

И полуорк рассыпался разноцветными искрами. Однако это Артему не помогло, и за него принялись Кериан, Карл Генрихович и остальные эксперты. А девушки отправились в ритуальный зал, готовиться, предупредив юношу, что пусть не радуется, его ждет то еще «веселье».

Спать Артему хотелось неимоверно, глаза буквально слипались, но юноша понимал, что отдохнуть ему теперь удастся нескоро.

* * *

Следующие три недели выдались невероятно тяжелыми, если раньше Артем считал, что ему нелегко живется, то теперь это понятие обрело для него тысячи новых оттенков. Особая медитация на первый взгляд заменяла сон, но при этом не отменяла общей усталости, которая постепенно накапливалась. День на шестой молодой Странник начал попросту отключаться во время четырехчасовых ритуалов, позволяя девушкам делать с собой все, что они пожелают. Проблема в том, что это удавалось далеко не всегда, ощущения порой были слишком сильными для того, чтобы уснуть. Особенно, если к ритуалу подключались орочьи вещуньи — уж они-то знали, как заставить мужчину реагировать нужным образом, не раз участвовали в ритуальных пытках пленных. И своего добивались всегда, пусть далеко не сразу.

В школе преподаватели, вдохновленные Шестым, взялись за Артема так, что он выл и стонал, но осваивал плетение за плетением, причем исключительно на практике. Теорию юноша, как говорил Зорхас, тупо загонял в память импланта, разбираясь в ней только на самом минимальном уровне, необходимом для использования. Его буквально накачивали разного рода плетениями и связками, боевыми и бытовыми, позволяющими магу выжить и комфортно устроиться везде, где есть хотя бы капля магической энергии. Да и там, где нет, тоже — накопители, причем огромной емкости, чуть ли не каждый день вживляли ему прямо в кости скелета. Для архимагистров магии Жизни и Некромантии это было не слишком сложно, хоть и тяжеловато, но мэтр Гуатор и Илланиэль старались вовсю — просьбами таких сущностей, как Шестой Авари, не манкируют.

Зорхас оказался также прав в том, что Призраки найдут способ нагадить Артему, хоть им и перекрыли прямой доступ в Миросплетение. Наемные убийцы пошли потоком. Они проникали даже в школу, что крайне возмутило ее персонал — архимагистры не пощадили никого из наглецов, и смерть их легкой не была. А уж попыток проникнуть в Дом Призраков было столько, что слов нет — в день до тридцати-сорока. Большинство сгорало, пытаясь преодолеть стены, остальных расстреливали патрульные дроиды. Выйти в город юноша теперь мог только под охраной, даже в королевском дворце попадались самоубийцы, бросавшиеся на него. Причем все они были с явными признаками зомбирования — бешеные глаза, полная неадекватность и так далее. Ну да неудивительно, в здравом уме ни один аристократ после последних событий на лорда Дара не полез бы. Это все не вызывало особых проблем, охрана справлялась, но сильно раздражало.

Нападения продолжались, пока однажды не проявился Судия, вытащивший Артема в ментал и заставивший нанести особого рода удар, после которого по всему пространству разнесся вой боли и невнятные угрозы. После чего все прекратилось, у юноши даже возникло ощущения, что древний бог выжег какие-то пути, причем выжег напрочь, не оставив ни единой лазейки. Вот только беда, что на вопросы Судия не отвечал, и его реакция на случившееся за последнее время осталась неизвестной. Да и понимания, что именно он сделал, тоже не было. Единственное, что дал понять своему аватару бог Справедливости, это осознание того, что вскоре ему снова придется оную справедливость где-то наводить.

Молодой Странник понимал, что сам во всем виноват, что ему помогают выжить, вдалбливая в голову побольше знаний, но святые боги, как же все это раздражало. Если честно, он искренне сожалел, что собрал Клан, ему куда интереснее было бы в одиночку бродить по мирам и вселенным, ни с кем не сходясь близко. Ведь именно в этом суть любого Странника. Одновременно он понимал, что «Петроград» — его дом, от которого он никогда не откажется. Парадокс. И как его разрешить юноша пока не знал. Надо бы выяснить, как живут взрослые Авари, ведь у каждого из них тоже есть домен. Но не сидят же они в этом домене безвылазно? Однозначно нет. Ох, как же паршиво быть ничего не понимающим недоучкой! Осознав эту истину, Артем тяжело вздохнул, но вгрызся в учебу с новой силой, не щадя себя.

Труднее всего почему-то давалась кровная магия. А ведь при атаке монастыря он применял кровные заклятия такого уровня, что местным и не снились. Но предпочел не распространяться об этом. Понемного начал понимать, что его глупая откровенность ему же неприятности и причиняет. Правда, в интригах и прочих межличностных играх участвовать все так же не желал. Противно было.

Завтра должно было прибыть посольство из заповедного леса, после чего его ждал особо заковыристый и тяжелый ритуал, который будет длиться целые сутки, если не больше. Еще больше тридцати женщин присоединятся к Клану, и всем им надо будет уделять внимание. Вот же гадство! Надоело! А ведь вскоре Карл Генрихович и Кериан привезут воинов и воительниц для боевых звезд. Как минимум, несколько сотен. Учитель с полковником отправились в ближайшую систему, где была контора гилидии наемников, — Ташеон. Причем не на «Петрограде», а на «Верном» — супердредноут остался на орбите, постоянно держа город Алендар в фокусе внимания всех трех главных искинов. Дархона, Лиара и Ивана Петровича.

Решив после занятий немного передохнуть до начала очередного ритуала, Артем решил не спеша пройтись от школы до дома, чтобы немного передохнуть по дороге. Мышцы противно ныли, маркиз Ишанти оказался сегодня особо изобретателен и гонял ученика так, что тот взвыть готов был, то и дело охаживая его железной палкой по бокам. Зато юноша вполне уверенно продержался два часа против четырех архимастеров меча и боевой магии, одновременно сражаясь, атакуя заклинаниями и выстраивая магическую защиту. И его не смогли достать! Правда, он им тоже особого вреда причинить не сумел.

Молодой Странник уже почти подошел к воротам Дома Призраков, когда все случилось. В глазах мигнуло, и он неожиданно оказался на пыльной дороге под думя небольшими солнцами красноватого оттенка, немного впереди целая толпа похожих на орков воинов атаковала небольшой караван на странных шестиногих животных. Одетые в кольчужную броню воины сдерживали натиск из последних сил, что-то крича, явно зовя кого-то на помощь.

— Да твою же мать! — не выдержал Артем, одной рукой обнажая рунный меч, а в другую беря рукоять плазменного и активируя его.

То, чего они ждали, наконец-то случилось, и землянину теперь оставалось только одно — сражаться за свою жизнь.

Глава XXI

На неожиданное появление нежеланного свидетеля почти сразу обратили внимание, и шестеро коренастых воинов с кирпичного цвета лицами уверенной походкой двинулись к Артему, поигрывая короткими, широкими топорами. Он не стал дожидаться их и сорвался в боевой транс, в который за последние декады научился впадать почти мгновенно. Два меча взметнулись вверх, и двое врагов мгновенно покинули этот мир, рассеченные надвое вместе с доспехами. Остальные вообще не успели ничего сделать, даже дернуться, и очень быстро умерли. Юноша удивился сквозь ментальный холод транса — по его мнению, это были полные неумехи, они двигались рвано, неправильно, медленно, громоздили ошибку на ошибке. Перебить их было легче, чем много возомнивших о себе горожан, никогда не бравших холодного оружия в руки.

Справившись с первыми нападающими, Артем снял языковые маски со сражающихся впереди и наложил на себя, обогатившись знанием сразу четырех языков, причем совершенно разных языковых групп. В одном вообще не было слов, напоминающих слова других.

Мгновенная расправа над шестью не самыми слабыми воинами явно произвела впечатление на местных, поскольку коренастые завопили:

— Хразак дар! Хразак дар!

— Никателлиэ! — вторили им воины в кольчужных доспехах.

И то, и другое значило одно и то же — мастер меча. Видимо, таковые были здесь большой редкостью, поскольку в голосах коренастых однозначно слышалось отчаяние. А вот в звонких голосах кольчужных совсем наоборот — надежда. Вот только их звонкость сразу заставила заподозрить, что это отнюдь не мужчины.

Какой-то старик сбоку от схватки взгромоздился на небольшой холмик, воздел вверх корявый посох и принялся хрипло что-то выкрикивать, на что Артем, не разбираясь, поскольку это однозначно был маг, испепелил его заклятием цепной молнии. Оно сработало не совсем так, как в Таланге, но вполне себе неплохо — молнии шли чаще и имели опаловый цвет вместо белого. Затем, чтобы не возиться, юноша прошелся тем же заклятием по так и не осознавшим, что им сильно не повезло, коренастым воинам. Не прошло и минуты, как от них не осталось ничего, кроме дурно пахнущих куч горелого мяса.

Поморщившись, Артем погасил и вернул на пояс плазменник, затем отряхнул особым движением от крови лезвие рунного меча и спрятал его в ножны. Немного постоял, оглядывая окрестности, и медленно направился к воительницам в кольчугах — а сейчас он окончательно убедился, что это не воины, а именно воительницы.

Обычная грунтовая дорога вилась между холмами. Если бы не двойное красноватое солнце, то местность ничем не отличалась бы от земной или талангской. Разве что бочковидные деревья с пучком пушистых желтых прутьев на вершине и темно-желтой корой выбивались из общей картины. Да еще верховые животные были странные — шестиногие, хищные ящеры, по виду явно способные быстро и долго бежать.

— Благодарим вас за спасение, мастер меча! — ступила вперед и низко поклонилась строгого вида высокая, красивая женщина с толстой черной косой и идеальной фигурой, от вида которой юноша сглотнул мгновенно ставшую горькой слюну, именно таких он обожал. — Мы думали, нам уже не вырваться из этой западни... Вас послала наша Богиня?..

— Не за что, — отмахнулся Артем. — Богиня? Вряд ли, я ждал, что меня куда-то перебросит наводить справедливость, поскольку я служу богу Справедливости. А из богинь сталкивался за последнее время только с Красавицей, богиней любви и разврата. Была еще одна, но ее больше нет. Не подскажете, где я оказался, уважаемая, кто вы и кто они?

Он показал на мертвых коренастых. Женщина некоторое время недоверчиво смотрела на землянина, потом перевела взгляд на мертвого шамана и ошеломленно покачала головой. Рассказ этого странного юнца, а он однозначно очень молод, был невероятен, казался чушью, но именно поэтому, скорее всего, был правдив. О пришедших в мир извне слухи ходили, но их никто и никогда не видел — жрецы Карса охотились за ними с неистовством рогачей в гоне и изничтожали без всякой жалости. Достаточно было пройти слуху, что появился чужак, как начиналась загонная охота. Впрочем, этого будет не так просто загнать, он отнюдь не беззащитен. Не только мастер меча, но еще и сильный колдун, госпожа воинов никогда не видела ничего подобного его цепной молнии. Сжечь не только шамана гархов, но и их самих? Такого не вытворял ни один из местных его коллег. А значит надо постараться, чтобы чужак остался в их роду или, хотя бы, хорошо к нему относился. И самим следует относиться к нему крайне уважительно, невзирая на то, что это презренный самец. Слишком опасен.

— Вы в Илтане, в ста пятидесяти милях от города Шерат, господин, — поклонилась женщина. — Наш мир невелик, всего около двух сотен городов и степи с небольшими лесами вокруг. Говорят, за горами еще кто-то живет, но туда никто не добирался. Я — Тиата из рода Готхад, госпожа воинов. Сопровождаю наследницу рода Илессу на турнир и ярмарку в окрестности Шерата, к замку Инвад. Попали в засаду гархов, видимо, кто-то предал. Уже не надеялись отбиться, когда вы пришли на помощь. Еще раз благодарю!

— Да не за что, — проворчал Артем. — Не подскажете, какие в вашем Илтане есть большие проблемы или беды? Хотелось бы понять, чего хотят от меня пославшие сюда.

Он так уверенно заявляет, что послан высшими силами? За подобные утверждения боги обычно наказывают, и жестоко. Но это Тиаты не касалось, она почему-то хотела этого юного мастера меча, как самца, и собиралась по возможности это свое желание исполнить, разве что наследнице придется очередь уступить, если капризная племянница вдруг захочет. А с нее станется. Ну вот, протолкалась из-за спин охранниц.

— Тетя, почему ты лебезишь перед каким-то самцом?! — раздался капризный голос красивой светловолосой девушки с надменным лицом. — Он пригоден только для одного — ублажать нас по первому приказу!

Госпожа воинов вытаращила глаза в изумлении, до нее не сразу дошло, что скрытая высокими охранницами наследница просто не видела сделанного мастером меча. Она обреченно прикрыла глаза, ожидая, что на них сейчас обрушатся страшные опаловые молнии. Таких оскорблений колдуны не прощают. Никогда, никому и ни при каких обстоятельствах. Одна из охранниц, тем временем, наклонилась к наследнице и зло прошипела что-то той на ухо. Белобрысая Илесса изменилась в лице и в ужасе прикрыла рот ладонью, поняв, что натворила своим дурным языком, который никогда не умела держать за зубами, из-за чего род не раз был на грани войны с другими родами и даже кланами. Однако колдун почему-то не рассердился, а рассмеялся.

— Тяжело, небось, охранять такую капризную дуру? — поинтересовался он. — Искренне сочувствую вам, Тиата. Но виру за оскорбление все равно возьму. Не беспокойтесь, не слишком большую. Пусть наглую девицу выпорют вон хоть теми прутьями, — он показал на ближайшее бочковидное дерево. — Ну, а потом мне понадобится... То, что нужно мужчине от женщины. Как минимум, от трех женщин. Лучше больше. Если это в принципе возможно, конечно.

Юноша попросил этого, поскольку ощутил, что защиты из гримуара слетели с него напрочь, придется долго и трудно восстанавливать их, но только после удовлетворения, до него ничего сделать невозможно — желание с каждой минутой нарастало, становясь попросту нестерпимым. Ясно теперь, почему Зорхас говорил, что ему в любом месте, где окажется, придется в срочном порядке набирать новый гарем, без этого не выживет. Чтоб проклятой Малышке в совсем уж гнусное место провалиться, хотя гнуснее, казалось бы, уже некуда. Отомстила, тварь поганая.

На капризную дуру обижаться было глупо, но за оскорбление виру следовало брать всегда, эту истину полуорк вбивал в него чуть ли не молотом, и все-таки вбил. Да и Кериан с данным утверждением был полностью согласен. Вот только реакция Тиаты на его слова оказалась совершенно непонятной, она почему-то мертвенно побледнела и обреченно уставилась на дерево.

— Господин, порежьте меня на куски, если желаете, но не убивайте глупую девчонку так страшно! — взмолилась она, прижав руки к груди. — Она не заслуживает столь страшной смерти, поверьте! Да, глупая и наглая, но с возрастом это пройдет! Умоляю вас пощадить ее!

— Не понял... — растерялся Артем. — С каких это пор от нескольких ударов прутьями по заднице умирают?

— Но это же мерсек, — не менее растерянно посмотрела на него Тиата. — Его прутьями только казнят, они все усеяны мельчайшими, загнутыми, ядовитыми и очень острыми колючками, один удар снимает сразу целый слой плоти с тела и буквально выжигает ее ядом, уже после второго удара спасти человека невозможно, и умирает он в страшных муках, в течение нескольких дней, сгнивая заживо...

— Бр-р-р... — поежился юноша. — Ну и деревья у вас тут растут на обочине дорог. У нас бы такие давно вырубили. Я не имел в виду казни, естественно, пусть дурочке за язык без костей дадут несколько ударов вожжами, этого вполне хватит, чтобы думала впредь, когда, что и кому говорить. А то ведь нарвется однажды, решив, что весь мир под ее ногами. Был случай недавно. Наследница древнего, богатого рода обиделась на меня за то, что я не стелюсь перед ней, и использовала запрещенное зелье подчинения, не выяснив, какое за это полагается наказание. Ее изгнали из рода на алтаре и собирались казнить, причем очень жестоко, мне, чтобы спасти идиотку, пришлось взять ее в рабыни. Потом нашелся парень, который ее любил, и я подарил ее ему.

— Вы были невероятно добры, — опять поклонилась госпожа воинов. — У нас за использование запретных ядов бросили бы в яму с прутьями мерсека кого угодно, и пощады не было бы ни в каком случае, есть вещи, которые прощать нельзя. А вожжи? Это очень гуманно после ее слов.

Она махнула рукой двум высоким, дюжим охранницам, те подхватили завизжавшую наследницу и утащили ее вглубь каравана. Вскоре оттуда раздался свист вожжей, звуки ударов и еще более отчаянный визг Илессы, которую до сих пор никогда не наказывали, что бы она ни творила.

Тиата удовлетворенно кивнула. Пойдет на пользу, и даже ее старшая сестра Илора, мать наследницы, согласится с этим. Это же надо, сказать такое человеку, спасшему тебе жизнь! А какая судьба ждала выживших в руках гархов знали все женщины мира, предпочитая покончить с собой, чем испытать такой ужас.

Вторая просьба чужака пришлась госпоже воинов по вкусу. Возможность получить ребенка от колдуна очень дорого стоила, а тут он сам предлагает, причем бесплатно, и минимум трех готов одарить. Да они все, включая ее саму и поротую наследницу, галопом побегут, стоит ему только пальцем поманить. Ежели родится хоть один одаренный, пусть даже мальчик, то сила рода возрастет многократно, он сразу войдет в ряды высшей аристократии. Обычно колдуны брали за ночь с одной женщиной такие деньги, что мало какой род и даже клан был способен их уплатить. А этот даром готов их осчастливить! Вероятно потому, что чужак, и не знает местных реалий. Этим грех не воспользоваться.

— Вы не будете против, господин, если я приду к вам первой?.. — осторожно поинтересовалась Тиата. — Я не слишком стара для вас?

— Нет, что вы, — улыбнулся Артем. — Именно таких женщин, как вы, я больше всего люблю и ценю. Строгих, сильных, решительных, активных, несколько жестоких, знающих себе цену, черноволосых, с крупной фигурой. Но это немного позже. Вы так и не сказали, есть ли в вашем мире какая-то беда, с которой вы сами не в состоянии справиться.

— Есть... — помрачнела госпожа воинов. — Карс и его культ. Никто не знает, что он такое, но после его появления триста лет назад боги начали быстро слабеть, а затем и вовсе исчезать. А этот... Не имею понятия, откуда взялся, но там, где берут власть жрецы Карса, прекращается всякая нормальная жизнь. Они запрещают вообще все. Только поклонение их господину и жизнь в полной нищете, в землянках. По их словам, люди — земляные черви и должны жить в земле, покорно исполняя волю жрецов и не смея надеяться на что-то лучшее. Карсанитов не раз громили, но они снова возрождаются то тут, то там. Сейчас опять усилились, дело идет к большой войне — жрецам удалось захватить больше тридцати городов из двухсот. А остальные сами по себе, не желают объединяться, не понимают, что с этой бедой можно справиться только общими силами. Извините, я сказала вам неправду, мы едем отнюдь не на ярмарку. Мы — посольство к аристократам Шерата, поскольку не позже, чем через год, войска жрецов двинутся на наш Интар. И то, что посольство ждала засада степняков, говорит о том, что гархи тоже подмяты карсанитами. Они до этого на территорию двухсот городов так далеко не заходили. Ни разу. Тем более, столь малыми силами. У этого отряда, похоже, была цель уничтожить именно наше посольство. Очень жаль, что их не допросить...

— Ну почему же? — возразил Артем. — Сейчас призову душу шамана из-за грани, она все еще рядом болтается, не успела уйти далеко, и допрошу. Кстати, среди ваших людей есть раненые?

— Есть, конечно, — кивнула Тиата. — Их уже перевязывают. Но не все выживут.

— Не нужно перевязок, — усмехнулся юноша, — пусть ко мне подойдут, даже самые тяжелые, тут пока хватает темной энергии, исцелю, причем полностью. Я владею темным целительством и могу лечить только там, где недавно убивали.

Госпожа воинов с трудом сдержалась, чтобы не выругаться от полноты чувств. Такие целители на вес алмазов ценились, их были единицы на весь Илтан! А если он еще и мертвецов призывать умеет, то это вообще нечто. И при этом — мастер меча! Как можно было освоить и то, и другое?! Это же невозможно! Ты либо колдун, либо мечник, третьего не дано. Желание заполучить от чужака ребенка стало настолько нестерпимым, что в паху словно огонь загорелся. Никогда еще Тиата никого так яростно не хотела. Но она терпела, держа лицо и ничем не выдавая свое состояние. Слышавшие их разговор воительницы шушукались, бросая на молодого колдуна жаждущие взгляды.

Отдав приказы привести и принести раненых, она подошла первой, поскольку ушибленный топором гарха бок сильно болел. Кольчугу тупое лезвие не пробило, только сломало ребро и оставило огромный черный синяк. От рук колдуна потянулась темная дымка. Окутала женщину на несколько мгновений, и все закончилось. Тиата отошла в сторону, стащила кольчугу и убедилась, что синяка больше нет. Мало того, не стало нескольких старых шрамов, из-за которых ее живот и спина выглядели страшновато, они просто исчезли. На такое не был способен ни один из известных ей целителей, ведь эти шрамы были оставлены ядовитыми когтями дикого ящера и не сводились ничем. А тут несколько мгновений — и все, их больше нет. Какие-то невероятные чудеса! Надо будет посоветовать молодому мастеру не слишком светить свои способности, не то за ним начнут охоту все, кому не лень. К доказавшему свою силу относиться как к обычному самцу глупо, но дуры, не видевшие действий мастера своими глазами, не поверят рассказам, решат, что это выдумки, и попытаются его принудить. Результат предсказуем.

За каких-то двадцать минут все было закончено, даже самые тяжелые раненые полностью исцелились, а ведь Тиата была уверена, что Орну, Кею и Лаиту придется вскоре хоронить, до ближайшего селения, где можно было найти целителя или хотя бы знахаря, было больше двух дней пути — девочки не дожили бы. А теперь они полностью здоровы. Заинтересованный взгляд колдуна, направленный на Орну, обладающую такой же, как у самой Тиаты, крупной фигурой, сказал госпоже воинов, что ему действительно нравятся зрелые женщины. Удивительно, обычно бывает наоборот, мальчишки предпочитают юных девчонок. Но наследницу ему все равно нужно подсунуть в постель, причем даже против ее желания, слишком уж возможность невероятная. Надо будет только поговорить с дурочкой предварительно, чтобы не распускала больше свой ядовитый язык. Она поспешила отойти к повозке, на которой горько плакала никогда до сих пор не поротая Илесса, и коротко объяснила той, что к чему. Девушка попыталась было что-то возразить, но умолкла, получив затрещину.

— Ты придешь к нему после меня и сделаешь все, что он захочет!.. — разъяренно прошипела Тиата. — Даже самое унизительное. Да-да, именно то, о чем ты подумала. Или другое. Молча и покорно! Без пререканий! Учти, твоя мать столь добра, как я и мастер меча, не будет! Тебе ли не знать, как роду нужны колдуны!

— Знаю... — убито выдавила девушка. — Прости, тетя, я снова ляпнула, не подумав...

— Скажи спасибо, что тебя пощадили, идиотку такую! — укоризненно покачала головой госпожа воинов. — Значит, так. Вскоре мы отъедем от места сражения и встанем на ночлег. Твою повозку займем для мастера. И я буду первой, ты свое право первенства потеряла таким поведением. Но после меня чтобы была готова!

— Буду! — решительно кивнула Илесса. — И все сделаю!

— Во-о-о-т... — довольно протянула Тиата. — Вот теперь я вижу перед собой дочь главы рода и наследницу, способную на поступок, а не истеричную дуру, которая только языком во все стороны ляпать горазда. Девочка, ну сколько можно тебя просить не бросаться словами просто так?

— Прости, тетя... — покраснела девушка. — Не знаю, что на меня нашло... Сначала нападение, растерянность, страх. Мне уже кинжал дали, чтобы заколоться, Ива пообещала помочь, если я сама вдруг не смогу... Страшно было до ужаса, я же не воительница... А потом вдруг все разом кончилось... Я выбралась, а ты там перед самцом лебезишь... Такая злость взяла...

— Поблагодари мастера за доброту, — тяжело вздохнула женщина. — Он вполне мог настоять на своем и приказать казнить тебя прутьями мерсека. И я бы, прости уж, сделала это, поскольку судьба всего посольства важнее. От предстоящих переговоров зависит жизнь всего нашего города.

— Я понимаю... — мертвенно побледнела Илесса, окончательно осознав, какая страшная судьба ее миновала, казни мерсеком ей видеть доводилось. — Я поблагодарю...

— Он ведь еще призыватель мертвых и темный целитель... — добавила Тиата. — Всех наших раненых исцелил, даже Орну, которой живот вспороли и кишки выдрали. За несколько минут, понимаешь? Кишки новые, что ли, вырастил? Я не понимаю, но Орна жива и здорова, бегает, обихаживает мастера, подает ему самые вкусные кусочки, он мяса попросил, выложился при исцелении.

— Это с кем же мы столкнулись?.. — полезли на лоб глаза наследницы. — С полубогом, что ли?..

— Не знаю, — хрипло ответила госпожа воинов, — зато знаю другое. Нам крайне важно его хорошее к нашему роду и клану отношение. И...

— Нам нужны дети от него, — закончила Илесса. — Как можно больше. Я тебя поняла, тетя. Спасибо, что вправила мозги.

— Вижу, порка на пользу пошла, — иронично прищурилась Тиата. — Надо же как хорошо ум через задние ворота входит...

— Тетя! — возмутилась девушка, отчаянно покраснев.

— Что, тетя? — прищурилась госпожа воинов. — Девочка, не делай больше таких ошибок! Пойми, ты чудом жива осталась. Ты это понимаешь?

— Понимаю, — тяжело вздохнула Илесса. — Я... я постараюсь держать себя в руках.

— Вот и хорошо. Я...

В этот момент к повозке подбежала Кеата, очень высокая и крупная девушка, отличная воительница, причем гибкая, как дикая кошка, невзирая на свои габариты. Но при этом на удивление стеснительная и скромная. Тиата ее очень ценила, она одна стоила пяти других.

— Мастер меча собирается призывать колдуна, просил вас позвать, госпожа! — доложила воительница, она явно чувствовала себя не в своей тарелке, пританцовывала на месте и то и дело вздыхала.

— Что с тобой? — просила госпожа воинов, пока они шли через караван.

— Мастер на меня так посмотрел, что я чуть не... — смутилась Кеата. — Он спросил... спросил...

— Не придешь ли ты к нему?

— Да-а-а...

— Так в чем дело, пойдешь третьей, — пожала плечами Тиата.

— Но я же... — съежилась воительница. — Я... Слишком большая, вот... И Орна тоже хотела, она мастера сейчас обихаживает...

— И что? — хмыкнула госпожа воинов. — Не беспокойся, я уверена, что все само собой получится, не переживай ты заранее.

Она была почти уверена, что ни одна женщина каравана не минует особой встречи с молодым колдуном. И многие из них обязательно понесут. Откуда взялась эта уверенность женщина не знала, но она была.

Над местом, где сгорел шаман гархов, уже вилась темная дымка. Мастер меча задавал этой дымке рубленые вопросы на гархийском языке, который никто из каравана не понимал, в Интаре не считали нужным изучать язык дикарей. Интересно, откуда чужак его знает? А их довольно редкий диалект шератского, используемых, в основном, только в поселениях рода Этвад? Шаман отвечал потусторонним голосом, от которого у воительниц мороз по коже шел, сталкиваться с магией мертвых им никогда еще не доводилось, но сам колдун их почему-то не пугал, наоборот, все женщины смотрели на него с таким откровенным вожделением, что Тиата только головой покачала. Что это нашло на ее девочек? Да и нее саму тоже. Никогда с такой силой не хотела ни одного самца. Нет, если бы он не попросил этого, госпожа воинов молча бы вытерпела и ничем не показала, что ее снедают стыдные желания.

— Гархи ждали именно ваш караван, — обернулся к женщине Артем. — И да, их действительно направили жрецы Карса. Они уже более двадцати лет постепенно подминают под себя степняков. Вот только сообщил карсанитам о посольстве кто-то из верхушки вашего рода. Шаман назвал имя Зарха. Хотите еще что-то спросить?

— Зарха... — повторила, сжав кулаки Тиата, от ужаса у нее перехватило дыхание. — Святые боги... Госпожа монет рода... Ей-то чего не хватало?..

— Предают всегда богатые и знатные, — криво усмехнулся юноша. — Невзирая на то, что у них всего намного больше, чем у других. Им все время кажется, что их таких важных и могучих, недооценивают, что за предательство заплатят больше, чем они имеют дома. Вот только за предательство обычно платят ножом по горлу. Так было в тысячах миров. И будет, к сожалению. У вас есть еще вопросы?

Госпожа воинов принялась спрашивать о других знатных членах рода, но шаман их не знал. Он вообще знал очень мало, их отряду поручили встретить и уничтожить посольство, по возможности взяв наследницу живой. Через некоторое время вопросы исчерпались, и Артем отправил дух за грань.

После этого Тиата поспешила написать письмо главе рода о предательстве госпожи монет и отправила его с почтовым ястребом, несколько таких посольство захватило с собой для срочных писем, невзирая на их огромную цену. Затем караван быстро собрался и покинул место сражения. На ночлег остановились в трех милях, в удобной ложбине между тремя холмами, где хватало ручьев, рощиц и небольших речушек. Отправленные на охоту Лиада и Орма быстро подстрелили из луков несколько антилоп, которые здесь буквально кишели. Остальные развели костры и принялись готовить еду. Вот только состояние воительниц, наследницы и госпожи воинов было далеко от обычного на привале, они все провожали жаждущими взглядами прогуливающегося возле лагеря мастера меча, с трудом удерживаясь от того, чтобы прямо посреди лагеря не накинуться на него. Однако держали себя в руках, силы воли у каждой хватало.

После ужина Артем понял, что сил терпеть уже нет, ему начало становиться дурно, и поспешно забрался в указанную кибитку. Все, что произошло дальше, осталось между ним и женщинами каравана. Однако обе стороны остались довольны друг другом.

Глава XXII

— Ну что? — эксперты разом повернулись к ворвавшемуся в рубку Кериану.

— Дозвался я до этой падлючей скотины, — тяжело вздохнул тот, падая в кресло и через имплант заказывая себе стакан воды, который тут же и притащил мелкий летающий дроид. — Долго, правда, звать пришлось. Но демонов полуорк все же ответил, хоть почти ничего толкового и не сказал. Мол, все, как и предполагалось. Теперь только ждать. Ну еще мы, если захотим, можем отправиться Артему навстречу, поскольку основа домена — корабль, а не планета.

— Как? — подался вперед Бор.

— Зорхас люъяснил, что нам надо вслушаться в себя, найти нить связи с Артемом и потянуться к нему, тогда станет ясно направление движения, — ответил маг. — Я попытался, но ничего не получилось... Мой ученик вроде бы где-то есть, ощущаю, что жив, но где он? Не понимаю...

— А вот я, кажется, понимаю, — неожиданно вступил в разговор Леонид Петрович. — Нам надо лететь вон туда, — он показал пальцем вперед и влево. — Понимаю, что это не координаты, но четко ощущаю, что в том направлении мы станем ближе к парню и облегчим ему возвращение.

— Значит, летим! — встал полковник.

— Не спеши, как на пожар, — укоризненно покачал головой пилот. — Надо сначала решить, кого брать с собой, а кого оставить здесь.

— А какая разница? — усмехнулся Карл Генрихович. — Ты забыл, что «Петроград» и Дом Призраков теперь единое целое, любой вассал Восьмого с момента их объединения в единый домен может ходить между домом и кораблем как захочет. На каком бы расстоянии они ни находились. Хоть в разных вселенных и временах.

— Знаешь, действительно забыл... — почесал в затылке Леонид Петрович. — Этот домен... Слишком непривычная для меня концепция...

После недолгого обсуждения эксперты все же решили задержаться на сутки, чтобы исследовать новые отсеки корабля, появившиеся после присоединения второй страницы. «Петроград» разросся на несколько уровней внутри, сохранив внешние размеры, которые, впрочем, тоже могли изменяться в немалых пределах по желанию экипажа. И все эти уровни требовали изучения, даже Дархон и остальные искины терялись, не успевая осваиваться с новыми возможностями своего корабля. При этом ядро супердредноута оставалось знакомым и привычным до последней мелочи. Но постоянное появление новых помещений и пространств выводило из себя, у не привыкших к такому людей мозги закипали в попытках понять, чем становится их «Петроград». Причем после присоединения второй страницы изменения начали накатывать волнами. А что тогда будет после добавления еще нескольких страниц? Во что тогда превратится корабль? Каким он станет? Ответов на эти вопросы не было.

Экипаж разделился на четыре экспедиции, отправившихся в глубины «Петрограда», которых еще несколько дней назад не было. Кое-какие отсеки возникли вместе со всеми нужными коммуникациями, и искины при помощи дроидов без особых проблем подключили их к основным системам жизнеобеспечения. Но беда в том, что большинство новых расширений были чем угодно, но только не отсеками космического корабля — от полутемных пещер, населенных какими-то странными тварями, до разного размера равнин, лесов и холмов, свет, тепло и воздух в которых непонятно откуда и брались. А реки и ручьи? Вода втекала в них из ниоткуда и вытекала в никуда. Мало того, части озер и морей, заливы и бухты. И все это перемещалось вместе с кораблем, являясь его частью. Потому эксперты и пребывали в растерянности, до выходцев из технологической цивилизации просто не доходило, что вообще происходит и что дальше будет. Но при всем этом «Петроград» оставался кораблем, причем все его системы работали десятикратно более надежно и устойчиво, чем раньше.

Когда подготовка к старту завершилась, Карл Генрихович собрался было распорядиться сниматься с орбиты, чтобы идти к Интаре, разместившейся на дальней орбите восьмой планеты системы Таланг, но последовал вызов от принцессы Аллири, невесты Артема.

— Добрый день, господин полковник! — кивнула она, появившись на экране. — До меня дошла информация, что вы отправляетесь на поиски моего жениха?

— Здравствуйте, ваше высочество! Не совсем на поиски. Наш пилот, как вассал Странника, ощутил куда примерно нужно лететь, чтобы стать ближе к сюзерену.

— А куда именно? — насторожилась Аллири.

— Я неточно выразился, извините, — поморщился Карл Генрихович. — Он ощутил только направление, а не конкретное место. А дальше будем слушать пространство, возможно почувствуем, когда направление понадобится снова сменить. Или где ждать появления Артема.

— Я тоже чувствую в какой стороне он находится, — принцесса почему-то покраснела. — С того момента, как впервые поучаствовала в ритуале, который проводили девушки каждый день. Но я — это так, я еще слабо чувствую. Очень советую взять с собой Иерлу, Иллениэль, Ниэрлу, Инару и Иху. Они ощущают Артема куда лучше меня, но... — Она на мгновение умолкла. — Но я все равно хочу отправиться с вами.

— Им совсем не обязательно лететь, — улыбнулся полковник, — корабль и особняк — единое целое, девушки, как вассалы владельца домена, могут в любое мгновение перейти на «Петроград» из Дома Призраков и обратно. А вас, ваше высочество, ждем. Послать за вами катер?

— Не нужно, я уже на шхуне «Белый Герцог», через час буду у вас, — покачала головой Аллири.

— Сколько с вами сопровождающих?

— Пять телохранительниц.

— Хорошо, — кивнул Карл Генрихович, — каюту с шестью спальнями подготовят.

Принцесса кивнула и отключилась, она уже вполне уверенно пользовалась технологическими приспособлениями с «Петрограда».

«Петроград» направлялся к Интаре по просьбе магического искина Лиара, утверждавшего, что на находящихся в стазисе безразмерных складах этой луны есть многое, что обязательно понадобится их сюзерену после возвращения на корабль. Да и на «Петроград», по его словам, не помешает перед дальней дорогой установить дополнительные генераторы защитных полей, созданных по технологии давно перешедшей сверхцивилизации Онное-Ранх, и в свое время позаимствованных Ксерксом.

Три высших искина на удивление быстро нашли общий язык, невзирая на свою принадлежность к разным, совершенно не совпадающим по уровню и направлению развития цивилизациям. В постоянном расширяющемся и изменяющемся корабле работы хватало всем, хотя порой Дархон и Лиар спорили по кое-каким вопросам, их опыт все же слишком различался. Третейским судьей в таких случаях выступал Иван Петрович.

Едва принцесса с сопровождающими оказалась на борту, «Петроград» снялся с орбиты, разогнался и одним скачком через гиперпространство переместился к ледяной восьмой планете. Местные жители к этому времени уже обнаружили наличие там луны, которой не было еще совсем недавно, причем плотно застроенной странными зданиями — движение в системе Таланг было довольно = интенсивным. Но проникнуть на Интару никто не смог — Лиар активировал защиту, когда перемещал ее сюда. Поэтому сейчас вокруг луны кружили несколько парусников поисковиков, пытаясь прорваться к ней, но у них ничего не получалось — при приближении корабли вдруг оказывались на другой стороне орбиты, минуя саму луну, словно она была призрачной.

При виде «Петрограда» два брига и четыре фрегата поспешно порскнули прочь, спеша поскорее убраться из зоны досягаемости его гиганта. О том, что недавно учинил Железный остров с флотом мятежников, знали все, и никому не хотелось испытывать судьбу. Однако поисковики успели увидеть, что защита супердредноут пропустила. Это значило, что появились хозяева новой луны, и об этом стоило сообщить всем остальным, чтобы не совались сюда, можно нарваться так, что костей не соберешь. Слухи о Железном острове и его лорде ходили жуткие, и проверять их правдивость на своей шкуре не хотелось.

Пилотировала корабль под контролем наставника Сима, сумевшая, наконец, преодолеть свою стеснительность. Второй ученик Леонида Петровича, Эван, долго не решался объяснить наставнику, в чем дело, но когда девушка едва не покончила с собой, не выдержал и рассказал корабельному врачу про обычаи родного мира, говорить с самим старым пилотом на такую тему он не решился. Ольга Петровна была несколько шокирована тем, что по местным понятиям для ученицы не побывать в постели наставника означало, что она ему не нужна и ни на что не пригодна, такую обычно держали только из милости, как балласт, или для черной работы. Вот Сима и вбила себе в голову, что она балласт. Пришлось Ольге Петровне идти к Леониду Петровичу и объяснять, что творится с его ученицей. Сказать, что старый пилот был шокирован, мало, он чуть в ступор от такого подхода не впал. Хотел было отругать глупую девчонку, но военврач остановила его, сказав, что он будет только хуже и посоветовала сделать то, чего Сима хочет, от него не убудет. Леонид Петрович некоторое время пребывал в прострации, но по здравому размышлению решился и позвал ученицу вечером к себе в каюту. Она это восприняли однозначно и, только войдя, радостно сорвала с себя комбинезон, оставшись обнаженной и начав принимать соблазнительные, по ее мнению, позы. В общем, дело завершилось к обоюдному удовольствию, с тех пор девушка перебралась в каюту наставника. После чего обрела уверенность в себе настолько, что ей иногда даже позволяли пилотировать «Петроград».

Бор ученицам курс просчитывать не доверил, поскольку им предстояло отправиться туда, не знаю куда, ориентируясь только на ощущения. Он, как и Леонид Петрович, чувствовал, что Артем где-то там. Вопрос только как перевести это «где-то» в понятный для навигационных компов курс? Дархон вон тоже не понимает таких расплывчатых понятий, хотя разумен и одушевлен. Но идеи были — перемещаться скачками в нужном направлении, причем через гипер, одновременно отслеживая наличие населенных миров, чтобы воспользоваться, при случае, точечными двигателями.

— Господа и товарищи! — обратился Бор ко всем в рубке, окончательно сформулировав пришедшие в голову мысли. — У меня появилась идея, как можно будет добраться до Артема, если мы его обнаружим или хотя бы заподозрим, где он может оказаться.

— Говори! — развернул к нему кресло Карл Генрихович, остальные эксперты тоже вопросительно уставились на молодого навигатора.

— Направление мы все почувствовали, но это мало что дает, мы можем только перемещаться небольшими скачками, полагаю, что не более двадцати световых лет зараз.

— Меньше, десяти, — не согласился Леонид Петрович. — А то и пяти.

— Пусть пяти, — не стал спорить Бор. — Но при этом мы должны фиксировать точные координаты всех населенных миров и в каждой точке проводить двойную, а то и тройную триангуляцию, чтобы на момент обнаружения мира пребывания Артема иметь опорные точки для перемещения с помощью точечных двигателей. Они, если имеются хотя бы приблизительные координаты, способны привести в любую вселенную, даже закрытую. Я в последние два месяца занимался изучением теории точечного перемещения через эгрегориальную Сеть, еще далеко не все понял, но кое-что уже прояснилось. Плюс...

— Что? — приподнял бровь полковник.

— Позовите фамилиара Артема, большого кота, — задумчиво произнес навигатор. — Я еще дома всякое кино про магов смотрел, так там везде говорилось, что лучше фамилиара никто хозяина не чувствует. Может, Путник хотя бы подскажет, куда лететь более точно, чем чувствуем мы.

— А ведь это идея! — всплеснул руками Кериан. — И как я сам не додумался?! Парень полностью прав, фамилиар обязательно почувствует, где его компаньон.

Эксперты переглянулись, и Карл Генрихович распорядился немедленно найти и доставить Путника. Тот остался в Доме Призраков, но теперь это значения не имело, и через каких-то десять минут карайн уже входил в рубку. При виде огромного, в полтора человеческих роста двухвостого кота с впечатляющими зубами и когтями многим стало не по себе. К счастью, после внедрения импланта общаться с Путником могли общаться все.

«Удачи и хорошей добычи всем!» — весьма своеобразно поздоровался карайн. Естественно, через имплант.

«И тебе того же! — ответил Карл Генрихович. — Ты знаешь, что Артем исчез?»

«Знаю», — коротко ответил Путник.

«Мы летим его искать, ему, скорее всего, понадобится помощь. Но где его искать не знаем, ощущаем, что он где-то там, — полковник показал рукой в левый верхний угол рубки, где теперь очень слабо ощущалось направление на их сюзерена. — Но это недостаточно точно. Может ты, как фамилиар, сможешь уточнить направление поиска?»

Карайн сел на пол и как будто вслушался во что-то невидимое. Некоторое время ничего не происходило, затем он снова заговорил:

«Направление правильное, разве что сместите его на три градуса вправо. А там нам нужно будет найти кое-что... Кто у вас мастер звезд?»

«Мастер звезд? — не понял Карл Генрихович. — А кто это?»

«Тот, кто ищет дорогу по звездам, — недовольно ответил Путник. — Котенок говорил, что у вас есть такой».

«А, навигатор! — кивнул Бор. — Это я».

«Тогда передаю тебе картину места, где мы должны ожидать котенка, туда ему прорваться будет намного проще».

И перед внутренним взором каждого в рубке вспыхнула довольно странная картина. Система трех солнц, в которой не было центральной звезды, только расположенные треугольником три красных карлика, в которые, похоже, когда-то превратились газовые гиганты. Они ограждали круг из семи то ли небольших планет, то ли лун, сверкающих, как драгоценные камни. Они довольно быстро вращались, а между ними висел черный кристалл, на гранях которого горело Багоровое Око Саурона, которое, впрочем, узнал только Бор, года за два до перемещения в Таору смотревший «Властелина колец». Хотя Око было и не совсем таким, как в фильме, но навевало нехорошие подозрения.

— Я не знаю, где искать это место... — растерянно развел руками навигатор.

— Зато я знаю, — недовольно скривился Кериан. — Это Семь Сестер, один из объектов Древних, к которым я хотел наведаться. К этим планетам еще никто подобраться не сумел, там такие гравитационные волны и ловушки, что даже «Петроград» не выдержит. Впрочем, надо проверять. Координаты знаю, это действительно в той стороне, — он показал на левый верхний угол, — но очень далеко, надо пытаться добраться до ближайших к Сестрам планет с помощью точечных двигателей или вариаторов. Лучше всего к Стинхолу — это самая близкая от Семи Сестер населенная система. Да, к сожалению, относительно близкая, от нее месяц лететь на обычном паруснике, но это все равно в четыре раза ближе, чем сейчас. Да и «Петроград» долетит быстрее. Значит, Семь Сестер? Давно хотел снова там побывать...

— Координаты системы Стинхол мне известны! — обрадовался Бор, успевший к этому времени загнать в память своего импланта звездную карту всех известных в Миросплетении систем и неплохо ориентировался в ней. Еще недостаточно, но неплохо. — Она далеко, поэтому на расчет точечного перехода мне потребуется шесть часов.

— Если я подключюсь, уложимся в два, — вмешался Дархон. — А если и остальные искины, то в час.

— Тогда считайте! — приказал Карл Генрихович. — Благодарю, Путник!

Тот ничего не сказал, только фыркнул в усы и улегся у стены, явно не собираясь покидать рубку. Что ж, это было его право, он разумен не менее остальных, хоть и несколько своеобразно. И об Артеме переживает, хотя называет его смешно — котенком.

Расчет действительно завершили быстро, хотя в час и не уложились, потратили полтора, решив все перепроверить. Переход предстоял дальний и нелегкий, поэтому по «Петрограду» взревели сирены, и экипаж получил предупреждение занять противоперегрузочные ложементы. А затем Леонид Петрович ввел полученные координаты перехода и активировал точечные двигатели. Нас сей раз небытие длилось не одно мгновение, а несколько минут, да и трясло немилосердно, словно какой-то великан увлеченно пинал ногами сверхдредноут.

Корабль вышел в реальное пространство в довольно плотно населенной системе — две планеты, точнее планета и луна газового гиганта, плюс несколько сотен островов самого разного размера, от крохотного, не больше Вороньего, до превышающего по площади Гренландию Бархатного острова, принадлежащего темноэльфийскому клану Арвелас. На последний чужеземцам соваться не советовали, уж больно обычаи там были странные, даже дикие в чем-то. Слово не так скажешь, и придется с боем вырываться. Причем даже другим дроу вне торговых кварталов появляться было нежелательно. Инара, сама темная эльфийка и жрица, обладающая редкой жестокостью, по этому поводу сказала, что предпочтет зарезаться, чем попасть в руки жриц этого клана.

Впрочем, никто высаживаться ни на планеты, ни на острова не собирался, направление на Артема в системе Стинхол ощущалось куда более четко, поэтому, проигнорировав вызовы местных жителей, не знающих, что это за железное чудовище, слухи о Железном острове до этой глуши еще не добрались, «Петроград» вышел за плоскость эклиптики, разогнался и без промедления погрузился в гиперпространство, начав длительный переход к Семи Сестрам, благо Кериан возле них уже бывал и дорогу хорошо помнил.

Поскольку в гиперпространстве предстояло провести около трое суток, экипаж отправился отдыхать, оставив на вахте учеников пилота Симу, навигатора Нерку, щитовика Лорину и канонира Эдху. Получилась чисто женская смена.

— Ну что, девчата, повезло нам? — спросила Лорина. — Я о таком и мечтать не смела...

— А кто смел? — задумчиво хмыкнула Эдха. — Я рассчитывала на наемный отряд, там пришлось бы лет пять, а то и десять на спине отработать, весь отряд обслуживая. А тут рай... Мало того, что в клан взяли, причем в клан легендарного Странника, так еще и сплю пока только с наставником. Странные они, если честно, Михаил Иванович, когда я к нему пришла, краснел, как мальчишка, пришлось самой дело в руки брать, а то бы так ничего и не вышло. А Сима вон сколько мучилась, пока своего добилась!

— Долго, — вздохнула та. — Думала уже, что я совсем никчемная...

— У них просто обычаи другие, — рассудительно сказала Нерка. — У нас наставник самый молодой, но тоже стеснялся поначалу, правда, недолго, — она хихикнула. — Но надо нам к их обычаям привыкать, они теперь наши. Из клана Странника не уходят, разве что вперед ногами.

— Привыкнем! — уверенно заявила Эдха. — Кстати, девчата, на новых нижних уровнях такая бухта чудная появилась, целый морской залив в гроте, я уже туда купаться бегала — вода чудесная, прозрачная, теплая. Давайте после дежурства смотаемся? Будет здорово! Вина захватим и фруктов.

— Давай! — оживились остальные. — Только Манху надо будет позвать.

— А мальчишек? — нахмурилась Лорина.

— Да ну их... — отмахнулась Нерка.

— То есть пусть бедолаги своим кулаком обходятся, что ли? — встала и уперла руки в бока ученица щитовика. — То есть вы до них еще не снизошли, да? Эдха же говорила, что пока только с наставником, а я, дура такая, внимания не обратила... Это что же, я за вас всех одна отдуваться должна?!. Что за свинство?!.

— Ну-у-у... — проятнула покрасневшая Сима. — Неудобно...

— Неудобно на потолке спать и на льду трахаться! — жестко отрезала Лорина. — То-то, я смотрю, парни места себе не находят, каждую женщину голодными глазами провожают, даже на доктора нашего заглядываются, а я ее до смерти боюсь. Я когда Корина и Эвана к себе позвала, бедняги так обрадовались, до утра мне покоя не давали. Я еще удивилась, с чего это они, будто сто лет бабы не видали. А вы вот так? Девчата, ну нельзя же! Они же живые! Вам хочется, а им, думаете, нет?!!

— Ну, ты, наверное, права... — пристыжено пробормотала Эдха. — Син, когда думает, что я не вижу, все на мою задницу или сиськи смотрит...

— Вот и дай ему! — стукнула кулаком по краю пульта ученица щитовика. — С тебя не убудет, а парню полегчает. Вот если зарываться станет и требовать, а не просить, тогде гони. Так что вы, девчата, это кончайте. Меня одной не всех не хватит!

— Ладно...

После этого разговор стих сам собой, девушки вернулись к несению вахты, принявшись через импланты отслеживать состояние корабля, двигателей, орудий и генераторов щитов. А когда вахта закончилась, они позвали свободных на данный момент парней, включая учеников полковника, Мстислава и Галида, и отправились купаться в найденный Эдхой морской грот, набрав с собой вина, сока и разных закусок. К корабельному изобилию они успели уже привыкнуть.

Прошли трое суток полета, и «Петроград» вынырнул в реальном пространстве рядом со знакомым каждому из экипажа объектом — три красных карлика, заключающие в себя круг из семи планет, в центре которых светился черный кристалл с багровым оком на гранях.

— Сканирование завершено! — доложил по прошествии получаса Моисей Соломонович. — Мы туда не пройдем. Визуально Семь Сестер видны, но ни один сканер их не фиксирует.

«Котенок меня зовет! — вдруг вскочил на ноги Путник, вновь пришедший в рубку, уже самостоятельно. — Ему грозит опасность! Я слышу! Я иду!»

Он промчался по рубке, перепрыгивая пульты и тыкаясь мордой в углы, пока, наконец, не уткнулся в закуток между переборками, словно хотел туда пробраться, и взревел так, что у экипажа заложило уши. А затем пространство перед ним вдруг лопнуло крест-накрест, и карайн, растопырив лапы и задрав оба хвоста, ринулся в этот разрыв, на ходу превращаясь в двухмерную тень. Горящий белым светом крест продержался после его исчезновения две секунды и погас.

— Это что такое было?.. — растерянно спросил Карл Генрихович.

— Фамилиар нашел проход и отправился к своему компаньону, — довольно ухмыльнулся Кериан. — Но не это главное!

— А что тогда?

— Главное в том, что я успел забросить ментальные якоря в пространство, куда ушел Путник, — довольно заявил маг. — И мы теперь сможем туда проникнуть. Пусть не сразу, пусть приложив немало усилий, но сможем.

Глава XXIII

Местные верховые ящеры сильно не понравились Артему, они имели костистый острый хребет, из-за чего седло тоже имело выступ, сидеть на котором было очень неудобно, особенно мужчине. Да и женщинам постоянное давление на пах вряд ли могло понравиться. Странно, неужели нельзя было придумать седла поудобнее? Юноша попытался представить какими они должны быть, но быстро понял, что не знает. Для этого, наверное, нужен опытный кожевенник. Или как там еще называется подобный ремесленник.

Шестой день караван двигался по торговому тракту, минуя множество небольших селений, ничего интересного в которых Артем не обнаружил. Если бы он знал, куда перемещаться, то перенес бы всех туда без проблем — проверил, что телепортация, смещение пространства и скольжение по нитям работают на Илтане, хотя последние выглядели несколько странно, словно скрученные жгуты, поэтому использовать их было рискованно, перемещение на короткое расстояние отдалось болью во всем теле. Зато с телепортацией и совмещением пространств никаких проблем не было. Жаль только, что перемещаться можно только в место, где ты либо бывал сам, либо кто-то передал тебе его достаточно подробный ментальный образ. Артем пожалел, что совсем не удивлял времени менталистике, иначе смог бы считывать нужные образы прямо из памяти воительниц. Но, к сожалению, этого он не умел.

К счастью, скучать было некогда — слишком многое надо было осваивать, слишком большое количество знаний оставались чисто теоретическими, только загруженными в память импланта, и теперь юноша пытался разобраться в этом ворохе информации. Что-то получалось, что-то нет, но на каждом привале он отходил в сторону от лагеря и тренировал новые боевые заклинания, не обращая внимания на ошарашенные лица воительниц, потрясенно смотревших, как разлетались в мелкий щебень целые скалы, вскипали или замерзали ручьи, воздушные смерчи, огненные драконы или земляные големы рушили все, на что указывал их создатель. Но особенно потряс женщин черный смерч на полнеба, раскручивающийся над Артемом, в поднятые руки которого били оттуда разноцветные молнии.

Молодой мастер меча и колдовства шестой день пребывал в караване, и Тиата наблюдала за ним с неизбывным интересом. За первые два дня через его кибитку прошли все воительницы клана, и все в процессе орали, как дикие кошки во время течки, испытав нечто такое, чего не испытывали еще никогда. Чужак без проблем делал вещи, которые считались невероятно постыдными и запретными, заставить их делать даже рабов никакими пытками было нельзя, они дохли, но отказывались. Это поражало госпожу воинов, но она предпочитала помалкивать, пользуясь возможностью получить редкое удовольствие. Тем более, что в ней и еще тринадцати ее девочках, включая наследницу, зародилась новая жизнь, которую следовало уберечь любой ценой. Амулеты, имевшиеся у каждой уважающей себя женщины Илтана, изменяли цвет в их руках, сообщая о беременности.

Весь следующий после сражения день караван провел в лагере, двинувшись дальше только наутро. И почти все это время воительницы одна за другой, а то и по две или три бегали в кибитку мастера, пока он не сказал, что хватит, после чего сразу уснул. А проснувшись, сел в странную позу, перекрутив ноги, и что-то сделал, из-за чего иссушающее душу постоянное желание внезапно исчезло, после чего большинство воительниц сразу успокоилось, однако ни одна отказываться от возможности получить еще немного необычного удовольствия не собиралась. Но прежней нестерпимой жажды не стало, и добился этого каким-то образом чужак, Тиата была в своих выводах полностью уверена. Невзирая на это по ночам она обязательно посещала кибитку мастера и брала все, что он готов был отдать, поскольку хорошо понимала, что ничего подобного ни с одним другим самцом у нее в жизни больше не будет.

Утренние тренировки молодого мастера поражали. То, что он творил с мечами и другим оружием, было чем-то невероятным и непредставимым, за его движениями нельзя уследить, он словно размазывался в воздухе, становился призраком. А уж творимое им колдовство...

Тиата поежилась, глядя, как в воздухе схватились два смерча — земляной и водяной. А затем их оба накрыл огненный, превратился в шесть себе подобных и выжег целый холм, превратив его в озерцо лавы, в которую потоками били опаловые цепные молнии. Но более всего поразило госпожу воинов мгновенное перемещение молодого мастера к дальним холмам и обратно. А потом вскользь уроненная им фраза, что если бы он хоть раз побывал возле Шентара или Интара, то легко перенес бы туда весь караван. Это было бы очень здорово, Тиате казалось, что ничего еще не закончилось, и вскоре их встретит новая засада. И хорошо бы такая, с которой можно справиться с помощью чужака. А то пошлют целое войско в сопровождении пары десятков шаманов, а то и жрецов Карса, что тогда? Только гибнуть, она не была уверена, что молодой мастер одолеет стольких противников.

Через час после того, как Артем закончил тренировку, караванщики позавтракали и двинулись в путь. Юноша, решив не мучиться на отвратном седле, опасаясь остаться без наследства, предпочел ехать в кибитке. Однако к нему туда сразу же забралась Тиата, которой пришлось уделить внимание, но она, слава Всевышнему, быстро отстала. Остальных он попросил подождать до вечера, и девушки с разочарованными вздохами покинули кибитку. Госпожа воинов наблюдала за этим с явно заметной иронией, посмеиваясь себе под нос.

— Мне нужно как-то отловить пару жрецов этого вашего Карса, — обратился к ней Артем. — По связи с ними я сумею отследить его самого.

— А что ты сможешь сделать с богом? — удивилась женщина.

На ты он позволил ей называть себя сразу после того, как впервые с ней переспал. После этого смешно было бы соблюдать ненужные церемонии. Однако это касалось только самой Тиаты, наследницы и двух особо понравившихся юноше воительниц, Орны и Кеаты. Остальным госпожа воинов велела соблюдать дистанцию и проявлять уважение к мастеру меча и колдовства, что они и делали, разве что всеми силами стремились оказаться в его постели, но это Артема совершенно не смущало, постепенно став привычным. Какие интриги, наивные с его точки зрения, порой устраивали девушки, чтобы продвинуться в очереди вперед. Иногда он с трудом сдерживал смех, но сдерживал, не желая обижать воительниц — они очень нравились юноше своей непосредственностью, особенно Тиата, Орна и Кеата, которых Артем охотно принял бы в свой клан, чтобы они всегда были рядом. Но это, наверное, невозможно, у них есть долг перед родом. Поэтому Артем пользовался тем, что девушки пока здесь и всегда готовы ему отдаться. Точнее, взять, местные воительницы были крайне активны в этом вопросе и обычно брали инициативу в свои руки, что ему очень нравилось.

— Многое, — усмехнулся юноша и растянулся на подстилке, решив подремать.

Тиата некоторое время смотрела на него, после чего выбралась наружу и вскочила на своего ящера.

Насколько понял Артем, в большинстве городов-государств Илтана царил махровый матриархат, мужчины не имели вообще никаких прав и были, большей частью, рабами. А если и не были, то все равно покорно выполняли приказы их повелительниц, хотя некоторые вещи они, похоже, отказывались делать даже под страхом смерти. Иначе не удивлялись бы так местные девушки привычным для любого земного мужчины приемам в постели.

Впрочем, разбираться в социальном устройстве илтанского общества Артем никакого желания не имел, он стремился поскорее изничтожить культ Карса, а его самого либо сослать, либо уничтожить, чтобы не гадил всем вокруг. Очень уж этот божок своей самоуверенностью и бесцеремонностью напоминал Призраков, чтоб им провалиться. Надо же, люди — земляные черви, обязанные жить в землянках и поклоняться наглой твари, не смея себе даже дом построить. За нарушение заповедей, по рассказам Тиаты, в землях жрецов могли и камнями забить.

Артем не заметил, как уснул. Разбудил его какой-то странный шум, и юноша поспешил выбраться наружу. Караван находился перед стеной какого-то большого поселения, возможно, даже города. Хотя нет, для города оно маловато, населения здесь вряд ли больше пяти-шести тысяч человек. Ну, может, десяти.

— Где это мы? — подошел он к Тиате.

— Почти добрались до места, — ответила та. — Это пограничный город Шентара, Кейрад.

— Почему он такой маленький?

— Маленький?! Да тут семь тысяч человек живут!

— В моем родном городе, Санкт-Петербурге, больше пяти миллионов населения, — усмехнулся Артем.

На это воительница только покачала головой, она не могла представить себе такого города. Это какого же он размера и как его защищать в случае нападения? В ее родном Интаре жило около пятидесяти тысяч человек, и он считался огромным. В Шентаре немногим меньше — сорок пять тысяч, если не считать девяти других городов, в каждом из которых проживало еще по пять-шесть. Впрочем, вокруг Интара таких городов-спутников вообще было восемнадцать, потому он и считался самым богатым и сильным из всех. Род Готхад владел им уже больше трехсот лет и расставаться с властью не собирался. Но против тридцати городов, которыми владели жрецы Карса, Интару в одиночку не выстоять, поэтому и было отправлено в Шентар их посольство.

На въезде в город караван встречала группа воительниц в черненых кольчугах и крылатых шлемах. Их возглавляла статная женщина с насмешливым взглядом серых глаз, жестким лицом со шрамом на щеке и золотистыми волосами, уложенными на затылке узлом.

— Кейтара! — спрыгнула с ящера Тиата, едва завидев ее. — Ты здесь?!

— Здесь, — отозвалась шентарка, тоже покидая седло.

Они сблизились и обнялись. Некоторое время стояли молча, затем Кейтара негромко сказала:

— Узнала, что ты возглавляешь посольство, и не выдержала, выдвинулась навстречу. Давно не виделись!

— Ну, не я, а племянница, — усмехнулась Тиата.

— Ой, не капай мне на мозги! Что может решать восемнадцатилетняя девчонка, да еще и такая непоседливая, как Илесса? И как у Илоры такое уродилось? Не понимаю...

— Это ты зря, девочка понемногу умнеет, учится принимать ответственные решения.

— Илесса? — вздернула брови вверх Кейтара. — Неужели? Слава всем богам!

— После того, как чуть не погибла из-за своего длинного языка, начала задумываться, — рассмеялась Тиата.

— Чуть не погибла? — удивилась командующая стражей Шентара. — А что случилось? — В этот момент она заметила Артема и даже споткнулась от неожиданности. — А это что за самец и что он в твоем караване делает?

— Самец? — как-то странно усмехнулась госпожа воинов. — Ты бы передала своим девчатам, а то я твоих головорезок знаю, чтобы не вздумали его оскорблять, пока мы беседовать будем.

— Это почему еще? — растерянно посмотрела на нее Кейтара. — Ну поимеют его девчонки, заставят ублажить себя разными интересными способами, так от самца не убудет.

— О, он охотно сделает даже то, от чего последние рабы отказываются, но только потому, что ему это нравится, — хохотнула Тиата. — Но не дайте боги вам попытаться его принудить, а тем более оскорбить...

— Объясни! — потребовала командующая стражей.

— Мастер меча и колдун невероятной силы, — стала серьезной госпожа воинов. — На нас в шести дневных переходах отсюда напали гархи, три полных сотни с шаманом во главе. Нас было шестьдесят восемь. Половина моих девочек там и легла в первые полчаса, мы готовились уже к гибели, на всякий случай кинжалы приготовили, чтобы живыми степнякам не достаться. Но тут из воздуха возник этот молодой мужчина и перебил их. Да, я подчеркиваю, мужчина, а не самец! Сначала он треть гархов просто перерезал, как щенят, потом потоком опаловых молний уничтожил шамана и всех остальных. После этого исцелил раненых, почти мгновенно. Орне, над которой степняки поизгалялись, живот вспороли и кишки вырезали, новые вырастил. Потом дух мертвого шамана вызвал и допросил. Ну как, Кейтара, ты все еще думаешь, что это обычный самец?

— Не-е-ет... — протянула та, задумчиво оглядывая молодого мастера, с интересом изучающего город и горожанок, останавливая взгляд на самых симпатичных девушках, особенно пониже спины. — Кобель?..

— Еще какой! — улыбнулась Тиата. — Ты подобных никогда не встречала. Всех наших девочек в караване поимел. Всех, понимаешь? Но ни одна против не была, наоборот готовы были на все, чтобы в очереди в его кибитку продвинуться. Почему? Вижу не понимаешь. Хорошо, объясню. Ты меня знаешь, многие говорят, что я холодна, как лед, в этих вопросах, но к нему в постель запрыгиваю, как впервые влюбившаяся молоденькая девчонка. Такого удовольствия, как с ним, я никогда в жизни не испытывала. Но это не самое важное.

— А что тогда?

— Он колдун!

— Мать его! — хлопнула себя ладонью по лбу командующая стражей. — Ты права, это самое важное. И?..

— Да, — с улыбкой положила себе руку на живот госпожа воинов. — И не я одна, почти половина моих девочек, включая Илессу. Остальные каждую ночь изо всех сил стараются.

— Ну вы заразы! — расхохоталась Кейтара. — Я бы тоже не отказалась...

— Подойди к нему и пригласи, вряд ли откажет, он именно таких женщин, как мы с тобой, любит, строгих, жестких и фигуристых, — пожала плечами Тиата. — И чтобы инициатива полностью с нашей стороны была, только ласковая, без оскорблений, их мастер не прощает. Мне, по его настоянию, пришлось Илессу приказать вожжами выпороть, так она теперь шелковая.

— Илессу?! — не поверила командующая стражей. — Наследницу?! Вожжами?! А что Илора скажет?

— Одобрит, когда узнает, за что, — заверила госпожа воинов. — Дурочка из-за своего длинного языка едва жизни не лишилась, причем мне же пришлось бы ее казнить мерсеком. Я...

Ее прервал какой-то шум. Старые подруги разом обернулись, и Тиата весело рассмеялась. Произошло то, чего она и ожидала. Кейтара не успела предупредить своих наглых девок, те увидели свободно разгуливающего ничейного самца и решили поразвлечься. Вот только не на того нарвались. Как потом выяснилось, поначалу молодой мастер в том же стиле отвечал зубоскалкам, пока одной это не надоело и она не велела ему ложиться и быть готовым делать все, что прикажут. Чужак в ответ рассмеялся, сказав, что совсем не прочь, но только по собственному желанию, заставить его не сможет никто и никогда. Наглая воительница заверила, что она заставит, он ответил: «Попробуй». Она и попробовала огреть мастера плетью, после чего закономерно огребла — была нещадно бита ногами и ножнами меча, после магией вздернута в воздух, где и повисла, беспомощно дрыгая ногами. Остальным воительницам тоже досталось на орехи, когда они попытались помочь подруге.

— Ну что, успокоилась? — весело спросил Артем у продолжающей вырываться из плетения воздушной магии рыжей, веснушчатой воительницы, ему эта бессовестная, шебутная девчонка очень понравилась, мало в ком бывает столько огня. — Убедилась, что я тебе не по зубам?

— Убедилась... — хмуро ответила девушка. — Отпусти!

— Отпущу. А если действительно хочешь всего того, что говорила, то я в твоем полном распоряжении. По собственной воле.

С этими словами Артем осторожно опустил рыжую на землю. Она поспешила вскочить на ноги и встряхнулась, как кошка, попавшая под дождь. После чего подошла и негромко спросила:

— Правду говоришь?

— Да, — кивнул юноша. — Сейчас Тиата на переговоры пойдет, и я освобожусь. Но с девочками из нашего каравана сама договаривайся, у них на меня очередь. Хотя тебя с подругами я бы и без очереди пропустил...

— Любишь новых женщин? — беззлобно усмехнулась рыжая. — Меня Исаной кличут.

— Артем.

— Никогда не видала колдунов такой силы... — покачала головой девушка.

— Тебя бы так гоняли, как меня наставники... — скривился юноша. — По двадцать часов в сутки, прерываемые только медитациями для отдыха, а все остальное время — тяжелый ритуал. То еще веселье, скажу тебе.

— А пойдем к нам в казармы в гости, — хитро прищурившись, предложила Исана. — У нас там много красавиц! Тебе понравится, раз ты на все готов. У наших девочек фантазия буйная...

— Там поглядим, — усмехнулся Артем, прекрасно понявший маленькую хитрость шентарки. — Может, и понравится. Я...

Договорить ему не дал яростный стук копыт, к городу галопом неслись несколько всадников, землянин не думал, что местные ящеры способны так быстро бегать. Он подождал, пока они подъедут ближе, и подошел поближе, чтобы узнать, в чем дело. Исана последовала за ним, нахмурившись, уж она знала, что если гонцы так мчатся, то новости вряд ли хорошие.

— Тревога! — прохрипела буквально свалившаяся с ящера насквозь пропыленная женщина лет тридцати. — Гархи! И карсаниты! Целое войско! Через два часа будут тут!

— А почему их раньше не обнаружили?! — мертвенно побледнела Кейтара.

— Они словно ниоткуда появились, колдунья заставы сказала, что жрецы их под пологом невидимости скрывали...

— А она?..

— Погибла, прикрывая наш отход, — ответила гонец. — Воды!

Тиата сорвала с пояса флягу и протянула ей, затем повернулась к подруге:

— Это по нашу душу... — тоскливо сказала она.

— Сейчас уже неважно, по чью, — отмахнулась командующая стражей. — Все, кто может держать оружие, на стены! Остальные — бегите! Главное, детей увозите! Мы задержим гархов насколько сможем!

— Вы про меня забыли, госпожа, — подошел ближе Артем. — Я их встречу так, что мало не покажется. Мне главное хотя двух жрецов Карса живыми взять! После этого все ваши проблемы, с ними связанные, закончатся. Поэтому прошу всем лучшим воительницам приказать во время сражения ловить жрецов.

— Да не нужно их ловить, в темнице Шентара штук десять сидит, — пожала плечами Кейтара. — Если отобьемся, завтра они в вашем распоряжении будут. Только еще отбиться надо...

— Отобьемся, — заверил юноша. — Но велите всем, кто небоеспобен либо бежать, либо прятаться в глубоких подвалах, я буду использовать высшую магию, может, даже магию Смерти. А что жрецы есть — это хорошо, это много времени мне сэкономит.

— Зачем они вам? — с недоумением спросила командующая стражей.

— Через жрецов можно легко выйти на их бога, — со странной улыбкой ответил Артем. — А там я им займусь.

— А что вы можете сделать богу?! — вытаращилась на него ошалевшая Кейтара.

— Все, что пожелаю, — оскал юноши пугал. — Дело в том, что таких, как я, обычно присылают в мир, чтобы судить нарушивших порядок Творца богов и им подобных. Ваш Карс совсем обнаглел. Люди, создания самого Творца, земляные черви?! Придется ответить за такую наглость. Он еще не знает, что я здесь, иначе бежал бы и прятался. Потому и хочу поспешить, чтобы тварь не ускользнула.

Тиата и Кейтара смотрели на него широко распахнутыми глазами, до них постепенно начало доходить, с кем их столкнула судьба. Легенды об убийце богов по Илтану ходили издавна, вот только мало кто им верил. Причем обе воительницы подсознательно чувствовали, что им сказали правду, и им стало страшно. От молодого мастера расходились волны пугающей, холодной силы, от не хотелось спрятаться, и женщины были рады, что эта сила на их стороне. Гархам и карсанитам оставалось только посочувствовать.

Офицеры забегали, раздавая команды, особенно тяжело страже пришлось выгоняя горожан из их домов, идиоты не желали понимать, что нажитое имущество больше не имеет значения, что дело идет о самой жизни. Многих пришлось бить тупыми концами копий, чтобы вытолкать из города. К сожалению, на Кейрад давно не нападали, поэтому котлов для кипячения воды и плавления смолы не было. Да и стены обветшали.

— Что вы собираетесь делать? — хмуро спросила Кейтара. — Как отбиваться?

— Подожду, пока войско подойдет к городу, и обрушу на него сначала стихии, а затем магию Смерти, — ответил Артем, оглядывая с высоты надвратной башни город. — Главное уследить, если они вон через тот овраг попробуют подобраться к стенам. Жрецы, мне Тиата говорила, сильные колдуны, обрушат стену на раз. И еще одно...

— Что? — подозрительно прищурилась командующая стражей.

— После уничтожения степняков я сильно выложусь, мне после этого понадобится... э-э-э... с многими женщинами, с очень многими. Причем не только обычные вещи, но и те, что у вас даже рабы делать отказываются.

— Вы от этого зависите?

— Не совсем завишу, но это сильно помогает восстановиться, — отрицательно покачал головой Артем, понимая, что дает тем самым козырь против себя, но выбора не имел. — Я помощи не забуду.

Кейтара довольно долго пристально смотрела на него, понемногу осознавая, что получить благодарность такого существа дорогого стоит, а ссориться с ним не стоит, можно многое проиграть. Что ж, цена невелика, девочки в казармах с радостью позабавятся, да она и сама не прочь. Не одной же Тиате колдуна или колдунью рожать! Ей тоже такого ребенка хочется. Шентару дети-колдуны пригодятся ничуть не меньше, чем Интару. Интересно, мастер не будет против оставить здесь своих детей, когда уйдет? Тиата об этом почему-то не подумала. Надо будет посоветовать ей не слишком распространяться о беременности и остальным девушкам то же самое приказать. Особенно Илессу трудно будет заставить держать язык за зубами, слишком любит хвастаться.

Вдалеке показалась темная туча, текущая по холмам к городу. Верховое войско. Оно приближалось неотвратимо, словно цунами, о которых рассказывали уроженцы прибрежных городов. Не прошло и получаса, как Кейрад оказался окружен — горхов и карсанитов оказалось раза в три больше, чем говорили гонцы.

Артем молча изучал готовящихся к штурму степняков, он искал, где стоят шаманы и жрецы, которых следовало уничтожить в первую очередь, остальные не столь опасны. Далеко не сразу он увидел их на небольшом холме слегка в стороне, а увидев, бросил сканирующее плетение и очень удивился, когда оно словно растворилось в кипятке. Кто-то там кастовал сложную, многоуровневую защиту, спешно создавая плетение за плетением.

На пробу Артем запустил цепную молнию, но она скатилась с этой защиты, никому не повредив. Он что, бессилен?! Не поверив в это, Странник принялся швыряться заклятиями все большей мощи, но это не помогало — защита шаманов стояла, как вкопанная, только слегка подрагивала от его ударов. Это что же получается, они пришли именно за ним? И уже знают, как обезопаситься от его магии? Что-то странное. И он создал пространственный вихрь, завязанный на нити. И тем самым пробил защиту! Вот только в ответ ударил столб первородного пламени, который Артем едва отбил и мысленно заорал, зовя на помощь Судию и всех, кто его слышал.

Случившегося после этого не ждал ни он сам, ни кто-либо другой, в том числе и жрецы Карса. В воздухе над холмом, где они собрались, внезапно вспыхнул белым светом огромный крест, из которого вырвалось чудовище — огромный, раза в полтора выше человека черный кот с двумя хвостами. Он рухнул прямо на группу шаманов и в одно мгновение порвал их в клочья, поскольку защиту они восстановить еще не успели. А затем столь же легко расправился со жрецами, в панике порскнувшими в разные стороны. Но это не помогло, и кот продолжил кровавую жатву, каким-то образом поняв, что это враги его компаньона. Не прошло и пяти минут, как на холме не осталось никого живого, и чудовище ринулось к городским стенам сквозь ряды кочевников, при его виде забывающих о войне и бегущих, куда глаза глядят.

— Путник! — радостно заорал Артем, махая карайну, на что тот взревел так, что присели не только кочевники, но воительницы. — Не стрелять, это мой фамилиар! Он пришел на помощь!

Что такое фамилиар Тиата и Кейтара не знали, но спрашивать не стали, не до того сейчас, только отослали гонца к лучницам, что не дай боги подстрелили кота, а то молодой мастер еще разгневается. Путник без проблем достиг стены, взобрался на нее и облизал лицо Артема, на что тот только зафыркал. Затем карайн быстро пересказал случившееся на «Петрограде» за последние дни.

«Значит, они там, откуда ты сумел пройти сюда благодаря нашей связи?» — спросил юноша.

«Да, — ответил Путник. — Думаю, Кериан тоже скоро будет здесь, он бросал мне вслед какие-то плетения, я их как щекотку ощущал».

«Ну будет, так будет, — кивнул Артем. — А пока займусь этими. Защищать их больше некому. Спасибо, дружище, что шаманов со жрецами порвал».

«Не за что», — проворчал карайн.

Молодой Странник сформировал над городом область пересечения стихий, там возник черный грозовой фронт, куда он добавил магию Смерти, после чего сформировал два десятка зародышей цепных молний и запустил их. Из мгновенно набежавших черных туч ударили потоки опалового огня, очень быстро превратив завизжавших и запричитавших степняков, никогда не сталкивавшихся с таким ужасом, в невесомый серый пепел. Не выжил никто, некому оказалось рассказать жрецам о проигрыше, они могли бы успеть что-то сделать, но карсаниты ничего не знали и спокойно ждали известий о победе и уничтожении неизвестного колдуна, помешавшего им расправиться с посольством Интара.

— Ну вот и все, — повернулся Артем к стоящим с открытыми ртами Тиате и Кейтаре. — Распорядитесь накормить моего фамилиара мясом вдоволь. Путник, тебя накормят и покажут, где отдохнуть, потом поговорим. Ну а мне... Я уже говорил, что мне будет нужно.

— Да, господин, все сделаем, — низко поклонились взявшие себя в руки женщины, поглядывая на юношу с откровенным страхом.

— А я, наверное, схожу в гости в казармы, к Исане, — он кивнул на снявшую шлем рыжую девчонку, — она приглашала. Наших девочек, — повернулся Артем к госпоже воинов, — тоже туда присылайте, да и сами вместе с подругой приходите.

— Как прикажете! — снова поклонилась она, все еще пребывая в ступоре от столь легкой победы, никто из горожан и ее воительниц не был даже ранен. Командующая стражи хотела было что-то возразить, но Тиата дернула ее за рукав и глазами показала, что лучше промолчать. Та не стала спорить, только кивнула.

Артем усмехнулся, взял изумленную Исану за руку и повлек ее в сторону спуска со стены в город. Рыжая покорно следовала за ним, по дороге скороговоркой сообщив подругам, чтобы срочно собирали всех стражниц в казармах, и местных, и приехавших с Кейтарой. Сказать что-либо против этому могучему колдуну она не решилась. Да и не хотела, если честно, предвкушая предстоящее удовольствие — девушек из каравана Исана, невзирая на нападение, успела расспросить и примерно знала, чего стоит ждать. Так что пусть будет, что будет. А завтра она решит, что дальше.

Глава XXIV

В Шентар выехали поутру, весь оставшийся день и половину ночи Артем провел в казармах стражи, местные и интарские воительницы устроили своему спасителю такой марафон, что он уж и не знал, как вырваться из их рук, чтобы не обидеть. А ведь приходили еще и старшие женщины, включая Тиату и Кейтару, тоже желая получить свою долю необычных удовольствий, и их пропускали вне очереди. Нет, юноша не мог сказать, что ему все это не понравилось, разве что было немного слишком. Поэтому, когда Артему окончательно надоело, он удалился по-английски, сделавшись невидимым, и отправился в ставшую привычной кибитку наследницы, где улегся спать.

Рассказывать кому-либо и что-либо о происшедшем он не собирался, это навсегда останется между ним и илтанскими девушками. Ну, а если они не станут держать языки за зубами, так это, в конце концов, их личное дело. Молодому Страннику было плевать с высокой башни, что и кто о нем подумает. Он тот, кто он есть, и другим становиться не намерен. А если кто-то считает, что сможет перевоспитать Восьмого Авари, так он глубоко заблуждается. Был бы иным, то вообще не стал бы Странником. И пусть Зорхас не строит из себя черт-те кого, он такой же законченный мизантроп, как и Артем, и тоже руководствуется своими странными для окружающих желаниями, не обращая ни на кого внимания.

Когда юноша начал просыпаться, то сквозь сон услышал рядом с собой чей-то тихий, на пределе слышимости разговор:

— А этот его огромный кот — он же разумный, Иката, начальница стражи Кейрада, с ним говорила.

— Говорила? Как?! Разве коты говорить умеют?

— Мысленно. Кошак пожрал, целых две туши бараньих уговорил, потом пришел к казармам, где наш мастер развлекался, и лег у входа, перекрыв его и не давая никому пройти. Иката, ты ж ее знаешь, она отчаянная, подошла к нему, кот встал и ей в глаза заглянул. Она рассказала, что в голове голос зазвучал и спросил, чего надо. Ну она и попросила освободить проход. Кот насмешливо фыркнул, но лег немного в стороне и сделал вид, что спит. Но его все равно по дуге обходили. Там такие клыки и когти! Лапой дернет, так напополам человека порвет!

— Да уж, котик знатный. К такому лучше не подходить, если жить хочешь...

Артем едва не рассмеялся — Путник в своем репертуаре. Затем открыл глаза и увидел сидящих рядом Тиату и Илессу, явно дожидающихся его пробуждения. Он радостно улыбнулся им, получил ответные улыбки и сладко потянулся. Наследница бесцеремонно откинула с него одеяло и сразу заметила естественное для молодого мужчины утром состояние, поскольку юноша спал обнаженным, чем без промедления и воспользовалась под веселый смех госпожи воинов. Раздеваться девушке не понадобилось, так как местные воительницы носили только короткие, до колен, кожаные или полотняные туники, а о существовании нижнего белья в этом диком мире, похоже, и не подозревали. Артем был совсем не против, за время сна он успел полностью восстановиться, поэтому немного позже с удовольствием уделил внимание и Тиате. Однако продолжать приятное времяпровождение не стал, пора было заниматься делом, сегодня он хотел наконец-то добраться до паскудного божка и показать ему, кто в доме хозяин.

Дорога от Кейрада до Шентара заняла почти весь день, однако когда караван прибыл, до заката оставалось еще несколько часов. В городе уже знали об отбитом при помощи пришлого колдуна совместном нападении гархов и карсанитов, гонцы успели доставить подробное описание случившегося на границе. Поэтому Артема, едущего верхом на Путнике, встречали овациями и забрасывали цветами. Правда, поодаль — скалящий впечатляющие клыки карайн не вызывал у местных жительниц воодушевления. Мужчин на улицах почти не было видно, Шентар отличался особо жестким матриархатом среди всех городов Илтана. Угроза быть проданным сюда являлась ночным кошмаром для любого раба, все, кто знал столицу рода Инвад по слухам, верили, что их ждет там страшная судьба. Хотя на самом деле все это было именно слухами, в Шентаре существовали свои обычаи и законы, которые всего лишь требовалось соблюдать. Многие мужчины, хоть официально и считались рабами, занимали в городе важные должности, вплоть до советников главы рода и ее помощниц.

Если честно, Артему не хотелось тратить время на всякую чушь. Куда лучше было бы отправиться прямо в темницу, где находились жрецы, но он понимал, что это невозможно — сперва надо посетить Леадору, правительницу города, главу рода Интар, с дочерьми. Юноша подозревал для чего, хоть и не понимал всеобщего ажиотажа по его поводу. Интересно, почему илтанские женщины все равно стремятся попасть к Артему в постель, ведь морок, вызывающий у них нестерпимое желание, сейчас скрыт плетениями из гримуара? Видимо, есть еще какая-то причина. Но, если честно, Артема не особо интересовало какая именно. Его развратное поведение этих красивых и необычных женщин вполне устраивало и даже нравилось, хоть иногда они и перегибали палку. Но учить их жизни и что-либо навязывать Странник не собирался, пусть живут так, как считают нужным.

Когда они выехали на центральную площадь города, Тиата остановила караван и отвела Артема в сторону.

— Будь очень осторожен, — попросила она. — Леадора — редкая тварь. И... ты ведь понял, почему она хочет пообщаться с тобой?..

— Понял... — скривился Артем.

— Очень прошу тебя не отказывать, иначе ни одна из нас из города живой не выберется, — посмотрела ему прямо в глаза госпожа воинов. — Если это, конечно, тебе не безразлично.

— Не безразлично, — заверил юноша. — И хорошо, мне нетрудно.

Тиата еще некоторое время пристально смотрела на него, затем кивнула и отъехала, махнув рукой караванщицам, чтобы продолжали движение.

Шентарский дворец особой роскошью не отличался. Да и был относительно невелик, всего лишь около трех сотен комнат и залов, что для такого сооружения не слишком много. Зато охранялся он на совесть, стража стояла везде, буквально на каждом углу и в каждом помещении. Видимо, Леадора собственным подданным не слишком доверяла, опасаясь за свою власть. Многие стражницы явно принадлежали к тому же элитному подразделению, что и девушки из отряда Кейтары, поскольку носили крылатые шлемы и черненые кольчуги. Они стояли молча, напоминая собой металлические статуи, только глаза настороженно поблескивали сквозь решетчатое забрало.

Карайна стражницы потребовали оставить внизу, пообещав накормить его, и Артем попросил Путника не бузить, на что тот оскалился и весело рыкнул. Похоже, значения слова «бузить» в его понимании и понимании Артема сильно различались. Но юноша не обратил на это внимания, и зря, в будущем это сыграло свою роль. Пусть не очень большую, но важную.

Владычица Леадора с тремя дочерьми встречала молодого Странника в тронном зале. Это была статная, надменная, черноволосая и смуглая женщина с широкими плечами и бедрами, не слишком высокого роста по местным меркам, где-то метр восемьдесят, кожу ее усеивали бесчисленные шрамы. Судя по словам Тиаты, главе рода Интар недавно перевалило за сорок, но возраст был совершенно не заметен, ее скорее можно было принять за старшую сестру дочерей, чем за их мать. Девушки тоже отличались надменностью, однако заинтересованные глаза выдавали их любопытство и явное волнение. Принцессы были довольно симпатичны, но попроще матери. Да и вести себя с такой ледяной невозмутимостью пока еще не умели. Пытались, но не слишком получалось.

Тиата вежливо раскланялась с Леадорой, передала ей послание сестры, владычицы Илоры, и представила Артема, поведав обо всем случившемся с караваном посольства. Правительница внимательно выслушала ее, не задавая вопросов, затем перевела взгляд на Артема и довольно долго смотрела на него.

— Кто вы такой? — наконец спросила она.

— Странник, — пожал плечами юноша, не собираясь ничего скрывать, здесь, в скрытом мире, о Странниках, скорее всего, не слышали. — Восьмой Авари.

— Авари?! — мертвенно побледнела Леадора, судя по этому, она, паче чаяния, о сородичах Артема знала. — Святые боги! Зачем вы здесь?..

— Пришел по душу Карса, — усмехнулся он. — Точнее, мне было дано задание навести здесь порядок. Вам мир скрыт, вам это известно?

— Известно, — кивнула правительница, переглянувшись с Тиатой и Кейтарой.

— Причины этого я не знаю, — продолжил юноша. — Но думаю, что вскоре он перестанет быть скрытым, время вышло, после чего, скорее всего, окажется в так называемом Миросплетении. Не беспокойтесь, без помощи мы вас не оставим. Правда вам придется направить своих молодых магов, вы их колдунами почему-то зовете, хотя колдовство — это совсем другое, в магические пространственные школы развитых миров или островов, но это не кажется мне проблемой.

— Никак нельзя оставить Илтан скрытым? — хмуро спросила Илтана.

— Если честно, не знаю, — развел руками Артем. — Я высказываю вам только свои предположения. Точно знаю одно: бог, творящий то, что творит ваш Карс, должен быть остановлен. И я его остановлю.

Правительница задумчиво смотрела на него. Почему-то она была почти уверена, что все произойдет именно так, как говорит Авари, о которых она еще в юности читала в тайных хрониках рода, когда-то очень давно с одной из этих страшных сущностей сталкивавшегося. Они не лгут, просто незачем. Слишком сильны. И раз этот Артем говорит, что способен справиться с Карсом, то это именно так. Дальнейшее не слишком приятно, ведь карсаниты — беда знакомая и привычная, как с ней бороться известно. А что ждет двести городов в этом самом Миросплетении? Вряд ли что-то хорошее. Люди — жадные твари, они своего никогда не упустят, и жители Миросплетения будут рассматривать их несчастный мир исключительно, как добычу. Разве что Авари защитит, он почему-то уже несколько раз вступался за них. Сперва за интарский караван, потом за город.

Еще одно удивляло Леадору. Тот Авари, с которым сталкивались предки, не обращал на местных женщин никакого внимания, в отличие от этого, поимевшего чуть ли не половину обитательниц кейрадских казарм, да и не только их. А главное, и это уже точно известно, подаривший более, чем двадцати интарским воительницам детей, включая наследницу Илессу и ее тетю Тиату, опытную циничную сволочь, которую правительница Шентара люто ненавидела и побаивалась, прекрасно зная, что интарская госпожа воинов способна на все. Леадора как-то раз даже убийц к Тиате подсылала, но получила обратно их головы в венках из ее любимых цветов и пергамент с государственной печатью Интара в одной коробке, после чего поняла, что лучше не рисковать, Илора смерти сестры не простит, а это война. В такой момент война с возможным союзником будет некстати, и правительница Шентара прекратила попытки избавиться от старого врага. Временно, конечно.

Но раз Тиата и Илесса беременны детьми Авари, то ей с дочерьми сами боги велели тоже забеременеть от него. Судя по сообщениям ее доверенных посланниц, которые побывали прошлой ночью в постели чужака, он любит странные вещи, которые не каждого раба заставишь делать под страхом самых страшных пыток. И инициативу предпочитает отдавать женщинам. А значит то, что она хочет, вполне возможно — Шентару дети-колдуны нужны не меньше, чем Интару, и их надо заполучить в как можно большем количестве. Иначе Илора с Тиатой обязательно воспользуются своим преимуществом. Этого нельзя допустить!

Леадора покосилась на недовольных дочерей, мысленно улыбнувшись — молодые дурочки пребывают в растерянности, планировали через месяц расстаться с девственностью при помощи особых, хорошо выдрессированных самцов из лучшего в Шентаре Дома Удовольствий, а им вдруг велели ложиться с каким-то непонятным колдуном, да еще и в приказном порядке зельем плодородия напоили. И никакие возражения, просьбы, слезы и даже истерики не помогли! Правительница специально не стала говорить дочерям, что ни один дрессированный самец и рядом не стоял с этим колдуном в способности доставить женщине удовольствие, пусть помучаются, им полезно, зато потом сюрприз приятный будет. Помимо принцесс зельем плодородия напоили более сорока самых доверенных и самых красивых воительниц из Крылатой гвардии. Эти не протестовали, вернувшиеся из Кейрада сослуживицы успели рассказать им, что такое этот самый колдун и на что он способен в постели. Понятно, что стольких молодой мастер не осилит, но нужно взять свое по максимуму. Если хотя бы пару десятков одаренных детей получить удастся — уже огромная польза для Шентара. К тому же среди тех, кто был с ним прошлой ночью в казармах, тоже могут оказаться беременные. К сожалению, это выяснится только завтра, амулет способен подтвердить беременность не раньше, чем через два дня после соития.

Все это притом, что интарские сучки, согласно докладу Кейтары, уже больше двадцати подтвержденных беременностей имеют. Дети, слава всем богам, еще не родились, до этого нескоро, а одаренные высасывают матерей досуха во время вынашивания, так что не все донашивают их, далеко не все, особенно без поддержки взрослых колдунов. Так что вряд ли все до единой интарки родят, большинство подохнет. Ее с дочерьми поддержат городские колдуньи, они уже пообещали это в обмен на новые привилегии и два мешка золота. Остальные шентарки? Выживут — их счастье. Нет? Значит, такова их судьба.

Если бы Артем слышал размышления Леадоры, он бы на месте развернулся и покинул дворец, чтобы не связываться с такой сволочью, но читать мысли он не умел, поэтому с чисто мужским интересом смотрел на правительницу, от нее тянуло чем-то настолько порочным, но при этом глубоко женским, что захватывало дух. Дочери Леадоры особого внимания не привлекли. Девчонки и девчонки, по тому же Питеру тысячи таких бегают, молодые и довольно щуплые, женственности пока никакой, да и бедра худые и поджарые. Зато охранницы, стоящие по периметру тронного зала, восхищали своими развитыми телами и изумительными фигурами. Вот от них, невзирая на их неженскую работу, концентрированной женственностью буквально несло.

— Когда я смогу получить пленных жрецов Карса? — не выдержал, в конце концов, пустых разговоров Артем, вызвав тем самым едва заметную насмешливую ухмылку у Тиаты и гримасу досады у Леадоры.

— Сразу после того, как вы отдохнете, уважаемый мастер меча и колдовства, — спокойно ответила правительница, хотя глаза ее метали молнии. — Прошу вас, покои готовы.

Она показала на тут же распахнувшиеся двери за троном. Артем хотел было возразить, что спешит, но быстро понял, что она подразумевала под отдыхом, и тяжело вздохнул. Его подозрения оправдались. Да и Тиата просила не отказывать. Ладно, ничего страшного, несколько часов и даже пара дней погоды не сделают, да и удовольствие немалое получит. Проще дать правительнице Шентара то, что она хочет, чем бегать по всей планете в поисках этих чертовых жрецов.

Он покосился на Тиату, но та движением бровей дала понять, что ничего поделать не может, а Кейтара вообще сделала вид, что не заметила его вопросительного взгляда, хотя прошлой ночью орала, сидя на нем, как дикая кошка. Ладно, черт с ними всеми, и Артем двинулся в указанном направлении, вошел в открытую дверь и окинул взглядом большую уютную комнату с обитыми шелком стенами. Посреди нее стояло круглое ложе такого размера, что на нем и два десятка человек легко уместились бы. Хмыкнув, он разделся и лег, решив отдать инициативу дамам.

То, что произошло на этой круглой кровати далее, осталось за кадром, единственное, что удивило Артема — девственность дочерей правительницы, что, впрочем, ничуть не помешало девушкам вытворять такое, что даже он удивился. Об их матери он после всего этого предпочитал не вспоминать, она действительно оказалась невероятно порочна и жестока, больше иметь с ней дело молодой Странник не желал.

Проснувшись утром, Артем не стал задерживаться и поспешил одеться, ему все это уже надоело до предела, опять творится черт-те что. Юноша никак не мог понять, чего хотят него местные женщины, многие из которых никаких желаний не испытывали, его нарождающаяся эмпатия говорила об этом четко, но все равно стремились к соитию с ним. Зачем? Что все это значит?

Не придя ни к каким выводам, Артем раздраженно махнул рукой и спросил у стражницы, стоявшей у выхода, когда его отведут к жрецам. Та ответила, что те доставлены и ждут в дворцовой тюрьме, после чего вызвалась проводить господина колдуна. Обрадовавшись, юноша двинулся за ней, с интересом глядя на слегка покачивающиеся при ходьбе упругие ягодицы молодой женщины. Приятная для любого нормального мужчины картина.

Средневековая тюрьма производила отвратное впечатление. Темно, мрачно, сыро, холодно и противно. Узники спали на охапках гнилой соломы, а то и вообще на камнях, и было этих узников здесь немало. Пришлось пройти мимо нескольких пыточных, откуда доносились наполненные мукой стоны несчастных. Артем подозревал, что Леадора специально поручила провести его так, чтобы он все это увидел. Права Тиата — редкая тварь. Если честно, Артем даже не стал исцелять ее от шрамов, хотя ему достаточно было для этого одного плетения, но правительница Шентара не заслужила. Нельзя быть такой законченной сволочью!

Наконец стражница привела Артема в круглой формы каменный подвал с куполообразным потолком, где его дожидались Тиата, Кейтара, Леадора и несколько незнакомых женщин с крупными фигурами и грубыми лицами, если бы юноша не знал, что на Илтане живут только люди, то сказал бы, что это орки. Помимо них в подвале находилось около двадцати телохранительниц, стоящих у стен. Посреди подвала стояла ржавая клетка, в которой жались друг к другу три затравленно смотрящих по сторонам щуплых мужичка в лохмотьях.

— Добрый день! — поздоровался Артем. — Это точно жрецы? Уж больно убого выглядят. Да и магии я в них не чувствую совсем.

— Жрецы, — со странной улыбкой подтвердила Леадора. — На них ошейники, перекрывающие доступ к силе.

— Ясно, — кивнул юноша. — Значит, Карсу служите?

— Да!!! — истерично выкрикнул один из мужичков. — Великий владыка все равно победит и загонит вас, черви поганые, в землянки!

— Вот только он не знает, что допрыгался и по его поганую шкуру пришел я, — зло оскалился Артем, он понял, что это действительно жрецы, уловил их связь с кем-то потусторонним.

Что странно, эта сущность не слишком походила ни на бога, ни на демона, скорее напоминала Призрака, но только напоминала, до полностью распределенной сущности Карсу было пока далеко, но следы этого уже просматривались. Получается, Артем поспел вовремя, тварь просто не успела войти в полную силу. И расправа с ней даст возможность облегчить охоту на Призраков, которыми юноше, хочет он того или нет, заняться все равно придется, что бы там ни говорил Зорхас.

— Прошу не мешать мне! — бросил он женщинам, поспешно отошедшим к противоположной стене, увидев его зажегшиеся яростным белым огнем глаза.

Усевшись в позу лотоса, Артем одним рывком взлетел в ментал и по нити связи жреца со своим богом ринулся туда, где тот находился. Затем по примеру того, как поступил с Малышкой, спеленал Карса, отсек ему доступ к энергии любого типа, а в первую очередь к энергии веры, потоком льющейся из бесчисленных храмов. Вот только молодой Странник понятия не имел, что совершил одну маленькую, но имеющую далеко идущие последствия ошибку. И с этих пор на него свалилась ответственность за очень многое. И многих.

«Отпусти!!! — отчаянно завизжал божок, пытаясь вырваться, но ничего не получалось. — Да кто ты такой?!! Чего тебе надо?!! Отпусти!!!»

«Кто я? — недобро хохотнул Артем. — Ну, ты, наверное, о нас слышал. Я Авари. И пришел по твою дырявую шкуру, поганец!»

«Да что я тебе сделал?! — взвыл Карс, продолжая лихорадочно дергаться. — Чего вы вечно лезете, куда вас не просят?!»

«Потому что есть законы Творца, которые ты нарушил, — ответил молодой Странник. — Значит, создания и дети Творца для тебя земляные черви, обязанные жить в землянках и молиться тебе? Этим ты превысил меру терпения!»

Устами Артема сейчас говорил не он, а Судия. А может, еще кто-то, поскольку ощущалось присутствие еще какой-то сущности, отстраненно взирающей на происходящее.

«Если у тебя есть оправдания, я слушаю», — снова заговорил молодой Странник.

«Я прав! — буквально выплюнул Карс. — Во всем! Они действительно черви и должны копошиться в земле, не смея поднимать голову к небу! Никакого творчества быть не должно, кроме моего! Я — новое будущее мира! Никто не смеет идти против моей воли!»

«Да что ты говоришь? — рассмеялся Артем. — Значит, ты не признаешь за собой вины?»

«Не признаю!»

«Это твой выбор. Ты виновен! И понесешь наказание за нарушение воли Творца. Он дал малым сим право выбора, а ты попытался данное им право отобрать. Это непростимо! Всегда поражался идиотам, не понимающим куда и во что суются, но все равно сующимся».

«Да когда уже вас, проклятых законников, раздавят?! Все ваши законы — ничто, они не нужны никому! Только мы — мерило всего, неужели это так трудно понять? Законов нет и не должно быть, кроме нашей воли!»

«Знакомые песни, — констатировал Артем, вспоминая сказанное Призраками. — Ты однозначно будущий „сверх“, их терминология. А раз так, то пощады жди. Твой приговор — ссылка за пределы мироздания! В Бездну!»

«Подтверждаю!» — раздался глас Судии.

«Подтверждаем! — донеслись слабые, едва слышные голоса местных богов, которых тварь почти выпила. — И благодарим!»

Вспомнилось прочитанное о «сверхах» еще дома: «Они истово веруют в свою правоту, творя зло, они искренне полагают его добром. Именно потому их терпели до поры, до времени. Но сейчас мера терпения превышена».

Ясно теперь, почему его перебросили именно на Илтан, ведь эта сущность, получи она еще хотя бы лет двадцать для развития, окончательно раздавила бы богов и превратила этот несчастный мир в свою вотчину, а потом вышла наружу, где нашла бы «своих». Вот только понимания, что это за твари и чего они добиваются, не прибавилось ни на йоту. Зачем им нужно превращать разумных в полуживотных, не способных к творчеству? Почему они так истово веруют в правильность своего пути? Самое страшное, что с ними даже обсудить ничего нельзя, они не признают за всеми другими права на объяснения, как только с ними пытаются поговорить, тут же стремятся навязать свою волю любым способом. На все вопросы отвечают, что это не вашего ума дело, знайте свое место, ничтожества. Высокомерие фанатиков неизмеримо раздражало.

К счастью, Карс еще не являлся полноценным «сверхом», поэтому обнаружить его созданное совсем недавно, лет триста назад, средоточие удалось быстро, божок спрятал его на дне океана, а не в иных пространствах, как его взрослые сородичи. Поэтому Артем без всяких усилий дотянулся до средоточия, а потом, помня, что эту гадость может уничтожить только Огонь Творчества, потянулся к Сферам Творения и воззвал о помощи, передав суть проблемы одним сложным ментальным образом. Оттуда немедленно излился поток многоцветного пламени, в котором средоточие и растворилось, как кусок сахара в кипятке. Карс надсадно завопил и провалился в появившуюся под ним черную воронку, навсегда отправившись в Бездну, где ему престояло сотни лет медленно растворяться в ничто, одновременно испытывая муки всех, кто пострадал по его вине. Избавиться от боли было очень просто — всего лишь раскаяться. Но раскаяться искренне уверенная в своей правоте тварь не могла, поэтому ее муки будут вечными. Пока не погаснет сознание.

Все закончилось. Вот только странность, Артем ощущал какие-то странные связи с кучей мест, от него словно протянулись тысячи золотых нитей, притянув какую-нибудь, он видел храмы, в которых написанное местные иероглифами имя Карс сменялось на имя Артем. Что это значило, юноша поначалу не понял, но Судия прислал короткий ментальный образ, разом объяснивший все. Все храмы Карса отныне стали его храмами. И что с этим делать юноша понятия не имел, ему эти сотни тысяч верующих были не нужны и не интересны. Но и оставлять бедолаг жить в землянках тоже никак нельзя. Немного подумав, Артем сформулировав и передал всем отныне своим жрецам приказ вернуться в города и жить так, как жили до пришествия Карса. Хотят молиться? Пусть молятся, но только если это не мешает выживанию. После чего перекрыл каналы связи с храмами, сам не поняв, как сделал это.

Выйдя из транса, юноша встал, ощущая острое неудобство в штанах, опять он выложился до предела, опять ему требуются женщины в большом количестве, если не хочет впасть в кому на пару недель. Он хотел было сообщить о своей потребности Леадоре, Кейтаре и Тиате, увидевших, что молодой Странник встал, но не успел.

Прямо перед ним засветился воздух, из которого в подвал шагнул весело скалящийся Зорхас в сопровождения Кериана, Карла Генриховича и двух десантников.

— Ну что, поздравляю, с первым экзаменом ты справился, — произнес полуорк. — Хрени, конечно, в процессе сотворил море. Вот только если думаешь, что все закончилось без последствий, то очень глубоко заблуждаешься. Последствия ого-го какие. Во-первых, этот мир, как его там, Илтан, вышел из кокона, и сейчас включен в Семь Сестер, то есть их стало восемь. Во-вторых, отныне за этот мир отвечаешь ты и только ты, ты сдуру намертво привязал его к себе. И все бывшие храмы Карса теперь твои. Остальные боги в твоем подчинении.

— Мне что, тут все время сидеть?.. — вытянулось лицо Артема.

— Зачем? — удивился Зорхас. — Перейти на Илтан ты сможешь в любой момент, слишком много у тебя теперь тут якорей. Ты ради этого стольких детей зачал? По-моему, уже около сотни.

— Детей?!! — полезли на лоб глаза юноши. — Так вот зачем они ко мне все время в постель стремились!

— А ты что, не знал?! — как пьяный жеребец, заржал полуорк. — Ну ты даешь, парень! Здесь, как в почти любом закрытом мире, очень ценятся одаренные, так что неудивительно. Тем более, что в отличие от соития с местными мужчинами, переспав с тобой или мной, эти дамы, — он кивнул на замерших напротив Леадору, Тиату и Кейтару, — забеременеют почти стопроцентно, их органы размножения на нашу энергетику очень положительно реагируют. Однако ты должен будешь поддержать их своей энергетикой, иначе большая часть во время вынашивания твоих детей просто перемрет, не выдержат девушки такого напряжения. И виноват в их смерти, причем мучительной, будешь ты! Уяснил?

— Уяснил... — убито подтвердил Артем, нервно ероша себе волосы.

Ничего подобного он не ждал и ждать не мог. Значит, теперь он в ответе за весь этот мир? Вот так дела. Хорошо хоть Илтан вышел в реальность далеко от населенных систем. Девушек, понятно, без поддержки молодой Странник оставлять не собирался, особенно носящих его детей. Да и отказываться от постельных приключений с ними тоже не хотел, уж больно по вкусу пришлись ему местные воительницы, именно о таких женщинах он когда-то мечтал еще на Земле. Надо будет только придумать как сделать, чтобы они не беременели так быстро. Придумает, есть наметки. И раз он будет иметь свободный доступ на Илтан, то пользоваться им станет часто. Может, даже удастся уговорить Тиату, Орну, Кеату и Исану войти в Клан, хотелось бы, чтобы они всегда были рядом, очень уж понравились эти четыре женщины Артему.

Что делать со своими будущими отпрысками Странник понятия не имел, понимая, что из него отец, как из пьяного сапожника балерина, сам еще мальчишка. Понятно, что поможет с накачкой будущих матерей энергией, тем более, что Зорхас в ответ на немой вопрос передал схему плетения. Также поможет с обучением, когда дети станут постарше, одарит каждого, чем сможет, чтобы не развратить, но пусть лучше растут местными жителями.

— У меня, как и у остальных наших, множество потомков, — понял его очередной молчаливый вопрос полуорк. — Если первое поколение мы еще кое-как отслеживаем, то дальше уже нет. Привыкай. Ты бессмертен, если не убьют. Да и забот у тебя хватит. Причем учти, что на следующее «наведение порядка» тебя могут выдернуть в любой момент. Поэтому возвращаешься домой и снова переходить на прежний режим напряженной учебы. Меня, например, отправили на второе «наведение» всего через декаду после первого. А ведь у меня твоих проблем не было, мне гаремы для стабилизации не требовались. Теперь представь, что тобой будет, если попадешь в пуританский мир.

Артем представил, и ему стало сильно не по себе. Ему и сейчас срочно нужны были хотя бы три женщины, терпел из последних сил, даже темно перед глазами становилось и подташнивало. Очень хотелось поскорее избавиться от этой проклятой зависимости, но придется мучиться еще лет сто, как минимум. Хорошо Малышка ему нагадила, от всей души.

— Насколько я понял, «Петроград» сейчас здесь? — взял себя в руки молодой Странник.

— Как раз выходит на орбиту планеты, — ответил Карл Генрихович. — Кериан искал способ пройти за Путником, но не понадобилось, пространство вдруг словно треснуло напополам, и к Семи Сестрам присоединилась восьмая, откуда сразу уловили сигналы твоего импланта. А потом Зорхас появился, захватил нас и сюда отправился.

— С корабля тебе надо будет срочно в Дом Призраков возвращаться, — добавил Кериан. — Прибыло посольство из Заповедного Леса и уже несколько дней тебя дожидается.

— Опять бабы? — скривился Артем.

— Да, эльфийки большей частью, — понимающе усмехнулся маг. — Причем капризные и очень наглые, я бы их выпорол, да не в моей власти. А ведь там еще и вампирши, эти куда хуже и опаснее. В общем, сам посмотришь.

— Чувствую, неделя в этом мире скоро покажется мне тихим раем... — тяжело вздохнул Артем.

— Отправляемся? — спросил полковник.

— Погодите, — покачал головой юноша. — Я не могу бросить вот так местных, ничего им не сказав. Тем более, что там матери моих детей...

Карл Генрихович взметнул левую бровь вверх, но ничего не сказал, только едва слышно хмыкнул, окинув женщин напротив оценивающим взглядом. Артем двинулся к Леадоре и Тиате, остановился перед ними и негромко произнес:

— Вижу, вы не понимаете, что случилось. Карс уничтожен, его храмы переключились на меня, его жрецы, — он повернулся к трем оборванцам в клетке, тут же грохнувшимся на колени и начавшим отбивать поклоны, — теперь мои жрецы. Илтан вышел из кокона и находится, как я и предполагал, в Миросплетении, но довольно далеко от населенных областей. Это хорошо, поскольку у вас будет время подготовиться.

— То есть, ты теперь бог?! — не выдержала Тиата.

— Нет, я Странник линии Авари, был им изначально и есть сейчас, это несколько выше планетарного бога, — понимающе улыбнулся юноша. — Госпожа Леадора знает, кто мы такие, кто-то из нас тут уже появлялся.

— Вот он и появлялся, — ткнула пальцем в довольно скалящегося Зорхаса правительница, — в хрониках его внешность достаточно точно описана. Эти торчащие из-под нижней губы клыки ни с чем не перепутаешь...

— Но главное в том, что войны теперь не будет, — продолжил Артем. — Плюс за ваш мир отныне отвечаю я, а поэтому всем городам будет оказана помощь для достижения общего уровня развития, вы сильно отстаете от остального Миросплетения. На орбите Илтана сейчас мой корабль, и останется там надолго, поэтому многое, отсутствующее здесь в принципе, я предоставлю. Также в каждом городе, где я побывал, будет построена башня, обеспечивающая нужной энергией понесших от меня женщин, которые без этого могут не выжить, слишком много ее требуется для развития плода.

Мысленно юноша на все заставки клял себя за то, что заранее не подумал о противозачаточном плетении, в его распоряжении таковые имелись, да и вообще барьер можно было поставить. Так нет, дурака кусок, расслабился он! Ну что за невезение? Почему у него все и всегда идет криво и косо? Ведь дети родятся никак не Странниками, а обычными магами, в этом он был уверен. Так что пусть и живут жизнью магов.

— Жрецам я дал распоряжение вернуться к нормальной жизни, забыв о завоеваниях и навязывании своего образа жизни другим, — снова заговорил он, хмуро глядя на растерянных женщин. — Вскорости я проверю, насколько точно они выполнили мой приказ. Навещать Илтан буду часто, особенно женские казармы разных городов, — Артем усмехнулся, — сами понимаете, с какой целью, уж больно полюбились мне ваши девушки. А некоторым хочу предложить войти в мой Клан. Из Интара тебе, Тиата, Орне и Кеате, но это будет сопровождаться принесением жестких колдовских клятв, нарушить которые в принципе невозможно.

— А Илесса? — приподняв бровь и переглянувшись с Кейтарой, спросила госпожа воинов.

— А она — наследница! — развел руками Артем. — У нее свой долг.

— Да, ты прав, у нее свой долг, — удовлетворенно кивнула Тиата. — Но ведь у меня тоже...

— Я понимаю... — грустно вздохнул Артем. — Но если вдруг ты найдешь такую возможность, буду рад. Для тебя место в моем Клане есть всегда.

— Благодарю, — мягко улыбнулась женщина, на ее жестком лице эта улыбка смотрелась несколько неестественно. — Я поговорю с сестрой, может она и согласится меня отпустить. Онту и Кеату бери. А из Шентара и Кейрада никого не берешь?

— Хотелось бы, — усмехнулся Артем. — Исану, ну ту, рыженькую, и двух ее ближайших подруг, Эссу и Дарину.

— А кого-нибудь из моих дочерей не желаете взять, владыка? — осторожно поинтересовалась Леадора, которой столь редкую возможность упускать никак не хотелось.

— Могу взять среднюю, Эриаду, мне ее настойчивость и упорство понравились, — усмехнулся Артем. — Твердо добивалась того, что хотела, и все-таки добилась, невзирая на то, что я был от этого далеко не в восторге. Но девушка должна четко понимать, что она будет не единственной и неповторимой, а всего лишь одной из многих. Очень многих. И в Клане ей придется искать себе занятие, у нас там бездельников нет.

— Я объясню ей, владыка, — поклонилась правительница Шентара. — Девочка умная, поймет.

— Исану, Эссу и Дарину вы отпустите?

— Конечно, я немедленно пошлю за ними и за дочерью.

— Пусть позовут также упомянутых мной интарок, Орну и Кеату.

Правительница кивнула, бросила несколько слов ближайшей стражнице, та низко поклонилось и опрометью ринулась в боковой коридор. Артем, ожидая, отошел к Кериану и Карлу Генриховичу. Зорхас уже успел удалиться по-английски, бросив на прощание мыслеообраз, что пусть его глупый еще не ученик снова начинает учиться, как положено, не то опять окажется не готов.

— А почему ты не использовал истребитель с искин-пилотом, когда сражался в Кейраде, — спросил полковник, с разрешения юноши скачавший с его импланта информацию о случившемся за последние дни. — У тебя же он был в поясе путешественника. Запустил бы, и гархийское войско вместе с жрецами и шаманами было бы растерто в пыль на подходе без всяких усилий с твоей стороны. Или пояс в этом мире не открывался?

— Не открывался, — поспешил соврать Артем, со стыдом понимая, что с момента попадания на Илтан ни разу не вспомнил о поясе и всем, что было в него складировано, а складировали туда немало всего, его старались подготовить к любой ситуации и загрузили все свободное пространство.

Карл Генрихович по его виду явно понял, что ему врут, но ничего не сказал, только вздохнул и укоризненно покачал головой. Потом переглянулся с Керианом, но тот тоже только руками развел, словно говоря: «Ну вот такой он! Ничего не поделаешь...»

Вскоре в круглом зале появились воительницы, за которыми посылали, и средняя принцесса, она было одета довольно легко, только в шитую серебром тунику до колен, похоже, ее подняли с постели, поскольку девушка выглядела сонной и очень недовольной. Они тяжело дышали, видимо, бежали всю дорогу. Леадора подошла к дочери, отвела в сторонку и принялась ей что-то экспрессивно объяснять. Глаза Эриады полезли на лоб, она, явно пребывая в ужасе, прикрыла рот ладошкой и испуганно уставилась на Артема, подошедшего к воительницам.

Стоило Эссе и Кеате узнать, что их отпускают со службы, а так полюбившийся им молодой мастер зовет их в свой клан, как они тут же радостно согласились. Карл Генрихович с веселым изумлением смотрел на симпатичную девушку, рост которой превышал его собственный сантиметров на десять. Полковник никогда не видел женщин такого размера! При этом она однозначно была хорошо тренирована, поскольку двигалась, как сытая кошка, буквально перетекая с места на место. Удивительно, что она ухитрилась понравиться не слишком высокому Артему, она для парня слишком велика. Но это, впрочем, не его дело.

Из шентарок согласились только две, Исана и Эсса, Дарина отказалась, сказав, что у нее в городе старая мама, за которой надо ухаживать. А вот принцессу правительнице Шентара пришлось уговаривать долго, та и плакала, и просила, однако ни слезы, ни просьбы никакого влияния на Леадору не оказали. Отказываться от вхождения кого-то ее крови в Клан Авари она не собиралась, это может дать очень многое, и вскоре добилась своего. Эриана уныло согласилась, пребывая в полной растерянности — никак не рассчитывала, что ее с утра пораньше вышвырнут из родного дома хорошим пинком.

Клятву девушки принесли под наблюдением Кериана, после чего тот переправил их на корабль. Артем попрощался с Тиатой, пообещав ей, что как только изучит карту Илтана, доставит ее домой вместе со всем караваном, чтобы не тратить на дорогу целых две декады.

— Ну вот, наконец-то дома! — радостно улыбнулся юноша, оказавшись в рубке «Петрограда» и заняв свое капитанское кресло.

Вскоре он через домен вернется в Дом Призраков, а корабль по требованию Кериана и остальных бродяг, останется здесь, чтобы исследовать Семь Сестер, ведь когда к ним присоединилась восьмая планета, доступ к ним открылся.

Артем откинулся на спинку кресла и широко улыбнулся. Что бы ни было, но сейчас он дома. Надо только выяснить, кто из девушек сейчас на корабле, и уединиться с ними в своей каюте.

А дальше будь, что будет!

Эпилог

Шестой с интересом наблюдал за трепыханиями мальчишки. Дурачок еще не подозревает, что последствия первого «экзамена» будут очень велики. Ничего, вскоре поймет. Вряд ли разберется, где там собака порылась, но основу поймет. Очень хорошо, что теперь ему придется отвечать за целую планету, может хоть это заставит разгильдяя хоть иногда думать, а потом только делать. А то бросается в омут с головой каждый раз. Жаль, не от Шестого зависит, куда его сунут в следующий раз, есть несколько великолепных закутков, где бы мальчишке хорошо досталось, зато многому бы научился. А ведь во второй раз ему так быстро не справиться, как в первый, не получится. Надо же, за каких-то восемь дней все разгреб. Ну, не все, конечно, в этом затхлом мирке столько проблем, что еще разгребать и разгребать, но основу исправил.

Надо же, на этом Элтане созревал очередной «сверх», и никому и в голову не пришло проверить, что там за Карс такой завелся. Надо будет спровоцировать тщательную проверку всех недавно возникших в зоне досягаемости богов и божков, чтобы еще одну тварь не упустить. А то они они слишком быстро плодиться начали, надо проредить.

Полуорк по мельтешению энергетических потоков возле своего пока еще не ученика видел, что до следующего переноса тому совсем недолго, максимум одна, ну может, две декады. Вряд ли больше. А до того мальчишке предстоит то еще веселье. Ведь с посольством Заповедного леса к нему прибыли не только эльфийки, вампирши, дварфы, нимфы и дриады, но и две цверги. А это уже серьезно. Эти две его насухо выдоят, причем во всех смыслах, сам Шестой предпочел бы с женщинами цвергов и сейчас не сталкиваться, доводилось несколько раз. Больше такой радости он себе не хотел. А вот мальчишке на пользу пойдет, цверги хорошо умеют таких разгильдяев уму-разуму учить.

Шестой невесело хохотнул и поудобнее устроился в волнах эфира, снова расширившись до трех тысяч световых лет и шестидесяти четырех вселенных. Будет интересно понаблюдать за трепыханиями мальчишки. Если сумеет не позволить цвергам себя окрутить, то можно будет и подсказать чего.

Ну, а на нет — и суда нет.

Санкт-Петербург,

Июль-октябрь, 2022 г.

Nota bene

Опубликовано Telegram-каналом «Цокольный этаж», на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет:

Призраки дальних дорог

Content

Призраки дальних дорог

Пролог

Глава I

Глава II

Глава III

Глава IV

Глава V

Глава VI

Глава VII

Глава VIII

Глава IX

Глава X

Глава XI

Глава XII

Глава XIII

Глава XIV

Глава XV

Глава XVI

Глава XVII

Глава XVIII

Глава XIX

Глава XX

Глава XXI

Глава XXII

Глава XXIII

Глава XXIV

Эпилог

Nota bene