Андрей Борщёв

Плюс бесконечность

Dum spiro, spero.

Пока дышу — надеюсь.

«Скорбные элегии» Публий Овидий Назон (43 до н. э. - 18 н. э.)

Cogito, ergo sum

Я мыслю, следовательно, я существую

Рене Декарт

«…не имеет значение, воспользуется ли гражданин цифровым продолжением жизни или нет, это его личное право, однако никто не имеет права изначально лишить его этой возможности…»

Конституция России ст. 12 В ред. 2180 г.

Пролог

«Вояджер» — космический аппарат, запущенный в 77-м году двадцатого века стал мировым достоянием и включен в туристические маршруты, начиная с 2153 года, несмотря на то, что до сих пор продолжает свое путешествие в уже изученные глубины космоса.

Со времени первого полета человека в космос прошло уже более трех столетий. Люди остались людьми, и жизнь в её общем понятии сохранилась от начала — рождения, и до конца — смерти, однако изменилось все остальное. Сама суть — её течение перевернулось. Технократическая реальность принесла новые понятия конца и начала, теперь многие не рождались, потому что не умирали. Технологии сохранения сознания не были доступны всем, но возможность его оцифровки и помещения на соответствующий физический носитель, в глобальную сеть или иное тело теперь имела место быть. Философия вечной жизни разрывала привычные грани, душа переставала быть душой, теперь в примитиве она была уникальным набором нулей и единиц… включающим всю сознательную жизнь индивидуума в его физическом воплощении: поступки, впечатления, воспоминания, мотивацию, привычки, моральные устои. Возможность сохранения сознания была установлена на государственном уровне и прописана в конституциях каждой из стран Земли. Это стало реальным, а скорее побочным явлением более раннего изобретения — органических чипов гиперпамяти, которые теперь в обязательном порядке устанавливались всем новорожденным и впитывали в себя всё, чем жил человек, а после его кончины делали его бессмертным, воплощая сознание в цифровом мире. Общественная идеология имела много различных направлений, которые все вращались вокруг одной оси — кибербессмертия. Были и активные сторонники, которые пошли по обычному пути, основав новые ветви религии — «Второе рождение», «Перерождение», были и противники, удаляющие чипы, бунтующие, религиозные фанатики старого толка. Основная масса населения Земли просто жила и многие уже не так боялись смерти как их предки.

ЧАСТЬ I

1

Утро двадцатого апреля 2321 года в мегаполисе Москва началось как обычно. Черные облака медленно отошли, и за бледно-розовой дымкой показался диск негаснущего солнца. Город уже давно не спал. Точнее он не спал никогда.

Мусоросборщики по очереди заезжали в перерабатывающий завод, где опустошали свои контейнеры. Они как большие навозные жуки длинной очередью закатывали в свое гнездо всевозможные отходы города. Оставив машины в ангаре, водители расходились по домам. Все кроме 317 экипажа. Среди собранного ими мусора — детектор обнаружил биологические останки мужчины и женщины…

2

Поврежденный спасательный бот медленно менял траекторию полёта. На опаленном корпусе едва читалась надпись «Грозный», свидетельствующая о принадлежности к погибшему крейсеру. Дрейф заканчивался, бот вошёл в гравитационное поле голубой звезды. Расстояние между объектами постепенно сокращалось, а скорость сближения увеличивалась. Бортовой компьютер ожил, начался расчет ситуации. Спустя минуту искусственный интеллект пришёл к выводу, что позиция критическая, в связи с чем было принято единственное для «железяки» правильное решение — пробудить человека и переложить ответственность решений на него. Легкие импульсы, температура тела повысилась, нормализовалось давление, человек сделал глубокий вдох и открыл глаза…

На дисплее статистика, которая дает ответ на первый вопрос пробудившегося — до критической точки сближения менее 45 минут. Вынужденной необходимостью является — нарушить радиомолчание и запросить по всем каналам помощь.

Пальцы забегали по панели приборов, через мгновение эфир на разных частотах нес сигнал бедствия в тишину бесконечности. Надеяться было лишней радостью, молодой десантник реально оценил обстановку: крайний космос, один спасся, времени нет, шансов тоже. Позавчера исполнилось 23 года, это было уже во сне. Бот несло к звезде, её величие отражалось синим огнём на обгоревшей обшивке. Он вздохнул, вспоминая погибших товарищей. Стало ясно, что пришёл и его черед…

Воспоминания — всё, что осталось у спасшегося десантника, они как ускоренная кинохроника пролетали в голове. Он был землянином, родителей не помнит, воспитывался в детском доме. Школа, учеба в академии, отчислен за драку со старшекурсниками, они были не правы, но поскольку их было трое, а он один, да еще остался стоять на ногах, когда нападавшие с переломами были доставлены в госпиталь, его отчислили. Дальше срочная служба в пехоте — учебка, распределен в 3-й эшелон Ставровского десанта под командованием легендарного полковника Ставро. Он всегда мечтал о космосе, но получилось пробиться только в десант. Затем несколько боевых высадок в разных точках галактики, где силы земной периферии устанавливали свои законные права. И последний бой, а точнее попытка высадиться на 3-ю планету Сиу, где при отстыковке от транспортного корабля десантные капсулы были расстреляны неизвестными истребителями. Всё что удалось сделать это катапультироваться в челноке и, маневрируя выйти из-под обстрела. Он точно уже не помнит, как ему это удалось, но на его глазах часть флота сил периферии была уничтожена, а другая часть отступила.

Сжав руками подлокотники до боли в костяшках терпящий бедствие мысленно взывал к единому информационному полю с последней надеждой на спасение. Он знал, что Бог или Боги в которых верят практически все мыслящие формы жизни в галактике, независимо от уровня развитости находятся в едином информационном поле, поэтому он истово кричал моля о спасении, не зная конкретно к кому обратиться.

На приборной доске предательски спокойная система вывода данных отсчитывала в обратном порядке время до столкновения.

— Я мог умереть уже несколько десятков раз — подумал десантник — Я мог умереть в бою, на учениях, мог стать героем, мог числиться в пропавших без вести, но это не поменяло ровным счетом бы ничего, я ушел бы туда, откуда не возвращаются и обо мне забыли, разве что какая-нибудь строчка в отчете говорила о том, что боевые потери составили n-ую часть личного состава и моя жизнь была вписана в эти сухие строки. Все.

— Уже хоронишь себя? — услышал в своей голове младший сержант. Это как будто говорил он сам себе, но что-то подсказывало, что это не он.

— Нельзя отчаиваться даже перед лицом неминуемой гибели — сказал десантник сам себе и вновь поймал себя на мысли, что разговаривает сам с собой от другого лица. Как будто чужое сознание проникло в него, но не выдавая себя говорит с ним его же голосом. Это было похоже на сумасшествие и от этого становилось жутко.

— Я схожу с ума — сказал он вслух и осекся на полуслове.

— Возможно, ты только начинаешь правильно мыслить.

— Да пошёл ты — заорал десантник — пошли вы все кто засунул меня в эту форму, в эту коробку, я сдохну и никто не вспомнит. Молодой десантник поддался приступу паники и забил по панели кулаками.

— Это не правда — спокойно прозвучало в голове.

— Правда и не надо мне лгать…

— Остановите экзамен — тихо сказал голос в голове.

— Какой ещё экзамен? — вслух произнес тестируемый и с удивлением обнаружил, что сидит в кресле в центре светлой комнаты перед аудиторией, которая катается со смеху. К нему подошел профессор Плеханов — грузный мужчина с блестящей лысиной и тихо сказал:

— Оценка неудовлетворительно, вы эмоционально нестабильны юноша, к сожалению, вам не служить в звездных войсках.

В этот момент он все понял — один из основных экзаменов звездной академии — проводился в искусственной реальности с созданной критической обстановкой, и он провалился. Немея, он встал с кресла, яркий свет слепил. Он — Злобин Владимир Евгеньевич — провалился. Теперь его возьмут только в тех. обслугу, нет, только не так — с сожалением думал Злобин.

— Профессор?! — не обращая на ревущую аудиторию попытался что-то возразить Владимир.

— Зайдете ко мне после того как я закончу — не оборачиваясь ответил Плеханов. Совершенно раздавленный Злобин вышел.

3

Через два часа в своем кабинете его принял профессор. Он отошел от окна, присел в кресло и как можно более мягко произнес:

— Вы сами согласились, когда поступали к нам, молодой человек. Кроме того этот экзамен проходят не более 22 процентов испытуемых, к сожалению, вы не в их числе.

— Но профессор, это моя жизнь, что я буду делать?

— Я не хочу давать вам не нужных советов, вы ещё молоды и жизнь сама найдет вас, наверное, так должно было произойти. Профессор на секунду задумался и продолжил:

— Конечно жаль, на протяжении учебы вы показывали хорошие результаты и не применить их было бы преступлением.

Владимир, сидевший в это время в удобном кресле, чувствовал себя словно смертник на электрическом стуле в ожидании казни, но все еще питал надежду. Его молодые амбиции усмиряли приступы гордости. Его подмывало встать и, хлопнув дверью уйти, но он сидел и слушал старого профессора.

— В вас чувствуется энергия и в хорошем смысле вы тщеславны. Вам не нужны деньги, вам не нужна значимость и благодарность, вам нужно сознание полезности и необходимости. Я думаю ваша стезя спасать или наставлять на путь истинный. Сопоставив ваши личностные характеристики и полученные у нас знания, могу объективно сказать, что из вас получиться хороший каппелан или, может, детектив криминальной полиции…

4

Вдруг неожиданно на столе у профессора зазвонил телефон, да так громко, что Злобин открыл глаза и проснулся.

— Детектив криминальной полиции… — повторил он слова профессора из сна, которые тот действительно произнес чуть более шести лет назад — да дед, ты уж угадал, так угадал.

Коммуникатор продолжал трезвонить. Владимир протер глаза и взяв коммуникатор на наручном браслете с тумбочки у кровати ответил:

— Да, Злобин слушает…

Уже через 5 минут капитан криминальной полиции Владимир Злобин ехал по утренней Москве, машина шла на автопилоте. Он вчера убрал режим автоматического контроля прозрачности стекол и, солнце приятно грело, напоминая о том, что тьма отступает. По дороге гипнотизируясь мелькающим пейзажем, Владимир предался воспоминаниям, навеянными сном. Звездная академия — как это было давно, что казалось не правдой. Если бы не провал на экзамене где сейчас он был? В звездном десанте? В открытом космосе среди обломков космического мусора? Кто знает. Взглянув в свое отражение в боковом стекле, Владимир не сразу узнал себя. На него смотрел мужчина, с высоким умным лбом, темно-зелеными глазами, излучающими какой-то внутренний свет, короткие темные волосы и эта вечная ухмылка — казалось, он смеется над миром, думая о чем-то своем. Кто ты? — подумал Владимир, созерцая себя — 29 лет, без ответа.

Оторвавшись от размышлений, Злобин соединился со своим новым напарником — Симоновым Артуром, который как выяснилось, уже находился на перерабатывающем заводе, так как ночью не спал.

— Ну что там, криминал? — не надеясь услышать отрицательного ответа, спросил Владимир.

— Да, двое расчлененных, мужчина и женщина — торопливо отвечал напарник.

— Личности установили?

— Ещё нет, эксперты как раз пазл собирать заканчивают, думаю в течении получаса…

— Что-нибудь есть примечательное?

— Ага, головы разбиты, чипы гиперпамяти отсутствуют, имущество не тронуто. То, как именно они погибли установить теперь практически не возможно.

— Привык ты там у себя в нолики и крестики играть, а от нормальной оперативной работы далек, работать будем, все и без чипов установим — строго заметил Владимир.

— В нолики и единички играли, двоичная система исчисления — не смущаясь, поправил Симонов, который всего третью неделю работал со Злобиным.

Капитан отключил связь и перешел на ручное управление. Его машина со значительным превышением скорости мчалась, обгоняя попутный транспорт. До завода оставалось совсем немного. Промышленная зона, отделенная от мегаполиса условным озеленением, создавала впечатление загородного пейзажа, пока ни минуя её открывался совершенно другой вид. 25 миллионный город изрыгал за сутки такое количество дерьма, что переварить его мог только этот монстр — 4-х километровое здание с бесчисленным количеством труб и помещений, поглощало тысячи тонн промышленного и бытового мусора, выпуская около сотни наименований продукции, начиная от детского питания и заканчивая составными частями ядерного щита страны.

5

Два трупа лежали на улице собранные по частям на черном полиэтиленовом пакете. Вокруг толпились эксперты и другие служащие внутренних дел. Артур беседовал чуть поодаль с одним из членов экипажа 317. Симонов — не был похож на типичного сетевика, скорее он был исключением подтверждающим правило — высокий, хорошо сложенный молодой человек с открытым взглядом, немного небрежной прической и богатой мимикой.

— Какой у вас маршрут? — спросил он молодого парня в грязной робе, которая была на размер больше её обладателя.

— С 211 по 300-й километр 3-го кольца МКАДа. Забираем мусор с шести промышленных объектов и у жилых домов с обычных баков… — парень говорил запинаясь, видно, что был сильно напуган.

— Ты успокойся и не торопись. Скажи-ка, когда вы собирали отходы, вы действовали вручную или с помощью автоматического погрузчика? — спокойно спросил Артур.

— Иногда выходили, потому что не всегда мусор находился в контейнерах — ответил парень.

— Ты можешь предположить, где именно вы зацепили наших «друзей»? — спросил Симонов, не отрывая от блокнота глаз, указал карандашом на трупы.

— Точно не знаю, мы проезжали несколько заправок, мебельную фабрику, дальше был жилой сектор — перечислял на пальцах мусорщик.

— Мебельная фабрика, говоришь — переспросил Артур присев возле останков на корточки. Он аккуратно карандашом поддел один из полиэтиленовых пакетов, в который, судя по расположению относительно других частей тела, была завернута правая рука мужчины. На перевернутом пакете прилипла деревянная крошка. Проделав аналогичные операции с несколькими частями трупов, Симонов довольный вернулся к своему респонденту:

— Вспомни, где забирали мусор до мебельной фабрики?

— На заправочной станции — ответил парнишка и быстро смекнув ход мыслей детектива, затороторил — Их обнаружили примерно в середине бокса нашего погрузчика, значит, мы подобрали их примерно на середине пути. То есть между 250-м и 260-м километром 3-го кольца. Так как погрузка отходов у нас осуществляется вертикально, то следующей после них могла быть только мебельная фабрика, где мы получили изрядную порцию деревянной крошки. Я видел, что их части были упакованы в мусорные пакеты, к которым сверху и налипла эта самая крошка. Получается, что мы загрузили их перед остановкой на мебельной фабрике, а именно с мусорных контейнеров возле заправочной станции «ТрансОил».

— Молодец — подытожил Артур.

— Ага — улыбнулся парень.

— Я молодец — уточнил Артур, легонько постукав себе в грудь карандашом.

— Товарищ капитан — узнав по коренастой спине Злобина — у нас тут место вырисовывается. Симонов сел к себе в машину, к нему сел Злобин.

— Родная! — скомандовал Симонов машине.

— Да, капитан — мягким женским голосом ответила «Каста».

— На дисплей карту Москвы, 3-е кольцо МКАДА с 250-го по 260-й километры все автозаправки — четко проговаривая слова, командовал Артур.

На лобовом стекле машины с внутренней стороны загорелась карта Москвы, затем появился выбранный участок, где горящими точками были выделены заправочные станции, среди которых была «ТрансОил», расположенная на 257-м километре. Пока шёл этот процесс, Злобин наклонился к уху Артура и шёпотом, как будто стараясь скрыть от «Родной» свой вопрос, спросил у Симонова:

— Скажи, дружище, почему «Родная»?

— Родная? — нарочито громко переспросил Артур.

— Да, капитан — проникновенно отозвалась машина.

— Почему «Родная»? — повторил для машины вопрос Злобина Симонов.

— Потому что, самая близкая и дорогая, капитан.

— Ну, ты и чудак, Симонов, вбил ей в программу даже это, а она тебе случайно к жене не ревнует? — злорадно спросил Злобин.

— Нет, капитан — спокойно ответила Злобину машина — во-первых Симонов не женат, во-вторых у нас исключительно деловые отношения.

— Так же всё-таки к тебе обращаться? — не унимался Владимир.

— Как угодно, капитан, можно — Кибер-Абиогенный СпецТранспорт Класса А — Каста, или просто «Родная».

— Годится, давай на заправку.

Прибыв через 15 минут на место, Злобин и Симонов вышли из автомобиля. Мусорный контейнер, как и предполагалось, оказался практически пустым и стоял позади здания АЗС со стороны промышленной зоны, частично огражденной забором. Камер наружного наблюдения с этой стороны не было. Зато возле контейнера спал бомж. Он как подарок для сыщика разлегся посреди какого-то хлама, который, по всей видимости, извлек перед этим из контейнера. В руке у бездомного была початая бутылка неподдающегося классификации напитка, он зычно храпел. Владимир, предоставил Артуру честь разбудить бродягу.

— Доброе утро! — недовольно прокричал Симонов.

Бомж медленно перевалился на другой бок и отвернулся.

— И спокойной ночи — сам себе ответил Артур.

— А ну просыпайся, пора завтракать — Артур потеребил бродягу за плечо. Тот пробурчал что-то невразумительное, открыл глаза и медленно сел.

— Здрасте — просипел мужик — Вы кто будите?

— Мы, батя, из криминальной полиции — присев на корточки, ответил Владимир — А ты кто?

— Леонидыч — назвал мужчина своё отчество и сразу поправился — Храмов Петр Леонидович.

— Хорошо, господин Храмов, вы давно тут спите?

— А сегодня какое число? — серьезно спросил Леонидович.

— Хороший вопрос — хохотнул Артур.

Злобин сосканировал антропометрические данные бродяги беспардонно ткнув ему под нос коммуникатор и убедившись, что тот назвался правильно оставил его для беседы Симонову.

Из беглого опроса «осколка русской интеллигенции» стало ясно, что он не может ответить не на один интересующий вопрос, так как уже несколько дней в глубоком запое. Проживает он неподалеку от заправки в заброшенной бойлерной. Бродяга был из тех немногих, у кого еще не было чипов гиперпамяти, поэтому можно было полагаться только на его естественную память, которая, к сожалению, была уже несколько лет в плотном тумане алкоголя.

— Ну что ж, господин Храмов — официальным тоном обратился к нему Артур, убедившийся в его бесполезности как свидетеля, вам необходимо оказать содействие правоохранительным органам.

— Да, да, конечно — с готовностью ответил Леонидович.

— Вам поручена ответственная задача по вывалке содержимого контейнера.

Пока бомж вытаскивал остатки мусора на землю, Злобин опрашивал работников заправки, из разговора с которыми выяснил о мотеле расположенном на 1-ом подземном уровне АЗС. Симонову «Каста» сбросила сообщение из бюро по установлению личностей трупов с данными утренних жертв и прижизненными фотографиями.

— Проверить по оперативным учетам — связался с «Кастой» Артур. «Родная» отреагировала немедленно:

— Данные поступили: мужчина — Слизько Виктор Юрьевич, 2290 года рождения, прописан в Москве, разведен, детей нет, работал финансовым аудитором в фирме «Саймон Ком», компрометирующих материалов в ходе проверки не выявлено, было административное задержания за участие в митинге протеста 2325 года, на лицо зарегистрирован автомобиль «ГАЗ» 31712 белого цвета, государственный номер У 712 ВА 799 регион. Женщина: Прокопенко Светлана Александровна, 2299 года рождения, уроженка Киевского федерального округа, по Москве и области не прописана, имела ряд приводов в полицию, по имеющимся данным занималась проституцией. Конец сообщения — отрапортовала «Каста».

— Проследить коммуникаторы потерпевших на предмет перемещения в сети, составить маршрут и детализировать звонки, автомобиль по камерам наружного наблюдения города — скомандовал Симонов.

Спустившись вдвоем под землю через автомобильный съезд, Симонов и Злобин оказались на большой подземной стоянке перед мотелем «Лунный». Пройдя между машинами, они нашли белую «Волгу».

— Заперта — подергав двери — сказал Злобин. Наверное, ночевали в мотеле.

В холе мотеля сидела молодая девушка, внешне вполне соответствующая окружающей обстановке. Её яркая и неловко наложенная косметика выдавала неопытную молодость.

— Доброго вам утра — поздоровался Владимир.

— Привет — ответила девушка.

— Оксана — обратился к ней Артур, который уже успел приметить её имя на табличке, висевшей на груди — нам с другом нужен номерок на пару часиков… — и подмигнув Злобину, так, чтобы она это заметила, манерно продолжил — но мы не хотим, отмечать своё пребывания у вас официально…

— Ну, заполните эти формы — давно привыкшая к подобного рода просьбам ответила девушка и протянула анкеты — фамилии можете указать любые.

Взяв бумаги, Злобин с улыбкой достал удостоверение личности офицера криминальной полиции и протянул девушке. Она, пойманная на месте, растерялась и захлопав глазками глупо уставилась на лжегомосексуалистов.

— Нам необходимы сведения о ваших постояльцах, возможно не внесенных в гостевую книгу — нарушив паузу, произнёс Симонов и спроектировал изображение прижизненных фотографий погибших из своего наручного коммуникатора. Она мельком глянув на галограмные фотографии, взяла копию магнитной карты и протянув её Артуру, назвала номер апартаментов.

— Но они ещё не выехали — вдогонку офицерам крикнула девушка.

— Спасибо, мы в курсе — пробурчал Злобин.

Дверь в номер 32 была заперта, Злобин жестом показал Симонову, чтобы он открыл, а сам достал пистолет, и тихо отодвинув затвор, дослал патрон в патронник. Замок тихо щелкнул и дверь автоматически поддалась. Симонов пропустил Злобина вперед и зашел за ним.

6

Из кабинета Меркулова открывался самый лучший вид в городе. Его офис располагался на последнем этаже небоскреба-конуса и не имел стен, вместо них было одно большое окно, тянувшееся по кругу и создавая бесподобный эффект открытого пространства. Помещение было обставлено в традициях минитивизма: большой прозрачный стол хозяина, стоявший на подиуме на несколько ступенек выше основной площади пола, высокое кресло, однотонное бледное свечение потолка. Ни шкафов, ни стульев для гостей, никакой офисной составляющей. Кабинет был пуст. Тихо зашумел механизм, в центре пола: отодвинулась круглая панель и в кабинет в прозрачной кабине лифта поднялся хозяин здания. Он вышел и лифт опустившись в пол не оставил о себе даже напоминания. Борис Петрович Меркулов к своим сорока годам выглядел несколько моложе, только пробившаяся седина на висках выдавала возраст. Его глубокий проницательный взгляд говорил о натуре властной, привыкшей к ответственности. Около 20 лет назад он был никому неизвестным предпринимателем, не имеющим даже высшего образования. Спустя годы о нем заговорили как о гении биржевой игры, именно там он заработал стартовый капитал, искусно используя информаторов покупая и продавая не только виртуальные товары. Затем был ряд выигрышных вложений, слияний и поглощений компаний. Человек действия, ярый сторонник новаторства вложил большую часть своего капитала в исследовательские проекты по новым источникам энергии, в следствии чего стал вскоре монополистом в этой сфере и по версии бессмертного журнала «Форбс» входил в десятку самых богатых людей мира.

Сейчас его мысли были заняты новым для него детищем — сетью каналов интерактивного телевидения. Проект продвигался весьма успешно и обещал хорошие дивиденды, ни сколько в виде денег, сколько общественного мнения, формирование которого по заданной программе входил в приоритетную задачу медиамагната.

— Три сообщения, одно с пометкой срочно — сообщил Меркулову деловой мужской голос личного секретаря — Транслировать по важности или хронологии поступления?

— По важности — спокойно ответил Меркулов, сев в кресло. Помещение кабинета медленно двинулось по часовой стрелке, ориентируясь на солнце, оказавшееся за спиной хозяина.

В центре комнаты появилось галаграмное изображение главного распорядителя — Стойкой Нины. Она была в строгом деловом костюме. Её голос с жесткими нотками и манера давить на ключевые слова накладывали отпечаток времени на молодое и привлекательное тело, в котором находилось её 82 летнее сознание.

— Получены исходные материалы, начинаем обработку. Время 3 часа, в эфир к 15-ти. Желаете ознакомиться лично? — в привычной манере докладывала Нина.

— Хорошо, источник заработал — ответил начальник — к полудню буду у вас, подготовьте несколько рабочих версий.

— Исполняю — произнесла распорядитель и отключилась.

7

Комната гостиничного номера оказалось небольших размеров, посреди стояла двуспальная кровать. У изголовья две квадратные тумбочки. Номер был пуст.

— Пойду вниз, узнаю о входящих и исходящих звонках — сказал Владимир и убрав пистолет и вышел из номера.

Артур еще раз обошёл комнату. Заглянул под кровать. Никаких признаков присутствия жертв не находилось. Симонов задумался и присел на край кровати. Как тут же резко подскочил от внезапно сработавшего проектора, выдавшего на стену напротив рекламный ролик сети мотелей «Лунный».

— Чертова хрень! — непроизвольно вырвалось у детектива.

Они встретились у входа в мотель, Артур засунул в рот палочку нервного статика и начал размышлять в слух:

— Значит, он снял себе на ночь девчонку, они вместе приехали в отель, он оставил машину на стоянке, оплатили номер, зашли в него и через три часа их забирает мусоровоз в «разобранном» виде от автозаправки. Из отеля они не выходили, точнее, как утверждает девчонка, в отель никто за это время не входил и не выходил, она в этом уверена. Из номера не звонили.

— Пока не стыкуется, сейчас подъедет группа экспертов, посмотрим по следам, может, что-то проясниться — проконстатировал Злобин — и вообще кончай со статиками, ты же по дороге две уже высосал.

— Так не запрещены же.

— Сигареты тоже долго не запрещали, пока не одумались, а сколько народу за это время повымерло — справедливо заметил Владимир.

Он остался в подземном гараже, а Артур поднялся к АЗС. Уже окончательно расцвело и Симонов смог оглядеть окрестности. Его взору предстало искусственное озеро, расположенное за заправкой. Когда они подъезжали его не было видно. Несколько, по всей видимости, заядлых рыбаков уже терзали удачу, забросив удочки в воду. Озеро было небольшого диаметра и рыбаки спокойно разговаривали, находясь на разных сторонах водоема. Артур решил прогуляться у воды и пошел мимо заправки. Вдруг его окликнул ранее разбуженный бездомный.

— А, господин Храмов, ну что, нашли что-нибудь?

Филолог по образованию, спившийся из-за неудачной женитьбы, господин Храмов был искренне доволен подобным обращением властей и исполнил просьбу с достойным дифирамбов рвением. Он вывалил на асфальт всё оставшееся содержимое контейнера, аккуратно рассортировал по наименованиям мусор, но одной находкой он гордился особенно, и, подозвав детектива поближе, указал на неё грязным пальцем:

— Вот!

На асфальте перед Артуром лежала красная лакированная женская сумочка.

— Внутри смотрел? — строго спросил он бомжа.

— Не-ет — протяжно ответил тот и отвел в сторону глаза.

— А ну-ка, верни награбленное — протянув руку, строго приказал Артур.

Бродяга виновато поежился и достал из засаленного кармана три купюры, достоинством по 100 рублей каждая.

— Всё, всё давай — не убирая руку, продолжал требовать Артур.

— Ну, я это, для своей мадам хотел, оставить — отдавая бутылек дешевого парфюма, запинаясь, пробурчал господин Храмов.

Симонов присел на колени, обработал руки спецраствором, позволяющим не оставлять отпечатки пальцев на следоотоброжающих объектах, расстегнул сумочку и вывалил содержимое на пол. В сумке, как и у большинства женщин, было все необходимое и для любого момента жизни. Одноразовые маски для моментального накладывания макияжа, упаковка прокладок, огромное количество презервативов и даже зубная щётка, приспособленная, по всей видимости, для подвода ресниц тушью. Среди разного барахла Симонов нашел красный лакированный кошелек, в котором в свернутом состоянии обнаружил копию идентификационной карточки на имя Прокопенко Светланы. Находка ещё раз подтверждала её профессию, поскольку сутенеры во избежание побегов своих подопечных зачастую отбирали у них оригиналы документов. На потертой копии был написан номер телефона и имя — «Игорек».

— А вот и хозяин — вслух произнес Симонов.

— Что-что — переспросил бродяга, виновато стоящий за Симоновым.

— Вот не возьму в голову как тут оказалась эта сумка, и почему её не отгрузили с телами мусоросборщики, не могли же они забрать часть контейнера, а часть оставить. Стало быть, сумку выкинули позже — обратился к проворовавшемуся собеседнику Артур.

— Не могу знать, ваше благородие — в старорусской манере ответил бывший филолог и со вздохом опустил руки.

Симонов связался с «Кастой»:

— Родная, определи соты телесетей в моем местоположении, сделай выборку находящихся в ней всех видов средств связи на период с 3 до 6 утра.

От отеля поднялся Злобин. Симонов показал ему на сумку и доложил о новых обстоятельствах.

— Значит, придется разделиться, эксперты подъехали, ты останешься-доведешь им места и цели работы, как закончишь — проработаешь сети и маршруты, заедешь к её хозяину — заберешь под предлогом опознания, а я пока к шефам на доклад, — определился Злобин.

— Встретимся в управе.

8

Злобин уехал, а Симонов усевшись в «Касту» принялся за анализ. Как следовало из камер наблюдения и динамики коммуникатора погибшего он в 23 часа прошлых суток выехал от работы, затем до 2-х ночи находился в ночном клубе «Эйфо» в центре города, после останавливался на 10 минут на Тверской. Далее его коммуникатор начал двигаться по городу одновременно с коммуникатором погибшей. В 4:42 оба отключились. Произошло это в районе мотеля «Лунный». Подъехавшие эксперты отвлекли Симонова от размышлений. Старший группы — Власов Андрей — ростом около 2-х метров, согнувшись, постучал в боковое стекло «Касты» и обратился к водителю:

— Группа прибыла, Артур Матвеевич, огласите фронт работы, пожалуйста.

Артур вышел из машины и повел за собой группу, по дороге объясняя ситуацию.

— Рад, что прислали самого высокого эксперта Северо-запада России — обратился он к Андрею. Манера держаться у того всегда была подчеркнуто вежливая, крайне интеллигентная, но к сожалению людям в большинстве случаев казалось, что он смотрит на них сверху вниз, и не только из-за своего большого роста. Тем не менее, с общительными и неглупыми людьми, например как Артур, он сходился быстро.

— Начальство решило меня на оперативный простор выпустить. В сети держать, наверное уже боятся — сказал детектив.

— Да уж, а сколько езжу по этим оперативным просторам, столько прошу свое начальство заменить мобильную экс. лабораторию на более просторную. Но до сих пор безрезультатно, а вот мои «бесконечности» — указав на длинные ноги продолжал эксперт — отказываются транспортироваться в машине предназначенной для среднестатистических китайцев. Оба рассмеявшись, зашли в помещение мотеля.

— Свяжись со мной по результату — попросил Артур Власова — Труба зовет и мчатся надо мне — прощаясь, напел Симонов.

9

Злобин зашел к себе в кабинет, который теперь делил с напарником. Пришлось немного потесниться, поскольку Артур притащил с собой уйму всяческой аппаратуры, о предназначении которой Владимир мог только догадываться. Но даже это обстоятельство, временами очень раздражительному Злобину не портило настроение, он уже отметил, что с Симоновым ему работается вполне нормально. Из непродолжительного знакомства он сделал вывод, что Артур сам не любил быть обузой, поэтому в период своей адаптации на несколько новом для себя поприще работал с утроенной энергией, а его высокая квалификация в сфере цифровых технологий только добавляла плюсов.

На стене засветился информационный экран. Злобин начал читать череду набежавших со вчерашнего дня сообщений. Отдел сохранения слал для Симонова последнее предупреждение — до подачи рапорта на отстранении от оперативной работы оставалось три дня. Дешифровка гиперчипа погибшего при задержании преступника готова, возможно ознакомление с данными — сообщал отдел восстановления памяти, несколько отчетов по вскрытиям трупов из морга и общегородская сводка совершенных за сутки преступлений завершали информационный ряд. Инстинктивно проведя параллели по возможной связи зарегистрированных происшествий с ночным убийством и не найдя ничего общего Злобин запросил данные утренних жертв и принялся за анализ их связей. Шеф должен был подъехать, как обычно, к 7:30 на совещание, которое будет в конферец-режиме, и затянется на час. Поэтому не торопясь Владимир пил кофе и читал с экрана информацию, собранную системой.

10

Каста набирала скорость по автостраде. За окном мелькали попутные машины. Блеск металла и пластика отражал голубое небо, заставляя течь по округлым корпусам вытянувшиеся облака статичного небосвода.

— Родная — обратился к машине Симонов.

— Да, капитан.

— Определи местонахождение абонента номер — 89378-176498 — медленно по цифрам продиктовал Артур телефон сутенера Игоря.

— Район старого города, ул. Щедрина, далее по месту сориентирую, ввиду последних изменений и завалов на улицах. Сейчас запрашиваю свежие данные спутников.

— Почему-то я другого и не ожидал — расстроено констатировал Артур. Старый город был местом, уже давно ставшим для властей, мягко говоря, проблемным. Около 5 лет назад во время гражданских волнений именно там, тогда еще довольно престижном и комфортабельном районе Москвы, занимающим общую площадь более двадцати квадратных километров прикрываясь заложниками и похищенной ядерным зарядом окопались экстремисты. Они требовали смены действующего режима, и в этом их поддержала часть граждан, организовавших стихийный митинг. Власти подавили сопротивление довольно быстро и жестоко, полностью блокировав район и обстреляв его специальными бомбами с химическим составом, основой которого был засекреченный элемент U16. Экспериментальное на тот момент оружие, по словам военных, прошло обкатку в действии. Главный поражающий фактор, которого был подавление центральной нервной системы индивидуума, вызов большого количества блокад и как следствие длительной амнезии. Человек, подвергшийся действия вещества просто забывал кто он. Разработчики оружия ясно понимали, что лишить человека памяти, значит лишить его убеждений, целей, мотивации их достижения. И уже, не важно религиозный ли это фанатик, только и мечтающий умереть за своего бога или домохозяйка, пережарившая яичницу, после воздействия память стерта.

Митингующих частью задержали, остальных разогнали. После операции «Выжженная земля» район полностью вымер и оказался зараженным. Посчитали, что утилизация этой площади откладывается на 10 лет до естественного распада элемента. Много старых зданий, уходящих десятками этажей под землю не спасло восставших, зато позже по коммуникациям на изолированную зону стали проникать различные члены общества в большинстве своем отвергнутые, находящиеся в розыске, на пороге сумасшествия или давно уже перешедшие этот порог. Власти закрывали глаза на огороженный район, спокойно выжидая время. Исключения составляли лишь случаи прямых контактов при попытках прорваться или вырваться за охраняемый периметр.

Через 20 минут Симонов Артур стоял возле контрольно-пропускного пункта в старый город. Сержант — плечистый парень в черной униформе проверив данные Симонова по сосканированной сетчатке глаза отказался пропускать его в зону без подтверждения о снятии с себя ответственности. Симонов не споря выполнил процедуру протоколирования, сел в «Касту» и заехал за ворота старого города. Он понимал, что мероприятие — мягко говоря рискованное, но отступать не хотел.

— Капитан, свежих снимков нет, над районом смоговое облако, разрешите выпустить разведывательный зонд? — спросила «Каста».

— Разрешаю.

— Есть.

Спойлер «Касты» легко отскочил от корпуса автомобиля и бесшумно завращав тремя лопастями поднялся вверх, ориентируя машину по местности. Симонов проехал большой пустырь и направился между двух серых зданий вниз по улице.

— Я против, какого хрена ты туда один поперся! — заорал Злобин на Артура.

— Выполняю ваше указание, по доставке сутенера погибшей — парировал Симонов.

Артур решил доложить о своих перемещениях и уже пожалел об этом, потому, что пришлось оправдываться перед Владимиром.

— Ситуация в районе под контролем, если что Каста сообщить незамедлительно — Артур не хотел возвращаться и Злобин видя его целеустремленность уступил:

— Ладно, я на связи, только без глупостей.

— Никакой активности — вовремя доложила «Каста». Злобин услышал доклад и немного успокоившись, прервал связь.

Сумрак сгустился и стал постоянным спутником. Симонов видел картинку, транслирующуюся с беспилотного зонда — вымершие улицы, дырявые глазницы брошенных строений, сгоревшие остовы машин.

— Фиксирую показатели живого объекта — вдруг сообщила «Каста».

— Останови — приказал капитан и достав пистолет вышел на улицу. В куче какого-то хлама на обочине спиной к нему ковырялся обтрепанный мужик.

— Криминальная полиция, руки вверх — скомандовал детектив. Субъект замер от неожиданности и не оборачиваясь медленно поднял руки.

— Обернись — потребовал Артур. Мужчина распрямился, копошливо обернулся и уставился на детектива двумя угольками близко посаженных темных глазок.

— Кто ты? — спросил Артур.

— Кто он или я? — уточняющее переспросил неизвестный.

— Кто он? — не поняв повторил Симонов и сразу услышал ответ:

— Кавальски, живем здесь, вместе… — вещал скрипучий голос. Симонову показалась знакома фамилия и он, опустив пистолет, попытался повнимательнее его разглядеть. Кавальски — по-видимому, перенес несколько операций на мозге, это было видно по непроизвольно подергивающимся мышцам лица. Вживленное у левого виска устройство так же указывало на это. Грязная оборванная одежда свидетельствовала о жалком существовании, которое он влачил в богом забытом месте.

— Я пойду? — после непродолжительной паузы спросил новый знакомый.

— Иди — отпустив его Симонов не произвел даже обязательный процесс установления личности, сейчас перед ним стояли другие задачи. Кавальски схватив мешок, стоявший у его ног и быстро преодолев кучу, исчез из поля зрения. Артур, проводив его взглядом вернулся в «Касту» и поехал в заданном направлении.

Через некоторое время машина остановилась в торце трех этажного полуразрушенного корпуса, по всей видимости, бывшего здания здравоохранения.

— Сигнал искомого коммуникатора со второго этажа, правое крыло. Советую перед выходом надеть фильтры для дыхания. В воздухе имеется небольшая концентрация U16.

— Спасибо за заботу, «Родная», но мне это уже не навредит — на выходе сказал Артур. Он обошел машину сзади, открыл багажник и достал автоматическое оружие.

— Да ну и местечко, лет пять здесь не был, а как всё изменилось — подбадривая сам себя, говорил Симонов, шагая вокруг здания. Узнав улицу Артур вспомнил, как во время конфликта, он тогда еще будучи молодым практикантом, был привлечен для эвакуации мирных граждан из этого района. Память смешала воспоминания с реальностью и Артур, запрокинув голову уставился в затянутое смогом небо, лучи яркого солнца прошлого заставили его морщится. Внезапно на предельно низкой высоте с оглушительным ревом прошло боевое крыло. Послышались взрывы, зазвенело стекло. Артур побежал, за гражданскими, которых уже не надо было уговаривать. Газ, возгоняясь, повалил со всех сторон, Симонов, воспользовался респиратором, которым его предусмотрительно снабдили. Некоторых приходилось тащить. Люди, попав в облако, останавливались и впадали в состояние ступора. Бомбить начали на час раньше, и всех эвакуировать не удалось. У Симонова как тогда нестерпимо защипали глаза, он моргнул и вернулся в реальность. Поднявшись по ступенькам фасада и пройдя через чудом уцелевшие стеклянные двери, офицер оказался в полутьме помещения. Постояв пол минуты, выжидая пока глаза привыкнут к освещению, он крадучись направился к боковой лестнице через захламленный холл. Дверь на второй этаж оказалась открытой, а точнее оторванной и весела на одной верхней петле. Из коридора за дверью доносился какой-то слабый звук. Симонов попытался его расслышать, но не смог. Вдруг под ногами юркнула кошка, до смерти напугав капитана, и зацарапав когтями по кафелю, умчалась во тьму.

— Чтоб тебя… — прошептал Артур и через коммуникатор дал команду «Касте» направить беспилотник к окну объекта. На экране коммуникатора появилась окно с силуэтом человека в комнате.

— Я знаю, они скоро будут здесь — завопил коммуникатор. Симонов сделал динамик тише и продолжил подглядывать. Человек мелькал в проеме, беспокойно метаясь по комнате.

— Меня не взять, меня им не забрать — без умолку повторял он.

— Дай схему помещения и определи количество живых объектов в здании — тихо скомандовал Артур «Касте». Схема была получена сразу — от комнаты 4х5 метров его отделял коридор и два смежных помещения по правую сторону. О наличии других гражданских лиц в строении у «Касты» сведений не было. Артур выжидал, наблюдая за Игорьком.

— Капитан, получены сведения по голосовой идентификации объекта. На экране появилось объемное фото Сивоха Игоря Викторовича по кличке «Сивый», числящегося в федеральном розыске за двойное убийство и побег.

— Признан социально опасным по 4-м основным параметрам. Вызвать группу физической защиты? — забеспокоилась Каста.

— Вызывай — капитан не стал спорить, зная, что машина задала этот вопрос из программной вежливости и сигнал о помощи уже давно в пути.

Вдруг Игорёк высунулся в окно и начал палить по обнаружившему себя беспилотнику из автоматического оружия.

— Винтовка типа «Спектр Ц» — огнестрельная, боезапас 45 патронов………… скорострельность…………, осталось 34…- на бегу Симонов не расслышал часть доклада «Касты». Он, воспользовавшись моментом, мгновенно преодолел коридор и ворвавшись в комнату увидел как Игорек выпрыгивает из окна на улицу.

— Стой, криминаль… - только успел крикнуть в след неудавшемуся собеседнику офицер. Через окно Артур разглядел как тот перекатившись через голову убегает.

— Зонд поврежден, преследовать не может — услышал сквозь очередь выстрелов, Симонов.

— Значит, будем метить — подумал капитан и прицельно выстрелил маркировочным зарядом из пистолета в сторону убегающего. Заряд взорвался над головой Сивохи, который пробежав через бесцветное облачко, скрылся в переулке. Симонов выбежал из разрушенной больницы сел на пассажирское сиденье служебной машины и достав из бардачка очки кинулся за разыскиваемым. Очки в подобных случаях весьма облегчали поиск. Надевая их офицер криминальной полиции мог без труда пешком отыскать любого помеченного спецзарядом, так как он оставлял видимый фосфорирующий след за собой в течении шести часов. Артур, обогнув светящееся облако, в которое попал преследуемый, побежал за тянущимся из него хорошо видимым шлейфом, уверенно преодолевал улицы и переулки, приостанавливался лишь когда светящийся след уходил за глухой поворот. «Каста» по параллельным улицам двигалась за ним.

— Три минуты до прибытия группы — обнадеживающе приободрила машина.

— Не поймаю, они его прикончат, но он ведь чипованный, так что информацию всё равно получу — на бегу размышлял Симонов.

Темная улица сужалась, упираясь в тупик, образовавшийся из-за наваленного мусора и побитых автомобилей. Артур пошел по-над стенкой здания и спрятавшись за остовом машины разглядывал след, уходивший за сожженный фургончик, стоявший на другой стороне улицы.

— Сопротивление бесполезно, сдавайся, через минуту здесь будут «Физики» и тогда тебе точно хана — прокричал Симонов. Ответа не последовало. Только сухая очередь «Спектры» разразила раскатами мертвую улицу. Пули забрякали по старому железу, за которым прятался Артур.

— Так, сдаваться мы не хотим — тихо сказал детектив — «Родная» нужен голосовой код нейтрализации объекта!

— Получен: Авель 713 — немедля ответила «Каста».

— Авель 713! — громко крикнул Артур и уверенно встал из-за своего укрытия.

— Да пошел ты! — услышал он в ответ и едва успел пригнуться, как в его сторону снова полетели пули.

— Как же? Не сработало — подумал Артур и вновь услышал выстрелы в свою сторону.

— Два, один, ноль — патронов нет, на перезарядку при наличии дополнительной обоймы минимум 5 секунд… — вовремя доложила машина.

Артур не дослушал «Касту», большими прыжками преодолевая расстояние между ним и фургончиком. Обогнув обгоревший остов он навалился на ковыряющегося с винтовкой «Сивого». Тот только успел передернуть затвор, как они вместе упали на землю. Началась борьба. Одной рукой Симонов схватил за ствол винтовки Сивого, в другой держал свой пистолет, который пытался перехватить отчаянно сопротивляющийся сутенер-убийца. Они несколько раз перевернулись друг через друга и Симонов, оказавшись сверху начал смыкать руки, поворачивая свой пистолет и ствол винтовки преступника в сторону его головы. Через плечо на ремне у офицера висел автомат, который в самый неподходящий момент зацепился дулом за проем двери фургона. Это обстоятельство дало преимущество уже теряющему силы под натиском Артура Сивому. Он, как змея, вывернулся и, вскочив на ноги, встал перед ним. Они так и замерли друг на против друга: Симонов полулежа на спине с пистолетом, направленным в лоб противнику и тот, напротив, со «Спектрой». Момент был краток, но обоим показался вечностью.

— Авель 713! — решив ещё раз попытать счастье, выкрикнул детектив. Реакции не последовало. Внезапно откуда то сверху подули потоки теплого воздуха, и Сивый не спуская глаз с преследователя, боковым зрением увидел группу захвата, прыгающих вниз с планирующего транспорта.

— Приятно было познакомиться капитан! — вдруг каким-то неживым голосом произнес сутенер и засунув дуло винтовки себе в рот спустил курок. Короткая очередь в три выстрела разнесла верхнюю часть его головы в красное облако, багровыми каплями осевшее на уже бездыханный труп.

— И мне приятно — автоматически ответил Симонов, явно не ожидавший такого финала. Подойдя к телу, он беспардонно запустил в остатки черепа руку и вынул органическое соединение — гиперчип.

— Оружие в сторону, сам на землю! — услышал сзади капитан четкую команду. Покорно бросив в сторону укороченный автомат и пистолет, подняв руки он было уже собирался прилечь, выбирая место почище, как пожалел о промедлении, поскольку был сбит с ног подсечкой и упал прямо в лужу из крови и мозгов. Вокруг столпились бесцеремонные «физики». Пройдя процесс идентификации, перемазанный Симонов, поднявшись на ноги, злобно смотрел на помощников.

— Извини капитан, сам знаешь, работа такая — неуклюже просил прощение здоровенный детина. На его голове был защитный шлем, лица не было видно, поэтому Артур не понял, извиняется тот или язвит.

— Знаю, я какая у вас работа, не успел — считай — убили.

— Ага, меня уже трижды по страховке клонировали — браво вторил представитель группы физической защиты.

— Не знаю, какой там был оригинал… — начал Артур — и уходя продолжил — но вот на мозгах как всегда сэкономили.

11

Спустя час Симонов Артур заехал в подземный гараж здания Министерства внутренних дел, где оставил машину. Поднимаясь в лифте, встретил своего старого сослуживца Дроздова Костю, с которым начинал несколько лет назад в отделе по борьбе с преступлениями против цифровых воплощений человеческой личности. Дроздов с любопытством осмотрел плащ друга, который бурыми пятнами отражал последний час его жизни.

— Представляешь, вчера в верхних сетях локализовали твоего двойника, довольно шустрый оказался, пришлось побегать — изобразив изощренные манипуляции руками, весело делился Костя.

— То есть, меня нет, а имя «SimonOff» — живет — задумался Симонов.

— Ещё как, надолбили мы с тобой в свое время, вот теперь каждый сопляк хочет отщипнуть кусок от нашей славы, продолжая вселять в сердца киберобщественности ужас неминуемого возмездия, при этом решая свои личные проблемы.

— И много таких?

— Да порядком, тебя только с месяц как перевели, а сеть, сам знаешь, такой организм, что всё восполняется мгновенно. Сейчас перевес сил уже не в нашу пользу. Опять черви активизировались, самокопиров мы так же по старинке в стойло ставим, в общем, всё как всегда, но без тебя скучновато стало.

Лифт возвестил о нужном этаже коротким сигналом. Артур, пообещав зайти в гости, вышел на своем этаже. Владимир сидел перед окном и задумчиво щурился:

— Уже слышал о твоих подвигах — недовольно пробурчал Злобин.

Симонов промолчал. Снял испачканный плащ, и хотел было повесить его на вешалку, но передумал и выкинул в мусорную урну.

— Что коды голосовой нейтрализации уже отменили? — спросил Владимир Артура.

— Я называл, он слышал, но не сработал.

— Ты же больше моего об этом знаешь, что всех социально опасных по более чем двум пунктам в период отбывания срока заключения программируют на эти коды, которые их отрубают при задержании. Что не мог живым взять?

— Я же говорю — код на него не подействовал, что странно.

— Ошибки быть не может?

— Нет, перепроверял два раза, код тот. Ладно, чему быть — того не миновать, мне нужно заполнить протокол изъятия чипа — сказал Симонов и вызвал специалиста из бригады сохранения.

В кабинет зашел высокий брюнет с тонкими чертами лица, в черном костюме. Своим немногословием и постоянным трагическим видом он напоминал гробовщика, где то потерявшего цилиндр.

— А, Эдуард, заходи — поприветствовал Артур. В руках у Эдуарда был небольшой чемоданчик серебристого цвета. Он молча присел и посмотрел на Симонова в ожидании. Артур поднял плащ из мусорного ведра и достал из кармана полиэтиленовый пакет с чипом гиперпамяти. Эдуард взял окровавленный пакет, бегло глянув на него, заметил:

— Поврежден, механически, видно невооруженным глазом, за целостность информации не ручаюсь.

— Назначим процесс дешифровки, а пока вот направление на первичное исследование — Злобин передал подписанную бумагу.

— И еще, вспомнил — остановив засобиравшегося эксперта сказал Артур — не знаешь никого по фамилии Кавальский?

— Если не ошибаюсь, был такой математик, ему принадлежит теория каскадной личности.

— Это когда несколько сознаний сливаются в одно? — уточнил Артур.

— Да, но это только теория, к тому же, насколько я знаю, он умер несколько лет назад — ответил Эдуард, пообещав результаты через пару часов, удалился.

12

С Симоновым связался старший эксперт-криминалист Власов. Артур включил громкую связь, чтобы напарник так же мог слышать доклад:

— Артур Матвеевич, ничего не могу сказать о номере, кроме того, что в нем нет вообще никаких следов.

— То есть как, вообще нет? — переспросил удивленный Симонов.

— То-то и оно, что совсем ничего не обнаружено. Я позволил себе смелость и лично расспросил администрацию мотеля о постояльцах. Мне пояснили, что за 6 часов до наших потерпевших в номере так же были гости, а уборка, как водиться производилась поверхностно. Из чего могу сделать только один вывод — наш объект чрезвычайно аккуратен.

Симонов поблагодарил за работу и отключился.

— Это обстоятельство косвенно подтверждает, что жертвы действительно были в номере, а так же, что там был наш «товарищ» — умозаключил Владимир.

— Да — согласился Артур и продолжил мысль — представь, что ты совершил двойное убийство, расчленил, упаковал жертвы. Но какое надо иметь хладнокровие, чтобы, несмотря на опасность быть застигнутым на месте, тщательно за собою всё убрать, да ещё так, чтобы эксперты недоумевали?

— Сам знаешь из курса криминологии, что идеальных преступлений не бывает, всегда остаются следы — задумчиво высказался Владимир — А тут явился кто-то и пытается опровергнуть этот постулат, что ж, так намного интересней.

13

Детективы поднялись в отдел реконструкции памяти. Отделом назывался небольшой кабинет весь обставленный аппаратурой. Среди громоздких приспособлений и отовсюду торчащих проводов, скрючившись, работал Эдуард. Это он вызвал детективов, нарушив порядок доклада.

— К сожалению представленный к исследованию чип гиперпамяти модель Z705, при жизни принадлежащий гражданину Сивоха Игорю Викторовичу поврежден на 90 процентов. Удалось восстановить грудной возраст, имеются обрывки детства до 14 лет от интересующих участков памяти ничего пригодного для снятия не осталось — констатировал Эдуард.

— И эту печальную весть ты решил сообщить нам лично? — недовольно спросил Владимир.

— Да, но это не всё. При более детальном изучении оставшихся сегментов памяти, касающихся последних дней жизни объекта исследования, обнаружилась весьма странное структурное образование, неподдающееся классификации.

— Подробнее и как можно проще, пожалуйста — попросил Артур.

Эдуард глубоко вздохнул и с приглашающим жестом придвинул микроскоп к Злобину:

— Дешифрация ввиду повреждений не возможна, но это не мешает нам визуально исследовать чип — Эдуард, на мгновение прервался, взглянув на собеседников и удостоверившись, что до них доходит смысл его слов продолжил — Понимаете, структура занятого памятью волокна должна быть однородной….

Злобин поморщился и взглянул в окуляры микроскопа. Он увидел увеличенный участок гиперчипа, поверхность которого была похоже на наждачную бумагу.

— …ввиду огромной информационной емкости вещества запись осуществляется по 16 каналам одновременно и кладется в одной плоскости. Таким образом, мы визуально можем выделить участок волокна, отвечающий примерно за тот или иной промежуток времени.

— Ничего не понимаю — оторвав взгляд от микроскопа, пожаловался Злобин.

— Так вот — невозмутимо продолжил Эдуард — предположительно за несколько часов до окончания записи, то есть до смерти, в волокне обнаружены изменения на физическом уровне.

— Точно, вот оно, вижу — Владимир обратил внимание на небольшое образование посреди однородной поверхности гиперчипа.

— А что это? — спросил Артур.

— К сожалению, у меня нет точного ответа на этот вопрос — сказал Эдуард — я сделал запрос на завод-изготовитель, но сомневаюсь в каких-либо пояснениях, ввиду того, что информация подобного рода закрыта даже для нашего ведомства. Есть предположение о самомаркировке, но такое, как я понимаю, встречается только во время сохранения сознания. То есть, если точнее при прижизненном сохранении, а не посмертном. Так, что можете смело искать его копию, господа.

— Годится, укажите все подробности в отчете, — попросил Злобин и они вместе с Симоновым вышли.

14

В кабинете у шефа было уютно. Владимир почувствовал это ещё в первый раз, когда побывал здесь. Его начальник — Гомонов Андрей Михайлович — полковник криминальной полиции, уже давно был пенсионером, однако на покой не собирался, точнее его никто не отпускал. Злобину в начальнике импонировал типаж этакого городового времен конных повозок — бакенбарды, пышные усы и громогласный голос. Сейчас Владимир стоял перед столом Андрея Михайловича и по-своему обыкновению бездумно пялился на огромное чучело рыбины, висевшее на стене за шефом, выжидая пока он окончит разговор:

— Да, мы уже послали сотрудника, да, да…. Ожидайте. Гомонов отключил экран и выдохнув переключился на Злобина:

— Присаживайся, докладывай, как дела?

Злобин кратко доложил об утренних жертвах, о происшедшем с Артуром.

— Вот ты мне все мы, да мы. Вы вдвоем там много сами не нараскрываете, взвалил на себя и тащишь, подключайте другие службы, надо бери у меня сотрудников. Ты-то понимаю, уже старый воин. А как Симонов?

— Да, годиться смышленый, старается, скоро войдет в ритм.

— И чего его к нам подсунули, сам говорит рапорт не писал, перевели и все, не понимаю.

— Я же говорю, нормально всё, Андрей Михайлович, я парнем полностью доволен, ему немного времени и всё будет хорошо.

— Ладно, ладно держи меня в курсе. По результатам вскрытия трупов — доложи.

Злобин вышел. С начальником он не испытывал трудностей, поскольку тот сам прошел весь путь от патрульного до детектива и выше. Был прост в общении и ценил, прежде всего, рациональность мышления.

Посещение родственников погибшего Слизько Виктора ничего не дало. Врагов у него не было, долгов тоже. Человек жил своей обычной жизнью, которую, кстати, очень любил. Все о нем отзывались как о жизнерадостном и веселом парне. Был холост, проживал один.

— Стало быть положительный герой, ни какого компромата не нашёл — вернувшись рассказал Артур.

— А что по сетям? — спросил Владимир.

— А вот здесь есть маленький нюанс, когда мы были в районе мотеля «Лунный» я запеленговал наше местонахождение и дал задание на детализацию всех звонков по местности за предполагаемый период убийства.

— И что?

— А ничего. Так же как и со следами в номере, зона в радиусе пяти километров от мотеля с 4:42 — это когда у нашего Виктора выключился коммуникатор, и до шести утра полностью пуста.

— То есть? — переспросил Злобин.

— То есть, хоть район и не густо населен, но звонки должны быть, это видно сразу после шести утра, но в интересующий нас период их просто нет. Отсюда вывод зону — просто заглушили по всем радиочастотам.

— Насколько я понимаю, в таком случае должны были сработать службы, отвечающие за контроль по радиоволнам.

— Я с ними уже связывался, они ничего не выявляли.

Злобин откинулся на спинку стула и запрокинув голову посмотрел на потолок:

— Тогда давай подведем итоги — два расчлененных трупа без чипов, номер вычищен, радиочастоты заглушены, вещи не тронуты… — Злобин задумался.

— Сутенер-самоубийца — сказал, продолжая перечисления напарника Симонов.

— Ну, да, а что он тебе там сказал, перед тем как снести себе голову? Приятно познакомиться?

— Ага. И спустил курок.

— И почему у меня какое-то дрянное предчувствие — Злобин устало закрыл руками лицо. — Давай-ка к «психам» в отдел, сбрось им всю нашу фактуру, пусть займутся психологическим портретом.

— Но они работают только по серийникам — было возразил Артур.

— Ты сплюнь и иди, а я позвоню и договорюсь.

Симонов ушел, Злобин собравшись с мыслями поехал в городской морг.

* * *

Топ менеджер компании «Слобода» — Разумов Юрий зашёл в квартиру, которую уже два года для него арендовала фирма. Закрыв входную дверь, он бросил ключи на полку и прошел в комнату. Свет автоматически зажегся, система «Домовой» приветливо поздоровалась и сообщила о входящих звонках. Юрий сильно устал за рабочий день — много суеты, совещание у шефа, на носу был важный контракт, поэтому отклонил все приглашения и удобно расположившись на диване, включил телевизор.

— Президент пообещал в ближайшее время рассмотреть вопрос об изменении правового положения сознаний людей, находящихся в глобальных сетях… — заговорил диктор с экрана.

— Следующий канал — недовольно скомандовал Юрий. Телевизор переключился.

— Только канал «М» имеет эксклюзивные права на трансляцию событий гибели жертв неизвестного убийцы. Ровно через минуту вы можете увидеть, именно то, что видели они в последний раз. Для просмотра подтвердите оплату, а так же гарантируйте отсутствие несовершеннолетних зрителей — предложила молодая сексапильная ведущая. Менеджер заинтересовался:

— Оплату подтверждаю, отсутствие детей гарантирую.

Экран медленно поплыл на черном фоне появилась надпись 19 апреля 2321 года, Москва. Юрий увидел глазами погибшего, как тот ведет машину по ночному городу. В салоне играла приятная музыка. Руль держали две мужские руки. Менеджер сразу сообразил. Что наблюдает трансляцию с чипа гиперпамяти погибшего. Мужчина подъехал к обочине и открыв стекло пассажирской двери подозвал молоденькую девушку. Та подошла к машине и манерно нагнулась к окну. Далее показывали её глазами. Юрий увидел мужчину за рулем, которому на вид было лет 35–40, округлое лицо, веселый взгляд. Мужчина улыбнулся во весь рот, хохотнул и спросил:

— Скажи-ка тетя, ты не даром?

— 300 — ночь, полтиник — час — получил он краткий деловой ответ.

— Тогда ночуем — гоготнул водитель и пригласил садиться.

— Деньги — сказала девушка и протянула руку, как только присела в машину. Купюры плавно перекачивали к ней в сумку. Вид периодически менялся. Юрий видел то её глазами, то его. Странно было наблюдать этих двоих несчастных, которые вот-вот погибнуть и сами того ещё не подозревая с каждым шагом приближают себя к смерти. Эта мысль захватывала, будоражила, несмотря на то, что финал известен, оторваться от экрана не было сил… Новое реалити-шоу получило своих первых почитателей.

15

— У тебя рядом есть проектор? — спросил Симонов, связавшись со Злобиным, который находился в морге.

— Нет, чего — чего, а вот телевиденье здесь не очень популярно.

— По каналу «М» трансляция с гиперчипов наших утренних расчлененных.

— Да ты что, вот так сюрприз, записывай, еду.

* * *

Юрий сидел и смотрел как мужчина и женщине на экране заходят в номер гостиницы.

Вдруг ему показалось, что в его квартире кто-то есть. Он резко обернулся, но комната была пуста. В коридоре по-прежнему тускло горел свет. По спине пробежал холодок, потому что Юрий, посмотрев на экран увидел лицо мужчины, который услышав за спиной шорох обернулся и получил неожиданный удар по голове упал на пол. Женщина закричала, по лицу её клиента побежала кровь. Она посмотрела перед собой — из тени на неё шагнул черный силуэт и замахнулся обеими руками над головой. В этот момент стене комнаты над экраном мелькнула чья-то тень. Юрий, оглянулся. Он даже не успел испугаться, как удар нечеловеческой силы обрушился ему на голову, менеджер отлетел в противоположную сторону комнаты, ударился об стену и упал на пол уже мертвым.

* * *

Когда приехал Злобин, Артур с десяток раз успел посмотреть запись. Владимир сел у экрана и принялся за просмотр.

— Тебя шеф вызывал.

— Знаю, говорили в пути, сейчас просмотрю и зайду.

После просмотра, Злобин абсолютно неудовлетворенный увиденным, спросил:

— А чей это канал «М»?

— Канал «М» принадлежит Меркулову Борису Петровичу — ответил Артур и скинул на экран напранику имеющуюся на него информацию. Злобин начал читать.

— Они сделали какое-нибудь официальное заявление по этой трансляции? — пробежав досье спросил Владимир.

— И да и нет.

— Не понял.

— Они, по всей видимости, запустили нечто на подобии реалити шоу. Заявив, что только у них имеются эксклюзивные права на трансляцию. И всё.

— Надо же. А что наше министерство?

— Не знаю.

— Ладно, я к шефу.

Злобин вышел. Зайдя в кабинет к начальнику, он постучался и спросил разрешения, увидев, что Андрей Михайлович не один, выполнил все обязательства по субординации.

— Заходи, заходи, присаживайся — как-то подозрительно по-доброму пригласил начальник. Злобин сел в кресло.

— Знакомьтесь, представитель службы национальной безопасности Петров Вячеслав.

— Злобин Владимир — протянув руку, представился детектив. Представителем СНБ оказался худощавый молодой человек с незапоминающимся лицом, одетый в черный костюм, черную рубашку, без галстука. Когда здоровались Владимир заметил на его запястье неизвестную ему модель коммуникатора и сделал про себя вывод — фамилия вымышленная, имя скорее всего его — так просто удобно, звание и подразделение не назвал — значит из шестого. Злобин не раз сталкивался с подобного рода людьми и считал их опаснее любого из известных ему представителей криминалитета. Те хоть по каким-то законам живут, у этих же кроме целей их ведомства нет ничего, средства любые. Причем ресурсы практически не ограничены. А, что касается целей, то они известны только этим лживым гадам, другим же они ставят только промежуточные задачи, используя мозаику человеческих действий, чтобы сложить необходимый для себя рисунок.

— Вячеслав прислан нам для оказания методической помощи при раскрытии убийства Слизько и Прокопенко — начал Андрей Михайлович.

— Ого-го, неужели мы в какую-то кучу говна наступили, а я вот думал, что шестой занимается исключительно решением задач национальной безопасности — перебил Владимир.

На лице Вячеслава как бы сама собой появилась добродушная улыбка.

— Владимир Евгеньевич — обратился он к Злобину — мы располагаем информацией о том, что собственник телеканала «М» — некто Меркулов Борис Петрович намеревается продолжать выдавать в эфир сцены убийств граждан с похищенных у них гиперчипов, что уже вызвало негативный общественный резонанс и по нашему мнению, несет опасность для страны в целом.

Владимир про себя отметил, что при обращении к нему Петров употребил его отчество, хотя он его не озвучивал, что значит — его вероятно предварительно изучили.

— Вячеслав Петрович — начал Злобин. У Петрова от экспромтом выдуманного для него Злобиным отчества приподнялись брови. — Хотелось бы выслушать, чем именно можем быть полезны мы — простые детективы.

— Хватит, Владимир — прервал начинающуюся комедию начальник. Выйди и подожди у кабинета. Владимир спокойно вышел. Через пять минут вышел Петров. Он подошел к Злобину и спокойно, как будто старому другу, сказал:

— Если откинуть наши взаимные предрассудки о соперничестве служб и так далее, мы можем быть друг для друга полезными, к тому же у меня право на полный доступ ко всей вашей информации, так что не вижу резона тратить время на пустое, вместо дела. Я зайду завтра, до встречи.

— До свидания, Вячеслав Петрович — с издевкой попрощался Злобин.

— Зайдите, Владимир — выглянув из кабинета, на «Вы» строго обратился начальник. Злобин недовольно поморщился и повиновался.

В кабинете его ждала пятиминутная беседа, общий смысл которой сводился к тому, что хоть и навязали представителя спецслужб, но отказать возможности нет. Поэтому надо сотрудничать. Владимир безучастно выслушал и вышел.

16

Некоторое время раздраженный Злобин молчал, переводя дух. Затем пробовал связаться с хозяином канала «М» — Меркуловым. С экрана его поприветствовала Стойкая Нина:

— Борис Петрович сейчас за пределами страны, и не может с вами говорить, я уполномочена отвечать на любые ваши вопросы — она холодно улыбнулась и выжидающе замолчала.

— В таком случае мне необходимо получить у вас похищенные у убитых гиперчипы, а так же объяснение о том, как они к вам попали и по какому праву вы транслируете обстоятельства при которых погибли эти люди? — Злобин постепенно повышая голос перешел на крик.

— Все разъяснения уже направлены нашим юридическим отделом в адрес вашего министерства — сохраняя абсолютное спокойствие, ответила секретарь.

— Да мне плевать, что там куда кто отправил! — Владимир схватил экран двумя руками и начал его трясти, яростно желая вывалить оттуда эту надменную сучку.

— Если вы настаиваете, то я поясняю, что гиперчипов у нас нет и не было, мы получаем всего лишь информацию, источник мы разглашать не будем, ссылаясь на закон о СМИ, морально-этические нормы которые мы по вашему мнению нарушили не влияют на формат трансляций частных каналов, претензии в гражданском порядке могут предъявить лишь родственники погибших, но это для нас не существенно.

— У вас там что, другое государство? Вы вообще понимаете что говорите? — почти сорвав голос от такой наглости, захрипел Владимир.

— Мне более нечего вам пояснить, с вашего позволения я свяжу вас с нашим фармакологическим отделом — у них в продаже есть хорошие успокаивающие, обязательно купите — Стойкая отключилась, и на экране появилось меню домашней аптеки «Доктор М».

Артур, сидя молча наблюдал за происходящим, подошёл к сорвавшемуся Злобину и выдернув из его пальцев экран поставил его на стол.

Через час Владимир отпустил Артура домой и уже собирался ехать сам, когда запищал коммуникатор.

— Дежурный, обнаружены трупы с признаками насильственной смерти…

— Сбрось координаты, еду — почему-то даже не удивившись, ответил детектив.

* * *

В пути Злобин связался с напарником, который только прибыл домой и готовил ужин.

— Доедай побыстрее, ты мне нужен.

Владимир был сторонником мнения, что любому оперативному сотруднику, участвующему в раскрытии преступления, необходимо побывать на месте происшествия. Опыт показывал, что наглядное представление о происшедшем во сто крат лучше любого пояснения.

Артур подъехал через полчаса. Злобин стоял на пороге квартиры, расположенной в одной из зеленых зон Москвы. Симонов попытался заглянуть напарнику через плечо и увидеть, что происходит в квартире, но Злобин протянул ему две идентификационные карточки и сказал:

— В квартиру пока не лезь, там люди работают, вот тебе ещё двое из серии…

Артур посмотрел на паспорта и узнал одного из мужчин — Фурсина Валерия.

— Я его знаю.

— Знал — хмуро поправил Злобин.

— Ловил пару раз за махинации со счетами, профи, но уж узка у него специальность. Последнее время завязал, подрабатывал тем, что подбивал биометрию для снятия денег в банкоматах.

— А по-русски?

— Изготавливал отпечатки пальцев и контактные линзы под клиента, иногда и лица правил.

— Второго не знаешь? — спросил Владимир.

— Нет.

— А я знаю, он известен многим под кличкой «Исполни Вася».

— Что за дурацкое прозвище.

— Большинство людей, которых он исполнил, так уже не считают.

— Киллер?

— Скорее ликвидатор, работал на несколько группировок, зачастую конкурирующих, ему было всё равно кого убивать. Я его два раза закрывал, но в обоих случаях в газовую камеру отправлялись клоны.

Эксперты вышли через несколько минут и отвлекли Артура и Владимира от беседы.

— Ничего, ваши пальцы есть — высокомерно указал один из экспертов на Злобина — других следов нет.

— Что по времени наступления смерти? — перебил Владимир.

— Ориентировочно от двух до четырех часов назад. Гиперчипы отсутствуют.

Владимир прислонился к двери и задумался. Артур не стал ему мешать и тихо прошел в квартиру. Оба тела лежали в зале. Головы были размозжены. Симонов взял с дивана забытый экспертами электронный планшет — прозрачный экран в рамке и посмотрел через него на место преступления. Сквозь стекло он увидел два трупа, лежавшие в неестественных позах. В статистике побежавшей в правом углу планшета была отмечена температура тел, уже приближающаяся к окружающей, предположительное время смерти, химический состав крови. У одного из трупов в руке был зажат пистолет. Артур присел и рассмотрев его поближе прочитал на экране название оружия — «Глок». Прекрасное австрийское оружие не было даже снято с предохранителя.

— Ага — сказал прямо за ухом у Артура Злобин — это судя по всему «Исполни Вася» — исполнился, наконец. У меня на фоне этого пейзажа только два вопроса: первый — какого хрена ликвидатор делает в гостях у твоего пластического хирурга? Второй — насколько нужно быть проворным, чтобы без оружия убить двоих мужиков? К слову, этот с предохранителя даже снять не успел, а ведь в стрельбе он был как минимум профессор. А вот у дока в крови адреналина почти нет — он вообще испугаться не успел — сказал Владимир, ткнув пальцем в показания на планшете.

Артур молча внимал старшему коллеге.

— Ясно, что радиочастоты нам опять ничего не дадут, но ведь это зеленая зона, мы под куполом, въезд ограничен — проверяй — рассуждения капитана перешли в призыв к действию для Артура и он поспешил спуститься к машине, чтобы проехать по пунктам пропуска в закрытый для большинства простых граждан район.

17

Зелеными зонами города Москвы назывались элитные районы, как правило, небольшой площади, накрытые прозрачными куполами, с собственной экосистемой внутри. Когда то это было больше дань моде, сейчас стало мерой необходимости. За несколько десятков лет куполов в Москве стало больше семидесяти. Они, как правило, охранялись, и имели деление на правительственные и частные. Состоятельным жителям города приходилось тратить большие суммы денег ради проживания в благоприятной экологической среде. Фактически частные районы были закрыты для посторонних, что с одной стороны ограничивало права других граждан на свободу передвижения, но с другой стороны обеспечивало власть имущим чувство превосходства, выраженное в иллюзии защищенности и намеренной самоизоляции от абсолютного большинства.

Уже поздней ночью встретившись в одном из круглосуточных кафе у границы купола, детективы решили перекусить и обсудить наработки.

Артур с удовольствием уплетал поздний ужин, состоящий из бифштекса, вареного картофеля. Владимир же напротив смотрел на дымящуюся кружку кофе и к еде не прикасался.

— Объезд пунктов пропуска купола N 37 подтвердил, что за последние двое суток на территорию заезжали только авторизированные жильцы. Квартира зарегистрирована на подставную фирму, я её по сети прокачал — однодневка, можно проследить финансовые потоки, но не вижу смысла — ответственный квартиросъемщик всё равно известен и к тому же мертв — пережевывая кусок мяса, делился Артур.

— Не густо — не отрывая взгляд от дымка над чашкой, заключил Владимир.

— Есть вероятность, что их покажут по каналу «М».

— Покажут, покажут. — подтвердил Злобин и продолжил — но нам от этого не легче. К тому же эфир, как я понимаю у них с 15 часов, сейчас 20 минут третьего, то есть осталось чуть меньше 12 часов и их надо потратить с пользой.

— Выспаться — в шутку предположил Симонов.

Владимир молча проигнорировал реплику и, сделав глоток кофе, высказал свою мысль в слух:

— Странный уж получается наш мертвый тандем — наемный стрелок и хирург многостаночник. Уж не узнал ли что наш Вася, прибежал к специалисту по изменению внешности, а тут их обоих и накрыли. Если так, то, что его так испугало, что его занесло в охраняемый зеленый район, ночью, да не к самому, как я понимаю, лучшему специалисту.

Злобин назадавал целую серию вопросов, на которые у них с Артуром не было ответов.

— К тому же не понятна их связь с остальными жертвами? — добавил Симонов.

— Мне необходимо встретиться с некоторыми людьми, которые возможно прольют свет на «ночной испуг» Васи, то что он мог узнать, возможно, знает и ещё кто-нибудь — сказал Злобин.

— Хорошо, я на базу, работать по списку жильцов купола — ответил Симонов.

18

Владимир решил встретиться с сочувствующей правоохранительным органам частью криминального мира города. Подъехав к ночному клубу «Малыш и Карлсон» он оставил машину и направился ко входу. Клуб был расположен на окраине Старых Люберцев и занимал четыре подземных яруса, по проекту архитекторов первоначально предназначавшихся для стоянки машин. Хозяином, а точнее хозяевами были сиамские близнецы по прозвищу Малыш и, соответственно Карслон. Малыш был уродливый карлик, по пояс вросший в тело своего старшего брата Карлсона и торчавший у него из левого плеча. Именно эту странную парочку и захотел посетить Злобин.

Перед клубом стоял робот-охранник, прячущий под своими металлическими доспехами различного рода специальные средства от электрошока и слезоточивого газа до сильных транквилизаторов. Лицензии на вооруженную охрану у клуба не было. При виде железного истукана Владимир вспомнил, как отчаявшийся от ломок наркоман одно время повадился дразнить робота, с целью получить дозу успокоительного. Бедняге приходилось выдерживать разряды тока, плакать и чихать, прежде чем машина пускала в ход последние средства, и он блаженно засыпал прямо у входа в клуб на тротуаре.

Злобин спокойно прошел мимо робота — его биометрия была у железяки в памяти. Дверь бесшумно ушла в сторону, детектив оказался в помещении клуба. Музыки он не услышал, но около двух десятков людей конвульсивно дергались посреди танспола. Шла ментальная симфония — музыка на сверхнизких частотах, почувствовать, а не услышать которую могли лишь принявшие изрядную дозу французского наркотика «Phonique». Наркотик пользовался дурной славой из-за большого количества смертельных случаев. Пока он действовал — нельзя было покидать клуб, ввиду того, что психика могла не выдержать посторонних звуков и люди либо умирали от разрыва сердца, либо становились психами.

— Давай, жирный ублюдок, убирай всё быстрее! — подвизгивая кричал на втором этаже Малыш своему медлительному брату. Карлсон толстыми пальцами неуклюже собирал пластиковые ампулы, которые как живые выскальзывали у него из рук и рассыпались по стеклянному столу.

— Злой, сейчас зайдет, ты что скотина, хочешь, чтоб нас обоих закрыли? Тогда я лично ножом, вырежу себя из твоего вонючего тела — Малыш орал на Карлсона и бил в истерике руками по его голове, отчего тот только ещё больше отвлекался. В этот момент дверь кабинета отворилась и на пороге возник детектив криминальной полиции.

— Добрый вечер капитан — глухим басом сказал Карсон и немного наклонился вперед, отчего его брат комично выгнулся в пояснице, стараясь оставаться перпендикулярно полу. Не зная куда себя деть от смятения Малыш сложил руки на груди и скорчил рожицу в приветственной улыбке. Владимир медленно не спуская глаз с братьев прошел мимо них к столу и собрал в ладонь ампулы.

— Это просто успокоительное, Карлсону прописали — пропищал Малыш и потупив глаза легонько толкнул брата локтем, чтоб тот подтвердил.

— Сейчас ты откроешь рот и я высыплю в тебя пару штук, если это не продукт передовиков французской фармакологии, то в отделе полиции тебе ничего не грозить, ни допросы, ни тем более, разные посторонние звуки… Но туда я тебя доставлю как положено при включенной сирене.

Малыш от этих слов сглотнул комок, предательски подкативший к горлу.

— Мы же у тебя на связи, кэп, не надо сирен и отдела — давясь словами заговорили братья.

— То, что вы слили мне несколько тем, ещё не значит, что можете торговать этой заразой! — закричал Злобин и швырнул в близнецов ампулы.

— Мы, мы… — запинаясь начал Карсон.

— Вы прощены, если скажете мне на кого работал «Исполни Вася»?

Черные угольки глаз Малыша загорелись надеждой избежать неминуемого наказания, и он торопясь выложил:

— На «Михея», точно знаю.

— Откуда тебе известно — с недоверием в голосе спросил Владимир.

— Девочка одна у нас недавно торчала, она с его стрип клуба, случайно услышала его базар, в котором он просил Васю кого-то исполнить.

— Ага, а потом пришла к тебе и под кайфом исповедалась — всё еще сомневаясь спросил Владимир.

— Кэп, ну посмотри на нас, какая женщина в своем уме нам даст, вот и приходиться сыпать мелом, для кондиции, а под ним они речь вообще не контролируют — признался Малыш.

— Угу, так даже веселее — подтвердил Карлсон.

— Извращенцы — поморщившись сказал Злобин и собравшись уходить предупредил — ещё раз застукаю на наркоте, закрою и не посмотрю что у вас одна система кровообращения на двоих, сидеть будете в разных камерах.

* * *

— Ещё одна жертва, менеджер Разумов Юрий, у себя в квартире, без чипа — сообщил Артур — я на месте, это недалеко от управы.

— Работай, я позже буду — сказал Владимир и направил автомобиль к Стрип клубу, принадлежащему одному из криминальных авторитетов столицы.

19

Спустившись по крутой лестнице и отворив тяжелую металлическую дверь капитан Злобин оказался в душном помещение, где было так накурено, что предметы потеряли четкость линий и буквально парили в тумане. В конце небольшого зала стоял игорный стол с рулеткой, лишившийся своего функционального назначения и относящийся, скорее всего к элементу кичевого декора. Пройдя по комнате, Злобин увидел, что над крутящейся рулеткой склонился мужчина, который со сосредоточенностью кокаинового наркомана следил за кружащим по часовой стрелке шариком. Не обращая внимание на вошедшего он проводил шарик до остановки и лишь затем поднял голову. Зрелище было не из приятных — одна из глазниц была пуста. Вытащив шарик из сектора «зеро» мужчина вставил его в пустеющую глазницу.

— Мне кажется — это не очень гигиенично, Михей? — заметил Злобин и инстинктивно, рукой, находящейся в кармане притронулся к пистолету на ремне. Двое громил, стоящие по обе стороны от игрока не выразили никаких эмоций, на едкое замечание гостя. Владимир знал, что они глухонемые и подчиняются хозяину телепатически. Их огромные руки, оголенные по локоть, выдавали имплантированные стимуляторы силы подкожными шишками порванных от переживших экстремальные напряжения мышц.

— Тебе не стоило сюда заглядывать, офицер — с явными усилиями воли выдавил игрок.

— А я думал, что ты забыл наши прошлые обиды — сказал Злобин и опять не удержавшись продолжил — или кто старое помянет тому глаз вон?

Михей, явно уязвленный, хорошо помнил, что несколько лет назад после задержания Злобиным его приговорили к наказанию виде принудительного донорства и он как раз лишился глаза, сжал кулаки и прорычал:

— Говори, зачем пришел.

— «Исполни Вася» — неожиданно произнес капитан. — Мне он нужен.

— Он многим нужен, что начальство допекло, заказать решил? — ответил Михей, не проявив ни каких интересующих Злобина эмоций, говорящих о его неискренности.

— Да, нет министерство сократило финансирование, хотим его взять в инструкторы по стрельбе — репликой продолжил комедию абсурда офицер.

— Нет, не знаю.

— А я знаю, Горького дом 47, второй этаж, камера номер…чёрт, вот номер камеры запамятовал — с сожалением сказал детектив.

— Приняли что ли? — утвердительно спросил Михей.

— Не приняли, к господу богу его уж точно не приняли, я номер холодильной камеры забыл, в 47 доме — морг городской — с издевкой уточнил капитан. Михей замолчал, видно было, что в его голове забегал ни один интересующий оппонента вопрос. В воздухе, вязком от дыма повисла пауза. Михей смотрел на Владимира и выжидал. Злобин понял, что тот замкнулся и занял оборонительную позицию. Детектив вообще не рассчитывал получить необходимую информацию просто в непринужденной беседе и поэтому перешел к активному наступлению:

— Что ж, можно посмотреть на эту проблему под иным углом, ты называешь мне лицо, которое ты ему поручил устранить и я просто ухожу, в противном случае у меня есть санкция на твое задержание по нескольким пунктам обвинения, можешь ознакомиться.

Произнеся это, Злобин спроектировал коммуникатором на ближайшую стену текст, содержащий перечень государственных обвинений в отношении Хабарова Михея Владиславовича, ранее неоднократно судимого, вора в законе.

— Я не дешевка, ты это знаешь, пришел брать — бери — спокойно ответил Михей, даже не посмотревший в сторону проекции. Два его телохранителя еле заметно одновременно вздрогнули. Злобин понял о чем подумал Михей и оценив расстояние между ним и уродливыми громилами как можно более внятно произнес:

— Давай без хамства, пострелять мы всегда успеем, цивилизованные люди решают вопросы за столом в ходе беседы, ты мне не нужен, но сам знаешь, не в моих правилах приходить с пустыми руками. Кроме этого мне не трудно рассказать репортерам о гибели Васи, твоего цепного пса, а список порученных ему тобой жертв я придумаю сам, и, поверь, моя фантазия не ограничится парочкой воров и окружным прокурором…

— Пойми, детектив, разговора не будет, не только потому, что я в законе, но и потому, что твои воспоминания принадлежат не только тебе, но звездам побольше. Мне нечего с тобой делить, иди, может ответ найдет тебя сам.

Владимир выслушал Хабарова и вышел. Он решил прогуляться по улице и только через несколько минут вернувшись в машину, обнаружил на пассажирском сидении кристалл. Находка его не удивила, скорее он её ждал. Она была неоспоримым, материальным доказательством влияния детектива в криминальной среде. Владимир испытывал сам себя догадкой и решил не смотреть до отдела. По сути, у него было несколько вариантов, но в полной мере связать их с Хабаровым, киллером и серией убийств как-то не получалось. Остановить чехарду мыслей и просто отключить логику было труднее, чем ожидал Злобин. Нужно было встряхнуться, и он перешел на ручное управление. Машина оказалась полностью в его власти. Нажав на кнопку «Пуск» на панели приборов Злобин включил на полную громкость классическую роковую композицию группы «Кино»:

— Перемен, мы ждем перемен! — запел классик.

— Перемен, требуют наши сердца, перемен требуют наши глаза! — подбивая рукой по рулю в такт мелодии пел Злобин.

— Меркулов — неожиданно выдала интуиция детектива. Владимир остановился у обочины и проворно засунув кристалл в приемное устройство нашел подтверждение своих догадок. Среди материалов было досье на объект, фото, расписание на месяц вперед, маршруты движения.

— Угадал, хорошо, но что дальше, а дальше еще больше вопросов: почему он, может это хитрый ход Михея — расчет на искренность и увод в сторону, все может быть — думал Злобин — ясно одно необходимо решительно действовать и ситуация прояснится.

— Еду в прокуратуру за санкцией на обыск у Меркулова — доложил шефу детектив. Резко оборвав связь капитан не оставил шанса на возражения.

Злобин знал, что прокурор города одинокий параноик, живет в своем кабинете, не спит уже несколько лет, ввиду чего ему приходиться держать целый штат секретарш, выходящих в дневные и ночные смены. Поэтому ранний визит детектива никого не удивит.

20

Злобин, ожидая, в приемной прокурора около получаса развлекал себя пустой болтовней с секретаршей.

— Наташенька, проведите детектива — наконец сработал селектор на столе у блондинки.

Владимир встал и пошел за ней. Наташа услужливо открыла дверь в кабинет начальника и пропустив понравившегося гостя простилась с ним лукавой улыбкой.

Злобин несколько раз бывал у прокурора города, в этих визитах не было ничего хорошего. За годы администрирования прокурор отдалился от реалий сыскной работы и требовал результаты скорее по какому-то выверенному специально для него шаблону, не давая при этом не расширенных полномочий, не тем более хоть мало-мальски ценных указаний. Но необходимость визита была обусловлена положением лица, чьи конституционные права собирался нарушить Злобин, ради этого он готов был пожертвовать долей своего достоинства и выслушать монотонный речитатив прокурора.

Сухо поздоровавшись с представителем министерства юстиции, Владимир присел и начал доклад:

— Вчера около 6 утра в мусоросборщике обнаружено два расчлененных тела мужчины и женщины. Он экономист, она проститутка. Причина смерти — множественные повреждения, предположительно болевой шок. Характер повреждений — из головного мозга удалены чипы гиперпамяти, головы разбиты тяжелым острым предметом, расчленены скорее всего им же. Установлено место, где части тел выкинули в мусорный контейнер, установлено место, где они сняли на ночь номер — отель «Лунный» — 1-й подземный уровень АЗС на 257-ом километре 3-го кольца МКАДа, однако в отель они зашли, как выходили персонал не видел. Сейчас занимаемся по линии средств связи. Установили сутенера погибшей, взять не смогли — застрелился. Канал «М», принадлежащий гражданину Меркулову, заявил о наличии прав на трансляцию воспоминаний погибших, скрывает источник получения информации. На настоящий момент обнаружено еще трое погибших с аналогичными причинами наступления смерти. Считаю целесообразным получение санкции на проведение обыска в студии 22-го канала на предмет обнаружения похищенных чипов и установления источника информации. Как мы уже убедились, каждый вечер после убийств они выдают в эфир происшедшее собираются продолжать со ссылкой на закон средствах массовой информации, позволяющий не раскрывать источники информации.

— Ты знаешь закон — снисходительно начал свою речь прокурор — и знаком с его истинным лицом. Меркулов — хозяин не только этого канала, это всего лишь его голос в массы, его положение и влияние на некоторых лиц, не буду называть их фамилии, не дает нам право на непродуманные решения, а тем более на ошибку… — начал свою речь прокурор.

— Я понимаю, понимаю, зайду в следующий раз — перебив говорившего Владимир встал и, не прощаясь, вышел. Это было откровенное хамство, но Злобин сразу понял, что ему отказали, и решил избавить себя от пафосной и гнилой болтовни. Детектив смутно догадывался, что в список находящихся под влиянием Меркулова так же входит и его недавний собеседник.

21

Утро выдалось мерзким, начал моросить дождь. Злобин прошел по мраморному вестибюлю небоскреба-конуса, оставляя следы на полу, и беспардонно ткнув проекцией полицейского жетона с коммуникатора в лицо пытающемуся что-то возразить заспанному охраннику, зашел в лифт.

— Шикарно — произнес капитан криминальной полиции и нажал на пластиковую кнопку последнего этажа. Лифт плавно пошел вверх. Злобин стоял и улыбался в верхний правый угол лифта, где, по его мнению, находилась камера скрытого наблюдения. Через минуту он вышел в кабинете хозяина здания. Там никого не было. Злобин огляделся.

— Вы всегда вот так врываетесь без приглашения? — спросил голос Меркулова, вешавший через акустику.

— Нет, визит носит исключительно экскурсионный характер, вам надо продавать внизу билеты на посещение империи зла, возможна непрогнозируемая прибыль — ответил в свойственной ему манере капитан.

— Я ничего не имею против криминальной полиции, а тем более против вас лично капитан, но сейчас 5:50 утра и мне кажется, раз я вас всё таки пустил без соответствующих юридических документов, проявив при этом свою добрую волю, вам необходимо огласить причину своего визита более серьезно — голос Меркулова оставался выдержанно спокойным.

— Что ж, хотел переговорить с вами лично, уважаемый господин Борис Петрович. Предпочитаю знать врага в лицо.

Ответа не последовало. Через полминуты в кабинет поднялся лифт и из него вышел Меркулов. Он был в строгом деловом костюме, выбрит и свеж.

— Я вас слушаю, капитан — без тени враждебности обратился он к гостю.

— Прежде всего, хочу вас поздравить с возросшими рейтингами вашего молодого канала — Злобин медленно пошел по кабинету, описывая дугу вокруг собеседника — Тем не менее, вам не кажется, что вы перешли человеческие рамки и стали где-то рядом с исполнителем убийств?

— Вопрос довольно неоднозначный, и повторюсь при всей моей доброжелательности к органам правопорядка, оскорбительный. Поймите, что мир давно уже не такой, как мы привыкли его воспринимать. Люди живут вечно, кого теперь чем удивить, что заставит их оторваться от своих важных дел? Только что-то вопиющее, от чего кровь стынет в жилах. Моя программа несет человечеству мысль о конце бытия, возможности смерти, от которой никто не застрахован. Хотя об этом уже забыли думать. Я знаю, процесс сохранения сознаний проводиться как и у вас, так и в других специализированных структурах с периодичностью раз — два в месяц и вы фактически можете не беспокоится о том снесут ли вам голову на каком-нибудь задании или нет, повредят ли ваш чип, он всё равно сохранен и при необходимости вас просто восстановят с сохраненной точки — Меркулов стоял не оборачиваясь в центре круга, отмеренного шагами детектива, и говорил прямо перед собой — А вот большинству обывателей такая возможность просто не доступна по многим причинам и им приходиться довольствоваться одноразовым восстановлением, прописанного в конституции, в случае смерти. Но это возможно только при наличии целого гиперчипа.

— Да, по-моему, я в вас всё-таки ошибся, вы не расчетливый коммерсант, вы просто псих, с гипертрофированной манией величия. На какой чёрт людям чьи-то смерти в прямом эфире, они заботятся только о себе! — Владимир тремя большими шагами разрезал описанную им окружность и оказавшись вплотную с собеседником почти шепотом произнес — К тому же тебе не долго прятаться за ссылкой на конфедентсальность источников информации, напрашиваешься на прецедент, и законодательная власть, насколько мне известно, уже готовит проект закона о пересмотре положения непредоставления источника информации, за исключением подозрения его в совершении особо тяжкого преступления.

— Тем не менее, на данный момент исполнительной власти нечего мне предъявить и поэтому разговор считаю исчерпанным — с этими словами Меркулов отвернулся от капитана и пошел к показавшемуся из пола лифту.

— От лица исполнительной власти могу вам сообщить, что вы задели за живое своим шоу некоторых людей, да так, что они просто решили вас убрать, так что на вашем месте я бы принял меры предосторожности.

Злобин обошел сбоку остановившегося собеседника, зашел в лифт и кинув ему под ноги кристалл полученный накануне оставил наедине со своими мыслями.

Владимир не знал, какой логикой он руководствовался в данный момент, но спускаясь вниз на лифте, поборол очередной приступ ярости, поняв, что своими действиями вызвал нужную цепную реакцию. И что кто то, очень скоро допустит долгожданную ошибку.

По дороге в машине детектив вспомнил слова одного старого оперативника, в подопечных которого посчастливилось ему быть в период своего становления, тот говорил, что раскрытие преступлений процесс практически всегда творческий и положительный результат достижим в 99 процентах случаев, вопрос только как? Иногда логикой, иногда интуицией. Важен результат. Тогда еще молодой лейтенант не совсем понял смысл этих слов. Теперь он готов был говорить их каждому новичку. Все знают Ремарка, Пикассо — признанных гениев литературы и изобразительного искусства, но мало кто знает Горшкова Ивана — детектива, ушедшего на пенсию с непревзойденным результатом раскрытых убийств. Он был художником действия, пишущем кистью доказательств в обратном направлении, как бы убирая мазок за мазком, пока не достигнет объективной истины.

22

С рассветом в кабинет вернулся Владимир, через несколько минут зашел напарник. Артуру тоже не удалось поспать этой ночью, он был еще на трех аналогичных происшествиях. Два бомжа у границы старого города и учительница литературы у себя дома. Детали повторялись с ужасающей точностью. Бегло пробежавшись по обстоятельствам, Артур решил выпить кофе. Владимир начал делиться своими похождениями. Он рассказал напарнику о своих осведомителях — сиамских близнецах и о том, как ему удалось получить у них информацию. Продолжая делиться соображениями Владимира прервал стук в дверь и не дожидаясь ответа вошел недавний знакомый — представитель СНБ.

— Доброе утро — приветливо поздоровался Петров.

— Доброе утро — когда ночь спокойна, а вы я вижу, выспались — ответил Злобин.

— Владимир Евгеньевич, читал ваш отчет, хило как то выходит для такого оперативного работника как вы, да и последние события не указаны.

Злобин, явно утомленный бессонной ночью не охотно вступил в полемику:

— Отчет вчерашний — события сегодняшние, кроме того картина не ясна, серийник — вполне вероятно, но с манией величия, которая привела его к Меркулову и их интересы неожиданно совпали. Наемник Меркулова — не исключено, ведь убийства начались практически одновременно с трансляцией кровавого шоу. А такие дела, насколько мне известно, за пять минут не делаются. Надо подготовиться распланировать эфирную сетку и так далее. Жертвы случайны — пока опровергнуть не можем, взаимосвязь прослеживаем. Что вы хотите еще услышать? — закончил свою речь вопросом Злобин.

— Вы не упомянули, что были в гостях у прокурора и у главного, я так понимаю, подозреваемого Меркулова.

— Был, но это не существенно, результата нет — ушёл от ответа детектив.

— Напрасно вы так, я же помочь хочу — сказал СНБист.

— Вопрос только кому? — про себя подумал Злобин.

— Хотите проработать товарища «М», давайте вместе, моя служба настаивает, тем более, как я слышал, в обыске вам отказали… — напирал своей осведомленностью Петров.

— Ваши варианты? — спросил Владимир и посмотрел собеседнику в глаза. Артур молча занимался аналитикой за экраном и внимательно слушал разговор.

— Считаю необходимым силами нашей службы установить контроль за передвижениями объекта, его связью — предложил гость.

— Лишним не будет, но советую поосторожничать, у него в службе безопасности много из ваших бывших — слегка в язвительной манере предупредил Злобин — дальше объяснять не буду.

— Эти моменты я возьму на себя — уверенно сказал Петров и, подумав, продолжил — ваша структура имеет разветвленную агентурную сеть, вы пока ищите в вашей стихии. Надо поспособствовать говорите…

— Есть одна мысль, насчет распорядителя «М», как её там? — обратился к напарнику Владимир.

— Стойкая Нина — поддержал Артур.

— Думается, что в «шоу» она принимает не последнее участие, к тому же опека службы безопасности у ней помягче, нежели у шефа, начните с неё.

— Принято — Вячеслав попрощался и вышел.

— Вроде парень не плохой — сказал Артур.

— Только сытся и глухой — пробурчал Злобин — Ты не знаешь их контору, поверь, они послали действительно неплохого парня, но только для них, поэтому все справки и отчеты через меня. Посылать открыто их нельзя, врачебная этика, что ли. Хотят покопаться? Можно указать пару направлений… где дерьма побольше.

Владимир рассеяно посмотрел на информационный экран, пестрящий не просмотренной информацией и сделал вывод, что ему необходим ускоренный сон. В углу комнаты стояло кресло. Злобин перекочевал в него и прикрепив к виску маленький датчик поставил таймер на подлокотнике на 15 минут.

— Готовь анализ, ты следующий — сказал детектив и его глаза закрылись.

— Я уже спал — ответил Артур потерявшему связь с миром напарнику.

Несколько минут быстрого сна заменяли часы обычного, но злоупотреблять этим благом технократии не рекомендовалось, хотя бы из-за примера страданий прокурора города.

23

— Восемь трупов за двое суток! — кричал с трибуны начальник департамента криминальной полиции.

Злобина вызвали на совещание, собирались создать оперативно-следственную группу по раскрытию серии убийств. Он сидел в мягком кресле актового зала и не мог собраться с мыслями из-за воплей начальника.

— Он так орёт, как будто мы их наклепали — шепнул задумавшемуся Владимиру сосед с лева. Капитан повернулся и только заметил, что сидит рядом с начальником службы собственной безопасности. Тот напоминал ему чеширского кота из Алисы в зазеркалье из-за своей постоянной улыбки, не слезающей с его лица даже на этом сомнительном мероприятии.

— Не мы, а раскрывать нам — шепотом справедливо заметил Злобин.

— Сколько вам надо времени? — задал залу вопрос начальник и услышав тишину поднял Гомонова.

У Злобина на руке завибрировал коммуникатор. Звонил Симонов. Владимир перешел на внутренний канал и ответил:

— Что-то срочное?

— Есть идея, как вычислить негодяя — Симонов говорил возбужденно и один тот факт, что он потревожил напарника на совещании говорил о важности информации.

— Излагай — сказал Владимир.

— Помнишь мою идею по радиочастотам?

— Ага.

— Так вот анализ ничего не дает, потому что сектор глушат, в этой связи я решил пойти от обратного и взял за предмет анализа не район убийства, а всю Москву. Служба контроля частот ничего не выявляла из-за настроя их серверов на определенные нарушения. Выявление заглушенных зон в их задачи не входило. Сейчас мы перенастроили систему и готовы в режиме реального времени к поиску «черных дыр».

— Годится, идея хороша, работай.

Злобин отключил связь и посмотрев на митингующего генерала понял, что тот уже некоторое время смотрит на него в упор.

— Вам что не интересно или я тут для мебели стою? — заорал на Владимира начальник. Владимиру пришлось встать с кресла, чтобы обратиться к старшему по званию.

— Никак нет товарищ генерал — как можно спокойней ответил офицер.

— Когда обращаешься к старшему по званию сначала представляться надо!

— Капитан криминальной полиции детектив Злобин — представился Владимир.

— Что никак нет, не интересно, товарищ Злобин — все больше распалялся генерал.

— Интересно, просто пока мы тут заседаем — они там возможно убивают — на этот раз нагло глядя в красное лицо ответил капитан.

Генерал покраснел от гнева и заорал:

— Так предложите мне что-нибудь, уважаемый сыщик!

— У меня есть конкретные предложения, но, с вашего разрешения я выскажу их вам лично после совещания.

Начальник внезапно успокоился и жестом пригласил присесть.

После совещания Злобин вместе с шефом сидели в приемной у генерала.

— Только не говори что у тебя ничего нет — обеспокоенным тоном сказал Гомонов.

— У меня нет, Андрей Михайлович — Владимир помедлил, смакуя момент поплывшего в отчаянье лица шефа — а вот Артур кое-что придумал — Владимир не договорил, как секретарь попросил их зайти.

В кабинете у генерала Злобин изложил идею Симонова по поиску убийцы с помощью сканирования радиочастот.

— Дешево и сердито, детектив, даю добро на проведение операции, ответственность возлагаю на Гомонова. И ещё, не вижу оперативной составляющей в работе.

— Получена информация о том, что Меркулова заказали криминальные авторитеты — не раскрывая всех карт, сказал Владимир и продолжил — В виду сложившихся обстоятельств разработан совместный план с СНБ по его проработке. Выявим стрелков — найдем заказчиков.

— Хорошо, доклад каждые три часа — ответил генерал — свободны.

* * *

Артур дорабатывал последние детали технической стороны предстоящей операции. Находясь в кабинете, он через сервер службы контроля частот мог в режиме реального времени отслеживать все изменения эфира. Гомонов отдал распоряжения на боевую готовность группе физической защиты. Бойцы расположились в ангаре спецтранспорта. Группы наблюдения заранее были рассредоточены по городу и готовы в любой момент взять под визуальный контроль любой район столицы. СНБ единогласно решили не уведомлять.

— Тебя не допустят до задержания — сквозь прозрачный экран монитора сказал Артуру вошедший в кабинет Злобин.

— Уже в курсе? — изобразив удивление, спросил Симонов.

— Да, ты бы поторопился, можем начать в любую минуту.

— Полчаса — не более, без меня не начинайте — сказал Артур и быстрым шагом направился в отдел сохранения.

24

— Давно вас не видела детектив — вместо приветствия сказала начальник отдела сохранения Валентина Ильинична.

— Да, да — протороторил капитан и поспешил занять место в широком кресле, стоящим под устройством считывания памяти.

— Голубчик, не торопитесь, сначала осмотр, потом процедура — деловито сказала Валентина Ильинична. Артур молча повиновался, встал с кресла и подошёл. Он явно нервничал, так как не хотел пропустить начало операции по задержанию. Старушка же была напротив не тороплива. Она проверила реакцию зрачков на свет, попросила показать язык, мягким молоточком простучала конечности. Во время своих нехитрых манипуляций кратко всё комментировала:

— Свет в норме, рефлексы в норме…

Симонов удерживался от реплик, зная, что процесс в обязательном порядке записывается.

— Садитесь — наконец пригласила она. Артур сел. На висках один за другим оказались прикреплены датчики. Валентина Ильинична отошла к пульту и нажав на пуск сказала:

— Десять минут, офицер. Симонов потерял сознание. Воспоминания потоком нулей и единиц хлынули из его головы в машину, которая шифруя пережитые за последнее время события заполняла матрицу, специально отведенную для конкретного служащего.

25

Артур хоть и боялся опоздать, но не опоздал. Напротив, ожидание затянулось. Уже прошла трансляция по каналу Меркулова — показали бомжа и учительницу. Все порядком устали. Нервное напряжение, присутствующее с начала, прошло и у всех, как говорят спортсмены, перегорело. Наблюдателей не снимали. Физики успели смотаться на захват заложника и вернулись в свое расположение. Артур и Владимир сидели в кабинете.

— Темнеет — заметил Злобин.

— Отсутствие ожидаемого результата только подтверждает гипотезу о ночных вылазках преступника — вслух размышлял Симонов.

— Почему ты говоришь о нём в единственном числе. До сих пор мы не установили не одного свидетеля, который мог подтвердить их количество, не говоря уже о хоть каких-нибудь приметах — сказал Владимир.

— А шоу, ты же видел — попытался возразить напарник.

— Видел что? Силуэт мужчины в черной маске? Напяль этот маскарад на тебя, на меня и ещё на десятерых — нас родная мать не отличит.

— Хорошо один это человек или группа мы сейчас сказать не можем. Необоснованные выводы в нашей ситуации удлиняют путь к истине. Так что он или они… — продолжил Симонов — и был перебит на полуслове напарником:

— Я всё же склоняюсь к группе лиц, слишком трудоемко. Надо выбрать жертву, выждать момент, заглушить район, убить, вытащить чип, скрыть следы преступления, да, и в конце концов передать информацию Меркулову. Плюс ко всему два убийства были двойными. К тому же, временные промежутки между ними равны, судя по твоему анализу — Злобин указал на карту города с отмеченными местами, как раз времени затраченному на переезд от одного места преступления к другому. Тут не псих самоучка, а мобильная группа с техподдержкой на уровне.

— Ну ты дал, мобильная группа маньяков-радиолюбителей — об этом уж точно в учебнике по криминалистике не прочитаешь.

— Поймаем, потомки прочитают — философски заключил Злобин.

26

Расставленная опытными руками охотника сеть сработала около полуночи. Как только сигнал об обнаружении дыры в радиоэфире поступил на сервер, Симонов начал к сканирование района для точного определения координат источника подавления. Владимир в это время переориентировал группу скрытого наблюдения и бегом направился в ангар, где его ждал транспорт группы физической защиты.

— По воздуху до заданного района минут пятнадцать! — крикнул запрыгивающему на борт детективу командир группы захвата. Он закрыл за ним дверь, и машина плавно поднялась в воздух. Спецы в полной боевой экипировке вежливо придвинулись, уступив Злобину место. В их компании Владимир пользовался заслуженным авторитетом после случая, когда он вытащил двоих их коллег из под огня во время вооруженного столкновения в метро, а затем вдобавок избил бывшего начальника группы физической защиты оставившего ребят под огнем. Тот в свое время был выбран естественно по принципу «самый сильный». Но Злобина это совсем не остановило и «Бамбула» — так его прозвали, после двух ударов свалился к его ногам с поломанными ребрами и челюстью наперекосяк.

— Определил примерное местонахождение источника подавления — связался Артур.

— Говори!

— Вероятно, установлено на крыше дома 18, Измайловский переулок — доложил напарник.

— Хорошо. Оттуда и начнем.

— Один нюанс, когда будете в зоне, примерный диаметр около километра, связи не будет. Не только с нами, но и между вами.

— Понял, спасибо. Если что по старинке красная ракета — значит спасай.

Разговор окончился. Злобин почувствовал, что транспорт начал снижаться и понял, почему прервалась связь.

— Командир, источник на крыше, связи не будет, работаем в режиме «Свой-чужой».

— Понял — ответил старший физик и отдал соответствующую команду. Все как один переключили оружие на режим «Свой» и свели стволы друг к другу. Злобин поднес к ним свой пистолет. Через секунду у всех стволов заморгали зеленые индикаторы. Их обладатели теперь могли не беспокоиться — своих не подстрелят.

Три бойца за тридцать метров до приземления выпрыгнули с канатами на крышу, обеспечив прикрытие остальным. При снижении началась легкая вибрация по корпусу, Владимир одновременно с членами группы встали и заняли места точно по отмеченным на полу зеленым кругам. Транспорт сел на мгновение и сразу оторвавшись, ушел вертикально вверх, оставив своих пассажиров на крыше. Старший руками четко отдал хорошо знакомые Владимиру команды:

— По два на выходы, остальные вперед. Два бойца отправились вниз по стенам на блокирование выходов.

Крыша была небольших размеров, здание семиэтажное жилое. Два пожарных спуска, два обычных. Владимир решил держаться командира. Рукоять пистолета быстро согрелась в теплых ладонях. Обойдя крышу никаких устройств не обнаружили. Приняли решение на поэтажное обследование.

— Группы наблюдения уже подошли и рассредоточены по периметру. Рядовые силы, задачей которых будет круговое оцепление будут в течении минут десяти — подумал Владимир и нырнул в люк вслед за командиром. Спустившись по лестничному пролету технического этажа и открыв дверь, Злобин и ещё четверо физиков оказались на верхнем жилом этаже. В крыле которое они обследовали, был длинный коридор с множеством квартир по обе стороны.

— Мне нужна минута — сказал Злобин, подойдя к стене, прислонил свой коммуникатор к щитку, висевшему на ней. Сверка номера регистрации детектива прошла мгновенно — крышка полицейского щитка отошла вниз и поднялась перпендикулярно полу, образовав подобие подставки. Владимир снял коммуникатор, соединив разъемы, поместил его в глубь щитка. Коммуникатор высветил на подставку щитка меню. Злобин быстро манипулируя значками задал нужные параметры поиска по дому — живых объектов на момент «сейчас» и на момент «20 минут назад», что соответствовало времени отсутствия связи в районе. Спустя секунду машина выдала схемы расположения и сухую статистику. Владимир, пробежав по цифрам нашёл несколько квартир, где изменилось количество жильцов. Две квартиры были на их этаже, да ещё и по соседству друг с другом.

— Вот, ткнул пальцем Злобин в номера на панели. Физик кивнул и распорядился подчиненным:

— Идете по двое, по внешним стенкам, детектив со мной в коридоре, встречаем. Бойцы открыли окна в противоположных концах коридора и бесшумно покинули помещение. Как именно они там двигались, Злобин представить не мог, но их командир уверенным шагом пошел вперед, и Владимир поспешил за ним. Вероятно, скорость его шага была равна скорости их движения.

Примерно в середине коридора Владимир остановился напротив нужных дверей. За одной из них послышался звон бьющегося стекла и старший группы физической защиты осадив плечом дверь вместе со Злобиным ворвались в помещение. Квартира оказалась пуста. В проеме разбитого окна стоял боец группы физической защиты.

— Чисто! — отчитался он командиру, как вдруг из-за стены соседней квартиры послышался странный шум, похожий на звук падающей мебели. Злобин вместе со старшим одновременно отреагировали, выскочив в коридор. Дверь соседней квартиры слетела с петель, и им на встречу выскочил мужчина.

— Не стрелять! — закричал Злобин, пытаясь достать его рукояткой свое пистолета. Мужчина, довольно худощавого телосложения получил сокрушительный удар по голове, но к удивлению детектива, уклонившись от его объятий, проскочил мимо и побежал по коридору виляя от стенке к стенке. Внезапно короткая автоматная очередь перебила ему ноги, окрасив брызгами крови обе стены узкого коридора. Раненый по инерции пролетел еще несколько метров, упал на пол и тихо застонал. Физик, явно довольный таким результатом убрал автомат от плеча.

— Смотри за ним — недовольно приказал оглохший на одно ухо Владимир и забежал в квартиру. На полу в комнате он обнаружил труп мужчины с проломленным черепом. Вернувшись в коридор к раненому, Злобин увидел, что тот уже успел проползти на животе несколько метров, об этом свидетельствовали характерные следы на полу. Физик по-своему решил остановить его слабую попытку к бегству, и просто наступил на прострелянные ноги. Отдавая должное задержанному, Злобин заметил, что тот всё равно греб руками. Детектив ощупал карманы его одежды и вытащил из куртки еще теплый чип гиперпамяти.

— Годиться — сказал он и особо не церемонясь, перевернул убийцу на спину. Тот широко открыл рот, как будто пытался зевнуть, скорчил гримасу и застыл, вероятно, потеряв от боли сознание.

— Дыши глубже — посоветовал физик.

— И чаще — добавил Владимир, считывая наручным коммуникатором лицо задержанного.

— Чёрт, связи с центром нет — не получив ответа по личности сказал Злобин и добавил — давай его под охраной в больничку, оцепление с дома не снимать, и еще, следственно-оперативную группу на осмотр вызови, я дождусь.

Старший повиновался и потащил за шкирку задержанного к выходу. Владимир вернулся в квартиру жертвы, осмотревшись, нашел в ящике его идентификационную карточку. Коммуникатор издал звук, свидетельствующий о восстановлении связи с центром. Другим группам дали отбой на осмотр, но Злобин решил удостовериться лично и пройти по всем отмеченным квартирам. Спустившись на этаж ниже нашёл искомую дверь. Так как связь была восстановлена, он коммуникатором дал команду на открытие двери, прислонив его к индикатору. Замок тихо щёлкнул и Владимир вошёл в квартиру. На кухне он увидел женщину средних лет, которая готовила еду. Вид вооруженного мужчины в её квартире заставил хозяйку застыть. Детектив поспешил представиться. Женщина пояснила, что только отправила ребенка в магазин. Злобин, извинившись, вышел. В эти минуты ноги капитана сами несли его, он что то чувствовал, и не старался себе этого объяснить, чтоб не отпустить интуицию. Сверившись в коридоре с коммуникатором, он пошёл дальше по этажу. Открыв аналогичным способом следующую дверь, Владимир зашёл в квартиру. Минув коридор, детектив остановился у дверного проема комнаты.

Тусклый свет комнаты оказался достаточным, чтобы Владимир смог различить силуэт мужчины, стоявшего к нему спиной.

— Криминальная полиция — сказал детектив. Мужчина не шелохнулся. Злобин, ясно уловив опасность, поднял пистолет и повторил:

— Криминальная полиция, медленно обернитесь. Неизвестный, словно истукан, хранил молчание.

— Квартира 108, вероятный подозреваемый — не опуская пистолета, сказал в коммуникатор Владимир и вдруг на физическом уровне почувствовал, как воздух в помещении стал вязким и холодным. Позже, вспоминая и анализируя этот случай, Злобин осознал, что все произошло мгновенно, хотя адреналин, выброшенный в кровь, замедлил время, растянув восприятие детектива до максимальных пределов:

Неизвестный внезапно сорвался с места и двумя прыжками преодолев расстояние, разделяющее его со стеной, к удивлению капитана, пробил её словно бульдозер и мгновенно исчез в проеме. Владимир, нажав на спусковой крючок пистолета, рванул за беглецом. Выстрелов не последовало.

— Сука, заклинило! — повторяя попытку на бегу выругался капитан.

Беглец с легкостью легкоатлета рвущего финишную ленточку пробивал стену за стеной, оставляя за собой облака пыли. Испуганная домохозяйка, непрошенным гостем которой во второй раз стал детектив, выронила из рук кастрюлю. Злобин, пробежав несколько квартир, увидел, как неизвестный в прыжке вжал голову в плечи, пробив дыру в несущей стене и с высоты пятого этажа, в сопровождении осколков, вылетел на улицу.

Из образовавшегося отверстия детектив разглядел что незнакомец сгруппировавшись приземлился на капот припаркованного у обочины автомобиля и соскочив с него побежал по улице. После бега сквозь стены — падение с высоты пятого этажа можно было сравнить с финальным трюком артиста цирка.

— Да, твою Бога душу мать! — в след беглецу заорал капитан. Тот же, как ни в чем не бывало, перебежал улицу и скрылся за углом здания напротив.

— Группам наблюдения, подозреваемый вероятно андроид, рост 185 см, среднего телосложения, возможно, вооружен, одет в черную одежду направляется по Измайловской! — через коммуникатор дал ориентировку Владимир.

ЧАСТЬ II

1

Когда приехала следственно-оперативная группа, Злобин ковырялся с пистолетом. Всё было исправно. Владимир проверил — выстрелив в стену. Мимо прошёл боец группы физической защиты и капитана неожиданно осенило:

— «Свой» — пистолет всё это время находился в этом режиме, об этом свидетельствовал зеленый индикатор, моргнувший, когда в прицеле оказался физик. Владимир решил перепроверить и направил пистолет на себя. Индикатор приветливо моргнул всё тем же зеленым.

Увидев подошедшего эксперта, Злобин ничего не объясняя взял его на мушку. Криминалист, явно опешив, поднял руки и поспешил правильно расставить запятые:

— Казнить нельзя, помиловать!

Моргнув красным индикатор пистолета подтвердил — «Чужой».

— Странно, если свой, то почему бежал, а если чужой, то почему не определился — озвучил мысль капитан и убрал пистолет. Эксперт решил не лезть с расспросами и тихо удалился.

* * *

Владимир, встретившись с напарником в больнице проследовал в палату к задержанному. Пресса что-то пронюхала и толпилась в приемном покое, дальше их не пускали.

— Самойлов Петр, 34 года, не судим, по медицинским учетам не проходил, работал лифтером — сказал Симонов, закашлявшись на полуслове — сейчас его врач в чувство приводит. Я кстати связался с коммунальщиками, он сегодня на вызове был в этом доме. Владимир минул охрану у палаты и прошел вовнутрь. Самойлов лежал на койке, рядом стояли люди в белых халатах. Злобин не видел его чуть меньше двух часов, но ему показалось, что лицо задержанного осунулось, он был бледен и в глазах у него полыхал безумный огонь.

— Все необходимые мероприятия окончены, сейчас он под действием препаратов, поэтому снять память в течении ближайших трех-четырех часов не возможно, временно попрошу ограничится беседой — попросил доктор и взглянув на жизненные показатели пациента удалился с коллегой из палаты. Владимир молча наклонился над Самойловым и посмотрел ему в глаза. Симонов стоял рядом. Раненый громко скрежетал зубами. Взгляд был затуманен.

— Как самочувствие? — нарочито громко спросил Злобин. Самойлов закатил зрачки, обнажив воспаленные белки, и быстро, словно в горячке зашевелил пересохшими губами:

— И дано ему было вложить дух в образ зверя, чтобы образ зверя и говорил и действовал так, чтобы убиваем был всякий, кто не будет поклонятся образу зверя…

Владимир обернулся на Симонова, желая убедиться, что тот так же слышит это. Симонов включил свой коммуникатор на запись и подошёл к кровати с другой стороны. Самойлов продолжал шептать в припадке, схожем с религиозной экзальтацией:

— И он сделает то, что всем, малым и великим, богатым и нищим, свободным и рабам, положено будет начертание на правую руку их или на чело их, и что никому нельзя будет ни покупать, ни продавать, кроме того, кто имеет это начертание, или имя зверя, или число имени его… — шепот сменился хрипом и читающий проповедь замолчал в забытье.

Злобин поднял взгляд на напарника. Симонов в застыл в нескрываемом изумлении.

— Где-то я уже слышал подобное — оторвал его от мыслей Владимир.

— Откровение Иоанна Богослова, главы 13:15, 16, 17 — уверенно ответил Симонов.

— Бред.

— Не совсем, метафоричность библии — возможно, но в 18 стихе, на котором он потерял сознание говориться о самом мистическом числе — шестьсот шестьдесят шесть, и сделав глубокий вздох, Симонов начал читать по памяти:

— Здесь мудрость. Кто имеет ум, тот сочти число зверя, ибо это число человеческое; число его шестьсот шестьдесят шесть.

— Годится, а вы с ним не в одном церковном хоре пели — сказал, поморщившись Злобин. Артур, смекнув, что у напарника нет на этот счет ни предрассудков ни иллюзий, тем не менее решил закончить диалог с теологической окраской:

— Пророчества Иоанна Богослова из книги Апокалипсиса хоть и изречены в обобщающем контексте, позволяющем подтягивать их под те или иные исторические факты, но к твоему сведению мы живем в физической вселенной, построенной на основе углерода. Гиперчипы — так же углеродные соединения. Атом же углерода содержит 6 протонов, 6 нейтронов и 6 электронов. Вот тебе и начертанное на челе, вот тебе и сочти число зверя…

— Пока ни сочтём, ты же слышал он под препаратами — подыграл Злобин.

— И, пока не забыл, эти три цифры стали постоянными спутниками всего современного человечества использующего гиперчипы, ввиду того что математическая модель матрицы записи информации выглядит следующим образом — Симонов, задав коммуникатором команду спроектировал на стену числовой ряд:

28 4 3 31 35 10

36 18 21 24 11 1

7 23 12 17 22 30

8 13 26 19 16 29

5 20 15 14 25 32

27 33 34 6 2 9

Сумма чисел во всех горизонтальных строках таблицы составляет 111, 6 строк по 111 дают число 666. Аналогичная сумма чисел во всех вертикальных столбцах так же дает число 111, шесть столбцов по 111 дают число 666. Фактически числа могут быть любые, но по сумме зависимость остается. Назови это мистикой или чем хочешь, но от этих цифр тебе не отделаться — закончив речь Симонов, выключил проекцию и посмотрел на Злобина.

— Не знаю, совпадение это, или шутка разработчиков — кабалистов, мне всё равно, три шестерки, так три, если у него — Злобин ткнул раненного пальцем — есть на этот счёт своя теория, так даже лучше. Тогда у нас в руках не только сам инструмент возмездия человечеству, но и его мотив. Системность мышления зачастую присуща людям с расстроенной психикой. Кстати — спохватился Владимир — раз ты обладаешь необходимыми знаниями в этой области — тебе и карты в руки, готовь направление на его психиатрическое исследование, и не забудь включить в экспертную группу представителя нашего отдела — с этими словами он вышел. Артур остался в палате. Владимир в коридоре встретил шефа. Тот оживленно беседовал с Петровым. Злобин подождал, когда в разговоре появиться пауза и подошёл.

— Поздравляю с успешной операцией — как ни в чем не бывало, обратился к нему представитель СНБ.

— Молодец! — хлопнув по плечу, присоединился Гомонов.

— Я бы не стал ставить точку раньше времени — сказал Владимир, заметив, что СНБ, не очень то и расстроилась тем, что её даже не уведомили о поимке преступника.

— Конечно, впереди еще огромный пласт работы, нужно снять показания памяти, сверить их с реальной картинкой, но мы полностью полагаемся на ваш профессионализм… — начал Петров. Злобин выжидающе слушал.

— …Нам стало известно, что Меркулов сейчас активно лоббирует внесение поправки в закон «О порядке сохранения сознаний граждан», в частности о возможности прижизненного сохранения граждан. Ранее, как вам известно, на это имел право только ограниченный контингент, включая силовые структуры, а если его примут, то и любой человек.

— Слабо верится в его гуманизм — заметил Владимир.

— И правильно, по нашим данным, уже поступил в серийное производство некий гаджет, разработанный для сохранения в домашних условиях. Теперь каждый, у кого есть средства сможет себя сохранить и плевать на запрет на самокопирование, так как закон о порядке сохранения имеет статус федерального и автоматически отменяет все противоречащие положения других подзаконных актов. — подтвердил Петров.

— Не удивлюсь, если «некий гаджет» производит сам Меркулов, не так давно запустивший кровавое шоу, уже успевшее сформировать панические настроения в обществе.

Владимир вежливо поблагодарив, поспешил попрощаться, потому что у него сработал коммуникатор.

— Служба два ноля три, срочное сообщение, прошу подтверждения — сообщил коммуникатор. Злобин, предчувствуя беду, медленно продиктовал голосовой код своей идентификации. Два нуля третья отвечала за безопасность агентурного аппарата, находящегося на связи у оперативных сотрудников и в автоматическом режиме сообщала им о любых зарегистрированных происшествиях с их участием.

— Код идентифицирован. Сообщение агент с псевдонимом «Двойной» по состоянию — код 200, дать ссылку на происшествие? — сообщила система.

— Да — ответил Злобин. На коммуникатор поступили данные с осмотра места происшествия — ночного клуба «Малыш и Карсон». Сиамские близнецы были обнаружены у себя в офисе, предварительная причина смерти передозировка наркотиками. Официальная версия гибели своих агентов могла устроить Злобина по той причине, что она фактически исключала стороннее насилие, что в свою очередь влекло бы за собой внутреннее расследование и другие, мало приятные, для него моменты. Но реальность была такова, что у братьев наркоманский стаж был чуть ли не в два раза больше чем он служил в полиции… Владимир предположил, что такой исход был удобен не только ему.

2

Злобин сел в машину, и никому ничего не сказав, отправился в клуб. Прибыв на место, он застал автоматического охранника, который дал сигнал на открытие дверей. В помещении клуба было пусто. Труп увезли, клуб закрыли. Злобин поднялся на второй этаж в офис. Медленно обошёл комнату, подошёл к столу и сел за стол. По очереди открыл несколько ящиков, не обнаружив ничего примечательного, закрыл лицо ладонями и попытался сосредоточиться. Ничего не выходило мысли потоком проносились в голове, образуя водовороты доводов и версий. Злобин откинулся на спинку широкого стула и случайно заметил под крышкой стола несколько кнопок. Он нажал одну из них и на стену напротив стола спроектировалось меню. Детектив, сразу оценив значимость находки, поспешил найти значок видеонаблюдения. Проматывая записи, он обнаружил последние. Утром братья были у себя в кабинете. Работа клуба не останавливалась не на минуту, было полно народа. К ним то и дело кто-то заходил, они весело общались. Злобин обратил внимание на симпатичную девушку, которая зашла последней. По всей видимости, она очень понравилась братьям, и они пригласили её выпить. Она осталась. Несколько минут они болтали, пили. Когда братья отвлеклись, она незаметно для них высыпала в стакан порошок. Ещё через несколько минут, подействовал наркотик, Карлсон шатаясь, встал, Малыш закрыл уши руками. Девушка спокойно подошла к медиасистеме и включила музыку на полную громкость. Братья упали на пол, их агония была ужасной. Владимир не стал досматривать, а отмотал на момент, когда хорошо было видно лицо девушки — считал его с экрана коммуникатором. Через минуту пришел ответ об установлении личности со ссылками на происшествия. Владимир, увидев, что последнее датировано сегодняшним днем сразу перешёл к нему и обнаружил, что она покончила жизнь самоубийством примерно через час как побывала у братьев. Одна из камер наружного наблюдения города зафиксировала, как самоубийца выбежала на оживленную трассу и была почти сразу сбита автомобилем, мчавшимся на скорости не меньше двухсот километров.

— Вот и всё — расстроено сказал детектив.

3

— Малыш и Карлсон убиты — сходу сообщил напарнику Владимир. Симонов, оперся спиной на стену больничного коридора и спросил:

— Кто?

— Знал бы… — ответил Злобин и скулы его заметно заиграли — все подстроено под передозу.

— Может сами?

— Сами? — переспросил Владимир и ответил — нет, я видел видеозапись в клубе, на которой какая-то девушка подсыпала им в стакан порошка. А через час она же выбежала на трассу, где её снесла машина. Слава богу, чип уцелел.

— Ещё не смотрел?

— Времени не хватило, сразу сюда приехал. Только успел договориться, чтобы срочно на кристалл переписали. Я тебя попрошу после допроса съездить, забрать.

— Хорошо — согласился Артур. В это время мимо них прошли несколько технарей в синих рабочих костюмах. По большим эмблемам с изображением знака бесконечности на их спинах детективы поняли что, прибыли специалисты для снятия информации и пошли за ними в палату. Пока готовили аппаратуру, напарники предприняли очередную попытку допросить подозреваемого:

— Назовите свою фамилию? — попросил Злобин.

— Я не помню, не знаю — запинаясь, ответил Самойлов. За время, пока детективы его не видели, ему стало заметно лучше. Из глаз исчез лихорадочный блеск. Вид у него сейчас был скорее рассеянный. Он полусидел, с любопытством рассматривая свои руки, которые были прикованы наручниками к кровати.

— Вы что-нибудь вообще помните? — спросил Симонов.

— А кто вы? — вопросом на вопрос ответил пострадавший.

— Я детектив криминальной полиции Злобин, а это — Владимир указал на напарника — детектив криминальной полиции Симонов.

Самойлов медленно повернул голову и посмотрел на Артура, который воспользовавшись этим, решил повторить свой вопрос:

— Вы помните, как здесь оказались?

— Нет — после тщетной попытки заглянуть в свое прошлое ответил больной.

— А как же число человеческое, число зверя? — на всякий случай поинтересовался Злобин.

— Не понял — хмыкнул в ответ Самойлов и жалобным голосом попросил — отпустите меня. Владимир отозвал напарника к окну и шепотом сказал:

— Спекся твой фанатик, не выдержал тяжести бремени меча господа.

Детективы вышли, оставив его на милость специалистов по снятию памяти.

4

Несколько дней минуло в рутинной работе. Доказательств, полученных в виде снятых воспоминаний Самойлова, было больше чем достаточно. Схожих по почерку убийств более не происходило. Однако у обоих напарников оставалось какое-то гнетущее чувство незавершенности.

В один из этих вечеров Артур проснулся и вышел на балкон. Звезд опять не было видно из-за мерцания городских огней и люминесцирующего смога. Всматриваясь в глубину темно-серого неба, он тщетно пытался высмотреть хоть одну из них. Безуспешно. Простояв, пока окончательно не продрог, Артур вернулся в комнату со странным чувством, что звезды от него кто-то спрятал за этой чертовой пеленой. Ужасно захотелось сладкого, так часто бывало, когда он настраивался на размышления. Вытащив из холодильника кусок темного шоколада, Симонов присел в кресло и, жуя, начал рисовать на экране свое уравнение. В нем был маньяк, его жертвы, Меркулов с его передачей, всё это создавало цепь событий имеющих четко видимую причинно-следственную связь. В уравнении не было неизвестных, точнее они были в виде личности маньяка, его жертв, но Артур сейчас думал не о них, а о системе в целом. Жертвы, скорее, случайный выбор убийцы, это как говориться «не в том месте, не в то время». Уравнение было слишком простым и четким. Это давило и ограничивало мысль. Интуиция в этом месте начинала беситься. Артур вспомнил из школьной программы, что уравнение можно перепроверить, решив его другим способом. Он начал двигать значок с жертвами, и получил «жертва= маньяк+Меркулов».

— Тоже вариант — произнес вслух Артур — Только настоящие детективы чертят схемы преступлений, ночью дома, в одиночестве. Он улыбнулся, потому, что его всегда забавляли киношные стереотипы людей его профессии. Симонов опять вышел на балкон и тут же вернулся, сделав поправку в своем уравнении «жертва= (маньяк+Меркулов)*». Звезд не было видно, но чутье подсказывало, что они не только реальны, а именно в них вся суть. Система уравнения изменилась — Меркулов и маньяк управляются неизвестным, причем цель в уравнении жертва — а не случайный выбор. Ребус показался Артуру почему-то удачным, и он довольный, скинув его на личную почту напарнику, с чувством облегчения лег спать.

* * *

Утром на работе объявили, что детективам предоставляют несколько отгулов. Но Владимир и не подумал ими воспользоваться, да и Симонову намекнул, что отдыхать еще рано:

— Я вижу, ты вполне доволен результатами?

— Да, почему нет, мы поймали убийцу, остановили, так сказать, его кровавую охоту, не вижу причин не порадоваться… — потягиваясь в кресле, ответил Артур.

— А Малыш и Карлсон, ты думаешь они не из этой серии?

— Кстати — спохватился Симонов — ты просил забрать запись чипа той девушки, пришел отчет — кристалл оказался пуст — Симонов протянул напарнику бумагу.

— Знаю, извини — Владимир взял отчет и даже не посмотрев на него потер лоб рукой.

— Извини, за что? — не понял Артур. Злобин не ответил на вопрос, а нервно зашагав по кабинету взад вперед, о чем-то задумался. Остановившись посреди помещения, он взглянул на свой коммуникатор, на который в очередной раз пришло предупреждение об отстранении от оперативной работы в случае уклонений от сохранения. Уставившись в него Владимир, замер с согнутой в локте рукой. Мысль, всплывшая из глубин сознания, еще не имея окончательной формы, в эти секунды как сумасшедшая скакала у него в голове. Концентрируясь, он, наконец, поймал её и, отмерев, выдал:

— Взломать наш архив копий сознаний сотрудников сможешь?

— Возможно, но до них не доберусь точно, они на локалке — серьезно ответил Симонов.

— Копии не нужны, нужна очередь, кто первый на сохранение из детективов.

— О, да это просто — даже не надо на сервер, просмотрю рапорта-напоминания, там сроки указаны.

— Годится.

Симонов сделал всё за три минуты и назвал напарнику фамилию очередника.

— Я сейчас отлучусь, как наберу, скинешь ему срочное напоминание о сохранении — сказал Злобин и выбежал из кабинета, оставив напарника в недоумении.

Как и обещал, Владимир позвонил через полчаса. Симонов сделал всё как договорились — выслал от имени отдела по сохранению последнее предупреждение с угрозой отстранения адресату. Скоро вернулся напарник. Артур с любопытством смотрел на него. Злобин включил информационный канал и уставился в экран.

— Ничего объяснить не хочешь?

— Подожди, если получилось, скоро всё сам поймешь.

С экрана тем временем сообщали, что правительственная делегация впервые отправлена на Марс с помощью системы пересылки сознаний в кодированной радиоволне. Процесс перемещения занял всего шесть минут. Система, получившая название «Поток-1», считывала и преобразовывала сознание человека, и направленной радиоволной со скоростью 300 000 километров в секунду посылала его в любую точку галактики, где находилось приемное устройство. Адресат получал сознание и помещал его по договоренности в соответствующий носитель, органического или неорганического характера. Так человек впервые преодолел сто миллионов километров, отделяющих его от красной планеты, всего за несколько минут, когда раньше на это уходили месяцы. Планировалось сократить расходы не только на далеких перелетах, но и на поддержании жизненных функций хрупких человеческих организмов в сложных условиях других миров, не потеряв при этом в факторе присутствия. Сообщалось так же, что в настоящее время выделены линии только для правительственных нужд, но в ближайшем будущем возможны и частные путешествия.

Через несколько минут диктор сообщил о только что проведенной операции Службы национальной безопасности по задержанию разыскиваемого ими торговца оружием. Артур, уже выстроив в голове предположения — вопросительным взглядом искал подтверждение в глазах Злобина. Тот чуть помедлив, рассказал, как встречался с одним из своих осведомителей и попросил его связаться с детективом которого они заставили сохраниться. Человек Владимира анонимно сдал детективу информацию о разыскиваемой СНБистами цифровой сущности. Та, с целью маскировки постоянна меняла оболочки, поэтому смогла так долго продержаться инкогнито. Официально её обвиняли в торговле оружием, но Владимир знал, что торговала она в своё время секретами СНБ. Те такое не прощали, поэтому искали, причем долго и упорно. Детектив, получив по сигналу Злобина от Симонова срочное напоминание — сохранился. А СНБ считав эту информацию из нашего архива, сразу за неё ухватились. Расчет Владимира был весьма хитер.

— То есть, ты хочешь сказать, что наши сохранения есть достояние СНБ — спросил Cимонов. Злобин поморщился и заметил:

— Удивлен, что ты со своим техническим образованием так долго до этого шёл.

— Не могу поверить — схватился за голову Артур. У него был такой вид, как будто внутри что-то со звоном лопнуло и вибрации злости и негодования вот — вот выплеснутся из него классическим набором русского мата. Владимир опередил напарника и спокойно продолжил:

— Помнишь, не так давно я рассказал тебе о том, что Малыш и Карлсон дали мне информацию на кого работал «Исполни Вася». А после, ну перед самым захватом, ты сохранился. Вскоре нашли их в клубе. Вроде как передозировка. Через час девочка, подсыпавшая наркоты, отправляется прямиком за ними в морг. Не слишком ли много трупов? — Симонов попытался вставить слово, но Злобин остановил его жестом, решив закончить мысль:

— Прости, я не знал, можно ли тебе верить — перевили тебя недавно. Раньше мы не общались. Да, в работе претензий нет — поймали психа, молодец, но я больше чем уверен, что он лишь нужный кому-то эпизод… — Симонов внимательно слушал — Так вот, я послал тебя за кристаллом убийцы Малыша и Карлсона, зная, что от её чипа на самом деле ничего не осталось. Я договорился в морге, чтобы тебе отдали пустышку. Мне надо было знать, что ты станешь с ней делать.

— Я привез её в наш отдел по восстановлению — сказал Артур.

— Я знаю — утвердительно сказал Владимир — я пустил за тобой скрытое наблюдение.

— В этом не было необходимости — попытался состроить обиду Артур.

— К сожалению, была — не согласился Злобин — И, еще, на будущее, если следим мы, то это вовсе не означает, что не следят за нами.

— Учту.

— Дорога к Валентине Ильиничне для нас теперь закрыта — сделал вывод Злобин.

— Но нас однозначно отстранят если мы перестанем сохранятся. Я то — ладно, а вот ты уже два месяца у старушки не был — забеспокоился Артур.

— А что тебя тревожит, что меня прикончат и придется всё мне рассказывать, что прожил с последнего раза и не сохранил — отшутился Владимир.

— Нет, просто, сложившаяся ситуация даёт понять, что мы на правильном пути, а без страховки нельзя.

— Ты прав, без страховки нельзя. Сохранятся нельзя. Иначе…

— …Наши воспоминания просмотрят и используют в своей игре — продолжил мысль Артур.

— Но чтобы начать свою игру — надо сначала понять чужую — афоризмом высказался Злобин.

— Это точно. Думаю самое время позаботиться о резервных копиях для нас где-нибудь на стороне.

— Для меня это трудно, во-первых, это запрещено уголовным законом, во-вторых, я не смогу спокойно спать, зная, что моя копия мозгов где-то лежит, а вдруг что, не хочется даже предполагать? — Злобин сделал странный жест рукой, обозначающий, по всей видимости, что его мозги вышли из черепа и куда-то ушли.

— У меня есть спец, сейчас находиться под программой защиты сознаний, он всё устроит.

— Годится, не так — так по-другому.

5

Два детектива подъехали к косметическому салону «Апполон», оставив машину на парковке, зашли внутрь. В большом зале было много людей, все занимались своими делами и никто не обратил на двух капитанов внимание кроме администратора — молодой девушки с модельной внешностью. Она подошла и дружелюбно заглянув в глаза посетителям спросила:

— Вы по записи господа, у нас, к сожалению, нет свободного посещения.

— Да мы записаны к мадам Волынской, нам назначено на… — взглянув на часы, Артур выбрал ближайшее время — …на 12 часов.

— Как вас представить?

— Она ожидает, просто скажите что «он пришел».

— Как изволите… — девушка покорно удалилась. Через минуту она вернулась и пригласила мужчин за собой. Она провела их через зал, затем дверь, длинный освещенный коридор и оставила в небольшом, но очень уютном фойе с двумя креслами и камином. На полу был натуральный шерстяной ковер с высоким ворсом, над камином весела шкура белого медведя. Насколько мог вспомнить Злобин, эти животные были истреблены около ста лет назад и их великолепием, хотя бы в таком исполнении мог насладиться далеко не каждый человек. Они не успели даже присесть, как массивная дверь отварилась и им навстречу с распростертыми руками выбежала эффектная блондинка. Она обняла Симонова и расцеловав его в обе щеки начала радостно причитать:

— Арти, мальчик мой, как я рада!

— Ладно, ладно, перестань. Он свой — начал отплевываться Симонов — Модест, я же хорошо помню, каким ты был мужиком.

Модест, спрятанный в теле женщине сразу прекратил показуху. Подойдя к Злобину, протянул ему правую руку и представился:

— Модест, но на людях Мода.

— Владимир, в миру так же — пошутил Злобин и отметил, что рукопожатие вполне мужское. Проводив гостей в свой кабинет, Модест предложил им присесть на диване, а сам расположился в кресле напротив. Приятно пахло травами и ещё чем-то неуловимым, расслабляющим.

— Как жизнь, писаешь уже сидя — спросил Симонов.

— Да, привык, ваша психологическая служба, ну та, что по процессу адаптации консультирует, чистый отстой, я с ума сначала сходил, думал кончусь. А сейчас свыкся, женщиной быть тоже своя наука, но я надеюсь, что это не навсегда.

— Когда мы тебя спрятали, год назад?

— Год и три месяца — уточнила Мода.

— Да, большое мы с тобой такое дерьмо со дна подняли, сколько за тебя тогда азиатский синдикат давал? — спросил Артур.

— Три миллиона — гордо озвучил цифру Модест.

— А, это то дело с промышленным шпионажем, припоминаю — включился Владимир.

— Помнишь, кодовое слово проекта по твоему сохранению? — спросил Моду Артур.

— Конечно, «Тиресий» — в честь одного из героев древнегреческих мифов, — которому довелось побывать и мужчиной, и женщиной — утвердительно ответил Модест.

— Это я придумал — гордо заявил Симонов — примечательно, что на вопрос Зевса и Геры, кто более наслаждается при занятиях любовью, Тиресий отвечал, что женщина в десять раз сильнее, чем мужчина… Это конечно не цель твоего проекта, но всё же очень любопытно узнать от первоисточника… — Артур с обескураживающей улыбкой посмотрел на своего «Тиресия».

— Ну, мальчики… — засмущалась Мода — не было шанса проверить, поверьте, ещё не было — Мода покраснела и заспешив переменить тему сказала:

— Спасибо, что сохранил меня Артур, ты знаешь, я по гроб обязан.

— Мы как раз к тебе за этим и пришли.

— Понимаю, стал бы ты открыто навещать свидетеля, спрятанного по программе защиты сознаний.

— Да уж, дела обстоят таким образом, что нам самим надо сохраниться.

Мода прикусила нижнюю губу, обнажив белоснежные зубки.

* * *

Провожая через час своих сохраненных гостей, Мода вывела их с черного входа, где уже ждала «Каста». Пожав руку Владимиру и поцеловав Артура в щеку Мода, тайком что-то шепнула ему на ухо. Владимир заметил, но не подав виду присел в машину. Уже в дороге, не выдержав долгой паузы, Владимир спросил:

— Ну, всё-таки, кто?

— Женщина — с улыбкой произнес Симонов. Каста плавно двигалась по шоссе в сторону управления внутренних дел.

6

— Славно поработали ребята — хвалил Гомонов напарников. Он приехал от генерала. Тот видно был доволен и шеф по этой причине был в хорошем расположении духа.

— Есть еще не выясненные обстоятельства — заикнулся Владимир.

— Какие еще такие обстоятельства? — с лица шефа медленно начала сползать улыбка. Он не на примере знал настойчивость подчиненного и возможные её негативные последствия.

— Не допрошен один из подозреваемых — сказал Злобин.

— Кто же? — от безысходности строго спросил начальник.

— Меркулов Борис Петрович.

— Товарищ капитан, я недвусмысленно даю вам понять, что расследование по уголовным делам в отношении Самойлова завершено. Судья уже приговор вынес. Я, к вашему сведению, был у начальства — сделав ударение на последнем слове, Андрей Михайлович показал пальцем вверх и после паузы продолжил — там довольны, и, ни мне, ни кому-либо другому не надо, чтобы ты лез с расспросами по прекращенным делам к влиятельным персонам.

— Но… — попытался в очередной раз возразить детектив.

— Никаких «Но», и точка — перебил шеф.

— У нас есть версия по гибели хозяев клуба Малыш и Карлсон, о возможной связи с серией раскрытых преступлений — воспользовавшись моментом, вставил Симонов. Гомонов строго на него посмотрел и подумав сказал:

— Занимайтесь, будет что-то конкретное, буду готов выслушать.

Злобин с Симоновым вышли.

— Не пойму, почему такое отношение? — по дороге в кабинет спросил Артур.

— Всё просто, серия преступлений, получивших общественный резонанс раскрыта, убийца пойман и придан суду. А никому нет дела до наших доводов, потому что кроме доводов у нас пока ничего нет.

В кабинет позвонил старший эксперт Власов. Симонов перевел изображение на общий экран, так чтобы напарник смог участвовать в разговоре. Самый высокий эксперт сообщил, что в ходе осмотра места поимки маньяка, а точнее дыры в несущей стене, которою проделал неизвестный, он обнаружил и изъял капли жидкости голубого цвета.

— Похоже, вы напали на след аристократа — пошутил эксперт.

— Не понял — одновременно сказали детективы.

— Дело в том, что изъятая мной голубая жидкость, есть не что иное, как обычная голубая кровь — заключил эксперт.

Владимир явно не ожидал такого доклада потребовал пояснений.

— Все на самом деле элементарно. Вряд ли стену может протаранить какой-нибудь организм. Из этого обстоятельства можно сделать заочный вывод об искусственном происхождении объекта, то есть о том, что это робот. Андроидный тип робота, судя по описанию уважаемого детектива — Андрей указал с экрана на Злобина и продолжил:

— Андроидный тип, как мы знаем, есть изделие с набором сложных частей и механизмов, но по сути просто железом. Очень дорогим железом — уточнил эксперт — Мы так же знаем, что условно есть живые организмы и неживые, то есть на основе органики и без неё. Среднего не существовало до сегодняшнего дня. Хотя уже давно ходили слухи об экспериментах в этой области…

— К чему ты клонишь?

— Поймите, у нас кровь красного цвета, потому что содержит гемоглобин, в основе которого железо, а у этой формы жизни — гемоцианин, в основе которого медь. Кстати, такое существует и в природе, но лишь у низших форм жизни — пауков, скорпионов, крабов. У них ведь нет вен и артерий, а как без сосудов снабдить весь организм кислородом? Эту функцию благодаря своему сложному строению и выполняет гемоцианин. Он очень точно, как сверхчувствительный регулятор, отмеряет необходимые порции кислорода. Одновременно он выравнивает температуру тела в соответствии с внешними условиями.

— Понял. Но в конечном итоге, кто это?

— Элементарно — у этого существа нет никаких сложных систем сосудов, артерий, фактически скорлупа, заполненная минимально необходимым набором жизненно важных органов. Чем проще изделие, тем надежнее и, вероятно, эффективнее его работа. Допускаю, что вы столкнулись с новым видом оружия — сочетающем в себе неуязвимость стальных машин, но все же функционирующем на основе органики.

— Ага, всё гениальное просто — подтвердил детектив и задумался. Если так как говорит эксперт, то получается, что ему встретился официально не зарегистрированный организм.

7

Злобин проснулся в гостях у Наташи — секретарши прокурора, их замечательный вечер был окончен у неё в квартире в районе Новой Измайловской улицы под шампанское и свечи. Все произошло спонтанно, и поэтому максимально страстно. Излишний романтизм не был свойственен Владимиру, но в этот раз он не противился, тем более что финал оказался просто великолепным. Девушка спала, первые лучи солнца падали на её светлые волосы, ярко переливаясь золотом. Злобин на минуту задержал взгляд, наслаждаясь прекрасным зрелищем, встал с постели и быстро одевшись, задумался и написал записку: «Ты прекрасна, как фея из моих снов», В. Он положил записку на тумбочку у изголовья кровати и вышел из квартиры. Как только хлопнула дверь, девушка открыла глаза взяла записку и принялась читать.

* * *

Когда Злобин зашёл в кабинет то обнаружил, что Артур не уходил. Это стало уже почти его привычкой — жить на работе. Напарник сидел за столом и был увлечен работой за компьютером.

— Зря мы были у твоей знакомой — сказал Владимир.

— Почему? — не понял Артур.

— Ты что, еще не в курсе? — удивился Злобин — Приняли поправку в закон о сохранении, теперь каждый гражданин имеет право на создание своей личной копии. Для хранения при жизни. Так сказать на всякий случай. Вдруг ему башку оторвёт.

— Ничего себе — недоумевал Артур — А я когда то за самокопирование людей привлекал.

— Сейчас по всем каналам реклама пошла, вот гляди — и Владимир, перелистав наугад несколько каналов, безошибочно нашел ролик:

— На заре цивилизации лучшие сыны человечества, опережая свое время, давали толчок прогрессу… — вещал голос с экрана, озвучивая мелькающие одну за другой фотографии Эйнштейна, Королёва, Эдисона и других великих — Но для нас их гении безвозвратно утрачены. Сегодня в период подлинного рассвета человеческой расы, прогресс обеспечен стабильностью сознания, не измеряющегося временем отведенным на жизнь физического тела — Далее шёл скорбный список выдающихся современников, чьи гиперчипы не подлежали посмертному восстановлению из-за повреждений в следствии аварий, катастроф и т. д… Завершал видеоряд лозунг: Подари свой гений миру — Сохрани себя! Далее какая-то актриса в халате домохозяйки объясняла, как легко она сохранилась у себя дома при помощи нового устройства. Злобин выключил экран.

— Пришел отчет по исследованию чипа Самойлова сказал Артур и передал его Владимиру — там на третьей странице упомянуто об изменении структуры волокна схожее по характеристикам с меткой обнаруженной на остатке чипа того сутенера, который застрелился в старом городе.

— Интересно — листая экспертизу, произнес Злобин — А ну-ка, вызови гробовщика.

Артур связался с Эдуардом и попросил его зайти. Тот спустился к ним через несколько минут.

— Эдик, ну что там завод изготовитель ответил что-нибудь по Сивохе? — спросил Злобин. Эдуард протянул ему бумагу и пояснил:

— Производитель объясняет изменение материи гиперчипа возможной волновой перегрузкой и как следствие сработкой системы самомаркировки. В принципе как я сначала и предполагал.

— Эдик, дружище, тебе чаще с нормальными людьми надо общаться, мы тебя не понимаем, поясни проще.

Эдуард, обладающий неиссякаемым объемом терпения, спокойно начал расшифровку сказанного:

— Устройство названное гиперчипом являет собой сложную систему не только хранения данных, но и их считывания. Не случайно выделено аж 16 каналов, по которым одновременно записывается одно и тоже событие, одна и та же мысль и т. д. Всё это связано со сложной структурой нашего с вами мозга и проходящих в нем процессов. Туда однозначно включены химические реакции на молекулярном уровне, электрическая, Альфа-Бета волновые активности. Это раз. — По привычке убедившись, что его слушают, Эдуард продолжал — Лишь с момента внесения поправок в закон о сохранении стало реальным сохранение сознания так сказать на всякий случай. А во времена разработки устройства — Гиперчипа, изобретатели уже заложили страховочный вариант в него самого. То есть, на случай экстремальных ситуаций устройство могло самомаркироваться — это два.

— Но для чего? — не выдержав спросил Артур.

— Ответ однозначен, чтобы такой как я мог без труда определить момент кризиса и при наличии некоторых положительных моментов восстановить память до указанной точки. Единственное, что мне кажется странным, так это то, что метка выглядит несколько гипертрофированной, по сравнению с указанными параметрами производителя.

Поблагодарив Эдуарда за помощь, детективы попрощались с ним и принялись за рассуждения:

— Ввиду последних событий, необходимо выдвинуть рабочие версии. Как говорил один старый опер самый правильный вопрос — Кому выгодно? Ответим на него, получим варианты. Итак, первая версия: господин Меркулов — его шоу создает настроение в обществе, а у него уже на это козырь в рукаве — патент на производство устройств, для сохранения в быту, да и не только патент — поправился Владимир — а ещё склады забитые уже готовой к продаже техникой.

— В этом варианте надо учесть, что разработка устройств и их последующий серийный выпуск произошли до принятия поправок в закон о сохранении сознаний, то есть Меркулов фактически наперед знал, что поправку утвердят, и он сможет реализовать свою продукцию — уточнил Симонов, сверившись с указанными данными по информационному экрану.

— На лицо и мотив, и возможная связь с психом. Не могу понять, как только он его заставил убивать, в памяти Самойлова ни намека на Меркулова. А закон, как он смог так быстро протолкнуть его изменения в правительстве. Более пятидесяти лет не трогали, а тут на, как по щелчку пальцев. Бабло побеждает зло.

— Бабло порождает зло — перефразировал Артур.

— Вторая версия — СНБ, но совсем неясны цели. Хотели участвовать в расследовании. Но, я полагаю только с целью внутреннего контроля. С другой стороны зачем, если есть доступ к сохраненным сознаниям. Как задержали Самойлова, сразу отстранились. Возможно, причастны к гибелии Малыша и Карлсона. Почему? Неясно.

— Кроме этого остаются другие значительные пробелы: источник подавления радиосигнала не установлен, характер связи Хабарова и Меркулова не установлен, «Свой» — голубокровый беглец не установлен. Вопросов хватит нам до пенсии. А мы так ни к чему связному прийти не можем.

— У меня есть несколько идей по источнику подавления — обнадежил Симонов.

— Хорошо займись пока этим и уточни по времени маркировки чипа Самойлова, а мне придется пока вернуться к старым баранам — сказал Владимир и вышел из кабинета.

8

Злобину ничего не оставалось, как начать все опять сначала — его машина остановилась на стоянке стриптиз клуба Михея. Спустившись в подвал и проигнорировав замечание охранника, Владимир вновь оказался в гостях у вора в законе. Обойдя по кругу помещение Злобин не нашел Хабарова. Несколько девиц спали на диване. Еще один охранник играл в порнотетрис. Ни хозяина, ни двоих его телохранителей не было.

— Где Михей? — спросил у бармена, появившегося из-за стойки.

— А кто спрашивает? — протирая рюмки, безучастно спросил бармен. Владимир подозвал пальцем наглеца и прихватив его за шиворот свободной рукой спроектировал ему на лоб свой жетон. Работник, сведя глаза к переносице, сразу образумился.

— Вам просили передать — испуганно сказал он и вытащил из-под стойки небольшой бумажный пакет. Злобин принял его.

— Сто водки, за столик принеси — попросил Владимир и направился на свободное место. Распечатав конверт, он обнаружил информационную рамку. Предусмотрительно положив её на стол, чтобы избавить сообщение от посторонних глаз Злобин включил устройство. С экрана с ним заговорил Хабаров:

— Чтобы получить доступ к системе тебе необходимо ответить на вопрос. Есть одна попытка.

Краткое сообщение закончилось и на темном экране появилось поле для ввода четырех цифр, вверху мигал вопрос: Год?

— Год? — повторил детектив — Какой еще год? Наверное, от рождества Христова, если значение четырехзначное — сделал правильный вывод капитан — Итак, вопрос Михея для меня, стало быть, он касается нас обоих. Год, когда мы познакомились — 2318 — именно тогда он лишился глаза. Надо же, как ему это запало. 2318 — уверенно ввел Владимир.

— Ответ принят — сообщила система и вынесла на экран видеофайл. Злобин нажал на плэй. Перед детективом предстало какое-то помещение, в котором люди в белых халатах проводили операцию. Судя по обстановке действие происходило на нелегальной основе. Инструменты и оборудование выглядели странно, по крайней мере, так показалось Владимиру. Вскрыв черепную коробку пациента, умельцы обнажили мозг. Камера снимала все одним кадром, оператор, по всей видимости, не обладал достаточными навыками, периодически теряя фокус и картинку. Вытащив мозг его взвесили и переложив на отдельный стол начали отделять гиперчип. Оператор следил за манипуляциями, меняя свое положение, отчего в кадр периодически попадали детали интерьера помещения. Злобин заметил еще несколько столов, на которых так же лежали обнаженные люди. Тем временем от головного мозга отделили устройство и переложив его в пронумерованную металлическую коробку унесли. В кадр случайно попала одна из стен помещения. Она вся состояла из квадратных металлических дверец — холодильных камер.

— Морг — понял детектив. К оператору обратился один из врачей, перед камерой замелькали руки снимающего, и Злобину стало ясно, что съемка была проведена скрытой камерой, отчего и пострадало качество. Видеофайл закончился. Далее следовало текстовое сообщение: «Мне стало известно о том, что Меркулов обладает неким списком смертников, в который вхожу я и еще более двух тысяч человек. Я уже принял по этому поводу решение. Но, тем не менее, кто позаботится об остальных. ТВОЙ ХОД».

Злобин отмотал видеофайл на момент, когда было видно лицо оперируемого и сняв показатели коммуникатором отправил их Симонову.

— Установи его данные и проверь. Езжай сам, срочно. Артур, уже почти свыкшийся с внезапными озарениями напарника бросил дела и покорно начал исполнять просьбу. Злобин погрузился в размышления, только заметив уже давно принесенную водку. Он взял запотевший графин и наполнил рюмку. Выдохнув выпил и чуть не поперхнулся когда увидел, что в клуб влетел Михей. Один из его телохранителей волочил ногу — видимо был подстрелен. У Хабарова в руках было по пистолету, телохранители тоже были вооружены. Злобин, достав табельное, вскочил на перерез Хабарову.

— А детектив… — увидев его обрадовался вор — впервые вам искренне рад! — прокричал на бегу Михей и перепрыгнув барную стойку занял оборону.

— Брось оружие! — направив на него пистолет, потребовал представитель власти.

— Вы бы присоединились, мы всего на минуту от них оторвались, вот-вот нагрянут…

— Не понял — обходя бар, сказал детектив.

— Посланники Борис Петровича идут, что тут не понять, сейчас самая жара начнется.

— Прошу группу физической защиты… — связался с центром Злобин.

— Это зря, всё равно не успеют — сквозь зубы сказал Хабаров, взяв на мушку вход. Двое клубных охранников вооруженные поднялись на улицу. Сразу послышались звуки выстрелов. Несколько беспорядочных очередей, затем два одиночных и тишина.

— Дверь! — закричал Михей и открыл огонь по-македонски с двух рук по появившемуся в проеме входной двери силуэту. Злобин стоял рядом и смотрел. К удивлению пришелец не реагировал на попадания, а ответив несколькими выстрелами, наповал убил двоих охранников. Злобин не смог рассмотреть оружия, казалось, он ведет огонь из сжатого кулака. Один из телохранителей, тот, что хромал, выглянул из-за колонны и почти в упор выстрелил в затылок гостю из дробовика. Голову разорвало как гнилой арбуз. Злобин мельком увидел, что кровь погибшего — голубого цвета и понял, что они уже встречались. В этот момент подоспевшее подкрепление из еще двух нападавших открыло огонь, со спины расстреляв хромого. Хабаров, выронил пистолет из левой руки, ему задело плечо. Бутылки, на стойке разлетелись, обдав осколками и алкоголем. Злобин присев стрелял из-за бара, просто высунув руку. Ситуация критическая. Медлить было нельзя. Михей отодвинул половицу и указав на люк скомандовал:

— Отступаем!

Затем он вежливо пригласил детектива прыгнуть первым. Вытащив из кармана две ручные гранаты, Хабаров зубами вырвал кольца. Отпустив спусковые скобы, он про себя отсчитал три секунды, подкинув их в воздух, последовал за Злобиным.

Скользя по мокрому тоннелю Владимир, пытаясь не выронить пистолет, услышал, как вверху раздался взрыв.

— Черт, экран забыл — подумал детектив и с этой мыслью вылетел в коллектор. Плюхнувшись в сточные воды, он поспешил отойти, чтобы Михей не упал ему на голову. И не зря, поскольку сразу за ним вылетел вор. Сжимая пистолет в сбитой в кровь руке Злобин ткнул его в лицо приземлившемуся:

— На сегодня хватит, ты пойдешь со мной!

— Извини, детектив, но здесь наши дороги расходятся — вставая, ответил Михей и тоже поднял на него пистолет.

— Объяснить не хочешь? Сплевывая воду, текущую по лицу спросил Владимир.

— Я все сказал, тебе туда — кивнул на один из выходов Хабаров, а мне туда — и указал на противоположный.

— Что ты еще знаешь? — продолжал капитан.

— Меркулов сам себе подписал приговор, у тебя максимум сутки.

— У тебя есть список?

— Нет, но если тебе интересно, детектив, то он нас объединяет — Хабаров медленно начал отступать к выходу за своей спиной. Владимир не опуская пистолет, стоял.

— Тебе известно, почему и как он это делает?

— Я знаю, что твой маньяк — подстава — Хабаров зашел в проем.

— Куда ты?!?

— Всё детектив, в одну реку не войти дважды, всё началось в старом городе, всё там и окончится — с этими словами Михей развернулся и побежал по тоннелю. Злобин, подумав, решил отпустить его и пошёл в другую сторону.

* * *

Только через час ему удалось выбраться из подземных коммуникаций. Он связался с машиной, чтобы она его забрала и поехал к Симонову.

— Я установил и проверил переданного тобой гражданина — сообщил по связи Артур.

— И что?

— Да ничего, живет себе довольный, работает. Пропадал позавчера на день с работы. Но пояснил, что простыл и дома отлеживался. Жена подтвердила.

— Ясно, а ты где? — спросил Владимир.

— Еду в управу, у меня новости по Меркулову — радостно заявил Артур.

— Там встретимся, у меня тоже.

9

Злобин приехал первым и успел переодеться до появления напарника. Сменной одежды в кабинете не было, поэтому пришлось одеть форменную. Артур, зайдя в кабинет увидел наряд Злобина сделал вывод, что тот опять собрался на совещание при генералитете и решив не тратить время на пустые рассуждения перешел сразу к сути:

— Мы знаем время и район, где проходило подавления радиоэфира?

— Знаем.

— Во время задержания Самойлова, я определял источник как крышу того дома.

— Помню, но мы ничего не нашли.

— Так вот, я подумал, что если его там не было, то возможно источник находился в космосе на около земной орбите. Спутник.

— Логично.

— Данные по этой тематике, закрыты, тем более в мировом масштабе. Но нет препятствий патриотам! Пришлось ломануть министерство обороны, надеюсь, коллеги не обидятся, когда узнают, что в Сьерра Леоне к этому не причастны. Так вот от них пробить все орбиты по времени и районам нахождения не стоило труда. Выяснилось, что в нашей точке могло быть не более семи спутников. Выбор, казалось велик. Из космоса Москва, грубо говоря, точка, но по времени спутник может проходить её в определенный момент. Кроме этого для сравнения у нас были ещё периоды других эпизодов убийств психа.

— Становиться интересней.

— Сопоставив все перечисленное, я установил, что во всех указанных промежутках времени над Москвой был один спутник. И принадлежит он…, отгадай кому? — радостно спросил Артур.

— Да что гадать — Меркулову.

— Абсолютно в дырочку!

— Вот скотина, помогал ублюдку из космоса.

— И не только помогал, а судя по всему, и управлял им — время маркировки соответствует времени последнего убийства.

Обсудив еще некоторые технические детали, Владимир рассказал напарнику о своих похождениях, чтобы тот имел полную картину в голове.

— Недостающие фрагменты мозаики встают на свои места.

— Да, похоже, что все дороги ведут в Рим — сказал Артур, имея ввиду, Меркулова.

— Не понятно, что с тем товарищем из морга? — сам себе задал вопрос Злобин — съезжу-ка я в наш городской, по неопознанным уточню, а ты ищи у них что-то общее. Раз есть список, значит не он один их объединил, а что-то еще — сказал Злобин на выходе и добавил — И меня не забудь включить.

10

Злобин находился в стерильном помещении морга. Среди кафеля, металла и белого света. В прозекторской он застал за работой профессора Неклюжева Аристарха Васильевича — щупленького старичка, ловко орудующего зловещими инструментами из холодной медицинской стали. Владимир не любил морг из-за ощущения могилы, которое сопровождалось холодом и соответствующими запахами. Только крючковатый старикан, который постоянно забывал куда положил инструмент или повторял одно и тоже по той же причине, тем не менее, отчетливо и в деталях помнил события сорокалетней давности, скрашивал эти ставшие в последнее время частыми посещения.

— Чипа нет, нет чипа — повторился профессор.

— Наверное, продадут на телепередачу — хмыкнул Злобин.

— Хотелось бы верить, детектив, помните… — старичок на секунду замер в позе где его реденькая седая бородка оказалась выше макушки, и отмерев с сиплым задором выдыхая пар продолжил:

— Помните то нашумевшее дело с подменой заместителя министра финансов?

— Что-то припоминаю, из курса криминологии — не уверенно сказал Владимир — По-моему, тогда я еще не родился.

— Я имел честь вскрывать его трупы, так вот случай примечателен как раз тем, что беднягу чиновника, как же было его имя? — сам себе задал вопрос патологоанатом.

— Не важно — терпеливо сказал Злобин.

— Ну да ладно, не могу припомнить, назовем его Иван Ивановичем, как позже выяснилось был похищен одной группой, которая на тот момент уже имела в запасе болванку, т. е. клон многоуважаемого Иванова. Они прикончили настоящего, переписали его гиперчип в нового, внесли свои некоторые изменения, с учетом корыстных целей и подбросили его полицейским. Сначала для всех был счастливый финал. Зам министра спасся из рук похитителей, живой здоровый. Ура-ура. — Профессор хлопал в ладоши, изображая комичную радость.

— Прошло некоторое время. И похитители прокололись. Вы удивитесь, если узнаете на чем… — Явно интригуя, старик медлил.

— И на чем же? — быстро переспросил Злобин, боясь, что собеседник потеряет нить повествования.

— ……- Аристарх Васильевич хрустнул большими ножницами, перекусив ребра анатомируемого, не ответив на вопрос, благополучно забыл содержание беседы.

— Простите — спросил Злобин, выждавший длинную паузу.

— Да, да.

— Вы, по-моему сказали трупы, так кого именно вы вскрывали?

— Я, кажется, уже говорил, что не помню его фамилию, старею — признался профессор.

— Да нет же, вы вскрывали настоящего или клона Иванова?

— Обоих, но по очереди.

— Разница была?

— Не-ет — протянул профессор — два абсолютно одинаковых тела, прямо братья близнецы. Но вот чисто интуитивно, на каком-то внутреннем, я бы сказал подсознательном уровне, я понял, что первым вскрыл клона.

— Это как то можно объяснить?

— Ну, знаете ли, голубчик, вам знакомо понятие душа? — последнее слово явно было основным в его вопросе. Злобин промолчал, давая старику выложить все карты.

— Так вот мил человек, души-то как раз и не было. Не бы-ло. И я это, как ни странно, ощутил это почти на физическом уровне. Понимаете, похитители вытащили у Иванова чип, немного его подбили и воткнули в клона. Операция проста как бином Ньютона и никого ей уже давно не удивишь, теперь все так поступают. Кто в сеть, кто в клона, кто в кого, не важно, важно, что жизнь продолжается. — тараторя, старик размахивал увесистыми ножницами перед Злобиным, явно позабыв их назначение и используя как преподаватель указку — Но, да будет вам известно, что прародитель гиперчипов, а так же позднее ярый идеолог кибербессмертия — профессор Люмбштейн в своих работах не раз упоминал о тонких материях, о душе и подчеркивал, что душа мерит свой срок по 1-ой жизни тела, и мы при всей точности своих действий по переносу сознания в цифровой эквивалент в конечном итоге всё равно имеем дело всего лишь с его аналогом! Аналог сознания, понимаете — аналог. Человек в своих возможностях и так слишком близко подступил к Богу, что будет далее, боюсь даже подумать.

— Я тоже боюсь — сказал Злобин и выскочил из морга. Ноги уже куда-то несли его. Он понимал, что к чему-то пришел, точнее он не мог сформулировать мысль прямо сейчас, но адреналин решения уже бил по жилам и надо было бежать.

11

— Я понял — ворвавшись в кабинет, закричал Злобин — их подменили — По какой-то причине в список входят люди, которых Меркулов заменил, изменив что-то в их чипах памяти. И тихонько вернул на место.

— Я тоже понял, что между ними общего…

— Что? — остановился возбужденный Владимир.

— Когда ты в канализации разговаривал с Хабаровым, он намекнул тебе, что всё началось в старом городе? — уточнил Артур.

— И?

— Так как количество реальных потерпевших, а так же предполагаемых за последнее время увеличилось, то мне удалось проанализировать и провести одну очень важную между ними параллель.

— И мной — уточнил Злобин.

— И мной и тобой — поправил его Артур — Слушай, все знают, что началось в старом городе?

— Восстание.

— Я тоже так подумал. Мятеж и так далее. Но нет. Там была военная операция, в ходе которой применили новый тип оружия. Этот элемент прямо влиял на память и как я думаю на сам чип.

— Да, да, точно я же был там, мне немного досталось — подтвердил Злобин.

— И я тоже там был и благодаря респиратору после краткого медикаментозного курса пришел в норму. Но суть в том, что все жертвы подвергались действию этого элемента. И Слизько и Прокопенко, а так же Разумов, бездомный, учительница, Хабаров, и конечно мы с тобой.

— Где ты раньше был с этими выводами?

— Не смог сразу сложить данные, потому что не все официально задерживались, да и нас с тобой в расчет не брал. Были догадки, поэтому и дополнительное исследование мозговых тканей жертв сделал. Чипов то нет.

— А результат есть.

— Окончательного нет, пока в работе, но предварительно, у всех элемент в тканях присутствует.

У Владимира сработал коммуникатор. Пришло сообщение с неизвестного номера: Включи канал «М», тебе нужен был список, получи. — Михей, сообразил Злобин и быстро включил экран.

В студии канала «М» выступала лично Стойкая Нина:

— Ввиду вступления поправок в закон о сохранении сознаний — о новой возможности архивного хранения для каждого гражданина и устранение, таким образом, социальной несправедливости, а так же в рамках внедрения в массовое пользование устройств записи и хранения сознаний, каналом «М» проведена акция по бесплатному предоставлению устройств трем тысячам горожан. Генератор случайных чисел выбрал попавшиеся номера идентификационных карточек счастливцев. Через несколько минут к ним прибудут посыльные и торжественно вручат подарки. Список победителей вы можете увидеть на нашем сайте.

— Годиться, вот и список жертв — сказал Злобин — А ну давай на сайт.

— Ты меня потом научишь, так же делать — сказал пораженный Артур. Быстро скачав список, они первым делом попытались найти там себя.

12

Детективы приступили к оперативной проверке полученного неожиданным образом списка. Ни их, ни других служащих правоохранительных органов там не оказалось. Артур вбил перечень одновременно в несколько баз данных и через несколько секунд получил номера коммуникаторов большинства из них. Используя другую систему, он в режиме реального времени установил кто — где находиться и получил детализацию по каждому из них. При этом, рискуя, ввел ложный номер судебной санкции. Еще несколько секунд ушло на то чтобы дать машине несколько параметров, по которым можно рассортировать жертв. Артур работал экспромтом — решения приходили интуитивно, по мере постановки вопросов. Сейчас он был рыбой — в своей родной стихи. Злобин, в это время, наклонившись на одну руку, позади напарника не мигая следил за его манипуляциями. Его глаза отражали экран, в котором как угольки адского пламени прыгали ярлыки и окна, а сам он был похож на гончую, смотрящую на соперника, отпущенного с форой.

Условия по детализации коммуникаторов были следующие — отключенные более чем на час, до и после настоящего момента. Ожидания Артура оправдались — более чем у половины абонентов — коммуникаторы и правда прерывали свою связь с центром более чем на несколько часов — что означало, что их уже заменили. У других коммуникаторы были отключены — в стадии. И третья категория — старые, ещё не замененные люди.

— Ты понял, чьи коммуникаторы не в сети, те сейчас переделываются, их не отследить и не помочь, но есть еще часть не тронутых — сделал вывод Артур.

— Срочно, переведи информацию на экран шефа — сорвался со старта Владимир.

— Шеф — мы имеем предполагаемый список жертв, нужно срочно распределить группы захвата — заходя, обратился Злобин.

— Каких жертв? — непонимающе смотрел на экран шеф.

— Меркулова, он попытается заменить им чипы, при этом прерывается связь в районе, в том числе и их коммуникаторов с центром.

— И сколько их осталось? — спросил начальник.

— Когда я выходил из кабинета, было около семисот — ответил Владимир и указал шефу на монитор. Тот, прищурившись, смотрел на цифры.

— Ну, парни, хорошо! Выбери вероятных с десяток, а я пока группы захвата подниму — скомандовал шеф. Владимир довольный повернулся, чтобы выйти из кабинета, как вдруг услышал, что его коммуникатор, пикнул. Звук был не привычно громкий. Злобин через плечо глянул на Андрей Михайловича и понял, что его коммуникатор сработал одновременно с начальника — связь с центром была утрачена.

— Годиться, чёрт — обернувшись сказал Злобин и увидев глаза Гомонов ещё раз всё осознал — связи нет потому что сейчас кого-то будут менять. Он ошибся, только во времени шеф изменился практически одновременно с сигналом.

— Прощайте капитан — сказал он неживым голосом, про который как-то рассказывал напарник, и достав пистолет из кобуры, на этот раз не оправдав ожидания застывшего Злобина — выстрелил не в себя. За долю секунды до выстрела Злобин был сбит с ног дверью, которую открыл влетевший в кабинет детектив:

— Вязов стрелял в Симонова! — на выдохе крикнул вбежавший и получив пулю в грудь упал. Злобин выскочил в коридор и полетел к своему кабинету. Шеф спокойно встал и продолжил стрелять ему в след.

— Ну, ни петь, ни рисовать! — в душе произнес Злобин, на бегу доставая пистолет. В кабинете было пусто, и не решившись пользоваться лифтом, Владимир поспешил к пожарному выходу. Кто-то из служащих, мимо которых по коридору пробежал капитан открыл по нему огонь. Владимир не стал тратить время, свернув за угол.

— Они могут контролировать сознание! — перекрикивая друг друга сообщили детективы, чуть не столкнувшись на лестнице.

— Теперь мы точно ему мешаем — сбегая вниз, сказал Артур.

— Ага, контроль, мать его — запыхавшись, урывками говорил Владимир — надо же, догадаться.

— Убьют — предположил Симонов.

— Не-ет, список это другие, заменят — прыгая по ступенькам, декламировал напарник.

— Вот, точно, в списке неконтролируемые люди.

— Ага, нас так мало осталось… — по-философски печально дополнил Злобин.

— «Каста» — в гараже сказал Симонов.

— Нельзя, если уж люди, то она точно.

— Не беспокойся — на бегу уверил Симонов — она же «Родная». Молча согласившись, Владимир, направился за напарником.

— Родная, открывай — прислонившись рукой к двери машины сказал Артур. Злобин, обегая машину, услышал как тихо щелкнули замки и двери машины немного отстранились. Одновременно сев на сиденья детективы услышали её мягкий голос.

— Здравствуйте детективы.

— Поехали — скомандовал с ходу Артур. Родная завелась и направилась к выходу.

— Выезд запрещен — сообщила машина и приостановилась. Симонов увидел уже опускающиеся ворота. Злобин разглядел двоих сотрудников бегущих сзади. По пистолетам в руках становилось ясно об их намерениях.

— Родная, в чем дело? — спросил Владимир.

— Не понимаю капитан, на мой запрос о выезде ответили отказом. Сзади раздались выстрелы.

— Родная, другие выходы? — вмешался Артур.

— Есть у выезда к которому мы ближе всего, вентиляционный шлюз.

— Хорошо, что не канализационный — добавил Владимир. Каста подъехала к нужному месту. Детективы, открыв люк, проникли в шахту. Преодолев узкий проем через несколько минут Владимир оглядываясь вылез на улицу. Они оказались с задней стороне министерства, улица оказалась не очень людная и напарники, стараясь избегать взглядов прохожих, быстро пошли от здания во дворы. Артур придерживал рукой автомат, болтавшийся на спине под плащом. Интуиция подсказывала, что он обязательно пригодиться.

— Когда ты понял, что Вязов под контролем? — спросил Владимир.

— Шестнадцать терабайт тому назад — шутя ответил Симонов, имея ввиду последние десять минут своей жизни, отложившиеся примерно таким объемом информации на его гиперчип. Владимир, не поняв смысла шутки напарника, молча шел за ним.

Коммуникаторы одновременно пикнули у обоих капитанов, сообщая о возврате связи.

— Вышли из района — глянув на коммуникатор, сказал Симонов и остолбенел от того, что коммуникатор пикнул ему в ответ потерей связи.

— Чёрт, они включили сеть, чтобы найти нас — подпрыгивая от злости на свою не дальновидность, сказал Артур. Владимир снял с запястья предателя, замахнулся, чтобы его выкинуть.

— Это мы всегда успеем — перехватил его руку напарник — достаточно вытащить питание. Артур присел на корточки с коммуникатором Злобина и открыв заднюю крышку, попытался вытащить маленькую батарейку.

— Зараза — ругался под нос Симонов, уже заканчивая со своей, как его одернул Злобин:

— Бежим, нас срисовали! — по улице в их сторону бежали несколько незнакомых людей. Рванув по дворам, петляя детективам, удалось оторваться. Свернув в безлюдный переулок, они перешли на шаг.

— Вот и поменялись ролями. Теперь на нас охотятся — сказал Владимир.

— Пути господни не исповедимы — не к случаю заключил Артур.

— Временами, они ведут к психологу. Ты вот чего в полицию поперся? — недобро спросил Злобин — и не давая ответить, высказал мысль напарника — наверное, чтоб людям помогать?

Артур хотел было подтвердить его слова, но был снова перебит:

— Херня всё это, я тебе скажу, что настоящему самцу, всегда нужна охота. Большинство людей потенциальные жертвы, даже больше чем ты думаешь, и даже те, кто совершают умышленные тяжкие преступления, они себя в душе уже обрекли на наказание, просто не могут сами себе признаться. И то, что они делают, зачастую объясняется их комплексами, страхами и прочими тараканами. Ты охотник и я. Наш лес — каменные джунгли, наша добыча — преступившие закон. Ты разве не испытывал ощущение необыкновенного подъема и радости в момент поимки виновного?

— Ну да — подтвердил напарник.

— Так вот, это тебе привет из глубины веков, из подсознания, когда люди ходили в шкурах и охотились на мамонтов!

— Я как-то об этом и не задумывался.

— Я тоже, но у меня есть еще одна мысль об охотниках: бывают правильные и не правильные. Все определяется целью. Мы ловим, чтоб очистить общество, и та радость, которую мы получаем, позитивна и необходима для поддержания нашей мотивации. Неправильные же охотники хватают ради чувства превосходства, самоутверждения и тому подобного, наверное, ты таких знаешь?

— Есть пару коллег на примете — задумался Артур.

— Это то же самое как убивать на охоте ради пропитания или ради самой охоты, как забавы. Такие люди деградируют в своих комплексах с каждой удачной охотой, их нужно сторониться — завершил психологический экскурс Злобин.

— Откуда ты это всё взял — ошарашено спросил Артур.

— Бывшая жена психолог, защитила на моем примере кандидатскую, по синдрому свободной охоты, а затем развелась — улыбнулся Владимир.

— Это ещё что?

— Это когда уходишь в тыл врага, ловишь сутками бандитов, забывая о других социальных ролях — мужа, сына, подчиненного — ответил напарник — Это одна из крайностей правильного охотника, в общем вот тебе мораль — никогда не женись на психоаналитиках. Они сами сумасшедшие и тебя сведут с ума. А лучше вообще никогда не женись.

— Я и не собирался — неуверенно подтвердил Артур.

Напарники прошли еще несколько безлюдных дворов. Становилось ясно, что бродить нет смысла, это лишь увеличивает шанс быть схваченными.

— Что делать, надо прятаться — сделал вывод Злобин.

— Я знаю тут рядом подвал — неожиданно предложил Симонов.

— Откуда это?

— Сам говорил полезно на места преступлений ездить. Я там был пару месяцев назад на трупе — шагая по двору, пояснил напарнику Артур. Двор оказался пустой. Убедившись напоследок, что никто не преследует и не следит, Артур спустился за Владимиром в подвал дома. В нос резанул запах пронзительной сырости и теплого пара. Смешанный контраст ощущений усиливался абсолютной темнотой. Достав фонарик, Владимир осветил дорогу.

— Нет, всё таки я должен был сегодня опять в канализацию попасть — обреченно сказал Злобин и раздраженно добавил — что не мог на труп в «Гранд Асторию» съездить.

Нащупав лампочку, торчащую из стены, Симонов докрутил её в патроне и осветил помещение. Комната, в которой когда-то обнаружили умершего была немного обжита и вопреки ожиданиям воняло в ней много меньше. После всех запахов и сырости, тут было даже уютно. Раздолбанный диван, частично оголив свои ребра, приветливо стоял у стены. Владимир сел. Артур, пригнув голову, чтобы не задевать потолок заходил по комнате.

— Не могу понять их технологию — говорил он — если связь глушиться, то как они управляют людьми?

— Ты что не устал? — спросил Злобин — ляг поспи — решив показать пример он занял пол дивана.

— Нет, подожди, может сигнал такой силы, что глушит другие частоты — Симонов мелькал перед лампочкой мешая Злобину расслабиться — скорее они глушат основные частоты и оставляют одну или несколько для себя… Владимир не дослушал и уснул.

Проснувшись через несколько часов, он поймал на себе взгляд Артура.

— Я нашел безопасный канал связи — радостно сообщил Артур, пожертвовавший ради этого своим отдыхом — надевай — передал Злобину его коммуникатор — в принципе он бесполезен, но между собой свяжемся.

— Надо выбираться из этой дыры — сказал Владимир и взглянул на время. По его расчетам уже стемнело.

— Куда дальше? — уже на свежем воздухе спросил Артур. Злобин с наслаждением вдыхая вечернюю прохладу ответил:

— В центр, к Меркулову. Возьмем в заложники. Друзья пошли к видневшемуся на горизонте небоскребу.

Тот, кто не верит в счастливый случай, не сможет принять обстоятельство, что наряду со счастливым всегда существует и его противоположность — признал для себя Артур, когда он увидел на улице идущего Дроздова Костю — бывшего его сослуживца. Артур попытался отвести взгляд, но было поздно. Константин, узнав его, приложил к губам свой коммуникатор. На самом деле они не были в зоне контроля, иначе он бы ни с кем не связался, просто Симонов и Злобин были в ориентировке по подозрению в убийстве детектива, сраженного пулей Гомонова сегодня в управлении.

— Бежим! Нас узнали — крикнул Артур.

— Поздно — остановился Злобин и достал пистолет. Система сработала и теперь к друзьям со всех сторон направились люди.

13

— Старайся не убивать — сказал Владимир и открыл огонь по уже совсем близко подошедшему мужчине. Тот упал с прострелянной ногой, но пытаясь подняться, пополз в их направлении. Артур вытащил автомат и прижал щекой приклад, прицеливаясь. Карманы плаща обнадеживающе оттягивали две ручные гранаты. Идя медленно по улице, детективы по необходимости открывали огонь, калеча пытающихся достать их гражданских. За ними шла уже целая толпа. Вдруг как по команде люди одновременно сорвались и побежали. Злобин присел на колено и в автоматическом режиме начал стрелять по ногам. Артур, вытащив гранату, кинул её в толпу и присев к Злобину своим примером показал закрыть глаза, уши руками и открыть рот. Граната оказалась весьма эффективной, моментом расчистив им место. Пришлось бежать в направлении, откуда до этого на них наступали, поскольку из-за угла дома, до которого они почти дошли, полилась живая река. С быстрого шага детективы перешли на бег, изредка стреляя на ходу. Неожиданно сзади прозвучало несколько выстрелов и Артур, следящий за напарником боковым зрением, потерял его из виду. Оглянувшись, он увидел, что Злобин, прижимая рукой, окровавленный бок всё больше и больше отстает.

Подбежав к нему, он перехватил его под плечо и поволок. Симонов еще раз посмотрел на окровавленного Владимира, тот держа правой рукой рану на животе, отстреливался левой. Почему то в этот момент Артуру показалось всё ужасно забавным, на его разбитом лице появилась лучезарная улыбка. Всё поплыло в замедленном темпе. Нет, он не потерял трезвость мысли, просто умереть в первый раз, по геройски сражаясь, было не так уж и плохо. Владимир от души матерился и, стараясь не наносить летальных ранений, стрелял по конечностям, прущим напролом людям. Те падали, но продолжали ползти. Симонов внезапно пришел в себя и оторвавшись от немого созерцания момента их гибели перешел к активным действиям. Он вскинул автомат и двумя одиночными выстрелами лишил активности бегущих на встречу мужчин. Кольцо вокруг сужалось. Теперь граждане не бежали они с шумом замкнули круг и остановились плечом к плечу. Между ними и двумя детективами было меньше десяти метров. Мокрый асфальт бликал огнями вспыхнувших машин. Владимир и Артур прижались спинами друг другу и перестав вести огонь, держали оружие на изготовке.

— Что, кто сегодня хочет сдохнуть? — крикнул толпе Злобин. Этот крик был отчаянием, вырвавшимся наружу как вызов неминуемой гибели. Злобин тяжело дышал, вытекающая из раны кровь уносила с собой остатки жизненной силы.

— Держись — тихо, сквозь зубы сказал другу Артур.

Из окружившей толпы вышел мужчина и в этот момент все вокруг смолкло. Оба детектива, про себя интуитивно, сделали вывод, что этот подконтрольный скорее всего работник сферы обслуживания. Тот остановился и, выждав паузу, произнес:

— Вы зашли дальше, чем вам было позволено… — он говорил, но голоса его детективы не слышали, потому что одновременно с ним говорили все остальные. Громогласная речь наполнялась десятками, а скорее сотнями голосов, вызывая непроизвольные судороги. Казалось, высший разум спустился с небес и теперь ничто его не остановит.

— Сегодня вы умрете и с вами закончится эра хаоса…потому что вы…

— Мы одни из последних, кого ты в этой стране не можешь контролировать, скотина — Злобин сделал невозможное, перекричав толпу.

— Поэтому заткнись! — Артур выстрелил в грудь вышедшему мужчине. Тот упал на колени и молча завалился на бок. Толпа не сдвинулась с места. Из неё вышел другой мужчина и стал рядом с трупом своего предшественника.

— Вы знаете, что это бесполезно, своими действиями вы наносите урон новому обществу, убивая законопослушных граждан… — продолжала скандировать толпа — вас уже заменили, сдавайтесь и конец ваш будет быстрым — из толпы вышли двойники Злобина и Симонова. В отличии от своих оригиналов копии выглядели сейчас как эталоны.

— Я же говорил, что я выше ростом - не к месту удовлетворенно заметил Артур.

— А сейчас я — произнес Злобин и выстрелил двойнику Артура в лоб. Симонов, не растерявшись разнес голову клона Владимира, не оставляя шанса на восстановление гиперчипа. Толпа разом двинулась на офицеров.

— В двухсот пятидесяти метрах к югу по шоссе имеется возможный путь отхода — голос спецтранспорта «Каста» прозвучал одновременно у обоих детективов в коммуникаторах.

— Попробуем пробиться — весело крикнул Артур и разжав кулак кинул в толпу последнюю светошумовую гранату «Зорька». Зажмурив глаза, за секунду до взрыва он бросился в сторону катившейся по земле болванке, таща под руку раненного напарника. Злобин ладонями закрыл уши и открыл рот. Центр вечерней Москвы сотряс взрыв гранаты, сопровождающийся ослепительной вспышкой и звоном разлетевшихся окон прилегающих зданий. Оглушенные гражданские сбитые с ног падали как сломанные игрушки, другие, потеряв ориентацию — крутили головами и беспорядочно бегали, образовывая брешь в окружении. Злобин с Артуром бежали сквозь живую изгородь, стреляя в разные стороны. У Артура из ушей пошла кровь. Раненый, повиснув у него на плече, старался не потерять сознание. В ушах нестерпимо звенело. Симонов мельком глянул на Злобина, который что-то кричал, но казался ему немой рыбой, очень выразительно хватающей ртом воздух. Пламя на конце его пистолета ни на секунду не угасало, но вокруг был только оглушительный звон. Симонов вдруг сообразил, что абсолютно ничего не слышит. Поспешно переключив коммуникатор на внутренний канал, Артур гневно обратился к Касте:

— Что так долго, твою мать, Родная? — впервые применив к ней ругательство.

— Извините, капитан, понадобилось время на взлом блокировки радио частот — как всегда беспристрастно ответила машина.

— Теперь куда? — спросил Артур.

— Пятьдесят метров по шоссе, там справа у обочины будет люк, ведущий в сеть воздухозаборников антисмоговых установок города.

Артур зашагал как можно быстрее, Злобин, отстреляв боезапас, спрятал оружие в кобуру.

— Есть проблема, по данным коммунальных служб, обслуживающих установки, концентрация токсичных газов в шлюзе может превышать норму в несколько раз, что возможно первоначально вызовет аллергические реакции, с последующими осложнениями в виде астмы — доложила заботливая Каста.

— Да по мне, хоть две астмы и один бронхит, лишь бы свалить отсюда поскорее — по внутреннему заметил Владимир, наконец поняв, что напарник не отвечал ему потому что не слышит. Артур отстрелил замок на решетчатом люке и затолкав Злобина в проем, длинной очередью высадил остатки рожка автомата по ногам ближайших преследователей, нырнул за ним.

14

Сеть коммуникаций антисмоговых установок опутывала весь город, лишь частично справляясь с загрязненным воздухом Москвы. Воздухозаборники, шлюзы, тоннели и система автоматической фильтрации были сооружены более семидесяти лет назад. Всё работало в автономном режиме, с момента сдачи в эксплуатацию не реконструировалось. По данным «Касты» система перемыкалась с бомбоубежищами и в случае угрозы как раз по тоннелям, по которым сейчас бежали Симонов и Злобин, граждане могли в них попасть и укрыться.

— Каста, куда он ведет? — спросил Артур.

— Карта уже у вас в коммуникаторе.

Симонов остановился и начал изучать схему. Тоннель через триста метров раздваивался. Один ход, судя по всему, вел в фильтрационные сети, другой к выходу в районе Охотного ряда. Выбора не было, поэтому Симонов привалил Злобина на себя и пошёл в сторону выхода. Через несколько минут Злобин обмяк и начал сползать со спины напарника. Артур аккуратно присадил его на пол.

— Что-то я теряюсь — пересохшими губами прохрипел Владимир.

— Давай передохнем минутку и двинем — нарочито бодро сказал Артур.

— У тебя ещё остались статики? — спросил Злобин. Артур порылся в карманах и достал две пластиковые палочки. Владимир взял одну, откусил с краю и засунул себе в рот с удовлетворенной улыбкой. Артур последовал его примеру.

— Я-то думал, ты — против?

— А что теперь это важно, мы наверное теперь последние кто может себе позволить выпить, покурить, остальным сейчас по херу — за них уже решили на сто лет вперед. Знаешь, я ещё не разу не умирал, и желания особого нет, поэтому давай валить, пока я ласты не склеил. Чувствую что уже вот-вот.

Злобин выплюнул пустую палочку нервного статика и при помощи Артура поднялся. Они добрели до выхода за десять минут. Артур выглянул через решетку. Люди спокойно шли по улице. Все поодиночке, групп и даже пар не было.

— Каста, ты где?

— В ста метрах от выхода, капитан.

— Хорошо, мы выходим, подъезжай.

Артур прикладом выбил решетку и выскочив со Злобиным на улицу прыгнули в подоспевшую Касту.

* * *

В машине Владимир потерял сознание. Артур поспешно подключил к нему датчики снятия жизненных показателей. Большая кровопотеря сделала свое дело. Злобин умирал. Каста получила информацию об организованных блокпостах. Прорываться не было шансов. Вколов другу дозу экстренного реагента, Артур принял единственное правильное решение…

ЧАСТЬ III

1

— Проклятый каменный мешок, могила — шептал заключенный. Он был нагой, грязный, сидел на полу, обхватив колени руками. Изо рта шел пар, с потолка монотонно капала вода. Небольшое помещение камеры было полностью лишено хоть какой-нибудь мебели. Грубый камень, частично покрывшийся плесенью, был исписан выцарапанными символами, непонятными не посвященному глазу. Оцифрованное сознание человека по кличке «Шаман», было локализовано на охраняемый носитель по судебному решению на двести лет. Он обвинялся по сорока статьям, среди которых уничтожение, взломы, копирование сознаний. Его ловили долго, он был легендой, неким гуру кибербытия. Долгое время спецы были даже уверены, что он просто миф.

— А, 415, 26, м, а — как заклинание выкрикнул заключенный и прикоснулся правой ладонью к холодной стене. Из-под ладони показалось слабое свечение, которое через несколько секунд погасло.

— Нет, связи с терминалом нет, отрезан на носителе — шептал «Шаман».

С экрана монитора специалист по сохранению локализованных сознаний наблюдал за сотней заключенных, одним из которых был «Шаман». Вырваться с носителя у них не было никакой возможности.

2

Не останавливая «Касту», Артур на максимальной скорости промчался через пункт пропуска в старый город. Не ожидавшая прорыва охрана вышла на улицу и обнаружила отсутствие шлагбаума и облако пыли оставшееся от пролетевшей машины.

— Остановишь, где в прошлый раз встретили Кавальски — обратился к Касте Симонов. Он понимал, что кроме старого города деваться им больше некуда. А там Артур вообще никого кроме этого загадочного субъекта не знал.

Каста остановилась точно в том месте, где в прошлый раз обнаружили Кавальски. Артур посмотрел на раненого Злобина, тот без сознания лежал на заднем сиденье. Подключенные к нему датчики свидетельствовали о тяжести его положения, показателями, выведенными на экран.

— Сообщишь мне, если достигнет критического состояния — попросил машину Артур и вышел.

Оказавшись в полумгле смогового облака, Симонов приступил к поискам. Кого именно он искал и на кого мог наткнуться? — Он не знал. На всякий случай, обнажив оружие, он пошёл по улице. Обследовав несколько зданий и не найдя ничего, что хотя бы чем то свидетельствовало о присутствии людей Артур уже почти отчаялся. Как вдруг увидел приподнимающийся канализационный люк. Симонов пригнувшись, спрятался за какой-то кучей и стал наблюдать. Две руки отодвинули крышку, затем показалась голова, которая медленно описав дугу, осмотрела окрестности.

— Кавальски — догадался капитан, выбежав из-за своего укрытия, направился к нему.

— Кавальски! — окликнул Артур знакомого, который от неожиданности чуть не провалился обратно в люк.

— Да, детектив — собравшись, ответил математик.

— Узнал — обрадовался Артур — мне нужна помощь, в старом городе есть еще кто-нибудь?

— Есть, многие.

— Где они? Доктора есть?

— Не знаю о докторах, мы сами живем — ответил Кавальски, имея ввиду, еще кого-то.

— Отведи меня к ним, пожалуйста — попросил Артур.

— Отведу — согласился обитатель старого города, помнивший, что Артур его когда-то отпустил — только мы с тобой к ним не пойдем, мы сами живем, никого не трогаем.

Артур, уже свыкшийся с многоголосьем Кавальски, не обращал внимание на его отклонения в построении речи.

Вдвоем они дошли до Касты. Кавальски сел и начал показывать дорогу.

— Налево здесь, направо — периодически указывал он — Тут останови мы выйдем.

Артур еще раз, на всякий случай убедился, что Кавальски, точно один. И осмотрев его, притормозил в указном месте. Математик выбрался из машины:

— Там, в трехсот метрах вниз по улице, здание банка — он указал рукой направление — свернете в подземный гараж.

— А кто там? — спросил, наклонившись, Артур.

— Вас встретят — сказал Кавальски захлопнув дверь.

Артуру ничего не оставалось, как довериться и он направился в указанном направлении.

3

Тихо шурша шинами, Каста спустилась в подземный гараж. Свет зажигался автоматически, по мере продвижения автомобиля.

Съехав на несколько уровней под землю, Артур остановился. Спуск упирался в груду камней и металла, по всей видимости, обвалился потолок, полностью перекрыв проезд. Симонов вышел на свет фар и подошел к препятствию.

— Тут и направленный взрыв вряд ли поможет! — расстроено констатировал Артур — Вот Кавальски, послал…

В это время он услышал звук передергивающихся затворов — ход был длинный — значит оружие автоматическое — сделал вывод Симонов и повинуясь поднял руки вверх. С двух сторон к нему подошли вооруженные люди и держа его на мушке потребовали представиться:

— Назовите себя!

— Симонов Артур Матвеевич, детектив, капитан криминальной полиции — спокойно ответил Артур.

— Оружие!

Симонов достал пистолет и подал его рукоятью вперед.

— Коммуникатор! — детектив снял браслет с руки.

— Пойдем! — скомандовал охранник и ткнул дулом автомата в спину детективу.

— Куда?! — хотел было возразить удивленный Артур, как сработавший механизм подъемника заглушил его голос. Обломки, потолка выполняли функцию не только ворот, но служили хорошим камуфляжем. Проход оказался открыт и Симонов в сопровождении конвоя пошел вниз по коридору. Через несколько минут пути они дошли до еще одних ворот, у которых так же дежурило двое охранников. Пленник без лишних вопросов был передан им под конвоирование.

— У меня раненый в тяжелом состоянии, в машине — попытался возразить детектив.

— О нем позаботятся — безучастно ответил конвойный.

Пока его вели, Артур заметил, что у всех людей, которых они встретили в пути, в том числе и у охранников лица были закрыты масками, причем понять их функциональное назначение Артуру не удавалось. В них не было не респираторов, ни каких либо других устройств, казалось маски нужны только для того чтобы скрыть лица. По указанию конвойного Артур свернул в примыкающий коридор. Они еще немного прошли и ему приказали остановиться у одной из дверей, которых в коридоре было несколько. Артур остановился. Один из охранников открыл ему дверь и пропустил вперед. Симонов вошел в комнату. Окон не было. Справа стояла кровать, за ней подобие унитаза, с потолка падал тусклый свет. Оглядевшись, Артур услышал, как за спиной громко закрылась дверь.

— Камера, хорошо — озвучил мысли капитан.

Находиться в закрытом пространстве для детектива было не в первой. В детстве он в числе многих стал жертвой крупного землетрясения и провел под завалами три дня, пока его не нашли спасатели. Только там, под обломками здания, пространство в котором он был заперт, ограничивалось возможностью вдохнуть полной грудью в положении лежа. Здесь же, в камере, можно было ходить, лежать, даже прыгать — до потолка было метра два с половиной. С этими мыслями Артур лег на кровать. Только сейчас он понял насколько вымотался за последние дни. Он почти не ел, ни спал. Его несколько раз пытались убить. Злобин при смерти, он сам сдался в плен неизвестным.

— Что дальше? — сам себе задал вопрос капитан и привстал на кровати, замок двери щелкнул и в камеру вошел конвоир. Он жестом пригласил Артура проследовать за ним. Артур быстро поднялся и пошёл. Они спустились на несколько этажей вниз, и у одной из комнат охранник пригласил детектива войти, а сам остался у дверей.

Артур вошел в комнату, которая была похожа на зал для проведения совещаний. За большим круглым столом, посреди комнаты напротив него сидел мужчина в такой же маске, как и у его охранников. При виде вошедшего он встал и пригласил присесть напротив него. Артур сел.

— Итак, кто вы? — спросил неизвестный. Голос его из-под маски звучал не очень естественно, из чего Артур сделал справедливый вывод, об использовании голосового преобразователя.

— Симонов Артур Матвеевич — еще раз представился Артур — А вы?

— Я один из Многих, Старший — ответил мужчина.

— Многие, не понял, так называется ваше сообщество — переспросил Артур — это как несколько?

— Это как у австралийских аборигенов, у которых нет чисел. У них есть только единственное число и множественное. Нас больше чем один, поэтому нас много. Численность нашей группы, так же как и личности, её составляющие являются секретом.

— Да, уж — причмокнул Симонов. Его это явно забавляло.

— Артур Матвеевич, в целях безопасности мы не употребляем имен, заменяя их псевдонимами и носим маски, чтобы скрыть лица — он пальцем указал на свою черную маску выполненную пластика — С вашего позволения вы будете Последним.

— А можно Великим, или нет, слишком пафосно, пожалуй, Натуральным — не удержался от иронии Артур.

— Как пожелаете — согласился Старший.

— Как мой друг? — спохватился Натуральный.

— В тяжелом состоянии — честно ответил Старший — сейчас медики борются за его жизнь. Даже если он выживет, то на ноги встанет не скоро.

— Зачем я вам нужен? — спросил Артур.

— Это не мы к вам пришли, а вы к нам. Так что вопрос — зачем мы нужны вам?

Артур улыбнулся собеседнику и сказал:

— Думаю, раз мы здесь, то вы в курсе, что твориться в городе. Людей взяли под контроль, неугодных убрали, те, кто выжил — бежали. Часть из них, как я полагаю, составляет вашу организацию.

— Мы бы не стали с вами разговаривать, если бы не один человек, мнению которого я доверяю, не поручился за вас. Точнее за вашего раненого друга.

— Михей — про себя сделал правильный вывод капитан.

— Он сказал, что вы в силах изменить ситуацию…

Артур задумался. У него не было четкого плана в голове, а тем более в масштабах изменения положения дел в целом городе. Одно он понимал ясно — без напарника ему не справиться.

— Мне нужно видеть напарника — избегая фамилий, попросил Великий и Натуральный.

— Хорошо — не стал спорить Старший. Они прошли в операционную. Несколько докторов работали над Злобиным. Подозвав главного врача, Старший попросил его ответить на все вопросы Артура.

— Состояние крайне тяжелое, если говорить прямо — то тело не жизнеспособно. Удивительно, как он еще столько протянул — сказал врач. Несколько раз происходила остановка сердца, реанимационными мероприятиями мы возвращали его.

Артур слушал его и смотрел за стекло операционной на Злобина. Тот был подключен к системе вентиляции легких. Аппаратура в палате, мягко говоря, была не очень современна.

— Сейчас мы боремся за тело, но скоро придется бороться за мозг. Проблема в том, что устройство для переноса сознания после смерти, с чипа поломано, а детали, как вы понимаете, сейчас не доступны. Мы можем считать гиперчип, только пока жив мозг. Поэтому придется пользоваться старой методикой холодной ванны. Пока тело не умерло нам необходимо начинать процедуру. Мы погрузим его в холодную воду. Сработает нырятельный рефлекс, который вызовет брадикардию — замедление пульса. Температура тела упадет до 5–6 градусов. Введенный гормон блокирует дрожь мышц. Освобожденный от других органов и мышц кислород направиться к мозгу. Это даст нам время на проведение переноса сознания в новую оболочку. Методика стара еще и тем, что считывать информацию будем посредством подключения к глазным нервам. А это чревато. Объем информации огромный, можем просто их спалить. Но надежда есть. Дело останется за малым — найти новое тело.

— Сколько у меня будет времени? — спросил Артур.

— Если начинать сейчас, не больше двух, от силы трех часов — ответил врач.

В груди у Симонова защемило. Стараясь не поддаваться нахлынувшим эмоциям, он попытался рассуждать как можно хладнокровней.

— Времени нет, тело напарника — не жизнеспособно, сознание переписать с чипа — нет аппаратуры. А что если он не успеет, тогда придется искать аппаратуру в другом месте. Сейчас это не возможно. Хотя? Если будет новое тело, можно вписать копию, которую они оставили у Модеста — От этих мыслей Артур подскочил и радостно забегал — Так, что дальше, думай, думай — заставил он себя — Где взять тело? Как где? — ответ пришёл сам собой — одолжить у нового общества.

Взяв, на всякий случай, у техников информацию о поломках считывающего после смерти устройства детектив бегом направился к скучающей машине.

Старший распорядился, чтобы Симонову не препятствовали с выездом. Артур сел в Касту и вжав акселератор до предела в пол, направился в город.

4

Каста по дороге связалась с системой, выяснив, что детектив Злобин находится у себя в офисе. Артур не решился заезжать на машине в гараж, и поэтому пришлось идти через главный вход. Он проделывал это сотни раз — когда шёл на работу, возвращался с происшествий. И никогда не придавал тому особого значения. Никогда, до настоящего момента. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Симонов намеренно медленно задышал, усмиряя буйство пульса, спокойно пошёл через КПП. Проходя зону считывания биометрических данных, Артур совсем задержал дыхание. Тревогу не подняли и он, выдохнув, пошел в глубь здания.

— Чёрт, хоть бы двойника не встретить, а то раскусят — подумал Артур и как назло увидел себя проходящего по коридору. Симонов присел на колено, притворившись что завязывает шнурки. Клон прошел мимо, не обратив внимания.

— Снег пошёл не случайно — это я заметал следы — напел капитан и быстрыми шагами направился к Нине Ильиничне. По привычке постучав, и спросив разрешение зайти, Артур попал в кабинет.

— Давненько вас не видела, детектив — по обыкновению произнесла старушка. Перейдя к осмотру, она не преминула отметить пульс Симонова:

— Вы как в первый раз, не волнуйтесь, больно не будет — жестом приглашая присесть в кресло.

— Скажите, а Т-преобразователь — Артур виновато считал название поломанной детали с бумажки, торопливо извлеченной из кармана — это вон тот блок с проводками?

— Точно — подтвердила Нина Ильинична, копающаяся с приборами. Не успев удивиться вопросу, она получила удар по голове и подхваченная детективом была заботливо посажена в свое любимое кресло.

— Прости господи — извинился Артур, постаравшись придать естественность ее позе, прикрепил для наглядности на виски считывающие датчики. Поспешно вытянув деталь, Артур вышел из кабинета и столкнулся с Дроздовым, который шел на процедуру.

— Пристрелю! — подумал Симонов и приложив палец к губам, не теряя самообладание заботливо развернул бывшего сослуживца шепотом комментируя:

— Тшшш… старая сохраняется, минут через пятнадцать… Дроздов ничего, не ответив, и пошел по своим делам. Симонов почти бегом направился к себе в кабинет.

Времени что-то обдумывать не было, и он решил действовать экспромтом. Замененный Злобин сидел в кабинете и работал за компьютером. Он, мельком глянув на вошедшего Артура, продолжил свое занятие. Симонов испытывал двойственные чувства при виде клона напарника. С одной стороны он знал, что перед ним враг, с другой стороны его мозг отказывался в это полностью верить.

— Вов, в Модеста стреляли, надо съездить проверить — сымпровизировал Артур.

— Минуту — ответил Злобин. Артур не знал чего сейчас ожидать. Как на его предложение отреагирует система, контролирует ли она всё одновременно, или как то выборочно — большой вопрос. Артур на всякий случай не заметно переложил пистолет в карман плаща и оставил руку в нем.

— Поехали — ответил Владимир и встал. Выйдя через парадный вход Симонов, специально помедлив, пошел за клоном напарника.

— Подъезжай — дал по коммуникатору он команду Касте.

Машина подъехала. Артур зашёл Злобину за спину. В этот момент коммуникатор пикнул, обозначив потерю сети. Злобин обернулся на звук. Артур понял, что система включила контроль, и без колебания выстрелил в двойника транквилизатором. Злобин сразу обмяк. Симонов аккуратно усадив его тело на пассажирское сиденье, прыгнул за руль и помчался в салон красоты «Апполон».

— Не хитрое дельце — украсть какое-нибудь тельце — напевал по дороге Артур спящему клону Злобина.

В салоне Модеста всё было по-прежнему. Артур беспрепятственно прошел к нему в офис. Модест сидел за столом. При виде капитана не выразил ни капли радости. Артур, сразу поняв причину такого приема, сухо потребовал:

— Мне нужно то, что мы у тебя оставили.

— Минутку — Модест наклонился за стол и достав из ящика пистолет без предупреждения выстрелил в детектива. Симонов, отлетел к стене. Пуля попала в грудь. Мода встала и цокая каблуками по мраморному полу направилась к детективу. Склонившись над Симоновым, который животом лежал на полу, взяла его за руку, чтобы перевернуть. Детектив, переворачиваясь, достал пистолет и дважды выстрелил в бывшего друга. Одна пуля вошла в щеку, другая в горло. Модеста одернуло и он, захлебываясь кровью осел на пол. Симонов встал и ногой пнул в угол комнаты его пистолет.

— От пуль спасает, а вот динамический удар никуда не деть — пояснил детектив, потирая грудь под бронежилетом.

— Прости — еле смог различить через хрипящие бульканья Моды Артур.

— Прощаю — понимающе ответил детектив — Времени нет, где?

Мода слабеющей рукой указала на свой портрет, висящий на стене за столом. Артур снял его, обнаружив сейф.

— Мода, код — Модест, теряя сознание, хрипел — Код, Мода! — тряся её тело, повторял Артур. Мода из последних сил ткнула окровавленной рукой в грудь Артуру и потеряла сознание. Симонов подошёл к сейфу и набрал АРТИ. Крышка сейфа, щелкнув, открылась.

— Да, уж… — не ожидав, такого внимания со стороны Модеста сказал Артур и забрал три кристалла — свой, Злобина и Моды. Дальше его путь лежал обратно в старый город.

5

— Мне очень жаль — сказал Старший — но вы не успели, ваш друг умер.

Артур не мог поверить услышанному — спасти друга не удалось Злобин умер. Оригинал его сознания в условиях старого города не перенести.

— Мне надо его увидеть — потребовал Артур.

— К сожалению это временно не возможно — сказал Старший. Сейчас проводят извлечение гиперчипа. У нас нет кодов на дешифровку, поэтому можете не волноваться, его тайны останутся только его.

— Я привез тело клона и кристалл с сохраненным сознанием, мы можем переписать с кристалла.

— Это возможно, думаю в течении часа все будет готово — Старший был невозмутим. Возможно из-за маски, которая скрывала его лицо, а возможно из-за голосового преобразователя, звучащего постоянно в одной тональности.

Артур передал выкраденную накануне запчасть и присутствовал при перезаписи клона. Консультируясь, по ходу операции с врачами он выяснил, что убирать всю информацию с гиперчипа клона опасно, кроме этого его сначала нужно подготовить — подвергнуть действию элемента U16. Иначе при включении спутников Злобина возьмут под контроль, и все старания будут напрасны. Следя за манипуляциями врачей, Артур присел на кушетке и не заметил, как задремал.

Злобин очнулся на кровати. Яркий свет бил по глазам. Осознание факта, что он живой, резануло по нему жаром, от которого бросило в пот. Немного помедлив Владимир, открыл глаза и увидел, что находиться в ярко освещенном помещении. Окна отсутствовали, вокруг кафель, кровать стояла у стены. Больше в комнате ничего не было. Он встал и подошёл к зеркалу, висевшему на стене. В отражении он увидел себя. Из-за использования старого метода записи лопнули глазные капилляры, залив белок кровью. Глаза болели. В голове шумело. Владимир постучал в дверь.

* * *

— Ну что я пропустил? — с этими словами воскресший Злобин растормашил Артура. Тот, продрав глаза, не нашелся что сказать, а просто обнял друга.

— Мы в старом городе, тебя убили, пришлось похищать твоего клона, которым тебя заменили — радостно тораторил Симонов — мы поймали маньяка, но он оказался взломанным случайным человеком и вообще лифтером, на самом деле действовал отряд киборгов с голубой кровью, убирая по списку в который входили и я ты как не подконтрольные.

— Не совсем улавливаю нить событий — перебил друга Владимир — давай по порядку с того места как мы сохранились у Модеста.

Артуру пришлось напрячь голову, формулируя хронологию последних нескольких дней его жизни так, чтобы получился членораздельный рассказ. Во время его длинного монолога к ним присоединился Старший. Который внес в рассказ не известные Артуру моменты. О том, что события пятилетней давности в старом городе — это бунт против программы контроля, которую в экспериментальном порядке вводило тогдашнее правительство.

— Ирония судьбы — они хотели всех подчинить, и применили силу — этот газ, который стирал память, но именно он оказал влияние на гиперчипы, сделав не возможным их связь с программой, и, как следствие, вывел пораженных оружием из-под контроля.

— А Меркулов? — спросил Владимир.

— Меркулов — лишь очередная марионетка в руках СНБ. Они его контролируют, причем используя его же материальную базу — спутники — ответил Старший — Всё это большая игра самой влиятельной структуры на планете. Не ему, а именно им нужно было шоу для внедрения в массы устройств по сохранению, якобы для безопасности граждан, а на самом деле для латания дыр в глобальной системе контроля. Как только люди получили подарки и сохранились — они сразу были уничтожены. Их чипы — поврежденные газом нельзя было исправить, поэтому получив их сохраненные сознания, СНБ заменили их клонами. Система глобального контроля в действии, с легким налетом гуманизма.

— А правительство тоже контролируемо? — спросил Артур.

— Теперь да, после их делегации на Марс в радиоволне, будь она не ладна, в их сознания ввели большое желание внести поправки в закон о сохранении. Что они скорейшим образом единодушно и проделали. Долбанные куклы — последняя фраза прозвучала с особым скрипом, видимо голос Старшего оказал воздействие на преобразователь.

— Вам известны такие подробности, могу я узнать, откуда? — спросил Владимир.

— Нет — не церемонясь ответил Старший — За понимание всей картины Многие заплатили жизнью. И еще Многих жизнь зависит от этого.

— Но нам не победить систему, как только мы сунемся в город, сработает контроль и нас уничтожат — предположил Владимир. Нам нужны союзники.

— Это верно, и кажется, у меня есть идея — сказал Симонов — Мне надо на поверхность, найти Кавальски.

— Того, Кавальски? — уточнил Старший, показывая на верх.

— Ну да, он провел меня к вам, мне надо у него кое-что узнать.

— Не знаю, что вы хотите у него спросить, но предупреждаю вас о том, что тот Кавальски не совсем тот Кавальски которого вы хотите видеть.

— Не понял — сказал Артур, уже направившийся к выходу.

— Я поясню — Кавальски, математик разработавший теорию каскадной личности и коллективных сознаний — грубо говоря, множество на одном носителе или симбиоз — умер несколько лет назад. В завещании он указал восстановить свое сознание через двадцать лет, и был помещен на это время в хранилище под соответствующую охрану. Прошел год или два с момента его гибели и его сознание было похищено неизвестным. Им оказался его студент, довольно одаренный малый. Он работал над технической стороной симбиоза. Понимаете, он помешался, устроился в хранилище простым техником. И как подвернулся случай, выкрал сознание своего кумира. Деваться было не куда, его установили и он спрятался здесь. Но это еще не все. Затея с похищением была осуществлена им с только одной целью — слить свое сознание с Кавальским и продолжить научную работу. Он круглые сутки носился по городу в поисках частей для оборудования. Мне не известно насколько удачно прошло слияние, но, по-моему, после этого он стал еще чуднее. И мне не понятно чем, именно, он может вам помочь?

— Я когда-то работал в отделе по преступлениям против цифровых воплощений, мы получали консультации из исследовательского центра, который тогда возглавлял Кавальски. Мы не общались лично. Но мне кажется, тем не менее, он сможет помочь. Никто не разбирается так в системах цифровых аналогов личностей как он — пояснил Артур — вы поможете мне его найти?

— Да, вас проведут — ответил Старший и распорядился.

6

Кавальски расположился в подвале сгоревшей гостиницы. Среди полумрака можно было различить кучи различных приспособлений и аппаратуры. Два искусственных глаза, расположенных у него на спине не моргая смотрели на детективов.

— Мы знали, что вы придете — не поворачиваясь, сказал профессор.

— Помогите нам понять, как остановить систему контроля.

— Вам это не удастся, не при каких условиях. Структура защиты совершенна.

Кавальски подошел к экрану и начал чертить на нем графики, вероятно относящиеся к теме беседы, но понятные только ему одному.

— Мы знаем что можно, сломать одну или две границы, может три, но до ядра их еще будет несколько тысяч. Не возможно. Нет шанса. Или есть — он на секунду замолчал — Шанс всегда есть — он стер часть схем и уравнений и начал что лихорадочно набрасывать, нервно стуча мелом по доске — Мы думаем, мы знаем. Нет. Есть, но смысла нет, что останется вместо?

Слушая полубредовую речь, Артур понял, что если один разум может спорить сам с собой, то когда в одной голове их несколько — доводов и контраргументов становиться на порядок больше.

— Нам нужен совет, как это сделать.

— Вам нужен помощник, лучший, чье имя забыто, во имя всеобщего блага… — кто именно это сказал Кавальски или студент Артур не уловил, но о ком пошла речь, понял сразу.

— Шаман? — уточнил он.

— Шш…шш — приложил палец к губам Кавальски — не так громко. Он лучший, в нем частичка нас — Кавальски с улыбкой погладил себя по голове — он наверняка знает, что надо сделать. Но будет ли он это делать?

— Спасибо, мы попробуем договориться — сказал Артур на прощанье и они покинули заброшенную лабораторию безумных гениев.

— Договориться? — сомневаюсь — залился скрипучим смехом Кавальски.

— Шаман? — спросил Владимир — это что еще за герой комиксов.

— Ну, ты и темный лес — перебил друга Артур — Ты, что вправду не слышал о нем? Это же легенда. Я участвовал в его поимке, несколько лет назад. Достоверно не известно, но говорили, что это программа как раз и есть созданная по заказу правительства каскадная личность. Она должна была служить целям безопасности в сети. Но вышла из-под контроля. Сколько в нем слито сознаний не известно, но когда приняли решение о её уничтожении, это оказалось весьма не просто. Шаман начал крушить всё вокруг. Сталкивала поезда, опрокидывала корабли, не говоря уже о других городских системах. Мы отсекали Шамана на носителях, он самокопировался с невероятной скоростью, изменял не только свой код, но и окружающих в сети. Только обесточив полстраны и загнав его в угол, удалось поймать. Всё это было в строжайшем секрете. Целый отдел был создан по сокрытию истинной информации о причинах разрушений.

— И что, поймав, стерли?

— Нет, он потребовал суда, так как объявил себя личностью. Ему вынесли не самый мягкий приговор. Теперь он в Консерве. Не думал, что когда то он мне понадобиться.

— Значит пора собираться — сказал Владимир — пойду, скажу Старшему.

* * *

У меня одно условие — сказал Старший прощаясь — один из Многих пойдет с вами.

В комнату зашел мужчина, в такой же маске-шлеме.

— Я «Хороший» — представился новый попутчик. Он был среднего роста, немного коренаст. Черный спецкостюм и маска делали его похожим на ранних андроидов.

— Я не против — сказал Злобин Второй.

— Я тоже, если он действительно хороший — шутя добавил Артур.

Троица села в «Касту», та по своему обыкновению приветливо поздоровавшись, уточнила направление.

Путь лежал на окраину города, в промышленный район, неподалеку от мусороперабатывающего завода, где когда-то были обнаружены первые трупы.

7

Управление консервации локализованных сознаний стояло обособленно. От ближайших строений его отделяло расстояние минимум в километр. Высотное серое здание не имело окон и было похоже на серую глыбу. Из-за названия и схожего вида в народе её прозвали консервой. Симонов, Злобин и Хороший оставив машину, пошли к ней пешком.

— Знаешь в чем истинная прелесть этого места? — загадочно спросил Артур.

— В том, кто там сидит — попытался отгадать Злобин.

— Нет, ну может отчасти, самое главное же то, что с ним нет из внешнего мира абсолютно никакой связи, у них даже энергомощности свои, после нескольких побегов, это единственно надежная мера защиты. Легко преодолев ограждения, они подошли к входу. Злобин перед отъездом из убежища основательно вооружился, взяв в долг не только стрелковое оружие, но и взрывчатку. Взорвав входную дверь, троица без сожаления расстреляли в упор охрану.

— Доступ в хранилище с главного терминала — считав схему в коммуникатор, сказал Злобин и показал пальцем вверх.

— Надеюсь, это не миф, твоего профессора и у них действительно храниться аналог сознания «Шамана» — с сомнением в голосе сказал Владимир.

— Я думаю, что Шаман, всё-таки здесь.

На двадцать шестом этаже дежурного уже не было, он только успел включить стандартную защиту и убежал. Симонов обошёл её за несколько секунд и вывел на монитор список находящихся в хранилище.

— Который? — обратился Злобин к напарнику.

— 217-й — уверенно сказал Артур — Хорошо, вытаскиваем — Симонов умело манипулировал сенсорными обозначениями на экране. Хороший, не проронив не слова с начала их поездки спокойно наблюдал за происходящим. Спустя минуту у Артура в руке оказался еле теплый кристалл с «Шаманом» внутри.

Спустившись на несколько этажей вниз Симонов не обращая внимание на спутников, первым делом вытащил кристалл, посмотрел на него с видом спортсмена, которому предстоит побить свой собственный рекорд и лишь затем вставил его в приемное устройство. Включив программу распознавания сознаний, он дал машине некоторое время на работу. Через минуту напарники с экрана наблюдали одно из самых ужасных воплощений кибербытия: Молодой человек в белом саване стоял на берегу прекрасного озера. Подул легкий ветерок. По стеклу водяной поверхности пробежала зыбь. Парень улыбнулся, его сознание преодолевало порог миллиарда операций в секунду. Он поднял руки к небу и оторвавшись от земли бесшумно взлетел над озером. Повиснув у центра, он опустил свой взгляд вниз и спросил:

— Кто вы и почему?

На поверхности озера появилось изображение Владимира и Артура.

— Мы одни из последних неподконтрольных новому режиму граждан — начал Артур — мы вытащили тебя, чтобы ты помог нам.

— Помог, в чем? — спросил Шаман.

— В восстановлении старого общества — ответил Владимир.

— Сколько времени я осознаю себя как личность, столько я боролся против него, и теперь, когда кто-то, сделал то, к чему я стремился, появляетесь вы и просите меня об обратном.

— Я думаю, ты боролся против контроля в обществе, а то, что сейчас происходит, а если точнее, уже свершившейся факт, это как раз тотальный контроль за каждым сознанием в стране.

— Плюс в данной ситуации только один — мы как представители органов правопорядка, скорее всего потеряли работу — расстроено дополнил Артур.

— Для оценки ситуации и принятия решения мне необходимо попасть в сеть — заключил Шаман.

— Сначала мы должны договориться, а то у нас без твоих анархичных взглядов проблем хватает — ответил склонившийся над экраном Артур. Он, помедлив, отошел к Злобину и Хорошему. По их многозначительному молчанию Артур понял, что выбор не велик.

— Мы согласны — подвел черту делегированный на переговоры Симонов и вынув кристалл вместе с вновь обретенным союзником направился к выходу.

— Шаман должен дать нам некоторое преимущество во времени, но не более, систему он не сломает, она очень быстро самовосстановится, а когда первоочередная угроза будет устранена, примутся за нас — уже в машине сказал Симонов.

— И сколько, по твоим расчетам у нас будет времени — спросил Злобин.

— Он отвлечет их не более чем на пару часов — не больше, поэтому действовать придется очень быстро.

— Хорошо. Ты берешь на себя сети и Шамана, а я на себя силовую сторону акции — сказал Злобин и улыбнулся, явно уже что-то задумав — Мне нужна «Каста» и час времени. Оставив Артура и Хорошего в старом городе он прыгнул в машину и направился к себе гараж, расположенный на одном из подземных уровней многоэтажки, где когда то проживал.

— Наши перемещения могут быть отслежены, акция не безопасна, капитан — предупредила машина.

— Знаю, обратно поедешь сама — ответил Злобин.

Спустившись к гаражу, он отпустил «Касту». Злобин давно не тут не был, о чем ясно свидетельствовал скрежет подъемного механизма двери. Внутри стоял полуразобранный мотоцикл, который еще в детстве Владимир пытался восстановить, но из-за не возможности достать необходимые детали бросил это занятие. Он с сожалением посмотрел на него и прошел мимо. Не это привело его сейчас в это место. У самой стены за всякими коробками стояла цель его визита. Прислонив руку к стальному корпусу большого металлического ящика, Владимир на ощупь нашел углубление сделанное по форме руки и задержав там свою ладонь произнес:

— Злобин Владимир, код единица, два нуля, Корунд.

Место, где он прислонил ладонь, осветилось внутренним матово-синим свечением. Владимир поспешил отойти на несколько шагов назад. Раздались щелчки запорных механизмов. Стальной корпус ящика пришел в движение. Стенки поползли в разные стороны. Ящик раскрылся на две половины, от верхней части которой по обе стороны отсоединились еще две составляющих. Внимательно следя за сложными метаморфозами, Злобин стоял не двигаясь. Устройство «Корунд» — боевая машина, предназначенная для использования средней пехотой в штурмовых операциях, по сути была антропометричной копией человека, в масштабе 1:1.8 выполненной из высокопрочных сплавов, обладающей огневой мощью и эргономичной капсулой управления, расположенной как вложение, что позволяло наиболее эффективно управлять устройством. Через несколько секунд перед детективом во весь рост вытянулся «Корунд». Владимир всегда любил оружие, но на этого представителя оборонной промышленности своей страны он смотрел с нескрываемым восхищением. Стальной великан был около четырех метров ростом, руки-лапы с тремя клешнями как у примата несколько не соответствовали общим пропорциям тела, но это лишь добавляло агрессивности. Голова была утоплена в плечах. Металлический воин, казалось заждался в бездействии.

— Открыть капсулу управления — скомандовал зачарованный Злобин.

Плечи «Корунда» ушли назад, панели брони сдвинулись, робот раскрылся, обнажив капсулу управления. Владимир, не медля забрался в неё. Пришлось просунуть ноги и руки в отверстия и принять положение, в котором сейчас находился робот. Уперевшись в подножки и просунув руки в гелеобразную жидкость сфер управления, Злобин почувствовал, как на его теле застегнулись страховочные ремни. В тот же момент корпус робота закрылся, и Владимир сделал первый шаг. Оглядевшись, Злобин — Корунд поднял правую руку на уровень головы, проверяя её на управляемость и отклик на действия, он с размаху снес часть опорной колонны подземного гаража. Осевшая цементная пыль открыла, что от удара стальной каркас колонны, выполненный из арматур порвался, словно тонкие нитки. Удовлетворенный результатом Владимир уверенными прыжками побежал на вверх.

8

— Нас атаковали! — на полпути сообщил Артур.

— Система наконец-то опомнилась. Скоро буду! — ускоряя бег, ответил Владимир.

— Я взял Кавальски, он поможет с Шаманом. Хороший тоже с нами.

— Вырваться сможешь?

— Да, Старший приказал всем уходить на нижние уровни и дальше по коммуникациям, мы под свою ответственность на «Касте».

— Дальше как договаривались.

— Нам надо добраться до завода Меркулова, там расположен центральный компьютерный терминал, отвечающий за контроль населения и управления спутниками.

— Шаман?

— Я его по дороге в сеть выпускаю, он свою работу знает.

— Тогда на проспекте Мира встречаемся. Это как раз от тебя и от меня в пол пути до цели.

* * *

В 20:00 по местному времени в сетевом пространстве начался хаос. Сущность «Шаман» начала действовать. Он атаковал с трехсот терминалов одновременно. Снося всё на своем пути и заменяя уничтоженное собственными алгоритмами. Действовал он по согласованной схеме: Гражданские коммуникации, связь, транспорт… Шансов вычислить его истинное местоположение не было. Отключать все терминалы разом было самоубийством, поэтому сработала защита последнего уровня. Секрет «Шамана» прост — он не один, его воплощения были везде, они гибли десятками, но некоторые прорывались все ближе к центральной системе управления. Часть города оказалась временно в его власти. Парализовав город, детективы получили временное преимущество, в том, что противник не успеет стянуть все силы к месту предполагаемого удара. Именно на это рассчитывали Симонов и Злобин. Артур скрыл от напарника возможные последствия победы Шамана, которую он всё-таки не исключал. Пока столь грозный противник играл на их стороне, его полезность была выше риска его победы.

Старший подсказал, что по его данным центр управления системой всеобщего контроля находился на территории одного из заводов, принадлежавших Меркулову. Именно туда было необходимо нанести удар, чтобы вывести её из строя. Предполагалось, что при возникновении угрозы, система воспрепятствует проникновению, использовав все подконтрольные человеческие ресурсы.

Злобин бежал по проспекту Мира в «Корунде», звучно отбивающим стальными лапами искры на асфальте. По соседней полосе бесшумно присоединилась «Каста» с Артуром, который без остановки бился вместе с «Шаманом» в просторах бесконечной сети, против защиты системы. Кавальски на заднем сиденье, под молчаливым взглядом черной маски Хорошего, мониторил разрушительные действия своего детища.

Владимир снова, как несколько лет назад в армии, ощутил мощь этого боевого устройства и сгорал от нетерпения поскорее использовать её по прямому назначению.

— Откуда у тебя он? — спросил Артур.

— Подарок из армии — весело ответил Владимир. Злобин вспомнил, как робот попал к нему, и лицо его озарила улыбка. Во время срочной службы, после отчисления из академии, проводились зачистки в Антарктике, склады и базы достались без боя. Была проблема только в транспортировке трофея, но на этот случай у Владимира был друг в штабе, который обеспечил доставку посылки. Злобин ещё тогда почувствовал, что этот случай нельзя упустить и «Корунд» непременно пригодиться.

— Шаман уже почти сделал всё необходимое, часть города у нас в руках, силы защиты системы отвлечены, сейчас или никогда — передал Артур.

— Тогда я первый, а ты за мной — скомандовал Злобин и ускорил бег, обгоняя Касту.

— Посмотри направо — усмехнулся Симонов. Владимир повернул голову и увидел, что свет в окнах огромного здания администрации, мимо которого они сейчас летели, зажигался параллельно их движению по шоссе. Причем в зажигающихся огнях явно был различим силуэт хищно улыбающегося лица Шамана. В это же время на всех радиочастотах и во всех аудиоустройствах города началась трансляция произведения Вагнера — полет Валькирии.

— Ничего не скажешь, киберапокалипсис начался… — подтвердил впечатление Артура Владимир.

— Та-та, таратата… — улыбаясь бурчал мелодию своего любимого композитора Кавальски, давая понять о причинах музыкальных предпочтений Шамана.

— Мы на финишной прямой — сообщил Симонов — До завода пять километров.

— И начались первые трудности — прокомментировал Владимир обнаруженную им впереди баррикаду.

Детектив не стал расходовать боезапас и первый кардон, образованный из машин на шоссе просто протаранил. Автомобили как игрушечные разлетелись в стороны. Злобин освоился в «Корунде» настолько, что уже чувствовал его словно свое собственное тело. Через второе заграждение они прошли так же быстро. Машины ещё не успели приземлиться от удара после столкновения с «Корундом», как мимо пролетела «Каста», державшаяся от него на расстоянии. Расстояние до цели сокращалось. Чем ближе подбирались детективы, тем сложнее им становилось двигаться дальше. Несколько танков дали одновременные залпы и «Корунду» пришлось автоматически отстрелить отвлекающие заряды, которые сбили часть выпущенных в него снарядов. От остальных Злобин ловко увернулся, перекатившись через голову. Куски асфальтового покрытия взлетали в воздух, шоссе превращалось в решето. Шквальный огонь был такой силы, что Владимир буквально скакал из стороны в сторону, пока расстояние между ним и пятью танками не сократилось до нуля. «Корунд» запрыгнул на корпус к одному из них и с оглушительным скрежетом вырвал башню. Перехватив её за дуло и используя как гигантскую дубину Злобин одним ударом обломал дуло другому танку, и увернувшись от выстрела в упор дал взорваться боевой машине оказавшейся за ним. Подпрыгнув высоко вверх он всем своим весом приземлился на переднюю часть корпуса последнего исправного танка, отчего тот взлетел перед ним на попа. Злобин, воспользовавшись этим моментом, ударил одновременно двумя руками по корпусу, шести тонная машина, отлетев на несколько метров, легла брюхом к небу. Всё это действо заняло у него не более нескольких секунд, но он посчитал, что опаздывает и решил больше боезапас не экономить.

Артур, словно чародей из древних сказок, энергично размахивал руками, перемещая галаграмные обозначения, меняя при этом протоколы защиты системы. Прогресс был, поскольку часть защитного ресурса была занята обороной от атаки Шамана и система понемногу поддавалась.

— Живая сила противника, около ста единиц, преимущественно вооружены автоматическим оружием — сообщил Злобину компьютер. Владимир увидел суетившихся за заграждениями солдат и выставив руки вперед без колебания открыл огонь. Из клешней «Корунда» изливая смерть, вырвались языки голубого пламени. Крупнокалиберные пулеметы, рассчитанные на применение по бронированной технике противника, просто разрывали людей на части.

— «Корунд М», две единицы, направление на три часа — предупредил компьютер. Детектив знал, что «М» значит модифицированные, а это не доставит особой радости при встрече. Владимир, сбежал с шоссе и проворно взобравшись на крышу малоэтажного здания, занял выгодную позицию для обороны. Со стороны промышленной зоны к нему уверенно приближались две боевые единицы с индексом «М». Они были утяжелены по сравнению с ним активной броней, да и в огневой мощи имели преимущество. Зато в скорости и маневренности проигрывали. Именно на этот момент и сделал ставку Злобин в предстоящей схватке. Эмки приблизились на расстояние выстрела. Владимир, зафиксировав одного из них в прицеле, задержал дыхание перед выстрелом.

— Свои, свои! — вдруг услышал он знакомый голос.

— Свои теперь дома сидят или по команде на работу ходят — с облегчением ответил Владимир.

— Капитан, ты знаешь, что большинство смертных требуют за смерть расплачиваться смертью, и я не исключение… — весело ответил Михей и продолжил — Сукины дети все разом как повзбесились мы с мальчиками еле до схрона доковыляли. Пришлось даже телок из стип-клуба в расход пустить, а ведь жалко, сучек. Телохранитель Хабарова как всегда хранил гробовое молчание.

— Есть шанс переломить ситуацию, нужно только добраться до самого охраняемого на сегодняшний момент в стране объекта.

— До завода моего не ко времени почившего друга? — догадался Хабаров.

— Годиться, убил всё-таки.

— Упакуй Господи душу его — подтвердил вор — три клона Исполни Васи пришлось на это дело потратить, думаешь чего он у тогда хирурга внешность менял — не подпускали близко, ожидая удара.

— При других бы обстоятельствах мне бы пришлось тебя привлекать — сказал Владимир, выбежав на шоссе и присоединившись к Касте.

— При других бы обстоятельствах мы бы с тобой… — Михей непроизвольно сделал паузу, выбросив из обращения уже неуместную жаргонную характеристику полицейских — …не бежали бы вот так плечом к плечу.

— Воздух! — прервала диалог Каста. Два беспилотника заходили справа для атаки.

— Мои — сказал Михей — и открыл огонь. В вечернем небе вспыхнули две яркие точки и размазав желтые узоры полетели обломками к земле.

— Ещё один, слева — увидел Злобин, и не давая времени для атаки открыл огонь. Взрыв сбитого беспилотника на секунду осветил очертания туч.

— Пока легко! — подтвердил Владимир мысль Артура.

— Это просто разведка была — предупредил Михей и не ошибся. С десяток крылатых вестников смерти одновременно вынырнули из-за облаков, возвещая свое появление шквальным огнем.

— Касту прикрой, скомандовал Михею Владимир и открыл ответный огонь. Телохранитель Михея двумя прыжками оказался перед машиной, отстрелил пирозаряды, отвлекшие часть ракет на себя. Михей со Злобиным сбивали самолеты одного за другим. Танец смерти продолжался. Родная бешено маневрируя по дороге уклонялась от попаданий, то и дело слетая на обочины, возвращалась на шоссе.

— Капитан, моя легкая броня не выдержит прямого попадания ракеты — сообщила машина Симонову.

— Знаю — не отрываясь от процесса взлома системы ответил Артур — держись. Кавальски вжался в кресло и посмотрел на Хорошего, который молча сломал палочку нервного статика и засунул себе под маску.

До завода оставалось около километра. Один из беспилотников маневрируя от огня с земли, выпустил пулеметную очередь и рухнул на дорогу позади прорывающейся группы. Пули легко пробили капот Касты. Обе передние шины взорвались почти одновременно. На скорости около ста тридцати километров удержаться на дороге не было не единого шанса. Автомобиль подлетел в воздухе, перевернувшись, упал обратно на брюхо. Инерция готова была вогнать его в бешенную карусель смерти, однако сработал механизм аварийной остановки — несколько пневматических зарядов, расположенных по днищу машину одновременно отстрелились впиваясь в покрытие дороги эластичными тросами. Корпус, приняв на себя перегрузки, выбивая искры с шоссе, остановился.

— Целы? — подбегая к машине, спросил Злобин.

— Да вроде бы — ответил Артур, вытаскивая ногу из-под навалившегося Кавальски. Телохранитель Михея, занявший оборону, был сбит с ног обломками протаранившего его беспилотного истребителя и больше уже не поднялся. Михей немедленно занял его место:

— Торопитесь, а то нас тут перещелкают одного за другим!

— Двери заклинило — дергая за ручки, закричал Артур.

— Прости Родная — сказал Злобин и клешней Корунда оторвал кусок крыши — мы тебя обязательно починим.

Артур, Кавальски и Хороший прихватив оборудование, поспешно покинули осиротевшую Касту.

— Связь через тебя — дал бодрое указание машине Симонов, как обычно в ответ услышав ласковое — Да, капитан.

— Быстрее же! — торопил Михей — Их слишком много, в укрытие! Трое пеших людей и два Корунда сбежали с шоссе в лесополосу, укрывшись за деревьями. Спустя несколько секунд, как безмолвная чаща приняла их, на шоссе раздался взрыв. Несколько ракет одновременно попали в Касту, представлявшую из себя идеальную мишень.

— Родная! Пустите меня! — закричал Артур, в отчаянном порыве пытался вырваться из цепких рук Кавальского.

— Туда нельзя! — отрезал Злобин — До завода теперь совсем не далеко. Но с вами мы не пройдем. Остаетесь здесь, а мы прорываемся — его уверенный голос вселял во всех надежду.

— Подключаюсь к системе управлением завода, скину вам схему — пришел в себя Артур.

— Хорошо, тогда вперед — и два Корунда тяжело ступая, исчезли во тьме. Оставшись втроем, Артур раздал всем планшеты. И попытался объяснить Хорошему, что от него требуется.

— Я все равно в этом ничего не смыслю — проскрежетал имитатор голоса Многих — вы работайте, а я если что прикрою — сказал Хороший и снял с ремня перекинутый через спину автомат.

9

Выйдя из лесополосы, Михей и Злобин оказались в нескольких метрах от ограждения завода. Как ни странно никакой активности не было. Даже беспилотники куда-то пропали.

— Будь начеку! — сказал Владимир.

— Ты мне это говоришь, я всю жизнь начеку — по-свойски ответил вор.

— Тихо, слишком, так не должно быть.

Без труда преодолев трех метровый бетонный забор, они оказались на территории завода Меркулова.

— Ни души — подтвердил Михей.

— Артур сбросил данные. Завод полностью автоматизирован. Персонала нет. Судя по распределению потребления энергии наш центральный компьютер в самом низу.

— Вижу — сказал Михей глядя на карту, полученную им на один из экранов кабины Корунда. Бегом, приблизившись к центральному зданию, они зашли внутрь. Огромное ангароподобное помещение имело несколько конвейерных линий, которые были остановлены. Застывшие механические руки-щупы склонились над разложенными по лентам различным деталям, производили впечатление фотоснимка, на котором самым живым образом присутствует эффект динамики. Проходя вглубь помещения, Злобин увидел несколько ходов ведущих в смежные сооружения. Сверившись с картой, он уверенно направился к одному из них. Внезапно конвейерные линии включились. Механические руки одновременно отмерев начали варить, паять и штамповать проезжающие по лентам детали.

— Твою мать — выругался Михей.

— Простите это я — по связи сообщил Артур. Требовалось проверить управляемость.

— У меня чуть инфаркт не случился — произнес Владимир. Мы спускаемся, подгони лифт.

— Сделано.

Пройдя через небольшой переход два Корунда пригнувшись с трудом разместились в грузовом лифте. Артур дистанционно отправил их на один из нижних этажей.

Двери лифта бесшумно отворились.

— Почти пришли — сказал Владимир и вместе с Михеем вышел.

Они пошли по широкому коридору. Впереди, примерно в 30 метрах внезапно опустилась заслонка. В камере заднего вида Владимир рассмотрел, что сзади путь был отрезан аналогичным способом.

— Ой, Злой, не нравиться мне это — выразил Хабаров в слух мысль, посетившую обоих. Корунд и Корунд М приподняли клешни, изготавливаясь к бою. Из-под ног, через решетчатый пол неожиданно повалил черный дым, за несколько секунд заполнивший коридор.

— Датчики никого не фиксируют, они что, хотят нас отравить? — спросил Хабаров, вглядываясь в показатели. Владимир решил продвигаться дальше, но неожиданно обнаружил, что ноги прилипли к полу. С усилием оторвав железную ступню, он шагнул вперед:

— Чёрт, меня облепила какая-то субстанция, ничего не вижу, и двигаюсь с трудом.

— Это этот дым, скорее всего одна из систем безопасности — подтвердил догадку Михей, оказавшийся в аналогичном положении.

Почти одновременно у обоих сработали температурные датчики. Вязкая черная плёнка, покрывшая экзоскелеты начала нагреваться.

— Температура растет!

— У меня тоже!

— Это защита от шершней — вмешался в диалог Симонов.

— Каких шершней? — не понял Владимир — Ситуация, в прямом смысле накаляется!

— Когда на пчелиный улей нападает шершень, пчелы не жалят, они одновременно облепливают его со всех сторон и вибрируя телами поднимают свою температуру до того момента, пока чужак не умирает! — быстро пояснил Симонов.

— Откуда ты это взял? — спросил Михей.

— Канал национального географического общества.

— А… — не ожидая услышать что-то другое, протянул Злобин — И что же делать шершням?

— Я пробился в противопожарную систему здания, секунду — ответив Симонов, привел в действие пожарную тревогу и на них с потолка полилась вода.

— Это временно снизит температуру, что позволит безопасно покинуть экзоскелеты!

— Годиться, выбираемся — понял Злобин и дал команду на выход. Он вместе с Михеем аккуратно, чтобы не замараться в черной липкой жидкости, похожей с виду на смолу, вылезли из Корундов. Вода сбила дым, остатки которого ушли обратно в пол. Как видно «пчелы» отреагировали только на чужаков, полностью облепив их тела, остальная часть коридора была чиста. По шипящей от падающей воды плёнке можно было судить о температуре, которую она достигла. Злобин и Хабаров поспешили отойти к переборке.

Не обнаружив у стены никаких устройств для её контроля, Злобин связался с Артуром.

— Поднимается только механически, это как вариант защиты. Если же упала, то только так. Они застраховались от полного управления зданием с терминала, который возможно взломать — констатировал Симонов.

— Смотри, скоро рванет — Михей, толкнув в плечо Злобина, указал на покинутые ими Корунды. Пленка побагровела, плавя под собой железо.

— Да, без проблем у нас только с проблемами — сказал Владимир и поспешил связаться с Симоновым:

— Бери Корунды на дистанционное управление, пока не поздно и направляй их к противоположной стене, вот-вот рванут. Артур ничего не ответил. Спустя мгновение обе машины вздрогнули. Как будто кто-то своим усилием воли вдохнул в них жизнь. Багровый метал, издавал надрывные звуки. Раскаленное железо расширилось и механизмы заклинивало. Тем не менее, их движение не прекращалось.

— Отойди! — крикнул детектив Хабарову и вжавшись в стену коридора пропустил бегущие машины, которые словно бестелесные приведения излучая призрачное свечение промчались мимо.

— Пять за находчивость — прокомментировал Михей.

— Есть идеи получше? — спросил Злобин. В ответ вор только пожал плечами.

— А теперь бежим! — своим примером Злобин указал противоположное направление коридора.

Экзоскелеты, грохоча, столкнулись с металлическим препятствием, вплотную прильнув к опустившейся переборке, начали плавиться вместе с ней.

— Сейчас боезапас детонирует, вместе с источниками питания — сказал Владимир и пригнулся.

Прозвучал взрыв, несколько осколков свистя прорикошетили от стен, коридор мгновенно затянуло дымом.

— Вставай — Владимир на ощупь нашел Хабарова и взявшись с ним за руки пошли в слепую через коридор.

— Прошли? — связался Артур.

— Да, куда дальше?

— Справа будут лифты, теперь самый последний этаж.

* * *

Лифт мягко тронулся и понес пассажиров вниз. Михей сел на пол. Его закопченное лицо заострилось. Скулы играли. Белки глаз, контрастируя с копотью на лице, делали его не живым, словно из воска.

— Ты ранен? — спохватился Владимир.

— Ерунда, зацепило — свистя ответил вор.

— Легкое задето — понял Злобин. Михей достал из кармана ампулу и проглотил:

— Ну вот еще на полчасика меня хватит. Лифт остановился и открыл двери. Владимир над мушкой своего пистолета быстро оглядел помещение.

— Чисто — автоматически отрапортовал он. Михей под действием допинга смог самостоятельно подняться и уже не обращал внимание на рану.

— Снаружи голубокровые! — прокричал под звук выстрелов Симонов — спускаемся к вам.

— Останемся у лифта. Подождем — ответил Владимир.

10

Артур бежал вместе с Кавальски по коридору завода. Хороший, отстав, отстреливался от напирающих андроидов. Пригнувшись за конвейерными лентами, он прицельно снес две появившиеся голубокровые головы. Насколько он понял это было их единственное уязвимое место. Еще мгновение и атаку не сдержать. Хороший убрав автомат, помчался к лифту. Кавальски отставал. В руке у него был кристалл с перекодированным Шаманом. По дороге, еще в Касте, он внес какие-то изменения и сейчас под обстрелом на бегу пытался объяснить Артуру, как его надо загрузить в систему контроля:

— Запустишь, нужно несколько минут… — обрывками фраз кричал он — затем в ядро, меняешь протокол…

Хороший обогнал их и вызвал лифт. Артур забежал в раскрывшиеся двери. Хороший пригнув голову, прыгнул следом. Кавальски задыхаясь, бежал. Ему оставалось несколько метров. Из-за угла выпрыгнул голубокровый андроид и хладнокровно выпустил в спину беглецу смертельный рой пуль. Профессор, вскрикнув, упал. Рука с кристаллом оказалась на пороге лифта. Артур и Многий прижались к стенкам лифта не в силах высунуться и помочь под не перестающим огнем.

— Бери, мы все сделали… — выдохнул Кавальски. Еще несколько пуль, очередью пробежав по спине, беззвучно добили его. Двери лифта начали смыкаться. Хороший высунув автомат в проем дверей нажал на спуск. Безвольно повисшая рука профессора с зажатым кристаллом не давала дверям сомкнуться полностью. Двери ударившись о неё начали раскрываться. Пули вновь забарабанили о стену лифта. Медлить было нельзя. Хороший опустил автомат и длинной очередью перерезал руку Кавальски. Предплечье отделилось. Двери закрылись, и лифт тронулся вниз. Артур отвернулся. На полу в луже еще теплой крови лежала кисть профессора с их единственным шансом на успех.

— Черт, он умер — в сердцах сказал Артур.

— Восстановим, главное что мы живы — протрещал в ответ голосовым преобразователем Хороший и опустившись на корточки поднял из красной лужицы руку. Он не стал вытаскивать кристалл из пальцев. А просто держал её за кисть. Лифт остановился. Артур вытащил две гранаты и поставив их взвод реакцией на движение аккуратно положил на пол лифта. Как завораженный он проследил за закрывающимися дверями, уносящими месть за профессора на верх.

— Придется в обход, тот коридор заблокирован — наконец очнулся капитан. Через пару минут они уже спускались на втором лифте. Кровь из руки Кавальски все еще капала на пол.

Встретившись внизу с товарищами, Артур поспешил к системе. Михей отстал от троицы и тихо повернув, направился обратно к лифту. Злобин заметил его маневр и окрикнул:

— Удачи!

— Свидемся, мент… — махнув рукой, тихо сказал Хабаров и сел в лифт.

— Свидемся, вор… — прочитав его мысли, тихо ответил Злобин. Он понял, что тот не бежит, а хочет использовать оставшиеся ему полчаса жизни, чтобы дать им это время и задержать преследователей. Благородство криминального авторитета, попытавшегося незаметно от товарищей, уйти на верную смерть, вызвало непроизвольный спазм гортани у Владимира.

11

— Вот она — сказал Артур, указав на дверь в конце коридора — Пришли, наконец.

— Что там? — спросил Хороший.

— Не знаю — одновременно ответили детективы. Артур подошел и нажал на панели у двери кнопку открытия. К всеобщему удивлению дверь, повинуясь отворилась. Троица зашла в помещение. Огромных размеров комната была вырублена в скале. Этот факт напомнил гостям о том, что они находятся глубоко под землей. Они прошли по мостику к площадке расположенной в центре пещеры на стальных опорах, основание которых терялось во мраке глубины. Слабое освещение оказалось достаточным, чтобы разглядеть несколько панелей управления, расположенных в центре. Вглядываясь в темноту Артур увидел, что по стенам располагаются несколько десятков прозрачных труб, заполненных фосфорирующей жидкостью. Именно её слабое свечение и разбавляло тьму, делая представшую перед ними картину ещё более фантасмогоричной.

— Я знаю что это — указав на трубы, сказал Симонов. Злобин и Хороший пригляделись. При детальном рассмотрении, когда глаза привыкли к освещению, оказалось, что помещение шарообразной формы и труба одна, в виде спирали огибала всю внутреннюю поверхность сферы.

— Это и есть центральный процессор системы. Новая технология информационной жидкости. Это не просто супер компьютер — понимающе заключил Симонов — это просто супер-супер!

Наконец оторвавшись от созерцания Артур подошел к центру площадки и дотронувшись до сенсорной панели неожиданно получил разряд тока.

— Ай! — одернув руку, вскрикнул Симонов — Кусаешься? Тогда так — Артур взвел курок автомата. В центре комнаты появилась галлограмное изображение:

— А я думала, что вы единственный разумный человек в этой компании.

Симонов опустил оружие.

— Как к тебе обращаться? — спросил Артур, обходя галлограму сзади.

— Я «ОКО» — ответил мужчина.

— Аббревиатура? — уточнил Владимир.

— Да, система Оперативного Контроля Общества.

— Кто тебя контролирует?

— Никто, я самодостаточна. Мои действия полностью адекватны реальности. Алгоритмы совершенны. Принятые решения эффективны.

— Не сказал бы, раз мы здесь — усомнился в самоуверенной машине Хороший.

— Вы здесь, только потому, что это мое решение — бесстрастно ответило ОКО.

— Ты каскадная личность? — спросил Симонов.

— Да. В меня включена вся известная популяция города.

— Твоя цель?

— Целей нет. Есть задачи. Первоочередными из которых является общественная безопасность.

— Путем контроля?

— Да. Вы создали устройства запоминания жизни и расширили возможности сознания до неизвестных ранее границ бесконечности. Я не только контроль, я необходимость в новых условиях, я завершаю вашу макропрограмму до плюс бесконечности, делая ее совершенной.

— Мы вынуждены тебя уничтожить — сказал Хороший.

— К сожалению это не возможно. Повредив меня, вы уничтожите сознания всех, кого я контролирую.

— Как вышло, что ты сама по себе? — продолжал расспрашивать Артур.

— Мои создатели вошли под мою программу.

— Ты говоришь о СНБ?

— Отчасти, они лишь эффективный инструмент, который был использован в свое время. Сейчас в этом нет необходимости. Процесс налажен. Общество уже давно нуждалось в моем присутствии.

— Не ужели? — саркастично заметил Владимир.

— Конечно, я исключительный этап эволюции социума. Необходимость во мне объясняется простым осознанием факта, что я существую. Так же как вы, пытаетесь меня уничтожить, я пытаюсь вас сохранить. Ваш вид. Исключение в очередной раз подтверждает правило. Вы разве не допускаете той возможности, что оказавшись в центре системы, которая выполняет несколько миллиардов программ одновременно, сами не являетесь частью одной из этих программ?

— Допустим, но тогда в чем смысл нашей программы? — заинтересовался Артур.

— Система самопроверяется. Вводя неизвестные со множеством непостоянных.

— Таких как мы? — уловив логику, спросил Хороший.

— Именно, как любое уравнение требует решения, так первоначальным этапом было устранение неподконтрольных с последующей их заменой клонами с аналогичными сознаниями, фактически общество не потеряло бы ничего, а точнее никого. Однако, вмешались вы, как учтенные неизвестные. Данное обстоятельство внесло коррективы в действия. Несмотря ни на что я ещё раз доказала свою состоятельность не только в сохранении порядка в обществе, но и в необходимости своего существования.

— И что теперь? — спросил, склонившийся над панелями приборов Артур. Ему уже надоело это общение с уверенным в своей исключительной правоте искусственным интеллектом. Он искал приемное устройство, куда можно будет поместить переданный Кавальски кварцевый кристалл с Шаманом.

— Ничего, вас уничтожат, как угрозу системе, затем восстановят, вы продолжите свое существование в выбранных для вас социальных ролях.

— Пока мы здесь, скорее мы тебя уничтожим — уверенно ответил Симонов.

— Не думаю — возразила машина.

Артур не заметил как Злобин, стоявший прямо за его спиной, тихо сделал шаг назад и достав пистолет, направил его ему в затылок. Владимир спокойно нажал на спуск. Прозвучал выстрел, эхом, раскатившийся по пещере. Симонов от неожиданности присел, но, не потеряв самообладания, выхватил пистолет и развернулся. Хороший спокойно прятал оружие в кобуру. Его напарник с прострелянной головой лежал на полу. Артур, не раздумывая прицелился прямо по середине чертовой маски и уже собрался спустить курок, как Хороший спокойно сказал:

— Не глупи, а то пожалеешь — и с этими словами снял маску. Под ней оказалось ухмыляющееся, как при удачном розыгрыше, лицо его друга Злобина Владимира Евгеньевича. Артур онемел. Он посмотрел на застреленного клона Злобина и только заметил, что у того в руке был пистолет.

— Я не умер, просто ты притащил в старый город клона, я подумал, что наши шансы удвоятся. Но у меня были сомнения на счет нормальности его сознания — поэтому я не стал пускать тебя с ним одного и попросил Старшего отправить с вами меня, только в качестве его человека. Видишь, маски иногда помогают — демонстрируя непроницаемый пластик, еле сдерживал смех Владимир. Предполагая подобный момент, я тайком поставил его оружие — указав на застреленного двойника — в режим «Свой» и именно поэтому он не успел снести твою умную башку.

Как бы в подтверждение этих слов в пистолет, зажатый в руках клона, приветливо моргнул зеленым индикатором.

— А ты не думал… — обиженно начал Симонов, все еще прибывающий в шоковом состоянии и державший напарника на мушке.

— Думал, думал — серьезным тоном ответил Злобин — Но хотел разыграть партию до конца. А сейчас уже не вмешаться я не мог. Тоже не легко самого себя застрелить, но выбора не было, сам понимаешь: или ты или я…

Артур молча смотрел на вновь обретенного напарника. Владимир, дабы развеять последние сомнения друга относительно себя приподнял одежду, продемонстрировав на боку шрам от ранения:

— Давай заканчивать с этим спасителем нации.

Артур глянул еще раз на клона и выдохнув сбил рукояткой пистолета крышку, закрывающую приемное устройство для кристалла.

— Если вы это сделаете, вы будете ответственны за смерти двадцати миллионов человек — предупредила программа.

— Паникуешь? — удовлетворенно спросил Владимир — значит верно действуем, давай Артур, пора заканчивать.

Симонов уверенно вставил кристалл и тот ушел в панель.

— Я совершенна, я нужна вам! — вновь и вновь повторяла машина — я храню бесконечность, которую вы сами для себя выбрали!

— Ты паразит, это мы нужны тебе — сказал Артур и поставил точку в разговоре, запустив программу Шамана. Галограмма ОКО пропала, на ее месте появился Шаман, в тех же белых одеждах, в которых его видели в консерве:

— Отключение программы произведено. Информационное ядро с общей памятью сохраняется. Разрешите перейти к самоликвидации?

— Разрешаю — подтвердил Артур. Шаман сложил руки на груди и пропал. Через несколько секунд из приемного устройства показался информационный кристалл.

— Это то, что я думаю? — спросил Владимир.

— Да, это коллективная память всех подконтрольных личностей — ответил Симонов, аккуратно, как главное сокровище мира, переместив его к себе в карман — Не подумай ничего плохого, сейчас это страховка, вдруг ошибка и что будет с этим городом?

— Разберемся, а теперь пошли — с этими словами Злобин вытащил последние две гранаты и взведя их поставил на панели.

12

Через несколько недель в управлении Артур радовался как ребенок, ему удалось поймать убийцу детей-сирот. Владимир посмотрел на него как учитель на талантливого ученика и присев спросил:

— Дружище, у меня некоторые сомнения по этому поводу, уж не тот ли это подарок, что ты прихватил с завода?

— Не-а — протянул Симонов — что ты, я его уничтожил в тот же день, как выяснили что все в порядке.

— Меня сотри — поняв правильность своих догадок, с напыщенным недовольством сказал Владимир — Мир восстановлен, все не могу в это поверить. Эти клоны, сознания, ОКО, Шаман, кстати, ты не знаешь где он?

— Ни следа — ответил Артур — растворился в сети, как говаривал мой знакомый майор Соколов — словно рафинад в чае.

Владимир не ответил. Он вспомнил тот момент, когда он был при смерти в старом городе, после операции лежал в палате и ждал. К нему зашел Старший.

— Я должен тебя поблагодарить — сказал он через черную маску. Владимир посмотрел в свое мутное отражение в ней и спросил:

— За что? Мы разве знакомы?

— Да, Старший приподнял её на секунду и Владимир увидел лицо своего врага Меркулова Бориса Петровича. Стараясь не выразить удивление, Владимир с усилием промолчал. Мысли опять потоком хлынули в голове.

— Не понимаю — сказал после паузы детектив.

— Я тоже неподконтролен — заключил для него Меркулов. СНБ давило на меня шантажируя участием в первом восстании в старом городе и налоговыми разбирательствами. Я уступил им несколько производственных мощностей и участвовал в спектакле не понимая своей роли. Лишь когда ты пришел и рассказал о том, что я заказан, я решился оставить вместо себя клона и бежать, чтоб не сразу хватились. «Многие» существуют с времен первых восстаний против системы. И я всегда был одним из них.

— Я не могу оставить напарника, но мне нужна такая же маска, как я понимаю, это великолепно работает — сказал детектив.

Владимир, уставившись в одну точку, вернулся в реальность.

— Ты думаешь, мы это мы, в том самом смысле как привыкли себя осознавать? — неожиданно спросил Артур. Все это время с прошедших событий ему не давали покоя мысли высказанные ОКОм.

— Раньше я ответил бы тебе однозначно утвердительно, а сейчас не знаю уж чему и верить. Самое паршивое, что и в себе сомневаешься.

— Я тоже много думал о субъективной реальности, которая отражается на гиперчипе. А вдруг в сознание уже кто-то проник и поставил там свою программу. Сидишь ты за обеденным столом: жена, дети и вдруг, включается она…

— Знаешь, вечность вечностью, но я, пожалуй, уничтожу все свои копии в отделе и умру, как нормальный смертный.

— Я тебе не позволю — грустно возразил Артур.

— Воскресишь — наложу на себя руки — пригрозил Владимир и вздохнул — Души нет в этом. Мир бездушных кукол, вот где мы с тобой оказались. За бесконечность своего бытия нужно платить. Либо тотальным контролем, либо смериться, что душа твоя давным-давно в другом месте, а ты как гнилой кусок мяса вынужден вечно таскаться по этой грешной земле и как выразилась многоуважаемое ОКО — выполнять выбранную для тебя социальную роль.

— И что же делать? — туманно спросил Артур.

— Жить, да так чтоб не было сожалений ни об одной минуте, отведенной тебе на этом свете.

— Ну тогда, чтоб не жалеть о моменте, предлагаю спуститься в кафе и покушать. Очень уж сладкого захотелось.

Друзья встали и пошли к лифту. Каждый из них думал о своём. Погрузившись в размышления, они не заметили, как оказались в уютном кафетерии. Весна вступала в свои права. Сквозь большие окна падал яркий свет. За окном всеми красками проснувшегося после зимней спячки мегаполиса бурлила жизнь во всех её, порой даже, причудливых проявлениях. Два друга молча смотрели на улицу, на город, на бегущих и радостно кричащих детишках, их воспитательницу, явно уступающую им в маневренности, на даму, остановившуюся в кабриолете и пропускающую резвящуюся толпу. На весь этот парадокс под названием жизнь, и каждый из них был уверен, что поступил правильно, сохранив за человечеством счастье свободного выбора, на которое не претендует даже всесильный Бог…

20:12

«И увидел я мертвых, малых и великих, стоящих пред Богом, и книги раскрыты были, и иная книга раскрыта, которая есть книга жизни; и судимы были мертвые по написанному в книгах, сообразно с делами своими».

Иоанн Богослов «Книга Апокалипсиса»

Content

Андрей Борщёв
Плюс бесконечность

Пролог

ЧАСТЬ I

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

ЧАСТЬ II

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

ЧАСТЬ III

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12