Лея Стоун

Город Ангелов

Посвящается Хоквинду

Никогда не теряй своего буйного воображения

Leia Stone

Fallen Academy: Year One

Copyright © 2018. Fallen Academy: Year One by Leia Stone.

Published by arrangement with Bookcase Literary Agency and Andrew Nurnberg Literary Agency.

The moral rights of the author have been asserted

© Артемова М., перевод на русский язык, 2022

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

Глава первая

Мама открыла дверь, позволяя свету проникнуть в мою комнату. Глаза не сразу привыкли к неожиданной яркости, но через пару секунд мне все-таки удалось разглядеть ее встревоженное лицо. Весь день я просидела в полной темноте, пытаясь спрятаться от неизбежного.

– Пора, – объявила она со смирением в голосе.

Я мельком взглянула на ее лицо. Возле маминых глаз залегли глубокие морщины, которые были результатом ежедневного беспокойства, а на щеках блестели дорожки от слез. Ярче всего выделялся красный полумесяц, вытатуированный у нее на лбу. Символ тех, кто находился в рабстве у демонов. Символ моего будущего.

Кивнув, я поднялась с кровати, едва чувствуя свои конечности. Мама отступила в сторону, позволяя мне пройти в гостиную.

Мой младший брат Майк сидел на диване, пристально уставившись на гладко оштукатуренные стены. Со стороны казалось, что он пытается изменить реальность с помощью усилия воли. Но никакие силы не могли предотвратить того, что ожидало меня в тот день. Моя судьба была предначертана давным-давно.

– Хотел бы я быть первенцем, – глухо пробормотал Майк, и мое горло сжалось от накативших эмоций. Мой беззаботный брат с трудом сдерживал слезы, и меня это просто убивало.

Я бы не пожелала ему такой участи. Хорошо, что именно я родилась первой. Майк всегда был слишком мягким, и жизнь раба наверняка сломила бы его дух. Все сложилось именно так, как должно.

– Лучше бы у меня не было детей, – серьезным тоном сказала моя мать.

Я знала, что она говорит это не всерьез. Она всего лишь хотела защитить меня от неизбежного будущего. Наступили темные времена. После Падения никто из нас уже не надеялся на нормальную жизнь: нам оставалось лишь мечтать о другой реальности или принять ту, в которой мы оказались.

Мама утерла слезы и выпрямила спину.

– Может, тебе достанется некромантия, и тогда ты сможешь получить хорошую должность. Только представь, мы будем работать вместе, как только ты выпустишься из академии. – Ее лицо мгновенно просветлело.

Я кивнула, хотя это было маловероятно. Когда ангелы дали отпор Люциферу и его демонам, произошел невероятный выброс силы, вспыхнувший, как северное сияние. Человечество оказалось «заражено». Большинство из нас превратилось в сверхъестественных существ, и лишь немногие остались обычными людьми. Дар каждого человека зависел от того, чья сила коснулась его сознания: ангельская или демоническая. Это происходило в случайном порядке, независимо от того, грешник ты или святой. Моей маме досталась демоническая сила некромантии, и она занималась тем, что оживляла мертвых. Только поэтому мы не оказались на улице, как бо́льшая часть человеческого населения Земли. Но мамины «пациенты» не были по-настоящему живыми, они…скорее походили на зомби. Я с содроганием вспоминала те времена, когда она брала работу на дом.

– Вряд ли она окажется некро, мам. Я не верю в такие совпадения. Может, она станет хрящом? – мой саркастичный братец наконец-то пришел в себя.

Мама протянула руку и шлепнула его по голове.

– Просто помолчи, – с упреком сказала она. Сегодня ее ослепительные блондинистые волосы выгладили тусклыми и сальными. Наверное, она так и не смогла заснуть от волнения.

Я сухо рассмеялась, чтобы разрядить обстановку. Хрящами называли тех, кто утилизировал мусор и прочие отходы с помощью магии. Этот талант определенно стал бы гнилой вишенкой на дерьмовом торте моей жизни. От хрящей всегда исходила отвратительная вонь, и они находились на самом дне магической иерархии.

Во времена Падения мне было всего пять лет. По словам мамы, когда меня поразила магия – мое тело парило в воздухе целых пять минут. Ей пришлось прижать меня к кровати, чтобы я не улетела. Майку было четыре года, и он вряд ли помнил те события, но мама сказала, что его кожа позеленела на несколько часов.

Она подошла ближе и пригладила мои светлые волосы.

– Прости. Мне не следовало соглашаться на сделку с…

Я прервала ее взмахом руки. Откровенно говоря, меня уже тошнило от извинений. Когда мой отец умирал от рака, то вся наша семья пришла к решению: мама должна продать свои услуги демонам, став некромантом на пожизненной службе у сил зла. Мы просто не прочли мелкий шрифт в конце договора, где было указано, что ее первенец тоже становился пожизненным рабом этих нечестивых существ.

Сперва все шло хорошо, но через шесть месяцев после того, как демоны избавили отца от страшной болезни, его сбил автобус. Шесть месяцев – вот и все, что мы с мамой получили в обмен на пожизненное рабство. Я быстро перестала надеяться на будущее, полное света и радости. Мои детские мечты были разрушены.

Лето подошло к концу, и мне исполнилось восемнадцать. Сегодня мне предстояло отправиться на Пробуждение – магическую церемонию, которую устраивали падшие ангелы. Это было необходимо для того, чтобы пробудить наши дары и проклятья. Во время церемонии определялось, какими силами обладал человек: ангельскими или демоническими. Сразу после Падения никто не знал, затронула ли его магическая энергия, и если да, то какая именно. Когда ангелы поняли, что их действия привели к мутации людей, – они запечатали новоприобретенные способности тех, кому еще не было восемнадцати. Эти силы нельзя было забрать, но их можно было сдержать, чтобы у нас было хотя бы какое-то детство.

Как только моя сила будет определена – я выйду со сцены и поверну налево. После получу метку раба и поступлю в Академию Нечестивых. Тогда как другие выйдут в правую сторону и будут зачислены в Академию Падших, вместе с остальными свободными душами. Академия Падших считалась престижным учебным заведением для тех, кто не был связан демоническим контрактом. По большей части в ней учились благословленные ангелами. Одаренные юноши и девушки должны были обучаться в течение четырех лет, чтобы впоследствии поступить на службу в Армию Падших и получать хорошую плату за работу на стороне света. Война все еще шла полным ходом, и я собиралась вступить в ряды тьмы. Мое служение демонам должно было начаться совсем скоро, и от одной мысли об этом мне становилось тошно.

– Мне пора идти. Не хочу опаздывать, – резко сказала я. Мое опоздание стало бы смертным приговором для моей семьи. Демоны с нетерпением ждали своего нового раба: беззащитную восемнадцатилетнюю девушку-подростка, которую они будут пытать и унижать до ее последнего вздоха.

В этот момент моя мать громко разрыдалась, и я просто не могла на это смотреть. Я сама еле сдерживала слезы, но мне нужно было оставаться сильной.

– Люблю вас. Увидимся позже, – добавила я, игнорируя мамины всхлипы, и поспешно направилась к двери.

– Бриэль, – в ее голосе было столько боли, что я не смогла обернуться. Если бы я посмотрела на нее, то рассыпалась бы на кусочки. – Мне так жаль. Ты простишь меня?

Мама извинялась уже миллион раз, но еще никогда не просила прощения. Неужели она думала, что я винила ее в произошедшем? Мы все прекрасно знали: демон, к которому она обратилась за помощью, обманул ее. Она понятия не имела, что кровавая клятва затронет ее первенца. Мне было двенадцать – достаточно взрослая, чтобы понимать, к чему я ее подталкиваю. Мы сделали это ради отца.

Наконец я все-таки обернулась.

– Конечно, я тебя прощаю, мам. Кого я точно никогда не прощу – так это демоническую нечисть, которая решила, что может распоряжаться нашими жизнями.

Я их ненавидела. При одной мысли о будущем в моей груди зарождалась ярость, потому что они отняли мое будущее. Как бы сложилась моя судьба, если бы демоны обманом не заставили маму продать мою жизнь взамен на жизнь моего отца? Если бы он все еще был жив – это была бы честная сделка, но шесть месяцев? Этого было недостаточно.

Мама кивнула в ответ.

– Твой отец был бы… – Ее прервал очередной всхлип. Мне нужно было убраться из дома, и как можно скорее. Это было слишком удручающе.

Когда отца сбил автобус, я умоляла маму его оживить. Мне очень хотелось с ним попрощаться, сказать, как сильно я его люблю, и еще хотя бы раз ощутить его крепкое объятие. Она ответила отказом, и в то время я ненавидела ее за это. Взрослея, я все чаще общалась с оживленными и наконец поняла, что мама была права. Все они были зомби: пустыми оболочками своих прежних личностей. К тому же еще при жизни отец заставил ее пообещать, что она ни за что не станет его реанимировать.

Внезапно мои мать и брат навалились на меня с обеих сторон и сжали в крепких объятиях.

– Может, ты окажешься совершенно бесполезной пустышкой и они просто тебя выгонят, – пробормотал Майк, уткнувшись лицом в мои волосы, и мы дружно рассмеялись.

Я легонько стукнула его по руке.

– В этой семье есть место только для одной пустышки, и оно уже занято тобой.

Он только ухмыльнулся и покачал головой.

Пустышками называли немагических существ. Людей. В Лос-Анджелесе они были редкостью. Даже если бы я оказалась пустышкой, демоны все равно смогли бы найти мне применение. К тому же я была уверена, что Майк тоже обладал магическими способностями. В ночь Падения – когда я парила в воздухе над своей кроватью – мой брат загорелся ярко-зеленым светом, как рождественская елка, и этот момент навсегда отпечатался в моих воспоминаниях.

Никто из нас не был пустышкой.

После той ночи дары взрослых начали проявляться на следующее же утро, но наша магия была скрыта до определенного возраста. Можете представить себе пятилетнего хряща, поедающего мусор посреди улицы? Хотя бы какая-то справедливость. У нас было довольно нормальное детство, если не считать демонов и падших ангелов, живущих бок о бок с людьми. По крайней мере, нас не заставляли воскрешать мертвых в семь лет.

– Я люблю вас. Все будет хорошо, – заверила я, вложив в свой голос столько решимости, сколько мне удалось изобразить.

Мама тяжело вздохнула и протянула руку, чтобы коснуться моей щеки.

– Ты мудра не по годам.

Непролитые слезы защипали мои глаза, а в горле встал ком. Отец часто мне это говорил. Одним ясным утром он произнес эти слова, уходя на работу, и больше не вернулся. Его отняли у нас.

– Меня уже ждет Шия. – Я схватила свою куртку с капюшоном и направилась к двери.

Мы жили в Городе Демонов, вместе с самими демонами и их рабами, но церемония Пробуждения проходила в Городе Ангелов. Там жили те, кому повезло остаться человеком: свободные души и благословленные ангелами. Формально оба города назывались Лос-Анджелесом, который был разделен и переименован после Падения. Город Ангелов охватывал все к северу от центра города: Беверли-Хиллз, Санта-Монику, Бербанк и Пасадену – все модные, роскошные места, где обитали благословленные ангелами. Город Демонов состоял из Восточного Лос-Анджелеса, от Инглвуда до Лонг-Бич, включая прекрасный город Комптон, где жила моя семья.

Мне нужно было торопиться, если я хотела успеть на автобус в 5:15. Я надела свою серую куртку и натянула капюшон. В Городе Демонов почти все время шел дождь – никто не мог назвать точную причину, может, дело было в чрезмерном скоплении демонов, но мы редко видели солнце.

Накинув на плечо свою сумку, я выскользнула из квартиры на четвертом этаже, которую делила со своей семьей и лучшей подругой Шией. Мы должны были встретиться на автобусной остановке, потому что она ехала на церемонию прямо с работы. Даже малейшее опоздание могло обернуться суровым наказанием. Пробуждение проводилось каждый год, ровно за день до начала занятий. Мы с Шией отмечали дни рождения с разницей в шестнадцать дней, так что обе должны были присутствовать на этой церемонии. Как и мне, Шие было суждено служить демонам, только обстоятельства ее договора были куда хуже. Ее мать была зависимой и продала себя в рабство за очередную дозу.

Как ее первенец, Шия была обречена с самого начала. Она переехала в Город Демонов примерно в одно время с нашей семьей и стала мне кем-то вроде сестры. Когда мать Шии сбежала в Вегас, моя мама пригласила ее жить с нами.

Распахнув дверь на лестничную клетку, я мигом преодолела четыре пролета, перепрыгивая по три ступеньки за раз. Шия была бегуньей на длинные дистанции, в то время как я валилась на землю и начинала задыхаться после пяти минут пробежки, моля о быстрой смерти. Прыгнув с последней ступеньки, я с грохотом распахнула дверь на улицу. Прямо у двери, на своем обычном месте, сидел Берни. Максимус, свернувшийся калачиком у его ног, начал размахивать хвостом, едва учуяв мой запах.

– Кто здесь? Это ты, Бри? – Берни принюхался. Каким-то удивительным образом он всегда меня узнавал, и ему не мог помешать даже проливной дождь.

Я улыбнулась. Бездомный Берни был слеп, как летучая мышь, но у него в груди билось доброе сердце. Я еще никогда не встречала таких хороших людей, как он. Однажды он предложил мне свою единственную крутку, потому что я пожаловалась на холод.

Вытащив из сумки черничный кекс, я вложила его в руку слепому мужчине.

– Мне нужно спешить на церемонию Пробуждения, но вечером я принесу тебе ужин.

Берни похлопал меня по руке и улыбнулся, обнажая три оставшихся зуба. Затем он отломил кусочек кекса и дал его Максимусу.

– Наверняка ты благословлена ангелами, – сказал он, кивнув мне.

Благословлена ангелами. Как же. Шансы на это были крайне малы, учитывая, что моя мать обладала демоническим талантом. К тому же, вне зависимости от моего дара, я должна была отправиться в Академию Нечестивых.

– Спасибо, Берни. Мне пора, – еще раз сказала я. У него не было других собеседников, и я знала, он очень ценил наши разговоры, но мне и правда нельзя было опаздывать.

– Лети как ветер, девочка! – крикнул он, махнув рукой. Максимус гавкнул ему в тон.

Развернувшись на каблуках, я выскочила под проливной дождь и чуть не врезалась в крошечного змеевика. В последнюю секунду я успела увернуться, но мне в нос все равно ударил его естественный запах: серы, кислоты и сточных вод. Фу. От одного вида его красных глаз-бусинок и черных, резных рогов у меня по спине пробежали мурашки. Но змеевики были просто красавцами по сравнению с другими демонами, которых я часто встречала на улицах Комптона. На память об одном змеевике у меня на левой ноге остался кислотный ожог. А ведь это произошло из-за Шии.

Я свернула за угол, на бульвар Роузкранс, и усмехнулась, увидев темно-каштановый кудрявый хвостик, выглядывающий из передней двери автобуса.

– Я же сказала, подожди еще одну чертову минуту! – прорычала Шия. Одной ногой она стояла на ступеньке автобуса, а другой все еще упиралась в бордюр.

Моя лучшая подруга была наполовину чернокожей, наполовину пуэрториканкой, и она никогда не пускала слов на ветер. У окружающих было всего два варианта: сделать так, как она говорит, или подумать, а потом все равно сделать так, как она говорит.

– Я здесь! – крикнула я.

Она повернулась ко мне и покачала головой.

– Опять опаздываешь!

Я просто улыбнулась, и мы обе зашли в автобус под пристальным взглядом водительницы. Ее глаза блестели от злости, а на лбу темнела татуировка в виде красного полумесяца.

– В следующий раз я просто прищемлю тебе ногу, – прорычала она вслед Шие.

Моя подруга только пожала плечами, словно ей было все равно. Возможно, ей и правда все равно. Сломанная лодыжка избавила бы ее от работы на целых несколько дней, и это было бы потрясающе. Когда Шие было всего тринадцать, ее мать сбежала, нарушив условия договора. Если бы беглянка решила вернуться обратно в Город Демонов – ее бы ждала незамедлительная смерть. У демонов были дела поважнее, чем гоняться за какой-то зависимой оборванкой. Поэтому они просто заставили Шию взвалить на себя все обязанности ее матери. С тех пор она работает на демонов.

– Как прошел день на работе? – я завела светскую беседу, пытаясь отвлечься от мыслей о предстоящей церемонии. Совсем скоро мы с Шией официально станем рабами демонов. Навсегда. У нас еще не было татуировок, ведь это было запрещено до завершения Пробуждения. Поэтому она неофициально работала на демона Гримлока, которому принадлежал ее контракт. Скромная зарплата обеспечивала Шию едой и одеждой, так что она не сильно жаловалась на своего начальника.

Она пожала плечами.

– Как обычно. Грим велел мне провести собеседование у нескольких новых «танцовщиц» для его клуба, а после этого я оттирала кожаные сиденья отбеливателем и водой. В общем, одно сплошное веселье, – то, как она изображала кавычки, произнося слово «танцовщица», всегда заставляло меня прыснуть от смеха.

– И как нужно проводить собеседование с «танцовщицами»?

Грим владел пятью стрип-клубами. Он зарабатывал огромные деньги, и ни у кого в Городе Демонов не было столько рабов, сколько у него. Шия была его личным помощником.

Сжав свою грудь обеими руками, она захлопала ресницами, и я рассмеялась на весь автобус. Даже когда мир катился в тартарары, Шие всегда удавалось меня развеселить.

– И все? Этого достаточно, чтобы тебя приняли на работу?

Хм, может, мне стоило рассмотреть эту вакансию. Вдруг на моей новой должности совсем не будут платить? Некроманты зарабатывали неплохие деньги, а вот хрящам, к примеру, с трудом хватало на еду. Я понимала, что мама не сможет работать вечно. Некромантия была тяжелым и изнуряющим трудом, так что, в конце концов, мне все равно пришлось бы заботиться о ней, Майке и, возможно, о Шие.

Лицо моей лучшей подруги заметно омрачилось.

– Это так грустно. Большинству девушек едва исполнилось восемнадцать. У некоторых есть дети, которых нужно кормить, или контракты, которые нужно выполнять. Мне повезло, что Грим не заставляет меня танцевать. И как он до сих пор не заметил, что я одарена потрясающей грудью?

Я ухмыльнулась.

– И отличной задницей.

Она фыркнула и обернулась, пытаясь рассмотреть свой зад.

– И правда, выглядит отлично, – согласилась она, заставляя меня улыбнуться еще шире.

– Ты нервничаешь? – спросила я, меняя тему. – Что, если мы обе окажемся хрящами?

Шия пожала плечами и крепко сжала мою руку.

– Тогда мы будем самыми лучшими хрящами, которых когда-либо видел этот чертов город.

Я снова улыбнулась, но на этот раз улыбка не отразилась на выражении моих глаз. Уже через пару часов мы могли бы получить магические способности и карьеру, но дело в том, что мы должны продать свои души темной стороне.

– Как ты думаешь, война когда-нибудь закончится? У Падших есть шанс на победу? – спросила я. Впереди засиял солнечный свет. Мы приближались к границе Города Ангелов. Когда-то давно, еще до болезни отца, мы жили в этом городе. У меня почти не осталось воспоминаний о том времени, но я помнила, что большинство местных жителей были счастливы.

Взгляд Шии следовал за струями дождя, стекающими по окну. Ее голубые глаза ярко выделялись на фоне бронзовой кожи. Она отпустила мою руку.

– Не знаю. Я стараюсь ни на что не надеяться. Это всегда приводит к разочарованию.

Разве я могла с ней поспорить? В тот момент мы могли сойти за обычных людей, но после Пробуждения на наших лбах появится рабская отметка. Красный полумесяц навсегда станет символом того, кем мы были и на что согласились.

* * *

Автобус сбавил скорость, подъехав к воротам на границе. Из-за высокой цементной стены, отделявшей два противоборствующих города, вышел охранник. После того как он перекинулся парой слов с водительницей и просканировал ее пропуск, мы поехали дальше. Солнечный свет проникал в салон автобуса, согревая мою озябшую кожу. Лишь один вид Города Ангелов мгновенно поднял мне настроение. Я глубоко вздохнула: напряжение, сковавшее мои плечи, постепенно сходило на нет.

Шия усмехнулась.

– Ты так любишь это место.

– А ты разве нет?

В Городе Ангелов всегда было чисто и светло, а еще здесь жили хорошие люди.

– В отличие от тебя я никогда здесь не жила, – сказала она, пожимая плечами. – Честно говоря, я не чувствую особой разницы.

Шия родилась в Новом Орлеане, но вскоре после этого ее домом стал Город Демонов. Она любила дождь и пасмурную погоду, а я мечтала провести хотя бы один день на солнечном пляже.

Автобус остановился перед Центром Пробуждения, и мы с Шией вышли на улицу. Я крепко сжала лямку своей сумки. Мы пересекли оживленную улицу в центре города и направились к очереди из молодых ребят, которые стояли возле открытых дверей.

– Однажды мы с отцом ходили сюда на баскетбольный матч. Я едва помню этот день, но у нас дома есть фотография, – сказала я.

– Пробуждение никого не ждет! – крикнула стройная женщина лет двадцати пяти, когда последний из ребят прошел через двойные двери.

– Почему им так хочется нас нарядить? Это не выпускной бал, – пробормотала Шия, ускоряя шаг. Я не хотела знать, что произойдет, если мы не успеем к началу Пробуждения. До меня доходили истории о подобных случаях, и все они закончились очень плохо.

– Может, им просто скучно, – прошептала я и тут же была одарена суровым взглядом офицерши, придерживающей дверь. Я посмотрела на серебряную спиральную эмблему, которая блестела у нее на пиджаке. Она была светлым магом. Прямо под эмблемой располагалась серебряная нашивка «АП» – логотип Армии Падших.

Очередь из участников предстоящей церемонии постепенно начала сужаться, и вот мы уже шли гуськом по узкому коридору, направляясь к раздевалкам. Падшие ангелы, которые ежегодно организовывали церемонию Пробуждения, настаивали, чтобы будущие ученики обязательно надевали предложенные им наряды. В самом конце проходила большая вечеринка для всех желающих. Даже для тех, кто был одарен демоническими способностями.

– Я слышала, что на вечеринке будет шоколадный фонтан, – прошептала Шия, нетерпеливо потирая руки. Она была одержима двумя вещами: шоколадом и парнями. Но в основном шоколадом.

Сперва офицерша Армии Падших держалась позади, но затем, поравнявшись с нами, она искоса посмотрела на нас с Шией и цокнула языком.

Шия яростно уставилась на нее, не сбавляя шаг.

– Чем могу помочь? – спросила она самым стервозным тоном, на который только была способна. Падшие и их офицеры зачастую смотрели на всех остальных сверху вниз. Особенно на тех, кто подписал договор с демоном.

Женщина пожала плечами.

– Обидно видеть, что так много первенцев отдают свои жизни демонам.

Другая женщина, стоящая где-то впереди, начала перекличку. Остановившись, Шия повернулась к офицерше. Она сжала кулаки, и я только надеялась, что мне не придется ее оттаскивать. Нападение на служащего Армии Падших считалось уголовным преступлением.

Откуда офицерша узнала, что мы были связаны демоническим контрактом? Наверное, она заранее просмотрела все списки, чтобы выделить таких, как мы.

– Ты думаешь, мы сделали это по доброй воле? Да ты еще глупее, чем кажешься, – выплюнула Шия.

Я замерла, не зная, чего ожидать. Мне еще не приходилось иметь дело с Армией Падших. Я слышала, что они были гораздо снисходительнее патрульных, рыскающих по улицам нашего района, но я бы не стала сильно на это рассчитывать.

– Нет, – женщина сделала шаг вперед. – Знаете, кто по-настоящему глуп? Безответственные матери, которые должны были обеспечить вам безопасность и заботу, а не продавать демонам ради собственной выгоды.

Я вышла из очереди, чтобы вступиться за свою маму, но в тот момент женщина со списком выкрикнула имя Шии.

– Шия Халловел. Связанная договором.

Одарив наглую офицершу испепеляющим взглядом, моя подруга вернулась в очередь и подняла руку.

Женщина, которая стояла в начале очереди, записала что-то в свой планшет и жестом велела Шие присоединиться к небольшой группе ребят, столпившихся чуть поодаль от всех остальных. Все они жили в Городе Демонов. И все без исключения были связаны договором.

– Бриэль Этвотер. Связанная договором.

Последние два слова она произнесла таким тоном, словно ей в рот попало что-то омерзительное. Это еще больше вывело меня из себя. Самодовольная Армия Падших.

Гордо выпрямившись, я подняла руку. Да, моя мать продала себя в пожизненное рабство, чтобы спасти моего отца, но разве у нас был другой выбор? Иногда людям приходится идти на жертвы ради своих любимых. Падшие ангелы не исцеляли умирающих, а только рассказывали про свободную волю, судьбу и прочую чушь. Они говорили, что смертельно больным людям суждено умереть и никто не должен вмешиваться в этот процесс. Благочестивые ублюдки.

Я вышла из очереди и последовала за Шией, чтобы встать вместе с остальными ребятами из Города Демонов. Совсем скоро нам пятерым предстояло стать рабами. Все остальные были свободными душами и будущими учениками Академии Падших. Маги, прорицатели, кентавры и, конечно, легендарные селестиалы – все они были благословлены ангелами и считались «хорошими». Новых селестиалов не появлялось уже пять лет. По слухам, они обладали такой огромной силой, что могли бы сравниться с падшими ангелами. Селестиалов было легко отличить по белым крыльям: они были чуть меньше, чем у падших ангелов, но выглядели совершенно идентично. Единственная разница заключалась в том, что селестиалы могли убирать свои крылья, если им этого хотелось, а падшие – нет.

Я видела падшего ангела всего один раз в жизни. Мне было девять лет, и я навещала своего отца в больнице перед тем, как ему поставили смертельный диагноз. Рафаил – архангел и целитель – делал обход, благословляя всех больных. Должно быть, он случайно пропустил моего отца. Я никогда не забуду его лица и проницательных глаз, которые словно видели меня насквозь.

– Свободные души – направо. Связанные договором – налево, – крикнул старший офицер, указывая на два противоположных прохода.

Свободные души начали заходить в раздевалку с правой стороны, а мы повернули налево, где нас уже ждала прислужница демонов с красным полумесяцем на лбу. В одной руке она сжимала электрический прут для крупного скота, и мы с Шией многозначительно переглянулись. Эта женщина была нашей надсмотрщицей. Мы сразу поняли: если кто-то из нас струсит или попытается убежать – она ударит током.

Просто замечательно.

Нас провели в небольшую общую гардеробную, и надзирательница указала на вешалку с платьями и мужскими костюмами.

– Приведите себя в порядок, а затем мы отправимся в главный зал. У вас есть пять минут.

Женщина вышла из комнаты и закрыла дверь. Судя по громкому щелчку, она заперла нас на замок.

– Ставлю пять баксов, что Стеф – хрящ, – заявил Бен, и мы дружно рассмеялись. Стефани показала шутнику средний палец, а затем шлепнула его по заднице. Стеф и Бен встречались уже больше года. Они жили в другом районе, и я лишь изредка видела эту парочку на наших общих уроках, но они были классными ребятами.

Шия принялась рассматривать платья.

– Правда в том, что мы все можем оказаться хрящами. Нет смысла об этом переживать.

Мы со Стефани переглянулись. Шия была моей маленькой пессимисткой. Она никогда не верила в лучшее и не пыталась разглядеть во тьме хотя бы крохотный проблеск надежды, за исключением совсем уж редких случаев.

Джеймс – последний из нашей группы – тихо сидел в углу, уставившись в стену. Он был одним из тех идеальный парней: умный, невероятно красивый и, без всякого сомнения, гей.

– Что случилось, Джеймс? – спросила я и уселась рядом с ним, пока все остальные тихо переговаривались, выбирая наряды.

– Прошлой ночью мне приснился плохой сон, только и всего. – Он резко поднялся на ноги и направился к остальным ребятам.

Я замерла. У Джеймса был дар прорицателя. Падшие ангелы «заморозили» способности тех, кому не было восемнадцати, но даже эта система давала сбои. В некоторых случаях сила все же вытекала наружу, как вода из плохо закрытого крана.

Джеймс видел пророческие сны.

Однажды, придя в школу, он начал орать, чтобы все выметались на улицу, и даже включил пожарную сигнализацию. Мы выбежали из здания, и через десять минут в стену врезался вертолет Армии Падших. Наша школа взлетела на воздух. Джеймс увидел это во сне и сразу понял, что все сбудется наяву. Именно поэтому мне нужно было узнать все подробности его ночного кошмара.

Не тратя ни секунды, я схватила черное шелковое платье своего размера, а затем поспешила за Джеймсом в угол раздевалки. Когда я начала снимать майку, он шутливо покосился на мою грудь.

– Фу, какая гадость.

Я усмехнулась и закатила глаза, натягивая на плечи тонкие шелковые бретельки.

– Итак… что тебе приснилось? Сегодня ожидаются осадки в виде падающих вертолетов?

Обычно мне удавалось его рассмешить. У Джеймса было хорошее чувство юмора, но на этот раз его лицо словно окаменело, а взгляд казался пустым и мрачным.

– Тебе нужно быть осторожнее, – прошептал он, пока я стягивала штаны.

Я замерла.

– Ладно, но можно поподробнее?

Что это значило и почему именно я? Он сказал, что мне нужно быть осторожной. Я и так сильно волновалась перед Пробуждением, а теперь мое сердце забилось как бешеное.

Джеймс торопливо оглянулся, но остальные ребята были слишком увлечены небольшим представлением Шии, которая пародировала офицершу Армии Падших. Тогда он наклонился к моему уху.

– Ты другая. Они…

Но в эту секунду дверь распахнулась, и Джеймс резко выпрямился.

– Вам пора, – прорычала надзирательница, направляя на нас электрический прут.

Вот черт. Сейчас мне бы пригодились навыки телепатии.

Я последовала за своей группой, хотя мои ноги тряслись от страха. Предупреждение Джеймса не сулило мне ничего хорошего.

Глава вторая

Нас усадили отдельно от свободных душ в строгом алфавитном порядке, и мне не повезло оказаться бок о бок со стервой, которая угрожала нам электрическим прутом. Это означало, что я не могла спросить Джеймса, что, черт возьми, он имел в виду, и даже не могла обсудить это с Шией. Мне оставалось лишь смирно сидеть на своем месте, пока мое бурное воображение выдавало самые невероятные теории.

Обернувшись, я заметила в толпе маму и Майка. Они стояли в самой дальней секции зала, и, увидев их лица, я разнервничалась еще больше. Церемония должна была начаться с минуты на минуту, и мне казалось, что я упаду в обморок от безумного выброса адреналина.

«Ты другая. Тебе нужно быть осторожной».

Это звучало как дурное предзнаменование.

Я все еще смотрела на маму и брата, но, когда по залу пронесся чей-то рокочущий голос, моя голова непроизвольно повернулась к сцене.

– Добро пожаловать, жители Земли!

Увидев перед собой падшего ангела, я вздрогнула от неожиданности. Архангел Рафаил. Он выглядел как молодой мужчина лет тридцати: высокий рост, волнистые волосы с золотистым отливом и пронзительные голубые глаза. За все эти годы он ни капли не изменился. До этого момента мне было трудно поверить, что падшие и впрямь не подвержены старению. Его большие белые крылья светились так ярко, что мне хотелось прикрыть глаза. Архангел находился в правой части сцены, покрытой перламутрово-белой плиткой. Левая половина была выложена черным ониксом, и там, пристально глядя на падшего ангела, стоял демон Гримлок.

– Тринадцать лет назад на Небесах разразилась война, и, к сожалению, мы принесли эту войну на Землю, – ангел начал свою речь, и Гримлок демонстративно закатил глаза. – Мы не могли исправить свою ошибку и исцелить человечество, но нам удалось усыпить вашу силу до тех пор, пока вы не достигнете совершеннолетия. Пришло время освободить ее, чтобы вы могли пройти соответствующее обучение и заслужить свое законное место в обществе.

До меня доходили слухи о парне, который убежал с церемонии Пробуждения. Он продержался около двух лет, прежде чем его способности начали проявляться сами по себе. Хотя он и был свободной душой, ему досталась демоническая способность. Парень оказался оборотнем. Так как беднягу не научили сдерживать свои силы, он напал на жителей ближайшего городка и был убит Армией Падших, которая прибыла уладить ситуацию. Мораль этой истории была такова: приходите на Пробуждение, узнавайте свою способность и поступайте в соответствующую академию, потому что справиться со своей силой в одиночку просто невозможно.

Демон шагнул вперед, бросив на соангела внушительную тень.

– Когда мы назовем ваше имя, вы подниметесь на сцену и пройдете в белую зону. После того, как Рафаил раскроет вашу силу, вы повернете направо и будете зачислены в Академию Падших, если, конечно, вы – свободная душа. Если же вы связаны контрактом, то с левой стороны вас будет ждать Академия Нечестивых, – он ухмыльнулся, демонстрируя всем присутствующим два ряда бритвенно-острых зубов.

Ангел окинул Гримлока таким гневным взглядом, что у меня по спине пробежали мурашки.

– Начнем, – объявил Рафаил, и Гримлок ушел в глубь сцены, чтобы сесть за стол рядом с другим демоном. Мне было знакомо его лицо.

Начальник моей мамы. Серный демон Бердок.

Владелец нашего договора самодовольно покачал головой с пушистыми черными рогами, которые торчали вверх, как уши животного. Я слышала, что у него была привычка протыкать неугодных ему людей этими самыми рогами. Эта странная помесь быка и человека должна была стать моим хозяином. Демон с самыми жуткими черными глазами, которые я когда-либо видела.

– Тилли Андерсон. Свободная душа, – объявил Рафаил, и мое внимание снова вернулось к центральной сцене.

За левым плечом архангела стоял парень чуть старше двадцати. Селестиал. Высокая фигура, густые темно-каштановые волосы, выбритые по бокам, и завораживающие, воздушные крылья. Под определенным освещением они начинали сиять, а белые перья то и дело озарялись бледно-голубыми вспышками, словно внутри бушевали маленькие электрические молнии.

Я знала, кто он такой. Селестиал, появившийся пять лет назад. Кажется, его звали Линкольн. Это имя засветилось во всех газетах. Он был редким видом селестиала, потому что в нем объединились силы архангелов Михаила и Рафаила. Говорили, что он изменил ход войны и что на его счету было огромное количество убитых демонов. Именно благодаря ему Армии Падших удалось присоединить к Городу Ангелов новую территорию. Несмотря на то что в зале можно было увидеть представителей обеих сторон – на полях сражений все еще бушевала война.

Спотыкаясь от волнения, Тилли поднялась на сцену, и мое сердце сжалось от сочувствия. Быть самой первой на церемонии Пробуждения – незавидная участь. Я слегка наклонилась вперед и повернула голову вправо, пытаясь привлечь внимание Шии, но надзирательница тут же ущипнула меня за бедро, возвращая мое внимание на сцену. Я прикусила язык, чтобы не наброситься на нее с оскорблениями. Тилли выглядела ужасно нелепо в своем пышном желтом платье. Честно говоря, мы все выглядели нелепо. Но падшие относились к Пробуждению со всей серьезностью, и я предположила, что вечерние наряды должны были придать церемонии торжественную атмосферу.

Девушка стояла перед падшим архангелом, и я чувствовала ее беспокойство со своего места, на расстоянии более пятидесяти футов. Пробуждение пугало меня до глубины души. Кто захочет превратиться в чудовище с совершенно непредсказуемыми способностями? Я заметила небольшую группу офицеров Армии Падших, которые уже ждали Тилли справа от сцены. Как только Рафаил раскроет ее способности – она будет немедленно зачислена в Академию Падших, элитное учебное заведение для свободных душ. Если только она не окажется хрящом. Они были единственной кастой, которой не полагалось специальное образование. Едва спустившись со сцены, хрящи получали работу в городском санитарном департаменте.

Рафаил поднял руки над головой девушки, и с его ладоней посыпалась золотисто-оранжевая пыль. Мы все благоговейно уставились на золотые пылинки, от которых кожа Тилли начала светиться, как звезда на рождественской елке. Только теперь я увидела всю красоту ее платья. Она выглядела просто потрясающе. К сожалению, это длилось всего несколько секунд. Ее дыхание стало тяжелым, тело дернулось вперед, и, наконец, она согнулась пополам от внезапной боли.

Прежде я никогда не видела Пробуждения, потому что на церемонию пускали только родственников будущих учеников и ее никогда не показывали по телевизору. Теперь я поняла почему. Тилли застонала, и золотая пыль исчезла, словно ее никогда и не было. С трудом выпрямив спину, девушка оглядела толпу присутствующих. Черт возьми. Голубые зрачки Тилли почернели, кожа стала белой, как бумага, а клыки удлинились и стали более заметными.

Едва взглянув на нее, Рафаил уверенно кивнул.

– Тилли Андерсон. Чернокровка. Добро пожаловать в Академию Падших.

Где-то на задних рядах послышался тихий всхлип. Скорее всего, это была мать Тилли. Чернокровки не могли выходить на улицу днем, потому что у них было что-то вроде аллергии на солнечный свет. Чрезвычайная сила и скорость делали их незаменимыми бойцами, но среди свободных душ они считались оскверненными. Наряду с оборотнями, некромантами и темными магами, чернокровки были порождением демонических сил. Теперь Тилли станет изгоем среди своих старых знакомых, и, скорее всего, переедет в Город Демонов сразу после выпуска из академии, просто чтобы чувствовать себя нормальной.

Несчастная девушка стыдливо опустила голову и направилась к офицерам Армии Падших, чтобы получить свое новое удостоверение, выданное правительством. Теперь ей должны были подобрать наставника-чернокровку для дальнейшего обучения.

– Бриэль Этвотер. Связанная договором, – голос Рафаила отвлек меня от грустных мыслей.

О нет. Проклятый алфавитный порядок!

Я встала, ощущая легкое головокружение, и мое сердце бешено забилось от накатившего адреналина. Не чувствуя ног, я подошла к сцене, стараясь не споткнуться о длинный подол своего черного платья.

– У тебя все получится! – крикнула Шия. Я услышала, как надзирательница шикнула на мою лучшую подругу, но ее ободряющие слова заставили меня улыбнуться и выпрямить спину. Что бы ни случилось в следующую минуту – вечером я все равно буду дома в окружении Шии, моей мамы и младшего брата. Ничто этого не изменит. И если всю оставшуюся жизнь мне придется горбатиться на ужасной работе, то так тому и быть. Самое главное, что у меня была семья.

Сама того не осознавая, я добралась до сцены и встала перед падшим ангелом.

– Бриэль, – он назвал меня по имени, как будто мы были близкими друзьями. Это одновременно пугало и успокаивало.

– Да, сэр? – Я не знала, как себя вести. Я выросла среди демонов и редко сталкивалась с этими красивыми, крылатыми созданиями.

Рафаил печально посмотрел на меня.

– Мне очень жаль, что ты оказалась в таком положении, – прошептал он.

Почему-то мне захотелось разрыдаться. Зачем он это делал? Почему бы просто не осыпать меня золотой пылью, чтобы все это поскорее закончилось? Я не нуждалась в его проклятом сочувствии: из-за этого я выглядела еще более жалкой и слабой.

Я лишь кивнула в ответ, с трудом сдерживая свои эмоции. Линкольн, стоявший за плечом у ангела, окинул меня таким взглядом, словно я была отбросом общества. Это казалось более честным. Я привыкла к презрительным взглядам, ведь моя жизнь принадлежала демонам.

Поборов искушение показать этому выскочке средний палец, я решила сосредоточиться на широких ладонях, распростертых над моей головой. В конце концов, прямо передо мной стоял падший архангел – существо, обладающее большей силой, чем я могла себе представить.

Не успела я и глазом моргнуть, как на меня посыпалась светящаяся пыль. Она оседала на моей коже, проникая в поры и впитываясь в кровь. Я почувствовала легкое покалывание в мышцах спины, словно вдоль моего позвоночника разлилась странная энергия. Покалывание сменилось жжением, и по моему лбу потекли капли пота. Неужели я все-таки окажусь хрящом? Или еще хуже: каким-нибудь демоническим существом, вроде Тилли? Что, если у меня вырастут рога? Я всегда хотела занять какую-нибудь среднюю ступень в магической иерархии. Не слишком низкую, но и не слишком высокую. Талантливых и сильных учеников вызывали на передовую сразу после выпуска из академии, а я просто хотела, чтобы моя жизнь оставалась прежней.

Обжигающая боль пронзила меня от пупка до груди, постепенно доходя до лопаток. Я вскрикнула и упала на колени. Мне еще никогда не приходилось испытывать ничего подобного. В глазах резко потемнело, и я с трудом удерживала себя в сознании. Моя спина горела, словно охваченная пламенем, а к горлу подступила желчь. Говорят, ничто не сравнится с болью, которую женщина испытывает во время родов, но в тот момент я была готова с этим поспорить. Я старалась не издавать звуков, но когда у меня за спиной вспыхнул ослепительно-яркий свет и что-то начало прорываться сквозь мою кожу – я закричала. Я закричала так громко, будто меня убивают.

Где обезболивающие? Хоть что-нибудь!

Жжение превратилось в тупую, пульсирующую боль. По возгласам, раздавшимся в толпе, я поняла: произошло что-то невероятное. Я не смела даже пошевелиться. Моя кожа горела. Это было так больно, что мне снова захотелось закричать.

– Бриэль! – крикнула Шия, и в зале поднялся гомон. Подняв голову, я невольно прищурилась. Свет казался слишком ярким, звуки слишком громкими, запахи слишком сильными.

– Она благословлена ангелами, – едва слышно прошептал Рафаил, и мне показалось, что я ослышалась.

Благословлена ангелами.

Ангельское благословение, как и демоническое проклятие, включало в себя четыре дара. Я посмотрела на свои ладони, но, за исключением мерцающего сияния моей кожи, ничего особо не изменилось. Затем я попыталась подняться на ноги, но пошатнулась и упала от неожиданного перевеса. Должно быть, у меня выросли рога. Или я стала кентавром – существом с человеческим торсом и ногами лошади.

Шепот, раздавшийся на стороне Армии Падших, заставил меня занервничать. Офицеры никогда не нарушали протокол, но теперь они ахали, тыкали пальцами и пытались подойти поближе.

– Поднимайся! – взревел Гримлок, и я оцепенела от страха. Я снова попыталась встать и только тогда поняла, что же произошло. Повернув голову, я увидела пару мерцающих крыльев селестиала. Вот только они были черными как смоль.

Вот дерьмо.

Рафаил протянул руку, чтобы удержать меня на ногах, и по моему телу разлился теплый, успокаивающий бальзам. Боль отступила, и я наконец-то смогла вздохнуть.

У меня были крылья. Черные крылья. Я никогда не слышал о чернокрылых селестиалах. У них они были белыми. Всегда. Без исключения.

– Бриэль Этвотер. С-селестиал, – дрогнувшим голосом произнес Рафаил. Я не могла смотреть на взволнованную толпу.

– Выйди вперед и получи свою рабскую метку, – сказал Гримлок, стоя на самом краю черной линии. Я попыталась высвободиться из рук Рафаила и переступить черту, но вдруг его хватка стала похожа на тиски.

– Она наша, – прошипел падший архангел.

Что. За. Чушь он сейчас сморозил?

Линкольн шагнул ближе и вытащил светящийся меч, а я пораженно уставилась на Гримлока, чьи рога начали извергать черный дым.

– Либо вы будете соблюдать соглашения, либо мы устроим резню прямо здесь и сейчас! Отдай. Ее. Мне! – взревел демон. Бердок поднялся из-за стола и вышел вперед.

Черты Рафаила заострились, а в глазах появился опасный блеск.

– Вы обманули ее мать. Она не знала, что договор включает ее первенца.

Что? Откуда он это узнал?

Бердок громко хлопнул в ладоши, и у него в руке появился коричневый пергамент. На нем поблескивали крошечные золотые буквы, а внизу стоял кроваво-красный отпечаток большого пальца. Отпечаток моей матери.

– Она сама виновата, что не прочла мелкий текст. А теперь отдай мне мою рабыню, или ад снова обрушится на Землю, – промурлыкал демон.

Рафаил так крепко сжимал мою руку, что у меня заболело запястье. Стоило мне только подумать об этом, как он немного ослабил хватку.

– Нет, – сказал архангел, и стены задрожали, словно его голос усилился в тысячу раз.

Гримлок посмотрел на одного из надзирателей, которые стояли за сценой.

– Приведите мне ее мать. Я ее убью.

– Нет! – Я рванулась вперед, но Рафаил дернул меня за руку.

– Не пересекай эту черту, – прошептал архангел.

Я недоверчиво посмотрела на него.

– Отпусти. Меня. Сейчас же! – воскликнула я, и на его лице отразилась боль. Превыше всего на свете падшие ценили свободную волю. У Рафаила не было другого выбора, кроме как проявить уважение к моему решению.

Он прикусил губу.

– Ты не понимаешь. Ничего еще не решено. Если ты примешь эту метку…

– Отпусти, – сказала я более решительным тоном, и во мне вспыхнула искра нарастающей силы. В этот момент моя мама закричала где-то на задних трибунах.

Бросив на меня неверящий взгляд, ангел все же отпустил мою руку и отступил назад.

– Глупая девчонка, – выплюнул Линкольн.

– Да пошел ты, – огрызнулась я, ступая на черную сторону сцены. Как мне и полагалось. Шумные вздохи, раздавшиеся среди офицеров Армии Падших, не вызывали у меня ничего, кроме отвращения. Гримлок жадно рассматривал мои черные крылья, и я почувствовала, как к моему горлу подступает тошнота.

– Она сама не понимает, что делает, – прошептал Рафаил, повернувшись к Линкольну.

Гримлок уставился прямо в мои глаза. Показалось, что меня вырвет прямо на него.

– Преклони колени и прими свою рабскую участь.

Внезапно я ощутила острое сожаление. Желание убежать, улететь как можно дальше отсюда. Сделать что угодно, лишь бы не принимать метку. Но в этот момент у меня за спиной раздался болезненный всхлип мамы, и я медленно опустилась на колени. Мы были рабами, и с этим оставалось только смириться. Но Майк все еще оставался свободной душой, и эта мысль дарила мне надежду.

Большой палец Гримлока молниеносно скользнул по моему лбу, вызвав жгучую боль. Когда он убрал руку, я уже знала, что у меня на лбу появилась красная метка. Знак темной стороны.

– Вот и все, – с облегчением произнес демон.

– Мы все еще должны ее тренировать. У тебя нет никого, кто мог бы сдержать ее силы, и ты это знаешь, – добавил Рафаил из-за моей спины.

Что?

Демон нахмурился.

– По шесть часов в день. Не больше.

Должно быть, архангел кивнул, потому что Гримлок велел мне встать. Когда я поднялась на ноги, он бросил на меня последний самодовольный взгляд.

– Иди домой, – сказал он, и метка на моей голове вспыхнула жгучей болью. Это был приказ, а приказам следовало подчиняться.

После Пробуждения всегда проходил роскошный банкет с вкуснейшими угощениями и танцами до полуночи. Это было единственное, чего мы ждали с нетерпением, одна хорошая вещь, которую сделали для нас падшие. Этот небольшой праздник был своего рода извинением за то, что они втянули нас в эту неразбериху. Я не хотела возвращаться домой. Хотела остаться и узнать, какая сила достанется Шие, хотела танцевать и есть шоколад, но после всего произошедшего мне явно не стоило устраивать еще одну сцену.

– Да, хозяин, – процедила я сквозь сжатые зубы и повернулась к толпе.

Шия замерла посреди прохода с приставленным к ее спине электрическим прутом, а моя мать стояла на коленях, пока Бердок сжимал ее волосы в кулаке. Как только я шагнула в их сторону, она вырвалась из его хватки и подбежала ко мне, заключая в объятия.

– Что я такое? – прошептала я. В истории еще не было ни одного чернокрылого селестиала.

– Я не знаю, детка, но думаю, что это важно, – ответила мама.

Да уж, это точно.

Архангел чуть не развязал еще одну войну из-за меня. Честное слово, лучше бы я оказалась хрящом.

* * *

Когда мы вышли с церемонии Пробуждения, нас уже ждал гладкий черный внедорожник. Подачка от моего нового босса: наверное, он не хотел, чтобы эти черные крылья вызвали панику в автобусе. Я попыталась убрать крылья, заставить их исчезнуть, но все было бесполезно, и, как только я села в машину, они начали болеть. Проглотив слезы, я легла на заднее сиденье.

Придя домой, я сразу же отправилась в свою комнату. Мама и Майк пытались со мной поговорить, но я была не в настроении.

Оставшись наедине со своими мыслями, я наконец разрыдалась. Я лежала на кровати в странной позе, чтобы не прижать свои крылья. Они были черными как смоль и такими… настоящими. Я чувствовала их, совсем как ногу или руку. В мире еще не было селестиалов, которые служили бы демонам. Они появлялись очень редко и сразу вербовались в Армию Падших, где их тут же повышали до самых высших чинов. Этот придурок Линкольн был вторым по старшинству после архангелов, а ведь ему едва исполнилось двадцать два. Да, появление нового селестиала было грандиозным событием, но что я могла поделать?

Я снова и снова прогоняла в голове тот самый момент, когда Рафаил сказал мне не пересекать черту. Что это значило? Ведь у меня не было выбора. Я должна была выполнить условия договора. Неужели он думал, что я пожертвую своей собственной матерью ради свободы?

Больше всего меня пугала неизвестность. Что демоны будут делать с моей новой силой? Отправят меня на передовую? Заставят меня убивать для них? От этой мысли мне стало плохо. Я всегда придерживалась стороны падших, ведь в моем представлении они были «хорошими ребятами». В Городе Ангелов никто не голодал и людей не убивали за мельчайшую ошибку. Теперь я боялась, что мое новое положение вынудит меня совершать ужасные поступки. Неужели мне придется переступить через собственную мораль, просто чтобы выжить?

В тишине раздался осторожный стук.

– Не сейчас, мам, – сказала я, утирая слезы.

Дверь открылась, и я уже приготовилась закричать, но передо мной стояла Шия с коробкой пончиков из «Седьмого Неба». Мой рот мгновенно наполнился слюной.

– Не может быть, – благоговейно вздохнула я.

Пожав плечами, Шия закрыла дверь ногой и положила коробку прямо передо мной. У нее на лбу алела метка в виде полумесяца.

– Может. Теперь я могущественный маг, детка. Я делаю, что захочу, – она ухмыльнулась, кивая на пончики.

– Маг? – переспросила я, не веря своим ушам.

На ее лице промелькнула растерянность, но она быстро взяла себя в руки и ухмыльнулась.

Что ж, этот день стал еще безумнее.

Маги были вторыми по силе после селестиалов и обычно зачислялись в Академию Падших, но связанные договором оправлялись в Академию Нечестивых, чтобы изучать темную магию.

– В какую школу тебя определили? – Я тяжело сглотнула в надежде, что Рафаил боролся за мою подругу так же, как он боролся за меня.

– Академия Нечестивых, – глухим голосом отозвалась Шия.

Вот черт. Темная магия превращала людей в монстров. Их заставляли использовать демонические силы и совершать ужасные поступки. Возможно, это было еще хуже, чем оказаться селестиалом.

– Мы крупно влипли, – сказала я, подводя итоги.

Шия открыла коробку, и воздух наполнился сладким, сахарным ароматом.

– Да, мы влипли, но у нас есть пончики из «Седьмого Неба».

Я слабо улыбнулась. Это была наша старая шутка. Когда Шия узнала, что я жила в Городе Ангелов, она спросила, по чему я скучаю больше всего. Я без раздумий назвала пончики из «Седьмого Неба». Владелец кофейни был светлым магом, и все его сладости были наполнены особым волшебством. Больше всего мне нравился пончик под названием «Взрыв блаженства». Один укус вызывал истерический хохот на ближайшие десять минут. Шия предпочитала вкус «Сочная дыня». Половинка пончика – и ты спишь без задних ног. Конечно, все они были невероятно хороши на вкус.

– Серьезно, как тебе удалось их раздобыть? – я жадно посмотрела на «Взрыв блаженства». Эту вишневую глазурь я бы узнала где угодно.

За ними выстраивались гигантские очереди, и они стоили целое состояние. Шия пробовала их всего раз в жизни, когда моя мама купила два пончика в честь нашего шестнадцатилетия. Мама взяла выходной на работе, чтобы съездить в Город Ангелов, и я была уверена, что она откладывала деньги не один месяц. Я никогда не видела целую коробку. Должно быть, это стоило не меньше тысячи долларов.

Шия улыбнулась.

– Их раздавали на банкете. Я пофлиртовала с официантом и спрятала коробку под платьем.

Некоторые пончики выглядели помятыми. Теперь я поняла почему.

– Ты лучше всех, – сказала я, хватая «Взрыв блаженства». Шия выбрала ярко-оранжевый пончик, названия которого я не знала.

– На здоровье.

Мы «чокнулись» пончиками и откусили по кусочку. Как только терпкий вишневый вкус наполнил мой рот – меня накрыла эйфория, и я расхохоталась от удовольствия. А вот Шия выглядела озадаченной.

– Я не понимаю, какой эффект у моего пончика, – сказала она, и в ту же секунду, мы обе залились смехом. Ее голос звучал так, словно она вдохнула гелий.

* * *

Мы провели следующий час, объедаясь пончиками, но их действие длилось всего несколько минут. «Сочную дыню» мы оставили напоследок.

– Готова расслабиться? – спросила Шия, разламывая пополам ярко-зеленый пончик.

– Ты даже не представляешь. – Мне хотелось проспать целый день и оставить все переживания на завтра.

Мы обе откусили по кусочку, и я сразу же ощутила невероятное спокойствие. Лучше бы я съела его в самом начале и сразу же избавилась от зудящего беспокойства.

Шия положила голову у моих ног, глядя на меня снизу вверх.

– У тебя черные крылья, – заявила она сонным голосом.

Я подумала, что в пончиках явно было что-то еще. А еще я была уверена: их не продавали тем, кому не исполнилось двадцати одного года.

– Знаю, – ответила я, начиная дремать.

Сквозь сонную пелену до меня донесся певучий голос Шии.

– Я не позволю тебе погрузиться во тьму. Я буду присматривать за тобой, если ты будешь присматривать за мной, – пообещала она.

У меня сжалось горло. Больше всего на свете я боялась стать темной. Боялась, что демоны будут использовать меня как марионетку для своих грязных дел. Потянувшись вниз, я схватила Шию за руку.

– Если ты станешь темным магом, то убью тебя своими руками, – пообещала я.

Она улыбнулась.

– Хорошо.

А потом нас обеих сморил сон.

Глава третья

На следующее утро меня разбудила мама. Я приоткрыла глаза и посмотрела на часы. Было всего пять утра, и за окном еще даже не рассвело.

– Нет, – пробормотала я, переворачиваясь на бок, но резкий укол в спину напомнил о том, что у меня за спиной выросли огромные ангельские крылья.

Мама толкнула меня локтем.

– Вставай. За тобой приехала машина из Академии Падших, – прошептала она, стараясь не разбудить Шию. – Каждый день у тебя будут занятия с шести утра до полудня, чтобы не помешать твоим обязанностям по договору.

Я резко распахнула глаза.

– Ты что, издеваешься? – Я гневно воззрилась на маму, хотя и понимала, что она здесь совершенно ни при чем.

Она пожала плечами.

– Иди в душ и одевайся. Тот парень с церемонии ждет тебя в машине.

Я села и поморщилась, осознав, как сильно затекло мое правое крыло, на котором я пролежала всю ночь. Линкольн здесь? В Городе Демонов? А мне-то казалось, что он должен был превратиться в горстку пепла прямо на границе между городами.

Я обернулась, пытаясь рассмотреть свои крылья.

– Ну и как я должна принимать душ? – на мне все еще было вчерашнее платье.

– Придумай что-нибудь. Кажется, он не настроен тебя ждать.

Застонав, я направилась в ванную. Этот парень уже был в моем черном списке, а теперь он еще и не давал мне выспаться.

С горем пополам я залезла в душ и привела себя в порядок, насколько это было возможно, учитывая обстоятельства. Затем, натянув узкие черные брюки и завязав свои длинные светлые волосы в узел на макушке, я задумчиво уставилась на свои футболки.

Лифчик легко застегивался под крыльями, а вот натянуть плотный серый топ оказалось довольно сложно. Когда я наконец смогла продеть руки в лямки, в мою дверь снова постучалась мама.

– Он сказал, что у него нет времени возиться с принцессой и что он уезжает, – сказала она.

Вот скотина. Я распахнула дверь и чуть не врезалась в маму, которая держала в руках стаканчик с кофе и теплый бейгл. Схватив завтрак, я торопливо попрощалась и застегнула свои ботинки.

Он поднимает меня в пять утра, заставляет лезть в душ с этими гигантскими крыльями, а теперь я еще и должна бежать!

Я ненавидела бегать. Ничего, я все ему выскажу. Выскочив из дверей, я увидела в конце улицы уезжающий белый джип.

Да как он смеет!

– Доброе утро, Бриэль, – из палатки донесся дружелюбный голос Берни.

О нет! Вчера я так и не принесла ему ужин. Мысленно пожурив себя за забывчивость, я бросила ему свой бейгл.

– Доброе утро. Прости, я опаздываю. Поговорим позже! – крикнула я, пускаясь вслед за машиной.

Выбежав на дорогу, я сделала первое, что пришло мне в голову: бросила свой стаканчик с кофе прямо в заднее стекло, а затем с удовольствием наблюдала, как темная жидкость стекает по чистому белому багажнику. Стоп-сигнал загорелся ярко-красным светом. Я спокойно подошла к машине, дернула за ручку пассажирской двери и столкнулась с недовольным взглядом селестиала.

Линкольн был раздражающе красив. Я нехотя призналась самой себе, что даже сейчас, уставившись на меня своими голубыми глазами и поджимая губы, он был невероятно привлекателен. И все же это не помешало мне выдать ему небольшую тираду.

– Послушай, приятель. Вчера я пережила худший день в своей жизни и объелась усыпляющих пончиков, от которых у меня все еще кружится голова, а теперь извела на тебя целую чашку отличного кофе. Будь человеком и прояви хотя бы немного понимания.

Уголок его губ еле заметно дрогнул, но он остался совершенно невозмутим.

– А теперь послушай меня, принцесса. Каждая секунда, которую я провожу в Городе Демонов, ощущается как тысяча ножей, впивающихся мне в спину. Так что садись в машину или катись обратно домой.

Придурок. Я отпрянула назад, но, судя по выражению Линкольна, он действительно испытывал боль. А я-то думала, что он просто злится. Что ж, видимо, они все-таки не сгорают дотла, а просто чувствуют себя крайне паршиво.

– Мои крылья сюда не влезут, – сказала я, скрещивая руки на груди.

Закатив глаза, Линкольн наклонился вперед и протянул ко мне руку. Я вздрогнула, и его лицо смягчилось.

– Мне нужно до них дотронуться.

Ой. Я повернулась боком, и его правая рука осторожно коснулась моего левого крыла, вызвав целую волну мурашек, прокатившуюся по рукам. Крылья мгновенно исчезли, отозвавшись острой болью у меня в лопатках. Вот так просто.

– А теперь садись, – приказал он, снова превращаясь в Капитана Придурка.

Я забралась в джип и пристегнула ремень безопасности.

– Ты должен мне чашку кофе.

Линкольн искоса посмотрел на меня, но ничего не ответил.

Машина была совершенно новой: никто даже не отлепил наклейку с бокового окна.

– Классная тачка, – искренне восхитилась я.

– Рад, что тебе нравится, потому что я не смогу забирать тебя каждый день. Находиться в этой выгребной яме, которую вы называете городом, слишком болезненно. Машина твоя на время обучения. Считай это жестом доброй воли от Академии Падших, – сообщил он будничным тоном.

У меня буквально отвисла челюсть.

– Да ладно?

– Технически ты только что бросила кофе в свою собственную машину. – Линкольн самодовольно улыбнулся и повернул на Сто пятую улицу, которая вела в Город Ангелов.

Вот козел. Как и все жители Города Ангелов, он относился к нам с презрением. Они свысока смотрели на мою мать, потому что она подписала договор с демоном, а теперь наверняка осуждали меня за то, что я пересекла черту на вчерашней церемонии.

Игнорировать урчание моего живота становилось все труднее. И это уже не говоря о том, что с самого утра у меня во рту не было ни капли кофе.

Когда впереди показался Город Ангелов, я задумалась о том, почему за мной прислали именно Линкольна. Он был моим наставником? Но по меркам других селестиалов он был еще младенцем. Я не сомневалась, что мне могли бы подобрать более взрослого учителя.

– Почему именно ты стал моим наставником? – спросила я, когда машина притормозила у границы. Охраннику хватило одного взгляда на Линкольна, чтобы пропустить нас без лишних вопросов. Как только мы проехали через пограничный пост, лицо моего спутника едва заметно расслабилось.

Он бросил на меня косой взгляд.

– Я единственный, кто предложил свою кандидатуру.

Я нахмурилась.

– Чушь собачья.

– Ты думаешь, кто-то горит желанием обучать темного селестиала? – усмехнулся он.

От этих слов по моей коже пробежали мурашки.

– Меня называют темным селестиалом?

Он пожал плечами.

– И это еще не самый плохой вариант.

Я уставилась в окно, чувствуя, как на меня накатывает депрессия. Мое тело казалось тяжелым и онемевшим.

– Что может быть хуже темного селестиала?

Темный – значит злой. По сути, они считали меня крылатым демоном.

Линкольн колебался, словно не хотел расстраивать меня еще больше.

– О, пожалуйста. Не строй из себя хорошего парня, – сказала я, и он тут же ощетинился.

– Ладно. Я слышал, как некоторые называли тебя архидемоном.

От страха мои ноги превратились в желе.

– Архидемон? Что это такое?

Он свернул на следующий съезд с автострады, и в поле зрения появился мой старый район. Аккуратные балконы, украшенные яркими цветами, напомнили мне о лучших временах.

Академия Падших располагалась в прекрасном городе Санта-Моника, совсем рядом с пляжем. Раньше это здание принадлежало католической школе, вместе с живописным парком, который находился через дорогу. В детстве я мечтала, что когда-нибудь буду учиться здесь.

Кажется, мое желание исполнилось.

– Я не знаю, – честно признался Линкольн, – но они надеются, что ошибаются и что при правильном обучении ты будешь держать себя в руках.

Это задело меня больше всего.

– Я не плохая! Неужели из-за выбора моей матери я вдруг стала предвестником зла?

Проигнорировав мои слова, Линкольн свернул на боковую дорогу, которая вела к воротам Академии Падших. Вся территория школы была обнесена каменным забором высотой в пятнадцать футов[1].

Ну уж нет, он так легко не отделается.

– Я не плохой человек. Моя мама неплохой человек. Мы просто работаем на плохую сторону.

Мне хотелось в это верить. Мои моральные принципы немного размылись с тех пор, как я переехала в Город Демонов, чтобы спасти своего отца.

Линкольн подъехал к воротам, и охрана снова пропустила его без лишних разговоров. Когда ворота открылись – у меня перехватило дыхание. Я никогда не была внутри и видела Академию Падших только на картинках. Ухоженная территория и каменные здания создавали царственную атмосферу Старого Света. От этого захватывало дух.

Резко повернувшись, Линкольн заглянул мне в глаза.

– Тебе дали выбор, и ты выбрала метку. Ты сама решила работать на темную сторону.

Значит, это был выбор? Если бы я не переступила ту черту – Рафаил разорвал бы мой договор с демоном? И моя мать была бы убита прямо у меня на глазах.

От возмущения я не сразу смогла подобрать слова.

– Ты же сам все видел. Они собирались убить мою мать!

Он пожал плечами, останавливаясь у обочины перед главным зданием.

– Ни на одной войне не обходится без жертв.

С этими словами Линкольн выскочил из машины, захлопнув дверцу у меня перед носом.

Ему точно полагается премия «Главный козел года»!

Я уставилась на свои руки, сожалея о том, что осталась без бейгла и кофе. Во мне медленно закипала ярость. Я не смогу выносить его целых четыре года. Я бы не продержалась и часа. Минут пять я просто сидела в машине, практикуя технику успокаивающей дыхательной гимнастики, которой меня научил Майк. Наконец, я вышла наружу и вошла в дверь следом за Линкольном.

В то же мгновение все вокруг заполнил ослепительный белый свет, и я попыталась прикрыть глаза. Приглушенные голоса оборвались, и свет потускнел до более приемлемого уровня. Когда мои глаза наконец смогли сфокусироваться, я чуть не упала на колени в благоговейном страхе.

– Ох. Я думала, что просто заберу здесь свое расписание, – нервно объяснила я. Линкольн не предупредил, что меня ждет встреча с четырьмя архангелами. Я собиралась его убить.

– Все в порядке, Бриэль. Пожалуйста, присоединяйся к нам, – предложил Рафаил, жестом подозвав меня к себе.

Я осторожно рассматривала присутствующих. Скорее всего, ангел с мечом в руках был Михаилом, но я не знала двух других. Они пугали меня одним своим видом. Зачем они собрались здесь? Чтобы изгнать из меня зло?

– Никто не причинит тебе вреда, дорогая, – сказал светловолосый ангел ростом более семи футов.

О боже. Они могут читать мысли. Мне конец.

Я прочистила горло и вошла в просторный кабинет. Михаил прислонился к книжному шкафу, пристально наблюдая за каждым моим шагом.

Линкольн стоял в углу, скрестив руки на груди и хмуро глядя на меня.

– Раф не знает, кто из архангелов наделил тебя своими дарами, поэтому, прежде чем ты получишь свою светлую метку, они проведут небольшую церемонию, – объяснил он.

Церемония? Метка? В этот момент я осознала, что ничего не знаю об этой жизни. Об этих существах. Я слишком долго была окружена демонами, и до меня доходили лишь крупицы слухов о таинственных селестиалах. Должно быть, я выглядела напуганной, потому что архангел с длинными светлыми волосами шагнул ко мне. На его огромные крылья было трудно смотреть дольше нескольких секунд.

– Я Гавриил. – Он указал на ангела с темно-каштановыми волосами, который стоял перед камином. – Это Уриил. С Рафаилом ты уже встречалась на Пробуждении, и я уверен, что тебе знакомо лицо Михаила. В конце концов, он у нас знаменитость.

– Завидуешь, брат мой? – шутливо сказал Михаил.

Ого. Они были такими… нормальными.

– Привет… Меня зовут Бриэль. – Я неловко помахала рукой.

Почему Линкольн таращится на меня? Он не может куда-нибудь уйти?

Рафаил встал из-за своего стола.

– Я взял на себя обязанность обучать благословленных и быть хранителем этой школы, но Михаил, Гавриил и Уриил – редкие гости. Обычно они не появляются в академии, за исключением чрезвычайных происшествий. Их место – в военном штабе.

О нет. Чрезвычайное происшествие – это я? Мой желудок скрутился узлом, и я мысленно выругалась, надеясь, что ангелы этого не услышали.

Губы Рафаила изогнулись в улыбке.

– Обычно мы проводим церемонию Выбора публично, но в сложившихся обстоятельствах, – он указал на мою спину, где должны были быть крылья, – мы подумали, что лучше всего сохранить это в тайне.

Я понятия не имела, что такое церемония Выбора, поэтому просто кивнула головой.

– Знаете, я вообще не публичный человек.

Особенно учитывая, что я – единственный бракованный селестиал с черными крыльями.

Рафаил кивнул.

– Хорошо. Подойди ко мне и протяни запястье. Это не займет много времени. – Он открыл защелки футляра, который располагался на столе, и откинул крышку. Внутри лежал золотой кинжал с гравировкой.

Широко распахнув глаза, я попятилась назад.

– Зачем это?

– Ты ее напугал, – с раздражением сказал Михаил, глядя на Рафаила. Тот озадаченно нахмурился.

– Я этого не хотел.

– Позвольте я вас прерву, – вдруг заговорил Линкольн. – Людям нужны объяснения. В отличие от ангелов они не обладают безоговорочным доверием. – Он вышел из своего угла и подошел ко мне.

Он только что сказал четырем архангелам, что я им не доверяю?

Я убью этого парня. Ему конец.

Рафаил нахмурился.

Вот дерьмо. Я просто шучу. Всем счастье и любовь!

Теперь ангел явно старался сдержать смех. Они точно могли читать мои мысли.

– Бриэль, – сказал Линкольн, привлекая мое внимание. Он закатал рукава, демонстрируя две татуировки: по одной на каждом предплечье. Одна изображала великолепный меч насыщенного синего оттенка, а вторая – пару сложенных рук, сияющих желто-оранжевым светом.

– Когда стало известно, что я селестиал, Рафаил сделал небольшой порез на моем запястье. На кинжале загорелось два символа, которые означали, что я обладаю способностями Рафаила и Михаила. Затем я сделал эти татуировки, чтобы разжечь во мне силы каждого из них.

О, так вот что происходит на церемонии Выбора.

– Хорошо, – я пожала плечами.

Кивнув, Линкольн вернулся обратно в угол комнаты. Вместе с ним исчезло все тепло, и внезапно я почувствовала себя очень одиноко.

– Теперь, когда мы пробудили твои силы, тебе понадобится светлая метка. Она поможет направлять ангельский свет, который живет внутри тебя, – сказал Михаил. – Вот для чего нужна эта церемония. Без нее тебе… придется испытать огромный дискомфорт, когда твои силы начнут проявляться. Татуировка позволит использовать силу архангела, не причиняя вреда твоему человеческому телу.

Ох. Ничего себе. Я даже не думала, что у меня есть какие-то силы, помимо странных черных крыльев и способности летать. В этот момент мне очень не хватало Шии. Вот кому было не занимать смелости и решимости. На моем месте она бы уже протянула запястье со словами: «Давайте просто покончим с этим раз и навсегда!»

Взяв пример со своей подруги, я шагнула вперед и протянула руку.

– Эта штука покажет, архидемон я или нет? – выпалила я.

Рафаил поднял на меня пораженный взгляд.

– Кто сказал, что ты можешь быть архидемоном?

Я попыталась собраться с мыслями, но волнение взяло вверх. В моих мыслях всплыло имя Линкольна, и Рафаил резко обернулся через плечо, пригвоздив молодого селестиала суровым взглядом.

Линкольн поежился.

– Я просто пересказал слух.

Михаил выпрямился во весь рост.

– Я видел, как из-за слухов разгораются войны.

Линкольн опустил взгляд.

Проклятье. Из-за меня он получил выговор. Теперь он будет ненавидеть меня еще больше.

– Бриэль, позволь мне кое-что тебе объяснить. – Рафаил взял меня за руку, и по моей коже разлилось приятное тепло. – Никто не рождается злым. Даже тот, кто пошел по неверному пути, всегда может вернуться к свету. Несмотря ни на что.

Тяжело сглотнув, я бросила взгляд на Линкольна, который все еще смотрел в пол. От меня не укрылась одна маленькая деталь: ангел так и не ответил на мой вопрос насчет архидемона.

– Готова? – спросил Рафаил.

Как только моя голова качнулась в знак согласия, моей кожи коснулось холодное лезвие. Несколько капель крови упало на рукоять, и я зашипела от боли.

– Прости, дитя.

Внезапно оказавшись рядом, Линкольн потянулся к моей руке.

– Я могу исцелить твой порез.

Он умел лечить раны? Ну да, конечно, ведь он был кем-то вроде воина-целителя: две впечатляющие способности в одной упаковке.

– Я в порядке, – сказала я, надавливая на порез другой рукой.

Линкольн нахмурился.

– Просто позволь мне тебе помочь. Нет смысла упрямиться из-за такого пустяка.

Я одарила его своим лучшим взглядом под кодовым названием «тебе не жить».

– Свобода воли. Она сказала нет, – напомнил Михаил, глядя на Линкольна.

Линкольн недовольно проворчал что-то себе под нос, но все-таки оставил меня в покое.

Трое остальных архангелов по очереди вышли вперед, направляя на меня свои силы. Казалось, что воздух зарядился статическим электричеством. С каждой секундой кинжал светился все ярче и ярче.

Наконец, на лезвии загорелся символ меча.

– Ах, прелестно. Михаил, она одна из твоих, – с энтузиазмом сказал Рафаил.

Вздрогнув от волнения, я посмотрела на крепко сложенного архангела с мечом. Михаил ухмыльнулся, но в следующую секунду его лицо исказилось от удивления. Я проследила за его взглядом и увидела, как на кинжале загорелся еще один символ: сложенные руки. Метка Рафаила. Неужели я была гибридом, как Линкольн?

Я не успела произнести ни слова, как вдруг вспыхнул еще один символ – чернильное перо, а затем еще один – пламя. Когда на лезвии загорелось пятое изображение, Рафаил накрыл кинжал ладонью и убрал его обратно в футляр, прежде чем я смогла разглядеть, что это было. Очевидно, он был поражен произошедшим, но в выражении его лица было что-то еще.

Страх.

Что могло напугать могущественного архангела?

– Она благословлена всеми нами, – произнес он глухим голосом.

Комната поплыла у меня перед глазами. Может, я слишком долго находилась рядом с архангелами, а может, дело в том, что я объединяла в себе силы всех четырех. В любом случае я была к этому не готова.

Мои ноги начали подкашиваться, и, наконец, меня поглотила темнота.

Глава четвертая

Первое, что я услышала, – это приглушенные голоса у меня над головой.

– Ты думаешь, про нее говорится в пророчестве?

Я узнала голос Михаила.

– Я не знаю. В любом случае она невинный ребенок, и мы должны сделать все возможное, чтобы защитить и направить ее.

Это был Рафаил.

– Конечно! – Михаил казался оскорбленным. – Я попытаюсь связаться с Метатроном, вдруг он знает больше нас.

Рафаил снова вздохнул, на этот раз громче и протяжнее.

– Не втягивай в это наших братьев. Метатрон твердо встал на его сторону. Мы сами с этим разберемся.

– Она очнулась, – сказал Гавриил, и я открыла глаза.

О чем, черт возьми, они говорили? Я не хотела знать, но все же это казалось важным. Стараясь не обращать внимания на головокружение, я поднялась и огляделась вокруг.

– Бриэль, ты в порядке? – в поле моего зрения появился Рафаил.

Я кивнула.

– Кажется, да.

– Конечно она не в порядке. Она напугана. – Михаил выглядел обеспокоенным.

Я расправила плечи.

– Все нормально.

Усмехнувшись, Михаил подмигнул мне.

– Какая храбрая, вся в меня.

Я покраснела, а Рафаил закатил глаза.

– Давай не будем приписывать себе ее личные качества. Бриэль, ты должна вернуться в Город Демонов через пять часов. Ровно столько времени займет процесс создания светлых меток. Ты не будешь против, если мы продолжим?

С тех пор, как я увидела вспыхнувшие символы на лезвии кинжала, во мне отозвалось что-то дикое, неуправляемое. Я решила, что это моя сила, и не на шутку испугалась. Если татуировки могли обуздать или хотя бы сдержать эту энергию – я хотела бы получить их как можно скорее.

– Я готова, – сказала я, сжав кулаки.

Михаил смотрел мне за спину, и в его взгляде читались грусть и тоска. Я обернулась, ожидая поймать взглядом Линкольна, но его нигде не было. Вместо этого я увидела свои крылья. Должно быть, они появились сами по себе, словно какой-то защитный механизм.

Я неловко поерзала на месте.

Архангел, символизирующий защиту и силу, шагнул вперед и положил свою крепкую руку мне на плечо.

– То, что ты сделала для своей матери, достойно восхищения. – Его глаза остановились на алой татуировке в виде полумесяца, выжженной посреди моего лба. – Не самый мудрый выбор, но определенно самоотверженный.

Теперь, когда Михаил стоял так близко, я чувствовала, как его сила давит на меня, будто тяжелое одеяло. Должно быть, архангел это почувствовал, потому что в тот же момент он убрал руку и отошел к столу, на котором Рафаил расставил четыре золотых кубка.

Нахмурившись, я подошла ближе.

– Вы пьете? Я понятия не имела.

Может быть, они решили, что нам нужно выпить, прежде чем сделать мне татуировку? Мне уже нравилась эта школа.

– Кровь моей крови, – с этими словами Рафаил полоснул золотым кинжалом по своему запястью.

Кубок наполнился густой темно-красной жидкостью, и моя рука непроизвольно метнулась к горлу.

– Кровь моей крови, – объявил Михаил и взял кинжал из рук Рафаила.

Я начала пятиться назад, намереваясь убежать оттуда к чертовой матери и никогда не возвращаться, но на третьем шаге я врезалась в теплое, твердое тело с подозрительно знакомым запахом.

Сильные руки обхватили меня за плечи и развернули в противоположную сторону.

– Ты в порядке? – спросил Линкольн, заглядывая мне в лицо. Меня потрясла искренняя забота, прозвучавшая в его голосе.

– К-к-к-кровь.

Я бы ни за что не стала пить ангельскую кровь. Ни за что.

Он посмотрел мне за плечо, и его лицо озарилось пониманием.

– Рафаил, ты должен все объяснять, помнишь? – с упреком сказал Линкольн.

Человек отчитывает ангела, как старого друга. Какое странное зрелище.

– Ох, точно. Прошу прощения. Бриэль, мы смешаем нашу кровь с чернилами для татуировки, и это поможет тебе использовать свою силу, – радостно объяснил Рафаил.

Татуировки из ангельской крови? Да что здесь вообще происходит?

Наконец, Линкольн отпустил мои руки, с жалостью глядя на меня.

– Это самая странная часть. Завтра ты начнешь обучение, и у тебя появятся более тривиальные заботы, как и у любого другого студента. Поверь мне, лучше всего просто покончить с этим и двигаться дальше.

Татуировки из крови четырех ангелов? Может, мне стоит позвонить маме? В смысле, мне уже восемнадцать, но если я приду домой с четырьмя татуировками – она закатит скандал. И разве кровь не надо проверить на заболевания? Хотя это глупый вопрос, они же ангелы, о каких болезнях может идти речь?

Я все еще не могла пошевелиться от шока, когда ко мне подошел Михаил.

– Для меня было честью познакомиться с тобой, Бриэль. Но теперь мне пора идти, потому что… у меня много других дел.

– О. Конечно. Приятно было познакомиться, – нервно ответила я.

– Да пребудет с тобой мир, дитя, – сказал Уриил, молитвенно сложив руки, а затем вышел вслед за Михаилом.

– Может быть, мы еще встретимся, – раздался у меня за спиной нежный голос Гавриила. Через мгновение его уже не было в комнате.

Я не знала, что сказать в ответ, и молча стояла на месте, прикрывая руки. Мой желудок урчал от голода, напоминая о том, что я отдала свой завтрак Берни и выплеснула кофе на заднее стекло машины.

– Сопровождение готово? – спросил Рафаил.

Линкольн кивнул.

– И Марлин уже ждет.

– Бриэль, дорогая, не хочешь перекусить перед дорогой? – предложил Рафаил, обращаясь ко мне.

Повернувшись к нему, я не выдержала и спросила:

– Вы можете читать мои мысли?

Его щеки слегка порозовели.

– Ты очень громко думаешь.

Линкольн одарил меня самодовольной ухмылкой. Фу.

– Я бы с удовольствием позавтракала. Спасибо, – проворчала я, так и не придумав ответа на заявление о моих громких мыслях.

Кивнув, Рафаил исчез в задней части кабинета, а затем вернулся с кексом и чашкой кофе.

– Сливки и два кусочка сахара? – спросил он.

Мои глаза чуть не вылезли из орбит.

– Откуда вы… Ладно, неважно.

Я схватила кофе и залпом осушила целую чашку, когда раздался громкий стук в дверь. Линкольн шагнул вперед и открыл ее, впуская в кабинет трех безумно красивых селестиалов. Мое внимание сразу же привлек крепкий парень, стоявший слева: жемчужно-белые крылья придавали его смуглой коже удивительное сияние. Заметив мой взгляд, он задорно мне подмигнул.

О. Боже. Мой.

– Бриэль, эти четыре прекрасных джентльмена будут следить за твоим обучением в Академии Падших, – объяснил Рафаил.

Следить за моим обучением?

– Я Даррен, – представился селестиал, который поймал мой взгляд. – Я буду обучать тебя силе Уриила, – он протянул руку.

Я послушно ее пожала.

– Бриэль.

Затем ко мне подошел очень высокий голубоглазый парень со светлыми волосами. Он был похож на скандинавского бога с широкими плечами и тугими мышцами.

– Меня зовут Блейк. Я буду руководить обучением силе Гавриила.

Я пожала его мягкую руку и глупо кивнула в ответ. Шия сошла бы с ума, если бы увидела столько горячих парней в одной комнате.

Наконец, вперед шагнул последний селестиал, который выглядел не старше двадцати лет. У него были темно-каштановые волосы и завораживающие зеленые глаза.

– Привет, красавица. Я Ной, твой учитель силы Рафаила, – сказал он, подмигнув мне.

Мой взгляд метнулся к Линкольну, а затем снова вернулся к Рафаилу.

– Разве Линкольн не может обучить меня способностям Михаила и Рафаила?

Не то чтобы я очень этого хотела, но…

Ной расхохотался.

– Нет, если ты действительно хочешь чему-то научиться. Поверь мне, дорогая, я куда лучше разбираюсь в целительстве. У Линкольна слишком черствое сердце.

Линкольн нахмурился и одарил Ноя убийственным взглядом.

– Да, заметила, – согласилась я, скрестив руки на груди.

Рафаил усмехнулся и выступил вперед, держа в руках поднос с четырьмя кубками.

– Раве я не говорил тебе быть скромнее, сын мой? – сказал он, глядя на Ноя.

Тот лишь пожал плечами.

– Но ведь это правда, сэр.

– Не будем забывать, что ей разрешено быть здесь только до полудня. Мы должны поторопиться. Я не хочу отправлять ее в Город Демонов с наполовину законченными татуировками.

Ной вздрогнул, как будто услышал что-то поистине ужасное, но я уже устала пугаться. Я знала, что жизнь чернокрылого селестиала будет непростой, но кто же мог предположить, что в первый день учебы мне будут делать татуировки?

Даррен посмотрел на четыре кубка, а затем перевел взгляд на меня.

– Все четыре. Вот это ништяк.

Рафаил нахмурился.

– Напомни, пожалуйста, это слово означает какие-то запрещенные вещества?

Даррен засмеялся, продемонстрировав идеально ровные, белые зубы.

– Не в этом контексте, сэр.

– Точно. Идем. – Архангел вскинул руку, и двери открылись сами по себе. Попятившись назад, я задела Линкольна своими крыльями.

– Прости, – пробормотала я.

Я начала выходить из кабинета вслед за остальными, но у двери меня перехватил Линкольн.

– Давай спрячем твои крылья. В поездке они будут только мешать, – сказал он, склонившись к моему правому уху. Теплое дыхание коснулось моей шеи, и у меня внутри все похолодело. Его пальцы прошлись по всей длине моего левого крыла, от верхнего сгиба до кончиков темных перьев. Дрогнув, крылья исчезли, а Линкольн встал напротив меня.

– Давай, шевелись. Это опасная миссия, – резко бросил он.

Заставив себя собраться с мыслями, я побежала за ним.

– Почему это опасно? – Мы вышли в открытый атриум, где нас уже ожидала группа вооруженных солдат Армии Падших, выслушивавших приказы Рафаила.

Линкольн повернулся ко мне.

– За один кубок с кровью архангела на черном рынке можно выручить целое состояние. Подумай, сколько можно получить за четыре.

Ох.

– Почему? – Мне не нравилось расспрашивать Линкольна, потому что его ответы звучали слишком высокомерно, но я была любопытной от природы, и мне хотелось во всем разобраться.

Он прищурился, глядя на меня сверху вниз.

– Твои друзья-демоны перепродают ангельскую кровь темным магам для их отвратительных ритуалов. Не притворяйся, будто ты этого не знала.

От вспыхнувшего во мне гнева крылья вновь раскрылись у меня за спиной, и я сделала шаг к Линкольну.

– У меня нет друзей-демонов, придурок, и я не разбираюсь в темной магии. Ты ничего обо мне не знаешь, так что не надо делать вид, будто ты видишь меня насквозь. И с этого момента мы будем разговаривать только в случае крайней необходимости.

Я пронеслась мимо, задев Линкольна крылом, и встала рядом с Рафаилом. Он казался самым адекватным из всех присутствующих.

Наверное, я зря выпустила крылья, потому что теперь солдаты смотрели на меня так, словно я была ангелом смерти. В их глазах отражался страх вперемешку с неподдельным интересом. Учитывая, что один из них был кентавром с телом белой лошади, меня вряд ли можно было назвать самым странным существом в этой компании.

Я взглянула на Рафаила, и он улыбнулся, не обращая внимания на реакцию, которую вызвали мои крылья.

– Это Бриэль, ваша подопечная, – сказал он солдатам, и каждый из них едва заметно кивнул мне.

Затем архангел повернулся к Линкольну.

– Проследи, чтобы она не пострадала, и доложи мне, когда все будет сделано.

Я повернулась к нему, широко распахнув глаза.

– Вы не поедете?

Он мягко улыбнулся.

– Поехав с вами, я подвергну тебя еще большей опасности. Уверен, что Линкольн и остальные сумеют о тебе позаботиться.

Я тяжело сглотнула. Рядом с Рафаилом я чувствовала себя в безопасности: в конце концов, он был самым настоящим архангелом. А еще я не горела желанием провести следующие несколько часов вместе с Линкольном. Он был заносчивым ослом, который меня ненавидел, обращался со мной как с мусором и считал, что я обожаю демонов.

Рафаил слегка нахмурился.

– Никогда не суди по первому впечатлению, – прошептал он мне на ухо и похлопал меня по плечу. – Оно часто бывает ошибочным.

Отстранившись, он по-отцовски посмотрел на меня, и по моей руке растеклось умиротворяющее тепло, а крылья снова исчезли.

Я вздохнула. Это будет долгий день.

– Пора выдвигаться. У нас не так много времени, – рявкнул Линкольн.

Меня торопливо затолкали в один из четырех джипов с тонированными стеклами. Даррен и Ной сели по бокам от меня, Линкольн оказался за рулем, а Блейк – на переднем кресле.

– Слушай, а как Марлин уместит все четыре татуировки? – Даррен подался вперед, после того как мы резко свернули на Седьмую авеню.

Линкольн посмотрел на меня через зеркало заднего вида. Я едва успела заметить это молниеносное движение его глаз.

– Не знаю. Думаю, она как-нибудь разберется, – ответил он.

Блейк пытался удержать на коленях поднос с кубками, которые были плотно накрыты крышками.

– Может, сейчас не самый подходящий момент, но я хочу сообщить, что очень боюсь игл, – призналась я. Ной рассмеялся первым, но вскоре к нему присоединились все, кроме Линкольна.

– Не волнуйся, я буду рядом, чтобы забрать твою боль, – подмигнул мне Ной.

Судя по всему, мистер Очаровашка был очень веселым парнем.

Линкольн протяжно вздохнул.

– Ной, ты вообще способен не заигрывать с девушками? Или это не входит в список твоих навыков?

Даррен и Блейк прыснули со смеху, а Ной только пожал плечами.

– Конечно. Я никогда не заигрывал с библиотекаршей, миссис Топикой.

Машина резко свернула направо, и я совершенно перестала ориентироваться. Мне никогда не приходилось бывать в этой части города, но чем дальше мы заезжали, тем беднее и унылее выглядели улицы.

– Ей семьдесят лет! – воскликнул Линкольн.

На этот раз я улыбнулась. Из шутливого разговора четырех селестиалов я поняла, что они были близкими друзьями.

– Кроме того, Бриэль слишком упряма, чтобы принять твою помощь, – продолжил Линкольн.

Меня всегда волновал один вопрос: способна ли я на убийство? Это была одна из тех странных мыслей, которые иногда приходят в голову. Теперь я была совершенно уверена, что способна убить Линкольна. Только мне удалось расслабиться и перестать думать о татуировках из крови ангелов, как он снова ляпнул какую-то ерунду и все испортил.

– О, не принимай это на свой счет, Ной. Было бы просто замечательно, если бы ты меня исцелил. А вот от одной мысли о прикосновении Линкольна меня передергивает от отвращения, – огрызнулась я.

– О-о-о-о, – дружно протянули парни, поглядывая на Линкольна. Когда его убийственный взгляд метнулся к зеркалу заднего вида, я не отвела глаз.

Пришло время получать по заслугам, высокомерный ты ублюдок.

Он снова свернул направо, подъезжая к низкопробному тату-салону. На улице не было ни одного человека, а сам район выглядел давно заброшенным.

– Где мы? – спросила я, теряясь в догадках.

– Эта улица заколдована так, чтобы выглядеть как самая последняя дыра, поэтому сюда никто не заходит. Мы называем ее Аллея Ангелов. Именно здесь мы покупаем все волшебные предметы, – сказал Ной, не забыв подмигнуть мне.

Этот парень был профессиональным подмигивателем. Вряд ли ему приходилось жаловаться на недостаток женского внимания.

Линкольн оглядел улицу. Из трех оставшихся джипов начали выходить солдаты Армии Падших. Мои глаза блуждали по их оружию: пистолетам, мечам, лукам и стрелам. Все это снаряжение выглядело устрашающе и очень круто.

– Блейк, отнеси кубки внутрь, – приказал Линкольн. – Мы присмотрим за ней, – он произнес это таким тоном, словно я была ядовитой змеей.

– Давайте выдвигаться. – По сигналу мы все выскочили из машины. Как только мои ботинки коснулись асфальта – в дверях тату-салона появилась женщина лет тридцати пяти, с татуированными руками и длинными рыжими волосами.

– Линк! – радостно выкрикнула она.

Балансируя поднос с четырьмя кубками, Блейк подбежал к ней, и в тот же момент у нас над головами пронеслась тень, закрывшая собой солнце.

– Приближается! – крикнул Линкольн, обхватывая меня за талию и прижимая к себе. У него за спиной раскрылись огромные белые крылья. Он резко присел, увлекая меня за собой, и накрыл нас своими крыльями. Широко распахнув глаза, я прислушалась к крикам и выстрелам, которые раздались снаружи.

Я выросла в плохом районе. Демоны-бандиты были самыми мерзкими существами на земле, но, к сожалению, мне регулярно приходилось с ними сталкиваться. Меня грабили примерно раз в три месяца, так что я не собиралась сидеть в обнимку с этим идиотом и ждать, пока меня убьют. Конечно, от Ликольна хорошо пахло, и его грудные мышцы приятно прижимались к моей спине, но он все еще был идиотом.

Я не должна была этого забывать.

Линкольн вытащил свой меч и встал на одно колено, держа крылья наподобие щита, чтобы защитить меня. Или чтобы оградить окружающих от странного чернокрылого селестиала – это уж как посмотреть.

Сунув руку в ботинок, я вытащила свой складной нож и приготовилась к броску. Вряд ли у меня был шанс выстоять против врага с огнестрельным оружием, но я могла бы выпотрошить кого-нибудь, если бы он оказался в пределах досягаемости. Я хорошо управлялась с клинками.

– Линкольн, берегись! – Я узнала мелодичный голос Ноя.

Поднявшись во весь рост, Линкольн расправил крылья, и я оказалась лицом к лицу с демоном-аконитом.

Вот дерьмо.

Акониты по праву считались одной из самых жутких разновидностей демонов. У них не было языков, поэтому они не могли говорить. Кроме того, они носили плащи с капюшонами, чтобы скрыть свои уродливые тела, но их всегда можно было узнать по красным, узловатым рогам, торчащим сверху. Акониты были мастерами психологического принуждения, и, когда они использовали свою способность, их глаза светились голубым. Линкольн завороженно уставился на демона и опустил меч. Чтобы подчинить себе чью-то волю, акониту даже не надо было говорить – вот насколько они были сильны. Им нужен был только зрительный контакт.

Под плащом демона блеснула сталь. Как только он вытащил свой меч, я нажала кнопку на своем складном ноже. Сунув руку под его плащ, я взмахнула лезвием, рассекая толстые лодыжки аконита. Из-под плаща раздался оглушающий рев, и демон оторвался от Линкольна, чтобы посмотреть на меня. Селестиал тут же опомнился от гипноза. Его меч вспыхнул ярко-голубым светом, и он сразил демона одним ударом. Я осталась сидеть на корточках, задаваясь вопросом, что мне делать дальше.

Повернув голову, я огляделась. Демоны и темные маги спускались с крыш по веревкам. Нападающих было не меньше дюжины, и среди них был оборотень в обличии пумы с изогнутыми коричневыми рогами. Нас было больше, но казалось, что темные маги настроены крайне решительно.

Возле группы солдат кружили волшебные пчелы, пока по нам стрелял прислужник демонов. Судя по всему, он даже не целился, но все же пули летели в нашу сторону. Я ошарашенно наблюдала за тем, как человек с красной меткой методично скашивает ряды Армии Падших. Меня до глубины души потрясла мысль о том, что у меня на лбу был точно такой же красный полумесяц. Я впервые пожалела о том, что приняла эту метку. Может, было бы лучше просто позволить отцу умереть…

Одна из солдат Армии Падших была светлым магом. Ее ладони вспыхнули золотисто-желтым светом мощного заклинания. Издав боевой клич, она выставила ладони вперед, и световой шар в ее руках взорвался. Я вздрогнула, не понимая, как это должно помочь нам в бою. Оставшиеся демоны и темные маги начали истошно кричать, а их кожа покраснела и задымилась.

На последнем издыхании крошечный демон-змеевик ударился в дверь тату-салона. Это не сработало, и тогда он запрыгнул на Ноя, вцепившись зубами в его плечо. Вскрикнув, Ной сбросил змеевика на землю. Демоны бились в агонии, оставляя за собой дымящийся шлейф. Должно быть, они решили отказаться от своего изначального плана и сбежать с поля боя. Тем более что Линкольн уже держал в руке окровавленную голову аконита, а его светящийся меч нацелился на следующего противника.

– Прочь! – крикнул Линкольн, бросая отрубленную голову им вслед.

Когда демоны и их спутники сбились в кучу, их заволок черный дым, и они просто… исчезли.

Пресвятой ад на колесах! Что это было?

– Ной! – Линкольн бросился к своему другу.

Ной зажал рану на плече, и его руку окутало теплое оранжевое сияние.

– Все нормально, – хрипло ответил он.

Линкольн повернулся ко мне.

– Ты в порядке? – спросил он, пока его глаза блуждали по моему телу в поисках возможных травм. Наконец, его взгляд остановился на складном ноже, который я все еще сжимала в руке.

Я просто кивнула. Это все, на что я была способна в тот момент.

Казалось, что Линкольн тоже пытается собраться с мыслями.

– Оцепите периметр и сообщите по рации, если они вернутся. Мне нужно вызвать подкрепление. Я хочу, чтобы в течение часа здесь было еще пятьдесят солдат! – рявкнул он.

Рассредоточившись, солдаты вытащили оружие и перекрыли дальнюю часть улицы, где только что исчезли демоны.

Дверь салона снова распахнулась.

– Эй, милая. Ты в порядке? – спросила рыжеволосая молодая женщина. Я кивнула, и она перевела взгляд на нож в моей руке.

Ой-ей. Я убрала лезвие и засунула нож обратно в ботинок.

– Вы видели, как она перерезала лодыжки акониту? Это было жестко! – воскликнул Даррен.

Линкольн посмотрел на меня сверху вниз, как будто хотел что-то сказать, но передумал.

– Заходим, – наконец прорычал он. Меня тут же подхватили и втащили в здание.

Если повседневная жизнь Города Ангелов выглядела именно так – мне нужно было заточить свой складной нож и поработать над боевыми навыками.

Глава пятая

– Ого. Вот почему мудрые люди говорят «не судить по обложке». Заходя в тату-салон, я ожидала увидеть осыпающуюся штукатурку и плесень, но у меня под ногами был чистый пол, выложенный светлой плиткой, а стены украшали всевозможные рисунки на ангельскую тематику. За стойкой регистрации сидел лысеющий пожилой мужчина с бутылкой кока-колы. Он задумчиво читал журнал, то и дело поправляя очки.

– Эй, мистер Хенсли, – позвал Ной, все еще прижимая светящуюся руку к ране на плече.

Он лечит сам себя?

Прищурившись, мужчина поднял глаза на Ноя, и его брови сдвинулись к переносице.

– Привет, сынок. С тобой все в порядке?

Ной пожал плечами.

– Укус змеевика. К вечеру я буду как новенький.

Рыжеволосая женщина повела нас к своему столу, на котором уже стояли кубки с ангельской кровью. Рядом располагалась кожаная массажная кушетка. Я посмотрела на тату-машинку, и мое сердце забилось быстрее.

– Четыре. Довольно круто, – женщина ухмыльнулась, оглядывая меня с ног до головы.

Я потерла вспотевшие ладони.

– Да… насчет этого. Я немного боюсь игл. Может, сделаем одну татуировку, а остальные три – на следующей неделе? – с нервным смехом сказала я.

Она посмотрела на меня с искренним сочувствием.

– Дорогая, эта кровь не продержится и недели, как и ты без этих татуировок. После того, как селестиал проходит через Пробуждение, ему нужно получить светлую метку в течение первых суток, иначе…

– Давайте приступим к делу. Она связана демоническим договором, так что к полудню нам нужно вернуть ее обратно, – вмешался Линкольн.

Чертов идиот! Я сомневалась, что благодаря способностям селестиала я смогу стрелять лазерами из глаз, но в тот момент мне очень хотелось его испепелить. Ради всего святого, у меня на лбу была высечена красная метка – все прекрасно знали, что это означает. Ему не нужно было объяснять каждому встречному, что я служу демонам.

Женщина опустила взгляд.

– Да, я слышала.

Жалость. Замечательно. Это ужасное чувство – испытывать на себе жалость других людей.

– Можно он подождет снаружи? – спросила я, кивнув в сторону Линкольна. Она усмехнулась.

– Я понимаю. Иногда он бывает слишком резким.

Мои плечи немного расслабились.

– Это еще мягко говоря.

Линкольн закатил глаза и похлопал по массажной кушетке.

– Ну же, время не ждет.

Застонав, я подалась вперед и уселась на кушетку, не забыв одарить Линкольна уничижающим взглядом.

Я точно убью этого парня. От одного его вида у меня закипала кровь.

Опустившись на свой стул, рыжеволосая женщина открыла ящик, чтобы достать оттуда целлофан и маленькие пластиковые стаканчики с чернилами. Затем она взяла в руки тату-машинку, окунула иглу в один из кубков и посмотрела на меня.

– Меня зовут Марлин, но ты можешь звать меня Мар.

Я улыбнулась.

– Бриэль. Но ты можешь звать меня Бри.

Линкольн издал сдавленный звук, словно его затошнило, и я еле удержалась от того, чтобы снова достать свой нож.

– Так вот, – продолжила Мар. – Светлые метки не похожи на обычные татуировки. Они связаны с душой своего носителя, и процесс может быть крайне болезненным. Ты легко теряешь сознание?

От этих слов у меня закружилась голова.

– Да, – Линкольн ответил за меня.

Скрестив руки на груди, я повернулась к нему.

– Надеюсь, наши тренировки будут включать боевые искусства, потому что мне не терпится надрать тебе задницу, – процедила я сквозь стиснутые зубы.

Марлин включила тату-машинку.

– Мне нравится эта девчонка, – она улыбнулась Линкольну.

Он вздохнул.

– Ной, я займусь ее исцелением. Ты все равно не сможешь вылечить ее с раненым плечом.

Серийный подмигиватель обдумал слова Линкольна.

– Ты уверен, что она не будет против?

Я усмехнулась.

– Мне не нужен целитель. Начнем.

Если эти парни решат, что меня нужно исцелять после татуировки, – они всегда будут считать меня слабой. Мне нужно было показать, что я не стеклянная.

Марлин усмехнулась.

– Вот это решимость. Берите пример, мальчики.

Я одарила ее заговорщицкой ухмылкой и протянула левую руку.

Глубоко вздохнув, Марлин наклонилась ко мне с жужжащей машинкой. Ее глаза вспыхнули серебром, и только в тот момент я поняла, что она была светлым магом.

– Lux sancta[2], – прошептала она. Из тату-машинки вырвался луч белого света, пронзивший мое предплечье. Игла опустилась на кожу, и я испытала ужасную, жгучую боль.

– Твою ж-ж-ж-ж!.. – закричала я.

У меня болело абсолютно все! Словно каждая клеточка моего тела была охвачена огнем.

Линкольн протянул руку, которая начала светиться оранжевым, и я резко повернула голову в его сторону.

– Не прикасайся ко мне. Я не хочу помощи от человека, который считает меня мусором под своими ногами, – выплюнула я.

Его лицо исказилось от обиды, я поняла, что зашла слишком далеко. Если в нем и оставалась хотя бы капля симпатии ко мне, то в этот момент она исчезла навсегда.

На скулах Линкольна заиграли желваки, и он резко выпрямился, скрестив руки на груди.

– Тогда я пойду следить за периметром, – заявил он с едва сдерживаемым гневом.

Когда боль усилилась, мне захотелось крикнуть, чтобы он вернулся, но вместо этого я прикусила язык. Со мной случались вещи и похуже. Кроме того, этот парень всегда смотрел на меня свысока, и я не хотела показывать, что он мне нужен. Слишком много чести.

Через час у меня случился первый приступ тошноты.

– Меня сейчас вырвет! – Мар убрала татуировочную машинку как раз в тот момент, когда я спрыгнула с кушетки и согнулась над мусорной корзиной возле ее стола.

– Позвони Линкольну, – скомандовала она, поворачиваясь к Даррену, который стоял рядом и подбадривал меня все это время.

– Нет, – крикнула я в промежутке между приступами. Мы закончили только первую татуировку. Оставалось еще три, и, хотя мне хотелось умереть, моя гордость была сильнее.

Марлин протянула мне полотенце и вздохнула.

– Послушай, детка, я все понимаю. У вас с Линком не самые лучшие отношения, но ты просто не выдержишь без его помощи.

Проклятье.

– Может, я вернусь завтра? – с надеждой спросила я.

Она покачала головой.

– Во-первых, к завтрашнему дню из крови выветрится вся магия. Во-вторых, эти татуировки не позволят твоей пробуждающейся силе уничтожить твое земное тело.

Мои глаза чуть вылезли из орбит. Я слышала историю о селестиале, который сбежал сразу после Пробуждения, и Армия Падших не смогла найти его вовремя. Он превратился в пылающий шар света и просто взорвался от переполняющей его силы. Я всегда думала, что это просто нелепый слух.

В дверях появился Линкольн. Он возвышался надо мной во всем своем великолепии, пока я вытирала рвоту с подбородка. Его взгляд упал на синюю татуировку Михаила: точно такую же, как и у него. Кожа на моем предплечье покраснела и опухла.

Линкольн промолчал, и это стало самым умным поступком, который он совершил за весь день. Вместо этого он просто протянул руку, чтобы помочь мне подняться.

Я могла бы гордо отказаться от его помощи, но у меня просто не осталось сил. Протянув здоровую руку, я сжала его ладонь. Как только мы соприкоснулись, по моему телу пробежал электрический разряд, и я чуть не отскочила назад. Его рука начала светиться оранжевым, и моя боль исчезла, сменившись приятным теплом.

Я вздохнула от удовольствия, забираясь обратно на кушетку.

– Ты прямо как обезболивающее, – устало пробормотала я.

Линкольн ничего не ответил, но уголки его губ дрогнули.

– А ты как ожог третьей степени.

Я усмехнулась.

– Да ладно тебе, я не настолько ужасна. Может, как ожог второй степени?

Уголки его губ дернулись еще сильнее, и у меня появилась новая миссия: увидеть, как он улыбается. Я не сомневалась, что у него была отличная улыбка. Как и у всех красивых идиотов.

Раздалось жужжание тату-машинки, и вся моя нервная система пришла в действие. Сжав ладонь Линкольна, я вздрогнула, когда игла коснулась моей кожи. Но в тот же момент боль исчезла, а ей на смену пришло странное онемение. Я все еще испытывала неприятные ощущения, но теперь мне было намного легче. Линкольн еще крепче сжал мою руку, и, подняв глаза, я увидела, что его темные брови сошлись на переносице, а прядь волос прилипла к вспотевшему лбу.

Интересно.

После мучительного часа, полного боли, это стало долгожданным облегчением, и меня начало клонить в сон. Не так сильно, чтобы по-настоящему заснуть, но вполне достаточно, чтобы я могла опустить голову, закрыть глаза, дать отдых своей потрепанной нервной системе.

Я даже не заметила, как Марлин закончила вторую татуировку.

– О’кей, я никогда не делала больше двух татуировок. Где мы разместим остальные?

– На голени? – предложил Даррен.

Я широко распахнула глаза.

– Боже мой, нет. Татуировки на голенях делают только полные мужчины из байкерских клубов.

Марлин расхохоталась.

Вдруг мы с Линкольном осознали, что все еще держимся за руки. Он торопливо отошел от меня, и боль тут же вернулась. Вытирая ладонь о джинсы, он посмотрел на Марлин.

– Разве расположение меток имеет значение?

Она пожала плечами.

– Нет.

Мой взгляд метнулся к фотографии, на которой была изображена девушка в бикини. Между ее ребер, прямо под грудью, красовалась татуировка в виде сердца со словом «мама» в середине.

– Может, под грудью? – спросила я.

Марлин удивленно посмотрела на меня.

– Это болезненное место.

У меня отвисла челюсть.

– Это шутка? Что, есть менее болезненные места? Ты пронзаешь мою кожу раскаленной световой иглой. Думаю, больно будет везде.

Она усмехнулась.

– Как хочешь, детка.

Я легла на спину и подняла топ, заправив его за нижнюю часть лифчика. Взгляд каждого из парней – даже Линкольна – на мгновение скользнул по моему животу. Затем они быстро отвернулись, а кто-то даже неловко прочистили горло.

– Да ладно вам, это всего лишь пупок. Повернитесь обратно. – Они послушались, но теперь не сводили глаз с моего лица.

– Довольно симпатичный пупок, – заметил Даррен.

Это вызвало у меня улыбку.

– С завтрашнего дня мне придется ходить на занятия, и я подумала, что было бы неплохо скрыть хотя бы некоторые странности. У меня уже есть черные крылья, так зачем выставлять напоказ еще и татуировки?

Марлин нахмурилась.

– Я бы хотела сказать, что академия намного лучше средней школы и что там нет жестоких одноклассников, но это было бы ложью. Академия Падших – это средняя школа на стероидах.

От ее слов меня охватило волнение, но я решила не подавать вида.

– Я выросла в плохом районе с кучей демонов. Меня не пугают разодетые Барби из богатых семей, которые думают, будто они лучше всех на свете.

Мне это удалось. Я заставила Линкольна улыбнуться, и, как оказалось, у него на щеках были ямочки. Поймав мой взгляд, он мгновенно нахмурился, но я уже все увидела. Он считал меня смешной.

Еще одно очко в мою пользу.

О нет, как я могла забыть? Я же его ненавижу. Из-за того, что Линкольн помог мне унять боль, я совсем забыла, какой он грубый. Это затуманивало мой разум, играло злую шутку с моими эмоциями.

Марлин снова включила тату-машинку, и я собралась с духом, зная, какой скандал ждет меня дома. Возможно, мама легче воспримет мои татуировки, если будет знать, что без них я бы просто взорвалась. Агония вспыхнула с новой силой, и я выругалась себе под нос.

– Почему? – воскликнула я, хватаясь за край кушетки. – Разве кровь ангела не считается священной? Почему в ней нет обезболивающего? – Боль пронизывала меня от пальцев ног до самой макушки, и мне начало казаться, что раскаленная игла уже добралась до самых отдаленных уголков моей души.

Марлин ухмыльнулась.

– Ты не первая, кто задает этот вопрос.

Теплая рука Линкольна снова обхватила мою ладонь. Я тяжело сглотнула, чувствуя, как у меня внутри разливается жар. Моя рука утонула в оранжевом свечении, и боль заметно уменьшилась.

Фух.

Шия не поверит ни единому слову, когда я перескажу ей события сегодняшнего дня. Я даже не знала, как описать все произошедшее. В этот момент на меня нахлынуло осознание того, что я спала всего пять часов, а ведь мне еще предстояло работать до самого вечера. После того как мы закончим с татуировками, я вернусь в Город Демонов, чтобы отчитаться перед моим новым начальником. Начальником моей мамы. Он занимался оживлением мертвых, а я не была некромантом: это означало, что мне дадут самую дерьмовую работу из всех возможных. Скорее всего, я буду отмывать трупы в его «клинике», пока не закончу академию и не научусь использовать свои силы.

А что потом? Я буду сражаться против Армии Падших? Неужели мне придется убить кого-нибудь из присутствующих в этой комнате?

О нет, во что я ввязалась?

Пока Марлин делала мою третью татуировку, я потеряла сознание.

– Что-то не так? – обеспокоенно спросил Линкольн, когда я пришла в себя.

– Слишком много магии. Мне еще не приходилось делать целых четыре метки, – объяснила Марлин.

– Заканчивай. Мне срочно нужно поесть, – пробормотала я.

Линкольн нахмурился.

– Закажи ей пиццу, – рявкнул он, поворачиваясь к Ною, который все это время читал журналы. Рана на его плече уже начала затягиваться.

Марлин набивала последнюю линию четвертой татуировки, а Даррен осторожно кормил меня маленькими кусочками пиццы.

– Сейчас 11:14 утра, – сообщил Линкольн, когда Марлин убрала тату-машинку.

Я слишком быстро поднялась с кушетки, и комната закружилась у меня перед глазами.

– Мне нужно возвращаться. Сегодня мой первый рабочий день. Мамин босс превратит ее жизнь в сущий ад, если я не появлюсь вовремя. – Опустив топ, я попыталась встать на ноги, но мои ноги подкосились, и я упала на пол.

– Эй, полегче, – Линкольн подхватил меня. – Ты не можешь идти на работу в таком состоянии.

Подняв взгляд, я посмотрела ему в глаза.

– Я должна. Ты говоришь так, словно у меня есть выбор.

От моих слов он едва заметно вздрогнул.

– Ладно… Тогда позволь мне еще раз исцелить тебя перед уходом. Я приказал своему старшему офицеру подогнать твою машину ко входу. Ты сможешь вернуться в Город Демонов по навигатору.

Я кивнула.

– Хорошо.

– Увидимся завтра в шесть часов утра. Ты будешь тренироваться с нами до начала занятий.

Я нахмурилась.

– Шесть утра – это перебор. Может, хотя бы в половине восьмого? – Я одарила его своей самой очаровательной улыбкой.

– Нет, – отрезал он, смерив меня взглядом.

Я издала разочарованный стон.

– Ну ладно.

Линкольн кивнул.

Ной поднялся со своего места, пристально наблюдая за Линкольном.

– Ты уверен, что хочешь исцелить ее еще раз?

Обхватив себя руками, я покачивалась на месте, как пьяная школьница на выпускном балу.

– Спасибо за беспокойство, но все в порядке, – ответил Линкольн.

Внезапно обе его руки загорелись оранжевым, и я завороженно уставилась на свет. Он подошел ближе и положил руки мне на голову. Как только теплый свет коснулся моих волос, я почувствовала, что боль и усталость постепенно отступают. А на смену им пришел внезапный прилив энергии, который пронесся по моему телу, будто я только что выпила две чашки кофе. Подняв глаза, я увидела, что Линкольн морщится от боли, а по лбу стекают капли пота. Его колени внезапно подогнулись, и он рухнул на пол.

– Что случилось? – с отчаянием воскликнула я, склоняясь над ним. Ной посмотрел на Линкольна непроницаемым взглядом.

– Селестиалы, обладающие силой Рафаила, не просто заживляют чужие раны. Они впитывают чужую боль, а затем исцеляют ее изнутри. К вечеру с ним все будет в порядке.

Он… забрал мою боль и прочувствовал все на себе?

– Зачем ты это сделал? – озадаченно спросила я.

Линкольн тяжело дышал, положив руки на грудь.

– Иди, – только и сказал он.

Даррен схватил меня за руку и потащил наружу. Последним, что я увидела, был Линкольн, сидящий на полу с искаженным от боли лицом. Это навсегда изменило мое отношение к нему.

Это изменило все.

Глава шестая

Я пребывала в состоянии легкого шока и едва помнила, как пересекла границу города, направляясь в клинику по реанимации. В итоге я опоздала на семь минут, надеясь, что мой новый босс этого не заметит. Я не хотела говорить об этом Линкольну, но я научилась водить всего три месяца назад, на мамином потрепанном «Вольво», без гидроусилителя руля. Я все равно ездила на автобусе, но мама считала, что мне нужно уметь водить машину. И вот теперь я парковала новенький внедорожник за пятьдесят тысяч долларов перед некроклиникой, где я, скорее всего, буду мыть трупы.

М-да, вот это радость.

Пробегая через главный вход, я почувствовала едва заметное жжение в местах моих татуировок. Линкольн забрал всю мою боль, чтобы я могла пережить свою смену в клинике по оживлению мертвых.

Зачем он это сделал?

– Ты опоздала! – взвизгнул Бердок из-за своего стола.

Я резко остановилась, схватившись за сердце. Он появился из ниоткуда, что было свойственно серным демонам. Оправдываться не было смысла.

– Простите, сэр. Этого больше не повторится.

Он уставился на меня своими сердитыми глазками-бусинками, а его рога отбрасывали жуткие тени на его лицо. Когда Бердок злился, кончики его рогов начинали дымиться, что выглядело очень пугающе. Серные демоны занимали высокое положении в адской иерархии. По слухам, они отчитывались перед самим Князям Тьмы и считались частью его ближайшего окружения.

– Научилась чему-нибудь в своей элитной академии? – он искоса посмотрел на мои татуировки.

Я не знала, что именно он хочет услышать, поэтому просто сказала правду:

– Нет, сэр.

Кивнув, Бердок поднялся из-за стола, демонстрируя свой внушительный рост в семь футов.

– Мой источник говорит, что за год ты научишься контролировать свои силы. Потом ты будешь проводить все свое время рядом со мной.

Меня охватил ужас.

– Но это же четырехлетний курс, – пробормотала я. Подойдя ближе, Бердок присел на корточки. Кончики его рогов задымились, и мне в нос ударил сильный запах серы. Мама говорила, что в приступах ярости он начинал изрыгать огонь. Я не горела желанием увидеть это воочию.

– Ты принадлежишь мне. Не забывай об этом. Думаешь, я позволю им завербовать тебя в Армию Падших, чтобы ты работала против меня? Не в этой жизни, деточка. Один год, и ни днем больше.

Я тяжело сглотнула.

– Да, сэр.

Демон снова кивнул, и дым начал рассеиваться.

– А пока ты будешь помогать своей матери, мыть тела, смешивать зелья. Как только ты пройдешь обучение, у тебя появятся более важные задачи, которые изменят ход войны в нашу пользу. Так что учись контролировать свои способности. Я рассчитываю неплохо заработать, продавая твои услуги за деньги.

Вот черт.

– Да, сэр, – сказала я, опустив глаза в пол. Линкольн совершенно справедливо меня ненавидел. Я была слишком наивна, полагая, что смогу служить демону и не причинять никому вреда.

– Принимайся за работу! Нам как раз привезли шесть новых трупов, – прорычал Бердок.

Я пронеслась мимо стойки администратора и распахнула двойные двери. Стоило мне переступить порог, как на меня обрушился запах смерти, формальдегида и шалфейного дыма.

Мама.

Мне уже приходилось помогать в клинике, когда мама была завалена работой. Сейчас она стояла над ванной с мыльной водой и отмывала тело женщины лет пятидесяти.

– Бри! Как прошел твой первый день? – при виде меня ее лицо просветлело.

Ее взгляд упал на мои татуированные руки.

– Ох, ничего себе… татуировки. Что ж…

Я нервно потерла руки.

– Да, вроде бы они нужны для контроля моих способностей. Каждая из них связана с ангелом, чьей силой я обладаю, или что-то вроде того. Я еще не до конца поняла, как это работает.

Мама нахмурила брови.

– Сколько их у тебя?

Я поморщилась и прошептала:

– Четыре.

Она уронила губку.

– Четыре! И это нормально?

Я широко распахнула глаза.

– И ты спрашиваешь это у селестиала с черными крыльями? Все, что со мной связано, – ненормально.

– Ладно, ты права. Ну, что есть, то есть. Закончишь мыть миссис Кальпо? Мне нужно приготовить снадобья для мистера Деннера.

Фу. Два раза фу.

И все равно это было лучше работы хряща. Пока что. Теперь, глядя на свои татуировки, я заметила, что воспаленные красные линии уже начали заживать.

Селестиалы обладали способностью к самоисцелению, и мысль о том, что я тоже этому научусь, казалась по-настоящему пугающей. Словно я постепенно теряла свою человечность.

* * *

Моя смена в клинике длилась с полудня до четырех часов, а потом я могла идти домой, делать уроки или что-то еще. Моя мама заканчивала в пять, поэтому я сказала ей, что заберу Шию с работы и приготовлю ужин. Она пришла в замешательство, узнав, что я стала гордой обладательницей нового джипа, но все же позволила мне уйти.

Проходя мимо стойки регистрации, я с облегчением заметила, что мистера Бердока не было на месте. Я забралась в машину и велела навигатору проложить путь до стрип-клуба. Шия проводила половину дня в Академии Нечестивых, изучая колдовство, а затем отправлялась в клуб, чтобы заработать на жизнь. Ее смена заканчивалась в половине пятого.

Я приехала на стоянку на чуть раньше, и, когда Шия вышла из парадной двери, я нажала на клаксон. Ее взгляд метнулся к моей машине, и она подозрительно прищурилась. Увидев меня, она раскрыла рот, но удивление быстро сменилось довольной ухмылкой.

– Не может быть! Пожалуйста, скажи мне, что она наша, – воскликнула моя подруга, распахивая дверь.

– Если под «нашим» ты подразумеваешь «мое», то да, она наша.

Она завизжала, размахивая руками, как сумасшедшая. Затем ее взгляд опустился на мои руки.

– Расскажи мне все, святая красотка с модными татуировками.

Я рассмеялась.

– Если не считать новой машины – у меня был ужасный день. Мои новоиспеченные учителя невероятно горячи, но главный из них – полный придурок. Я провела пять часов в мучительной агонии, а затем еще четыре – оттирая трупы. Хочешь понюхать мои руки?

Она издала сдавленный звук.

– Я верю тебе на слово.

Я сдала назад и выехала на главную дорогу, направляясь к нашему дому.

– Как прошел твой день? В Академии Нечестивых действительно водятся привидения? Среди учителей правда есть демоны-абрусы?

До этого момента нас обучали только люди. Это было особым условием, на котором настояли падшие ангелы. Любой, кому не исполнилось восемнадцать, получал бесплатное, более-менее нормальное образование: математика, естественные науки и все такое, плюс несколько магических предметов для общего развития. Тем не менее я слышала, что это правило не распространялось на Академию Нечестивых. Все занятия вели демоны, и ангелы никак не могли повлиять на учебный процесс.

Шия вздохнула.

– Я не хочу об этом говорить.

Я замерла. Остановив машину перед магазином, где продавали демонические рога, я повернулась к ней.

– Шия… Неужели все так плохо?

Прежде я никогда не видела, чтобы Шия отказывалась о чем-то говорить. Обычно ее было невозможно заставить молчать. Конечно, иногда она замыкалась в себе, но все равно не отказывалась посплетничать. Я не знала людей смелее и решительнее своей лучшей подруги.

Она молча протянула руку. На ее предплечье была набита большая черная татуировка в виде черепа с зеленой змеей, выползающей из пустой глазницы.

Черт возьми. Метка темного мага.

– О-откуда она у тебя? В смысле… это не слишком быстро? – Я думала, что только опытные темные маги могли получить такую татуировку. Обычно это происходило после обучения, когда они приносили клятву и обещали служить темной стороне до самой смерти. А может, моя мама просто выдумала эту историю, чтобы мне легче спалось по ночам.

– Но ведь тебе тоже сделали татуировки. Я думаю, они просто хотят заявить свои права на нас. Что тут говорить, сделанного не изменишь. – Она скрестила руки на груди и уставилась в окно.

Нет.

– Шия, у меня есть машина. Только скажи, и я увезу нас отсюда. Мы поедем в Канаду и будем жить в лесу. – Я обещала, что не позволю ей стать злодейкой, а обещания нужно выполнять.

Ее глаза наполнились слезами.

– Помимо всего прочего, татуировка служит магическим маячком. Просто отвези меня домой.

Глядя, как по ее щекам стекают слезы, я попыталась взять себя в руки. За все время нашего знакомства Шия плакала всего несколько раз. Все было очень, очень плохо.

– Вместе мы со всем разберемся, – это была бессовестная ложь. Я осознала это в ту же секунду, как слова слетели с моих губ, но мне нужно было что-то сказать.

– Хорошо, – отстраненно согласилась Шия, и мое сердце разбилось на мелкие осколки. Уже тогда я понимала, что навсегда запомню этот момент. Момент, когда она потеряла надежду.

* * *

Мы поужинали в тишине. Мой младший брат с любопытством рассматривал наши татуировки, но когда он попытался нас расспросить, мама пнула его под столом.

Теперь мы с Шией лежали в своих кроватях, в нашей общей комнате, и молча смотрели в потолок. Мы почти не разговаривали с тех пор, как приехали домой. Я видела, что она немного подавлена и хочет побыть в одиночестве.

– Ты не спишь? – внезапно спросила она.

– Нет. – Повернувшись, я посмотрела на ее вьющиеся волосы, рассыпанные по подушке.

– Ты говорила, что у тебя горячие наставники. Так вот, насколько они горячие?

Я ухмыльнулась и села в кровати. Наконец-то моя лучшая подруга пришла в себя.

– Настолько, что в это трудно поверить. А еще мне показалось, что их привлекательность прямо пропорциональна поведению. Чем наглее и грубее парень – тем он горячее.

Шия кивнула.

– А в этом есть смысл.

Я усмехнулась.

– Тебе бы понравился Ной. Он просто очаровашка, а еще обожает подмигивать.

Она театрально схватилась за сердце.

– Ну точно мой типаж.

Я засмеялась.

– А какие там девчонки? Настоящие стервы, вообразившие себя принцессами?

– Не знаю, я еще не была на занятиях. Мы еле успели закончить татуировки.

Шия кивнула.

– Мои одноклассницы – отвратительные гадюки. Они уже начали надо мной издеваться.

Она подняла руку, демонстрируя темные синяки. Шия была феминисткой, и у нее был особый подход к оскорблениям, направленным на женщин. Она предпочитала называть их стервами и гадюками, потому что считала это самыми безобидными вариантами, а я просто привыкла к ее манере выражаться.

При виде синяков во мне вспыхнул праведный гнев.

– Что случилось?

Она пожала плечами.

– Одна из них попыталась затеять драку, и я выбила ей передние зубы кастетом.

У меня отвисла челюсть.

– Шия! Где ты взяла кастет?

Моя подруга всегда была задиристой: в ее шкафу хранились складные ножи, бейсбольные биты и даже самодельные булавы – но кастет! Я боялась, что еще немного, и она заведет себе пистолет.

Шия отвела взгляд.

– От моей новой преподавательницы. В Академии Нечестивых поощряют оружие и драки. Она сказала, что, скорее всего, после обучения мой контракт будет куплен за семизначную сумму и я получу изрядный процент. Как оказалось, темные маги – это редкое явление.

– Ох. – Кто-то мог купить наши контракты? Неужели мой босс говорил именно об этом? – Бердок сказал, что я смогу учиться только один год. Наверное, он хочет продать меня кому-то еще.

Шия уставилась в пол.

– Я устала. Спокойной ночи, Бри, – с этими словами она отвернулась к стене.

По моей коже пробежал холодок.

– Да, спокойной ночи.

Наше детство окончательно умерло. Впереди ждала зловещая взрослая жизнь. И все же я не могла не признать, что мне повезло немного больше, чем Шие.

Думаю, завтрашний день расставит все на свои места.

* * *

На следующее утро я проснулась от адских – никаких каламбуров! – звуков будильника. На самом деле часы уже показывали 5:07, когда Шия бросила в меня тапок. Должно быть, будильник звонил все эти семь минут.

– Прости, – простонала я, поднимаясь с кровати.

Я быстро приняла душ, радуясь, что на этот раз мне не пришлось возиться со своими крыльями. К моему удивлению, татуировки полностью зажили. На моей коже не было шелушений или покраснений, и я не знала, радоваться мне или пугаться.

Одевшись, я схватила бейгл для себя, а затем быстро приготовила бутерброд с арахисовой пастой и джемом для Берни. Мама сказала, что, пока у нас есть деньги, она не будет возражать против дополнительных трат на еду, поэтому я старалась кормить его хотя бы раз в день. Каждую неделю мама разрешала ему принять душ в своей ванной и выпивать чашечку горячего чая. Я знала Берни с тех самых пор, как мы переехали в Город Демонов. У него не было дурных привычек или зависимостей. Бедняге просто катастрофически не везло, и он не мог найти работу. Помимо того, что Берни был слепым, он был человеком. Самая черная человеческая работа была нарасхват, а правительство рухнуло после войны, так что обычным людям не приходилось рассчитывать на продовольственные талоны или финансовую помощь.

Чтобы выжить, нам приходилось заботиться друг о друге.

Я натянула узкие джинсы и футболку. Схватив толстовку с капюшоном и сумку на длинном ремешке, я была готова выходить. Идти по коридору с ключами от авто было немного непривычно. У меня была машина, четыре татуировки, и я собиралась ехать в Академию Падших. Это было похоже на сон.

На мой телефон пришло уведомление электронной почты, и я с волнением посмотрела на экран. Это было письмо от Линкольна Грея.

От кого: LincolnGrey@FallenAcademy.com

Тема: Твое расписание.

Бриэль Этвотер

Тренировка с наставниками-селестиалами с 6.00 до 8.00 утра. Занятия по 30 минут с каждым наставником (тренировочный зал 304)

История падших 8:05–9:00 (кабинет 506, миссис Делакур)

Тренировка с оружием 9:05–10:00 (открытый стадион, мистер Клеймор)

Боевые искусства 10:05–11:00 (кабинет 511, мистер Брэдстоун)

Обед 11:05–11:30 (столовая)

Я очень надеюсь, что ты уже встала и едешь сюда.

Линкольн

Последнее предложение заставило меня нахмуриться. Я внимательно перечитала расписание целых четыре раза. Боевые искусства? Оружие? Ничего себе. Значит, мой прекрасный учебный день заканчивался в половине двенадцатого, чтобы я могла мыть трупы вместе с мамой вплоть до четырех часов.

Я нажала на кнопку «ответить».

Я проснулась два часа назад, позанималась йогой и накормила бездомных. Скоро увидимся.

Вот так вот. Пусть он это обдумает. Тем более что это было почти правдой.

Открыв дверь на улицу, я увидела, что Берни все еще спит. Максимус завилял хвостом, и я бросила ему кусочек яблока, прежде чем оставить пакет с сэндвичем у ног Берни. Вот в какую рань мне приходилось идти на занятия: даже бездомные еще спали.

Подбежав к машине, я с облегчением отметила, что за ночь ее не угнали и даже не сняли колеса.

* * *

Добравшись до парковки кампуса к 5:56, я обнаружила там три машины и серебристый трейлер с прислоненным к нему мотоциклом. Вероятно, они принадлежали Линкольну, Ною, Даррену и Блейку: кто еще мог приехать в академию так рано?

Я вышла из машины и уставилась на большие каменные ступени, ведущие в главное здание. На одной из ступенек сидел Линкольн, одетый в черную толстовку с капюшоном.

Тяжело вздохнув, я ускорила шаг, остро ощущая недостаток сна. Как только я подошла ближе, он поднял глаза и спросил:

– Хатха или кундалини?

Я нахмурилась.

– Прости, я не говорю на иностранных языках.

Он усмехнулся.

– Я спрашиваю, какой твой любимый вид йоги. Мне больше нравится кундалини.

Ох. Вот блин.

– Полностью согласна, – сказала я, поднимаясь выше.

– Ты знаешь, куда идти? – спросил он, не двигаясь с места.

Я вздохнула.

– Нет, но я думаю, что ты торчишь здесь не просто так и сейчас проводишь меня куда нужно.

Линкольн поднялся и пожал плечами.

– Я собирался, но мне не нравится твой пассивно-агрессивный настрой.

Я его убью.

– Прости, пожалуйста. Милый Линкольн, умоляю, покажи мне, куда идти, – мои слова просто сочились сарказмом.

Он ухмыльнулся, и на его щеках снова появились ямочки.

– Ну вот, совсем не сложно, правда?

Я покачала головой.

– Очень сложно. Ты даже не представляешь насколько.

Линкольн прошел через кирпичную арку, и я вытянула шею, чтобы рассмотреть две огромные статуи ангелов, которые обрамляли ворота с обеих сторон.

– Когда начинаются общие занятия?

– В восемь, – он свернул направо, направляясь к небольшому кирпичному зданию.

Я провела пальцами по одной из своих татуировок.

– Ты… Тебе уже лучше? – Я так и не поблагодарила Линкольна за то, что вчера он забрал мою боль. Я собиралась это сделать, но он сразу же повел себя как осел, пытаясь подловить меня на вопросе про йогу.

– Я в порядке.

Он потянулся к двери, и я положила ладонь на его вытянутую руку. Как только мы соприкоснулись, по моему телу снова пробежал небольшой разряд, но он исчез так же стремительно, как и появился.

– Эй, я хотела поблагодарить тебя за… ну, ты знаешь. Вчера я плохо себя чувствовала, и да… спасибо за помощь.

О. Боже. Мой. Когда я успела забыть человеческую речь?

Он кивнул.

– Это моя работа.

Затем он распахнул двери, оставив меня в полном недоумении. Почему он просто не сказал «пожалуйста»? Этот парень – придурок мирового класса.

– Это она? – изнутри раздался незнакомый женский голос.

Войдя в комнату, я увидела невысокую рыжеволосую женщину лет пятидесяти. Судя по внешнему виду и запаху, она была человеком. И да, с самого детства я могла чувствовать человеческий запах – не спрашивайте как. Тело женщины было скрыто под слоями черной и серебристой ткани.

– Привет, дорогая. Меня зовут Роуз, – представилась она.

– Бриэль, – я помахала рукой.

Роуз оглядела меня с головы до ног, задержав взгляд на моих бедрах.

– Она более фигуристая, чем ты описывал. Мне нужно будет снять с нее мерки, но на сегодня сойдет и это, – женщина бросила Линкольну серебристо-черный комбинезон.

Я усмехнулась, принимая костюм из его рук.

– Ты описывал мою фигуру? Надеюсь, это было увлекательно.

Он стиснул зубы, отчего его сильная челюсть немного напряглась. Надо признать, это выглядело довольно сексуально.

– О да, лучшее событие за последнее время. То что нужно после трудного рабочего дня.

Когда женщина поманила меня к себе, Линкольн помахал листком бумаги у меня перед носом.

– Это карта академии. Когда закончишь здесь, приходи в тренировочный зал, – с этими словами он вышел за дверь.

– Не самый дружелюбный человек в мире, – прокомментировала я, повернувшись к Роуз.

Она грустно улыбнулась.

– Трагические события меняют людей. Когда Линкольн только поступил в академию, он был очень жизнерадостным юношей.

От этих слов мое сердце остановилось. Линкольн пережил трагедию. Мне так хотелось узнать больше, вопросы обжигали мой язык, но в то же время я боялась услышать ответы. Я боялась, что начну смотреть на него совсем по-другому или жалеть его. К тому же расспрашивать о Линкольне за его спиной казалось неправильным. Поэтому я держала рот на замке, пока Роуз снимала с меня мерки.

Пребывая в легком оцепенении, я направилась в раздевалку и переоделась в облегающий черный комбинезон с эмблемой в виде серебряных крыльев. Она был не настолько облегающим, чтобы порваться от первого неловкого движения, но если бы кто-то кинул в меня четвертак – он бы наверняка отскочил от моей задницы.

Я развернула карту, стараясь забыть о том, что Линкольн пережил трагедию. Было бы лучше, если бы я просто стерла это из своей памяти.

Когда я вошла в большой спортзал, Ной восхищенно присвистнул. Я фыркнула, а Линкольн дал ему подзатыльник.

– Она наша ученица, – с укором сказал он.

Ной пожал плечами.

– Разве это запрещено? Ей уже есть восемнадцать.

Я бросила свою сумку на пол.

– Не волнуйся, он все равно не в моем вкусе, – крикнула я через весь зал.

Даррен и Блейк поддержали мое заявление громким улюлюканьем, но Линкольн прожег меня странным, нечитаемым взглядом.

Ной нахмурился.

– О чем ты говоришь? От меня все без ума. – Он демонстративно напряг свой бицепс.

– Ты слишком хорошенький, – честно сказала я. Мне было бы сложно встречаться с парнем, который выглядит ухоженнее меня.

Ной усмехнулся.

– Спасибо.

Я закатила глаза.

– Итак, с чего начнем? Хотите, я покажу вам свои приемы? Я выросла в криминальном районе, так что уже кое-что умею. – Я вытащила из ботинка свой складной нож и покрутила его в руках.

– Она очаровательна, – сказал Даррен.

– Я не очаровательна. Котята очаровательные. А я крутая. Смотрите, здесь осталась запекшаяся кровь со вчерашнего дня. – Я показала им лезвие.

Линкольн шагнул вперед и вздохнул.

– Убери это, а то поранишься.

Зануда. Я сложила нож и сунула его обратно в ботинок.

Линкольн оглядел меня с ног до головы.

– Расправь крылья. Мы начнем с полетов.

У меня глаза чуть не вылезли из орбит. Полет? Я не знаю почему, но это даже не пришло мне в голову.

– Ну же, мисс Йога. – Он щелкнул пальцами, и остальные парни начали вытаскивать огромные, толстые маты.

О боже, это для того, чтобы смягчить мое падение.

Я оглянулась и повела плечами, но ничего не произошло. Тяжело сглотнув, я слегка подпрыгнула в надежде, что крылья раскроются во время приземления.

Не повезло.

На спине костюма было два специальных разреза, предназначенных специально для крыльев, так что я знала, что одежда не мешала их появлению.

– М-м-м, а как именно мне расправить крылья? – спросила я.

Какой стыд.

Линкольн уже открыл рот, чтобы сказать очередную грубость, когда Блейк сделал шаг вперед.

– Сперва мне тоже было сложно. Это все равно что учиться ходить. Представь: ты поднимаешь свои крылья, точно так же, как ты подняла бы руки, и они появятся у тебя за спиной. Если ты окажешься в опасности – крылья раскроются сами собой.

Я решила, что Блейк мне нравится. Он казался очень милым.

Ладно… Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох, представляя, как поднимаются мои лопатки, и даже выгнула спину. Прошло несколько мучительных минут, и, наконец, я ощутила тяжесть с правой стороны спины. Завалившись набок, я заставила себя открыть глаза. Четверо парней с трудом сдерживали смех.

– Что? – с обидой воскликнула я. Оглянувшись, я поняла, что мне удалось расправить только одно крыло.

Я была готова провалиться под землю.

Линкольн был первым, кто сумел справиться с приступом смеха. Он подошел ближе и положил руку мне на лопатку, поглаживая мою кожу через разрез в комбинезоне. От его прикосновения по моим рукам пробежали мурашки. Затаив дыхание, я неотрывно смотрела на этого прекрасного мерзавца. Мое второе крыло наконец-то появилось у меня за спиной, и Линкольн отступил назад.

– Итак, первое правило полетов. Постарайся не умереть.

Я оправилась от его чувственного прикосновения, и мои брови взлетели вверх.

– Ха-ха. А если серьезно?

Ной пожал плечами.

– Наши учителя говорили то же самое: просто не умирай. Теперь ты практически бессмертна, если, конечно, тебя не убьют. Но ты все еще можешь свернуть себе шею, если неудачно приземлишься.

Я как раз собиралась спросить о бессмертии. Ну что ж, вопрос решился сам собой.

Линкольн указал на лестницу.

– Поднимайся на самый верх. У нас не так много времени, так что давай посмотрим, сможешь ли ты парить в воздухе. На общих занятиях тебе выдадут оружие, и с завтрашнего дня мы начнем с ним работать.

– Может, нужно было сообщить об этом заранее, но дело в том, что я боюсь высоты.

Линкольн застонал.

– Мисс Йога, не тратьте наше время впустую.

Уф. Черт бы побрал эту йогу. Может, мне стоит записаться на курсы? На случай, если он начнет задавать вопросы.

Забираясь по лестнице, я была уверена в двух вещах:

1. Все четверо пялились на мою задницу.

2. Я сломаю шею и умру.

Глава седьмая

После того как я научилась зависать в воздухе на пару минут, совершенно случайно ударив Линкольна крылом по лицу, мне пришлось отсидеть целый час на уроке истории. К сожалению, все знали, кто я такая, и на протяжении всего урока мои одноклассники перешептывались, тыча в меня пальцами. Я слышала, как кто-то произнес: «Подружка демонов».

Потрясающе.

Я размышляла, не сделать ли мне челку, чтобы скрыть демоническую метку? Или, может, купить очень плотную тональную основу. Конечно, в этом не было особого смысла. Я все равно не могла изменить свою судьбу, и мне пора было с этим смириться.

Теперь я стояла в большом помещении, похожем на спортзал. Все стены были увешаны самым разнообразным оружием, скрытым за толстой решеткой и золотыми замками. Наш профессор, мистер Клеймор, был светлым магом и выглядел соответствующе. Он был одет в черную бархатную мантию с серебряной спиральной эмблемой светлых магов, поблескивающей на груди. Сверкая серебристо-серыми глазами, он заглядывал в лица каждому из своих учеников. Когда мистер Клеймор пригвоздил меня пристальным взглядом, я начала ерзать на месте. На меня навалилась внезапная тяжесть, но, как только он отвел взгляд, это странное чувство исчезло, словно его и не было.

Это волнительно.

Глядя на него, я подумала о Шие. Интересно, что происходит в ее жуткой школе? Мне хотелось, чтобы она была здесь, рядом со мной.

– Сегодня один из самых важных дней в вашей жизни. Вы найдете свое вечное оружие, с которым будете связаны до конца дней, – его голос гремел по всему залу, обрушиваясь на нас со всех сторон.

Что? Вечное оружие? Связь?

Моя чопорная одноклассница Тиффани – новоиспеченный светлый маг – подняла руку.

– Это правда, что наше вечное оружие заговорит с нами?

Либо она была под кайфом, либо я услышала что-то не то. Может, я сама была под кайфом, потому что эта девчонка только что спросила, будет ли наше оружие с нами разговаривать.

Мистер Клеймор пожал плечами.

– Это уникальный опыт для каждого ученика. Именно говорящее – это очень редкое явление, но у каждого оружия есть душа, так что вы почувствуете его индивидуальность, даже если не сможете его услышать.

О боже. Все в этом зале были под кайфом.

Я прочистила горло и подняла руку.

– Простите, но разве у оружия может быть душа?

Он заглянул в свой список, а затем посмотрел на мой лоб.

– Бриэль, верно?

Черт бы побрал эту метку. Я точно отстригу себе челку.

– Да, сэр.

– Это программа старших классов, но ты не из Города Ангелов, так что я прощу тебе этот глупый вопрос. Вечное оружие было дано нам Силами. Архангелы – защитники человечества, а Силы – ангелы защиты, воины Небес.

Ничего себе.

– Ага. Здорово, – сказала я. Тиффани издала отвратительный смешок, и ее подружки рассмеялись вслед за ней.

Я смерила ее свирепым взглядом, но в этот момент профессор хлопнул в ладоши, и все золотые замки попадали на пол. С очередным хлопком решетки распахнулись, и мы издали коллективный вздох. Надо было отдать должное мистеру Клеймору: его магия производила неизгладимое впечатление.

– Поиск своего вечного оружия может оказаться непростой задачей. Будьте терпеливы. Оно будет звать вас, и вы почувствуете практически родственную связь. Как только нужное оружие окажется у вас в руках – все встанет на свои места, словно вы ждали этого момента всю свою жизнь, – объяснил он.

– Значит, мое вечное оружие – это кофе, – тихо пробормотала я, и несколько учеников, стоящих рядом со мной, тихо захихикали.

Профессор указал на снаряжение, развешанное на стенах.

– Это оружие будет с вами всю жизнь. Оно станет вашим верным союзником в каждой битве, так что выбирайте с умом.

Некоторые ученики вышли вперед, в то время как я осталась позади, твердо решив придерживаться группы ребят, которые не хотели выбирать первыми. Рядом со мной оказался красивый молодой парень со слишком аккуратными бровями и темными волосами. Он слегка толкнул меня бедром.

– Я Люк, – прошептал он.

Я усмехнулась, оценив его чрезмерно дружелюбное приветствие.

– Бри. – Судя по всему, девушки не входили в круг его интересов, поэтому я не переживала, что он начнет со мной заигрывать.

Люк кивнул.

– Скажу сразу, – он указал на мой лоб, – моя тетя работает на демонов, так что у нее тоже есть такая метка. Я все понимаю. Меня это не пугает.

Я искренне улыбнулась.

– Хорошо.

На груди его комбинезона была пришита эмблема, указывающая на то, что передо мной стоит оборотень. Одаренный демонами.

Кажется, я только что завела своего первого друга.

– Ну что, пойдем? – я указала на зарешеченные стены.

Он с опаской посмотрел на Тиффани, которая только что взяла в руки большой светящийся меч.

– Дамы вперед, – сказал Люк, подмигнув мне.

Отлично.

Я сделала глубокий вдох и медленно подошла к одной из стоек, пытаясь найти предмет, который я бы полюбила не меньше, чем кофе. Тогда я пошла дальше, в секцию с луками и стрелами. Люк, который держался позади меня, внезапно остановился. Я развернулась, чтобы посмотреть, как он тянется к луку, сделанному из чистого золота. Когда его рука коснулась блестящего металла – лук начал светиться бледно-голубым светом.

– Ах, стрелы истины. Отличное оружие, молодой человек. Вы должны быть польщены, – заметил мистер Клеймор.

Люк завороженно уставился на свое оружие, приоткрыв рот. Один за другим ученики находили то, что им нужно, и собирались в дальней части зала, ожидая конца занятия.

Нас осталось только трое, и я уже осмотрела все стенды, кроме одного. Мое сердце бешено колотилось. Что, если у меня нет вечного оружия? Может, мне просто взять какой-нибудь меч и притвориться, что он позвал меня? Но ведь тогда оружие не начнет светиться.

Последние два ученика нашли свое оружие, и тогда все взгляды устремились на меня. Люк был единственным, кто смотрел на меня с жалостью. Все остальные, казались… раздраженными, словно говоря: «Почему мы должны ее ждать?»

– Не торопись, Бриэль. Выбор вечного оружия не терпит спешки, – сказал профессор, и я почувствовала себя еще более униженной.

Когда я подошла к последнему стенду – что-то во мне едва заметно шевельнулось. Мой желудок заныл от предвкушения, и мне показалось, что я нахожусь рядом с открытым электричеством. Я стояла в секции с кинжалами, чувствуя, что мое сердцебиение просто зашкаливает.

«Сюда, крылатая», – у меня в голове прозвучал тихий женский голос, и я вздрогнула от неожиданности.

Теперь все остальные ученики смотрели на меня во все глаза, но все же не так пристально, как профессор.

Он шагнул вперед с таким взглядом, словно я только что разделась на глазах у всей группы.

«Второй ряд, третья подставка сверху. Давай, милая, сколько можно медлить? Я так долго этого ждала», – снова заговорил тоненький голосок.

Пресвятая матерь, это какой-то сумасшедший дом.

«Ты… со мной разговариваешь?» – сказала я, гадая, не поехала ли у меня крыша. Что ж, давно пора.

Она тихонько застонала.

«Второй ряд, третья подставка сверху. Ну же, дорогая. Ты справишься».

Это длилось слишком долго, и я начинала выглядеть по-настоящему глупо. Бросившись к стенду, я схватила серебряный кинжал: второй ряд, третья подставка сверху. Как только я обхватила рукоять – кинжал вспыхнул ослепительным светом, и по моему телу прошла волна энергии. Это было трудно описать словами. Я ощутила такое удовольствие, словно мне довелось снова увидеть своего отца. При этом показалось, что в моих руках сосредоточилась огромная сила и я могла бы разорвать стальную дверь. Мои крылья раскрылись сами собой, заставив весь класс ахнуть. Я упала на колени, пока сила продолжала бушевать вокруг меня, как ураган, а ветер развевал мои волосы.

«Я – Сэра», – сказал мне кинжал. Я чувствовала ее, словно она была человеком, моей давней подругой. Это было самое странное и в то же время самое успокаивающее ощущение, которое я когда-либо испытывала.

«Меня зовут Бриэль, но ты можешь называть меня Бри», – я чувствовала себя глупо, представляясь кинжалу, но, эй, в мире происходили и более странные вещи.

– Невероятно, – выдохнул профессор.

Наконец, ветер стих. Мои ноги все еще дрожали, но мне все-таки удалось подняться с пола. Я уставилась на кинжал, который лежал у меня в руках. Он был около девяти дюймов[3] в длину, бо́льшую часть которой составляло лезвие, с короткой золотой рукоятью, украшенной гравировкой и инкрустированной мерцающими камнями, похожими на жемчуг.

– Клинок серафимов. Я даже не знал, что у нас такой есть, – выпалил мистер Клеймор.

Он подошел к подставке, из которой я взяла кинжал, схватил черные кожаные ножны и протянул их мне. Ремни выглядели достаточно длинными, чтобы закрепить ножны на бедре, – это я и сделала.

– Разве вы не слышали о клинке серафимов на уроке истории? – спросил наш преподаватель.

Я широко распахнула глаза. О нет, сейчас он прочтет нам лекцию.

Невысокая девушка с каштановыми волосами и веснушками подняла руку.

– Кажется, он подпитывает и увеличивает внутренний свет своего хозяина.

Тиффани засмеялась, указывая на мои крылья:

– В ее случае с этим могут возникнуть проблемы.

Люк зарычал – совсем как дикий зверь, – и она сразу же замолчала. Теперь он точно стал моим другом.

Мистер Клеймор кивнул.

– Верно, но это только малая часть. Если бы Бриэль боролась за жизнь дорогого ей человека – свет стал бы невероятно ярким. Если бы она защищала себя или других людей, то эффект был бы не таким впечатляющим. Говорят, что свет истинной любви, проходящий через клинок серафимов, может разорвать демона на части без единого пореза.

И тогда, по милости Божьей, наконец-то прозвенел звонок. Выдохнув, я направилась вслед за Люком. До обеда оставался всего один урок – боевые искусства.

– Остановитесь! – взревел профессор. Весь класс замер. – Вы должны закрепить вашу связь с оружием, напоив его вашей кровью.

Я с облегчением отметила, что мои одноклассники тоже не ожидали такого поворота. Тиффани была первой, кто спокойно порезал ладонь о лезвие, словно в словах профессора не было ничего странного. Постепенно все остальные последовали ее примеру. Люк посмотрел на меня и пожал плечами, оцарапав руку одной из своих стрел.

Вытащив Сэру, я сделала небольшой надрез на ладони. Я даже не была уверена, что действительно порезалась, пока моя кровь не начала бурлить. Мне не было больно – только холодно, словно я взяла в руку кусочек льда. Голубой свет вырвался из рукояти и закружился вокруг меня, вызывая целую волну мурашек.

Все присутствующие, включая профессора, снова уставились на меня.

– Хорошо, идите с миром, – наконец сказал мистер Клеймор.

Подняв глаза, я увидела, что он наблюдает за мной своими сияющими, серебристыми глазами.

Пока мы с Люком шли на урок боевых искусств, я попыталась спрятать свои крылья, но они не желали подчиняться. В какой-то момент мое крыло случайно задело Тиффани – которую я с нежностью называла Стерфани, – и она завизжала, умоляя дать ей святой воды. Все засмеялись, и я невозмутимо подняла подбородок. Я не собиралась становиться жертвой ее нападок.

Чернокровки, которым нельзя было находиться на солнце, передвигались по академии с помощью подземных туннелей, поэтому они уже ждали нас в спортзале: том самом, где я пыталась летать.

На протяжении следующего часа мы учились правильно держать оружие, и время пролетело почти незаметно. Я не успела опомниться, как мы с Люком и его друзьями уже сидели в правой половине кафетерия. Левая половина негласно принадлежала тем, чьи способности имели ангельскую природу. Возможно, я тоже была благословлена ангелами, но красный полумесяц на моем лбу и черные крылья говорили об обратном. Кроме того, я хотела узнать Люка получше.

С нами сидела его старшая сестра, Анджела. Она была некромантом и училась на третьем курсе.

– Ох, я до сих пор помню тот день, когда получила свое вечное оружие, – она ухмыльнулась, глядя на лук и стрелы Люка. – Мама будет тобой гордиться.

Он кивнул.

– И папа?

Анджела помрачнела.

– Да, конечно. Я имела в виду их обоих.

Люк закатил глаза.

– Да ладно, я прекрасно понимаю, что ты имела в виду.

Я смущенно опустила глаза на свою тарелку.

– Мои родители одарены ангельскими способностями, – объяснил он.

– Вот оно что. – Некоторые родители мечтают, чтобы их дети были похожи на них. Моя мама хотела, чтобы я стала некромантом и работала в реанимационной клинике вместе с ней. В итоге ее желание не сбылось, но мы все равно работаем вместе.

– Отец спокойно воспринял новость о моей ориентации, но при этом устроил настоящий скандал, узнав, что я – оборотень, – тихо сказал Люк, опустив взгляд.

Анджела закусила губу. У нее были длинные иссиня-черные волосы, зеленые глаза и высокие скулы.

– Ничего, со временем он смирится.

Вдруг ее взгляд метнулся мне за спину, и она резко выпрямила спину.

– Боже мой, сюда идет Линкольн Грей.

Я замерла, быстро проглотив свое картофельное пюре, и повернула голову как раз в тот момент, когда он произнес мое имя.

– Что с крыльями? – спросил он. Большинство селестиалов предпочитало прятать свои крылья, за исключением сражений и желания покрасоваться.

Я закатила глаза.

– И ты пришел сюда, чтобы об этом спросить? – Линкольн приводил меня в бешенство. Он словно хотел унизить меня на глазах у всей академии.

– Ты снова не можешь их убрать? – На его лице появилась усмешка.

Сегодня ночью я буду думать не о том, как хорошо он выглядит без майки, а где бы я могла спрятать его труп.

Я не ответила, и тогда он протянул руку, чтобы коснуться моих крыльев одним плавным движением. По моему позвоночнику пробежало тепло, и крылья сразу же исчезли. Я не могла отрицать, что моему телу нравились его прикосновения, но этот парень был просто невыносим. Судя по всему, ему пришлось пережить горе, но это не оправдывало его раздражающего поведения.

– Тебе пора уходить, верно? Я провожу, – сказал он, глядя на моих друзей.

Какой грубый способ испортить мне обед.

– Да, хорошо. – Я схватила свою сумку и повернулась к своим новым друзьям. – Увидимся завтра.

Люк нахмурился.

– Ты проводишь здесь только полдня?

Прикусив губу, я указала на свой лоб.

– Да.

Анджела пнула его под столом, и они оба изобразили фальшивые, натянутые улыбки.

– Супер, увидимся завтра, Бри, – бодро прощебетала она.

Благослови ее Господь.

Линкольн потянул меня за сумку.

– Мне нужно с тобой поговорить.

Конечно, на Линкольна было приятно смотреть, но он уже не на шутку мне надоел.

Мы пробирались сквозь толпу студентов, когда Тиффани резко вскочила со своего места, преграждая нам путь.

– Привет, Линк.

Линк. Так вот как его называют девушки, с которыми он переспал.

– Привет, Тиффани. – Неужели в его голосе прозвучало раздражение? Они точно были знакомы!

– Сочувствую, что Рафаил заставил тебя нянчиться с архидемоном, – выпалила она, сердито глядя на меня.

Во мне закипел гнев. Да как она смеет! Я двинулась вперед, чтобы сделать что-то импульсивное и безумное – например расцарапать ей лицо, – но Линкольн протянул руку, чтобы остановить меня.

– Не стоит быть задирой, Тифф. Это непривлекательно. – Он пронесся мимо нее, потащив меня за собой.

Последним, что я увидела перед выходом из кафетерия, была Тиффани с надутыми губами и ревнивым блеском в глазах.

Ха. Так тебе и надо.

Как только мы вышли на улицу, Линкольн отпустил мою руку.

– Если ты хочешь выжить здесь – или где бы то ни было, – тебе нужно научиться терпению. Нельзя лезть в драку с каждым, кто тебя оскорбляет, – сказал он отцовским тоном.

– Спасибо, пап, но я и сама это понимаю. Она цепляется ко мне с самого утра, – фыркнула я.

Остановившись на полпути, Линкольн повернулся ко мне.

– Ты когда-нибудь бываешь приятной?

Я подняла одну бровь.

– А ты?

Он закатил глаза и продолжил идти, заставляя меня бежать следом.

– Откуда ты вообще знаешь Тиффани? Она твоя бывшая девушка?

Линкольн скорчил гримасу отвращения.

– О нет. Она… друг семьи, – его слова прозвучали не слишком убедительно.

– Ну ладно. О чем ты хотел со мной поговорить? – Мне нужно было идти. Я не могла опаздывать два дня подряд, иначе мистер Бердок спустил бы с меня шкуру.

Линкольн развернулся и указал на Сэру, висевшую на моем правом бедре.

– Об этом.

Я отшатнулась, задетая его резким тоном.

– В чем дело? – Я погладила рукоять кинжала.

«Он нам нравится или нет? Я никак не могу понять», – спросила Сэра.

«Я пока сама не понимаю», – мысленно ответила я.

– Дело в том, что ты не можешь появиться в Городе Демонов с клинком серафимов. Тебя сразу же ограбят и продадут кинжал на черном рынке. Рафаил поручил мне решить эту проблему. – Судя по тону, он не был в восторге от этого задания.

Я не знала, что сказать, и, для разнообразия, решила промолчать.

Линкольн вытащил ключ из кармана джинсов.

– Это ключ от моего трейлера. – Он указал через парковку на небольшую опушку, где среди полевых цветов стоял милый маленький серебристый трейлер. – Каждое утро я буду отдавать тебе кинжал. Каждый день, когда ты будешь уезжать, тебе придется оставлять его в моем трейлере и запирать дверь. Не копайся в моих вещах. Не пользуйся моей ванной и не ешь мою еду. Договорились?

Я ухмыльнулась.

– О, милый, ты уже даешь мне ключ от своего дома? Мы же так мало знакомы. – Я жадно выхватила ключ у него из рук.

– Не потеряй, – рявкнул Линкольн.

Я закатила глаза, добавляя его ключ к своей связке.

– Расслабься, я не ребенок.

– Если военная ситуация изменится – мне придется надолго покинуть академию, и я надеюсь, что за это время ты не подожжешь мой дом, – добавил он.

– Почему я так сильно тебе не нравлюсь? Только честно. Давай разберемся с этим вопросом раз и навсегда. – Я все равно опаздывала на работу, и у меня больше не было причин откладывать этот разговор.

Линкольн сделал шаг вперед, сокращая расстояние между нами, и у меня перехватило дыхание. Он коснулся моего лба указательным пальцем.

– Вот почему. Я тебе не доверяю и всегда буду ожидать удара в спину. Одно слово твоего хозяина, и ты пронесешь бомбу прямо в академию, чтобы убить нас всех.

Я была не готова к такому потоку ненависти, и мои глаза невольно наполнились слезами. Линкольн помрачнел, глядя на мои дрожащие губы, но я не собиралась доставлять ему такое удовольствие. Он не увидит, как я плачу.

Выхватив Сэру из ножен, я отдала ее Линкольну и побежала к своей машине. Он крикнул что-то мне вслед, но я его не расслышала.

* * *

К тому времени, как я добралась до реанимационной клиники, моя тушь смылась от слез, но зато я приехала на пять минут раньше.

Я припарковала машину и направилась ко входу. Сделав несколько шагов, я замерла, уловив сильный запах серы и масла, а мои крылья раскрылись из-за предчувствия опасности. Где-то рядом был демон, но я не узнавала его запаха.

Тяжело сглотнув, я почти побежала через парковку. Прямо у дверей передо мной возник самый настоящий абрус. Демоны-абрусы были вторыми после Люцифера. Они выглядели почти по-человечески, если не считать двух маленьких красных рожек на лбу и жгучих желтых глаз. Абрусы принимали облик невыносимо прекрасных мужчин, соблазнительных и опасных. За всю свою жизнь я встречала только одного из них.

– Бриэль, я полагаю? – он заговорил бархатным голосом, с вожделением глядя на мои крылья.

– Да. Мне нужно идти на работу, иначе мистер Бердок меня убьет. – Я нервно улыбнулась и попыталась пройти мимо.

– О, я думаю, что он не будет возражать. Я ждал, когда ты придешь, – он ухмыльнулся, продемонстрировав ровные, жемчужно-белые зубы. Демон выглядел голодным, а я чувствовала себя главным блюдом.

– Меня? – Я нервно провела по волосам дрожащей рукой.

Он кивнул, переводя взгляд с моих татуировок на мою сумку.

– Ты уже получила свое вечное оружие?

Должно быть, на моем лице отразился неподдельный шок, потому что абрус довольно улыбнулся.

– Вы об этом знаете? – Я с тревогой потерла руки.

Демон кивнул и посмотрел на мою сумку.

– Оно у тебя?

Мое сердце колотилось так громко, что он наверняка слышал каждый удар.

– Нет, пришлось оставить его в Городе Ангелов. – Я молила небеса, чтобы он не оказался одним из тех демонов, которые могут учуять ложь. Абрус коротко кивнул, и я решила, что он все же поверил моим словам.

– Что ты выбрала? – В голосе демона звучало напускное равнодушие, но его глаза горели нетерпением.

Моя интуиция подсказывала, что ему нельзя говорить правду, поэтому я выпалила первое, что пришло в голову:

– Стрелы истины.

Он казался немного удивленным, но затем на его губах расплылась ухмылка.

– Это может оказаться полезным.

Я нервно переступила с ноги на ногу.

– Сэр, мне действительно нужно идти на работу.

Он кивнул.

– Увидимся в полнолуние.

Любой, кто жил в Городе Демонов, знал все о лунных циклах. Здесь это было не менее важно, чем часы или календарь. Полнолуние было через шесть дней.

– Что? – На самом деле мне не хотелось слышать ответ.

Демон ухмыльнулся. Протянув руку, он погладил мое крыло, и у меня по спине пробежала дрожь отвращения.

– В это полнолуние я куплю твой контракт, и тогда ты будешь работать на меня. Обязательно возьми с собой стрелы истины. Ты не вернешься в Академию Падших, – его слова зловеще повисли в воздухе.

Демон наклонился вперед, и мне в нос ударил резкий запах серы и смолы.

– Я знаю, что ты такое, – прошептал он мне на ухо, а затем развернулся и ушел.

Я знаю, что ты такое. Я знаю, что ты такое. Я знаю, что ты такое. Эта фраза прокручивалась в моей голове снова и снова. Я простояла у входа целых три минуты, стараясь не впасть в панику.

Что я такое?

Прежде чем начать свою смену, я решила написать Линкольну.

Кому: LincolnGrey@FallenAcademy.com

Мой хозяин только что продал меня абрусу. Он хочет подписать новый договор в это полнолуние. А еще он забирает меня из академии. Думаю, мне не стоит утруждаться и приходить на занятия завтра утром.

С уважением,

Опытный йог, не заслуживающий твоего доверия.

Я не могла прочесть его ответ, пока мой рабочий день не подошел к концу.

От кого: LincolnGrey@FallenAcademy.com

Приходи завтра в 6 утра. Собери свои личные вещи.

С уважением,

Человек, который действительно занимается йогой.

Я была настолько измотана, что едва помнила, как съела ужин.

Я знаю, что ты такое.

Собери свои личные вещи.

В ту ночь я лежала в постели, глядя на спину своей лучшей подруги. За ужином мы обе молчали, погруженные в свои собственные мысли, но, когда она перевернулась, – я увидела слезы, застывшие у нее в глазах, и у меня внутри все сжалось.

– Я больше не могу. Я погружаюсь во тьму. Я это чувствую, – призналась Шия. Каждое слово причиняло мне боль.

Затем она снова повернулась лицом к стене.

В ту ночь я не сразу смогла заснуть.

Глава восьмая

Следующим утром Линкольн так и не появился на тренировке, а Ной, Блейк и Даррен вели себя очень странно. Ной принес Сэру, и мы выполнили несколько базовых упражнений, чтобы я научилась правильно держать рукоять, делать выпады и некоторые другие приемы, которые я уже знала. В конце концов, я выросла в Городе Демонов, где по улицам бродит куча адских отродий.

Когда я спросила про Линкольна, то получила лишь неопределенный ответ о какой-то важной встрече. Затем я отправилась на занятие по оружию, и мистер Клеймор заставил нас с Люком практиковаться в паре. В какой-то момент профессор подошел ко мне сзади, и я крепче сжала рукоять Сэры.

– Она разговаривает с тобой, не так ли? – спросил он, разглядывая золотую рукоять с хрустальными вставками. Я молча кивнула в ответ, и глаза Люка чуть вылезли из орбит. – Она станет мудрым учителем, если ты сможешь ей открыться.

Ага. Открыться кинжалу. Мне что, позвать ее на свидание?

«Мне никогда не нравился человеческий сарказм», – довольно саркастично заявила Сэра.

– И как же мне это сделать? – Я посмотрела на мистера Клеймора, игнорируя ее комментарий.

Профессор встал передо мной и положил обе руки мне на плечи, глядя на меня своими мудрыми, мутно-белыми глазами.

– Клинок серафимов – не обычный кинжал. Это духовное оружие. Откройся ей. Покажи ей свои страхи, надежды и мечты, и она будет бороться за них. Внутри нее заключена очень редкая магия.

От его слов мой желудок сжался от волнения.

«Слышала, что сказал профессор, Сэра? Я боюсь оказаться архидемоном, и еще я хочу выиграть в лотерею. Можешь с этим помочь?» – спросила я.

Прежде чем она успела ответить, мистер Клеймор повысил голос:

– Теперь я хочу, чтобы вы сделали несколько упражнений на защиту. Мы разделимся на группы по три человека. Один будет защитником, другой – жертвой, а третий – нападающим. Эти упражнения подготовят вас к заключительному испытанию. Чтобы завершить первый курс, вам придется принять участие в Испытании.

Испытание. Это звучало пугающе. Хорошо, что к этому времени меня уже не будет в академии. Я так и не решилась сказать об этом Люку. Мы быстро стали хорошими друзьями, и мне не хотелось, чтобы это заканчивалось.

Задняя дверь открылась, и, к удовольствию всех учениц, в зал вошел Ной. Тиффани практически замурчала.

– Я хочу, чтобы ощущение опасности было реальным, – заявил профессор. – Это единственный способ активировать ваше оружие. Не пытайтесь покалечить своих одноклассников, но если кто-то получит ушиб или царапину – у нас есть целитель, – он указал на Ноя, и тот подмигнул всем присутствующим. Естественно.

Мистер Клеймор быстро разбил нас на маленькие группы, и я с трудом сдержала разочарованный стон, увидев нашего третьего лишнего.

Стерфани.

– Привет, Архи, – с усмешкой прошептала она. – Архидемон, Архи. Поняла?

«Перережем ей горло», – сказала Сэра, заставив меня улыбнуться, и на лице Тиффани отразилось замешательство.

«Мы не можем нападать на других учеников», – объяснила я.

«Я сделаю так, чтобы это выглядело, как несчастный случай».

Не сдержавшись, я громко рассмеялась. Профессор поднял бровь, и мне не удалось притвориться, что я просто закашлялась. Наверное, я была похожа на сумасшедшую.

– Ваша группа будет первой. Бриэль исполнит роль защитника. Я хочу посмотреть, на что способен этот клинок, – сказал он. – Тиффани, ты будешь нападающей, а Люк будет жертвой.

Сбылись мои худшие опасения. Я снова попала в центр всеобщего внимания и должна была демонстрировать упражнение в группе с главной задирой класса. Я скучала по Шие. Она бы смогла поставить Тиффани на место.

Профессор достал из кармана банку с солью. Обойдя зал, он высыпал соль, сформировав большой круг.

– Если нападающий сможет вывести жертву из круга – они победят, – заявил мистер Клеймор и мягко подтолкнул нас с Люком.

Вытащив Сэру, я встала перед Люком и заняла оборонительную позицию. Чтобы увеличить наши шансы – решила закрыть его крыльями. Только этим утром – под терпеливым руководством Блейка – я наконец научилась управлять своими крыльями.

Вот как это делается, Линкольн.

Тиффани удивленно раскрыла рот, когда мои черные крылья образовали барьер, скрывающий Люка.

– А это разрешено? – спросила она, обращаясь к профессору.

Он пожал плечами.

– Конечно, почему нет.

Пробормотав что-то себе под нос, она обнажила свой меч.

– Пожалуйста, защити меня. Я правда ее боюсь, – громко сказал Люк, заставив весь класс разразиться смехом.

Я не сводила глаз с лица Тиффани, а ее руки оставались в поле моего периферийного зрения. Этим утром парни сказали, что я обладаю огромным количеством магии, но мы договорились изучать все мои способности постепенно, одну за другой. Так что в тот момент у меня не было ничего, кроме крыльев и кинжала.

– Lux, – выдохнула Тиффани, и ее оружие вспыхнуло, испуская яркий белый свет.

Мистер Клеймор неспешно ходил по периметру круга.

– Ах, вижу, кто-то тренировался дома с родителями.

Тиффани залилась краской, но, когда она бросилась на меня, я была наготове. Прищурившись от яркого света, я отскочила в сторону и ударила ее гигантский меч своим кинжалом. Как только два клинка соприкоснулись, ее меч погас, а мой кинжал вспыхнул голубым ослепляющим светом. Она вскрикнула и отшатнулась, прикрывая глаза рукой.

«Так ей и надо», – позлорадствовала Сэра.

Одарив меня убийственным взглядом, Тиффани издала боевой клич и бросилась в атаку. Проклятье. На такой скорости она могла бы снести мне голову.

Я присела, выставив вперед кинжал, но вместо того, чтобы использовать свое оружие, Тиффани неожиданно ударила меня в подбородок. Со всей силы. Я упала на одно колено, морщась от боли, далее Тиффани схватила Люка за воротник. Если она вытащит его за пределы круга – я проиграю.

Вскочив на ноги, я инстинктивно схватила свою противницу за руку. Я не могла нанести ей серьезный урон, но Сэра послала мне видение: в нем я прижимала плоскую часть своего лезвия к руке Тиффани. Я повторила этот прием, и мой кинжал раскалился докрасна.

Вскрикнув, Тиффани отпустила Люка и отшатнулась, вырываясь из моей хватки.

– Хорошо, этого достаточно. Вы обе молодцы. Отличное начало тренировки, – крикнул профессор.

На руке Тиффани пылал вспухший красный ожог, и она сверлила меня таким взглядом, словно уже представляла, как снесет мою голову своим огромным мечом.

– Позволь я помогу, – проворковал Ной, и Тиффани мгновенно превратилась в очаровательную кокетку.

Профессор принялся за следующую группу, и Люк проскользнул ко мне.

– Ты моя героиня. Я в жизни не забуду звук ее крика. Словно тысяча кошек одновременно умерли мучительной смертью.

Я усмехнулась.

– Спасибо.

Но, честно говоря, это было заслугой Сэры.

«Спасибо за помощь. Ты вроде как крутая», – сказала я ей. Мысль о том, что кинжал мог посылать мне видения, была увлекательной и немного пугающей.

«Я – продолжение тебя, дитя. Значит, ты тоже крутая», – ответила она.

На мгновение я ощутила прилив гордости. Это упражнение дало мне небольшое представление о том, каково было бы присоединиться к Армии Падших и защищать невинных. Но моим мечтам и надеждам не суждено было сбыться.

* * *

Я безучастно уставилась на свой обед. Меня тошнило от одной мысли, что я должна вернуться в Город Демонов. Линкольн велел мне собрать вещи, но для чего? Он даже не пришел! Честно говоря, я надеялась, что он попросит Рафаила поговорить с Бердоком. Что они придумают какой-то план и, может быть, выкупят мой контракт вместо абруса. Но это были глупые надежды, и я разочарованно смотрела на вкусный сэндвич с индейкой, совершенно потеряв аппетит.

– Привет. Бриэль, верно?

Рядом со мной села миниатюрная рыжеволосая девушка. Я уже видела ее на занятиях. Чернокровка. Ее лицо скрывал капюшон, из-под которого торчала только одна рыжая прядь, а руки были затянуты в темные перчатки, хотя, по словам Люка, окна кафетерия были надежно защищены от солнечного света.

– Эм, да, – неловко ответила я. Мне всегда было трудно заводить друзей.

Она ухмыльнулась, демонстрируя клыкастые зубы.

– Я Хлоя. Мы все считаем, что ты круто разобралась с Тиффани, – девушка кивнула своим друзьям, которые стояли позади нее. Они с энтузиазмом закивали в ответ.

– О… спасибо. – На самом деле всю работу сделал мой кинжал, но если это могло принести мне новых друзей – я была не против принять комплимент.

– В общем, – она положила передо мной фиолетовый флаер, – мой отец – владелец «Трехглазой луны». Это подпольный ночной клуб. Он разрешил мне отпраздновать там свое девятнадцатилетие, и я хочу, чтобы ты пришла. Можешь позвать своих друзей, если захочешь, – она улыбнулась Люку и Анджеле.

Вау. Меня еще никогда не приглашали на клубные вечеринки, и мое сердце сжалось, когда я прочитала текст на флаере. Праздник должен был пройти в эту пятницу. В десять.

Я нервно потерла шею.

– Я… эм… не здешняя, – с этими словами я указала на свой лоб.

Хлоя пожала плечами.

– Ну и что? Ты можешь предъявить пограничникам свое школьное удостоверение. Скажи, что у тебя вечерние занятия или что-то в этом роде.

Я могла бы спрятать Шию на заднем сиденье. Мне так хотелось пойти на вечеринку.

– Хорошо, я постараюсь, – с улыбкой сказала я.

Рыжеволосая девушка кивнула.

– Супер. Еще увидимся. – Она поднялась из-за стола и ушла вместе с компанией своих друзей.

Проводив ее взглядом, Люк посмотрел на меня с восхищением.

– Хлоя Брисбен – принцесса чернокровок. Вся ее семья – чернокровки. Говорят, что в ночь Падения два демона столкнулись прямо посреди их гостиной, и поэтому они получили одинаковые способности. Ее отец – что-то вроде главаря мафии.

Это прозвучало как раздутый слух.

– Но она классная, да? – Я не хотела связываться с плохой компанией.

Люк кивнул.

– Конечно. Ее брат – старший офицер Армии Падших, и он настолько горяч, что я даже не могу дышать в его присутствии. Он в группе Линкольна.

Линкольн.

Я почти забыла о нем и ключе, который прожигал дыру в моем кармане. Мне нужно было отнести Сэру в его трейлер, а затем отправиться на работу.

– Здорово. Мне пора идти. Увидимся завтра? – сказала я, поднимаясь с места. Мне не хотелось говорить своим новым друзьям, что мои дни в академии подошли к концу.

Люк кивнул, бросив взгляд на листовку с приглашением.

– Да, увидимся завтра. Эй, а что ты делаешь в пятницу вечером? – он посмотрел на меня жалобными, щенячьими глазами.

Рассмеявшись, я достала телефон и сфотографировала адрес, указанный на флаере.

– Обязательно приходите на вечеринку. Я познакомлю вас со своей лучшей подругой Шией. Она – самый настоящий маг.

Они просияли и с энтузиазмом закивали в ответ.

Выбежав из кафетерия, я вытащила ключи от машины. Мне до смерти хотелось посмотреть, как выглядит дом Линкольна. Наверняка там царил бардак и неприятно пахло потом. Он говорил, чтобы я не задерживалась в его трейлере, но я знала, что не смогу удержаться.

Я как раз проходила мимо кабинета Рафаила, когда дверь внезапно открылась, и я врезалась в чью-то грудь.

– Уф-ф! – громко выдохнула я, чувствуя, как на мои плечи легли чьи-то сильные руки. Подняв глаза, я увидела Линкольна. Его темные волосы спутались на лбу, а мрачные голубые глаза смотрели на меня с неожиданной заботой.

Пока дверь в кабинет закрывалась, я успела заглянуть внутрь. Там стояли все четыре архангела, глядя на меня с непроницаемыми, пустыми лицами.

– Линкольн, я… – Я не знала, что сказать. Я все еще была прижата к его твердой груди, что немного отвлекало и сбивало с толку.

Он посмотрел на меня сверху вниз.

– Оставь клинок серафимов у меня дома. Я подожду у твоей машины.

Я нахмурилась.

– Что происходит?

Линкольн говорил, что архангелы собираются вместе только по особым случаям, так почему же все они здесь?

– Я все объясню по дороге, – сказал он, и я раскрыла рот от удивления.

– Ты пойдешь со мной на работу? – может быть, Рафаил и правда собирался купить мой договор.

Он молча кивнул в ответ.

Я никак не могла понять, почему Линкольн выглядел таким взволнованным? И почему он смотрел на меня так… странно? В его взгляде было что-то незнакомое.

– Но…

– Пожалуйста, хотя бы раз в жизни сделай, как я говорю. Это очень важно.

– Ладно, – нахмурившись, сказала я.

Подойдя к трейлеру, я посмотрела на прислоненный к нему мотоцикл и оглянулась, но Линкольна нигде не было видно. Немного нервничая, вставила ключ в замок и распахнула дверь. Изнутри повеяло свежим бельем, и я почувствовала пряный, мужской запах. Две маленькие ступеньки вели в открытую кухню и столовую. Вокруг было чисто, а красно-черный интерьер выглядел минималистично и современно. Мой взгляд упал на обеденный стол: там лежала акустическая гитара и маленькая миска с медиаторами.

Он играет на гитаре. Он водит мотоцикл.

Я бы никогда не подумала… Полагаю, я просто не знала, чего от него ожидать. Может, Линкольн все еще заслуживал премию «Козел года», но, судя по обстановке его дома, он не казался плохим человеком.

Наклонившись, я выглянула в окно и убедилась, что он не наблюдает за мной, а затем направилась в самый конец трейлера, где находилась спальня. Там стояла большая кровать с измятым темно-синим одеялом, на котором лежала книга классической поэзии. Я ухмыльнулась, заранее решив, что когда-нибудь я использую эту находку против него.

После этого я вернулась к обеденному столу и начала расстегивать ремни ножен.

«Возьми меня с собой. У меня плохое предчувствие», – сказала Сэра, не на шутку меня испугав.

«Плохое предчувствие? По поводу чего? В любом случае мне не разрешено брать тебя в Город Демонов», – сказала я.

«Почему он идет с тобой?» – спросила она.

Пожав плечами, я положил ее на стол.

«Может быть, он выкупит мой договор».

«Это можно сделать по телефону, с помощью банковского перевода. Возьми. Меня. С собой».

Я нахмурилась. Почему со мной отправили именно Линкольна? Он говорил, что испытывает боль от нахождения в Городе Демонов.

«Ты должна мне доверять. У меня есть предчувствие. Возьми меня с собой», – решительно заявила Сэра.

Из моей груди вырвался тяжелый вздох. Если демоны украдут кинжал серафимов – Линкольн надерет мне задницу. Наконец, я положила пустые ножны на стол, а затем сунула Сэру за голенище своего ботинка. У меня было странное ощущение, что я сильно пожалею, если не прислушаюсь к совету Сэры.

Покинув трейлер, я заперла дверь и побежала к своей машине.

Линкольн стоял со стороны пассажирского сиденья, закинув на плечо большую спортивную сумку.

– Можешь сесть за руль? – спросил он.

Я нахмурилась.

– Думаешь, я бы позволила тебе вести мою машину?

Губы Линкольна изогнулись в мимолетной улыбке, но она быстро исчезла, и его лицо приняло серьезный вид. Открыв свою дверь, я проскользнула внутрь, и он сел на пассажирское сиденье.

– Теперь ты можешь рассказать мне, что происходит? – спросила я, выезжая на автостраду.

Одним быстрым движением Линкольн снял с себя майку, и мои глаза чуть не вылезли из орбит.

– О’кей… В смысле, мы познакомились всего несколько дней назад, но я бы не отказалась от небольшого представления, – пошутила я.

Он вытащил из сумки тонкую кольчугу и начал натягивать ее через голову. Я нахмурилась.

– Что..? Зачем ты надеваешь кольчугу? Линкольн, поговори со мной! Мне становится не по себе. – Мои внутренности сжались от страха. Я ненавидела неизвестность.

Вздохнув, он вытащил металлический нагрудник и прикрепил его поверх кольчуги. Он надевал полную боевую экипировку. Какого черта?!

– В любом демоническом контракте есть лазейка. Я собираюсь ее найти, – заявил Линкольн.

Я слушала его вполуха, задаваясь вопросом: что он будет делать дальше? Снимет штаны? Но в следующую секунду до меня дошел смысл его слов.

– И для этого нужна боевая броня? – Он продолжал молчать. – Линкольн! – воскликнула я, когда мы приблизились к контрольно-пропускному пункту.

Он накинул футболку с длинными рукавами, чтобы скрыть доспехи.

– Я собираюсь сразиться с твоим боссом. Победитель получит тебя, – он сказал это таким тоном, словно речь шла о чем-то повседневном.

Я широко распахнула глаза.

– Ты? Ты будешь сражаться с мистером Бердоком?

Линкольн пристально посмотрел на меня.

– Поверь, я умею сражаться.

Это не то, что я имела в виду.

На границе нас остановил демон-охранник, и я достала свое удостоверение, на котором были обозначены часы работы и доступ к поездкам.

– А что насчет него? – спросил демон.

Линкольн вытащил какую-то ламинированную карточку.

– Дела Академии Падших.

Демон нахмурился, рассматривая его карточку, и поднес ее к свету. На блестящей поверхности отразилось голографическое изображение, и он вернул карточку ее владельцу.

– Тебе нельзя оставаться на ночь.

Линкольн кивнул.

– Конечно нет.

Демон дважды хлопнул по боку машины, и я нажала на газ.

– Значит, ты победишь Бердока, и что дальше? Он меня отпустит? – недоверчиво спросила я.

Линкольн поморщился, как будто ему было больно.

– Послушай, я могу потратить следующие десять минут, объясняя тебе все подробности, пока мои силы постепенно иссякают, или ты можешь рассказать мне о своем начальнике. Что он за демон, какие у него способности и так далее.

Черт. Все это было по-настоящему. Это происходило на самом деле.

– Это битва не на жизнь, а на смерть? – осторожно спросила я.

Линкольн бросил на меня косой взгляд.

– Да. А теперь, если ты не хочешь, чтобы я проиграл, начинай говорить.

Боже мой.

– Бердок – серный демон. Он может извергать черный дым из рогов и огонь изо рта.

Он кивнул.

– Ладно. Что еще?

– Я слышала, что он может создавать порталы, которые ведут прямо к Люциферу, и что его невозможно убить, если не отрезать ему рога. Они дают ему способность к регенерации или вроде того. Но это лишь слухи.

– Стоит попробовать.

Мы были совсем недалеко от клиники. Я хотела покружить по кварталу несколько минут, просто чтобы все обдумать.

– Разве Михаил не может сразиться с ним сам? Я имею в виду… почему ты? – Я не хотела, чтобы он думал, будто я в него не верю, но… это было правдой. Я боялась за него. Да, Линкольн был селестиалом, но ему было всего двадцать два, и он шел против древнего демона.

– Архангелы не могут вмешиваться в некоторые человеческие дела. Это одно из них. Ты подписала этот договор по собственной воле.

Проклятье.

– И у меня есть благословение всех архангелов. Они выбрали меня, и это большая честь, – с вызовом сказал Линкольн.

Ну, тогда ладно.

Я заехала на стоянку реанимационной клиники, припарковала машину и сделала глубокий вдох, прежде чем повернуться к нему.

– Зачем ты это делаешь? Зачем тебе бороться за меня? – Его могут убить. Это просто глупо. – Просто позволь Бердоку продать меня и спокойно живи дальше, – пробормотала я.

Линкольн посмотрел на меня. Его пронзительные голубые глаза практически светились.

– Потому что ты особенная.

Все мое тело растаяло, а в животе появилось приятое, теплое ощущение.

Его глаза немного расширились.

– В смысле, для падших ангелов. Для них ты особенная, а я работаю на Армию Падших, и это делает тебя особенной для меня. – Он прочистил горло и отвел взгляд.

– Я так и подумала. – Огонь, который он зажег во мне, мгновенно погас.

Линкольн пожал плечами.

– А еще я прочел твое досье и обнаружил, что ты, возможно, не так плоха, как я думал. Ты и твоя мама принесли огромную жертву, чтобы спасти твоего отца. Это вызывает восхищение.

Мои глаза наполнились слезами, а горло нервно сжалось от того, что я попыталась проглотить свои эмоции.

– На меня есть досье? Где оно и как мне его уничтожить?

На его лице появилась улыбка, которая быстро исчезла.

– Я хочу тебе кое-что сказать.

Линкольн выглядел невероятно серьезным, и я заранее испугалась того, что сейчас услышу.

– Хорошо…

Он тяжело сглотнул.

– Причина, по которой я возненавидел тебя с первого взгляда, заключается в том, что мои родители и младшая сестра были убиты во время нападения, и ты напомнила мне об этом.

Казалось, что из машины выкачали весь воздух и мы оказались в черной дыре. Так вот о какой трагедии говорила Роуз. Я застыла. Почему я напомнила Линкольну о смерти его родителей?

– Мы собирались пойти в кафе недалеко от границы, чтобы отпраздновать мой выпуск из академии. Я опаздывал, потому что задержался с Ноем и другими парнями, – продолжил он, уставившись на свои руки.

Я положила руку ему на плечо, и он не отстранился. Мое дыхание стало прерывистым, но все же я старалась сохранять спокойствие. Он потерял всю свою семью. Я не могла представить, насколько это тяжело.

– Я был всего в двух кварталах, когда взорвалась бомба. Мои мать, отец и младшая погибли, вот так просто, – его голос надломился, и я не смогла сдержать слез.

– Линкольн… Мне так жаль. – Я пыталась взять себя в руки, кусая внутреннюю сторону щеки.

В меня впились его пронзительные голубые глаза.

– Когда мы смотрели записи видеонаблюдения, я думал, что это дело рук демонов… но я ошибался. Это был их человеческий раб, который ворвался в кафе и разрушил мою жизнь, – в его голосе звучал такой острый гнев, что им можно было бы резать стекло.

Разве такое возможно? Я не совсем понимала, как работает метка раба, но до меня доходили слухи, что с ее помощью демоны могут контролировать наши действия. Вот почему Линкольн был так груб со мной.

– Я бы никогда этого не сделала. Я бы лучше умерла, – серьезно сказала я.

Он покачал головой.

– У тебя бы не было выбора. Вот к чему я клоню. Я здесь, чтобы дать тебе выбор, – с этими словами он распахнул дверь и повернулся ко мне. – Пойдем. Я слабею с каждой секундой, которую провожу в этом городе.

Я кивнула, чувствуя, как к горлу подступает тошнота.

Когда я потянулась к двери, Линкольн протянул руку, чтобы остановить меня.

– Если… со мной что-то случится, проследи, чтобы мое тело вернулось в академию. Я не хочу, чтобы меня реанимировали.

О. Боже. Мой. На меня обрушилась вся тяжесть этого задания. Все, что я могла сделать, – это снова кивнуть в ответ.

Этот великолепный парень, который, судя по всему, играл на гитаре и задевал меня при каждой удобной возможности, собирался сразиться за мою свободу. Если бы это не было решением падших, я бы сказала, что он поступает очень романтично. И теперь, когда он поделился своей историей, я увидела его в совершенно ином свете. Если бы прислужник демонов взорвал мою семью – я бы вела себя точно так же.

Пожалуйста, не умирай. На тебя приятно смотреть.

Это была последняя мысль, которая проскочила у меня в голове, прежде чем начался настоящий ад.

В буквальном смысле.

Глава девятая

В тот момент, когда Линкольн распахнул двери клиники, меня охватило мрачное предчувствие. Словно из ниоткуда, перед нами возник Бердок. Из его рогов валил черный дым.

– Что ты здесь делаешь? – прорычал он, указывая на Линкольна. Я замерла, прижавшись к стене.

Линкольн вытащил свой меч и направил его в грудь Бердока.

– Я вызываю тебя на бой. Будем сражаться насмерть. Если я выиграю – Бриэль Этвотер будет освобождена от своего рабского контракта и станет свободной душой.

Казалось, что время остановилось, а в воздухе повисло заряженное электричество. Никто не двигался.

Запрокинув голову, Бердок расхохотался. Теперь черный дым выходил из его глаз, носа и рта. Я заметила движение в задней части клиники. Моя мать наблюдала за происходящим из-за открытой двери, разинув рот.

– Вряд ли ты можешь предложить мне что-то более ценное, чем эта девчонка. Сделки не будет, – он вытащил из-за пояса тяжелую булаву. – Но я все-таки убью тебя за незаконное проникновение в мою клинику.

С невозмутимым видом Линкольн достал из-за спины другое оружие. Этот меч был еще больше, и горел еще ярче. Он излучал невероятную силу, и дым Бердока отступил, лишь приблизившись к сияющему лезвию.

– Перед тобой меч архангела Михаила, отданный добровольно. Он достанется победителю этой битвы, – Линкольн положил клинок на землю, отгоняя черный дым.

Бердок пораженно смотрел на оружие с жадным блеском в глазах.

– Значит, если я убью тебя, то получу и меч, и девчонку?

Линкольн кивнул, протягивая ему сияющий свиток из пергаментной бумаги.

– Сами падшие подписались под этим документом. Все четверо. – Он бросил свиток на землю.

Бердок ухмыльнулся и хлопнул в ладоши. В его руке появился красный светящийся свиток.

– Я согласен. – Он бросил документ в центр комнаты.

Линкольн кивнул.

– Бриэль – моя свидетельница. Зови своего.

Демон хмыкнул, показав свои острые, почерневшие зубы.

– Он уже в пути. Снаружи. Я обведу периметр.

Значит, в его способности входила еще и телепатия. О боже.

Линкольн попятился к двери, не поворачиваясь спиной к Бердоку. Я сделала то же самое. Меч Михаила и два пергамента остались на полу реанимационной клиники.

– Кейт, следи за залогом. Если с ним что-нибудь случится – я тебя убью, – сказал он моей матери.

Она кивнула и бросилась в центр комнаты, подбирая меч и пергаменты.

Мы с мамой обменялись многозначительными взглядами. Взглядами, которые сказали обо всем. Она хотела, чтобы я была свободной. Я хотела быть свободной. Вот только я не знала, чем это обернется для моей семьи.

Повернувшись к Бердоку, я увидела, что его свидетель действительно уже прибыл. Он вызвал босса Шии, мистера Грима. Моя лучшая подруга сидела на водительском сиденье рядом с ним. На лбу Линкольна выступил пот. Пребывание в Городе Демонов постепенно лишало его сил.

Как только босс Шии вышел из машины, Бердок указал на него.

– Ты мой свидетель. Если я умру – этот молодой человек уйдет с Бриэль и мечом, а ее контракт будет расторгнут.

Грим кивнул, оглядывая Линкольна с головы до ног, словно тот был едой. Затем он сплюнул на землю, и тротуар задымился.

– Если я убью его – что совершенно неизбежно, – то получу меч архангела Михаила и оставлю себе Бриэль. Это верно, мальчик? – уточнил Бердок.

Линкольн кивнул и вышел на парковку.

– Тогда приступим, – ухмыльнулся демон.

– С удовольствием.

Шагая вперед, Бердок слегка наклонился, чтобы выплюнуть струю черного огня. Пламя расползлось по асфальту, очерчивая идеальный круг вокруг Линкольна и его противника. Языки пламени извивались на высоте двух футов, и в мои ноздри ударил едкий запах кислотной серы.

Пресвятой конец света. Линкольн не переживет этот бой.

– Это адский огонь, сынок, так что советую к нему не прикасаться. Если, конечно, ты не хочешь встретиться с Князем Тьмы, – прорычал Бердок.

Я широко распахнула глаза. Огонь – это портал к Люциферу?

Линкольн пристально посмотрел на демона и напрягся, расправляя свои великолепные белые крылья, которые растянулись почти на пятнадцать футов. Взмахнув крыльями, он затушил часть огненного круга.

– Ты меня не напугаешь, старик, – выплюнул Линкольн.

Ого.

Бердок превратился в размытое пятно. Совсем как чертов вампир: в одну секунду он стоял на месте, а уже в следующую оказался перед Линкольном. Он взмахнул булавой и ударил Линкольна в грудь, пробив его броню и разорвав кольчугу.

У селестиала перехватило дыхание, но он удержался на ногах и воспользовался близким расстоянием, чтобы броситься на него с мечом. Линкольну удалось порезать демону руку, прежде чем тот успел отскочить.

Я забыла упомянуть, что Бердок был невероятно быстрым. Упс.

Демон замахнулся правой рукой, намереваясь ударить Линкольна в лицо. Но селестиал взмахнул крыльями и взмыл в воздух, зависнув над противником, вне его досягаемости. Разъяренный Бердок выплюнул струю оранжевого пламени, которое задело кончики крыльев Линкольна. Селестиал запаниковал, взлетая все выше и активнее хлопая крыльями в попытке погасить пламя. Я нервно грызла ногти, наблюдая за происходящим. Все происходило слишком быстро.

Наконец, огонь потух, и внезапно Линкольн рухнул вниз, сложив крылья прямо над Бердоком. Он приземлился прямо на демона, повалил его на землю и одним сильным ударом меча отрубил моему хозяину левый рог.

– Убей этого дурака! – взревел Гримлок.

Из раны вырвался черный дым, и Линкольн закашлялся. Дым окутал обоих противников, скрывая их из виду. До меня доносились лишь хрипы и лязг металла.

Мой взгляд отыскал Шию на другой стороне стоянки. Она выглядела потрясенной. Ее отвисшая челюсть и татуировка со знаком смерти заставили меня задуматься. Мне в голову пришла сумасшедшая мысль. Мысль, из-за которой меня могли убить.

Внезапно над черным дымом поднялся яркий голубой свет, а затем из него вылетел Линкольн с Бердоком на руках. У демона не было рогов, он истекал кровью и орал от ярости, пока Линкольн поднимал его все выше и выше.

А затем он бросил Бердока. С высоты пятидесяти футов.

Демон летел вниз, извергая огонь и визжа во все горло. Когда он упал на землю – на тротуаре появилась вмятина, похожая на кратер, расколотый по краям. Кажется, он сломал обе ноги, но ему было все равно. Бердок вытащил из ботинка кинжал, и, когда Линкольн бросился к нему с мечом, демон метнул клинок прямо в него. Я закричала, но это было бесполезно. Кинжал пролетел через парковку и вонзился в бедро Линкольна. Взревев от боли, селестиал пролетел последние несколько футов и неуклюже приземлился, сломав лодыжку. Я слышала хруст его костей.

Я вздрогнула и шагнула вперед, чтобы хоть как-то помочь, но мама оттащила меня назад.

– Если ты вмешаешься – бой будет аннулирован. У него все получится.

Я хотела возразить, но она была права. Наверное, это было против правил, а Линкольн был так близко к победе. Кажется, у него действительно был шанс.

Я могла стать свободной.

Линкольн и Бердок уставились друг на друга, окровавленные и сломленные. Линкольн медленно вдохнул, закрыв глаза. Когда они снова открылись – его зрачки светились жутким голубым светом.

– Возвращайся обратно в ад, демон! – прорычал он, поднимая меч. Бердок размахивал своей булавой и, как только селестиал оказался достаточно близко, он отпустил оружие в надежде ударить противника в лицо. Линкольн поднял свой клинок, вспыхнувший ослепительно голубым светом, и разбил булаву на сотню осколков.

Вау.

В этот момент Бердок понял, что проиграл. Демон открыл рот, чтобы заговорить, но Линкольн обрушился на него сверху и снес ему голову, прежде чем тот успел произнести хотя бы слово.

Я не верила своим глазам. Бердок был мертв.

Светящийся красный контракт в руках моей мамы превратился в пепел, и мы обе ахнули.

Я была свободна. Я стала свободной душой.

По щекам моей мамы потекли слезы, и я хотела насладиться моментом вместе с ней. Всю свою жизнь я мечтала выбраться из этой дыры, но в тот момент я не могла радоваться. Потому что моя лучшая подруга стояла на другой стороне парковки с меткой смерти на руке, темными кругами под глазами и синяками на лице. Я знала, что Академия Нечестивых сломает ее. Сильный, прекрасный дух Шии угасал день ото дня, а я дала обещание, что никогда этого не допущу. Я твердо решила, что не позволю ей погрузиться в темноту.

– Твоя метка исчезла, – озадаченно сказала мама. Я потерла свой лоб.

Линкольн меня убьет.

Я протянула руку, забирая у нее меч Михаила.

– Я люблю тебя, мама, – сказала я, а затем вошла в круг, переступив через отрубленную голову Бердока.

Когда я вытащила свой кинжал, он ярко вспыхнул, испуская золотисто-желтый свет. Я направила кончик лезвия на хозяина Шии.

– Грим, я бросаю тебе вызов. Если я тебя убью – контракт Шии будет расторгнут, и она станет свободной душой.

На стоянке клиники разразился хаос. Моя мать, Шия и Линкольн закричали в знак протеста. Я не могла побороться за контракт моей мамы, потому что ее хозяин был мертв. Значит, я должна была бороться за Шию, пока у меня был шанс. Я знала, что мама меня поймет. Когда-нибудь. При условии, что я выживу.

Гримлок только ухмыльнулся, и его глаза вспыхнули красным.

– А если я выиграю? – Он снял пиджак, обнажив волосатую грудь, покрытую шрамами.

Я бросила к его ногам ангельский меч.

– Меч архангела Михаила, отданный добровольно, – я попыталась вспомнить формулировку, которую использовал Линкольн. Больше похоже на добровольно украденное, но я надеялась, что это не имело значения.

Демон ухмыльнулся.

– Я хочу получить не только меч, но и тебя в придачу. А еще я меняю условия. Мы будем драться не до смерти, а до поражения. Если один из нас сдастся – мы оба можем сохранить свою жизнь.

– Отлично! – выплюнула я сквозь стиснутые зубы.

– Ни за что! – Линкольн рванулся вперед, прихрамывая на одну ногу. Нож все еще торчал из его ноги, кончики крыльев были обожжены, а по рукам стекала кровь. Он схватил меня под руку и потащил к машине. – Ты с ума сошла? – От ярости у него изо рта вылетала окровавленная слюна.

«Мы справимся, – подначивала Сэра. – Шия – часть семьи».

Я уперлась ногами в асфальт и указала на Шию, которая стояла рядом с моей мамой.

– Эта девушка – моя сестра, – сказала я.

Линкольн нахмурился, переводя взгляд с моего бледного лица на ее смуглую кожу.

– Я понимаю, что ты мне не доверяешь и что мы совсем мало знакомы, но ты должен знать одну вещь: я чертовски верный друг, и я ее не брошу. Я лучше умру!

Он выглядел побежденным, слабым и изможденным.

– Как пожелаешь. – Линкольн рухнул на заднее сиденье моей машины. Из его ноги текла кровь.

Значит, он не против? У меня не было времени это выяснять. Повернувшись, я оказалась лицом к лицу с Гримлоком.

– Я принимаю твои условия.

Демон усмехнулся и хлопнул в ладоши. У него в руках появился контракт Шии, который он протянул моей матери.

– Мой свидетель будет здесь с минуты на минуту, – заявил он.

Линкольн пробормотал что-то неразборчивое, протягивая ко мне руку. О нет. С каждой минутой ему становилось все хуже и хуже. Я открыла заднюю дверь машины и помогла ему забраться внутрь.

– С тобой все будет в порядке? – спросила я. – Мне позвать на помощь?

Он отрицательно покачал головой.

– Пока я здесь, мне никто не поможет. Просто поторопись. Чем дольше тянешь – тем больше шансов проиграть.

Спасибо за поддержку.

Повернувшись, я увидела Шию. По ее щекам текли слезы.

– Какого черта ты делаешь? Отмени бой!

Я покачала головой.

– Я не уйду без тебя. Ты перейдешь на темную сторону, мы перестанем разговаривать, и моя мама выплачет все глаза. Так что нет.

Она рассмеялась сквозь слезы и бросилась ко мне, чтобы сжать меня в крепких объятиях.

– У него есть старая травма левого колена, он все время на нее жалуется. Еще у него тонкая кожа на шее. Все остальное прочное, как резина, – прошептала Шия, прежде чем отстраниться.

Только тогда до меня дошло, что я собиралась убить живое существо или, по крайней мере, попытаться это сделать. Эта была пугающая мысль. Неважно, демон он или нет, – я стану убийцей.

Оглядев стоянку, я увидела его свидетеля. Гримлок вызвал абруса, который собирался выкупить мой контракт.

Замечательно.

Я уже собиралась войти в круг, когда Линкольн вытянул руку и схватил меня за запястье.

– Если она действительно часть твоей семьи – клинок серафимов будет ее защищать.

Что бы я ни собиралась делать дальше – мне нужно было поторопиться. Заднее сиденье моего внедорожника было залито его кровью.

В этот момент начался дождь, который милосердно погасил черный огонь.

«Когда он приблизится, пни его левым коленом и целься в горло», – сказала Сэра.

Кажется, у меня в голове поселился личный боевой инструктор.

Сделав глубокий вдох, я расправила крылья. Я еще не умела летать, но по крайней мере меня научили парить в воздухе. Это могло оказаться полезным.

Демон ухмыльнулся, и из его спины вырвались черные кожистые крылья, как у летучей мыши.

Что я наделала?

Без каких-либо церемоний он бросился на меня с пылающим зазубренным мечом. Огромные крылья помогали демону удерживаться над землей, еще больше увеличивая его рост.

«План В! – крикнула Сэра. – Проскользни под ним и разрежь ему пах!»

Мои глаза вылезли из орбит.

«Что?» – но у меня не было времени протестовать. Уже через секунду противник сбил бы меня с ног.

Что ж, терять нечего.

Я упала на колени, и, когда он пролетел надо мной, я выгнулась назад и вонзила кинжал ему в пах. Кажется, лезвие врезалось в кость, но я не могла понять, сколько урона нанес мой удар. Гримлок даже не вскрикнул, а на моем клинке не осталось ни капли крови. Я вытащила из раны совершенно чистое лезвие.

Поднявшись на ноги, я дважды взмахнула крыльями и зависла над землей. Гримлок стремительно приближался ко мне.

Я делала это ради Шии.

Единственным, что стояло между нами и нашей свободой, был он. И я ни за что не позволю ему выиграть.

Демон бросился на меня, выставив свой пылающий красный меч. Мы должны были столкнуться, и я ничего не могла с этим поделать. Без щита или доспехов он бы выпотрошил меня, как рыбу.

«Вытяни ногу!» – выкрикнула Сэра.

Я последовала ее совету, ударив его в грудь. В этот момент его клинок рассек мое бедро с внешней стороны. Ногу пронзила жгучая боль, и я завопила. Этот ублюдок меня ранил, но, по крайней мере, мои внутренности все еще были на месте.

Он ухмыльнулся и отскочил назад, чтобы набрать большую скорость, но я не дала ему такого шанса. С боевым кличем я сильнее захлопала крыльями и бросилась на Гримлока, намереваясь перерезать ему горло. В этот момент он пригнулся вниз, и мой кинжал вонзился ему в глаз.

Ну что ж, сойдет.

«Не вынимай лезвие!» – крикнула Сэра.

Кинжал вспыхнул обжигающе-синим цветом, и воздух наполнили пронзительные вопли Грима. Он начал наносить удары вслепую, пытаясь задеть меня. Мне пришлось отступить назад, оставляя свое единственное оружие в его глазнице. Демон продолжал кричать, пока из его ушей вырывались лучи белого света.

«Шия – часть семьи, – злобно заявила Сэра. – Она принадлежит нам, а не ему».

Мое оружие окончательно свихнулось.

Гримлок упал на землю, пытаясь вытащить мой кинжал из своего глаза. Раскаленная рукоять обожгла его ладонь, и ему пришлось разжать пальцы.

Теперь он лежал на асфальте прямо передо мной, но у меня не было оружия. Я не знала, что мне делать.

Видимо, я раздумывала слишком долго, потому что он схватил меня за шею и швырнул через стоянку. У меня не было времени взмахнуть крыльями, и я тяжело приземлилась прямо на задницу, сильно ударившись копчиком. По нетвердой походке и слезящемуся глазу Гримлока я поняла, что демон почти ничего не видит, иначе он бы уже разрезал меня своим жутким мечом. Но он все еще мчался в мою сторону с пугающей скоростью, издавая низкое, горловое рычание.

«Встань и ударь его по колену!» – проинструктировала Сэра.

Ах да, травма колена.

Вскочив на ноги, я невольно застонала от боли. Моя поясница и нога наверняка были повреждены. Использовав правую ногу в качестве опоры, я подняла левую ногу, которая все еще кровоточила, и направила свою силу в удар. Как только он приблизился – моя нога в тяжелом ботинке встретилась с его коленной чашечкой, и по парковке разнесся громкий хруст.

– Надери ему задницу! – во все горло крикнула Шия. Это была та Шия, которую я знала. На мгновение к ней вернулся ее огненный дух.

– Покончи с ним! – добавила мама, подбадривая меня.

Демон выронил свой меч, и, когда он упал, Сэра послала мне кучу мысленных образов, мелькающих в моем сознании. Но я не могла остановиться, чтобы поразмыслить над этими приемами или задать ей вопросы. А еще я не хотела давать своему противнику шанс сдаться и выжить. Я бросилась на него, схватив свой кинжал. Рукоять оказалась холодной. Лезвие выскользнуло из глазницы с мерзким, хлопающим звуком, и я нацелилась прямо в горло демона.

– Я сдаюсь! – закричал он.

Да пошел ты.

Я резко опустила руку, но невидимая сила обвилась вокруг моего запястья, удерживая его в дюйме от горла демона. Мой взгляд метнулся к абрусу. Он поднял одну ладонь, играя со мной, как с марионеткой. Когда он взмахнул рукой – мое тело оторвалось от Гримлока и ударилось о землю. Мое раненное бедро заныло от боли.

– Ты победила, – мягко сказал он. – Ступай. Не волнуйся, мы скоро увидимся. – Его взгляд остановился на Сэре. – Отличный кинжал серафимов.

Я тяжело сглотнула, поворачиваясь к Шие. На ее лбу больше не было татуировки в виде красного полумесяца. Ее договор превратился в пепел. Я посмотрела на маму, и она бросилась ко мне, низко склонив голову. Отдав мне меч Михаила, она притянула меня к себе, чтобы обнять.

– Я очень тобой горжусь. Позвони мне, как только сможешь, но больше никогда сюда не возвращайся.

Ее слова потрясли меня до глубины души. Мое зрение затуманилось от слез.

– А как же ты и Майк?

У меня кружилась голова. Сколько крови я потеряла?

– С нами все будет в порядке. Иди, – сказала она более твердым тоном и повернулась ко мне спиной, чтобы вернуться в клинику.

Что будет с моей семьей? Почему на лбу у моей мамы все еще была рабская метка, если ее босс умер? У меня были тысячи вопросов, но из-за головокружения я едва держалась на ногах. Опустив глаза, я увидела, что стою в луже собственной крови.

Вот дерьмо.

Мир начал расплываться у меня перед глазами. Шия просунула руку мне под мышку, затащила меня на заднее сиденье машины и слегка толкнула вперед, так что мое тело облокотилось на Линкольна. Два окровавленных, полумертвых человека на заднем сиденье внедорожника.

– Доставь нас… в… академию, – слабо сказал ей Линкольн. Шия захлопнула заднюю дверь и бросилась к водительскому сиденью.

Моя спина была прижата к груди Линкольна, а его теплое дыхание вырывалось из груди короткими хрипами, касаясь моей шеи.

– Ты… самая сумасшедшая… девушка… которую я когда-либо… встречал. – Он потянулся ко мне рукой. Его ладонь сияла теплым, оранжевым светом. Резко дернувшись, машина сорвалась с места, и я вспомнила, что у Шии не было прав.

Но у меня не осталось сил на беспокойство. Я просто уставилась на светящуюся руку, которая лежала на моем раненом бедре. Линкольн пытался меня исцелить. Он истекал кровью, но все еще пытался меня исцелить.

– Ты – самый красивый парень, которого я когда-либо встречала, – глупо сказала я. Видимо, из-за потери крови я немножко сошла с ума и позабыла про все запреты.

Из моей груди вырвался низкий смешок, а затем меня накрыла черная пелена, и я потеряла сознание.

Глава десятая

Мое сознание возвращалось постепенно.

Я помнила, как Ной стоял надо мной и что-то кричал. Потом появился яркий золотой свет, обрамляющий фигуру Рафаила. Я помнила испуганное лицо Линкольна, склонившегося надо мной, и громкий плач Шии.

Все это приходило обрывками, как плохой сон.

Теперь я чувствовала под собой мягкие простыни, а моя грудная клетка, бедро и копчик пульсировали от боли. Я попыталась заговорить, но из моего горла вырвался сухой хрип. Открыв глаза, я поморщилась от яркого света.

В поле моего зрения появилось лицо Шии.

– Ты просто сумасшедшая! Никогда больше так не делай, – возмущалась она, тыча пальцем мне в лицо для пущей убедительности.

Я попыталась улыбнуться, но мышцы моего лица все еще болели.

– Обещаю, – подняв трясущуюся руку, я провела большим пальцем по ее чистому лбу.

Тогда она разрыдалась и обняла меня.

– Спасибо! – всхлипнула она мне на ухо. – Mi familia[4].

– Всегда пожалуйста, mi vida loca[5], – на самом деле я не знала испанского, а просто использовала случайные фразы, потому что это всегда заставляло Шию смеяться.

И сейчас я была вознаграждена искренним смехом.

Оглядевшись вокруг, я поняла, что нахожусь в какой-то больничной палате и рядом с моей кроватью не было ничего, кроме одного-единственного стула. Приоткрытая дверь вела в коридор, выложенный плиткой.

– Мы в клинике исцеления Академии Падших, – сказала Шия.

Я кивнула.

– Меня исключили? У меня большие проблемы?

Мы стали свободными душами, но без работы мы не могли жить в Городе Ангелов, и нам было запрещено въезжать в Город Демонов. Если нам не разрешат остаться в академии – мы буквально окажемся на улице.

Шия пожала плечами.

– Кажется, нет. В смысле, они много кричали, но я много раз слышала слова «храбрая идиотка». Кажется, старик к тебе привязался.

Я улыбнулась. Рафаил.

– С Линкольном все в порядке? – спросила я, глядя на открытую дверь.

Настала ее очередь улыбнуться.

– Ты имеешь в виду того красавца, который боролся за твою свободу? Да, его травмы оказались незначительными. Просто Город Демонов отнимал у него энергию или что-то вроде того. Как только мы пересекли границу – он сразу оживился. Кажется, ему наложили несколько швов, но он потерял совсем немного крови.

Я облегченно вздохнула.

– Он зол на меня?

Моя подруга снова ухмыльнулась.

– Очень зол. Просто взбешен. Он ударил кулаком в стену, – Шия указала на дыру в штукатурке. Я поморщилась, и она положила руку мне на плечо. – Ты чуть не умерла, Бри. Ты не можешь сражаться с демонами, как будто ты самая крутая девчонка на свете.

Я чуть не убила демона, так что да, я действительно была довольно крутой, но я не стала об этом говорить. Иначе Шия набросится на меня, как самая настоящая пуэрториканка, начнет ругаться по-испански и сердито размахивать руками у меня перед носом. Кивнув, я взглянула на груду своей одежды, лежащей на стуле, и впервые заметила, что на мне был лишь тонкий больничный халат.

– Где Сэра? – спросила я, разглядывая халат, и Шия нахмурилась.

– Кто?

– Мое оружие.

Ее лицо просияло.

– Ах да. Прямо в середине своей тирады Линкольн сорвал с тебя кинжал и сказал, что тебе запрещается выносить его из тренировочного зала.

Этот придур…

– Бриэль. Ты очнулась, – из дверного проема раздался голос Рафаила.

Я села, торопливо натянув на себя простыню. Рафаил пришел вместе с мистером Клеймором, и теперь они оба смотрели на Шию.

– Войдите, – сказала я. Пожалуйста, не выгоняйте нас.

– То, что ты сделала, было очень опасно, – отчитал меня Рафаил. Я нахмурилась.

– Я знаю, но…

– Но также достойно восхищения. Я поражен этой историей. Спасти свою сестру от пожизненного рабства… Это по-настоящему трогательно.

Шия приподняла одну бровь, глядя на меня.

– Сестру? – переспросила я. Конечно, я считала ее своей сестрой, но…

– Линкольн сказал, что вы – семья, – заявил Рафаил, не обращая внимания на тот факт, что волосы и кожа Шии были темнее моих примерно на десять тонов.

Линкольн так сказал? Хм-м. Может, они позволят Шие остаться в академии только при условии, что она моя родственница?

Я схватила Шию за руку.

– Так и есть! И если вы меня выгоните – нам будет негде жить.

Оба джентльмена рассмеялись, обменявшись многозначительными улыбками. Для мужчины лет сорока с небольшим мистер Клеймор был довольно красив. Его короткие каштановые волосы с серебристыми прядями обрамляли доброе лицо с сияющими глазами.

– Мы тебя не выгоним, – заверил Рафаил. – Я привел мистера Клеймора, чтобы посмотреть, можно ли стереть метку смерти, если Шия этого хочет. Она могла бы стать ученицей Академии Падших. Проживание и питание, конечно, бесплатные.

Мне не хотелось демонстрировать эмоции, но я не сдержалась, и по моим щекам потекли слезы.

Шия вскочила со стула.

– Да! Это было бы просто замечательно. Я приняла метку против своей воли. Они прижали меня к креслу, чтобы я не вырывалась, и… – ее голос сорвался, прежде чем она смогла договорить.

Мистер Клеймор нахмурился, делая шаг вперед.

– Если это так, то я легко могу ее удалить. Мне потребуется пара дней, чтобы сварить зелье, но после этого твоя метка исчезнет, как будто ее никогда и не было.

Шия тяжело дышала, явно пытаясь взять себя в руки.

Рифаил хлопнул в ладоши.

– Значит, решено! Я полагаю, вы хотели бы жить вместе? Смотритель подготовит вашу комнату. Вам удалось забрать какие-нибудь личные вещи?

Мы с Шией обменялись взглядами. Ага, конечно. Мы бежали из Города Демонов со всех ног. Я собрала сумку, как велел Линкольн, но в ней было лишь немного одежды и один комплект нижнего белья с моей зубной щеткой.

Он кивнул, и его блестящие волосы рассыпались по плечам.

– Я говорил с твоей матерью час назад. Она позвонила, чтобы узнать о твоем здоровье. С ней все в порядке, а ее новый… работодатель разрешил ей навещать вас раз в месяц. Тогда она сможет привезти ваши вещи. А пока миссис Грили принесет вам корзину с забытыми вещами, вдруг вам что-то понравится.

Я едва расслышала, о чем он говорил, радуясь, что с мамой все хорошо. Мне было любопытно узнать, кто ее новый хозяин. На самом деле я надеялась, что после смерти Бердока она станет свободной.

– И еще кое-что. – Рафаил поднял палец. – Школа, комната и питание здесь бесплатные, но если вам нужны дополнительные деньги, придется найти работу на неполный рабочий день. Я слышал, что клиника ищет нового сотрудника, и с твоими целительскими способностями, Бриэль, они бы взяли тебя без раздумий.

Мои целительские способности, о которых я ничего не знаю.

Я кивнула.

– Благодарю вас, сэр. Я этим займусь.

Мистер Клеймор посмотрел на Шию.

– А мне бы пригодился маг-ассистент, чтобы следить за моими припасами, измельчать порошки и помогать с зельями.

Шия молча кивнула, широко раскрыв глаза.

Они позволили нам остаться. Они дали нам работу.

Боже мой, Город Ангелов – это рай на земле.

Мы наконец-то освободились от тьмы, которая нависала над нами бо́льшую часть нашей жизни. Мы больше не были рабами. Мы стали свободными душами, и это было приятное чувство.

Рафаил направился к выходу, и я выпрямила спину.

– Сэр, еще кое-что… Эм-м, Линкольн забрал Сэру, мой клинок серафимов. Могу я получить его обратно? – Я была уверена, что архангел меня поймет. Разве Линкольн имеет право обращаться со мной, как с пятилетним ребенком?

Он нахмурился.

– Я назначил Линкольна ответственным за твое обучение. Если он считает, что тебе не следует носить клинок вне занятий, то я ничего не могу с этим сделать.

Поклонившись, они оба ушли.

Гр-р-р. Линкольн явно злоупотреблял своей властью, но именно он вернул мне свободу, так что я была вынуждена делать все, что он говорит.

О боже.

В этот момент ко мне вернулись недавние воспоминания. Линкольн назвал меня сумасшедшей, а я назвала его красивым. Я закрыла лицо руками, молясь, чтобы он об этом забыл. Подняв глаза, я увидела, что Шия не мигая уставилась в одну точку на стене. Ее лицо застыло в выражение полного шока.

– Что-то не так? – спросила я. – Разве ты не счастлива?

Она кивнула.

– Я очень счастлива. Но это кажется странным. Я уже и забыла, каково это – быть счастливой.

Я улыбнулась и взяла ее за руку.

– Я обещала, что не позволю тебе погрузиться в темноту.

Шия кивнула.

– А я обещаю, что к концу первого курса ты непременно поцелуешь Линкольна.

Я широко распахнула глаза.

– Шия, прекрати. Он вроде как мой учитель. И вроде как полный придурок.

Она ухмыльнулась.

– Слишком много «вроде как». – Я пнула ее локтем, и она рассмеялась.

Раздался стук в дверь, и в палату вошла невысокая брюнетка лет сорока, держа в руках огромную корзину с одеждой. Я успела разглядеть небольшой рюкзак и бутылку с водой. Помимо всего прочего, женщина принесла пару костылей.

– Как ты себя чувствуешь, дорогая? – спросила она, поставив корзину и костыли у изножья моей кровати. На ее предплечье была выбита татуировка Рафаила.

– Бедро еще немного болит, но в целом я в порядке.

Она кивнула.

– Меня зовут миссис Грили. Я руковожу целебной клиникой при Академии Падших. Рафаил сказал, что ты ищешь работу на неполный рабочий день, и я бы с удовольствием тебя наняла.

Я кивнула.

– Да, мэм. Это было бы замечательно.

Она улыбнулась и протянула мне лист бумаги.

– Заполни это до завтрашнего дня и принеси мне. Тогда обсудим твое расписание.

Я схватила листок, прижимая его к груди.

– Так и сделаю. – Мне очень повезло. Я прошла путь от мытья трупов до работы в целебной клинике.

– Вы можете идти, девочки. Горничные уже застилают ваши кровати. Вот карта с обозначением вашей комнаты. Возвращайтесь, если почувствуете боль, и не стесняйтесь брать все, что захотите, из корзины находок.

Я кивнула.

– Хорошо, большое вам спасибо.

Она улыбнулась и тихо вышла из комнаты.

Шия взглянула на карту.

– Эта школа просто огромная. Намного больше, чем Академия Нечестивых.

Я все еще не могла поверить, что мне удалось вытащить ее оттуда. Что мне самой удалось выбраться. Я потерла свой лоб, не веря, что на нем больше не было рабской метки.

Осторожно свесив ногу с кровати, я указала на кучу вещей.

– Помоги мне найти какую-нибудь одежду, – вряд ли я могла надеть свой разорванный и окровавленный комбинезон.

Порывшись в корзине, Шия нашла пару больших вонючих спортивных штанов и чересчур тесную майку. После того как я натянула все эти вещи, мы обе посмотрели на мою одежду и расхохотались.

– Это будут трудные две недели. Скорей бы нам выдали первую зарплату, – сказал Шия, немного успокоившись.

Я поморщилась.

– Может быть, мама сможет передать наше нижнее белье через Майка.

Шия согласно кивнула.

– Было бы замечательно. Я не хочу ходить по Академии без лифчика.

Мы запихнули в рюкзак бутылку с водой, наушники, толстовку, две спортивные рубашки и зонтик. Выписавшись из клиники, отправились на поиски нашей комнаты. Когда мы окончательно заблудились, выяснилось, что все это время Шия держала карту вверх ногами.

После того как я взяла управление на себя, мы нашли Брайт-Холл. Этот зал предназначался только для девушек, в то время как Стоун-Холл – для парней. Их объединяло общее помещение, доступное для всех учащихся. Я быстро отыскала Люка и Анджелу, чтобы познакомить их с Шией и вкратце пересказать события прошлого вечера. Отойдя от шока, они искренне поздравили нас с тем, что теперь мы сможем полноценно посещать занятия в академии.

– Боже мой, подруга, теперь мы сможем вместе переживать по поводу Испытания, – воскликнул Люк.

– Испытание? – осторожно спросила Шия.

Анджела наклонилась ближе.

– Это своеобразный тест, который проходят в конце года, – прошептала она. – Если ты потерпишь неудачу, то сразу же отправишься домой и вряд ли получишь магическую должность. Скорее всего, ты окажешься на дрянной, человеческой работе или станешь охранником для богатой человеческой семьи. Но если ты сдашь экзамен, то поступишь на второй курс.

Я думала, что нас ждет простой письменный тест, или, может быть, пара движений с мечом, но Испытание?

– Ты уже на третьем курсе, Анджела. Можешь рассказать что-нибудь про этот экзамен?

Она отрицательно покачала головой.

– На нас наложили заклинание молчания. Но поверь мне, тебе пригодится любое преимущество, так что не пропускай занятия. Это все, что я могу сказать.

Внезапно в зале замерцали все лампы, и нам велели разойтись по комнатам. Пожелав Анджеле и Люку спокойной ночи, мы направились в комнату номер 11.

Прямо посреди коридора, прислонившись к нашему дверному косяку, стояла Тиффани.

Она прищурилась, оглядывая мой костюм, татуировку Шии и мои костыли. Наконец, ее взгляд остановился на моем лбу.

– Что случилось с твоей рабской меткой, Архи? – нараспев спросила она, все еще блокируя нашу дверь.

Я взглянула на Шию, которая выглядела абсолютно взбешенной, а затем пожала плечами.

– Должно быть, стерлась о грудь Линкольна, пока мы обнимались на заднем сиденье моей машины.

Лицо Тиффани вспыхнуло от гнева, и мне показалось, что у нее из ушей сейчас пойдет дым.

– Устраивайтесь поудобнее. Раньше это была моя комната, – она пронеслась мимо, задев меня плечом.

От резкого толчка мой копчик пронзила боль.

– Я могу сделать так, что у нее выпадут все волосы. Этому учат в Академии Нечестивых, – прорычала Шия.

Я махнула рукой.

– Тиффани того не стоит. Она одержима Линкольном, так что я уже испортила ей вечер.

Шия ухмыльнулась.

– Должна сказать, ты здорово ее отбрила.

Засмеявшись, я открыла дверь. Комната была совсем небольшой, но уютной и чистой. В ней было окно, расположенное посередине задней стены, и кровати с выдвижными ящиками. Типичное общежитие. Высоко над кроватями, примерно в двух футах от потолка, выстроились полки, огибающие всю комнату. На них стояла куча книг и некоторые магические предметы. На стороне Шии я заметила банки со странными вещами, вроде лягушачьих лапок, а на моей выстроились книги о царстве ангелов и другие вещи, связанные с селестиалами.

– Ух ты. В Академии Нечестивых нам приходилось платить за все наши книги. – Она встала на голубое покрывало кровати и начала перебирать тяжелые тома. У изножья каждой кровати размещались письменные столы, и на моем лежало новое расписание занятий.

– Эй, у нас новое расписание. Проверь свое, – сказала я Шие.

Увидев, что теперь мои занятия начинаются в восемь часов, я чуть не расплакалась от счастья. Читая дальше, я не смогла сдержать смех. Мое расписание явно составлял Линкольн.

Бриэль Этвотер

История падших 8:00–9:00 (кабинет 506, миссис Делакур)

Можешь забрать свой кинжал из трейлера Линкольна в 9:01

Боевые искусства 9:05–10:00 (кабинет 511, мистер Брэдстоун)

Тренировка с оружием 10:05–11:00 (кабинет 405, мистер Клеймор)

Обед 11:05–11:30 (столовая)

Тренировка с наставниками-селестиалами 12:00–14:00, по 30 минут с каждым наставником (тренировочный зал 304)

Изучение Света 14:05–15:00 (кабинет 401, мистер Ринкор)

В 15:01 ВЕРНИ КИНЖАЛ В ТРЕЙЛЕР ЛИНКОЛЬНА, ИЛИ У ТЕБЯ БУДУТ ПРОБЛЕМЫ.

Ну надо же, какой раздражительный.

Сравнив наши расписания, я с грустью отметила, что у нас с Шией всего два общих занятия: оружие и боевые искусства, но у меня не осталось сил, чтобы по-настоящему расстроиться. За окном уже начало темнеть, и я чувствовала себя так, как будто меня переехал грузовик. Вытащив из сумки свой разряженный телефон, я разочарованно застонала. Он был совершенно бесполезен без зарядного устройства, которое осталось дома, на тумбочке возле кровати. Завтра мне придется одолжить у кого-нибудь телефон и позвонить маме, дабы убедиться, что с ней и Майком все в порядке и что она продолжит заботиться о Берни и Максимусе вместо меня.

Я не стала утруждать себя походом в душ и просто забралась в постель.

– Я рада, что мы снова вместе, – пробормотала я, глядя на Шию.

Она пристально посмотрела на меня.

– Я тоже. И если ты хочешь, чтобы у этой блондинистой выскочки выпали все волосы – просто намекни.

Впервые за долгое время я заснула с улыбкой на лице.

Глава одиннадцатая

Мы с облегчением обнаружили, что в бесплатную программу обучения было включено трехразовое питание и два перекуса в день. Похоже, нам просто нужно было заработать достаточно денег, чтобы купить себе личные вещи.

Мы с Линкольном не виделись с того самого вечера в Городе Демонов, и я так нервничала перед встречей, что меня чуть не стошнило прямо во время завтрака. Я съела всего две ложки овсянки, и мой желудок тут же пригрозил, что вернет ее обратно, поэтому я отодвинула от себя тарелку. Проснувшись, я поняла, что мне больше не нужны костыли, и, если не считать легкой пульсирующей боли при ходьбе и небольшого зуда на месте швов, – я была исцелена.

Шия сказала, что не испытывает ни капли беспокойства, но я знала: это не так. Рано утром мы обе пошли к портнихе за новой формой, но у Розы не осталось комбинезонов с длинными рукавами. Это означало, что метка смерти на руке Шии была выставлена на всеобщее обозрение.

– Через пару дней метки уже не будет, – напомнила я ей.

Она молча кивнула, прижав руку к груди. Когда прозвенел звонок, мы обе вздрогнули от неожиданности.

– Ладно… Увидимся на уроке боевых искусств, – сказала я, и она снова кивнула.

На протяжении урока истории я изо всех сил старалась не задремать. Нам не рассказали ничего нового. Люцифер восстал из ада, чтобы посеять хаос на земле, на Небесах разразилась война, архангелы пали, дабы сразиться с Люцифером, и так далее, и тому подобное. Потом у всех появились способности, и теперь мы должны были сидеть на этом скучном уроке. Но когда профессор Делакур – женщина-кентавр – начала говорить о Рафаиле, я вновь прислушалась к ее словам.

– Люцифер выпустил своих адских созданий на землю, намереваясь построить мост в царство ангелов, подняться на Небеса и уничтожить всех самых благословенных созданий Творца. Именно Рафаил решил возглавить борьбу и спуститься на землю, чтобы встретиться с врагами лицом к лицу, прежде чем они смогли бы осуществить свой план и убить ангелов.

В школе Города Демонов нам ничего подобного не говорили.

Профессор указала на плакат с иерархией ангелов.

– Здесь, на самом верху, находятся серафимы – хранители престола Творца.

Я сидела на самом краешке стула, слушая с неподдельным интересом. Судя по всему, именно серафимы изготовили мой кинжал.

– За ними идут херувимы – ангелы гармонии и мудрости. Престолы – ангелы воли и справедливости. Господства являются ангелами интуиции и направляют низших ангелов на истинный путь.

Профессор указала на изображение ангела, держащего весы.

– Власти – ангелы выбора. Силы – мои любимчики, – нараспев произнесла она. – Ангелы-воины.

Ничего себе. Я и понятия не имела, что их так много. Я подняла руку, и профессор указала на меня.

– Бриэль?

– А как же Михаил? Он тоже ангел-воин?

Она отрицательно покачала головой.

– Он один из самых низших и все же самых благородных ангелов. Архангелы – защитники человечества.

Я не понимала, почему меня так взволновали ее слова. Архангелы – низшее звено ангельской иерархии – покинули Небесное Царство и пали, чтобы помочь человечеству?

– Почему Силы ничего не предприняли? – спросила я.

Миссис Делакур вздохнула.

– Я не знаю, но из-за этого в ангельском царстве разразилась война. На Небесах существует множество правил, и Рафаил вместе с другими архангелами нарушили некоторые из них, чтобы прийти сюда.

Они нарушили правила. Такого я не ожидала. Их наказали за неповиновение? Прежде чем я успела задать все вопросы, прозвенел звонок. У меня было четыре минуты, чтобы добраться до трейлера Линкольна и забрать Сэру, а затем пойти на урок боевых искусств.

Схватив свою сумку, я побежала через двор академии, прихрамывая на одну ногу. Рану на моем бедре все еще стягивали швы, так что мне стоило быть осторожной. Ангельское исцеление творило чудеса, но иногда ему требовалась помощь обычной человеческой медицины. Я неслась через парковку так быстро, как только могла. Кое-как поднявшись по ступенькам трейлера, я достала свой ключ, вставила его в замок и распахнула дверь.

Линкольн ел свой обед, состоящий из яичницы и яблока. Мой кинжал лежал на скамейке рядом с ним.

– Боже! Разве обязательно так врываться, будто ты полицейский во время облавы? В следующий раз просто постучись в дверь, на случай если я дома, – пробурчал он.

Я задыхалась, как дикий зверь, а во рту пересохло от быстрого бега. Я не ожидала, что Линкольн будет дома. Я не знала, что ему сказать. Он вел себя совершенно обыденно, словно мы не валялись на заднем сиденье моей машины, истекая кровью. Словно я не назвала его красивым.

– Я не ожидала тебя здесь встретить, – сказала я между прерывистыми вдохами. Он кивнул.

– Взял выходной, чтобы закончить исцеление.

Исцеление. Он все еще не восстановился.

Я тяжело сглотнула, пытаясь найти немного слюны, чтобы не выглядеть как лошадь, у которой губы прилипли к зубам.

– Эй, насчет вчерашнего… спасибо тебе за то, что ты сделал.

Линкольн кивнул.

– И? – Он пригвоздил меня взглядом.

Я нахмурилась.

– И… я прощу прощения? – поморщившись, сказала я.

– И? – не сдавался Линкольн.

Я застонала.

– Прошу прощения за то, что чуть не убила нас обоих, но Шия – член моей семьи! Я не могла ее бросить.

– И? – Он широко раскрыл свои голубые глаза, смахивая на сумасшедшего.

Я скрестила руки на груди.

– И что? – Из-за него я могла опоздать на следующий урок.

– И ты больше никогда не сделаешь ничего подобного. – Его руки сжались в кулаки.

Я закатила глаза.

– Само собой. Я не настолько глупая. – Конечно, я не собиралась регулярно затевать драки с высшими демонами и получать смертельные травмы.

Линкольн ухмыльнулся.

– Ты уверена?

Я шагнула вперед. Одной рукой я схватила свой кинжал, а другой – его яблоко, чтобы откусить кусочек и, наконец, смочить горло.

– Увидимся позже. – Положив откусанное яблоко обратно на стол, я вышла из трейлера.

Линкольн Грей разжигал во мне пожар. Я не знала, хорошо это или плохо, но все мое тело было объято пламенем.

* * *

Остаток недели прошел довольно быстро.

Шия удалила свою метку смерти, но другие ученики все же успели ее заметить. Теперь Тиффани называла нас Архи и Дарки. Поскольку Шия была темнокожей женщиной, она не очень благосклонно восприняла это прозвище и «случайно» пролила обжигающе-горячий суп прямо на грудь обидчице. Это был самый яркий момент за всю неделю. Думаю, Шия с удовольствием разбила бы Тиффани лицо, но мы хорошо влились в учебный процесс, и она не хотела вылететь из академии за драку. По крайней мере, пока. С тех пор Тиффани перестала называть ее Дарки, так что трюк с супом оказался довольно эффективным.

Майк привез два огромных пакета с нашими вещами, домашним печеньем и милой запиской от моей мамы. Теперь, когда у меня было зарядное устройство для телефона, я могла позвонить или написать ей. Ее новым боссом был Грим – демон, которого я чуть не убила, чтобы освободить Шию. Упс. Они с Бердоком договорились, что в случае его смерти мистер Грим унаследует его клинику и все контракты. Наверное, Бердока нельзя было реанимировать, потому что Линкольн отрезал ему рога. И слава богу. Мама сказала, что мистер Грим слишком занят своими стрип-клубами и поэтому позволил ей управлять клиникой. Большую часть рабочего дня она проводила в полном одиночестве, что полностью ее устраивало.

– Когда мы в последний раз ходили в клуб? – спросила Шия, разглядывая флаер на вечеринку Хлои.

– Может, год назад? – предположила я, копаясь в своей одежде. – Боже, мама упаковала всю самую практичную одежду. Ничего нарядного, – проворчала я.

Анджела и Люк сидели в нашей комнате. Люк делал Анджеле макияж, тщательно выводя длинную стрелку черной подводкой. Потянувшись к накладным ресницам, он замер и кивнул мне.

– Можете совершить набег на наш шкаф. Бри, ты немного выше Анджелы, но в целом вы примерно одного роста.

Мы с Шией обменялись заговорщицкими взглядами.

– Вы уверены? – спросила Шия.

Прошлым вечером она провела около шести часов, закручивая свои вьющиеся волосы в мелкие завитки, и надела на подушку шелковую наволочку. Теперь ее кудри свисали до подбородка идеальными локонами. Шия явно ждала вечеринку с куда большим нетерпением, чем я. Она познакомилась с моими наставниками-селестиалами и по уши влюбилась в Ноя.

Я уже начала работать в клинике. Миссис Грили сообщила, что Ной был ее заместителем, и заверила, что мои уроки исцеления начнутся с самых простых травм. Пока что я научилась только парению в воздухе, базовым приемам карате и блокированию ударов, но так и не дошла до магии селестиалов.

– Конечно. У меня есть ярко-красный шелковый пиджак, который будет отлично смотреться с твоим оттенком кожи, Шия, – ободряюще сказала Анджела.

Нам не нужно было повторять дважды. Мы со смехом промчались по коридору и провели следующие тридцать минут, наводя беспорядок в ее шкафу. Шия действительно остановила свой выбор на красном пиджаке. К нему она добавила прямые обтягивающие брюки и топ без рукавов. Нам пришлось заклеить ее грудь скотчем, потому что моя мама, очевидно, не считала бюстгальтер без бретелек необходимой вещью.

После долгих раздумий я выбрала шелковые синие шорты с кружевной тесьмой и черный шелковый корсет. Я не привыкла носить такие откровенные наряды, но Шия заверила меня, что я выгляжу совершенно сногсшибательно – ее слова, не мои. За всю свою жизнь я переспала только с одним парнем, и это были самые неловкие тридцать секунд в моей жизни – спасибо школьному выпускному. Так что в тот вечер я не собиралась искать компанию на ночь.

Шия уже выбрала свое вечное оружие – маленькое круглое лезвие размером с кулак, которое можно было зажать между пальцев, как когти росомахи. Она засунула лезвие в свою сумочку, и даже Анджела брала свое оружие с собой.

– Мне нужно взять Сэру? – спросила я.

Анджела кивнула.

– Мы учимся во время самого разгара войны. Демоны редко устраивают нападения в Городе Ангелов, но все же такое случается.

Если я зайду в трейлер – придется ли мне столкнуться с Линкольном? На мне были мои тяжелые ботинки, так что я могла просто сунуть кинжал за голенище, и никто бы ничего не узнал.

Несмотря на то что теперь я жила в Городе Ангелов, Линкольн ни разу не упомянул машину, так что я просто собиралась ездить на ней, пока была такая возможность. Я вытащила свои ключи и протянул их Анджеле.

– Встретимся у моей машины в пять, – с этими словами я выбежала из комнаты, сжимая в руке ключ Линкольна.

Во время наших совместных тренировок он был очень немногословен, появлялся только на время своих тридцати минут и всегда сводил светскую беседу к минимуму, кроме тех случаев, когда он в открытую издевался надо мной – тогда его было просто не заткнуть. Я понятия не имела, что он делал вечером в пятницу, но надеялась, что его не было дома.

Пробегая через парковку, я увидела, что в трейлере горит свет, но его мотоцикла нигде не было видно.

Хм-м…

Вскочив на первую ступеньку, я забарабанила в дверь. Если бы он оказался дома – я бы просто разыграла дурочку и попросила разрешения взять кинжал в клуб на случай непредвиденной опасности.

Подождав целую минуту, я постучала еще раз.

Тишина.

Воспользовавшись своим ключом, я распахнула дверь и прокралась внутрь, чувствуя себя воровкой. Внутри никого не было. Фух. Я закрыла дверь и на цыпочках добралась до кухни, чтобы схватить кинжал, который лежал на столе.

Как раз в тот момент, когда я повернулась, чтобы уйти, дверь ванной распахнулась и оттуда вышел Линкольн. По его коже стекали капли воды, а бедра были обвязаны полотенцем.

Боже милостивый, вот это тело. Я застыла с открытым ртом, уставившись на его рельефную грудь. Когда капля воды стекла по его шее, добралась до пресса и исчезла где-то в районе косых мышц живота – у него были просто замечательные косые мышцы, – я выдохнула громче, чем стоило. Ладно, на самом деле я застонала. Я издала стон.

Провалиться бы под землю.

– Бриэль! – Его взгляд скользнул по моим открытым плечам и ногам, а затем вернулся к моему лицу.

– Я… постучалась. Дважды. – Я даже не могла нормально подобрать слова. Как меня зовут? Где я?

Его взгляд остановился на кинжале, зажатом у меня в руке, и парень прищурил глаза.

– Что ты делаешь?

– Эм, тут такое дело. – Я провела рукой по своим светлым волосам, распуская накрученные локоны одним нервным жестом. – Мы собрались на вечеринку, и Анджела сказала, что на нас могут напасть, и я подумала…

– Ты идешь на вечеринку к Хлое? – Линкольн казался удивленным.

Я поставила руку на пояс.

– Да. Между прочим, у меня есть друзья, – вроде как. Четыре человека.

Кажется, до него наконец дошло, что он стоит передо мной полуголый и мокрый, а я смотрю на него так, словно хочу слизать воду с его груди.

«Я поняла, он нам нравится», – сказала Сэра, но я проигнорировала ее комментарий.

– Хорошо, возьми свой кинжал. Но не делай глупостей.

Я закатила глаза.

– Я постараюсь, но ничего не обещаю. – Взявшись за ручку двери, я остановилась и обернулась, чтобы еще раз взглянуть на него. – Ты тоже идешь? – спросила я про вечеринку.

Линкольн кивнул.

– Если ты, наконец, уйдешь и дашь мне одеться.

Прищурившись, я протянула руку и схватила с тумбочки спелую грушу, прежде чем захлопнуть за собой дверь.

– Прекрати воровать мою еду, женщина! – прокричал он в открытое окно.

Я только усмехнулась. Каждый раз, когда он будет выводить меня из себя, я буду красть у него какой-нибудь фрукт. И к концу года у меня появится целый фруктовый сад.

Глава двенадцатая

– Бриэль! – взвизгнула Хлоя, когда мы вошли в клуб. Она приветствовала людей у входа: внутрь вела простая синяя дверь, за которой следовало два лестничных пролета, уходящих под землю.

Улыбнувшись, я обняла именинницу и представила ей Шию. В ответ Хлоя одарила приветливыми объятиями всех ребят – Анджелу, Шию и Люка, а затем мы преподнесли ей зелье для изменения цвета волос, сделанное Анджелой. Оценив подарок, Хлоя вручила нам билеты в VIP-секцию.

Как только мы спустились вниз, меня окружила громкая музыка, свет и горячие тела, прижатые друг к другу. На сцене выступала певица с фиолетовыми волосами, а над ее головой висел логотип клуба: луна с третьим глазом. Под ним располагалась большая надпись: «С днем рождения, Хлоя».

– Можно я тоже отпраздную здесь свой день рождения? – умоляюще спросила Шия, хватая меня под руку.

Я рассмеялась.

– Конечно, только не жди, что я арендую VIP-зал. – Я шлепнула ее нашими билетами, и она ухмыльнулась.

– Ладно, у меня нет ни цента, так что давай поищем парней, которые купят нам выпивку. – Она потрясла своим декольте, чтобы еще лучше донести до меня свою мысль.

В этот клуб пускали только тех, кому уже было восемнадцать, но я была уверена, что в баре попросят предъявить документы.

– И что вы будете пить, барышня? – спросила я, пытаясь перекричать музыку.

Она закатила глаза и выхватила билеты у меня из рук.

– Хватит вести себя так, будто ты моя мать, – проворчала она. – У них есть магические напитки с теми же эффектами, что и у пончиков. – Она направилась ко входу в VIP-секцию, огороженному красным бархатным канатом.

Я и не собиралась изображать из себя строгого родителя. Ну, может, совсем чуть-чуть.

Ладно, к черту сдержанность. Мне нужно было расслабиться, потанцевать и забыть об этой тяжелой неделе.

Пройдя мимо большого охранника-чернокровки, мы вышли в открытое, менее людное пространство.

Ной, Даррен и Блейк стояли у бара. Как только мы вошли, Блейк поймал мой взгляд и помахал мне рукой.

– О боже мой, Ной здесь, – выпалила Шия.

Я кивнула.

– Будь осторожна, он производит впечатление дамского угодника.

Она пожала плечами, оглядывая его с ног до головы.

– Я не против, чтобы мне угождали.

Я закатила глаза. Сейчас Шия была не против, но когда она будет плакать из-за того, что он ей изменил, – я услышу совершенно другую историю. Мы подошли к парням, и я снова представила им своих друзей.

– Кто хочет выпить? – спросил Ной, не сводя глаз с Шии.

– Мы с Бри возьмем «Взрыв блаженства», – ответила она со сладкой улыбкой.

Он кивнул, бросив на нее соблазнительный взгляд, а затем выслушал пожелания ребят: Люк выбрал дынную «Маргариту», а Анджела простую воду.

– Скучно! – воскликнула Шия, глядя на нее.

Анджела рассмеялась.

– Кто-то же должен присматривать за вами, детишки.

– Ха! Ты старше нас всего на пару лет, – огрызнулся Люк.

Она облизнула свой палец и засунула его в ухо своему младшему брату, заставив того громко взвизгнуть. Они были такими милыми. А вот мы с Майком всегда были готовы перегрызть друг другу глотки. По словам мамы, она испытала самый большой шок в своей жизни, когда обнаружила, что беременна Майком. В тот момент мне было всего десять недель от роду. Я не могу поверить, что только в следующем году он будет учиться вместе со мной.

Нам подали напитки, и после нескольких глотков я начала смеяться. Эти коктейли были точь-в-точь как пончики.

– Давайте потанцуем! – крикнула я, допивая остатки своего коктейля, и потащила всю компанию на танцпол.

Я быстро поняла, что Даррен был главным шутником. Он сразу же вызвал нас на танцевальный поединок, делая очень смешные движения. Шия быстро включилась в соревнование и принялась соблазнительно извиваться, приведя Даррена в полное замешательство. Она завершила свое выступление, шлепнув его по заднице, и мы с Люком разразились хохотом. Шия ничего не стеснялась. Никогда. За это я ее и любила.

Музыка сменилась на что-то более чувственное, и я начала двигать бедрами в такт, подняв руки над головой.

Я люблю этот коктейль. Я люблю жизнь. Я люблю любовь.

Развернувшись, я врезалась в подозрительно знакомую грудь. Я сразу же узнала его запах: терпкий, землистый и такой… аппетитный. Он был таким высоким. Мне просто хотелось взобраться на него, как на дерево.

– Уже напилась? – Линкольн посмотрел на меня сверху вниз.

Мои бедра продолжали двигаться в такт музыке. Да пошел он, я люблю танцевать. Я покачала головой.

– Нет. «Взрыв блаженства». Тебе тоже стоит попробовать. Может, тогда ты перестанешь быть таким занудой.

– Ха-ха, – сказал он, наклоняясь ниже, и я снова ощутила его запах.

– Потанцуй со мной! – Схватив его за руку и подняв ее над головой, я закружилась на носочках, как балерина.

Линкольн пристально посмотрел на Ноя.

– Твоих рук дело? – он указал на меня, не двигаясь с места, пока я танцевала с его рукой.

Ной ухмыльнулся.

– Да ладно тебе, дружище. Расслабься хотя бы на одну ночь.

Еще раз взглянув на своего друга, Линкольн молча отстранился от меня и направился к бару, где ему подали бутылку с прозрачной жидкостью, подозрительно похожей на воду.

Присоединившись к нашей компании, Хлоя начала танцевать с Дарреном. В течение следующих четырех песен мы продолжали веселиться, пока Линкольн пил свою воду, наблюдая за мной с другого конца танцпола. У него на поясе висел длинный меч. Когда я принялась изображать лунную походку – Блейк громко расхохотался. Действие «Взрыва блаженства» уже подходило к концу, и я остро ощущала, как эти голубые глаза наблюдают за мной через барную стойку.

– Сейчас вернусь! – сказала я, поворачиваясь к Шие, которая терлась возле счастливого Ноя. Мое лицо блестело от пота, и я умирала от желания выпить немного воды. Я опустилась на сиденье рядом с Линкольном, привлекая внимание бармена.

– Можно мне стакан воды?

Бармен покачал головой.

– Только бутылки. Они стоят четыре доллара. Вы можете получить бесплатный стакан воды за пределами VIP-зала.

Ох. У меня вытянулось лицо.

– Извините, я не…

Линкольн молча протянул бармену пятидолларовую купюру. Мужчина отдал ему бутылку с водой, а Линкольн передал ее мне.

Что происходит? Конец света? Неужели Линкольн Грей только что сделал для меня что-то приятное?

Когда я взяла бутылку, наши пальцы на мгновение соприкоснулись.

– Спасибо за воду, но с чего такая доброта? Ты головой ударился? – пошутила я.

Он усмехнулся.

– Замолчи, выпей воды и продолжай танцевать, как городская сумасшедшая. Я снимаю все на видео, чтобы потом тебя шантажировать.

У меня отвисла челюсть.

– Ты шутишь? Дай мне свой телефон! – Я потянулась к его карману, но Линкольн схватил меня за запястье.

– Боюсь, ты никогда не узнаешь, – подмигнул он.

О. Боже. Мой. Линкольн подмигивал совсем не так, как Ной. Тот был слащавым, серийным подмигивателем, заигрывавшим со всеми подряд. Линкольн еще никогда мне не подмигивал, и теперь мое сердце готово выпрыгнуть из груди.

Проклятье. Да он мне нравится. Как это случилось?

Я замерла на месте, глупо уставившись на него, но в этот момент люди вокруг начали кричать. Повернувшись к танцполу, я увидела, что все вокруг заволокло черным дымом.

– Что это такое? – спросила я, начиная паниковать. Линкольн вытащил свой меч и встал передо мной, когда музыка резко оборвалась.

– Нападение демонов! – крикнул кто-то из толпы.

Прямо у входа в VIP-зону взорвалась светошумовая граната, и меня ослепил яркий свет. Взрыв был оглушительным. За несколько секунд до того, как погасло освещение, я увидела в толпе двух серных демонов и того, чей вид заставил меня похолодеть от ужаса. Это был демон-абрус, который собирался купить мой договор. Что он здесь делает?

Линкольн дернул меня за руку, и я оказалась на полу, возле барной стойки.

– Шия! – закричала я. У меня в глазах пульсировали яркие белые круги, а в ушах стоял звон.

– Шия! – мой голос охрип от крика. Наверняка она не слышала меня из-за этого оглушающего звука. Благодаря способности к самоисцелению мое зрение и слух быстро пришли в норму.

За это время Линкольн уже сцепился с серным демоном. Сталь мечей звенела в темном дыму, пока люди с криками бежали к выходу. Сунув руку в ботинок, я вытащила Сэру.

«Помоги», – сказала я, не зная, что мне делать.

Линкольн расправил крылья, и, когда на него напал второй серный демон, Даррен поспешил на помощь своему другу. Бар был достаточно большим, но они напали именно в этом месте, что показалось мне подозрительным. Тут же чья-то сильная рука схватила меня за волосы и потянула вверх. Я закричала, хватаясь за руку нападавшего, чтобы уменьшить болезненное натяжение волос.

– А вот и ты, принцесса, – мягко проворковал абрус, наклоняясь к моему уху.

От внезапного осознания меня охватил страх. Он пришел за мной.

– Бриэль! – крикнул Линкольн. Он явно побеждал серного демона, но недостаточно быстро. Абрус дернул меня назад и потащил к выходу. Я взмахнула кинжалом, но в таком положении мне было не на что опереться. Тогда я решила расправить крылья на случай, если это поможет мне вырваться из хватки демона, но в этот момент между моими лопатками раздался болезненный хруст. Абрус обладал какой-то странной магией, которая сдерживала мои крылья внутри. О боже.

Мое внимание привлекло красное пятно. Шия сидела на корточках примерно в пяти футах от меня, ближе к выходу, куда направлялся абрус. Между ее пальцами был зажат острый металлический диск.

Что она собирается…

Шия вскочила на ноги и швырнула оружие в демона.

Лезвие пронеслось в воздухе и, судя по звуку, вонзилось прямо в спину демона.

– Не так быстро, козел! – крикнула Шия.

Абрус взревел от боли и уронил меня. Я упала на ушибленный копчик, но демон все еще сжимал мои волосы. Вскинув руку, он выпустил пурпурно-черный дым прямо в лицо Шие. Она упала на землю и начала задыхаться.

«Сэра!» – мысленно воскликнула я, сжимая свой кинжал.

«Подними меня и закрой глаза».

Я сделала, как она просила. Мы были всего в нескольких футах от входной двери, и мне не хотелось, чтобы меня похитили.

В ту же секунду, как мои глаза закрылись, кинжал вспыхнул ярким светом, и абрус закричал, отпуская мои волосы. Без всякой возможности удержаться на ногах, я упала на спину и больно ударилась головой. Не теряя времени, я перекатилась на бок. Перед глазами мелькали вспышки, но все-таки я видела достаточно, чтобы вонзить Сэру в икроножную мышцу демона. Его крик был таким пронзительным, что я чуть не выпустила клинок в порыве закрыть уши. Это прозвучало так, словно в зале завизжала стая летучих мышей.

«Фу, у него отвратительный вкус», – пожаловалась Сэра.

Я не хотела уточнять, что это значит.

«Что, прости?»

В поле моего зрения появились Линкольн и Даррен. Покрытые черной демонической кровью, они крепко сжимали рукояти своих мечей, готовые к бою.

Абрус неотрывно смотрел в глаза Линкольна, но один из темных магов схватил демона под руку и потащил его к двери. Я ухватилась за рукоять Сэры, вырывая лезвие из его ноги. Визг шин возвестил о том, что наши противники отступили.

Что это было?

Меня обхватили две сильные руки, и в следующую секунду Линкольн поднял меня над землей. Его глаза изучали каждый дюйм моего тела.

– Ты ранена? – спросил он.

Если я скажу нет – он опустит меня на ноги?

– Я ударилась головой, – это не было ложью.

– Подгони машину! – рявкнул Линкольн, глядя на Блейка, и тот побежал к входной двери.

– Шия! – закричала я, вытягивая шею. И только потом я вспомнила, что в нее попало какое-то дымовое заклинание.

Ной уже склонился над ней, и его руки светились оранжевым.

– С ней все будет в порядке, – сказал он.

Глаза Шии слезились от сильного кашля, но она встретила мой взволнованный взгляд и кивнула.

– Ты можешь идти? – спросил меня Линкольн.

Нет.

– Да.

Он опустил меня на землю, и мне захотелось надуть губы. Было приятно побыть в этих сильных объятиях хотя бы пару минут.

– Они пришли из-за нее? – спросил он Даррена, стоявшего рядом с ним.

Даррен нахмурился.

– Похоже, что так и есть.

Все они уставились на меня. Я пожала плечами.

– Это тот парень, который должен был купить мой контракт. Может быть, он хотел меня продать или что-то вроде того?

Линкольн напрягся.

– Ты не продаешься.

Пресвятой подмигиватель, он действительно мне нравится. Что со мной такое?

С другой стороны двери, которая выходила на улицу, раздался громкий стук, и Линкольн распахнул ее одним движением. Там стоял Блейк, который уже успел подогнать свою машину прямо к выходу. Вместе с ним был еще один высокий, широкоплечий парень со светло-каштановыми волосами.

– Брисбен! Добудьте мне записи с камер видеонаблюдения. Я хочу знать, как они проникли внутрь и каков был их план, – рявкнул Линкольн. Он полностью переключился в режим воина, и это было чертовски горячо.

Парень кивнул.

– Так точно.

Он ворвался в зал и побежал на нижний уровень. Казалось, он точно знал, куда идет, и, поскольку его фамилия была Брисбен, я предположила, что он брат Хлои. Тот самый, на которого запал Люк.

Люк и Анджела подошли к нам, удерживая Шию. Глаза моей лучшей подруги слезились, словно в нее прыснули из перцового баллончика. Я понятия не имела, какой магией обладают абрусы, но судя по тому, что я видела за последние несколько дней, это была очень страшная магия.

Линкольн еще раз оглядел меня с ног до головы.

– Ты не ранена? – снова спросил он.

Моя голова пульсировала от удара об пол, но, по крайней мере, не кровоточила. Я напрягла мышцы спины, и мои крылья немного показались наружу, прежде чем снова исчезнуть. Заклинание демона потеряло свою силу.

Я покачала головой.

– Со мной все будет в порядке.

– Ладно. Возвращайся в академию и оставайся там. Больше не покидай территорию и всегда держи при себе клинок серафимов.

«Разумный малый», – отметила Сэра. Надо же, какая перемена во взглядах.

Это было глупо, но я всерьез задумалась над тем, заберет ли Линкольн свой ключ? У меня больше не было причин приходить к нему в трейлер, а значит, я больше не застану его полуголым. Какая жалость.

Когда мы с Дарреном шли к автомобилю, Линкольн окликнул меня по имени.

– Три вечера в неделю, с семи до восьми часов, мы с тобой будем проводить дополнительную боевую подготовку. Это может случиться снова. Пока мы не узнаем, зачем ты им нужна, нам стоит быть наготове.

У меня заныло в животе. Дополнительная тренировка с Линкольном? Только мы вдвоем? Я знала, что это его работа, но отчасти я надеялась, что ему нравится проводить время в моей компании.

Теперь я была абсолютно уверена, что влюбляюсь в этого придурка. Хотя, может, он никогда и не был таким уж придурком.

Может, мое первое впечатление было ошибочным.

Глава тринадцатая

После событий в ночном клубе прошло шесть недель. Я была официально трудоустроена, и мне нравилось работать в целительной клинике, где я, в основном, дурачилась вместе с Ноем, а иногда действительно помогала лечить пациентов.

Исцеление людей оказалось тяжелой задачей. Это было больно. Буквально. Для тренировки я залечила порез на ноге Шии, и тогда нога заболела у меня. Главным качеством любого целителя была самоотверженность, что вызывало у меня искреннее недоумение, учитывая, каким эгоцентричным казался Ной.

Мои тренировки с Линкольном были самой настоящей пыткой во многих отношениях. Сексуальное напряжение было таким сильным – хоть ножом режь. Конечно, я не знала, чувствует ли он то же самое. Бо́льшую часть времени он говорил со мной приказным тоном и хмурился, когда я неправильно держала оружие. Я, в свою очередь, искала способы лишний раз прикоснуться к нему: дотронуться рукой или «случайно» врезаться в его грудь. Я была в отчаянии, и это выглядело по-настоящему жалко. Линкольн забрал у меня ключ от своего трейлера. Казалось, он совершенно мной не интересовался. Тем временем я постоянно вспоминала о том, как капли воды скатывались по его торсу.

– Мисс Этвотер?

Мои глаза метнулись к мистеру Ринкору – селестиалу с силой Гавриила, – из ладоней которого сыпались искры.

Проблема с изучением света заключалась в том, что на этом уроке присутствовали только два ученика: старшеклассник по имени Фред, со способностями Гавриила, и я. Мистер Ринкор был его наставником. Из-за того, что в классе было так мало людей, учитель с легкостью подмечал моменты, когда я переставала его слушать.

– Да? – я постаралась изобразить заинтересованность. Широко распахнув глаза, я уставилась на профессора.

Он указал на мои руки.

– Попробуй.

Я вздохнула. Мне легко давались боевые искусства: мы с Шией выросли в Городе Демонов и поэтому не стеснялись использовать грязные приемы, больше полагаясь на хитрость, чем на силу. Еще мне нравилась история падших, но этот урок? Полный отстой. Для девушки со способностями всех четырех архангелов во мне было подозрительно мало света. Если точнее – ни капли. Меня преследовала навязчивая мысль о том, что тьма внутри меня поглощает весь свет, но я всячески отгоняла ее от себя.

Я потянулась к Сэре, но преподаватель покачал головой.

– Своими руками.

Я тяжело вздохнула, за что получила одобряющую улыбку от своего одноклассника. Фред мог бы выпустить из своих ладоней целый праздничный салют, оглушая и ослепляя всех вокруг. А что же я? Приложив невероятные усилия, я могла заставить свои ладони светиться наподобие тусклой лампочки.

Я уставилась на свои руки, напрягая каждый мускул своего тела. Фред рассмеялся.

– Ты выглядишь так, словно у тебя запор.

Я швырнула в него карандаш, но он поймал его в воздухе.

Показушник.

Мистер Ринкор сел рядом со мной.

– Твои татуировки – это канал для силы, которая уже находится внутри тебя. Просто ее нужно направить. Не надо так напрягаться.

Если бы взглядом можно было убивать – мой взгляд пронзил бы мистера Ринкора насквозь. Все, что он говорил, не имело смысла. Никакого.

– О-о-о, ну теперь-то я все поняла, – с сарказмом протянула я. В этот момент раздался звонок с урока. Наконец-то.

Селестиал поднялся со стула и посмотрел на меня.

– Я слышал, что ты отлично управляешься с оружием. Это просто замечательно, но что ты будешь делать, когда у тебя не будет ничего, кроме твоих рук? – с этими словами он вышел из класса.

Спасибо за испорченное настроение.

Я решила не придавать особого значения его словам. Поскольку в тот день у меня не было работы в клинике, Линкольн сказал, что мы начнем нашу тренировку пораньше. Я не знала, что мы будем делать, но, судя по всему, нам нужен был дневной свет.

Выскочив из класса, я направилась в туалет, чтобы нанести немного блеска для губ и почистить зубы: на тот случай, если он захочет меня поцеловать.

Я безнадежна.

Прихорошившись, я почувствовала себя глупо. И зачем я так старалась? После этого я поспешила на поле, где меня уже ждал Линкольн. Он стоял там, нахмурившись и скрестив руки на груди.

– Ты опоздала.

Я уперла руку в бок.

– Мне и в туалет нельзя зайти?

Закатив глаза, он начал кружить вокруг меня, как акула. Я была уверена, что Линкольн терпеть меня не может, а вот сама все больше и больше влюблялась в него. Какое ужасное сочетание. Я попыталась отбросить все мысли о наших взаимоотношениях.

– Приближается зимний бал, – сказал он, оглядывая меня с головы до ног.

О. Боже. Мой. Он в меня влюблен. Он собирается пригласить меня на танцы.

Дыши. Дыши. Не думай о каплях воды, стекающих по его животу.

– Да? – прохрипела я. Зимний бал был чем-то вроде благотворительного мероприятия, которое устраивал Рафаил. Богатые спонсоры угощали студентов вином и ужином, а ближе к ночи начинался тихий аукцион.

Линкольн кивнул.

– Обычно я не работаю на этом мероприятии, но поскольку оно проводится за пределами кампуса и может привлечь потенциальных похитителей, я решил поработать вместе со службой безопасности. Так что дай знать, во сколько ты и твой кавалер покинете академию, и я все время буду следить за тобой.

Взрыв. Пламя. Кровь. Внутренности. Конец света.

– О’кей, – вот и весь ответ, до которого я смогла додуматься в тот момент.

– Я слышал, что ты отлично справляешься с боевыми искусствами, сбиваешь противников с ног и побеждаешь в схватках один на один.

Я подышала на свои ногти и отполировала их о рубашку.

– Да, многие считают меня по-настоящему крутой.

Его губы изогнулись, но это не было настоящей улыбкой.

– Я тоже впечатлен твоим мастерством и контролем над оружием. Ты потрясающе стреляешь из лука, и если бы кто-нибудь проводил турниры среди задиристых девушек без реальных познаний в боевом мастерстве, то ты бы наверняка стала победительницей.

Я усмехнулась.

– Вау, сколько комплиментов. Чем я заслужила такую честь?

На этот раз он действительно улыбнулся, но это была садистская улыбка, больше похожая на оскал.

– Просто хочу напомнить, что ты. Все еще. Не умеешь. Летать, – каждое слово неприятно задевало меня за живое.

Я закатила глаза.

– Ты снова об этом? Вам с мистером Ринкором нужно подружиться. У вас так много общего.

Он скрестил руки на груди, напрягая бицепсы.

– Я даже не хочу говорить о твоих постоянных провалах на уроках изучения света.

Провалы. Ай. Это было неприятно.

– Бриэль, через семь месяцев тебе придется пройти экзамен. В случае провала тебя исключат из школы. Учитывая, что ты не можешь вернуться к маме, а демоны пытаются тебя похитить, – это будет очень плохим поворотом событий.

Боже. Он был твердо намерен вернуть меня в жестокую реальность.

– Хорошо, я буду работать усерднее.

Я не хотела уходить из академии. Мы с Шией неплохо здесь устроились. За неполный день в клинике я зарабатывала достаточно, чтобы позволить себе все самые роскошные вещи мира, например тампоны и шоколад. К тому же я делила комнату со своей лучшей подругой, и никто так и не потребовал вернуть машину. Не то чтобы я могла куда-то на ней поехать, но все же это было приятно.

Линкольн положил руки мне на плечи, и по моему телу разлилось приятное тепло.

– Пришло время для суровой заботы.

Забота. Он сказал «забота».

Внезапно он раскрыл крылья, и его хватка на моих плечах усилилась.

Мои ноги оторвались от земли.

– Линкольн! – закричала я, когда мои крылья сами собой раскрылись у меня за спиной, а его руки опустились на мою талию.

Мы поднимались все выше и выше, пока я извивалась в руках Линкольна. На его лице застыла хмурая решимость.

– Бриэль, как твой главный наставник, я приму твое поражение в Испытании за личное оскорбление.

Я посмотрела вниз, и это было огромной ошибкой.

Вот черт! Мы поднялись как минимум на сто футов.

– Хорошо, хорошо, тогда продолжай меня тренировать! – крикнула я.

Он покачал головой.

– Мы с парнями были слишком мягки с тобой. Это не сработало. Тебе нужна реальная встряска.

– Ты просто псих! Не смей меня ронять! – вскипела я.

– Ты очень милая, когда злишься, – сказал Линкольн, а затем отпустил меня.

Он назвал меня милой! Но я сейчас разобьюсь.

– А-а-а-а-а! – мой крик эхом пронесся над стадионом, и все остальные мысли вылетели у меня из головы. Наконец, включился мой инстинкт самосохранения, и я как сумасшедшая захлопала своими черными крыльями.

Ну, проклятые крылья, давайте, держите меня! Я зажмурилась, когда только начала падать, но теперь мне пришлось открыть глаза. По моим расчетам, к этому моменту я уже должна была сломать шею и умереть.

Линкольн парил прямо передо мной с довольной ухмылкой.

– У тебя получилось.

– Ты сумасшедший псих! – Я потянулась к нему, но он отлетел назад и взмыл в небо.

– Поймай меня! – крикнул он.

О, я так и сделаю. Я поймаю его и сотру в порошок.

Я отчаянно захлопала крыльями, чтобы догнать его.

– Ты мог меня убить! – выкрикнула я, подлетая ближе.

Обернувшись, чтобы посмотреть на меня, Линкольн улыбнулся.

– Да, ты летишь.

Я снова посмотрела вниз. Боже мой, так и есть. Мы почти достигли океана.

– Я лечу! – с восторгом воскликнула я.

Усмехнувшись, Линкольн развернулся и направился ко мне. Я подняла крылья, чтобы зависнуть в воздухе.

– Хорошо. На следующей тренировке мы будем летать с оружием.

Я широко распахнула глаза.

– Зачем?

Он посмотрел на меня таким взглядом, словно я была пятилетним ребенком.

– Ты забыла, что у некоторых демонов есть крылья?

Ох. Точно. Я вздрогнула, вспомнив о своей битве с хозяином Шии. У него были крылья, как у гигантской летучей мыши.

Линкольн поднял руку, указывая на горизонт.

– За пределами этого города бушует война. Если тебя завербуют в Армию Падших – умение сражаться в полете станет большим преимуществом. Ты могла бы спасти тысячи жизней.

Ого. Я никогда об этом не думала. Каково было бы спасти тысячи жизней? Пока что я не спасла ни одной.

– Так вот чем ты занимаешься? – спросила я, понятия не имея, что происходит на войне.

Я слышала, что демоны попадали на землю с помощью порталов, чтобы сеять хаос в небольших пригородах и городах. Из-за этого мы не выезжали за пределы городских стен, так что, должно быть, ситуация была по-настоящему плачевной. Новости едва ли освещали военные события, потому что репортеры редко возвращались оттуда живыми.

Лицо Линкольна помрачнело.

– Да. Но я не могу спасти их всех. Это суровая реальность, которую ты почувствуешь на собственном горьком опыте.

Он хотел сказать что-то еще, но в итоге предпочел промолчать.

– Хорошо. Сегодня ты поработала на пять с плюсом, – подмигнув мне, он начал снижаться.

Я почувствовала легкое трепетание где-то на уровне живота. Если ему было достаточно подмигнуть, чтобы вывести меня из равновесия, то что бы сделал его поцелуй? Я полетела обратно к академии.

Анджела, Люк и Шия уже ждали нас на тренировочном поле. Последняя сжимала в руках какую-то бумажку и подпрыгивала от возбуждения.

– В чем дело? Ты выиграла в лотерею? – спросила я, приземлившись возле них.

Она рассмеялась.

– Почти. Ной только что пригласил нас на какое-то суперэксклюзивное мероприятие, которое он проводит каждый год. Пляжные игры! Победитель получает его фотографию с автографом, но это должно быть очень весело.

Анджела кивнула.

– В прошлом году меня не пригласили, но я слышала, что это потрясающе. Игры продолжаются целые сутки, там зажигают огромные костры и все в таком духе.

Линкольн нахмурился.

– Ной пригласил вас на пляжные игры? – он говорил таким тоном, словно нас позвали на премию «Оскар».

Шия сунула листок прямо ему в лицо.

– Я научилась читать только в пять лет, но, да, думаю здесь так и написано.

Я усмехнулась. Шия была чемпионкой по словесным пощечинам.

Линкольн усмехнулся, возвращая ей листовку.

– Удачи. Моя команда выигрывала четыре года подряд, – с этими словами развернулся и пошел прочь.

Я вырвала листовку у нее из рук. Больше всего на свете мне хотелось победить Линкольна и напоминать ему об этом всю оставшуюся жизнь.

Пляжные игры

Когда: В эту пятницу

Где: Пристань Санта-Моники

Что: Волейбол, перетягивание каната, соревнования по строительству замков из песка и многое другое! Приходите с командой из четырех человек. Использование магии разрешено.

Дресс-код: Пляжная одежда (Дамы всех форм и размеров, не стесняйтесь надевать бикини)

Победитель получит подписанную копию шикарной фотографии Ноя и официальное разрешение хвастаться своим призом.

У меня не было сомнений, что текст для флаера был написан самим Ноем, но это звучало потрясающе. Я посмотрела на своих друзей.

– Хорошо, у нас есть три дня. Будет время попрактиковаться.

Сперва я думала, что это будет какое-то странное волшебное состязание, но обычные пляжные игры? Это было мне по плечу. Мой дух соперничества разгорелся как пожар.

Глава четырнадцатая

Пляжные игры должны были пройти завтра после школы. Я так волновалась, что едва могла заснуть. Моя подготовка к строительству песочного замка была по-настоящему серьезной. Я позаимствовала кондитерские украшения у мамы Анджелы, и у меня в голове уже сформировался дизайн будущего шедевра. Кроме того, Анджела обещала использовать свои навыки некроманта, чтобы добавить моему замку особую изюминку. Я была уверена, что выиграю в этом раунде.

Поспрашивав других ребят, мы выяснили, что пляжные игры состояли из пяти раундов, каждый из которых стоил определенного количества очков: пляжный волейбол, дизайн замка из песка, перетягивание каната, плавание наперегонки и одно секретное соревнование, которое выбирал Ной. Каждый вечер мы играли в волейбол, и я уже несколько раз построила свой замок из песка, поэтому не сомневалась в нашей победе. С перетягиванием каната и соревнованием по плаванию все было немного сложнее, но я решила, что мы справимся.

– Итак, завтра утром нам выдадут зарплату. Я предлагаю пропустить последний урок, обналичить чеки и купить новые бикини, – предложила Шия, когда мы вошли в раздевалку спортзала, чтобы переодеться для занятий по боевым искусствам.

Бикини. Слово, которое приводило каждую девушку в неподдельный ужас. Вне зависимости от того, в какой форме находилось мое тело, – это пугало меня до чертиков. Я была готова умереть прямо на месте, лишь бы не носить купальник на глазах у Линкольна.

– О’кей. Да… – я попыталась изобразить энтузиазм.

Шия закатила глаза.

– Все просто упадут, когда мы появимся на пляже.

Рядом со мной хлопнула дверца шкафчика, и я чуть не подпрыгнула от неожиданности.

– Тебя пригласили на пляжные игры? – Я оказалась лицом к лицу с Тиффани. Она казалась напуганной.

Я усмехнулась.

– Да, а тебя?

Придя в себя, она снова стала холодной, спокойной и собранной.

– Конечно, но я не смогу прийти. Кроме того, я слышала, что они отступили от своего правила приглашать только благословленных ангелами и сейчас зовут всякий сброд. Теперь я вижу: это правда. Хорошо, что меня там не будет, – с этими словами она развернулась на каблуках и ушла.

– Вот стерва! – воскликнула Шия, бросаясь следом за Тиффани, но я поймала ее за руку.

– Если она окажется в клинике – ты получишь наказание и подведешь нашу команду. Она лжет. Ной не разделяет людей на благословленных и проклятых.

Верно?

Шия бросила убийственный взгляд на дверь, через которую вышла Тиффани, а затем согласно кивнула.

– В тот день, когда мы закончим академию, я как следует надеру ей задницу.

Я широко распахнула глаза. Можно вытащить девушку из Города Демонов, но Город Демонов из девушки…

– Пошевеливайся, убийца, нам пора на урок. Не успеешь и глазом моргнуть, как мы уже будем выбирать себе бикини.

Она кивнула.

– Ной написал, что мне идет красный цвет.

Я рассмеялась. Ной и Шия целовались на парковке каждую среду, после его смены в клинике и ее смены у мистера Клеймора. Они договорились о свободных отношениях, поэтому я могла не волноваться, что ее сердце будет разбито.

– Тогда тебе точно стоит купить красное бикини, – согласилась я, проходя в спортивный зал.

Шия наклонилась ко мне.

– А еще он сказал, что небесно-голубой – любимый цвет Линкольна.

Кровь мгновенно отхлынула от моего лица.

– Шия, не смей говорить Ною, что мне нравится Линкольн, – яростно прошептала я.

В воздухе зазвенел ее озорной смех.

– О, прекрати. Он и так знает. Все понимают, что вы друг другу нравитесь.

Она достала свой телефон и показала мне сообщение Ноя в качестве доказательства.

Хорошо, что мне не придется ее убивать.

– Поверь, это безответная симпатия, – сказала я, думая о том, сколько раз Линкольн хмурил брови, глядя на меня.

– Я так не думаю, – возразила Шия.

В зале раздался громкий свисток.

– Сегодня мы обойдемся без оружия, – объявил мистер Брэдстоун. – Пришло время испытать ваши способности в рукопашном бою. Кроме того, мы впервые будем использовать магию. Я уже разбил вас на пары и написал все имена на доске.

Вот черт. Никакого оружия. Я посмотрела на свои бесполезные руки. Даже если мои ладони начнут светиться как тусклая лампочка – это вряд ли кого-то напугает.

– Уф. Не повезло тебе, – прошептала Шия.

Мои глаза метнулись к доске. Я оказалась в паре с Тиффани.

Просто восхитительно.

Тиффани грациозно зашла в одно из колец, очерченных голубой изолентой, встала в боевую позицию и одарила меня безумной ухмылкой. У них с Шией было много общих занятий, поэтому я знала, что Тиффани – довольно продвинутый маг для своего возраста. Ее мать была светлым магом, а отец – селестиалом. Родители тренировали ее вне школьных занятий, так что она была готова надрать мою задницу с помощью какого-нибудь заклинания. Если бы у меня была Сэра или любое другое оружие – мы бы сражались на равных, но по правилам мы не могли использовать ничего, кроме магии, так что у меня не было шансов.

Мне конец.

– Давай, Архи. Не будем тянуть время, – нараспев сказала она.

Шия схватила меня за руку, и я повернулась к ней.

– Возможно, это единственная возможность поставить ее на место и не попасть в неприятности, – сказала она, подмигнув мне.

Ха. Я была готова приложить все усилия, но я видела магию Тиффани в действии. Это было довольно впечатляюще.

Я вышла на ринг и согнула колени, чтобы поравняться с ней. В тот месяц мы изучали джиу-джитсу, и я отлично опрокидывала противников на землю. Обычно мистер Брэдстоун позволял нам выбирать партнера для спарринга, поэтому я всегда оказывалась в паре с Шией или Люком. Теперь я стояла лицом к лицу со своим заклятым врагом. «Подругой семьи» Линкольна.

Мы начали кружить по рингу, вытянув руки и глядя друг другу в глаза.

– Знаешь, Линкольн провел почти все прошлое лето у меня дома, – промурлыкала она.

Во мне вспыхнула жгучая ревность, но я не позволила эмоциям взять вверх. Вместо этого я выставила ногу, пытаясь опрокинуть соперницу на пол, но она успела подпрыгнуть, обходя мой прием.

– Ради всего святого, зачем ему это делать? – Я скорчила самую мерзкую гримасу, на какую только была способна.

Зарычав, она бросилась вперед и сбила меня с ног. Проклятье! Я не успела даже моргнуть, как Тиффани навалилась сверху, прижимая меня к земле.

– Потому что мои родители были лучшими друзьями его родителей. Я знаю его всю свою жизнь, и однажды он станет моим, так что отвали. От. Него. – Ее слюна брызнула мне на лицо. Она по-настоящему спятила. Ее руки, крепко обхватившие мои запястья, излучали теплое сияние, которое обжигало мою кожу.

– Отпусти меня, Тиффани, – предупредила я. Ее ладони становились все горячее и горячее.

Я резко дернула тазом, пытаясь использовать прием, которому учил мистер Брэдстоун, но мне не удалось сбросить ее на пол. Это была ее стихия. Вероятно, она планировала это с того самого дня, когда мы впервые встретились.

– Ты делаешь мне больно! – крикнула я ей в лицо. Она лишь усмехнулась.

Стерва! Во мне кипел гнев. Совсем как изжога, он зарождался в груди и поднимался к горлу. Когда я снова закричала ей в лицо, у меня изо рта вырвался черный дым, который обвился вокруг ее горла. На мгновение мы обе замерли в полном недоумении, а затем она отшатнулась, хватаясь за горло. Черная магическая лента душила ее.

О нет.

– Мистер Брэдстоун! – завопила я.

Лицо Тиффани посинело, а черный дым железными тисками обвился вокруг ее шеи.

Мистер Брэдстоун взглянул на нее, затем на меня и сразу же приступил к действиям. Подбежав к шкафчику на стене, он достал бутылку святой воды и свое вечное оружие – светящийся оранжевый клинок. Облив лезвие святой водой, он приложил плоскую часть к шее Тиффани. Как только холодная сталь коснулась ее кожи, черный дым рассеялся и исчез.

Тяжело дыша, Тиффани в ужасе уставилась на меня.

– Архидемон! – крикнула она хриплым голосом.

О боже мой. Что я наделала?

– Совсем как в «Изгоняющем дьявола», – сказал кто-то из учеников. И тогда я побежала. Развернувшись, я вылетела из зала, игнорируя выкрики Шии и мистера Брэдстоуна.

Я была злом во плоти.

Что-то темное вырвалось у меня изо рта и обвилось вокруг горла Тиффани, чуть не убив ее. Когда я выбежала на поле, мои ноги подкашивались, а по лицу текли слезы. Мне хотелось убежать, провалиться под землю.

Может, я была архидемоном.

«Я знаю, что ты такое» – вот что сказал абрус.

Крылья раскрылись у меня за спиной, и я взмыла в небо. Это был всего лишь мой третий полет, но на этот раз он давался мне с легкостью, словно сработала мышечная память. Я поднималась все выше и выше, улетая от академии. В ночь Падения, когда архангелы пали с Небес, чтобы сражаться с демонами, магическая энергия вырвалась на волю и разлетелась по всем уголкам Земли. Демонические силы создали чудовищ, и я была одним из них.

«Я знаю, что ты такое».

Я еще сильнее захлопала крыльями, направляясь к океану.

– Бриэль! – ветер донес до меня голос Линкольна, и я полетела быстрее. Он был последним человеком, которого я хотела видеть, последним человеком, которому я бы хотела рассказать о том, что сделала.

Добравшись до пляжа, я резко снизилась и упала на песок. Как только мне удалось подняться на ноги, я побежала к пристани. Мне хотелось спрятаться, забиться в какую-нибудь нору и побыть одной.

– Бриэль! – в этот раз его голос прозвучал намного ближе.

Я не решилась оглянуться. Прижавшись к одной из колонн пирса, я села на песок, обхватила ноги руками и уткнулась лицом в колени. Все мое тело сотряслось от рыданий, и я свернулась калачиком в попытке спрятаться от всего мира.

Я оставалась там целую минуту, слушая грохот волн и позволяя эмоциям выйти наружу. А потом он нашел меня.

– Бриэль, – его голос был таким мягким и понимающим, что я заплакала еще сильнее.

– Пожалуйста, уходи. Я хочу побыть одна, – пробормотала я, уткнувшись в колени.

Я почувствовала его тепло на своем левом боку, а затем его руку на моей спине.

– Шия рассказала мне, что случилось. Все будет хорошо. Просто возвращайся в академию, где ты будешь в безопасности. Пожалуйста.

Я вскинула голову.

– Ничего не будет хорошо. – Я никогда не видела его таким… заботливым.

– У тебя есть демонические способности – и что с того? Мы и так догадались об этом по твоим черным крыльям. – Линкольн пытался казаться беспечным, но я чувствовала его беспокойство.

Я покачала головой.

– Нет, Линкольн. Из моего горла вырвалась темная магия, которая чуть не убила Тиффани. Это не просто демонические силы. Это самое настоящее, чистое зло. – Я отвернулась, глядя на океан.

Он схватил меня за подбородок и заставил повернуться к нему лицом.

– Бриэль, в тебе нет ничего злого. Поверь мне.

У меня перехватило дыхание. От его прикосновения у меня по спине побежали теплые мурашки, а самое главное – он не пытался отстраниться. Мои слезы внезапно высохли, и я тяжело сглотнула.

– Откуда ты знаешь? Может быть, я архидемон, – сказала я, встречая его взгляд.

Но Линкольн оставался непреклонен.

– Самое страшное, что ты сделала с момента нашего знакомства, это спасение своей лучшей подруги и воровство моих фруктов. Ты совершенно безобидна.

Я засмеялась, и его рука опустилась на мою шею.

– А еще ты слишком красивая, чтобы быть архидемоном, – добавил он, глядя на мои губы.

Красивая. Линкольн Грей назвал меня красивой.

Может, дело было в мерном шуме волн и его руке на моей шее. А может, в том, как он смотрел на мои губы, словно хотел попробовать их на вкус. Как бы там ни было, в этот момент я осмелела. Обхватив крепкую руку Линкольна, я наклонилась и поцеловала его. Как только я коснулась его губ, он раздвинул их, углубляя поцелуй. Мое тело обмякло от удовольствия, а в животе затрепетали бабочки. Теплый язык Линкольна скользнул по внутренней стороне моей нижней губы, а его рука спустилась вниз и твердо остановилась на моей талии.

Я целую Линкольна Грея.

Я застонала от удовольствия, и одним быстрым движением он откинулся на песок, притягивая меня к себе. Обхватив его за талию, я поцеловала его с голодной страстью. Казалось, что я ждала этого всю свою жизнь. Опустив ладонь в песок, я коснулась его шеи как раз в тот момент, когда его руки скользнули мне под рубашку. Жар моментально спустился к низу моего живота.

Этот поцелуй был эпическим, всепоглощающим, и… он закончился слишком быстро. Внезапно Линкольн осознал, что мы делаем, и резко остановился.

– Черт. Бри, я не должен был этого делать. – Он поднялся на ноги, и с его одежды посыпался песок.

Я коснулась своих распухших губ, все еще теплых от нашего поцелуя.

– Почему?

Он сошел с ума? Я хочу целовать его весь день, каждый день.

– Ты моя ученица, и ты слишком молода. – Линкольн опустил глаза, не в силах встретиться со мной взглядом.

Я встала, мгновенно позабыв все разговоры об архидемонах.

– Через два месяца мне будет девятнадцать, а ты учишь меня всего по тридцать минут в день. – Я пыталась выторговать себе еще один поцелуй? Да. Именно это я и делала.

На этот раз он все-таки посмотрел на меня.

– Это было ошибкой. Давай вернемся в академию, или мне придется позвонить Рафаилу и попросить его выслать солдат.

Я не знала, что ранило меня больше: слово «ошибка», которым он назвал поцелуй, изменивший мою жизнь, или угроза вызвать Армию Падших, чтобы заставить меня вернуться домой. Я подошла к Линкольну, и он вздрогнул. Наверное, он решил, что я снова хочу его поцеловать, и эта мысль его напугала.

– Поцелуй с тобой никогда не будет ошибкой, – заявила я. Расправив крылья, я оттолкнулась от песка и взмыла в воздух.

Надеюсь, Шия уже купила две банки шоколадного мороженого с арахисовым маслом. Я собиралась плакать всю ночь напролет, и для этого у меня было много, много причин.

Глава пятнадцатая

Я действительно заснула в слезах. Люк, Анджела и Шия пытались убедить меня в том, что я не архидемон и что Линкольн еще одумается. Это не помогло. Что еще хуже – у нас с Шией не было ни цента, и мы не могли купить даже банку мороженого, в которой я бы могла утопить свои печали.

Наступила пятница. Пляжные игры неизбежно приближались, и я пыталась придумать сотню причин, чтобы отказаться. Мне хотелось остаться в полном одиночестве, чтобы не слышать, как люди шепчутся у меня за спиной. Во время завтрака до меня не раз доносились тихие разговоры об «архидемоне».

– Я уже чувствую, как деньги прожигают дыру в моем кармане, – сказал Шия.

Тем утром мы нашли зарплатные чеки в почтовом ящике у нашей двери.

Я кивнула.

– Я не хочу видеть Линкольна, или Ноя, или кого-либо из них. Мне нужно время.

Моя лучшая подруга пожала плечами.

– Ну так отмени сегодняшнюю тренировку. Скажи, что ты заболела.

– Хорошая идея, – кивнула я. – И тогда я смогу не идти на пляжные игры.

– Погоди, подруга. – Люк схватил меня за руку. – Не заходи так далеко.

– Но я не хочу идти, – застонала я.

Шия закатила глаза и выхватила у меня телефон.

– Эй, отдай! – крикнула я, но она встала и обошла стол, торопливо набирая сообщение прямо на ходу. – Шия, если ты меня опозоришь – я тебя убью.

– Все, готово. А теперь давай прогуляем уроки и отправимся за покупками, – заявила она.

Люк рассмеялся.

– Мы же не в школе.

Шия бросила на него пристальный взгляд.

– Не лишай меня удовольствия.

– Что ты сделала с моим телефоном? – спросила я.

Она вернула мне телефон, и я поспешила прочесть сообщения.

Кому: Линкольн, Ной, Блейк, Даррен

Привет, ребята.

Давайте отменим сегодняшнюю тренировку. Я поняла, что за последний год моя грудь стала просто огромной, и мне срочно нужен новый купальник.

С наилучшими пожеланиями,

Бри

– О. Мой. Бог. Тебе конец, – прорычала я. Она с ума сошла?

Люк и Анджела разразились смехом, и я поняла, что все это время они читали у меня из-за плеча.

На мою почту пришло новое сообщение.

От кого: Ной

Я считаю, это уважительная причина;)

Увидимся позже.

Телефон снова завибрировал.

От кого: Блейк

Девушки.

Еще одно уведомление.

От кого: Даррен

О’кей, как хочешь.

Я уже собиралась убрать телефон, когда на почту пришел ответ от Линкольна.

От кого: Линкольн

Хорошая попытка, но у тебя крошечная грудь. Увидимся на пляже.

Я вскрикнула, заработав несколько пристальных взглядов от окружающих. Он снова вел себя как придурок.

– У меня некрошечная грудь. Она миниатюрная! – сказала я, ударив кулаком по столу.

Люк усмехнулся.

– Но ты же понимаешь, что это значит?

Мне хотелось умереть.

– Что?

– Линкольн смотрел на твою грудь.

Что ж, полагаю, у меня все еще был шанс.

Погоди-ка. Люк только что подтвердил, что моя грудь и в самом деле крошечная?

* * *

Три часа. Именно столько времени я и Шия выбирали купальники. Мы пошли в магазин недалеко от академии, и всю дорогу нас сопровождали охранники, потому что теперь я не могла покидать кампус без сопровождения. Люк и Анджела ушли через час, чуть не умерев от скуки. В итоге я выбрала пару коротких джинсовых шорт и бледно-голубое бикини, которое – по словам Шии – выглядело просто убийственно. За все это время не произошло ничего подозрительного, поэтому я решила, что попытка похищения навсегда осталась позади.

Мы только что подъехали к пирсу Санта-Моники. Тому самому пирсу, где я поцеловала Линкольна.

– Боже мой, это выглядит потрясающе! – взвизгнула Шия, исполняя небольшой танец на своем сиденье.

На пляже стояли два огромных белых шатра, открытых по бокам.

– Здесь будет фуршет? – спросила Анджела с заднего сиденья.

В одном из шатров два человека в официальных костюмах раздавали всем желающим разнообразную еду. Дальше, на берегу, две команды уже играли в волейбол.

– Боже мой, брат Хлои здесь, – выдохнул Люк. – Мне нужно было надеть красные шорты. Анджела, подвинься! Я еще успею сделать двадцать приседаний.

Я расхохоталась.

– Да ладно вам, ребята. Хватит переживать из-за этих идиотов. Давай просто расслабимся и повеселимся.

Анджела похлопала меня по плечу.

– Мне нравится этот план.

– Ты сказала «ребята»? Я ни из-за кого не переживаю! – Шия бросила на меня недовольный взгляд.

Я проигнорировала ее слова, потому что на меня внезапно снизошло озарение.

– Подождите, но ведь брат Хлои – чернокровка. Разве он может оставаться на солнце?

Анджела указала на высокую брюнетку.

– Эта девушка – сверхсильный маг Армии Падших. Она может создавать временные чары, которые защищают от солнца.

Круто.

Я выключила двигатель и выскочила из машины. Новый купальник обошелся мне в половину зарплаты, так что Линкольн был просто обязан оценить мои усилия. Перекинув сумку через плечо, я заперла машину, и мы все направились к пляжу. У меня была припасена легкая рубашка, но я даже не потрудилась ее надеть. Во-первых, мне хотелось загореть, а во-вторых – заставить Линкольна вожделеть эту крошечную грудь.

Как только мы подошли ближе, я сразу заметила своего темноволосого красавца. Он стоял возле стола с угощениями, и на его тарелке уже лежала кукуруза в початках, ребрышки барбекю и какая-то другая еда, которую я не смогла разглядеть со своего наблюдательного пункта.

– Дамы! И Люк, – сказал Ной, пожимая руку нашему оборотню.

– Спасибо за приглашение, – поблагодарила я.

Он кивнул.

– Не за что, – селестиал повернулся к Шие и поцеловал ее в щеку. – Ты выглядишь просто изумительно, – с этими словами он подмигнул моей подруге.

Она ухмыльнулась.

И как у него еще не начался нервный тик? С такой-то любовью к подмигиваниям.

Линкольн повернулся в нашу сторону, и его глаза быстро пробежали вверх и вниз по моему телу, прежде чем вернуться к моему лицу.

– Бри! – крикнул знакомый голос.

Переключив свое внимание, я увидела, что ко мне направляется Фред – мой одноклассник с занятий по изучению света.

– Фред? Я не знала, что ты будешь здесь. – Я протянула руку и быстро обняла его.

– Даррен – мой хороший друг. Симпатичные татуировки. Мне всегда было интересно, где ты прячешь еще две. – Он взглянул на мой живот.

Я коснулась своих татуировок и посмотрела за плечо Фреда. Линкольн все еще накладывал еду на свою тарелку, но, очевидно, прислушивался к нашему разговору.

– Да, иногда я вообще забываю, что они там есть, – честно призналась я.

– Эй, послушай, я хотел поговорить с тобой после занятий, но ты не пришла. Ты собираешься на зимний бал? – Ни стыда, ни страха. Он спросил меня на глазах у всех.

Мне нравились решительные парни.

– Я думала об этом, – сказала я, наблюдая за реакцией Линкольна, но он не выражал ни капли беспокойства, пока количество еды на его тарелке неуклонно росло.

Фред улыбнулся.

– Я был бы рад пойти с тобой. Конечно, если тебя еще никто не пригласил.

Подняв глаза, я увидела, что Линкольн вытягивает шею, чтобы лучше расслышать мой ответ.

– Ты поражен моей магией света, не так ли? Поэтому ты решил меня пригласить? – пошутила я.

Фред ухмыльнулся.

– Что я могу сказать, твои светящиеся ладони просто сводят меня с ума.

Я искренне рассмеялась. Фред был забавным, милым, и я ему нравилась. Даже несмотря на все слухи, ходившие обо мне, я все равно ему нравилась.

– Я с удовольствием пойду с тобой. Уверена, будет весело.

Фред улыбнулся, и его лицо стало еще симпатичнее. Он не был сексуальным, но при этом очень милым.

– Отлично. Я зайду за тобой в семь.

Я кивнула, но, прежде чем мне удалось ответить, Линкольн развернулся и положил руку на плечо Фреда.

– Со дня рождения Хлои нам приходится следить, куда и с кем ходит Бриэль, так что если ты хочешь пригласить ее на танцы – за вами всюду будет следовать ее охрана.

Взгляд Линкольна прожигал во мне дыру. Ему явно было не все равно.

Фред стряхнул его руку.

– Никаких проблем. Скажи ее охране, чтобы они были в Брайт-Холле к семи часам вечера.

– Фред, твоя очередь! – крикнул кто-то из играющих.

Фред слегка сжал мое плечо.

– Увидимся, – сказал он и убежал.

Мы с Линкольном молча смотрели друг на друга. Только тогда я заметила, что мои друзья куда-то ушли.

Я сделала шаг вперед.

– Я откажу Фреду, если ты хочешь пригласить меня на танцы, – сказала я, понизив голос.

Это стоило мне немалой смелости. Может, он передумал и его больше не волновала наша разница в возрасте.

Линкольн выглядел так, словно я предложила ему лепешку из коровьего навоза. Его губы недовольно скривились.

– Не говори ерунды.

Помрачнев, я проглотила подступившие слезы. Линкольн Грей был жестоким разбивателем сердец, и я больше не хотела иметь с ним ничего общего.

Расстегнув пуговицу, я стянула шорты, не обрывая наш зрительный контакт. Затем я отвернулась и бросила шорты поверх своей сумки, прежде чем выскочить из шатра. Мне не раз говорили, что у меня отличная задница, и я хотела продемонстрировать, какого сокровища он только что лишился.

С меня довольно, Линкольн Грей.

* * *

Мы победили в двух из четырех игр. Все оценили мой песочный замок в виде свадебного торта, а когда Анджела использовала свой дар некромантии, чтобы на песке выросли живые розы, – выигрыш был у нас в кармане. Мы проиграли соревнование по плаванию, а также наш раунд в волейболе. Я даже не поняла, как прошел подсчет очков, но мне все равно. Я была в восторге. Выбросив из головы Линкольна и свою демоническую магию, я с головой погрузилась в веселье.

– Эй, любители развлечений! Настало время финальной игры. Затем мы объявим команду-победителя и начнем вечеринку у костра! – крикнул Ной, держа в руках мегафон.

Он подошел к маленькому ведерку с водой и бросил в него одно красное яблоко.

– Секретная игра этого года – «Поймай яблоко». Каждую команду будет представлять один участник. Вам нужно выловить яблоко с помощью рта и добежать до финиша, но имейте в виду, что все это время ваши руки будут связаны за спиной. Разрешается толкаться, пихаться и ставить подножки. Главное – победа!

Команды взревели от нетерпения. Большинство из них сильно напились, так что у нас было серьезное преимущество.

– Каждая команда выбирает своего представителя и кладет бумажку с его именем в эту корзину, – крикнул Ной, указывая на старую пасхальную корзину, стоящую на столе.

Шия тут же повернулась ко мне.

– Давай, подруга, у тебя получится! Никто не вылавливает яблоки лучше тебя.

Это было правдой. Мы всегда устраивали шумные вечеринки на Хэллоуин, и у меня было много практики. Я посмотрела на Анджелу и Люка.

– Вы не против?

Они согласно кивнули, и меня охватило волнение. Если мы выиграем этот раунд, то станем победителями пляжных игр? Может, и нет, учитывая, что мы проиграли заплыв. Я не знала, как работает система баллов. Из меня бы вышла никудышная русалка, но пока что наша команда занимала третье место.

Бросив свое имя в ведро, я вытянула ноги и приготовилась к забегу. Мне нужно было достать яблоко из воды и мчаться изо всех сил, надеясь, что никто не толкнет меня на землю. Мы проиграли в волейбол, потому что другие команды, с более опытными участниками, использовали магию. У меня не было никакой магии, но, наверное, я могла бы долететь до финишной черты сразу после того, как мне удастся заполучить яблоко.

– Хорошо, – закричал Ной в свой мегафон. – Первая пара противников – это… – Он вытащил из ведра две бумажки и ухмыльнулся, глядя на меня. – Бриэль и Линкольн!

Проклятье. За что вселенная так меня ненавидит? Я пыталась забыть этого парня, но снова оказалась рядом с ним. Уф.

Шия сочувственно улыбнулась, когда я направилась к судейскому столику, чтобы мне связали руки. Оглянувшись, я увидела, что Линкольн пристально наблюдает за мной, но его взгляд оставался непроницаемым.

Иди к черту, идиот.

– Вам двоим понятны правила игры? У вас будет всего одно яблоко. Тот, кто первым пересечет финишную черту с яблоком в зубах, становится победителем, – сказал Ной заплетающимся языком. На нем были только пляжные шорты с низкой посадкой, демонстрирующие его рельефную грудь и пресс, а еще он определенно был пьян.

Кивнув, я повернулась, чтобы поймать взгляд Линкольна.

– Осторожно. Я играю нечестно, – предупредила я и подмигнула ему.

Вот так-то! Я тоже умею подмигивать.

Линкольн поджал губы.

– Я даже не сомневался.

Пластиковая стяжка плотно обхватила мои запястья, и все выстроились вдоль трассы для бега, чтобы поддержать нас.

Ной усмехнулся.

– На старт, внимание… марш!

Я рванула с такой скоростью, словно моя задница была в огне, но бежать по песку оказалось довольно тяжело, и мои руки были связаны за спиной. Линкольн чертовски быстро добрался до ведра и наклонился над водой. Подбежав сзади, я толкнула его бедром, и он повалился на песок.

Толпа взревела.

Я наклонилась и окунула лицо в воду, но уже через несколько секунд Линкольн вновь стоял на ногах. Он был слишком быстр. Прижав яблоко щекой к краю ведра, я попыталась вонзить в него зубы, когда Линкольн оттолкнул меня в сторону. Он приложил недостаточно силы, чтобы сбить меня с ног, но я все равно потеряла контроль над яблоком. Вытянув шею, Линкольн попытался схватить яблоко, и я снова погрузила лицо в воду, не желая сдаваться. Холодная вода обожгла мою кожу, но я была полна решимости. Наши лица были в нескольких дюймах друг от друга, но из-за того, что я оказалась сбоку от ведра, Линкольн смог занять более выгодную позицию. Я подняла голову, чтобы сделать вдох, и в этот момент его зубы сомкнулись вокруг яблока, а затем он бросился бежать.

Мне ужасно не везло, но я не хотела, чтобы за мной закрепилась репутация неудачницы. Я не собиралась проигрывать.

Только не ему. Не сегодня.

Я побежала за ним. По моему лицу стекала вода, а ноги вязли в песке. Догнав Линкольна, я решила, что пришло время играть грязно. Я поставила ему подножку, и он рухнул на землю.

Толпа взорвалась радостными возгласами.

Линкольн со всей силы ударился о песок, но тут же пришел в себя и перекатился на спину, все еще сжимая яблоко в зубах. Прежде чем он успел сесть, я прыгнула вперед, перекинула одну ногу через него и плюхнулась вниз, прижав его бедрами. Я оседлала его. Мы смотрели друг на друга широко раскрытыми глазами. Наши тела разделяли два тонких куска ткани, и я чувствовала его. С каждой секундой я чувствовала его все больше и больше.

О боже милостивый. Внизу моего живота вспыхнуло желание, но я старалась игнорировать это ощущение. Я хотела победить, а не тереться о парня, которому я даже не нравлюсь.

Наклонившись вперед, я прижалась к его обнаженной груди, потому что мои связанные руки мешали сохранять равновесие. Открыв рот, я наклонилась и вгрызлась в яблоко.

Он усмехнулся – этот козел усмехнулся, – позволяя мне забрать яблоко.

Ну и ладно.

Толпа просто сошла с ума.

Пока зрители выкрикивали мое имя, я кое-как поднялась на ноги и пересекла финишную черту.

Ной довольно улыбался, держа в руке свой мегафон.

– Здесь стало слишком жарко или мне кажется?

Линкольн сидел на песке, свирепо глядя на Ноя.

– Черт возьми, подруга, это было потрясающе, – сказала Шия, снимая стяжку с моих запястий.

Я улыбнулась.

Остаток дня прошел как в тумане. Как бы я ни старалась, мне не удавалось расслабиться и просто наслаждаться моментом. Заняв второе место, мы веселились до двух часов ночи, и все это время я никак не могла разобраться в своих чувствах.

В конце концов я решила просто сосредоточиться на учебе. До Испытания оставалось несколько месяцев, и, если я хотела сдать этот экзамен, мне пора было грызть гранит науки.

Глава шестнадцатая

– О, ты такая красивая! – воскликнула Шия.

Я улыбнулась, окидывая подругу беглым взглядом. В голубом бальном платье она была похожа на принцессу.

– Ты тоже.

Шия и Люк собирались пойти на зимний бал вместе. Конечно же в качестве друзей.

– Тебе так идет красный цвет, – сказала она.

Я купила это дорогое платье в надежде, что оно немного поднимет мне настроение. Фред был отличным парнем, но я испытывала к нему только дружеские чувства. И хотя он заставлял меня смеяться – между нами не было никакой искры.

– Увидимся на танцах? – Я поцеловала ее в щеку. Шия кивнула.

– Повеселись с Фредом. Он очень милый.

Он и правда был милым – полной противоположностью Линкольна. После пляжных игр Линкольн стал еще более отстраненным и строгим преподавателем.

Я, в свою очередь, сосредоточилась на учебе. Я отлично справлялась со всеми дисциплинами, кроме изучения света. Что бы я ни делала – мне не удавалось извлекать белый свет из ладоней. Вместо этого из них всегда шел черный дым, и наконец мистер Ринкор сказал мне прекратить попытки. Я чувствовала себя неудачницей.

Рафаил и мистер Ринкор пришли к выводу, что в случае с Тиффани мои темные силы случайно вырвались наружу. В этом не было ничего страшного, так как в академии училось немало демонически одаренных студентов, но преподаватели не собирались поощрять развитие этих способностей. Так что теперь я просто слушала лекции, а когда дело доходило до практики – я наблюдала за тем, как Фред освещает комнату. Это было удручающе, но он относился ко мне с пониманием и хранил все в секрете. Иногда до меня доносились перешептывания о том, что я – архидемон, но их стало гораздо меньше.

Когда я вышла из своей комнаты, Фред уже ждал в вестибюле. Ему очень шел черный костюм с синей рубашкой и галстуком, но мое внимание привлек кое-кто другой. Ной, Блейк, Даррен и Линкольн стояли прямо за Фредом. Все они были одеты в строгие костюмы и выглядели невероятно привлекательно.

Взгляд Линкольна скользнул по моему платью, и я покраснела. При виде него мое сердце забилось быстрее. Он был начисто выбрит и одет в черный костюм, а его темные волосы были зачесаны назад.

– Прекрасно выглядишь, – сказал Фред, отвлекая мое внимание от мужчины, о котором я никак не могла забыть.

Я улыбнулась.

– Спасибо. Ты тоже отлично выглядишь.

Он обнял меня, и я искренне попыталась ощутить что-то романтическое, но дружеские чувства оказались сильнее.

Прости, Фред.

– Шия и Люк встретят нас на месте, – сказала я.

Фред кивнул, протягивая мне руку.

– Я одолжил «Порше» своего отца. – Он поиграл бровями.

Я ухмыльнулась.

– И как тебе это удалось?

– Мне пришлось убедить его, что я пригласил на бал самую красивую девушку в академии.

О-о. Он был таким очаровательным.

– Мой отец любил машины. Мама говорила, что перед Падением он часами просиживал в гараже, ремонтируя старые развалюхи.

Фред мягко улыбнулся. Когда мы добрались до парковки, там уже ждал белый «Порше».

– Ваша карета, миледи.

Линкольн шагнул вперед.

– Как только прибудете на место – сразу идите ко входу, а ключи отдайте парковщику.

Фред окинул его пристальным взглядом, но ничего не ответил и просто открыл мне дверь.

Неловкая ситуация.

Я проскользнула внутрь, и Фред затем обошел машину, чтобы сесть на водительское место. Мои глаза метнулись к зеркалу заднего вида, чтобы увидеть, как парни садятся во внедорожник с логотипом академии.

– Между тобой и Линкольном что-то происходит? – протянул Фред, пока мы выезжали со стоянки.

О боже.

– Я бы так не сказала, – уклончиво ответила я.

Он искоса взглянул на меня.

– Так значит, он тебе не нравится?

Проклятье. Мне не хотелось лгать.

– Я не хочу, чтобы он мне нравился, но… – Я смяла подол своего платья.

Фред кивнул, переключая передачу.

– Но ничего не выходит.

Не решаясь посмотреть на него, я поджала губы.

– Да. Это сложно.

– Ничего страшного. Мы можем быть друзьями. Конечно, я надеялся на большее, но…

Мое сердце сжалось. Свидание не должно начинаться с такого разговора.

– Прости. Ты такой хороший парень.

– Ай. Хороший парень. – Он изобразил болезненную гримасу.

Я рассмеялась.

– Эй, в этом нет ничего плохого.

Он усмехнулся.

– Но в итоге девушка всегда достается мрачному и холодному типу.

Да уж, он попал прямо в точку.

– Мы все равно отлично проведем время, – заявила я.

Фред лучезарно улыбнулся, искоса глядя на меня.

– Конечно, ведь я потрясающий танцор.

Я всплеснула руками.

– Ничего себе. Это смелое заявление. Ты же понимаешь, что мне понадобятся доказательства.

Он кивнул.

– Вот увидишь. Меня не просто так называют Танцор Фред.

Я снова рассмеялась. Фред был забавным и беззаботным. В разговоре с ним чувствовалась приятная легкость, в то время как между мной и Линкольном всегда царило напряжение. Почему мне не мог нравиться Фред? Может быть, со временем я бы могла… Моя мама всегда говорила, что самые крепкие отношения начинаются с дружбы.

Я не успела опомниться, как мы уже подъезжали к отелю «Беверли-Хиллз». Фред остановился возле парковщика, а затем вытащил свой телефон.

– Сделаем селфи для моего отца? Мне нужно доказательство, что со мной в машине едет по-настоящему прекрасная девушка. – Он поднял телефон, направив камеру на нас.

Усмехнувшись, я наклонилась и поцеловала его в щеку. Он уже согласился быть друзьями, так что в этом не было ничего предосудительного.

Сделав снимок, Фред улыбнулся.

– Спасибо. Он будет доволен.

Моя дверь внезапно открылась, и передо мной возник Линкольн, который пристально смотрел на меня сверху вниз.

– Давайте войдем внутрь. Здесь небезопасно.

– У меня есть кавалер, который может открыть мне дверь, Линкольн, – огрызнулась я.

– Твой кавалер слишком занят тем, что пялится на тебя, – практически прорычал он.

Линкольн Грей ревнует.

– Так не пойдет. Ты не можешь вести себя, как собака на сене. – Я одарила его убийственным взглядом.

Я не собиралась терпеть такое поведение.

Фред неловко прочистил горло, остановившись возле парадного входа, и я пронеслась мимо своей «охраны», оставляя Линкольна возле машины. Его челюсть была напряжена, а в глазах горел огонь.

* * *

Шия, Люк, Анджела, Хлоя и все остальные прибыли вскоре после нас. Зимний бал был похож на невероятно красивую свадьбу, но без самой церемонии. На этом мероприятии проводился сбор средств для малоимущих семей, которых нужно было перевозить в безопасные районы Города Ангелов из зон боевых действий. Судя по всему, билеты были дорогими – Фред заплатил за нас обоих.

А еще они проводили тихий аукцион. Мы с Шией сделали ставку на совместный педикюр. Я сильно сомневалась, что мы сможем выиграть, ведь у нас было всего двадцать пять долларов, а в салоне эта услуга стоила примерно шестьдесят, но, как известно, мечтать не вредно.

На протяжении всего вечера Линкольн внимательно наблюдал за каждым моим шагом. Куда бы я ни пошла – его глаза следовали за мной, и это заставляло меня нервничать. Даррен, Блейк и Ной выглядели куда более расслабленными. Ной делал перерывы, чтобы потанцевать с Шией, пока Даррен наслаждался преимуществами шоколадного фонтана. Ну просто мужчина моей мечты. Блейк, которого я окрестила милым, стоял рядом с Линкольном и выполнял все его приказы. Вдоль стен большого бального зала выстроились десятки солдат Армии Падших.

Шия сделала глоток воды, а затем указала на нашего сокурсника Райса – супергорячего кентавра. Было странно называть его горячим, так как он был наполовину животным, но его верхняя половина была очень привлекательной.

– Если бы я с ним переспала, это считалось бы зоофилией? – спросила она, поворачиваясь к нам.

– Фу, Шия! Так вот о каких вещах ты думаешь перед сном? – Я вздрогнула, отгоняя странные мысленные образы.

Она серьезно кивнула.

Фред усмехнулся.

– По очевидным причинам кентавры спариваются только с представителями своего вида.

Шия откинулась на спинку стула. Казалось, она была опечалена этой новостью.

– Давай потанцуем! – воскликнула я, хватая Фреда за руку. Мне больше не хотелось обсуждать странные мысли своей подруги. К тому же я съела столько вкусной еды, что выглядела как будущая мать на третьем месяце беременности. Было бы неплохо сжечь немного калорий.

Фред рассмеялся и последовал за мной. Мы танцевали целый час, и оказалось, что мой партнер знает множество классных движений. Он производил впечатление профессионального танцора. Наверное, его духовным наставником был Майкл Джексон.

– Ого, парень. Да ты умеешь двигаться! – восхитилась я.

Он ухмыльнулся.

– Моя мама всегда хотела дочь, но вместо этого получила трех сыновей. Поэтому с трех лет я ходил на занятия по хип-хопу.

Я была искренне впечатлена его навыками.

– Тебе нужно работать танцором или хореографом, – воскликнула я, пытаясь перекричать музыку.

– Может, в другой жизни. – Он пожал плечами.

Да, учитывая нынешнее положение вещей, творческие профессии не были в приоритете.

– Мне нужно в туалет. Сейчас вернусь, – сказала я.

Фред кивнул, оставаясь вместе с Шией, которая исполняла впечатляющий номер в стиле Бейонсе. С самого детства мы с ней любили танцевать. Это было нашей фишкой, нашим способом расслабиться, и мы танцевали, не заботясь ни о чем на свете.

– Куда ты идешь? – позади меня раздался низкий голос Линкольна. Я резко остановилась и бросила убийственный взгляд через плечо. Я совсем забыла, что он тоже был здесь.

– Я иду в туалет. Или это запрещено? – Я скрестила руки на груди.

Он кивнул, положив руку на эфес своего меча.

– Показывай дорогу.

Я закатила глаза.

– Ты никуда не идешь. Со мной все будет в порядке.

Линкольн молча уставился на меня в ожидании, когда я пойду дальше.

«Он понятия не имеет, на что мы способны», – сказала Сэра, спрятанная в моем ботинке.

Казалось, она была оскорблена не меньше меня.

«Я знаю. Он думает, что я ребенок».

Я упрямо стояла на месте. Вздохнув, Линкольн взял меня под руку и потянул за собой в дальнюю часть бального зала. Наконец, я увидела табличку с надписью «Туалет» прямо над длинным коридором, с двумя дверями в самом конце.

– Послушай, я знаю, что ты считаешь меня чересчур осторожным. Но до меня дошла информация о новом нападении, которое может произойти во время бала. Вот почему я такой нервный, – пробормотал он.

Все мое тело оцепенело.

– Нападение? Почему ты сразу мне не сказал? Надо отменить мероприятие. – Теперь я поняла, почему в зале было столько солдат Армии Падших.

Линкольн вздохнул, проводя рукой по волосам.

– Рафаил не доверяет моей информации. По его мнению, этого недостаточно, чтобы отменить мероприятие, которое приносит тысячи долларов на благотворительность. В итоге мы пошли на компромисс и усилили безопасность.

Я потерла руки, борясь с желанием вытащить свой кинжал. Мне очень хотелось писать, но я должна была разузнать больше.

– Зачем им нападать на благотворительное мероприятие? – Как только этот вопрос слетел с моих губ, я поняла, насколько глупо и наивно он прозвучал.

– Они пытаются уничтожить как можно больше учеников Академии Падших. Так в армию их противника попадет меньше людей, – пояснил Линкольн.

Я снова потерла руки, переминаясь с ноги на ногу. Мне срочно нужно было в туалет.

– Иногда я забываю, что мы на войне.

На его лице появилось отстраненное выражение.

– А вот я никогда этого не забуду.

Я снова начала пританцовывать на месте.

– Иди в туалет, женщина! – воскликнул он, указывая на дверь в конце коридора.

– Теперь мне страшно, – сказала я, оглядывая темный коридор. Он только что рассказал мне о возможном нападении. Туалетная кабинка или темный коридор были лучшими местами, чтобы неожиданно наброситься на ничего не подозревающую жертву.

Линкольн усмехнулся, блеснув голубыми глазами.

– Я буду прикрывать твою спину. Иди.

Почему он так прекрасен? Почему он так хорошо целуется? Почему я пялюсь на его губы?

Не желая показаться слабачкой, я побежала по коридору. Мой взгляд в панике метался по темным углам, и я напряженно принюхивалась, пытаясь учуять серу, уксус или другой демонический запах. Не обнаружив ничего подозрительного, я открыла дверь туалета и заглянула внутрь.

– Эй? – никакого ответа. – Просто чтобы вы знали, я отлично отношусь к демонам, – нервно объявила я.

Наклонившись, я заглянула под каждую кабинку. Когда я убедилась, что в комнате никого нет – из моей груди вырвался вздох облегчения. Сходив в туалет, я торопливо вымыла руки, но стоило мне потянуться за бумажным полотенцем, как до меня донесся приглушенный крик.

Широко распахнув глаза, я потянулась к Сэре. Может быть, я просто перенервничала и на самом деле это был радостный возглас, но теперь, когда я прислушалась, – мне показалось, что музыка затихла.

В зале снова раздались крики.

Я выглянула за дверь и уставилась в темный коридор.

Вот черт.

Мне пришлось прищуриться, но, кажется, Линкольн уже с кем-то дрался. Его рука с мечом была вытянута в сторону, и я увидела, как за его спиной пробегает толпа кричащих людей.

Шия.

Я побежала по коридору, держа Сэру наготове. Добравшись до Линкольна, я столкнулась лицом к лицу с тем же проклятым демоном-абрусом. Линкольн выставил левую руку, и прямо в лицо демона ударил луч белого света. На мгновение тот отпрянул, но быстро пришел в себя и повернул голову, чтобы посмотреть на меня.

– Почему ты меня преследуешь? – закричала я. Неведение было просто невыносимым. – Что я такое?

Линкольн отступил назад, загородив меня своим телом.

– Ты одна из нас. Ты должна пойти со мной. С моей помощью ты научишься контролировать свою темную магию, – абрус говорил мягким, манящим голосом.

Темная магия. Он знал о моей темной магии. Может, на самом деле я не была селестиалом, или, по крайней мере, не только селестиалом. Может, во мне было что-то от серного демона. Если смешать их черные крылья летучей мыши и белые крылья ангела, то получилось бы черное оперение, совсем как у меня.

– Никогда! – взревел Линкольн.

Воспользовавшись заминкой, он бросился вперед и вонзил свой меч прямо в живот демона. От неожиданности абрус широко распахнул глаза, а затем на его лице появилось зловещее выражение.

Издавая жуткий рев, он раскрыл рот, и оттуда вылетели пчелы. Самые настоящие пчелы вылетели у него изо рта и набросились на Линкольна. Он начал размахивать мечом, вертясь из стороны в сторону. Он ни на дюйм не сдвинулся со своего места, продолжая стоять между демоном и мной. Пока Линкольн возился с насекомыми, демон вытащил гладкий черный меч.

– Нет! – крикнула я, со всей силы толкнув Линкольна плечом. Как только он оказался в стороне, я выставила вперед одну руку, сосредотачивая свой гнев в одной точке. Черная магия, которую я так старалась скрыть, вылетела из моей ладони и обвилась вокруг шеи демона.

В его глазах промелькнуло удивление, а затем он ухмыльнулся. У него в животе торчал меч, его душила черная магия, и он ухмылялся.

Проклятый псих.

«Я могу разобраться с этими пчелами», – сказала Сэра.

Черт, я совсем забыла о Линкольне. Он лежал на земле, окруженный целым роем пчел.

Пока демон пытался справиться со своим новым галстуком, я прижала плоскую сторону своего кинжала к спине Линкольна. Лезвие вспыхнуло белым светом, и я отвернулась, зажмурив глаза. Клинок заметно нагрелся, но при этом не обжег мою ладонь. Открыв глаза, я увидела, что все пчелы превратились в пепел.

«Да ты крута», – сказала я своей маленькой напарнице.

«Спасибо, милая. А теперь беги, пока он отвлекся!»

Точно. Абрус все еще пытался избавиться от моей удушающей магии.

Просунув руку Линкольну под мышку, я подняла его на ноги. Кожа селестиала была покрыта красными рубцами, но я видела, что его ладони светились оранжевым, а значит, он уже занялся своим исцелением. Одной рукой он вытащил свой меч из живота демона, а другой обхватил мое плечо. Зимний бал превратился в хаос.

– Шия! – крикнула я.

– Сюда! – справа раздался голос моей лучшей подруги.

Повернувшись в ее сторону, я увидела, что она придерживает правую дверь, через которую выбегали испуганные гости. Ной и Блейк стояли рядом с ней, торопливо выпроваживая всех на улицу.

Мы с Линкольном бросились бежать, но в этот момент абрус снова попытался напасть. Линкольн выставил руку, и столб ослепляющего белого света ударил демона прямо в лицо.

Ого. Он явно не пропускал занятия по изучению света.

Как только мы благополучно пересекли бальный зал – перед нами возник Даррен.

– Среди нападающих есть абрус, два серных демона и горстка касторов, – сообщил он Линкольну.

Кивнув Даррену, Линкольн мягко обхватил мою шею, чтобы повернуть меня к себе. Он провел большим пальцем по линии моего подбородка, оглядывая мое тело сверху донизу и, кажется, восхищаясь моим платьем.

– Ты неплохо сражаешься. Мне жаль, что твое свидание сорвалось, – произнося слово «свидание», он поморщился, будто оно горчило у него на языке.

Я совершенно точно ему нравилась. Ну что за придурок.

Я ухмыльнулась.

– Спасибо. Это все благодаря йоге.

Линкольн усмехнулся, но в этот момент в зале раздался чей-то крик, и его лицо исказилось от напряжения.

– Возвращайся в школу вместе с Блейком и Ноем. Напиши мне, как только будешь в безопасности. Сиди в кабинете Рафаила и жди меня.

Я нахмурилась.

– Ни за что. Идем со мной.

Он оглянулся. Абрус избавился от моих чар и теперь злобно ухмылялся, глядя на нас.

Линкольн снова повернулся ко мне.

– Я не убегаю от демонов, Бриэль. Иди. Мне нужно знать, что ты в безопасности.

«Я не убегаю от демонов». Это была самая дерзкая и крутая вещь, которую он когда-либо говорил.

– Я могу помочь, – сказала я, показывая ему Сэру.

Линкольн покачал головой.

– Забери ее, – прошептал он, обращаясь к тому, кто стоял у меня за спиной, а затем меня с силой потащили прочь.

– Нет! Линкольн! – У того, кто меня удерживал, была крепкая хватка. Я брыкалась и билась изо всех сил, но все безрезультатно. В конце концов я сдалась и обернулась назад.

Забыв обо мне, Линкольн развернулся и взмахнул мечом. Из лезвия вырвались голубые осколки света, и серные демоны попадали на колени. Когда меня почти вытащили за дверь, на Линкольна бросился взбешенный абрус.

– Линкольн!

Я даже не осознавала, что по моему лицу текут слезы, пока тот, кто вытащил меня на улицу, не вытер их своей рукой.

– Прости. Мне очень жаль, – извинился Фред.

Затем он втолкнул меня в джип Ноя и закрыл дверь. Его печальное лицо было последним, что я видела в ту ночь, пока машина выезжала со стоянки.

Глава семнадцатая

Всю дорогу до академии я кричала, чтобы Ной развернул машину. Он, в свою очередь, убеждал меня: нужно выполнять приказы, Армия Падших уже на подходе, и что с Линкольном все будет в порядке.

Как только мы приехали, я достала телефон и отправила Линкольну сообщение, а затем меня проводили в пустой кабинет Рафаила. Усадив меня на диван, Ной объяснил, что это самое безопасное место и что он будет охранять дверь снаружи. Шие не разрешили ждать вместе со мной, поэтому она побежала прятаться в нашу комнату. Мы переписывались почти целый час, но, каким-то чудесным образом мне все же удалось заснуть.

Когда меня разбудили приглушенные голоса, было еще темно, и я поняла, что сейчас раннее утро.

– Кто она такая? Им нужна ее темная магия, но ведь в Академии Падших много других учеников с демоническими силами, – прошептал Линкольн.

– Она проснулась, – сообщил Рафаил.

Проклятье. Архангел-экстрасенс!

С трудом разлепив глаза, я села и посмотрела на сильно потрепанного Ликнольна. Видимо, ему не удалось поспать, и, судя по свежей перевязи на его плече, он только что вернулся из целебной клиники.

– Ты в порядке? – Я вскочила на ноги, стряхивая остатки сна.

Некоторые участки его кожи все еще были покрыты красными рубцами от укусов пчел.

– Я поправлюсь. – Его голубые глаза блуждали по моему телу, словно он хотел убедиться, что у меня нет серьезных травм.

Я находилась на грани нервного срыва. Мое здравомыслие плясало чечетку на самом краю моего сознания, угрожая вот-вот спрыгнуть вниз.

– Ты должен рассказать мне все, что знаешь. Я не могу жить в неведении. Зачем я им нужна? Почему у меня черные крылья? Что я такое? – прокричав последние слова, я взмахнула трясущимися руками. У Рафаила были ответы, и мне нужно было их получить, иначе я бы просто сошла с ума. Незнание было страшнее правды.

Архангел вздохнул и обменялся долгим взглядом с растерянным Линкольном, а затем направился ко мне. С каждым шагом его присутствие чувствовалось все сильнее, напоминая приятное ощущение лечебного бальзама. Протянув руку, он положил ладонь мне на плечо, и я сразу же ощутила удивительное спокойствие.

– Твой ангельский анализ крови показал наличие демонических сил, – его слова стали ударом под дых. Каждое. Отдельное. Слово. Конечно, я догадывалась, что у меня были демонические способности, но до этого момента я предпочитала находиться в состоянии полного отрицания.

В отличие от других селестиалов я не была благословлена ангелами.

Я сбросила его ладонь со своего плеча и скрестила руки на груди, на мгновение отвернувшись к стене, чтобы успокоиться.

– Ну и что? Ее мать – некромант. У половины академии есть демонические способности. Почему им нужна именно она? – Линкольн пытался сгладить ситуацию, и в этот момент я полюбила его еще сильнее.

Рафаил прочистил горло.

– Из-за пророчества. Из-за того, чьими силами она обладает.

Все мое тело оцепенело, и я на мгновение перестала дышать. Медленно обернувшись, я посмотрела прямо в глаза архангелу.

– Что вы сказали?

От пророчеств не следовало ждать ничего хорошего. Я никогда не слышала о пророчестве, которое предсказывало мир на земле или всеобщее счастье.

Рафаил снова вздохнул, сдавая позиции.

– Сразу после войны, когда мы поняли, что произошло с человечеством, нам пришлось отправиться на поиски первой Видящей. Она была пожилой женщиной примерно шестидесяти лет. Именно она сделала предсказание, которое каждый следующий Видящий повторял слово в слово, хотя никто из них никогда его не слышал.

Нет.

Мои мысли сразу же вернулись к Джеймсу и тем нескольким минутам перед церемонией Пробуждения. Он говорил, чтобы я была осторожна, но ведь это было не все? Я никак не могла вспомнить его слова. К тому же нас прервали, прежде чем он успел рассказать что-то еще. С тех пор я его не видела. Только теперь я поняла, что даже не слышала о Джеймсе с того самого дня. Что с ним случилось после церемонии Пробуждения? Я должна была расспросить Шию: вдруг она видела его в Академии Нечестивых? Видящие встречались очень редко. Кажется, в Академии Падших не было ни одного.

– Что за пророчество? – спросила я, жалея, что со мной не было моего любимого плюшевого мишки Тедди. У него был всего один глаз, а голова еле держалась на туловище, потому что Майк пытался «застрелить» его из лука. Сейчас Тедди валялся на какой-то свалке, и я отчаянно хотела вернуть его обратно.

Рафаил посмотрел на Линкольна, который уставился на архангела с едва сдерживаемым гневом.

– Пророчества непостоянны. Если я скажу, что скоро ты сломаешь ногу, и это действительно произойдет, то в чем будет настоящая причина? Может, это судьба, а может, все дело в том, что я посеял зерно в твоем сознании? – спросил Рафаил.

– Сэр, – Линкольн выпалил одно-единственное слово, но оно прозвучало достаточно красноречиво.

Скажи нам, или испытаешь на себе всю ярость двух людей, которым не нравится, когда их держат в неведении.

Рафаил кивнул.

– Пророчество гласит, что молодая девушка с черными крыльями отправится в подземный мир и убьет Люцифера, чтобы положить конец войне.

Это все не по-настоящему. Я все еще сплю.

Я рассмеялась маниакальным, безумным смехом. Линкольн смотрел на меня с нескрываемым беспокойством. Он поджал губы и нахмурился.

– Это не значит, что речь идет именно о тебе или что пророчество сбудется. Будущее изменчиво…

– Почему у меня черные крылья? Кто я? – я много раз спрашивала об этом, но он всегда уклонятся от ответа.

Тогда Рафаил решил взять на себя роль отца, который собирался сказать своему маленькому ребенку, что его кошку сбила машина.

– Ты – прекрасная душа, которая была наделена силами четырех архангелов и…

Он сделал паузу, и я наклонилась вперед, хотя и не была уверена, что действительно хочу это знать.

– Люцифера.

Он произнес это вслух. Мой худший кошмар сбылся наяву. Не то чтобы я могла подумать о чем-то столь ужасном, но в итоге самое худшее, что могло случиться с любым человеком, случилось со мной. Кто бы захотел обладать силами, полученными от Люцифера?

Я отчаянно замотала головой.

– Нет. Нет, вы ошибаетесь. – К моему горлу подступила желчь.

Отрицание. Отныне я собиралась жить в отрицании, потому что принять правду было просто невозможно.

Я повернулась к Линкольну, который замер на месте с приоткрытым ртом, уставившись на меня таким взглядом, словно у меня выросла лишняя голова.

Рафаил придвинулся ко мне, и я сделала шаг назад.

– Я не хочу, чтобы меня утешали. Я хочу знать правду! – закричала я.

Он нахмурился.

– Конечно. – Он подошел к столу и достал коробку с церемониальным ножом. – Когда я испытывал твою кровь – на лезвии зажегся символ Люцифера. Змея.

Это доказательство поразило меня до глубины души, и мои глаза невольно наполнились слезами. Отрицание превратилось в стыд.

– Это нечестно! – Слезы начали стекать по моим щекам. – Я не просила об этом. Вы постоянно говорите о свободе воли – ну так я этого не хотела! Я была невинной пятилетней девочкой, когда вы, – чувствуя нарастающую ярость, я ткнула в него пальцем, – …вместе с остальными ангелами начали войну и извратили мой народ. Невинные люди превратились в чудовищ из-за всех вас! – крикнула я.

Лицо Рафаила исказилось от боли.

– Я знаю. Мне очень жаль.

Линкольн поморщился.

– Бриэль.

– Нет. Оставь меня в покое, – я развернулась и выскочила за дверь, проносясь мимо Ноя, Блейка и Даррена, которые охраняли кабинет.

Я была злом. Шия заставила меня пообещать, что я не позволю ей перейти на темную сторону, но в итоге я сама оказалась порождением тьмы. По моим венам текла не просто темная магия: это была его магия. Самого Люцифера. Дьявола. Зла во плоти. От одной мысли об этом меня начало тошнить.

Я побежала быстрее, и наконец оказалась в открытом поле, где я могла побыть в одиночестве. Все еще спали, а солнце только начинало подниматься над горизонтом. Я хотела улететь далеко-далеко, в другую страну, и никогда больше не говорить об этом. Начать жизнь с чистого листа.

Если я и правда была странной маленькой падчерицей Люцифера – мне стоило всерьез опасаться за свою жизнь. Я понимала, что демоны никогда не оставят меня в покое. Особенно если они верили в пророчество, согласно которому я должна была его убить.

Это казалось нелепым. Девятнадцатилетняя девушка должна спуститься в ад и убить дьявола? Я засмеялась, и по моему лицу потекло еще больше слез.

За спиной раздались шаги, и я повернулась к Линкольну. Я стояла посреди поля, задыхаясь от быстрого бега. Мое лицо было мокрым от слез, и я все еще была одета в свое измятое вечернее платье.

– Я – зло. – Из моей груди вырвался громкий всхлип. Мне было необходимо высказать свои страхи – так почему бы не поделиться ими с Линкольном? Наверное, он пришел сюда, чтобы запереть меня в каком-нибудь безлюдном месте, где за мной могли бы вести постоянное наблюдение.

Его лицо исказилось в агонии.

– Нет. Не может быть.

Он притянул меня за плечи и прижал к своей груди. Запах Линкольна смешался с теплом его напряженных мышц, и в этих крепких объятиях я ощутила себя в безопасности. Рядом с ним мне было так спокойно, словно я снова вернулась домой.

Линкольн Грей обнимал меня. Сильно. Как будто не хотел отпускать.

Может, мне это снилось.

– Вместе мы во всем разберемся, – пообещал он.

Что?

Когда я подняла глаза – он посмотрел на меня, и наши губы оказались всего в нескольких мучительных дюймах друг от друга.

– Вместе?

Линкольн кивнул.

– Да. Я сильно к тебе привязался. Теперь ты моя.

«Теперь ты моя».

Мой мозг едва успел понять смысл этих восхитительных слов, когда его губы нежно коснулись моих. В отличие от поцелуя на пляже этот не был страстным. Напротив, он был мягким, изучающим и слишком коротким.

Отстранившись, Линкольн провел пальцами по моим волосам.

– Когда мы впервые встретились, я все еще пытался пережить потерю своей семьи и закрылся от всего мира. Но ты зажгла что-то внутри меня, и я снова начал ощущать эмоции. Я пытался бороться с этим чувством, искал причины, по которым нам нельзя быть вместе, но я так больше не могу. – Он провел по моей щеке большим пальцем, и в моем животе разлился пульсирующий жар.

Вау. Вот это признание.

– Никому об этом не рассказывай. За исключением Шии. – Линкольн тут же переключился в боевой режим. – Я собираюсь удвоить количество наших занятий. Я хочу, чтобы к концу года ты стала смертоносной машиной по уничтожению демонов. Прояви себя во время Испытания и поступи на второй курс. Это единственный способ обезопасить тебя, – заявил он.

Мои мысли все еще были заняты нашим поцелуем и его словами о том, что я, Бриэль Этвотер, зажгла что-то внутри него. Но затем на меня обрушилась суровая реальность: образно говоря, я была дочерью Люцифера.

– Что, если я погружусь во тьму? – Во время нападения демонов из моего горла вырвался поток темной, удушающей магии. Было бы глупо игнорировать это событие.

Линкольн покачал головой.

– Это невозможно.

Отрицание. Я была хорошо знакома с этим чувством.

– Линкольн, я ценю твою веру в меня, но если я стану темной…

Он обхватил мои щеки ладонями.

– Бриэль, иногда ты ужасно меня раздражаешь, ты чертовски упряма, никого не слушаешь, и я уверен, что черная магия, которой ты душила абруса, очень опасна, но ты не злая. Я знаю твою душу.

«Я знаю твою душу».

Должно быть, Линкольн провел много времени наедине с поэтическими сборниками, которые я видела у него в трейлере. Не то чтобы я была против.

До меня доходили слухи о тех, кто полностью погрузился во тьму и в конечном итоге лишал себя жизни. Человеческая природа просто не могла вынести такого количества зла. В прошлом году наша соседка – молодой темный маг – покончила с собой, прямо в своей квартире.

– Погоди, я тебя раздражаю? – в замешательстве спросила я, но его смех согрел меня изнутри и вызвал улыбку на моем лице. – Ты самый большой придурок, которого я когда-либо встречала, – я подмигнула, наконец-то обернув этот жест против него.

Линкольн поцеловал меня в кончик носа.

– Ну разве мы не отличная пара?

Линкольн Грей – мой парень. Это какая-то альтернативная вселенная? После нашей первой встречи мне хотелось его убить, но теперь я хотела снова и снова наблюдать за тем, как он выходит из ванной, обернутый полотенцем. Эта картина невольно возникла в моем сознании.

– И что теперь? – спросила я.

Он убрал руки с моего лица и стиснул зубы.

– Теперь мы будем тренироваться. Я собираюсь научить тебя всему, что знаю сам. К концу учебного года мы сильно обгоним программу первого курса.

– Я устала только при одной мысли об этом.

Линкольн кивнул.

– Так и должно быть. Я больше не собираюсь делать тебе поблажки. В конце концов, это не принесет тебе никакой пользы.

Отступив назад, я скрестила руки на груди и уставилась на него.

– Прошу прощения? Поблажки? Я спасла тебя от пчел, забыл?

Он усмехнулся.

– Нет, это сделала Сэра. И если тебя похитят – первым делом они уничтожат твой кинжал. Ты сама должна стать оружием. Я собираюсь сделать из тебя оружие, Бриэль. – Во взгляде Линкольна мелькнуло что-то зловещее.

Черт. Звучит страшно.

Я пожала плечами.

– Может, вместо этого мы просто сходим на свидание? Ты любишь кино?

Его лицо даже не дрогнуло, и я застонала.

– Когда начинаем?

Прошлой ночью я спала на неудобном диване, а он был ранен, так что нам вряд ли стоило начинать занятия прямо…

– Сейчас. Иди переоденься, – скомандовал он.

Я застонала еще громче, покоряясь своей судьбе.

Следующие несколько месяцев будут по-настоящему тяжелыми.

* * *

И я оказалась права.

Наши тренировки стали гораздо сложнее, чем раньше. Я засыпала прямо в классе, потому что занятия с Линкольном отбирали все мои силы, но в остальном все было не так плохо. Мы с Фредом остались друзьями, и с моего благословения он начал встречаться с Анджелой. Наши отношения с Линкольном крепли день ото дня, но при этом бо́льшую часть времени мы обменивались взаимными оскорблениями.

– Вставай, женщина! – приказал он.

Мой очаровательный кавалер стоял надо мной с огромным мечом, кончик которого упирался мне в шею.

– Это нечестный бой. У меня нет оружия! – огрызнулась я.

После утомительных тренировок мы подолгу целовались в его трейлере, сводя на нет все те гадости, которые мы успели друг другу наговорить. Я все время хотела зайти дальше, но, несмотря на то что два месяца назад мне исполнилось девятнадцать, меня немного пугала наша разница в возрасте. А еще я случайно проговорилась, что занималась сексом всего один раз и что весь процесс занял тридцать секунд. После этого Линкольн постоянно называл меня девственницей.

– Демоны не умеют сражаться честно. Поднимайся, – прорычал он, и кончик лезвия еще сильнее вжался в мою кожу.

Пожалуй, Линкольн был немного сумасшедшим, но его внешность с лихвой компенсировала все недостатки.

В конце концов, все мы слегка безумны.

– Ты приставил меч к моей шее. Если я встану, то истеку кровью, – объяснила я на случай, если он забыл принять свои лекарства или что-то в этом роде.

Он пожал плечами.

– Придумай что-нибудь. Используй темную магию, преломи свет, пни меня между ног. Просто сделай что-нибудь.

Я рассчитывала, что когда-нибудь он станет отцом моих детей, поэтому удар между ног был сразу же вычеркнут из списка. Преломить свет? Он был пьян? Этот прием относился к продвинутому уровню. Даррен пытался меня научить, но у меня не получалось даже создать свет. И я не хотела использовать темную магию. Ни за что. Никогда. И определенно не на Линкольне.

– Я беременна от тебя, – спокойно заявила я.

Он широко распахнул глаза, и его рука немного расслабилась.

– Что?

Использовав его замешательство, я откатилась в сторону и ударила его по ногам. Выронив меч, Линкольн плюхнулся на задницу.

Продолжая лежать на полу, я довольно ухмыльнулась, и он повернулся, чтобы посмотреть на меня.

– Это был грязный прием, – сказал Линкольн одобрительным тоном. – Но эффективный.

Я подползла ближе и оседлала его бедра. Мы были одни в маленьком боковом спортзале, и Линкольн уже начал привыкать к публичным проявлениям привязанности. Время от времени он начинал угрожать, что найдет мне нового тренера, исключив конфликт интересов. Правда, уже в следующую минуту он говорил, что не сможет доверить мое обучение кому-то другому.

Когда я уселась на его промежность и выгнула спину, прижимаясь к нему тазом, он тихо застонал.

– Дурак. У нас не было секса, так что я не могу быть беременна, – наклонившись, я поцеловала его горячие губы.

Он слегка прикусил мою нижнюю губу, а затем прижал ладонь к моей спине. В следующую секунду мир перевернулся с ног на голову, и я оказалась под ним.

– Может быть, пора исправить эту ситуацию, – он оглядел меня из-под прикрытых ресниц.

Да, пожалуйста.

Подняв запястье, я посмотрела на воображаемые часы.

– Я сейчас не занята.

Линкольн усмехнулся с озорным блеском в глазах.

– Вот что я тебе скажу. Пройди Испытание, и тогда, возможно, я подумаю о том, чтобы лишить тебя девственности.

Я издала разочарованный стон.

– Я не девственница! С каких это пор девушка должна умолять о сексе?

Он поцеловал меня в лоб и поднялся на ноги.

– С этого момента.

Сексуальное напряжение между нами было практически ощущаемым, и я знала, что он хотел этого не меньше меня. Я еще никогда не испытывала такого дикого желания. Мы встречались почти три месяца и были взрослыми людьми, которые достигли возраста согласия и серьезно относились к предохранению. Я не видела ни одной причины, по которой мы не могли заняться сексом.

– Пройди Испытание, – повторил он.

Поднявшись, я сняла майку, демонстрируя синий спортивный бюстгальтер. Я надеялась, что мои соски достаточно затвердели, чтобы привлечь его внимание.

Линкольн посмотрел на меня широко распахнутыми глазами.

– Что ты делаешь?

– Ничего, – ответила я, пожимая плечами. – Здесь жарко.

Он нахмурился.

– Я вижу, что ты делаешь. Пытаешься меня убить?

– Это работает?

Он поправил брюки.

– Да. На сегодня мы закончили.

Я усмехнулась.

Глава восемнадцатая

В тот вечер мы с Люком, Хлоей и Ши встретились в спортивном зале, чтобы потренироваться. До нас дошли слухи, что во время Испытания нужно работать в командах, поэтому мы практиковали командные приемы и уловки. Благодаря занятиям с Дарреном я неплохо подкачала руки и ноги, а Шия неимоверно преуспела в изучении заклинаний. На прошлой неделе она сотворила очень правдоподобную иллюзию, словно Линкольн спит в моей постели. Стоило мне повернуться на другой бок, как он бесследно исчез, что было довольно удручающе.

– Мой отец проговорился, что Испытание нужно не только для перевода учеников на второй курс. Его результаты определяют ваш ранг, на случай, если в будущем вы вступите в Армию Падших. Задание ограничено по времени, так что чем лучше ваше время, тем выше ранг, – сказала Хлоя, и ее клыки слегка выступили над нижней губой.

Я пожала плечами.

– Звучит круто, похоже на магический норматив.

Она кивнула.

– Но мой отец говорит, что на Испытании воспроизводят реалистичные условия. Он не мог рассказать больше, но намекнул, что наши жизни могут быть в опасности.

Мои глаза чуть не вылезли из орбит.

– Почему Рафаил это допустил?

Шия закатила глаза.

– Ты слишком превозносишь Рафаила. Да, обучение не стоит ни цента, но только потому, что архангелы набирают людей в свою армию.

– Их армия защищает людей от демонов, – возразила я.

Моя подруга пожала плечами.

– Не кипятись. Просто они хотят отделить слабых от сильных, и мне нравится жизнь в академии, так что давай потренируемся.

Я усмехнулась.

– Ты уверена, что сможешь пропустить свое свидание в среду? – В этот день они с Ноем обжимались в его машине.

– Ты уже переспала с ним? – спросила Хлоя.

Шия скорчила гримасу отвращения.

– Я бы даже близко не подпустила его пи-пи к своей ви-ви.

Я громко расхохоталась. Меня развеселила не столько ее манера выражаться, сколько испуганное выражение, промелькнувшее на лице Люка.

– Ты и в самом деле сказала «пи-пи»? Боже мой, ты словно воспитательница в детском саду, – пошутила я.

Она закатила глаза.

– Ладно, меня не интересует его грязный член. Кто знает, куда еще он его засовывает.

Фу, это было вульгарно. Лучше бы она остановилась на «пи-пи».

– Тогда почему бы не прекратить эти встречи? – спросила я, раскладывая тренировочные маты на полу спортзала.

Она пожала плечами.

– Иногда я фантазирую, что однажды он перестанет шляться с другими девушками, мы поженимся, заведем прелестных детей и будем жить в пригороде.

На этот раз засмеялась Хлоя.

– Удивительно, что он все еще приходит на ваши свидания. Должно быть, у тебя есть что-то, чего он хочет. – Она подмигнула и шлепнула Шию по заднице.

Шия послала ей воздушный поцелуй и нетерпеливо потерла руки.

– Только посмотрите. Я нашла книгу для продвинутых магов, пока проверяла работы в кабинете мистера Клеймора. Мне до смерти хочется попробовать это заклинание. Он создает портал между двумя точками. Итак, давайте представим, что Испытание предполагает долгий забег. Я могу открыть один портал на старте, а второй – на финишной прямой и привести всех нас к победе.

Люк тихо присвистнул.

– Помнишь, как ты пыталась зачаровать мои рога, чтобы с них капал яд? Я тогда чуть не умер.

Ох, точно. Это было довольно страшно. Звериная форма Люка и так выглядела достаточно угрожающе, но, словно этого было недостаточно, Шия предложила сделать его рога ядовитыми. В итоге все пошло не по плану, и он целую неделю пролежал в больничной койке.

Шия закатила глаза.

– С тех пор я значительно улучшила свои навыки. Поверьте, это совершенно безобидное заклинание. К тому же я не заставляю вас испытывать его на себе. Я просто начну тренироваться в создании порталов.

Хлоя пожала плечами.

– Хорошо, но занимайся этим подальше от нас. На случай, если что-нибудь загорится или взорвется. – Она указала в угол зала.

На лице Шии отразилось недовольство, но она все же отошла на приличное расстояние.

– Люк, принимай свою животную форму, – проинструктировала я, поворачиваясь к чернокровке. – Хлоя, я хочу испытать твою силу.

Она усмехнулась.

– А я уж думала, что до этого не дойдет, – вытянув губы, она поцеловала внутреннюю сторону своего запястья, а затем подняла руку и согнула ее в локте.

Каким-то образом я стала лидером нашей маленькой тренировочной группы. И так как за все это время никто из нас не умер, я решила, что все делаю правильно.

Люк начал обращаться, и я поняла, что никогда не привыкну к звуку ломающихся костей. Оборотни делились на несколько разных видов. Большинство из них принимали облик обычных земных животных с рогами, и Люк не был исключением. Каждый раз, когда он превращался в массивного бурого медведя с загнутыми черными рогами, у меня по спине бежали холодные мурашки. Я успокаивала себя тем, что где-то внутри скрывается мой хороший друг, который никогда не причинит мне вреда.

Встав на все четыре лапы, Люк издал приглушенный рык, чтобы мы немного привыкли к особенностям его облика. Я не хотела, чтобы мы намочили штаны от неожиданности прямо во время Испытания.

– Теперь ты, Хлоя. Твои сильные стороны – это сила и скорость.

Она положила руку на бедро.

– И дьявольски привлекательная внешность.

Я усмехнулась.

– Само собой. Итак, давай проверим, сможешь ли ты бросить Люка на дальние маты.

Люк удивленно распахнул свои большие медвежьи глаза, но Хлоя выглядела крайне решительно. Она была сорвиголовой и никогда не отказывалась от брошенного вызова. Я искренне восхищалась ее смелостью.

– Ты готов, большой мальчик? – спросила Хлоя, перекидывая свои рыжие волосы через плечо.

Люк ненавидел, когда его называли большим мальчиком. Он развел лапы и застыл на месте как статуя, просто уставившись на нее.

Хлоя пронеслась через весь зал и врезалась в грудную клетку Люка, повалив его на бок. Я невольно вздрогнула. Она бы не стала действовать слишком жестко, чтобы не причинять ему боль, но это определенно было неприятно. Захрипев, Хлоя подняла медвежью тушу над землей, но затем ее нога соскользнула с гладкой поверхности мата, и бедный Люк снова плюхнулся на землю.

– Э-э-э, ребята? – крикнула Шия из своего угла.

Я обернулась через плечо, и мои глаза чуть вылезли из орбит. Что это такое?

Шия проделала какую-то странную дыру прямо в полу спортзала. Прямо у нас на глазах из нее выползал крошечный демон-змеевик. Шия напряглась и начала пятиться назад, прекрасно понимая, какими опасными могут быть эти маленькие мерзавцы. Слюна змеевика могла ослепить человека на всю оставшуюся жизнь. Я знала об этом не понаслышке: когда-то один из этих мелких гадов оставил на моей ноге ожог от кислоты.

Хлоя в ужасе уставилась на змеевика. Судя по всему, для нее это была первая встреча с демоном. Люк казался более спокойным. Он переминался с лапы на лапу, словно раздумывал, стоит ли ему наброситься на маленького уродца.

– Не двигайтесь. Они легко пугаются и плюются кислотой, – сказала я своим друзьям. Мы все прослушали курс демонологии, но я не знала, сколько именно они запомнили. Мне не хотелось, чтобы кто-то потерял глаз или получил шрам из-за одного неосторожного движения.

К этому времени змеевик уже полностью выполз из портала и теперь с любопытством осматривал комнату. Эти маленькие создания любили сахар. Кексы, сироп, конфеты – для того, чтобы отвлечь змеевика, подходили любые сладости. Но судьба явно была не на нашей стороне, потому что в спортивном зале не было ни кусочка еды.

Демон резко повернулся к Шие и зашипел.

– Шия, иллюзия аконита! – выкрикнула я.

Это привлекло внимание змеевика, и, скривив губы, он плюнул прямо в меня. Я отпрыгнула в сторону за секунду до того, как кислотная слизь приземлилась всего в футе от моей ноги.

– Успокойся. Мы знаем, где есть конфеты, – сказала я.

Маленький демон склонил голову набок, а с его подбородка начала капать слюна. Если бы змеевик не плевался кислотой и не был таким агрессивным, он мог бы сойти за милого домашнего питомца. Демон похож на небольшую собаку с чешуйчатой кожей и липкими лапками, которые позволяли ему лазить по стенам.

– Да, и кексы тоже.

Шия работала над своим заклинанием, и над ее головой танцевали призрачные фиолетовые вспышки. Я надеялась, что она поняла смысл моих слов и уже создает иллюзию демона-аконита. По какой-то причине змеевики ужасно боялись своих старших товарищей, скрытых под темными капюшонами.

В этот момент начался настоящий ад. По всей академии заревели оглушающие сирены, и змеевик, обезумевший от страха, начал плеваться во все стороны. Затем он быстро побежал вверх по стене, поливая нас ядовитой слюной.

– В укрытие! – крикнула я, пытаясь перекричать вой сирен, и спряталась за огромным тренировочным матом. Только теперь я заметила, что в верхней части дальней стены располагался динамик с красной лампочкой.

– Внимание всем студентам! На территорию академии проник демон. Пожалуйста, пройдите в безопасное место и ожидайте помощи, – из динамика раздался громкий голос Рафаила.

Проклятье.

– Шия! Из-за тебя объявили тревогу! – крикнула я. Она пряталась за гимнастическими мячами и, скорее всего, ничего не услышала.

Наконец, сирены замолкли, но красный свет все еще продолжал мигать, оповещая всех об опасности. Мой телефон и Сэра лежали в сумке на другом конце зала, так что у меня не было возможности позвонить Линкольну или забрать свой кинжал.

– О боже! – взвизгнула Хлоя.

Проследив за ее взглядом, я напряглась всем телом. Из портала выкарабкался еще один демон – адский цербер.

– Шия! – взревела я, а затем до меня донесся влажный шлепок, с которым ядовитая слюна приземлилась на поверхность моего импровизированного укрытия. Мне в нос ударил запах горящего поролона, и я поняла, что пора искать что-то более надежное, чем дырявый спортивный мат.

– Вот черт! Я закрою портал, – сказала Шия, выползая из-за гимнастических шаров. Заметив движение, змеевик воспользовался шансом и плюнул прямо на ее протянутую руку.

– Берегись! – я бросилась в ее сторону, прикрываясь своим матом, как щитом.

Но было уже поздно. Кислота попала на кожу Шии, не позволив ей завершить заклинание, и в воздухе раздался ее мучительный крик.

– Была не была, – пробормотала Хлоя. С молниеносной скоростью она выпрыгнула из своего укрытия, сжимая в руках какой-то продолговатый предмет, и змеевик отлетел в другую часть зала.

Хлоя ухмылялась, закинув на плечо деревянный посох для боевых искусств. Я даже не успела заметить, как она скинула крошечного демона с его насеста на стене. Я воспользовалась этим отвлекающим маневром, чтобы добраться до Сэры. Отбросив разорванный мат, я подняла свой кинжал.

Шия скорчилась на земле, прижимая к груди обожженную руку, пока Хлоя внимательно следила за каждым движением маленького демона. Она оказалась быстрее его ядовитых плевков, и теперь носилась по залу, отбивая сгустки слюны деревянным посохом, словно бейсбольный мяч. Люк осторожно подобрался ко мне, и мы оба уставились на цербера.

– Шия, как ты? – позвала я, не сводя глаз с двухголовой дворняги, стоящей передо мной. Церберы могли разорвать человеку глотку за одну миллисекунду и съесть все тело за час. Вместе с костями.

– Со мной все будет в порядке. Разберись с цербером, а я закрою портал, – ее голос дрожал от напряжения. Я прекрасно понимала, каким болезненным может быть ожог от слюны змеевика. Знала на своем опыте.

Одна из голов цербера смотрела на меня, а другая – на Люка. Вдруг обе пасти злобно оскалились и зарычали на нас. Я мало что знала о церберах, кроме того, что они были редкой разновидностью демонов. По слухам, они – любимые создания Люцифера. Я оказалась в крайне невыгодном положении, даже не представляя, как их можно было убить.

«Обезглавить их», – поделилась Сэра. Я поморщилась. Какая мерзость.

«Ты уверена?» – мне совсем не хотелось отрубать головы огромному красноглазому псу.

Она не успела ответить, потому что цербер бросился на меня, вероятно, решив, что Люк представляет бо́льшую угрозу. Я упала на одно колено, как учил меня Линкольн, и приготовилась к удару, но столкновения не произошло. Когда собака прыгнула вперед, Люк низко наклонил голову, а затем резко вскинул тяжелую медвежью морду, ударяя зверя прямо в бок. Один из его рогов пронзил грудную клетку цербера, и обе клыкастые пасти завизжали от боли. Тряхнув головой, Люк швырнул цербера через всю комнату. Демон врезался в стену и сполз на пол, оставив за собой черный кровавый след.

Я быстро оценила ситуацию. Шия сгорбилась над порталом, баюкая свою раненую руку, а Хлоя прижимала змеевика к полу тяжелой подошвой ботинка.

Нам с Люком нужно было прикончить цербера.

В этот момент дверь в спортивный зал распахнулась, и в проходе появился Линкольн. Его сопровождали не меньше двадцати солдат Армии Падших, включая Рафаила и мистера Клеймора.

Глаза Линкольна расширились от удивления.

– Что, черт возьми, здесь происходит? – воскликнул он, выхватив два сияющих меча.

Цербер повернул голову в сторону Линкольна и зарычал, пытаясь подняться на ноги. Под ним разлилась лужа крови, но, кажется, демона это ни капли не смущало.

Линкольн двинулся вперед и двумя быстрыми взмахами отсек обе собачьи головы.

– Сюда, пожалуйста, – позвала Хлоя. Змеевик извивался под ее ногой, чувствуя свою неминуемую гибель. Подоспевший Блейк выстрелил из огнемета, поджигая чешую маленького демона.

Змеевик забился еще сильнее, и Хлоя начала терять равновесие. Сделав последний рывок, он выскользнул из-под ее ботинка и вскарабкался на стену. Вытащив из кармана упаковку «Скиттлз», Линкольн порвал ее зубами. Цветные конфеты рассыпались по полу, отвлекая внимание змеевика. Хлоя медленно отступила назад, а Блейк подошел к демону с другой стороны, держа перед собой огнемет.

Мой взгляд метнулся в левый угол зала, где Рафаил осматривал закрытый портал вместе с Шией и мистером Клеймором. Оставалось разобраться со змеевиком.

Лишь подумав об этом, я услышала характерный звук плевка. Змеевик плюнул в сторону Блейка, и тот выстрелил из огнемета. Столкнувшись с кислотой, пламя разгорелось еще сильнее и с громким хлопком устремилось к потолку. Интересно. Кислота змеевика легко воспламеняется. Блейк попятился, и Линкольн пнул несколько разноцветных конфет поближе к демону.

Маленькие ноздри змеевика раздулись, в глазах появился жадный блеск. Линкольн сделал несколько широких шагов назад, и демон начал сползать со стены. Спрыгнув на пол, он схватил одну конфету и проглотил ее. У него на подбородке повисла тонкая струйка слюны.

Линкольн подтолкнул к нему еще пару конфет, и маленький демон лихорадочно потянулся к ним своими крысиными лапками. Мне показалось, что он был довольно милым, по крайней мере, когда не пытался ослепить нас кислотой. Линкольн бросился вперед, и с кончика его меча сорвались голубые искры. Блейк выстрелил в змеевика из огнемета, в то же время меч Линкольна снес ему голову.

Ох.

Я пораженно уставилась на тлеющее тельце, наконец осознавая всю серьезность ситуации.

Линкольн резко повернулся ко мне.

– Объяснись!

Я поморщилась. Мог бы проявить немного заботы.

– Ну… – я не собиралась выдавать Шию перед Рафаилом. Я не была уверена, что Линкольн вступится за мою подругу, хотя мне и хотелось в это верить. Только вот лгунья из меня была никудышная.

– Я случайно открыла портал в ад, – призналась Шия, прежде чем я успела заговорить.

Я с сомнением посмотрела на свою лучшую подругу. Нам ни в коем случае нельзя было вылететь из академии.

Мистер Клеймор шагнул вперед. В его глазах читалось явное недоверие.

– Что? Это очень сложная магия.

Она смущенно убрала каштановый локон за ухо.

– Да… Я нашла одну книгу в вашем кабинете. Наверное, мне не стоило ее читать, но я клянусь, что не пыталась открыть портал в ад. Я хотела создать портал в библиотеку, чтобы потренироваться перед Испытанием.

Рафаил и мистер Клеймор обменялись любопытными взглядами.

– Все могло закончиться намного хуже. Открытие портала – это программа четвертого курса, – сказал архангел.

Шия вздрогнула, и ее лицо залилось краской.

– Я не знала, что можно открыть портал в ад. Иначе я бы даже не стала пробовать.

Он склонил голову.

– И ты сама закрыла портал?

Она кивнула, и Рафаил еще раз переглянулся с мистером Клеймором.

– Вы меня выгоняете? – Она все еще держала свою раненую руку. Ее срочно нужно было отвести в клинику исцеления.

Рафаил покачал головой.

– Нет, но я назначаю тебе дополнительные занятия с мистером Клеймором. Один час в неделю, в свободное от работы время.

На ее лице отразилось изумление.

– Ладно…

Я не поняла, было ли это наказанием или поощрением. Похоже, Шия тоже в замешательстве.

Рафаил огляделся, оценивая нанесенный ущерб.

– Хорошо, давайте выключим сирену. Ной, пожалуйста, проводи Шию в клинику. Линкольн, я был бы признателен, если бы ты проследил за уборкой в спортзале. – Он указал на тела мертвых демонов.

– Да, сэр, – ответил Линкольн, свирепо покосившись в мою сторону. Как будто я могла контролировать Шию. Как будто это была моя вина.

Зал быстро опустел. Остались только Линкольн, Блейк и я.

Линкольн окинул меня недовольным взглядом.

– Какого черта, Бри? Я же говорил, что тебе нужно быть осторожной, а вместо этого ты привела демонов прямо в академию.

– Думаешь, я разработала этот хитроумный план? – спросила я, уперев руку в бок.

Его лицо смягчилось.

– Нет, но я не ожидал увидеть, как моя девушка сражается с цербером и змеевиком. Ты ужасно меня напугала. – Он осторожно обхватил мое лицо ладонями.

Я ухмыльнулась.

– Девушка?

Он закатил глаза.

– Неважно.

Я потянулась вперед, чтобы быстро поцеловать его в губы. Когда мы отстранились, он тихо вздохнул.

– Серьезно, Бри, я очень волновался. По всей академии сработала сигнализация, а тебя не было в общежитии, и ты не отвечала на телефон. Я испугался.

Это признание говорило о том, что Линкольн искренне обо мне заботится. Сперва я боялась, что для него это просто интрижка, но с каждым событием мы сближались все больше и больше. Теперь я чувствовала: наши отношения стали по-настоящему серьезными.

Дверь в зал снова распахнулась.

– Этвотер! В клинику, сейчас же! – рявкнул Ной.

Уф. Долг зовет.

Глава девятнадцатая

Я бежала по коридору вслед за Ноем.

– В чем дело? Слишком много пациентов? – спросила я.

Он покачал головой.

– Нет, но как твой наставник по целительству я хочу, чтобы ты вылечила руку Шии. Ей очень больно, так что тебе нужно поторопиться.

Я замерла как вкопанная.

– Ни за что! Я сделаю только хуже. Исцели ее сам.

Я могла лечить только самые незначительные болезни, вроде воспаления от вросшего ногтя, мигрени миссис Грили и менструальных спазмов Шии. Я была скорее ассистентом, чем целителем, и мне гораздо лучше удавалось накладывать обычные бинты.

Ной схватил меня за руку.

– Подобные травмы очень распространены в зонах боевых действий, и если тебя назначат целителем Армии Падших, тебе нужно будет знать, как вылечить кислотный ожог от слюны змеевика, – с этими словами он потащил меня через двор академии.

– Она моя лучшая подруга. Если я все испорчу, то никогда себе этого не прощу.

Ной оглянулся на меня. Его волосы были растрепаны, а в глазах горел странный огонек.

– Ты ведь знаешь, что мне она тоже небезразлична.

Я думала, они просто обжимаются на заднем сиденье его машины.

– Правда? – спросила я.

Он усмехнулся.

– Она постоянно меня отшивает и вертит мной, как игрушкой. Но почему-то мне это нравится. Она… особенная.

С одной стороны, он не очень лестно отозвался о моей подруге, но вроде как это было довольно мило. Я решила сосредоточиться на слове «особенная», потому что это было очень романтично.

– Она говорит, что ты потаскун, – честно сказала я. Его ухмылка стала еще шире.

– Я знаю. Это что-то вроде ласкового прозвища.

Боже мой. У них были очень странные отношения.

– Пошли. Нужно ей помочь, – поторопил он.

Как только мы вошли в палату Шии, ее пылающий взгляд пригвоздил Ноя к стене.

– Конечно, можете не торопиться. Присаживайтесь, выпейте кофе, пока я тут умираю.

Он закатил глаза.

– С тобой все будет в порядке. Бриэль тебя исцелит.

Моя подруга широко распахнула глаза, и у нее на лбу выступил пот.

– Что? Она уже делала это раньше?

Я поморщилась.

– Нет, но…

– Но у вас есть я – лучший целитель в академии и замечательный наставник, – подмигнул Ной.

Шия усмехнулась.

– Я рада, что у тебя все в порядке с самооценкой. Просто поторопитесь, а не то у меня отвалится рука.

О боже. Стены смыкаются. Я сейчас упаду в обморок. Я не могу это сделать.

– Готова? – спросил Ной.

Я сглотнула.

– Конечно.

Правило исцеления номер 1: демонстрируй уверенность, даже если ты до смерти напуган.

Напуганный пациент – это плохо.

Ной встал за моим правым плечом и настойчиво подтолкнул меня к Шие. Я опустилась в кресло рядом с кроватью, где обычно сидел Ной или один из других целителей.

На лице моей лучшей подруги застыло выражение, которое говорило: если повредишь мою руку – я никогда тебя не прощу.

– Эй, у меня все получится, – уверенно сказала я.

Это заставило ее улыбнуться.

– Очень на это надеюсь, иначе тебе придется купить мне коробку пончиков из «Седьмого Неба».

Ха! Это будет стоить моей двухнедельной зарплаты.

– Договорились.

Ной поставил ведро у моих ног. Нахмурившись, я посмотрела на своего наставника.

– Это еще зачем?

– Увидишь. Активируй свою целительную энергию, а дальше я тебе помогу, – проинструктировал он.

Активировать мою целительную энергию. Проще простого.

Я уставилась на свои ладони, а затем перевела взгляд на татуировку Рафаила, выбитую на моем предплечье. Просыпайтесь. Я направила эту мысль в свои руки в надежде, что это сработает.

– Расслабься. Твоя сила проявится сама собой в присутствии раненого человека, – заверил Ной.

Я и так это знала.

Моя ладонь зависла над воспаленным ожогом на руке Шии. Кожа в этом месте сильно натянулась, и мне показалось, что она вот-вот лопнет. Через мгновение моя рука начала нагреваться.

– Работает! – Мне не хотелось выглядеть новичком, но я была слишком взволнована.

– Конечно работает. – Ной выглядел спокойным и собранным.

Оранжевый исцеляющий свет отличался от небесного света, который изучали мы с Фредом. Небесный свет можно было использовать как оружие, но оранжевое свечение было предназначено только для лечения.

– Теперь установи связь с травмой и прими ее в себя. Не слишком много и не слишком быстро, как Линкольн сделал с твоими татуировками. Главное, не переборщить, иначе тебе будет еще хуже, чем Шие.

Он методично вдалбливал это мне в голову каждый день в течение последних четырех месяцев. Спокойно и медленно – эти слова стали моим девизом. Чтобы исцелить человека, целитель должен был взять болезнь на себя. Это была уловка-22. Чем сильнее был сам целитель, тем более серьезную травму он мог вынести. Попытка вылечить человека с ножевым ранением могла бы привести к смерти начинающего лекаря. Ной был самым сильным среди всех целителей, что делало его главным наставником.

Прибегнув к дыхательным техникам, я начала делать размеренные вдохи и выдохи. На каждом выдохе я пыталась впитать ожог Шии через свои ладони. Когда вены на моем запястье нагрелись и засветились, я поняла, что это работает.

Я резко открыла глаза.

– Чувствую легкое жжение.

– Мне уже немного лучше, – призналась Шия. Может, я зря переживала, что у меня ничего не выйдет.

Ной положил руку мне на спину.

– Хорошо, теперь сосредоточься на дыхании. Твое тело было создано для этого. В твоих венах течет кровь Рафаила, покровителя всех целителей. Если будешь усердно тренироваться – на свете не будет такой болезни, которую ты не могла бы излечить.

Мне нужно было сосредоточиться, но после его слов в моем сознании возник отец.

– А можно вылечить рак? – внезапно спросила я.

Шия заерзала на кровати, а на лице Ноя появилось смущенное выражение.

– Рак… это сложная тема. Мы поговорим об этом в другой раз, хорошо?

Он знал. Должно быть, он уже прочитал мое досье, потому что в его взгляде промелькнула жалость. Я молча кивнула.

Сосредоточься, тупица. Ты нужна своей лучшей подруге.

Закрыв глаза, я положила другую ладонь на руку Шии. Я сделала глубокий вдох и забрала еще немного ее боли.

Если бы у меня была возможность выбрать любую суперсилу, я бы не выбрала способность летать, хотя это было довольно здорово. Мне бы не хотелось наколдовать себе миллион долларов, хотя это тоже было круто. Я бы пожелала положить конец человеческим страданиям. Я бы излечила все болезни. На протяжении нескольких месяцев я наблюдала за тем, как мой отец – самый сильный человек в нашей семье – тает на глазах, теряет достоинство и кричит от боли. Это навсегда изменило мою жизнь. Если бы я могла забирать тяжелые болезни – я бы так и поступила.

Если практика и тренировки могли сделать из меня такого же хорошего целителя, как Ной, то я бы предпочла выбрать этот путь. В отличие от Линкольна, я не хотела становиться яростным солдатом с почетными наградами за убийства демонов. Я хотела исцелять людей. Не только «достойных», а всех подряд. Любое страдающее существо заслуживало помощи. До этого момента я не осознавала, что моя страсть – это целительство.

– Не перестарайся, – сказал Ной, похлопав меня по руке.

Я распахнула глаза, и внезапно мое тело пронзила боль тысячи пылающих солнц. Ощутив приступ тошноты, я тихо всхлипнула. Вся рука Шии сияла ярко-оранжевым светом. Моим исцеляющим светом.

Ее ожог полностью исчез. Я справилась.

Ной вздохнул.

– Как я и думал, ты все-таки перестаралась.

Схватившись за живот, я застонала. От сильной тошноты мой рот наполнился слюной. Я поняла, что меня вот-вот стошнит.

Ной слегка надавил мне на затылок, заставляя меня нагнуться над ведром.

– Очисти свой организм, пока не стало хуже.

– Чт… – Меня вырвало обжигающей зеленой кислотой. Дважды.

Закончив, я вытерла рот и посмотрела на Ноя.

– Как такое возможно?

У меня было так много вопросов. Например, как кислота прошла по моим венам, попала в желудок и вышла из горла, не навредив мне?

Он усмехнулся.

– Я говорил, что твое тело создано для исцеления, и у тебя есть природный талант. Надеюсь, в следующем году ты подумаешь о том, чтобы сделать целительство своей основной специализацией.

Я кивнула и посмотрела на Шию.

– Теперь ты должна мне пончики из «Седьмого Неба»?

– Мы так не договаривались, – ухмыльнулась она.

Ной наклонился над кроватью и поцеловал Шию в губы.

– Пончики из «Седьмого Неба» за мой счет, красавица. А теперь мне нужно посмотреть, не нужна ли Линкольну моя помощь. – Он выпрямился и вышел из палаты.

Шия проводила его изумленным взглядом, прищурив глаза и поджав губы.

– Ты ему нравишься. Сильно нравишься, – поддразнила я.

Она нахмурилась.

– Раньше он не целовал меня за пределами своей машины. Это было странно.

Я старалась делать размеренные вдохи, преодолевая последние рвотные позывы.

– Он сказал, что ты вертишь им как куклой и что ему нравится твоя грубая прямолинейность.

Я правильно все пересказала?

У Шии отвисла челюсть.

– Он так сказал?

– Ну не совсем так. Это вроде как комплимент. Ему нравится, что ты не пытаешься ему угодить или что-то в этом роде. Он сказал, что ты особенная. – Из меня вышел плохой гонец.

Она скрестила руки на груди.

– Неважно. Скорее всего, он встречается с пятью разными девушками одновременно.

– Почему бы тебе не спросить его об этом?

Шия откинулась на подушки и уставилась в потолок.

– Потому что я не хочу слышать ответ.

Отрицание. Моя любимая стадия.

Я хотела рассказать, что Линкольн впервые назвал меня своей девушкой, но, наверное, это был не самый подходящий момент.

– Ты открыла портал в ад.

Она поморщилась.

– Упс.

Мои глаза слипались сами собой. Процесс исцеления сильно истощил мой организм. Положив голову на руку Шии, я тихо вздохнула.

– У нас не получается ничего хорошего. Я изрыгаю черную магию, а ты открываешь порталы в ад.

Она засмеялась, положив руку мне на голову.

– В Академии Нечестивых мы бы стали лучшими ученицами.

Я усмехнулась. Скорее всего, она была права, и это было довольно грустно.

– Ну, не всем дано быть Тиффани, – заявила я.

– Мир не выдержит больше одной Тиффани, – ответила Шия.

Что ж, это чистая правда.

Глава двадцатая

Следующий месяц оказался очень тяжелым. На фронте произошли изменения, и Линкольн с Ноем покинули академию на две недели. Им не разрешалось обсуждать это с нами, но я подслушала, как они говорили об увеличении демонической активности и потерях на восточной границе города. На роль моего временного наставника Линкольн выбрал Карла. Он был брюзгливым сорокалетним селестиалом со способностями архангела Михаила. Мы тренировались до изнеможения, и он не давал мне ни секунды передышки, даже когда я получала травмы.

После очередной смены в клинике я отправилась в общежитие, прихрамывая на одну ногу, и в этот момент мне на телефон пришло сообщение.

Линкольн: Я дома. Зайдешь ко мне в трейлер?

Я развернулась и пошла в сторону парковки. Мои нервы были на пределе, ведь я не видела его целых две недели. Мне так и не удалось избавиться от иррационального страха, что он порвет со мной без всякой причины. Теперь, после двухнедельной разлуки, это казалось вполне реальным. За все это время мы лишь изредка обменивались электронными сообщениями.

Я постучалась, несмотря на то что у меня был ключ: перед отъездом Линкольн поручил мне поливать его единственное полузавядшее растение.

– Заходи, – пробормотал он.

Я вошла в трейлер, но гостиная была пуста.

– Линкольн? – позвала я, закрывая за собой дверь.

– Я здесь, – крикнул он напряженным голосом.

Я бросила свою сумку и прошла в спальню, где мы целовались так много раз, что я сбилась со счета. Каждый раз я надеялась, что мы зайдем дальше поцелуев, но пока что мне так и не повезло.

Увидев, что его живот обмотан бинтами, я перестала дышать, все пошлые мысли тут же вылетели у меня из головы.

– Ты ранен! – Я подбежала к нему и села на край кровати.

Обхватив мой подбородок, он осторожно притянул меня к себе, и мы соприкоснулись лбами. Его темные волосы были взъерошены, и, если не считать раны, он выглядел чертовски сексуально.

Линкольн вдохнул.

– Я скучал по твоему запаху.

Его губы коснулись моих, и я легла рядом, стараясь не касаться его живота. Я приподнялась на локте, наслаждаясь мягкостью его губ. Боже, мне так нравилось его целовать; это было потрясающе и возбуждающе.

– Ты ранен, – повторила я, отстраняясь от него.

Он поднял глаза к потолку.

– Я буду в порядке, мне просто нужно отдохнуть. Ситуация на войне ухудшается с каждым днем.

Я не стала выспрашивать подробности, потому что он никогда об этом не рассказывал.

– Карл – просто псих. Он пытается меня убить, – поделилась я.

Линкольн рассмеялся, но тут же схватился за бок и поморщился от боли. За те несколько секунд, что он улыбался, его лицо озарилось светом. Боже, он был таким красивым. Темные непослушные волосы, сильная челюсть, проницательные глаза. Его место было в любовном романе, а не рядом со мной.

– Он говорит, что тебе хорошо удаются полеты с мечом.

– Ха! Он ни разу меня не похвалил. На прошлой неделе я чуть не сломала лодыжку, а он сказал, чтобы я обмотала ее бинтом и возвращалась к занятиям! – пожаловалась я. Ухмыльнувшись, Линкольн бросил на меня хитрый взгляд. – Что? – Я вопросительно подняла бровь.

– Карл был моим наставником. Перед отъездом я сказал, что он может загонять тебя до смерти.

Я широко распахнула глаза.

– Линкольн, он воспринял это всерьез!

Его глаза потемнели.

– Хорошо.

Иногда я всерьез сомневалась в психической стабильности этого человека.

– Все это ради того, чтобы я прошла Испытание? – нахмурившись, спросила я.

Его молчание тянулось так долго, что я чуть не повторила вопрос.

– Нет.

По моим венам пробежал легкий ужас.

– Тогда зачем?

Линкольн тихо вздохнул.

– Бри, существует вполне реальная вероятность, что однажды им удастся тебя похитить.

Теперь по моим венам разлился самый настоящий ужас, из-за которого мое сердце практически сбилось с ритма.

Линкольн приподнялся на локте, морщась от боли.

– Если это произойдет – я тебя найду. Я обязательно тебя найду. Но на всякий случай тебе нужно уметь постоять за себя. Я не хочу думать, что кто-то из них причинит тебе вред, прежде чем я успею до тебя добраться.

Ого. Я никогда об этом не думала. Конечно, я слышала истории, но…

– Хорошо, – только и сказала я, пытаясь избавиться от пугающих мыслей.

Я позволила исцеляющей силе достигнуть поверхности моей ладони и погладила Линкольна по руке, но он резко схватил меня за запястье.

– Нет, – сказал он, покачав головой.

Я нахмурилась.

– Почему нет?

Его пальцы прочертили линию от моего виска до подбородка.

– Потому что я не хочу причинять тебе боль.

Линкольн толкнул меня под локоть, на который я опиралась. В эту же секунду я начала падать в сторону парня, но успела остановиться, прежде чем мы столкнулись носами. Мы замерли в нескольких дюймах друг от друга, и, положив руку мне на затылок, он прижал к себе.

– Ты стала лучом света в самый мрачный период моей жизни. Я позабочусь о тебе. Несмотря ни на что.

Мое горло сжалось от нахлынувших эмоций. В глубине души Линкольн был страстной натурой и верным другом.

Он был прекрасен.

Я так сильно его люблю.

Эта мысль потрясла меня до глубины души. Я даже не поняла, когда это произошло. Может, мы и не были идеальной парой, но, черт возьми, я любила каждую его черту. Я знала: если мы и расстанемся, то он всегда будет заботиться обо мне. Между нами было так много уважения и любви.

Откинувшись на спинку кровати, Линкольн потянул меня за собой.

– Останься со мной, – пробормотал он.

Мы с Шией договорились потренировать боевые приемы, и я только начала писать эссе, которое нужно было сдать на следующее утро, но я осталась.

Конечно же я осталась.

* * *

– Испытание через десять дней! Десять дней, и твое будущее будет определено! – рявкнул Линкольн, замахиваясь левым хуком прямо мне в лицо. Я не могла поверить, что мне удалось пережить свой первый год в Академии Падших. Ну, почти удалось. Испытание отделит слабых от сильных.

Да, мой парень пытался меня избить. Постоянно. Уклонившись от удара, я со всей силы пнула его по внутренней стороне бедра.

– Провал на экзамене – это еще не конец света, – сказала я. Давление, которое он на меня оказывал, становилось невыносимым. Я сделала шаг вперед, прижимаясь к нему бедрами. – И я почти уверена, что заставлю тебя исполнить обещание, вне зависимости от результатов Испытания.

Взгляд Линкольна стал острым как бритва, и он опустил руки.

– Если ты не сдашь экзамен, то тебе не разрешат посещать академию. Это значит, что ты больше не будешь в безопасности. Тебя похитят, мне придется тебя спасать, и все это быстро превратится в хаос. Просто. Пройди. Испытание.

Боже мой, как мрачно.

– Да, сэр, – сказала я, отдавая ему честь.

– Поверь, прохождение экзамена дает и другие преимущества, но я не могу о них говорить. Могу лишь намекнуть, что тебе больше не придется работать в клинике за минимальную оплату.

Деньги? Тем, кто прошел Испытание, давали деньги?

– Я слушаю.

Линкольн слишком хорошо меня знал. Деньги и пончики из «Седьмого Неба» были моими главными мотиваторами.

Он усмехнулся.

– Просто будь готова ко всему, – с загадочным видом добавил он.

Я изобразила заинтригованный вид.

– Жду с нетерпением.

Внезапно на его лице появилось серьезное выражение, и он опустил взгляд.

– Я просил Рафаила освободить тебя от экзамена.

От удивления я приоткрыла рот и отступила назад.

– Что? Зачем ты это сделал?

Как унизительно! Он думал, я не справлюсь самостоятельно и что мне нужно особое отношение?

«Я покажу ему, на что мы способны!» – закричала Сэра, пристегнутая к моему бедру.

«Успокойся. Он просто пытается помочь», – сказала я.

Линкольн провел рукой по волосам.

– Я не могу рассказать в подробностях, но… Испытание может быть опасным. Особенно для тебя.

Особенно для меня? Что это значит?

– Это же школьное мероприятие. Вряд ли оно может быть настолько опасным, – небрежно бросила я.

Линкольн только покачал головой.

– Увидишь. Просто продолжай тренироваться, потому что во время Испытания тебе пригодится любое преимущество. Включая «черный галстук».

Мы ласково называли мою удушающую магию «черным галстуком», но я не хотела использовать этот прием, и Линкольн это знал. Благодаря упорной тренировке мои ладони начали светиться немного ярче. Еще чуть-чуть, и, возможно, я смогу кого-нибудь ослепить.

– Я не хочу погрузиться во тьму, – сказала я.

Он положил руки мне на плечи.

– Не бойся, этого не произойдет. Но ты обладаешь темной магией, и тебе нужно научиться ее использовать.

Ладно. В его словах есть смысл.

Я кивнула.

– Возвращайся сюда в семь вечера. Я подготовил особенную тренировку. – Линкольн направился в угол зала, где стояла его спортивная сумка и бутылка воды.

– Я надеюсь, на ней не будет Карла? – При одной мысли об этом меня охватил страх. Я больше не хотела тренироваться с этим сумасшедшим.

– Нет. Но кое-кто особенный научит тебя жизненно важным навыкам.

Я вздохнула.

– К чему такая загадочность?

Он усмехнулся.

– Просто приходи.

Поцеловав меня на прощание, он вышел из зала, и я осталась наедине с собственными мыслями.

До семи оставалось три часа, но меня уже терзало любопытство.

* * *

Я решила скоротать время, делая педикюр с Шией и Люком.

– Хотя бы одна из вас собирается брать быка за рога? Я говорю о сексе, – сказал Люк, покрывая ногти зеленым лаком.

Я всплеснула руками.

– Я начинаю думать, что с Линкольном что-то не так. Какой парень в здравом уме откажется от секса?

Шия усмехнулась.

– Тот, что старше тебя на четыре года и у которого было намного больше сексуального опыта. Может, он боится тебя сломать?

Я нахмурилась, глядя на нее.

– Ной старше и опытнее тебя, и все же он пытается с тобой переспать по два раза в день.

Ее улыбка стала шире.

– Три, если считать те пошлые сообщения, которые он постоянно мне присылает.

Люк поморщился.

– Брось этому голодному псу кость, подруга. Если ты не хочешь более серьезных отношений – брось его, это не так сложно.

Шия пристально изучала свои красные ногти.

– Ну, я не знаю. Прошлой ночью он вел себя очень странно. Спросил, не хочу ли я с ним встречаться, а потом сказал, что я могу одолжить его машину, если она мне понадобится. Жуть.

Мы с Люком замерли и посмотрели на нее.

– В какой вселенной это считается жутким? – спросила я. Нам нужно было поговорить наедине. У Шии была склонность к саморазрушению. Детство без отца и мать-наркоманка оставили шрамы в ее душе. Она не доверяла никому на свете, кроме моей мамы, Майка и меня. Пришло время что-то с этим делать, иначе она рисковала умереть в одиночестве.

– Меня и так все устраивает. Если он решит со мной порвать – я не буду страдать по этому поводу, – ответила подруга.

– Я понял, – ответил Люк, пожимая плечами.

Шия бросила на него пристальный взгляд.

– Может быть, я бисексуальна. Мне легче довериться девушке, чем парню.

Люк усмехнулся.

– Тебе когда-нибудь хотелось потереться о женскую грудь?

Ее глаза расширились от удивления, и она покачала головой.

– Фу.

Он расхохотался.

– Тогда ты не би. Ты просто боишься, что тебе разобьют сердце.

– Итак, мы все усомнились в нашей ориентации и решили, что у нас есть проблемы в отношениях. Все это очень увлекательно, но мне пора идти, – объявила я, поднимаясь с кровати.

Они помахали мне на прощание.

На мне были шлепанцы, спортивные штаны и старая футболка. Мои мышцы ужасно болели, и я надеялась, что это будет скорее умственная тренировка. Я пришла к спортзалу ровно в семь часов. Если бы внутри меня поджидал Карл – я бы убила Линкольна.

Открыв дверь, я ахнула от удивления. Передо мной стоял архангел Михаил.

– Привет, Бриэль, – сказал он своим бархатистым голосом. На мгновение мне пришлось отвести взгляд, потому что его кожа излучала слишком яркий свет и слепила глаза. Но когда он приблизился ко мне, свечение резко потускнело.

– Здравствуйте. Если бы я знала, что это вы, то надела бы что-то получше. – Я одернула подол своей огромной футболки.

Архангел махнул рукой.

– Меня не волнуют приличия. Главное, чтобы тебе было комфортно.

Я переступила с ноги на ногу, и мои мышцы болезненно запротестовали. Линкольн решил устроить тренировку с самым могущественным воином на планете? Я этого не переживу.

– Я все еще не восстановилась после предыдущих тренировок, но я буду стараться изо всех сил, – заверила я, сбрасывая шлепанцы и вставая в боевую позицию. Я вытащила Сэру из ножен на моем бедре и выставила ее перед собой.

В глазах Михаила промелькнул задорный блеск, а на его губах заиграла улыбка. Архангел был невероятно красив, и я слышала, что он женился на человеческой женщине, но это были всего лишь слухи. Я надеялась, что когда-нибудь смогу с ней познакомиться.

– Нет, нет, это будет совсем другая тренировка. Я расскажу тебе о ней. – Он указал на кинжал в моих руках.

«Наконец-то я в центре внимания», – пропела Сэра, и я усмехнулась.

– У вас есть телепатическая связь, не так ли? – спросил он.

Я нервно прикусила губу. Никто из моих друзей не знал, что я разговариваю с кинжалом. Даже Линкольн. Такое признание прозвучало бы слишком странно, так что я просто держала это при себе.

Я кивнула, подтверждая его слова.

Михаил снова улыбнулся.

– Клинок серафимов – чрезвычайно редкое оружие. Я еще ни разу не видел подобного на Земле, и для меня остается загадкой, как твой кинжал попал в арсенал академии.

Я снова переступила с ноги на ногу, не зная, что сказать.

– Даже в царстве света такое оружие считается редкостью. За все свое существование я видел лишь несколько. С их помощью серафимы защищают престол Творца.

Ничего себе. Внезапно меня пронзил страх. Он собирался забрать мой кинжал? Может быть, Сэра случайно попала в академию и мне не полагалось владеть таким оружием?

«Пусть только попробует!» – смело воскликнула Сэра.

Она была слишком самоуверенной. Если архангелу Михаилу понадобилось мое оружие – он его получит. Вот и все.

– Она… выбрала меня, и я хотела бы ее оставить… – Я хотела звучать смело и уверенно, но мне этого не удалось.

Михаил нахмурился.

– Конечно. Мне бы и в голову не пришло вас разлучать. Ваши души переплетены. Она поможет исполнить твое предназначение на Земле. Вас может разлучить только смерть.

Мы с Сэрой вздохнули с облегчением. Я не знала, как относиться к тому факту, что мы связаны душами, но таков был порядок вещей. Может, это прозвучало бы странно, но я уже не могла представить жизни без нее.

– Я хочу обучить тебя технике четвертого курса. Она называется «возвращение оружия», – продолжил Михаил.

– «Возвращение оружия»? – спросила я, не совсем понимая, что он имеет в виду.

Кивнув, он начал кружить вокруг меня.

– Если вы с Сэрой будете разлучены – ты сможешь позвать ее с расстояния ста футов.

У меня отвисла челюсть.

– Как молот Тора?

Он нахмурился.

– Кого?

Я махнула рукой, чувствуя, как во мне закипает нетерпение.

– Не обращайте внимания. Так как же это работает?

Михаил остановился и посмотрел на меня, или скорее сквозь меня.

– Клинок серафимов – это оружие души. Я вижу, что ваши судьбы переплетены, словно вы – родственные души.

Я широко распахнула глаза.

– Это реально явление?

Михаил рассмеялся.

– Конечно. Людям очень нравится эта концепция, но на самом деле отношения с родственными душами – самые трудные в жизни. Это вызов, личностный рост и уникальный опыт, который невозможно получить из другого источника.

Я не могла поверить, что самый настоящий архангел решил со мной поболтать. Расскажи мне обо всем. Я не была религиозным человеком, но мне всегда было любопытно кое-то узнать. И сейчас было самое подходящее время, чтобы задать этот вопрос.

– Так, значит… христиане правы? В смысле… – Я не знала, как деликатно сформулировать свой вопрос, чтобы не обидеть его.

Михаил рассмеялся.

– Ни одна религия не права на все сто процентов. Творцу все равно, каким путем ты пойдешь, чтобы найти Его. В конце концов, все пути ведут к Нему.

От этого у меня закипел мозг. Я все еще не понимала, как относиться к религии, но, кажется, в его словах был смысл.

Я уже собиралась спросить, правда ли все псы попадают в рай, когда он протянул руку.

– Можно посмотреть? – ласково спросил он.

С некоторым опасением я отдала ему Сэру. Как только она коснулась ладони архангела, его лицо вытянулось от удивления.

– Потрясающе. В ней чувствуется твоя энергия.

– Круто.

Изучив клинок, Михаил положил его на землю.

– Для начала попробуй позвать ее с близкого расстояния.

Я приподняла одну бровь, и он ухмыльнулся.

– Просто закрой глаза, высвободи свою энергию и позови ее.

«Ты понимаешь, о чем он говорит?» – спросила я Сэру. Обычно она сама разбиралась с такими вещами.

«Не совсем, но я чувствую тебя, и я чувствую, что ты не прикасаешься ко мне. Наверное, я могла бы воспользоваться энергетическими потоками, чтобы вернуться к тебе… если бы попыталась».

Это было выше моего понимания.

«Попробуй», – ответила я.

Я раскрыла ладонь и глубоко вдохнула, молясь, чтобы она не порезала мне руку.

Когда холодная сталь коснулась моей кожи, я резко открыла глаза.

– Вот черт! – я не сразу сообразила, что нахожусь в обществе архангела. – Извините.

– Это просто слова, – улыбнулся Михаил.

– Возвращать оружие оказалось проще, чем я думала! – воскликнула я, подбрасывая Сэру на ладони.

Михаил ухмыльнулся.

– Потому что она сделала всю работу за тебя, – забрав Сэру из моих рук, он направился в другую часть спортивного зала.

«Он хорошо пахнет», – сказала она.

Я наморщилась.

«Что? У тебя же нет носа. Это просто смешно».

«Но я чувствую его запах, и он так хорошо пахнет!»

Это было странно, и мне совсем не хотелось с ней спорить.

Михаил положил Сэру в самом дальнем углу и отступил назад.

– А теперь позови ее к себе, – его губы изогнулись в зловещей усмешке.

Разве ангел может смеяться над чьей-то неудачей? Наверняка он научился этому у Линкольна.

Я расставила ноги, вытянула обе руки ладонями вверх и сделала глубокий вдох.

«Хорошо, Сэра. Давай произведем хорошее впечатление. Иди ко мне, – позвала я. Меня не покидало странное ощущение, что я подзываю собаку, но Сэре не стоило об этом знать.

Она молчала, и я начала беспокоиться.

«Я не могу. Прости, – сказала она. – Я чувствую твое присутствие, но не могу вернуться к тебе с такого расстояния».

А я уже успела нафантазировать, как она летит ко мне через весь зал. Затем я бы сжала ее в руке и подняла к потолку, а она бы вспыхнула ярко-белым светом. В моем воображении эта картина выглядела очень круто.

– Она не может этого сделать, – сказала я, поворачиваясь к Михаилу.

Он кивнул.

– Но ты можешь.

О господи. Это будет долгий вечер.

Архангел посмотрел на меня с нескрываемым сочувствием.

– Мне сказали, что тебе не дается изучение света.

Я усмехнулась.

– Это еще мягко сказано.

Он подошел ко мне.

– Все вокруг тебя – это энергия. Свет. Если ты это почувствуешь, то сможешь сделать что угодно. Когда ты научишься ощущать энергию Сэры и использовать свой внутренний свет, чтобы позвать ее, – очень немногое сможет встать у нее на пути.

Я прикусила нижнюю губу. Михаил наверняка знал о моей… проблеме. О том, что я обладала магией Люцифера и, скорее всего, его крыльями.

– М-м-м… что, если во мне нет света?

Теперь настала его очередь усмехнуться.

– Чепуха! Я вижу твой свет, и он сияет ярче, чем у кого-либо из людей.

Его слова повергли меня в шок. Технически я не была человеком, но я поняла, что он имел в виду.

– Как это возможно? У меня черные крылья, а из моего рта сочится черная, удушающая магия.

Михаил не казался удивленным. Он просто пожал плечами.

– Ты как ловушка для насекомых.

Я нахмурилась.

– Что?

Архангел положил руки мне на плечи.

– Те из нас, чей внутренний свет сияет слишком ярко, притягивают больше всего тьмы. Никогда не забывай об этом.

Я уцепилась за эти слова. С тех пор, как я узнала о своей связи с Люцифером, у меня впервые появилась надежда.

Может, я не была злом и мне не было суждено перейти на темную сторону.

Может, я обладала самым ярким светом, который архангел Михаил когда-либо видел в человеке.

Да, мне определенно нравилась эта мысль.

Глава двадцать первая

Мне потребовалось три дня, чтобы научиться звать Сэру с другого конца комнаты.

В тот вечер Михаил объяснил мне базовые принципы этого приема, и только благодаря изнурительной практике я смогла призвать ее три дня спустя. Я не была уверена, что смогу повторить этот трюк в опасной ситуации, но все равно продолжала тренироваться, потому что это был полезный навык.

Наконец, наступил день Испытания. Меня дважды стошнило от волнения. Должно быть, мой нервный центр находился в животе: после того как меня вырвало, я почувствовала себя по-настоящему непоколебимой.

Я уже в третий раз вышла из ванной и присоединилась к Люку, Хлое и Шие, которые собрались в нашей комнате.

Шия скорчила гримасу.

– Ты в порядке? – Она знала, что со мной происходит.

– Теперь да. Просто очистила организм, – сказала я.

В то утро нам всем доставили письма.

«Соберите команду из четырех человек, чтобы пройти Испытание. Выбирайте с умом. Если один из вас потерпит неудачу – вы все проиграете».

Было три часа дня, но все занятия отменили из-за экзамена. На Хлое были длинные черные перчатки, а ее ярко-рыжие волосы были скрыты под капюшоном. Мы задернули светонепроницаемые шторы, и теперь она расхаживала по комнате.

– У нас все получится. Мы знали, что это будет командное задание, и мы усердно тренировались, – уверенно сказала она.

Люк выглядел испуганным.

– Если один из нас потерпит неудачу – мы все проиграем, – зловеще процитировал он. – Мне нельзя вылететь из академии. Я не могу жить со своими родителями.

Я вытянула руки в успокаивающем жесте.

– Никто не терпит неудачу. Мы с Шией останемся бездомными, если не сдадим экзамен. Нам запрещено появляться в Городе Демонов, и у нас нет денег, так что ставки действительно высоки.

Хлоя остановилась.

– Если мы не пройдем на второй курс, я попрошу отца взять нас на работу в клуб. Мы можем снимать одну квартиру на всех.

Я почувствовала легкое облегчение, и казалось, что все остальные тоже немного расслабились.

– Да. Хороший план, – согласилась Шия.

– Мы справимся, – сказала я своей команде. – Люк, ты сильный и могущественный. Хлоя, ты сильная и быстрая. Шия – крутой маг, который может открывать и закрывать порталы в ад, а я, черт возьми, умею летать. Мы просто не можем потерпеть неудачу!

Все замерли и посмотрели на меня.

Хлоя ухмыльнулась.

– Вот почему ты наш лидер.

Мы никогда не обсуждали наши позиции в команде и не выбирали официального лидера. Я нервно прикусила губу. Мысль о том, что теперь я отвечаю за наше будущее в академии, казалась очень волнительной.

– Определенно, – эхом отозвалась Шия, и Люк согласно кивнул.

В этот момент кто-то постучал в нашу дверь, и мы все замерли на месте. До Испытания оставалось четыре часа. Мы должны были встретиться на стоянке, сесть на автобус и отправиться бог знает куда.

Люк направился к двери, но я вскочила, чтобы преградить ему дорогу. Моя интуиция била тревогу, но я не понимала почему.

– Подожди, – я встала перед ним и прислонилась к двери. – Кто это?

– Доставка. Пончики из «Седьмого Неба», – ответил молодой женский голос.

Я усмехнулась, ругая себя за паранойю, и распахнула дверь перед девушкой в фирменной кепке «Седьмого Неба». Люк выхватил коробку с пончиками у нее из рук, а я взяла карточку с подписью.

– Все оплачено, – сказала девушка, перед тем как уйти. Я перевернула карточку.

Удачи, детка. У тебя все получится.

С любовью, Линкольн

Детка? С любовью? Линкольн так не разговаривал. Мы еще не признались друг другу в любви, и он не называл меня «деткой». Скорее всего, он бы написал что-то вроде:

Женщина, не смей забывать, чему я тебя учил, или тебе не жить. Ты должна пройти экзамен.

Л.

– Стойте! – крикнула я, но Люк уже съел один пончик и теперь облизывал пальцы. Девочки сидели с пончиками в руках. – Я думаю, это ловушка.

Люк позеленел, сгорбился и застонал.

– Что с тобой? – Я подбежала к нему.

– Мой живот! – закричал он, прежде чем броситься в ванную.

В этот момент я услышала тихое хихиканье за дверью. Очень, очень знакомый и раздражающий смех.

Тиффани.

– Я ее прикончу! – закричала я, бросаясь к двери.

Шия протянул руку, останавливая меня.

– Я не хочу, чтобы нас отстранили прямо перед началом Испытания. Оставь ее. Я создам контрзаклинание, чтобы развеять чары, наложенные на Люка. Оставь. Тиффани. В покое, – было неожиданно слышать это от Шии. Она всегда была готова к драке.

– Она права, – вставила Хлоя. – Нам нельзя рисковать. Только 65 процентов учеников успешно заканчивают первый курс.

Меня раздражала их рассудительность. В своем воображении я уже пять раз надрала задницу Тиффани, и это было замечательно.

– Давай сосредоточимся на помощи Люку, – сказала Хлоя.

Вдох. Выдох.

«Я выколю ей глаза. Просто выйди в холл и подними лезвие», – подзадоривала меня Сэра.

Сэру создали ангелы, но характер у нее был совсем не ангельским.

«Давай постараемся не обращать на нее внимания. По крайней мере, сейчас», – сказала я своей маленькой сообщнице.

– Как мы можем помочь Люку? – спросила я, поворачиваясь к Шие.

Она подошла к двери ванной.

– Люк, мне нужно знать, что с тобой происходит, чтобы я могла создать контрзаклинание.

Из-за двери донесся его приглушенный голос:

– Представьте себе адскую диарею, а затем умножьте это на десять!

Шия поморщилась.

– Ладно. Поняла! Держись.

Она принялась расхаживать по комнате, бормоча себе под нос, вытаскивая книги и проверяя банки с сушеными травами. Клиника исцеления была закрыта, потому что весь персонал отправился на площадку Испытания. Большинство учителей тоже находились за пределами кампуса. Единственными, кто мог помочь Люку, были мы.

– Хлоя и Бри, вам нужно пойти в офис мистера Клеймора и попросить у него одну унцию[6] сушеного рожкового дерева, две унции репешка и три унции барбариса. Если его там нет – взломайте замок.

Мои глаза чуть не вылезли из орбит.

– У тебя что, нет ключа? Ты же его ассистентка.

Она покачала головой.

– Профессор забрал его после того, как я прочитала ту книгу и открыла портал.

Проклятье.

– Для чего нужны все эти травы? – спросила Хлоя, покосившись в сторону ванной.

Шия закатала рукава.

– Я собираюсь наколдовать ему запор. Буквально.

– Я умираю! – из ванной донесся крик Люка.

– Я тебе помогу! – крикнула ему Шия. – Идите! – Она махнула в нашу сторону.

– Одна морковка, два лимонника, три баранца. Мы справимся! – уверенно заявила Хлоя.

Шия уставилась на нее с ужасом в глазах.

– Боже мой, нет. Давай я запишу все названия, иначе ты его убьешь.

Она нацарапала все ингредиенты на клочке бумаги, и мы вышли из комнаты. Я решила, что, если Тиффани все еще будет стоять в коридоре, я надеру ей задницу, несмотря на последствия. Но ее там не было. Черт.

Я повернула налево, чтобы выйти в общую комнату, но вдруг Хлоя схватила меня за руку.

– Еще слишком светло, так что я не могу выйти на улицу. Сюда. – Она потянула меня в дальний конец зала, куда я еще ни разу не заходила.

Я совсем забыла об ее аллергии. Должно быть, Хлое было тяжело жить в постоянном страхе перед солнечным светом.

– А если на тебя попадет свет… – начала я.

– Несколько секунд вызовут у меня крапивницу, но если я проведу на солнце больше десяти минут, то умру от анафилаксии[7], – она говорила таким небрежным тоном, будто в этом не было ничего особенного.

– О боже. – Ее слова повергли меня в шок. Я и не знала, что все так плохо.

Она пожала плечами.

– Что есть, то есть. Зато у меня есть невероятная сила и скорость. Ты бы видела, как я прыгаю с двадцатифутовой крыши. Почти без ушибов.

На моем лице расцвела хитрая улыбка.

– Мне нравится, что ты умеешь найти плюсы в любой ситуации.

Мы подошли к черной лакированной двери с большим символом в виде луны, и Хлоя обернулась, глядя на меня.

– Все в моей семье чернокровки, так что я уже привыкла.

Вытащив ключ, висевший у нее на шее, она открыла дверь. С тихим скрипом она отворилась, и воздух наполнился влажным запахом.

– Правда, что туннели находятся под землей? – спросила я, ощутив приступ клаустрофобии.

Кивнув, Хлоя схватила меня за руку.

– Пойдем. Мы должны помочь Люку, а Испытание начинается через три часа!

Она права. Ради Люка. Мы вошли в коридор, и дверь захлопнулась за нашими спинами, оставляя нас в полной темноте.

– Ты что-нибудь видишь? – спросила я, вытягивая руку перед собой. Плотная дверь не пропускала даже полоску света.

– Да, а ты разве нет? – ее голос доносился откуда-то спереди.

– Нет. – Я ощутила приближение панической атаки, и Хлоя схватила меня за руку.

– Десять ступенек вниз, – предупредила она.

Я считала ступеньки, медленно спускаясь по лестнице. Так темно, что хоть глаз выколи.

Когда мы спустились вниз, Хлоя объяснила, что мы находимся под землей, а затем потащила меня по извилистым туннелям.

– Привет, Милли, – поздоровалась она, и я чуть не споткнулась от неожиданности.

– Здесь кто-то есть? – спросила я. Только тогда до меня дошло, что я могла бы воспользоваться фонариком своего телефона. Луч света выхватил из темноты юную девушку с темными волосами и дружелюбной улыбкой.

– Селестиал, – сказала Хлоя, представляя меня.

– Добро пожаловать в туннели, – сказала Мили, и ее улыбка стала еще шире.

– Эм, спасибо, – пробормотала я, испытывая облегчение от того, что теперь я могла видеть стены и очертания. Стены были сделаны из обожженного красного кирпича, и вокруг не было ни одной лампочки, что казалось мне странным, потому что чернокровки не боялись искусственного света. Наверное, темнота тренировала их ночное зрение или что-то вроде того.

Мы сделали еще несколько поворотов, поднялись по лестнице и наконец достигли двери с надписью «Магическое крыло».

– Мы выйдем прямо в коридор, где находится кабинет мистера Клеймора, – заявила Хлоя.

Я кивнула, сжимая свой телефон и бумажку со списком трав.

Она снова вытащила ключ и отперла дверь, приоткрыв ее на несколько дюймов, но в этот момент мы услышали знакомый голос и замерли на месте.

– Но, сэр, в прошлом году один из учеников умер во время экзамена, – возразил Линкольн. Я задержала дыхание, и Хлоя сжала мою руку.

– Да, ужасная трагедия. И все же мы предупреждаем учеников о возможной опасности и даем им возможность отказаться, – парировал Рафаил.

– Но, сэр, если бы вы могли просто освободить Бриэль от участия. За ней охотятся демоны. Для нее Испытание может оказаться особенно опасным, – умоляюще сказал Линкольн.

Я наклонилась вперед, чтобы видеть их обоих. Они остановились посреди длинного коридора, где не было никого, кроме них. И нас.

Рафаил положил руку на плечо Линкольна.

– Сын мой, мы уже не раз говорили об этом, и мой ответ – нет. Я знаю, тебе трудно это принять, но ты не можешь спасти Бриэль от ее судьбы. Только Армия Падших может защитить Город Ангелов от демонического вторжения. Нам нужны новые рекруты. Нам нужно преимущество в этой войне, иначе весь мир погрузится во тьму. Люцифер создает сотню новых демонов каждый день, и они уже значительно превосходят нас числом, – голос Рафаила предательски задрожал. Он ненавидел свои собственные слова, и я это чувствовала.

– Я знаю, – удрученно сказал Линкольн. – Но разве вы не можете просто перевести ее на второй курс?

Во мне вспыхнул гнев. Неужели он думал, что я не смогу пройти экзамен?

Рафаил покачал головой.

– Она – величайшее оружие, которое у нас есть. Мы должны тренировать ее, как и всех остальных. Поблажки не принесут ей никакой пользы.

На лице Линкольна отразилось смирение.

– Да, сэр, – отчеканил он и развернулся на каблуках.

– Линкольн, – крикнул Рафаил ему вслед.

Высокий селестиал обернулся. В его глазах было столько боли, что мое сердце чуть не разорвалось от жалости. Он всего лишь пытался защитить меня.

– Бриэль намного сильнее, чем ты думаешь. Сильнее, чем большинство из нас, – сказал Рафаил, и его взгляд скользнул в сторону двери, за которой прятались мы с Хлоей.

Мы задержали дыхание и отступили назад, но из коридора раздался звук удаляющихся шагов. Они ушли.

Хлоя схватила меня за руку.

– Ты в порядке?

Я уставилась в пол, чувствуя, как внутри меня пульсируют эмоции.

– Я не знаю.

Что, черт возьми, я только что услышала? Знал ли Рафаил о нашем присутствии? Мне показалось, что знал.

Мысль о том, что Люцифер создает сотню новых демонов в день, вызывала у меня тошноту. Обычно демоны не трогали тех, кто жил в Городе Демонов, но я знала: они постоянно нападают на Город Ангелов и другие населенные пункты.

– Мой отец говорит, что Люцифер не остановится, пока мы все не станем рабами демонов, – прошептала Хлоя.

Как и я когда-то. Как и моя мама.

– Этого не случится, – процедила я сквозь стиснутые зубы. Я вспомнила о пророчестве. Сперва оно не на шутку меня испугало, но теперь я надеялась, что оно окажется правдивым. Больше всего на свете я хотела убить эту тварь. Если это вообще возможно.

– Пойдем. Люк на нас рассчитывает, – пробормотала я.

Кабинет мистера Клеймора оказался заперт. Естественно. Навалившись на дверь, Хлоя просто сбила ее с петель. Мы быстро собрали нужные травы и оставили записку, в которой объяснили, что у нас возникла чрезвычайная ситуация и что мы заплатим за дверь.

Когда мы наконец вернулись в комнату, Шия сидела перед дверью в ванную, а Люк выкрикивал ругательства.

– Я убью ее! Я вырву все ее волосы, а затем придушу эту стерву ее же патлами! – кричал он.

Тиффани точно не стоило расслабляться после Испытания.

– Мы здесь, – крикнула я, надеясь, что заклинание сработает и Люк поправится до начала экзамена. Он был частью нашей команды, и мы не могли его бросить.

Шия отвернулась от двери и осмотрела добытые травы.

– Хорошая работа.

Мы с Хлоей облегченно вздохнули.

Моя лучшая подруга принялась размалывать травы в каменной чаше, размахивая хрустальными палочками. Затем из ее рук вырвался яркий фиолетовый свет, и над чашей поднялось облачко дыма. Заглянув ей через плечо, я увидела внутри фиолетовую таблетку.

Ого. Быть магом – это довольно круто.

– Он не сможет ходить в туалет еще как минимум неделю, но это единственное, что я смогла придумать, – объяснила Шия.

Я кивнула.

– Просто сделай это. С остальным мы разберемся позже.

Завтра мы купим ему сливовый сок.

Шия просунула таблетку в щель под дверью.

– Проглоти ее. Думаю, это остановит действие заклинания.

– Слава богу, – приглушенно пробормотал Люк.

Мы стали ждать. Через несколько минут я услышала, как в раковине зажурчала вода, а затем дверь в ванную отворилась. По лбу Люка стекал пот, его лицо побелело, и казалось, что за это короткое время он потерял как минимум пять фунтов.

– Мне нужна еда. И как только я восстановлю свои силы, Тиффани конец, – сказал он дрожащим голосом.

– Я знаю, это ужасно, но мы только что подслушали разговор Рафаила и Линкольна. Похоже, Испытание гораздо опаснее, чем мы думали. В прошлом году кто-то не пережил экзамен. Давай займемся твоим восстановлением, а о Тиффани мы позаботимся после того, как пройдем Испытание, – твердо сказала я.

Люк скрестил руки на груди и стиснул зубы. Казалось, что он вот-вот взорвется от ярости.

– Хорошо, – сказал он после долгой паузы.

Шия посмотрела на меня с безмолвным вопросом в глазах, но я не стала вдаваться в подробности. Испытание служило подготовкой к войне, и, в отличие от учебной тренировки, оно было совершенно реальным.

Я ценила заботу Линкольна, но, как сказал Рафаил, в долгосрочной перспективе поблажки не принесут мне никакой пользы.

Пришло время пройти Испытание.

Глава двадцать вторая

После того как Люк съел порцию ребрышек и полдюжины сладких булочек, он выглядел намного лучше. Сначала он жаловался, что у него сводит живот, но вскоре это прошло, и мы все вздохнули с облегчением.

Теперь мы ждали на стоянке, где установили большой белый шатер. Внутри располагалась небольшая сцена, на которой стоял архангел Михаил. По периметру были расставлены более сотни солдат Армии Падших, включая Линкольна. Ему очень шла черная военная форма с крылатой эмблемой селестиалов и четырьмя звездами, отмечающими его ранг.

В шатре собрался весь первый курс – примерно сто пятьдесят человек. Нам выдали специальные костюмы и заряженное оружие, но никто так и не объяснил, что будет происходить на этом чертовом Испытании.

Михаил подошел к краю сцены и широко развел руки.

– Я хочу поблагодарить всех, кто пришел на наш выпускной экзамен, известный под названием «Испытание», – он говорил без микрофона, но его голос гремел во всех уголках шатра.

Мы сразу же прекратили разговаривать, внимательно прислушиваясь к его словам.

– Но вы еще не знаете, что, помимо всего прочего, Испытание является вступительным экзаменом в Армию Падших, – заявил Михаил.

Ученики начали перешептываться, бросая косые взгляды на солдат.

Архангел подождал, пока в зале не воцарится тишина, прежде чем заговорить снова.

– Более десяти лет назад, когда мы только основали Армию Падших, нашей единственной целью было обучение магически одаренных подростков, но теперь все изменилось. Демоны захватывают все больше территорий, и мы вынуждены бороться за выживание. Наше учебное заведение превратилось в военную академию.

Это вызвало еще больше ропота в толпе учеников.

– Выпускникам всегда предлагали работу в нашей армии, ведь кто-то должен сражаться с демонами и защищать человечество, – продолжил он. – Но мы больше не можем ждать четыре года, пока вы закончите академию и присоединитесь к нам. Семь лет назад я придумал Испытание – настоящий военный тест. Если вы сможете его пройти, то получите ранг рядового в Армии Падших.

Погодите. Мы вступаем в армию? Прямо сегодня? В девятнадцать лет?

Он поднял руки.

– Конечно, это совершенно добровольно. Если вы не хотите присоединиться к Армии Падших и помочь обуздать увеличивающуюся популяцию демонов, то вы вольны уйти прямо сейчас. Вы не сможете поступить на второй курс, так как у нас больше нет ресурсов для обучения гражданских лиц, но вам будет предоставлено временное жилье и координатор по трудоустройству. Надеюсь, это поможет вам адаптироваться, когда вы выйдете в мир со своими новыми способностями. Мы надеемся, что за один год обучения вы получили достаточно знаний, чтобы справиться со своей новой жизнью и новым набором навыков.

В зале поднялся шум. Никто не ожидал такого поворота событий.

Шия повернулась ко мне.

– Значит, после прохождения Испытания мы автоматически присоединимся к Армии Падших?

Я тяжело сглотнула и отыскала взгляд Линкольна в толпе солдат. Он просто кивнул. Я знала, что он хочет сказать. Вступление в армию было самым безопасным вариантом.

– Думаю, да, – ответила я.

Хлоя откинула капюшон, воспользовавшись тенью закрытого шатра.

– Я с пяти лет хотела присоединиться к Армии Падших. Я согласна сделать это прямо сейчас.

Люк кивнул.

– Армия спасла моего двоюродного брата. Его семья жила на границе. Демоны захватили его ферму, но армия отбросила их назад. Я тоже в деле.

Шия серьезно посмотрела на меня.

– Что бы ты ни решила – я последую за тобой.

Я никогда не думала о том, чтобы вступить в Армию Падших. Я собиралась выпуститься из академии, а дальше – будь что будет. По лицу своей лучшей подруги я видела, что ей хочется присоединиться к армии. Солдаты получали жалованье. У них были квартиры и машины, и это было самое разумное решение в финансовом плане. А еще это казалось морально правильным выбором. После нескольких месяцев в Городе Ангелов я увидела, какой ущерб могли нанести демоны и как они терроризировали невинных людей.

– Я с вами, – сказала я, оглядывая нашу маленькую команду, и Шия довольно ухмыльнулась.

Михаил прочистил горло.

– Если вы решили уйти, пожалуйста, пройдите к выходу из шатра, так как остальная часть этого разговора строго конфиденциальна. Те, кто решил остаться, должны знать, что на сегодняшнем экзамене вы будете сражаться с настоящими демонами.

Часть учеников отошла в дальнюю часть шатра, и Роза – школьная швея – проводила их к выходу. К моему ужасу, Тиффани решила остаться.

После того как около двадцати учеников покинули шатер, Михаил снова обратился к нам.

– Для нас большая честь видеть вас здесь. Испытание станет проверкой знаний и навыков, полученных в Академии Падших. Каждого из вас вызовут вперед и назначат лейтенанта, который даст вам подробные инструкции и проследит за ходом вашего экзамена. Затем вас попросят подписать отказ. Это испытание отсеет слабых от сильных. Удачи, и да пребудет с вами благодать.

Страх грыз меня изнутри. Возможно, я не хотела быть самоотверженным воином Армии Падших, спасающим невинных людей от демонов. Может, я хотела жить обычной жизнью.

– У нас все получится. Мы хорошо подготовились, и Бриэль – потрясающий лидер, – сказала Хлоя. Казалось, что она могла найти что-то позитивное в любой ситуации.

– Совершенно верно, – согласилась Шия. – И я слышала, что каждый, кто вступил в армию, получает ежемесячную стипендию.

Люк усмехнулся.

– Так вот какая у тебя мотивация.

Шия пожала плечами.

– Я не стыжусь своей любви к деньгам.

Я молчала, пока у меня в голове выстраивался план на ближайшие три года моей жизни. Если я не воспользуюсь этим предложением – что я буду делать дальше? Кто наймет на работу селестиала с черными крыльями? Скорее всего, меня похитят и убьют демоны.

Сделав глубокий вдох, я позвала Сэру, спрятанную в моих ножнах.

«Ты со мной?» – спросила я.

Ее ответ был молниеносным и однозначным.

«Мы справимся», – в ее голосе звучала ярость, которой я могла только позавидовать.

Пришло время поднять моральный дух моей команды.

– Давайте сделаем это. Нет такого испытания, с которым бы мы не справились, – ухмыльнувшись, я протянула руку, и Хлоя положила сверху свою ладонь. Шия и Люк последовали ее примеру. – В худшем случае мы станем барменами в клубе отца Хлои, – закончила я.

Люк поднял брови.

– Дорогая, в худшем случае мы все станем пищей для демонов.

Я побледнела.

– Академия Падших на раз, два, три. Раз. Два. Три.

– Академия Падших! – дружно закричали мы.

Все уставились на нас, как будто мы были сумасшедшими.

Плевать. У меня сплоченная и дружная команда. Мы все выдержим.

– Бриэль Этвотер и команда! – крикнул Линкольн со своего места у дальней стены. Он выглядел довольно угрожающе с мечом, висящим на одном бедре, и черным пистолетом на другом. У него в руках была папка-планшет.

Мы медленно подошли к нему. Рядом с Линкольном стояла еще одна группа, и мой желудок сжался, когда я увидела Тиффани.

– Я лейтенант Линкольн Грей, и я буду отвечать за ваше прохождение Испытания. Моя работа – убедиться, что никто не пострадает, а ваша работа – пройти экзамен.

Тиффани выпрямила спину. В ее глазах светилась гордость, и она выглядела так, словно ни капли не боялась предстоящего задания. Может, она и правда была настолько уверена в себе.

Линкольн украдкой посматривал в мою сторону, но выражение его лица оставалось непроницаемым.

– У каждого из вас есть команда из четырех человек, и каждому из вас придется сразиться с четырьмя низшими демонами, чтобы пройти тест, – продолжил он.

На лицах ребят из второй группы – включая Тиффани – отразилось удивление, и Линкольн кивнул головой.

– Все верно. Мы выезжаем за пределы Города Ангелов, в зону боевых действий. Всю неделю мы ловили настоящих демонов, и сейчас они заперты в заброшенных домах и зданиях. Мы держали все в тайне от вас, потому что это снижает вероятность вражеской засады во время экзамена. Как только вы подпишете отказ – вам будет запрещено говорить о деталях Испытания. Специальные чары не позволят предупредить будущих студентов или продать секретную информацию в Городе Демонов. Если вы согласны со всеми условиями – поставьте подпись своей кровью. Я объясню подробности, как только мы все сядем в автобус.

Что с ними не так? В этой академии просто помешались на крови.

Линкольн раздал нам бумаги. Когда он подошел ко мне, наши руки соприкоснулись, и мы встретились взглядами. В его глазах было столько беспокойства. Всем своим видом я пыталась показать, что со мной все будет в порядке. Оставалось только надеяться, что он правильно меня понял.

На моем отказе было напечатано мое имя. Пробежав документ глазами, я задержалась на словах «в случае летального исхода», а затем уколола палец крошечной иглой, приклеенной к картонному планшету, прижала его к бумаге и вернула бумагу Линкольну.

Собрав все бланки, он передал их приземистой рыжеволосой женщине, которая отдала ему честь, а затем снова повернулся к нам.

– Садитесь в автобус номер четыре. Я объясню правила Испытания по дороге, – сказал он обеим группам.

– Проходите к автобусам! – крикнул пожилой солдат Армии Падших, стоявший у выхода из шатра.

Мы начали двигаться в этом направлении, но в этот момент Линкольн схватил меня за руку.

– На ближайшие несколько часов с меня сняли чары, которые запрещают говорить об Испытании. Я просто хотел сказать, что по периметру зданий стоят солдаты. Одно слово, и они прервут экзамен. Не нужно геройствовать.

Я нахмурилась.

– Думаешь, я не справлюсь? – это было обидно. Очень обидно.

Он помрачнел.

– Нет, дело совсем не в этом. Просто с тех пор, как мы встретились, демоны идут за тобой по пятам. Высока вероятность, что демоны на Испытании знают, кто ты такая, и… Может быть, я просто параноик. Просто не лезь на рожон, хорошо? Вступление в Армию Падших – лучшее решение в твоей ситуации, но, если ты почувствуешь, что тебе грозит серьезная опасность, – подай сигнал солдатам, хорошо? – Он потянулся к моему лицу, но вовремя одернул себя. В конце концов, мы были в зале, полном его коллег.

Прекращение экзамена означало провал. Я не могла этого допустить. Скрестив руки на груди, я смерила его своим самым дерзким взглядом.

– Я пройду это испытание с самым блестящим результатом за всю историю академии.

Его губы медленно растянулись в улыбке.

– Это моя девочка, – сказал он и подмигнул мне.

Три подмигивания. Каждому из них было отведено отдельное место в моих воспоминаниях.

Мы подошли к черному автобусу под номером четыре. Судя по всему, на парковке стояло больше двадцати автобусов.

Мы с Линкольном зашли внутрь, я увидела, что в самом конце автобуса сидели восемь солдат Армии Падших. Среди них был Донни – брат Хлои. Мне было известно, что он состоял в отряде Линкольна. Вероятно, они оба попросили сопровождать нашу команду. Одного быстрого взгляда на Люка было достаточно, чтобы понять, как сильно его взволновало присутствие Донни.

После того, как я заняла место рядом с Шией, автобус тронулся с места.

Дороги назад нет.

Я никогда не была за пределами Города Ангелов и Города Демонов. Насколько мне было известно – в зоне боевых действий царило безумие. Каждый день люди умирали и страдали от голода, а демоны постоянно сеяли хаос среди невинных. Насилие, убийства и бог знает что еще. Как жители Города Демонов, мы видели более цивилизованную сторону прислужников Люцифера. Демоны не нападали на себе подобных и, чаще всего, не трогали людей, живущих на их территории, так что все это было для меня в новинку.

Как только Линкольн закончил говорить с водителем автобуса, он выпрямился, глядя на нас сверху вниз.

– Я хочу, чтобы лидеры обеих команд подняли руки, – приказал он.

Я подняла руку и повернулась, чтобы посмотреть, кого выбрала другая команда. Конечно же, это была Тиффани. На ее униформе поблескивала эмблема светлого мага.

Стерва.

Я надеялась, что после экзамена Шия сварит поносное зелье, чтобы Тиффани не отходила от туалета еще несколько дней.

Линкольн кивнул, и к Тиффани подошла молодая брюнетка лет двадцати. Я уже видела ее на пляже, но не знала, как ее зовут.

– Лидеры будут оснащены магическим устройством. Если они сочтут, что обстановка стала слишком опасной, им разрешается нажать кнопку, чтобы вызвать мой отряд. Но в таком случае ваша команда провалит испытание, так что используйте устройство только в случае крайней необходимости.

Мы все обменялись нервными взглядами. Теперь я увидела, что у Линкольна на запястье было надето устройство, о котором шла речь.

Развернувшись, автобус выехал из города, и Линкольн взялся за поручень.

– Солдаты Армии Падших всегда действуют сообща. Если вы не можете работать в команде – вам не место среди нас. – Его взгляд упал на Тиффани.

Ха, так тебе и надо.

– В заброшенном промышленном комплексе находятся восемь низших демонов, по четыре на каждую команду. Для победы вам потребуются все навыки, полученные в академии, и сплоченная команда.

Лицо Тиффани побелело. Скорее всего, она никогда не убивала демона. Как и вся ее команда. Не то чтобы в моем послужном списке значились мертвые демоны, но я чуть не убила босса Шии, и нам пришлось сражаться с демонами из портала, так что мы были подготовлены лучше других учеников.

– Как только все четыре демона будут мертвы, вы можете выйти из здания и присоединиться к нам. Мы отправим раненых в палатку целителей, а потом отпразднуем вашу победу, – объяснил Линкольн.

Тиффани ухмыльнулась и дала пять одной из своих подпевал, словно она уже выиграла.

Автобус подъехал к окраине города. Зловещие бетонные стены возвышались в ночи, как строгие часовые.

– Последнее предупреждение. Прохождение экзамена не стоит жизни. Если вы почувствуете, что кто-то из вашей команды находится в смертельной опасности, сразу же нажимайте на кнопку. Я не допущу, чтобы кто-то из вас погиб. Вы меня поняли? – Он окинул всех нас серьезным взглядом, задержавшись на мне.

Мы все нервно кивнули.

– Правильный ответ: «сэр, да, сэр», – самодовольно сообщил нам Линкольн.

Черта с два. Неужели мне придется выполнять его приказы и называть его «сэр»?

Все остальные закричали:

– Сэр, да, сэр!

Я еле слышно пробормотала эти слова. У меня были серьезные проблемы с подчинением и иерархией, что могло бы стать серьезной проблемой во время службы в армии. Видимо, мне придется над этим поработать.

Мы проезжали территорию, где прежде располагался Бербанк. Я в ужасе разглядывала взорванные дома, подпалины на стенах, брошенные машины и наполовину сожженные газоны. Несколько солдат патрулировали улицу с помощью прожектора, но в остальном вокруг было пустынно. Вдалеке раздался мощный взрыв, заставивший нас подпрыгнуть от неожиданности.

Линкольн кивнул.

– Демоны обожают взрывы. Вы узнаете это на своем опыте. В этом районе довольно пустынно, поэтому он считается относительно безопасным, но в десяти милях отсюда пролегает зона активных боевых действий.

– Здесь живут люди? – спросила я, внезапно почувствовав огромную благодарность за свою комфортную жизнь в академии.

Он кивнул, глядя на пустошь, усеянную сгоревшими домами.

– Большинство не могли позволить себе уехать. Потом Город Ангелов возвел стену, но к тому времени, как они решили присоединиться к нам, демоны уже захватили эту территорию.

О боже. Неужели они заперты здесь, как в ловушке? Меня затошнило при одной мысли об этом. Автобус въехал на стоянку заброшенного промышленного комплекса, на стене которого была нарисована цифра четыре. Это было четырехэтажное здание с выбитыми окнами и просевшей крышей.

– Мы на месте. Это старая швейная фабрика. Большая лестница разделяет здание на две части. Команда Тиффани пойдет налево, а команда Бриэль – направо. Демоны ограничены специальным заклинанием, которое не позволяет им покинуть здание, так что они будут вне себя от ярости, – предупредил Линкольн.

Отлично.

Затем двери автобуса открылись, и Линкольн вышел на улицу.

Я поднялась, глядя на свою команду.

– Проверьте свое оружие и убедитесь, что ваши костюмы полностью застегнуты. Мы обязательно столкнемся с еще одним змеевиком.

Они кивнули, убедившись, что их костюмы прикрывают все возможные участки кожи.

Тиффани закатила глаза.

– Пойдем. Не облажайтесь, – рявкнула она своим подпевалам.

Ее товарищи по команде вскочили со своих мест и последовали за ней, протискиваясь мимо нас. Когда Тиффани проходила мимо Люка, он вздрогнул, и его руки сжались в кулаки.

– Не волнуйся, она получит по заслугам, – прошептала я ему. Он глубоко вздохнул и молча кивнул в ответ.

Наконец, мы вышли из автобуса, и солдаты Армии Падших последовали за нами. Они начали занимать периметр вокруг дома, вытаскивая оружие и осматривая зловещее здание. Я вгляделась в одно из окон и увидела, как по нему пробежала тень.

Линкольн принес две спортивные сумки и бросил одну из них возле меня, а другую – у ног Тиффани.

– Налобные фонари, светящиеся палочки и прочее снаряжение. В здании нет электричества.

Отлично. Просто потрясающе.

Опустившись на колени, я расстегнула сумку и раздала вещи своей команде, прежде чем надеть налобный фонарь и засунуть две светящиеся палочки в наружные карманы. С помощью карабина я прикрепила к поясу дополнительную лампу.

– Люк, превращайся. Я хочу, чтобы мы вошли уже подготовленными к бою, – проинструктировала я, и он кивнул.

Линкольн посмотрел на меня с легкой усмешкой.

– Хорошее решение.

– Спасибо, сэр. – Я приподняла бровь.

Это заставило его улыбнуться еще шире. Боже, как же он прекрасен.

– Может, уже начнем? – спросила Тиффани, скрестив руки на груди.

Может, я могла бы ударить ее во время экзамена, а потом притвориться, что это был несчастный случай?

Линкольн хмуро посмотрел на нее.

– Мы начнем, когда я скажу, – отрезал он.

Члены моей команды расплылись в улыбках.

Тиффани удивленно уставилась на Линкольна, а потом повернулась к нему спиной.

Линкольна явно раздражало ее присутствие, и ей пора было это усвоить. Даже если их семьи дружили между собой – это еще ничего не значило.

Люк обошел автобус, чтобы раздеться и принять свою животную форму. Я заметила, как Донни оторвался от своего места возле входной двери и подошел к Хлое.

– Удачи, сестренка, – сказал он, приобняв ее одной рукой. Донни был очень симпатичным, и в его поведении не было ни капли женственности, но Люк клялся, что он гей. Наверное, мне не стоило мыслить стереотипами.

Она улыбнулась.

– Спасибо. Это мама просила тебя присмотреть за мной? – Она поставила руку на пояс.

Он посмотрел на нее сверху вниз, и на его лице появилась озорная ухмылка.

– Конечно.

Она усмехнулась, демонстрируя свои клыки.

– Мы легко справимся с заданием. У нас просто отличная команда.

В этот момент из-за автобуса вышел Люк. Этот огромный бурый медведь с загнутыми рогами всегда вызывал у меня благоговейный трепет и страх.

Донни оглядел Люка с головы до ног.

– Да, ты права, у вас отличная команда, – согласился он.

Я прикрепила налобный фонарь между рогов Люка.

– Все готово? – спросил меня Линкольн.

Я кивнула. Сейчас или никогда. У меня было три варианта: поступить на службу в Армию Падших, устроиться официанткой в «Трехглазую луну» или… умереть.

Линкольн раздавал приказы своей команде, которая окружила здание с оружием наготове. Они явно были готовы ворваться на фабрику в любой момент, чтобы спасти наши задницы. Донни открыл тяжелую стальную дверь. Внутри не было ничего, кроме зловещей темноты, и от волнения у меня скрутило живот.

Тиффани подошла к Линкольну, покачивая бедрами, и он протянул ей ключ.

– Оставайся на левой стороне. Удачи, и не забудь воспользоваться кнопкой, если возникнет такая необходимость.

Она схватила ключ и закатила глаза.

– Прибереги свою спасательную команду для Архи. С нами все будет в порядке.

Ее группа отправилась в здание.

Каждый раз, когда Тиффани открывала рот, моя ненависть к ней росла в геометрической прогрессии.

Я была следующей. Глубоко вздохнув, я взяла свой ключ, и пальцы Линкольна коснулись моей руки. Подняв глаза, я встретилась с ним взглядом и пожалела, что не могу поцеловать его.

– На твоем браслете есть GPS-трекер, так что…

– С нами все будет в порядке. Скоро увидимся.

Линкольн кивнул и убрал руку, но, судя по выражению его лица, мои слова не показались ему убедительными.

– Давайте сделаем это, – сказала я своей команде, а затем вошла в темное помещение.

Кучка первокурсников собиралась сразиться с четырьмя демонами.

Ничего сложного.

Глава двадцать третья

Как только мы вставили ключ в дверь с правой стороны лестницы, я почувствовала знакомый запах. Сера и нефть. Демоны.

– Удачи, Архи, – ехидно бросила Тиффани, прежде чем ее команда проскользнула за дверь с противоположной стороны.

– Ходи и оглядывайся, стерва! – сплюнула Шия, и Люк зарычал, вторя ее словам. Это был по-настоящему жуткий рык рассерженного медведя.

На секунду лицо Тиффани вытянулось от страха, но затем она пришла в себя и со злостью захлопнула тяжелую дверь.

– Ого, ничего себе. Не сбавляйте обороты, ребята, мне нравится. Давайте выместим эту агрессию на демонах, – сказала я, толкнув дверь.

Люк вошел первым. Он пронесся мимо меня, опустив голову и выставив рога, готовый протаранить все, что встанет у него на пути. Его фонарь осветил пространство, но я не увидела ничего, кроме старых швейных столов, покрытых толстым слоем пыли.

Следом за ним зашли Хлоя и Шия. Я шла последней, чтобы закрыть дверь и запереть ее за собой на случай, если какой-нибудь демон решит выбраться наружу. Даже если все выходы из здания были заколдованы – я не хотела рисковать.

Расстегнув карабин на поясе, я вытащила лампу и выкатила ее на середину комнаты.

– Там! – крикнула Хлоя, заметив движение у дальнего края стены. Маленький ублюдок пролетел над моей лампой, и на долю секунды я увидела крошечные крылья летучей мыши.

– Это тисовый демон! – крикнула я, и Хлоя сорвалась с места, как ястреб в поисках добычи.

Тисовые демоны плевались огнем. В заведенном состоянии они могли сжечь целое здание. В числе их слабостей значилась слепота и чрезвычайная медлительность.

Хлоя оказалась достаточно быстрой, чтобы проскочить справа от демона, отвлекая его внимание. Заслышав чье-то приближение, он выплюнул струю огня, которая приземлилась в десяти футах от нее. Демон даже не почувствовал, как Хлоя потянулась вверх и дернула его за крыло. Он громко завизжал, но она уже прижала его к земле. В порыве отчаяния он плюнул на старый деревянный пол, но ничего не загорелось. Хлоя слегка отодвинулась, чтобы Люк мог зажать маленькое существо между своих зубов. Он энергично затряс головой, и уже через пару секунд мы услышали, как хрустнула шея демона.

Я знала, что где-то в глубине здания нас поджидали еще три демона. Люк и Хлоя отлично справились с первым противником.

Развернувшись, я осмотрела все остальное пространство. Передняя область была довольно открытой и вела в главную комнату, уставленную швейными столами, но в задней части, за спинами Хлои и Люка, находились кабинет и еще одна лестница.

Люк оторвался от своей добычи, и я похлопала его по шерстяному заду.

– Хороший мальчик, – проворковала я.

Он потянулся, чтобы боднуть меня в ногу, и я рассмеялась.

– Хорошо, хорошо. Извини. Отличная работа, здоровяк.

Он ненавидел, когда с ним обращались, будто с домашним животным, но я не знала, как еще разговаривать с таким милашкой.

– Идем. Здесь всего четыре этажа, так что демоны наверняка засели по одному на каждом этаже, – сказала я своим спутникам.

Я достала фонарь, и мы медленно вошли в заднюю часть помещения, где находился офис. Вытащив Сэру, я заглянула в небольшую комнату. Быстрый осмотр показал, что она была совершенно пуста.

– Это будет проще простого, – объявила Хлоя, поднимаясь по лестнице.

– Не будь такой самоуверенной! – крикнула я, бросаясь следом за ней. – Подожди секунду. – Я встала перед Хлоей и положила руку ей на грудь.

К низшим демонам относились тисовые демоны, змеевики, шпорники и касторы. Последние были опаснее всех остальных, но каждый из них вполне мог нас убить: сжечь лицо или превратить наши жизни в кошмар наяву.

– Ты отлично справилась с тисовым демоном, но давай сохранять осторожность, – попросила я. Мы добрались до самого верха лестницы, где начинался проход на другой этаж.

Она кивнула и пропустила меня вперед. Крепко сжав рукоять Сэры, я вошла внутрь.

Как только я переступила порог, на меня накатила тошнота, от которой мой рот наполнился слюной, а в животе забурлила желчь.

– Шпор… ник, – произнесла я между судорожными вздохами. Остальная часть моей команды ворвалась в комнату, освещая темное пространство своими фонариками.

Присутствие шпорников вызывало физическое недомогание. Чем дольше человек находился рядом с ними – тем слабее он становился. Еще десять минут в этой комнате – и у меня бы начался приступ рвоты. Все мое тело заныло от боли, как при очень тяжелом случае пищевого отравления или гриппа.

«Сэра, помоги», – позвала я, держа кинжал перед собой. Шпорники отличались пугающим ростом в семь футов и довольно сильным ударом. Если бы я смогла осветить комнату – ему негде было бы спрятаться.

Яркий свет вырвался из кончика лезвия и взорвался наподобие фейерверка.

Проклятье.

Свет привлек внимание демона, и он бросился на нас со своего места у дальнего левого окна.

– Infirmi[8]! – крикнула Шия. Желтая искра вылетела из ее ладони, ударив демона в живот. Его ноги подкосились, и он начал падать. Люк, стоявший позади меня, издал тревожный звук, и я оглянулась через плечо. На спине у медведя сидел змеевик.

Какого черта! Я широко распахнула глаза. На этом этаже были сразу два демона. Я чувствовала, что меня сейчас вырвет, но кто-то должен был разобраться с этой ситуацией.

– Хлоя, помоги Люку! – крикнула я, пытаясь сдержать тошноту, и мы с Шией двинулись прямо на шпорника.

– Я ослабила его ноги, но это ненадолго, – сказала она, прежде чем ее вырвало на пол.

Мне нельзя было терять ни секунды. Пока демон пытался встать, я запрыгнула ему на спину и вонзила Сэру между его лопаток. Когда лезвие вошло в его плоть по самую рукоять, он взревел и выгнул спину, пытаясь избавиться от меня. Я продолжала сжимать рукоять Сэры, пока шпорнику не удалось отбросить меня в сторону. Описав сорокафутовую дугу, я стремительно полетела вниз.

Это будет болезненная посадка. Стоп, у меня же есть крылья!

Мои крылья раскрылись в последнюю секунду, и я успела сделать всего два взмаха, прежде чем врезаться в стену. Ударившись левым боком, я сползла на пол. Осмотрев себя на наличие переломов, я попыталась встать. В моем левом бедре вспыхнула щемящая боль, но по крайней мере я ничего не вывихнула.

Оглянувшись назад, я увидела, что Хлоя гонится за змеевиком, а Люк лежит на земле, тяжело дыша. Шпорник сжимал горло Шии обеими руками.

– Шия! – Я бросилась к ней. Оттолкнувшись от земли, я почувствовала, как боль пронзила мое левое бедро, но как только крылья подняли меня в воздух, неприятное ощущение исчезло. Пролетев через комнату, я врезалась в демона, сбив его с ног.

«Мне нужно, чтобы ты удержала клинок в его плоти. Тогда я смогу его уничтожить», – скомандовала Сэра.

Она полностью переключилась на боевой режим. То же самое можно было сказать и обо мне. Я не собиралась терять никого из своих друзей, а еще я была твердо намерена пройти этот тест.

Изогнувшись под неестественным углом, шпорник ударился о землю, и я упала прямо на него, вонзив Сэру в самую близкую часть его тела. По чистой случайности это оказался пах.

Получи, ублюдок.

Затем я переползла через демона, села ему на живот и попыталась прижать его к полу, чтобы выиграть время для Сэры. Находясь так близко к шпорнику, я чувствовала, как смерть дышит мне прямо в лицо. Все мое тело оцепенело, а тошнота накатывала короткими приступами, словно волны, разбивающиеся о берег.

Лицо демона исказилось от ярости, и его толстая серая кожа сморщилась на подбородке, от чего он стал похож на озлобленного мопса. Мне казалось, что я крепко удерживаю его руки, но все это время шпорник лишь притворялся беспомощным. В одно мгновение его левый кулак ударил меня в подбородок. Моя шея и ухо онемели от боли, и от неожиданности из моего горла вырвался громкий крик.

Придя в бешенство, я принялась осыпать ударами его лицо, шею и все, до чего мне удалось дотянуться. Я вкладывала в удары всю массу своего тела, как учил меня Линкольн. Так они получались наиболее сильными.

Внезапно тело демона начало нагреваться, обжигая внутреннюю часть моих бедер. Его руки молниеносно взлетели к моим подмышкам, и он снова сбросил меня на пол. Я упала рядом с Шией, которая тяжело дышала, стоя на четвереньках. То же самое происходило с Люком. Мы с Хлоей все еще оставались в строю, но с каждой секундой нам обеим становилось все хуже и хуже.

Я снова вскочила на ноги и опять бросилась на демона. Он сидел, пытаясь вытащить Сэру из своего паха. А еще он… светился. Его кожа слегка просвечивала, словно под ней горел огонь. По его лбу градом лился пот, и он кричал от боли.

Шпорник уже обхватил рукоять Сэры, но в этот момент я подпрыгнула в воздух и нанесла идеальный удар прямо ему в лоб. Он откинулся назад, позволяя магии Сэры заполнить его изнутри. Я приземлилась, глядя на него сверху вниз. Свет лился по его коже и вытекал из пор, как золотая лава.

«Отойди назад. Он сейчас взорвется», – предупредила Сэра.

Я отскочила, чуть не споткнувшись о стол. Воздух наполнился треском, и тело демона взорвалось, забрызгав все вокруг сырым мясом и осколками света. Он был уничтожен от колен до шеи, и на полу остались лежать только ноги и голова.

Это кровавое зрелище стлало последней каплей. Я согнулась пополам, и меня вырвало.

– Помогите! – взвизгнула Хлоя.

Проклятье. Я совсем забыла, что она осталась один на один со змеевиком.

Внезапно Шия вскочила на ноги. Теперь, когда тошнотворный шпорник был мертв, она выглядела гораздо лучше. Взмахнув своим круглым лезвием, она бросилась на помощь Хлое, пока я пыталась восстановить равновесие. Как и в прошлый раз, Хлоя прижала маленького мерзавца тяжелой подошвой, крепко удерживая его извивающееся тело. Ее черный ботинок пузырился от кислоты.

Шия опустилась на колени и вонзила лезвие в живот чешуйчатого существа. На пол хлынул поток зеленой кислоты, от которой шел фосфоресцирующий пар. Хлое удалось отскочить всего за секунду до того, как кислота начала разъедать деревянные половицы.

Чернокровка тяжело дышала, а ее растрепанные темные волосы выбилась из высокого хвоста.

– Я беру свои слова обратно. Это совсем непросто.

Не то слово.

– Все в порядке? – спросила я.

Люк выглядел гораздо лучше; теперь он стоял на ногах, а его дыхание немного успокоилось. Судя по всему, Хлоя была единственной, кого так и не стошнило.

– Теперь, когда он мертв, я чувствую себя намного лучше, – Шия указала на останки шпорника.

Мой взгляд упал на дымящийся ботинок Хлои.

– Хлоя, лучше сними ботинок, иначе кислота прожжет тебе ногу. Поверь мне. – Шрам на моей ноге до сих пор напоминал об этом горьком опыте.

Она последовала моему совету, и я глубоко вздохнула, оценивая следующее испытание.

– Итак, остался еще один демон. Думаю, это будет кастор.

Касторы были самыми опасными из низших демонов. Они создавали маленькие энергетические всплески и волны, которые могли сбить их противника с ног. Подобраться к касторам было почти невозможно, а их толстая кожа скорее напоминала непробиваемую броню.

– Хлоя, ты единственная, у кого есть шанс приблизиться к нему. Люк, если ты атакуешь быстро и решительно – у нас будет элемент неожиданности. Мы с Шией попробуем напасть, как только вы его отвлечете.

Размяв шею, Хлоя вытащила из ножен свой меч.

– Я справлюсь.

Люк кивнул своей большой медвежьей головой.

Я сделала еще один вдох. Жуткая смерть шпорника произвела на меня неизгладимое впечатление.

– Ладно. Давайте поднимемся на следующий этаж.

Я подняла Сэру с пола и вытерла кровь демона о штанину. Затем я похвалила ее за отличную работу. Мне казалось, что у нее были чувства, и я хотела продемонстрировать свою признательность.

Мы двигались очень тихо. Отчасти для того, чтобы быть незаметными, а отчасти пытались оттянуть неизбежное. Я устала, у меня болело бедро, и все, чего я хотела, – это расслабляющий массаж и четырехчасовой сон. Но я не собиралась сдаваться.

Я добралась до дверного проема, и мне в нос ударил запах серы. Это было похоже на легкий привкус уксуса, который исходил только от высших демонов. Я похолодела от страха и постаралась убедить себя в том, что серный запах остался от демона, который жил здесь раньше. Оставалось еще два этажа, так что здесь вполне могло быть пусто. На всякий случай я снова вытащила Сэру и шагнула вперед. Присев на корточки, я выкатила фонарь в центр комнаты, а затем огляделась, пытаясь обнаружить демона.

В дальнем правом углу сгорбилась темная фигура.

Нахмурившись, я посмотрел на свою команду и жестом велела им следовать за мной. С каждым шагом я пытался понять, что это было и почему оно притворялось мертвым. Может быть, это был вовсе не кастор, а тисовый демон или шпорник.

Оказавшись ближе, я увидела, что форма и размер тела определенно соответствовали кастору, но он все еще сидел у стены, притворяясь мертвым.

По моему сигналу Хлоя бросилась на демона и с молниеносной скоростью вонзила меч ему в грудь. Мимо меня пронесся Люк, готовый добить противника.

Демон не двигался.

– Он мертв, – сказала Хлоя подоспевшему Люку. Чернокровка перевернула демона, чтобы увидеть его лицо, и на нас уставились два мутных глаза. Он не дышал.

Линкольн сказал, что мы должны убить четырех демонов, так что если этот уже мертв – должен быть еще один. Я резко обернулась.

– Это уловка. Здесь все еще есть один демон.

Мое внимание привлек шум в глубине комнаты. Там, в самом центре, замерла фиолетово-желтая светящаяся капля, разноцветный круг, подвешенный в воздухе, и с каждой секундой он становился все больше и больше.

– Эм, Шия… что это?

Шия отшатнулась.

– Портал.

Я закусила губу, взглянув на свой GPS-браслет.

– Это часть экзамена?

Теперь проем был размером с дверь. За ним виднелась только черно-серая каменная стена какого-то другого здания.

Что, если это был трюк? Возможно, Тиффани хотела отправить нам одного из своих демонов, просто из вредности.

– Наверное, – сказал Хлоя, принимая боевую стойку.

Я расправила крылья и приготовилась к полету. В этот момент из портала вышла чья-то фигура.

Каждой клеточкой своего тела я ощущала отвращение к мужчине, стоявшему передо мной. Маленькие волоски на моих руках и ногах встали дыбом, и я почувствовала, что у меня подгибаются колени. Он был высоким, с темными блестящими волосами, зловещими черными глазами и бледной тонкой кожей. Незнакомец был пугающе красив, каждая черта его лица предупреждала об опасности, но только увидев его крылья, я испытала самый настоящий ужас. Они были черными. Точно такими же, как и у меня. На его предплечье красовалась татуировка: череп со сдвинутой набок короной и черными крыльями.

– Привет, Бриэль, – от его спокойного голоса у меня внутри все затрепетало. На вид ему было лет тридцать, но он держался как человек куда более старшего возраста.

«Беги. Зови на помощь», – сказала Сэра.

Я тяжело сглотнула.

– Кто ты такой? – Он не был похож на тех демонов, с которыми мне доводилось встречаться.

Незнакомец ухмыльнулся, демонстрируя ряд белоснежных зубов, а на его лице промелькнуло оценивающее выражение. Он смотрел на меня таким взглядом, словно я была едой на прилавке.

– У меня много имен, но я предпочитаю называться Князем Тьмы, – мелодично произнес он. Это все, что мне нужно было услышать.

Протянув руку, я нажала кнопку на своем браслете, а затем встала перед своими друзьями и расправила крылья, чтобы защитить их.

– Бегите! – воскликнула я, выставив Сэру перед собой.

Перед нами был сам Дьявол.

Люцифер во плоти.

Он откинул голову и рассмеялся. Жуткий звук эхом отразился от стен, и мой желудок скрутил новый приступ тошноты. Медленно подняв руку, он поманил меня к себе, и в тот же момент мои ноги начали двигаться сами собой. Под управлением невидимой силы мое тело поднялось на несколько дюймов и направилось в сторону Дьявола.

Нет.

– Знаешь, я думаю, это несправедливо. Значит, они тебя заклеймили, а я лишился такого удовольствия? – Он осмотрел татуировки у меня на руках.

– Infirmi! – Шия вытянула руку, выстреливая заклинанием в Люцифера.

Он засмеялся еще громче, а из его рта повалил черный дым.

– Это очень мило, – проворковал он.

Заклинание Шии развеялось в нескольких футах от него. Хлоя схватила меня за плечи и попыталась оттащить назад, в то время как Люк поднялся на задние лапы и зарычал.

Люцифер хлопнул в ладоши, и из них вырвался черный туман. Мои друзья разлетелись в разные стороны. Ударившись о стены, все трое потеряли сознание. Я попыталась пошевелиться, но не смогла. Отыскав каждого из моих друзей взглядом, я с облегчением отметила, что они все еще дышат.

Теперь я была совсем рядом с ним. Всего в двенадцати дюймах от зла во плоти.

«Что мне делать?» – спросила я у Сэры. Мои колени дрожали от страха.

«Я не знаю».

О боже. Она еще ни разу этого не говорила. Кажется, на этот раз я серьезно влипла.

При виде моего клинка Люцифер прищурился. Ему стоило лишь двинуть запястьем, как Сэра вырвалась из моей руки и со звоном упала на пол в дальней части комнаты.

– Ты – девушка из пророчества. – Его глаза блестели от нетерпения.

Позади него все еще висел портал. Если бы я могла вытолкать его обратно и закрыть портал, то, возможно, у меня еще был шанс.

– Просто оставь меня в покое. Я не причиню тебе вреда. Я всего лишь ребенок, – взмолилась я.

Я понимала, что бесполезно пытаться разжалобить самого Дьявола, но мне нужно было хотя бы что-то предпринять.

Он ухмыльнулся, подходя ближе.

– Ты думаешь, я тебя боюсь? – Запах нефти и уксуса обжигал мой нос.

Его руки вспыхнули красным, и я невольно опустила взгляд, чтобы их рассмотреть.

– Нет, нет, нет, дитя мое. Ты мое первое и единственное человеческое творение. Я хочу сделать из тебя великого темного воина, которым ты и должна быть.

Его светящиеся руки сводили меня с ума. Я попыталась пошевелиться, но меня словно превратили в статую.

Сделав глубокий вдох, я вспомнила свою тренировку с архангелом Михаилом и попыталась призвать Сэру, посылая к ней потоки своей энергии.

– Я хочу, чтобы ты была наделена всеми своими способностями, дитя мое. – Его раскаленная ладонь врезалась прямо в центр моей груди. Другой рукой он схватился за мое плечо, пригвоздив меня к месту.

Все мое тело пронзила неописуемая боль, и я издала отчаянный крик. На мою кожу опустилась неприятная тяжесть, похожая на мокрое одеяло, и внезапно меня окутала печаль. Отупляющее уныние забралось в дальний уголок моего сознания, и я закричала еще сильнее, пытаясь бороться с этим ощущением. Все мое существо противилось этому наглому вторжению в мой разум. Я чувствовала, как тьма извивается внутри меня, словно змея. Она искала выхода. Я так долго сдерживала ее, так старалась быть хорошей, что теперь мне хотелось взорваться.

Еще одна красная искра вспыхнула в его ладони и растворилась в моей груди. Я закричала, когда агония и ярость смешались внутри меня, выпуская на свободу что-то темное и уродливое. Сгусток черной слизи поднялся по моему горлу, вырвался изо рта и обвил шею Люцифера.

Его лицо исказилось от удивления, но это выражение быстро сменилось абсолютной гордостью.

В его глазах светилось восхищение.

Нет.

Он щелкнул пальцами, и черная петля соскользнула с его шеи с такой легкостью, будто она была сделана из бумаги. Затем он убрал руку с моей груди и улыбнулся.

– Ты будешь совершать великие и ужасные поступки в мою честь, – заявил он, и его голос отразился от стен.

Да пошел ты.

Отыскав в себе последние остатки энергии, я потянулась к Сэре. Мои ноги все еще отказывались слушаться, но, когда она пролетела через всю комнату и оказалась в моей руке, я смогла пошевелить рукой и сделать выпад в сторону Люцифера. Заметив это, он уклонился, схватил меня за шею и попытался утянуть в портал вместе с собой.

В этот момент Линкольн и его команда ворвались в комнату, выкрикивая мое имя. Ему хватило одного взгляда на Князя Тьмы, стоящего перед порталом в ад, и кровь сразу же отхлынула от его лица.

Темноволосая девушка-маг выкрикнула несколько слов на другом языке. Из ее руки вылетела яркая голубая звезда, которая взорвалась у потолка и осыпала все вокруг светящимися искрами. Когда они коснулись кожи Люцифера, он вскрикнул и отдернул руку, отпуская меня. К счастью, я все еще находилась в своем мире, а он – в своем, но мои пальцы были всего в нескольких дюймах от границы с адом.

– Пойдем, дитя, – поманил Люцифер и снова вцепился в мою руку. Линкольн подпрыгнул в воздух, и его меч обрушился прямо на вытянутую руку Дьявола, начисто отрубив ее от тела.

Я упала назад, и дьявольские чары рассеялись. Девушка-маг подскочила к Линкольну и начала закрывать портал. Люцифер сидел на земле, а из его предплечья лилась темно-красная кровь.

Рука, которую отрубил Линкольн, поднялась в воздух и залетела в портал. Люцифер поймал ее на лету и ухмыльнулся, глядя на меня.

Затем портал закрылся.

Все повернулись и уставились на меня широко раскрытыми глазами. Приподняв голову, я увидела, что Шия, Люк и Хлоя приходят в себя. Слава богу.

Все еще лежа на полу, я посмотрела на Линкольна. Он в ужасе уставился на мою грудь.

– Что… – стоило мне только опустить взгляд, как из моей груди вырвался всхлип.

На моей груди был выжжен череп со сдвинутой короной, за которым виднелись черные крылья.

– Он пометил тебя, – сказал Линкольн с легким отвращением, как будто это делало меня злой. Как будто я сама стала дьяволом. Через мгновение его лицо смягчилось, словно он пытался скрыть свою первоначальную реакцию, но я уже все увидела.

Я безрезультатно царапала татуировку, оставляя красные полосы на своей груди.

– Что это значит? – спросила я, и он посмотрел на меня с той же жалостью, с какой люди смотрели на моего отца.

Линкольн опустился на корточки и потянулся ко мне, но я отпрянула назад. Вздохнув, он опустил глаза, не в силах встретиться со мной взглядом.

– Думаю, он полностью активировал твои темные силы.

Мои темные силы. Как будто они мне принадлежали. Как будто я их выбрала. В тот момент надо мной повисла черная туча, и я поняла, что уже никогда не буду прежней.

Мой самый большой страх оправдался.

Я погрузилась во тьму.

Глава двадцать четвертая

Сидя у кабинета Рафаила, я прислушивалась к голосам за дверью. Они старались спорить как можно тише, но я все равно их слышала.

Мне снова не позволили остаться на вечеринку, словно я была каким-то изгоем. На церемонии пробуждения произошло то же самое.

– Он заклеймил ее! – злобно крикнул Линкольн.

– Подожди, мы еще не знаем, что именно он сделал, – вмешался сильный голос архангела Михаила.

– Рафаил, ты же не собираешься ее выгонять? Ее команда убила всех демонов. Четыре демона мертвы. Значит, они прошли испытание, – в резком тоне Линкольна было что-то угрожающее.

Технически четвертый демон уже был мертв к нашему приходу – подарок Князя Тьмы, не иначе, – но я не собиралась об этом рассказывать.

На мгновение в кабинете воцарилась тишина, и я занервничала.

– Конечно, я переведу ее на второй курс. Всем просто нужно успокоиться. Она ни в чем не виновата, и сейчас поступок Люцифера не имеет никакого значения. Давайте не будем делать из нее парию.

Благослови его Господь.

– Она носит его метку у себя на сердце. Это очень глубокая темная магия, – сказал мистер Клеймор. Я даже не знала, что он там был. Я все еще не оправилась после того, как сам Дьявол открыл портал прямо посреди моего экзамена и заклеймил меня темной магией, поэтому я почти не следила за тем, что происходит вокруг.

Я посмотрела на свою метку, и мои глаза наполнились слезами. Кожа на груди была воспаленной и красной из-за того, что я слишком сильно царапала ее ногтями. В конце концов, это не помогло избавиться от метки.

– Но ведь вы можете ее снять? – спросил Линкольн с легкой истерикой в голосе.

Ответная тишина длилась слишком долго.

– Я сильно в этом сомневаюсь, но попытка – не пытка. Моя магия не сравнится с чарами самого Князя Тьмы, – обреченно вздохнул мистер Клеймор.

Я подтянула колени к груди и обхватила их руками. Мне ужасно хотелось, чтобы мама обняла меня и погладила по спине, напевая «Мерцай, мерцай, маленькая звездочка». Но она была в Городе Демонов, а я застряла здесь.

– Нам всем нужно выдохнуть и не спускать глаз с Бриэль. Посмотрим, не проявится ли что-нибудь… Начнем с этого. – Гавриил был самым уравновешенным архангелом и прирожденным миротворцем.

– Проявится? – переспросил Линкольн.

Я вспомнила, как он посмотрел на меня в тот момент, когда впервые увидел метку. Страх исказил его прекрасные черты и омрачил его сияющие глаза.

– Давай не будем торопиться. Сейчас наша самая главная задача – это забота о Бриэль, – заявил Рафаил.

– Разрешите взять отгул на остаток ночи, сэр, – я снова услышала резкий голос Линкольна.

– Разрешаю, сын мой, – ответил Михаил.

Дверь кабинета открылась, и в облаке сияющего света появился Линкольн.

Я сидела на полу, свернувшись калачиком. Он просунул одну руку мне под колени, а другой обхватил за спину. Прижимая меня к груди, он направился к стоянке, в направлении своего трейлера.

– Я могу ходить, – пробормотала я, но на самом деле мне не хотелось идти. В этот момент я не хотела быть живой. Все казалось слишком тяжелым.

– Нет, – ответил Линкольн.

С тех пор как Люцифер оставил мне эту метку, на краю моего сознания поселилась невыносимая печаль, готовая наброситься в любую секунду, как только я ослаблю бдительность. Поэтому я просто позволила Линкольну нести меня – покрытую кровью и внутренностями демона – через парковку, мимо его мотоцикла и прямо к его двери.

Он осторожно поставил меня на ноги, чтобы отпереть дверь.

– Ты можешь принять душ, а я пока приготовлю нам что-нибудь поесть, – пробормотал он.

Было около десяти вечера, и мне не хотелось есть, но я не могла ему отказать.

Я слабо улыбнулась и кивнула в ответ. Он не так часто что-то для меня готовил. Бо́льшую часть недели я была занята учебой и работой в клинике, а он занимался делами Армии Падших.

Ужин в десять часов? Почему бы и нет?

Я поплелась через его трейлер, прямо в крошечную ванную комнату. Заперев дверь, я прислонилась к ней лбом и сделала два глубоких вдоха. Экзамен прошел не так, как я ожидала. С другой стороны, разве можно ожидать, что Князь Тьмы возникнет из ниоткуда и оставит на тебе свою метку? Просто… вау.

Да, я все еще в шоке.

Включив воду, я начал снимать свою окровавленную одежду, от которой пахло серой и дымом.

К черту этот день. К черту все это.

Ступив под воду, я почувствовала, как с моих плеч понемногу спадает напряжение. Я была не одна. У меня были Линкольн, Шия и вся моя команда. У меня была хорошая группа поддержки. Со мной все будет хорошо.

Когда я взяла мыльную мочалку и провела ею по груди, у меня в горле застрял очередной всхлип.

Метка.

Я забыла о ней буквально на три секунды, и она снова напомнила о себе.

Еще пару дней назад я была уверена, что самая ужасная вещь на свете – это метка темных магов. Но вот она я, отмеченная самим Дьяволом. Печаль, которую я почувствовала в тот момент, немного усилилась. Я изо всех сил терла метку, но это лишь оставляло царапины на моей коже.

Я больше не могла сдерживать слезы. Мое тело. Он что-то сделал с моим телом против моей воли. Я чувствовала себя такой грязной. Слезы превратились в рыдания, грудь болела от эмоций, а по конечностям разлилась физическая боль.

Горе.

Как проявятся мои темные силы? Смогу ли я когда-нибудь найти свой свет, как Фред, Линкольн и другие селестиалы? Неужели Люцифер извратил меня?

– Бри? – из-за двери послышался обеспокоенный голос Линкольна.

Я пыталась сдержать рыдания, но у меня ничего не вышло. Это было похоже на мощный поток, прорвавший плотину. Я выключила воду и замедлила дыхание, пытаясь обуздать свои чувства.

– Что случилось? Ты ранена? Я имею в виду, физически? – Линкольн начинал паниковать. Я не была плаксой. Я могла упасть в обморок, если тренировка была очень изнуряющей, а иногда меня даже тошнило прямо посреди занятий, но я никогда не плакала.

– Метка, – вот и все, что я могла сказать между рыданиями.

Он не колебался ни секунды.

– Это не имеет значения. Я имею в виду, что для меня это не имеет значения. Я все еще… люблю тебя. Несмотря ни на что.

Удивление и надежда пронзили мое тело, прогоняя боль и печаль.

Линкольн сказал, что любит меня. Он любит меня.

Я завернулась в полотенце и распахнула дверь.

– Что ты сказал? – Может, я неправильно его расслышала. Слово на букву «л» имело большое значение, и в моем состоянии у меня вполне могли появиться галлюцинации.

Он ухмыльнулся и провел рукой по волосам.

– Я чертовски сильно тебя люблю. Я уже давно никому этого не говорил. Последними были мои родители, но их больше нет, так что… Я не знаю. Я…

Я шагнула вперед и заткнула его поцелуем.

Линкольн Грей любит меня. У меня изо рта появляются смертельные черные удавки, и меня лично заклеймил Люцифер, но Линкольн Грей все еще любит меня.

Его вкус был похож на клубничный, и, несмотря на все безумие последних пяти часов, у меня в животе разлилось удовольствие, а между ног вспыхнуло приятное тепло. Слово на букву «л» совсем вскружило мне голову.

Линкольн отстранился и серьезно посмотрел на меня.

– Разве ты не должна сказать мне то же самое?

Я засмеялась.

– Мы оба знаем, что я люблю тебя уже много месяцев.

Усмехнувшись, он протянул руку и погладил мою грудь, прямо над отметиной.

– Какой я счастливчик.

Думаю, мы оба прекрасно осознавали, что я была мокрой и голой, если не считать тонкого полотенца, потому что из комнаты будто исчез весь воздух. Мое дыхание замедлилось, а между ног запульсировал жар.

И я уронила полотенце.

Один раз живем.

Его глаза широко распахнулись, и во взгляде вспыхнуло желание.

– Бриэль.

Я сделала шаг вперед, положив руку на голое бедро. Он еще ни разу не видел меня полностью обнаженной. Почти обнаженной – да, но не целиком.

– Линкольн, я женщина. Может, мне всего девятнадцать и у меня мало сексуального опыта, но я женщина. И я знаю, чего хочу. – Я подошла ближе, так что мои затвердевшие соски прижались к его груди. Даже через рубашку я чувствовала тепло его кожи.

Его дыхание стало прерывистым.

– Ты уверена? Сейчас? – в его словах было столько нежности и заботы. Он не хотел пользоваться моей уязвимой ситуацией, но я нуждалась в нем. Мне нужна была наша любовь, как спасательный плот в океане. Особенно сейчас.

Я кивнула.

Он протянул руку, и его ладонь скользнула вниз по моему позвоночнику, остановившись на моей заднице. Легким движением он притянул меня к себе. Я прижалась к нему тазом, а мои руки обвились вокруг его шеи, когда мы начали пятиться к спальне.

Оказавшись внутри, я переместила руки на пуговицу его брюк. Я жадно впивалась в его губы, пока мое тело постепенно нагревалось, готовясь к тому, что должно было произойти. За всю свою жизнь я не ощущала таких сильных чувств, какие испытывала к нему. Линкольн зажег меня изнутри: физически, эмоционально и духовно. Он был моей второй половинкой, и, наверное, поэтому мы так часто спорили, но, черт возьми, я любила этого парня так сильно, что это практически причиняло боль.

И теперь, когда мы были готовы разделить такой особенный момент, я почувствовала себя целой. До этого момента я даже не подозревала, что все это время мне чего-то не хватало.

Линкольн уложил меня на кровать, и его губы коснулись изгиба моей груди. Протянув руку, он порылся в ящике прикроватной тумбочки, доставая презерватив. Когда он начал осыпать мою кожу поцелуями, я почувствовала, как мое желание возросло до эпических масштабов.

Наши тела, прижатые друг к другу, двигались в одном ритме. Каждый раз, когда его кожа вновь касалась моей – с моих губ срывался громкий стон. Я провела пальцами по его спине и окончательно потерялась во времени. На свете существовали только мы двое, застрявшие в этом моменте любви, удовольствия и полного доверия.

Моя спина начала выгибаться, а мое тело задрожало от удовольствия.

– Линкольн, – простонала я.

Его руки сжались в кулаки, когда он достиг пика вместе со мной, и я почувствовала, что тьма окончательно покинула мою душу.

Я – свет.

Я любима.

Эта метка не определяет мое будущее.

Наше дыхание замедлилось, и он упал на кровать, прижимая меня к своей груди.

Мы лежали почти неподвижно, просто наслаждаясь моментом.

Внезапно мне в нос ударил запах гари.

– Что это за запах?

Линкольн вскочил с кровати.

– Я сжег наш ужин!

Я громко рассмеялась. Похоже, сегодня мы будем есть хлопья.

* * *

Сидя в чистых боксерах и майке Линкольна, я положила в рот ложку хрустящих хлопьев и пристально посмотрела на своего любовника.

– Расскажи мне последние новости. Команда Тиффани прошла экзамен? – спросила я.

Он усмехнулся.

– Это все, что тебя волнует?

Приоритеты. Мне нужно было знать, придется ли мне вынести еще три года в компании этого демона. Я кивнула и сделала глоток клюквенного сока.

Он вздохнул.

– Они прошли. У одной из ее девочек был ужасный кислотный ожог на спине, но их команда справилась.

Я вздохнула.

– И что теперь? Армия Падших? – Я понятия не имела, чем занимаются новобранцы.

Он ухмыльнулся и наклонился ближе, смерив меня зловещим взглядом.

– Летний военный лагерь. Под руководством вашего покорного слуги, лейтенанта-инструктора Линкольна Грея.

Я уронила ложку в миску.

– Вот черт.

Продолжение следует…

Примечания

1

Фут – мера длины, равная 30,48 см.

2

Святой свет (лат.).

3

Дюйм – единица меры длины, равная 25,4 мм.

4

Моя семья (исп.).

5

Моя сумасшедшая жизнь (исп.).

6

Унция – мера аптекарского веса, равная 29,8 г.

7

Анафилаксия – тяжелая аллергическая реакция, угрожающая жизни.

8

Слабый (лат.).

Content

Лея Стоун
Город Ангелов

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвертая

Примечания