Дилетантки

Чисто английское привидение

Екатерина Новак

Анна Камская

Редактор Елена Середа

Корректор Елена Середа

Дизайнер обложки Мария Бородина

© Екатерина Новак, 2021

© Анна Камская, 2021

© Мария Бородина, дизайн обложки, 2021

ISBN 978-5-4490-0733-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Это было очень старое поместье. Даже не так – старое и заброшенное. Фасад обветшал, оконные рамы рассохлись от времени, стекла выпали, а в дальнем крыле обвалился второй этаж. За разбитым садом у дома никто не ухаживал, и он давно зарос сорняком и кустами диких роз. Среди куцых плодовых деревьев в центре навсегда застыл потрескавшийся, обезвоженный и ненужный фонтан в виде женщины. Она натянуто скалилась, а глаза так и кололи юную хозяйку, впервые за столько лет заглянувшую в свое имение.

Джосселин Клиффорд шла по дорожке, ведущей от ворот к массивным ступеням поместья. Под ногами перекатывался намокший гравий, и его шорох смущал девушку. Она подняла лицо к хмурому небу и, убедившись в том, что дождь закончился, сложила зонт. Достала из чехла фотоаппарат и сделала снимки дома и территории. Затем внимательно посмотрела вперед, решительно преодолела отделявшие ее от входа метры и остановилась на верхней ступеньке крыльца. Немного помедлив, Джо машинально взлохматила рукой короткие волосы, словно этот жест помогал набраться храбрости, оглянулась на заросший сад, глубоко вздохнула, вставила ключ в замочную скважину, провернула его и дернула дверь на себя.

Тут же пахнуло затхлостью. Глаза быстро привыкли к скудному освещению, и девушка покачала головой. Как только ее предки могли жить в таком ужасном месте? Стены из темного камня давили, а сквозняк то и дело заставлял ежиться от холода. Ветер проникал сквозь разбитые стекла и, разгулявшись, уносился вверх, завывая в печных трубах, словно привидение.

Именно из-за привидений она и прибыла сюда. В последнее время о доме поплыла нехорошая слава. Поговаривали, будто от долгой спячки проснулись призраки и стали тревожить покой живых. Джо была реалисткой, не верила в сверхъестественное и считала, что любому странному факту можно найти объяснение.

Девушка сфотографировала холл, прошлась по комнатам на первом этаже. Всюду царили запустение и разруха. Это поместье досталось Клиффордам в наследство от двоюродной бабушки отца. Оно пустовало с конца девятнадцатого века, поэтому находилось в таком жутком состоянии. Распорядитель давно предлагал избавиться от такого подарочка, но риелторы никак не могли найти покупателей. Никто не хотел жить здесь – с давних времен о поместье ходили дурные толки.

Сверху раздался такой неопределенный и загадочный звук, что Джо подскочила на месте. Она с тревогой посмотрела на кованую витую лестницу, ведущую в северную башню, и в красках представила себе, как оттуда спускается замысливший недоброе чужак. Девушка застыла на несколько минут, удостоверилась, что звук не повторяется, и вздохнула с облегчением. Она постаралась убедить себя, что спугнула птицу или летучую мышь, и та случайно задела крыльями полупустой бак для хранения воды. Немного подумав, Клиффорд решила оставить башню на потом.

Джо развернулась в противоположную сторону и прошла по залу до широкой мраморной лестницы. Первая же ступенька выдала ее скрипом нападавшей сверху каменной крошки. Девушка морщилась, пытаясь шагать как можно тише, но ничего не получалось. Не выдержав, Джо взлетела вверх, остановилась и осмотрелась. На втором этаже было совсем уныло. Прохудившаяся крыша дала течь, и дожди сделали свое дело. Стены в мокрых подтеках, пара оставшихся картин скукожилась от сырости, а по полу растеклись грязные лужи.

– Здесь, пожалуй, не разгуляешься, – сказала вслух Джо и сфотографировала небольшой межкомнатный коридор и дверные проемы в спальни. Их завалило балками и черепицей от рухнувшей крыши.

Девушка поняла, что тут ей делать больше нечего, и вернулась в главную залу. Только сейчас она обратила внимание на старинный камин, подошла ближе и заметила тлеющие угли. Здесь кто-то разжигал огонь, причем совсем недавно! Возможно, в доме поселились бродяги! Сердце Джо забилось быстрее. Привидений девушка не боялась, но вот столкнуться с людьми ей бы не хотелось. Она оглянулась на выход и, вопреки своему желанию, подошла к лестнице северной башни. Джо постояла в нерешительности, но, отогнав страх прочь, стала подниматься. Вскоре уперлась в темную деревянную дверь, отворила ее и с некоторой опаской вошла внутрь.

В помещении царил полумрак – узкие арочные окна забили досками. Джо достала фонарик и посветила в сторону. На полу лежала куча грязного тряпья, что снова навело на мысль о бродягах. Девушка нахмурилась, попятилась и наткнулась на что-то спиной. Больше всего по ощущениям это напоминало привинченную к потолку спортзала грушу. Джо резко обернулась, охнула и выронила фонарик. Это была не груша.

Посреди башни родового поместья Клиффордов висело и слегка раскачивалось мужское тело. Внезапно откуда-то сбоку девушка ощутила холодное дуновение ветра и тяжелый взгляд, обращенный к ней. Она посмотрела туда, и в свете лучей, едва пробивающихся в окна, ей померещился призрачный силуэт женщины. Джо, не веря своим глазам, бросилась к фонарику и подняла его.

Женщина исчезла.

1

Александра Покровская сидела в съемной квартире и задумчиво смотрела на тетрадки учеников. Сегодня проверка домашнего задания не заладилась. Сначала позвонил ее бывший, который вдруг возжелал встретиться, а потом она вспомнила прошлогоднюю поездку в Италию.

Ровно десять месяцев назад Саша, расставшись с Павлом, который ей изменил, решилась на то, чего никогда в своей жизни не делала. Она познакомилась по Интернету с красивым и богатым итальянцем Паоло Моретти и спустя всего несколько недель поехала к нему. Тогда забавная схожесть имен Павла и Паоло показалась ей хорошим знаком. И все так и было вначале. Итальянец сделал Саше предложение руки и сердца, и она согласилась.

В тот момент девушка не подозревала, что жених окажется крупным торговцем краденого. И пусть он давно хотел покончить со своим нелегальным бизнесом, жениться и завести семью, впоследствии даже мысль о таком браке претила Покровской. Но больше всего пугала связь Паоло с Валентино ди Конте, властным, богатым и очень нехорошим человеком. Именно он был основным заказчиком и покрывал воровскую деятельность Паоло. Он довольно долго заставлял молодого человека делать то, чего тот хотел бы избежать, и только перед приездом Саши пообещал оставить в покое. Конечно, не просто так.

Ди Конте попросил отдать ему драгоценную икону Черной Мадонны, сотни лет хранившуюся в семье Моретти. После смерти матери Паоло, женщины, которую Валентино любил всю свою жизнь, икона переходила по наследству кузине молодого человека – Мишель Ринальди. И Ди Конте не хотел этого допустить, а значит, Паоло должен был совершить еще одну, последнюю, как ему казалось, в его жизни кражу. Но икона пропала раньше, чем тот успел что-либо предпринять.

Мишель, не подозревая, что за ее наследством охотится не только какой-то неизвестный, но и кузен, решила начать собственное расследование. Она довольно быстро вошла в доверие Саши, подружилась с ней и буквально заставила всюду следовать за собой по пятам. Так Покровская, вопреки желанию, ввязалась в дело о проклятой Черной Мадонне.

Подругам улыбнулась удача. С помощью полиции они нашли бесценную реликвию. И в этот же день Паоло выкрал ее у сестры, чтобы расплатиться с нависшим над ним долгом. Но судьба распорядилась жестоко – по дороге к дому заказчика Моретти попал в аварию и погиб, а икона вернулась к истинной наследнице.

Мишель Ринальди верила, что брата погубила Черная Мадонна. В их семье с давних пор считали, что тот, кто попытается нажиться с ее помощью, уходит из этого мира. Саша, далекая от подобных предрассудков, понимала, что это случайность, однако убедить вздорную, несносную и вечно попадающую в неприятности Мишель ей не удалось. И та, несмотря на протесты подруги, выбросила икону с моста Сент-Анджело прямо в Тибр, чтобы она больше никогда не губила чужие жизни. Так каждый остался при своем. Покровская вернулась домой в Россию, а ее подруга, спокойная за дальнейшую судьбу, назад в Лондон, где уже несколько лет жила с молодым человеком Генри Клиффордом.

Смерть Паоло очень сильно повлияла на Сашу. Она долго не могла прийти в себя, но дружба с Мишель, выросшая внезапно и из взаимной неприязни, буквально вывела ее из депрессии. Ринальди весь год писала ей в соцсетях, звонила и звала к себе в гости. И Саша хотела откликнуться на ее предложение, но зарплата учительницы иностранных языков не позволяла подобной поездки. К тому же незамужняя, без особых привязанностей в России, девушка вряд ли могла рассчитывать на положительное решение английского посольства в выдаче визы.

Вспомнив об этом, Саша вздохнула. Англия была второй по счету страной, где она хотела побывать.

– Может, замуж за кого-нибудь выйти? – спросила себя Покровская, глядя в висящее на старом шкафу зеркало.

Ее отражение наморщилось, отвергая эту нелепую идею. Саша хмыкнула. Спорь – не спорь сама с собой, а замуж-то пока никто кроме итальянского мафиози ее не позвал. Правда вот, бывший нарисовался. Но от него, скорее всего, толку будет мало. Девушка и так потратила на него восемь лет жизни. Снова она на его удочку не попадется.

Покровская не понимала, почему ей так не везет. Вот Мишель – все при ней. Невероятно эффектная, хоть и невысокая девушка обладала какой-то особенной магией. Она привлекала мужчин. Мало того что сама богата, так еще и жениха себе нашла не какого-нибудь там, а английского виконта. Он был молод, красив и считался одним из лучших кардиохирургов Лондона. Саша, конечно, его ни разу не видела даже на фото, но верила тому, что о нем говорила Мишель.

Сама Покровская была среднего телосложения с длинными, чуть ниже плеч, светлыми волосами. «Серая мышь», – обозвал ее как-то Ди Конте. И он, пожалуй, оказался прав.

– Так и буду прозябать одна в этой съемной квартире, – расстроилась Саша и отодвинула тетрадки подальше. Сегодня работать больше не хотелось.

Настоящей причиной для такого настроения стала Мишель. Она уже несколько недель не давала о себе знать. Максимум писала одну-две строчки, просто чтобы сказать, что жива и в порядке, и Саша на нее злилась. Она представляла себе, как та кутит на вечеринках или, что еще ужаснее, расследует без нее какое-нибудь очередное дело, и ей становилось жутко обидно. В Лондоне рядом с Ринальди – праздник жизни. В России одной – настоящая скука.

Ровно в этот момент полного одиночества и печали в квартире Покровской затрезвонил дверной звонок. Саша вздрогнула. Неужели Павел решил-таки приехать? Ведь она строго-настрого запретила ему появляться на пороге своего дома! Девушка вытянулась в струну и обратилась в слух. Снова звонок. Один раз, второй, третий. Внезапный посетитель казался настойчивым и нетерпеливым. Покровская вздохнула и подумала: а вдруг это ее судьба? Подумав так, она решила не медлить и поспешила к двери. Звонок не умолкал. Саша сказала себе, что если это Павел, то сначала она настучит ему по голове и лишь потом впустит внутрь. Как только девушка зашуршала ключом в замке, посетитель угомонился и перестал трезвонить.

Саша с силой распахнула дверь в полной уверенности, что это ее бывший, и открыла рот, чтобы накричать на него, но, увидев гостей, опешила и забыла все слова разом.

– Я думала, ты уже никогда не дойдешь до этой двери, – вспылила Мишель и, отталкивая подругу, бесцеремонно влетела внутрь квартиры. – Старость не радость? Кости ломит? Походка уже не та? – сыпала «комплиментами» Ринальди.

Не снимая ботиночек на высоких каблуках, девушка прошла дальше и кричала что-то еще, но Саша ее не слышала. Перед ней стоял высокий молодой человек с темными волосами и большими серыми глазами. Он явно пришел с Мишель. Но та, в силу своей невоспитанности или просто позабыв, не удосужилась его представить. Он смущенно улыбнулся и через порог протянул Саше руку. Та, наконец приходя в себя, ответила на рукопожатие.

– Генри Клиффорд, – представился молодой человек.

– Ох, так вот ты какой! – не удержалась от восклицания Покровская, а он вопросительно посмотрел на нее. Девушка догадалась – тот не понял ни слова.

– Так и будете стоять у входа? – услышали они голос Мишель, и она снова показалась коридоре.

В руках итальянка держала бутерброд, который Саша сделала для себя, да так и не успела съесть. Ринальди уже надкусила его и с удовольствием жевала.

– Sorry for my confusion, – выдавила Саша, – please, come in [1].

Сама она поспешила отойти в сторону и пропустила молодого человека внутрь. Он, в отличие от Миши, не торопясь, пошел в ту сторону, куда указала Покровская. Та, придя в себя, с ужасом представила, что скажет этот английский виконт, когда увидит жуткую комнату, в которой она живет. Саша кляла про себя Мишель за беспардонное поведение и в то же время мечтала поскорее обнять подругу, потому что этот неожиданный приезд свел на нет ее плохое настроение.

– Почему ты не сказала, что в России? – спросила Саша, при этом крепко обнимая девушку.

Та объятий не оценила. Выскользнула из них и, продолжая жевать бутерброд, критически пробежалась по комнате взглядом.

– Хотела сделать сюрприз. Полагаю, он удался?

– Конечно! О чем ты говоришь! Я как раз вспоминала о тебе!

– Это так естественно. Живя в этой квартире, сложно не вспоминать о такой яркой и запоминающейся личности, как я.

Саша усмехнулась. Подруга за год ни капли не изменилась. Все так же любит себя и считает верхом совершенства. Но сейчас Покровской не хотелось ее приземлять, она была слишком счастлива.

Поскольку девушки говорили на английском, Генри тоже понимал их и с каким-то умилением поглядывал на свою подругу. Уж кого-кого, а его совершенно не смущало себялюбие Мишель. Саша давно поняла, что он легко относится к выкрутасам девушки, которую любит. И это не могло не вызывать легкой зависти.

Покровская снова невольно загляделась на Генри. Истинный сын британского королевства. Одет строго и со вкусом, подтянут, спину держит прямо, смотрит не заносчиво, но с некоторым превосходством. Впрочем, такой его взгляд свысока ничуть не делал его менее симпатичным. Молодой человек имел на это полное право, ведь Клиффорды, по словам все той же Мишель, происходили из старинного рода и занимали высокое положение в обществе. Их предки по мужской линии были тамплиерами, и этот англичанин, по мнению Саши, смог сохранить в себе все признаки достоинства и благородства, присущие рыцарям.

Внезапно Покровская поняла, что Генри заметил особое внимание к его персоне и в ответ пристально изучает ее саму. Девушка смутилась и покраснела. Пытаясь скрыть свое замешательство, она снова заговорила с Мишель:

– Надолго в Москве? Где вы остановились?

– Ненадолго, – быстро ответила Миша и с пренебрежением стала листать тетради, стопкой лежавшие на столе. – Привезли тебе приглашение для оформления визы, билеты на самолет до Лондона, бронь на отель и вот это.

Мишель открыла сумочку, вытащила оттуда толстую пачку английских фунтов и положила на стол. Саша опешила. Ей казалось, что все это шутка или какой-то неуместный розыгрыш. От подруги вполне можно было такого ожидать.

– С ума сошла? Забери обратно!

Покровская схватила деньги и попыталась насильно положить их в сумку Мишель. Та отнекивалась. Так бы они и препирались, если бы Саша не почувствовала мягкое прикосновения теплой руки к своему плечу. Девушка обернулась. Генри стоял рядом.

– Саша, – сказал он, – прошу вас. Вы нас очень порадуете своим присутствием в Англии. К тому же нам нужна ваша помощь.

Покровская резко перестала впихивать деньги Мишель и даже спряталась за подругу, глядя на Генри из-за ее спины.

– Помочь? Чем помочь? – спросила девушка с недоверием и сделала шаг назад.

Она поймала себя на мысли, что если помощь нужна Ринальди, то лучше прямо сейчас бежать отсюда куда подальше. Потому что у нее просто не может быть нормальных проблем.

Мишель уселась на стул и деловито закинула ногу на ногу. Генри тотчас встал за девушкой и положил ладонь ей на плечо. Полное единение.

– У Клиффордов есть старое поместье, которое досталось им от тетки. В нем никто не живет уже лет сто, – поведала Ринальди, – та еще развалюха, но продавать его или ухаживать за ним нет никакого резона.

– Предлагаешь мне устроиться туда смотрителем? – съязвила Саша.

Миша, как всегда, подколку не поняла. Генри, в отличие от нее, усмехнулся.

– Только если ты хочешь подружиться с местным привидением, – просто ответила Ринальди.

– Ах, вот оно что! – протянула Покровская.

Она начинала понимать, о чем пойдет речь, и мысль о том, что пора линять подальше из квартиры, показалась ей еще более здравой.

– Да, Алекса. Привидение. И Джосселин, сестра Генри, его видела!

– И ты тоже веришь в привидение? – напрямик, но настороженно спросила Саша у Клиффорда.

Именно от его ответа зависело то, как она будет относиться к нему дальше. Потому что Мишель могла думать, что угодно, но мужчина, показавшийся с первого взгляда таким разумным…

– Я верю, что в поместье творится неладное, – улыбнулся Генри, оправдывая Сашины хорошие ожидания.

– И причем здесь я? – задала Покровская вполне закономерный вопрос.

– Ты должна приехать в Англию и заняться со мной этим делом, – заявила Мишель. – Я хочу увидеть это привидение, понять, чего оно хочет, и помочь ему покинуть этот мир.

– Ага. – Саша кивнула и просчитала в уме, сколько примерно до ее дома будет добираться карета «Скорой помощи». Потому как подруге явно требовалась неотложка.

– И не смотри так на меня! – взъерепенилась Миша, уличая подругу в неверии. – Ты знаешь, что сделала Черная Мадонна! Ты не можешь отрицать того, что потусторонний мир существует!

– Жаль, что поместье нельзя скинуть с моста в Темзу, – не улыбаясь, ответила Саша, – так бы мы избежали многих проблем.

– Привидения привязаны к месту, – на полном серьезе ответила Мишель, – уничтожение дома не даст нужного результата.

Саша снова посмотрела на Генри, тот развел руками: мол, ты же видишь, ее не переубедить. Покровская вздохнула. Миша имела над ней какую-то власть. Даже в самом начале знакомства она соглашалась на такие авантюры, придуманные подругой, в которые никогда не влипла бы по собственной воле.

– Чтобы получить визу, нужно за несколько месяцев записываться в посольство.

– Генри обо всем договорился. – Ринальди поняла, что подруга сдается. – Посол его знакомый. По чистой случайности он делал ему операцию на сердце. Теперь тот обязан ему и с удовольствием согласился помочь. Собеседование через три дня. Билет в Лондон на конец следующей недели. Ты все успеешь. Я знаю, что в середине июня у тебя начинается отпуск. Как видишь, я все продумала.

– Да уж… – Саша была шокирована такой оперативностью. – Мишель, но почему я? Если Джосселин видела привидение и верит в это, почему ты не хочешь заняться вызовом духов с ней?

Мишель встала. Прошлась по комнате, как всегда, цокая каблуками, и стала объяснять, отчаянно жестикулируя, – еще одна повадка, перенятая от итальянских родственников.

– Она вообще странная особа! – Девушка посмотрела на Генри и замялась, но лишь на секунду. – Она не верит! Можешь себе представить? Она видела привидение и не верит в него! Что-то говорит про обман зрения! Про технологии… и еще какие-то инновации, о которых я понятия не имею. Она слишком увлечена компьютерами. Мы с ней дышим разным воздухом!

– Ну, значит, мне будет, о чем с ней поговорить, – высказалась Саша, когда Мишель замолчала, чтобы перевести дух.

– Так ты согласна? – обрадовалась Ринальди.

– А разве я когда-то могла тебе отказать?

Мишель от радости запрыгала на месте и, словно ребенок, которому покупают долгожданную игрушку, захлопала в ладоши.

– Мы с тобой на уши поставим Лондон! – пообещала она и засуетилась. – Нам пора уходить. Сегодня улетаем в Ростов-на-Дону к моей бабушке.

– Как, уже? – расстроилась Саша.

– Да. Надо с ней повидаться, – и потом, как бы между прочим, добавила: – Видишь ли, Генри сделал мне предложение, планируем свадьбу, а бабушка так и не знакома с женихом.

– Мишель! – воскликнула Покровская, радуясь за подругу. – И ты все это время говорила про какое-то привидение?!

Генри, довольный, что наконец-то заговорили об этом, с радостью принимал Сашины поздравления. Мишель, напротив, заметно скуксилась и заспешила на выход.

– Ну, хватит, хватит, – отмахнулась она. – Наговоришь еще любезностей, когда будешь в платье подружки невесты ловить свадебный букет. А сейчас подготовься к собеседованию. Увидимся в Лондоне.

Мишель легко, практически на бегу, поцеловала подругу в щеку и пошла в сторону входной двери. Генри по-джентельменски слегка кивнул Покровской и пошел следом за невестой. Саша тем временем бросила случайный взгляд на деньги, которые успела положить на стол, и поспешила их поднять.

– Генри, – позвала она, и молодой человек обернулся, – забери это. Вы и так много сделали для меня. Я найду деньги.

Саша протянула ему фунты, а он мягко отклонил ее ладонь с купюрами:

– Ты уже их нашла. Зачем искать дальше?

– Мне неудобно…

– Не волнуйся ни о чем, для меня и моей сестры Джо большая радость познакомиться с тобой. Она с нетерпением ожидает встречи. Так что эти деньги ничто в сравнении с желанием познакомиться поближе с замечательной подругой моей будущей жены.

Эти слова были произнесены с таким пафосом, что Саша не смогла не улыбнуться. Его правильная речь – еще одно доказательство того, что Клиффорд слегка отличался от новой английской молодежи, привыкшей кутить на вечеринках, напиваться и нюхать травку.

– Что бы ни говорила Мишель про привидение, – тем временем продолжал Генри, – поверь, она всего лишь хотела видеть тебя рядом с собой в Лондоне. Она скучала. Уж я-то знаю.

– Генри, милый, – послышалось из коридора, – еще минута, и я решу, что ты решил остаться в этой халупе.

Молодой человек неторопливо развернулся и сказал напоследок:

– В любом случае, я тоже не верю в привидения, но мало ли…

И он, не дожидаясь ответа, пошел к Мишель. Саша поторопилась за ними, едва успевая сказать на прощанье несколько слов благодарности. Как только дверь за ними закрылась, Покровская облокотилась на нее и сказала сама себе:

– Ну, вот и начинаются приключения!

2

Переписка с иностранного сайта Computersandusers.com, приватный чат (записи переведены с английского)

BarsOFF: Привет (улыбающийся смайл).

JoYo: Привет. Ты веришь в привидения?

BarsOFF: Я не отрицаю их существования.

JoYo: Мне кажется, я видела одно.

BarsOFF: Не поверю, пока не докажешь.

JoYo: Мне заснять его на камеру?

BarsOFF: Учти – фальшивку я сразу распознаю. Ты меня знаешь.

JoYo: Учти – я не привыкла лгать. Ты меня тоже знаешь.

BarsOFF: Тогда буду ждать.

Внезапное счастье Саши обернулось для нее двумя неделями нервов и мучений. Сначала посол перенес их встречу на другой день, и Покровской показалось, что он просто не хочет выдавать ей визу. Когда эта проблема разрешилась, позвонили с работы и попросили выйти из отпуска на несколько дней. Мишель рвала и метала, кляня на чем свет стоит «отвратительные русские школы» и «беспардонных директоров», которые не дают людям отдыхать спокойно. А когда девушка бросила трубку, Саша решила, что дружбе конец и поездка в Англию вообще не состоится.

Несколько дней она просидела в ожидании, что Мишель позвонит и попросит вернуть все потраченные на нее деньги. И к концу первой недели та действительно позвонила, но лишь затем, чтобы сказать, что поменяла Сашин билет и с нетерпением ждет ее в Лондоне.

Так злоключения Покровской закончились, а мечта начала сбываться. Четырехчасовой перелет до Лондона прошел отлично, а в зале ожидания девушку встретила нетерпеливая подруга. Оказалось, она приехала несколько минут назад и, не зная, чем себя занять, успела поспорить с нерадивым продавцом кофе, поругаться с какой-то англичанкой и достать женщину из справочного бюро вопросами о том, когда же, наконец, прилетит этот «медленный дирижабль» из Москвы.

Мишель была так счастлива видеть Сашу, что болтала без умолку, рассказывая обо всем, что только приходило ей на ум. Покровская ничего не имела против и с удовольствием слушала щебетание подруги. За этим легким разговором они вышли к стоянке, где Ринальди оставила свое авто, и Саша не смогла сдержать смех, когда поняла, в какой машине ей придется рассекать по улицам Лондона. Нет, она, конечно, знала, что подруга любит выделяться из толпы… но розовый «Мерседес»! Это, пожалуй, было слишком.

– Розовый? Ты серьезно? – спросила Саша и закинула чемодан на заднее сиденье. Она спутала стороны и попыталась сесть на водительское кресло.

– Ты в Англии, детка. – Мишель небрежно перенаправила подругу к левой двери и добавила: – И вообще, много ты понимаешь! Это же не цвет Барби! Это лососевый оттенок.

– Лососевый? – на полном серьезе уточнила Покровская, и когда подруга уверенно кивнула, снова рассмеялась. – Ну, теперь мне все ясно. Лососевый в корне меняет дело.

Поселилась Александра в небольшом отеле в центре Лондона. Но Мишель пообещала, что это ненадолго. По плану через несколько дней и она, и Генри должны были взять небольшой отпуск и отвезти Покровскую в Хэмпшир, в дом его родителей. Те на пару недель уезжали на остров Джерси и разрешили поселиться Мишель и Саше у них. Девушка не хотела напрягать незнакомых людей, но, как оказалось, старое поместье Клиффордов было неподалеку, и добираться туда гораздо удобнее от дома родителей Генри, а не из Лондона. Поскольку Ринальди планировала не один раз посетить это «место, полное привидений», пришлось Саше согласиться.

Последующие три дня Покровская была предоставлена сама себе. В бутики Мишель привезли новую коллекцию, и ей пришлось заниматься делами магазинов. Александру это нисколько не смущало, наоборот, ей очень хотелось побродить по Лондону одной. За это время девушка успела посетить Тауэр и покормить знаменитых местных воронов, побывать в музее Шерлока Холмса и выпить чашечку чая в «Старом ресторане Миссис Хадсон», полюбоваться восковыми фигурами мадам Тюссо и сфотографироваться на фоне Вестминстерского аббатства.

Лондон искренне поразил Сашу и полностью удовлетворил ее ожидания. Это был прекрасный и необычный город с узкими улицами и дорогами, со старыми каменными зданиями, скверами и парками. Покровской очень понравилась и архитектура, и красные двухэтажные автобусы, на которых она наездилась сполна, и метро с чистыми большими вагонами. Что не очень впечатлило Сашу, так это лондонцы. Они отличались от москвичей какой-то легкой расхлябанностью. Молодежь покуривала травку, а темнокожее население сплошь состояло из странных личностей. Девушка частенько замечала, как некоторые из них бредут в полном одиночестве по парку или по проспектам вдоль Темзы и, заткнув наушниками уши, поют во всю глотку, не замечая никого вокруг. В целом все здесь казалось каким-то другим. И даже асфальт на дорогах выглядел иначе. У Покровской было не так много времени до отъезда в Хэмпшир, и она старалась впитать дух Лондона и полностью раствориться в этом необыкновенном городе, о котором так давно мечтала.

Помогала ей в этом и Мишель. Несмотря на дикую загруженность на работе, она каждый вечер подхватывала Сашу в условленном месте и устраивала поход по английским пабам. Там подруги наконец-то смогли поговорить по душам и выпить настоящего яблочного сидра.

Как-то, после одной из таких бесед, у Саши сложилось впечатление, что Мишель не до конца с ней откровенна. Если болтали о привидении, Клиффордах или бутиках, девушка смеялась и сыпала шутками. Стоило заикнуться про свадьбу, и Ринальди замыкалась в себе или переводила тему. Саша переживала, не понимая, в чем дело, но потом махнула рукой и решила списать поведение подруги на обычную нервозность невесты.

Вопреки эпизодически мрачному настроению Мишель, погода в Лондоне стояла замечательная. Все три дня с момента прилета Саши светило солнце, пригревая довольных туристов и удивленных местных. Миша на ее радостные восклицания по этому поводу лишь скептически хмыкала и сыпала еще более колкими, чем обычно, шуточками. Это Покровская тоже списывала на синдром невесты и старалась никак не реагировать.

В последний день в Лондоне Мишель заехала за Сашей в гостиницу после полудня, и они вместе отправились к родителям Генри в Хэмпшир. Сам он отбыл туда накануне, и теперь семейство Клиффордов в полном составе ожидало гостей к ужину.

Миша, как всегда, выглядела очень модно – солнечные очки, стильная укладка, дорогой фирменный костюм и неизменные туфли на каблуках. Только, как показалось Саше, она была еще рассеяннее, чем обычно: слушала невнимательно, на вопросы отвечала невпопад.

– Это уже выходит за все рамки! – разозлилась Покровская, когда Мишель пропустила мимо ушей очередной Сашин вопрос. – Скажи мне, что происходит? Ты сама на себя не похожа.

Миша слегка повернула к ней лицо и, собравшись с мыслями, ответила:

– Нервничаю я, понятно? Свадьба и все такое. Ты-то должна понять меня.

Саша вздохнула. Мишель неосознанно наступила на больную мозоль. Покровская все еще вспоминала Паоло и их несостоявшееся бракосочетание.

– У вас с Генри все будет хорошо, – попыталась подбодрить подругу девушка. – Я уверена, свадьба пройдет идеально.

– Угу, – печально произнесла Мишель, и Саша взяла себя в руки, стараясь не донимать подругу лишними вопросами.

Дорога до дома Клиффордов занимала около полутора часов езды на машине. Ринальди, чье настроение могло меняться по сто раз на дню, на половине дороги внезапно приободрилась и вспомнила про привидение поместья Клиффордов. Покровская вздохнула и подумала, что уж лучше бы подруга еще немного пострадала по поводу своей свадьбы. Шальная мысль договориться с привидением была ей непонятна. Конечно, побывать в старом полуразрушенном английском доме не терпелось и ей, но она настолько не верила в эту сверхъестественную чушь, что вдохновение, с которым Миша каждый раз говорила об этом, начинало порядком раздражать. Больше всего на свете Саша не хотела вляпаться в какую-нибудь непривлекательную историю и тотчас доложила об этом Ринальди. Та, как всегда, назвала ее скучной русской, лишенной фантазии, и продолжила разговор о привидениях. Покровская махнула на подругу рукой и, полностью игнорируя ее, стала читать в Интернете о месте, в которое они ехали.

Уинчестер был сравнительно небольшим городом, но в древние времена успел побывать столицей Англии. В нем, по сути, не было никаких достопримечательностей, кроме Уинчестерского собора, начало строительства которого было датировано шестьсот сорок восьмым годом нашей эры, и дома, где когда-то жила Джейн Остин.

Мишель смилостивилась и проехала неподалеку от собора, и то только потому, что он был на пути их следования. Из машины выйти не позволила, потому что опоздать на ужин к Клиффордам было непростительно.

– Они не поймут, – пояснила она. – Уж слишком они англичане. Чопорны до безобразия.

Саша сама не желала опаздывать и легко согласилась с подругой. Дней впереди было еще много, и она понимала, что успеет посетить и собор, и дом Остин. А вот произвести плохое впечатление на родителей Генри ей почему-то совершенно не хотелось.

Центр Уинчестера оказался достаточно спокойным. Людей почти не было, а на многих зданиях в округе девушка заметила таблички с надписью «Private»[2], что в данном и конкретном случае означало частную собственность. Видимо, в отличие от Лондона с его бешеным темпом, здесь ценили уединение.

Девушки проехали город поперек и завернули на узкую улочку, ведущую на окраину. Там стояли двухэтажные домики с остовами из красного кирпича и крышами, покрытыми коричневой прямоугольной плиткой. На белых окнах висели светлые занавески, а у бордовых дверей стояли кадки с яркими цветами. Дома, кое-где обвитые плющом, казались похожими на сказочные пряничные домики. Все вокруг выглядело одинаковым. И маленькие дворики, и дорожки, и даже кустарники и цветы. Неопытному человеку найти подходящий дом было довольно сложно. Саша наверняка запуталась бы в этом однообразии, если б не Мишель. Та четко подъехала к нужному подъезду и остановила машину.

Покровская нерешительно посмотрела из окна. Она, зная, что родители Генри имеют графский титул, живо представляла себе поместье на возвышении с огромным садом и широкими лесами вокруг. Все как в лучших романтических фильмах, снятых по книгам английских классиков. Реальность же оказалась куда скромнее.

Саша почти сразу увидела в окне высокую стройную фигуру Генри Клиффорда. Он тоже заметил их и, пока Мишель забирала из машины нужные вещи, вышел наружу. По-дружески поцеловал Сашу в обе щеки, едва прикоснувшись к ним губами, и нежно обнял Мишель, а после пригласил внутрь и разрешил осмотреться.

Первый этаж дома состоял из большого уютного холла, коридора, кухни, комнаты для прислуги и прачечной. На втором расположились гостиная и спальни родителей и их детей. По другую сторону от обеденной было устроено несколько крохотных комнат для гостей. Именно в них планировали разместить Мишель и Сашу. Старшие Клиффорды были категорически против того, чтобы невеста жила в одной спальне с женихом. Эта позиция показалась Покровской смешной и неуместной, учитывая, что их сын давно жил с Ринальди под одной крышей в Лондоне, но в чужой монастырь со своим уставом лезть не собиралась.

Девушки покидали чемоданы по комнатам, умылись и вышли к ужину. Горничная как раз накрывала на стол. Пришлось, почти не разговаривая, тихо дожидаться положенного часа, потому что так было принято в этой семье. Кларисса и Уильям Клиффорды вышли в гостиную только в семь вечера. Ровно в это же время горничная подала горячее. Джосселин не появлялась.

Генри представил Сашу родителям. Уильям пожал девушке руку и сел во главе стола, Кларисса поджала губы и слегка кивнула ей. Никаких «рада приветствовать вас в нашем доме» или «добро пожаловать в Англию». Зато к Мишель она отнеслась с полным радушием, расцеловала ее, как родную, и заговорила с ней:

– Как ты, милая? Ты так занята на работе в последнее время, что мне даже не с кем поговорить.

– Все хорошо, миссис Клиффорд, – довольно заулыбалась Миша. – Все жду, когда вы приедете посмотреть нашу новую коллекцию. Поставщик нынче припозднился, и я переживаю, успеем ли продать все к концу сезона.

– Ох, Мишель! Твои магазины так прекрасны. Сомневаюсь, что у вас останется хоть что-то к моему возвращению, – польстила Кларисса. – Но я все равно обязательно выберусь. Хотела взять с собой Джосселин, но она наотрез отказалась. Ты же ее знаешь. Джинсы, футболка не первой свежести – вот все, что ей нужно.

– Не беспокойтесь, Кларисса. Со временем и вдвоем мы на нее обязательно повлияем, – пообещала Мишель.

Пока Клиффорды и подруга вели светские разговоры, Саша с ужасом смотрела на столовые приборы. Нет, она, конечно, помнила – начинать нужно с тех, что лежат ближе всего к тарелке, но из-за легкого пренебрежения, с которым встретили ее родители Генри, растерялась. Ей очень не хотелось упасть в грязь лицом перед благочестивым английским семейством.

– Ешь той вилкой, которая тебе больше понравилась, – услышала Саша за спиной и обернулась.

В дверном проеме стояла и смотрела прямо на нее светловолосая девушка лет двадцати – двадцати двух. Покровская могла только предполагать, какая у нее фигура, потому что одета гостья была в балахонистые джинсы и длинную широкую клетчатую рубашку.

– Джосселин, что за моветон? – одернула дочь Кларисса. – Опаздываешь к ужину, да еще и ведешь себя с гостьей неподобающе.

Саша была не согласна с матерью Генри. Почему-то самой ей от присутствия Джо стало спокойнее. Может, все дело было в том, что она относилась к тем англичанам, которые не кичились своим происхождением.

Джо не обратила никакого внимания на реплику матери, подошла к Саше, искренне улыбнулась и подала руку для рукопожатия. Покровская ответила ей тем же. Кларисса продолжала отчитывать дочь, а та, все так же игнорируя ее, взяла стул с места около отца и передвинула его поближе к Саше. Потом подтянула к себе свободную тарелку, вилку, положила кусок мяса, несколько картофелин и с удовольствием начала жевать.

– Почему опоздала? – спросил Генри. – Знала же, что у нас гости.

– Дела задержали.

Джосселин отвечала с набитым ртом. Она увидела, что Саша до сих пор ничего не ест, положила ей на тарелку закуски, мясо и картофель, забрала лишние вилки и небрежно бросила их на комод. Все свои действия сопровождала словами:

– Она же здесь не на два часа. Так что мы еще успеем и поговорить, и все обсудить. Правда, Саша?

Покровская выдохнула, а ее голодный желудок напомнил о себе. Девушка взяла вилку и принялась уплетать угощение, но отвечать на вопросы старалась с пустым ртом.

Пока Мишель, Генри и его родители обсуждали приготовления к свадьбе и какой-то благотворительный бал, о котором Саша ничего не знала, Джо расспрашивала ее о России.

– У меня есть друг в Москве, – сказала она и замялась. – Ну как друг… знакомый. Мы списались с ним на одном сайте. Он настоящий гений. Пишет шпионские программы. Говорит, что может подключиться к любой камере!

– Прямо-таки к любой? – недоверчиво переспросила Саша.

Джо ей нравилась. Она была младше Мишель, но серьезнее и в то же время проще.

– Ага, – ответила девушка и рукой достала из общей вазы пирожные.

Миссис Клиффорд неодобрительно одернула ее, но Джо, мило улыбнувшись ей, продолжила разговор с Сашей:

– Серж даже видел Кремль изнутри. Там везде камеры! – понизив голос, поведала она.

Саша не смогла сдержать усмешку.

– Джосселин! Да этот парень просто хочет произвести на тебя впечатление. Не верь всему, что он говорит.

Младшая сестра Генри надула губы.

– Пожалуйста, только Джо! Никаких полных имен! Терпеть их не могу! А насчет этого русского. Я ведь не дурочка, я уверена – он не прост.

– Ну, как знаешь. Думаю, тебе можно верить, – согласилась Саша, не желая вступать в спор, и по примеру Джо решила взять себе сладкое. Посмотрела на Клиффордов, вздохнула и воспользовалась лопаточкой для десерта.

Кларисса в ответ на это прочитала лекцию о вреде сладкого для женской фигуры. Покровская разнервничалась и не смогла съесть ни ложки. А еще она заметила, что Мишель во всем вторит матери Генри, что бы та ни говорила. Саша не понимала, пытается подруга так снискать расположение будущей свекрови или действительно во всем с ней согласна. Как бы там ни было, для себя она точно знала – подружиться с ней ей не под силу.

Сразу после ужина родители Генри, попрощавшись со всеми, пошли в свою спальню, а молодежь спустилась в холл, обстановка которого вполне соответствовала приятной светской беседе. Там на вышитом вручную широком ковре друг напротив друга стояли два роскошных дивана, между ними чайный столик, накрытый ажурной белой скатертью. В углах комнаты горели напольные лампы, трещали сучья в камине у стены. Из окон пробивался свежий вечерний воздух и легкий запах примул, садовых лилий и роз. Генри и Мишель, не сговариваясь, сели в обнимку на один из диванов, Саша и Джо опустились на другой.

– Джо, я думаю, девушкам не терпится поскорее услышать твою историю с привидением, – напомнил Генри, как только они устроились поудобнее.

Покровская бросила взгляд на младшую Клиффорд и увидела, как та покраснела.

– Что тут рассказывать? Я услышала от смотрителя, будто в доме творятся неладные вещи. Он клялся, что видел внутри привидение женщины. Напрочь отказался работать там. Пришлось проверить самой. Осмотрела холл, полуразрушенные спальни, поднялась в башню. А там труп. Висит посредине, подвешенный на крючок. Я испугалась. Выронила фонарь. И… мне показалось… что я увидела что-то…

– Ты говорила, что увидела женщину, как будто сотканную из лучей солнца, – напомнила Мишель, которая уже слышала эту историю и, видимо, не один раз.

Джо зло зыркнула на Ринальди, передернула плечами, но продолжила:

– Я не знаю, что видела. Я не уверена. Это мог быть обман зрения… точнее, это точно был обман зрения!

– Труп? Какой такой труп?! – неприятно удивилась Саша. – Кто он? Его опознали? Он что, самоубийца?

– Проблема в том, что ни я, ни моя сестра не можем дать ответы на эти вопросы, – взял слово Генри. – Она сразу позвонила мне. Кричала, как умалишенная, и о привидении, и о трупе. Я сказал ей срочно спускаться вниз и вызывать полицию.

– Да! – перебила брата Джо. – И я сделала, как он сказал, и ошиблась! Пока стояла внизу и ждала полицию, труп исчез!

– Как исчез? – не поняла Саша.

– А вот так! Приехала полиция. Одновременно с ними появился Генри, благо он тогда находился недалеко от Уинчестера. Мы поднялись наверх. А там ничего! Вообще ничего! Даже крюка, на котором он висел, нет!

– Так что вполне возможно, и труп – плод ее богатого воображения, – усмехнулся Генри.

– Труп там был! – Джо вскочила с дивана.

– Но если ты не уверена в привидении… – начал Генри.

– Да, в этом я не уверена и честно об этом говорю! Но труп… я даже запомнила его лицо!

– Так куда же он тогда делся? – не понимала Саша.

– В этом-то и вопрос. И – нет! Я уверена – это не самоубийство! – Джо снова плюхнулась на диван. – Кто-то повесил несчастного, и все время, пока я бродила по поместью, следил за мной. А когда я вышла на улицу, он снял бедолагу с петли и спрятал куда-то.

Саша нахмурилась. Одно дело – вызывать неупокоенных духов, как того хотела Мишель, другое – ввязываться в дело с трупом. А то, что Джо его видела, Покровская не сомневалась, слишком уж рьяно девушка отстаивала свою точку зрения. К тому же она не казалась глупой или склонной выдумывать.

– А что насчет всего этого думаешь ты? – задала Саша вопрос притихшей Мишель. – И вообще, я не узнаю тебя. Неужели так уработалась, что не находишь сил обсуждать такое?

– Сил у меня всегда хватает, – отозвалась Миша, – и ты на себе почувствуешь это, когда я начну искать тебе жениха.

– Жениха? Мне?! – несказанно удивилась Покровская и заметила, как тихо посмеивается Генри, а Джо откровенно фыркает. Младшим Клиффордам эта затея казалась веселой шуткой.

– Ну, раз уж мне суждено застрять в этой стране… – протянула Мишель. – Так почему бы и тебе не остаться здесь?

– Застрять в этой стране? – Генри вопросительно посмотрел на невесту, силясь изобразить обиду, но у него ничего не выходило, а все потому, что он понимал – Мишель склонна к преувеличению.

– Ой, ты знаешь, о чем я, – отмахнулась Ринальди. – А вот что я думаю насчет этого дела. Вполне возможно, что труп действительно только привиделся Джосселин. А вот привидение – скорее всего, нет.

– Ах, ну конечно, – разозлилась Джо не только на доводы Миши, но и на то, что та целенаправленно назвала ее полным именем.

– Как бы там ни было, – продолжила итальянка, – я изучила сложившееся положение…

Джо снова фыркнула, Мишель кинула на нее уничтожающий взгляд. Саша поняла, что отношения этих двух дам не ладятся.

– Да, я изучила положение, – с нажимом повторила Ринальди, – и вот, что я вам расскажу.

Мишель замолчала, выдерживая театральную паузу, и только когда все уставились на нее, решила поведать другим то, что разузнала сама. Она достала из сумочки томик с глянцевой обложкой и помахала им перед зрителями.

– Посетила я один книжный магазин. Попросила самую популярную книгу о привидениях.

– О Боже! – Джо закатила глаза.

– Не надо тут мне! – Миша выставила указательный палец вперед и погрозила ей. – Это настоящий бестселлер, чтоб ты понимала! Знаешь, какой у нее тираж?! Целая тысяча экземпляров!

Мишель открыла книгу и сверилась с первой страницей.

– Только не говори, что ты ее всю прочитала, – усмехнулась Джо. – Вот уж не думала, что такое возможно.

Ринальди демонстративно не ответила на подколку Клиффорд и открыла книгу по закладке.

– Как правило, привидения движутся плавно или парят над поверхностью, – зачитала она. – Часто они похожи на сотканные из света или ярких сгустков фигуры людей. Они способны неожиданно появляться и мгновенно исчезать, а также проходить сквозь стены.

Она подняла торжествующий взгляд на слушателей, но не увидела в их глазах должного восхищения. Девушка перехватила книгу поудобнее и продолжила читать.

– Традиционным местом обитания призраков являются кладбища и заброшенные старые дома.

– Все это мы и так знаем, – перебила ее Джо. – Смотрели «Каспера» и «Охотники за привидениями». Что конкретно ты предлагаешь?

Мишель недовольно посмотрела на младшую Клиффорд. Она терпеть не могла, когда ее перебивали.

– Предлагаю, раз уж ты такая умная и подкованная в этой теме, пойти в поместье еще раз. Нам втроем. Только в полночь.

– С ума сошла?! – возмутилась Саша. – Этого еще не хватало!

– Ага! Испугалась, трусишка! – поддразнила ее Ринальди. – Ты же не веришь в призраков.

– Я тоже не верю, – сказала Джо. – Но идти туда в полночь – это глупо. Там может быть опасно. Там может просто… обвалиться крыша.

– Генри, милый, – обратилась Миша к жениху, – ты только посмотри на них! Ты видишь, с кем мы имеем дело? Это же самые настоящие тру…

– Если честно, Мишель, мне тоже не очень нравится эта идея, – признался Генри. – Джо права, там может быть небезопасно, особенно ночью.

– Ой, да чего вы боитесь? Нас же будет трое!

– Позволь мне хотя бы посидеть в машине рядом с поместьем? Если что, я услышу ваши крики и приду на помощь.

– Вот он, мой рыцарь-тамплиер, – с притворным восхищением проговорила Мишель.

Генри самодовольно улыбнулся.

– Мне иногда кажется, что я уже староват для таких приключений, но чертовски хочется в них поучаствовать. В студенчестве чего мы только не вытворяли с сокурсниками! – с тоской в голосе проговорил молодой человек.

Саша с интересом взглянула на него. Она никогда бы не предположила, что всегда сдержанный Клиффорд мог проказничать.

– Поэтому, пока я в отпуске, хочется немного расслабиться. Я не буду портить вам девичник, просто покараулю в машине.

– Решено! – Мишель вскочила на ноги. – Сейчас все идем спать! Нужно сохранить бодрость для общения с гостями из потустороннего мира!

Саша и Джо переглянулись, и обе молча пришли к решению, что с итальянкой лучше не спорить.

3

В четверть двенадцатого к старому поместью Клиффордов подъехал «Мерседес». Из него вылезли три девушки с рюкзаками на спинах. Водитель остался сидеть на месте. Джо открыла калитку и подруги, подсвечивая себе дорогу фонариками, прошли через сад. Темнота давила на них. Даже Миша немного струхнула, хоть и пыталась этого не показывать.

– Какой ужасный фонтан, – прошептала Саша. – Наткнешься на такой в одиночку ночью, сединой не отделаешься.

– А ты не ходи по саду одна по ночам, – посоветовала Джо.

Все трое повернулись к поместью. Казалось, оно негостеприимно смотрит на них, зияя дырами разбитых окон. Стало совсем неуютно.

– Пойдемте скорее в дом, – заторопила их Ринальди.

Старая дверь недовольно скрипнула, и девушки очутились внутри. Миша, оглядываясь по сторонам, сглотнула. Ей сейчас не казалась столь замечательной идея прийти сюда ночью, но ударить в грязь лицом перед спутницами она не могла.

– Миленько тут, – попыталась подбодрить она подруг.

– Где мы будем ловить привидение? – подала голос Покровская.

– Э, не-не-не! – воскликнула Мишель. – Аккуратней с выражениями! Мы не будем ловить его! Мы будем общаться!

– А с пришельцами ты не пробовала общаться? – съязвила Джо.

– Так, если я правильно понимаю, нам нужно наверх? – Ринальди, не слушая ее, протопала к железной лестнице и подняла голову. – Ты же там была, когда встретила его?

– Да. И труп тоже там висел.

– Но его там уже нет.

– Хорошо, но, чур, ты идешь первая.

– Мамма мия, ты удивляешь меня, Джосселин Аннабель! – пробурчала Ринальди, но все-таки начала первой подниматься по лестнице. За ней – Джо, замыкающей стала Саша.

Джо едва сдержалась, чтобы не дать пинка несносной невесте брата. Ведь та знала, как младшая Клиффорд ненавидит свое полное имя, но все равно продолжала нарываться!

Мишель дошла до двери, отворила ее и вскрикнула. Девушки догнали ее и навалились сзади, образовав собой кучу-малу.

– Эй, аккуратнее! – Ринальди отпихнула подруг. – Прическу мне испортите.

– Ты чего кричала?! – воскликнула Джо.

– Там что, труп? – вторила ей Саша.

– Да не знаю я, – отмахнулась Мишель. – Я еще ничего не видела. Просто вспомнила, что совсем забыла записаться к косметологу, а она улетает на Карибы через неделю…

– Я ее точно когда-нибудь убью, – пообещала Джосселин Саше. Та только усмехнулась. Ей самой часто хотелось схватить Ринальди за тонкую шейку и хорошенько потрясти.

Девушки с помощью фонариков осмотрели комнату, но никаких привидений или трупов не обнаружили. Тогда Мишель, которая собирала все рюкзаки собственноручно, приказала достать девушкам складные табуретки и свечи. Свечей было много, очень много. Подруги расставили их по полу, и в башне стало светло как днем.

– Секта, – глядя на проделанную работу, выдала Джо. – А что у тебя там? – спросила она, указывая на огромный рюкзак самой Мишель.

– План Б, – коротко ответила та, не желая развивать тему.

Девушки устроились на табуретках и принялись ждать. Больше всех извелась Мишель – не в ее привычке было молча сидеть без дела. Она изучила свои ногти, поправила волосы, скинула и вновь надела туфельку, постучала ногой по полу, побарабанила пальцами по стулу и, не выдержав, выдала:

– Все, хватит! Время теории! Может быть, привидение услышит, заинтересуется и придет.

– Или меня просто поглючило, и никакого привидения нет.

– Ч-ш-ш! Оно все слышит! Оно может обидеться и не прийти!

Мишель извлекла из рюкзака книжку, открыла на нужной странице и зачитала:

– Почему призраки могут проходить сквозь стены? Потому что они всегда передвигаются точно так же, как двигались при жизни. Именно поэтому часто кажется, что привидение спускается по лестнице, которую давно снесли, или уходит в стену, даже если дом давным-давно перестроили!

– Это объясняет, куда могла деться та женщина, которую я – возможно! – видела, – кивнула Джо.

– В доме могут раздаваться странные звуки: кашель, шаги, удары, звон. Ни с того ни с сего падают предметы. Постояльцам кажется, что за ними наблюдают.

Джо вздрогнула. Она вспомнила, как услышала жуткие звуки в тот день и как подумала, что в доме есть кто-то еще. Неужели это и вправду было привидение?

– Также в пустом доме часы начинают бить тринадцать раз.

Девушки подскочили, когда откуда-то снизу раздался бой старинных часов. Мишель сидела бледная, Джо похолодела. Саша закусила губу до крови, считая количество ударов. Девять… десять… одиннадцать… двенадцать… все.

Подруги перевели дух, когда поняли, что это «пророчество» Мишель не сбылось. От пережитого испуга они начали нервно хохотать. Когда немного успокоились, Джо произнесла:

– Полночь.

От этой ее фразы улыбки сползли с уст девушек, а Мишель опять приняла таинственный вид. Дрожащими руками она поднесла книгу, которую все еще держала, поближе к глазам, и зачитала:

– Привидения имеют особенность материализоваться возле своего портрета. Сам же он в это время оказывается пустым.

Девушка сглотнула и оглянулась на дверь. Снова обернулась на подруг. Она вспомнила, что внизу в гостиной и правда висит картина, на которой изображена какая-то женщина.

– Не-а, я туда не пойду ни за какие коврижки. – Джо, тоже припоминая портрет, покачала головой. – Иди сама проверяй.

Миша перевела вопросительный взгляд на Сашу, но та замахала руками.

– Ну уж нет, ни за что.

– Ладно, – покладисто согласилась Ринальди. – Тогда самое время привлечь духа. Раз он не появляется самостоятельно, нужно призвать его.

Миша полезла в свой рюкзак и достала оттуда три огромных пододеяльника белого цвета.

– Что это? – простонала Джо, не веря своим глазам.

– Только не говори, что… – осеклась Саша.

– Да-да, вот именно, – довольно улыбаясь, подтвердила их догадки Ринальди. – Надевайте.

– Ты с ума сошла? – возмутилась Джо. – Или просто издеваешься над нами?

– Я не издеваюсь. Это мой план Б! – отрезала Мишель и первой напялила на себя пододеяльник. Он оказался ей так велик, что волочился по полу. Миша помахала руками и попрыгала на месте, издавая утробные звуки.

Саша закрыла глаза ладонями и произнесла:

– Лучшее в мире привидение с мотором. Дикое, но симпатичное[3].

– Ну же, надевайте! – приказала Миша. – Я сделала нам прорези для глаз, чтобы мы могли вовремя увидеть призрака и поприветствовать его!

– Нет, она точно снимает нас на скрытую камеру, чтобы выложить на «Ютуб», – мрачно предположила Джо, облачаясь в пододеяльник. – Потом позора не оберемся!

– Ты думаешь, она умеет это делать? – засомневалась Саша.

Обе посмотрели на Ринальди, которая продолжала ходить по комнате вразвалку с раскинутыми руками, будто надеясь поймать ими привидение или хотя бы призвать его.

– Да любое привидение, увидев это, сбежит в другой, более порядочный дом.

– Да уж, в таком абсурде я еще никогда не участвовала, – посетовала Покровская, глубоко вдохнула и принялась натягивать на себя «отличные костюмы для Хэллоуина», как выразилась Джо.

– Тебе не кажется, что в таком прикиде мы запросто напугаем призрака, если он появится? – спросила Клиффорд у Мишель, останавливая ее стенания.

– Да он наверняка заикой на всю жизнь останется после такого-то! – подхватила шутку Саша.

– Так, девочки! – Миша топнула ногой. – Мы не должны его пугать! Мы должны наладить с ним контакт! Может быть, ему нужна наша помощь! Может быть, мы поможем ему закончить его неоконченные дела! А теперь все повторяем за мной! У-у-у-а!

Мишель принялась с воодушевлением завывать, явно вжившись в роль привидения.

– У-а, – без ажиотажа повторили Джо и Саша.

Внезапно дверь в башню распахнулась, будто ее отворили с пинка. На пороге возникла темная фигура. На нее не падал свет, и было сложно разглядеть, кто это. Шаг вперед – и перед девушками предстал высокорослый мужик с жуткой харей. От него за километр разило алкоголем. Он широко открытыми глазами смотрел на трех привидений, застывших в нелепых позах. Неизвестно, кто испугался больше, но мужик первый открыл рот, басовито завопил:

– А-а-а!!! – и задал стрекача.

Судя по звуку и ругательствам, пару раз он съехал по ступенькам головой вниз.

– Постойте! – выкрикнула Джо, узнав в мужчине смотрителя. – Вы все не так поняли!

Но мужик и не подумал остановиться. Девушки ринулись вслед за ним. Сбросить пододеяльники не успели, поэтому бежали прямо в них, то и дело спотыкаясь на ступеньках. Ринальди вырвалась вперед и уже спустилась в зал.

– Мишель, постой! Не ходи одна! – крикнула Джо и вдруг услышала леденящий душу крик итальянки.

Не разбирая дороги, Саша и Джо помчались вниз. Они нашли Ринальди стоящей в оцепенении у стены. В ее глазах отражался неподдельный ужас, а рука указывала куда-то вперед. Девушки машинально повернули головы в ту сторону и заскулили. Прямо на них, совсем не касаясь земли, плыла черноволосая женщина в длинном белом платье. Ее взгляд выражал ненависть и пробирал до дрожи.

Саша и Джо поняли, что она приближается, и, не сговариваясь, закричали также дико, как до этого кричала Мишель. Нависшая над ними угроза заставила их действовать, и все трое рванули к выходу. И только Клиффорд нашла в себе силы обернуться, нажать на затвор камеры и записать, как привидение, совсем не интересуясь гостями, проплыло до старой картины на стене и исчезло в ней.

Джо, решив больше не испытывать судьбу, поскорее выскочила на крыльцо и помчалась прочь от дома, в котором, как оказалось, действительно водились привидения.

4

Переписка с иностранного сайта Computersandusers.com, приватный чат (записи переведены с английского)

JoYo: (Вложение. Видео файл).

BarsOFF: И даже не фотомонтаж?

JoYo: Ты мне скажи. Ты же все знаешь.

BarsOFF: Не фотомонтаж… но выглядит странно…

JoYo: А знаешь, что еще страннее? Невеста брата зачитывала нам из книги, как ведет себя привидение. И оно так себя и вело! Словно само не раз прочитало эту книгу! Очень неестественно!

BarsOFF: Неестественно – это правильное слово. А что если ваше чисто английское привидение – творение рук человека?

JoYo:?

BarsOFF: Ты когда-нибудь слышала о голограммах?

JoYo: Считаешь меня идиоткой?

BarsOFF: Считаю тебя сообразительной. Иначе вообще не стал бы с тобой общаться.

JoYo: (Смущенный смайл).

BarsOFF: Так вот, голограммы. Если намерена докопаться до истины, вернись в поместье и поищи проекторы, которые транслируют картинку. Вполне возможно, что с ее помощью кто-то пытается отпугнуть людей от чего-то важного.

JoYo: Кто ты? Полицейский? Слишком уж подкован в некоторых вещах.

BarsOFF: Я Серж.

Джосселин поднялась рано утром, хотя уснула только несколько часов назад. После знакомства с привидением дома Клиффордов она полночи провела в Интернете в поисках того, как выглядит оборудование для голограмм. Там было огромное множество гигантских проекторов, которые вряд ли удалось бы спрятать в стенах и закоулках поместья. Она почти сдалась, думая, что, возможно, Мишель права, и привидение действительно существует. Но на ее счастье она нашла небольшой, плохо оформленный сайт, где продавались разработки какого-то малоизвестного ученого. Там, на одной из вкладок, Джосселин увидела маленький проектор размером с ручную видеокамеру. По нечетким фотографиям с сайта Джо заметила, что изображение оно выводит большое и движущееся. Других вариантов девушка не нашла, а значит, если это действительно были голограммы, то их вполне мог транслировать подобный проектор.

Джо схватила несколько печенюшек, запила их холодным молоком и, оседлав велосипед, отправилась в сторону поместья. Родители уехали в отпуск, и поэтому можно было не опасаться их гнева за то, что младшая Клиффорд снова пропустила семейный завтрак. Остальные гости дома вряд ли вспомнят о ней. Она поймала себя на мысли, что не хочет ни о чем говорить Мишель, пока не получит факты. Вот тогда-то она утрет нос этой охотнице за привидениями. И совсем по-другому думалось ей о Саше. Ее она взяла бы с собой, но посчитала, что после этой ночи в поместье та вряд ли захочет когда-нибудь туда вернуться.

Погода, вопреки ожиданиям, стояла ласковая и солнечная. Уже прилично припекало, и Джо не пожалела, что надела бейсболку. Не торопясь и в то же время не глядя по сторонам, девушка ехала вперед по узким улочкам Уинчестера. Она знала этот город с детства, и ей он не казался таким необычным, каким считала его Саша. Все те же кирпичные здания, что и везде, дома, покрытые соломенными крышами или кирпичной кладкой. Все те же яркие цветы в кадках и все та же мутная река на окраине. Сейчас Джо и не думала любоваться природой и обращать внимание на одиноких пешеходов или автомобилистов. Все ее мысли занимали проекторы, привидения и несчастный человек, которого, возможно, ищут родственники да так и не могут найти.

Девушка несколько недель подряд смотрела городские новости и читала некрологи в газетах. Ни одно лицо на фото скончавшихся в Уинчестере людей не было даже отдаленно похоже на то, что она видела тем днем в башне поместья Клиффордов. К тому же она не нашла ничего о неизвестных мертвых мужчинах с признаками удушения. Джосселин действительно стало казаться, что труп – это выдумка ее напуганного разума. Но нет! Джо покачала головой и слегка съехала с велосипедной дорожки. Она его не только видела! Она его чувствовала! А это точно не может придумать и больной мозг, не говоря уж о ее вполне здоровом.

Дорога к поместью пролегала через небольшой лес. Пели птицы, жужжали насекомые. Когда деревья расступились, Джо в очередной раз за этот месяц увидела в отдалении старый полуразвалившийся дом, в котором когда-то жили ее предки.

Девушка в нерешительности притормозила, закусила губу и уставилась на поместье, словно видела его впервые. Может, глупо было ехать сюда одной? Кто знает, кого теперь скрывают эти стены? Смотритель отказался работать на Клиффордов, и дом стал доступен всякому проходимцу. Что если наркодилеры или преступники облюбовали их семейное гнездо? Что если они захотят остановить неугомонную девушку?

Несмотря на то, что ей захотелось развернуться, природная настойчивость не дала отступить, и Джо пустилась в путь. Она доехала до полуоткрытых железных ворот, слезла с велосипеда, прошмыгнула в сад и пошла к открытой входной двери. В ночь, когда девушки, испугавшись привидения, улепетывали отсюда, никто из них и не подумал закрыть или хотя бы притворить ее.

Внутри ничего не изменилось. Все то же запустенье. Старый пепел в камине. Завывание в трубах. Ничего из этого уже не пугало Джо. Она знала – привидений в доме нет! Есть проекторы, и она должна их найти.

Но как узнать, где именно спрятаны устройства? Джо подняла валявшийся в пыли деревянный стул с резной спинкой и уселась на него, чтобы дождаться нового прихода техногенного привидения.

Прошло больше получаса. Девушка начала скучать, и оттого на нее напала страшная зевота. Она порадовалась, что стул, на котором сидела, был жестким и неудобным, иначе не избежать бы ей легкой дремы. Снова завыл ветер в трубах. И вот наконец-то появилось привидение.

Полупрозрачная женщина с длинными черными волосами уставилась прямо на Джосселин. Взгляд ее бездонных черных глаз пугал, хоть девушка и знала, что все это нереально. Казалось, привидение смотрело на нее со страстью и ненавистью одновременно. Кто бы ни играл для голограммы, со своей ролью она справилась отлично. Только теперь, при ближайшем рассмотрении и без паники, Джо заметила, что фигура женщины в белом свободном платье словно состоит из пикселей. Это было похоже на черно-белое кино, транслируемое в уличном кинотеатре, только без экрана.

Поскольку Джо сидела как раз на пути следования «привидения», оно медленно прошло через нее и проследовало дальше. Девушка обернулась и проследила за тем, как оно исчезло в противоположной стене. Ровно в том месте, где висела старая потрескавшаяся картина.

Расслабившись, девушка подошла к стене и смахнула пыль с висевшего на ней портрета. Нарисованная на нем рыжеволосая красавица выглядела великолепно. Тонкие черты веснушчатого лица, небольшой аккуратный нос, по-детски припухлые губы. Казалось, время не имело власти над этими ярко-голубыми печальными глазами, а грязь, годами проникающая сюда со струйками дождя, не смогла сокрыть бледности ее лица.

Клиффорд не заметила, как загляделась на картину. Желание узнать историю изображенной на ней девушки возобладало над всеми другими. Джосселин не сомневалась, что когда-то эта леди действительно существовала. В те века портреты любовниц и жен были так популярны среди знати, что отвергать сей факт было неразумным. Но почему девушка так печальна и бледна? Что произошло в ее жизни? Что заставило страдать? Не ее ли призрак юная Клиффорд увидела в тот самый день?

Джо встряхнула головой – нет, призраков не существует. Она в этом убедилась. К тому же рыжеволосая леди могла лишь играть свое горе для художника, а тот искусно его передал. Теперь никто не смог бы рассказать правду, и грусть о потерянном веке заставила Джосселин вздохнуть.

Откуда-то сверху посыпалась каменная крошка. Девушка вздрогнула и подняла голову, кляня себя за безрассудство. Как глупо было так отвлечься! То, что привидение ненастоящее, не значило, что опасность миновала. Люди, обосновавшиеся в поместье, могли быть куда страшнее. А если и не они, то само здание того и гляди обещало развалиться от старости в любой момент. Джо прислушалась. Тишина. Из противоположной стены опять выплыло привидение и прошлось по тому же маршруту.

Джо, больше не обращая на него столь пристального внимания, посмотрела в сторону длинного темного коридора, ведущего в кухню, и вздрогнула. Там стояла все та же пиксельная женщина. Только теперь она манила рукой к себе и скалилась в жесткой злобной ухмылке. Джосселин сделала шаг назад. Ей стало страшно и захотелось вскрикнуть, но она сдержалась, понимая, что это всего лишь еще один спектакль, призванный напугать непрошеных гостей. Пришлось постоять несколько минут, привыкая к новому видению. Пиксельная женщина пропала, и Джо заставила себя еще раз пройтись по всем комнатам. Она провела с полчаса в каждой. Английское привидение, как назвал его Серж, больше нигде не проявлялось, но зато в холле и коридоре оно транслировалось довольно-таки часто.

Первый проектор, точно такой же с виду, как на сайте ученого, Джосселин нашла за картиной. Она сразу заподозрила, что в этом месте скрыт тайник. Ведь если привидение ходило от одной стены до другой, то и оборудование должно было находиться где-то там. Девушка осторожно сняла портрет и увидела за ним нишу и нужную ей вещь. Джо сделала несколько фото вблизи и издалека. Потом подумала и снова завесила дыру в стене картиной. Не хватало еще, чтобы тот, кто оставил здесь этот аппарат, догадался, что секрет привидения раскрыт. Не хотелось раньше времени напугать преступника. Он мог вернуться в дом, заметить свои потревоженные вещи и скрыться из города, а то и вовсе из Англии.

Джо опять ненадолго залюбовалась картиной и только сейчас заметила в ней небольшое отверстие. Видимо, именно через него и шла трансляция. Второй аппарат девушка нашла и в противоположной стене, там, откуда появлялось привидение. Теперь, когда Джо точно знала, что искать, она в первую очередь обратила внимание на слегка выпирающие камни и достаточно крупную дыру между ними. Юная Клиффорд легко вытащила их, еще раз сделала фото и восстановила тайник.

В коридор девушка не пошла. Там ей показалось уж слишком темно и страшно. Да и не хотелось видеть этот жуткий оскал привидения, транслируемого в той части дома.

Конечно, этих фотографий хватило бы, чтобы привлечь к делу полицию, но что-то смущало Джо. Ее не оставляло чувство, что она о чем-то позабыла. Девушка упорно пыталась вспомнить или понять, чем вызваны эти ощущения. И вдруг взгляд ее упал на лестницу, ведущую в башню. Джо подскочила и порывисто ударила себя ладонью по лбу.

– Как я могла забыть? В первый раз я увидела привидение в башне!

Девушка взбежала по лестнице. Это место не вызывало в ней таких же неприятных эмоций, как коридор, даже несмотря на то, что именно здесь она обнаружила труп.

Джо вошла в комнату и осветила ее фонариком. Башня оказалась пустой. Никаких привидений. Но сейчас ей и не нужно было их видеть. Она в точности помнила, где стояла полупрозрачная женщина в прошлый раз. Джо осмотрелась и пошла к той стене, на которой ожидала найти оборудование. Она постучала по каменной кладке, внимательно изучила каждую дырочку. Все напрасно. Никаких отходящих кирпичей и ничего похожего на глазок для камеры. Джо нахмурилась. Это было очень странно. Она предположила, что проектор висел прямо на стене, и тот, кто повесил здесь человека, уже его убрал, испугавшись огласки. В тот день девушка мало смотрела на стены и вполне могла не заметить вещицу, похожую на камеру.

Она собиралась спускаться вниз, когда услышала в холле скрип каменной крошки. В поместье постепенно разрушался потолок, и пол был усыпан ею. От любого шага или переминания с ноги на ногу камни издавали подобный звук. Сердце Джо забилось с неимоверной силой. Но вместо того, чтобы затихнуть и обождать, она крикнула:

– Кто здесь? Это частная собственность! Немедленно покиньте помещение!

И хоть руки у нее тряслись, а ноги подкашивались, она помчалась туда, откуда доносились звуки. Внезапно остановилась посреди лестницы, настигнутая собственным страхом, и заметила, как какая-то тень мелькнула в коридоре.

«Наверняка, это дикая собака или кошка», – уговаривала себя Джо, преодолевая еще несколько ступеней. – «Здесь никого, кроме меня, нет».

Из стены в очередной раз выплыло привидение и, медленно пролетев до картины, снова пропало. Девушка не стала рисковать, слетела на первый этаж, стремглав пробежала через холл и выскочила наружу. Ее велосипед стоял на том же месте, на котором она его и оставила. Джосселин села на него и, не оглядываясь, полетела вперед, прочь от этого места. Для себя она решила – одной в здание больше ни ногой. Достаточно с нее подобных приключений.

По дороге домой девушка ничего не замечала вокруг себя. Она все думала и думала. Кому понадобилось ставить голограммы в их поместье? Что это должно означать? То, что с его помощью пытались отпугнуть людей, это понятно. Но кому это надо? Цены на сайте изобретателя, который сделал такие маленькие проекторы, были баснословными. Только богатый человек мог себе это позволить.

В голове ее мелькнула мысль. А что если… что если все это затея Генри? Может, это он так попытался отпугнуть бомжей и других бродяг? Он же не ожидал, что его сестра пойдет туда и тоже нарвется на защиту. А потом все закрутилось, завертелось, и он решил поддержать интерес свой невесты к этому месту – так, по крайней мере, ей не скучно. Всегда, когда Миша совершала очередную глупость, Генри смеялся и повторял: «Лишь бы моя леди не скучала». Что если и в этот раз то же самое?

Джо охнула от разочарования. Все сходилось. Все… кроме трупа. Но и здесь сразу нашлось объяснение. Этот мертвый человек не имеет никакого отношения к «привидению» и уж точно к Генри. Кто-то другой знал, что дом пустует, сделал свое черное дело и исчез. Но в таком случае эта поездка напрасна.

– Ну, или не совсем, – вслух сказала Джо, – покажу брату фото – пусть объясняется.

Девушка почти уверила себя в том, что привидение – дело рук ее братца с его чисто английским юмором и наконец-то обратила внимание на то, что происходит вокруг. Она почти добралась до города и уже выехала на одностороннюю дорогу возле реки. Позади себя она услышала шум приближающейся машины, слегка отъехала в сторону, чтобы уступить более быстрому транспорту дорогу, и продолжила путь. Судя по звуку, машина ехала на большой скорости и приближалась к ней. Джо, не доверяя незнакомому водителю, остановилась и встала одной ногой на землю, оставляя вторую на педали велосипеда.

Машина вылетела из-за поворота, не снижая скорости. Джосселин охнуть не успела, как почувствовала сильный удар в бок и взлет. Девушку отбросило на приличное расстояние и потянуло вниз – обочина возле реки была похожа на невысокую горку. Сумка полетела в одну сторону, велосипед в другую, сама Джо ударилась головой о какой-то камень или кусок бетона. В глазах потемнело. Она пыталась подняться, хватая ртом воздух. От резкой боли ничего не могла сообразить и только надеялась, что вот сейчас водитель сбившего ее авто подбежит и поможет.

Девушка не слышала шума мотора, а значит, машина остановилась. Она с трудом приподняла отяжелевшие веки и сквозь мутную пелену увидела, как на холме, с которого она слетела, стоит человек, мужчина. Он смотрел на нее долю секунды, а потом схватил ее сумку, сел в машину и умчался.

5

Джо не сразу пришла в себя от удара и от поведения незнакомого водителя. Как только перед ней перестало все ходить ходуном, она попыталась приподняться, но охнула от боли и все, что смогла, это перевалиться на спину. Левая рука, на которую она упала, была вывихнута. Девушка, едва сдерживая стоны, ощупала бедро, на которое пришелся удар. Переломов не было, но она чувствовала, как в этой части ноги и выше наливается огромный синяк.

Здоровой рукой Джо нащупала в кармане джинсов телефон. Достала его. Стекло треснуло, но звонить по мобильнику было можно. Собравшись с силами, она вызвала «Скорую помощь», а минуту спустя позвонила Генри. И он, и «Скорая», и даже полиция прибыли почти одновременно.

Пока врачи оказывали ей первую помощь, полицейский вел опрос, но девушка не могла внятно отвечать ему, и Генри попросил его удалиться. Он пообещал, что как только сестра придет в себя, то обязательно посетит участок и расскажет все подробнее.

Джосселин наотрез отказалась ехать в местную больницу, предпочитая ей ту, в которой работал Генри.

– Но туда добираться больше часа, – отговаривал ее брат.

– Потерплю, – ответила она.

Врачи, недовольные ее решением, вкололи ей обезболивающее, и она с трудом села в машину Генри. Он, привыкший скрывать свои переживания, ни о чем не спрашивал и только сочувственно посматривал на сестру.

В больнице ее снова обследовали. Помимо вывиха, гематомы на бедре и ссадин, девушка получила небольшое сотрясение. Ее накормили таблетками, натерли мазями и положили в одиночную ВИП-палату. Генри пообещал, что не будет тревожить родителей, и вышел из комнаты. Джо, накачанная снотворным, сразу же уснула.

Проснулась под вечер, и только от того, что в дверь ее комнаты постучали. Джо приподнялась на кровати.

– С вами все в порядке?

В палату вошел незнакомый мужчина.

– Где Генри? Кто вы?

– Он вышел, но попросил меня подменить его. Он скоро вернется. А я Ричард Монт, медбрат. Не волнуйтесь, со мной вы в надежных руках.

Он помог Джо приподняться на подушках и подложил ей под спину еще одну, чтобы было удобно сидеть. Девушка, едва справляясь с накатившей на нее тошнотой, внимательно и не без доли любопытства рассматривала Ричарда. Это был невысокий худощавый молодой человек в очках. Он присел на ее кровать, улыбнулся и мягко спросил:

– Как же вас так угораздило, мисс Клиффорд?

– Джо.

Ричард вопросительно посмотрел на нее, и она пояснила:

– Можете называть меня Джо. Меня сбила машина.

– Ну, тогда ты еще легко отделалась. Могло же быть и хуже, правда?

– Позитивные мысли.

Джосселин скривилась и потянулась к тумбочке, на которой, как ей казалось, оставила телефон, но сотового там не было.

– А где мой мобильник? – спросила она.

– А он был здесь? – вопросом на вопрос ответил Ричард.

– Конечно, иначе бы я не спрашивала.

Девушка понимала, что ведет себя не слишком-то любезно, но на телефон она запечатлела улики, и его просто нельзя было потерять!

Ричард встал с кровати и прошелся по комнате, пытаясь найти потерянную вещь, но ее не было ни на подоконнике, ни на рукомойнике, ни в тумбочке.

– Боюсь, я не знаю, где он. – Молодой человек расстроенно помотал головой. – Может, твой брат забрал его, чтобы тебя не побеспокоили во сне?

– Возможно. Спрошу у него, когда придет. – Девушка закусила губу от переживания, но потом сменила гнев на милость: – И спасибо, что пытаешься мне помочь.

– Что ты, Джо. Не стоит благодарности. Я всего лишь выполняю свою работу. – Ричард участливо улыбнулся. – Могу еще чем-то помочь?

– Можно мне еще обезболивающего, пожалуйста?

– Боюсь, нет, – рассмеялся он. – Это будет лишним.

Джо ответила ему вымученной улыбкой.

– Тогда помоги мне встать, пожалуйста. Я хочу найти Генри.

Ричард кивнул. Джосселин решила, что он сейчас подойдет и поможет подняться, но тот пошел к входной двери, обернулся и сказал:

– Не тревожься, Джо, я сам его найду.

Мишель в этот день проснулась поздно. Генри рядом не оказалось. Она спустилась в холл, поискала в гостиной, но жених пропал. Девушка позвонила ему, но он не взял трубку. Ее радовало лишь то, что отсутствовала и Джо, а значит, она не увяжется за ними с Сашей, на которую Ринальди очень рассчитывала. Она придумала новый план и мечтала поскорее его осуществить. Итальянка поднялась наверх и постучалась к подруге:

– Вставай, соня! Сколько можно спать? Нас ждут великие дела!

– Твои дела – наши общие проблемы, – со смехом ответила Покровская, открывая дверь и встречая подругу. Она пропустила Мишу в комнату, и девушки устроились на кровати.

– Мы с тобой посетим местную библиотеку! – оповестила Ринальди. – Там иногда можно такое нарыть! Возможно, есть записи о старом поместье Клиффордов. Вдруг что-то сможем понять о привидении? Понять, кто оно? Ведь оно должно действовать и иметь повадки такие же, как при жизни! Возможно, если мы узнаем, что оно, а точнее, она любила, то это поможет упокоить ее?

– Ты что, действительно хочешь туда вернуться?! Прошлая ночь тебя ничему не научила?

– Я всего лишь хочу помочь привидению!

– Ты ненормальная, я давно это знала. Но поход в библиотеку выглядит, как вполне безобидное занятие, – согласилась Покровская.

– А я давно знала, что ты заучка, – парировала Миша. – Конечно, мы всегда делаем только то, что безопасно.

– Кхм, – усомнилась Саша.

Мишель дала подруге полчаса на сборы и убежала переодеваться. В машине еще раз позвонила Генри. Он снова не ответил. Это задело Ринальди и в то же время напугало. Она поделилась с Сашей, но та пожала плечами и ответила:

– Может, готовит тебе сюрприз?

Ринальди такой ход мыслей вполне устроил, и она со спокойной душой порулила в сторону библиотеки. Вскоре девушки подъехали к внушительному четырехэтажному зданию из красного кирпича. Войдя внутрь, подруги обратили внимание на недавно сделанный тут ремонт: новые паркетные полы, отреставрированные стены и аккуратные книжные шкафы. Мишель обратилась к библиотекарю и попросила нужные книги. Женщина в очках, прищурившись, посмотрела на нее.

– Что такого в этом поместье, если о нем в последнее время спрашивают второй раз?

– Второй? – удивились девушки.

– Кто еще интересовался поместьем? – спросила Саша. – Вы можете описать этого человека?

– Мужчина как мужчина, – пожала плечами женщина. – Высокого роста… представительный. Раньше его здесь никогда не видела.

Девушки озадаченно переглянулись.

– Под это описание подходит половина Хэмпшира, – протянула Покровская.

– Видимо, кто-то еще хочет помочь нашему привидению.

Саша скептически хмыкнула. Она сомневалась, что кто-то намеревался избавить привидение от его призрачной жизни, но чем черт не шутит, люди наподобие Мишель вполне могли существовать.

Библиотекарь отвела девушек в архив, он располагался в самой нижней части здания. Здесь хранились потрепанные фолианты, какие-то карты, первые английские журналы и старинные газеты. Женщина осторожно, чтобы не навредить этим ценностям, положила перед девушками все, что имело маломальское отношение к старому Уинчестеру и поместью Клиффордов.

Как только она ушла, стало тихо и жутковато. Девушки огляделись. Сумрачное помещение освещалось только в момент, когда человек проходил мимо стеллажей. Мишель, то ли не желая сидеть в темноте, то ли по каким другим причинам, стала бродить от полки к полке. Лампочки заморгали, включаясь от ее приближения или выключаясь при ее отдалении от них.

– Ты так и будешь бродить по зале? – спросила Саша. – Изучать эти старые книги не намерена?

– А ты тут для чего? Я уже прочла книгу про привидения. Теперь твоя очередь поработать.

В этот момент у Ринальди зазвонил телефон – это был Генри! Мишель сразу ответила:

– Дорогой, я так беспокоилась, где ты?

– Мы в больнице. Джо сбил какой-то сумасшедший водитель, да еще и обокрал ее.

– Да ты что?!

Мишель так охала, что Саше было ясно – это притворство направлено на то, чтобы выставить себя в глазах Генри в лучшем свете.

– Я могу чем-нибудь помочь Джосселин?

– Нет, не нужно, Мишель. Я все сделал. Спасибо за заботу. Вы приедете?

– О, мы с Алексой катаемся по окрестностям, – беспечно отозвалась Ринальди. – Но завтра обязательно прямо с утра приедем в больницу. Целую, милый. – Она повесила трубку.

– Что там случилось? – нахмурилась Саша.

– Беспечная Джосселин умудрилась попасть под машину, да еще дала себя ограбить.

– Что ты такое говоришь! С ней случилась неприятность, а тебя это не волнует?! Мы должны съездить навестить ее!

– Только после того, как найдем что-то стоящее в этом архиве. – Голос Ринальди раздавался нечетко, она ушла вглубь помещения. Горящий вдалеке огонек выдавал ее присутствие. – В следующий раз мы можем и не обнаружить здесь этих книг.

– Почему это?

– Да потому, – с назиданием ответила Миша, возвращаясь к подруге, – что кто-то может украсть эти рукописи! Да где же эта полка, откуда она брала все про поместье?

– Зачем тебе? Она же все принесла.

– Да, но вдруг что-то забыла, – Мишель «включила» загадочный тон: – Или утаила.

Саша махнула на нее рукой и принялась вчитываться в одну из книг, которую выбрала среди остальных, принесенных библиотекарем.

– Посмотри, тут есть список тех, кто жил в разное время в поместье. Имена, фамилии, даты рождения и смерти… кто-то провел колоссальную работу!

– Нам нужны те, кто жил там до двоюродной бабушки Генри!

– Хм, дай посмотреть… – Саша пролистала несколько страниц. – Есть запись про некоего сэра Уильяма Клиффорда. Написано, что с ним связана какая-то неприятная история.

– Надо погуглить. – Мишель с умным видом достала телефон и открыла браузер. – Вау! Ух ты! Ну ничего себе!

– Что там? – не терпелось Саше. Она понимала, что подруга дразнит ее специально.

– Да просто написано, что сэр Уильям жил с любовницей, а не с женой! А как ты сама должна понимать, в те времена это не поощрялось. Пойду-ка я еще поищу что-нибудь про Клиффордов.

Мишель встала и упорхнула обратно. Саша принялась дальше изучать старинные фолианты. Просмотрев несколько книг, она нашла только год, в котором построили поместье, и несколько фотографий картин и интерьеров.

Когда-то этот старый дом был прекрасен. В нем с максимальным комфортом для того времени жили люди, росли дети, сменялись поколения. Покровская обратила внимание на цветную фотографию, сделанную в конце позапрошлого века. На ней была изображена картина в позолоченной деревянной раме. Красивая рыжеволосая девушка смотрела с нее, как живая. Приглядевшись, Александра рассмотрела подпись – Кэйлин Хьюз.

– Мишель, подойди, – позвала Саша и услышала грохот и отборную итальянскую ругань.

Покровская побежала на помощь подруге и нашла ее сидящей между стеллажами и заваленной старинными книгами. Девушка не смогла сдержать смеха.

– Не могла определиться, что почитать? – смеялась Саша.

– Чш-ш-ш, – шикнула на нее Мишель, но было поздно: библиотекарь, услышав подозрительный шум, уже спускалась к ним.

– Нам попадет!

– Чего ты стоишь, помоги сложить все обратно!

Мишель подскочила и стала складывать книги на полки, естественно, не соблюдая порядок, который до нее сохранялся здесь веками. Саша принялась помогать ей. Обе подпрыгнули, когда услышали рядом с собой недовольный голос библиотекаря.

– Как?! Как вы умудрились учинить такое?

Женщина побледнела. Она впервые в жизни столкнулась с подобным пренебрежением. Мишель заискивающе улыбнулась и спряталась за спиной Саши, пользуясь ею как щитом. Та не знала, что и ответить.

– Я проходила мимо, а тут бум! – Ринальди высунула голову из-за плеча Покровской. – Все как повалилось! Как повалилось! Может, землетрясение? Алекса, ты не слышала? Ничего такого в новостях не говорили?

Саша быстро сообразила и приняла игру подруги.

– Да, я определенно слышала что-то о землетрясении.

– Тогда надо спешить! – театрально ахнула Мишель. – И вам советуем поскорее выйти! Здесь явно не безопасно!

И пока библиотекарь приходила в себя и пыталась понять, насколько правдивы их слова, девушки сначала осторожными шажками, а потом, наращивая темп, двинулись к лестнице. Выбравшись из архива, они припустили. Следом бежала библиотекарь. Она что-то кричала про полицию и охрану, но подруги не обращали на нее никакого внимания. Попасть в такое нелепое положение! Саша не знала, смеяться ей или переживать. Мишель и вовсе не заморачивалась подобными вопросами. Тем не менее, в машине, отъехав на приличное расстояние, обе рассмеялись в голос.

– Надеюсь, там нет камер? – помечтала Саша.

– Уверяю тебя, счет за неправильное поведение в библиотеке к нам еще придет. К тому же…

Мишель заехала на стоянку при небольшом магазине, припарковала автомобиль и достала из сумочки небольшую книжицу.

– Ты что, украла в библиотеке книгу? – ужаснулась Покровская. – Как ты могла?

– Ой, вернем, когда прочитаешь. Считай, взяла по читательскому билету… Да это и не книга вовсе, это блокнот.

Девушка повертела его в руках и раскрыла на первой странице.

– Здесь стоит дата – июль 1801 года.

Саша заинтересованно наклонилась к подруге и рассмотрела пожелтевшие от времени страницы. Чернила кое-где выцвели, некоторые листы порвались, а уголки загнулись. Красивым почерком на форзаце владелец вывел свое имя – Уильям Питт Клиффорд.

– Двести лет! – с благоговением произнесла Саша. – Это же настоящий раритет! За его кражу нам грозит примерно такой же тюремный срок! Мы должны срочно вернуть это обратно!

– Отстань! Вернем… но позже. Ты можешь себе представить, этот Уильям, скорее всего, и есть тот, кого мы ищем!

Девушки, хоть и понимали, что делают нечто незаконное, так заинтересовались, что сами не заметили, как вчитались в историю, которую столько лет хранил в себе этот дневник.

Оказалось, что во времена окончательного, по меркам Англии, присоединения Ирландии к Великобритании Уильям Клиффорд решал какие-то политические вопросы в Дублине. Там он познакомился с мистером и миссис Хьюз и влюбился в их дочь. По словам пра-пра-прадеда Генри, они жили в такой нищете, что многие из их детей погибли от голода и болезней. Уильям предложил выкупить юную Кэйлин и увезти в Англию. Родители, не видя лучшей участи для дочери, согласились.

По приезде домой мистер Клиффорд столкнулся с осуждением и непониманием со стороны соотечественников. Светский мир того времени не хотел принимать в свой круг ирландку неблагородного происхождения, и Уильяму пришлось оставить мечты жениться на девушке. Но он, безумно влюбленный, не смог забыть ее. Он поселил ее в северной башне своего поместья и частенько навещал. В то же время, не терзаясь чувством стыда перед любовницей, ведь за нее некому было заступиться, женился на высокородной англичанке и обзавелся с ней потомством. Кэйлин, не в силах терпеть свое бесчестие и не найдя для себя иного выхода, покончила жизнь самоубийством спустя всего несколько лет после прибытия в Англию.

– Боже мой, какая ужасная история! – высказалась потрясенная Саша. – Неужели она повесилась в том самом месте, где Джо нашла труп?

– Похоже на то, – ответила Мишель, – смотри, дальше написано другим почерком – Клиффорд был найден повешенным в башне спустя месяц после ее похорон. А до этого последние его записи весьма сбивчивы и постоянно прерываются. И он то и дело пишет, что Кэйлин приходит к нему, словно живая, и не дает уснуть.

– Думаешь, он сошел с ума?

– Ну, либо так… либо это действительно дело призрачных рук ирландки. И что самое ужасное, она продолжает убивать ни в чем не повинных людей.

– С чего ты такое взяла? – удивилась Саша, с неверием относясь к словам подруги.

– Ну, он сделал ее любовницей и лишил чести. Уверена, она сама нам все расскажет.

– Конечно. Поболтать по душам с давно умершей женщиной. Другого я от тебя и не ожидала, – усмехнулась Покровская.

– В конце концов, кто-то должен ей объяснить, что гражданский брак нынче не позор.

– И именно поэтому сама ты вступаешь в официальные отношения с человеком, предок которого, между прочим, загубил несчастную девушку.

– Генри-то тут при чем? Он не в ответе за дела своего пра-пра-прадеда, – вступилась за жениха Мишель.

– А я ничего такого не говорю. – Саша испугалась, что обидела подругу и поспешила сменить тему. – Ты знаешь, как-то все это странно. Зачем кому-то еще нужно было знать эту историю?

Ринальди непонимающе посмотрела на нее.

– Библиотекарь сказала, что кто-то еще спрашивал о поместье. Неужели этот человек нашел дневник? И если да, то что он для себя выяснил?

– Не знаю, – задумчиво ответила Мишель. – Может, все просто? Может, это Генри решил узнать о своих предках, и тогда в этом нет ничего особенного. Надо будет у него спросить.

– В любом случае, объясни мне, как ты собираешься договориться с Кэйлин?

– Существует масса приемов, – отвлеченно произнесла Мишель, – и один из них мы применим сегодня после полудня.

Джосселин сидела на кровати и скандалила с Генри. Она так и не смогла найти телефон. Он уверенно заявлял, что нигде его не видел и не помнит, чтобы она клала его на тумбочку. Однако сообщил, что в коридоре возле ее комнаты он повстречался с патологоанатомом больницы Джарвисом. Они перекинулись парой слов, и Клиффорд даже пошутил с ним, уверяя, что его присутствие пока не требуется и сестра в порядке.

– Наверняка это он воспользовался твоим отсутствием и моим сном, зашел в комнату и выкрал телефон, – ухватилась за эту мысль Джо.

– Очень сомневаюсь. Зачем ему это? Скорее всего, ты обронила аппарат раньше и просто не заметила.

– Говорю тебе! Я положила его здесь! Я не твоя разиня Мишель! Спроси у Джарвиса, заходил ли он ко мне?

Генри пропустил мимо ушей нелестное высказывание о невесте и только еще выше поднял подбородок.

– И не подумаю спросить! Это нелепо! Ты ставишь меня в неудобное положение своими домыслами! Я уверен, в нашей больнице нет нечистых на руку!

– Конечно, тебе проще поверить кому угодно, если это не заденет репутацию твоей больницы, чем прислушаться к сестре, которая, наоборот, ее подрывает!

– Джосселин Клиффорд, давай прекратим эти ненужные споры. Да будет тебе известно, что приехали полицейские. Им не терпится с тобой поговорить. Так что будь любезна, прими их. И я прошу тебя, ни слова про телефон. Как ты правильно заметила, нам не нужна подобная нелестная огласка.

Джо только буркнула что-то себе под нос, а Генри, сочтя ее нечленораздельную речь за согласие, позвал посетителей.

От представителей закона последовала череда нудных вопросов. Что вы помните? Какая марка была у автомобиля? Как выглядел водитель? Девушка на все отвечала без энтузиазма – она мало что помнила. Ее тревожили мысли о поместье, голограммах и пропавшем телефоне.

Сразу после расспросов Джосселин поделилась своим мнением. Она рассказала о проекторах и о том, что не верит в случайные совпадения. Девушка утверждала: сбивший ее водитель как-то связан с тем, что творится в их старом доме. А на закономерный вопрос: «Есть ли у нее улики?» – ответила скрипом зубов. Дабы не подставлять брата, пришлось выставить себя полной разиней, признавшись, что где-то потеряла сотовый с фотографиями. Она видела, как усмехнулись полицейские. Стало понятно – они ей не верят. Однако пообещали съездить в поместье и прислушаться к ее словам, если найдут то, о чем она рассказала.

Генри поехал с представителями закона, чтобы провести их в здание. Перед уходом он поцеловал сестру и сказал, что придет завтра.

– Ричард последит за тобой. – Генри подмигнул Джо. – Кажется, ты ему понравилась.

Джо, как всегда в подобных случаях, лишь неопределенно фыркнула в ответ, а Генри и полицейские покинули помещение. Время для Джосселин потянулось. У нее даже не было телефона, чтобы развлечь себя. Как только она заикнулась об этом Ричарду, он достал откуда-то старый планшет и вручил его Джо. Такая услужливость ее только раздражала. Но, поскольку вставать было еще нельзя, придираться к мелочам было не в ее интересах. Она поблагодарила своего благодетеля и сказала, что предпочла бы остаться одна. Ричард ушел, но через пару часов вернулся. Он протянул девушке свой телефон.

– Звонит твой брат. Говорит, это важно.

Джо схватила трубку, ойкнула от боли – от резких движений у нее начинали болеть рука и бок – и поспешила спросить:

– Ну что? Вы нашли их?!

– Джосселин, мне очень жаль, но в поместье ничего нет.

6

Почти весь день после библиотеки Мишель с кем-то созванивалась, что-то планировала и попутно складывала нужные вещи в сумку. Саша, жалея, что теряет день, просто наблюдала и тяжело вздыхала. Ей очень хотелось поехать к Джо и узнать, как у нее дела, и она позвонила Генри с телефона Мишель, но тот сказал, что сестра спит и ее действительно лучше навестить завтра.

Ближе к вечеру, когда Покровская начала думать, что рандеву с привидением не состоится, Мишель начала готовиться к отъезду.

– Мы что, действительно едем вызывать духов? Ты сбрендила? – ошалело переспросила Саша.

– Почему это?

– Скоро сумерки. Я не хочу снова очутиться в этом доме ночью!

– Да ладно тебе! – Миша схватила ее за руку. – Сумерки, вечерние или утренние, самое лучшее время для фиксации призраков!

– Я сказала «ночью»? Я не хочу очутиться там вообще!

– Ты такая злая, что не хочешь помочь бедному привидению?

– Еще неизвестно, кто из нас более злой! – ответила Покровская, вырываясь из ее хватки. – Ты видела ее взгляд? Она хотела растерзать нас!

– Ой, с кем не бывает! – отмахнулась Ринальди. – Может, у нее женские дни?

– У привидения?!

– Ну, она же тоже женщина, – пожала плечиком Мишель.

Она вышла из дома, прошла по дорожке и села в машину. Выглянула из окна и посмотрела на все еще стоящую у дома Сашу.

– Ты идешь? Если нет, то останешься с Генри одна на весь вечер! А он уже едет домой!

– Шантажистка! – выдохнула Покровская.

Саша представить себе не могла, о чем говорить с виконтом наедине, и вообще чувствовала себя с ним некомфортно из-за собственного стеснения. Поэтому она, как всегда покорно, проследовала за подругой в машину.

Когда подъехали к поместью Клиффорд, на Хэмпшир и вправду опустились сумерки. Стало прохладнее. Саша вышла из автомобиля и поежилась. Небо заполонило серыми тучами, поднялся сильный ветер, сверкнула быстрая молния, ухнул первый раскат грома.

Мишель, не обращая никакого внимания на непогоду, достала из багажника тяжелую сумку и потопала по направлению к дому. Выглядел он ничуть не приятнее, чем обычно. Покровская, проходя мимо фонтана, рассмотрела его. Статуя неприязненно скалилась в ее сторону, а лицо девушки было ей отчего-то знакомо. Саша поспешно отвернулась, не давая воли разыгравшейся фантазии.

Они быстро прошли через холл, поднялись в башню и остановились на пороге. На полу лежали забытые ими рюкзаки и огарки свечей, от которых на паркете образовались застывшие восковые лужицы.

Мишель уверенно сгрузила сумку на круглый стол и расстегнула ее, достала ноутбук и включила. Извлекла большую коробку с яркой крышкой и положила ее рядом с ноутбуком.

– Я смотрю, ты тщательно готовилась…

Миша довольно ухмыльнулась и расстелила на столе знакомый Покровской белый пододеяльник с прорезями для глаз. Убедившись, что компьютер включился, Ринальди стала загружать нужную программу.

– Слушай, – сказала Саша после некоторых раздумий, – я, кажется, поняла, на кого похожа статуя! Я видела в одной из книг портрет рыжеволосой женщины. Полагаю, это Кэйлин. Мог Клиффорд установить фонтан в память о ней?

– Вполне возможно, – рассеянно ответила Мишель. – Хм, надо и Генри попросить подарить мне такой… По-моему, это очень романтично.

– И вообще, – перебила Покровская, размышляя вслух, – если это призрак Кэйлин, то он должен быть с рыжими волосами. Почему же мы тогда видели черноволосую женщину?

– Ну и что? Мало ли, может, эта ирландка всю жизнь страдала из-за цвета волос, живя в Англии, и, став привидением, решила перекраситься?

– Не мели чушь, – фыркнула Саша.

– Это не чушь! Мы не знаем, какими способностями обладают призраки! Да и вообще, что мы там видели в этот момент! Мне вообще все казалось черно-белым.

– Да… Именно… Как кино… – задумчиво протянула Саша, но подруга позвала, и она отвлеклась.

Мишель указала Саше на колченогую табуретку. На вторую, такую же, она уселась сама. Ноутбук отставила на дальний край стола, и он теперь образовывал с ними треугольник, похожий на третьего члена их бесовского шабаша.

Впрочем, так оно и оказалось. Через несколько минут упорных манипуляций Мишель сквозь треск помех послышался до боли знакомый Саше голос. Она даже подпрыгнула, едва не свалившись со своей табуретки, когда распознала в нем скрипучий голос тети Мишель.

– Ты слышишь меня, Беатриче? – громко спросила Ринальди.

Саша вопросительно посмотрела на подругу, но та лишь подмигнула ей.

– Отлично слышу, – последовал ответ. – Только вот я думала, ты будешь одна, а не в компании этой ужасной русской, которая убила Паоло!

Саша открыла рот, чтобы поставить на место несносную старуху, но Мишель ощутимо пихнула ее под столом и натянуто улыбнулась родственнице.

– Тетя Беатриче, ты же знаешь, Паоло убила Черная Мадонна… ну или кочка на дороге, это как посмотреть… – добавила она, видя, что Покровская закатывает глаза.

– В любом случае, я бы не стала помогать тебе, если бы ты не прислала мне эту чудесную подвеску с бриллиантами. Ты же знаешь, я все еще не могу простить тебя из-за наследства.

– Тетя Беатриче, но ведь мы все знаем, тебе безумно хочется этим позаниматься, – с ноткой раздражения в голосе промолвила Ринальди.

– Подловила, – призналась та и кашлянула. – Что ж, давайте начнем. У вас все готово?

– Конечно! Тетя довольно знаменитый медиум, – пояснила она Саше, открывая коробку.

– Среди шарлатанов? – шепнула подруга, а Миша подавилась смешком.

На улице пошел сильный дождь. Тяжелые капли били по заколоченным окнам и проникали внутрь, стекая по стене и образуя на полу лужицы. Свистел ветер. Саша передернула плечами, отгоняя неприятное предчувствие. Мишель же, ни о чем особо не думая, распотрошила коробку и вывалила на скатерть ее содержимое: яркие статуэтки, фигурки, прозрачные стеклянные шары на подставках и пирамиды.

– Что это? – спросила Саша, заинтересовавшись.

– Это подарок Беатриче, – пояснила Мишель. – Специальный набор для общения с духами.

– Их продают в магазинах? Поставили на поток? Здорово.

– В специализированных магазинах, – поправила пожилая итальянка. – Все это поможет нам заставить материю вибрировать. Сказать иначе, призвать призрака.

Беатриче, находясь в образе, попросила девушек взяться за руки, а по одной ладони положить на остов ноутбука.

– А что, энергия может передаваться через Интернет? – со скрытой иронией уточнила Саша.

– Да что ты можешь знать о тонком мире материй? – с жалостью посмотрела на нее пожилая женщина.

– Да я всего лишь решила уточнить…

Тетя шикнула на девушку, и та, привыкшая в компании Мишель участвовать в различных фарсах, дотронулась до клавиатуры, силясь при этом не нажать на кнопку выключения.

– То, что у вас началась гроза, отлично, – томным голосом сказала медиум, – во время подобного атмосферного явления духам легче являться в наш мир. Они подпитываются энергией и, когда насыщаются ею, материализуются особенно ярко.

– А что, собственно, мы пытаемся достичь этим вызовом духа? – спросила Саша.

– Мы призовем ее и узнаем, как помочь ей упокоиться, – ответила Мишель.

– А ты уверена, что ей это нужно?

– Все духи хотят упокоиться, – начала сердиться Ринальди. – И не мешай! Скептикам не место на спиритическом сеансе! Если бы ты не была нужна нам для замыкания круга, я бы не взяла тебя с собой.

– Ладно, ладно, я молчу.

– Приступай, тетя, – приказала Мишель.

Беатриче вскинула руки к небу и закатила глаза. Саша приложила все усилия, чтобы не засмеяться. Впрочем, она заметила, что Мишель тоже стискивает зубы и то и дело подергивает уголками губ. Тем временем тетя, по-видимому, наладила контакт с космосом и торжественно возложила руки на ноутбук. Саша могла бы поклясться, что по ее ладоням пробежал слабый электрический разряд. Она взглянула на подругу, но та не смотрела на нее, так как была занята действиями медиума.

– Призываю тебя, дух Кэйлин, явиться к нам и ответить на вопросы! – с завываниями проговорила пожилая дама. Она стала повторять эту фразу снова и снова, усиливая громкость.

– Повторяйте за мной! – попросила она.

Мишель принялась выполнять ее приказание. Саша, чувствуя себя очень глупо, тоже стала вторить медиуму.

Гроза за спиной Покровской становилась все страшнее. Тучи громыхали, сталкивались друг с другом, а башню то и дело озаряли яркие вспышки молний. Дождь никак не утихал. Саша с тоской подумала о том, как они будут добираться до дома, уж не вплавь ли?

– Приди к нам, дух Кэйлин, и ответь на все вопросы! – вдруг очень громко вскричала Беатриче.

В этот момент сильный порыв ветра вырвал одну из досок, которыми были заколочены окна, и она с жутким грохотом упала на пол рядом с девушками. От неожиданности и испуга они вздрогнули. А по экрану ноутбука побежали полосы, связь нарушилась, звук то пропадал, то появлялся вновь, и слов пожилой итальянки было не разобрать.

Саша ощутила могильный холод. Ей стало очень страшно. Казалось, кто-то стоит за спиной и смотрит прямо ей в затылок. По телу пробежали мурашки. Покровская быстро оглянулась и тут же зажмурилась от внезапного потока студеного ветра, который ударил ей в лицо и взлохматил волосы. На миг девушке показалось, что она окунулась в холодную воду. Саша начала задыхаться, но ужасающее ощущение быстро прошло. Бледная Мишель схватила ее за руку. Она кивнула подруге, подтверждая то, что тоже почувствовала этот страх. Внезапно раздался леденящий душу крик. Девушки машинально поддержали его, оглядываясь по сторонам, чтобы понять, что это. Но оказалось, это была всего лишь Беатриче. Подруги взглянули на экран ноутбука, и в тот же миг он погас.

Обе соскочили с табуреток. Миша начала нажимать на кнопки, пытаясь восстановить связь. Саша с напряжением вглядывалась в полумрак комнаты, всерьез опасаясь увидеть привидение. Но в башне никого, кроме них, не было. Поразительно, но даже дождь на улице стал утихать.

Мишель наконец восстановила связь. Когда тетя появилась на экране, она не поверила тому, что видит. Беатриче была сама на себя непохожа: волосы ее стояли дыбом, глаза расширились как чайные блюдца, а рот приоткрылся то ли от восторга, то ли от ужаса.

– Вы это видели?! Вы это почувствовали?! Скажите, что вы тоже это почувствовали?! – кричала она.

Мишель оглянулась на Сашу, и обе пожали плечами. Что-то девушки определенно почувствовали, но что именно, они и сами не понимали.

– Я вызвала привидение! – Голос тети Беатриче звенел от гордости. – Впервые в жизни у меня получилось!

– Ты же говорила, что ты знаменитый медиум? – уточнила Миша.

– Кхм, – кашлянула та. – Несомненно, знаменитый. Я имею в виду, что я вызвала его через Интернет! Это успех! Настоящий успех!

– Только где оно, привидение-то? – Саша еще раз огляделась. – Вроде опрашивать некого.

– Но оно точно было! – заявила Мишель. – Ты же не станешь убеждать меня, что не почувствовала этот холод?

– Да, с погодой в Англии точно непорядок, – попыталась пошутить Покровская.

– Прекрати! Ты же тоже ощутила этот ужас? – наседала на нее подруга.

– Когда призраки приходят в наш мир, они поглощают колоссальное количество энергии! – поспешила присоединиться к ней тетя Беатриче. – Именно поэтому их появление всегда сопровождается сильным холодом. Даже я ощутила это!

Саша соскочила с табуретки, прошлась по комнате и обхватила себя руками. В башне все еще было прохладно, но того леденящего прикосновения – ей не хотелось бы думать, что призрака! – больше не ощущалось. Покровская не знала, что и думать.

– Вы же видите, ее нет! Здесь никого нет! – Она развела руки и поводила ими по воздуху, будто пытаясь схватить невидимку. – И не было никакого призрака.

– В любом случае, подвеску я отработала. Призрака вам вызвала. Так что… ждите его появления.

И тетя Беатриче отключилась. Мишель охнула от такой наглости. Все-таки подкупить тетю стоило ей весьма недешево. Впрочем, махнула она рукой, от семьи Феско вряд ли можно было ожидать чего-то путного.

– Давай подождем еще чуть-чуть?

Саша удивилась, услышав в словах подруги просящие нотки. Она вздохнула и пошла к своей табуретке.

– Полчаса. А потом уезжаем отсюда.

Но и через полчаса призрак Кэйлин не появился. Мишель пробурчала что-то про тетку-обманщицу и стала собираться домой. Она кинула ноутбук в сумку, скомкала пододеяльник и брезгливо швырнула его вместе с остальным ритуальным барахлом.

Дождь на время утих, но уже стемнело, и им пришлось воспользоваться фонариками, чтобы спуститься. Ни одно привидение их не подстерегало. Но в холле девушки услышали звук приближающегося авто. Мишель насторожилась.

– Поздновато для визитов, тебе не кажется?

– Да… очень странно, – ответила Саша и закусила губу.

Девушки осторожно вышли из дома и, прячась за кустами, пробрались к той части дороги, где остановилась неизвестная презентабельная машина темного цвета. Подруги замерли в тени деревьев, не решаясь выйти или подойти ближе. Теперь они не так боялись встретить привидение, как столкнуться неизвестными, которым понадобилось посетить полуразвалившееся поместье ночью. Такие люди заведомо казались странными и не предвещающими ничего хорошего.

Однако из авто вышел вполне вменяемый с виду высокий молодой человек. Ринальди вздохнула с облегчением, но потом нахмурилась и выскочила из-за кустов. Она, не смущаясь, направилась прямиком к незваному гостю. Тот определенно не был рад подобной встрече. Он хотел задать какой-то вопрос, но Мишель опередила его и, наставив на него пальчик, обличительно спросила:

– Кристиан?! Что ты здесь делаешь?!

7

Переписка с иностранного сайта Computersandusers.com, приватный чат (записи переведены с английского)

BarsOFF: Как поживают привидения?

JoYo: Срочно нужна твоя помощь!

BarsOFF:?

JoYo: Пробей мой телефон. Я знаю, ты можешь!

BarsOFF: Зачем мне это?

JoYo: Я нашла оборудование, засняла его на камеру. Но сразу после этого меня сбила машина, а телефон украли. Мне никто не верит. Найди телефон! Взломай и достань мне фотки.

BarsOFF: Жди.

BarsOFF: Мне жаль. Ничего не могу сделать. Он либо выключен, либо кто-то намерено его уничтожил.

JoYo: Серж, что же делать?

BarsOFF: Почем мне знать?

JoYo: Я знаю, ты имеешь отношение к полиции… или к русским мафиози… в любом случае, я уверена, ты знаешь, что делать.

BarsOFF: (Веселый смайл). Тоже мне, Шерлок. Пробей по ай-пи адресу программиста, сделавшего сайт, и узнай у него, кто изобретатель проекторов. Найдешь изобретателя, найдешь и заказчика голограмм. А он и есть подозреваемый.

Мишель и Александра влетели в холл больницы быстрее ветра. Во-первых, их подгонял неизвестно откуда взявшийся дождь, а во-вторых, им не терпелось рассказать о событиях вчерашнего дня. Пока Ринальди узнавала, в какой палате лежит Джо, Покровская осматривалась. Ей было интересно увидеть место, где работал Генри, и, как оказалось, их вчерашний знакомец Кристиан Дарти.

Он объяснил Мишель свое появление в поместье в такой поздний час тем, что давно хотел взглянуть на махину, которую пытается продать Клиффорд – мало ли, может, самому понравится. А так как работа и интернатура занимали много времени, добраться туда удалось только к вечеру.

Они недолго поговорили, и за это время Саша поняла, что он за человек. Мишель, конечно же, с ним любезничала, как делала это со всяким симпатичным мужчиной, но Покровской он показался еще большим снобом, чем старшие Клиффорды. От него сквозило высокомерием и себялюбием. Он был сынком богатых родителей со всеми вытекающими из этого последствиями. Но, как ни странно, Саша его заинтересовала. Это было видно по тому, как он пытался с ней заигрывать. Однако у него это выходило так грубо и некрасиво, что меньшее, чего бы сейчас хотела Покровская, это случайно с ним встретиться. Ей хватало того, что со вчерашнего вечера Мишель не уставала подтрунивать над ней и при любом удобном случае напоминала об этом «богатом мальчике, на которого стоит обратить внимание». Поэтому, пока они поднимались на этаж, где находилась комната Джосселин, Саша осторожно смотрела по сторонам, готовая убежать, если случайно увидит его.

Ринальди ни о чем таком не думала и быстро шагала вперед, ничего не опасаясь. Она впорхнула в нужную палату и первой увидела Ричарда. Он сидел на стуле возле койки Джо и что-то рассказывал. Та смущенно улыбалась в ответ, но как только заметила Мишель и Сашу, сразу приняла серьезный вид.

– О, к тебе гости, – замялся молодой человек, – ну что ж, тогда я пойду.

Джосселин кивнула ему. Ричард представился, поприветствовал гостей и поспешил выйти наружу.

– Вот оно как! – не смогла сдержать восклицания Миша и плюхнулась на кровать рядом с Клиффорд. Та болезненно ойкнула и зажмурилась.

– Мишель! Ты хоть что-то можешь делать аккуратно?

– А что такое? – будто не понимала Ринальди.

– Вообще-то меня машина сбила.

– Однако это не помешало тебе найти ухажера. Удивительно, и как он позарился на твой вид?

А вид у Джосселин и правда был не ахти. Синие круги под глазами, рука подвязана, нога лежала сверху на одеяле, на ней красовался огромный синяк. Саша заметила, что девушка морщится каждый раз, как только приходится подвинуться или пересесть в более удобное положение.

Мишель стала расспрашивать Джо, что с ней произошло. Когда та рассказала им о голограммах, о том, что засняла их на телефон, и о том, что он потом бесследно исчез, девушки насторожились.

– То есть ты хочешь сказать, что никакого привидения нет и мы зря его вчера вызывали? – расстроенно спросила Мишель и встала.

– А вы его вызывали? – усмехнулась Джо и тут же схватилась за ребра. – Спешу вас расстроить, привидений не существует! Это всего лишь голограмма.

– Но мы правда вчера что-то почувствовали! – Мишель по-детски выпятила нижнюю губу, потом захотела снова сесть на кровать, но увидела предупреждающий взгляд Джо, не суливший ничего хорошего, и передумала. Устроилась на стуле, на котором до этого сидел Ричард. Так всем стало спокойнее.

– Алекса может подтвердить – потустороннее присутствие было зафиксировано!

– Знаешь, мне кажется, кто-то явно не хотел, чтобы ты делилась информацией с полицией, – сказала Саша Джо, игнорируя призывные взгляды Миши.

– Вы правы, – внезапно согласилась Мишель, решив оставить разговор о привидении на потом, – этот кто-то не поленился прийти за твоим айфоном в больницу. Сомневаюсь, что ему так уж приглянулась последняя модель «яблочка».

– Я думаю, что сбивший меня водитель и человек, укравший телефон, – это одно лицо, – высказала предположение Джо, – видимо, он был в доме, пока я рыскала там в поисках улик, и видел, что я фотографировала.

– Поэтому поехал за тобой, сбил, украл сумку. Понял, что телефона в ней нет, отправился следом за вами, дождался, пока Генри выйдет, а ты уснешь, и выкрал сотовый.… – продолжила мысль девушки Саша. – Ты его разглядела?

– Только издалека… обычный мужчина с короткой стрижкой, ничего особенного. Сложно было приглядываться в моем положении. Генри сказал, что видел у мой палаты патологоанатома. Посмотреть бы на него… хотя мало ли кто ходит по этому коридору… не знаю, что и думать.

– Это не мог быть Кристиан? – неожиданно спросила Саша Мишель.

– С чего такие мысли?! – искренне удивилась та.

– Он околачивался у поместья, работает в этой больнице, у него есть доступ ко всем палатам… И вообще, может, это он убрал голограммы, чтобы полиция ничего не заподозрила.

– Ты на него наговариваешь, потому что он тебе не понравился, – заявила Мишель. – А вообще он парень из приличной семьи. Согласна, Джо?

– Кристиан… Кристиан Дарти? – уточнила Клиффорд и получила кивок от Ринальди.

Джосселин поверхностно знала этого молодого человека и не была впечатлена им. Но не думала, что он был способен на подобную выходку, и сообщила об этом подругам.

– В общем, леди, кто бы это ни был, мы вляпались во что-то очень плохое, – подытожила Саша. – Не пора ли остановиться?

И Мишель, и Джо одновременно отрицательно покачали головами. Они хоть и выносили друг друга с трудом, но в одном были похожи – обе не хотели идти на попятную. Покровская вздохнула. Снова ее путешествие заграницу превращалось в опасное детективное расследование.

– Я вообще сперва подумала, что вся эта затея с голограммами принадлежит Генри… – поделилась Джо. – Ну, знаете… поразвлечь молодую невесту, а заодно и от незваных в поместье людей избавиться. Но после всех этих событий… понимаю, это не он. Иначе он бы признался.

– Лучше бы это оказался твой брат, – задумчиво произнесла Саша и сразу объяснилась: – До нас кто-то еще рылся в библиотеке и узнал историю ирландки. Может, именно она натолкнула его на мысль поставить голограмму. Но только теперь возникает вопрос: кому еще, кроме Генри, понадобилось бы отпугивать людей от вашего дома?

Девушки посмотрели на нее и одновременно пожали плечами.

– Может, где-то в доме есть тайник преступников? – предположила Мишель. – А убитый случайно нашел его, и его того… ну, чтобы не рассказал никому.

– Но тогда если узнать у библиотекаря поподробнее о человеке, который был в архиве до нас, то у нас будет портрет преступника.

– Ты же сама слышала ее описания! – Ринальди закатила глаза. – От нее мы вряд ли добьемся чего-то существенного!

– В любом случае, – чуть слышно отозвалась Джо, – нам повезло, что нас не постигла участь несчастного, который оказался не в том месте и не в то время.

– Ну, скажем прямо, тебе не очень повезло. – Ринальди надавила на больную мозоль. – Но, как бы там ни было, ты обязана выздороветь до благотворительного бала. Тебе осталось три дня. Так что давай, лечись. А мы пойдем. Кажется, я знаю, как нам действовать дальше.

– Насчет бала, Мишель… ты же знаешь, я не люблю подобные мероприятия. К тому же синяки под глазами вряд ли успеют сойти. Я не пойду туда.

– И слышать ничего не хочу. Я состою в комитете по привлечению молодых и богатых. Так что отказы не принимаются! Синяки мы твои замажем, а вот насчет расследования пока можешь не думать. Я беру дело в свои руки.

Джо хотела возразить, но Миша вылетела за дверь больничной палаты так быстро, что та и слова не успела вставить. Саша, не желая ссориться с подругой и заинтригованная ее новым планом, пожелала Джо скорейшего выздоровления и поспешила следом за итальянкой.

Бегом добрались до машины. Погода стояла скверная, небо заволокли серые тучи и начал накрапывать мелкий дождь. Легкий туман опустился на город, и Лондон стал похож на себя. Точнее стал таким, каким и представляла себе его Саша.

Мишель завела «Мерседес», включила климат-контроль и набрала кого-то в телефоне.

– Чао, милый. Где ты сейчас?.. В нашей квартире? Решил пожить там, пока Джо в больнице?.. Мне кажется, она там и без тебя не скучает. Около нее крутится какой-то молодой врач… Как, он только медбрат? – получив утвердительный ответ, Мишель фыркнула и добавила: – А выглядит куда представительнее. Но так уж и быть, выпишу и ему пригласительный на бал. В конце концов, Джо за деньгами не гонится, а ее давно пора пристроить.

Саша отметила, как спокойно и без лишних упреков Генри попытался возразить, но Мишель продолжала гнуть свое:

– Ой, слышать об этом не хочу. Предоставь это дело мне. Уж я-то разбираюсь в этом побольше твоего. К тому же Алексе я уже нашла партнера…

Саша чуть не подавилась от такой наглости. Генри на том конце провода, видимо, тоже, потому что он закашлялся и только спустя несколько секунд спросил:

– Кто он?

– Ой, какая тебе разница. Молодой, перспективный, состоятельный. В общем, все, что ей нужно. Не все же время мне платить за нее.

Саша покраснела. Такое пренебрежение, а еще и чувство долга перед Мишель ввело ее в ступор. Та продолжала трещать по телефону, не обращая на подругу никакого внимания.

– Генри, мне нужен адрес вашего смотрителя. Сбрось мне его СМСкой…

От Клиффорда посыпалась череда закономерных вопросов.

– Ох, милый, не нервничай – вредно для сердца. Уж кому, как не тебе, это знать. Все. До встречи. Жду сообщения.

И Мишель, потеряв всякий интерес к разговору, выключила телефон.

– Тебя когда-нибудь учили такту? – задала Саша мучавший ее еще с прошлого года вопрос.

– Я тяжело поддаюсь обучению. Тем более такому, которое мешает пробиваться в жизни, – ответила Мишель и тронулась в путь.

Саша помнила, что смотритель живет недалеко от Уинчестера, в том самом районе, где стояло старое поместье. После того как девушки, переодевшиеся в привидений, напугали его до смерти, он вообще потерял всякий интерес к работе на Клиффордов.

Генри, зная об этой злополучной истории, не пытался звонить ему и уговаривать. Зато несколько раз припомнил девушкам этот случай. С его слов, он спокойно жевал чипсы в машине, когда из поместья послышался невообразимый мужской крик.

Клиффорд выскочил наружу, испугавшись за девушек, но запнулся, когда заметил несущегося сквозь кусты смотрителя и три пододеяльника, летящие следом за ним. «То еще было представление!» – смеялся Генри, когда они ехали домой. И, кстати, в то, что девушки встретились с привидением, он не поверил, пока не посмотрел видео, которое успела заснять Джо. Но и на это он, со свойственным ему спокойствием, ответил: «Наверняка есть какое-то разумное объяснение».

Мишель на телефон пришло СМС от Генри. Ринальди фыркнула, прочитав адрес смотрителя.

– Там жутко, – пояснила свою реакцию Миша, – живут одни бедняки и отбросы общества. Удивительно, что такое семейство, как Клиффорды, наняли смотрителя из какого-то сброда.

– Всем нужна работа, Мишель, – не согласилась с подругой Саша. – К тому же ты не знаешь, может, он добропорядочный гражданин.

– Ага, – поморщилась та. – До сих пор чувствую на себе его зловоние с той ночи.

Саша снова вспомнила тот поход, их самих, одетых в «привидений», и улыбнулась. Хорошенько же они тогда напугались. И кто бы мог подумать, что в итоге черно-белая женщина окажется не жителем потустороннего мира, а фильмом, который благодаря последнему слову техники появляется в открытом пространстве, а не на экране.

Как всегда, за час добрались до Хэмпшира. Дорога завела девушек в убогую деревушку на краю Уинчестера. Каменные дома здесь располагались невпопад, косились в разные стороны, выпуская из труб сизый дым. Они, словно подвыпившие заядлые курильщики, стояли, облокотившись друг на друга, и вызывали неприятное ощущение.

Маленькие чумазые дети беженцев, загостившихся в Англии, бегали по двору в грязной одежде. Запахи индийской и арабской кухонь, развешенного на веревках белья и нечистот смешались и вызывали отвращение. Быт этих людей, их бедность и свой маленький мир, такой чуждый Великобритании, ничем к себе не располагал, а желания вернуться в подобное место не могло возникнуть ни у одного здравомыслящего человека.

Саша никогда не была ярым поборником справедливости и скорее также как и среднестатистические англичане считала, что подобные поселения наносят урон богатой европейской культуре и не просто меняют ее, но и лишают той утонченности и вкуса, которые и привлекали в эти страны туристов.

Покровская вышла из «Мерседеса» с некоторой брезгливостью. Машина так привлекала своей роскошностью и необычным цветом, что отпрыски арабов и индусов обступили ее с разных сторон. Девушка побоялась, что они начнут просить милостыню, но те и не думали обращаться к двум хорошо одетым леди.

Ринальди, в отличие от подруги, не испытывала никакой неприязни к детям и просто игнорировала их любопытство. Зато она зорко смотрела по сторонам и искала нужное направление. Определилась с маршрутом, жестом призвала подругу идти за ней и твердой походкой направилась к крайнему дому. Дошла до калитки, распахнула ее и поднялась на крыльцо. Там перевела дыхание, передернула плечами, смахивая с одежды капли дождя, и постучала кулаком по покосившейся от старости деревянной двери. Ни ответа, ни звука шагов не последовало. Мишель в настойчивости отказать было нельзя. Она постучала еще раз и громче. Снова тишина.

– Может, его нет? – понадеялась Саша.

– Там он, – услышала девушка за спиной плохую английскую речь и увидела чумазого мальчишку. Он, шмыгая носом, указал на окно и добавил: – Спит.

Мишель спустилась со ступеней и присела рядом с ребенком.

– Знаешь хозяина этого дома?

– Хозяина, хозяина, – закивал мальчик. – Злой. Пьет и спит.

Мальчик изобразил пантомиму выпивающего мужчины и заходил, виляя из стороны в сторону, словно пьяный, потом упал прямо в грязь, заставив девушек охнуть, и расхохотался. В этот момент на другой стороне улицы появилась, по всей видимости, мать ребенка. Она что-то закричала ему на родном языке, и тот, все также заливаясь смехом, побежал к ней.

Мишель с печальным лицом проводила его взглядом до самого дома.

– Бедные дети, – вздохнула она, удивив Сашу.

Сочувствующая Ринальди – это было ей в новинку.

– Ты ли это? – со смешинкой в голосе спросила Покровская. – Вот уж не ожидала от тебя…

– Не делай из меня бесчувственную, – сверкнула Мишель глазами. – В конце концов, одну бродяжку в твоем лице я уже приютила. Вот и нечего удивляться.

На этот раз Саша не смогла сдержаться.

– Мишель! Честное слово! Я не собиралась приезжать в Англию на твои деньги! Ты настояла на этом! Ты вытащила меня! Так зачем постоянно тыкать меня в это носом? Приеду домой, заработаю и отдам тебе все до копейки.

Ринальди не ожидала такого всплеска эмоций от Покровской, но ссориться ей не хотелось.

– Перестань, – махнула она рукой. – Когда-нибудь отдашь сполна. Не лишай меня удовольствия подтрунивать над тобой.

И девушка, посчитав разговор исчерпанным, поднялась на крыльцо и снова постучала. Саша, хоть и не была довольна этим ответом, встала рядом и тоже стала ломиться внутрь, пытаясь так выразить свое раздражение. Наконец-то в доме послышались шаги. Дверь отворилась, и девушки чуть не задохнулись от запахов перегара и протухшей еды, тотчас вырвавшихся наружу.

– О, девочки! – полупьяным голосом громогласно оповестил округу смотритель.

– Мы вам не девочки, – строго ответила Мишель. – У нас к вам срочное дело.

– Дело? Да еще и срочное? – закривлялся пьяный мужчина, изображая повадку Мишель говорить.

Девушка, без лишних слов, оттолкнула его в сторону и прошла прямо в дом. Саша скривилась. Идти за подругой не хотелось. Если ее мутило только от запахов, доносящихся из-за открытой двери, она представляла, что будет внутри. Но бугай вразвалочку пошел за Мишей, и Покровская, несмотря на свою обиду, не захотела оставлять подругу наедине с алкоголиком.

Квартира смотрителя состояла всего лишь из одной комнаты, полностью заваленной бутылками, бумагами и газетами. В углу ее расположился камин, в котором лежали обуглившиеся дрова, а у окна стоял убогий полуразвалившийся диван. На пол, по всему периметру устланный старым ковром в грязных подтеках, даже в туфлях было наступать противно. Саша взглянула на подругу. Та оставалась невозмутимой, что при всей ее привередливости казалось неожиданным. Хотя Покровская знала: Мишель, несмотря на крикливый итальянский норов, умела в нужный для нее момент скрыть настоящие чувства и мысли.

– Мои вопросы касаются поместья Клиффордов, которое вы охраняете, – начала допрос Ринальди.

Смотритель побледнел. Саша не могла догадаться, стало ему плохо от тошноты, вызванной алкоголем, или от страха, который он наверняка испытал той ночью.

– Плохое место, – заблеял мужчина. – Очень плохое. Там водятся привидения! Я сам видел!

– Ой, я вас умоляю! – Мишель скривилась, но объясниться не попыталась. – Скажите лучше, кого из людей вы встречали в поместье?

– Людей? Никаких людей! Одни только неупокоенные духи.

– Что, ни одного? – не поверила Покровская.

Стало понятно, что он не хочет признаваться. Все-таки он смотритель, и его долгом было докладывать о любом нарушении права собственности.

– Ну, как, – замялся мужчина, – риелтор приходила, показывала дом разным там… Но чаще всего поместье посещал господин.

– Какой господин? – заинтересовалась Мишель. – Как он выглядел?

– Да какой-какой… Клиффорд этот. Тот еще высокомерный выскочка.

– Ох, да говорите вы уже связаннее, – не выдержала Миша. – Какой Клиффорд? Молодой? Старый? Вы их вообще в лицо-то знаете?

– Естественно, знаю! Я вообще, может, с ними на одной ноге, – обиделся смотритель. – Молодой господин!

– Понятно, – расстроенно пролепетала Мишель.

Она догадалась, что невозможно добиться чего-то путного от пьянчужки, который и за собой-то следить не хочет.

– И что, интересно, понадобилось Генри в этой развалине? – спросила она скорее себя, но при этом посмотрела на Сашу.

– Мало ли. Думал восстановить поместье? Все-таки история, память…

– Не знаю, – вздохнула Мишель, – но обязательно спрошу.

Смотритель в это время в задумчивости отошел к камину. Потом лицо мужчины напряглось, словно какая-то искра мысли прошла сквозь его опьяненный мозг, и он резко обернулся на Мишу.

– А зачем вам все это? И кто вы вообще такие?

– Ой, да какая тебе разница.

Мишель отмахнулась и, как стояла к нему спиной, так и продолжила стоять, даже не думая обратить внимание на мужчину. Однако Саша смотрела прямо на него. Она внимательно наблюдала, как тот помялся с ноги на ногу, а потом осторожно, думая, что его никто не видит, взял старую ржавую кочергу.

– Мишель, пойдем-ка быстрее.

Покровская схватила подругу за руку и потащила на выход.

– А можно как-то без имен? – решила отчитать Ринальди. – Хоть не бери тебя на важные задания!

Она не видела, как смотритель медленно поднимает железку и делает первый шаг в сторону девушки.

– Миша! – взвизгнула Саша и оттолкнула подругу в сторону. Как раз вовремя. Ровно в том месте, где только что стояла Ринальди, со свистом пронеслась кочерга.

– Бежи-и-и-м! – закричала Мишель и помчалась из дома.

Девушки вылетели за дверь и рванули прямиком к машине. Смотритель, кряхтя и отдуваясь, за ними. Он успел подобрать многострадальную железку и тряс ею перед собой, как доисторический боец палицей. Не удержался, полетел с крыльца и шлепнулся прямиком в ту лужу, в которой до этого плюхался маленький мигрант.

Саша и Миша на лету заскочили в авто и захлопнули двери. Мужчина поднялся из грязи и с силой метнул кочергу прямо в розовый «Мерседес». И только оперативность Мишель спасла машину от удара – взревел мотор, взвизгнули шины, и девушки помчались вперед, спасаясь от внезапного гнева пьяного смотрителя.

– Ненавижу твои расследования! – в сердцах крикнула Саша.

– Обожаю удирать от неопознанных летающих объектов! – расхохоталась Миша.

8

Джо разбудил будильник, и она застонала, вспомнив, что ей предстоит сегодня. Больше всего на свете она ненавидела мероприятия, которые устраивала мать. Та заставляла наряжаться в вычурные платья вместо любимых джинсов и натянуто улыбаться таким же, как ее родители, толстосумам. Единственное, что утешало девушку – мать действительно всеми силами старалась помочь благотворительным фондам и собрать как можно большую сумму для нуждающихся людей. Такое у Клариссы Клиффорд было милое хобби. Хорошо хоть сегодня она отсутствовала – впервые в жизни родители решили выпустить своих чад «в свет» без присмотра. Кларисса успокаивала себя тем, что за Джо присмотрит Мишель и сделает все возможное, чтобы «девочка выглядела достойно».

Так что Мишель еще со вчерашнего дня, когда привезли наряды, прожужжала им с Сашей все уши по поводу своей важной миссии. Джо закатывала глаза и тяжело вздыхала, русская по привычке слушалась Ринальди, а Генри с достоинством и даже удовольствием примерял фирменный фрак.

Джо не раз думала, что родилась не в той семье. Нет, она, безусловно, любила родителей, а в брате и вовсе души не чаяла, но девушка постоянно ловила себя на мысли, что ей претит эта обстановка пафоса и некой чопорности. Свою комнату она обставила сама, и та была больше похожа на комнату среднестатистического мальчишки, чем девушки из высокопоставленного английского рода.

От мыслей о семье Джо отвлек дверной звонок. Поскольку девушка отпустила прислугу, протестуя таким образом против уклада, сложившегося в семье, ей пришлось самой спуститься вниз и открыть дверь. На пороге стоял высокий худой юноша в очках и бейсболке. Он протянул пакет с ее именем и жестом попросил подписаться на бланке. Девушка почему-то решила, что он немой, и не стала ни о чем его спрашивать, хотя и была заинтригована. Она забрала посылку и дала парню на чай. Он смешливо улыбнулся и принял деньги, потом отсалютовал ей, приставив руку к голове, и быстрой походкой ушел восвояси. Джо закрыла дверь и вышла на кухню, чтобы спокойно в одиночестве раскрыть пакет.

Все, что она успела увидеть, это яркая цветная коробочка с японскими иероглифами. Но в эту минуту в кухню спустились Генри и Мишель, а чуть позже и Саша. Джо поспешно свернула подарок, отчего-то решив не показывать его друзьям. Она натужно им улыбнулась и присоединилась к завтраку. Мишель, конечно, простонала, что сестра Генри злая и бессердечная, раз отпустила прислугу, и теперь никто не подаст ей кофе. Покровская молча встала из-за стола, подошла к кофе-машине, загрузила ее кофейными зернами и включила. Рядом нашла тостер. Саша поджарила хлеб и намазала его маслом, которое Джо достала из холодильника.

– Завтрак подан, – усмехнулась Покровская, поставив еду и напитки на стол, – могу и овсянку тебе сварить по старому доброму английскому обычаю.

– Только не кашу. – Мишель передернулась, но с удовольствием надкусила тост.

Генри все это время с интересом наблюдал за русской гостьей, а потом с улыбкой прокомментировал:

– Видишь, милая, Саша и готовить умеет.

Миша вспыхнула и высказалась:

– Зато я успешная бизнес-леди. У каждого свои приоритеты.

Друзья решили не провоцировать Ринальди и продолжили разговор на легкие темы. После завтрака приехали стилисты, визажисты и парикмахеры. Мишель наняла их, чтобы подготовить себя, Сашу и Клиффордов к мероприятию.

Джо нервничала из-за того, что ей никак не удавалось уединиться и рассмотреть посылку, полученную от неизвестного дарителя. Ей было безумно интересно и кто он, и что находится в коробке. Почему-то ей казалось, что это важно и очень личное. Но побыть одной не выходило. Сначала веселая толстушка с расческами и щипцами в руках усадила на стул и начала приводить в порядок ее волосы. Потом подбежал визажист и стал пудрить Джосселин лицо и накладывать макияж. Девушка, стиснув зубы, терпела. Все, о чем она могла думать, это таинственная коробочка. Краем глаза она отметила, что Сашу тоже усадили на стул и прихорашивают. Мишель и Генри не было видно, похоже, что их увели в другую комнату. Примерно через полтора часа мучений Джо отпустили, но только лишь для того, чтобы сдать на руки костюмеру.

Когда все были готовы, друзья уселись в белый лимузин, и он повез их к месту проведения бала. И вот тут Джо не выдержала. Она наконец раскрыла пакет, который предусмотрительно взяла с собой, и вытащила из него коробку. Оказалось, что в ней лежит новенький телефон малоизвестной японской компании. Джо удивленно вытащила аппарат и включила его.

– Что это у тебя? – спросила Мишель.

– Подарок, – коротко ответила та, разглядывая телефон и включая его.

Она нажала на список контактов, и аппарат загрузил все номера знакомых с ее пропавшего сотового. Такое чудо мог сотворить только один человек на свете.

– И от кого же, позволь спросить?

– От Сержа, – уверенно ответила Джо и покраснела.

– О, это тот самый парень из России, с которым ты переписываешься? С чего это он делает тебе такие подарки? – сыпала вопросами Ринальди.

– Понятия не имею.

– Вижу намечающуюся любовную историю, – подмигнула Мишель.

– Мы всего лишь друзья по переписке.

– Ну-ну. – Мишель, ехидно прищурившись, рассматривала младшую Клиффорд.

Сегодня та выглядела замечательно, что, впрочем, для дела, которое запланировала Мишель, было весьма кстати.

– В любом случае, – решил вставить слово Генри, – какой-то непонятный парень из далекой России… Я даже рад, что вы общаетесь только по Интернету.

– Имеешь что-то против межнациональных браков? – улыбнулась Саша и подмигнула Мишель.

– Видимо, только в том случае, если это касается меня. – Джо поджала губы и недовольно посмотрела на брата.

– Вот мы и приехали! – не желая обсуждать эту тему, сказал Генри и первым вышел из остановившейся машины. Вместе с водителем они помогли девушкам выбраться наружу, и большая компания отправилась в зал для торжеств.

Народу собралось много. Кто-то еще стоял снаружи, другие успели пройти внутрь. Мишель, увидев светскую толпу, вошла в роль: распрямила спину, взяла Генри под руку, и он повел ее вперед. Саша залюбовалась этой парой. Вместе они выглядели замечательно. Мишель, невысокая, стройная, с длинными распущенными волосами и облаченная в шикарное платье. И Генри, статный, представительный, ростом значительно выше своей спутницы, похожий на героя английского исторического сериала.

Джо и Саша пошли следом. В холле Покровская заметила, что Ринальди слегка прихрамывает. Девушка вспомнила, как утром Мишель расписывала «особенную», по ее словам, пару туфель, и усмехнулась. Когда Генри ушел за официантом, Саша улучила момент и шепнула подруге:

– Ну и как твои «особенные» туфли? Не жмут?

Джо услышала ее и рассмеялась – ей тоже утренние рассказы были поперек горла.

– Их сделали специально для меня, – объяснила несмышленым подругам Ринальди. – Дизайнер мой старый друг, и поэтому эта пара мне дорога. Они должны принести мне удачу.

Джо за спиной Мишель скептически взглянула на ее тонюсенькие шпильки и, переглянувшись с Сашей, покачала головой. В этот момент телефон в руке Клиффорд громко зазвонил. Подруги вздрогнули от неожиданности. Все трое безошибочно узнали мелодию из некогда нашумевшего фильма «Охотники за привидениями». Джо с волнением взглянула на экран и увидела, что номер не определяется. Она нажала на кнопку приема и отвернулась.

– Алло.

– Тебе понравился новый рингтон? – услышала она задорный мужской голос.

– Неужели это ты? Как ты смог все это провернуть?

– Я же гений. Ты сомневалась?

– Спасибо. Это так неожиданно и так… дорого!

– Могу себе позволить.

– Скажи, я могу тебе перезвонить? Я сейчас немного занята.

– Я знаю, где ты. Хорошего вечера, Джоу-Йоу!

И в трубке раздались короткие гудки. Джо закусила губу, понимая, что перезвонить ему не сможет, ведь Серж, умышленно или нет, зашифровал номер. Она с разочарованием на лице развернулась к подругам – те с явным любопытством подслушивали.

– Это что? Звонил твой русский «только друг»? – поинтересовалась Мишель.

– Перестань. – Джо не знала, куда деваться от смущения. – Он всего лишь спросил, понравился ли мне его подарок.

– Кажется, кто-то у нас тут влюбился! – пропела Ринальди, приложила сложенные ладошки к груди и часто заморгала ресницами.

– Прекрати, Мишель! – вспыхнула Джо. – Мы всего лишь друзья по переписке.

– Малышка моя. – Ринальди покровительственно приобняла ее за плечи. – А тебе не приходило в голову, что он может оказаться старым извращенцем, которому нечего делать на пенсии, кроме как развращать молоденьких девиц?

– Глупости! – Младшая Клиффорд вывернулась из ее хватки. – Голос был молодым! И он просто мой друг! Он помогает мне!

– Хорошо! – прищурилась Мишель. – Если он для тебя только друг – докажи мне это!

– Доказать?! Как?

К ним подошел Генри. Он привел официанта. Тот предложил им напитки, и девушки пригубили шампанского. В этот момент всех стали созывать в комнату, предназначенную для основного мероприятия. Зал представлял собой широкое помещение с небольшой сценой у стены. В комнате в шахматном порядке стояли сервированные столы. На них лежали открытки с именами приглашенных лиц. Мишель уверенно провела друзей к их местам. Девушки и молодой человек расселись, но заметили, что за их столом пустуют два стула.

– А здесь кто будет сидеть? – спросила Саша, понимая, что свободные места остались только рядом с нею и Джо.

– Мои знакомые. Они подойдут позже, – бросила Мишель и с преувеличенным вниманием стала слушать вступительную речь ведущих.

Те объявили, что главная цель бала – собрать средства в помощь детям-сиротам. Для этого кавалерам предложили выкупить свидание с одной из выбранных ими барышень, но для начала сами дамы должны были представить себя и показать во всей красе. Разумеется, не все, а только те, кто действительно этого хочет. Многие девушки, едва расслышав условия, ринулись на сцену. Мишель презрительно фыркнула, прокомментировав, что пешки пошли в расход, а они, королевы, приготовят себя на десерт.

Пока шел отбор, Джо спросила у Мишель:

– Ну, так что я должна сделать?

Ринальди усмехнулась – она поняла, что сестра Генри словила наживку.

– А знаешь… Заведи роман с Ричи! Вот и он как раз!

Мишель помахала молодому человеку. Тот стоял у входа и потерянно оглядывался. Увидев Ринальди, Ричард обрадованно улыбнулся и направился к ним.

– Чего?! – зашипела Джо, понимая, кто должен был занять свободный стул рядом с ней. – С ума сошла? Он же всего лишь…

– Всего лишь медбрат? Или всего лишь еще один друг? Или тебе просто не нравится, что он беден?

– Нет! Для меня это вообще не важно!

– Сказала наследница немалого состояния, – хмыкнула Мишель. – Впрочем, ладно. Девочка ты небедная, можешь позволить себе жениха из небогатой семьи.

– Я не стану этого делать!

Джо в панике схватила Мишель за запястье. Ричард уже был на полпути к ним, но кто-то из знакомых задержал его, и он остановился, дав девушкам время продолжить перепалку. Генри и Саша, занятые каким-то своим разговором, не заметили ни спора, ни Ричарда.

– Все понятно. Ты просто боишься начать с кем-то отношения, – специально задирала Мишель. – Всю жизнь общалась только со своим компьютером и кроме виртуального парня никого привлечь не можешь!

– Хорошо! – не на шутку разозлилась Джо. – Я принимаю твой вызов! Будет тебе роман!

9

Ричард подошел к столу и поздоровался. Генри и Саша не ожидали его увидеть, но, стараясь скрыть удивление, ответили ему тем же. Молодой человек с удовольствием присел рядом с Джо. Покровская мгновенно смекнула, для чего медбрат приглашен на это мероприятие, и с ужасом ожидала своей участи. Джо перекинулась с ней взглядами и поморщилась.

– Мишель, если я выиграю, ты побреешься налысо, – во всеуслышание заявила она.

– Вот еще, маленькая злодейка! – опешила Ринальди. – Давай без таких радикальных условий! Подумай еще! – посоветовала она и снова помахала кому-то в толпе.

Теперь Саша зорко следила за подругой и, когда поняла, кому она машет, не смогла сдержать стона разочарования – к их столу подошел Кристиан. Он поздоровался с Генри за руку, причем Покровская заметила, что тот ему не благоволит, кивнул Мишель и Джо, скользнул недовольным взглядом по Ричарду и, елейно улыбаясь Саше, присел рядом с ней.

– Кристиан, ты помнишь Алексу? – завела свою шарманку Мишель. – Мы встретились у поместья несколько дней назад?

– Да-да, – тихо и на русском сказала Саша, чтобы никто, кроме Ринальди, не понял ее. – Именно тогда, вполне возможно, он и пытался убрать голограммы.

– Не мели чепухи, – также на русском ответила та. – Полиция была в доме до нашей с ним встречи, и там уже ничего не было.

– У поместья? У нашего? – тем временем спросил Генри и бросил резкий неодобрительный взгляд на Кристиана.

– Да, подумывал прикупить, – высокомерно заявил тот и откинулся на спинку стула, а потом с превосходством взглянул на Ричарда. – По крайней мере, я могу себе это позволить.

Джо не понравилось, как этот молодой человек относится к тем, кто заведомо ниже его по статусу, и решила заступиться за Монта.

– Любите старые страшные дома с привидениями? Если вам некуда девать деньги, лучше пожертвуйте сегодня сумму побольше.

Мишель была не в восторге от вмешательства Джо в разговор и поэтому, как сводница дня, решила исправить положение.

– Кристиан выкупит свидание с Алексой и так поможет нашему фонду. – Ринальди незаметно состроила Джо недовольную рожицу, а потом посмотрела на Дарти. – Вы ведь сделаете это?

Кристиан оценивающе посмотрел на Сашу, так что та почувствовала себя рабыней на невольничьем рынке, и после недолгого молчания произнес:

– Обычно женщины ходят со мной на свидания не из-за того, что я за них плачу, а из-за моей личной неотразимости.

И Саша, и Джо одновременно закашлялись, пытаясь подавить тошнотворный рефлекс.

– Шампанское холодное, – едва смогла произнести младшая Клиффорд, прикрывая рот рукой и опуская голову, чтобы никто не увидел ее смеющихся глаз.

– И вправду, что-то уж слишком охлажденное, – поддакнула ей Покровская.

Мишель, злая на неблагодарных подруг, попыталась пихнуть под столом ту, что любила меньше, то есть Джо, но промазала и попала по голени Ричарда, тот не сдержался и охнул. Все посмотрели на него, а он на Ринальди, но та широко открыла глаза и изобразила саму невинность.

– Что-то подсказывает мне, что девушки не оценили шутку о твоем великолепии, – послышалось саркастическое замечание от Генри, – если, конечно, это была шутка.

– Несомненно, – выдавил из себя Кристиан, а Саша с удовольствием наблюдала, как этот павлин сдулся от одной только фразы, сказанной Клиффордом.

Мишель, понимая, что план ее еще чуть-чуть – и пойдет ко дну, схватила жениха за локоть и процедила сквозь зубы:

– Генри, прошу тебя, давай пройдемся. Оставим молодежь познакомиться поближе.

Клиффорд попытался возразить ей, но она встала и потянула его.

– Пойдем, пойдем. Нужно проведать старых друзей, врагов… заклятых друзей тоже.

Генри счел невозможным отказать ей, коротко кивнул в сторону их стола и пошел за невестой. Саша смотрела им вслед. Они неспешной походкой направились вдоль зала, останавливаясь у некоторых столиков. Пока их никто не слышал, они разговаривали между собой, и Покровская ясно поняла, что Клиффорд в кои-то веки чем-то недоволен.

Кристиан привлек к себе внимание. Саше подумалось, что он считает себя светским львом. Он пытался шутить, но не очень удачно, что-то рассказывал, но никому это было не интересно, а потом понял, что Покровская почти не слушает, и сказал:

– Впрочем, чего я так стараюсь? Ты вообще по-английски хоть говоришь?

– В совершенстве. Можно сказать, это мой второй язык, – ответила Саша, хотя на самом деле не всегда его понимала, потому что Кристиан говорил быстро и глотал половину букв.

Покровской до ужаса не нравился этот парень. Несмотря на то что он был красив, статен и явно богат, общаться с ним да и находиться рядом ей не хотелось. Его взгляд, манера общения, жесты – все в нем выдавало презрение к другим.

– Я бы не сказал, – кисло улыбнулся он. – Настоящему англичанину сразу удастся распознать акцент иностранки. Да и вообще ты скорее говоришь на американском английском.

– Ну что делать, как выучили, – ответила Саша и решила перевести тему: – Ты ведь работаешь в больнице вместе с Генри?

– Не совсем так. Я интерн, но уже ассистирую на операциях Дина Эндерсона, – поторопился добавить он. – Это, чтобы ты знала, главврач нашей больницы.

– Да, я слышала. Кстати, а ты работал в тот день, когда сбили Джо? – решилась задать вопрос Покровская.

– Да, у меня как раз смена начиналась с обеда. Я хотел пожелать ей скорейшего выздоровления, но она спала, а потом этот крутился возле нее.

– Ты про Ричарда? – уточнила девушка.

– Да, про него…

Саша посмотрела на Джо и ее спутника. Они мило общались на другой стороне стола. Стало шумновато, и о чем именно они говорят, слышно не было. Покровской этот парень нравился гораздо больше, чем тот, кого нашла для нее Мишель, и она сказала то, что действительно думала:

– Кажется, он славный малый.

– Ричард? – Кристиан бросил в сторону парочки холодный взгляд. – Смеетесь? Он же всего лишь медбрат. Как можно его ставить в один ряд со мной?

Саша только подивилась подобному высокомерию. После этой фразы Кристиан стал ей противен еще больше. Не хотелось бы попасть к такому врачу.

– Да уж, действительно. Ты наверняка мечтаешь однажды стать главврачом? – пробурчала Саша.

– Разумеется. Однажды. Но если мистер Эндерсон так и не появится, то его место, вне сомнений, займет Клиффорд.

– А что с Дином? – раздался бодрый голосок с другой стороны стола.

Оказывается, Джо давно следила за разговором Кристиана и Саши.

– Я много про него слышала от Генри, но так и не довелось познакомиться лично.

– Что с ним случилось? – с интересом подхватила Покровская.

– Не вышел из отпуска. Заболел или запил, непонятно. Но у нас с подобными вещами очень строго. Боюсь, на днях его сместят.

– А что если он пропал и хорошему врачу требуется помощь? Почему вы ничего не делаете? У тебя есть его фотка? Скинь мне, я размещу в Интернете, —решила посодействовать Джо.

Кристиан нехотя покопался в телефоне, выудил из недр его памяти одну фотографию и протянул сотовый через стол Джосселин.

– Это мы с ним на конференции во Франции, – с важным видом пояснил он. – Он и Генри частенько брали меня на важные встречи.

Джо взяла у него телефон, посмотрела на экран и вскрикнула.

– Что случилось? – испуганно спросил Ричард.

– Я… да… это… так, ничего. Мне нужно срочно найти Генри.

Девушка вскочила и стала вглядываться в людей вокруг в надежде отыскать брата. Клиффорд и Ринальди стояли возле сцены, Мишель договаривалась с ведущими о своем участие в конкурсе. Она верила, что обязательно вызовет интерес одного из щедрых меценатов. Джо направилась в их сторону. От спешки она путалась в полах длинного платья и чертыхалась, скучая по своим любимым джинсам.

– Генри, – позвала Джо брата, как только подошла к нему ближе.

Тот обернулся и, увидев ее лицо, понял, что дело срочное. Он попросил у Мишель минуту времени и, несмотря на ее недовольство, отошел с сестрой.

– Что случилось, Джо? Ты в порядке?

– Генри, Кристиан показал мне фото Дина Эндерсона, твоего начальника. Почему ты не сказал, что он пропал?

– А какое отношение к тебе имеет Дин и почему я должен сообщать тебе о его исчезновении? Да он пока и в розыск не объявлен. Его нет на работе всего несколько дней.

– Объявляйте розыск, – горько сказала Джо. – Дин мертв. Это его я видела повешенным в нашем поместье!

– Что? – Генри побледнел и занервничал. – Джо, ты уверена? Такими вещами не шутят.

– Его лицо до сих пор стоит у меня перед глазами! Такое не забывается! Это совершенно точно был он.

– Генри, ты наконец проводишь меня на сцену? – раздался голос Мишель за спиной Клиффорда.

Она стояла и в нетерпении притопывала ножкой. Ринальди раздражало, что жених оставил ее в этот важный момент.

– Мы обсудим это позже. Пока никому не говори, – сказал Генри сестре и поспешил к невесте.

Он помог ей взойти на сцену, и она предстала в блеске софитов перед взглядами всех гостей. Красивая и уверенная в себе, она не сомневалась, что сумеет собрать немалую сумму и помочь детям-сиротам.

Ведущий описывал достоинства Ринальди, а мужчины стали выкрикивать различные суммы. Генри молчал и улыбался. Джо подошла к нему. Сама она никогда не хотела бы оказаться на сцене и не понимала, как Мишель, находясь на пороге замужества, собирается пойти на свидание с кем-то другим.

В ход пошли шестизначные цифры, и итальянка победно улыбалась. Даже если торг на этом закончится, она уже собрала гораздо больше денег, чем кто-либо из выступавших до нее женщин. Наконец, один из старых и толстых богачей назвал цену, которую другие не тянули, и ведущий начал отсчет:

– Один… два…

И тут Генри поднял свою карточку и перебил вышеназванную сумму, назвав цифру больше предыдущей. По залу пронесся взволнованный шепот.

– Продано мистеру Клиффорду! Свидание с мисс Ринальди ваше!

Гости зааплодировали и засмеялись. Генри подошел ближе. Мишель, довольная, стала спускаться с лестницы и ровно в этот момент подвернула ногу. Клиффорд успел ее подхватить, и она упала точно в его объятия. По залу прокатился вздох облегчения, а потом и смешки. Но Ринальди, высоко задрав голову, попросила Генри ее отпустить и, не морщась, пошла за столик, где их ждали Саша, Ричард и Кристиан. Генри и Джо шли поодаль от нее, и младшая Клиффорд успела ввернуть фразу, которую услышал только брат:

– Зря ты перекупил ее у того приятного джентльмена. – Джо усмехнулась, ярко представляя себе Мишель на свидании с толстым стариком. – Вот бы мы повеселились. Сколько ему? Лет сто?

– Не лезь в эту историю с Дином, – тихо сказал Генри, игнорируя нелестное отношение сестры к невесте, – я сам с этим разберусь.

Джо хотела ответить, но они подошли к остальным, и пришлось прервать этот разговор. Саша обнимала подругу, а мужчины поздравляли ее.

– Ты такая молодец! – радовалась Покровская. – Столько удалось собрать благодаря тебе!

– Благодаря ему.

Глаза Мишель светились от счастья, когда она обернулась на жениха. Потом девушка переступила с ноги на ногу и теперь, когда на нее почти никто из гостей не смотрел, сдержанно застонала. Саша поняла, в чем дело.

– Мишель, сними туфли. Кажется, единственная их «особенность» в том, что они жмут и натирают тебе ноги.

– Слушай, я не могу, – призналась Ринальди. – Их подарил мне мой знакомый, он ужасно обидится, если я сниму их. Да и потом мне что, ходить босиком под прицелом камер?

– Лучше стереть ноги в кровь?

– Потерплю.

Объявили танцы и гостей пригласили в холл. Все девушки, свидания с которыми были выкуплены, должны были станцевать первыми. Мишель с тоской оглянулась на Сашу, а та пожала плечами: мол, я предупреждала. Генри подал руку своей спутнице и повел ее на середину зала. Мишель изо всех сил старалась не кривиться, но в том, что она испытывает сильную боль, можно было не сомневаться. Однако Ринальди собралась и натянула одну из своих лучших улыбок. Жених уверенно закружил ее в танце. Две другие пары присоединились к ним. В один из моментов Покровская и Кристиан оказались рядом с Генри и Мишель, и Саша услышала, как та пронзительно вскрикнула. Ринальди пошатнулась, но Генри снова успел подхватить ее.

– Мамма мия, я сломала каблук! – с подозрительно радостным лицом воскликнула Ринальди.

Друзья собрались возле нее. Саша и Джо, переглянувшись, засмеялись. Мишель никогда бы не позволила себе снять несчастные туфли, но теперь у нее появилось веское оправдание перед другом – он сделал некачественную обувь!

– Как же я теперь буду ходить? – прибеднялась Ринальди. – Такие красивые туфли, и теперь придется их выбросить.

Она слишком быстро сняла вторую и со вздохом посмотрела на свои кровавые мозоли.

– Дай-ка мне!

Генри подхватил оставленную туфельку, покрутил в руках и с легким щелчком сломал шпильку и на ней. Мишель рассмеялась, ничуть не жалея о потере.

– Клиффорд! – вдруг раздался сзади разгневанный голос.

К ним приближалась высокая брюнетка лет тридцати пяти – сорока на вид. Вид ее не обещал ничего хорошего. Гости шарахались, опасаясь, что она снесет их.

– Я знаю, что это ты, Клиффорд!

Женщина подошла и ткнула пальцем прямо в грудь Генри.

– О чем ты, Сиенна? – Лицо англичанина стало суровым.

Люди вокруг замолкли. Все смотрели на скандалистку, чтобы потом обязательно обсудить между собой и ее, и эту ситуацию.

– Дин пропал, и я знаю, что это твоих рук дело! – вскричала Сиенна. – Ты всегда метил на его место!

Джо охнула. Кажется, эта брюнетка состояла в близких или родственных отношениях с мистером Эндерсоном.

– Сиенна, прошу тебя, успокойся. Не нужно этой безобразной сцены. Пойдем, поговорим где-нибудь в тихом месте?

– Чтобы ты и меня похитил? – взбеленилась брюнетка. – Пусть все знают, что ты преступник! Слышите все?! Он преступник!

Люди вокруг стояли и качали головами, глядя на неадекватное поведение женщины. Но некоторые с подозрением смотрели и на Генри, на них произвели впечатление ее слова.

– Охрана! – позвала Мишель, не желая, чтобы жених становился объектом нелестного внимания и гнусных сплетен. – Охрана, уведите ее! Кто вообще впустил эту женщину? У нее наверняка даже приглашения нет!

Охранники направлялись к ним. Сходу оценив ситуацию, они взяли Сиенну под руки и повели к выходу. Она брыкалась, вырывалась и оглядывалась на Клиффорда.

– Можешь думать, что ты окажешься безнаказанным, но я-то знаю! Для тебя уже слишком поздно! Ты заплатишь за все!

Наконец ее выставили вон, и Генри повернулся к гостям.

– Прошу вас, не обращайте внимания на инцидент! Мы все уладили… – замялся он. – Или уладим после. Давайте продолжим бал!

Через какое-то время страсти улеглись, а приглашенные вновь принялись за угощения.

– Кто это был? – спросила Джо у Генри.

– Жена Дина, – коротко ответил он и бросил на нее быстрый взгляд. – Я знаю, о чем ты думаешь! Я здесь ни при чем.

– Я ни о чем таком не думаю! – ужаснулась Джо.

– Почему эта женщина оскорбляла тебя? – не понимала Мишель. – У вас с ней что, были какие-то… разногласия?

– Да, она считает, что я сплю и вижу, как занять место главврача.

– Но ведь ты действительно хотел бы занять его место? Ты сам мне не раз об этом говорил.

– И что, ты предполагаешь, что я убил босса?

Джо закашлялась и многозначительно посмотрела на Генри, напоминая ему, что информация о смерти Дина до сих пор была их секретом. Клиффорд спохватился, но поздно. На него смотрели остальные члены их компании. Они с интересом ждали подробностей.

– Именно его Джо видела повешенным в нашем поместье, – с неохотой объяснил Генри Мишель и Саше, а потом посмотрел на Кристиана и Ричарда и добавил: – Это случилось почти месяц назад. Сестра звонила мне оттуда и говорила, что видела чей-то труп. Когда приехала полиция, в доме ничего такого не нашли. Я думал, ей показалось. Не до конца верил. А несколько минут назад она сказала, что тот человек и есть Дин.

– И что же вы думаете? Он повесился? – нахмурив брови, спросил Ричард.

– Много ты понимаешь! – с неприязнью в голосе кинул Кристиан. – Пускай в этом разбирается полиция, если, конечно, они осилят.

А потом он обратился к Генри:

– Все еще надеешься продать это поместье? По мне, так это бесперспективно. Но если снизишь цену, я, пожалуй, подумаю.

– Может, мне еще и приплатить? – Генри иронично поднял бровь.

В этот момент у входа вновь началось какое-то волнение. В зал вошли полицейские. Народ испуганно разбежался по сторонам, освободив проход для представителей закона. Один из них привлек к себе внимание толпы и спросил:

– Кто из вас мистер Генри Уильям Клиффорд?

Генри вышел вперед, удивленный вниманием к его персоне. Полицейский подошел ближе, оценивающе взглянул на него и затем сказал:

– Прошу вас пройти с нами.

– Зачем?

– Вас подозревают в убийстве Дина Эндерсона. Мы вынуждены задержать вас до разъяснения дальнейших обстоятельств.

10

Бал принимал обороты одного из самых запоминающихся событий этого сезона. Помимо скандала, учиненного женой главврача Лондонской больницы, полиция забирает прямо с торжества хирурга, члена известной и богатой семьи, и обвиняет его в убийстве. Английское высокое общество никак не ожидало столько приключений за один день.

Джосселин понимала, что теперь людская молва не угомонится, пока Генри не оправдают. Репутация брата изрядно подпорчена, а восстановить ее не так-то просто. Тем не менее, несмотря на эту неприятную огласку, Клиффорд бросил в толпу извинение за недоразумение и, высоко подняв подбородок, уверенно и с достоинством пошел за представителями закона.

– Боже, если это он… это ужасно, – чуть слышно проговорила Саша.

Она, девушка, которая однажды пережила подобное со своим собственным женихом, могла представить, что чувствует Мишель. Та стояла с широко открытыми глазами и смотрела вслед удаляющемуся Генри. В руках Ринальди все еще держала поломанные туфли.

– Это точно не он, – сказала она на русском.

– Я поеду с ним. Расскажу все, что знаю, – заявила Джо.

– Я тебя подвезу, – вызвался Ричард.

Девушка согласилась, благодарно принимая его помощь. Кристиан остался с Александрой и Мишель. Последняя хотела рвануть за ними, но Клиффорд остановила ее, предлагая отправиться с Сашей домой и ждать их там.

– Уверена, это ненадолго.

С ветерком промчались до местного отделения полиции. Оставив Ричарда дожидаться в холле, Джосселин упросила дежурного провести ее туда, куда отвели Генри. Тот поначалу наотрез отказался, но когда она сказала, что у нее есть важная информация по делу брата, кивнул.

Узкими коридорами прошли вдоль кабинетов с окнами вместо стен и завернули за угол. Здесь, за закрытой дверью, в маленьком помещении и находился на допросе Генри Клиффорд. Словно мышка, Джо шмыгнула внутрь. Оба полицейских, ведущих беседу, с удивлением посмотрели на нее. Девушка мило им улыбнулась и села на пустующий стул рядом с братом. Тот незаметно опустил руку вниз и сжал ладонь сестры. Она посмотрела на него. Джо понимала: ее поддержка ему просто необходима. Клиффорд рассказала все, что знала по делу Дина Эндерсона, и непрозрачно намекнула на то, что давно пыталась привлечь внимание полиции к их поместью, но они почему-то до сих пор не удосужились к ней прислушаться.

Поджав губы, инспектор выслушал ее рассказ, а потом обратился к Генри:

– Вы были в курсе, что ваша сестра в тот день поедет в поместье?

– Нет.

– Вы убили там мистера Эндерсона, потому что знали, что в поместье в этот день никого не будет?

– Послушайте, я имею право вызвать адвоката! Я не намерен отвечать на подобные вопросы. У вас есть хоть какие-нибудь доказательства моей причастности к этому зверству?

– Вы повесили Эндерсона в поместье, потому что знали, что там никого не будет? – повторил вопрос полицейский, повысив голос и не отвечая ни на одну из реплик Генри.

– Нет, – все так же спокойно ответил Клиффорд.

– Когда и где в последний раз вы видели Эндерсона?

– На рабочем месте, за день до его отпуска.

– Что-то еще помимо работы связывало вас?

– Нет.

– Кто-то еще, кроме вас, претендует на место главного врача вашей больницы?

Здесь Генри замялся. Джо поняла, ему не хочется отвечать, тем более после того, как Сиенна во всеуслышание заявила, что он мечтал об этом.

– Нет… – протянул Клиффорд. – Но и я не особо стремился к этому. Однако любой уважающий себя человек ждет повышения. И да, я надеялся, что когда-то такой день настанет. Но убивать ради этого…

– Убивают и за меньшее, – со смешком ответил инспектор, который до этого стоял у входа и только следил за происходящим, не принимая участия в допросе.

– Были ли у вас разногласия, связанные с рабочей деятельностью, и не только? – снова спросил первый.

Джо сравнила его с роботом, которому поставили программу, и теперь он мог только задавать вопросы и ничего другого делать не умел.

– Не такие, из-за которых стоило бы убивать, – с вызовом ответил Генри и посмотрел прямо на полицейского, стоящего у входа.

– А это предоставьте решать нам самим, – ответил тот. – В чем именно заключались ваши разногласия?

Генри внезапно встал и безапелляционно заявил:

– Мое время стоит денег, господа. Если вы не покажете ордер на мой арест, я вынужден буду покинуть вас. Ваши нелепые догадки и вопросы беспочвенны. А еще я намерен подать на ваше отделение в суд за клевету и порчу моей репутации.

Клиффорд вместе с Джо пошел к выходу, но инспектор отодвинулся от стены, подошел к Генри, положил руку ему на плечо и взглядом указал сесть обратно.

– Полегче, мистер Клиффорд, – сказал он. – Незачем так нервничать. Мы всего лишь вызвали вас на допрос. Ваш начальник найден мертвым на помойке недалеко от вашего поместья. Его жена обвиняет вас. Это естественно, что у нас есть к вам вопросы.

– Зачем же вызывать меня прямо с благотворительного бала да еще обвинять в том, чего я не совершал?

– Как раз в последнем мы не уверены.

– Моя репутация стоила мне долгих лет упорной работы. И да! Я мог занять место Эндерсона, уволься он или… или по любой другой причине. Но возможное продвижение в должности лишь следствие моего собственного труда! И только так.

– Мы не сомневаемся в ваших профессиональных качествах, – усмехнулся «добрый» полицейский, – и тем не менее мы обязаны вас допросить.

– Хорошо, – согласился Генри, – давайте пройдем ваше анкетирование. Но утверждаю, я не имею никакого отношения к тому, что произошло.

– Как бы там ни было, мы это узнаем, мистер Клиффорд. Можете не сомневаться.

Еще полчаса просидели в отделении, отвечая на вопросы инспекторов. Некоторые из них они задали лично Джо, и та ничего не стала утаивать. Она верила брату и мечтала, чтобы представители закона поскорее нашли настоящего преступника, ведь обвинения, которым подвергся Генри, могли повредить не только его репутации, но еще и расстроить их с Мишель свадьбу. Впрочем, этому обстоятельству Джосселин только порадовалась бы, не знай она, как брат любит эту девушку. Да и не могла она позволить своему капризу довлеть над его счастьем.

Вышли из комнаты молча, каждый думал о своем. Клиффорд, увлеченная собственными невеселыми мыслями, не сразу вспомнила о Ричарде, а он, как верный пес, все еще ждал ее на том самом месте, где она его оставила. Джо сквозь силу улыбнулась молодому человеку и согласилась на его предложение подвезти их до дома. Она понимала, Монт начнет расспрашивать, но решила, что это меньшее, чем можно отплатить ему за помощь и поддержку.

– Дин Эндерсон действительно мертв? – уточнил Ричард и посмотрел в зеркало дальнего вида на Генри, который предпочел ехать сзади. Тот кивнул.

– Вроде он неплохой был? – снова задал вопрос молодой человек. – За что, интересно, его могли убить? И вообще, они уверены, что это убийство? Может, просто покончил жизнь самоубийством, а труп кто-то убрал из поместья, чтобы не навлечь беду на его владельцев?

– Предполагаешь, это я? – не сдержался Генри.

Джосселин развернулась к брату лицом и внимательно на него посмотрела.

– А что, эта идея имеет смысл, – подала она голос.

– То есть это я решил так защитить семью от огласок общества?

– Генри, я не говорю о тебе. Вдруг это смотритель? Он чаще других околачивался около дома…

– Джосселин Анабель! – Клиффорд знал, что сестра не любит это имя, но сейчас решил воспользоваться им, чтобы осадить ее. – Они сказали – убит! Значит, у них есть все основания полагать, что это так.

– Наша полиция не всегда делает верные выводы, – опять влез в разговор Ричард.

Генри пронзил его взглядом через зеркало дальнего вида, но на этот раз промолчал. Тогда Монт обратился к Джо:

– Не волнуйся! Уверен, все скоро разрешится. Наверняка, у них есть еще подозреваемые.

– Не знаю… но они и не говорили много. В основном спрашивали. Плюс жена Дина так уверенно обвиняла Генри… боюсь, это тебе еще аукнется, брат.

Джосселин снова обернулась на заднее сиденье и даже в темноте увидела, как тот сжал зубы и напрягся. Клиффорд не спешил отвечать. Он смотрел невидящим взглядом перед собой и делал вид, что вовсе не слышал слов сестры.

Ричард сказал еще несколько ободряющих фраз, но в конце концов Джо остановила его взглядом, предпочитая больше не обсуждать эту тему с ним. Она не считала Монта настолько близким другом, чтобы принимать от него сочувствие или поддержку.

Ричард высадил Клиффордов около их дома, Джо поблагодарила его и для вида пригласила зайти. К ее радости, он отказался, но предложил как-нибудь встретиться. Девушка смутилась. Ей не хотелось давать молодому человеку пустых надежд, несмотря на то, что она пообещала Мишель закрутить с ним роман. Поэтому Джо ответила неопределенно, откладывая свидание на дальний срок. Мол, слишком много проблем свалилось, и сейчас не время для развития отношений. Ричард понимающе кивнул ей, взял за руку и сказал:

– Все будет хорошо. Я уверен.

Джо выдавила из себя улыбку и вышла из машины. Генри уже открывал дверь, и она поспешила за ним.

В холле Клиффордов встретили Мишель и Саша. Ринальди, встревоженная и расстроенная, ходила из угла в угол и курила одну сигарету за другой. Покровская все это время сидела тихо и спокойно ждала возвращения Клиффордов из полиции. С того момента, как забрали Генри, она не переставала думать о Паоло. О том, как хорош он был и кем в конце концов оказался. Клиффорд очень ей нравился, но казался скрытным человеком. Она не хотела думать, что он может оказаться причастным к убийству, но все было против него. Поместье принадлежит им. Дин его начальник, которого он хотел бы заменить. Какие мысли бродили в его голове? На что в действительности он надеялся? Когда Саша попыталась втолковать это Мишель, та откровенно разозлилась и накричала. Нет! Ее Генри не убийца и не преступник! Паоло она не видела много лет и не могла ничего утверждать на его счет. Но Генри! Генри – это совсем другое. Ринальди ультимативно приказала никогда и ни за что не говорить о своих глупых предположениях и доводах при Клиффорде. Иначе она просто перестанет быть ее подругой. Саша не стала с ней спорить, но не могла не думать об этом.

Когда Джо и Генри вошли в комнату, Мишель бросилась к нему и прижалась, словно не видела его вечность. Младшая Клиффорд поморщилась от неприятного запаха табака, столбом стоявшего в комнате, потом раскрыла все окна, подошла к итальянке, забрала у нее сигарету и сама затушила. Ринальди, как ни странно, не сопротивлялась.

– Как ты? – спросила она у жениха.

– Могло быть и хуже, – улыбнулся Генри, и Джо заметила, как от его плохого настроения не остается и следа. Да, Мишель была вздорной, безответственной, совершенно неготовой, по мнению Джосселин, к семейным отношениям, но она умела сделать так, что брат расслаблялся и успокаивался под ее влиянием. Сейчас это было незаменимо. Младшая Клиффорд, несмотря на всю свою нелюбовь к невесте брата, про себя поблагодарила ее.

Генри вкратце рассказал, как все прошло, заставляя Ринальди полыхать яростью.

– Нет! Это же надо такое учудить! Заявиться на бал и объявить человека убийцей! Ты просто обязан подать на них в суд! – возмущалась девушка.

– Можешь не сомневаться, с рук им это не сойдет, – уверенно заявил Генри.

Он сел на диван и попросил прислугу принести виски. Пока он наливал себе горячительный напиток, девушки молчали, не зная, что и сказать. Мишель все еще мерила шагами комнату. Она как сняла на балу туфли, так и ходила по ковру босиком, не замечая, что осталась без привычной для нее обуви.

Генри поднес ко рту стакан, поморщился, сделал глоток и посмотрел на Сашу. Та ответила затравленным взглядом. Молодой человек невесело ухмыльнулся. Девушка могла и не высказывать вслух своих сомнений, Клиффорд все понял по ее лицу.

– Вы должны мне верить, – сказал он, терзая своим вниманием Покровскую. – Я к этому непричастен.

– Мамма мия! Генри! Конечно ты непричастен! – воскликнула Мишель. – Нет ни единой души в этой комнате, которая сомневалась бы в этом.

Девушка сказала это и предупреждающе зыркнула на Сашу. Та опустила ресницы и отвела взгляд. Генри снова усмехнулся. Потом сделал еще один глоток виски, опять поморщился и поставил стакан на книжный столик.

В этот момент зазвонил его сотовый. Молодой человек посмотрел на экран и сообщил присутствующим:

– Это отец.

Джосселин скривилась и вздохнула – еще одного неприятного разговора было не избежать. Беседовал Генри недолго. В основном слушал, а если и отвечал, то односложными фразами. Понять, о чем именно Клиффорд говорил с отцом, было невозможно. Положив трубку, он посмотрел на девушек и доложил:

– Родители едут домой.

– Ох, и почему ты не отговорил их? – Джо стукнула рукой по подлокотнику дивана. – С ними все станет еще хуже.

– Отец непреклонен. Он намерен вмешаться. Уже договорился с адвокатами. Мать охает и причитает. Веселенькие дни нас ожидают.

– Я думаю, мне лучше уехать, – предположила Саша.

Генри развел руками.

– Если ты считаешь, что для тебя так будет безопаснее…

– Мамма мия! Надеюсь, ты не планируешь уехать совсем? – вздрогнула Мишель и с мольбой в глазах посмотрела на подругу.

– Нет, конечно! Не в тот момент, когда… – Саша не удержалась и посмотрела на Генри. – Когда все так непросто.

– Скажи это вслух, – попросил Генри. – Ты обвиняешь меня?

– Нет, что ты, – поспешила ответить Покровская. – Просто… Поместье принадлежит вашей семье и пустует. Библиотекарь сказала, что документами о нем интересовался человек, похожий на тебя, а значит, ты мог узнать историю Кэйлин и приобрести соответствующие голограммы, которые, кстати, не каждый может себе позволить. А еще смотритель… На наш вопрос о том, кого он видел в поместье чаще всего, он ответил однозначно. Что еще мне думать?

– А еще твой жених, выглядевший такой удачной партией, оказался преступником, – угадал Генри истинные причины сомневаться в нем.

Саша замолчала, удивляясь его проницательности, а Мишель вскричала:

– Нет! Нет и нет! Я не позволю вам ругаться! Алекса! Лишь глупый человек стал бы убивать в своем доме и оставлять там труп. Надеюсь, в том, что мой жених умен, ты не сомневаешься? А значит, он не мог так оплошать! Библиотекарь дала описание, под которое попадает половина английских джентльменов! И смотритель! Ты что, всерьез веришь этому окончательно съехавшему с катушек алкоголику?

– А голограммы мог купить кто угодно, – вставила от себя Джо. Она поверить не могла, что Саша так думает о ее брате. – Не только мы в этой стране имеем деньги. Если в России это редкость, то уж простите.

Покровская никак не ожидала, что Джосселин так упрекнет ее. Это было действительно неприятно, но и она хороша. Обвинить Генри Клиффорда! Человека, благодаря которому оказалась в Англии, в доме которого жила! Все это время он ни разу не показал своего недовольства или несогласия с ее присутствием. Наоборот, всегда был мил и обходителен. К тому же Кристиан Дарти, которого она начала подозревать до обвинений полиции, больше подходил на роль преступника. Саше стало стыдно. Без сомнения, она ошибалась, а Джо и Мишель правы.

– Генри, прости, – взмолилась она. – Я… Это действительно из-за Паоло.

– И мне жаль, что тебе пришлось такое пережить. – Клиффорд кивнул, принимая извинения, а потом с нежностью посмотрел на Мишель и Джо и улыбнулся: – Может, вы станете моими адвокатами? По-моему, у вас двоих неплохо получается.

– Но согласитесь, что Кристиан подходит на эту роль, как никто другой! – попыталась реабилитироваться Саша. – Я узнала, что его смена началась в два часа в тот день, когда сбили Джо, а значит, он мог сделать это, а потом поехать в больницу и забрать телефон.

– И купить голограммы ему под силу, – поддержала эту версию Мишель.

Джо промолчала. Все это выглядело правдоподобно. Но Кристиан? Этот богатый маменькин сынок? Клиффорд покачала головой в попытке отмести такой вариант, однако… он запал ей в душу.

Генри тоже хотел что-то сказать, но у него вновь зазвонил телефон. Он ответил. Несколько минут слушал то, что ему говорил абонент, и чем дольше длился разговор, тем мрачнее он становился. Девушки слышали его реплики: «Да, я понимаю», «Конечно, я с вами согласен», «Пожалуй, вы правы», – и чувствовали, что что-то еще пошло не так. Мишель, дожидаясь, когда он закончит говорить, искусала себе все губы. Джо тоже не сиделось на месте, и она крутилась, словно из подушек дивана торчали иголки. И только Саша грустно следила за Генри. Она поняла, что произошло, и ее догадки подтвердились, как только молодой человек отключил связь.

– Меня отстраняют от работы до разъяснения обстоятельств, – сказал он, взял свой бокал со столика, сделал большой глоток, со стуком поставил его обратно и вышел из комнаты.

11

Утро следующего дня выдалось тяжелым. Саше пришлось собирать вещи. Мишель в срочном порядке принялась обзванивать ближайшие отели и уточнять у них наличие свободных мест. Джо все утро дулась на Покровскую. Она, в отличие от брата, не могла так быстро простить ей обвинения. Генри и вовсе не выходил из своей комнаты.

Как только с отелем было решено, Ринальди и ее подруга поспешили к машине, чтобы успеть уехать до приезда старших Клиффордов. Перед выходом девушек остановила Джосселин и вызвалась поехать с ними. Саша никак не ожидала, что она захочет ее сопроводить, но в машине стало понятно, в чем причина столь быстрой смены ее настроения.

– Саша, я знаю, ты думаешь, что Кристиан убийца, но мы не должны циклиться на нем. Нужно отработать несколько версий. Я считаю, кто-то должен поговорить с женой Эндерсона, – поделилась своими мыслями Джо. – Меня она знает, Мишель заступалась за Генри на балу. Только ты осталась незамеченной и должна нам помочь.

– Джо, но полиция взялась за это дело. Я думала, ты отложишь идею найти преступника самой.

– Полиция думает, что мой брат – убийца. Я не могу оставить это просто так. И ты, если не хочешь потерять мое расположение, обязана протянуть руку помощи Генри.

– Я не хочу терять твоего расположения, но о чем, по-твоему, я должна говорить с Сиенной? Ведь я не детектив и не полиция. С чего ты взяла, что она что-то мне расскажет?

– Я все придумала, – ответила Джо. – Скажешь, что была его пациенткой, пожалеешь ее, и она сама раскроется.

– Предлагаю сперва заехать в отель, а потом к Эндерсон, – поддержала идею Клиффорд Мишель и остановилась на обочине, чтобы позвонить жениху и спросить у него адрес Дина. Саша, хоть и понятия не имела, как сможет сыграть подобную роль, отказываться не стала. После вчерашнего ей не хотелось снова впасть в немилость Джосселин. Она слишком уважала ее, чтобы не поддержать сейчас.

Генри воспринял идею сестры в штыки. Он просил девушек отказаться от затеи и спокойно заниматься своими делами. Мишель оставалась непреклонной и всеми правдами и неправдами заставила молодого человека назвать адрес бывшего босса. Как только он раскололся, поехали в Лондон. По пути заскочили в отель, зарегистрировали Покровскую и скинули в номер ее вещи.

Сегодня, после нескольких дней дождя и тумана, наконец-то появилось солнце. Темно-зеленая листва сверкала в его лучах, дул теплый ветер, а по небу ходили пушистые облака. Луж на черном асфальте стало в два раза меньше, и девушки, не опасаясь быть обрызганными, раскрыли все окна, чтобы насладиться летом.

На подъезде к Лондону встали в небольшую пробку. Чтобы отвлечь всех от грустных дум, Мишель щебетала о новинках моды и то и дело поглядывала на Сашу. Она не считала ее стоящим следователем, но надеялась, что та не ошибется в вопросах, хотя бы ради нее.

Джо, не желая слушать байки Ринальди об одежде, перебила ее и стала учить Сашу, что сказать и как себя вести. Покровская внимала каждому слову, но, в общем и целом, уже составила план действий.

Чтобы не привлекать внимания к розовому «Мерседесу», девушки решили остановиться в соседнем квартале. Саша вышла из машины и оглядела кирпичные четырехэтажные коттеджи. Их отделяли от дороги невысокие кованые заборчики черного цвета и неширокие газоны, засеянные цветами или кустарником. Вдоль них стояли немногочисленные машины владельцев квартир.

На внешних подоконниках окон красовались кадки с яркими разноцветными петуньями, а между стенами зданий росли карликовые деревья. Здесь, в отличие от центральных улиц Лондона, было тихо и спокойно. Создавалось ощущение, что ты находишься за городом.

Англичане не изменили своей привычке сооружать похожие друг на друга строения и в этом спальном районе. Саша побоялась потеряться, но Мишель сунула ей в руки адрес и, пожелав удачи, указала на улицу, где проживала Сиенна.

Покровская собралась, помахала подругам и на ватных ногах пошла в верном направлении. Тишина, которой встречала ее улица, настораживала. Казалось, даже неодушевленные предметы смотрят на нее и в чем-то подозревают. Саша неспешно продвигалась вперед, внимательно изучая нумерацию, чтобы не пропустить нужный коттедж. Солнце припекало, асфальт высох, а в воздухе парило. Покровская нервно оглядывалась по сторонам и то и дело тяжело вздыхала. Сердце колотилось, девушка испытывала страх и неудобство перед незнакомой женщиной, потерявшей мужа. Она понимала, в каком состоянии та может находиться, и знала, что ей просто необходимо посочувствовать, и в то же время постараться узнать хоть что-нибудь.

Еще пару минут, и Саша готова была рвануть обратно. Оглянулась – машина Мишель исчезла из виду за поворотом. Девушка ярко представила себе, как будет злиться подруга и как посмотрит на нее Джо, если она вернется ни с чем. Саша еще раз вздохнула и решила для себя – уж лучше одна незнакомая женщина, чем эти две фурии. В конце концов, ей всего лишь надо поговорить с Сиенной, а в этом нет ничего предосудительного.

Саша нашла дом Эндерсонов и подошла к подъезду. Справа от двери на уровне лица висела металлическая табличка со звонками и номерами квартир. Покровская сверилась с адресом и осторожно нажала на кнопку. Почти сразу из динамика послышался встревоженный женский голос.

– Кто это? – прозвучал вопрос, а Саша, не ожидавшая такой быстрой реакции миссис Эндерсон, растерялась.

– Кто это? – еще раз повторила женщина.

– Э-э-э… – протянула Покровская. – Миссис Эндерсон, меня зовут Алекса. Я была пациенткой вашего мужа. Можно мне войти?

Сиенна больше не произнесла ни слова, но ответом Саше послужил звук щелчка открываемой двери. Девушка перевела дух и вошла в подъезд.

Покровская обомлела от уюта и красоты, которые ожидали ее внутри. Темно-коричневые стенные панели из дерева, картины и напольные вазы с цветами, ковровая дорожка и зеркала – все это так отличалось от московских подъездов, что Саша затормозила на входе, теряясь в догадках, снимают посетители туфли прямо здесь, или проходят обутыми в квартиру. Где-то сверху раздался шум открывающейся двери. Он привел девушку в чувства.

– Ну, где же вы, милочка? – услышала Покровская и взяла себя в руки. Еще раз сверившись с адресом, скорее из нежелания подниматься, чем не помня его, она пошла наверх.

Квартира Эндерсонов занимала весь третий этаж. Там на лестничной площадке у дверей Сашу ожидала темноволосая незнакомка. Покровская не надеялась встретить никого иного, чем жену врача, и смутилась, вмиг забыв все слова, заготовленные ранее.

– Проходите, милочка, – пригласила женщина. – Сиенне неможется, она у себя в комнате. Меня зовут Лола, я ее подруга. Такое горе. Такое горе. Просто немыслимо, – без умолку тараторила она. – Говорят, нашли его, несчастного, на помойке! Можете себе представить? Такого уважаемого человека – и на помойке! Нет, он, конечно, был тем еще поганцем! Но уважаемый. Очень уважаемый!

Саша зашла в квартиру, озираясь по сторонам и почти не слушая подругу миссис Эндерсон. Если та действительно слегла, то как тогда выполнить свое задание? Девушка переминалась с ноги на ногу, а Лола схватила ее под руку и потащила в зал, продолжая трещать.

– Сиенна все лежит и лежит. Оно и понятно – ей не до разговоров. Но мне-то поболтать не с кем, обсудить все это. – Лола перешла на шепот: – Наверное, слышали уже? Труп пролежал почти месяц. Милочку мою вчера вызвали на опознание. А там… ух! – Женщина передернулась и громко заявила: – С тех пор она сама не своя.

– Я пришла выразить ей свои соболезнования, – смогла вставить слово Саша. – Я могу ее увидеть?

– Ну конечно, конечно. Сейчас я ее позову. Вы пока тут присядьте. – Лола указала на кожаный диван в центре зала. – Вы ведь не англичанка?

Саша отрицательно покачала головой.

– Так я и подумала! – обрадовалась Лола и не торопилась идти за Сиенной. – Но вы очень похожи! Честно! Только я бы смогла догадаться, что вы не англичанка. У меня такой нюх на иностранцев!

Лола, забыв о том, что собиралась сделать, присела рядом с Покровской так близко, что той стало неприятно.

– Скажите. Признайтесь мне сейчас же, – шепнула она прямо Саше в лицо. – Вы с ним тоже спали? Я никогда и никому. Но вы же не смогли пройти мимо этого красавца? Иначе, почему бы вам так страдать о его утрате?

– Да я не… – смутилась Саша и отодвинулась чуть подальше.

– Ой, не нужно мне этого! – Лола погрозила пальцем перед носом Покровской. – Я же вижу! Вы тоскуете по нему. Ох, этот Дин! Столько сердец. А моя бедная милочка и вовсе сбита с толку.

– Я просто его пациентка, – повысила голос Саша, – он жизнь мне спас!

Вдруг в коридоре послышались шаги. Видимо, услышав голос чужого человека, из спален вышла сама миссис Эндерсон. Она вошла в зал и уставилась на Покровскую, а та на нее. Лола тотчас вскочила и, охая и ахая, подбежала к подруге. Сиенна поморщилась и, слегка оттолкнув ее от себя, присела на краешек дивана.

– Не знала, что мой муж лечил иностранцев, – первое, что сказала Эндерсон, оглядев Александру. – Я вас никогда раньше не видела?

– Я вчера была на балу. Надеялась, что там встречу вашего мужа и поблагодарю за свое выздоровление. До этого я несколько раз пыталась найти его в больнице, но он там так и не появился… а теперь эта ужасная новость… – Саша удивлялась, как хорошо и вместе с тем убедительно ей удалось соврать.

– Я услышала, что он спас вам жизнь. – Сиенна покачала головой. – Он такой… был такой. Мастер своего дела.

Эндерсон всхлипнула.

Покровская только сейчас обратила внимание на то, как выглядела жена Дина. Уставшая, не накрашенная, с синяками под глазами, волосы растрепанные. Шелковый халат, в котором она не постеснялась показаться перед незнакомой девушкой, топорщился. Одна часть воротника была приподнята, вторая лежала, но Эндерсон об этом и не думала.

– Я знала… знала, что с ним что-то случилось, – срывающимся голосом произнесла Сиенна.

– Мы все знали, – отозвалась Лола, – я же говорила, милочка. Помнишь, говорила тебе? Даже на курорте муж обязан звонить жене. Он был в отпуске. На курорте, – затараторила женщина, снова не давая вставить никому ни слова. – Вы знали? Такой прекрасный курорт! Где-то на греческих островах. Отель пять звезд! Шикарный! Только Дин мог себе такой позволить!

Сиенна поморщилась. Присутствие подруги ее явно напрягало. Саша удивлялась, как она вообще терпит Лолу.

– Он ни разу не позвонил! – продолжала трещать женщина. – Это я уговорила Сиенну набрать ему самой. Я же уговаривала? Помнишь, милочка?

– Лола, сделай нам с гостьей чаю, – попросила Эндерсон.

Лола обиженно засопела, но Сиенна так посмотрела на нее, что она отправилась выполнять поручение. Как только женщина скрылась в коридоре, Эндерсон продолжила:

– Мы часто с мужем отдыхали по отдельности. Я никак не могла ожидать подобного. Только несколько дней назад я решилась и позвонила ему. Телефон был выключен. Пришлось найти номер отеля. На ресепшен мне сообщили, что Дин там не появлялся. Тогда я все поняла.

– Как вы думаете, кто мог совершить подобное? – спросила Саша.

– Генри… Генри Клиффорд. Знаете его? Тот еще напыщенный сноб. Рвался наверх, как и вся его семейка. Вечно весь из себя. На меня смотрел как на низы общества. Да, я не высокого рода, но Дин! Да и вообще, кто сейчас думает о своей высокородности! Мы, слава Богу, живем в двадцать первом веке!

Вспомнив Генри, Сиенна стала похожа на гарпию. Глаза прищурены, злые, губы поджаты, а к лицу прилила кровь, и она тотчас раскраснелась.

– И все-таки, – попыталась Покровская настроить женщину на другой лад, – может, есть кто-то еще? Слабо верится, что такой человек, как Клиффорд, мог… убить.

– Ох, конечно это не Генри! – Лола вернулась с пустыми чашками. Она поставила их на стол и продолжила: – Он такой красавчик. Вы же видели его? Наверняка видели! Он просто шикарен!

И Саша, и Сиенна скривились одновременно. Находиться рядом с Лолой было непросто. Поэтому Эндерсон тактично напомнила ей, что чай так и не налит, и та снова убежала.

– Простите Лолу. Она излишне впечатлительна и громогласна, – извинилась Сиенна, – но зато она единственная, кто не покинул меня в эти дни. Я ей благодарна.

– Я вас понимаю, миссис Эндерсон. Мне действительно очень жаль, – посочувствовала Саша. – А что думаете о Кристиане Дарти? Вы его знаете?

– Кристиан… Кристиан Дарти? – Сиенна наморщила лоб, пытаясь припомнить. – Нет, это имя мне не знакомо.

– Вы уверены?

Сиенна кивнула. Покровская расстроилась, что разговор этот никак не наведет на подозреваемого ею человека. Тем не менее, она помнила просьбу Джо и понимала, что уходить еще рано.

– Может, ваш муж был еще с кем-то не в ладах? – Покровская поняла, что ее вопрос прозвучал, словно она представитель закона, поэтому девушка спохватилась и добавила: – Так хочется, чтобы настоящие виновники сели в тюрьму!

– У меня нет никаких идей… – медленно промямлила Сиенна, и выглядела она так, словно пыталась припомнить хоть что-то необычное.

– Может, ругался с кем-то? Спорил? Он не занимался никаким дополнительным бизнесом?

– Бизнес? – переспросила Сиенна. – Нет, что вы! Хотя… даже если бы и так, то я бы об этом не узнала. Понимаете, мы так редко виделись. Он все время был занят. Хотя сейчас припоминаю, что он в последнее время и правда немного нервничал. Но я списывала это на тяжелый график. Вы же понимаете, от него зависят… зависели жизни людей. Ошибка сердечного хирурга неизбежно ведет к смерти.

– А не мог ему отомстить какой-нибудь родственник внезапно почившего на его столе человека? – пришла к Саше внезапная мысль.

– Это точно тот неприглядный джентльмен!

Лола опять вошла в комнату, и Саша вздрогнула от ее внезапного восклицания.

– Неприглядный джентльмен? – повторила она и вся обратилась в слух.

– Да! Помнишь, милочка? – Лола налила чай и уселась в кресле, по-деловому закинув ногу на ногу. – Это было в «Фиф Филдс». – Женщина так многозначительно посмотрела на Сашу, что той стало не по себе от того, что она понятия не имеет, что это за место. – Прекраснейший ресторан! Между прочим, носит две звезды Мишлена! Так вот, милочка. Вспомни того напыщенного толстого джентльмена! Помнишь, как он набросился на Дина, когда его увидел?!

Сиенна прикрыла глаза и закусила губу, пытаясь вспомнить, а потом ее словно осенило:

– Ах, ну конечно! Как я сразу не догадалась! Мистер Грегори Пайнсмит! Ужасный человек!

– И что в нем такого ужасного? – у Саши в груди вспыхнула надежда.

– Такой большой! Ух! – тотчас вставила свое мнение Лола. – Огромный, словно средневековый викинг.

– Лола, ты хоть знаешь, кто такие викинги? – неприязненно поморщилась Сиенна.

– Конечно, знаю! – Лола одернула подругу. – Это не джентльмены! Они постоянно с кем-то воевали и воровали чужое.

– Ну, в общем-то, близко, – улыбнулась Саша, не в силах сдержать улыбку. – Так что этот викинг?

– Ох, как увидел Дина, тут же кинулся на него с обвинениями! Вот негодяй! Все верещал что-то про свою сестру! Про то, что она должна была жить. Ты помнишь, милочка? – Лола поднесла чай Сиенне, а та согласно кивнула.

Саша уцепилась за эту мысль, как тонущий за тростиночку.

– А что с его сестрой? Что с ней случилось?

– Она наркоманка… несколько раз пыталась покончить жизнь самоубийством! Поразительно, что в столь благополучной семье родился такой ребенок.

– Грегори Пайнсмит и его сестра из богатой семьи?

– О да! Оба могли себе позволить полмира, но она никак не хотела жить. В конце концов Дин обнаружил, что с ее сердцем что-то не так. Ее положили в больницу, но она из нее уже не вышла.

– Вы знаете подробности? Что не так было с ее сердцем? Почему Грегори думает, что в ее смерти виноват Дин… то есть мистер Эндерсон?

– Понятия не имею. Я в подробности не вдавалась. Вам не кажется, что вы слишком… на меня давите? – вдруг спросила Сиенна.

– Ох… Да… – спохватилась Саша. – Вы правы. Я просто пришла принести свои соболезнования. Простите…

– Да ничего… Я понимаю… И мне мысль об убийстве мужа не дает покоя.

– А еще! – вскрикнула Лола, словно и не слышала разговора. – Тот художник… Милочка! Боже мой! Тоже такая странная личность!

Саша, которая успела уверить себя, что некий Грегори Пайнсмит совершил убийство, оторопело вытаращила глаза. Она и подумать не могла, что за несколько минут сидения в этой комнате может появиться еще один подозреваемый.

– Художник? – пискнула она.

– Да-да! Очень неприятный человек. Я его, конечно, не видела, но Сиенна рассказывала, что он противный!

– Это действительно так, миссис Эндерсон?

– Художник… Да, был один. Пришел к нам домой… Весь трясся, словно у него пару дней, как закончилась доза. Муж сразу повел его в кабинет. Они долго там говорили о чем-то. Вышел он куда как спокойнее. Не думаю, что он может быть причастен. Кажется, они расстались полюбовно.

– Что же… – протянула Саша. – Значит, не только Генри Клиффорд имел зуб на мистера Эндерсона?

– Получается, что так, – нехотя согласилась Сиенна.

Все три женщины сделали по глотку чая и в глухом молчании продолжали смотреть друг на друга. Покровская уже хотела сказать, что ей пора идти, и открыла было рот, но Лола дернулась, подпрыгнула на месте и вскрикнула:

– А может, в этом замешана та актрисулька? Его любовница!

Тут женщина спохватилась, прикрыла рот рукой и в ужасе уставилась на Сиенну.

12

В этот момент Саша четко поняла – пора бежать, причем как можно быстрее. Она видела, как глаза Сиенны сужаются в маленькие щелочки, а лицо приобретает хищное выражение сокола перед ловлей добычи. Лола глупо заморгала глазами и стала мычать что-то нечленораздельное.

– Мне так жаль, милочка. Мне так жаль, – щебетала она плаксивым голосом. – Я думала, ты знаешь, он же со всеми… – подлила масла в огонь глупая подруга миссис Эндерсон.

– Какая такая любовница? С какими всеми?! – сорвалась на крик Сиенна, но закашлялась и бросила подозрительный взгляд на Сашу.

Та не стала дожидаться апогея скандала и, извинившись, заторопилась на выход, но перед дверью остановилась, обернулась и четко проговорила:

– Сиенна, вы должны обратиться в полицию и рассказать то, что рассказали сейчас мне! Это важно!

Покровской оставалось только надеяться, что жена Дина Эндерсона сейчас в состоянии прислушаться к ее словам. Этой фразой она преследовала одну-единственную цель – предоставить полиции как можно больше фактов. Потому что, во-первых, это поможет Генри, а во-вторых, если представители закона будут порасторопнее, то ей с подругами не придется влезать в это дело настолько, чтобы влипнуть в очередные неприятности. Убедившись, что Сиенна ее услышала, Саша кивнула ей на прощанье, шмыгнула на лестничную площадку и побежала вниз.

– Куда же ты, милочка? – услышала она сверху, а потом более глухо, словно Лола говорила внутрь квартиры: – Уверена, это одна из тех бесстыдниц…

Покровская не рвалась дальше слушать эти безумные обвинения и тем более не хотела, чтобы Сиенна спохватилась и подняла скандал, к которому девушка не имела ни малейшего желания присоединяться. Саша вышла и быстрым шагом пошла прочь с улицы, где стоял дом Эндерсонов, не сильно задумываясь над тем, куда идет. Совсем скоро она осознала, что выбрала неправильное направление. Одинаковые дома все-таки сыграли с ней злую шутку. Тем временем солнечное небо стало заволакивать густыми тучами, и, так некстати, пошел моросящий дождь. У Александры не было с собой ни зонта, ни теплой кофты. Ее одежда намокла, и девушка, закусив губу, огляделась по сторонам в поисках яркой машины Мишель. Побродив по незнакомым улицам несколько минут, Саша поняла, что вконец заблудилась, и решилась-таки позвонить подруге. Та ответила сразу.

– Ну и где ты? – услышала Саша в трубке недовольный голос Ринальди.

– Кажется, свернула не там и теперь не могу вас найти, – ответила Покровская, осознав, что теперь насмешек не избежать.

Так и случилось. Мишель, вместо того чтобы дать разумный совет, начала подтрунивать над ней и ругать за нерасторопность. Саша молча слушала и всматривалась в названия улиц. Вдруг голос итальянки стал раздаваться тише, и девушка услышала Джо.

– Ты видишь хоть какие-нибудь отличительные знаки? – спросила та. По всей видимости, ей надоело поведение Мишель, и она вырвала у невесты брата телефон. Саша ответила, что стоит на перекрестке двух улиц.

– Жди, мы скоро будем, – обрадовала ее Джо и отключила связь.

Саша встала на пешеходной дорожке и сиротливо уставилась на дорогу. От мокрой одежды и поднявшегося ветра стало холодно. Очень хотелось поскорее сесть в теплую машину подруги. И когда она увидела выезжающий из-за поворота розовый «Мерседес», счастью ее не было предела. Как только Мишель остановилась напротив нее, Саша юркнула на свое место и, стуча зубами, рассказала все, что удалось выведать.

– А может, это Сиенна? – предположила Мишель, когда услышала от Саши все, что хотела. – Разозлилась на то, что муж гуляет, и…

– Но тогда она хорошая актриса, – возразила ей Покровская. – Мне показалось, она была шокирована этой новостью.

– Не факт, что этой Лоле вообще можно доверять, – подала голос Джо. – Знаю таких людей, они ловят каждую сплетню на лету и никогда не проверяют, насколько она правдива.

– Если не верить Лоле, то у нас почти не останется подозреваемых, – задумчиво протянула Мишель. – Нужно найти этого Грегори Пайнсмита и художника. Как, кстати, его имя?

Только после этого вопроса до Саши дошло, что Сиенна не назвала его имени, а спросить Покровская не догадалась. Мишель по взгляду подруги все поняла.

– Ну, ясно. – Итальянка раздосадованно стукнула рукой по рулю и нечаянно задела клаксон. Тишину улицы разрезал оглушительный «би-и-ип». Ринальди повернулась к Саше и уточнила: – И обратно ты, естественно, не пойдешь?

– С ума сошла? Ни за что!

– И что прикажешь делать?

– Послушай, шла бы сама, раз такая умная, – обиделась Саша и отвернулась к окну.

Все это время Джо, поджав губы, нажимала на экран нового смартфона и что-то задумчиво бормотала себе под нос. Потом произнесла счастливое: «Да!» и посмотрела на подруг.

– Оставим пока художника. Давно хотела вам рассказать о телефоне, который подарил Серж. Он не такой простой, как кажется с первого взгляда, – поведала она. – Я обнаружила там несколько необычных программ, – Джо перешла на шепот, словно побоялась, что ее услышит кто-то чужой. – Во-первых, здесь есть досье на многих англичан. А во-вторых, через одну из программ я смогла найти адрес компьютера, с которого был создан сайт нашего конструктора голограмм. Но главное, что теперь отыскать Грегори Пайнсмита не составит нам никакого труда, поэтому можно начать с него.

– Ты не боишься, что там заодно стоит программка, которая транслирует на мобильный твоего Сержа тебя саму, моющуюся в душе? – засмеялась Мишель. На самом деле она была несказанно довольна тем, что к ним в руки попала такая удобная вещица.

Джо, наоборот, заметно приуныла. Саша обернулась и обнаружила, что девушка покраснела. Она уткнулась носом в смартфон и, несмотря на свое расстройство, продолжала искать какую-то информацию. Про себя она клялась, что больше никогда не возьмет аппарат в ванную и ни за что не будет переодеваться перед его камерой.

– Досье на Пайнсмита есть, – сказала она, никак не комментируя предположения Миши, – есть номер его телефона и адрес. Сейчас пробью его по базе, узнаем, где он находится.

Еще несколько минут занял поиск, и вскоре Джо неудовлетворенно вздохнула.

– Что там? – спросила Мишель.

– Его телефон засветился в Испании, в Малаге. Стало быть, мистер Пайнсмит не в городе, а значит, опросить его по-быстрому не получится.

– Обидно, – расстроилась Миша.

– Хорошо! – обрадовалась Саша.

– И что будем делать теперь? – Джо подняла глаза на подруг – ей не терпелось помочь брату.

Покровская имела свои идеи на этот счет, но не торопилась их высказывать. Она не хотела влезать в расследование и надеялась, что Сиенна расскажет о новых подозреваемых, но у Клиффорд был такой печальный взгляд, что Саша не смогла сдержаться.

– Мы знаем, что основные события этого преступления так или иначе связаны с вашим поместьем. Наверняка, это наш подозреваемый наводил справки в библиотеке. Может, он и риелтора навестил, который занимался продажей дома? Почему бы и нам не поговорить с ним? Может, он расскажет, кто в последнее время обращался по этому поводу?

Джо радостно кивнула. Саша почувствовала, что она благодарна ей. Мишель, однако, не торопилась заводить «Мерседес». Она смотрела перед собой и о чем-то думала. Тогда Клиффорд толкнула ее с заднего сиденья в плечо и сказала:

– Забыла, как включать зажигание? Поехали уже! Я знаю риелтора и агентство, в котором она работает. Если надо, то найду и номер ее телефона. – Джо довольно помахала своим «волшебным» смартфоном перед лицом Ринальди, когда та обернулась, чтобы выслушать ее.

– У меня есть идея получше. Твой Серж, помнится, предложил найти человека, который сделал сайт. Что если он и сделал проекторы? Если найдем его, то узнаем, кто их купил. Вам не кажется, что этот путь куда как быстрее?

– Было бы так, если бы это не было в Бате… – Джо пожала плечами. – Не хотела бы я оставлять сейчас Генри одного надолго.

– В Бате? – переспросила Мишель, и на лице ее заиграла загадочная улыбка. – Но это очень хорошо! Очень даже! Это прямо-таки по моему плану!

– По твоему плану… – глухо отозвалась Саша.

Планы Мишель чаще всего приносили неприятности. И когда девушка произносила слово «план», Покровскую начинало знобить.

– Да, план! – подтвердила Мишель, но расписывать его она явно не собиралась до поры до времени. – Звони своему риелтору! Договорись о встрече где-нибудь в кафе Уинчестера. Подкину вас, а сама поеду к Генри и… – Мишель замолчала, думая, сказать или нет, но решив, что хочет сделать сюрприз, остановилась. – И неважно. Все потом!

Джо кивнула. Покопалась в своем телефоне и нашла нужный номер. Несколько минут она разговаривала с риелтором, договорилась с ней о встрече, и девушки тронулись в путь.

Через два часа Мишель припарковала машину у небольшого паба в центре Уинчестера. Риелтор обещала подъехать к четырем часам, и у девушек оставалось немного времени до ее появления. Они еще посидели в машине, обсуждая вопросы, которые следовало бы ей задать, и, убедившись в том, что подготовлены сносно, Саша и Джо попрощались с Ринальди. Та помахала им рукой и поехала по своим делам. Подругам ничего не оставалось, кроме как идти на встречу, и они бодро направились в сторону одноэтажного здания с треугольной крышей и белыми стенами.

Заняв столик в центре зала, девушки заказали себе перекусить. Сашу поражало отсутствие гастрономических изысков в английских кафе. Создавалось впечатление, что все англичане сидят на бургерах, картофеле и пиве. Кухня Британии отличалась простотой и тяжестью и почти вся была заимствована у других стран. Очень многие национальные блюда Англии на самом деле были привезены первыми переселенцами из Индии, и поэтому в них неотъемлемо присутствовала нелюбимая Сашей приправа карри. Побоявшись брать курицу, в которую чаще всего именно ее и добавляли, Покровская заказала себе стейк, при этом несколько раз повторив официанту, что не любит непрожаренное мясо. А Джо и вовсе отказалась от обеда, предпочтя ему чашку чая и пирожное.

Александра сидела напротив двери и встречала взглядом каждую входящую в паб женщину. Все они, по ее мнению, казались невзрачными – широкоплечие, ни намека на талию, лица вытянутые, волосы светлые и редкие. Ходили, как правило, в джинсах, кофтах и кроссовках и мало следили за собой. Саша догадывалась, почему Генри Клиффорд предпочел им всегда ухоженную и одетую по последней моде Мишель. Она для него стала ярким пятном на фоне этой серой массы. Вообще Покровская считала друзей прекрасной парой. Несмотря на то, что в Англии редко встречались мужчины с интересной внешностью, Генри был красив, статен и избирателен в одежде. Так что, несомненно, и Мишель очень повезло с женихом.

Заказ Саши и Джо принесли довольно быстро, и они, позабыв о том, зачем здесь, принялись есть, разговаривая на отвлеченные темы. Джо интересовалась Россией, какие там люди, что любят, чем живут. Она спрашивала о личной жизни Саши, но о себе предпочитала умалчивать, объясняя это тем, что ее жизнь и так вся на виду. Покровская нашла ее приятной собеседницей.

В своем университете Джо считалась одной из лучших учениц, много времени отводила благотворительности, участвовала в программах помощи беженцам и в компании друзей, под присмотром опытных подрядчиков, отделывала комнаты в коттеджах, построенных для пожилых людей, оставшихся без семьи и крова. В отличие от России, это были не просто дома престарелых, а целые охраняемые поселки с добротными квартирами. Вместе с жилыми помещениями здесь возводились кафе, места для проведения досуга и свои больницы. Переезжать туда на старости лет не считалось зазорным или неправильным. Дети с удовольствием устраивали там своих пожилых родителей и приезжали их навещать.

Сашу поражало, насколько хорошо англичане продумали такие заведения. И еще больше стала уважать Джо за ее деятельность. Эта девушка, с детства живущая в достатке, научилась быть доброй и восприимчивой к проблемам других людей. И это не могло не характеризовать ее, как прекрасную молодую леди.

Дверь в паб снова открылась. В нее зашла высокая хорошо одетая женщина с интересной и совсем не английской внешностью. Она внимательно осмотрела столики и остановилась взглядом на Джо. Та как раз повернулась в сторону входа и увидела посетительницу. Поняв, что именно ее они и ждут, Клиффорд слегка подпрыгнула на месте от нетерпения и помахала рукой, приглашая за свой столик. Женщина кивнула и направилась к ним.

– Миряна Ефтич, – представилась она Саше.

– Вы славянка? – спросила она удивленно.

– Сербка, – недовольно ответила Миряна.

Ей явно не хотелось упоминать о своих корнях, и Саша понимала почему. В целом, англичане не очень-то хорошо относились к иностранцам. И те, кто давно жил в этой стране, не понаслышке знали, как тяжело господа из высшей касты принимают в свой круг приезжих. Даже если человек лет двадцать назад получил гражданство Великобритании и обладал деньгами не меньшими, чем известные лорды и баронеты, для них он все равно навсегда оставался чужестранцем.

– Вы решили купить поместье Клиффордов? – спросила она, разглядывая Сашу. Сербский акцент Миряны слегка резанул слух Покровской.

– Нет, – ответила она.

– Это Александра Покровская. Моя хорошая подруга, – объяснила Джо. – И я позвала вас не для того, чтобы представить вас потенциальному покупателю. У меня есть к вам несколько вопросов.

Миряна поджала губы и грациозно перекинула свои длинные черные волосы на одну сторону.

– Мое время – деньги, – сказала она. – Боюсь, из телефонного разговора я неверно поняла ваши намерения. Если дело не касается продажи, то я бы не хотела задерживаться.

С каждой минутой риелтор становилась для Саши все более неприятной личностью. Приглядываясь к ее внешности, девушка предположила, что Миряне около тридцати пяти – тридцати семи лет, и она явно не согласна со своим возрастом, поэтому размалевывает лицо так, что привычный макияж становится похожим на боевой окрас «женщины в поиске». По мнению Покровской, такая тонна косметики не радовала глаз, и сербка выглядела куда старше своего реального возраста.

Подтянутая фигура Миряны доказывала, что она тратит немало времени на спортивные занятия и истязает себя диетами. Саша даже слегка пожалела ее, понимая, что только таким образом та может повысить себе цену и завладеть вниманием какого-нибудь богатого англичанина. А получить желаемое многими гражданство за счет удачного брака – мечта многих эмигранток. И Миряна, судя по всему, была как раз из их числа.

– Пятидесяти фунтов будет достаточно для небольшой аудиенции? – без обиняков спросила Джо.

– Пятьдесят фунтов, обед за ваш счет и свидание с вашим братом, – прямо и без улыбки ответила Миряна.

Джо как раз сделала глоток чая, но от слов сербки подавилась и закашлялась до слез.

– Вам не кажется, что это уж слишком для нескольких вопросов? – спросила девушка с присущим ее семье высокомерием. Когда было нужно, Джо умела становиться настоящей Клиффорд.

– Если за эти несколько вопросов вы предлагаете пятьдесят фунтов, то для вас это очень важно, а значит, я вправе выбирать. Ваш брат богатый красивый джентльмен, почему бы мне не попросить встречи с ним? Может, мы смогли бы найти общий язык.

Последнюю фразу Миряна произнесла с таким мечтательным выражением лица, что Саша была уверена: та уже представляет себя его невестой.

– Мой брат почти женатый мужчина…

– Так ведь «почти», а не женат.

– Если уж вам не хватило времени заинтересовать Генри, когда вы общались с ним на тему нашего поместья, то вряд ли свидание с ним что-то изменит. Соглашайтесь на деньги и обед. Поверьте, ваши ответы на наши вопросы не так важны, как вы себе придумали. Я могу встать и уйти, и тогда вы потеряете ваше драгоценное время впустую, – ответила Джо, удивляя Сашу своим умением торговаться.

Сербка недовольно поджала губы, оценивая, правда ли Клиффорд сможет просто взять и уйти. Потом, видимо, решив, что с ней лучше не спорить, подозвала официанта и заказала бокал дорогого вина и самое дорогое блюдо из тех, что предлагал паб. Саша поняла – женщина согласна на условия Джосселин.

– Скажите, как много человек интересовалось нашим домом? – спросила Джо.

– Не так много, как вам бы того хотелось. Точнее, почти никто им не интересовался. Последним был один приятный джентльмен, англичанин. Кажется, врач.

– Не Кристиан ли это? – подала голос Саша.

– Он не представился, – отрезала Миряна. – Просто наводил справки о том, живет ли кто в поместье, следят ли за ним в отсутствие хозяев и в каком оно состоянии. Просил фотографии или план дома.

Джо покопалась в своем телефоне и, выудив из закромов его памяти фото Дарти, показала риелтору.

– Этот человек? – спросила она.

Саша подвинулась поближе, чтобы посмотреть на экран сотового Джосселин. На картинке стояло трое. Генри, Кристиан и еще один крупный джентльмен, которого Саша еще не встречала. Никто из мужчин не улыбался. Они, вынужденные позировать вместе для какой-то определенной цели, ничуть не скрывали своего отрицательного к этому отношения.

– Вот этот, – Миряна показала пальцем именно на того, кого Покровская не знала.

– Дин? Дин Эндерсон? – не поверила Джо и передала Саше телефон, чтобы та рассмотрела главврача поближе и смогла составить о нем свое мнение.

Внешне он не так привлекал внимание, как Генри или даже Кристиан, и явно был старше их обоих. Однако по взгляду на этого мужчину Саша не смогла определить, вел ли тот незаконную деятельность. Она вообще не понимала, почему он увлекся старым полуразрушенным поместьем Клиффордов и чем, собственно, собирался там заниматься.

– Единственное, что могу добавить, он был не один, и второго человека на этом фото нет, – ответила Миряна.

– Как выглядел тот второй? – спросила Джо, думая ровно о том же, о чем и ее подруга.

– Обычный. Моложе этого. Не красавец.

– У Эндерсона есть сын? – спросила Саша у Джо, но та покачала головой.

– Вряд ли. Скорее уж любовник, – усмехнулась сербка.

Джосселин скривилась от такого предположения.

– Почему вы так решили?

– Ну не знаю. Редкий мужчина не покупается на мою красоту. А этот ваш Дин, сколько бы я ни старалась его привлечь, вообще не проявил ко мне никакого интереса. Тогда я и подумала, что он нетрадиционной ориентации. Но зато он щедро заплатил мне за встречу. Так что я не осталась в накладе.

– Все ясно, – заскучала Клиффорд. – Больше никого не припомните?

– Ваше поместье в таком плачевном состоянии. Забудьте и думать о его продаже. Никто не хочет его покупать. Только разве какое-нибудь историческое общество, и то вряд ли. Никаких денег не хватит, чтобы его восстановить. Снести его – и то проблем будет меньше.

– Не думаю, что вы компетентны давать подобные советы, – отрезала Джо. – Но спасибо вам за помощь.

Девушка достала из бумажника стофунтовую бумажку и бросила ее на стол.

– Здесь хватит расплатиться по счету и на чаевые останется, – сказала она и жестом показала Саше, что им пора уходить. Покровская не заставила себя ждать. Ей самой хотелось поскорее уйти подальше от этой неприятной женщины. В глубине души она даже порадовалась, что Джо так беспринципно поставила риелтора на место.

Вышли из паба в пятом часу. Саша не слишком торопилась возвращаться, ведь сегодня ей предстояло ночевать одной в неуютном номере отеля, и она волей-неволей вспомнила то, как славно ей жилось все эти дни у друзей, и как она наслаждалась общением с ними. Покровская понимала, что теперь о таком времяпровождении можно забыть. Приезд старших Клиффордов и жуткие обвинения против Генри полностью меняли ситуацию и не предвещали ничего хорошего.

Джосселин вызвала такси. В машине обсудили все, что узнали, и пришли к мысли, что Дин погиб не просто так. Его явно связывало с убийцей нечто незаконное. Возможно, они не сошлись во мнениях по какому-то вопросу, и Эндерсон поплатился жизнью. Хотя делать окончательные выводы девушки не решались, кое-что из этой встречи Джо для себя все-таки вынесла.

– Это Дин купил голограммы, – поделилась она с Сашей, – он что-то прятал в нашем доме и, чтобы оградить свой тайник от других, поставил такую своеобразную защиту. Надо бы вернуться в поместье и тщательнее там осмотреться.

– Думаю, ты права, – согласилась с ней Покровская и выглянула в окно.

Оказалось, что за беседой девушки не заметили, как автомобиль довез их до отеля и остановился, а водитель ждал, когда клиентка выйдет. Подругам пришлось расстаться. Саша попрощалась с Джо и вышла наружу. Она еще долго провожала взглядом уносившее подругу такси и страдала от мысли, что та едет туда, где ей самой, в отличие от Мишель, места не нашлось.

Вся в печальных думах, девушка поднялась в свою комнату, упала на кровать и прикрыла глаза. Ее одолели невыносимые скука и грусть. Вот она и осталась одна. Зазвонил мобильный. Саша, не веря в свое счастье, схватила его и нажала на кнопку приема.

– Не грусти, несчастная русская мышка, – услышала она в трубке задорный голос Мишель. – Через несколько дней нас ждет незабываемое путешествие на экскурсионном поезде по просторам великой английской земли, – рассмеялась итальянка. – И, естественно, по пути мы заглянем в Бат!

– Жду не дождусь! – воскликнула Покровская, улыбаясь и удивляясь тому, как подруга, которой вовсе не свойственно читать чужие мысли, с легкостью распознает ее настроение и не дает заскучать.

13

Переписка с иностранного сайта Computersandusers.com, приватный чат (записи переведены с английского)

JoYo: Я все-таки разгадаю, кто ты. Я вычислила твой пароль и порылась в твоем компе. Ты что, работаешь на правительство?

BarsOFF: Пока ты пыталась вычислить мой пароль, я перенаправил тебя на какого-то простачка среднего звена в ГРУ. Мои поздравления. Ты его вскрыла. Жди звонков от российских спецслужб.

JoYo: Ты сволочь! (Обиженный смайл).

BarsOFF: Так и быть. Прикрыл тебя. Никто не узнает, что ты там была. Но больше со мной так не шути.

JoYo: А я наконец-то еду в Бат. Выведем программиста на чистую воду.

BarsOFF: Значит, ты все-таки его нашла?

JoYo: Не ты один разбираешься в компьютерах.

Перед путешествием на поезде Мишель решила всех основательно подготовить, особенно Сашу. Она не могла позволить им находиться среди других высокопоставленных англичан без соответствующего гардероба. На предложение Джо «просто порыться в одном из ее платяных шкафов и достать что-нибудь наверняка не ношенное» Мишель только фыркнула. Для нее все, что покоилось в недрах шкафов более, чем два месяца, являлось «древним и вышедшим из моды еще столетие назад». Покровская спросила, почему бы им тогда не совершить набег на один из бутиков Мишель, который располагался в Сохо, но Ринальди и от этого нетерпеливо отмахнулась. Только тогда до Саши и Джо дошло – ей самой до безумия хочется наведаться в «Хэрродс».

Именно там Покровская осознала, что для путешествия по Лондону и жизни в этом городе необходимо иметь немалые деньги. Дело даже не в том, что в магазинах зашкаливали ценники – просто бесчисленные возможности потратить имеющиеся фунты стерлингов сводили с ума! У Саши, никогда особо не любившей шоппинг, разбегались глаза! Чего только не было в витринах улиц Лондона! Особенно ее привлекали маленькие лавчонки, где можно было найти что-то необычное, но Мишель упорно жала на газ и увозила их дальше, к желаемому магазину.

В районе Найтсбридж, куда они направлялись, находились бутики, где делали покупки все идолы моды: певицы, актеры и просто состоятельные люди. В универмаги такого уровня не пускали в обычной одежде! Именно поэтому они, разряженные в пух и прах с подачи Мишель, отправились покорять бастионы «Хэрродс» и «Харви Николс». От тысяч квидов[4] на ценниках у Саши потемнело в глазах, Джо нетерпеливо перетаптывалась с ноги на ногу при виде вешалок с брендовыми вещами, зато Мишель попала в свою стихию! Глаза ее горели, щеки разрумянились, кажется, она была на седьмом небе от счастья. Только поэтому подруги смирились и дали продавщицам позволить приодеть и себя. Покровской стало плохо от услышанной суммы за ее платье, но Мишель жестом пресекла все вопросы и кинула:

– Это тебе подарок на день рождения.

Саша хотела возразить – цена в любом случае превышала все лимиты, но Мишель словно угадала ее мысли и добавила:

– На все оставшиеся до конца жизни. И на Рождество тоже.

Ринальди, удовлетворив своего внутреннего шопоголика, была счастлива без меры. Светилась почище золотых колец в витринах и улыбалась каждому встречному. Подруги вздохнули свободно. Теперь можно было спокойно отправляться в путь.

Развлекательная поездка по Англии на поезде начиналась в районе обеда, и девушки поспешили на вокзал. Когда Мишель объявила, что купила билеты для всех, Саша сразу вспомнила свидание с Паоло в трамджазе. Ринальди такое сопоставление не понравилось, она заявила, что по сравнению с трамджазом поезд, на котором они отправятся, это ресторан на колесах класса люкс, и публика там будет соответствующая.

– Одной моей знакомой там делали предложение руки и сердца, – заявила Мишель. – Это очень романтично, не правда ли?

– Ну, тебе предложение уже братец сделал, а нам с Сашей некому, так что нам эта информация неактуальна, тебе не кажется? – ответила ей Джо.

Ринальди на это уклончиво пожала плечами и, что странно, промолчала. Подруги поняли, в чем причина ее загадочного поведения, только на вокзале Виктория. Там они встретились с Генри, который, по мнению Саши, сегодня смотрелся великолепно, хоть и не посещал вместе с ними «Хэрродс». На платформе девушки неожиданно для себя обнаружили Ричарда. Точнее неожиданно это было только для Джо и Саши. Они посмотрели на Мишель непонимающими взглядами, но та только загадочно улыбнулась и проследовала к молодому человеку. Тот стоял у нужного вагона с букетом цветов. Завидев их, радостно улыбнулся и поспешил на встречу. Вручил Джо букет, поцеловал ей руку и поздоровался с остальными. Саша со страдальческим лицом воззрилась на Мишель и увидела ее самодовольную ухмылку. Да, Покровская не ошиблась – Кристиан тоже скоро будет здесь. Девушка тихонько застонала:

– А вдруг это он убийца?

– Никто из свидетелей на него пока не указал! Со своими беспочвенными подозрениями ты до сорока лет замуж не выйдешь! – огрызнулась Мишель.

Меньше всего сейчас Саша хотела замуж, и тем более за Кристиана, который действительно появился на платформе спустя несколько минут. Он, в отличие от Ричарда, не принес цветов, но зато достал из-за пазухи тонкую коробочку, раскрыл ее и вынул великолепное ожерелье. Покровская охнула, собираясь отказать, но под грозным взглядом Мишель все-таки приняла подарок.

Кристиан свысока посмотрел на Ричарда и бросил ему:

– Букет? Как мило!

Ричард лишь спокойно улыбнулся. Он не собирался вестись на провокацию, и этим вызвал уважение Джо.

– Букет прекрасный, Ричард, спасибо! – решила она его поддержать.

Услышав это, Кристиан скривился.

В поезде было несколько вагонов, каждый именован по-своему. Богатое убранство поразило Сашино воображение. Стены отделаны деревом темного цвета, каждая деталь интерьера четко продумана, вещи дорогостоящие и качественные.

Внутри своей секции молодые люди обнаружили, что будут не одни. На кожаных креслах восседала пара пожилых европейцев, а в полузакрытой кабинке-купе с одиночным столиком расположилась со своим спутником довольно известная в девяностых годах российская певица, которая эмигрировала в Англию. Саша, проходя мимо, случайно увидела ее и замерла, но та не обратила на нее никакого внимания.

Расселись за столики по парам. Покровскую приятно удивила мягкость и удобство кресла, в которое она опустилась. Столы сервировали, и Миша поспешила заметить, что перед ними поставили английский фарфор и положили серебряные приборы.

– Надо написать в ассоциацию британских вампиров. Это же настоящая дискриминация, – усмехнулась Саша, на что Мишель сердито покосилась на подругу, а Генри и Джо рассмеялись, оценив шутку по достоинству.

Совсем скоро поезд тронулся, оставляя за собой перрон вокзала, а постепенно и полюбившийся Покровской Лондон. Сердце ее екнуло в ожидании. Ей не терпелось увидеть суровую красоту английских просторов собственными глазами!

Кристиан, привыкший к подобным видам, даже не думал смотреть в окно. Он легким жестом сдернул салфетку со стола и поманил официанта, заказывая аперитив.

Их столик обслуживал пожилой усатый англичанин. Саша улыбнулась ему. Казалось, это был тот самый дворецкий из многочисленных анекдотов про англичан, и Покровская все ждала, что он вот-вот скажет: «Овсянка, сэр».

Однако, овсянку им так и не подали. Зато были другие наивкуснейшие блюда, названия которых Саша не запомнила. Она слишком волновалась, эмоции захлестнули ее. Путешествовать на поезде по стране мечты, находясь в шикарном салоне, похожем на комнату настоящего замка, было волнующе. Она оглянулась на друзей. Джо о чем-то весело щебетала с Ричардом, Мишель игриво подмигнула ей и приподняла брови. По-видимому, этим она пыталась сказать нечто похожее на: «Давай, переходи к активным действиям в отношении Кристиана».

По правде говоря, Саша наслаждалась тем, что Дарти молчит. И, несмотря на то, что над их столиком висела гнетущая тишина, она не собиралась нарушать ее. Покровская, положив подбородок на руку, с удовольствием и большим интересом смотрела в окно и любовалась мелькающими видами – высокими холмами, покрытыми вереском, и широкими зелеными долами, перемежавшимися с буйными, почти непроходимыми лесами.

Кристиан то и дело бросал на девушку красноречивые взгляды, смысл которых был понятен ему одному. Но только официант, который то и дело подходил и интересовался, все ли их у них хорошо, нарушал безмолвие, которое Саша планировала поддерживать и дальше.

В конце концов, Кристиан не выдержал и велел ему не беспокоить их какое-то время. Саша нахмурилась – это могло означать только одно, теперь Дарти направит все свое внимание на нее. А ей придется отвечать на его неуместные шутки и глупые вопросы.

– Алекса, – Дарти протянул руку через столик и дотронулся до ее ладони.

У Саши не вызвало это прикосновение никакой даже отдаленной приязни, но из вежливости она не стала отстраняться.

– Надеюсь, тебе понравился мой подарок? – Большим пальцем он начал поглаживать ее руку.

– Э-э-э, ожерелье? Да, конечно, спасибо большое. Это так неожиданно.

– Знаешь, в таких поездах всегда остаются свободные места. Мы могли бы с тобой переместиться в другой вагон и занять одно из удобных закрытых купе. Там нам никто не помешает.

Саша вздрогнула и с возмущением вырвала свою руку из хватки Дарти.

– По-твоему, если я русская женщина из небогатой семьи, то меня можно купить твоей побрякушкой? Так вот смею заметить – ты очень заблуждаешься на мой счет!

Ее услышали за соседними столиками. Генри, который сидел к ней спиной, повернулся. Оглядев парочку с ничего не выражающим лицом, он спросил:

– Александра, ты уверена, что не хочешь пересесть к нам?

– Девушка в порядке, Клиффорд, успокойся, – с раздражением одернул его Кристиан. Он злобно взглянул в Сашину сторону и отвернулся к окну.

Покровская проклинала и свою несдержанность, и подругу, которая притащила этого неприятного ей мужчину сюда. И ведь знала же, что у нее нет с ним ничего общего, но все равно, как обычно, поступила по-своему. Теперь и впечатления от поездки изрядно подпорчены. Она всерьез задумывалась над предложением Генри, хоть и понимала, что, по сути, присесть там некуда, но от этих мыслей ее спас бархатный мужской голос, который раздался из динамиков.

– Уважаемые пассажиры, надеемся, что вы наслаждаетесь этой поездкой. Только сегодня мы готовы вам предложить удивительную анимационную программу под названием «Убийство в экспрессе». Приглашаем всех желающих проследовать в обзорный вагон.

Саша обрадовалась – у нее появился веский повод хоть ненадолго избавиться от общества Кристиана. Мишель вскочила на ноги, глаза ее горели. Она подошла к Покровской, взяла ее под руку и утянула в сторону межвагонной двери. Саша оглянулась на Дарти – он проводил ее непроницаемым взглядом. Разумеется, он был недоволен, но ее это мало волновало. Сзади Покровскую подтолкнула Джо, которой тоже не терпелось расследовать новое дело. Саша покачала головой – видимо, это у них с Мишей в крови. Настоящее расследование или нет, Клиффорд и Ринальди просто обязаны в него ввязаться.

Они прошли пару переходов и обнаружили, что не все горят желанием почувствовать себя детективами. Пассажиры оставались на своих местах и продолжали беседу или доедали десерт. Вскоре девушки и следующий за ними по пятам Ричард очутились в самом последнем вагоне – центре светской жизни поезда. Здесь не было обеденных столиков, только несколько кофейных, которые стояли между диванами и креслами. Мебель расставили таким образом, чтобы большие компании могли удобно рассесться и наслаждаться общением и чудесным видом через панорамные окна.

Генри с Кристианом задерживались. Саша решила, что Дарти теперь не соизволит к ним присоединиться. Их четверка села в кресла недалеко от входа, так как остальные места заняли другие гости. Саша заметила, что певица из России тоже пришла вместе со спутником. Покровская осторожно, из-под ресниц, чтобы не привлекать внимания, разглядывала остальных людей. Из всех сливок общества, собравшихся в вагоне для квеста, помимо русской певицы, она узнала только топ-модель из Америки, которая часто мелькала на телевидении. Остальные пассажиры Саше были незнакомы. Люди откинулись на мягкие спинки диванов и кресел, потягивали напитки, обменивались новостями и любовались проносящимися мимо живописными деревнями.

– Мисс! Мисс! – раздалось вдруг сбоку, и Саша, повернувшись, увидела того самого официанта, который обслуживал их с Дарти.

– Мисс, вы оставили на столике свой подарок. Прошу вас забрать его во избежание недоразумений.

Саша вспомнила, что действительно положила коробку с ожерельем на столик. Она знала, что ситуация станет и вовсе неприятной, если она ко всему прочему еще и потеряет подарок Кристиана. Она решила вернуться и отдать его владельцу, поэтому встала и прошла вслед за официантом. Тот все извинялся и оправдывался, мол, ее спутник куда-то ушел, и он просто не знал, что делать с забытой вещью.

Покровская зашла в свой вагон. Поначалу ей показалось, что он пуст, но потом она пригляделась и увидела в глубине помещения двоих – Генри и Кристиана. Причем Клиффорд, в несвойственной ему манере, с силой удерживал Дарти за ворот рубашки. Лица мужчин были напряжены и обезображены искренней неприязнью друг к другу. Саша охнула, и оба повернулись на ее голос. Генри отпустил оппонента, а тот недовольно дотронулся до своей шеи и потер ее.

– Ты меня понял, – с нажимом произнес Генри и пошел к Саше. Кристиан бросил на него полный ненависти и злобы взгляд.

Покровская подошла к столу, за которым сидела, неуверенно подняла оставленную там коробочку, покрутила ее в руках и, переглянувшись с Генри, положила обратно. Дарти скривился в усмешке.

– Не больно-то и хотелось, – высокомерно отозвался он.

– Когда-нибудь ты за все поплатишься, – сквозь зубы процедил ему в ответ Клиффорд, а затем лицо его вновь стало непроницаемым.

Официант, который до этого с тревогой следил за перепалкой, облегченно вздохнул. Ему не хотелось раздувать скандал и тем более вызывать охрану, ведь элитному поезду антиреклама была ни к чему.

Генри и Саша, не сговариваясь, решили присоединиться к друзьям. Оба направились в сторону двери, но вдруг та резко распахнулась, а после раздался жуткий душераздирающий вопль. Покровская от неожиданности тоже закричала. В дверном проеме показался незнакомый бледный молодой человек, в глазах которого читался ужас, страх и непонимание происходящего. Саша, прикрыв ладонями рот, застыла на месте.

Мужчина был ранен. В его ослабленной руке виднелась деревянная рукоятка искривленного ножа. Другой рукой он держался за грудь, пытаясь зажать рану, но кровь расползалась по его белоснежной рубашке, превращаясь в огромное рваное пятно. Он двинулся навстречу Саше, та неосознанно сделала два шага назад и уперлась в Генри. Тот мягко приобнял ее за талию и отстранил, чтобы она не стояла на пути у раненого. Сам он поспешил ему навстречу. Мужчина стонал от боли.

– Пожалуйста, не прикасайтесь ко мне, сэр! – трагически прошептал он.

– Я врач, я смогу вам помочь. – Генри говорил ровным спокойным голосом.

– Вы уже ничем не сможете мне помочь, – простонал тот, покачнулся, рухнул в одно из кресел и затих.

14

– Бог мой! Что же нам делать?! Что делать? – в исступлении и на русском забормотала Саша. Она была шокирована, обескуражена и даже не понимала, что говорит на родном языке, который здесь никто не знает. Тут «труп» неожиданно ожил и закашлялся.

– Ох, он еще жив! – Саша взбодрилась и перешла на английский: – Генри, ты сможешь ему помочь?!

Клиффорд все еще хмурил брови и не отвечал.

– Здесь что-то не так. Он ведет себя… неправильно.

– Да что же ты стоишь, как истукан?! Очень сложно вести себя, как описано в медицинской энциклопедии, когда тебя только что ранили ножом!

Она оттолкнула Клиффорда, подскочила к раненому и склонилась над ним, пытаясь расслышать, что он хочет сказать.

– Пожалуйста, – прохрипел умирающий, – пожалуйста, только не прикасайтесь ко мне.

– Почему? – недоумевала Саша.

– Вы можете… испачкаться в искусственной крови.

– Что-о-о?! – воскликнула Саша, а «умирающий» резко выпрямился, расхохотался и, глядя на ошеломленную Покровскую, отщипнул от лежавшей на столе ветки виноградинку и проглотил ее.

– Добро пожаловать на «Восточный экспресс»! Я в группе аниматоров, играю роль трупа! Забавно, знаете ли, видеть такие лица, как было у вас сейчас.

– Ты мне все измазал! – где-то за спиной Саши вскричал официант.

Она вздрогнула. За всеми этими событиями девушка и забыла, что в вагоне есть кто-то еще, кроме них. Тут же послышался хлопок двери. Кристиан, не попрощавшись, ушел в другой вагон.

– Вечно от вас одни неприятности! Ведь просил же быть осторожнее!

– Меня прислали за этими двумя участниками. Это все, что я должен знать. Та итальянская леди с пеной у рта кричала мне: «Ты должен привести их сюда любым способом! Без них игра не будет игрой!»

– Да уж, хороша игра… – Покровская передернула плечами.

– Но ведь вы же поверили? – ухмыльнулся парень. – Молодец я? Учусь в Королевской академии драматического искусства[5], а в каникулы подрабатываю. Я отличник, если что.

– Вот что, отличник, – процедил Генри, – роль ты свою выполнил, мы сейчас же присоединимся к «расследованию». А ты останешься здесь и поможешь этому джентльмену все прибрать.

– Вот еще! – возмутился тот. – Я аниматор, а не уборщик!

– Если ты не сделаешь это, то и вовсе станешь безработным, – спокойным голосом пообещал Клиффорд.

Парень сник, но потом снова оживился.

– Но ведь я смог обмануть даже вас, доктор! «Я врач, я смогу вам помочь», – очень похоже передразнил он Генри. – Это было здорово!

Но его уже никто не слушал. Саша и Генри поспешили к выходу. На прощание они оглянулись, и Покровская увидела, как Клиффорд сделал легкое движение пальцами, означающее, чтобы окровавленный молодой человек пошевеливался. Тому ничего не оставалось, как приняться за уборку.

Генри и все еще взбудораженная Саша отправились в обзорный вагон. Там вовсю велось «расследование». Один из самозваных Шерлоков рассказывал другим играющим какие-то занятные вещи о ножевых ранениях. Он признался, что в реальности работает судмедэкспертом, и показывал, какие следы остаются от ударов с левой или с правой стороны. Окровавленная девушка, по-видимому, вторая «жертва» местного «маньяка», лежала посреди вагона на кушетке, накрытой белой простыней, демонстрируя стройные бока и изо всех сил стараясь не хихикать.

Мишель, которая ближе всех подобралась к ведущему, внимательно слушала его и задавала вопросы. Она повторяла за ним движения, будто готовилась нанести кому-то удар в сердце. Заметив Сашу и жениха, она улыбнулась им и позвала присесть рядом.

– Вас только за смертью посылать! – сказала она.

– Как ты угадала?!

Ринальди удивленно взглянула на подругу, а Покровская рассказала ей, как их разыграл студент театральной академии.

– Вот молодец, – засмеялась Миша, – мне он сразу показался смышленым. Он тут в таки конвульсиях бился, что мы все поверили!

– Кто мог подумать, что роль трупа играть так непросто! – поддержала ее Джо и указала на девушку, которая не сдержалась, открыла глаза и расхохоталась.

– Я боюсь щекотки, – призналась она судмедэксперту, который притронулся к ней пальцем.

По вагону пробежала волна смешков. Тем временем поезд начал замедлять ход. По прошествии полутора часов они приближались к первой остановке.

– Ни одно расследование не может обойтись без копания в прошлом предполагаемого преступника, – раздался из динамиков все тот же бархатный голос. – Поэтому сейчас вы, дорогие детективы, сможете очутиться в городке, где родился и вырос наш предполагаемый убийца. Вы посетите его дом и осмотрите его комнату. У вас два часа на любование городом. Попрошу не опаздывать. После отправления поезда вы сможете сравнить увиденное и поделиться наблюдениями.

– Наша цель не в этом, – сразу заявила Мишель подругам. – Пока все осматривают дом убийцы из Бата, мы должны наведаться к создателю сайта.

– Что, мы пойдем туда впятером? – уточнила Саша.

– Вообще-то я планировала отправить мальчиков на экскурсию… кстати, а где Кристиан?

– Наверняка предлагает уединиться какой-нибудь более податливой даме, – усмехнулась Покровская.

– Эх, ты! – Ринальди неодобрительно покосилась на нее. – Эдак мне еще долго придется с тобой нянчиться!

– Я не прошу тебя со мной нянчиться! – возмутилась Саша.

– Ладно, – смирилась та. – Пойдем, а то все вернутся, а мы и уйти не успеем.

Бат оказался небольшим древним городком с кучей достопримечательностей: старинная ратуша, площадь королевы, красивые парки и готическая аббатская церковь. С самых древних времен английская элита приезжала сюда поправить здоровье. Ученые предполагают, что минеральным источникам, прославившим город, более десяти тысяч лет.

Во время прогулки гид сыпал историческими справками. Оказалось, что именно здесь венчали на царство первого короля объединенной Англии. По сути, город этот в свое время считался центром общественной жизни. Многие английские писатели рассказывали в своих романах об этом месте и описывали здешнее общество, как сборище чванливых и изнеженных особ.

Это был один из тех уголков мира, где мало что поменялось за столько лет. Серые каменные здания, подернутые поволокой старины. Темные, неприветливые постройки, одновременно завораживающие и гнетущие, тянулись друг за другом и уводили прочь из мира реальности в очень далекое прошлое.

Саша, начитанная и, несомненно, желавшая попасть в Бат, сейчас была настроена не так оптимистично, даже несмотря на то, что климат здесь, в отличие от многих других частей Англии, мягкий и приятный. Может, из-за ситуации с Кристианом, а может, из-за собственных невеселых дум, все вокруг ей казалось мрачным и непривлекательным. Однако и Джо, и Мишель, наоборот, заметно воодушевились. И, как только гид потянул вереницу своих подопечных в сторону дома, где якобы проживал возможный «маньяк-убийца», Ринальди подала знак. Девушки отделились от общей компании и незаметно свернули с тропинки возле парка «Виктория».

– Генри, конечно, будет недоволен. – Мишель вздохнула, и они, сверившись с программой на телефоне, отправились в сторону дома разработчика сайта.

– Ричард тоже будет бурчать, – хмыкнула Джо. – Он вообще-то очень милый, но занудный, не то что…

– Серж? – догадалась Миша. – Жду – не дождусь, когда увижу этого твоего таинственного русского.

– Ты чего это? – удивилась Клиффорд.

– Надо же поблагодарить его за такие умные программки!

Джо смешалась, не зная, что ответить, но быстро выкрутилась:

– Одной Саше хорошо, отфутболила бойфренда, и теперь делает, что хочет.

Им повезло, что программист жил не так далеко от места проведения экскурсии. Дверь открыл высокий парень с длинными вьющимися волосами. Такие грязные, сальные космы девушки давно не встречали. Они не представляли, когда он мыл их в последний раз. Да и сам молодой человек выглядел неопрятно в своем мятом, дырявом белье. Один взгляд на него заставил троицу скривиться от отвращения. Парень в ответ уставился на нежданных гостий, но покорно пропустил их внутрь.

– Чего вам надо?

Девушки огляделись. Программист не был и поклонником уборки: повсюду пыль, на кухонном столе не убрано, а на полу валяются куски пиццы. Видя, что подруги слегка растерялись при виде такого бардака, Джо решила взять инициативу в свои руки. Она вошла в комнату, подошла к компьютеру и набрала на нем адрес сайта.

– Скажи, ты его сделал?

Парень нахмурился.

– А вам какое дело?

Тут очнулась Мишель.

– Вот что, дружочек, – сказала она и начала наступать на программиста.

И хотя девушка была намного ниже его, тон, с которым она говорила, подействовал и заставил молодого человека отступить.

– Как тебя зовут?

– Волдеморт, – глухо ответил тот.

– Волде… как?! – Ринальди даже подавилась. Большей глупости она в своей жизни не слышала.

– Волдеморт, – послушно повторил тот.

– В общем, э-э-э… ты… вол… осатик, – выкрутилась Мишель. – Если ты сейчас же правдиво не ответишь на наши вопросы, очень скоро сюда приедет полиция и начнет допрашивать в самой грубой форме. Ты этого хочешь?

– Нет! – испуганно замотал головой парень.

– То-то же! – Мишель победно взглянула на подруг. – Тогда говори – ты создал этот сайт?

– Ну, я, а что?

– Кто заказчик?

– Англичанин. – Парень пожал плечами и почесал затылок. – Денег заплатил – копейки. Соответственно, и сайт простецкий.

– А у англичанина имя есть?

– Представился как Дэниэл Рэдклифф.

– Серьезно? Актер?! – Мишель подскочила.

Волдеморт заржал и опустился в пыльное замызганное кресло. Мишель подошла к молодому человеку поближе и с неприязнью ткнула тонким пальчиком его в грудь.

– Ты что, так и не понял? Парень, ты попал в нехорошую историю, связанную с тройным убийством, – не краснея, соврала Ринальди.

Компьютерщик оторопело посмотрел на нее, вскочил с кресла и попятился. Наткнулся на какие-то коробки, шлепнулся и забарахтался, как перевернутая черепаха. Джо не смогла сдержаться и рассмеялась. Саша прыснула, пряча усмешку в ладони. Мишель продолжала уверенно наступать на свою жертву. Тот увидел девушку, снова вскочил и затараторил:

– А что я? Что я-то?! Я только сайт сделал. Никого я не убивал!

– Ага-а-а! Совесть нечиста? – издевалась Ринальди, хотя прекрасно понимала, этот зануда максимум, что мог, это стрелять в зомби в какой-нибудь компьютерной игрушке и покуривать травку.

– Питер Фелтон! – выкрикнул Волдеморт. – Питер Фелтон его зовут. Странный хилый старичок. Очки с такими то-о-олстыми линзами! Он запросто может быть ненормальным ученым! А такие кого хочешь прикокошат! Ищите его! – Парень внезапно замялся. – Но у меня его адреса нет! Я, знаете ли, работаю инкогнито.

– С адресом мы как-нибудь сами разберемся, – все еще посмеиваясь, заверила Джо. – А имя-то у тебя настоящее есть? Или это мама наградила тебя собачей кличкой?

– Вообще-то меня зовут Стив, – обиделся компьютерщик, – и это не собачья кличка. Это имя Темного Лорда!

– Ах, ну конечно. – Клиффорд это нисколько не впечатлило. – Фамилию свою скажи, лорд.

– Это еще зачем?

– В протокол внести, дурень!

– Не надо меня в протокол! – испугался Стив. – Я же все вам рассказал.

– А, ну его! – Мишель передернула плечами. – Пойдемте, девочки! Нам здесь делать больше нечего.

– Вот уж, кто настоящий маньяк, – высказалась Саша, когда они вышли на улицу и направились в сторону остановки поезда.

Свою группу они нагнали только у входа на вокзал города Бат. За время дороги успели обсудить и встречу со Стивом, и адрес Питера Фелтона. «Волшебный» телефон Джо выдал полное досье, из которого, к сожалению подруг, они ничего интересного или нового для себя не узнали. Обычный человек. Жил на окраине Лондона. Давно занимался учеными трудами. Любил конструировать. Оборудование для трансляции голограмм придумал не так давно, и оно не успело получить массового распространения. Их приобрело несколько магазинов для рекламы своего товара и пара частных лиц для неизвестных целей.

Генри и Ричард, увидев девушек у входа в здание вокзала, крайне удивились. Клиффорд уже собирался звонить в полицию, потому что их внезапное исчезновение насторожило его. Мишель успокоила молодого человека и рассказала, кого они посещали. За что получила от жениха порцию нотаций и предостережений. Ричард, которого не просветили, куда и зачем они пропадали, надулся. В общем вагоне он отсел от них подальше и насуплено посматривал оттуда на Джо. Та игнорировала обиду ухажера, ей сейчас было не до него. Она уткнулась в свой телефон и изучала по базам Сержа последние передвижения мистера Питера Фелтона.

Пока другие пассажиры и Мишель вовсю обсуждали детали игрового расследования, Джо и Саша пытались оценить полученную ими информацию.

– Никаких билетов за последние дни этот Фелтон не покупал. Значит, он в Лондоне. Нужно его навестить по приезде. Хотя уверена, именно Дин купил голограммы, – поделилась младшая Клиффорд мыслями.

– И зачем ему все это? Что он хотел скрыть? Все как-то странно и пока никак не связано. И вообще, не пытался ли он отомстить, ну или просто напугать Генри? Может, пошутить хотел? – предположила Саша.

– Зачем ему это? – не поняла Джо.

– Ну, мало ли? Он знал, что поместье принадлежит вам. В какой-то день твой брат все равно наведался бы туда. Может, он вообще просто хотел заснять его шок на камеру и потом… ну не знаю… выложить на «Ютуб», но его убили, и он не успел осуществить задуманное.

– Если так, то поиски второго человека, про которого говорила риелтор, бесполезны. Может, это просто шутник, решивший поддержать Дина, обычный сотрудник больницы? Тот же Кристиан. Кстати, где он, интересно?

– Вот уж это мне совсем не интересно. Они с Генри повздорили, – поделилась Саша и взглянула в сторону Клиффорда.

Тот что-то сказал Мишель и тихо, чтобы не мешать «расследованию», вышел из вагона.

– Из-за чего? – удивилась Джо.

– Понятия не имею. Может, из-за меня? Он слышал, что Кристиан предлагает мне уединиться.

Младшая Клиффорд задумалась. Она не понимала поведение брата. Чего это он вдруг решил заступиться за Сашу? Одно дело, если бы Кристиан предложил уединиться Мишель. А эта девушка вроде свободна, да и век сейчас не четырнадцатый, слава Богу. Тут сплошь и рядом делаются подобные предложения, еще и от менее приятных личностей.

– Ладно, будем считать, что мой брат просто истинный джентльмен, – вслух сказала она и улыбнулась.

Покровская, которой ход мыслей Джо был неизвестен, удивленно приподняла бровь.

– Не обращай внимания.

Ринальди все это время не следила за подругами, целиком и полностью посвятив себя расследованию. Она отчасти жалела, что не побывала в доме «маньяка», где остальным членам группы рассказали о его личной жизни. Оказалось, его ненавидела родная мать, а отчим бил. Именно это и развило в нем желание мстить.

– Все понятно! – Мишель покачала головой. – Несчастный ребенок, взращенный в невзгодах. Понятно, почему он стал Чикатило. Вопрос в другом. Я… – Девушка замялась. – Не рассмотрела в его доме. Кто-то видел его семейные фото или… ну, я не знаю, залез к нему в компьютер? Мало ли, может, он ведет страничку в соцсетях?

Остальные члены группы удивленно на нее покосились. Этого они не сделали. Мишель вскочила на ноги и взволнованно засеменила по вагону туда-обратно. Поскольку поезд был в движении, ее то и дело покачивало из стороны в сторону, но она уверенно держалась на ногах.

– Господин Шерлок, – обратилась итальянка к судмедэксперту, который помогал им вести расследование, – как вы считаете, предполагаемый убийца среди нас?

Аниматор улыбнулся. Тон, которым говорила Мишель, его явно позабавил.

– Да, – ответил он, – и даже может быть одним из наших сегодняшних гостей. К чему таить, мы же могли предложить эту роль любому из вас.

– Вот уж не думаю, – хмыкнула Ринальди и всезнающим взглядом Пуаро окинула присутствующих.

Вместе с гостями, чуть поодаль, сидел аниматор, который напугал Сашу и Генри, и девушка, игравшая роль трупа. Оба переоделись и следили за происходящим с нескрываемым интересом.

– У вас есть какие-то конкретные предположения? – «Шерлок» издал неопределенный звук, похожий на смешок.

– О да. Не предположение. А точное имя убийцы… – замялась Мишель. – Ну, может, и не имя. Но я знаю, кто это.

Итальянка, довольная собой, театрально вздернула носик и посмотрела на гостей вагона свысока. Все воззрились на нее. Она объяснилась:

– Поскольку наши аниматоры играют из рук вон плохо… Шерлок, извините, не хотела вас обидеть, я положусь на свою женскую интуицию. Поэтому… Уно, дуэ, тре, куаттро. Знаешь, как водить приятно! – Мишель вспомнила детскую считалочку и повела пальцем по кругу, останавливая его, но ненадолго, то на одном, то на втором, то на третьем госте.

Присутствующие следили за ее действиями в нетерпении, а она продолжала считать.

– Уно, дуэ, тре, куаттро.

А тебе…

Девушка звонко рассмеялась и указала на актера драматической школы.

– … водить обратно! Я считаю, это он!

– Что? Как?! Он же был убит! – послышалось с разных сторон.

Аниматоры искренне веселились. Джо и Саша понятия не имели, как подруге вообще удалось что-то разгадать, когда она все это время была вместе с ними, но они и не верили до конца, что она права.

– Читать книги надо, – нравоучительно произнесла Мишель. – «Убийство в Восточном экспрессе» – произведение Агаты Кристи. Я сопоставила факты и вспомнила другой ее детектив. Там убийца представился мертвым, и на него никто не подумал. Так и наш маньяк! Он разыграл свою смерть, чтобы отвлечь от себя внимание. Хитрый план! Но не настолько хитрый, чтобы обмануть меня.

– Браво! – закричали актеры. – Браво! Истинный Шерлок сегодня – эта девушка!

Они бросились ее поздравлять. Началась суматоха. Вошел Генри. Он, озадаченный, отошел в сторону Джо и Саши. Те быстро объяснили ему, в чем, собственно, дело. Мишель вырвалась из толпы поздравлявших и направилась к друзьям.

– Но как? – ошарашено спросила Покровская.

– Чему ты удивляешься? – усмехнулась Миша. – Я гений… – а потом тихо, чтобы никто ее не услышал, шепнула друзьям: – А вообще, я случайно подслушала разговор аниматоров и поэтому давно знала ответ.

– Мишель! – Саша укоряюще посмотрела на нее. – Но это же нечестно!

– Т-ш-ш, – шикнула на нее подруга. – Какая разница? Все равно уже подъезжаем, смысл тянуть с расследованием и дальше?

– Ну ты… А, впрочем, не буду с тобой спорить. Пойду лучше… припудрю носик перед прибытием, – сказала Саша и, раздосадованная, направилась в сторону туалетной комнаты.

– Не советую. – Генри попытался остановить ее. – Мне кажется, там сейчас убираются. По крайней мере, я слышал какие-то звуки, когда проходил мимо.

– Ничего страшного, пройдусь до следующего вагона, – ответила Саша и ушла.

В тамбуре она, однако, не заметила ни уборщиц, ни полагающегося им инвентаря. Посчитав, что Генри только показалось, Александра смело открыла дверь, и тут на нее упало что-то тяжелое. От неожиданности девушка вскрикнула и оттолкнула от себя странный предмет. Посмотрела на него и закричала во всю силу. Моментально сбежались все пассажиры их вагона. Те, кто соображал побыстрее, начали гоготать в голос. Покровская стояла в оцепенении и смотрела на пол туалета. Там, в луже крови, без движения, с разодранным горлом лежал Кристиан Дарти.

– О, Боже мой! – Покровская зажала рот рукой, ее подташнивало.

– И вновь удачный розыгрыш! – вскричал пожилой европеец и захлопал в ладоши. Мужчины и женщины начали вторить ему.

– Право, это скоро войдет у нас в привычку – видеть окровавленные трупы! – кокетливо отозвалась одна из дам, и пассажиры поддержали ее хохотом.

Но Покровская не разделяла их веселья. Она смотрела на Дарти, не мигая. Кристиан превосходно играл свою роль. Он не моргал, не хихикал и не дышал. Саша трясущимися руками прикоснулась к сонной артерии на его шее и вскочила. Ее колотило.

– Он мертв, – отрывисто произнесла она.

Ответом ей послужил гогот собравшихся.

– Он мертв! – еще громче повторила она.

К ней приблизился Генри. Он быстро наклонился, повторил движение Саши и выпрямился.

– Он действительно мертв, – сухо доложил он затихающей толпе.

– Значит, убийца не он… – тихо проговорила шокированная Ринальди.

Саша и Мишель, не сговариваясь, посмотрели друг на друга и поняли, что думают об одном и том же и понимают друг друга без слов. Генри отлучался, никто не знает, куда именно. И теперь в их вагоне лежит мертвый Кристиан. Покровскую скрутило, когда она вспомнила Клиффорда, который схватил Дарти за воротник, угрожающе произнес: «Ты меня понял?», и пообещал, что тот за все поплатится.

Поднялись крики. Судмедэксперт, теперь без ухмылки на лице и без доли иронии, осмотрел тело.

– Убит ударом в сердце. Удар нанесен левой рукой. Горло – отвлекающий маневр, чтобы крови было побольше.

– О Дио[6]! – Миша со всей силы вцепилась в руку Саши и закусила губу.

– Что?!

– Генри… – пролепетала Мишель. – Ведь он… ведь он – левша.

15

Поезд прибыл на вокзал Виктория, где его уже ожидала полиция. Специальный отряд оцепил вагоны и не выпускал пассажиров. Мало кто знал, что произошло, и поэтому люди, не участвовавшие в анимационной программе, были шокированы подобным задержанием. До позднего вечера команда следователей опрашивала свидетелей. В вагонах экскурсионного поезда стоял гвалт. Обеспеченная публика была вне себя от негодования.

Мишель, Генри, Джо, Сашу и Ричарда увели в отдельное купе и приказали рассказать все, что те знают. С ними в комнате находился судмедэксперт-аниматор. Он мрачно смотрел на происходящее и то и дело поглядывал на Клиффорда. Казалось, «Шерлок» не сомневается в том, кто убил Дарти.

Вызвали официанта, заставшего спор Генри и Кристиана, и он в красках поведал, что именно произошло между этими двумя, а потом указал на Сашу, как на главную свидетельницу, и той пришлось подтвердить его слова. Девушка не поднимала головы, старалась не вдаваться в подробности и рассказывала сухо, боясь взглянуть в глаза друзьям.

Генри, чувствуя, к чему все это ведет, расположился в кресле. Он, в отличие от Покровской, выпрямился, насколько это было возможно, и высоко поднял подбородок, ничуть не смущаясь выглядеть надменным. Джосселин плакала, Мишель стояла бледная и задумчивая.

Долго ждали следователя по делу Дина Эндерсона. Первое, чем он поинтересовался – это наличие отпечатков пальцев. Оказалось, на Дарти не было ни одного лишнего.

Широкий нож для разрезания мяса, который валялся в туалете, где нашли тело, тоже был чист, не считая подсыхающих на нем багровых капель крови. Орудие убийства украли прямо из столового вагона поезда. Повара и другие официанты никого постороннего там не видели, но все они отсутствовали во время остановки в Бате, так что любой мог пробраться туда незамеченным и взять, что угодно.

Генри отвечал на вопросы полиции с тем же высокомерным выражением лица, как в прошлый раз. Он объяснил свою стычку с Дарти тем, что тот оскорбил подругу его невесты, и он не смог этого снести. Да, он с удовольствием ударил бы его за беспардонное поведение! Но убивать – нет!

Снова понеслись вопросы о том, что именно могло связывать их с Дином, а теперь и с Кристианом. Кто-то явно ополчился на сотрудников хирургии частной клиники, в которой они работали. И дело принимало опасный поворот.

Ричард признался, что чувствует себя дискомфортно, ведь он ассистировал Эндерсону. Он спросил полицейских, не может ли и ему в таком случае грозить опасность. Полицейские ответили четко: «Нет, если, конечно, вы не состояли с двумя ныне почившими в каком-нибудь незаконном сговоре». Тот поклялся, что не только не состоял, но еще и никогда не слышал ни о каких противоправных действиях в больнице.

В конце концов, отпустили всех, кроме Генри. Его готовились отвести в участок до конца разбирательства, так как большинство улик было против него. Ему надели наручники и вывели наружу, но на улице Клиффорда встретили родители и несколько адвокатов. Мать, бледная и расстроенная, подбежала к сыну и обняла его. Джосселин бросилась к отцу и разрыдалась теперь уже на его плече. Под напором юридически подкованных специалистов и звонка от начальства следователь нехотя отпустил Генри. Однако отметил, что с сегодняшнего дня тот под домашним арестом, и к его дому направят полицейских для дежурства.

Когда все разрешилось в пользу Генри, Ричард отозвал все еще хлюпающую носом Джо в сторонку и сказал:

– Я, пожалуй, поеду. Если захочешь поговорить, звони в любое время.

Потом он вежливо попрощался со всеми, поймал такси и уехал. Саша, глядя ему вслед, мечтала оказаться где-нибудь в другом месте. Она не знала, как себя вести.

– Ох, Генри, – причитала миссис Клиффорд, – это твое врожденное чувство справедливости не доведет тебя до добра!

Джо успела рассказать родителям, что в поезде брат поцапался с Кристианом из-за Саши.

– И зачем ты вступился за незнакомую девушку?! Он же не задевал чести Мишель! Какое тебе дело до других?!

Покровская стояла ни жива ни мертва. Теперь наверняка Клиффорды предпочтут ее больше никогда не видеть. Но она и сама чувствовала себя виноватой. Единственное, что мучило ее еще сильнее, так это ход самого расследования. Неужели убийца Генри? Он умен, чтобы не оставлять лишних улик. Он всегда спокоен и уравновешен, и мог бы задумать нечто подобное. И, в конце концов, он хирург! А судмедэксперт сказал, что удар был четким. Такой мог сделать только тот, кто вполне себе представляет, где именно располагаются жизненно важные органы.

Эти неоспоримые факты вводили ее в такой ступор, что она не сразу заметила, как Мишель подталкивает ее в сторону стоянки.

– Поехали, я отвезу тебя в отель! Нам срочно нужно переговорить! – бросила она, раздражаясь, что подруга ее не понимает.

Покровская кивнула, и, спешно распрощавшись с Клиффордами, девушки отправились к машине.

– Еще не факт, что это он, – негромко произнесла Саша, пытаясь утешить Ринальди. Та непонимающе посмотрела на нее.

– Не факт, что… кто? – И тут до нее дошло. – Алекса, мы, кажется, уже обсуждали! Это не Генри! Слышишь! Не позволю тебе так думать!

– Но ты… – растерялась Саша. – Мне показалось, что там, в поезде… ведь именно ты вспомнила, что Генри левша! К тому же… не отрицай! Все улики против него!

– Все эти улики косвенные! Иначе бы его так просто не отпустили, хоть позвони им сама королева!

На светофоре загорелся красный свет. Мишель не сразу увидела этот сигнал, поэтому резко затормозила. Позади раздались недовольные гудки. Саша не стала оглядываться.

– И что тогда? Какие мысли бродят в твоей голове, Шерлок?

– Ты как всегда ничего не поняла, Ватсон, – съязвила Миша. – Кто-то упорно пытается подставить моего жениха. И вот это как раз неоспоримо! Уж не знаю, насолил он кому или просто под руку попался…

– Как знаешь. – Саша устало отмахнулась. Ей и самой идея подруги нравилась больше, чем ее собственная.

– Сегодня заночую с тобой в отеле, – оповестила Мишель. – Завтра поедем к Фелтону.

В номере Саши была одна большая кровать, и она незамедлительно об этом сообщила. Ринальди нисколько не смутилась и на предложение Покровской взять другой номер ответила грубым отказом.

– Предпочитаю в гостиницах не ночевать одна, – отчеканила она. – Потерпишь меня одну ночку, ничего не случится. Главное не храпи, или получишь тычок в бок.

По дороге подруги заехали в магазин, Миша купила себе одежду на завтра, зубную щетку и ночную сорочку. С последним предметом случился полный конфуз. Оказалось, что в небольшом бутике Уинчестера нет шелковых, привезенных из самой Японии, коротких пеньюаров. И если Сашу это нисколько не удивило, то Мишель разъярилась и долго разносила в пух и прах несчастных продавцов. Порядком потрепав им нервы, девушка наконец выбрала лучшее из того, что было, и вышла наружу. Менеджер магазина вздохнула с облегчением.

– Зачем ты вообще едешь со мной? – Покровская злилась на поведение подруги. – Не лучше ли сейчас быть рядом с женихом? Поддержать его?

– Позвоню ему из гостиницы, – бросила та. – Нам многое надо обсудить.

Но «многое обсудить» и бутылка виски, которую она заказала на ресепшене по приезде, никак между собой не сочетались. Усталость от поездки, нервное потрясение и спиртное подействовали на итальянку так быстро, что только она коснулась подушки, как с ее стороны раздалось мирное посапывание. Саша укрыла девушку легким одеялом и взглянула на телефон Мишель. Он стоял на беззвучном режиме, но на экране светилась надпись: «Любимый».

Саша вздохнула. Взяла телефон и нажала кнопку приема. Она на цыпочках вышла из номера и прошептала:

– Алло.

– Саша? – спросил удивленный Генри. – А где Мишель?

– Она решила остаться у меня. Выпила бокал виски и уснула. Ничего, если я не буду ее поднимать?

В трубке послышался тяжелый вздох.

– Она мне не верит? Думает, это я?

– Ох, Генри! Ну что ты! – Саше стало нестерпимо жаль его. Его счастливая жизнь рушилась прямо на глазах. – Никто тебя не винит! Она просто… ты знаешь… она просто хотела все обсудить, придумать план твоего спасения и… уснула.

Генри тихо рассмеялся. Какое-то время он помолчал, видимо, собираясь с мыслями, а потом спросил:

– Как ты сама? Ведь это ты… ты первая увидела его… а я не нашел времени поговорить с тобой. Ты, наверное, в шоке? Думаю, от Мишель сочувствия ты не дождешься. – Он глухо посмеялся. – Но ты должна знать, что я всегда рад помочь тебе, чем смогу.

Саша обомлела, а сердце ее гулко забилось. Как мог он, когда над ним нависли несправедливые обвинения и домашний арест, думать о ком-то другом… о ней? Она вспомнила Павла, который никогда не был так мил или внимателен. Нет, Генри действительно отличался от многих. И Мишель правда очень повезло.

– Все в порядке, – сказала она, – не волнуйся, я справлюсь. Подумай лучше о себе. Кто-то хочет тебя подставить, – повторила Покровская слова подруги. – Ты должен вспомнить всех, кто может завидовать тебе или мстить. И если вспомнишь… любой факт! Любой! Сразу обращайся в полицию!

– Спасибо за заботу, – ответил Генри. – Твоя поддержка неоценима! И я обязательно подумаю, обещаю тебе.

Договорив с Клиффордом, Саша отключила телефон и осторожно, словно мышка, вернулась в комнату. Мишель продолжала спать, натянув покрывало на самый нос. Покровская улыбнулась. От разговора с Генри ей стало легче.

Перед сном девушка успела набрать сообщение Джо: «Завтра едем к Фелтону». Минуту спустя пришел ответ: «Буду у вас в десять утра». Саша обрадованно вздохнула и спокойно уснула.

На следующее утро Клиффорд прибыла точно к назначенному времени. Саша была готова к выходу. Мишель, одетая и накрашенная, недовольно осматривала себя в зеркало. Она поверить не могла, что ей пришлось напялить эту «дешевку». Выглядела она замечательно, но продолжала страдать от того, что и материал не такой, и стежки сделаны грубо. В итоге она так разозлила Джо, что та не смогла сдержаться и прикрикнула на нее:

– Мишель! Ты в своем уме? Мой брат и твой жених того и гляди окажется за решеткой, а ты беспокоишься из-за платья? У тебя когда-нибудь появится хоть толика совести?

– Совестью и скромностью украшают себя только те, кому нечем себя больше украсить, – заявила Миша, но от зеркала оторвалась. – И вообще, когда мы уже поедем? Сколько можно вас ждать?

Обе ее подруги охнули от такой наглости. Итальянка, чтобы не получить от них оплеух, быстро побежала вон из номера. Девушки высказали друг другу все, что думают о Ринальди, и в негодовании отправились за ней.

В машине Джосселин рассказала то, что ей удалось узнать о Пайнсмите, человеке, который был в контрах с Дином. Ее информация оказалась неожиданной. По данным с телефона Сержа, он вернулся в Англию несколько дней назад и первым делом приобрел железнодорожный билет.

– И на какой, как вы думаете, поезд? – спросила она у подруг.

Те молча переглянулись, но не высказали своих подозрений. Джо и без слов поняла, что они догадались, и только на всякий случай добавила:

– Наш с вами экскурсионный! Можете вы себе это представить?

– Это не может быть совпадением! – предположила Саша.

– Какой тогда смысл ехать к Фелтону?! – воскликнула Мишель. – Предлагаю сразу навестить нашего убийцу!

– Нашего предполагаемого убийцу, – поправила Джосселин. – Мы пока не знаем ничего точно. Плюс, чем больше сведений соберем, тем проще будет его обвинить.

– Решено, – быстро согласилась итальянка. – Сначала изобретатель. Потом псих, проредивший ряды хирургов клиники Генри.

Но этот день был поистине неудачным, о чем девушки догадались сразу, как только подъехали к дому Фелтона

Небольшое старое строение расположилось на обычной английской улочке, где здания стык в стык прилегали друг к другу. Девушки вышли из машины и подошли к нужному крыльцу. Ничто не выдавало присутствие хозяина в доме. Оконные жалюзи задернуты, пожухлая трава небольшого газончика пожелтела, словно ее давно не поливали, а почта и газеты кипой лежали у двери.

Мишель, ни на что не рассчитывая, позвонила в звонок несколько раз. Ответа не последовало. Она ступила с асфальтированной дорожки на потрескавшуюся землю под окнами и попыталась заглянуть внутрь гостиной. Рассмотреть что-то сквозь жалюзи не удалось, и девушка с досадой притопнула ногой. Естественно, каблук ее туфли сразу же вошел в землю до основания.

Миша попятилась, подворачивая лодыжку, но успела ухватиться за кирпичную стену и устояла. Громко припоминая все итальянские ругательства, девушка вытащила ступню из застрявшей в земле обуви и запрыгала на одной ноге. Саша подбежала, чтобы помочь ей, а Джо проигнорировала обеих, поднялась на крыльцо, собрала в охапку газеты и письма и стала их рассматривать.

– Счета двухнедельной давности, – огласила она. – Очень и очень странно. В моей программе нет никаких данных о его перемещениях.

– Может, он уехал на машине, а не на общественном транспорте? – предположила Покровская, вытаскивая туфлю Мишель из земли и протягивая ей. Та быстро обулась и вышла на асфальт.

– Его машина, синий древний пикап, тоже у меня под наблюдением. Ни одна камера его нигде не засекла, – с сомнением ответила Джо.

– Слушай, тебе бы в полиции работать, – удивилась Мишель осведомленности подруги и, на этот раз огибая газон по асфальтированной дорожке, просеменила до встроенного в дом гаража. Заглянула сквозь дыры внутрь.

– Тут твой пикап, – крикнула она оттуда и поспешила обратно.

– Ну и что вы думаете? – спросила Саша, когда итальянка поравнялась с ними.

– Налицо еще один труп. – Миша приблизилась к входной двери и начала что-то вынюхивать в проемах между косяками.

– Думаешь, он лежит там и спокойненько разлагается? – усмехнулась Джо.

– Ведь пахло бы, да? – неуверенно спросила Ринальди. – Все-таки столько времени прошло…

– Да ну тебя! – Саша скривилась и отмахнулась от подруги так, словно та и была залежавшимся трупом.

Покровскую начало подташнивать, а перед глазами возник образ окровавленного Кристиана. Девушка, как могла, отгоняла от себя это жуткое воспоминание, но оно нет-нет да и всплывало в голове в самый неподходящий момент.

Из дома напротив вышла пожилая женщина. Она заметила, что на газоне соседа отираются какие-то неизвестные, и решила разобраться.

– Вам что-то нужно, девушки?

– Мы ищем Питера Фелтона. Сделали ему заказ на оборудование, оплатили, а он канул в Лету, – соврала Джосселин.

– Его давно нет, – ответила соседка. – Отбыл уж как две недели на такси и больше не появлялся.

– Понятно, – протянула Джо. – Спасибо большое, тогда попробуем еще раз его набрать.

У девушки в голове появилась мысль, не объясняясь с подругами она зашагала в сторону «Мерседеса» Мишель, и как только настигла его, повернула голову к Ринальди.

– Откроешь уже? Или так и будем стоять? – кинула она ей и, как только услышала писк сигнализации, залезла внутрь.

Когда все трое уселись, Клиффорд достала телефон, и, все так же, ничего не объясняя, начала перебирать в Интернете местные службы такси. Она обзвонила три и каждый раз объясняла оператору одно и то же: «Я подруга мистера Фелтона. Он проживает по такому-то адресу, подскажите, пользовался ли он услугами вашей компании пару недель назад? Он исчез, и я очень волнуюсь за него». В последней компании ее ждал успех. Девушка-оператор подтвердила, что из дома по этому адресу действительно ровно две недели назад кто-то отъезжал. Такси благополучно отвезло его в аэропорт, и больше о нем она ничего не знает.

– Черт! – выразилась Миша. – Напиши своему Сержу, что его программки глючат.

– С чего ты это взяла? – обиделась за друга Джо.

– Так ты же говоришь, там ни слова нет о том, что он покупал хоть какой-нибудь билет.

– Нет… Но дело не в программе. Что если он просто не дошел до кассы или свернул куда-нибудь не туда. Может, у него просто другое имя по паспорту… хотя это вряд ли.

– В любом случае, оставаться здесь и ждать бессмысленно, – справедливо рассудила Саша. – Едем к Пайнсмиту?

– Кстати, насчет этого, – сказала Джо. – Вам не кажется рисковым делом ехать к нему прямо домой? Особенно учитывая все обстоятельства?

– Трусишь? – Мишель повела бровью. – Тогда поедем без тебя. Не ты ли с утра упрекала меня в том, что я не спешу помочь своему жениху?

– Не в этом дело! Я не трушу! Просто считаю, что с ним лучше встретиться на людях! К тому же сейчас он должен быть на работе, может, навестим его там?

На это девушкам было возразить нечего. Тогда Джо протянула Мишель адрес офиса, в котором трудился Пайнсмит, и та настроила свой маршрутизатор. Пока ехали, не смолкали предположения. Ведь если Фелтон тоже канул в Лету, то убийца пытался скрыть все, что касалось голограмм в том числе. Что-то в их схеме не сходилось.

Мишель вспомнила, что к риелтору с Дином приходил еще какой-то молодой человек. Судя по описанию, он мало походил на Пайнсмита, а значит, во всей этой истории фигурировал еще один неизвестный, и что-то всех их связывало. Ответ, казалось, витал где-то рядом, но дотянуться до него у девушек не получалось. Саша поневоле вспомнила басню Крылова про лисицу и виноград. Одно лишь отличало их от лисы – они не могли позволить себе спасовать. Под прицелом всей этой ситуации оказался Генри.

Офис Пайнсмита находился в одном из тех многоэтажных зданий в центре Лондона, что стояли ровными рядами вдоль Темзы. Оставив машину, девушки вошли внутрь и сели в лифт. Все трое молчали. Каждая думала о том, что спросить у подозреваемого. Как вычислить, он это или нет. Как не подставить себя. Ведь человек, который, возможно, убил троих, не отступится, и связываться с ним крайне опасно. Иногда в головы подруг закрадывалась мысль рассказать следователям все свои подозрения и возложить ответственность на них, но недоверие людям, которые считали, что преступления совершил Генри, заставляло их действовать. Ведь полицейские вполне могли теперь и вовсе не расследовать дело, а подгонять улики. Поэтому нужно было найти то, что сможет его оправдать и в глазах общественности, и перед правоохранительными органами.

Поскольку день не задался еще с утра, девушки не удивились, когда на ресепшене молодая секретарь на вопрос, можно ли повидаться с мистером Пайнсмитом, ответила отрицательно.

– Он взял несколько выходных. Разве вы не знаете? В Хартфордшире пройдет турнир. Мистер Пайнсмит не пропускает подобные мероприятия.

– Турнир? – переспросила Мишель. – Какой еще турнир?

– Рыцарский, конечно, – недовольно отозвалась секретарь, словно это было вполне естественно.

– А мистер Пайнсмит, что… рыцарь? – Ринальди даже прыснула от своего, казалось бы, невероятного предположения.

– А вы сомневаетесь? – Девушка совсем разозлилась и стала поглядывать в сторону охранника, сидевшего на входе.

– Ну… как бы… неожиданно для такого, как он… – Миша не смогла вовремя прикусить язык.

Джо и Саша гневно посмотрели на нее.

– Да как вы смеете! – вспыхнула секретарь. – Уж в нем точно нет никаких сомнений! В наш век он-то как раз истинный джентльмен, и если не его, то кого тогда можно назвать рыцарем?

Расстроенные неудачным разговором подруги вернулись в машину.

– Как-то не вяжутся ее слова с нашими подозрениями, вам не кажется? – нарушила тишину Джо.

– Мало ли, – печально отозвалась Миша, – что если эта мелочь влюблена в него по уши и просто не замечает его недостатков? К тому же… если он, так сказать, рыцарь, то уж точно знает, как нанести правильный удар. Вам не кажется?

Подруги ее не поддержали. Все становилось куда более сложным. Оставалось только надеяться, что во время личной встречи они смогут разглядеть в Пайнсмите «нерыцарские» замашки. Единственное, в чем девушки были согласны, им непременно придется наведаться на этот турнир и все выяснить. Поэтому они, не пререкаясь, детально продумали поездку, а заодно и обсудили наводящие вопросы. Вдруг телефон Джосселин зазвонил. Она удивленно уставилась на незнакомый номер.

– Мисс Джосселин Клиффорд? – услышала она вопрос.

– Да.

– Вам звонят из уинчестерского отделения полиции. Мы нашли украденный у вас телефон. Просим вас срочно подъехать к нам.

16

Переписка с иностранного сайта Computersandusers.com, приватный чат (записи переведены с английского)

JoYo: Нашелся мой телефон! Какой-то бомж раздобыл его на одной из помоек, включил, и полицейские смогли отследить сигнал.

BarsOFF: Фотографии там?

JoYo: Подтерты все, даже личные (плачущий смайл). Но местные компьютерщики обещают попробовать восстановить.

BarsOFF: Неужели в старой доброй Англии есть еще кто-то, кроме тебя, кто может показаться столь же перспективным новичком в хакерском искусстве?

JoYo: А ты что, завербовать меня решил?

BarsOFF: Ты брату-то своему веришь?

JoYo: Естественно, я ему верю! Как ты можешь? И ты не ответил на мой вопрос.

BarsOFF: За мою практику бывало разное. Люди, которые, казалось, были чисты, как утренний рассвет, в итоге оказывались самыми отпетыми преступниками.

JoYo: За твою практику? Так ты следователь? Полицейский? Сотрудник какой-нибудь тайной канцелярии? И не лги мне! Ты же только что сознался!

BarsOFF: Я – просто Серж (улыбающийся смайл).

Чтобы доехать до Хартфордшира к началу турнира, им пришлось всем вместе заночевать в гостинице и встать спозаранку. Саша и Джо зевали и недовольно хмурились, кутаясь в кофты, зато Мишель была активна и бодра.

– Зачем ты подняла нас так рано? – пробурчала Джо, вглядываясь в предрассветную тьму и содрогаясь от увиденного.

Моросил легкий дождь, орошая все еще теплую землю и образуя над полями, мимо которых они проезжали, густой туман.

– Глупая! Если мы не приедем заблаговременно, мы вообще не найдем место, куда припарковать машину! Кроме того, нам нужно успеть поговорить с Пайнсмитом, пока он еще трезв.

– Думаешь, он будет пить во время турнира? – усомнилась Покровская.

– О, моя дорогая! Ты просто не была до того ни на одном турнире!

– Будто ты там была.

– Не была, но ночь не прошла даром. Я прочитала столько! Поверь мне, там будет, на что посмотреть!

– Боюсь только, Генри это никак не поможет, – откликнулась Джо со своего сиденья. Саша обернулась к ней, и девушка объяснилась: – Сомневаюсь я в причастности Пайнсмита ко всему этому. Прошлась по его резюме. Кажется, неплохой малый. Благотворительность и все такое. Скорее уж это тот патологоанатом. Не зря же он крутился возле моей палаты.

Джо вспомнила, что Генри защищал Джарвиса, но мало ли… После того, как нашли ее телефон, Джо снова вспомнила и о нем, и об аварии, в которой пострадала. Человек, сбивший ее, точнее, его смутные очертания, запечатлевшиеся в памяти, были мало похожи на высоченного Пайнсмита, но и врача девушка ни разу не видела и ничего не могла утверждать. Она жалела, что до сих пор не познакомилась с ним и решила – с патологоанатомом надо поговорить.

Джосселин не стала высказывать свои мысли вслух. И так слишком много всего было непонятно. Не стоило забивать голову Мишель лишними подозреваемыми, а пообщаться с Сашей наедине все равно не удавалось. Она решила отложить разговор на потом. Девушка надеялась узнать что-нибудь от Пайнсмита, только после этого собрать все улики воедино и уж тогда поделиться с подругами.

Спустя совсем немного времени пейзаж за окном автомобиля переменился. Мишель осторожно повела «Мерседес» лесной дорогой средь старых широченных дубов. Зеленый мох почти полностью покрывал поверхность их стволов, как мягкое, пушистое покрывало. Так и хотелось прогуляться в этом вековом лесу в хорошую погоду и притронуться к моховым шапкам. Узловатые корни деревьев причудливо расползались в разные стороны, и Мишель вспомнила волшебных созданий из английских сказок. Она, зачарованная, живо представляла себе, как из-за деревьев выходят лесные феи, а за большими валунами, притаившись, сверкают красными глазками-бусинами злобные гоблины.

Она ни за что не стала бы озвучивать свои фантазии подругам, потому что знала: ни Саша, ни Джо не верят в сверхъестественное, но тут Покровская ввернула фразу, из-за которой Мишель поняла, что все не всегда так, как кажется.

– Как красиво! – воскликнула Саша. – Словно в сказку попали.

– Надо же, и ты стала верить в сказки, – хмыкнула Ринальди. – Хоть что-то в тебе меняется после встречи со мной.

Саша ее слова проигнорировала. А Джо и вовсе успела задремать, совсем их не слушая. Последние несколько дней расследований и переживаний за брата так вымотали ее, что ей уж точно было не до волшебства.

Покровская продолжала смотреть по сторонам и успела разглядеть среди деревьев часто мелькающие кусты ежевики и малины. Внизу, на лесных проплешинах, зеленел упругий блестящий от дождя дерн, который перемежался с рыхлым мокрым черноземом. Девушка открыла окно, и в машину проник запах свежести, аромат цветов и дождя. Саша не могла надышаться этим воздухом. Она бросила взгляд вперед и увидела на широком поле вдалеке стоянку реконструкторов. Та сплошь была покрыта цветастыми палатками и огромными тентами.

Вскоре девушки въехали и на саму территорию лагеря. Участники турнира и их семьи все еще обустраивались на забронированных заранее местах и раскладывали свой скарб по полочкам, предусмотрительно установленным тут учредителями. Многие планировали остаться на все время проведения фестиваля, поэтому запаслись провизией, напитками и теплыми вещами. Горели костры. Готовился утренний кофе. Дети жарили на длинных палках сосиски, а взрослые укладывали на железные решетки мясные котлеты для бургеров. Здесь к запаху лесной свежести прибавились ароматы еды, и желудок Саши печально заурчал. Она вспомнила, что с утра им не удалось позавтракать, и, пока Мишель искала свободное место для парковки, она выискивала глазами кафе, где можно было бы подкрепиться. Итальянка обратила внимание на ее голодный взгляд и отметила, что они сюда не завтракать приехали. Саша надулась, но с подругой согласилась.

Они неторопливо вышли из машины и направились в сторону деревянных ворот. Из поставленной здесь наспех будки к ним выбежал молодой человек. Покровская с удивлением уставилась на его наряд. Рыцарские доспехи были ему велики и смотрелись на нем несуразно. Брюки заменили шаровары из грубой ткани. Талию опоясывал широкий кожаный ремень, к которому сбоку «рыцарь» пристроил длинный нож. На ноги он нацепил самодельные башмаки из дубленой кожи, повидавшие не один фестиваль.

– Вы приехали поглазеть или поучаствовать? – спросил он.

– Поучаствовать, – с сарказмом в голосе ответила Джо, – вот только палицу свою дома позабыла. Вы не одолжите?

Молодой человек хохотнул и, взяв под руку Мишель, вежливо повел вперед по дороге между палатками. Саша и Джо поплелись за ними следом.

– Вы остаетесь с ночевкой? Или ненадолго к нам? – частил с вопросами «рыцарь» и, не дожидаясь ответа, продолжал: – Я местный распорядитель, сейчас все вам здесь покажу.

Джо, не желая тратить драгоценное время, быстрым шагом прошлась до распорядителя и остановила его. Тот недовольно на нее воззрился.

– Мне нужен вот этот человек.

Девушка протянула «рыцарю» свой сотовый.

– О, мистер Пайнсмит! – воскликнул он. – Поклонницы? Он прекрасен! Учувствует во всех турнирах. Ему равных нет! Но у него уже есть дама сердца! Так что вы зря стараетесь.

Подруги переглянулись. Еще один хороший отзыв о подозреваемом рушил все их планы.

– Так уж и хорош? – буркнула Джо.

– Великолепен, – поддакнул распорядитель, – а вы жуткая бука. С таким настроением не приезжают на турнир.

– Вот и я ей об этом постоянно говорю! – Мишель обрадовалась, что ее хоть кто-то понимает.

Джо гнула свое:

– Где он?

– Так на площадке! Тренируется.

– А площадка у вас где?

– На том конце лагеря. Я провожу! – вызвался «рыцарь» и снова подхватил Мишель под руку. Она довольно захихикала. Саша возвела глаза к небу. Джо разозлилась.

– Сами доберемся! Занимайтесь своими распорядительными делами. – И Клиффорд бесцеремонно потянула Мишель за собой, да так, что «рыцарю» пришлось ее отпустить.

– Но мы же еще встретимся? Милая леди? – кричал он удаляющимся девушкам.

– Она замужем! – ответила Джо за Мишель.

Ринальди пыхала злостью. Она торопливо семенила за подругами и то и дело спотыкалась о неровную землю. Если Саша предусмотрительно надела удобную обувь, а Джосселин вообще никогда не снимала кроссовок, то Мишель ни в какую не согласилась поменять свои любимые туфли на каблуках на что-то соответствующее, и теперь ей приходилось несладко.

– И вообще, я что-то не помню, чтобы я уже была замужем, – причитала итальянка, плетясь позади. – Какое право ты имеешь отвечать за меня?

– А какое право имеешь ты кокетничать то с одним, то с другим, тогда как помолвлена с моим братом? – парировала Джо, которая давно тяжело воспринимала такое поведение будущей невестки. – Он, между прочим, так не поступает!

– Ох, что б ты понимала! – высказалась Миша и ойкнула.

Подруги повернулись к ней. Та опять споткнулась и еле удержалась, чтобы не упасть. Саша решила смилостивиться над ней. Она подошла к Мишель и взяла ее под руку. Джосселин окинула невесту брата недовольным взглядом и пошла вперед тем же быстрым и уверенным шагом.

– Вот ведь английская высокомерная выскочка, – злобно шепнула итальянка.

– Но она права.

– И ты за нее?

– Нет… но мне действительно не очень понятно, почему ты себя так ведешь.

– Почему, почему… – Мишель надула губы, а потом тяжело вздохнула. – Ты знаешь, мне кажется, я еще не готова к замужеству. Как-то все это… слишком быстро, что ли?

Саша промолчала. Она давно поняла, что подруга не хочет этой свадьбы. Смущало только то, что та продолжает безмолвствовать и ничего не говорит Генри. Он, скорее всего, и знать не знает о ее настоящих чувствах, а Мишель не торопится их обсуждать. Покровская считала, что на этот раз подруга очень не права и решить должна сейчас, а не тогда, когда регистратор брака объявит их мужем и женой. Тем не менее, вмешиваться в их отношения Саша не собиралась. Она считала это неблагодарным делом.

Проходя мимо многочисленных стоянок и палаток, Покровская замечала людей, целиком и полностью поглощенных давно ушедшей от нынешнего века эпохой. Одеты они были по-разному. Не привязывали себя к какому-то определенному времени. То и дело взгляд выхватывал из толпы площадки, на которых тренировались мужчины. Где-то дрались на мечах, где-то на топорах или вообще врукопашную. В одном из загонов, огороженном редким забором, навстречу друг другу с копьями в руках неслись конные. Тут же за ограждением щипали траву красивые, ухоженные, одетые в защитную экипировку лошади. Оттуда раздавался стойкий запах навоза, и Мишель поморщилась, отгоняя рукой волну накатившей вони. Саша посмеялась над подругой, но говорить ничего не стала.

Джо шла, внимательно разглядывая сражающихся людей. Она периодически останавливалась, чтобы сравнить их внешность с фотографией на своем сотовом.

Почти в самом конце лагеря, на широкой утоптанной площадке, заставленной манекенами, тренировалось сразу несколько мужчин. Один из них сразу привлек внимание девушек. Крупный высокий человек с широким, длинным и, по всей видимости, очень тяжелым кованым мечом в руках делал выпады в стороны. На голову его был надет шлем, а грудь защищали железные доспехи. Сквозь прорези в защитном головном уборе девушки увидели его сосредоточенные на воображаемом противнике глаза. Несмотря на свой вес, который, казалось бы, должен был сделать его неповоротливым, он двигался быстро и грациозно. Саша невольно залюбовалась им.

Мишель, нисколько не впечатлившись великаном, подошла к Джо и выхватила у нее телефон. Долго смотрела на фотографию, а потом, прищурившись, на всех, кто присутствовал на «поле боя». Клиффорд фыркнула и направилась прямо к тому, кем заинтересовалась Саша.

Мужчина увидел идущую к нему девушку, опустил меч и снял шлем и шапку-подкладку. Ринальди убедилась, что он и есть Грегори Пайнсмит.

Когда Джосселин приблизилась к рыцарю вплотную, он отвесил ей поклон, и его длинные запутанные волосы опустились на бородатое лицо. Он встряхнул головой и могучей ладонью убрал с глаз мешающиеся локоны. Рядом с ним худенькая Клиффорд казалась миниатюрной. Он, скорее всего, мог поднять ее одной рукой, словно пушинку. Саша невольно забеспокоилась и поспешила к ним.

– Грегори Пайнсмит? – Джо улыбнулась и добавила: – Сэр?

Мужчина рассмеялся гулким басом и одобрительно кивнул.

– Чем могу служить?

– У нас к вам несколько вопросов, – запыхавшимся голосом проговорила подоспевшая Мишель.

Пайнсмит удивился, но указал на грубо сколоченные деревянные скамьи и столик в конце поляны и предложил пройти туда. Он сел на сиденье, почти полностью его занимая, и положил на стол свой внушительный меч и шлем. Девушки осторожно устроились напротив него. Они уставились на мужчину и не знали, с чего начать. Теперь, когда им удалось увидеть его вблизи, казалось невозможным, что этот человек мог быть причастен к двум убийствам. Его лицо, широкое, покрытое сеточкой морщин, выдавало в нем человека смешливого и добродушного.

– Так и чего вы хотели? – начал он разговор.

– Скажите, вы знали мистера Эндерсона? Заведующего хирургией частной лондонской клиники, где лежала ваша сестра, – без доли сочувствия спросила Мишель.

Великан нахмурился.

– Знал, что ко мне будут цепляться с этими вопросами, – недовольно пробасил он. – Как только увидел заголовки статей о его кончине, сразу понял: я первый в подозреваемых.

– Разве на то есть причины? – подала голос Саша.

Он пристально оглядел ее, а потом ответил:

– А то нет! Все знают, что я его терпеть не мог. Он мою сестру родную погубил. С чего бы мне его любить?

– Что значит погубил? Неудачная операция? Недосмотр? Почему вы считаете, что он причастен? – зачастила с вопросами Джо.

– Эй, эй, полегче, – остановил ее Пайнсмит. – Кто вы вообще такие? Журналисты?

– Нет, – ответила Мишель, покопалась в сумочке, достала удостоверение и сунула его мужчине. – Частные детективы.

Подруги едва смогли скрыть удивление. И где она успела его достать? Однако Пайнсмит на него даже не посмотрел.

– Мне скрывать нечего, – начал он, и Саша сразу ему поверила. – Сестра была слабой. Подсела на наркотики. И я, и родители пытались ее спасти, но она и слышать ничего не хотела. Не видела никакого счастья в этой жизни и не ценила ее. В один прекрасный день, как гром с ясного неба, она решила лечь в эту вашу клинику. С чего вдруг, непонятно. Переговорив с врачом, Дином Эндерсоном, я узнал, что вроде как у нее патология какая-то в сердце, но раньше ни один другой врач ничего подобного у нее не находил.

Пайнсмит тяжело вздохнул и опустил голову, рассматривая ладони. Саша заметила, что глаза его налились слезами.

– Так вот, – продолжил он, высморкнувшись в платок, который достал из кармана штанов, – спустя неделю я стал замечать в сестре изменения. И все вроде положительные. Улыбалась мечтательно, порой казалось, что и вовсе отсутствовала при разговоре. На вопросы не отвечала. Я тогда еще заподозрил, но подумал, может, влюбилась, или лечение идет хорошо. Откуда мне было знать?!

– А что, по-вашему, случилось? В чем причина такой перемены? – осторожно спросила Джо.

– Наркотики это, – уверено заявил он. – Точно вам говорю! Эндерсон пичкал ее чем-то! И не ее одну. Ходило там таких несколько. Кто печальный и перед собой ничего не видит, кто, наоборот, отрешенный и, кажется, счастливый. Ну очень странные. Так вот, звонят мне как-то днем из той больницы и говорят: «Ваша сестра умерла». – Пайнсмит снова шумно высморкался и поднял голову. На лице его отразились боль и печаль. – Я в шоке! Вроде же все хорошо было. Тут же пошел к Эндерсону. А тот – внеплановая операция… все оказалось куда сложнее… Черта с два! Это явный передоз!

Пайнсмит ударил огромным кулаком по столу, и тот заскрипел. Девушки вздрогнули и переглянулись.

– Простите, – извинился великан, чем вывел подруг из колеи. – Нечего мне больше добавить. Хотите, вызывайте в полицию, я и там повторю свои слова. Хотя не больно-то они поспешили мне помочь, когда я на него заяву накатал. Нет состава преступления, и все тут. Естественно, я разозлился. А тут он сидит, довольный и счастливый, в ресторане, в компании своих друзей и семьи. Вот я и не сдержался. Накричал на него. Но толку-то? Не было у него ни души, ни совести! Кричи не кричи.

– И тогда вы решили: зуб за зуб – оно вернее? – резко спросила Джо.

– Чего-о-о? – протянул ошарашенный Пайнсмит.

– Скажите, – тоненьким голоском пропищала Мишель, пытаясь слегка сгладить прямой вопрос Клиффорд, – вы можете подтвердить, что пару дней назад путешествовали на экскурсионном поезде, который отправлялся с вокзала Виктория и обратно?

– Это там, где убили дружка Эндерсона? – переспросил Пайнсмит. – Как же, был там. Подругу пригласил на свидание, а там такое. Еле вырвались с их допросов. – Вдруг великан остановился и с подозрением посмотрел на девушек. – Вы что же, действительно думаете, что это я их?..

– Ну, у вас были причины… – прошептала Мишель.

Грозный вид собеседника ее напрягал. И даже мысли слегка путались в голове.

– Знаете что, милые леди! – Пайнсмит встал со скамьи, взял свои вещи и сурово глянул на них. – Идите вы, куда шли! Остальные расспросы только с адвокатом и с ордером! Но верьте мне на слово, не там вы копаете… – хмыкнул он. – Детективы! Тоже мне!

Пайнсмит собрался уйти, но Саша остановила его вопросом:

– А вы не думали, что Эндерсон ни причем? Может, ваша сестра действительно не выдержала операцию? Вы читали заключение патологоанатома?

Пайнсмит посмотрел на Сашу и кивнул ей:

– Он причем! Зуб даю! Сердцем чувствую! Да вы других его больных опросите. Хотя бы посмотрите на них. А там уж и решайте, кто прав, а кто виноват. И патологоанатом их тоже в деле. Там такие деньги крутятся! Сестра-то моя небедная была, а за день до смерти с ее счета была снята приличная сумма. Очень приличная. Оттуда и начинайте копать! – посоветовал Пайнсмит, а потом махнул им на прощание мечом и пошел вперед по полю.

Саша заметила, как Джо провожает взглядом великана и хмурится все больше и больше.

– Чего ты? – спросила Покровская. – Появились какие-то мысли?

– Да какие там мысли? Глянь ты на него!

И Покровская, и Ринальди уставились на Пайнсмита. Он удалялся от них прочь и со всей силы рубил воздух вокруг себя, словно дрался в неистовой битве с неизвестным врагом. И вдруг до Саши дошло, что именно имеет ввиду Джосселин. Пайнсмит все это время держал меч в правой руке, и по всему было видно, что левой он владел ничуть не лучше, чем все остальные правши.

17

– Мало ли! – Мишель все еще держалась за мысль о Пайнсмите, как об убийце. – Он мог сам и не убивать. Мы давно поняли, что в этой истории есть еще кто-то. Вполне могло быть, что Эндерсон действительно распространял наркотики и, в конце концов, люди умирали от передозировки. Тогда родственники погибших решили собраться и отомстить.

– Тогда причем здесь наше поместье? – спросила Джо. – Пайнсмиту скрывать там наличие тайника не имеет никакого смысла. Он бы уже давно рассказал все полиции.

– А если он вообще выдумал эту историю о своей сестре, а сам и есть самый главный наркобарон?

– Ага, и поэтому он ругался в ресторане с Эндерсоном. И это, между прочим, видели, как минимум, Сиенна и Лола, – возразила Саша, тоже не доверяя теории Мишель.

– Те еще темные лошадки, – не сдаваясь, пробурчала Мишель.

Этот разговор они завели, едва тронувшись со стоянки лагеря. Оставаться там не имело никакого смысла. Вряд ли Пайнсмит сказал бы что-то еще. Недовольные тем, как проходит расследование, они отправились в сторону Уинчестера.

– Мне кажется, нам следует поговорить с патологоанатомом, – предложила Джосселин и поведала подругам о своих подозрениях. Слова Пайнсмита стали для нее очередным подтверждением того, что Джарвис в этом деле точно замешан.

Мишель отреагировала неожиданно.

– Патологоанатом подождет, – удивила она. – Я думаю, нам пора закатить вечеринку!

Неудачная встреча с человеком, которого она неоправданно считала ужасным преступником, выбила ее из колеи. Итальянке срочно потребовалось расслабиться и забыться, но, заметив неодобряющие лица подруг, она спохватилась и решила приврать:

– Генри сейчас непросто. Самое время его отвлечь. Этот Джарвис никуда от нас не денется. К нему можно съездить и завтра. К тому же я уже все придумала. Соберемся дома, пригласим гостей. Думаю, Клиффорды не будут против.

– Мишель, ты всерьез думаешь, что Генри сейчас до вечеринок? – перебила Саша. – Если ты действительно решила его поддержать, то лучше тебе сейчас ехать прямо к нему и побыть с ним.

Джо удовлетворенно кивнула. Она была с этим согласна как никто другой.

– Предлагаю следующий вариант, – сказала она, – ты подкинешь нас до больницы, а сама поедешь к брату. Он не видел тебя два дня. Еще подумает, что ты ему больше не доверяешь.

– Глупости, – попыталась оправдаться пристыженная Мишель, но, понимая, что не права, быстро согласилась, хотя свое окончательное решение так и не озвучила.

Подруги не стали лишний раз ее тормошить, но во все глаза следили за тем, какое же направление она выбрала. Облегчение испытали обе, когда увидели за окном автомобиля знакомые очертания Лондона. Мишель подвезла девушек к больнице и остановилась.

– Может, сходить с вами? – попросилась она, когда Саша и Джо вышли из машины.

– Поезжай к Генри, – приказным тоном ответила Джо, направляясь ко входу. – Без тебя разберемся.

Мишель состроила недовольную физиономию и резко дала по газам, напугав прохожих. Джо и Саша переглянулись. Было понятно, что итальянка недовольна их решением отправить ее к жениху.

– Думаешь, она его подозревает? – спросила Джо.

– Не думаю. Скорее, наоборот.

– А почему тогда она два дня к нему носа не кажет?

– Возможно, боится, что это может оказаться правдой…

– Все понятно. Злится, что влипла из-за него в передрягу, – вспыхнула Джо. – Как же! Вдруг ее превосходная репутация пострадает!

Саша промолчала. Обсуждать подругу за спиной она не желала. Да и вообще ей были неприятны подобные разговоры. Скорее она сама, а не Мишель, не до конца доверяла Генри. Другой вопрос – он никогда не позволил бы сбить машиной сестру. И только это служило для Покровской доказательством того, что он не причастен к делу.

Девушки прошли на ресепшен. Джо открыла рот, чтобы узнать у дежурной медсестры, в больнице ли Джарвис, но Саша внезапно остановила ее.

– Ты уверена, что нам нужно идти прямо в морг? – спросила она, с ужасом вспоминая свой предыдущий опыт посещения подобного места. Тогда она и Мишель пробрались в морг при больнице в Риме, чтобы раздобыть результаты вскрытия Франчески Моретти. Закончилось все обмороком Покровской.

– Я туда и не собиралась, – ответила Джо, посмеиваясь. Скорее всего, она знала об этой истории. Мишель имела привычку в красках описывать позорные страницы Сашиной жизни.

Клиффорд поговорила с медсестрой, и та сделала несколько звонков по внутренней связи.

– Мистер Джарвис будет ждать вас в ординаторской.

Она рассказала, куда им пройти, и девушки направились в комнату, предназначенную для отдыха врачей. Проходя по узкому коридору, они притормозили у двери, на которой висела табличка «Заместитель управляющего хирургией». Так как дверь была приоткрыта, девушки смогли увидеть полицейского, сидящего за столом напротив женщины в халате.

– Как часто в последнее время у пациентов мистера Эдерсона случались летальные исходы? – допрашивал полицейский.

– Было несколько. Списки могу предоставить. Но хочу сказать, что ему в последнее время не везло с пациентами. Они все, как один, не стремились жить. А как вы знаете, частенько в полном выздоровлении важен именно этот аспект.

– Вы считаете, это неспроста?

– Думаю, ему просто не везло. – Женщина покачала головой.

– А что насчет Клиффорда? Он действительно первый претендент на должность главного врача после Эндерсона?

– Почему же именно он?! Есть немало достойных работников помимо него. В том числе и я.

– То есть у него не было резона убивать?

– Послушайте, я знаю Клиффорда с тех самых пор, как он пришел в нашу клинику. Это хороший специалист. И что бы там ни думала Сиенна Эндерсон, полагаю, он к этому непричастен.

Женщина встала, и Джо потянула Сашу дальше по коридору, чтобы не столкнуться с ней, если она решит выйти.

– Кто эта женщина? – шепнула Покровская, торопясь за подругой.

– Одна из хирургов. Сейчас заменяет и Эндерсона, и Генри. Поверить не могу, что она не попыталась очернить брата. Насколько я знаю, между ними всегда была конкуренция.

– Предпочитает честную борьбу, – улыбнулась Саша.

– По всей видимости, так, – ответила Джо и толкнула дверь в ординаторскую.

Они зашли внутрь. Комната была заставлена мягкими диванами и креслами. У стен стояли шкафы, заполненные медицинскими книгами. В углу примостился муляж скелета человека. Саша посмотрела в его пустые глазницы и передернулась. Все-таки она была очень далека от медицины.

Вскоре в ординаторскую вошел ничем не примечательный мужчина среднего роста. Коротко подстрижен, не худой и не толстый, с некрасивым рябым лицом.

– Что вам надо? – грубо спросил он.

– Хотели задать вам несколько вопросов относительно сестры мистера Пайнсмита, – осторожно сказала Джо. – Он думает, что у нее была передозировка. А что на это скажете вы?

Тот подозрительно посмотрел на девушку, а потом ядовито усмехнулся.

– А ты кто такая, чтобы я тут все рассказывал?

– Меня зовут Джо Клиффорд, – высокомерно ответила она.

– А-а-а, – протянул он, но лицо его оставалось непроницаемым, – уже и про Пайнсмита вынюхала. Ищешь, чем оправдать братца?

– А его нужно оправдывать?

– А мне почем знать? Я человек маленький. Мне принесли трупачок, я его порезал, кишки вынул, обратно засунул, вынес вердикт, – с наслаждением описывал процесс патологоанатом, не замечая, как лицо Саши приобретает землистый оттенок.

– Так и каков был ваш вердикт по отношению к сестре Пайнсмита? – Джо, в отличие от Покровской, оставалась невозмутимой.

– Таков, каков я записал в ее истории. И вам до этого никакого дела нет. Мало того, что меня полтора часа полицейский допрашивал, а тут еще вы пришли вынюхивать.

– Но позвольте… – Саша увидела, что он собирается уходить, и решилась задать вопрос: – Вы знаете, что Пайнсмит обвиняет Эндерсона в распространении наркотиков своим пациентам?

– Наркотиков? – откровенно заржал Джарвис. – Ну пусть будут наркотики. Ему-то уже все равно.

– А у вас есть другая версия смерти мисс Пайнсмит?

– Если и так, кто вы такие, чтобы мне с вами об этом говорить?

Джарвис всем своим видом дал понять, что девушкам пора уходить. Он жестом указал на дверь, и им пришлось выйти из ординаторской, так ничего толком и не узнав.

Из больницы они направились в близлежащее кафе. Телефон Джо зазвонил. Она посмотрела на экран и скривилась – это был Ричард. Клиффорд не хотела отвлекаться на него и в то же время горела желанием поскорее все обсудить с Сашей, так что ей стоило огромного труда не отклонить вызов. Подумав, она все-таки решила пожалеть ухажера и ответила. Тот признался, что очень скучает, что готов продолжить отношения, несмотря на то что ее брата могут посадить в тюрьму, и попросил Джо о встрече.

Он говорил громко, и Покровская слышала каждое его слово. Она усмехнулась, лишний раз убедившись в том, что англичане всегда остаются англичанами, даже если статус их не так высок, как они о себе думают.

Джо только из вежливости поддерживала разговор и не стала упоминать о том, что находится поблизости.

– Рада, что не столкнулась с ним в коридоре? – спросила Саша, когда Джо, пообещав перезвонить ему, отключила телефон.

– Еще как! Он, видите ли, готов продолжить отношения! – возмутилась Клиффорд. – Как будто были какие-то отношения!

Девушки быстро добрались до небольшого ресторана, сели на открытой террасе и сделали заказ. Только сейчас они вспомнили, что не ели с самого утра. Когда принесли хрустящие свиные ребрышки с маринованным луком и картофельным пюре, подруги набросились на еду, прекратив на время обсуждения. И только утолив первый голод, продолжили беседу.

– Такой и убить мог, – посетовала Джо, вспоминая Джарвиса.

– Кстати, он тоже врач. И уж точно с ножом обращаться умеет.

– И кому, как не ему, проще простого подменить настоящие результаты вскрытия!

– Все, конечно, так, но если это он наш убийца, то как доказать его причастность? И вообще, какой у него мотив избавиться от Эндерсона и Дарти?

– Мало ли, перешли в чем-то дорогу… или решил заниматься незаконным «бизнесом» в одиночку.

– В любом случае, сейчас мы в тупике, и непонятно, в какую сторону нужно двигаться.

– Знаешь, – задумчиво произнесла Джо, – а ведь Джарвис вполне сошел бы за человека, который меня сбил… такой же невысокий, с короткой стрижкой.

– Да, он вполне может оказаться тем самым неизвестным. Он подходит под описание риелтора. Вот бы еще найти художника, про которого говорила Сиенна! Вдруг он в силах прояснить ситуацию?

И тут Покровская услышала позади себя восторженное восклицание:

– Ты ли это, милочка?!

– На ловца и зверь бежит! Это та самая Лола, подруга Сиенны, – шепнула Саша Джо, ошеломленная этой встречей. Даже не оборачиваясь, она поняла, кто стоит за ее спиной.

– Ты так осунулась! Похудела! – Лола без приглашения присела за их столик. – Все скучаешь по Дину?

Джо смотрела то на нее, то на Сашу, втайне радуясь этой неожиданной встрече. Сейчас, когда Покровская завела речь о художнике, Лола была как нельзя кстати.

– Э-э-э… – смутилась Саша и постаралась снова объяснить неугомонной женщине: – Я же говорила, я всего лишь пациентка мистера Эндерсона.

– Ой, ну что ты. – Лола небрежно толкнула ее в плечо. – Уж мне-то все можно рассказать, милочка! Ты же знаешь, я – могила! Я так обрадовалась, когда тебя увидела! Так обрадовалась!

– Тоже рада тебя видеть, Лола. – Саша выдавила улыбку. – Мы вот как раз обсуждали того художника, о котором ты говорила! Ты не помнишь случайно его имени?

– Какой художник? – удивилась та.

– Помнишь, ты рассказывала, что к мистеру Эндерсону приходил странный тип?

– Ах, этот! – Лола отмахнулась. – Понятия не имею, как его зовут по-настоящему, но в наших кругах его за глаза величают Прыгуном. Только уж ты ему не рассказывай! Я же только тебе, по секрету!

– А почему такое странное прозвище? – спросила Джо.

Лола перевела на нее сияющий взгляд.

– А вы случайно не сестра Генри Клиффорда? Какой же он хорошенький! Такой красавчик! Просто мечтаю разбиться о его каменное сердце!

Девушки переглянулись, едва сдерживая смешки.

– Правду говорят, что он арестован? Какой конфуз, какой конфуз! – продолжала, не замечая их скептицизма, Лола. – Я могла бы навестить его в тюрьме. В какой тюрьме он сидит? Надеюсь, ему дали комфортабельную камеру?

– Он не в тюрьме, – процедила Джо. – Я все же хотела бы услышать ответ на свой вопрос – почему художника называют Прыгуном?

– Все очень просто. – Лола поджала губы, явно обиженная тем, что ее желание услужить не было оценено. – Он ни одну картину не может закончить! Все время перепрыгивает от одного безвкусного художества к другому! То ли дело Виолетта! Кстати, это та самая любовница Дина, про которую я говорила! – Женщина понизила голос. – Красавица чрезвычайная!

– Тяжело ей наверно, когда мистера Эндерсона нет? – посочувствовала Саша незнакомке.

– Да что ты! Она совсем не переживает! – Лола передернула плечами. – Вчера были на ее спектакле, она выглядела до безобразия равнодушной!

– А у вас случайно нет ее фотографии? – вклинилась в разговор Джо.

– Ой, я как раз была у нее за кулисами после спектакля. Мы же так дружим с ней! Она была так рада меня видеть! Смотрите, какое отличное селфи получилось!

Лола протянула девушкам свой смартфон, и то, что они увидели, заставило их вскрикнуть от удивления. С фотографии на них смотрело знакомое им привидение девушки из поместья Клиффордов.

18

Джо и Саша вышли на улицу. Пока ждали такси, позвонили Мишель и рассказали все, что им удалось разузнать. Итальянка развила бурную деятельность, вызвалась приехать, чтобы навестить актрису. По счастливой случайности оказалось, что именно сегодня та играет в одном из частных театров, куда Миша могла достать билеты.

– Разберемся без тебя, – сказала Джо, – только закажи нам места.

– Вот еще! – возмутилась Ринальди. – Без меня не будет и билетов!

– Останься лучше с братом, – увещевала ее Клиффорд.

– Он все равно уже отдыхает. Мне здесь делать нечего. Встречаемся у входа.

И она отключила связь.

Во время поездки в такси Джо пыталась узнать информацию о художнике, но по его прозвищу ничего не выходило. Оставалось надеяться, что свет на это дело сможет пролить Виолетта.

В театр они приехали только к середине спектакля. Мишель быстро договорилась с секьюрити, и они осторожно, чтобы не потревожить других зрителей, уселись в самом конце, внимательно рассматривая девушку, которая играла в пьесе главную роль.

Постановка имела один из тех новомодных стилей, цель которых не всегда понятна театралу. Декораций практически не было, как, собственно, и самой сцены. Действо проходило практически рядом со зрителем. Здешняя публика сплошь состояла из людей богатых, и в неярком освещении было видно, как модно и дорого они одеты. В ушах женщин и на их шеях блестели драгоценные камни, а у мужчин на манжетах стильных рубашек посверкивали золотые запонки. Из того угла, в котором сидели девушки, самих актеров было видно не так хорошо, но они понимали, что в жизни Виолетта разительно отличалась от того привидения, которое тогда напугало их. И если бы они встретили ее вот так, не зная точно, что она и есть то бесплотное существо из поместья Клиффордов, то ни за что бы не узнали. Роль милой влюбленной девушки в легком ситцевом платье никак не вязалась с той, которую она исполнила для голограммы.

Ближе к концу спектакля Мишель взяла Сашу за руку и потянула ее на выход. Джо осторожно пошла за ними.

Следуя узкими витиеватыми коридорами, Ринальди вела их в закулисье. Там уже выстроились поклонники с букетами в ожидании того, что их пропустят в комнаты для актеров. Мишель, не задумываясь, выхватила у одной из близстоящих девушек цветы и, несмотря на сильное возмущение той, побежала вперед, расталкивая остальных. У двери в гримерные стоял шкафоподобный мужчина.

– Ну и как ты собираешься просочиться сквозь него? – испугалась Саша, что их сейчас же выдворят из театра.

Поклонница, у которой забрали букет, настигала их сквозь толпу. Мишель даже не обернулась. Она сходу бросилась к секьюрити и приветливо помахала ему.

– Мишель! – по-доброму улыбнулся тот. – Как я рад тебя видеть!

Он обнял ее, приподняв над землей, и расцеловал в обе щеки. По сравнению с ним она была просто крошечной. Саша испугалась, что он раздавит ее в своих объятиях. Когда Ринальди опустили на землю, стало понятно, что его внимание ей польстило.

– Каким попутным ветром тебя занесло?

– Открываю театральный сезон, – серьезно ответила она.

– Уж мне-то не говори, – раскатисто захохотал секьюрити. – Знаю я, как ты любишь театры.

– На самом деле, мне нужно увидеться с Виолеттой, можешь мне это устроить?

– Только если ты согласишься посидеть со мной за чашечкой чая.

– И не мечтай! – погрозила она ему пальцем, а сама уже открывала дверь в гримерные.

Сзади послышался недовольный гул толпы, и к ним подбежала та самая фанатка, у которой Мишель забрала букет. Джо и Саша, чтобы избежать лишнего конфликта, быстро юркнули за дверь, и секьюрити захлопнул ее за ними. Они услышали, как снаружи завязывается скандал, но сейчас им было не до того.

С другой стороны кулис раздавались восторженные крики и овации. В проеме появилась раскрасневшаяся и довольная Виолетта. К концу спектакля она распустила волосы. Сейчас она шла на девушек, и они невольно вспомнили ту ночь в поместье, когда увидели ее в первый раз. Все трое нервно вздрогнули. Мишель, борясь с накатившим чувством страха, поспешила ей навстречу, держа перед собой букет. Та, удивленная присутствием чужих в помещениях для персонала, настороженно уставилась на них.

Ринальди всучила цветы и затараторила:

– Виолетта, нам срочно нужно поговорить!

Девушка поковырялась у себя в сумке, вынула то самое удостоверение, которое до этого показывала Пайнсмиту, и протянула его девушке.

– Чем же я могу вам помочь? – заметно напряглась актриса, принимая из ее рук вещицу и рассматривая ее.

– Это касается Дина Эндерсона.

Виолетта побледнела, оглянулась – не идет ли кто еще – и указала на дверь в свою гримерную. Друг за другом вошли внутрь. Это была маленькая комнатка с одним лишь только зеркалом и стулом. Джо и Саша встали вдоль стены, на которой висели плакаты с автографами выступавших здесь знаменитостей. Среди них Саше удалось разглядеть фотографию любимого ею Колина Ферта. Она приятно удивилась. Неизвестно, играл ли он в этом частном театре или просто кому-то удалось взять у него автограф, но, в любом случае, она посчитала за счастье прикоснуться к его фото.

– Так что вы хотели узнать? – спросила Виолетта, присаживаясь на единственный стул и небрежно кидая букет на комод.

– Мы знаем, какие отношения связывали вас с Дином, – в лоб сказала Джосселин. – Нас интересует только одно. С какой целью вы сделали запись для голограмм и разместили их в нашем поместье?

– Постойте, какие голограммы? Какое поместье? – испуганно залепетала Виолетта. – О чем вы говорите?!

– Для кого ты играла роль привидения? Такое, в белом длинном платье, припоминаешь?

– Постойте, вы про то видео, которое мы снимали с Дином для его друга? – уточнила девушка, и подбородок ее задрожал. – Это же была шутка! Это был розыгрыш на Хэллоуин!

И тут девушка не сдержалась и заплакала.

– Я действительно любила Дина… – смогла вымолвить она, спустя несколько минут. – Совершенно не понимаю, что могло заставить его закончить жизнь самоубийством.

Покровской казалось, что она искренна, и было удивительно, что Виолетта понятия не имеет об истинной причине его смерти. Саша подошла к ней и попыталась утешить. Она-то понимала, что чувствуешь, когда умирает близкий человек.

– То есть вы подтверждаете, что подобное видео действительно существовало? Кто-то еще был с вами в момент съемки? – встряла в разговор Мишель, не вполне доверяя Виолетте.

Она считала, что раз та была актрисой, то вполне могла сыграть свои чувства к Эндерсону. Ведь и она сама, не имея актерского образования, иногда неплохо изображала из себя по уши влюбленную дурочку.

– Нет… – Актриса покраснела, продолжая всхлипывать. – Мы были только вдвоем.

Подруги разочаровано переглянулись. Они итак уже подозревали, что за голограммами стоял Эндерсон. И теперь просто лишний раз убедились в том, что он что-то скрывал в поместье Клиффордов. Однако все еще оставался один неизвестный, который как раз и мог оказаться убийцей.

Саша решила задать наводящий вопрос:

– Вы знали каких-то друзей Дина? Кого-то, с кем он часто проводил время?

– Понимаете, наши отношения… – Виолетта замялась. – Не предполагали лишних знакомств. Поэтому здесь я вряд ли смогу вам помочь. Но к чему все эти вопросы? Вас наняла его жена? Она узнала обо мне?

– Дин Эндерсон был убит, – сочла нужным оповестить ее Саша. – Мы расследуем это дело, и его супруга к этому не имеет никакого отношения.

Виолетта вскинула на нее большие черные глаза, которые когда-то так напугали всю их троицу, и с неверием уставилась на нее.

– Как убили? Я думала…

– Вы думали неправильно, – ответила за Сашу Джо и решила рискнуть: – У меня есть к вам еще один вопрос. Знаете ли вы некоего художника по прозвищу Прыгун?

– Конечно, – поморщилась Виолетта.

– Вот как? – удивилась Мишель. – Вы можете рассказать нам о нем поподробнее?

В этот момент в дверь громко постучали, и в комнату заглянул секьюрити.

– Девушки, поторапливайтесь! Не вы одни хотите пообщаться с Виолеттой!

Подруги взволнованно уставились на актрису.

– Пожалуйста, расскажите нам все, что знаете! Это важно! От этой информации зависит жизнь человека!

Виолетта подскочила со стула.

– Его зовут Пол Чендлер. Что его связывало с Дином, я не знаю, но он настоящий псих! Наркоман! Подвержен такому психозу, что день ото дня только и мечтает покинуть этот мир. Честно говоря, после того как в новостях сказали, что Дин повесился, я грешила на Чендлера, думала, что это именно он сбил его с пути. Слишком уж часто они в последнее время общались!

– Девочки! – снова раздалось снаружи. – Боюсь, я не могу дать вам больше времени. Берите автографы, и на выход.

Девушки не стали испытывать судьбу. Они поблагодарили Виолетту и заторопились уйти. За дверью гримерной стояла злая, словно фурия, девушка, чей букет позаимствовала Мишель. Секьюрити сдерживал ее от того, чтобы она не ворвалась внутрь.

– Ты! – Девушка обличительно наставила палец на Мишель. – Верни мой букет!

– Послушай, – высокомерно и со скучающим видом ответила та, – ты хотела, чтобы твои цветы оказались у актрисы? Так вот, они у нее! Считай, что их доставили скорой почтой.

При этом Ринальди встала на цыпочки и чмокнула охранника. На сей раз он был не так мил, как при встрече.

– Ты что, серьезно забрала у нее букет? – недоумевал он и, когда понял, что все так и было, расстроенно забормотал: – Мишель, боюсь, тебе придется заплатить. Так нельзя… У нас не принято…

– Ох, ладно, ладно, – начала злиться итальянка и полезла в сумочку. Она вытащила оттуда несколько фунтов и бросила их обиженной фанатке. – Надеюсь, Виолетта не захочет тебя принять, – промолвила она и, махнув на прощанье рукой секьюрити, звездной походкой пошла прочь из театра.

Вечер опустился на неспящий город, и он, освещенный сотней фонарей, готовился к ночной жизни. По дороге бродили молодежные группки и влюбленные парочки. Они громко разговаривали и смеялись, успев подзарядиться неприличным количеством алкоголя.

Пабы завлекали разноцветными неоновыми вывесками, у ресторанов на манер дворецких стояли приглашающие, магазины были забиты людьми. Погода стояла теплая, безветренная, и поэтому Саше не хотелось ехать в гостиницу. Она мечтала остаться здесь и посидеть в одном из пабов с кружечкой вишневого пива, подумать о том, что они сегодня узнали, и просто отдохнуть от бешеного дня, но подруги решили за нее.

– Едем к нам, – безапелляционно заявила Джо. – Надо все обсудить и поговорить с Генри.

– Но твои родители, – поморщилась Саша. – Не думаю, что они будут рады меня видеть, – напомнила она.

– Перестань. Ты едешь не к ним, а ко мне. А я имею право приглашать в свой дом того, кого захочу. Мне просто необходимо, чтобы ты поделилась своими мыслями.

– То есть мои мысли тебя чем-то не устраивают? – заметила Миша.

– Твои написаны у тебя на лбу, – отозвалась Джо и села на заднее сиденье розового «Мерседеса».

– И что же, интересно, ты там прочла? – разозлилась Ринальди на такое отношение к себе.

– Ты считаешь, что художник и есть убийца. До этого был патологоанатом. Ведь после каждого нового допроса у тебя всегда появляется новый подозреваемый.

– Ой! А ты раз такая умная, расскажи о своих догадках! – съязвила Мишель, трогаясь в путь.

– Теперь точно ясно, что нашим поместьем интересовался Дин. Он знал, что Генри выставляет его на продажу. Знал, что в нем никогда никого не бывает, за исключением алкоголика-смотрителя. Скорее всего, именно он посещал библиотеку и придумал всю эту канитель с голограммами. Понятно, что он планировал что-то скрыть и отпугнуть простых людей от поместья.

– А это возвращает нас к тому, – не смогла сдержаться Саша и перебила подругу, – что и Эндерсон, и Дарти занимались какой-то незаконной деятельностью за спиной руководителей клиники.

– Наркотиками, – резюмировала Мишель.

– А еще, – вспомнила Джо, – кто-то пытается подставить моего брата!

– И этот кто-то знает Кристиана и Дина, и он проворачивал с ними грязные делишки, – добавила Покровская.

– Патологоанатом! – торжествующе заявила Ринальди. – Значит, я была права!

– Но ты же предполагала, что это художник, – уточнила Саша.

– Это она так сказала, а я всегда думала на патологоанатома.

– Ну конечно, – неискренне засмеялась Джо.

Дом Клиффордов встретил девушек темными окнами. Его обитатели давно спали. Подруги вышли из машины, и, стараясь не шуметь, прошли в гостиную. Джо приготовила всем чаю и на скорую руку соорудила сэндвичи. Они расселись у журнального столика и негромко переговаривались. В гостиную спустился Генри. Саша впервые за несколько дней снова встретилась с ним. Он выглядел не таким уверенным в себе и, скорее всего, в последнее время плохо спал и слишком много думал. Клиффорд слабо улыбнулся Покровской и занял одно из кресел. Мишель подсела к нему и поцеловала его в щеку. Джо просто кивнула, с беспокойством глядя на него.

– Генри, скажи, ты не замечал за Дином и Кристианом ничего необычного? – спросила Джо.

– А что ты хочешь, чтобы я тебе сказал? Они были дружны. Вместе ездили на конференции. Общались вне работы.

– А Джарвис не был к ним никак приближен?

– Не больше, чем другие. По крайней мере, я про это ничего не знаю.

– А кому из сотрудников больницы было известно о нашей поездке на экскурсионном поезде? – уточнила Мишель.

– Да почти все знали. – Клиффорд пожали плечами. – Почему вы интересуетесь? И причем тут Джарвис?

– Мы всерьез думаем, что это он хочет тебя подставить.

– Наш патологоанатом? – не поверил Генри. – Зачем ему это?

– Потому что это он убил Дина и Кристиана. По крайней мере, следствие ведет к этому.

– Мишель, честное слово! Лучше бы ты продолжала бездумно бродить по магазинам! Мне кажется, вам давно пора прекращать эти ваши расследования. Вы можете попасть в беду. Два трупа – это не шутки, – зачастил молодой человек.

– Перестань. Мы хотим тебе помочь! Полиция не больно-то торопится. Того и гляди заберут тебя.

– За эти дни они ни разу не позвонили, – не согласился с ней Клиффорд. – Почему вы решили, что они не знают имя убийцы?

– Послушайте! – вдруг вспомнила Саша. – Надо пробить Джарвиса по твоей программке, Джо! Если он покупал билеты на поезд, то это будет значительной уликой против него.

Джо стукнула себя по лбу. Ей и в голову не пришло заглянуть в свой телефон. Она быстро пробежалась пальцами по экрану и спустя минуту закусила губу. Все поняли, что результат отрицательный.

– Не важно, что на его имя не числится ни одного билета! – заявила Мишель. – Что если он купил его по поддельному паспорту, приехал в Бат на машине и сделал свое грязное дело во время стоянки? Поезд-то был полупустой в этот момент. На него бы даже внимания не обратили.

Джосселин, что редко случалось, на этот раз согласилась с невестой брата. Этот вариант и ей казался самым верным.

– Генри, срочно позвони в полицию, – сказала она, – они должны проверить Джарвиса.

19

Переписка с иностранного сайта Computersandusers.com, приватный чат (записи переведены с английского)

BarsOFF: Куда пропала? Еще жива?

JoYo: А ты соскучился? Твоими молитвами. Мы нашли убийцу, осталось вывести его на чистую воду.

BarsOFF: Не сомневался в тебе.

JoYo: Я хочу с тобой увидеться!

BarsOFF: Мы уже виделись.

JoYo:???

BarsOFF: Это я доставил тебе телефон. Спасибо за чаевые (смеющийся смайл, подмигивающий смайл).

Утром Саша обнаружила Джосселин в дурном настроении. Она зашла к ней в комнату, чтобы сказать, что они с Мишель собрались съездить к художнику. Вчера перед сном они успели узнать, что он находится в психиатрической клинике, и решили на всякий случай опросить и его.

– Ты едешь с нами? – спросила Покровская, с удивлением глядя на то, как Джо с ожесточением запихивает вещи в рюкзак.

– Нет, – бросила она. – Делать там нечего. Я считаю, что это бесполезная трата времени. Генри уже позвонил в полицию, и они пообещали все проверить.

– Что-то случилось? Родители все-таки недовольны тем, что я осталась на ночь?

– Что? – переспросила Джо, занятая своими собственными мыслями. – А-а-а… Нет. Я с ними еще не говорила. Расслабься. Не важно, что они там о тебе думают. Главное, что я и Генри всегда рады тебя видеть.

– Тогда в чем дело?

Саша села на кровать перед подругой и уставилась на нее.

– Серж… – Клиффорд тяжело вздохнула и села рядом с Покровской.

– Поссорились?

Джо покачала головой.

– Он был здесь! Это он принес мне телефон перед балом! Но даже не подумал представиться. Можешь ты себе это вообразить? Увидел, оценил и ушел восвояси.

– Странный… – протянула Саша. – И что ты планируешь делать? Будешь с ним общаться дальше?

– Не знаю. Я пока зла. Пойду, сорвусь на сокурсниках. Мне нужно в институт, заполнить кое-какие бумаги. Так что в этот раз давайте без меня.

– Эй, где вы там? – услышали девушки голос Мишель. – Мы едем или как?

Саша, чтобы не смущать расстроенную Джосселин, решила выйти поскорее и самой рассказать Ринальди, что подруга с ними не поедет. Спустились в гостиную, и почти у самого выхода их застал Генри. Он вышел вниз выпить чашечку утреннего кофе.

– Куда вы опять направились? – спросил он подозрительно.

– Бездумно гулять по магазинам, – ответила Мишель, высокомерно поднимая одну бровь и посмотрев на жениха прямо.

Он слабо усмехнулся. А Покровская еще раз убедилась, что подруга слышит и понимает гораздо больше, чем от нее порой ожидают другие.

Психиатрическая клиника, в которой содержался художник, находилась на другом конце Лондона. Поездка туда должна была занять чуть больше времени, чем обеим девушкам того хотелось. Но зато у них наконец появилась возможность поговорить. Саша давно думала задать Мишель вопрос, который вертелся на языке, но при Джо она сдерживалась.

– Мне кажется или между вами кошка пробежала? – решилась она.

– С чего ты взяла? – неестественно высоким голосом проговорила Мишель, сразу поняв, о ком именно идет речь.

– Наверное, потому что ты гораздо реже стала повторять: «Генри, милый» и стала с ним язвить?

– Я всегда так делала.

– Не с ним.

Мишель, рискуя столкнуться с кем-нибудь, печально посмотрела на подругу.

– Поторопились мы с этой свадьбой. Да и вообще это была глупая затея.

– Уж не потому ли, что его обвиняют в убийстве? Ведь, если отбросить наши умозаключения о том, что его пытаются подставить, он единственный, кто знает всех убитых. Он был на поезде, и поместье принадлежит его семье.

– Прекращай, мы все это уже пятьсот раз обсуждали. Я не верю, что он мог совершить подобное. Дело не в этом. Да и вообще не в Генри. Дело во мне. Я не рождена для замужества. По крайней мере, сейчас к этому не готова.

Мишель, так редко для себя, выглядела сконфуженной. Она внимательно смотрела на дорогу и отчаянно пыталась не думать о том, что на самом деле занимало все ее мысли.

– Вот почему ты так стремилась в последнее время ночевать в гостинице, а не в доме Клиффордов, – догадалась Покровская.

– А из тебя вышел неплохой детектив, – усмехнулась Мишель.

– Почему не скажешь ему? – Саша не дала подруге сменить тему.

– Не могу набраться смелости.

– Ты? Не можешь смелости набраться? Не смеши меня!

– Тебе не понять! А если он решит меня бросить? А к этому я никак не готова!

Саша отвернулась к окну. Она-то как раз понимала. И намного больше, чем могла подумать Мишель. В их возрасте было чревато разбрасываться женихами, тем более такими. Покровская приняла решение позвонить Павлу, как только вернется домой. Мало ли, вдруг он изменился.

Очень долго ехали молча. Каждая размышляла о своей судьбе, кажущейся куда как хуже, чем это было на самом деле.

– Уверена, он поймет, – сказала Саша. – Ты же не хочешь совсем отменить свадьбу? Просто отложить?

– Я подумаю, – ответила Мишель и всем видом показала, что не желает дальше это обсуждать.

Но на это и не оставалось времени. Среди небольшой рощи, на возвышении, показалось аккуратное здание психиатрической клиники. Перед ним расположился садик с асфальтированными дорожками, лавочками и цветочными клумбами. Стены больницы, выложенные из белых мраморных плит, сверкали на солнце. Небольшие окна в палатах наглухо закрыли, и если бы не огромное количество кондиционеров, то от спертой влажности, внезапно посетившей Лондон, здесь стало бы невыносимо душно.

Как снаружи, так и внутри все было вычищено, выбелено и как-то спокойно, хорошо. Скорее всего, клиника числилась за каким-то состоятельным частным лицом. Уж слишком ухоженно выглядело все вокруг. Это значило только одно – здесь содержались люди небедные, а следовательно, и у художника или его семьи водились деньги.

В регистратуре девушки уточнили, есть ли у них пациент с именем Пол Чендлер и, получив положительный ответ от дежурной медсестры, попросили с ним встречи.

– Вы родственники? – с сомнением в голосе спросила медсестра.

– Поклонники его таланта! – Мишель едва сдержалась, чтобы не засмеяться.

Девушка поджала губы, но ничего на это не ответила.

– Охране придется проверить вас, – заявила она, смерив их недовольным взглядом. – Мистер Чендлер пытается избавиться от наркозависимости, и поэтому…

– Вы что же думаете, мы наркотики ему принесли? – вспыхнула обиженная Мишель. – Мы похожи на наркодилеров?

– Это правила нашей больницы, – резко ответила медсестра.

Ринальди разозлилась, но дала осмотреть себя подоспевшей к ним женщине-охраннику. После нее та обыскала Сашу, и потом сама проводила девушек в комнату, предназначенную для встреч посетителей и больных.

Саша и Мишель сели за круглый деревянный столик. Минут через десять к ним привели Чендлера. Выглядел он плохо. Девушки ни разу до этого с ним не встречались, но отметили, что нахождение в больнице не идет ему на пользу. Художник оказался худым, осунувшимся, с большими синими кругами под глазами. Пол присел к другому столу на краешек стула и, откровенно нервничая, стал рассматривать незнакомок. Его взгляд никак не мог сфокусироваться на чем-то одном. Зрачки бегали из стороны в сторону. Он точно был не в себе.

Девушки переглянулись. Охранница без слов указала на стулья возле стола, за которым примостился Чендлер, и отошла к двери, внимательно за ними наблюдая. Мишель пожала плечами, но встала с места и подсела к художнику. Он дернулся, по всей видимости, желая сорваться со стула и бежать, но удержался. Саша чувствовала, как нелегко ему это дается.

– Вы от Дина? – спросил он тихим голосом.

Саша тоже подошла поближе.

– Почему вы так решили, мистер Чендлер? – вкрадчиво спросила Мишель. Ей с трудом удавалось оставаться спокойной. Она никогда раньше не общалась с ненормальными, да и вообще не ожидала, что художник в таком плачевном состоянии.

– Другие и не приходили, – все так же еле слышно произнес он. – Мне не надо больше. Нет. Я не хочу. Неужели не понятно? Почему вы настаиваете?

– Почему вы считаете… – начала было Саша, но Чендлер ее перебил:

– Передайте ему: я все знаю. Я знаю, где он хранит это. Я следил за ними! Они все были там! Я расскажу полиции, если вы и дальше будете меня доставать.

– Хранит что?

– Хранит где? – одновременно спросили Саша и Миша и еще раз многозначительно переглянулись.

Художник замолчал и наконец сфокусировал взгляд на одной из девушек. У него затрясся подбородок и руки, и он никак не мог остановить эту дрожь. Он старался, но у него ничего не выходило.

– Послушайте, мистер Чендлер. – Покровская, поборов брезгливость, прикоснулась к руке художника, и он передернулся еще сильнее, чуть ли не отпрыгивая от нее. Стул под ним закачался. Охранница у двери смерила их подозрительным взглядом, но с места не тронулась.

– Мистер Чендлер, – повторила Саша, – мы не от Дина, но хотим помочь. Расскажите, что и где он прячет? Вы говорите о наркотиках? О них?

– Лекарства… волшебные лекарства… Они освобождают душу от тлена… Вы знали об этом? Они даруют свободу! – быстро заговорил художник, и глаза его снова забегали, лицо стало совсем уж сумасшедшим и диким. – В поместье. Они в поместье этого врача. Я видел. Я всех там видел!

– Кого вы там видели? Кого? – Мишель обратилась в слух и нагнулась через стол к Чендлеру, но тот резко вскочил на ноги и закричал:

– Уходите! Уходите! Мне не нужно! Я отказался! Охрана! Охрана!

Пол с неожиданной силой вскочил на ноги, схватил стул и замахнулся на сидящую с ним рядом Сашу. Она едва успела отпрыгнуть, больно ударившись о стол, и чуть не упала. Тут уж охранница не стала медлить. Она подскочила к Чендлеру, вывернула у него из рук стул и потащила мужчину из зала. Тот продолжал кричать и брыкаться.

– Нет, нет, нет! – орал он на всю больницу. – Я все знаю! Я передумал!

Девушки вышли из комнаты, когда звуки голоса Чендлера стали совсем неразличимы. Они были ошарашены таким приемом. У регистратуры их задержала медсестра.

– Ну что, поговорили? – усмехнулась она.

Видимо, она уже знала, чем закончилась встреча.

– Мы не думали, что он… настолько… – Саша не смогла досказать свою мысль.

– Он нас обвинял! – с ужасом промолвила Мишель. – Но мы вообще не знаем, о чем он! – Она почувствовала, что срочно должна оправдаться. Не хватало им еще дополнительного разговора с полицией.

Медсестра снова усмехнулась.

– А он всех обвиняет не пойми в чем. Мы привыкли.

– Почему вы не предупреждаете, что он буйный? – строго спросила Саша. – Он чуть не ударил меня!

– Особо буйным и не был. Вы его случайно не спровоцировали? – подозрительно спросила медсестра.

– Да как вы смеете! – обозлилась Мишель, но Покровская не дала ей разойтись. Она потянула девушку из больницы, сквозь зубы процедив ей: «Пошли уже». Та подчинилась.

Сели в машину и быстро помчались обратно в дом Клиффордов, чтобы все обсудить с Джо и Генри. Там за столом в гостиной, к удивлению девушек, сидел Ричард. Он о чем-то мило общался с Джо. Она вернулась из института и, расстроенная поведением Сержа, уделяла ухажеру куда как больше внимания, чем обычно.

Мишель и Саша поздоровались с Монтом и тоже сели за стол. Через минуту к ним спустился Генри.

– Как поездка? Удалась? – спросила Джо, совершенно не таясь.

Мишель и Саша не торопились с ответом.

– Гм… ну все… в общем-то… так, как мы и подозревали, – все-таки решилась Покровская.

– Девочки ездили к Полу Чендлеру. Ты его знаешь? Он был пациентом Эндерсона.

– Лучше бы и впрямь по магазинам прошлись, – послышалось от Генри. – И то толку было бы больше.

– Припоминаю, но с трудом… – отозвался Ричард. – А я думал, вы бросили затею заниматься этим расследованием. Ну и как успехи?

– Да что там говорить, – деланно улыбнулась ему Джо. – Дин ваш поставлял наркотики. И хранил их в нашем поместье. Но мы все рассказали полиции, так что…

– Наркотики? В поместье? – побледнел Ричард. – Не может быть!

– Ты ничего необычного не замечал в больнице? – спросила Мишель Ричарда. – Может, что-то видел? Полиция все равно у тебя спросит. Хочу первая это услышать.

– Я… – помедлил Монт. – Я не думаю, что если знаю что-то, то должен говорить об этом вам. Даже тебе, Джо, – улыбнулся он.

Все с удивлением на него посмотрели. Джо сощурилась и свела брови к переносице.

– Тем не менее я, пожалуй, наведаюсь в полицию. И прямо сейчас. Мне кажется, мне есть что им рассказать. Кстати, вы-то кого подозреваете?

– Наши супердетективы считают, что это патологоанатом Джарвис, – усмехнулся Генри. – Представляешь?

– Да… он тот еще мерзкий тип. – Ричард передернулся. – Самого от него дрожь берет. Честно говоря, давно на него подумываю, хоть и не могу толком объяснить, по какой причине. Джо, держись лучше от этого подальше. Ты видела его! Если он действительно причастен, от него всего можно ожидать.

– Спасибо. – Генри кивнул Ричарду и улыбнулся. – Хотя проку от наших уговоров мало.

– Ну, когда нас двое, может, и прислушаются, – ответил Монт ответной улыбкой, а затем попрощался со всеми и ушел.

– А вдруг он что-то знает? – задумчиво произнесла Мишель, глядя в окно на то, как молодой человек заводит машину и уезжает.

– Расскажите лучше поподробнее о художнике, – перебила Джо.

– А что там говорить… Он то и дело вспоминал о каких-то то ли таблетках, то ли лекарстве… – начала Саша.

– Да, сказал, что оно… как там… а-а-а! Вспомнила! Высвобождает ду-у-ушу, – дурачась, протянула Мишель.

– И все твердил о том, что знает, где Дин его хранил, – продолжила Покровская.

– Он назвал место? – заинтересовался Генри.

– Да… Милый… – Мишель взглянула на Сашу, памятуя об их разговоре. – Это ваше поместье.

– Ну что ж. Решено! – Джо резко вскочила на ноги. – Надо срочно ехать туда. А то мало ли что там наговорит Ричард полиции. Надо успеть до них.

– Нет, – остановила ее Саша. – Лучше пусть они успеют раньше нас. Ведь мы не знаем, как и где точно искать. А у полицейских есть опыт, собаки специальные. Зачем нам надо именно самим это делать?

– Я с вами, – не поддержал ее Генри. – Устал бездействовать. Но в одном Саша права. Где мы будем искать?

Мишель хотела что-то ответить, но у нее зазвонил телефон. Она, озадаченная отобразившимся на экране незнакомым номером, нажала на кнопку.

– Мисс Ринальди? – послышалось оттуда.

– Да.

– Вам звонят из библиотеки Уинчестера. Нас интересует, когда вы собираетесь вернуть книгу, которую вы… позаимствовали неделю назад, – женский голос звучал осуждающе и недовольно.

Мишель скривилась. Она вспомнила их с Сашей поход и дневник, который ей удалось, как она думала, незаметно прихватить.

– Я-а-а, – потянула она, не зная, что и ответить.

– Если вы думали, что у нас работают нерадивые сотрудники, то вы глубоко ошибались! – повысила голос женщина. По всей видимости, это была та самая библиотекарь.

– Ой, привезу я вам книгу! – разозлилась Ринальди и отключила телефон. – Пойду поищу ее, – обратилась девушка к присутствующим, – а вы пока подумайте, где в поместье можно спрятать наркотики. На обратном пути завезем дневник в библиотеку.

И Мишель убежала наверх в свою комнату. На обратном пути она торопилась и была так неаккуратна, что книга выскользнула из ее рук и полетела вниз по лестнице. Несколько раз перевернулась на ступенях, раскрылась, и из нее выпал пожелтевший от времени лист, сложенный вчетверо.

Саша охнула, подумав, что дневник развалился на части, подбежала и первым делом подняла выпавший документ. Сверху кубарем свалилась Мишель. Обе уставились на находку. Ринальди выхватила ее из рук Саши и развернула. Глаза итальянки расширились, и она выставила лист перед собой, картинкой к подоспевшим друзьям, так, чтобы они смогли рассмотреть ее.

– Схема? – заинтересовался Генри, внимательно разглядывая рисунок.

– Схема дома! – охнула Джо.

Мишель забрала с пола книгу, кинула ее в сумочку, а лист положила на стол. Все четверо склонились над ним. Чернила кое-где выцвели, а края истрепались и порвались, но каждый из присутствующих обратил внимание на чертеж помещения под домом, на котором значилось слово «подвал».

– Подвал? – удивилась младшая Клиффорд. – Генри, ты знал, что там есть подвал?

Тот покачал головой. Никто из его семейства и представить не мог, что он существует. Сколько раз после получения наследства они бродили по дому, и ни разу за это время никто из них его не видел. Ни одна дверь или лестница не вели вниз.

– Все ясно, – уверенно сказала Саша. – Посмотрите, здесь, на полу перед камином, проведена черточка. Вероятно, это потайная дверь!

– Правильно! – отозвалась Джо. – Там лежит ковер! Мы не решались его поднять или выкинуть, потому что он так истлел, что страшно к нему прикасаться. Да и зачем бы нам делать это? Мы не собирались ни реставрировать здание, ни тем более жить в нем.

– Дин читал дневник, – напомнила Покровская. – Оттуда он узнал и про молву о привидении Кэйлин, и о подвале, где можно было скрыть продукт его незаконной деятельности.

– Срочно в поместье! – приказала Мишель. – Едем!

Яркое солнце, пестрые облака на небе и теплая, великолепная погода никак не сочетались с хмурыми лицами четверых молодых людей, на огромной скорости мчавшихся к поместью семейства Клиффорд. Они почти не разговаривали, но много думали. Они надеялись, что наркотики, которые прятал Дин, все еще там. Найди они их, и расследование перешло бы на другой уровень. Все четверо пытались отбросить мысль о том, что Джарвис мог давно забрать тайник и лишить их последней надежды докопаться до истины. А то, что патологоанатом имел к этому отношение, они не сомневались, потому что больше некому было скрыть настоящие причины смертей пациентов.

– Ничего руками не трогать, – предупредил Генри, когда они вышли из машины и уставились на темное, старое, полуразвалившееся поместье. – Если наркотиков внутри нет, то должны быть отпечатки.

Девушки кивнули. Клиффорд пошел первым. За ним поспешила Саша. Джо немного задержалась у фонтана. Полуразрушенная фигура некогда красивой женщины не давала ей покоя. Она была нисколько не похожа на актрису, игравшую роль привидения… и в то же время… в тот раз… когда она впервые столкнулась в башне с голограммой… Джо задумалась. Что-то было не так с той первой встречей. Она не понимала, что ее так смущает, но не могла не думать об этом.

Генри и Саша зашли внутрь здания, Мишель остановилась на входе и повернулась к Джо.

– Ты идешь или так и будешь любоваться этой страшилой? – недовольно спросила она младшую Клиффорд.

– Ой, у тебя все, кто не ты, страшилы.

Краем глаза Джо заметила, как в тени деревьев, в кустах, что-то шевельнулось. Она посмотрела прямо туда. Невысокий худощавый человек в черной толстовке сообразил, что его засекли, и бросился прочь от дома.

– Мише-е-ель! – крикнула Джосселин, но та уже и сама кинулась за ним следом.

Младшая Клиффорд поспешила за ними. На голове у человека был капюшон, через плечо перекинута небольшая сумка, в которой что-то бренчало и звякало, пока он несся вперед, не разбирая дороги.

– Лови его, Миша! Лови! – кричала Джо, понимая, что вор уносит все улики.

Ринальди итак мчалась за ним на своих туфлях настолько быстро, насколько это было возможно. Вдруг каблук увяз в земле, она пошатнулась и упала прямо на каменную дорожку. Джо была рядом и не успела затормозить, налетела на подругу и тоже распласталась на земле, взвыв от боли.

В этот момент раздался ужасающий взрыв, земля вздрогнула и словно покачнулась. Девушкам просто повезло, что они лежали, иначе взрывной волной их отбросило бы в сторону, и неизвестно, удалось бы им сохранить свои жизни или нет. Сейчас же, не смея подняться, Мишель и Джо прикрывали головы руками, чувствуя, как острые камни падают на их спины, плечи и ноги, оставляя синяки и ссадины.

Позади с грохотом разваливалось здание. В один миг что-то ухнуло, и первый и второй этажи старого дома пали, превращаясь в настоящие руины.

Джо наконец-то смогла поднять голову и посмотреть на окутанное серой пылью бывшее поместье Клиффордов.

– Нет… нет… – зарыдала она в голос. – Генри… Саша… не-е-е-ет!

20

Мишель вскочила и помчалась в сторону того, что осталось от дома. Пыль от взрыва понемногу осела, и стало видно, что некоторые стены все еще стоят. Вперемешку с камнями валялись вещи, картины, ковры, сломанная старая мебель.

– Генри! Алекса! – закашлявшись, закричала Ринальди. Прислушалась, но не услышала в ответ ни слова.

– Они не могли… – пролепетала Джо, подбегая к Мише.

– Нет! Я уверена, они живы! Я уверена!

Девушки не знали, что делать. На них самих было страшно взглянуть. Руки, ноги в кровоподтеках. Одежда местами порвалась. На лицах и ладонях ссадины. Обе поранились от падения на землю.

– Надо вызывать полицию и медиков. – Миша быстро пришла в себя. – Ты видела, кто это был?

– Не знаю, не знаю, – заламывала руки Джо и заливалась слезами. – Я не узнала. Это мог быть Джарвис… а может, и кто другой.

– Звони в «Скорую» и полицию, а я наберу больницу и спрошу, там ли Джарвис.

Мишель полезла в сумочку, чтобы достать телефон, но тут взгляд ее упал на книжицу, которую она позаимствовала в библиотеке. Она вытащила ее и нашла план здания. Развернула и стала судорожно изучать его, пытаясь что-то найти.

– Зачем тебе это сейчас? – Джо перестала набирать номер полиции и с ужасом уставилась на Ринальди, боясь, что та лишилась ума.

– Посмотри… Посмотри скорее! – Мишель указала младшей Клиффорд на схему подвала. – Ты видишь?

Джо поняла, о чем она. Подвал выходил за пределы основного здания. Следовательно, если схема верна, то можно было предположить, что он тянется под землей чуть дальше и заканчивается где-то на середине усадьбы.

– А это что за черточка? – указала девушка на странную, выделенную особенно сильно полосу. Сверху над ней был нарисован овал.

– Не понимаешь? – дернулась Мишель. – Это второй выход! Тот, что мы заметили сразу, обозначен такой линией!

– Ох! Но это значит… Значит, что не придется разгребать все эти завалы, чтобы спасти их… Если, конечно… если они успели пробраться в подвал.

– Они успели! – безапелляционно заявила Мишель. Она еще раз сверилась со схемой, потом обвела глазами двор и с силой хлопнула себя по лбу. – Фонтан! Вход замурован! Срочно звони в полицию!

Пока Джо набирала номер, Ринальди подбежала к фонтану и стала толкать его и нажимать на нос статуи, потом и тянуть ее за руки и за ноги.

– Полиция скоро будет. «Скорая» с ними, – оповестила Джо. – Но что ты делаешь?

– Подумала, может, здесь есть потайная кнопка. Ну, знаешь, нажимаешь на нее, и фонтан отпрыгивает.

– Ага. Отличная идея. Именно отпрыгивает, и никак иначе, – злилась Джо, не в силах думать ни о чем другом, как только о погребенных под завалами брате и подруге.

– Ладно, в любом случае, за столько лет его могло и заклинить. Его срочно нужно убрать.

– И как ты собираешься это сделать?

Мишель посмотрела вдаль и заметила небольшое поселение сразу за полями. Это была деревушка на окраине Уинчестера. Глаза девушки вспыхнули от внезапной идеи.

– Жди здесь полицию. Все им расскажи. Узнай, в больнице ли Джарвис. Я скоро! – и девушка помчалась к автомобилю.

– Мишель! Постой! Мне страшно здесь одной, – призналась Джо. – Что если он вернется?

– Ох, это вряд ли! Но если вдруг… Наподдай ему за меня!

Ринальди прыгнула в автомобиль и уехала. Джо пришлось смириться. Она присела на каменный парапет у фонтана и стала ждать. Она не могла себе представить, что с ней будет, если Генри и Саша не успели пробраться в подвал, но старалась не думать об этом.

«Немного веры. Немного веры, и все будет хорошо», – повторяла она про себя. В этот момент вдалеке послышался вой сирен, и Джо непроизвольно издала вздох облегчения.

На самом деле надежды девушек были не напрасны. Саше действительно повезло. Перед взрывом они с Генри уже нашли люк, и Покровская успела опустить ногу на железную ступень. Именно в этот момент раздался взрыв. И тогда Саша не удержалась и полетела вниз. Сверху на нее посыпались камни и щепки от деревянных балок, которые придерживали здание.

Покровская закашлялась. Ей показалось, что от удара о бетонный пол воздух вышибло из легких, и она, как только пришла в себя, принялась судорожно дышать. В воздухе все еще летала пыль с примесью каменной крошки. Однако девушка продолжала вбирать в себя скудный приток кислорода, пока ей не стало лучше. Придя в себя, она осторожно пошевелила ногами и руками, но сильной боли не почувствовала. Ей удалось отделаться несколькими ушибами.

Вокруг стояла непроглядная темень. Она села, нащупала в заднем кармане джинсов телефон и посветила вокруг. Пыль еще не улеглась, и дышать было непросто. То и дело она срывалась на кашель. Похоже, их завалило, потому что никаких просветов в потолке не наблюдалось.

– Генри? – Она вспомнила, что зашла в поместье не одна. – Генри, ты где?

Неподалеку раздался сдавленный стон. Значит, и он внизу. Саша повернулась на звук и обнаружила, что Клиффорд приземлился менее удачно – его засыпало досками и камнями. Она, аккуратно огибая завалы, пробралась к нему.

– Как ты? Встать можешь? – спросила Покровская, подсвечивая фонариком.

– Дело плохо. У меня сломана нога. Извини.

– Извини? – Саша истерично хихикнула. – За что ты извиняешься?

– За то, что не могу тебе помочь.

Саша тяжело вздохнула, собираясь с силами. Она понимала, что сейчас ей предстоит выдержать непростое зрелище, к которому готов не каждый человек. Девушка с усердием отодвинула несколько камней, которые придавили молодого человека. Наконец, остался всего один, который, кажется, и раздробил ногу Клиффорду.

– Генри, скажи, как ты можешь… как ты можешь всегда быть таким идеальным? – спросила она, усаживаясь рядом с ним.

– Я далеко не идеален. У каждого есть недостатки.

Создавалось впечатление, будто они сидят в доме Клиффордов у камина за пятичасовым чаем. Ситуация настолько не соответствовала их разговору, что Саша покачала головой.

– По крайней мере, ты сильно отличаешься от тех парней, с кем я встречалась, – сказала она. – Генри, сейчас будет больно, потерпи, пожалуйста.

– Подожди, – попросил Клиффорд.

Саша остановилась и с удивлением посмотрела на него. Она не понимала, что не так.

– Ногу надо сперва перевязать. Если задета крупная артерия, могу потерять много крови.

Генри огляделся. Пыль мешала адекватно оценивать обстановку, но одно было ясно точно – они здесь надолго. Даже если спасатели приедут быстро, разгрести завалы в короткие сроки у них вряд ли получится. Прикрыв глаза, чтобы справиться с болью, Клиффорд попытался снять ремень с брюк, но руки плохо слушались. Саша вздохнула и, стараясь не смотреть на молодого человека, расстегнула ремень и потянула его на себя. Генри попытался приподняться, охнул. Девушка замерла и посмотрела на него. Неожиданно для себя обнаружила, что он посмеивается с закрытыми глазами. Клиффорд поморщился, едва заметно покачал головой и уставился прямо на Сашу.

– Нет, я не сошел с ума. – Мужчина снова улыбнулся сквозь боль. – Просто не ожидал когда-нибудь попасть в такую неловкую ситуацию.

– С Мишель можно и не так вляпаться. – Покровская тоже улыбнулась. – Придется потерпеть. Я не врач, но снять ремень с мужчины и перевязать ему ногу – осилю.

– В этом я как раз не сомневаюсь. Действуй.

И Генри приподнялся на локтях так, чтобы Саша смогла достать ремень. Она, не мешкая, быстро вытянула его, аккуратно подсунула чуть выше колена и застыла.

– Что не так?

– Дырочек на ремне недостаточно. Как затянуть?

Покровская ощутила, как к ней подступает паника. Она сидела на корточках возле Генри и почувствовала, как он коснулся ее руки, потом крепко сжал запястье и сказал:

– Не время переживать попусту.

Он с трудом достал из кармана брюк перочинный ножик, сделал несколько дополнительных дырок и приказал:

– Давай.

Саша послушалась.

– Крепче. Еще. Вот так. Молодец. Еще подтяни. Если нужно, сделай еще отверстие. Ох…

Покровская остановилась. Дала Генри перевести дыхание, а потом, резко и без предупреждения, вытащила конец ремня через пряжку и затянула на максимум. Он еще раз охнул и, тяжело дыша, откинулся на покрытый камнями пол.

– Прости.

– М-м-м, эх… – только и смог произнести он.

– Придется еще потерпеть.

Генри кивнул, не открывая глаз, и Саша, стиснув зубы, взялась за тяжелый обломок и оттащила его, насколько хватило сил. Клиффорд сдавленно замычал, силясь скрыть боль. Девушка опять присела рядом и, стараясь не морщиться, осмотрела его ногу. Чуть ниже колена виднелся перелом, и голень была залита кровью. Саша глубоко задышала, изо всех сил сдерживая рвотные позывы. Но вновь почувствовала на своем запястье его руку и успокоилась.

– Ты прав – без гипса не обойтись, – вынесла она вердикт.

– Найди пару плоских досок, – ответил он. – Необходимо наложить шину.

Саша огляделась – недостатка в досках не было. Куда сложнее оказалось найти недеформированную и без острых поломанных краев. Через какое-то время ей это удалось.

– Что же, – сказала она, скрывая страх за бравадой, – самое время проявить навыки медсестры. Когда-то я изучала правила оказания первой помощи.

Генри молча наблюдал за ней. Девушка с помощью ножа оторвала от низа своей футболки несколько лоскутов, обложила ногу молодого человека дощечками с обеих сторон и привязала их. Саша делала все как можно аккуратнее, чтобы не повредить ногу сильнее и не причинить молодому человеку новой боли. Она вспотела от напряжения и изо всех сил сдерживалась, чтобы не озвучить все итальянские ругательства, которым научила ее Мишель. Когда завершила, оценивающе посмотрела на дело своих рук, убедилась, что сработала на славу и попросила:

– Пожалуйста, теперь лежи спокойно.

– Разве у меня есть выбор? – Генри слабо улыбнулся. – Убежать от тебя я точно не смогу.

Оба помолчали, осознав, что его слова прозвучали как-то двусмысленно. Саша кашлянула и перевела тему. Они обсудили свое положение, оба выразили надежду, что Мишель и Джо в порядке, потому что не зашли в дом, уверили друг друга, что их обязательно найдут, и одновременно затихли.

Покровская еще никогда так надолго не оставалась наедине с женихом Мишель, и теперь, когда первый шок отошел, а основные вопросы были оговорены, они не знали, что еще сказать друг другу. Тишина затянулась. Девушка подумала и села неподалеку от Клиффорда. Потом посветила фонариком от телефона вокруг и попыталась найти что-нибудь интересное или нужное.

– Ты такая сильная, – вдруг сказал Генри.

– Да что ты, – отмахнулась Саша. – Мишель сделала бы то же самое, да еще и в три раза быстрее. Она бы тут уже все камни раскидала и нашла выход.

Оба посмеялись, вспомнив гиперактивную итальянку.

– Дело в том, что для нее это было бы не страшно. А ты боялась, но все равно сделала. Спасибо.

Покровская покраснела от смущения. Ей был невероятно приятен его комплимент. Она действительно преодолевала себя, потому что на дух не переносила все, что связано с медициной, и с детства боялась вида крови. Впрочем, сейчас будто бы чуточку меньше.

– Хорошо, что я обездвижен и практически связан, – усмехнулся Генри.

– В смысле?

– Теперь ты не так меня боишься, – продолжал подтрунивать Клиффорд. – Ты же с самого начала думала, что это я убийца?

Своими словами он снова вогнал ее в краску. Она порадовалась, что здесь темно.

– Перестань, Генри. Я вовсе не думала на тебя.

– Думала, еще как думала! Кажется, еще и Мишель убедила в этом?

– С чего ты взял?

– Я заметил, что она стала отчужденной. Она сторонится меня. Она тоже думает, что это моя вина.

– Ох, Генри! Дело вовсе не в этом!

– Тогда в чем?

Саша пожалела о том, что произнесла последнюю фразу. Она судорожно соображала, чем еще можно объяснить странное поведение подруги, но в голову ничего не лезло. Мишель на ее месте придумала бы любую версию – от лунного затмения до похищения инопланетянами, но она так не могла. Она не могла лгать Генри. И Саша сама не поняла, как правда соскользнула с ее губ.

– Мишель не хочет замуж.

Со стороны Клиффорда не раздалось ни звука. Судя по всему, она озадачила виконта.

– Дело не в тебе… – Саша несколько секунд помолчала, но потом решилась. – Дело вовсе не в тебе… Она просто запуталась… Это пройдет, я уверена… Может, не стоит ее так торопить? Ей станет легче, и она одумается…

Клиффорд по-прежнему молчал.

– Генри? Генри, скажи хоть что-нибудь! Зря я это сказала… Генри?

– Я все понял, – холодно произнес тот.

На глазах Покровской появились слезы. Она испугалась, не испортила ли жизнь подруге. Что же теперь будет?

– Не волнуйся, – сухо сказал Генри. – Ты правильно поступила, что открыла мне ее истинные чувства. Спасибо.

– Но…

– Если честно, думал, нас уже спасут, – перевел тему Клиффорд. – Но раз полиция не спешит, нужно самим попробовать что-то сделать. Если воздух поступает, значит где-то есть отверстия. К сожалению, сам я теперь не ходок, так что тебе придется помочь нам обоим. Попробуй найти в потолке просветы. По крайней мере, оттуда можно будет позвать на помощь. Только не вздумай разбирать. Не хватало, чтобы на нас еще что-нибудь обрушилось.

– Конечно.

Саша подскочила, готовая заняться чем угодно, лишь бы не размышлять о том, как подставила подругу. Она не имела никакого права вмешиваться в ее отношения с женихом. Покровская чувствовала себя гадко.

– Будь осторожна, – попросил Генри, наблюдая, как девушка удаляется от него. Она не обернулась.

Пыль улеглась, и она отчетливо увидела помещение, сплошь усыпанное осколками камней и обломками досок. Далеко Саша не пошла, побоялась нечаянно что-то задеть и спровоцировать новый обвал. Им посчастливилось, если так можно было сказать в отношении Генри, не попасть под основную лавину. Судя по тому, как плотно был запечатан потолок над ними и как быстро возвращался звук, не образуя эхо, рухнули и второй этаж, и башня.

Саша случайно посветила в сторону, и что-то сверкнуло в луче света. Покровская осторожно подобралась ближе и взяла блестевший предмет в руки. Это была маленькая ампула с жидкостью внутри.

– Что ты нашла? – спросил Генри.

– Кажется, это… – сказала Саша и замерла на полуслове.

Она подняла взгляд и вдруг заметила узкую винтовую лестницу, на которую не обратила внимания до этого, потому что она была спрятана в темном углу. До нее практически не докатились обломки разрушенного дома, и поэтому она осталась цела. Сердце у Покровской учащенно забилось. Это был их шанс на спасение! Если она выберется, то сможет позвать на помощь! Тогда Генри вытащат!

Девушка, не думая о последствиях, как птица взлетела по лестнице вверх и что было сил надавила на крышку люка. Она не поддавалась. Расстроенная Покровская пыталась проделать это снова и снова, пока, наконец, не поняла тщетность своих усилий. Она топнула от досады.

– Все в порядке? Ты где, Саша?

Покровской стало стыдно. Она оставила Генри далеко позади, надеясь найти выход. А порадовать друга оказалось нечем. Спустившись, она вернулась к нему.

– Там потайной выход из подвалов. Но крыша запечатана, мне ни за что не открыть ее.

– Очень жаль, – ответил Генри, а Саша, не зная, как реагировать на эту его скупую фразу, молча протянула ему ампулу.

– Вот, что я нашла среди обломков. Как думаешь, что это?

– Посвети-ка.

Генри поднес ампулу к глазам и попытался прочесть. Лицо его вытянулось от удивления.

– Саша, дело вовсе не в наркотиках.

– Что ты говоришь?

– Эвтаназия[7]. Дело в эвтаназии. Так маркируют соответствующие лекарства. Так вот, значит, чем промышлял Дин!

Пока Саша и Генри пытались справиться с ситуацией сами, Джо общалась с полицией. Вместе с ними приехали пожарные и люди из экстренной службы, которые должны были заняться завалом. Они осторожно ходили около того, что осталось от поместья, и разговаривали между собой. Они решали, как правильно разобрать камни, чтобы не причинить ущерб людям, оставшимся там. Собаки уже бегали по завалам и водили носами между камней – им было приказано искать. Весь двор перед поместьем был заставлен машинами, так что ступить было негде.

– Я думаю, это сделал Джарвис! – настаивала Джо, разговаривая с тем самым полицейским, который опрашивал Генри, и которому она в свое время рассказывала историю о голограммах.

– Думаете, это был взрыв? Может, дом просто обвалился от старости? – не обращал он внимания на ее слова.

– Это был взрыв! – вскрикнула она, не сдерживаясь.

– Это смогут подтвердить специалисты, как только разберут здание. Не раньше.

– Позвоните в больницу, или это сделаю я! – кипятилась Джо. – Вы не поверили мне с самого начала, и к чему это привело? Что это за полиция, если все приходится делать за вас? Мы, простые дилетантки, смогли докопаться до того, о чем вы понятия не имели!

– А с чего вы взяли, что мы не знаем подробностей? Мы просто не трещим о них налево-направо. Тайна следствия, знаете ли.

Полицейский тоже начал терять терпение, но все-таки взял свой телефон и позвонил в отделение.

– Дежурный? Наберите частную клинику Лондона, где работает мистер Клиффорд, и срочно! Спросите, где сегодня был мистер Джарвис. Я жду у телефона.

Полицейский отошел в сторону, а Джо не могла найти себе места. Она следила за творящимся около их поместья и поверить не могла, что это не сон. Обиднее всего было то, что они упустили-таки человека, который подложил взрывчатку в здание и, скорее всего, унес все улики. Да и что можно было теперь говорить об отпечатках? Теперь ни один специалист не сможет найти здесь хоть что-то. Младшая Клиффорд посмотрела вдаль, туда, куда полчаса назад уехала Мишель. Сквозь дневную дымку и пыль на дороге она увидела розовый отблеск ее авто.

– Ну наконец-то! – воскликнула Джо.

Еще никогда ее так не радовало приближение итальянки. Она выбежала за калитку на основную дорогу, чтобы встретить подругу и узнать, куда она отлучалась. Но для этого не понадобилось расспрашивать ее. Ринальди даже не нужно было приближаться к дому и на четверть, чтобы Клиффорд все поняла. За медленно двигающимся «Мерседесом» ехал большой замызганный экскаватор.

– Чего ты как черепаха?! Поддай газу! – кричала Мишель что есть мочи, высунув голову из автомобиля.

– Да он не едет быстрее! – возмущался в ответ водитель экскаватора.

– Это еще что? – Полицейский подбежал к Джо и с ужасом уставился на странную процессию.

– Это моя подруга, – улыбнулась Джо.

– А экскаватор зачем? Нельзя же разбирать завалы грубой техникой, тем более если там остались люди и есть подвал! Здание может провалиться внутрь, и тогда вашим друзьям конец. Если, конечно, там все еще остались ниши, в которых им удалось скрыться…

– Мисс Ринальди знает, что делает! – Джо и сама не поверила, что произнесла это.

Мишель подъехала ближе, выскочила из машины и, ничего не объясняя, кинулась к водителю. Она о чем-то с ним долго разговаривала, ругалась и спорила. Но, в конце концов, вытолкала его с водительского места и уселась туда сама.

– Эй! Вы с ума сошли? – кричал ей мужчина, еле успевая отпрыгнуть в сторону – Ринальди завела мотор. Быстро осмотрела кнопки управления и развернула экскаватор прямо в сторону дома.

– Ненормальная! – кричал водитель. – Там забор!

Больше никто не занимался своим делом. Все смотрели на них с открытыми ртами.

– Стойте!!! – вместе закричали и полицейский, и начальник спецслужбы.

Но куда там! Остановить Мишель, когда она что-то решила, было нереально. Она устремилась прямиком к фонтану, словно и не видя, что перед ним есть еще металлический забор, кусты и мелкие деревья. Джо и сама испугалась – верно ли поступает подруга и, вообще, в своем ли она уме? Ей удалось заметить на лице итальянки сумасшедшее и в то же время решительное выражение.

– Мишель! – крикнула Клиффорд, но та опустила ковш экскаватора и разнесла забор вдребезги.

– Сделайте с ней что-нибудь! – Полицейский схватился за голову. – Она ненормальная!

– Рада представить вам невесту брата, мою будущую сестрицу! – Джо не нашлась, что еще ему сказать.

Тут Мишель со всей силы врезалась в фонтан и раздробила его на части. Потом отъехала на несколько метров, опустила ковш чуть ниже и на всей возможной скорости помчалась в сторону каменной платформы, оставшейся от фонтана.

– Генри, ты уверен, что это не наркотики? – спросила Саша, не подозревая, что творится наверху. Нет, она, конечно, надеялась, что Джо и Мишель не сидят без дела и думают, как им помочь, но не рассчитывала, что те действуют так радикально. А еще она всячески отбрасывала мысли о том, что взрыв мог навредить и им. Все, что оставалось, это ждать, и ожидание лучше всего было терпеть, ведя беседы, не связанные с их спасением.

– Я уверен! – ответил Генри. – И более того, теперь мне понятно, почему у него так часто умирали пациенты! Мы думали, что ему просто не везло. Постоянно какие-то слабохарактерные люди крутились возле него. А такие не склонны справляться с болезнями. Даже с самыми простыми.

Клиффорд задумался. В свете фонарика от сотового Саша разглядывала его напряженное израненное лицо. Она поймала себя на мысли, что ей хочется прикоснуться к нему. Пожалеть? Нет! Он не хотел бы жалости… Да и это ее мимолетное желание было связано совсем с другим ощущением и чувством. Покровская слегка отодвинулась. То, что она осознала, стало для нее новостью, в данной ситуации совершенно неприемлемой. Тем временем Генри, кажется, ничего не заподозрив, продолжал говорить:

– Дин просто-напросто убивал людей, да еще, скорее всего, за большие деньги! – Клиффорд поморщился, и на этот раз не от боли. – А я работал с этим мерзавцем. – Он поджал губы. – Если бы он не умер, то заслуживал бы самого жестокого наказания.

Покровская слушала его сквозь дымку собственных невеселых и пугающих мыслей. «Вот он, виконт, – думала она, – лежит с переломанной ногой на куче обломков и грезит о борьбе за справедливость. Он – мечта. Мечта, о которой не стоит позволять себе думать».

– Саша, – продолжал Генри свой монолог, – он и Дарти давали клятву Гиппократа. Для врача это самая святая клятва, и они нарушили ее! О, как я сейчас зол!

– Еще есть Джарвис, – сказала она, случайно вспоминая о патологоанатоме, но все также размышляя о Клиффорде.

Истинный англичанин. Даже говоря о том, что зол, он не повысил голоса. Не показал ни единой лишней эмоции. Саше очень нравилась эта его черта… Да что уж греха таить, ей нравился и сам Генри.

– Я всерьез думаю, что убийца не он. Хотя теперь точно понятно, что он был в деле, – уверенно заявил Клиффорд.

– Знаешь что, – сказала Покровская, пытаясь забыть обо всем, что пришло ей на ум, да и не слишком интересуясь сейчас детективным расследованием. – Ты полежи тут пока, а я пойду еще раз попробую приподнять крышку люка. Вдруг получится.

Она чувствовала, что ей необходимо уйти от Генри, причем как можно дальше. Теперь она обязана была позвонить Павлу. И желательно сразу, как только удастся выбраться из этой жуткой ловушки.

Саша не успела встать. Сверху, в стороне, послышался странный звук. Потолок завибрировал. Девушка инстинктивно прижалась к виконту и прикрыла его голову руками.

– Генри, – шепнула она в ужасе прямо ему в ухо, – кажется, это новый обвал! Будь осторо…

И тут сверху над винтовой лестницей ухнула вниз огромная каменная плита, посыпались камни, пыль закружилась в воздухе, а в потолке появилось широкое отверстие. В него ворвалось яркое летнее солнце, а затем послышалось множество голосов, среди которых Саша сразу узнала голоса Джосселин Клиффорд и Мишель Ринальди.

21

– Ну ты даешь! – смеялась счастливая Саша, когда ей и Генри удалось выбраться из подвала. – Приволокла экскаватор, чтобы спасти нас! Ты точно бесстрашная!

Мишель, довольная собой, раскраснелась от похвалы. Джосселин стояла рядом. Она только что рассказала подруге, что с ними было после взрыва. Над Генри работали медики, рядом с ним стоял полицейский и записывал в блокнот все, что ему рассказывал Клиффорд.

– Теперь поймать бы этого Джарвиса, – вспомнила Ринальди, – и дело в шляпе.

– Генри не верит, что он убийца, – доложила Покровская и поведала об ампуле, которую им удалось найти, и о предположении Клиффорда, что патологоанатом действительно скрывал результаты вскрытия.

– Ты видела, какой он странный? – перебила ее Джо. – Раз скрывал убийства, значит, мог и убивать с такой же легкостью. Жаль, что мы не знаем, левша он или правша. Пойду, уточню у Генри.

И Джосселин ушла. Она радовалась, что все так благополучно завершилось. Да, конечно, брат отделался не так легко, как они, но и он будет жить. А это самое главное.

Девушка подошла к Клиффорду, полулежа расположившемуся на носилках, и поцеловала его в щеку. Он улыбнулся. Генри узнал о том, как Мишель прорубила им отверстие наверх, и успел отблагодарить долгим поцелуем. Ринальди была довольна собой без меры и кичилась своим подвигом перед полицией, экскаваторщиком и представителями спецслужб, которые, как она выражалась, только и могут, что болтать.

– Господин полицейский, – обратилась Джо к стоявшему поблизости мужчине, – вам позвонили из больницы? Что по поводу Джарвиса?

– Он был на смене. Из здания не отлучался ни на минуту. И это подтвердили не только работники больницы, но и камеры, видео с которых удалось рассмотреть нашим сотрудникам из Лондона. Убийца не он. Но его задержали.

– По подозрению в содействии Эндерсону и Дарти?

Полицейский молча кивнул.

– Хорошо.

Джосселин еще раз поцеловала брата и отошла в сторону опрокинутого Мишель забора. Она почувствовала жуткую усталость. Казалось, сегодняшний день никак не заканчивается. Хотелось принять ванну, лечь в мягкую теплую постель и забыться, но мысль о преступнике, который до сих пор был где-то на воле, не давала расслабиться. Джо не находила покоя. Если Джарвис все это время был в больнице, то кто тогда убийца? Кто подложил взрывчатку и кто убегал из дома?

– Ты поедешь со мной и Алексой? – услышала Джо голос Мишель. – Можешь и на «Скорой» в больницу, мы не обидимся. В конце концов, Генри твой брат, и там есть место, – предложила она.

Джо не ответила. Преступник знал, что они идут в поместье, и именно поэтому решил забрать лекарства. Кто мог знать об этом? Кто? За ними следили? Их прослушивали? И тут ее осенило. Это мог быть ложный след, но она должна была убедиться сама прежде, чем наводить полицию на человека, репутация которого могла пострадать из-за нее. Она не должна допустить того же, что уже случилось с Генри.

– Нет, я вызову такси, – уверенно заявила Клиффорд. – У меня есть дело.

– Какое еще дело? – прищурилась Миша. – У Генри нога сломана, если ты не заметила!

– Я не врач, если ты не заметила, – съязвила Джо. – К тому же Саша оказала ему первую помощь.

Мишель поморщилась. Нет, она, конечно, была рада, что подруга оказалась рядом с ее женихом, но ей бы хотелось самой быть с ним в такой момент.

– Не знала, что ты такая черствая язва, – обозвала итальянка. – А в общем, как хочешь! Я не стану объяснять, почему младшая сестра не только не поддерживает его, но еще и ушла в неизвестном направлении.

– Мишель, – взмолилась Джо. – Так надо. Ты просто поверь мне.

Ринальди нахмурилась, но отступилась. Клиффорд дождалась, пока увезут Генри, вызвала такси и попрощалась с Сашей и Мишей. Они снова попытались вызнать, куда она, но Джосселин ничего им не сказала, заставляя подруг нервничать.

– Поезжайте в больницу, я присоединюсь к вам так быстро, как смогу, – успокоила она и села в такси.

Девушкам пришлось подчиниться.

Джосселин отправилась в путь до Лондона. Это заняло привычные для нее полтора часа. За это время она успела все обдумать и принять несколько решений. Когда таксист привез ее по назначенному адресу, девушка отпустила его. Район, в котором она оказалась, был одним из тех мест, которые давно заполонили эмигранты. Редкие англичане остались здесь, в своих семейных гнездах, не желая с ними расставаться или просто не имея средств на приобретение жилища в более благоприятном районе Лондона.

Джо подошла к одному из небольших двухэтажных домов. Он был старым и неопрятным. Едва скрывая брезгливость, Джо поднялась на крыльцо и позвонила. Дверной звонок не работал. Тогда девушка решилась постучаться. Спустя минуту услышала шаги, а потом и скрежет насквозь проржавевшего замка. Дверь открылась. На пороге стоял Ричард.

– Ты?! – спросил он, посмотрел на ее израненное лицо и оглядел улицу, словно ожидая, что кто-то еще может прибыть вместе с ней.

– В поместье был взрыв. – Губы Джо задрожали, и слеза скатилась по ее щеке.

– Ох, неужели? – запричитал он, пропуская девушку в дом. – Заходи скорее, я как раз заварил чай.

– Спасибо, – всхлипнула Клиффорд и вошла внутрь.

– Кто был там вместе с тобой? Кто-то остался в живых?

– Генри, Мишель, Саша… – перечислила Джо. – Все живы.

Девушка осмотрелась. Внутри помещение выглядело ничуть не лучше, чем снаружи. Ремонт этим комнатам точно бы не повредил. Жуткая мебель, наверняка простоявшая здесь не одно десятилетие, наводила на грустные мысли. У входа стоял виднелся чемодан, какие-то вещи валялись на полу. Джосселин явно застала Монта за сборами.

– Мне нужно с кем-то поговорить, – выдавила она из себя, а страх стал подкрадываться к сердцу. – Ты куда-то собрался?

– Я? – Ричард тоже посмотрел на громоздкий чемодан. – Да… Решил взять пару выходных и съездить к родным, на побережье. Ну, знаешь… пока все не утрясется.

– Конечно, это правильное решение. – Джо кивнула, а сама еле заставляла себя говорить. Язык словно прилип к небу от страха.

– Я принесу чай. Садись. – Ричард указал на старенький диван у камина.

Джо подчинилась. Монт вышел из гостиной. Девушка услышала затихающий звук его шагов и, не теряя времени даром, вскочила. Она подбежала к полкам, висевшим на стене, сама толком не понимая, что именно ищет, но чувствовала, что обязательно что-нибудь найдет. Иначе и быть не могло.

Тихо, словно мышь, она перебралась к комоду, отворила дверцы, осторожно заглянула туда. Внутри лежало какое-то барахло. Но среди него не было ничего путного. Джосселин еще раз осмотрела комнату и обнаружила у другой двери, по всей видимости, ведущей в прачечную, встроенный в стену шкаф. Девушка на цыпочках пробралась к нему и открыла. Створка скрипнула. Джо зажмурилась, прислушиваясь, не идет ли Ричард. Шагов не услышала, распахнула глаза и уставилась внутрь шкафа. Сердце ее учащенно забилось. На одной из полок лежало, в этом не она не сомневалась, оборудование для голограмм. Все стало ясно как день. Ее подозрения оправдались. Она достала из кармана телефон, а сама попятилась в сторону выхода.

– Отдай мобильник, – услышала Джосселин над ухом, дернулась и почувствовала, как ей в лопатку уперлось что-то круглое и железное.

– Догадалась, стало быть. – Голос Ричарда был чужим.

– Ричард, прошу тебя… – взмолилась девушка, понимая, что попала в западню и теперь ее спасет лишь чудо.

Монт дернул ее за руку, заставляя развернуться. Теперь Джо и воочию увидела пистолет, который молодой человек держал в левой руке.

– Без резких движений, телефон отдай мне. Быстро! – взвизгнул он. Глаза его горели, как у сумасшедшего. – Могла бы жить, но нет! Надо же было сунуться! А ведь ты мне даже нравилась, маленькая Клиффорд. Жаль госпоже «богатые родители» не по нутру был какой-то медбрат.

– Ричард, если дело в этом, то ты не так понял. Хочешь, я поеду с тобой? Разберемся в наших чувствах. – Джо понятия не имела, что несет, но она хотела выиграть время, чтобы найти способ удрать от этого психа. Телефон все еще держала при себе, но Монт, кажется, забыл о нем. Мысли девушки путались. На ум не приходило ничего дельного.

– Да сдалась ты мне! – фыркнул Ричард. – Думаешь, я приударял за тобой, чтобы понравиться? Так вот – нет! Конечно, я не стал тебя добивать, когда сбил на машине. Но это не из-за каких-то там пылких чувств. Просто понял, что ты мне пока нужна. Иначе как бы я следил за твоими подружками и братом? Вы слишком много копались там, где было не нужно!

– Зачем… зачем тебе все это?

– Только деньги! Только власть! Все хотят власти! Не так ли?! – разошелся Монт. – Таким, как ты, она дается с рождения, а другим еще приходится поработать. Эндерсон сразу распознал во мне того, кто ему подходит! Это я рассказал ему про поместье! И это я ходил с ним к риелтору! Я во всем ему помогал! И если бы не Дарти… Вообще все было бы отлично!

– Так это ты его… – Джо не смогла договорить. Она нашла глазами на тумбе не так далеко от себя тяжелую с виду статуэтку и все приноравливалась, как бы ее схватить до того, как он выстрелит.

– И его, и Дина!

– Но зачем? – Джо отвлеклась от статуэтки, всерьез задавшись этим вопросом.

– Дин… Этот глупец перестал брать заказы. Нет… Не так… Он не хотел брать заказы от тех, кто планировал избавиться от своих ненавистных родственников. – Монт совсем ненормально захихикал и изменил голос, якобы подражая Эндерсону. – «Ричард, – говорил он, – мы не убийцы! Мы только помогаем тем, кто сам хочет уйти. Это справедливо. Если они не хотят жить, это их право. Но убивать потому, что кто-то решил получить наследство пораньше… Нет, этого мы делать не будем».

Ричард задумался и опустил пистолет. Джо снова устремила взгляд на статуэтку. Но Монт взял себя в руки и опять выставил оружие вперед.

– Дин идиот! – безапелляционно заявил он. – Он не понимал, что такие заплатят куда больше, чем эти самоубийцы. А мы чувствовали это и решили все взять в свои руки…

– Мы?.. – переспросила Джо, но тот не слушал.

– Потом ты со своими подружками, – продолжал объясняться молодой человек. – Пришлось убрать голограммы, которые отпугивали алкоголика, охранявшего ваше поместье. Все равно они были уже не нужны. Пару раз увидел наше привидение и наделал в штаны…

– Мы – это ты и Кристиан? – гнула свое Джо.

– Кристиан? – высокомерно усмехнулся Ричард. – Кристиан только мешал, и поэтому нам пришлось его убрать. Он случайно узнал о нашем бизнесе, и приходилось платить ему за молчание.

– Когда ты успел убить его? Мне казалось, в Бате ты был с Генри на экскурсии. Как он мог не заметить твое исчезновение? – отвлекала его Джо разговором.

– Когда мы с Клиффордом поняли, что вы исчезли, я вызвался поискать вас на вокзале. А сам вернулся в поезд… и сделал это! Ох, с каким удовольствием я всадил в него нож по самую рукоятку! Наконец-то я смог увидеть его таким, каким он был на самом деле. Все кичился своим происхождением и деньгами, а на самом деле был трусом и ослом. Он и подумать не мог, что я смогу покуситься на его жизнь в поезде, где полно людей. Думаешь почему он согласился ехать? Чтобы оставаться на виду, среди народа! Глупый, глупый Кристиан.

Безумный блеск в глазах Ричарда лишал Джо всяких надежд. Плюс ее очень волновало это «мы», которое он повторил несколько раз. Но сейчас девушка понимала, что жива только до тех пор, пока Монту есть что сказать, и она должна продолжать задавать вопросы не потому, что хотела знать ответы, а потому, что так могла отсрочить свою смерть и придумать, как выжить. Незаметно она переступила с ноги ногу, это помогло ей приблизиться к тумбе, где стояла статуэтка. Ричард ничего не заметил.

– Конструктора голограмм тоже убил ты? Чтобы он не раскрыл лишнего?

– Нет, этого я не трогал. – Ричард всерьез был разочарован этим фактом. – Успел смыться. Видимо, понял, что дело дрянь, купил билеты и улетел неизвестно куда.

– Но на его имя не было куплено ни одного билета, а машина стоит в гараже.

Ричард удивленно поднял бровь. Он не ожидал, что Джо так осведомлена.

– Дурочка, – почти нежно произнес он и заулыбался, – у него было два паспорта. Вот почему ты не смогла его пробить. Так что он и от тебя скрылся незаметно, маленькая глупая Клиффорд. И если бы у меня был доступ к информации, которой обладала ты, то и его бы в живых не осталось. Я втерся к нему в доверие, и он по пьяни рассказал мне про поддельные документы. Но на чье они были имя, догадался утаить.

– Но зачем ты решил подставить моего брата? – Джо сделала еще один незаметный шаг к спасительной статуэтке.

Ричард засмеялся, теряя бдительность. Девушка продвинулась ближе к тумбе. Дуло пистолета все еще преследовало ее.

– Просто он такой надутый и высокомерный, да и пришелся кстати. Почему бы и нет? А еще он мог нам помешать, мог начать подозревать. Так мы рассчитывали убрать его из больницы.

– Тебя и патологоанатома? – еще раз попробовала разузнать, кто этот второй, Джо.

– Ты все еще думаешь на Джарвиса? – захохотал Ричард. – Вся его вина заключается в том, что он подделывал результаты вскрытия. И не более того. Я говорил, что мы платим ему слишком много.

– Да кто «мы»?! – разозлилась Джо. – Кто помогал тебе?!

– Это я помогал ей! – закричал он в ответ. – Но я был полностью с ней согласен! Только так и можно было вести это дело. Дин брезговал пачкать свои аристократические ручки. Инъекции делал я сам, и поэтому мы решили, что он нам вовсе не нужен.

Джо начала судорожно думать. Что за женщина замыслила все это? Кому помогал Ричард? Клиффорд решила, что преступницей могла оказаться Виолетта. Она была любовницей Дина и хорошей актрисой. Значит, смело лгала им в лицо, когда они посетили ее в гримерной. Она знала про голограммы, поэтому Эндерсон вполне мог рассказать ей о своем незаконном бизнесе. Кроме этого, она общалась с творческой элитой Лондона и могла поставлять ему клиентов.

– Это Виолетта? – сделала последнюю попытку угадать преступницу Джо.

Ричард злорадно усмехнулся и перекинул пистолет из правой руки в левую. Джо обратила на это внимание, но ее это уже не удивило. Похоже, Монт одинаково хорошо владел обеими руками.

– Отличный из тебя получился детектив, – прыснул он. – С такими дедуктивными методами ты можешь ткнуть пальцем в каждого жителя Лондона и однажды-таки догадаешься. Дурочка.

Джосселин понимала, что помощи ждать неоткуда, решилась и сделала последний шаг к тумбе.

– Может, я и дурочка. – Девушка быстро схватила статуэтку, выкрикнула: – Зато ты просто псих! – и метнула ее в Ричарда.

Монт успел сделать выстрел. Острая боль в плече заставила Джо вздрогнуть. Она отшатнулась, но увидела, как вещь, брошенная ею, ударила Монту точно по лбу и с грохотом упала на пол. Следом за ней повалился и сам Ричард. Девушка побежала к нему, мечтая только об одном – подобраться к пистолету. Она наклонилась, схватила его и только потом достала телефон, чтобы набрать номер службы спасения. За окном послышался вой полицейской сирены.

Джосселин, не веря своему счастью, выбежала во двор и, заметив машину правоохранительных органов, стала махать им, привлекая к себе внимание.

Она сильно удивилась, когда раздался голос, усиленный громкоговорителем:

– Бросайте оружие, вы окружены.

И только тут Джо сообразила, что все еще держит пистолет Монта. Она осторожно присела, положила его на землю и встала с поднятыми руками. Сразу ощутила сильную боль в плече и ойкнула.

Девушка увидела, как в квартал въезжает розовый «Мерседес» и с облегчением вздохнула. Машина остановилась рядом с полицейской, и из нее выскочили взволнованные Саша и Мишель.

– Джосселин Анабель Клиффорд! – прокричала Мишель из того конца квартала. – Ты просто ненормальная высокомерная английская беспредельщица!

Полицейские, осознав, что произошла ошибка, опустили оружие и направились в дом. Девушки бросились обнимать Джо. На улице снова зазвучала сирена, на этот раз принадлежавшая карете «Скорой помощи».

– Как вы… Как вы догадались, что я здесь?

– Это не мы! Это все твой Серж! – ответила Саша. – Он позвонил мне и рассказал ситуацию, в которой ты оказалась.

– Но как он узнал?! – Джосселин была шокирована.

– Я же говорила, что он следит за тобой через твой телефон. – Мишель шуточно пихнула Джо, и та поморщилась от боли. – Правда, сейчас это оказалось полезным. Но в ванну я бы поостереглась брать с собой мобильник! – И она подмигнула ей.

Все трое рассмеялись и повернулись в сторону крыльца, на котором показался Монт в наручниках. Он шел между полицейскими. Вдруг Ричард уставился на подруг, взвыл и упал на колени, а потом стал брыкаться и визжать, словно сумасшедший. Джо смотрела на него и не верила, что знала этого человека и пускала в свой дом. Она и подумать не могла, что рядом с ней все это время скрывался настоящий психопат, который наслаждался убийствами. Он так умело прятался под маской влюбленного романтичного мужчины, что видеть его таким было невыносимо. И девушке на минуту стало жаль Ричарда.

Полицейские подняли его и повели к машине.

– Я отомщу! Я всем вам отомщу! – прокричал он с пеной у рта, еще раз дернулся, но не смог вырваться из хватки полицейских. Когда понял тщетность своих попыток, начал биться головой о дверцу. Представители закона без предисловий запихнули его на заднее сиденье.

– Да уж, – раздался нервный смешок со стороны Мишель, – психа ему сейчас сыграть гораздо выгоднее, чем идти под суд как хладнокровному убийце.

На улицу высыпали жители других домов. Все это время они в ужасе смотрели на происходящее. Полицейские просили народ разойтись, но их мало кто слушал. Часть оперативников осталась в доме. Они все обыскали и вскоре вынесли ту самую сумку, с которой Ричард бежал из поместья.

Внезапно Джосселин вспомнила о сообщнице Монта. Не объясняясь перед подругами, она двинулась в сторону знакомого им полицейского. Подруги, переглянувшись, отправились за ней.

– У Монта был сообщник. Женщина, – сообщила Джо. – Полагаю, это Виолетта, актриса.

Она изложила свои домыслы полицейскому, и тот внимательно выслушал ее. После того как девушка замолчала, он усмехнулся и ответил:

– Ваши доводы мне ясны, но полиция уже схватила его сообщницу. И это не Виолетта.

– А кто же?! – в один голос воскликнули Джо, Саша и Миша.

– Мне кажется, вам нужна медицинская помощь, – заметил полицейский и взмахом руки позвал врача. Сам, так и не ответив на вопрос, удалился.

– Ты хоть понимаешь, как это было глупо – полезть одной к преступнику в логово? – распекала Мишель Джосселин, пока ту осматривала врач.

– Будто ты никогда не поступаешь опрометчиво, – пробубнила Клиффорд и вскрикнула, потому что врач прикоснулась к ране.

– У вас пуля в плече, – посетовала женщина. – Нужно оперировать.

Джо вздохнула. Что-то слишком часто за последнее время ей приходилось навещать больницы. Врач сделала временную повязку, чтобы остановить кровь, и ушла на минуту.

– Но все-таки ты молодец. Сама догадалась, кто убийца, и сумела обезвредить его, хоть и с последствиями, – Мишель улыбнулась так гордо, словно Клиффорд была ее ученицей и только благодаря стараниям самой Ринальди получила высший бал на каком-нибудь экзамене.

– Спасибо, – усмехнулась Джо, встала и побрела в сторону «Мерседеса» итальянки.

– Вы куда? – Врач снова подошла к Клиффорд и остановила ее. – Вы что, не слышали, что я сказала? Вам срочно нужно в больницу!

– А я и собираюсь в больницу, – Джосселин кивнула на Мишель. – Подруга меня отвезет, – а потом устало добавила: – Все лучше, чем на вашей колымаге.

22

Переписка с иностранного сайта Computersandusers.com, приватный чат (записи переведены с английского)

JoYo: Мы сделали это! Мы нашли убийцу! Я самолично вырубила его, хотя он успел выстрелить в меня, но я в порядке! Благодаря тебе… спасибо.

BarsOFF: Как-нибудь потом расскажешь мне всю историю. Должен собираться. Мне скоро придется уехать.

JoYo: Куда? Зачем? Ты сможешь мне писать?!

BarsOFF: Пора послужить Родине. И нет. Я буду недоступен.

JoYo: Дело опасное?

BarsOFF: Как всегда (улыбающийся смайл).

JoYo: Так ты военный! Почему все это время помогал мне? Разве военным положено помогать гражданам другого государства?

BarsOFF: Я за справедливость в любой стране. Удачи, JoYo!

JoYo: Не исчезай так! Позвони! Ты же знаешь мой номер!

Сообщение не доставлено. Абонент удалил свой аккаунт.

В окна дома Клиффордов заглядывало полуденное солнце. На улице стояла сухая и теплая погода. Фрамуги распахнули настежь, и в комнаты врывался теплый летний воздух, приправленный ароматами цветов. Настроение обитателей дома было под стать погоде: благодушное и разнеженное, такое, какое случается, когда беда тебя минула, и жизнь в ближайшее время не предвещает ничего плохого.

Завтрак подали ровно в девять, словно ничего необычного вчера и не случилось. За столом, помимо хозяев, сидели Мишель и Саша. Джо только что вернулась из больницы и на этот раз даже не опоздала. Генри, закинув загипсованную ногу на табуретку, читал спасительный для него утренний выпуск «Таймс». Именно там опубликовали заявление полиции о расследовании убийства Дина Эндерсона. Они опровергали слухи о том, что Генри Клиффорд причастен к этому, сделали публичное извинение перед ним и просветили читателей о настоящих преступниках и их жертвах.

– Полагаю, девушки, вам не терпится узнать, кто помогал Ричарду? – спросил Генри, слегка опуская газету так, чтобы все увидели его улыбающиеся глаза.

Саша отвела взгляд и тихо ответила куда-то в сторону:

– Сиенна Эндерсон.

Генри приподнял бровь и внимательно посмотрел на Покровскую. Остальные тоже обратились к ней.

– Успела перехватить «Таймс» до меня? – уточнил Клиффорд.

Саша все еще любовалась безоблачным небом за окном и не подумала повернуть головы. Только Джо заметила эту странность, нахмурилась и слегка покачала головой.

– Нет, – после секундной паузы ответила Покровская. – Догадалась.

Девушка отвернулась от окна и бросила взгляд не на человека, задавшего вопрос, а на младшую Клиффорд. Та усмехнулась.

– Понятно, ты же общалась с Сиенной, – перехватила инициативу в разговоре Мишель. – Эх, вот если бы я тогда отправилась к ней, то обязательно поняла бы, кто она есть на самом деле. Кстати, помните, как я с самого начала думала на нее? Надо бы тебя на какие-нибудь детективные курсы что ли заслать, чтобы не доводила до взрыва в домах и стрельбы в подруг. Вот если бы ты раньше…

– И все же хотелось бы понять, как именно ты догадалась? – перебил Генри словоизвержения Мишель. Та недовольно поджала губы, но замолчала.

– Да и некого больше подозревать, – отозвалась Саша. – Она так упорно обвиняла тебя, а когда поняла, что твоя персона не слишком-то подходит под роль убийцы, ухватилась за предложенного Лолой Пайнсмита, а потом и за Чендлера. Удивительно, на что способны люди, чтобы снять подозрения с себя любимого.

– Однако Мишель права, если бы ты раньше донесла до полиции свои подозрения, может, и не было бы всего этого, – высказалась миссис Клиффорд, и Саша стушевалась и покраснела.

– Я рассказала полиции про голограммы, но они не поверили мне, – заступилась за нее Джо. – Сомневаюсь, что догадки русской девушки как-то облегчили бы дело.

Покровская благодарно взглянула на подругу, и ей снова, как в первый день их знакомства, стало легче от ее присутствия.

– Главное, что все это закончилось и не так уж плохо, – решил подытожить Генри и перевести тему. – Сегодня утром мне позвонили из больницы. Просят приступить к своим обязанностям. Конечно, заведующим хирургией меня пока не поставили, но думаю, что и этот день не за горами.

Молодой человек, может, и не хотел показаться в этот момент особенно важным, но не смог перебороть себя.

Мишель прыснула, Джо довольно заулыбалась, а родители Клиффордов и вовсе вытянулись в струну так, словно в их в спинах внезапно появились железные прутья вместо позвоночника. Саша вымучила из себя поздравления.

– Чем же вы сегодня собираетесь заняться? – спросил Уильям Клиффорд у молодежи.

– Собираюсь посетить отделение полиции, нужно собрать недостающие кусочки паззла, – ответил Генри. – Полагаю, они считают себя обязанными передо мной и поделятся информацией.

– А я обещала показать Алексе дом Джейн Остин, – внезапно вспомнила Мишель.

Для Покровской это оказалось новостью, но она не стала спорить. Девушка мечтала поскорее уйти отсюда. Она твердо решила, что последние пару ночей перед отъездом проведет в гостинице. Да, старшие Клиффорды были благодарны за оказание первой помощи их сыну и сказали ей об этом, но на этом все их расположение к ней заканчивалось. Они все еще не особо жаловали ее в своем доме и продолжали считать не хорошим другом семьи, а незнакомкой, коей она, скорее всего, для них и останется.

Все посмотрели на Джо. После того как она одна ушла к Ричарду, никто не горел желанием оставлять ее одну, и родители тщательно отслеживали все ее передвижения. Скорее всего, и этот вопрос Клиффорд-старший задал лишь для того, чтобы узнать, что запланировала дочь.

Джосселин передернула раненым плечом, поморщилась, увидела прикованные к себе взгляды и обрадовала:

– Пожалуй, проведу денек дома.

Все вздохнули с облегчением, а девушка достала здоровой рукой телефон, включила экран, проверила, нет ли новых сообщений или пропущенных звонков с неизвестного номера, и, удостоверившись в их отсутствии, еле слышно шмыгнула носом. Саша знала, о ком она печалится, и посочувствовала ей. Серж исчез, словно его никогда и не бывало, и младшая Клиффорд не знала, позвонит ли он когда-нибудь снова.

В отличие от нее, у Саши личная жизнь налаживалась. Поздно вечером того дня ей позвонил Павел, согласился с тем, что был неправ, клялся, что больше никогда так не поступит, и умолял вернуться к нему. Покровская его простила, и он с нетерпением ожидал ее приезда, который неминуемо приближался.

Сразу после завтрака Мишель повезла Сашу в дом Джейн Остин. Как бы им ни хотелось сперва узнать подробности расследования, ответ мог дать только Генри, а он обещал вернуться не раньше обеда. Музей не показался Покровской таким интересным, как она ожидала. Но случилось это лишь по той причине, что Саше не терпелось узнать все о деле. И девушки не столько осматривали предметы обихода писательницы, сколько вспоминали события прошедших дней и старались склеить то, что никак не сходилось.

Днем девушкам позвонила Джо. Она рассказала, что к ним неожиданно заглянул Пайнсмит. Он увидел статью с их именами, где полиция выражала свою признательность, и нашел девушек. Он принес в дом Клиффордов три огромные корзины с цветами. Ни слова не сказал про поддельное удостоверение детектива Миши, но зато рассыпа́лся в благодарностях больше часа и приглашал всех троих в известный ресторан в Лондоне. Джосселин благодарно приняла цветы, но от ресторана отказалась, заверив Грегори, что он ничуть им не обязан. Мишель, конечно, на это разозлилась, но Саша отвлекла ее тем, что попыталась узнать у подруги, где именно та достала «ксиву». Ринальди поведала подруге, что купила удостоверение в переходе в Москве еще в тот день, когда приезжала с Генри к Саше. А потом она удивила подругу, покопавшись в своей сумочке и выудив оттуда точно такое же, но на имя самой Покровской.

– Даже фото не поленилась вклеить, – рассмеялась Саша, и обе, довольные, поехали в гостиницу.

Девушка ожидала, что подруга останется у нее, ведь скоро им предстояло расставание, но Мишель отмахнулась от предложения побыть с ней.

– У меня много нерешенных дел. Завтра тоже не приеду.

– Но мне через день уезжать, – напомнила Покровская.

– У тебя вылет утром? – уточнила Ринальди. – Приеду, чтобы отвезти тебя в аэропорт. Не волнуйся.

Совсем не этого ожидала Саша и, попрощавшись с подругой, расстроенная пошла к себе в номер. Она не понимала, почему итальянка так с ней поступила. Покровской казалось, что после всего того, что произошло, Мишель не может так просто бросить ее. Но Миша, не моргнув глазом, оставила ее одну и уехала к Клиффордам, где ее ждал отчет Генри о том, что в действительности происходило в поместье, и кто еще был замешан в нелегальном бизнесе Дина Эндерсона. Саша тревожить подруг постеснялась и уверила себя в том, что будет жить в неведении до своего последнего дня в Англии, но, на ее счастье, над ней смилостивилась Джо. Она позвонила и все рассказала.

Как и предполагал Генри, Дин практиковал эвтаназию. Он вовремя нашел Ричарда, который не чурался заняться этим подсудным делом. Сам Дин к пробиркам не прикасался, предоставляя Монту вводить лекарства. Работали только с теми, кто хотел уйти из жизни. Сиенна подыскивала клиентов. Джарвис подделывал результаты вскрытий. Каждый имел свою работу и свою долю.

Дело пошло из рук вон плохо в тот момент, когда Кристиан узнал об их бизнесе. Он опустился до шантажа. По сути, он не нуждался в деньгах, но надеялся, что сможет подсидеть Дина и в будущем встать на его место.

Следующей проблемой стал Пол Чендлер. От Виолетты Дин узнал, что тот хочет закончить жизнь самоубийством. Он встретился с ним и предложил свои услуги. Тот поначалу согласился, но после испугался и пошел на попятную. Дин решил повременить с эвтаназией. А когда Сиенна и Ричард предложили ему использовать лекарства на людях, которые этого не хотят, но мешают по какой-либо причине своим родным, он и вовсе отказался, и тогда эти двое решили убрать его с дороги. Кристиан сразу догадался, кто виновен в смерти Эндерсона, и ему пришлось закрыть рот. Монт специально использовал нож левой рукой, чтобы бросить как можно больше подозрений на Генри, которого терпеть не мог.

Как только у полиции возникли гипотезы относительно виновных, они стали прослушивать телефонные переговоры Сиенны и Ричарда. Как раз в тот день, когда Джо пошла к последнему, у них наконец-то появились основания для ареста. По телефону Сиенна умоляла Ричарда поскорее уехать, пока все не утрясется, и сказала несколько фраз, которые и были бы главными показаниями против них в суде. Этого вполне могло бы хватить, но, когда ее арестовали, она так напугалась, что раскрыла полиции все, и теперь их ожидало суровое наказание.

Как выяснилось из рассказа Эндерсон, она умело управляла Ричардом, но при этом сама в расправах практически не участвовала. Все делал он – молодой человек был влюблен и полагал, что она отвечает ему взаимностью. Он придумал план, как избавиться от нелюбимого и мешавшего Сиенне мужа. Он вызвал Дина в поместье на якобы серьезный разговор. Тот, не ожидая подвоха, приехал туда, зашел с Ричардом в башню, а Сиенна захлопнула за ними дверь. Она сделала это, чтобы отвлечь Эндерсона. Тот обернулся, чтобы посмотреть, что происходит, и в этот момент Монт накинул на его шею петлю и затянул веревку.

Как и все сумасшедшие, Ричард, несмотря свой хилый вид, обладал недюжинной силой. В состоянии аффекта он быстро расправился с крупным Эндерсоном и оставил его висеть в башне. И именно в тот момент в поместье пришла Джо. Понимая, что не могут просто так исчезнуть, Сиенна и Ричард затаились в темном углу коридора, ведущего на кухню. А когда Клиффорд выбежала наружу и стала вызывать полицию, соучастники вернулись в башню и вытащили оттуда еще неостывшее тело Дина. Нести через все поместье было тяжело, поэтому они сбросили его со второго этажа в кусты с другой стороны здания. В это время Джо, напуганная, стояла за забором поместья и ничего не услышала. Она не заметила, как Сиенна и Ричард выбрались из дома. Представители закона не поверили девушке, которая говорила то о трупе, то о привидении, и поэтому не стали обыскивать территорию. Только спустя несколько дней соучастники преступления вернулись, забрали тело Дина и перевезли на ближайшую помойку, где его и нашла полиция. Когда Сиенна и Ричард поняли, что дело принимает крутой поворот, решили отправиться на бал и обвинить во всем Генри. Конечно, когда Саша приходила к Эндерсон, та уже знала, кто она, и играла роль несчастной вдовы, как только могла.

Полиция подтвердила, что это Дин и Ричард искали место, где можно прятать лекарства, и Эндерсон купил аппаратуру для голограмм, чтобы отвлечь внимание посторонних. Хотя здесь он, пожалуй, прогадал, потому что этим он только вызвал подозрения Джосселин Клиффорд, а именно с этого все и началось.

Полиция хоть и не очень хотела признавать, но была благодарна девушкам. Специалисты сумели восстановить фотографии с телефона Джо, и так нашли инженера, сделавшего проекторы. К тому же своевременная помощь девушек позволила поймать преступников до того, как они совершили еще больше тяжких злодеяний. Сиенна, узнав о Виолетте, планировала уничтожить и ее. Конечно, с помощью Ричарда. И сколько еще людей не стало бы, поставь они дело Дина Эндерсона на поток…

Инженеру повезло, он вовремя успел скрыться. Получив большие деньги от Дина, мужчина уехал в Мексику. Полиция нашла его там в полном здравии.

Еще одному человеку не удалось избежать расправы Монта – беженцу из арабских стран, который сделал для него бомбу. Его Ричард тоже задушил и оставил в квартире, где тот снимал комнату. Тело нашла хозяйка и обратилась в полицию. На нем нашли отпечатки пальцев Ричарда. В тот момент, напуганный преследованием полиции и девушек, он начал совершать глупости. Сейчас Ричард Монт, Сиенна Эндерсон и Джарвис находились под следствием. Их ждали суд и тюрьма.

После разговора с Джо Саша довольно быстро уснула, а наутро, только сон покинул ее, события прошедших недель пронеслись у нее в голове, и она вздохнула с облегчением – расследование было закончено. Завтра она летит домой. Девушка помнила, что сегодняшний день ей придется провести в одиночестве, поэтому решила не терять времени даром. Она встала, умылась, оделась, собрала вещи в чемодан и собралась прогуляться по улицам Уинчестера.

Спустившись на ресепшен, Покровская обнаружила, что у входа в лобби висит табличка «Зарезервировано». В полуоткрытую дверь она едва смогла рассмотреть какие-то приготовления. Саша слегка позавидовала тому, кто сегодня проведет веселый вечер в компании друзей, но постаралась уговорить себя, что иногда побыть наедине со своими мыслями тоже неплохо, и вышла из отеля.

В районе четырех вечера позвонила Мишель.

– Где ты? – отрывисто спросила она.

– Гуляю. – В это слово Покровская постаралась вложить всю свою обиду за то, что ей приходится проводить время в одиночестве.

– Долго мы тебя еще будем ждать?!

– Ждать? – не поняла Саша. – Где?

– В гостинице, конечно! – нетерпеливо ответила Миша. – Приготовила себе… то есть тебе, конечно же… прощальную вечеринку! Ждем, понимаешь ли! А ты где-то прохлаждаешься!

– Постой! Ты же ни слова мне не говорила…

– И слышать ничего не хочу! – прервала итальянка. – Быстрее к нам.

Теперь Саша поняла, кто именно зарезервировал лобби. И даже то, что Мишель ничего ей не сказала, не могло нарушить ее счастья. Она взяла такси и, радостная, поехала в отель.

Джо и Миша встретили ее в холле. Они взяли ее под руки с обеих сторон и повели в заветную комнату. Саша восторженно оглядывалась – лобби украсили шариками и плакатами с надписями «До новых встреч!», «Хорошего взлета, мягкой посадки!» и «Возвращайся к своим медведям!»

Покровская, не сомневаясь, чьих рук дело последняя надпись, обернулась к Ринальди и рассмеялась. Та довольно улыбалась. Саше польстило то, что подруги устроили ей такие проводы.

Комната была полна незнакомого Покровской народа. Люди сидели за столиками, попивали коктейли или танцевали на небольшом пятачке возле пульта диджея. За барной стойкой нашелся и Генри. Он увидел подруг и подозвал их к себе.

– У меня для вас есть интересная новость, – сказал он, как только девушки присоединились к нему. – Мне доложили, что завалы в нашем поместье разобрали. Среди камней, оставшихся от фонтана, обнаружили человеческие кости.

Девушки вскрикнули.

– Чьи же? – спросила Джо.

– Их отдали на экспертизу. Оказалось, что они принадлежат женщине. Похоже, ее замуровали в статую, которая высилась над фонтаном.

– О Боже, – поежилась Миша. – А я еще хотела попросить у тебя собственную статую. Теперь понятно, откуда в поместье появилось привидение.

Джо и Саша одновременно закатили глаза.

– Что?! – возмутилась Ринальди. – Уверена, это Кэйлин свела в могилу твоего предка, милый. Она мстила за свою честь.

– Поменьше бы ты общалась с тетей Беатриче, – посетовала Покровская.

– Не отрицай, когда мы вызывали дух бедной ирландки, ты тоже ощутила ее присутствие!

– Да с чего ты решила, что это останки Кэйлин? – спросила Джо. – Мы же не знаем точно.

– Эксперт не назвал дату смерти, но предположил, что костям около двухсот лет, – подтвердил догадку Мишель Генри, – так что это вполне могла быть и она. Но в оправдание ирландки скажу: полицейский нашел в архиве дела, сохранившиеся с того времени. Оказывается, мой предок, Уильям Клиффорд, не сам покончил со своей жизнью. Его повесил брат Кэйлин, как только узнал, что она умерла. Так он ему отомстил.

– Все понятно! – Мишель кивнула. – А Ричард прочитал дневник Уильяма и решил свалить вину на бедное привидение.

– Он психопат, – пожала плечами Саша. – Мало ли, какие мысли бродили в его голове? Может, он считал, что таким образом возносит дань обманутой женщине? Ведь Дин тоже обманывал Сиенну.

– Теперь мы никогда не узнаем, – сказал Генри. – Да и хватит о Ричарде…

В этот момент бармен предложил друзьям напитки, они отвлеклись, а продолжить разговор так и не смогли. К Саше стали подходить разные люди, знакомились с ней и, смеясь, прощались, желая счастливой дороги и скорейшего возвращения в Англию. Покровская не запомнила и половину этих лиц. Гости, не стесняясь, наполняли бокалы спиртным, оплаченным Мишель и Клиффордами, и веселились вовсю.

– Саша, – позвала Джо, – ты приедешь на свадьбу?

Покровская посмотрела на Генри, вспомнила о своих чувствах, которые возникли к нему не так давно, и опустила взгляд на дно бокала, словно могла найти там ответ.

– Не думаю, что получится…

– Кстати, об этом, – откашлялся Клиффорд. – Мне кажется, сейчас не лучшее время для этого торжества. Как ты считаешь, Мишель? Может, нам стоит повременить со свадьбой?

Саша резко посмотрела на Генри, не веря собственным ушам, а потом перевела взгляд на Мишель, чтобы увидеть ее реакцию. Лицо Ринальди, вопреки ее ожиданиям, просветлело.

– Д-да, милый, конечно! – слишком быстро согласилась она. – Ведь нет ничего хорошего в том, чтобы жених стоял перед гостями со сломанной ногой. Хочу идеальную свадьбу!

На лице Джо появилась ухмылка. Она внимательно посмотрела на Сашу, потом на Генри и понимающе усмехнулась.

– А ты, кстати, мне должна, – огорошила Мишель младшую Клиффорд, отвлекая ее от умозаключений.

Итальянка увидела непонимающий взгляд Джо и пояснила:

– Ты так и не завела роман с Ричардом. Может, если б ты его завлекла, он не оказался бы таким психом?

– Да уж, умеешь ты подыскивать женишков, – поморщилась Джо. – То Кристиан, то Ричард… Один шантажист, другой убийца. Так что ничего я тебе не должна.

– Ой, ну подумаешь, вышла небольшая промашка, – возмутилась ее словами Ринальди. – Вот в следующий раз… – начала было девушка, однако подруги шутливо закрыли уши руками, не желая знать ничего об этом «следующем разе». Мишель замолчала и надула губы.

В этот момент ее позвал кто-то из обслуживающего персонала, и она, с деланной строгостью посмотрев на подруг, отлучилась.

– Как ты? – спросила Саша Джо и показала на ее перевязанную руку.

– Вполне нормально, учитывая, что меня подстрелили.

– Странно, что тебя не оставили в больнице после операции.

– Хотели, – кивнула Джосселин. – Но я убедила их, что врач, который может перевязать рану, находится у меня дома.

– Что Серж? Так и не появлялся?

Джо молча покачала головой.

– Кстати, я хотела с тобой поговорить. Я еще раз просмотрела все видео голограмм, которые полиция отдала Генри, и, что самое интересное, ни на одной из них не нашла ту женщину, которую видела в самый первый раз.

– И что ты думаешь об этом? – спросила Саша.

– Не знаю. – Джо многозначительно посмотрела на подругу. – В любом случае, понять, обман это был зрения или реальная Кэйлин, сейчас уже невозможно. Но прошу, никогда не говори об этом Мишель.

– Конечно, – усмехнулась Покровская. – Могу представить, на что пойдет эта охотница за привидениями, чтобы все-таки вызвать ее.

Обе посмеялись, а потом Джо вновь стала серьезной и поведала:

– Генри сказал, что кости собираются захоронить, так что ее дух, реален он или нет, наконец найдет упокоение.

В комнате погас свет. Гости с удивлением начали озираться, не понимая, что происходит. Потом открылась дверь, и в проеме появилась Ринальди. Она катила тележку, на которой стоял огромный торт. Его украсили бенгальскими огнями, и они шумно сверкали в темноте, вызывая у присутствующих вполне закономерные охи и вздохи.

Миша подошла к Покровской и торжественно произнесла:

– Это в благодарность одной храброй русской, которая спасла моего жениха и вообще оказалась неплохой подругой.

На заднем плане раздавались умилительные и шуточные возгласы, но Саше было все равно. Она не могла поверить в то, что Мишель – Мишель! – произнесла такие слова в ее честь. Ринальди вывезла торт на середину комнаты, и гости ринулись к угощению. Когда от десерта остались одни воспоминания, диджей включил зажигательную музыку, и Мишель утянула Покровскую на танцпол.

Генри и Джо остались у стойки, но с интересом следили за весельем других.

– Почему ты не идешь с ними? – спросил Клиффорд. – За меня не волнуйся, я никуда не убегу. – И он шутливо выставил вперед загипсованную ногу.

Джо о чем-то думала и не слышала брата. Ей не давала покоя одна мысль, которую она, оставшись с ним вдвоем, все-таки решилась высказать:

– Вот, кто станет хорошей женой. – Девушка кивком указала на Сашу и перевела внимательный взгляд на Генри, пытаясь уловить малейшую реакцию с его стороны.

– Кому-то обязательно будет, – равнодушно ответил Клиффорд, повернулся к барной стойке и, не выказывая и доли заинтересованности к такому разговору, отпил из своего бокала.

Саша же чувствовала себя прекрасно! Ей впервые было так хорошо в компании незнакомых людей. Решив не думать о том, что завтра нужно будет покинуть Англию, девушка веселилась от души, но в какой-то момент она, запыхавшись, остановилась и посмотрела вокруг.

Сквозь вспышки цветомузыки она выловила улыбающиеся лица своих друзей, и ее посетила странная мысль. Она внезапно поняла, что благодарна давно почившей ирландке за то, что оказалась здесь. За знакомство с Джо и Генри, за новую встречу с Мишель и за поездку в страну, в которой мечтала побывать. И не важно, настоящее было привидение или нет, Кэйлин подарила ей незабываемые минуты, воспоминания о которых навсегда останутся с ней.

[1] Прошу прощения за мое замешательство. Пожалуйста, входите. (Перев. с англ.)

[2] Частная собственность. (Перев. с англ.)

[3] Героиня почти дословно цитирует фразу из мультфильма «Малыш и Карлсон».

[4] Сленговое название фунтов стерлингов.

[5] Одна из самых известных театральных школ мира, а также одна из старейших драматических школ в Великобритании.

[6] О Боже! (Перев. с ит.)

[7] Практика прекращения жизни человека, страдающего неизлечимым заболеванием и испытывающего вследствие этого заболевания невыносимые страдания.

Content

Дилетантки
Чисто английское привидение
Екатерина Новак
Анна Камская

Пролог

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22