Юрий Зеленин

Адмирал Пустошкин покоритель крепости Аккерман

© Юрий Зеленин, 2021 г

Адмирал Пустошкин Семен Афанасьевич

Художник Бажанов П. Н. (1851–1913)

Биография адмирала Пустошкина С.А

Семен Афанасьевич Пустошкин, адмирал, сенатор и кавалер орденов: Белого Орла, св. Владимира 2-й, св. Анны 1-й и св. Георгия 4-й степени, имевший бронзовую медаль за 1812 год и знак отличия беспорочной службе за LXV лет, родился 21-го июля 1759 года, Новгородской губернии Боровицкого уезда в сельце Чернецове. Предки его принадлежали к старинным родам русского дворянства и отличались не богатством и знатностью, но верной службою Престолу и Отечеству. Получив первоначальное воспитание в доме родительском, Семен Афанасьевич Пустошкин, 14-го мая 1773 года, поступил в Морской Шляхетный кадетский корпус, находившийся тогда в Кронштадте. Через три года он произведен в гардемарины и совершил первую кампанию на Балтийском море, на корабле “Ростислав”, под командой капитана 1-го ранга Акилея; в следующем году совершена им вторая кампания на корабле “Иезекииль”, под командою капитана 1-го ранга М. фон Дезина; а в 1778-м году он был в третьей морской кампании на бомбардирском корабле “Марс”, под командою лейтенанта (в последствии адмирал) Ушакова, и, по окончании этой кампании, 1-го сентября произведен, по экзамену, в мичманы.

Через два месяца по получению первого офицерского чина, С. А. Пустошкину поручено было доставить рекрутскую партию из Симбирска в С.-Петербург. Молодой мичман оправдал сделанное ему доверие начальства. В марте 1779 года он возвратился в Кронштадт; а в мае получил новое назначение отправиться в Архангельск на пинке “Кола”, под командою капитан-лейтенанта Тимашева. 20-го мая, при благоприятной погоде, пинка вышла в море и 10-го июня достигла Копенгагена; 28-го числа она отправилась в дальнейший путь, благополучно вступила в Северный океан и достигла 72° северной широты.

Фрегат “Ростислав”

Здесь начались тихие ветры со штилями; на судне открылась цинга; половина экипажа, состоявшего из 250 человек, была поражена ей; каждый день умирало до 5 человек; С. А. Пустошкин подвергся этой болезни в сильной степени и только чрезвычайными усилиями вестового матроса спасен почти от неизбежной смерти. 15-го сентября пинка достигла Архангельского порта; больные, в числе 120 человек, отправлены в госпиталь; молодой мичман явился к начальнику порта, генерал-майору Лавр. Сав. Вакселю, был принят им весьма благосклонно и во все время пребывания своего в Архангельске пользовался добрым его расположением. В июне 1780 года, пинка “Кола”, на которой остался по-прежнему С. А. Пустошкин, вышла в море, вместе с эскадрою из двух новопостроенных кораблей и двух фрегатов, под командой капитана 1-го ранга Вилима П. бон-Дезина; до 1-го сентября она крейсировала против г. Колы, Вардёгуса и Нордкапа; а потом направилась к Кронштадту. Но осенние непогоды, сильные ветры и штормы до того затруднили плавание, что эскадра не достигла своего назначения: один 40-пушечный фрегат погиб у Шотландских островов, и из всего экипажа его едва успели спастись только 6 человек; 66-пушечный корабль, потеряв две мачты, с трудом достиг Бергена; только один корабль и фрегат прибыли в Кронштадт по назначению; а пинка “Кола”, вытерпев все непогоды и, сверх того, крайний недостаток в съестных припасах 3-го октября пришла на Копенгагенский рейд, где, по распоряжению тогдашнего посланника нашего при Датском Дворе, барона Остен-Сакена, осталась для зимовки.

Фрегат “Диана”

Эта остановка была особенно приятна для С. А. Пустошкина, потому что посланник скоро полюбил молодого моряка и доставил ему удовольствие быть везде и видеть все, что заслуживало внимания в столице Дании; при его содействии, С А. Пустошкин нередко был приглашаем даже на придворные балы. Весною 1781 года, “Кола” отправилась в Берген для доставления зимовавшему там кораблю новых мачт, сделанных в Копенгагенской адмиралтействе. 3-го мая, она, вместе с обмачтованным кораблем, отправилась в Россию и 1-го июня пришла в Кронштадт. Здесь Тимашеву поручен был фрегат “Григорий”, назначенный для отправления в Кадис пеньки, парусины и железа для тамошнего адмиралтейства; по просьбе Тимашева, на этот же фрегат переведен был и С. А. Пустошкин. Сентября 12-го фрегат снялся с якоря и 25-го числа приблизился к острову Готланду. Здесь, по причине крепкого ветра, в подводной части носа открылась столь сильная течь, что едва успевали отливаться помпами; судно накренилось; бывшая в нем пенька подмокла и подверглась опасности загореться. Это обстоятельство заставило Тимашева втянуть свой фрегат в Копенгагенскую гавань и, по выгрузке тяжестей, килевать его. Не ранее 17-го марта следующего 1782 года окончилось приготовление к дальнейшему плаванию, и только 10-го мая фрегат достиг Кадикса. Доставив свой груз по назначению и снова нагрузившись солью, фрегат “Григорий” сентября 2-го снялся с якоря для возвращения в Россию; в Балтийском море встретили его восточные ветры, с морозом и снегом; однако ж, 10-го ноября он вошел благополучно в Ревельскую гавань. Через десять дней С. А. Пустошкин получил, по экзамену, чин лейтенанта и тогда же откомандирован в Кронштадт.

Весною 1783 года С. А. Пустошкин был назначен для доставления в Херсон команды из 200 человек матросов для тамошних галер. Но перед отправлением своим в южный край России, он в апреле месяце взял отпуск, чтобы еще раз увидеться с престарелыми родителями, жившими безвыездно в своем Чернецове; отец его тогда уже лишился зрении и, обессиленный недугами и старостью, лежал в постели. Пребывание Семена Афанасьевича на родине было непродолжительно; тем не менее, он никогда не мог забыть его: при отъезде отсюда он в последний раз получил благословение родителей на верную службу, на радость и счастье в жизни. Узнав о назначении своего сына в Херсон, старик отец, благословив его при последнем прощании, велел старшему сыну подать хрустальный стакан, на котором изображены: жертвенник, два голубя с лавровыми ветками и надпись “непременно”. Подавав этот стакан любимому сыну, растроганный старец сказал ему: “друг мой, Сеня! Даю тебе этот скудельный сосуд, который возвращен нам из Херсона, куда ты отправляешься ныне; там он был в руках дяди твоего Дмитрия Федоровича (Д.Ф.Пустошкин, родной дядя Семёна Афанасьевича, был убит под Очаковом, при взятии. той крепости Минихом, в июне 1737года). Этот стакан – скудельный сосуд и принесен сюда в целости; молю Создателя, чтобы Он так же благополучно возвратил к нам и тебя. Служи верно и честно нашей великой Государыне и Отечеству. За Богом молитва, а за Царем служба никогда не пропадают”. Добрые желания и надежды старца исполнились; но сам он уже не дождался этой радости: вскоре по отправлении сына он скончался. Летом того же года вверенная С. А. Пустошниму команда приведена им в Херсон в совершенной исправности, за что ему и объявлена благодарность от вицеадмирала Клокачева, командовавшего Азовским флотом. В это время свирепствовавшая в Новороссийском крае чума, несмотря на все меры, принятия правительством, вторглась и в Херсон; в числе жертв ее был и Клокачев. На место его назначен вице-адмирал Сухотин. Его распоряжениями действие губительной заразы прекращено. Одним из самых деятельных помощников Сухотина в этом деле был С. А. Пустошкин, заслуживший за то особенную похвалу и благодарность вице-адмирала, объявленную в приказе его. – В апреле 1784 года, он определен на 66-пушечный корабль “Слава Екатерины”, первый наш построенный на верфи города Херсона. Командиром корабля был капитан 1-го ранга граф Воинович. С ним С. А. Пустошкин совершил первую кампанию на водах Черного мора, от Херсона до Севастополя, куда они прибыли 19-го сентября; а с 26-го октября до мая 1786 года, будучи сам командиром на пинке № 2, находился, по разным экспедициям, то в Херсоне, то в Севастополе, совершив в 1785-м году (с 2-го сентября по 22-е декабря) кампанию от Севастополя до Глубокой пристани.

Разведывательный поход Пустошкина

Наконец, в мае 1786 года, С. А. Пустошкин назначен командиром небольшого военного фрегата “Пчела” и получил приказание отправиться под купеческим флагом в разные порты Средиземного моря, для перевозки товаров Елисаветградского купца Масленникова: фрегат нагружен был пшеницей и парусиной.

«Инструкция из Черноморского Адмиралтейского правления капитану “Пчелы” Пустошкину, от 7-го мая 1786 года № 268».

– пункт 5. При входе в Царьград и в другие порты, пушечной пальбы отнюдь не производить, а к тому как амуничных, так и мундирных и оружейных вещей не оказывать, и во всём себя и команду содержать по купеческому обряду”.

Таким образом, это была закамуфлированная под торговый рейс разведывательная операция Адмиралтейства Императорского Флота России. Но главной причиной этого назначения были тогдашние политические обстоятельства. По силе Кучук-Кайнарджийского договора, Порта обязалась открыть русским купеческим кораблям свободнее плавание по Черному и Средиземному морям и защищать наш флаг. Несмотря на это, два купеческих судна, отправленные из Петербурга компанией графа Головкина, князя Несвицкого и купца Маковкина, со всеми товарами и людьми, захвачены были алжирцами, Россия потребовала по этому случаю объяснении от Порты; Порта медлила ответом. С. А. Пустошкину поручено было узнать: точно ли алжирцы безнаказанно нападают на купеческие суда, под нашим флагом ходящие? А как, по договору, через Дарданеллы нельзя было проходить судами, имевшим более 12-ти пушек, а между тем опасность поручения требовала большой

осторожности, то Пустошкиму и приказано было, сверх открыто поставленных. 12-ти пушек, скрыть в грузе еще 8 пушек с их снарядами; команды же взять с собою не больше 45 человек. В этом виде фрегат 1-го июня пришел к Константинополю. Здесь С. А. Пустошкин получал от посланника нашего при Константинопольском Дворе Булгакова секретное предписание: но выходе из Дарданелл поставить скрытые в грузе пушки на свои места; удвоить команду наемными греческими матросами и, под видом коммерческой надобности, заходить во все Архипелагские порты для собрания сведений об устройстве турецких крепостей, силе гарнизонов и состоянии рейдов; при проходе же Месеинского пролива удостовериться в безопасности нашего флага от алжирских и тунисских корсаров, и в случае нападения их защищаться вооруженной рукою, отнюдь не дозволяя себе начинать неприязненные действия. Исполняв во всей точности данное поручение, С. А. Пустошкин посетил острова: Тенедос, Леинос, Митилен, Хиос, Тино, Наксос и Парос, города: Корон, Модон, Наварин и многие другие места; сделал в них все нужные замечания, и потом нарочно шел южнее Сицилии и Сардинии, но нигде не встретил пиратов и спокойно вступил в Марсельскую гавань, где должен был выдержать 40дневный карантин. Вскоре сюда же пришли два купеческие судна – одно из Триеста под французским флагом, другое из Мальты под австрийским. Шкипера их объявили, что алжирцы, прослышав о проходе русского судна с богатым грузом, при встрече расспрашивали их – откуда и куда оно шло? Когда и где они его видели? Эти известия обнаружили враждебные намерения алжирцев и заставили С. А. Пустошкина подробно донести обо всем посланнику нашему при Версальском Дворе Симолину. В ожидании ответа на свое донесение, С. А. Пустошкин переменил прежний груз фрегата на французскую водку и сахар; а потом, вследствие секретного предписания от Симолина, отправился сухим путем, как частный путешественник, в Тулон, чтобы осмотреть тамошнюю гавань, порт, док, адмиралтейство, узнать делание канатов и количество материалов, потребных на построение линейного корабля. Здесь он имел случай познакомиться с поручиком французской артиллерии Наполеоном Бонапарте, и вместе с ним осматривал все укрепления Тулона. На память о своем знакомстве с русским путешественников, Бонапарте купил для него две камышовые трости (Одну из этих тростей адмирал подарил писателю Павлу Савваитову); но у будущего императора французов в то время недостало денег и на эту покупку, так что С. А. Пустошкин должен был сам заплатить за нее.

Лейтенант Бонапарт

По возвращении в Марсель, он донес Симолину об исполнении данного поручения и получил разрешение отправиться, с должной осторожностью, обратно чрез Константинополь в порты Черного моря и, если будет возможно, разведать о положения 25-ти русских матросов, захваченных алжирцами с трех русских судов, шедших с богатым грузом из Малаги в С.-Петербург. 25-го декабря С. А. Пустошкин вышел в море; а 1-го января 1787 года, почти в виду Мальты, он увидел в недальнем расстоянии 24-пушечную алжирскую шебеку, которая, приняв русский фрегат за купеческое судно, неслась прямо к нему, конечно, с намерением атаковать его и взять на абордаж; но алжирцы скоро успели заметить, с кем должны были иметь дело, а потому, оставив преследование, воспользовались усилившимся марсельным ветром и тотчас отстали. После сего фрегат посетил еще некоторые острова Архипелага и 5-го февраля достиг Константинополя. В это время здесь все видимо клонилось к разрыву с Россией. Посланник наш в Константинополе воспользовался прибытием С. А. Пустошкина для секретных замечаний о морских вооружениях, которые деятельно приготовлялись в Константинопольском адмиралтействе. 14 – го марта С. А. Пустошкин отправился в свои порты и через десять дней прибыл к Кинбурну. Отсюда послал он донесение главному начальнику Новороссийского края, князю Потемкину, как об успехах своей экспедиции, так и в особенности о замеченных приготовлениях Турции к войне. Вследствие сего Потемкин прислал к нему графа Самойлова для отобрания подробнейших сведений о виденных им вооружениях Турции. 10-го мая С. А. Пустошкин произведен в капитан-лейтенанты и вскоре отправлен из Херсона в Севастополь с разными материалами для здешнего флота, который готовился к встрече Императрицы Екатерины II. 10-го июня русский штандарт, поднятый на корабле “Слава Екатерины”, возвестил о присутствии не нем Государыни, которая в полном удовольствии от всего виденного Ею в Севастополе, 12-го июня отправилась в обратный путь. 15-го июня С. А. Пустошкин, с фрегатом своим, возвратился в Херсон.

Императрица Екатерина 2

Едва Императрица прибыла в С.-Петербург, Порта открыла военные действия: 19-го августа сильный турецкий флот явился к Очакову, с намерением истребить русский флот в Херсоне и отнять Кинбурн, крепость на песчаной косе против Очакова. Первое нападение со стороны турок сделано было на стоявшие против Очакова, по южную сторону Кинбуриской косы, наши суда: фрегат “Скорый” и лоцбот “Битюг”. Вследствие сего контр-адмирал Н. С. Мордвинов с величайшею поспешностью собрал к Глубокой пристани гребной флот, состоявший из небольших фрегатов, плавучих батарей и галер, и 25-го сентября успел отправить отсюда опять к Очакову неприятеля втрое сильнейшего.

Поражение турок под Кинбурном 1 октября 1787года. Картина художника И.С. Казакова (1873–1935)

В этом славном деле С. А. Пустошкин командовал плавучей батареей о 12-ти пушках З6-фунтового калибра. 1-го октября турки сделали сильную высадку на Кинбурнскую косу и бомбардировали Кинбурн с моря и лимана. Суворов разбил их в упорном бою, положил на месте до 3000, а остатки вогнал в море на десантные суда. После этого боя наша разнородная флотилия разошлась на зимовку: большие суда – в р. Буг, малые – в Днепр; а турецкий флот отправился обратно в Константинополь. К счастью неприятеля, наш Севастопольский флот не мог выйти ему на встречу и отрезать отступление, потому что от бывшей в начале сентября бури он потерял все мачты и едва мог возвратиться в Севастополь; 40-пушечный же фрегат “Крым” потонул со всем экипажем, а 64-пушечный корабль “Мария Магдалина” течением был занесен в Константинопольский пролив и взят турками Причина этого несчастия, по донесению контр-адмирала графа Воиновича, заключалась в слабости такелажа и парусины, в негодности железа и вообще в недостаточности вооружения. По этому случаю, князь Потемкин приказал контр-адмиралу Мордвинову, как президенту Черноморского Адмиралтейского Правления и главному командиру тамошних портов и флота, избрать благонадежного капитана, хорошо знающего делание канатов и парусины, и отправить комиссионером от Черноморского Адмиралтейского Правления в местечко Кричев (Могилевской губернии) на канатную фабрику помещика Галынского. Вследствие сего С. А. Пустошкину, как особенно сведущему в этом деле, предписано взять команду из 8-ми человек, при одном унтер-офицере, и оправиться в назначенное место, куда он и прибыл 2-го декабря того же года. Приняв от Голынского фабрику в свое заведование, немедленно приступил он к исправлению замеченных недостатков, и – вскоре доброта материалов сделалась заметною во всех портах Черноморских.

Князь Потемкин был очень доволен назначением Пустошкина и тем более обращал внимания на его распоряжения, что все рабочие на фабрике были из крепостных людей Потемкина, который еще отрядил в Кричев 20 донских казаков с сотником, для присмотра за рабочими. – 9-го января 1788 года С. А. Пустошкин женился на дочери полковника Ф. Е. Зернигаузена, девице Софье Федоровне, и оставался в Кричеве шесть лет с половиною, быв произведен в январе 1791 года в капитаны 2-го ранга. 2-го июня 1794 года ему предписано со всей командой и фабричными людьми отправиться в Херсон и завести здесь канатную фабрику по образцу Кричевской. По устроении этой фабрики, он назначен начальником флотской команды в Херсоне; но в начале 1795 года, в первый раз чрез 12 лет, выпросил себе отпуск на родину. По возвращении в Херсон, 1-го Января 1796 года, произведен в капитаны 1-го ранга и в феврале отправлен от Черноморского флота на Ижевский и Боткинский железные заводы (Вятской губернии), где замечания и советы его касательно выделки якорей и железа для Черноморского адмиралтейства произвели впоследствии сколько выгодное, столько же и необходимое для флота улучшение. В 1797-м году назначен он капитаном над Ахтиарским или Севастопольским портом, а в следующем году и флотским начальником в Севастополь. Во время двухлетней службы в этих должностях он обращал на себя постоянное внимание начальства и несколько раз получал благодарность за всегдашнюю исправность вверенной ему части.

Десантная операция в Неаполь

В 1799-м году, сдав управление портом и флотом генерал-майору Баскакову, С. А. Пустошкин отправился в Николаев и принял начальство над эскадрой из 13-ти военных судов, назначенных для доставления в гвардию Неаполитанского короля трех гренадерских батальонов, под командою генерал-майора Бороздина (по особому договору, Император Павел 1 обещал послать несколько русских батальонов в южную Италию для защиты Неаполя.). В Одессе принял он десантные войска на свои суда и 29-го сентября отправился в Корфу, куда прибыл 12-го ноября

Вторая коалиция

В 1797-99 гг. французские войска установили свой контроль над Южной Италией. Римский папа находился под домашним арестом. Король Неаполя бежал на Сицилию. Освобождение Папской области и Неаполитанского королевства стало одной из главных задач союзников по Второй антифранцузской коалиции, открывшей в конце 1798 года военные действия.

Командующим русскими силами на Средиземноморском театре военных действий был прославленный адмирал Фёдор Фёдорович Ушаков (1745–1817). Зимою 1798/99 г. совместно с турками он освободил от французов Ионические острова, где им была провозглашена Республика Семи Островов – первое за триста лет независимое греческое государство.

Весной 1799 года корабли Ушакова прибыли в Тирренское море. Британская эскадра коммодора Томаса Трубриджа отказалась с ним взаимодействовать под предлогом защиты Палермо от возможного нападения французского флота. В Неаполе с помощью французских штыков утвердился режим марионеточной Партенопейской республики, не пользовавшийся популярностью у населения.

В это время победы Суворова в Северной Италии вынудили французского генерала Макдональда двинуть туда свою армию, очистив Южную Италию. Остался только французский гарнизон в Неаполе. Вокруг него ширилось море роялистского восстания, направляемого кардиналом Фабрицио Руффо и организованной им «Армией веры».

Взятие Неаполя

Ушаков направил на берег командира фрегата «Счастливый» капитана 2-го ранга Григория (Генри) Белли, шотландца, перешедшего на русскую службу, с пятьюстами матросами и шестью орудиями. 8 (19) мая отряд Белли высадился в бухте Манфреддония. 11 (22) мая русские именем неаполитанского короля овладели городом Фоджа. Суда русской эскадры поддерживали их с моря. Двигаясь вдоль берега, Белли 2 (13) июня подошёл к Неаполю. После ожесточённой стычки на мосту Маддалены русские вошли в город. Здесь капитану Белли пришлось стать свидетелем тягостных сцен: прятавшиеся до сих пор лаццарони начали резать всех, в ком подозревали республиканцев. Прибывший кардинал Руффо остановил произвол и заключил перемирие с остававшимися в нескольких цитаделях республиканскими гарнизонами. Им разрешалось эвакуироваться во Францию.

Однако подоспевший пожинать плоды чужой победы английский адмирал Нельсон вероломно нарушил перемирие, чем поставил в неловкое положение Руффо и Ушакова. Англичане захватили корабли с отплывавшими республиканцами, арестовали их экипажи и передали на расправу королевскому правительству.

Русские войска не были к этому причастны. Капитан Белли тем временем продолжал очищение Неаполитанского королевства от французских войск. 6 июля ему сдалась знаменитая древняя Капуя. За свои победы Белли был награждён орденами святого Иоанна Иерусалимского (Мальтийским орденом) и орденом св. Анны 1-й степени.

Три фрегата из эскадры Ушакова под общим командованием капитана Александра Сорокина были оставлены, по просьбе восстановленного русскими на престоле короля, для обороны Неаполя от всяких случайностей.

Адмирал Ушаков с русской эскадрой у Неаполя

Вступление в Рим

Осенью 1799 года под влиянием успехов Суворова французы оставили также и Рим. В городе начиналась анархия. Ушаков решил занять город, чтобы обеспечить его передачу папским властям. 8 (19) сентября десантный отряд из 800 морских пехотинцев во главе с полковником Скипором высадился на берег и 30 сентября (11 октября) под ликование народа вошёл в «Вечный город».

Русские успехи и популярность России у итальянцев встревожили Англию и Австрию, которые вынудили Россию выйти из коалиции. Спустя год Италия снова и уже надолго подпала под власть Франции.

Проведя тут зиму, в марте 1800 года отправился он в Отранте, где 8-го числа высадил Бороздина с вверенным ему войсками; а 14-го пришел обратно в Корфу. адмирал Ушаков, отдал следующий приказ: “командующему эскадрой гребного флота, г. капитану 1-го ранга Пустошкину, за ревностное усердное старание, прилежность и скорое выполнение в доставлении на эскадре, ему вверенной, отправленных из Корфу войск, под командой г. генерал-лейтенанта и кавалера Бороздина в Бриндичи, при противных погодах, успешно за высаживание оных в Отранте, мою похвалу и благодарность; также похваляюусердие его, Пустошкина, за исправное доставление, оных войск от Одессы да Корфу в прошедшее время глубокой осени на судах не весьма благонадежных. Что команды и все суда благополучно доведены – сие приписать должно рачительному старанию и доброму распоряжению командующего эскадрой”. 5го апреля, по приказанию адмирала Ушакова, С. А. Пустошкин вышел с эскадрой своей из Корфу; 1-го июня прибыл на рейд Очакова и, по выдержании карантина 29-го числа, ввел все суда в гавань Николаева. Монаршая благодарность была наградой его за эту экспедицию. “Поздравляю вас от всего моего сердца с благополучным возвращением”, адмирал Н. С.Мордвинов.

Адмирал Мордвинов С.И.

“Вы можете почитать себя спасшимся после бурного плавания на судах гнилых. Мы сопровождали вас молениями, зная, сколь великим опасностям подвержены вы были”.

14-го марта 1801 года, С. А. Пустошкин произведен из капитанов 1-го ранга прямо в контр адмиралы минуя капитан-командорский чин и в октябре назначен был конторою Черноморских флотов для проводки с Очаковского лимана в Ахтиарский порт 110-пушечного корабля “Ягудиил” и 66-пушечного “Варахаил” Эти корабли построены были по чертежам нового изобретения, и С. А. Пустошкину, как “испытанному и опытному флагману”, поручено произвести над ними испытание в ходу и в движениях По этому поручению, 13-го октября, отправился он от Очакова, в тот же день прибыл в Одесский, а 21-го в Ахтиерский порт. После того отправился он в Николаев, где и назначен начальником гребного флота. В 1802 и 1805 годах командовал второй и третьей эскадрами гребного флота, бывшего под начальством контр-адмирала Языкова, в Черном море. В 1804-м году (17-го апреля) отправлен в Москву и другие города Империи для собрания сведений о ценах и доброт разных вещей, заготовляемых для флота, и по возвращении в Николаев, кроме командования гребным флотом, назначен презусом в Призовой Комиссии и асессором в Генеральном Кригс-рехте. В феврале 1804 года, за ревностное прохождение службы, получил он единовременно 3000 рублей; а в январе 1806 года объявлено ему, за отличные заслуги, усердие и исправность в отправлении службы, Монаршее благоволение.

Покорение турецкой крепости Аккерман

Война с Турцией, открывшаяся в конце 1806 года, доставила С. А. Пустошкину случаи к новым отличиям. 30-го октября ему предписано выступить из Николаева со всем гребным флотом, состоявшим из 80-ти канонерских лодок, и с 6-ю фрегатами к Одессе, для защиты ее от неприятеля, куда прибыл он 15-го ноября; но чрез 5 дней должен был отправиться в Днестровский лиман к турецкой крепости Аккерманн, которую осаждал, по суше, дюк де Ришелье.

Внутренняя территория крепости разделялась оборонительными стенами на 4 двора, каждый из которых имел определённое назначение и мог самостоятельно выдержать осаду.

Предназначение Гражданского двора заключалось в защите населения во время осады. Двор занимал самую большую территорию – почти 5 га, и в то время там располагались жилые постройки. Сегодня на самом высоком месте находятся наивысшая башня Сторожевая и остатки турецкой мечети, построенной на руинах христианского храма XII–XIII веков.

Крепость Аккерман

Неприступный Аккерман

Крепостные ворота и мост надо рвом

Следующий двор – Гарнизонный, площадь которого около 2 га. На территории этого двора находились казармы, склады с боеприпасами, конюшни. Попасть на территорию двора можно было через специальные ворота, имеющие особую систему защиты. Сейчас от этих ворот вымощена кольцевая дорога.

Портовый или Хозяйственный двор, который предназначался для складирования и торговли, был полностью разрушен.

Девичья башня – согласно легенде в этой башне бала замурована молдавская принцесса, дочь молдавского господаря Александра Доброго за жестокость и своеволие.

Башня Сторожевая – с открытой платформы последнего яруса башни дозорными подавались сигналы опасности.

Минарет – это все что осталось от турецкой мечети, которая была построена в честь султана Баязида Вели и носила его имя. Возвели ее на месте христианской церквушки XIII века. Башня Пушкина – названа в честь великого русского поэта А.С.Пушкина, который в 1821 г. посетил наш край и побывал в Аккерманской крепости. Башня Сокровищница – по преданию в этой башне хранилась казна Белгорода. В 1888 г. большая часть башни рухнула подмытая водами лимана. Эвакуационная башня – была предназначена для обороны и проживания гарнизона. На первом ярусе находился дополнительный выход на восток. Башня Темница – сырая и мрачная служила местом заточения военнопленных. Комендантская башня – в ней находился штаб коменданта крепости, и именно в ней в 1789 г. М.И.Кутузову турки вручили ключи от крепости.

Ров окружающий крепость

В стены крепости встроено 34 башни, разных по высоте и своему назначению. Часть из них внутри были полыми и являлись жилыми помещениями. Некоторые из башен имеют названия, связанные с древними преданиями и легендами: Темница, Сокровищница, Комендантская, башни Овидия и Пушкина. Со стороны города в крепость можно было войти через Главные (Килийские) ворота, которые являлись самым важным объектом в обороне. В своё время здесь был подъёмный мост, стояли створчатые ворота, две остроконечные решётки (герсы), а на втором ярусе находились отверстия, через которые можно было лить кипяток и смолу.

Цитадель (крепость в крепости) – самое древнее (конец XII века) и загадочное строение. По четырём углам разместились 4 самые мощные башни, первоначальная высота стен которых 20 м, а толщина – 5 м. Двор, занимавший немногим больше 300 квадратных метров, был плотно застроен. В Комендантской башне располагался штаб коменданта, здесь же был комендантский дворец, размещалась охрана коменданта, хранилась городская казна, находился пороховой подвал. Цитадель имела круговую оборону и являлась неприступным замком.

Цитадель крепости Аккерман

История города начинается с конца VI века до нашей эры, когда на западном берегу Днестра выходцы из малоазийского города Милета основали город Офиуссу – Тиру. За свою тысячелетнюю историю Тира поменяла очень много названий – римляне называли этот город Алба-Юлия, куманы и половцы – Ак-Либа, анты – Турис, венецианцы и генуэзцы – Мон-Кастро, молдаване – Четатя-албэ, турки – Ак-Керман, венгры – Фариевар. Славянские племена – уличи и тиверцы – называли его Белым городом.

К концу XIV века в Белом городе завершается строительство мощной крепости, которое длилось почти 200 лет.

Некоторые историки считают крепость турецкой, а цитадель – генуэзской. Давайте узнаем о ней подробнее…

Неприступные стены Аккерманской крепости

Своим появлением в конце VI века до н. э. Белгород-Днестровский, тогда еще Тира, обязан переселенцам из ионийского полиса Милет. Город был основан на пересечении основных торговых путей, что послужило толчком к быстрому его превращению в богатый независимый город-государство, которое к тому же с IV века до н. э. начинает чеканить свою монету. Даже после присоединения в I веке н. э. к римской провинции Мезии, Аккерман сохранил значительную часть своих суверенных прав: чеканка монеты, издание законов и т. д. С ослаблением Римской империи, после вывода оборонного гарнизона,

Стенобойные средневековые катапульты

Тира была захвачена в середине III века готами (германским племенем) и преобразована в крупный военно-политический центр Причерноморского королевства. Властвование готов продлилось немногим более ста лет и закончилось в 375 году полным уничтожением города воинствующими племенами гуннов (союз кочевых тюркоязычных племен) во время их завоевательных восточно-европейских войн. Выгодное стратегическое положение вновь обеспечило городу в VI веке возрожение уже в качестве резиденции воинствующего племени антов – одного из сильнейших славянских племен.

На берегу Днестровского лимана

Однако в IX веке город переходит во владение восточнославянского землевладельческого племени тиверцев, которые присоединяют его, уже в качестве Белгорода-на-усть-Днестра, к землям вновь образованной Киевской Руси. Входя в состав Древнерусского государства, город переживает бурный рост и развитие благодаря своему пограничному месторасположению.

XIII век оказался для города богат на исторические события: с ослаблением Древнерусского господства – переходит в 1214 году под власть Венгерского королевства с именем Фегер-Вар, а уже в 1241 году входе Западного похода Батыя (1227–1255/1256) присоединяется к Золотой Орде под названием Ак-Либо. Именно этот период считается началом возведения Белгород-Днестровской крепости в том виде, в котором она пребывает и сейчас. Ее возведение продолжалось в течении двух столетий.

Начало XIV века ознаменовано для города приходом генуэзцев, которые добились от Золотой Орды передачи во владение этого укрепленного торгового центра (Монкастро) для расширения сферы своей торговли. В 1362 году город, переименованный в Белгород, вновь становится славянским в следствии ослабления власти Золотой Орды входе Великой замятни, когда после убийства двенадцатого хана Бердибека (тат. Mexommot Birdebok, Мехоммот Бирдебок; ок. 1310–1359) за двадцать лет на престоле успели сменится двадцать пять ханов.

Строительство крепости на территории города (молдавское название Четатя-Албэ) было завершено под властью Молдавского княжества в 1438 году, хотя номинально права на город принадлежали по Люблинскому мирному договору 1412 года Польской короне. Город как и прежде играет важное значение в мировой торговле как место пересечения торговых путей востока и запада.

Крепостные стены

В турецком подданстве город оказался с третьей попытки в 1484 году после поражения молдавских войск от армии Баязида II (осм. يناث ديزياب – Bâyezîd-i sânî, тур. İkinci Bayezid) (1447–1512), укреплявшего могущество Османской империи посредством ведения войн с граничными государствами. Благодаря туркам город получает новое имя – Аккерман (Белый камень) и новую систему оборонительных сооружений в духе времени. Под властью Османской империи городу было суждено, несмотря на отчаянные попытки Российской империи по его освобождению в ходе русско – турецких войн, просуществовать в течении 328 лет. Лишь в 1806 году русские попытки увенчались успехом и город вошел в состав России.

С развитием осадной техники мощные каменные укрепления не являлись гарантией безопасности. Все больше и больше столкновений стало решаться в открытых битвах на поле. Так постепенно к XIX веку Аккерманская крепость устарела как фортификационный объект. И в 1806 г. во время русско-турецкой войны 1806–1812 гг. русские войска во главе с Ришелье с суши и эскадре Адмирала Пустошкина обложившей крепость со стороны лимана взяли ее фактически без боя. А в 1832 г. крепость уже официально упразднили, как военно-оборонительный объект и она была передана на попечение городу. С этого времени за старой крепостью долго не было никакого присмотра: её в 60-е годы XIX века городская дума даже решила назначить торги на крепостные стены, т. е. была предпринята попытка разобрать ее на стройматериал. В защиту памятника вступается Императорское Одесское Общество Истории и Древностей. И лишь в 1896 г. Археологической Комиссии удается с согласия министра внутренних дел передать Аккерманскую крепость в ведение этого общества, но несмотря на это средств на поддержание крепости у общества не было.

Аккерманская крепость, построенная на высоком скалистом берегу Днестровского лимана, всегда восхищала и удивляла особой мощью и неприступностью. В качестве строительного материала использовался местный камень известняк. В плане крепость представляет собой многоугольник неправильной формы, площадь которого чуть больше 9 га. Протяжённость оборонительных стен составляет почти 2,5 км, их толщина – от 1,5 до 5 м, высота – от 5 до 15 м.

С северной стороны крепость омывают воды Днестровского лимана, а с остальных сторон окружает глубокий, вырубленный в скале ров. Этот ров, раньше заполнявшийся водой, имеет ширину 14 м и глубину около 20 м. Сейчас Белгород-Днестровская крепость является памятником национального значения и привлекает немало туристов. Несмотря на многие исторические события, перестройки и ремонты, крепость сохранила первоначальную структуру.

Аккерманская крепость

Каждое лето, в конце июня, здесь проходит молодёжный музыкальный фестиваль и рыцарские бои. Несмотря на позднее осеннее время и мороз, доходивший да 10-ти градусов, С. А. Пустошкин, с неимоверными усилиями, местами прорубаясь во льду, подошел к Аккерману 24-го ноября. Устрашенный неожиданным появлением нашего флота, неприятель отдал крепость без сопротивления. “Не овладеть бы вам Аккернаном, если бы не налетели эти черные вороны (Все суда Черноморского Флота были выкрашены чёрной краской)”, сказал паша дюку де Ришелье, по сдаче крепости, указывая на стройные ряды нашей флотилии.

За столь успешный провод в Днестр канонерских лодок и содействие скорому занятию Аккермана войсками нашими, С. А. Пустошкин, не имевший еще никакого ордена, 2-го февраля 1807 года, Всемилостивейше пожалован. кавалером ордена св. Анны первой степени. По занятии Аккермана, он отправился с флотом в устье Дуная к крепости Килии, куда, по предписанию дюка де Ришелье, двинулся генерал-лейтенант Засс с тремя батальонами пехоты, полком драгун и сотней казаков. Явясь пред Килией, покорители Аккермана, 12го марта, взяли эту крепость почти без выстрела Во время этих действии, от министра морских сил П. В. Чичагова последовало предписание С. А. Пустошкину взять в свое командование Черноморский флот и сухопутное войско, в числе 47,000 человек, и 1) “выступить из Севастополя в начале апреля, идти, не разобщаясь с перевозными судами, забирать встречающиеся дорогой суда, разведывая от них о турецком флоте, и приблизиться к Константинопольскому проливу ночью или в туманное время, незаметно от турков; 2) войдя в пролив, обратить огонь на береговые батареи и, заставив их молчать или сбив их, плыть далее, а потом в одно время начать бомбардирование, высадку, у Буюкдере, спуск брандеров и атаку турецкого флота; 3) принудив неприятельские корабли отступить, немедленно продолжать следование к Константинополю, стрелять по нем с моря, а десанту наступать на столицу с сухого пути; 4) при успехе требовать от Порты свободного прохода через Дарданеллы эскадре вице-адмирала Сенявина, находившейся в Архипелаге; 5) если же встретится великая и непредвидимая опасность или невозможность овладеть Царьградом и возвратиться в русские порты, то пробиться сквозь Дарданеллы в Архипелаг и соединиться с Сенявиным.

В заключение своих наставлений С. А. Пустошкину, министр писал: “вам представляется через сие способ приобрести государству бессмертную славу и себе воздвигнуть бессмертный памятник на вечные времена, с известнейшими людьми сравнить вас могущий”. Приготовление к этому походу в Босфор были возложены по морской части на главного командира Черноморского флота маркиза де Траверсе, а по сухопутной на Новороссийского военного губернатора дюка де Ришелье.

Маркиз И.И. Де Траверсе

Но при первом совещании они убедились в невозможности высадки в Босфоре и “не осмелились отваживать на удачу честь и славу России”. По получение донесения их в Петербурге, поход на Царьград отменен. По не желая оставить Черноморский флот в бездействии и не надеясь выхода в Черное море турецкого флота, озабоченного пребыванием Сенявина у Дарданелл, а также имея в виду укротить горские народы, делавшие набеги по Кубани, и не дать туркам времени усилить горцев, Император повелел истребить Анапу, гнездо хищников.

Схема расположения войск при взятии Анапы.

Вследствие сего, С. А. Пустошкину предписано взять на вверенную ему эскадру четвертый морской полк и отправляясь к Анапе, расположить плавание таким образом, чтобы, как скоро эскадра может быть видима городу, могла она тогда же с поспешностью достигнуть к нему и на тамошнем рейда остановиться на пушечный выстрел, дабы одной нечаянностью скорого и неожиданного прихода привести неприятеля в замешательство и ужас; потом немедленно послать, переговорное судно с чиновником, хорошо знающим турецкий язык, поручив ему требовать немедленной сдачи города берега, вызывали рупором для донесения маркизу о своих намерениях и сделанных уже распоряжениях; а с полуночи послал несколько вооруженных восьми и двенадцати-фунтовыми пушками баркасов и катеров, как для промера глубины рейда, до тех пор нам неизвестной, так и для нанесения неприятелю вреда и беспокойства во время ночи. Не смотря на постоянный огонь и неприятельской артиллерии, к утру они исполнили данное поручение с полным успехом. С рассветом 29-го числа, начали приготовлять к отправлению на берег гренадерский батальон морского полка, с его орудиями. В 9-м часу утра, С. А. Пустошкин еще раз послал г-на Дандри в крепость, с прежним предложением. В тоже время и Анапский паша, увидя наши движения, отправили со своей стороны к командующему эскадрою янычар-агу для переговоров. Заметив едущее к эскадре турецкое гребное судно под белым флагом, Дандри тотчас возвратился на флагманский корабль, куда вслед за ним прибыл и янычар-ага. На расспросы его о причине прибытия нашей эскадры, ему объявили, что если через два часа город не сдастся добровольно, то будет разорен до основания. Янычар-ага отвечал, что без согласия паши и народа он не может решиться на сдачу; но если ему позволено будет ехать в город, то в назначенный срок он надеется дать решительный ответ. За тем, получив от контр-адмирала требование к Анапскому паше, гарнизону и народу о добровольной сдаче крепости, янычар-ага отправился обратно. В это время С. А. Пустошкин приказал всей эскадре верповаться к крепости, а капитан-лейтенанту Маслову свести на берег гренадерский батальон морского полка, помещенный на канонерские лодки и вооруженные баркасы, собранные уже около флагманского корабля. По истечении назначенного срока, не получив никакого ответа, С. А. Пустошкин приказал бывшему впереди фрегату “Воин” подойти к крепости, чтобы узнать подлинное намерение неприятеля. Едва приблизился он на расстояние ближнего пушечного выстрела, турки открыли по нем самый жестокий огонь; “Воин” отвечал залпом из всех пушек правого борта, и – началось дело. По сигналу с флагманского корабля, вслед за “Воином”, 66-пушечный корабль “Варахаил” вступил под паруса, подошел к крепости на самое близкое расстояние, лег на якорь и шпринг и начал сильную канонаду. Заметив выгоду занятого им положения, С. А. Пустошкин сигналом же приказал ему бросать брандскугели, от чего чрез насколько минут загорелись форштат и крепостные строения. Между тем и вся эскадра приближалась к крепости, а гренадерский батальон, не смотря на пальбу по нем конных черкесов, вышел на берег в трех верстах от крепости к NO. Устрашенные разрушительным действием нашей артиллерии и опасаясь огня всей эскадры, турецкие артиллеристы бросили орудия и побежали из Анапы; за ними последовали паша, янычар-ага и жители. Гренадерский батальон поспешил было воспрепятствовать бегству их, но принужден был обратить все свое внимание на хищных черкесов, которые бросились в город для разграбления. В это время посланный с фрегата “Воин” для занятия двух турецких судов храбрый мичман Неверовский, заметив, что неприятель удалился от прилегающей к морю стороны крепости, поспешил к берегу, взошел на бастион с шестью бывшими при нем матросами, и поднял на нем наш кейзер-флаг. Радостное “ура!” всей эскадры огласило Черноморские воды и приветствовало победоносного орла русского; а С. А. Пустошин отдал приказ усилить десант свежими войсками.

Оставшиеся в крепости черкесы кинулись на Неверовского и покушались сорвать наш флаг, но опрокинуты подоспевшими матросами под командой флаг-офицера Юрьева 3-го. В час по полудни гренадерский батальон вступил в крепость и занял ее. Остаток дня прошел в отыскивании пороховых погребов и хлебных запасов, чтобы спасти их от усилившегося пожара. Пред наступлением вечера, командующий эскадрой вместе с главным командиром Черноморского флота отправился на берег для обозревая взятых укреплений, откуда возвратились оба на бриг “Диана” уже по захождении солнца. Здесь С. А. Пустошкин представили маркизу де Траверсе краткое донесение о взятии Анапы а в 11 часов вечера возвратился на корабль “Ратный”. По завладении крепостью, в руки победителей досталось разного калибра медных пушек 86 ядер чугунных 3985, мраморных 410, бомб 1091, картечь в бумажных корпусах с рубленой дробью 302, книпелей 800, двухпудовых бочонков пороху 224 свинцовых листов с мечетей 562, крепостные ворота и две мраморные доски с надписями о построении крепости Поспешность, с какой неприятель оставил крепость, видна из того, что из 300 топчей и 4000 жителей в крепости захвачено только 16 греков – турецких подданных, 4 турчанки и 2 некрасовца; прочие ушли в горы, а частью сгорели или убиты: последних найдено более 100 человек. С нашей стороны убито; 4-го морского полка прапорщик Пелявский, рядовых с барабанщиком – 5; пионер – 1; легко ранено – 2 унтер-офицера и 9 рядовых. – 30-го числа, на рассвете, бриг “Диана” отправился с главным командиром Черноморского флота к городу Феодосии. В тот же день от пленных получено сведение, что Анапский паша находится в местечке Бакчичук, лежащем в 12-ти верстах на юг от Анапы, где остановилось трехмачтовое турецкое судно, которое шло из Константинополя с казною и военными припасами для крепости, – и что на этом судне паша намерен отправиться в Константинополь. Вследствие таких известий, С. А. Пустошкин поручил капитан-лейтенанту Подгаецкому овладеть этим судном. – 1-го мая, в 9-м часу утра, пришли под Анапу из Еникольского пролива 9 запорожских лодок; а во втором часу по полудни пришел с моря отставший от эскадры фрегат “Назарет”.

Остатки крепости Анапа

О причине, понудившей его отстать от эскадры, капитан-лейтенант Перхуров донес С. А. Пустошкину, что во время сильного ветра, бывшего 22-го числа, на фрегате изорвало все марсели, и хотя употреблены были чрезвычайные усилия привязать другие и догнать эскадру, но наставшее потом маловетрие и противное течение представили непреодолимые препятствия. – Около полудня 2-го числа, на усиление бывшего в крепости десанта против частых набегов черкес и в пособие пионерной команде, занимавшейся разрушением городских укреплений, отправлены из Бриммерова батальона обер-офицеры с мушкетерами. Около этого же времени пришли с моря фрегат “Воин” и бриги “Диана” и “Елисавета”. Командир первого донес С. А. Пустошкину, что, отправясь по данному повелению к местечку Бакчичук для овладения турецким судном, он вчерашнего числа после полудня усмотрел это судно, стоявшее на якоре у другого местечка, Шапчичук, но по причине наступившего тумана и совершенного безветрия не мог подойти к нему; а сегодня на рассвете увидел его уже под парусами, конечно для ухода. Когда же бывшие на нем приметили невозможность уйти от фрегата, то, приблизившись в Суджукской отмели, спустили гребные суда и под белым флагом съехали на берег, зажегши оставленное судно. А как на берегу было множество вооруженных людей, то он, не желая без нужды подвергать опасности свои гребные суда, счел бесполезным посылать их для преследования скрывшихся за мыс неприятелей и возвратился для соединения с эскадрой. По захождении солнца, бриг “Елисавета” послан в крейсерство. – 3-го числа, в 6-м и 10-м часу, С. А. Пустошкин приказал с канонерских лодок, стоявших у берега, палить из пушек ядрами, для прогнания черкесов, приближавшихся к крепости. – 4-го числа, в 9-м часу утра” прибыл из Севастополя корабль “Правый”, под командой капитана Твента.

Русская флотилия на рейде

В 5-м часу по полудни собравшиеся на северо-восточной сторона крепости толпы конных черкесов снова прогнаны пушечными выстрелами с канонерских лодок и с крепости. – К вечеру 5-го числа все производившиеся в крепости работы кончены: городские строения обращены в пепел; колодцы, в числе 80-ти, завалены землею с порохом и солью и с опущением в них чугунных пушек, ядер, бомб, негодных картеч и книпелей; все укрепления взорваны на воздух, и – Анапа представляла одни развалины. Медные же пушки, годные снаряды и вещи, стоившие доставления в наши порты, нагружены на корабли и фрегаты. – 6-го числа, в 10-м часу утра, при тихом северо-северо-восточном ветре, бриг “Диана” пришел с моря и стал на якорь; а около полудня и бригу “Елисавета”, бывшему в крейсерства, велено соединиться с эскадрою; между тем весь десант и пионеры, бывшие на берегу, перевезены на корабли. В 5 – м часу по полудни, подняв гребные суда на корабли и взяв канонерские лодки на бакштовы, эскадра снялась с якоря и вступила под паруса; потом, при пушечном выстреле с флагманского корабля, подняты флаги, гюйсы и брам-реи, и совершено благодарственное молебствие за дарованную нам победу, по окончании коего произведено 7 пушечных выстрелов. В начале следующего часа флаги и гюйсы спущены, и эскадра, построившись в две колонны, отправилась в обратный путь в Севастополь. – 12-го числа, в 7 часов утра, корабли: “Ратный”, “Ягудиил”, “Правый”, “Варахаил”, фрегаты: “Крепкий”, “Назарет”, “Воин”, бриги: “Диана” и “Елисавета”, брандер “Рождество Богородицы”, четыре канонерские лодки и пленное судно “Мемнон” легли на якорь на Севастопольском рейде; отставшие же от эскадры в ночь на 11-е число: корабль “Исидер”, фрегаты: “Златотуст” и “Поспешный” прибыли на рейд 13-го; другое пленное судно “Св. Николай” – 16-го, и пятая канонерская лодка – 19-го числа.

Встреча победителей в Севастопольской бухте

Около полудня 21-го мая, по совершении в церкви св. Николая Чудотворца благодарственного молебствия о победе, одержанной над Анапой, с Николаевского укрепления произведен 21, ас кораблей, фрегатов и прочих судов – с каждого по 15-ти пушечных выстрелов. – Таким образом кончилась Анапская экспедиция 1807 года. Взятие и разорение Анапы было для нас весьма важно и тем более приятно, что обошлось нам очень дешево. Но для Порты потеря этой крепости была чрезвычайно чувствительна, потому что она разрывала главную связь между Константинополем и племенами Кавказа, большей частью с ним единоверными и до того времени постоянно нам враждебными, а таким образом лишала Порту возможности во всякое время наносить вред России. Государь Император, бывший тогда в действующей армии, получив донесение о столь быстром покорении Анапы, повелел принести по сему случаю благодарственное молебствие, с прочтением в придворной церкви и самого объявления об этом происшествии. Все представления С. А. Пустошкина о награде, отличившихся при взятии этой крепости были уважены.

В октябре того же года Семён Афанасьевич занимался проведением мореходных испытаний и проводкой из Очаковского лимана в Ахтиарский порт двух новопостроенных в Херсоне линейных кораблей – 110-пушечного корабля “Ягудиил” и 68-пушечного “Варахаил”. 13 октября он отправился из Очакова и в тот же день прибыл в Одессу, 21 октября в Ахтиарский порт.

Линейные корабли ”Ягудиил” и “Варахаил”

После успешного завершения проводки Семён Афанасьевич прибыл в Николаев, где был назначен начальником гребного флота.

Ситуация в Турции

В начале 1807 г. в Стамбуле сложился заговор, во главе которого стоял заместитель великого визиря Муса-паша. Заговорщики привлекли на свою сторону так называемых ямаков, то есть солдат вспомогательных войск в гарнизонах фортов, размещенных вдоль обоих берегов Босфора. Им внушили, что скоро всех ямаков оденут в форму солдат регулярной армии и заставят заниматься воинскими упражнениями. 25 мая 1807 г. ямаки восстали.

Вечером они избрали своим руководителем чаушу (младшего командира) Мустафу Кабачки-оглу и 27 мая двинулись на Стамбул.

По пути к ним присоединились артиллеристы, часть экипажей флота и столичные янычары. 28 мая число бунтовщиков достигло 20 тыс. человек. Чтобы успокоить мятеж Селим объявил о роспуске новых регулярных частей, но его враги этим не удовлетворились. Они потребовали, чтобы султан казнил 11 своих ближайших сподвижников – сторонников реформ. Селим согласился и на это, но даже такой ценой не смог удержаться на троне. 29 мая мятежники, собравшиеся на Мясной площади Стамбула (к этому времени их число достигло 50 тыс.), потребовали отречения султана. В тот же день Селим отказался от престола и отправился в заключение в кафес, а вышедший оттуда 28-летний принц Мустафа был провозглашен султаном.

Однако не все сторонники реформ погибли во время переворота.

Часть из них находилась на фронте в Дунайской армии. В июле 1808 г. верные Селиму войска руководимые Мустафа-пашой Байрактаром, захватили Стамбул. 28 июля они окружили султанский дворец и завязали бой с охраной. Видя, что его власти пришел конец, Мустафа IV велел умертвить Селима. Тот мужественно сопротивлялся убийцам, но был в конце концов ими задушен.

Султан Селим III

Значение операции и последующая судьба Анапы

Закончив работы по разрушению крепости, русская эскадра 12 мая 1807 года вернулась в Севастополь. По представлению Пустошкина были награждены все активные участники этой операции. В том числе капитан-лейтенант Подгаецкий, мичманы Неверовский и Юрьев за проявленную в бою храбрость были удостоены ордена Св. Георгия 4-й степени. Взятие и разрушение крепости Анапа было для нас очень важной операцией и не потребовало больших затрат. Зато для Турции это была большая потеря, поскольку прервалась ее связь с враждебными России кавказскими народами, и она лишилась возможности наносить нам значительный вред в этом регионе.

Семен Афанасьевич стал полным адмиралом и членом Адмиралтейств-совета. Он прослужил в офицерском звании более 67 лет, твердо выполняя наказ отца: «Служи верно и честно Отечеству, и помни, что за Богом молитва, а за Царем служба никогда не пропадают!”. По Адрианопольскому мирному договору 1829 года все побережье Черного моря от устья Кубани до пристани Св. Николая в Аджарии (в том числе и Анапа) вошло в состав России.

В январе 1808 г. вице-адмирал С.А. Пустошкин был направлен в Николаев, где ему предстояло занимать должность флотского начальника, а с 10 декабря того же года ещё и должность директора черноморского штурманского училища.

В этих должностях он состоял до ноября 1809 года, после чего получил назначение в Херсон на аналогичную должность флотского начальника.

С ноября 1809 г. в течение почти двух лет. С.А. Пустошкин занимал должность флотского начальника в Херсоне, после чего в августе 1811 года он был переведен с Черноморского на Балтийский флот, куда он прибыл сдав все свои дела только 16 ноября, а уже 22 ноября был представлен Императору 11 января 1820 года Семён Афанасьевич был назначен членом адмиралтейств-коллегии, а ещё через пять лет в конце октября 1825 года – председателем особой комиссии для приведения в порядок дел и книг по казначейской экспедиции. В 1826-29 гг. вице-адмирал С.А. Пустошкин последовательно занимал должности члена Комитета образования флотов, члена присутствия в правительствующем сенате и члена Комитета по расчёту взыскания средств с кронштадтского канатного завода.

Черноморское штурманское училище в Николаеве, директором которого в 1808 году был вице-адмирал С.А. Пустошкин

19 апреля 1831 г. Семён Афанасьевич был произведен в полные адмиралы. В последующие годы он занимал различные, скорее почётные должности в Адмиралтейств-совете и других Правительственных организациях.

Адмирал С.А. Пустошкин скончался 19 апреля 1846 года и был похоронен на Волковом православном кладбище С.Петербурга близ Собора Спаса Нерукотворного. Супруга адмирала скончалась также в С. Петербурге восемью годами ранее – 15 февраля 1838 года на 66 году жизни и была похоронена на Волковом лютеранском кладбище

Награды Адмирала Пустошкина С.А

• Орден Святой Анны 1-й степени (2 февраля 1807)

• Орден Святого Георгия 4-го класса («за беспорочную выслугу 25 лет в офицерских чинах») (26 ноября 1816)

• Орден Святого Владимира 4-й степени («за беспорочную выслугу 35 лет в офицерских чинах») (12 ноября 1817)

• Орден Святого Владимира 2-й степени (22 августа 1826)

• Орден Белого Орла (1840)

Звезда и Крест Ордена Святой Анны с Короной

Звезда и Крест Ордена Белого Орла

Звезда и Крест Ордена Святого Владимира с мечами

Звезда и Крест Ордена Святого Георгия 4 степени

Медаль в память 1812 года за выслугу лет

Высочайшее благоволение контр-адмиралу С.А. Пустошкину по случаю взятия турецкой крепости Аккерман. С. Петербург, 2 февраля

Указ о награждении орденом Св. Владимира Вице-адмирала Пустошкина С.А.

Указ о награждении Орденом Белого Орла 30.12.1840 г.

При написании статьи были использованы следующие материалы:

• Савваитов П.И. Взятие Анапы эскадрою Черноморского флота под командою контр-адмирала С.А. Пустошкина в 1807 году. СПб. 1851 г.

• Михайловский-Данилевский А.И. Описание Турецкой войны в царствование императора Александра I с 1806 до 1812 г. СПб. 1843 г.

• Кротков А.С. Повседневная запись замечательных событий в русском флоте. СПб. 1893 г.

• Краснознаменный Черноморский флот. Москва. 1979 г

От автора

Здравствуй Читатель! Раз Вы прочитали эту книгу, значит Вас интересует История. А какая может быть связь нашей бурлящей современной жизни и героев времён Наполеона, Екатерины и покорения Крыма?

Оказывается есть связь и очень зримая.

Помнят благодарные потомки о подвигах героических предков…

Знакомитесь – детский курорт на берегах Чёрного моря, строящийся в цветущей Анапе.

Жилой комплекс на улице Адмирала Пустошкина С.А.

Читатель скажет этого мало, помнят ли, где-то ещё это имя?

Помнят! Чтут и детям рассказывают о русских Адмиралах и генералах Кутузове, Де Рибасе, Пустошкине и Ришелье освободивших от турецкого владычества бывшую крепость Аккерман, а теперь город Белгород-Днестровский.

И это отнюдь не выдумки. Знаю это из “первых рук”. Не зря, после окончания службы, в расположенной там же танковой части мой шурин, полковник Левшун Владимир Иванович, более 15 лет собирал по крупицам материальные свидетельства событий времён освобождения крепости Аккерман в Белгород – Днестровском Краеведческом Музее.

Левшун Владимир Иванович

Вот так, оглянувшись внимательно, мы обнаруживаем незримую, но пронизывающую всю нашу жизнь связь времён и поколений…

Content

Юрий Зеленин
Адмирал Пустошкин покоритель крепости Аккерман

Биография адмирала Пустошкина С.А

Разведывательный поход Пустошкина

Десантная операция в Неаполь

Покорение турецкой крепости Аккерман

Значение операции и последующая судьба Анапы

Награды Адмирала Пустошкина С.А

От автора