Сергей Карелин, Евгений Лисицин

Бард

Глава 1. Этот дивный новый мир

«Пора прекращать бухать».

От одинокой мысли, появившейся в гудящей голове, мне стало еще хуже. Не то чтобы я часто испытывал похмельные эффекты, все-таки старался не перебирать с «огненным зельем», но, как у обычного среднестатистического жителя России, это все равно периодически происходило. Голова просто нещадно раскалывалась, словно ее монотонно и нудно пыталось просверлить невидимое сверло.

Первое, что я вспомнил — как пил виски. Странно, обычно от вискаря эффект другой… Этот напиток всегда действовал на меня благотворно. Наверное в далекой родне были ирландцы или хотя бы завалявшийся шотландец, кто знает. Может, я его с чем-то смешал? Тогда все бы сразу стало на свои места.

Но вот как я ни пытался вспомнить что было до того, как я напился… не получалось. Словно отрезало. Кусками всплывали какие-то воспоминания, но не более. Вот, например, как я уже говорил, жил в России. Помню. Страна такая… но спроси сейчас меня, где она находиться, не сказал бы. Блин. Потеря памяти реально раздражает…

О, точно! Я вроде мангу рисовал. Последнюю работу помню, как закончил ее… История про очередного неудачника, отлично устроившегося в другом мире полном кошкодевочек. У него еще была странная суперсила, способность видеть через одежду… неужели я правда зарабатывал этим? Блин, как болит голова, когда пытаюсь что-то вспомнить… Пока спешить не надо с воспоминаниями. Все постепенно… в себя сначала прийти… Как пить-то хочется. Сушняк поистине жуткий…

— Воды… Нужно найти воду… — эти слова я произнес вслух и не узнал свой охрипший голос.

Кто-то осторожно поднес кружку к потрескавшимся губам. Я старался пить размеренно, чтобы не захлебнуться, но уже на втором глотке возникло странное ощущение. Вкуснейшая вода в моей жизни ухнула куда-то глубоко вниз, наполняя организм сладостной негой, которая через несколько секунд растворилась в желудке, оставив глубокое чувство разочарования от того, что она закончилась. Хорошо хоть теперь говорить мог нормально.

— Спасибо… — я замер и похолодел, только сейчас сообразив, что даже если нахожусь у себя дома, то кто это такой добрый решил меня напоить водой? Я вот точно помнил, что жил один. Почему? Хрен его знает. У меня вроде и соседей нормальных нет. Дебилы одни. Помнил я их смутно, но помнил. Вот опять голова заболела… Похоже, память мне постоянно подкидывает какие-то воспоминания… Это хорошо, только боль в процессе дико бесит! Что тут происходит вообще? Неужели я попал в больницу?

— Господин, вы меня слышите? — раздалось прямо над ухом. Незнакомый мужской голос с характерными старческими нотками.

Я внутренне сжался, ожидая очередную вспышку боли, и с удивлением отметил, что голова и жажда прошли. Водица, никак, волшебной оказалась! И чего? Как меня назвали? Господин? Вряд ли в больнице стали бы так ко мне обращаться.

— Слышу, слышу. — я потер веки пальцами, очищая ресницы от налета, и наконец разлепил глаза. Ни комната с голыми каменными стенами и весьма спартанской обстановкой, ни старик в потертом костюме не были мне знакомы. Так, я не дома… и явно не в больнице, с этим вроде определились. — Где я?

— В своей комнате, господин. Мы обнаружили вас без сознания в саду и принесли сюда. Вы оступились и ударились о каменный постамент около беседки, на нем была ваша кровь. — Он смотрел на меня с искренней заботой. — Как вы себя чувствуете?

— Лучше, спасибо, — я приподнялся на протестующе заскрипевшей кровати. Опираясь на спину, смог получше осмотреться.

В какой дыре я оказался? Все такое старое, обшарпанное, пыль кругом, паутина по углам. Горничную явно следует поменять, а то понаехали тут… так, стоп! О чем это я вообще думаю. Какая нахер горничная? Может, это сон? Ну точно, сон! Тогда почему такой скучный? Где мои готовые на все кошкодевочки?!

Может мне чего-то подсыпали в выпивку… Как-то уж все очень реалистично для сна… Точно, что-то подсыпали. Галлюциногены! Еще раз попробую вспомнить, что со мной было… Ага, вроде получается. Странный звонок Наруто… Сакура… какая блин Сакура? Кто это? Кто такой Наруто? Что за хрень в голову лезет. Вот же б… а еще почему то вспомнилась труба. Железная.

Зрелище летящей прямо в лицо трубы оказалось настолько реалистичным, что я подскочил в кровати, перепугав старика.

— Похоже, вы сильно ударились… Ссадину на голове мы залечили. Судя по артефакту, — старик показал мне какое-то непонятного вида яйцо черного цвета, — вы здоровы. Попробуйте отдохнуть, господин, я прикажу Марфе подать вам завтрак. И не вставайте, вам лучше отлежаться.

Одарив меня полным жалости и сочувствия взглядом, старик выскользнул за душераздирающе проскрипевшую дверь и пошел прочь по не менее громким половицам. Я опустил ноги на деревянный пол и внимательно прислушался к себе. Ну, по крайней мере, сейчас я себя чувствовал уже абсолютно нормально. Главное, что голова не болела. После констатации этого факта настроение немного поднялось.

— Эй! Куда делась моя борода?! — я по привычке провел пальцами по подбородку — покалывание щетины всегда меня успокаивало. И нащупал лишь острый гладкий подбородок и девственно-чистые щеки. — Неужто побрили, сволочи?!

Вот почему-то я точно знал, что носил бороду. И кстати очень серьезно относился к ней, посещал барбершоп каждую неделю — благо доходы позволяли — держал дома целый набор по уходу. Пулей вскочил на ноги, презрев совет старика, и побежал к облупленному туалетному столику с треснувшим зеркалом. Увиденное повергло меня в глубокий шок — из отражения на меня смотрел совсем молодой светловолосый шкет с голубыми глазами. Непокорные расческе вихры создавали какую-то не серьезную, полудетскую внешность, хорошо если этому телу хотя бы восемнадцать лет исполнилось. Но подняв напяленную на меня свободную рубашку, я отметил, что парень явно следил за собой. Кубики пресса, намечающийся рельеф мышц, да… с моим прошлым внешним видом никакого сравнения. Хотя я и не помню, как я выглядел… Да что это! О чем я опять думаю?

— Офигеть, что вообще происходит… — я опустился на стул и по привычке откинулся на спинку. Та, протестующе заскрипев, предательским образом подломилась и отправила меня на пол. — Да блин!!!

Я снова подскочил и затравленно осмотрелся. Пара шкафов, письменный стол с облезлым креслом, узкая односпальная кровать. Пыль, разруха и паутина ни капли не успокоили меня. Прохрипев что-то совсем неразборчивое, я начал ходить по комнате, бормоча под нос:

— Это точно не сон и не глюки… не бывает такого! Может, я умер и попал в рай? Почему он тогда такой паршивый? А вдруг… — меня внезапно осенило, — вдруг я оказался в банальной истории про попаданца? Какой-нибудь наследник древнего рода с особой силой… Да нет, не может быть. Но вот почему я помню только куски из своей жизни? Или я сейчас в реанимации и это все-таки глюки? Все-таки последнее предположение выглядело привлекательнее всего. Увы, сильный щипок за запястье и вновь вспыхнувшая боль заставили отбросить подобный вариант и убедили меня в худшем из возможных вариантов. Придется принять пока за основу тот, что я попал в иной мир.

Стоп! Очередная вспышка воспоминаний… я конечно, почитывал книжки про всевозможных попаданцев в другие миры (кстати, вот их содержание я вспомнил довольно отчетливо), но то, что сам могу стать подобным героем, для любого нормального и здравомыслящего человека было чем-то вроде бреда. И как я теперь вижу, любой бред может когда-то стать реальностью! Штош. Надо успокоиться. Сказано, сделано. Я титаническим усилием воли прогнал начавшую охватывать меня панику. Подведем предварительные итоги! Допустим, что я действительно стал персонажем явно нетривиального сюжета, поскольку раем это место назвать язык не поворачивался, а про ад лучше и не думать. Память у меня дырявая, но почему-то я был уверен, что она ко мне постепенно вернется. Самое главное — не паниковать!

— Твою мать, твою мать, твою мать. Почему меня не могло занести в какого-нибудь миллиардера с личным гаремом? Я бы такое устроил, что «Пятьдесят оттенков серого» в детском саду читали… — Подобной болтовней я пытался себя успокоить. Помогало откровенно слабо.

Так, ладно… стараемся мыслить логически. Надеемся, что память восстановится, а пока действуем по обстановке. Как я уже говорил, примем вариант, что я попаданец. Если я попаданец, нужно разобраться, где я вообще оказался. Что там обычно делают правильные попаданцы? Читают книги, газеты или слушают наставника. Блин, ни того, ни другого, ни третьего. Хотя тот старик, наверное, подошел бы на роль наставника, но сейчас выходить из комнаты мне категорически не хотелось.

Итак, главная задача — это информация. Пока единственным потенциальным ее поставщиком является этот самый старик… Кстати, что он там говорил по поводу «господина»? Раз меня так уважительно называют, то логично сделать вывод, что я все-таки не простой обыватель. Простолюдинов господами не называют. Аристократ, наверное. Тогда хоть какие-то плюсы могут вырисовываться… И все-таки, что в моем мире произошло? А что, если я испарился в воздухе? Рассмотрим такой вариант. Тогда обо мне волноваться начнут… Хотя… А кто вообще будет волноваться? Кому я вообще нужен? Последняя мысль пригвоздила меня к одному месту. Не выдержав, я сел прямо на пол, схватившись за голову.

А ведь действительно, волноваться некому. Вновь заболела голова и память выдала очередной рваный кусок… Родителей нет, других родственников тоже, как и девушки… все считал, что с этим успеется, а теперь что? Хотя, возможно, не все потеряно, вдруг тут эльфийки имеются? Было бы прикольно, всегда любил их больше кошкодевочек… Так, опять в голову какая-то фигня лезет! Значит, искать меня толком не будут. Наша доблестная полиция запишет в пропавшие без вести и успокоится на этом. Наруто про меня быстро забудет, у него таких художников скорей всего вагон и маленькая тележка… Опять Наруто… Точно… это же мой начальник… мангу вместе делали…

Я вдруг вспомнил, что всегда старался жить так, как хотел. Радовался, что не прожигал жизнь в сером скучном офисе, не женился на располневшей однокласснице, часто путешествовал и был сам себе хозяином. И вот сейчас сердце непривычно сильно щемило, словно все мои выборы за тридцать два года жизни оказались ошибочными.

— Что толку жалеть о том, чего не можешь изменить…

Глубоко вздохнув, я принял позу лотоса, благо новое тело оказалось ладным и гибким. Хоть какой-то бонус. Мне очень нравилось, как я выглядел в новом теле… Как все сложно то!

— Мне сейчас остро нужна информация… Я даже своего нового имени не знаю! Старое знаю… Саша!

Итак, решено. Дожидаемся старика! Осторожно расспрашиваем. Свое незнание аргументируем тяжелым утром, или что он там говорил, нашли меня без сознания в саду? Залечили ссадину… вроде ударился? Тогда на это можно списать потерю памяти. В общем, придумаем что-нибудь. Ну что же. Вот хоть какой-то план имеется. Кстати, завтрак обещали принести…

При воспоминании о еде живот жалобно заурчал, и ранее не дававший о себе знать голод теперь занял все мои мысли. Скрип шагов в коридоре оказался как нельзя кстати. Я быстро встал и распахнул дверь, не дожидаясь робкого стука.

Совсем молодая светловолосая горничная чуть старше моего нового тела громко ойкнула и выпустила поднос с тарелками. Я не мог себе позволить, чтобы еда пропала и я остался голодным, поэтому молниеносно перехватил поднос. Вот что голод с человеком делает! Ловкость повышает.

— Б… Барин! — Девушка часто задышала, густо покраснев. — Простите!

— Не бери в голову! — быстро пробормотал я.

Несмотря на пробудившийся у меня зверский аппетит, я сумел оценить свежее симпатичное личико и ладную фигуру служанки, которую совершенно не скрывал наряд из белой блузки и длинной серой юбки.

— Слушай, как тебя зовут? — поинтересовался у девушки.

— Марфа, господин, — пискнула та, — вы забыли?

— Провалы памяти, — пробормотал в ответ я. — Марфа, будь другом, принеси мне свежих газет!

— Конечно, господин Александр, — кивнула та и, как-то странно посмотрев на меня, выскользнула из комнаты.

Ого, хоть одна хорошая новость, меня здесь тоже зовут Александром… И вдруг только сейчас я понял, что про газеты мог погорячится. Об этом мире я ничего не знаю. Может, тут вообще газет не было… Вот это был бы эпический провал, такое потерей памяти не объяснишь. Но хоть здесь повезло. С газетами слава богу угадал. В любом случае надо следить за своим языком. А вот о том, что я могу и не уметь читать на местном языке, совсем не подумал. Хотя разговаривали-то со мной на чистом русском. Значит, это Россия. И вряд ли газеты будут напечатаны на каком-то другом языке.

Успокоив себя подобным образом, я взялся за ложку, да так и застыл, испустив разочарованный вздох. На завтрак мне полагалась большая чашка переваренной перловки, вареные куриные яйца, огурцы и несвежий хлеб, а вместо нормально напитка несладкий чай.

Да уж, о «Точке», в которую переименовали столь любимый мною «Макдональдс», остается только мечтать. У себя дома я питался в основном консервами, доставками и фастфудом, редко утруждая себя готовкой. Надо же, вспомнил… что ж такая тенденция мне нравилась. Так, глядишь, вся память вернется. Бесит меня эта амнезия…

Как говорится, голод не тетка. Интересно, а здесь все так питаются? Вот уж в этом я сомневался. По обстановке комнаты и еде можно было сделать вывод, что я был бедным… нищим аристократом. Все та же классика попаданства.

Я старался не думать о вкусе, быстро набивая живот, благо вместе с солью все оказалось не так уж плохо. Утолив первый голод, лениво покатал очередное яйцо по столу, очищая от скорлупы, и подметил, что оно было раза в два больше привычных магазинных. Не пора бы выбраться из комнаты?

Но вместе с сытостью мной овладела лень, делать ничего решительно не хотелось. Что ни говори, перекусив немного, я успокоился, и подкрадывающаяся паника вроде отступила. Расправившись с последним яйцом и решив, что торопиться не стоит, плюхнулся на скрипучую кровать, по привычке открыв ленту сообщений и ткнув на горящее уведомление. Странность происходящего я осознал только спустя секунд десять.

«Какого хрена?!!»

Уже привычно подскочив в кровати, я ошалело уставился на возникший перед глазами интерфейс. Чем-то он неуловимо напоминал сотни своих собратьев в онлайн-играх, скрещенных с творением Тони Старка.

Открытое уведомление оказалось довольно кратким:

«Поздравляем с достижением двадцатого уровня! Теперь вы можете выбрать свой класс!». И две кнопки — «Вперед» и «Отмена».

Интерфейс подчинялся движению глаз. Стоило сосредоточиться на ярко-желтой кнопке, как она окрасилась зеленым, открывая следующее окно.

«Доступные для выбора классы — воин, маг, разбойник, следопыт, бард, монах».

Это вообще ни в какие ворота не шло. Тут еще типа система есть, что ли? Я уже практически перестал удивляться происходящему вокруг, решив принять местные правила. Хотя уровень бреда нового мира впечатлял. Да, я играл в игрушки (вот точно вспомнил. Надо же. Все игровые примочки и геймплей помню… а свою прошлую жизнь и как попал сюда не помню) «Ведьмак» там, «Fallout», онлайн игры… Да, я рисовал всякие фэнтезийные сюжеты в манге, но все-таки сразу принять подобное… пока не могу. В любом случае у меня и выбора-то особенно не было.

Информации откровенно кот наплакал. Как я ни пытался, не смог найти никакой справки или глоссария. Даже меню не было. Ни на голосовые, ни на мысленные команды Система не реагировала. То есть мне предлагали принять самое важное решение (в этом я практически не сомневался) в моей новой жизни практически наугад. Может, у них всех тут система и они все с детства изучают. Но я только попал, поэтому решил оставить выбор на потом. С подобным лучше не торопиться.

Жаль только кнопка отмены внезапно исчезла. Шесть иконок классов никуда не собирались пропадать, наоборот, с каждой минутой сияя все ярче; реальный мир постепенно скрывался за игровым интерфейсом. Мне недвусмысленно намекали, что поздно давать заднюю. Тем более непонятно, почему дали сразу двадцатый уровень. Интересно, это много или мало? На эти вопросы система тоже молчала.

Хорошо, спокойствие, только спокойствие. Если приходится выбирать, значит, будем подходить к этому серьезно и вдумчиво.

Воин — это, значит, придется постоянно мечом махать, может, танковать и получать по голове. Ну его, такое счастье. Здесь тебе не каратэ, попадется какой-нибудь хрен с кистенем — и поминай как звали.

Словно услышав мои мысли, иконка с мечом и щитом потускнела, переместившись к левому краю.

О как. Значит так, маг. Это. конечно, круто: телепортация, молнии, метеоры, демоны… Только ж образование по-любому нужно, придется над книгами годы корпеть, вряд ли мне просто так это дадут. Еще и самозванца вычислить могут… Заманчиво, конечно, но нет, нужно что-то практичнее.

Сияющий посох присоединился к мечу и щиту.

Разбойник, в смысле, «рога»? Скрываться в тенях, грабить богатеев, убивать гарротой… Пожалуй, тоже нет. Никогда не отличался особой ловкостью, да и не хочется, чтобы руки мне рубили.

Скрещенные зеленые кинжалы присоединились к своим отвергнутым собратьям.

Следопыт — лазить по непроходимым лесам, мерзнуть в болотах, есть всякую дрянь… Еще с какой-нибудь псиной придется возиться, никогда их не любил. К тому же понятия не имею, как из лука стрелять. Мимо.

Иконка стрелы будто обиженно мигнула, прежде чем переместиться в левую часть интерфейса.

Значит, остаются бард и монах. Монах это вроде про рукопашный бой, я в этом немного шарю, вроде подходит. Но, блин, тогда поститься придется! Дурацкая прическа, никакого секса и постная еда.

Последняя мысль заставила содрогнуться и быстро, решительно отправить сжатый кулак к остальным. Осталась только золотая лира, чье ослепительное сияние становилось совершенно невыносимым. Еще раз безуспешно попытавшись вернуться в основное меню, я тяжело вздохнул и выбрал себе класс барда.

Глава 2. Род Морозовых

К моему разочарованию, не было никаких фанфар. Система сухо поздравила меня с выбором класса. Затем появилось системное сообщение, которое слегка озадачило.

Внимание.

Вы выбрали класс персонажа, значит, стали полноценным жителем мира 376758. Хотим предупредить вас: так как вы до этого не принадлежали миру 376758, вы можете видеть свои характеристики, повышать их, изменять, выбирать умения и способности.

Предупреждение

Коренные жители мира 376758 не видят свои характеристики и не могут ими управлять. Категорически не советуем вам рассказывать об этой способности кому бы то ни было. В мире 376758 это может привлечь внимание контролеров.

Отлично… и что это за контролеры такие? Опять молчание. Ситуация странная, но примем это к сведению.

Желаете ознакомиться с древом навыков?

К счастью, у меня появилась кнопка отмены, которую я с удовольствием и нажал. Сначала надо полазить по интерфейсу, я все-таки не терял надежды найти глоссарий или энциклопедию.

От этого занятия меня отвлекло неожиданное движение в комнате, которое я заметил даже через интерфейс. Отключив его, я с подозрением уставился на невесть откуда появившийся объемистый сверток, завернутый в плотную серую ткань. Сверток лежал в центре комнаты и притягивал к себе, словно магнит… Решив для себя, что вряд ли кто-то решил бы подсунуть мне какую-нибудь подлянку сразу после появления, решил посмотреть неожиданный подарок.

Осторожно раскрыв края ткани, я замер и не смог сдержать восхищенного вздоха. Передо мной была небольшая лира, по виду, отлитая из золота и словно сошедшая с картин или скульптур из Древней Греции. О, вспомнил античную историю… В прошлой жизни я ей явно увлекался. Округлый корпус Лиры был украшен какой-то причудливой резьбой, а поперечную штангу, на которую крепились струны, инкрустировали драгоценными камнями — так они переливались перед моими глазами. Сами тончайшие невесомые струны, казалось, были сотканы из чистого лунного света. Аккуратно, боясь вздохнуть, я прикоснулся к этому произведению искусства, ничуть не удивившись возникшей перед глазами табличке.

Классовое оружие — Лира

Уровень 1

Ранг уникальный

Предмет привязан к носителю. Невозможно потерять, украсть, уничтожить

Остальные характеристики оружия скрывались за многочисленными знаками вопроса, по-видимому, предполагалось, что они раскроются по мере прокачки.

Отлично! Не подвела меня местная система… Вот и первая плюшка — уникальное оружие. Не хватает еще какого-нибудь заклинания, которое нужно всем, но применить могу только я. Да начнется охота за белым кроликом…

В коридоре послышались скрип половиц и тяжелые шаги.

Воровато оглянувшись, завернул лиру назад в тряпку и спрятал ее под подушкой, вряд ли в этой комнате существовал тайник надежнее. Система отнесла кровать в категорию «хлам», чем вызвала полный разочарования вздох, еще раз подтвердив, что денег у меня явно не было.

— Господин, Марфа передала, что вы просили газеты. — Старик с беспокойством во взгляде уставился на меня. В руках он сжимал несколько свернутых в трубки бумаг.

— Отлично, Сергей Игнатьич, ты как раз вовремя! — прочитал я имя на табличке над его головой.

Сергей Игнатьевич Кузнецов

72 года

Класс маг

Уровень 13

Управляющий поместья рода Морозовых

Понятно, маг тринадцатого уровня. У меня двадцатый.… Хотелось бы верить, что мой уровень достаточно высокий на фоне местных жителей. Все-таки интересно, какие тут максимальные уровни?

— Проходи, садись! Да не сюда, здесь спинка поломалась, вон, кресло стоит.

— Благодарствую, — неторопливо опустился на протертое сидение управляющий, не отрывая взгляда от меня. — Господин, вы странно себя ведете.

— Головой ударился, — пожал я плечами, транслируя единственную приемлемую версию, — зато теперь мне значительно лучше! Появилась ясность мыслей, можно сказать, размах. — Я и впрямь чувствовал в себе силы и какую-то аномальную жажду действий. Вот что система вместе с завтраком животворящим делает! — Напомни, какие у меня сегодня дела?

— Никаких, господин. До отъезда в академию еще несколько недель, так что можете спокойно отдыхать… — Старик сделал небольшую паузу и несмело продолжил: — Или почитать выданные перед поступлением учебники…

— Отлично! То, что нужно! Где они лежат?

— Так у вас в столе, где вы их и оставили в начале лета.

— Спасибо, Сергей Игнатьич. — я хотел уже приступить к расспросам, но, видя заботливый и немного озадаченный взгляд старика, решил с этим повременить.

Нужно сначала газеты почитать. Тем более разговор об учебниках был… Может, там учебник истории или географии завалялся? Торопиться, в общем, не надо. Расспросить управляющего всегда успею. Хм, управляющий родовым поместьем… Подытожим. Я сейчас в родовом поместье. И зовут меня Александр Морозов. И через несколько недель в академию? Что за академия? Блин, сколько вопросов-то появилось. Хотя он говорил о нескольких неделях? Значит, есть время разобраться.

— Сергей Игнатьич, все хорошо. Тогда я действительно отдохну. Ты иди, — ласково попросил старика, — передай там, чтобы меня не беспокоили до обеда.

Управляющий молча поклонился и положил газеты на столик, забрал поднос с тарелками и, бросив еще раз тревожный взгляд на меня, вздохнул и вышел, оставив юного господина наедине со своими мыслями.

Фух, вроде подозрений не вызвал. Ну и тяжело же, блин, опасно прямые вопросы задавать, надо окольными путями действовать. Кивать на потерю памяти при ударе — это хорошо, но я боялся, что связка «ударился — упал — очнулся — гипс» и древнего смешного фильма тут может не сработать. А вызовут какого-нибудь лекаря-менталиста? Покопается он у меня в голове, и выяснится, что «король-то не настоящий»! Кто его знает, что потом будет… Инквизиция она вроде в Испании, но изобретательность в пытках и казнях явление интернациональное. Пока вроде все идет хорошо. Произведем внедрение медленно. Самое главное аккуратность.

Внимание

Сформированы ваши характеристики

Для вызова используйте голосовую или мысленную команду.

Решив продолжить изучение системы, я удобно устроился на скрипучей кровати, осторожно погладив краешек показавшейся из-под подушки лиры. Настало время тренировок! Как там было написано? Мысленная команда?

— Интерфейс! Открыть окно характеристик персонажа!

Надо же. Сработало. Передо возник схематический силуэт человека со множеством квадратиков по его периметру, обозначающих, судя по всему, экипировку. Мою рубаху, штаны и ботинки система определила как «простую одежду в изношенном состоянии». Над пустой головой гордо красовалось:

Александр Морозов

19 лет

Класс Бард

Уровень 20

Глава рода Морозовых

Характеристики

Сила 15

Восприятие 10

Выносливость 20

Харизма 10

Ловкость 10

Интеллект 20

Удача 1

«Быть не может! Система особенных! А КОЗУ сдавать придется?»

Яркая двадцатка, обозначающая уровень, вызывала противоречивые эмоции. Сергей Игнатьич, вон, целую жизнь прожил, а всего до тринадцатого докачался, а у меня на старте два десятка. Может, все не так уж плохо? Интересно. Вот, например, Харизма 10 — это много или мало? Надо бы справку.

«Справка!» — мысленно произнес я, и о чудо! Передо мной развернулась целая простыня из огромного количества пунктов и подпунктов. Быстро определившись в системе поиска информации — а она тут явно напоминала поиск в обычной компьютерной операционной системе из моего мира, — я погрузился в чтение.

Оказалось, что все не так просто… большая часть информации была закрыта, и при попытке прочитать ее возникало предупреждение, что она откроется на более высоких уровнях. Основное после недолгого изучения я понял. Характеристики мои, как оказалось, были достаточно средними. По крайней мере, если верить местной Википедии, ограничений на их увеличение не было.

Уровни подымались либо в сражениях, либо при выполнении заданий. причем нигде не сообщалось, где брать эти задания и что вообще за сражения. Класс, который я выбрал, совершенно точно определялся, если брать терминологию моего прошлого мира, как «боевой маг-целитель». Ну что ж, не самый плохой, на мой взгляд, выбор.

Закончив пока разбираться с энциклопедией, я решил посмотреть свой статус, вызвав соответствующее окно. Кстати, все эти окна вызывались как фразами произносимыми мысленно, так и голосом.

Информация в окне статуса меня не обрадовала. Система равнодушно сообщила, что я являюсь дворянином, главой знатного рода Морозовых, в чьих владениях находится деревня Неряхино. Строки с ячейками, явно выделенными для городов и замков, оказались издевательски пустыми.

Равнодушно изучив данные о своей собственности (больше тысячи крепостных, не шутка!), я закрыл окно и открыл карту владений. Да была и такая штука — этакий вид сверху в стиле 3D. Так и это вспомнил… Надо сказать, удобно. Однако сама картина, открывшаяся передо мной, приводила в уныние. С добрую сотню деревянных хибар, окружавших стоявшее на холме поместье. Блин, тут даже дорог нормальных не было! Люди и скот ходили прямо по грязи. Кстати, в грубо сбитых приземистых бараках, расположенным чуть в стороне от хибар, если судить по визгам, хрюканью и мычанью, явно находился скотный двор.

За хибарами расположилось несколько больших полей, на которых что-то колосилось. Я как истинный горожанин, ездящий на дачу, только чтобы пожарить шашлык, не понимал в этом всем сельскохозяйственном укладе практически ничего, Что еще больше расстраивало, прямо за границей, обозначенной мощным частоколом, начинался «туман войны».

— Видимо, нужно самому исследовать или карту купить, — решил я.

И кстати, мне пришла в голову мысль, что странно… При таком хозяйстве местный граф или князь, в общем властитель, то есть он самый, Александр Морозов, еле-еле сводил концы с концами. И жил в каком-то убожестве.

Остальные разделы статуса не принесли ничего нового.

Пустой инвентарь, пустое окно соратников, пустая книга заклинаний, пустая лента новостей, пустая книга заданий. Ничего. Абсолютный ноль. Было еще несколько кнопок, но их серый цвет и отсутствие надписей ясно давали понять, что пока не время.

— Вызвать древо навыков!

Посмотрим, что здесь… как оказалось, все не менее печально.

Это самое древо представляло собой стилизованное изображение куста, у которого каждая ветка была привязана к одной из характеристик. Было активно шесть веток. Сила, восприятие, выносливость, харизма, ловкость и интеллект. Еще пять были полностью серыми, и куда они вели и как их открыть — оставалось только догадываться, двенадцатая ветвь именовалась «Классовые навыки». И тоже была вся серая.

Не густо, короче. Ладно, по ходу действия разберемся. Все-таки что-то уже начинает прояснятся.

Теперь надо бы просветиться насчет местной жизни и политической ситуации. Что в первую очередь лучше прочитать? Газеты или учебники? А это что?

В ленте новостей вдруг вспыхнул яркий восклицательный знак. Щелкнув по нему, я с удивлением прочитал новое сообщение:

Доступен призыв фамильяра. Выбрать расу или положиться на удачу? В последнем случае ему будет присвоен класс легендарного.

— Легендарный как раз то, что нужно. Положусь-ка я на удачу. Давай, удиви меня!

Система послушно исполнила приказ. И с потолка на меня… упала голая девушка. Мы столкнулись лбами и под слитный крик отпрянули друг от друга, потирая одновременно появившиеся на лбу шишки.

— На что уставился, извращенец?! — взвизгнула она, попытавшись лягнуть меня ногой. При этом мой взгляд оказался прикован к небольшим полупрозрачным крыльям на спине у нее.

— Эй, не дерись! — Ловко перехватив атаку, я невольно залюбовался идеальной ступней с розовой пяточкой. Затем мой взгляд скользнул чуть в сторону, и я смог оценить стройную фигуру незнакомки. Залюбовавшись весьма соблазнительным видом, я все же пропустил второй удар.

— Ах так! Ну все, держись!

С удивившей меня самого ловкостью я метнулся к девушке, схватил ее за руки и, навалившись всем телом, повалил на кровать. Та пыталась сопротивляться, но быстро осознала тщетность усилий и замерла, пронзительно смотря на меня переливающимися радугой глазами.

— Насиловать будешь? — угрюмо спросила она.

— За кого ты меня принимаешь?! — возмутился я, чуть было не добавив, что, конечно, буду. Извращенное чувство юмора часто играло со мной злые шутки, хорошо хоть сейчас удалось сдержаться. — Просто хочу, чтобы ты успокоилась и перестала драться.

— Мне сложно успокоиться, пока ты меня вот так держишь! Немедленно пусти!

— Только если не будешь драться! Обещаешь? — я разжал хватку, только когда девушка кивнула, при этом обиженно надув губки. — Вот, держи.

Она завернулась в протянутое одеяло, как в плащ, картинно отвернувшись. Только вот девушка нет-нет, а бросала на меня явно любопытные взгляды.

— Как тебя зовут? — Решив, что хуже все равно не будет, я сделал попытку завязать беседу.

— И он еще спрашивает! — пуще прежнего возмутилась она. — Издеваешься?!

Вместо ответа я вздохнул и вызвал интерфейс. Сразу стала понятна причина негодования девушки — вместо имени система показывала «?????».

Имя????

Фея-фамильяр

Уровень 1

Отношение к вам 1

Хозяин Александр Морозов

— Понятно, видимо, имя тебе должен я придумать. Не знаю, а сама какое хочешь?

Отношение с «?????» улучшилось на единицу

Текущее отношение 2

Как удобно, и никаких больше женских молчанок, говоришь и сразу понимаешь реакцию.

— Мне всегда нравилось Унулариэниэль, сокращенно Уна… — Она просяще уставилась на меня своими огромными, переливающимися радугой глазами.

— Отлично, Уна! Добро пожаловать в новый мир! — радостно поприветствовал я своего фамильяра, смахивая очередное уведомление, в котором меня поздравляли с приобретением фамильяром имени.

— Как здорово! — захлопала она в ладоши, не обращая внимания на слетевшее одеяло. — А где мы находимся?

— Понятия не имею, — честно признался я. — Я, вообще-то, не местный. Из другого мира! Еще и память потерял!

Вообще, я не очень любил врать и на дух не переносил лжецов. Взгляд сам собой остановился на стоявшей передо мной обнаженной девушке. Невысокая, но стройная изящная фигура, правильные черты лица, голубые вьющиеся волосы, спадающие на обнаженные плечи… и переливающиеся глаза. Все это создавало вместе завораживающе прекрасную картину.

Однако после моего ответа вся радость испарилась из Уны быстрее росы под лучами утреннего солнца.

— То есть как это понятия не имеешь?! Из другого мира? Куда это ты меня призвал?!

— Я сам оказался здесь меньше часа назад. Система предложила мне призвать фамильяра, ну, я и…

— Поня-ятно. — Она сразу сменила гнев на милость и вдруг шагнула ко мне, совершенно не стесняясь и сочувствующе обняв замершего меня. — Значит, мы в одинаковом положении. Как интересно!

Я ничего не смог ответить. Думать внятно мешала тяжесть в паху. Кожа феи была очень мягкой, горячей наощупь, спелые груди так и просились в ладонь, приятный запах женского тела бередил сознание, заставляя вспомнить о желании.

— Если ты продолжишь меня так обнимать…

— Как обнимать? Так? — хитро осведомилась она, запуская ладонь под рубашку. — Я красивая?

— Очень, — искренне ответил я тяжело дыша. — Не понимаю, ты же всего минуту назад сказала мне не смотреть, а теперь…

— А теперь мы с тобой связаны одной судьбой. Лучше сразу наладить отношения. — Ловкие пальчики скользнули еще ниже, проникая под ремень. — Не переживай, я тоже хочу. Ты очень симпатичный.

А дальше последовал жаркий поцелуй. Все барьеры спали, и я взял инициативу на себя, благо определенный опыт у меня, конечно, имелся. Впрочем, о нем быстро пришлось забыть, ведь одно дело, когда с тобой делят ложе за деньги, и совершенно другое — когда под тобой жарко стонет горячая юная нимфа, раскинув четыре полупрозрачных крыла.

Жалобно затрещала разрываемая рубашка, у внешне хрупкой феи оказалась совсем не женская сила. Штаны стянул сам, отбросив ногой… Ну а дальше был горячий… очень горячий секс. Память возвращалась ко мне с каждым толчком, не вызывая прежней боли, что только добавляло удовольствия!

После логичного завершения любовной схватки, по телу разлилось неземное наслаждение, которое не было похоже ни на что ранее испытанное. Ни виски, ни травка в студенчестве, ни лишение девственности не могли сравниться со слиянием двух душ. Я с кристальной ясностью понял, что Уна права, теперь мы навсегда связаны одной судьбой.

Еще один жаркий поцелуй. Крепко сжав друг друга в объятиях, мы блаженно застонали, вздрагивая, пока не скатились, обессиленные, на пол.

«О, теперь совсем как японцы», — лениво подумал я, с нежностью поглаживая изящное плечо своего фамильяра и рассматривая крылья.

— Если хочешь, можешь потрогать, — прошептала она и пошевелила полупрозрачным крылом.

Я осторожно, как к сокровищу, прикоснулся к крылу, удивившись его бархатной мягкости и одновременно упругости. Несколько поглаживаний — и Уна неожиданно развернулась, с жарким стоном вновь набросилась на меня.

— Ух… Хорошо… — Хоть я никогда не курил, сейчас мне остро захотелось сигаретку.

Уна согласно простонала что-то неразборчивое, расположив голову на моей груди. Волосы девушки разметались по всей постели, нога по-хозяйски была закинута на мои бедра, с умиротворенного лица не сходила блаженная улыбка.

Да я и сам не мог перестать улыбаться. Пожалуй, первый день в новом мире можно было по праву назвать лучшим днем в моей жизни. Особенную гордость вызывало уведомление системы, которое я не спешил скрывать:

Отношение с Уной улучшилось

Текущее отношение 10

И в следующий миг меня накрыло. Я словно провалился в какой-то сон. Я все вспомнил… Последний день в старом мире… Я словно прожил его заново… Захватывающий боевик, в котором мне досталась роль главного героя.

Глава 3. Вечеринка

Есть! Откинувшись на стуле, я посмотрел на монитор, на котором красовалась последняя страница полностью оформленной сорокастраничной манги, над которой я работал уже две недели. Что ж, полста тысяч уже в кармане. А учитывая аванс, составивший столько же… Шикарный заказ! За две недели сотню заработать, поди неплохо! Ради такого случая не грех выпить…

Сохранив финальный макет, отправил его по почте руководителю своей рабочей группы. Наша небольшая, но весьма работоспособная группа занималась созданием по заказам манг, аниме и подобных вещей. А учитывая все возрастающую популярность подобной продукции, этих заказов было много. Но последний заказ выбивался из нашей обычной работы. Деньги, которые заплатил заказчик, были очень большими, но и сам он оказался невероятно придирчивым, так что цена была вполне оправдана. Сколько мне пришлось перерисовывать и добавлять детали в проект, я даже вспоминать не хотел.

Руководитель, который и доставал эти заказы, скрывал свое настоящее имя под псевдонимом Наруто, и я его никогда не видел, как и остальных трех участников нашего небольшого коллектива. Знал только, что это одна девушка и еще двое парней. Общение шло в телеграмме, и видео обычно не включали. Достаточно было решать все вопросы голосом и обмениваться материалами по тому же самому мессенджеру или электронной почте. Да и не рвался я знакомиться с кем-то. Мне и одному жилось вполне неплохо. А что? Сам себе хозяин. Родители умерли, братьев и сестер у меня нет. Работа удаленная, хорошие деньги… чего еще надо человеку в тридцать лет, неженатому и имеющему собственную двухкомнатную квартиру. О всяких мелочах вроде постоянной девушки, семьи и будущего я старался лишний раз не думать, только тоску нагонять…

Я торжественно отправился на кухню и, достав из шкафчика бутылку любимого шотландского виски, вернулся с ней к компьютеру, для совершения традиционного ритуала, который повторял всегда после завершения работы. Вновь устроившись в кресле, налил себе полный стакан и, чокнувшись с экраном, на котором задорные кошкодевочки буквально облепили главного героя, выпил. Все. Теперь можно передохнуть. Да-три дня меня точно никто трогать не будет. Но моим надеждам сбыться было не суждено. Я увидел значок вызова. Ого. Сам Наруто решил поговорить со мной сегодня… Ладно, уважим чего там. Надел наушники и нажал кнопку приема.

— Санек, привет! — раздался в них голос шефа. Несмотря на то что по всем прикидкам Наруто было явно за сорок, он общался с остальными участниками группы словно пятнадцатилетний пацан с такими же пятнадцатилетними пацанами. И надо признать, что получалось у него очень органично.

— Привет!

— Ты как всегда на высоте, — похвалил шеф. — Заказчику я уже нашу работу отправил… Прикинь, он сразу все одобрил. Деньги завтра получим.

— Ну, хорошо…

— Слушай, тут имеется одно предложение.

— Какое предложение? — меня охватило какое-то не очень приятное предчувствие… Как-то слишком необычно себя вел мой начальник.

— Мы вроде уже два года работаем… — начал Наруто. — Столько вместе уже сделали. И никогда не собирались вместе. Не было, так сказать, корпоративных посиделок… Предлагаю встретиться всем.

— Зачем это? — подозрительно уточнил я. Признаюсь, совершенно не горел желанием с кем-то встречаться, от слова совсем. — По-моему, и так все нормально.

— Да ладно…как это зачем? — даже слегка растерялся шеф. — Познакомимся, пообщаемся. Узнаем друг друга поближе. Рабочий процесс еще лучше пойдет. Мы же настоящая команда единомышленников. А кто еще, как не единомышленники, может создавать такие шедевры, которые создаем мы? Так почему нам не перейти на другой уровень общения… Если все будет хорошо, то можно вообще офис снять. Деньги у нас есть. Тимбилдинг поможет нам эффективнее работать, я в этом уверен!

— Не-не-не, — поспешно заявил я, — на удаленке лучше. Мне так эффективней.

— Ну, никто же не заставляет, — сразу сдал назад шеф, — а вдруг понравится? Так как по поводу встречи?

Я не понял, какая связь между знакомством и рабочим процессом, и тем более не понял, нахрен нужен офис. Я прекрасно знал себя. Нет, социопатом я не был… разве что немного. Не сказать, что в окружение других людей чувствовал какие-то приступы паники и прочее, но то, что мне было комфортней в одиночестве, не подлежало сомнению. Последняя вечеринка, на которой я присутствовал, — пьянка по поводу защиты диплома в институте. И да, это была скорее просто пьянка, вечеринкой назвать ее было сложно. Но сейчас мне почему-то не хотелось отказываться от предложения Наруто. Мне вдруг стало интересно посмотреть на своих товарищей по работе.

— Когда?

— Сегодня суббота, давай завтра. Воскресенье как раз. В три часа подгребай. Адрес тебе сброшу. Там у чувихи пятикомнатный пентхаус, так что все будет по высшему классу.

— Подожди, я думал, только мы будем. Нас пятеро…

— Да там еще две пятерки будет. Этакая сходка творцов-фрилансеров… — рассмеялся шеф. — Обменяемся опытом, выпьем… если удачно сложится, и потрахаться можно будет… мужиков там придет немного… конкуренции, соответственно, тоже…

Я покачал головой. Уже, конечно, привык к непосредственности Наруто, но все-таки порой резали слух подобные выражения шефа.

— В общем, завтра в 15.00 ждем. Адрес сбрасываю… До встречи.

Тот отключился, а я уже смотрел на адрес. М-да… Практически самый центр. Пятикомнатный пентхаус. Небедная чувиха, видать.

Выключил монитор и, прихватив с собой бутылку, отправился на кухню. Соорудив нехитрый закусон, предался греху пьянства. Когда в литровой бутылке «Чиваса» осталось меньше половины, понял, что пора и на покой. Убрав в посудомоечную машину тарелки и стакан, отправился спать. Завтрашний день обещал быть интересным.

На утро, приведя себя в порядок, я засел за компьютер, погрузившись в атмосферу одной из новых онлайн-игр. Ну и, естественно, она была локализованной корейской игрушкой. Не какие-то там «танчики», на которых сейчас все просто помешались, или не дай боже «Варкрафт» — такие игры я категорически не признавал. Все они казались пресными и скучными. То ли дело какие игры делают азиаты. Все ярко… весело… задорно… в общем, по-азиатски. И девушек в интересных нарядах они рисовать умеют…

Как обычно, время пролетело мгновенно, но тем не менее я успел пройти несколько ивентов и даже поставить в продажу на рынке честно заработанные в боях вещи. Сработал будильник, и, вздохнув, я отправился одеваться. Нацепив свой традиционный прикид, состоявший из футболки одной из моих любимых «тяжелых» групп (да, музыку я предпочитал тяжелую, в отличие от своих коллег по группе, которые тащились от пищащих японских и корейских певцов. Я, помнится, пытался послушать этот кошмар, но это был очень неудачный опыт) и джинс — благо на улице стояло лето и последние две недели температура не опускалась ниже двадцати семи градусов, — я вышел из дома. Нацепив наушники и включив на телефоне музыку, отправился к видневшейся невдалеке красной букве «М».

Через полчаса уже подходил к нужному дому. Со стороны тот смотрелся эффектно. Хотя… для какого-нибудь архитектора это было не эффектно, а уродливо и безвкусно. Девятиэтажный ультрасовременный дом впихнули между двумя домами явно дореволюционной постройки.

Зайдя в просторный подъезд, сразу наткнулся на подозрительный взгляд тетки-консьержа из-за толстого стекла.

— Вы к кому, молодой человек? — поинтересовалась консьержка, крупная тетка лет под пятьдесят.

— Эм-м, — лихорадочно стал вспоминать квартиру я. — …В 17-ую.

— Понятно, — тетка скуксилась, будто ей предлагали что-то непристойное. — Ну проходи, чего стоишь-то? Девятый этаж.

— Спасибо, — я вежливо поблагодарил ее.

— Ваши чудные уже собрались… — проворчала тетка, укоризненно разглядывая меня. — Страх божий смотреть на это непотребство! Ходят тут, как кошки драные, прости господи! Кажную неделю! Вот говорила я Святославу Евсеевичу, не доведут до добра все эти увлечения… насмотрятся своего аниме, а потом ходят в таком непотребстве… Но ты вроде нормальный. как тебя мальчик занесло то в этот вертеп?

Я поспешно отправился к лифту, не удостоив тетку ответом и посочувствовав незнакомому Святославу Евсеевичу. Интересно, что подразумевается под словом «непотребство» и вертеп? Понял я это, только когда мне открыла дверь… кошкодевочка. Выглядела она отпадно. Я, конечно, знал, что за деньги можно сотворить просто чудо, и вот оно — это чудо сейчас стояло передо мной. Белые волосы, пушистой волной спадавшие на плечи, облегающий топик, короткая юбка, из-под которой торчал выглядящий как настоящий лисий хвост, и словно такие же настоящие остроконечные ушки на голове. Добавить к этому профессионально загримированное лицо — и ни дать ни взять перед мной стояла персонаж словно со страниц манги.

— Привет! Ты Шестихвостый?

Хм… Да, они в группе по примеру своего руководителя выбрали себе имена из той же оперы. Ну, я не парясь назвался Шестихвостым. Ну и что, что демон? Зато звучит круто.

— Так-то меня Саша зовут, — поведал я девушке, с трудом отводя от нее взгляд. Уж больно необычно выглядела встретившая меня красотка.

— Не Саша, а Шестихвостый! — безапелляционно заявила та. — Сегодня у нас имена только анимешные. Меня зовут Конэко. Если полностью — Конэко Тодзе. Я хозяйка квартиры. Проходи…

Надо же. Это была та самая девчонка из моей команды, которая занималась озвучкой и переводом на японский.

Мы оказались в просторной прихожей. Судя по веселому смеху и музыке, доносившейся и неплотно прикрытых дверей, веселье было в самом разгаре.

— А ты ничего… — девушка окинула меня изучающим взглядом. — Я тебя другим представляла…

— Понятно, — хмыкнул я, — а каким ты меня представляла?

— Да проехали… неважно, — пренебрежительно махнула девушка рукой. — Кстати, — она вдруг как-то странно посмотрела на меня, — а ты чего без костюма?

— Какого костюма? — не понял я.

— Тебя разве не предупреждали? Наруто ничего не говорил? Вечеринка, костюмированная…

— Не предупреждал меня никто, — раздраженно признался я

Ну Наруто… это крутая подстава. Если бы знал про подобные условия встречи, хрен бы пошел на нее. Выступать в роли клоуна я точно не собирался.

— Я тогда, наверно, пойду, — дернулся было к выходу, но девушка вцепилась в меня как настоящая кошка.

— Подожди… ты чего? Да все нормально… подумаешь, нет костюма… это не повод отказываться. Будет весело… Кстати, мне очень нравятся твои рисунки! — улыбнулась Конэко.

Она схватила меня за руку и буквально затащила в комнату. Оказавшись в ней, я огляделся и обреченно вздохнул. Ппц, короче. Комната — а если правильно говорить, зал — была по меркам обычных квартир огромной. Обстановка в лучших традициях офисного стиля магазинов «ИКЕА», которую я не переносил на дух. Жить в холодном скандинавском минимализме… Я этого не понимал. Вдоль стен стояли столы, превращая комнату в настоящий фуршетный зал. В центре толпился народ.

— Друзья, разрешите представить нового гостя! — торжественно заявила Конэко. — Шестихвостый!

Все взгляды присутствующих скрестились на мне, и я вдруг ощутил острое желание провалиться под землю. Попасть на костюмированную вечеринку, да еще в стиле аниме, в своем нынешнем прикиде… М-да я почувствовал себя «белой вороной». Вокруг одни кошкодевочки, да разодетые разноцветные наряды, словно сошедшие со страниц манги, парни. Причем я мог примерно оценить стоимость этих костюмов. Называется, почувствуй себя бедным родственником…

Ехидные взгляды буквально обжигали меня. М-да… выход один, и лекарство от таких вот ситуаций я знал только одно. Выпить. И выпить хорошо. Тем более выбор алкоголя впечатлял. Сделав «рожу кирпичом» и показывая, что мне вообще все пофигу, я с помощью Конэко перезнакомился со всеми гостями и, загрузившись обилием японских имен, устремился к столам, где уже приглядел себе литровую бутылку виски, гордо возвышающуюся среди своих товарок с цветастыми этикетками на японском языке.

Кстати, я отметил, что в основном в компании преобладали девушки, парней можно было пересчитать по пальцам. Вспомнив слова Наруто про мужиков на вечеринке, саркастически хмыкнул. Слово «немного» представлял себе по-иному.

Я еще раз внимательно изучил тусующийся вокруг меня народ. И еще раз убедился в том, что гости были одеты по высшему разряду. Складывалось впечатление, что к этой вечеринке они готовились давно. Или был другой вариант… Если верить словам консьержки, подобные сходки в этой квартире проходят постоянно.

Так вот, все девушки выбрали образы именно кошкодевочек. От пестроты их нарядов рябило в глазах, но я не мог не признать, что выглядели они весьма сексуально, учитывая, что этой самой одежды на них было немного… а толстух и некрасивых я пока здесь не увидел. К моей вящей радости, после знакомства на меня перестали обращать внимание. И слава богу! Я налили себе сто грамм виски и, убедившись, что на меня никто не обращает внимание, залпом выпил. И вновь налил.

— Привет, Санек!

Повернувшись на знакомый голос, я увидел представительного мужика лет сорока, выглядящего очень похоже на героя, чье имя тот себе взял. По крайней мере, его прикид и сразу узнаваемая прическа сразу говорили об этом. Только вот славянское лицо портило всю картину.

— Шеф?

— Он самый. А ты чего не в костюме?

— Так ты же мне ничего об этом не сказал! — возмутился я. — Вообще не предупредил! Я тут как клоун…

— Стоп, стоп, стоп! — остановил меня Наруто. — Слушай, виноват. Извини, совсем забыл тебя предупредить, что вечеринка-то костюмированная… — он вдруг широко улыбнулся. — Но ты не переживай так. Ничего страшного… тут девчонки понимающие. Конэко народу все разъяснит, так что все будет путем, чувак! Чего пьем? Виски? Ну ты даешь! Виски можно дома выпить. Ты же на аниме-вечеринке. Тут надо сакэ пить, вино фруктовое…

— Не люблю эту херню, — признался я. — Сладкое, да и голова от него дурная какая-то!

— А я вот сакэ себе налью. Кстати, неплохая штука. Кампай!

— Кампай, — улыбнулся я в ответ, и мы выпили.

Как выяснилось из дальнейшего разговора с шефом, мужиков на вечеринке действительно практически не было. Шеф познакомил меня с двумя ребятами из нашей группы. Но они не произвели на меня впечатления. Какие-то бледные длинноволосые чуваки, правда, в отличие от меня, одетые во что-то японское. Мы пожали друг другу руки, после чего эта парочка растворились среди девушек. Как оказалось, только наша группа была практически мужской, если не считать Конэко. Остальные две пятерки оказались полностью женскими. Мое возмущение по этому поводу Наруто вообще не понял, заявив, что, наоборот, надо радоваться. Мол, смотри сколько кругом девушек. И конкуренции никакой нет. К тому же все, мол, современные продвинутые девушки без комплексов. Мол, скромниц не держим…

— Считай, что попал в анимешный рай, — хлопнул он меня по плечу. — Так что наслаждайся.

Наруто оказался прав. На то, как одет единственный гость, не соответствующий стилю вечеринки, вскоре уже никто и не обращал внимания. Алкоголь принес желаемую легкость и поднял настроение. К тому же шеф взял под опеку своего, как он сразу заявил, самого умного и ценного работника. Он развил бурную деятельность, и вскоре мы тесной компанией из трех кошкодевочек со звучными именами устроились около одного из столов, и знакомство стало переходить в другую фазу. То, что девушки без комплексов, я понял практически сразу.

Вообще, я реально оценивал свою внешность… Склонный к полноте, ничем не примечательный, в общем-то, парень, пусть когда-то занимавшийся сначала боксом, а потом и единоборствами на почве любви к аниме. Но не хватило терпения, и отказаться ради этих ного— и рукомаханий от вкусной еды и других радостей жизни я не смог. Поэтому прекрасно понимал, что себя подзапустил, но, увы, силы воли что-то изменить не хватало…

А тут такие девушки… слова про анимешный рай оказались поистине пророческими. Я давно не получал столько внимания от противоположного пола, наверное, это и сыграло свою роль. Я расслабился, и сейчас вряд ли кто из моих немногих знакомых узнал бы скромного и тихого парня Александра. Затем начались танцы, и как оказалось народ очень любил именно медленные композиции. Вот тут уже у меня практически снесло крышу. К концу вечеринки я уже полностью созрел для продолжения вечера в чьих-нибудь жарких объятьях.

Как оказалось, наибольший консенсус был достигнут с невысокой разговорчивой милашкой по имени Сакура, которая, в отличие от большинства присутствующих здесь, которые только напоминали своих героинь, больше всего была похожа на образ той самой Сакуры из Наруто. К тому же, как оказалось, эта самая Сакура жила всего в двух кварталах от места проведения вечеринки, и ошеломленный я уже получил приглашение на «рюмку чая». Так что, полный радостного предвкушения постельных забав, вместе со своей новой знакомой я по-тихому слинял с вечеринки. Заметил мой уход только Наруто, но тот все правильно понял и проводил меня поднятым вверх большим пальцем.

— Может, такси? — предложил я, когда мы оказались на улице, миновав пост консьержки, которая проводила нас неприязненным взглядом, но от комментариев воздержалась.

— Да здесь недолго, — возразила спутница. — Может, пройдемся? Воздух какой! — она взяла меня под руку.

— Пошли, конечно, — не стал спорить я, не понимая, что хорошего в теплом, насыщенном ароматными запахами большого города воздухе.

Но, как всегда бывает по закону подлости, едва мы прошли один квартал, раздался свист, и в свете ближайшего уличного фонаря я увидел широкоплечего парня с явно бандитской рожей.

— Куда собралась, Алена, нового фраера нашла себе? — хрипло произнес он.

— Вот что ты ко мне пристал, Перец! — выпалила Алена-Сакура, вцепившись в мое плечо, — Говорила же тебе, отвали!

Да… подстава так подстава. Похоже, придется драться. Ну, несмотря на представительную внешность преградившего путь парня, я сильно не переживал. Один на один уделаю его легко… обычный гопник.

— Вали, фраер, отсюда, — тем временем предложил Перец, — мне со своей телкой поговорить надо.

— Я не твоя телка! — возмущенно крикнула Сакура.

— Лучше бы ты валил, — посоветовал я наглому гопнику, освобождаясь из цепкой хватки своей спутницы.

— О, тут у нас смелый нашелся. Ну, иди сюда…

Я предпочел не тянуть и двинулся навстречу противнику. Тот встал в боксерскую стойку и тоже двинулся навстречу. От первого удара я уклонился легко. Несмотря на свои приличные габариты и явную физическую силу, мой противник был весьма прямолинеен. Ответным ударом подсечкой я сбил с ног совершенно не ожидавшего подобного поворота Перца и хотел уже закончить дело финальным ударом, но вдруг услышал пронзительный женский крик:

— Шестихвостый!

Развернувшись, я только и смог увидеть летевший в меня обрезок железной трубы, а потом все вокруг вспыхнуло ослепительной болью, которую практически мгновенно сменила абсолютная тьма.

Глава 4. Знакомство с миром 376758

В тот же миг я пришел в себя. Мда. Надо же, как не повезло. Хорошо хоть все вспомнил, а то эти обрывки памяти сильно раздражали. Ну, раз я окончательно попал, а в том, что это так, сомнений не было никаких, значит надо приспосабливаться. Интересно, перенесся ли я полностью, или мое тело с проломленной башкой осталось лежать в той подворотне? Алене тогда не поздоровится, если не догадалась бежать, такие отморозки свидетелей оставлять не будут… хотя этот Перец вроде ее знакомый…А если я найду портал, то вернусь в тот же самый момент? Вот весело будет. Через десятки лет приключений, с кучей новых навыков и друзей, наконец, добраться до портала, чтобы вновь получить трубой по голове… хотя…Я посмотрел еще раз на удобно устроившуюся на моей груди фею. А в следующую минуту столкнулся с ее взволнованным взглядом. — Что? — спросил я. — Хозяин все нормально? — с тревогой в голосе поинтересовалась она. — Ты как — то вздрогнул и твой взгляд затуманился на секунду… — Все нормально, — успокоил я ее и сильнее прижал к себе, заставив довольно замурчать. Ну прямо как кошка…В общем, я слишком увлекся очарованием этого момента и не услышал душераздирающего скрипа половиц. Застывший у входа управляющий напоминал статую, в которой скульптор попытался изобразить крайнюю степень изумления. Не хватало только открытого рта и выпученных от удивления глаз. Но, в принципе, наблюдалось что-то близкое к этому. Я даже испугался, как бы старика инфаркт не схватил. — Сергей Игнатьич, спокойствие, только спокойствие! — поспешно заявил я, прикрываясь простыней. Хихикающая девушка напротив выгнулась, демонстрируя себя во всей красе — по-видимому, феям не было знакомо такое чувство, как стыд.

— Это… это кто? — озадаченно спросил он. — Она не из нашей деревни…

— Знакомьтесь, это Уна, мой фамильяр!

Старик издал то ли стон, то ли крик и бухнулся на колени, громко отбивая поклоны о деревянный пол.

— Радость-то какая, господин! Первый фамильяр в роду! Да еще такой! Разумных-то, поди, во всей империи по пальцам пересчитать можно! Славься, Перун! Жаль, что родители ваши Петр Данилович и Анастасия Федоровна не дожили, вот бы они порадовались за вас.

Пока старик продолжал бить поклоны, я нацепил на себя штаны и пресек непотребство, помогая ему встать на ноги. Заодно почерпнул несколько полезных фактов: судя по реакции Сергея Игнатьича, Уна была не просто легендарной, а уникальной спутницей. И главное, что я отметил это слово, — разумный фамильяр; стало быть, таких. как Уна, очень мало. И раз старик говорил о родителях в прошедшем времени, значит, их нет в живых. Так… а родственники какие или кто еще? Эх, сколько вопросов…

— Я есть хочу! — тем временем капризно протянула фамильяр, перевернувшись на спину и свесив голову за край кровати. Пыль магическим образом отлетала от ее серебристых волос, остающихся все такими же чистыми, свежими и прямыми.

— Разумеется, госпожа! Я сейчас же распоряжусь, чтобы вам подали обед!

— Пусть несут сразу четыре порции! — крикнул я ему вслед.

После нескольких часов физических упражнений с ненасытной Уной во мне разыгрался зверский аппетит.

Дующаяся Марфа заставила весь стол чашками и блюдцами, а венчал все самовар с несколькими большими кружками.

— Спасибо, дорогуша, ты настоящая спасительница! — улыбнулся ей, отметив, что отношение ко мне улучшилось сразу на две единицы, подскочив до семерки. Очевидно, служанка была явно неравнодушна к Александру Морозову. Знать бы еще — это из-за статуса или ей был симпатичен прошлый хозяин тела.

Обед порадовал намного больше, чем завтрак, видимо, Сергей Игнатьич на радостях распорядился вскрыть стратегический запас. В распоряжении юного господина, то есть меня, оказались густой наваристый борщ с целой крынкой жирной сметаны, горячий черный хлеб и большая тарелка с соленьями. Помимо мяса в самом супе, нам тонко нарезали солонину, которую следовало вымачивать в воде, иначе было невозможно ее прожевать. Впрочем, Уна не парилась, отрывая большие куски заостренными зубами.

Полностью опустошив горшочек и съев все до крошки, я откинулся на спину, сыто отдуваясь. На десерт нам принесли горку пряников и небольшую плошку с медом, а в самоваре был заварен крепкий чай.

«Просто и со вкусом», — я покосился на кровать, но возвращаться в нее совершенно не хотелось, так, глядишь, до вечера проваляюсь, а там и спать пора. Следовало заняться чем-нибудь полезным, например почитать газеты, лежавшие на туалетном столике. А потом уже можно, наверное, и на белый свет выйти. — «Блин, вставать лень, может, Уну попросить?»

Фея поднялась с табуретки, некогда бывшей стулом, и, на ходу жуя пряник, взяла стопку газет и передала мне. Я уставился на девушку. Она что, мысли читает?

— У меня что-то с лицом? — недоуменно спросила она у меня.

— Как ты поняла, что мне нужны газеты?

— Ты же сам сказал, — пожала она плечами, возвращаясь к по-настоящему важному делу — поеданию пряников.

«То есть ты читаешь мои мысли?» — подумал я, на всякий случай прикрыв рот ладонью.

«Нет конечно, — мысленно ответила увлеченно жующая фея. — Только когда ты ко мне обращаешься… Или мечтаешь… Я же твой фамильяр, это у нас с тобой такая связь. Можно мы попробуем придуманные тобой позы ночью? Пожалуйста, пожалуйста! Жаль только здесь люстры нет, мне с ней особенно понравилось!»

— Конечно, — только и смог промолвить он.

На переваривание мысли, что теперь в моей голове всегда будет кто-то еще, ушло некоторое время. Стараясь думать потише, юноша развернул первую попавшуюся газету и погрузился в чтение. Кстати, они были написаны на обычном русском языке.

«Император Всероссийский Иван VIII Рюрикович в стольном граде Москве принял делегацию из Свободных Эльфийских Штатов (СЭШ). Жандармерия предотвратила теракт, подготовленный сторонника ми Эльфийской Темной Конфедерации (организацией, запрещенной в СЭШ и Российской империи). Чрезвычайный и полномочный посол Фанадарэль выразил надежду, что террористы будут в скором времени пойманы…»

Разумеется, о чем еще писать, как не о политике. Но упоминание об эльфах сразу настроило на мечтательный лад. Этих ушастых красоток он уважал, особенно когда рисовал по ним манги. Да и вообще эльфийки это… Эх, не будем отвлекаться от учебы, в конце-концов я еще с феями не разобрался до конца.

Я развернул большую статью, но через какое-то время испустил разочарованный вздох. В ней не было ничего об устройстве американских государств, зато целый разворот посвятили выставке известной художницы-полукровки Талисенты, призывающей к единству обоих народов. Единственное что я понял, — что тут эльфы были разделены… Светлые эльфы, они же СЭШ, господствовали на американском континенте. Эльфийская Темная Конфедерация — ЭТК, которая представляла темных эльфов, — напомнила мне небезызвестную ИРА в Англии. В общем, светлые гнобили темных, а темные отвечали всякими терактами и прочими грязными вещами.

«Цены на хлопок выросли более чем в три раза на фоне очередной экономической блокады. Английские и немецкие рабочие выходят на массовые забастовки».

Посмотрев на черное лицо мужчины с криво сколоченным деревянным плакатом, я неопределенно хмыкнул и перевернул страницу. Больше интересных новостей не попадалось, все внимание редакции было сосредоточено на визите остроухих и расхваливании мудрости царя, который, если верить местным писакам, просто-напросто обведет вокруг пальца всех этих золотоволосых надменных снобов…

Причем это была практически дословная цитата из газеты. Видимо, не любили в России эльфов… хотя и пиндосов тоже в России моего мира не любили, ничего не меняется. К сожалению, как следует рассмотреть этих снобов у меня не получилось. На плохо пропечатанной черно-белой картинке тяжело разглядеть лица, а сложные прически скрывали уши, и эти самые эльфы были такие же серые, как и те люди, что на фотографии встречали их. Качество печати оставляет желать лучшего… Скриншот фотографии с экрана и то смотрелся бы эффектнее.

Характерный щелчок заставил меня замереть. В появившемся интерфейсе появилась новая папка с сиротливо горящей единичкой. Внутри, как и предполагалась, оказался скриншот газеты, сделанной через мои глаза. Во дела. И ведь качество гораздо лучше! Похоже, на бумагу перенести нельзя, вот и страдают с художниками.

Отложив газету, посвященную внешней политике, я взялся за другое издание, подкинувшее куда больше полезной информации.

«Небывалый урожай зерна! Амбары переполнены запасами! Больше никакого голода! Император Всероссийский Иван VIII Рюрикович издал указ о всеобщей благодарственной службе для восхваления Мокоши! Все, все, все, приходите в ближайшую церковь и возносите хвалу! Бесплатное вино всем холопам!»

Получается, язычество не умерло, а вполне себе процветает, хотя и трансформировалось странным образом. Идти в церковь восславлять Мокошь, придумают тоже.

«Столбовая дворянка Макиева объявила о своем девятом разводе! Напоминаем, от прошлого мужа она избавилась всего три месяца тому назад ради мельничного магната Истропова. Теперь он пополнит собой длинный список разбитых роковой красоткой сердец, которой осталось всего два развода до рекорда, установленного императором Павлом III! Подробности на третьей странице!»

Разводы разрешены, а сплетни явление межмировое. Интересно, почему я вообще решил, что найду среди этого бреда что-то полезное?

Без особого интереса перелистнув еще несколько страниц, я с раздражением отложил газетенку, напечатанную на мелованной бумаге, и прошелся по заголовкам оставшихся изданий.

«Очередное нападение диких тварей на Нижний Новгород! Часть из них сумела прорваться через городскую стену. Жертвы среди мирных жителей! Род Бутурлиных заверяет в полном контроле над ситуацией, однако проведенное расследование выявило сокрытие многих фактов».

Сердце странным образом заныло. Я будто смотрел на что-то смутно забытое из раннего детства, такое родное и близкое и в то же время бесконечно далекое. Пальцы сами собой раскрыли газетенку «Нижегородский вестник» на короткой статье.

«Не успел Нижний Новгород оправиться от визита Шатуна, как его посетили новые гости. Первого августа сего года произошло массированное нападение с пустошей на многострадальный город. Очевидцы сообщали не только о массовых стаях диких псов, которые уже давно никого не удивляют, но и про организованный рейд ежей! Бронированные твари пробили пролом в южной стене и вышли на городские улицы. Потери среди дружины не разглашаются владеющим городом родом Бутурлиных».

Мое сердце вдруг кольнуло. Внезапно я почувствовал какую-то бешеную злобу, мне хотелось рвать, бить, крушить. Я изо всех сил сжал зубы, издав сдавленный рык.

— Ты чего? — обеспокоенно спросила Уна, отрывая от пряников.

Фее хватило одного моего взгляда, чтобы резко встать и обнять меня. Постепенно злоба отступила, и мое дыхание выровнялось.

— Сам не знаю, что на меня нашло, — признался я, сам обеспокоенный ситуацией. Вообще я не считал себя конфликтным малым и не испытывал подобной злости даже к тем, кто меня убил.

— Так, дай сюда, лучше я почитаю тебе вслух. — С удобством устроившись на коленях хозяина, фея отобрала у меня газету.

Ее нежный мелодичный голос успокаивал. Наслаждаясь его звучанием, я с трудом улавливал значения слов.

— …Одного броненосца убили, остальные отступили. Разрушено несколько домов, беженцам не предоставлено никакой поддержки со стороны Бутурлиных. Объявлен всероссийский сбор пожертвований, деньги и вещи слать по караванной почте по адресу…

«Ну вот, опять», — я глубоко вдохнул, переживая короткую вспышку злости.

— Лучше не произноси их фамилию вслух.

— Хорошо, — раздраженно ответила Уна, по-видимому, она не слишком любила, когда ее перебивали. — Редакция вестника не получила ответа ни на один из вопросов, посему мы предлагаем поразмыслить читателям. Почему Нижний Новгород подвергся восьмому нападению за лето, хотя другие города пережили в лучшем случае два? Почему бездействуют Бу… ну ты понял. Не проводится никаких работ по укреплению стен или закупке защитных артефактов. Напротив, из Нижнего Новгорода периодически уходят груженые караваны с золотом и людьми. Складывается впечатление, что, отвоевав город у рода Морозовых, Бу… буду звать их буками. Буки бросили его на произвол судьбы, обрекая на медленное вымирание. Воздадим хвалу Перуну и попросим его обратить внимание царя на данную проблему.

Уна осторожно посмотрела на меня. Я тихо вздохнул, слабо улыбнувшись девушке.

— Не переживай, я в порядке. И, кажется, понял, почему тело так остро реагирует. — Осторожно вернув себе газету, я пробежался глазами по фото: разрушенный дом, в который, словно шаровой таран, влетело изрешеченное тело твари, и впрямь напоминающей броненосца, только с кучей дополнительных пластин и размером с деревенскую хату. Седой старик со злыми глазами-щелочками, подписанный как Бутурлин-старший, глава рода, смотрел на меня, как на слизняка.

— И почему же? — нетерпеливо спросила фея.

— Здесь же все написано, — ответил я, сдерживая злобное шипение. — Нижний Новгород раньше принадлежал мне. Этот напыщенный урод забрал у меня город.

— Так, хватит сидеть в четырех стенах! — решительно заявила Уна.

Зашевелив крыльями, она взлетела под потолок, пытаясь поднять меня за шею.

— Идем гулять!

— Оденься хотя бы, — рассмеялся я, ловко выпутавшись из объятий. Возможная реакция других жителей деревни на появление обнаженной красавицы веселила. — Не стоит смущать крестьян.

— У меня ничего нет! Ты мой хозяин, вот и одевай меня.

— Посмотри в шкафу, может, найдешь что-то для себя. Если нет, подыщем наряд горничной. — Я невольно представил умилительную картину, густо покрасневшая смущенная Марфа без одежды и рядом фея в фартуке горничной.

— Просила же, давай ночью, — хитро улыбнулась Уна мне, и я даже, по-моему, слегка покраснел. Не дожидаясь, пока я придумаю ответ, она зарылась в шкаф, устроив настоящие раскопки.

Пока Уна подбирала себе наряд, я вытащил лиру из под подушки и вновь залюбовался ей.

Передо мной возник нелегкий выбор. Взять лиру с собой или оставить здесь? По идее, она являлась оружием, но в моей собственной деревне разве было кому мне угрожать? Да и как я ей драться буду? Нет, лучше оставить, а то засмеют.

— А если ее украдут? — спросила Уна откуда-то из глубины шкафа.

По всей моей коже галопом пробежал табун мурашек. Терять уникальное сокровище решительно не хотелось. Хотя я вспомнил, что украсть-то ее нельзя, о чем сразу сообщил своему фамильяру.

— Все равно, я бы не оставляла ее, — раздался тихий восторженный шепот из-за моей спины. — Красивая какая…

Что ж, последуем совету. Я открыл инвентарь и перетянул туда иконку предмета.

— А куда она делась? — поинтересовалась Уна.

— В инвентарь положил, — ответил я. — Ну что, готова?

Девушка быстро кивнула, покрутившись перед треснувшим зеркалом. Она отыскала что-то вроде старой парадной формы: черная рубашка с классическим воротником облегала большую грудь, подчеркивая отвердевшие соски. Строгие брюки, напротив, скрывали изящные ножки, как и классические офисные туфли. Заодно фея сделала в спине несколько вырезов для крыльев и немного поводила ими для проверки. Вышитый на груди серебряными нитям герб выглядел как огромная снежинка, по-видимому, являясь знаком семьи Морозовых.

— Так себе, но лучше ничего не было. — Она посмотрела на меня огромными анимешными глазами, прикусив губу. — Можно мы сходим в магазин? Я хочу другой наряд! Выглядеть женственной и красивой, а не как…

— Школьница? Да ладно, тебе идет. — признался я. — Как только у меня появятся деньги, наведаемся в ближайший магазин одежды… где бы он ни был.

— Ура! У меня лучший хозяин на свете! — Уна взмыла, ударилась головой о потолок и сердито фыркнула, потянув меня за рукав. — Чего мы тогда ждем? Вперед навстречу приключениям!

Глава 5. Нападение

На улице ярко светило солнце. Поинтересовавшись у проводившего нас до крыльца Игнатьича, я выяснил, что сегодня 7 августа аж 2047 года. Само крыльцо выглядело, мягко говоря, непрезентабельно — красили его, наверно, очень давно. Отойдя немного в сторону, я огляделся.

Ну, что можно сказать? Мое родовое поместье представляло собой не особо большой каменный двухэтажный дом. Вокруг дома был разбит небольшой сад, на первый взгляд, соток на пятнадцать, окруженный хлипким заборчиком. В этом самом саду тоже явно давно не наводили порядок. Трава по пояс, разросшиеся кусты, которые давно не подстригали, покрытый зеленым мхом мраморный фонтан.

Я поморщился. Бедность и запустение словно сквозили в каждом квадратном метре этого когда-то, судя по всему, бывшего весьма симпатичным сада.

А за забором в хаотическом порядке были разбросаны приземистые крестьянские избы, между которыми вилась протоптанная сотнями ног, черная от намешанной грязи дорожка.

Я уже направился к выходу, который лежал через полуоткрытую деревянную калитку, как вздрогнул от надрывного воя сирены, чем-то напомнившей мне сирены скорой помощи или милиции из прежнего мира.

— Это чего? — испуганно посмотрел на свою спутницу.

— А я откуда знаю? — парировала та. — Но, по-моему, что-то случилось!

— Да ты прямо капитан очевидность, — хмыкнул я.

— А кто это? — с любопытством уточнила фея.

— Да так, потом расскажу…

— Господин, идите в дом, — за моей спиной, словно чертик из табакерки, появился Игнатьич, — сами справится. У нас дружина пусть и небольшая, зато боевая…

Помогите своей дружине отбить нападение монстров

Награда + 1000 опыта

+ 1 очко навыка

+ 2000 рублей

Принять: да/нет

— Игнатьич? — повернулся я к старику, принимая задание. Теперь точно не отвертишься. — А две тысячи рублей это много или мало?

— Что? Зачем? Почему вы спрашиваете? — растерялся старик от явно неуместного в данной ситуации вопроса.

— Не важно, просто ответь много или мало?

— Это смотря как тратить, — раздался грубый голос, — ежели с умом, можно полгода жить… по-простому, не по-боярски. А если как бояре… ну, недели на три, наверно… если, конечно, по ресторанам не шариться!

Развернувшись, я увидел нового персонажа. Кстати, весьма колоритного. Двухметровый верзила, одетый в видавшую виды, но тем не менее надежную кольчугу и слегка проржавевший шлем. На боку ножны с торчавшей из них рукоятью меча. Коротко подстриженная бородка и смуглое лицо делали незнакомца похожим на средневекового испанца. Я именно такими представлял испанских конкистадоров. Только комплекцией, думаю, те были пожиже.

Велемир

Воевода дружины рода Морозовых

Уровень 30

Вот, это уже другое дело. Сразу видно — опытный воин.

— Что случилось? — осведомился я у него. — Сирена…

— Вилохвосты напали. Несколько ежей… отобьемся…

Несмотря на столь оптимистичные уверения командира, мне показалось, что тот явно не так уверен в себе, как пытается это показать.

— Пойдем, посмотрим твоих вилохвостов, — сообщил я опешевшему Велемиру и направился к калитке.

— Господин, — обреченно сделал еще одну попытку остановить меня старик, хотя, судя по тону, уже понял бесперспективность этой затеи.

А Велемир, наоборот, расплылся в улыбке и, хлопнув по плечу Сергей Игнатьича, весело проворчал: «Наконец-то кровь Морозовых пробуждаться начинает», — и устремился следом за молодым наследником.

Нагнал он нас быстро.

— А это кто? — кивнул командир дружины на Уну.

— Мой фамильяр, — спокойно ответил я

— Вот как! Поздравляю!

Хоть и не было столь бурной реакции, как у Сергея Игнатьича, было заметно, что Велемир тоже приятно удивлен. И явно гордо посматривал на игнорирующую его внимание Уну.

По пути я выслушал рассказ о том, что Велемир уже двадцать лет верой и правдой служил роду Морозовых, начиная с моего отца. Раз подвернулся такой разговорчивый человек, осторожно осведомился у него о своих родителях. Подозрений вопрос у него, как ни странно, не вызвал, и Велемир поведал о том, что было пятнадцать лет назад, когда маленькому наследнику, то бишь мне, было всего четыре года.

На Нижний Новгород, которым тогда владели Морозовы, напали Бутурлины. Из-за предательства тогдашнего воеводы Мазура, открывшего ворота войску захватчиков, город был захвачен, родители и все родственники были убиты, а меня самого спас тот самый Сергей Игнатьич вместе с Велемиром, который увел немногих сохранивших клятву роду людей в одну из самых дальних деревень.

Я только покачал головой, услышав этот рассказ.

— А что, законов, что ли, нет? Это же по беспределу наезд. И почему так жестоко?

— Что такое наезд? — не понял меня собеседник.

— Ну, необоснованные претензии, — поправился юноша.

— А… — кивнул Велемир. — Точно. Тогда Владимир II правил, отец нынешнего императора. Бутурлины договорились с ним, и он дал разрешение на родовую войну. Правда, никто не ожидал, что они будут действовать настолько жестоко. Им присудили выплатить роду Морозовых виру. Но эти сволочи так ничего и не заплатили, воспользовавшись тем, что Владимир умер, а вместо него на престол взошел его сын. Нынешний император благоволит этому роду. Еще бы, дочь Бутурлина Анна уже помолвлена с сыном императора. Твои родители не хотели воевать, Александр, но их заставили, — в голосе командира звучала горечь.

Внимание!

Вам предлагается долгосрочный квест

Верните себе в управление Нижний Новгород

Опыт + 50000

+ 5 очков навыка

+ 8 очков характеристик

+ 2 уровня

+ 10 000 000 рублей

Штраф: нет

Срок выполнения неограничен

Принять: да/нет

Ух ты. Конечно, принять. Вышвырнем Бутурлиных. Ну, по крайней мере, попробуем. Чего-то я как-то раздухарился. На самом деле, рассказ Велемира не особо и задел меня. Да и с чего? Родителей своих… то есть нынешних, я не знал. Они были для меня абстрактными людьми, как, в принципе, и все родственники. Жаль, конечно, но уже ничего не вернешь. А вот квест я выполню… Тут я вновь почувствовал охватившую меня ярость, которую как и в прошлый разу успокоила сразу все понявшая фея, ласково обняв своего хозяина.

— А родственники? — поинтересовался я у воеводы.

— Родственники? — непонимающе посмотрел на меня Велемир.

— Ну ведь, наверное, есть дяди, тети… кто-то выходил замуж, кто-то женился…

— Вы вообще о чем говорите, господин? — возмущенно посмотрел на меня Велемир. — Ваши, с позволения сказать, родственники отказались от вас. Они отказались от всего нашего рода. Предали нас. Да, их было немного, но после того, как Морозовы потерпели поражение, мы остались одни. Поэтому можете считать, что нет у нас родственников… но вот почему вы сейчас спросили об этом? — подозрительно посмотрел он на меня. — Вы же никогда не интересовались делами рода. Что случилось?

— Да кое-что произошло, — подчеркнуто равнодушно хмыкнул я. Переборщил немного с вопросами, пусть успокоится. — Игнатьич объяснит. И мы, кстати, уже пришли.

В этих разговорах я совсем не заметил, как перед нами выросла стена. Едва это произошло, мой спутник сразу стал серьезным.

— Вы уверены в том, что хотите участвовать бою, господин? Вы в прошлом…

— В прошлом, Велемир, — прервал его я, — это в прошлом. Сейчас я уверен и закончим на этом.

Мы поднялись на стену. Сама стена оказалась обычным деревянным частоколом высотой метра три с широким ходом наверху. С высоты стены была прекрасно видна равнина перед деревней. И сейчас по ней двигались странные, на мой взгляд, создания. Какие-то огромные пауки размером с корову. Выглядели эти мохнатые твари настолько отвратно, что я невольно вздрогнул. С детства не любил всех этих насекомых — пауков, тараканов, жуков и прочих ползающих и летающих тварей. Как я понял, эти самые пауки и назывались вилохвосты. А рядом с ними медленно двигались три гигантских ежа. Размером со слона. Иголки, колышущиеся на их спинах, можно было спокойно использовать как копья.

Я посмотрел по сторонам. На стене справа от меня разместился с десяток лучников, подготовившихся к стрельбе. Слева четверо суровых мужчин в балахонах, вооруженных посохами из темного дерева. А за ними я увидел отряд солдат, одетых в легкие кольчуги и вооруженных мечами и щитами.

Я перевел свое внимание на приближающихся врагов. Что-то они не внушали они мне какой-то угрозы. Подумаешь, ползущие твари. Единственное, что настораживало, так это их размеры и то, что я никак не мог рассмотреть их уровни.

— Это серьезные противники? — скептически поинтересовался я у Велемира.

— Конечно! — удивленно посмотрел на меня тот. — Это невероятно живучие твари. Вилохвосты еще и по стенам могут взбираться. Так что предстоит серьезный бой.

Я вновь вернулся к наблюдению. Враги остановились в метрах десяти от стены и вдруг резко перестроились. Ежи вдруг свернулись в клубки и покатились к стенам. Не докатившись до них совсем немного, они остановились и выстрелили иголками, но над стеной поднялся багровый щит, в котором эти иголки растворились. Тут же маги и лучники открыли огонь. К моему удивлению их залп практически не нанес нападающим никакого ущерба. И в следующий миг тараканы добрались до стен и начали карабкаться на них с удивительной для таких размеров ловкостью.

Велемир выхватил меч и встал передо мной. Маги и лучники, не останавливаясь, долбили по ползущим по стенам врагам, но из двух десятков пауков им удалось сбить только трех особей, которые изуродованными тушками валялись на земле.

— Князь, уходите, — повернувшись ко мне, рявкнул Велемир. — Слишком опасно! Вы не справитесь и будете только мешать.

— Ну уж нет, — упрямо заявил я. Вот почему-то явно несерьезно я воспринимал эту атаку. Словно вокруг меня шла какая-то компьютерная игра. И мне вдруг очень захотелось в ней поучаствовать. Я вызвал свое оружие, и в руках у меня появилась лира.

— Давайте, хозяин, надерите эти паучкам задницы! — громко вскрикнула Уна и отлетела в сторону, зависнув в воздухе.

— А ты? — вырвалось у меня.

— А я пока маленькая еще для таких сражений. Вот наберусь опыта, тогда и помогать тебе буду, — заявила та, невинным взглядом смотря на меня.

Вот же… хитрая. Только сейчас я понял, что не знаю ни одного заклинания. И вообще поперся в бой, не удосужившись посмотреть свои боевые заклинания и вообще как работает эта самая лира.

Тем временем вилохвосты потеряли еще троих, но зато остальные уже переваливались через стены. Багровый барьер пал, и в воздухе засвистели иглы ежей. На моих глазах один из лучников схватился за горло, в которое угодила игла, и, буквально захлебнувшись кровью, рухнул на камни. И только в этот момент я понял, что это не игра. А перед глазами развернулась надпись.

Хотите активировать Лиру?

Это действие будет произведено один раз

Да/нет

— Да!

Вам доступно три заклинания. (Для активации любого заклинания достаточно произнести мысленно название заклинания и провести по струнам лиры)

1. Небесная Буря ур. 4

Наносит урон стоящим вокруг вас врагам молниями. Поражает до 4 врагов. Урон зависит от уровня. Одновременно с нанесением урона лечит до 4 союзников. Сила лечения зависит от вашего уровня и навыков

2. Атака Души ур. 4

Наносит урон стоящим вокруг вас врагам огнем. Поражает до 4 врагов. Урон зависит от уровня

3. Небесное Благословение ур. 4

Воодушевляет союзников на подвиги, увеличивая как физическую силу, так и магическую. Действует на ближайших от вас четверых союзников

— Князь! — отчаянный крик отвлек меня от изучения характеристик, и, вернувшись в реальность, я увидел бегущих ко мне пару мохнатых пауков. Кричал Велемир, который сражался сразу с тремя противниками, ловко орудуя мечом. Да и вообще вокруг меня кипела битва.

Я вскинул лиру и, проведя по ней, вызвал мысленно Небесную бурю. И еле сдержался от того, чтобы выбросить ее нахрен…

Вокруг лиры вспыхнул яркий голубой свет, и из нее ударили ветвистыми ломаными зигзагами молнии. Два бегущих ко мне вилохвоста затормозили, лишившись по паре ног, а затем я вновь активировал лиру, и оба противника подкопчеными тушками, визжа на каких-то практически ультразвуковых нотах, оказались за стеной. В это время Велемир как раз расправился со своими врагами, и в его взгляде, брошенном на меня, сквозило уважение вместе с изумлением.

Но тут появились новые противники, и я вновь вызвал Небесную Бурю, которая отправила в последний путь еще двоих вилохвостов, только успевших перебраться через стену. У меня появилось время посмотреть по сторонам. Ну, вроде все справлялись. Мечники из дружины рода Морозовых, кстати, как посмотрел, были в основном 17–18 уровня и на удивление ловко справлялись с нападавшими пауками. Хотя нет.

На одном из участков стены, недалеко от меня, появилось сразу три паука, и один из дружинников пропустил удар лапой, на конце которой, как я увидел, расположился длинный коготь. И, судя по всему, он был ядовитым, так как боец побледнел и закачался. Вот… что ж. Я глянул на столбик маны. Кстати, я заметил его только во время битвы. И надо сказать, восстанавливался он достаточно быстро. Учитывая, что никаких традиционных для виртуальных игр бутылок жизни или маны я тут не нашел, то регенерация явно радовала. И затем вызвал еще раз Небесную бурю. После этого бледность с лица раненого ушла, и оно порозовело. Опешивший от такого резкого выздоровления дружинник не растерялся и ловким движением отрубил у вилохвоста, который посчитал, что его противник уже практически мертв, две лапы. Вилохвост завалился следом. За этим случилось то, что меня окончательно убедило в реальности происходящего. Еще один из дружинников зазевался, и его буквально разорвало пополам ударом лапы вилохвоста. У меня к горлу сразу подступил комок, когда я увидел замершую половину тела несчастного с ногами, из которой фонтаном забила кровь.

Моего замешательства оказалось достаточно для того, чтобы, воспользовавшись моей заминкой, неожиданно появившийся на стене вилохвост метнулся ко мне.

Я, словно в замедленной съемке, смотрел на приближающегося ко мне врага. И, думаю, мой жизненный путь в этом мире прекратился бы, если бы не Уна. В летевшего на меня врага врезалась багровая молния, пущенная моим фамильяром. Ущерба она практически не нанесла, но тем не менее врага затормозила, а я уже, опомнившись, вызвал Атаку Души, и четверых вилохвостов, в том числе и с обожженным моей феей, охватило пламя. И они оказались последними. Беснующихся тварей, забывших все от охватившей их боли, быстро добили дружинники. Я почувствовал, как ноги мои подогнулись, и я просто сел на камень.

Вы помогли своей дружине отбить нападение монстров

+ 1000 опыта

+ 1 очко навыка

+ 2000 рублей

— Господин, вы как? — оказался рядом со мной Велемир.

— Нормально, — проворчал, усилием воли пытаясь подавить охватившую меня крупную дрожь. Еще бы. Одно дело рубится в онлайн-играх, а другое дело — по-настоящему…

— А что у вас за такое оружие? — поинтересовался у него Велемир.

— Потом объясню, — отмазался я, совершенно не представляя, как объяснить появление такой вот имбовой плюшки, как лира. Мой взгляд нашел Уну, которая подлетела ко мне и опустилась рядом.

— Спасибо тебе, — от души поблагодарил я своего фамильяра, вызвав у той легкое покраснение щек.

— Это моя обязанность, — смущенно ответила та, — но пожалуйста.

— Пойдемте, господин, вам надо домой, — заботливо произнес Велемир. — Дружина здесь сама разберется. Соберем трофеи и отдадим старосте. Он уже отправит ингредиенты с этих тварей в Нижний Новгород и продаст.

— И правда, — кивнул я, чувствуя себя на удивление разбитым. Все-таки бой не прошел для меня бесследно.

Так что я отправился домой в сопровождении Велемира и Уны и там после ужина, который подавал лично впечатленный рассказом главы дружины Сергей Игнатьич, завалился спать в обнимку со своей прекрасной феей.

Глава 6. Экономика должна быть экономной

На следующий день после завтрака, я оставил Уну копаться в нарядах. Как оказалось, в доме находилась небольшая гардеробная, в основном с женскими платьями, оставшимися от моей матери. Правда, зачем их перевезли после отъезда из Нижнего Новгорода, непонятно. Я устроился за забором своего поместья. Передо мной раскинулась деревня, но, судя по отсутствию народа на местных импровизированных улицах, рабочий день уже начался. Надо было спокойно обдумать случившееся и разобраться с трофеями.

Итак, первый бой. Надо сказать, что получился он весьма удачным. Я никогда не был любителем таких вот воинственных игр, тем более реальных боев, но вчера, к своему удивлению, получил моральное удовольствие. Понятно, что в том бою у меня серьезных соперников и не было. Правда, Уна спасла меня, но тут я же просто отвлекся.

Три заклинания — и три мощных заклинания — очень неплохо. Только вот я пока не видел в этом мире по-настоящему сильных магов. Да и нужно узнать о магии больше. Как назло, в библиотеке поместья книг об этом практически не было. Ну, я уже для себя решил, что нужно двигать в Нижний Новгород.

Тем более появились деньги. Наводящий тоску ноль в моем инвентаре сменился на прекрасные двадцать сотен рублей. Доверившись интуиции, я мысленно перетащил иконку в слот штанов и с удовольствием ввел пятерку в появившееся окно выбора суммы. Не было никакой вспышки или звука, просто в моем левом кармане появилась хрустящая бумажка. Я извлек ее на белый свет и внимательно изучил.

С купюры на меня смотрел незнакомый мужчина с острой бородкой в стиле Ивана Грозного. Шапка мономаха и толстая золотая цепь не оставляли сомнений, что передо мной был царь — главный вопрос, текущий ли, или один из прошлых.

— А, вот ты где! — Уна приземлилась рядом со мной. На этот раз фамильяр нацепила на себя короткую маечку, которую натянула немаленькая грудь феи так, что, казалось, та сейчас лопнет, и свободную синюю юбку, которая напомнила мне члена команды каких-нибудь чирлидерш. Вот любила моя фамильяр откровенные наряды.

— Чем занимаешься? — поинтересовалась она

Вместо ответа я протянул фее купюру. Равнодушно скользнув по ней взглядом и немного похрустев, она вернула ее обратно.

— И что? Обычные деньги. Я уже всю деревню осмотрела, из магазинов только скобяная лавка, там мы одежду не найдем. А у тебя дома все старое и немодное! Пришлось импровизировать, применить немного магии, — пожаловалась она. — Как тебе, нравится?

Уна повернулась ко мне спиной, демонстрируя полупрозрачные пурпурные крылья, просунутые в вырезанные в маечке дырки, обсыпанные блестками.

— Отлично выглядит. Не боишься привлекать к себе внимание?

— С чего мне бояться? Я ведь твой фамильяр, а ты здесь главный. Пусть крестьяне меня боятся!

Крыть было нечем, поэтому я решил эту тему больше не развивать и задал уже сутки мучивший меня вопрос.

— Знаешь, Уна, я все никак не могу понять одну вещь. Может, мне, конечно, кажется… но ты ничего странного вокруг не замечаешь?

— Ты о том, почему мы такие бедные, когда все вокруг богатые? — без обиняков спросила фея.

Я пару мгновений внимательно изучал ее невинную мордашку. То ли я снова «громко думал», то ли все дело было в связи между фамильяром и хозяином. Но так угадать мои мысли…

— Ты абсолютно прав! Пока я тут летала, заметила, что все дома крепкие, крестьяне сытые, закрома полны. В общем, весьма зажиточная деревня. Там дальше по улице лежат товары для продажи в городе, куча сундуков! У старосты домина получше нашего будет! Ну, если не по размеру, так по обстановке это точно!

Перед моими глазами вспыхнула очередная надпись.

Разобраться с особенностями налогообложения в Неряхино

Награда + 2000 опыта

Повышение навыков (вариативно)

Срок выполнения — до конца лета

Принять: да/нет

Конечно да. Сейчас заданиями нельзя разбрасываться. Блин, дерево навыков нужно посмотреть. А то так и не заглянул в него, а навык-то увеличился. И кстати, уровень-то не поднялся после боя. Интересно, почему опыт не показывают? Сколько осталось там до нового уровня, например… Хотя не думаю, что надо торопиться. Вот выполним еще одно задание и уже все внимательно изучим.

— Дело точно нечисто, нужно разобраться, — сообщил я своему фамильяру.

— Я могу помочь! — раздался насмешливый голос откуда-то со стороны.

Вздрогнув от неожиданности, я уставился на крышу ближайшего к моей усадьбе дома, но никого там не увидел. Уна действовала быстрее, прежде чем с моих уст сорвался приказ — фея метнулась в сторону и, схватив за шиворот светловолосую девчонку, без видимых усилий поставила ее передо мной.

Светлана

Крепостная рода Морозовых

Уровень 6

— Я бы сама! — обиженно надулась она. — А вы меня как ребенка!

— Чем именно ты можешь нам помочь, Света?

В глазах девушки промелькнуло удивление. Она никак не ожидала, что юный господин знал ее имя.

— Информацией! У Ольдрега, старосты нашего, книга есть. Большая такая, в толстом кожаном переплете. Там он все деловые записи ведет. А управляющему твоему другую показывает, а тот и верит! А вы как телки ходите…

Я не стал спрашивать, откуда она это знает. В небольших деревнях все все друг о друге знали.

Тем временем до Светы, похоже, дошло, как она разговаривает с местным хозяином. Резко побледнев, девушка прикрыла рот ладонями, в искреннем ужасе уставившись на меня.

— Простите, барин! Не хотела оскорбить вас своей дерзостью! Молю о милости! Только не розги! Ой, то есть я вам не указываю… Простите, простите! Давайте розги! да что ж такое-то!

Меня покоробил искренний страх в глазах девушки. В конце концов, я же не гопник в подворотне! Некстати вспомнилась Марфа, та тоже боялась… Интересно, мой предшественник терроризировал тут, что ли, народ?

«Похоже, дворяне относятся к простолюдинам не лучшим образом, раз она испугалась такого хлюпика, как ты», — Уна вовсю использовала мысленную речь, чтобы насмехаться надо мной.

«Как будто я этого не понял», — не менее ехидно ответил я ей мысленно.

Светлана задохнулась от ужаса, когда сохранявший молчание господин, то бишь я, подошел к ней вплотную и приблизил руку. Она явно была готова к чему-то страшному, но никак не к нежному поглаживанию по волосам.

— Мне совершенно не за что тебя наказывать. Спасибо за помощь. Если твоя информация окажется полезной, я тебя награжу.

Отношение со Светланой увеличено на 2. Текущее отношение 14. Обновление статуса — влюбленность

— Спасибо, барин. Я ваша покорная раба… — с придыханием ответила она и как-то недвусмысленно потянулась ко мне.

«Только этого мне не хватало!» — я никак не мог придумать, как избежать поцелуя, не обидев девушку.

«Пользуйся возможностью, дурак!» — Уна незаметно оказалась за спиной, толкнув меня навстречу Светлане.

Хотелось бы мне, чтобы мы со Светой слились в жарком страстном поцелуе, перерастающем в пылкую страсть со срыванием одежды… В действительности же я неудачно споткнулся и столкнулся с ней лбами.

— Ой, прости… — я попытался обнять ее, но для девушки все оказалось слишком. Засыпая меня извинениями, она поспешила покинуть двор, оставив недоумевающего меня наедине с заливающейся смехом феей. — Зачем?!

— Да кто знал, что ты такой неуклюжий! — Поймав злой взгляд, она поспешно выставила перед собой открытые ладони, на всякий случай отступая подальше. — Да я правда помочь хотела! Вдруг у вас бы сложилось ночью на сеновале?

— Зачем?! — я решительно не понимал, зачем Уне, которую я уже считал своей девушкой, а в перспективе и не только, толкать меня в объятия другой. — Тебе это зачем?

— Ты же бард! — Она посмотрела на меня как на ребенка, явно решив, что такого объяснения более чем достаточно.

— Я все понять не могу, ты специально вредничаешь или просто не понимаешь, что я не понимаю? — дыхательная гимнастика творила чудеса. Желание придушить Уну или хотя бы отшлепать ее прошло секунд через десять. — Напомнить, откуда я?

— Прости, забыла, — она состроила виноватую мордочку. — Ты так органично вписался в общество…

— Рассказывай давай! — На всякий случай я внимательно осмотрелся, выискивая другие любопытные уши, и, никого не обнаружив, немного успокоился.

— У тебя класс барда, харизма одна из главных характеристик. Как твой фамильяр ответственно заявляю, что проще всего ее будет прокачать, переспав с девушкой.

— Чего?! — У меня буквально отвисла челюсть. Я никак не мог поверить в сказанное, и даже вспыхнувшее уведомление системы выглядело не слишком убедительным.

Повторяемый квест: Разделить ложе с новой девушкой

Условия — не использовать очарование, подкуп или физическое насилие

Награда — повышение основной характеристики

Срок выполнения — не ограничен

— Обалдеть. И ты только сейчас об этом мне говоришь?

— А ты не спрашивал! — возразила Уна.

Перспектива качаться путем бесконечного секса не могла не радовать, но виделся в предложении фамильяра подвох размером с луну.

— И ты не против?! — уточнил я у своего фамильяра.

— Чтобы ты спал с другими ради того, чтобы стать сильнее? Нет, конечно. Я бессмертное вечное существо, прекраснейшее из творений богов, что мне ревновать к каким-то смертным. — Уна легкомысленно пожала плечами и поднялась в воздух, повернувшись к изгороди. — У меня только одно условие будет…

М-да. Скромности ей точно не занимать.

— Когда ты заведешь себе гарем, — в переливающихся радугой глазах вспыхнуло пламя, как бы говоря, что фея расценивала эту возможность как свершившийся факт, — я хочу быть в нем фавориткой.

— Договорились, — торжественно пообещал я, справившись с рвущейся наружу усмешкой. — Зря переживаешь, тебя никто не сможет превзойти.

— А я и не переживаю. — Фея старалась казаться равнодушной, но покрасневшие заостренные уши выдавали ее с головой. — Пойдем уже, наконец, разоблачать старосту!

— Предлагаешь вот так ворваться к влиятельному человеку, обвинить его без доказательств и попытаться найти книгу, о которой нам рассказала первая встречная девушка? — я медленно покачал головой. — Тебе не кажется, что это слишком похоже на ловушку?

— И что тогда будем делать? — надулась Уна.

— Дождемся вечера. Деревенские вернутся с работ, соберутся в каком-нибудь трактире, если он здесь вообще есть… Идеальный момент для сбора информации. Поговорим с народом. Подготовимся. А уже потом пойдем к старосте.

— Ты уверен?

— Конечно! У меня был отличный учитель, лучший сыщик нашего мира.

— Ого! Какие интересные у тебя связи.

Я многозначительно улыбнулся.

До вечера провел время за учебниками с перерывом на обед. Уна сначала дулась и ворчала, что ей скучно, пришлось отправить ее собирать информацию — иначе говоря, подслушивать и подсматривать в деревне все интересное. Я же погрузился в местную историю.

Ну, что можно сказать? Века этак до XVII она не отличалась от нашей. Но вот здесь, как оказалось, Рюриковичи не сдали престол Романовым. Да, тоже было Смутное время, но именно Федор Рюрикович выгнал поляков и железной рукой направил Россию в «светлое будущее». И здешний Федор I Иоаннович кардинально отличался от Федора из моего мира, который, как я смутно помню, считался немного не в себе, да и вообще слабым царем, за которого фактически правил Годунов. Но вот странно: о Годунове в учебнике истории вообще не было написано. Кстати, именно при Федоре I Россия стала империей. В учебнике излагались только голые факты. Родился, женился, воевал, умер.

В 1805 году была открыта Америка и произошла первая встреча с эльфами, которые, как оказалось, населяли ее. На этом, кстати, учебник, к моему большому разочарованию, закончился. Какой интересный мир, однако! Но больше меня порадовало, что тут присутствовали Швеция, Норвегия и Дания и в них жили… гномы! Блин, гномы-викинги! Такие же отвязные головорезы, как и викинги в моем мире, но вот эти самые «неправильные» гномы, кардинально отличавшиеся характером от классических гномов Толкиена.

Затем последовал учебник географии. Здесь все было более туманно. Внешне мир был практически один в один как тот, из которого меня сюда забросило. Те же материки и континенты. Только вот самым печальным было то, что жизнь существовала в городах и защищенных деревнях вроде моего Неряхино. Пустоши между городами заполняли разнообразные твари, всегда готовые полакомиться одиноким путником или слабозащищенным караваном. Почему и когда это произошло, никто так и не смог выяснить. Учебник географии ответ на этот вопрос не давал.

От столь увлекательного чтения меня оторвала Уна, которая сообщила, что пора выдвигаться разоблачать старосту.

Однако наш гениальный план накрылся медным тазом. В трактире никого не оказалось, не считая владельца, который рассказал, что собирается народ уже после заката. Да и то болтать особо никто не любит, предпочитают брагу пить и морды бить.

Решив, что негоже молодому дворянину добывать информацию подобным способом, я, слегка приуныв, направился куда глаза глядят. Немногочисленные попадающиеся по пути крестьяне низко кланялись, пряча глаза и отмалчиваясь на осторожные вопросы. Решив не привлекать к себе внимания, я сменил тактику, перейдя к молчаливому наблюдению.

Уна была права, селяне жили гораздо богаче, чем их господин.

В каждом дворе я видел кур, из хлевов доносилось свиное хрюканье, мычали тучные коровы. Дома защищали крепкие добротные деревянные заборы. Я уже начал склоняться к тому, что придется грабить старосту, как мне попался Велемир. Он доложил, что возвращается с проверки постов, и вытянулся передо мной чуть ли не по струнке. М-да. Мое участие в сражении произвело на воеводу явно неизгладимое впечатление.

— Вольно, — улыбнулся я. — Тебя я как раз и искал! — Словоохотливый мужчина как никто подходил на роль информатора. — Прогуляемся? Отметим удачное сражение.

— Отчего и нет, барин! Первый бой, как-никак!

Быстро вернувшись в трактир, я на всякий случай купил сразу три кувшина браги и закуски. Нагрузив продуктами воеводу, мы вместе с ним и Уной пошли к реке, устроившись на небольшом пригорке. Место выполняло сразу две функции — в отличие от трактира, нас не смогут подслушать, а еще с берега открывался потрясающий вид.

— Я-то уж думал, все, пропал род Морозовых вместе с вашим дедом. — Ополовинив первый кувшин, Велемир раскраснелся, постоянно икал и утирал нос рукавом. И смотрел на меня с восхищением. — Правильно говорят, кровь она через поколение пробуждается! За вас, господин!

— Тьма застилала мне глаза, я словно пробудился от долгого сна и теперь мыслю как никогда ясно, — Я решил добавить немного пафоса в свои слова. Думаю, это явно не будет лишним. — Я верну своему роду прежнюю власть и славу, но мне нужна твоя помощь.

— Дружина выполнит любой ваш приказ! — горячо заверил меня Велемир, закончив с первым кувшином и потянувшись ко второму.

— Сам понимаешь, для успешного наступления нам нужен надежный тыл. Опора, благодаря которой мы перевернем мир.

— Прекрасно сказано, барин! Я бы и сам не смог лучше!

— Поэтому я должен избавиться от сорняков в нашем саду.

Поперхнувшись, Велемир шумно закашлялся, щедро оросив фруктовой брагой свою рубаху.

— Барин, если это по поводу кольчужных рубах, так мы их нашли намедни…

— Брось, я не об этом. Что ты можешь рассказать мне про Ольдрега?

— А вы с какой целью интересуетесь, барин… — Мужчина вздрогнул и замер; стоявшая неподалеку фея нежно обхватила его шею, выдвинув заострившиеся когти.

— Господин задал тебе вопрос и ожидает ответа. Не забывай свое место. — рявкнул я, заработав одобряющий взгляд Уны, которая медленно потягивала вино из небольшого кубка, и испуганный от главы дружины рода Морозовых.

Шумно сглотнув, Велемир начал говорить. Я еле удержался от того, чтобы не рассмеяться. Со стороны, наверное, смотрелось очень странно, как Велемир запинался, заикаясь, постоянно шмыгая носом. Бывалый воин, превосходящий меня на десять уровней, испугался юного барина. Один мой взгляд и, конечно же, фея-фамильяр вызывали у него дрожь.

Мы с Уной попали в точку. Ольдрег обдирал род Морозовых как липку. Сергей Игнатьевич растерял железную хватку с гибелью родителей прошлого Александра, посвятив всего себя заботе о выжившем мальчике. К сожалению, воспитатель из него оказался не очень.

Прежний Александр ничего из себя не представлял, будучи весьма посредственным магом, даже не пытающимся открыть учебник или взять в руки меч.

Сначала я и не понял, почему воевода не рассказал об этом тому же самому Игнатьичу. Но, как пояснил сам Велемир, старик не интересовался такими вещами и вдобавок всецело доверял старосте. Поверил бы он ему, а не Велемиру. Ну, а прошлый Александр вообще не стал бы этим заморачиватся. В общем, я только покачал головой. В деревне творился полный беспредел, и никто никому ничего не может доказать.

Я решил было наехать на своего «мягкотелого» главу дружины, но потом передумал. Я милостиво позволил Велемиру запить стресс, чем только раззадорил мужчину, поток информации лился из него со скоростью водопада и не думал стихать.

Выяснилось, что крепостные делились на две примерно равные группы. Первая половина надеялась, что учеба в академии, как это часто бывало, заставит меня повзрослеть и вернется к ним настоящий дворянин, который отвоюет еще несколько деревень. Другие рассчитывали на то, что новые хозяева, которые, несомненно, отожмут у безвольного князя деревню Неряхино, не будут слишком жестоки и оставят хотя бы десятую часть нынешних вещей, как это обычно бывало при переходе крепостных, вот и воровали как вне себя.

— Вы его сильно не наказывайте, барин, ему ведь приданое для дочки собрать нужно, а кто ж Светлану без хорошего приданого замуж возьмет? А девушка умная… — осторожно заметил Велемир.

«Это становится все интереснее и интереснее. Получается, в меня влюбилась дочка старосты, и она помогает мне разоблачить собственного отца. Но ведь ей нравился прежний обладатель тела… Не раскроет ли она обман? Не будет ли разочарована?»

«Ты слишком много думаешь, — раздраженно заявила Уна в моих мыслях. — Она взрослая девочка, позаботится о себе, не пропадет. Ты же должен думать только о нашем благополучии! Пользуйся возможностью!»

«Не только о нашем. Как дворянин я обязан заботиться о своих подданных… а для этого мы должны быть сильны».

«Ты правда веришь в эту чушь?» — удивилась фея.

«Я верю в то, что одиночки никогда не побеждают. За нами должен следовать народ, а лучший способ завоевать их верность — заботиться о них».

«И как тебе поможет победить дочь деревенского старосты?» — риторически осведомилась фея.

Я ничего не ответил. Оставив воеводу с последним кувшином браги, так и не попробовав ее, я поспешил назад к дому, где встретил Светлану. Чутье не подвело.

Девушка нашлась на том же месте. От ее настороженного и смущенного взгляда было немного неудобно, хорошо хоть постепенно ее лицо светлело вместе с излагаемым мною планом. Немного поколебавшись, она быстро кивнула и чмокнула меня в щеку на прощание, прежде чем скрыться среди огородов. Уна сразу же появилась рядом, ее теплая рука придавала мне силу и уверенность.

Выждав несколько минут, мы неспешно направились в трактир. Уже стемнело. Учитывая, что улицы в деревне освещались редкими шарами тусклого белого света, покачивающимися над местной импровизированной дорогой, мы с грехом пополам добрались до трактира. Представив, как меня ищет обеспокоенный Сергей Игнатьевич, не дождавшийся воспитанника на ужин, я невольно ускорился. Ни к чему лишний раз расстраивать старика.

Глава 7. Дела, дела, дела

Как и говорил трактирщик, в зале некуда было яблоку упасть, а в воздухе можно было вешать топор. Мужики попроще курили крепкую махорку, дым висел коромыслом. Староста Ольдрег сидел за лучшим столиком. Он смаковал вино стоимостью в сто рублей, о чем любезно сообщила мне система, рядом виднелось большое блюдо с горой перепелиных костей. Староста явно не привык себе ни в чем отказывать.

«На мои деньги жирует, падла, ничего, недолго тебе осталось, буржуй проклятый».

Но торопиться я не стал. Сначала мы вместе с Уной устроились за столиком, который мгновенно выделил нам трактирщик, несмотря на количество народу в трактире.

Перед нами поставили пиво и легкие закуски в виде сушеной рыбы и такого же сушеного мяса. Сам трактирщик появился следом.

— Вам больше ничего не надо, господин? — от приторной сладости в его голосе у меня аж скулы свело.

— Нет, спасибо, — поблагодарил я его и, пригубив пиво из кружки, под одобрительным взглядом Уны направился к столику, за которым сидел староста.

— Встать, — отдал я короткий приказ, встав перед Ольдрегом, тем самым мгновенно установив в трактире абсолютную тишину.

— Господин! — с неописуемой радостью закричал староста, оказавшийся двухметровым амбалом с мощными руками. Ему, блин, не старостой быть, а где-нибудь на каменоломне киркой махать. — Какая радость, что вы почтили нас своим присутствием! Я слышал, сегодня вы приняли боевое крещение! Это нужно отпраздновать! Всем выпивки за мой счет!

— Удивительно, как много ты говоришь, Ольдрег. Вот только мой приказ, наверное, не слышал? — мой ледяной тон оборвал радостные возгласы.

Не желая напрямую перечить своему господину, староста медленно встал и уставился на меня с понимающей улыбкой, мол, чем бы дитя ни тешилось.

— Я пришел поговорить с тобой о налогах…

— Господин, сейчас не время и не место. Давайте вы подойдете ко мне завтра утром, и я вам все подробно растолкую… — Ольдрег широко улыбнулся и несколько подпевал привычно рассмеялись, подбадривая вожака. Каждого из них я одарил многообещающим взглядом.

— Ты смеешь мне перечить? — спокойно осведомился я, и мое спокойствие явно вызвало у присутствующих крайне неприятные ощущения.

— Нет, барин…

— Велемир мне все о тебе рассказал. Я даю тебе один шанс искупить вину. Верни все украденное у меня и добавь сверху столько же, и я тебя пощажу.

— Господин, — с облегчением заговорил Ольдрег. — Велемир, хоть и прекрасный воин, тот еще сказочник. Вся деревня знает, какой он болтун.

Некоторые зеваки одобрительно закивали.

— Вы не можете просто прийти сюда и голословно меня обвинять! Моя семья верой и правдой служит уже трем поколениям рода Морозовых… Мой дед, мой отец и теперь я всегда работали на благо рода.

— Я не буду обращать внимание на то, что этот, как ты говоришь, «сказочник» вчера спасал всех вас от нападения. И если бы не он и его дружина, ты бы не сидел тут и не жрал от пуза, — хмуро сообщил ему я. — И с чего ты взял, что у меня нет доказательств? — с ласковой улыбкой удава поинтересовался я у старосты, выступающего кроликом. — Светлана, будь добра.

Появление дочери Ольдрега произвело эффект разорвавшейся бомбы, однако хватило одного жеста ладонью, чтобы весь трактир затих, напряженно рассматривая коротко стриженную блондинку с впечатляющей грудью и не менее прекрасной задницей.

— Вот! — она с размахом опустила толстую книгу на залитый пивом стол, благо кожаный переплет защищал ее страницы от влаги. — Тайный гроссбух моего отца! Даже беглого изучения хватит понять, что он обворовывал господина Морозова на сотни тысяч! Видишь, отец, ты не зря оплатил мне походы в школу!

— Как ты могла меня предать! — раненым медведем взревел староста. Уставившись на меня налившимися кровью глазами, он отшвырнул стол и шагнул ко мне. Имя над головой окрасилось алым. — Все из-за тебя, щенок!

Ольдрег

Воин

Уровень 34

Статус — ненависть

«Да он почти в два раза сильнее меня!»

«Не дрейфь! Кто ты, а кто он!» — успокоила меня спрятавшаяся на люстре Уна.

У меня был только один шанс. Страх Светланы и Велемира перед слабым, как они думали, пареньком подсказал, что нужно делать. Бард мог сыграть на всеобщем страхе черни перед высокорожденными.

— Стоять, смерд! Ты на кого руку посмел поднять?!

Ольдрег словно налетел на невидимую стену. Его поднятые кулаки остановились в нескольких дюймах перед моим лицом. О, с какой ненавистью он смотрел на проклятого мальчишку, вскружившему голову его дочери. Светлана всегда жалела раненых зверушек, и он это поощрял. Кто бы мог подумать, что ее жалость перенесется на барина?! Если бы он только мог его придушить…

Откуда-то я прекрасно знал, о чем думает Ольдрег.

Деревне не простят убийство дворянина. Из самой Москвы приедут сотрудники первого отделения с военной поддержкой и сожгут все Неряхино. Мужчин просто повесят, а баб и детей закуют в цепи и продадут в рабство. В Российской империи его официально не существовало, а неофициально даже государство частенько пополняло свой бюджет, продавая самых злостных преступников куда-нибудь в Османскую империю. Если Светлане повезет, она окажется в чьем-нибудь гареме, до конца жизни ублажая какого-нибудь жирного борова…

«Этот хоть симпатичный», — Ольдрег наверняка не сомневался в том, какую награду юный Морозов предоставит его дочери. Место в гареме это максимум, о чем могла мечтать простолюдинка. Возможно, не самая плохая судьба.

— Пощадите, барин. — Староста рухнул ниц, лозыбая мои ботинки. — Все до копейки вам верну! Любое наказание приму! Только семью мою не троньте, умоляю!

Задание «Разобраться с особенностями налогообложения в Неряхино» выполнено

+ 2000 опыта

Внимание! Вы повысили уровень

Текущий уровень 21

Характеристики повышены автоматически

Очки навыков + 1

Я рефлекторно смахнул окно в уведомления, с радостью отметив повышение уровня. Растем!

— Почему я должен тронуть ту, что мне помогла? За кого ты меня принимаешь?

— Отец покусился на вас, господин. Это приравнивается к бунту, — дочь присоединилась к отцу, опустившись на колени. — Пощадите его, господин!

Мне стало противно. Не таким правителем я себя видел. По крайней мере, на женщин я кары распространять не собирался.

— Дружинники, — громко позвал я, и из-за двух столов поднялось пятеро воинов, положив руки на мечи.

Только войдя в трактир, я сразу отметил пятерых уже знакомых мне по прошлому бою дружинников Велемира, судя по всему, отмечающих успешное отражение атаки тварей.

— Да, господин, — шагнул вперед один из них.

— После того как как бывший староста все расскажет, отведете его в острог. Теперь новый староста — дочь Ольдрега Светлана.

Я с удовлетворением отметил, как рядом с именем девушки появилась новая должность, а сама она резко прибавила в уровнях. Аж четыре сразу добавили.

— Ольдрег, у тебя час, чтобы рассказать дочери, где ты прячешь деньги. Я буду ждать ее с деньгами в поместье.

Картинно осушив кружку, поставленную перед ним и оценив весьма неплохое пиво, я резким шагом вышел на улицу. Никто не должен был видеть, как дрожат мои руки.

Пожалуй, лучшей наградой за день для меня было выражение лица Сергея Игнатьича, когда вернувшийся после захода солнца барин положил перед ним толстую пачку денег.

— Это на расходы, купите продукты, мяса там побольше, пора нормально кормить своего господина, одежду еще новую, книги, и обязательно ремонт в поместье сделайте, — я помахал рукой, пытаясь придумать еще что-то, но в голову больше ничего не приходило. — Разберетесь, в общем.

— Барин, это откуда, это что же творится… — По лицу управляющего можно было писать картину «воплощение крайнего изумления». — Вы кого-то ограбили?

— Несмешно. Как ты мог подумать такое про меня? Главу знатного рода… Да и кого тут в Неряхино грабить?

— Простите, господин, не ведаю, что на меня нашло… — Игнатьич с такой осторожностью дотронулся до денежной пачки, словно это была ядовитая змея. — Позволите узнать, откуда они?

— Ольдрег обманывал нас с налогами, мне об этом рассказала его дочь. Она же вернула мою собственность.

Светлана действительно отдала мне деньги из тайника Ольдрега, между прочим, там оказалось практически сто тысяч рублей. Серьезная сумма, как я понял, по местным меркам. Блудная дочь не оставила отцу ни одного шанса, обобрав его и себя до нитки. Заодно девушка заявила, что ей теперь негде жить, и попросила барина позаботиться о ней. Вряд ли она ожидала, что вместо того, чтобы забрать ее к себе, я подарю ей конфискованное имение отца. Надо было видеть ее лицо и обиженные глаза после моей фразы.

«Займусь ей позже, пусть пока потомится, подумает, что меня не так легко заполучить».

— Буду у себя, никому не беспокоить. — Не слушая извинений кающегося управляющего, я поднялся к себе в спальню и захлопнул дверь.

Уна уже поджидала меня в постели, избавившись от всякой одежды. Фея завернулась в одеяло, изображая из себя смущенную невинную девушку в первую брачную ночь.

— О, хозяин, молю, будьте со мной нежны, — жарко прошептала она.

Я хотел было пожаловаться на долгий тяжелый день, усталость и боль в спине, как мою шею обвили тонкие и в то же время сильные руки, дыхание обожгло шею, а в грудь уперлись мягкие холмики…

В общем, и усталость куда-то пропала, и силы нашлись, а вот моя одежда каким-то волшебным образом исчезла. После жаркого секса Уна сообщила мне о том, что узнала о рыночном дне, который должен был состояться завтра в связи с прибытием в Неряхино небольшого торгового каравана из Нижнего Новгорода. Мол, его купцы периодически объезжают деревни, торгуя, можно сказать, «с колес». В основном возят инструменты, но и одежда бывает…

Намек я понял и заверил своего фамильяра, что мы обязательно посетим такое нужное место. А затем некоторое время меня отчаянно благодарили, после чего я заснул крепким сном.

Утро началось с бьющего в глаза солнца. Недовольно поворчав, я перевернулся на бок, ткнувшись носом в мягкую грудь Уны. Фея пробормотала что-то во сне и прижала хозяина к себе покрепче, закинув ногу.

Мне очень хотелось вернуться в мир грез, но, похоже, выспался я весьма качественно. Решив не тревожить Уну, я удобно устроил свою голову на ее груди, использовав этот прекрасный атрибут женского тела как подушку, и вызвал интерфейс, решив наконец разобрать накопившиеся уведомления, да и заняться древом навыков.

Задание «Разобраться с особенностями налогообложения в Неряхино» выполнено

Дополнительная награда — пассивный навык: верность Светланы

Заинтересовавшись последней строчкой, я нажал на иконку с розовым сердечком и, прочитав короткий текст, озадаченно хмыкнул. Система любезно сообщила, что новая староста не сможет меня предать, только если я не сделаю ей что-то очень плохое. Что я должен сделать плохого, не расшифровывалось, но я решил, что очень плохое точно девушке делать не буду. Плюс она получила бонусы к управлению за покровительство сюзерена.

Ну, а дальше я открыл древо навыков. И тут слегка подвис. Навыков было слишком много, на мой дилетантский взгляд. Условно, они делились на несколько групп. Первая группа — боевые навыки, вторая группа — ментальные навыки вроде красноречия, актерского мастерства или харизмы, ну и третья называлась бытовыми навыками. Что это такое, я пока не понял, так как все навыки этой группы были неактивны. В общем, куча иконок, большая часть из которых закрашена серым цветом. Наведение мысленного курсора ничего не дало, по-видимому, узнать он о них, я смогу, только когда открою.

Первым делом я оценил боевые навыки. Ну, основной из них был навык пользования базовым оружием, то есть лирой. После повышения уровня и выполнения задания у меня оказалось два очка навыка, которые я вложил в Небесную Бурю и Атаку Души, подняв их уровень до пятого.

Кроме магических навыков существовали обычные основанные на силе, ловкости, интеллекте и т. д., но в древе навыков их не было, и, как я понял, они увеличивались сами… по какой-то своей хитрой системе, и никак влиять на это он не мог.

Так, теперь следующие навыки. С ментальными навыками было еще хуже, чем с боевыми. Они, вообще, тоже повышались только системой, и, как понял я, это делалось в зависимости от моих действий. После выполнения задания в таверне и театра одного актера в исполнении меня система хорошо оценила мои способности.

Навык «Устрашение» повышен на 1, текущее значение 2

Навык «Актерское мастерство» повышен на 1, текущее значение 4

Навык «Красноречие» повышен на 1, текущее значение 5

Характеристика «Харизма» повышена на 1, текущее значение 11

То есть мне достаточно успешно на всех кричать и изображать из себя самодура, и я буду становиться все убедительнее и убедительнее. Опять же в моих любимых играх всегда существовал навык красноречия. Если грамотно заболтать НПС, можно узнать их тайны, достать могучий артефакт, обнаружить ценный тайник или вовсе отправить его сражаться за себя. К выбору напарников я тоже подходил весьма скрупулезно, чаще всего выбирая их по характерам, а не по эффективности в бою. Так Томми Подвисельник оказался ужасным танком для моего мага, зато его байки и колкий язык вносили в приключение свою перчинку…

— Так, что-то я отвлекся. Я же систему изучаю, будь она неладна… — Я никогда не любил разбираться в таблицах, являясь убежденным казуалом по жизни.

Уведомление о смене старосты в Неряхино я отмел как неважное. В списке квестов сейчас висело два задания. Заманивание девушек в постель и возвращение Нижнего Новгорода. На первый раз хватит, очков больше не осталось. Я вывел все свои характеристики

Александр Морозов

19 лет

Класс Бард

Уровень 21

Глава рода Морозовых

Характеристики

Сила 15

Восприятие 10

Выносливость 20

Харизма 11

Ловкость 10

Интеллект 20

Устрашение 2

Актерское мастерство 4

Красноречие 5

Торговля 3

Удача 1

Боевые навыки

Небесная Буря ур. 5

Атака Души ур. 5

Небесное Благословение ур. 4

Основное оружие

Лира ур 1

Ну, очень даже неплохо. Учитывая, что я только несколько дней пребывал в этом мире. Я с облегчением закрыл окно и свернул интерфейс. Утопать в груди Уны было куда приятнее, чем думать о скучных цифрах.

— М-м-м… — Фея сладко зевнула, как следует потянувшись и лениво двигая крылышками. — Чем займемся сегодня?

— Ты же вроде сама говорила рыночном дне? — удивился я.

— Точно! А я и забыла! Ура! Магазины! — фея вскочила и запрыгала на жалобно заскрипевшей кровати. — Так чего мы ждем?

— Погоди… — Мои слова прервал оглушительный треск. Старая кровать не выдержала грубого обращения и развалилась на куски. Ударившись головой, я с досадой потер затылок. — Добавим к списку магазинов еще и мебельный!

— Прости, не ушибся? — Ни капли не пострадавшая Уна накрыла мою ладонь своей. Секундная вспышка — и боль ушла. — Вот! Так лучше?

Внимание! Ваш фамильяр изучил навык «Исцеление»

Внимание! Ваш фамильяр повысил уровень. Текущий уровень — 2

— Спасибо. — Настроение резко пошло на лад. Хилер всегда являлся неотъемлемой частью любой пачки, если не было желания таскать на себе кучу аптечек, зелий и еды.

— Раз ты в порядке, полетели скорее завтракать и по магазинам! — Фея так быстро рванула к выходу, что я еле успел схватить ее за руку у самой двери.

— Погоди! Сначала одеться нужно! — Со вздохом посмотрев на разбросанную по полу мятую одежду, потянулся к рубашке.

Я, конечно, барин и могу ходить как захочу, но не стоило лишний раз смущать холопов… пока что. Вот введу абсолютную тиранию, можно будет хоть живьем варить, сами в котел прыгать начнут.

Поданный Марфой завтрак отличался от прошлого в лучшую сторону. Горка пышущих жаром блинов, окруженная плошками с разными вареньями, сметаной и соусами, целый тазик пирожков с грибами и капустой и рассыпчатый творог радовали глаз, язык и живот. Не успел я попросить любимого мяса, как служанка поднесла лично мне тарелку с нарезанной колбаской, ветчиной и полендвицей вместе с мягким багетом, чем вызвала у Уны закатывание глаз.

— Приятного аппетита, барин! — Марфа скромно опустила руки на передник, потупив взор. — Могу ли я еще чем-нибудь услужить?

— Приходи после отбоя, подскажу, — пошутил я с набитым ртом.

Отношение с Марфой улучшено на 1. Текущее отношение 10

— Ох, барин, какой же вы негодник, — стрельнула девушка глазами. — Обязательно загляну пожелать вам доброй ночи!

Я поперхнулся. Пока Уна с недовольным видом хлопала меня по спине, а я прочищал горло, служанка упорхнула на кухню. Слова о неудачной шутке остались у меня на языке.

— Молодец, быстро схватываешь. — Прикончив пять пирожков и большую часть блинов, Уна пришла в наилучшее расположение духа. — Идея! Может, мне одолжить у нее платье? Я же чувствую, тебе оно нравится.

Представив себе Уну в наряде горничной, я облизал губы.

— Прекрасная идея, но лучше тебе не носить его на людях. Вот в спальне самое то…

— Почему? — с недоумением в голосе спросила фея.

— Ты ведь мой фамильяр, доверенная помощница. Негоже тебе выглядеть как обычная горничная. — Уделив все внимание мясу, по которому успел соскучиться за прошлый день вегетарианской диеты, я счастливо улыбнулся. — Эх, сейчас бы поваляться… Вернемся в постель?

— Ну уж нет! Ты обещал мне платье! — Фея подлетела ко мне и потянула за руку. — Вставай, лежебока!

Семен Игнатьевич перехватил меня в коридоре. Старик изменился за прошедшую ночь — исчезла неуверенность в движениях, во взгляде появился молодецкий блеск, да и смотрел он теперь на наследника рода Морозовых с искреннем уважением.

— Господин, мы забили погреб мясом, я оставил заказ у плотника и кузнеца. Когда прикажете начать ремонт?

Тут я вспомнил об еще одном своем желании.

— Хотел в город на днях съездить, — сообщил я старику.

— В город? — оторопел тот, — зачем, господин? Все, что надо вам, и так привезут. Там опасно… Надо ли вам это?

— Надо, Степан Игнатьич, надо! — заверил я его.

— Господин, — нахмурился старик. — Знаете ли вы, что к нам сегодня прибыл торговый караван? В нем одежда, книги, инструменты и много нужных вещей не хуже, чем в самом городе. Зачем вам туда ехать?

Старик был искренне взволнован, и я его понимал, вспомнив вчерашних ежиков. Если за частоколом полно таких тварей, дорога грозит превратиться в то еще приключение…

— Тем не менее я поеду, а сегодня навестим торговца, — отрезал я.

— Тогда ремонт начнем сейчас или после вашего отъезда в город?

— Давай после отъезда, — меня передернуло от одного только воспоминания о визжащих дрелях. Жить в центре ремонта испытание не для слабонервных.

Я хотел было спросить, почему старик делает такое скорбное лицо, но потом передумал.

— Снаружи ждет новая староста. — Сергей Игнатьич недовольно нахмурился. — Как только совести хватило…

— О чем ты? И почему ты не пустил ее внутрь?

— Негоже члену семьи предателей поганить своим присутствием наш дом…

Во мне живо закипела злость. С трудом удержавшись, чтобы не хватить впавшего в маразм старика за грудки, я подошел вплотную, холодно прошипев:

— Светлана помогла мне раскрыть обман, который ты не замечал под носом добрых десять лет. И чуть не разорил нас! Она пошла против своего отца и лишилась всего, чтобы послужить мне. И ты смеешь называть ее предателем?

— Но ведь предательство распространяется на всю семью…

— И зная это, она все равно помогла мне. Верность нужно поощрять, а не наказывать.

Интересно, при таких обычаях она ни секунды не сомневалась. Похоже, действительно любит.

Оставив Сергея Игнатьича размышлять над сказанным, я покинул особняк.

Глава 8. Сила искусства

Светлана действительно ожидала меня у входа, скромно потупив взор и заведя руки за спину.

— Здравствуйте, барин… — Надпись над головой девушки изменилась.

Светлана. Староста деревни «Неряхино». Вассал

Маг

Уровень 20. Статус — верность

Ничего себе она в уровнях прибавила! И класс получила! И новый статус! А по виду и не скажешь, выглядит так же.

— После вчерашнего можем обойтись без формальностей, просто Саша. — Я обнял ойкнувшую девушку, как бы невзначай проведя ладонью по ягодицам, чем заработал еще пару очков отношения. — Мы с Уной хотим посмотреть, что привез торговец. Составишь компанию?

— Конечно! — рассмеялась девушка. — Раз ты теперь Саша, зови меня Светой!

Мне сразу вспомнился бородатый анекдот про «это конец, Света».

Заезжий торговец, как и полагалось, разместился на рыночной площади.

Грузоперевозчиком для него служил гигантский броненосец размером с пару этажей, навьюченный многочисленными сундуками, мешками и баулами. Собравшиеся вокруг него крестьяне почтительно расступились перед мной и девушками.

— Добро пожаловать! — величаво произнес смуглый торговец. Натуральный араб. Ну, одежда азиатская, сплошные шелка, закутывающие его, как куклу. Кто еще в играх классически будет торговцем? Или еврей, или араб. Здесь у нас араб. — Для главы знатного рода все только самое лучшее!

Посмотрев на беспорядочно сваленный на коврах хлам, я позволил себе не согласиться. Неожиданно передо мной появился интерфейс с окном торговца и моим собственным инвентарем.

О! Гораздо лучше! И сразу цена показана. Красивое платье, и всего пятьдесят рублей… А что будет, если я его перетащу?

Означенный предмет одежды появился у меня в руках, приведя торговца в полнейшее изумление. Он-то прятал его в дальнем тюке, везя на заказ знатной даме из Новгорода.

— Уна, как тебе?

— Идеально! Можно примерю, можно, можно?

— Конечно, только залети за… животинку.

Мужчина не осмелился возражать, с тоской глядя на вернувшуюся фею. Изумрудное платье прекрасно сочеталось с ее позеленевшими глазами, глубокий вырез на груди, открытая спина и короткая юбка демонстрировали все лучшие стороны девушки.

— Беру. Сколько стоит?

— Только для вас, свет моей души, всего за пятьсот рублей отдам!

За спиной мной послышались изумленные шепотки. Целое состояние за кусок тряпки! Я, чуть было не доставший из инвентаря полтинник, сердито нахмурил брови.

— Уважаемый, вы что-то напутали. Его цена пятьдесят рублей, а раз вы попытались меня обмануть, отдам вам только сорок.

— Вай! Зачем такие глупости говорите! — всплеснул он руками. — Посмотрите на эту строчку! А нити! Чистое золото! Никак не меньше…

— Тридцать рублей. Если продолжишь упрямиться, Самуил, прикажу бросить в острог за аферизм. Составишь компанию бывшему старосте. — Подсказанное системой имя пришлось как нельзя кстати. Он купился!

Торговец прикусил губу, его до глубины души потрясло, что вчерашний мальчишка знал его имя и настоящую цену платья. Откуда? Кто учил его торговле? Неужели кто-то из своих? Связываться с таким опасно.

— Нижайше прошу простить вашего покорнейшего слугу. Разумеется, я отдам его вам за тридцать рублей. — Желая сгладить впечатление от неудачной сделки, Самуил бросился извлекать из тюков новую одежду.

Навык «Торговля» повышен на 1. Текущее значение 4

Навык «Устрашение» повышен на 1. Текущее значение 13

Надо же. И торговля у меня слегка прокачана… Вскоре я обзавелся несколькими комплектами мужской одежды. Ничего особенного, обычные рубашки с брюками нейтральных цветов, такие обычно носили городские жители, как подсказал мне мой вездесущий фамильяр.

Для Уны я приобрел несколько блузок, коротких юбок и чулок. Представив их на фее ближайшей ночью, я сглотнул и поспешно перешел к украшениям. Уна презрительно отозвалась о людских цацках, зато Светлана просияла, когда я подарил ей серебряное ожерелье с рубиновым кулоном, чем повысил отношение еще на три единицы.

А вот магических книг у торговца не оказалось, как и нормального оружия и защиты. Хлипкой кольчугой можно было разве что рассмешить чудовищ до смерти, такая могла бы спасти только от шальной стрелы. Скептически посмотрев на предложенные мне меч, топор и нож, я махнул рукой и отпустил Самуила торговать с крестьянами. Деревенские спешили обновить сельскохозяйственный инвентарь.

— Барин… в смысле Саша, могу я попросить об одной вещи? — Судя по голосу, Света откровенно боялась, но все равно бросилась в омут с головой.

— Конечно. — Быстро оценив состояние девушки, я взял ее под руку. От неожиданности та споткнулась и рухнула прямо на меня, невольно прижавшись плотнее.

— По поводу моего отца… Ты бы мог не казнить его?

«Порядки у них здесь суровые, конечно. Хотя и у нас предателей никто не любит… Как бы ей сказать, что я и не собирался?»

«А может, стоит? — не согласилась Уна. — Зачем тебе живой враг? Пусть он лучше будет мертвый. И порядки нарушать не будешь».

«Если она просит за него, значит, пощада точно возможна. Я могу обернуть это так, что существует участь хуже смерти».

«Хочешь трахнуть дочь на глазах у ее отца? Жестоко, жестоко. Мне нравится!»

М-да. Я даже не нашелся, что ответить. Порой юмор у Уны был весьма специфическим. Даже думать не хотелось, что она не шутила.

Расценив долгое молчание во время мысленного диалога по своему, Света жарко зашептала мне на ухо:

— Я сделаю все, что пожелаешь… пожалуйста…

— Я подумаю насчет твоего отца, — пообещал я единственное, что мог пообещать. Но для себя решил уже, что смысла ее отца убивать нет, — Света, ты мне правда нравишься. Поэтому я не хотел бы тебя ни к чему принуждать. Если желаешь хорошо провести ночь, приходи ко мне вечером. Только учти, это никак не повлияет на мое окончательное решение по Ольдрегу.

— Я поняла, — серьезно кивнула она. — Спасибо… Саша. Я обязательно приду. А теперь, если позволишь, у меня дела, нужно привести бухгалтерию в порядок.

Неуклюже поцеловав меня в подбородок, девушка поспешила прочь, безуспешно пряча раскрасневшиеся щеки.

— Чем теперь займемся? — Уна для разнообразия не парила в воздухе, а шагала рядом со мной, пиная мелкие камешки. Мы шли по главной деревенской улице, наслаждаясь жаром полуденного солнца.

— Не знаю. Завтракали мы недавно — и неплохо, можно не спешить на обед. Заданий никаких нет, учебники читать лень… Хотя и надо географию дочитать. Кстати, а может, ты мне расскажешь? — я с надеждой посмотрел на фею. — Наверняка же все знаешь.

— Эй… нет… — поспешила сообщить мне изрядно струхнувшая Уна. — Ничего я не знаю. Так что меня не втягивай. Что делать собираешься, лучше скажи?

— Может с населением пообщаться?

— Хорошая идея, — хихикнула фея. — Пока у тебя не слишком много подданных, за неделю управишься. А вот представь, если у тебя в подчинении появится город… Круглый год будешь на площади стоять и всем руки жать?

— Необязательно всем подряд. Достаточно выделить самых активных. Главное, чтобы им можно было доверять… и компетентность тоже не помешает.

Представив, какая прорва административных и бюрократических дел обрушится на меня после возвращения Нижнего Новгорода в родную гавань, я чуть было не отказался от квеста. Остановило меня понимание, что просто так в покое меня никто не оставит, и, чтобы выжить в новом мире, мне нужна была сила, которая исчислялась здесь в количестве душ.

— Как мы будем общаться с подданными? — Уна с большим удовольствием говорила «мы», когда дело доходило до власти над кем-то. Впрочем, я не возражал. У хозяина и его фамильяра одна судьба на двоих, не было ничего зазорного, чтобы делить вместе не только тягости, но и приятные вещи.

— Где, по-твоему, в такой небольшой деревеньке собираются самые активные члены общества? Разумеется, в трактире!

— Ура! — захлопала в ладоши фея. — Предадимся пьянству, прежде чем предаться разврату!

Я попал в цель. В трактире негде было яблоку упасть. При появлении барина разговоры затихли, все настороженно смотрели на меня. Сторонники Ольдрега выделялись, кучкуясь отдельной группой на темной стороне зала.

— Господин. — Трактирщик проводил нас за на единственный свободный стол, по-моему, специально придерживавшийся для авторитетных гостей вроде меня. — Чего желаете?

— Фирменный напиток для нас с Уной и закуски, — сохраняя внешнее спокойствие, я подчеркнуто равнодушно рассматривал батарею мутных бутылок в баре, краем глаза наблюдая за посетителями.

Постепенно разговоры вернулись в зал, однако многие теперь понижали голос. Я задавался вопросом, как переломить общественное мнение в свою пользу. Понятно, что мои приказы будут выполнять, но все-таки хотелось большего. Купить всем выпивку? Сочтут за подкуп. Навязываться каждому в собеседники и использовать харизму? Уна права, я так до конца года не управлюсь.

Трактирщик молча поставил перед мной и Уной большие глиняные кружки с пенными шапками и блюдо с вяленым мясом, удалившись на другой конец стойки. Потягивая вполне приличный лагер (уж в пиве я разбирался не хуже многих, у меня даже собственный пивной блог в инстаграме был, пока его не запретили), я все больше склонялся к мнению, что лучше будет просто уйти и не мозолить людям глаза.

— Эй, пс, смотри. — Уна расправилась со своей порцией несколькими мощными глотками и слегка захмелела.

Я посмотрел в угол, куда указывала фея. Через несколько мгновений до меня дошло. Справившись с желанием немедленно закружить Уну в воздухе из-за тесноты зала, я благодарно кивнул и жестом подозвал трактирщика.

— Та сцена свободна? Я могу ее использовать?

— Конечно, господин. Хотите сделать объявление?

— Нет, просто сыграть. — Достав из инвентаря лиру, я подмигнул изумленному трактирщику и почти что твердым шагом направился к сцене.

Обычно недоверчивые и насмешливые взгляды мгновенно выбили бы меня из седла, но сейчас меня словно что-то защищало. Мощная волна спокойствия накрыла меня, делая совершенно неважными чужие мнения. К чему думать о том, чего скоро не будет существовать? Более важным вопросом было, а как, собственно, играть. В своем мире я мог лабать только на гитаре, и хоть инструменты явно были схожи, я понятия не имел, как извлекать из лиры красивые мелодии. При этом в меню навыков не было ничего вроде «игры на музыкальном инструменте».

«Мне бы гитару», — с досадой подумал я. Порыв выйти на сцену начал казаться какой-то глупостью.

Волшебный инструмент словно услышал своего барда. Серебристый туман объял лиру, сделав ее невесомой. Через несколько секунд я держал сияющую золотую гитару с серебряными струнами, по корпусу были нанесены магические руны.

«Шикарно! Спасибо! То, что нужно!»

— Привет, Неряхино! Меня зовут Александр Морозов, и я здесь, чтобы зажечь эту сцену! — Я с размаха саданул по струнам, вызывая неожиданно приятную переливчатую мелодию.

Разговоры стихли, все гадали, чем барин собрался их таким удивлять… Рядом встала Уна, сократившая свой наряд до небольшой нагрудной повязки и короткой юбчонки. Фея решила попробовать себя в роли подтанцовки, притягивая к себе взгляды доброй части слушателей.

Теперь надо было определиться с репертуаром. У меня он был довольно обширным, увлекался в свое время в универе. Выступал для компаний всех возрастов и размеров. Здесь у нас люди простые, еще и с другого мира, значит и песни подберем им под стать.

Начал я с «Там, где клен шумит», идеальная на мой взгляд песня для деревенских мужиков. Попал прямо в цель, но кровь требовала больше энергии и совсем немного шалости. Почему бы не попугать простой люд? «Зомби» группы «Ария» пришлись как нельзя кстати. Некоторые даже восприняли угрозу нападения всерьез, пришлось спешно успокаивать крепостных совсем уж шутливой песней «Лесник», а под конец несколько заводных песен из уже более-менее современного репертуара, закончив небезызвестной «За пивом» кабаре-дуэта «Академия», припев которой вместе с ним орал весь зал.

Я тяжело дышал, пот лился градом, насквозь промокшая одежда липла к телу. Мне только сейчас пришло в голову: а соответствует ли аристократической чести вот так вот выступать перед простым народом? Не испортил ли я себе сейчас репутацию? Как выяснилось, нет! Выступление, полностью измотав меня, вызвало просто оглушительный успех. Слушатели вскочили с лавок, на которых сидели, хлопая и притопывая в такт простым мелодиям. Они кричали, хлопали, стучали кружками по столу, разломали всю мебель и просили спеть еще. Пришлось исполнить пару песен на бис и после этого окончательно охрипшим покинуть трактир. На черном как смоль небе зажглись первые звезды. Новое уведомление грело его душу.

Отношение жителей деревни Неряхино повышено. Текущий статус — «верность»

Добравшись до поместья, мы успокоили взволнованного Сергея Игнатьича и, перекусив на скорую руку свежими пирожками с крольчатиной, сразу направились в спальню.

Пожалуй, чего я точно не ожидал, так это ждущих на пороге и Марфы, и Светланы одновременно. Служанка и староста обменивались враждебными взглядами, смущенно перебирая пальцами ткань укороченных платьев.

Масла в огонь подливала Уна, переодевшаяся в ночнушку из полупрозрачного шелка. Фея вела себя так, будто была не магическим созданием, воплощающим чистоту и невинность, а хозяйкой борделя. Она властно положила ладони на ключицы обеих девушек и подтолкнула их прямо ко мне. И девушки подчинились.

Решив, что раз меня ни о чем не спрашивают, то и говорить необязательно, я молча наблюдал за покрасневшими девушками, оставаясь сидеть на краю кровати. Первой не выдержала Светлана. Встав на колени перед своим хозяином, она потянулось было к моим штанам, как ее остановил грозный окрик Уны:

— Пальцами каждая сможет! А ты попробуй без рук! — Прошлой ночью фее самой пришлось проделывать это упражнение, и теперь ей не терпелось дать почувствовать свою нелегкую долю кому-то еще.

Покраснев до кончиков ушей, светловолосая староста подчинилась, послушно зацепив зубами край штанов и потянув их на себя. Они никак не желали стягиваться, пока к ней не присоединилась служанка, потянув со своей стороны. Совместными усилиями они оставили меня в одном нижнем белье и восхищенно выдохнули, уставившись между ног. Природа щедро одарила главу рода Морозовых.

— Смелее, девочки! — не прекращала командовать Уна. — Хозяин очень искушенный, вам придется постараться, чтобы удовлетворить его. Помимо лучшей ночи в жизни самая старательная получит награду — исполнение желания!

Марфа решилась первой. Все же она, в отличие от дочери старосты, не питала иллюзий касательно своего положения в обществе и обязанностей по ублажению хозяина, накладываемых должностью горничной.

Ртом она работала крайне неумело, зато старательно. Понятно, где тут опыт-то заработать, — Сергей Игнатьевич был стар и благороден, а прежний хозяин тела не интересовался женщинами… или не показывал вида. Я прикрыл глаза, пытаясь думать о хорошем и постепенно погружаясь в даруемое Марфой наслаждение, что компенсировала свою неопытность искренним желанием угодить господину.

Оставшаяся не у дел Светлана не пожелала сдаваться. Стянув с себя платье и оголив прекрасную белоснежную грудь, она заползла на кровать и, повалив меня на спину, медленно прошлась язычком по всему телу.

Это было весьма возбуждающе. Близость ее разгоряченного, пахнущего свежим потом и цветами тела. Я схватил ее за волосы и потянул на себя. Светлана с готовностью подалась навстречу, прильнув к моей груди своей. Мы слились в жарком поцелуе, ее дрожащее от возбуждения тело умоляло овладеть ею, и я, как настоящий джентльмен, не мог отказать даме.

Но сделать этого не успел, так как Светлана изогнулась и задрожала, оглашая громким стоном все поместье. Ей хватило всего одного пальца…

— Быстро-то как… — недовольно выкрикнула Уна. — И чему вас только тут учат!

— П… прос… прости… те! — Я и не думал отпускать ее, мне очень хотелось пошалить. Я крепко сжимал ее грудь и девушка плавно переходила из одного оргазма в другой, полностью отдавшись во власть наслаждения, яркими молниями пронзавшего все ее тело.

— Отдохни пока… — Отпустив тяжело дышащую блондинку, я перевел свой взор на Марфу, которая по-прежнему старалась вовсю.

Думаю, хватит с нее… Уна, прочитав мои мысли, остановила девушку, и вскоре та оказалась на мне. Честно признаюсь, все происходящее реально заводило, и порой казалось, что я сейчас проснусь и вернусь к своей обыденный жизни с мангой и нарисованными кошкодевочками. Только вот большой вопрос — смог бы я теперь жить так, как жил раньше? К тому же, видимо, прошлый хозяин этого тела отличался повышенной мужской силой, так как на то, что сейчас происходило, раньше я вряд ли был бы способен. Отвлекая себе такими размышлениями и сдерживаясь изо всех сил, я все-таки продавил естественную женскую преграду, принеся себе и Марфе ярчайшее наслаждение. В моей жизни такого я не испытывал никогда.

Внимание! Вы получили бонус за девственность!

Характеристика «Харизма» повышена на 2, текущее значение 3

— Ох… господин… я ваша… навсегда… — Умиротворенно улыбаясь, Марфа забыла беспокойной дремой, время от времени вздрагивая во сне.

В воздухе повис неповторимый аромат похоти, созданный из запахов четырех тел, их выделений и животной страсти.

Уна хотела было разбудить зарвавшуюся горничную, но я остановил ее жестом. Служанке следовало дать отдохнуть. А вот мне заняться еще одной девушкой. Что ж, подобный способ прокачки харизмы мне весьма понравился.

Светлана тем временем успела прийти в себя.

— Как я могу послужить барину? — игриво спросила девушка, стреляя глазками из-под опущенной челки.

— Ну, ты сама это знаешь, — сообщила ей Уна, — но на этот раз тебе надо постараться. Мне тоже надо компенсировать все, что здесь происходит, — фамильяр, забавно надув губки, посмотрела на меня.

Я с улыбкой кивнул, и следующие полчаса прошли в совместных разнузданных ласках. Фея приняла активное участие в нашей, не побоюсь этого слова, оргии. Светлана быстро училась, а судя по опыту Уны, которая и выступала в роли учительницы, я только мог восхищенно оценивать и лишь предполагать, где можно набраться подобного опыта. И не скажешь, что ей всего пара дней. Все закончилось внезапно. Наш последний со Светланой дружный стон слился со звуковым сигналом системы.

Внимание! Вы получили бонус за девственность!

Характеристика «Харизма» повышена на 2, текущее значение 15

Внимание! Вы получили уникальный престиж-класс «Инкуб (обольститель)». Повышайте свои характеристики и навыки путем соблазнения новых девушек. Чем выше будут их статус, уровень и способности, тем выше награды!

М-да, странный мир, странная система, и все тут странное, признался я себе, блаженствуя в объятиях Уны. Обе наши партнерши уже удалились, оставив нас вдвоем с моим фамильяром, который сейчас сопел, положив голову на мою грудь. Спать совсем не хотелось, поэтому решил немного обдумать то, что сегодня произошло. Хотя что произошло? Барин порезвился с девушками. Насколько я понимаю, здесь это в порядке вещей, к тому же я, по крайней мере, никого не заставлял.

Немного пугал этот самый «престиж-класс». Оно-то, конечно весьма соблазнительно повышать навыки и характеристиками подобным образом, но вот я ну никак не казанова и становиться этаким местным Дон Жуаном совершенно не собирался. Правило «больше женщин, больше проблем» никто не отменял. И мне почему-то казалось, что слишком уж много сыпется на меня «роялей». Уникальное оружие, уникальные навыки. Как бы потом не пришлось за все это расплачиваться. Не верил я в подобную доброту системы. Скорее всего, меня ждет какая-то подлянка. Но вот какая? С этой мыслью я незаметно заснул.

Глава 9. Пустоши. Часть 1

— Ох, барин, душа у меня не лежит. Может, ну его, Нижний Новгород этот? Чего вам у нас в Неряхино не сидится? Покушаете фруктов, ягод, вина выпьете, с девками погуляете, а потом уже в академию, в Москву! Там всего насмотритесь, — Сергей Игнатьевич все никак не унимался с попытками уговорить меня не покидать пределы деревни.

— Оставь его, Игнатьич, он уже не мальчик. — Велемир похлопал себя по бокам, проверяя кольчугу. — Тем более что с барином случится? Мы присмотрим!

Остальные дружинники в количестве девяти человек согласно загомонили. Воевода довольно спокойно отнесся к моей идее съездить в Нижний Новгород вместе с Уной за свежими газетами, книгами и артефактами (да и просто посмотреть). Тем более можно было добраться до него всего за пару дней. Правда, одних нас с Уной категорически отказались отпускать, мол, в пустошах опасно, а князь еще полноценно не овладел своим даром. Вот выучится, получит официальный ранг и сможет путешествовать в одиночку, а пока они за ним присмотрят.

Вспомнив о тварях, напавших на деревню, я решил не возражать. Пусть довезут меня до города, а там уж оставлю их в гостинице и спокойно погуляю без хвоста. Ни к чему привлекать к себе лишнее внимание новых хозяев города, я точно не готов столкнуться сейчас с кем-нибудь из Бутурлиных. Хотя, как заверил меня Велемир, война официально закончена, и вряд ли Владимир Бутурлин, как звали главу рода убившего моих родственников, что-то против меня будет предпринимать, даже если узнает, что я в Нижнем Новгороде.

Ну, может, он и не будет, а вот я скрывал ото всех свое горячее желание что-то предпринять на этот счет. Прошлый Саша переживал это очень остро, и его можно понять. Если бы моих родителей и всех родственников перебили за власть, я вообще не знаю, как себя повел бы. Но в прошлом мире у меня их не было, а в этом жажда мести от бывшего хозяина тела явно передалась мне. Правда, каким образом может отомстить столь авторитетному и богатому роду какой-то проигравший оборванец, мне пока было непонятно.

В Нижний Новгород мы отправились на третий день после моей сумасшедшей ночи с тремя девушками. Кстати, до моего отъезда мы даже разок повторили это безумство, к вящему удовольствию всех его участников. Ну, а днем я погрузился в учебу…

Перечитал все учебники, которые имелись у меня. Кстати, их оказалось не так много. К моему удивлению, помимо истории и географии, среди учебников присутствовал русский язык, математика и жуткая книга под названием «Нормы поведения аристократов в обществе». Написана она была настолько канцелярским стилем, что читать это произведение было сродни подвигу. Почитав ее и сопоставив с рассказами того же самого Сергея Игнатьича, который взял за правило рассказывать великосветские истории при каждом приеме пищи, я решил, что данная книжонка, конечно, бред жуткий, но, увы, необходимый в реалиях этого мира. Придется ее изучать. А то на каком-нибудь балу окажусь… клоуном я становиться не собирался, а вот что касаемо математики, то я реально посмеялся. В моей прошлой школе это изучали в четвертом классе, а не в академии.

Поговорил с народом, с трактирщиком, Велемиром и с самыми авторитетными и зажиточными крепостными из моей деревни. Выяснилось, что не так уж этого старосту любили. Хапуга он оказался знатный. Но вот что с ним сейчас делать, я так и не решил. Вернусь с Нижнего, разберемся. А так узнал немного нового о мире, в который попал. Крестьяне особо не интересовались политическими делами или историей, газет не читали по причине их редкого попадания в деревню. Да и не нужно им это было.

На основе всей этой полученной информации можно было сделать пока два основных вывода.

Первое — Российская империя здесь, на мой взгляд, не должна была называться империей, так как представляла собой фактически феодальное государство. А как это можно было еще назвать? Представьте, пятнадцать крупных городов, каждым из которых владел свой род. Столица осталась в Москве, откуда правил император, первый среди равных. А между городами пустоши, в которых резвились всевозможные монстры. Кстати, это не мешало Российской империи иметь эффективное производство. По крайней мере, так было написано в учебнике истории.

Второе — такая же феодальная система правления, насколько я понял, была в подавляющем количестве людских государств в этом мире. Выбивались из этой системы лишь эльфы, у которых, как я сделал вывод из куцей информации на этот счет, было централизованное государство. И гномы-викинги, разделенные на ярлов и конунгов без самого главного.

И если гномы спокойно относились к людям и эльфам, да и вообще ко всем расам, то вот эльфы были ярыми ксенофобами. Им приходилось торговать с людьми, так как, насколько я понял, на американском континенте были явные проблемы с едой. А учитывая, что эльфы умели создать качественные вещи — одежду, доспехи и оружие, которые ценилось во всем мире (это, кстати, я тоже прочитал в учебнике), — им было что предложить в обмен на еду.

Выехали мы с утра пораньше, как предупредил воевода, чтобы успеть добраться до первого безопасного места на котором планировалось устроить привал, прежде чем начнет припекать полуденный зной. Хоть мне и предлагали повозку, я предпочел поехать на лошади наравне со всеми, чем вызвал молчаливое одобрение Велемира и оханье Игнатьича, все более напоминающего старую наседку. А вот Уна от повозки не отказалась. Хорошо хоть в этот раз она нацепила подходящие для подобного путешествия штаны, которые тем не менее обтягивали весьма эротично ее аппетитную попку, а сверху ограничилась весьма нейтральной белой рубашкой с коротким рукавом. Дружинники на нее не отвлекались и хорошо, больше внимания дороге.

Как оказалось, держался я в седле вполне уверенно, за что мысленно поблагодарил своего предшественника, освоившего хоть один полезный навык. Система показывала, что «Верховая езда» у меня находится на 17-м уровне, вполне достаточно, чтобы спокойно обозревать окрестности и думать о будущих завоеваниях или поразмыслить о странностях — последних более чем хватало.

Пейзаж был однообразен — голубое, бездонное небо и бескрайняя степь, покрытая настоящим морем пожелтевшей травы, где до самого горизонта ничего не видать, изредка разбавленная небольшими рощицами. Дорога вызвала куда больший интерес. Я мог поклясться, что она являлась копией двухполосного шоссе из США, которое так любили показывать в их фильмах и сериалах. Желтая полоса посередине почти стерлась, но все же угадывалась взгляду опытного путешествия. В пользу версии говорил и тот факт, что никакие растения не тронули дорожное полотно, копыта лошадей цокали по идеально ровному асфальту. Я что, попал в США после апокалипсиса? Тогда почему Москва, Нижний Новгород, Россия? Или наши сперли у эльфов секрет строительства дорог? Бред какой-то.

— Велемир, а кто строил эти дороги? — в конце концов, я решил, что подобный вопрос не должен вызвать подозрений у словоохотливого воеводы. Всегда ведь можно списать незнание на возраст и бывшее затворничество.

— Дык, это от Древних! — Велемир глубокомысленно поднял указательный палец. — Тыща лет, а все стоит, новехонькая! Нам бы такую магию сейчас, а то хаты на следующий год разваливаются, крыша вона у моей вдовушки прохудилась…

По-видимому, Древние являлись тут аксиомой и не требовали дополнительных пояснений вроде того, откуда они появились, почему они появились и вообще кто это. Не добившись больше никакой информации на этот счет от воеводы, я вполуха слушал большие планы Велемира о том, чтобы справить свадьбу с ладной вдовушкой, размышляя, где же все же оказался — в постапокалипсисе или классическом попаданческом фэнтези. Или просто все перемешалось в этом странном мире?

От размышлений меня отвлек крик Уны. Фея покинула повозку и поднялась на несколько метров над отрядом. Она показывала рукой куда-то за очередную рощу, видневшуюся на горизонте.

— Чудовища! Быстро приближаются!

— Как они выглядят, госпожа Уна? — Велемир и остальные всадники напряглись, положив ладони на рукояти мечей, а несколько коротышей восточной наружности взялись за короткие луки.

— Сложно объяснить! Большие зеленые жабы ростом с человека! Бегут на двух ногах, а рук у них четыре!

— Перун спаси и сохрани нас! — выкрикнул один из дружинников, Илья, воин 27-го уровня. Он постоянно осенял себя странным знаком, похожим на крест в круге. — Лякуши!

— Барин, немедленно назад! Мы отвлечем их! — приказал мне хмурый Велемир.

— Почему просто не сразить их? — Я успел заметить тени среди деревьев; как любезно сообщила система, у этих лякушей были примерно такие же уровни. Кстати, не знаю насчет отряда, но врагов было всего четверо. Нас-то гораздо больше…

— Лякушей можно убить только сильным огнем! У нас нет с собой столько нефти! Как и огненных магов! Бегите же, ну! Деревня не так далеко! Успеете! — Велемир ударил поводьями, понукая храпящую в страхе лошадь. Воевода вытащил меч и смело бросился на вышедших из леса тварей, — А ну, ко мне, выкормыши бездны! Всех накормлю добрым железом! За мной, ребята!

На вас применен навык «Провокация». Проверка выносливости. Успех, воздействие прекращено

Надо сказать, что дружинники сразу рванули за своим командиром. Я как-то растерялся. Но спустя несколько минут выбора у меня уже не было. Лякуши оказались не лыком шиты. С тыла на всадников бежали еще двое, а со стороны фланга, на котором находились мы с Уной, лишь одна зеленая тварь. Нас окружали.

Я хотел было предупредить воеводу, но тот заметил это, и всадники начали перестраиваться.

— Давай к ближайшей к нам твари! — приказала бешено работающая крыльями Уна. — Он там всего один! Оторвешься или убьешь его!

Доверившись своему фамильяру и пожелав удачи Велемиру и его дружинникам, я в очередной раз развернул лошадь и пустил ее галопом. С прыгнувшей на меня жуткой смесью четырехрукой лягушки и какого-то подобия человека я разминулся буквально чудом. Прокатившись по земле, лякуш, впрочем, ни капли не расстроился. И, вскочив на четвереньки, он на большой скорости понесся за мной.

Блин! Вот я дебил! У меня же есть заклинание с уроном огнем! Применить «Атаку души»!

Внимание! Применение классового навыка без Лиры невозможно

Я грязно выругался. Нечего было и думать, чтобы достать лиру на скаку. Такими умениями я не обладал, свалюсь нахрен. А на такой скорости это чревато серьезными последствиями. Уна, парящая надо мной, запустила в лякуша уже знакомой мне багровой молнией, но этот гад даже не почесался.

Скачка по степи была сумасшедшей. Я несся, стараясь избегать островков леса. Нельзя терять скорость. К тому же что-то подсказывало мне, что с такими мощными лапами лякуш без проблем достанет меня на любом дереве. Интересно, на сколько хватит лошади при таком бешеном темпе? И в который раз я поблагодарил прошлого Александра за умение верховой езды. О том, что будет, когда лошадь устанет и тварь все же его догонит, я думать не хотел.

Я сбился со счета времени и уже не знал, сколько мы так скакали. Мир вокруг превратился в размытые пятна. Лошадь уже сама прекрасно огибала периодически появлявшиеся кусты и одинокие деревца. По связи с Уной я ощущал траурные волны. Фея словно заранее похоронила меня и себя заодно, что также не внушало оптимизма.

«Помоги мне! Меня-то он просто убьет, а тебя насиловать будет, вон какой член болтается!»

Кстати, это было совершенной правдой. Одежды, несмотря на определенную человекообразность нашего преследователя, на нем не было, в вот его прибор, совершенно похожий на человеческий, но отличавшийся поистине огромными размерами, буквально болтался во все стороны. Угроза подействовала, выведя фею из своего унылого транса. Она взлетела повыше и уверенно указала куда-то влево.

— Нашла! Выглядит надежно! Укроемся там! Я полечу вперед!

Не успел я возразить против этого гениального плана, как Уна действительно упорхнула, ускорившись в несколько раз. Пожалев, что я не умеею летать, оставленный без выбора, я повернул лошадь в ту сторону, куда улетела фея.

Я с преследующим меня лякушем выехал на еще одну дорогу, меньше той, на которой на нас напали. На горизонте показалась деревня — или, нет, скорее маленький город. Но вспыхнувшая радость быстро утихла, я на полном скаку въехал в руины. Обветшавшие дома без окон и дверей уж точно никак не могли бы сдержать лякуша. А вот скакать галопом здесь было явно опасно…

Прежде чем я возмущенно поинтересовался у Уны, куда она меня завела, фея зависла над одной из крыш. Приземистый одноэтажный дом сохранился лучше остальных, окна защищали решетки, тяжелая металлическая дверь внушала уважение. Притормозив, я буквально скатился с лошади и бросился к двери. Оказавшись внутри, я быстро закрыл ее, задвинув тяжелый засов. Снаружи послышалось жалобное ржание задираемой лошади и громкое чавканье.

— Ну все, сейчас я ему устрою! — Вызвав лиру, я перенес Удар Души на панель быстрого доступа и собрался выходить, как между мной и дверью приземлилась Уна.

— С ума сошел?! Этот гораздо сильнее остальных! Ты его уровень хоть видел? Пятидесятый! Ему твое заклинание только спинку почешет! — Уна подлетела к противоположной от входа двери. — Нужно выбираться! Сбежим, пока он жрет лошадь!

К сожалению, гениальный план феи не сработал. Из здания вел всего единственный выход, и чавкающие звуки снаружи стихли. Следом за этим на дверь обрушился мощный удар, от которого она вздрогнула. Посыпалась штукатурка.

Я понял, что долго дверь не продержится. Решив не сдаваться без боя, я принялся осматривать свое убежище, чтобы выбрать позицию для сражения получше. Классический полицейский участок, чего там. Кладовка, кладовка, оружейный шкаф, раздевалка… Минуточку!

Рывком вернувшись в прошлую комнату, я с изумлением уставился на оружейный шкаф, которых видел сотни в разных играх и фильмах, такие обычно ставили в полицейских участках во всем моем мире. С замиранием сердца открыв дверь, вздрогнул от несильного удара током. Ну, или напомнившего его. Последствий от удара не было, так что я просто посмотрел на содержимое шкафа. А жизнь-то налаживалась! Какой удачный рояль!

Пистолет. Марка 827B

Класс редкий

Прочность 97/100

Заряды 0/20

Пистолет был чем-то похож на знакомый любому русскому «макаров». Только чуть больше… Осторожно взяв холодное оружие в руки, я отщелкнул магазин. Патронов не было, зато они нашлись на верхней полке. В отличие от классического пистолета, магазин найденного мной оружия оказался на двадцать патронов. Вскоре двадцать пуль были готовы поразить любую цель.

— Конец тварине! — я решительно направился в главный зал. Судя по нескольким стойкам, он служил для приема посетителей. Нашлась даже солидная клетка для самых буйных, в моем мире именовавшаяся «обезьянник», куда я и зашел.

Лякуш не заставил себя ждать. От мощных ударов закладывало уши, в бронированной двери появлялись вмятины. Побившись несколько минут, монстр изменил тактику. Подойдя вплотную к окну, он с жутким оскалом схватился за решетку и потянул ее на себя. По каменным стенам побежали трещинки.

— Лови «Удар души», урод! — На всякий случай я решил попробовать свое фирменное заклинание.

Лякуш мгновенно вспыхнул и исчез, вернувшись через несколько мгновений. Его шкура поменяла цвет на темно-зеленый, но в остальном никаких повреждений не было заметно. Монстр схватился за решетку и принялся трясти ее с удвоенным энтузиазмом.

— Уна, если у меня не получится, улетай.

— У нас общая судьба, помнишь? Умрешь ты, умру и я. — Невеселая усмешка исказила лицо феи. — По крайней мере, мы отлично любили друг друга… И это точно будет не последний раз.

— Согласен. — произнес лякуш вырвав решетку, с которой обрушилась половина стены, но но человекообразными земноводному это нисколько не помешало зайти в дом.

— Она мне еще послужит своим телом. — похотливо облизнулся он. А ты пока поживешь, раз вы связаны. Посмотришь. А после того как все закончится, я быстро вас обоих к вашим предкам отправлю.

Офигеть. Я невольно открыл от удивления рот. Эта жаба еще и разговаривает. Да и как разговаривает. Блин так не все люди умеют изъясняться.

— Ты разве не собирался меня сожрать? — Я направил на лякуша пистолет, целясь между глаз. Понимал, что второй попытки не будет.

— Чтобы смотреть, ноги не нужны. — Монстр говорил с придыханием, словно ему постоянно не хватало воздуха. — Эта штука тебе не поможет. Ты не древний. Я помню их запах.

— Это мы еще посмотрим. — Я плавно, как учили в тире, потянул за спусковой крючок. От выстрела заложило уши.

Лякуш застыл на месте, покачиваясь из стороны в сторону. На месте его лба появилась крохотная дырочка.

Глава 10. Пустоши. Часть 2

Решив не искушать судьбу, я выстрелил еще несколько раз, превратив заднюю часть головы монстра в кровавое месиво, после чего тот завалился на пол.

Получено 5000 опыта

Изучен пассивный навык «Оружие предтеч». Текущий уровень — 1

Возможно использования стрелкового оружия с ограниченными убойными свойствами. Существуют ограничения использования. Их можно увидеть в характеристиках используемого оружия

Текущее ограничение — стрелковое оружие

— Ух ты! — Я взглянул еще раз на пистолет у меня в руках.

Внимание! Вы использовали Пистолет 827B

Заряды 14/20

До поломки ствола осталось 94 выстрела

— Сатир меня трахни! — Подлетев к мертвому лякушу, Уна поворошила его труп ногой и бросилась ко мне. — Ты молодец! Такой крутой! Отпразднуем! Возьми меня прямо здесь! Я уже готова… это так заводит…

М-да, вот же нимфоманка…

— Фу, только не здесь, — сообщил я раскрасневшемуся фамильяру. Убитый лякуш смердел тиной, напоминая запах застоявшегося болота. — Нужно найти своих.

— Они все далеко, и скоро закат. Лучше оставаться на месте и ждать поисковый отряд. К тому же ты глава рода. У каждого рода имеется родовой артефакт, по которому можно отыскать тебя где угодно!

— Вот опять, — проворчал я, — а чего раньше не сказала.

— А ты и не спрашивал, — заявила фея. Действительно, какой еще ответ от нее можно было ожидать.

— Тогда поищем ночлег. — У меня начался отходняк от адреналинового всплеска… Ну. все-таки я ни разу не воин. И, чувствую, придется мне привыкать к такой вот веселой жизни. Все тело потряхивало, руки дрожали. Оценивающе посмотрев на выставленный вперед бюст феи и ее горящие разноцветные глаза, я тихо вздохнул. — И нормальную подстилку. Не на камнях же нам развлекаться.

Ночевка в руинах погибшего города оказалась далеко не такой романтичной, какой ее выставляли в книгах и фильмах про постапокалипсис. Первым же испытанием стал поиск нормальной постели. Матрасы на кроватях давно истлели, в лучшем случае превратившись в груду вонючих лохмотьев. Даже система определяла их как хлам.

Мебель с подгнившими ножками также не внушала доверия. Только ляжешь и начнешь, например, заниматься постельной гимнастикой с Уной, а она как хрясь… Ну его, в общем.

Так ни к чему и не придя, я решил поступить как обычно — отложить решение важного вопроса на потом. В конце концов, до полной темноты оставалось еще несколько часов, есть время на исследование руин! Да и дров бы запасти не помешало… Может, воспользоваться фамильяром нетрадиционным способом?

— Уна, может слетаешь в лес и принесешь хворост? — Задавая вопрос, я уже заранее знал ответ своенравной феи, но не мог не попробовать.

— Еще чего! Чтобы меня там скушали? Ни за что! — Она потянула меня за рукав. — Вместе пойдем! Если что, тебя первого съедят!

— Так ты ведь тоже умрешь, — сложно было сказать, говорила мой фамильяр всерьез или шутила.

— Хотя бы дольше проживу. Я вообще еще маленькая. Мне вообще всего несколько дней, каждый миг ценен как никогда! Ничего ты не понимаешь!

— Да уж куда мне. — Идти в ближайший лес сильно не хотелось, но кто меня спрашивал.

Сидеть в полной темноте и проморгать нападение новой твари куда хуже.

Переговариваясь, чтобы было не так страшно, мы покинули руины и пересекли незримую черту. Небольшой, искалеченный временем и местной жарой лес оказался рядом с руинами. Повезло, что в нем было много поваленных деревьев — то ли ветер, то ли монстры порезвились. Пока я ломал ветки, жалея об отсутствии топора или хотя бы ножа, Уна забралась повыше и внимательно следила за окрестностями, для верности приложив ладошку ко лбу. Снизу открывался прекрасный вид на ее шелковое нижнее белье, и, невольно залюбовавшись, я ненадолго выпал из реальности. Перед глазами живо развернулась картина, как я срываю с нее эти тонкие трусики и впиваюсь губами в самое сладкое место, вызывая громкие искренние стоны…

— Ты чего? — Поняв, куда я смотрю, фея слегка покраснела и покачала головой. — Нашел время! Будет тебе все, как только вернемся в безопасное место!

— Извини, замечтался. — Оглушительный хруст очередной ветки, казалось, был способен привлечь всех хищников в округе. Но, по-видимому, удача благоволит глупцам (иначе как можно было объяснить наше появление здесь без еды и снаряжения?) — никто не пришел.

Больше всего времени заняло убеждение Уны помочь нести ветки. Фея фырчала, отворачивалась, всем своим видом давая понять, что работа грузчиком не для ее нежных ладоней. Ей бы петь и танцевать…

— Вот ты представь, выходит на нас из-за дерева лякуш, а я дрова несу! Думаешь, успею пистолет достать, прежде чем он набросится?

— Ну… Я могу держать пистолет! — не сдавалась строптивая девушка.

— А стрелять-то ты из него умеешь? Навык-то у тебя есть? — усмехнулся я, не забыв добить: — И вообще, кто из нас фамильяр?

— Ладно-ладно, понесу! — Она приземлилась передо мной и безропотно подставила руки — грузи, мол, грузи.

Вскоре девушка полностью скрылась за собранными деревяшками и, не выказывая ни капли недовольства, пошла на мой голос. Она умудрялась не спотыкаться, ничего не видя, и несла гораздо больше, чем мог бы поднять человек!

— А чему ты удивляешься? — ровным, незапыхавшимся голосом спросила она. — Я ведь магическое существо, не суди по внешности.

— Решено! Теперь ты всегда будешь нести мой багаж!

— Не дождешься! — раздосадовано воскликнула она. — Я нежное и ранимое создание, не предназначенное для грубой работы! Сейчас помогаю тебе только в порядке исключения!

Мне очень хотелось вернуться в полицейский участок, — несмотря на выбитую дверь, он выглядел надежнее остальных домов. Но когда мы в него заглянули, мощный смрад, идущий от тела убитого лякуша, быстро заставил нас передумать. Вытаскивать труп, который, как по мне, весил килограмм триста, я не был готов. В итоге недовольной Уне пришлось пройти лишних сто метров до небольшого магазинчика на заправке.

— Вот здесь сваливай. — Какая-то мысль не давала мне покоя. Бросив быстрый взгляд на медленно окутывающую город ночную тьму, я тяжело вздохнул. — Идем назад. Надо вернуться в участок.

— С ума сошел?! — Уна закатила глаза, но не стала спорить, только недовольно ворчала.

— Слушай, а ты умеешь создавать свет? Может, ракету сигнальную пустишь?

— Я тебе что, светлячок? — вот теперь фея обиделась всерьез. — Лечить, повелевать зверями и природой для тебя уже недостаточно? Фонарика не хватает?!

— Не сердись, я же еще не знаю всех твоих достоинств, их слишком много. — Я не видел Уну, но откуда-то точно знал, что она довольно улыбнулась и самоуверенно кивнула. — Кстати, тут ведь список должен быть…

— Мы, вообще-то, к трупу шли! — поспешила она сменить тему, видимо, чтобы не залез в ее тайны.

И быстро полетела по направлению к нашему месту сражения с монстром.

Я, вздохнув, отправился следом. И вскоре вновь стоял рядом с трупом поверженного врага.

— Смердит на всю улицу. М-м, — заявила фея, скривив личико, — Бяка, как ты только это выносишь… Я снаружи подожду… И не вздумай измазаться! Я тебя тогда и близко к себе не подпущу!

— Вот еще, как миленькая подпустишь… — Я почти не слушал Уну, все внимание привлекла небольшая табличка, горевшая над тушей.

Лякуш. Уровень 50. Труп. Доступна добыча

Надпись была фиолетового цвета. Почти во всех играх так обозначали лут эпической редкости. Я просто не мог упустить такую возможность! Открывшаяся менюшка порадовала несколькими иконками. Пара костей, несколько кусков хорошего мяса, пригодного для употребления в пищу (об этом предупреждала надпись под ним), обозначенное фиолетовым сердце в идеальном состоянии. А еще система любезно сообщала, что без навыка «Свежевание» я не могу забрать его шкуру. Практически не веря своему счастью, я поскорее нажал «Взять все».

Сработало! Внутри туши твари словно взорвалась граната, во все стороны полетели мерзкие ошметки, но я успел вовремя отскочить, зато у меня в инвентаре появились ценные ингредиенты (надеюсь на это) и, возможно, ужин!

— Я закончил, возвращаемся. — Идти назад пришлось практически в полной темноте; если на небе и были звезды с луной, их закрывали облака.

Хорошо хоть Уна сжалилась над постоянно спотыкающимся мной и взяла меня за руку, отведя на место стоянки. Костер пришлось сооружать прямо на покрытом плиткой полу в более-менее свободном углу. В теории, ничего сложного: огородить камнями, благо их вокруг хватило бы на целый дом, да сложить ветки шалашиком. И только призвав лиру, я осознал, каким был идиотом. Мое уникальное оружие светилось в темноте не хуже маяка! Огненное заклинание для розжига я вызывал под непрекращающиеся смешки фамильяра, пришлось пригрозить ей поркой, на что она с готовностью приспустила юбку, демонстрируя идеальные ягодицы.

С первого раза ничего не получилось, заклинание вышло слишком сильным и мгновенно сожгло хворост. Пришлось учиться регулировать мощность, и с третьей попытки я с гордостью наблюдал за веселым огоньком, с радостью пожирающим подкинутые дрова. В глубине пробудился древний инстинкт — огонь это хорошо. Он означал тепло, еду и защиту. Не то чтобы мы реально могли замерзнуть, лето в новом мире было довольно жарким, да и света лира давала более чем достаточно…

Чтобы не чувствовать себя полным идиотом, убившим кучу времени на ненужную вещь, я поспешил перейти к последнему пункту — приготовлению еды.

— Ты правда собрался есть это? — Уна особенно выделила последнее слово, на всякий случай отодвинувшись подальше. Стейк из лякуша не внушал фее ни капли доверия. — Он же воняет!

— Не знаю, конкретно это мясо пахнет очень даже ничего. Система поместила его в раздел «Кулинарные деликатесы», и на вид вполне нормально. Подумаешь, зеленоватое… Зато какие волокна!

— Тухлую селедку в молоке тоже относят к деликатесам. — Девушка картинно отвернулась, тем не менее поглядывая краем глаза. — Я лучше денек потерплю!

— Наверняка ты передумаешь, когда почувствуешь запах.

Система любезно пометила мой навык кулинарии несколькими жалкими единицами. Ну да, дома я предпочитал пользоваться услугам доставок и ходить в столовку, но уж банальное мясо я смогу пожарить! Кое-как очистив веточки от коры струной лиры, что по остроте не уступала ножу, я таким же варварским способом нарезал небольшие кубики, заодно порадовавшись, что к артефакту не приставала никакая грязь. Без нормальных инструментов процесс занял время, зато, когда я наконец закончил, угли уже были готовы!

Воздух заполнился ароматным дымком, живот жалобно заурчал, требуя немедленно наполнить его, но я терпеливо ждал, покуда «Сырое мясо лякуша с ноги» не превратилось в запеченное на углях.

— Вуаля! Будешь пробовать? — Я с готовностью протянул Уне прутик поменьше.

— Только после тебя. — Фея милостиво приняла подношение и уставилась на меня самым внимательным взглядом. — Ешь скорее!

— А волшебное слово? — усмехнулся я, подразнивая девушку.

— Быстрее! Я голодная! — она топнула босой ножкой.

Что ж, желание фамильяра закон. Мясо оказалось очень сочным и совсем недурным на вкус, что-то среднее между курицей и рыбой. Не портило блюдо и отсутствие специй или банальной аджики, правильно говорят — голод лучшая приправа. Я и моргнуть не успел, как очистил импровизированный шампур.

— М-м-м… — Я с хитрецой посмотрел на фею. — Вкуснятина. Если ты не будешь, я с удовольствию избавлю тебя от риска…

— Ну уж нет! — фыркнула она, на всякий случай отодвинувшись подальше. — Если что, моя смерть будет на твоей совести!

Вскоре мы расправились со всем мясом, Уна тут же потребовала сделать еще, пока угли не остыли, милостиво назвав еду сносной. Я же из-за вредности не двигался с места, покуда она не расхвалила мой кулинарный гений, что принесло сразу два очка кулинарии!

Отправив новую порцию готовиться, я наконец смог нормально осмотреть место, послужившее нам убежищем.

На ум невольно пришел магазинчик на заправке, виденный во время поездки в Бельгию. Касса, три ряда стеллажей чуть ниже человеческого роста, туалет и подсобные помещения. Такие на дорогах встречаются сотнями, ничего особенного. На полках все так же лежали товары, однако этикетки были сделаны на незнакомом языке. Система обозначала все находки не иначе как «Хлам», сделав исключение только для консерв, присвоив им статус «Тухлятина».

— Обратившиеся в прах чипсы, пустые бутылки из-под газировки, испорченная еда. Вместо ткани обрывки, только машинное масло на что-то пригодно. — Я не рискнул отвинчивать крышку, не люблю, знаете ли, плохие запахи. — Куда мы, блин, попали.

— Расспросим Велемира, когда нас найдут. — Уна совершенно не переживала и на сто процентов верила в скорое спасение. — О, смотри, зеркало! Возьмем с собой? У тебя в доме какое-то мутное, а тут идеальная чистота!

Я скептически посмотрел на зеркало в человеческий рост. Как его, блин, унести с собой? Дошло до меня только через минуту под выразительным взглядом феи. Всемогущий инвентарь! Зеркало успешно исчезло в нем, заняв половину свободного пространства. Мда-а-а, нужно срочно искать способы расширения.

Кассовый аппарат порадовал сохранившимися деньгами. Надписи на горсти монет ничего не сказали, как и безликие купюры. Вот странно, что они не превратились в труху. Интересно, из чего они такого волшебного сделаны? Внешне бумага как бумага. Незнакомые мужики, непонятные надписи, никаких цифр. На всякий случай поместив находку в инвентарь, я хотел было продолжить поиск, как Уна сообщила о готовности мяса, нетерпеливо позвав меня продолжить трапезу.

Вторую порцию мы ели более осмотрительно, обмениваясь шутками. Слабый свет прогоревших углей почти не разгонял темноту, лиру я убрал по просьбе феи, и ее лик смотрелся зловеще-сказочно в красных отблесках. Неожиданно приблизившись ко мне, она прижалась ко мне упругой грудью. Нагрудная повязка незаметно исчезла, и я сполна смог насладиться ее нежной кожей, мягкими бархатными губами и отзывчивым телом. Спать мы легли на нашу же одежду, вконец обессиленные и почти счастливые.

Утро начиналось не с кофе, а жаль. В своем мире я не слишком жаловал этот напиток, предпочитая энергетики и газировку, не хотелось походить на миллионы кофейных зомби по всему миру, не способных продрать глаза без очередной горькой дозы. Но сейчас я бы не отказался… Сон на холодном жестком полу, пусть и на расстеленной одежде, оказался весьма паршивым опытом, и только близость горячей Уны немного скрашивала ситуацию.

— Я тоже не выспалась… — Фее хватило одного взгляда на мою недовольную физиономию, чтобы проникнуться общей бедой. — Давай осмотримся, может, найдем какие-нибудь чайные листья на худой конец.

При солнечном свете обыскивать магазин было куда проще. Много консервных банок с непонятными надписями без цифр, рисковать не хотелось. Нашли и пакеты с порошком, похожим на кофе или какао. Пришлось в красках описывать Уне смерть от дизентерии, и после недолгого колебания фея попросила положить трофей в инвентарь, мол, на крайний случай. Плюнув на все, я вышел наружу, не забыв перед этим проверить пистолет. Для меня он был куда более солидным аргументом в переговорах с монстрами, чем музыкальный инструмент.

На первый взгляд небольшой город выглядел вполне обычным, не хватало только людей и животных. Выбитые стекла и пробивающаяся то тут, то там через асфальт трава напоминали о фильмах про зомби-апокалипсис. По канону жанра скоро должен был прилететь бомбардировщик и превратить все в огненный ад… На всякий случай посмотрев на кристально-чистое небо, я поспешил перейти на другую сторону улицы и прижаться к стене.

Жилые дома не представляли собой ничего интересного. Больше всего они походили на морские контейнеры, в которых прорубили окна и двери. Одноэтажные, вытянутые, приставленные вплотную друг к другу. Внутри примерно одна и та же обстановка — кровать, стол, огороженная стеной сантехническая зона. Все вещи из ткани превратились в пыль, похоже, время пощадило только металлы и стекло. И, самое странное, деньги тоже! У меня набралась приличная такая пачка и внушительная горсть монет.

— Странные они какие, эти древние. Или мы попали в какое-нибудь сектантское поселение? Аскеты, отказ от всего, даже телевизоров нет, — пробормотал я.

— Не имею не малейшего понятия. Посмотри, это полезно? — Уна выудила из груды тряпья стеклянный прямоугольник и протянула мне.

Система определила находку как эксфон обычной редкости. Формой он действительно напоминал наши смартфоны, только не было ни кнопок, ни корпуса, обычный кусок стекла.

— Пригодится. Если еще найдешь, хватай. И зарядку нужно поискать. — Кто знает, может, нам удастся заставить его работать? Узнаем что-то полезное о Древних, а если сильно повезет, отыщем порнуху!

— Что такое порнуха? — уставилась на меня Уна. Слово зарядка ей было явно знакомо.

Я коротко пояснил смысл слова порнуха.

— Тебе что, меня мало? — возмущенно пискнула фея, попытавшись отвесить мне подзатыльник.

— Лучше тебя никого не будет! — Пришлось срочно перехватывать ее руку и запечатывать рот поцелуем, гася дальнейшие возмущения. — Но ты ведь сама понимаешь, мужчинам требуется разнообразие… Сама говорила про гарем!

— То ведь живые, а это… картинки! — Она сердито нахмурилась и отвернулась, скрывая улыбку. — Никогда этого не пойму. Пошли, кобель, тот дом выглядит интересным.

Глава 11. Пустоши. Часть 3

Очень скоро мы поняли, что есть смысл осматривать только дома, построенные из бетона и отличающиеся формой от остальных. Помимо заправки и полицейского участка таких нашлось три, которые я обозначил как «администрация», «больница» и «сельпо». В первой меня с Уной встретили несколько стоек, за которыми скрывались коридоры с крохотными кабинетами. Деревянная мебель рассыпалась в труху от малейшего прикосновения, тканевые обивки, одежда и бумага превратились в непонятные обрывки. Как и в остальных местах, уцелели только железо и стекло.

— Никаких тел, странно. — Уна подобрала металлическое корытце, наполненное черными струпьями. — Похоже на тарелку.

— Я тебе больше скажу, мы в столовой. — А как еще можно было назвать большое помещение с зоной раздачи из окна, кучей небольших квадратных столов и горой металлических мисок? Кухонное оборудование уцелело, выглядит вполне узнаваемым для меня. Например, в этих гигантских кастрюлях легко было представить первое, второе и компот, накладываемые из поварешек. — Можем набрать посуду, будем есть из тарелок…

— Фу, они же грязные! — Фея всем своим видом показывала, что не нанималась в посудомойки. — И противные! Посуда должна быть из фарфора!

— Ничего себе ты эстет, — усмехнулся я. — В некоторых ситуациях она должна быть прочной, дешевой и многоразовой. В больницах такое часто встретишь…

Внезапная догадка промелькнула в голове ярчайшей вспышкой молнии.

— Или в лагере беженцев. Слушай, а очень похоже!

— Лагерь беженцев? Что это? — Фея непонимающе наклонила голову к плечу.

— Когда нужно эвакуировать большое число людей, лишившихся домов. Обычно они бегут от войны или природных катастроф. Сначала их селят во всяких отелях, санаториях, в квартирах неравнодушных людей, а потом переправляют в такие специально построенные городки. — Я все больше убеждался в своей правоте. Аскетичная обстановка, набитый оружием полицейский участок и большая больница должны были полностью покрывать нужды временного поселения. А кормили их здесь — или разносили еду по «квартирам».

— Интересно. У нас все как-то проще, если деревню вырезали монстры, проблемы выживших это проблемы выживших. В лучшем случае выживай как хочешь. Или продавайся в холопы.

— Продавайся в холопы? — переспросил я.

— Ну, у нас это практически аналог рабства. Только помягче и поцивилизованнее.

— Соцподдержка просто на высочайшем уровне, — с сарказмом ответил я, прежде чем до меня дошло. — А откуда ты это знаешь? Ты ведь родилась всего несколько дней назад.

— Понятия не имею. Просто знаю. — Фея всерьез задумалась, уменьшившись и не забыв усесться мне на плечо, чтобы не отвлекаться на ходьбу. — Когда ты убил ту жабу, у меня в голове словно что-то щелкнуло. Я стала чувствовать себя сильнее, увереннее… и знать больше! Я только сейчас это поняла! Как приятно!

Пришлось вызвать интерфейс и коситься на радующуюся Уну, чтобы убедиться. Система вывела над ее головой табличку.

Уна. Фамильяр Александра Морозова. Уровень 8

Офигеть! Вот кому ушел весь опыт за убийство лякуша! Нет, я, в принципе, не возражал, но было немного обидно. Всю работу сделал я, а лавры получила она. Пришлось срочно выписывать себе мысленный подзатыльник. Дурак! Чем сильнее твой фамильяр, тем лучше тебе самому!

— Ничего полезного и интересного, — со вздохом констатировал я, когда мы обошли все помещения. Надписи на металлических табличках выглядели как клинопись.

— Есть хочется, — пожаловалась фея. Получив припрятанный в инвентарь кусок мяса, она быстро поцеловала меня в щеку и принялась неторопливо отщипывать волокна. — Куда дальше?

— В больницу не вижу смысла, все равно мы не разбираемся в медикаментах. Пошли в магазин.

Чем-то «сельпо» напоминало магазин на заправке, только было больше. На полках всюду были яркие пластиковые упаковки с непонятными надписями. Ни изображений содержимого, ни счастливых людей, поедающих хлопья, ни улыбающихся младенцев.

Удача наконец улыбнулась нам в хозяйственном отделе. Как ни странно, инструмент не сильно-то и проржавел. Думаю, наточить его можно было без проблем. Я выбрал себе несколько ножей и топоров с пластиковыми рукоятками, взял комплект походной посуды, небольшой котелок и туристический рюкзак. Кстати, последний должен был превратить в прах, но, судя по всему, его ткань была непростой. Все добро переместилось в инвентарь. Такая удобная вещь, и как я только жил без него раньше?

— Не узнаю ни одного бренда. — Я провел пальцами по явному логотипу из перекрещенных молний. — Хотя есть и схожие с теми, что были у нас.

— Ничего не поняла. — Уна вернулась из отдела с одеждой и махнула рукой. — Одни обрывки. Куда теперь полетим?

— Остался участок. — Пальцы неосознанно прошлись по рукояти заткнутого за ремень пистолета. Холод оружейной стали успокаивал и внушал оптимизм.

— Нет! Фу! — Уна капризно надула губки. — Ты помнишь, как там воняет? Не полечу!

— Нам нужно оружие, чем больше, тем лучше. — В голове уже вовсю строились планы по вооружению дружины калашами. Как я понял, в этом мире сражались исключительно на мечах и луках. Немного технического прогресса и пылких речей — и я окажусь на троне в лучших традициях африканского континента. — А ты мой фамильяр, везде должна следовать за мной.

— Да, хозяин. — Фея показала удивленному мне язык. — Но это не значит, что я не могу канючить!

Уна честно держала слово до самого участка. Лишь ощутив идущий от лякуша смрад, она поспешила прикрыть нос ладонью и замолчала. Признаться, мне самому нравилось здесь ничуть не меньше, но что поделать, дело есть дело.

Стараясь дышать через раз, мы быстро миновали тушу и поспешили скрыться в коридоре. Повезло, что тогда я закрыл за собой дверь, и в коридор запах уже не проникал. Счастливо выдохнув, мы принялись за дело, тщательно обыскивая каждый шкаф. Трофеи радовали, я забил инвентарь практически под завязку: полторы дюжины пистолетов, три дробовика, полицейские щиты и каски, демократизаторы. К сожалению, от бронежилетов остались только пластины, зато удалось найти несколько металлических ящиков с патронами как для пистолетов, так и для дробовиков.

Больше всего проблем доставил сейф — или скорее оружейный шкаф. Ключей мы нигде не нашли, пришлось прожигать его заклинанием. Провозившись больше часа и промокнув насквозь, я таки смог пробить дыру и узнать, что хозяева держали там бутылки с алкоголем и светошумовые гранаты. Прозрачная жидкость системой не определялась, но идущий от нее мощный спиртовой дух почти не оставлял сомнений.

— Все, перерыв, сейчас быка сожру. — Остатки вчерашнего пира ухнули в желудок и там исчезли, практически не оказав никакого эффекта. — Что-то не торопятся нас спасать.

— Всему свое время, — философски заметила фея. Уна устроилась на вершине металлического стеллажа и беззаботно болтала оголенными ножками. — Значит, мы еще не закончили дела здесь?

— Да вроде взяли все, что могли. — На всякий случай я еще раз осмотрел пустые стеллажи. — Ничего полезного.

— Мы еще не посмотрели комнату за туалетом, — напомнила девушка.

— Какую комнату? — непонимающе спросил я. — В том коридоре только толчки.

— Какой ты невнимательный, — со вздохом фея слетела со своего насеста и повела меня по коридору. — Вот!

Я непонимающе уставился на серую стену. Хотел было уже спросить у нее, в чем здесь розыгрыш, как взгляд зацепился за еле заметную щель толщиной с волос, обозначающую дверной проем. Потайной ход! Битый час ушел на способы ее открыть, система упорно молчала. Лезвие ножа не входило, да и вряд ли могло бы чем-то помочь, облапывание всех стен вокруг тоже не помогло. Никаких сканеров или датчиков, рычагов и кнопок, ничего! Система продолжала молчать как партизан.

Я почти сдался, в который раз просматривая инвентарь в поисках хоть чего-то полезного, пока не наткнулся на эксфон. Кусок прозрачного пластика удобно лег в ладонь. И словно повинуясь какому-то шестому чувству, я приложил его к стене. Сердце пропустило удар, когда тот внезапно засветился.

За стеной что-то щелкнуло, и каменная плита беззвучно ушла назад и откатилась в сторону, открывая проход. Засветившиеся мертвенным бледным светом настенные светильники выхватили ведущие вниз идеально ровные каменные ступени.

— Вот мы и нашли то, из-за чего мы здесь оказались. — Подпрыгивающая Уна встала на лестницу и потянула меня за собой. — Идем скорее!

— Ты о чем вообще? — подозрительно посмотрел я на нее. — Ты что-то знаешь?

— Просто чувствую, — призналась она, — пошли уже!

— Сейчас. — Достав пистолет, я передернул затвор, досылая патрон в патронник, и бесстрашно последовал за своим фамильяром.

Ну, почти бесстрашно. Спуск получился довольно долгим и скучным, к концу у меня начали побаливать ноги. Разочаровывающее зрелище стало прекрасным финалом сей бесполезной авантюры. Ступени обрывались у бездонной пропасти с отвесными стенами. Пущенный в нее огненный шар потух где-то в глубине.

— Наверное, произошло землетрясение… или еще какая-то катастрофа. — Уна зябко поежилась, обнимая плечи. — А я-то думала…

— Ничего не поделаешь. — Я сел прямо на краю обрыва, всматриваясь в бесконечную тьму. Зрелище бодрило только так. Все проблемы становились незначительными перед лицом самой вечности.

— Ой, а что это там? — Девушка указала пальцем куда-то в сторону. Присмотревшись, я увидел несколько ступеней и небольшую дверь.

— Какой-то странный разлом выходит. Словно кто-то гигантским скальпелем отделил бункер от лагеря… — Мысленно прикинув, я задумчиво добавил: — Вообще, мы находимся примерно у границы. И, кажется, на ней не было деревьев.

— Точно! Небольшая такая просека посреди леса. Хочешь сказать, лагерь что-то отделило от остального мира?

— Очень на это похоже. В любом случае нужно думать о другом — как туда попасть. — Оценивающий взгляд на фею принес неутешительный результат, она была слишком изящна, хрупка и тонка, чтобы выдержать мой вес. — Ты ведь не сможешь перенести меня?

— Еще чего! — возмутилась фея. И прежде чем я распрощался с этой идеей, она неосторожно для себя добавила. — Вес не проблема, я просто не буду! Это не женская работа!

— То есть как ездить у меня на шее, так ты первая, а как послужить хозяину своим телом, так в кусты?! — искренне возмутился я. — Ну-ка, наклонись!

— Не дамся! — взвизгнула Уна, отлетая подальше в пропасть. — Телом служить хоть сейчас готова, а грузы пускай тебе мулы таскают!

— Ну-ка, иди сюда! — Потянувшись к своенравной фее, я на мгновение забыл, что сижу на краю пропасти. Сердце не ушло в пятки, как гласила народная мудрость, а улетело куда-то за ребра. Несколько секунд насыщенного полета и резкий рывок за плечи подарили мне больше эмоций, чем нападение лякуша.

— Совсем сдурел! — Уна сердито стрекотала крыльями, поднимая меня к двери. — Я же просто хотела, чтобы ты меня поуговаривал! Зачем сразу прыгать!

— В следующий раз зато не будешь ломаться, — с превосходством усмехнулся я. Честно говоря, даже испугаться толком не успел. Главное, чтобы щеки были не слишком бледными, а то догадается еще, что я не специально…

Вход в бункер оказался небольшим, всего-то дверь высотой и шириной в пару метров. Поднесенный к панели эксфон не подвел, несколько секунд размышлений открыли нам проход.

Не знаю, чего я ожидал, наверное, какой-нибудь крутой арсенал или хранилище с убер-артефактом… Реальность, как обычно, решила не оправдывать ожиданий. После прохождения небольшого гермоотсека мы попали в бункер состоящий из трех помещений — технического, где располагался генератор, склада с бесчисленным числом ящиков и жилой комнаты. Нары на шесть человек, несколько столов, плакаты и карты на стенах. Больше всего меня удивили табуретки, точнее их остатки.

Все вокруг было очень старым и пыльным. В отличие от лагеря беженцев, органика никуда не исчезла. Все металлические детали покрылись толстым слоем ржавчины, бумага и ткани рассыпались от малейшего прикосновения. В бункере не было абсолютно ничего полезного.

— Странное какое-то провидение, один бесполезный хлам. Что мы здесь забыли?

Уна только пожала плечами, виновато опустив голову. Меня кольнула вина, фея не виновата, что мы здесь ничего не нашли. Она с готовностью прижалась к моей груди, когда я подарил ей утешительные объятия, глядя по волосам. Ее запах успокаивал, позволял не думать о грядущем подъеме наверх…

В этот раз интересную вещь увидел я. Решетка вентиляции едва заметно светилась золотым, и по ней бежали золотые искры! Система обозначила ее как точку интереса.

— Уна, можешь туда залезть? Кажется, это тайник.

Фея, на удивление, не стала спорить. Уменьшившись, она отжала металл в стороны и скользнула внутрь. Она отсутствовала минут десять, и я уже места себе не находил, как стена сбоку с душераздирающим скрежетом ушла в сторону, открывая очередную потайную комнату.

— Механизм сломался, пришлось самой толкать. — Уна с довольной улыбкой стерла со лба выступивший пот. — Здесь есть что-то интересное!

Потайная комната оказалась арсеналом. Оружия здесь было гораздо больше, чем в полицейском участке, но оно почему-то, в отличие от того, было все покрыто ржавчиной — похоже, полностью пришло в негодность. Опять же, почему это, произошло совершенно непонятно! Но тут мне бросился в глаза новехонький оружейный кейс. При прикосновении к нему меня словно ударило током. Так же, как и в полицейском участке. Открыв замок, я с удовлетворением и благоговением уставился на штурмовую винтовку эпической редкости. И кто-то очень хороший положил несколько коробок с патронами!

— Интересно, как она уцелела среди всего этого? — подошла ко мне Уна.

— Какое-то сохраняющее заклинание, наверное, висело. — Переместив находку в инвентарь, я радостно улыбнулся, в первую очередь постаравшись ободрить самого себя. — Айда обратно! Мяса пожарим, закатом полюбуемся.

Кто ж знал, что судьба распорядится иначе, и никаких шашлыков нам не светило.

Глава 12. Нижний Новгород

— Господин Морозов! Барин! Родненький! — От медвежьих объятий Велемира у меня трещали ребра. Воевода словно пытался довершить то, чего не смог лякуш. — Нашелся! Слава богам!

— И я… рад… вас… видеть… — искренне прохрипел я. Наконец оказавшись на земле, я шумно выдохнул и криво улыбнулся. — Все целы?

— Федьку и Козьму того… пустоши забрали, — на миг помрачнел Велемир, а затем расцвел ослепительной улыбкой. — Главное, что вы уцелели! И какого зверя убили!

— У вас есть еда? — нетерпеливо спросила Уна. Получив от улыбающегося дружинника свежую лепешку с вяленым мясом, она откусила сразу половину, следующий вопрос задав с набитым ртом: — Как вы нас нашли?

— Это все Светлана постаралась! Да не робей ты, выходи, сама скакала впереди нас, а теперь прячешься…

И как я мог не увидеть среди дружинников свою старосту? Признаться, Свете очень шел ее новый наряд. Облегающий черный корсет, кожаные штаны и высокие сапоги. Светлые волосы она заплела в длинную косу, достающую до упругих ягодиц.

— Ничего такого… Я применила заклинание поиска… — Девушка густо покраснела, избегая смотреть мне в глаза. — Вы не подумайте, господин, я ничего у вас не брала. Просто… часть вас осталась со мной… по ней и наложила заклинание.

Блин, я не видел своих щек, но был готов поклясться, что они пылают. Масла в огонь подливала хихикающая Уна и прячущие улыбку дружинники.

— Спасибо, кто знает, смогли бы мы выбраться без тебя, — искренне поблагодарил я начинающую магессу. — Но вот вопрос, кто за старосту остался?

— Ой, не переживайте, — улыбнулась девушка, — у меня помощник появился. Семен Игнатьич… я ему все объяснила, а после того как мой отец… — она замялась, — в общем, лишился его доверия, он согласился подменить меня… Вы не переживайте, господин, я все ему показала и объяснила.

— Ну и хорошо, — хмыкнул я. — Дайте мне тоже поесть и расскажите, что происходило, пока нас не было.

Рассказ я слушал вполуха, слишком уж хорош оказался импровизированный бутерброд. Да и повесть вышла так себе. Дружинники, поняв, что барин уехал, организовано разбежались, сошлись снова через пару километров и поубивали самых упорных преследователей. Долго, муторно, но, оказалось, справиться с этими самыми лякушами можно. Оказывается, это была давно известная тактика. К тому же их предводитель, тот самый, который устремился за нами в погоню, исчез, а без него они напоминали стадо тупых животных или, точнее сказать, земноводных.

Выждав меня какое-то время в точке сбора, Велемир повел всех назад. И если бы не Светлана искали бы меня еще долго, забрался я далеко и родовая связь на таком расстоянии работала слава. Бросать поиски конечно никто не собирался, но идея бродить по Пустошам энтузиазма ни у кого не вызывала. Оно, в принципе, понятно: личную преданность одним концертом не вызвать, но все равно было не очень приятно. Лучше не спешить раздавать им оружие, нужен кто-то понадежнее. Хотя Велемир явно выглядел смущенным. Но я не стал винить его за то, что он бросил господина. К тому же тот, отведя меня в сторону, признался в своей ошибке и заверил, что такого больше не повторится. Что ж, будем надеяться.

— Хорошо, если я правильно понял, где мы. — Я посмотрел на поспешно поданную Велемиром карту и прикинул расстояние, благо по географии у меня всегда была железная пятерка. — К закату выйдем на тракт и заночуем на этой поляне, к полудню будем в Нижнем Новгороде.

— Барин, как же так? Разве мы не возвращаемся в Неряхино?

— А разве я уже побывал в городе и сделал все дела? — с иронией поинтересовался я, приподняв бровь. Велемир запнулся и не нашелся, что ответить. — Располагайтесь в домах. Если вынесете вон оттуда останки лякуша и выветрите запах, получится отличная крепость.

— Дык это, а зачем? Твари просто так в руины Древних не заходят. — Велемир осекся под моим красноречивым взглядом. — Ну, если их не приманивать, как вы сделали.

— Положусь на ваш опыт. Дайте мне тогда несколько шкур и одеяло, мы с Уной расположимся вон там. — Я посмотрел на смущенную Светлану и незаметно подмигнул, одними губами произнеся: — Присоединяйся.

Девушка пришла, когда солнце скрылось за горизонтом и лагерь беженцев объяла непроглядная тьма. Зардевшаяся Света пыталась что-то говорить, но я сноровисто запечатал ее уста поцелуем и обнял обмякшее тело. Уна прижалась к ней сзади, залазя под одежду и лаская упругие груди. Фее хотелось попробовать, каково это — любить другую девушку, и я не стал возражать, наблюдая со стороны за их жарким слиянием. Когда цветущие нимфы без сил откинулись на шкуры, я немного полюбовался их прекрасными телами, блестящими от выступившего пота, и неслышно опустился рядом, прижимая к себе сразу обеих. В конце концов, ночь только начиналась…

Утром Света не пыталась строить из себя недотрогу. Наоборот, она смотрела на дружинников с видом победительницы, вцепившись в мою руку стальной хваткой. Кажется, у старосты Неряхино были на меня определенные планы, жаль, меня в них не посвятили… Нужно будет не забыть поговорить с ней, когда вернемся в деревню. Спешить смысла не было, только поездку испорчу.

Удивительно, но дорога до Нижнего Новгорода прошла без приключений. Мы словно не по опасным пустошам ехали, а по заброшенной сельской местности. Ближе к городу нам даже стали попадаться другие путешественники, в основном крестьяне на телегах, передвигающиеся большими группами. Каждый день они преодолевали опасный путь, чтобы снабжать Нижний Новгород пропитанием. По идее, Бутурлины должны были следить за безопасностью дорог, но, как я успел расслышать, на дальних окраинах «кузнечики» задрали целый караван.

Сам город производил приятное впечатление. Высокая каменная стена с многочисленными бойницами. Ее окружал глубокий ров, всюду были понатыканы рогатки. К закрытым на одну створку воротам вел узкий подъемный мост, на котором едва могли разъехаться две телеги, что неизбежно приводило к заторам и постоянной ругани.

— Я вроде читал в газете, что стену повредили, — заметил я, внимательно наблюдая, как виртуозно ругаются два богато одетых бородатых мужика с телегами. Купцы, наверное.

— Дык это с другой стороны. Твари же не глупые — к главному входу переть. Здесь всегда кто-то из Бутурлиных дежурит, охраняет, — с важным видом ответил возница, за которым наш отряд встал в очередь. Крепкий мужик не оборачивался и, по-видимому, принял меня за юного крестьянина. — Не ссы в штаны, пацан, здесь безопасно.

— И стена вон какая высокая, — с восхищением поддакнул я, пропустив мимо ушей такое вольное обращение. — Никто не заберется!

— То еще при прежних хозяевах, Морозовых, возвели. Бутурлины только поддерживают ее, да и то как попало. Почти седмица прошла, а дыру до сих пор не залатали. — Он с горечью махнул рукавом и приложился к обмотанной веревкой бутыли. — А вы откуда будете?

Мужчина обернулся и оробел, увидев группу вооруженных всадников под предводительством дворянина в окружении двух прекрасных девиц, то бишь меня.

— Не местные мы, — подмигнул я заметно расслабившемуся крестьянину. Похоже поначалу он принял нас за дружинников Бутурлиных, а те, думаю, вполне за подобные речи могли глаз на очко натянуть. — Спасибо за рассказ.

— Дык это, всегда пожалуйста, барин. — Он неуклюже поклонился и взялся за поводья, очередь немного сдвинулась вперед, и мы ступили на мост. — А чего к нам пожаловали?

— Туризм, культурное просвещение, все такое… — Заметив непонимание в глазах собеседника, я упростил свою речь: — На базар хочу сходить и в кабак.

— О, это всегда правильно! Матушка моя всегда говорила, торговля двигатель прогресса! Хотя, что такое двигатель и прогресс, мне неизвестно. Но слова красивые! Вы ежели пиво любите, рекомендую «Хромого тролля»! Там хозяин сам варит, лучший эль на весь наш феод!

— Обязательно, спасибо за наводку. — Я хотел продолжить расспросы, как нас самым грубым образом прервали.

— Посторонись, шантрапа! — Из-за спин моих воинов показался всадник, какой-то безусый шкет в мантии изумрудного цвета. Длинные волосы, тонкие черты надменного лица. Все это с трудом вязалось с его явно излишней полнотой. От его высокомерного презрительного взгляда у меня сразу заскрипели зубы. — Пропустите князя!

Любезно подсвеченная системой надпись оглушила меня.

Всеслав Бутурлин

Княжич

Уровень 19

— Куда прешь мимо очереди? — я направил лошадь поперек, окончательно перегораживая дорогу. — Возвращайся в хвост!

Кровь привычно вскипела от одного упоминания имени Бутурлиных. Этот хрен наверняка не был повинен в том, что у меня отняли Нижний Новгород, но мне было наплевать. Всех их ожидает расправа… При первой же возможности.

— Ты совсем охамел, смерд?! — Лицо Всеслава перекосило, словно я заставил его сожрать мешок лимонов. — Я тебя сейчас высеку!

Она и впрямь потянулся к нагайке, — по-видимому, не привык получать отпор. Ну что ж, держись!

— Тронешь меня и лишишься головы, — с насмешкой сказал я остолбеневшему юнцу и развел руки пошире — мол, на, бей, я не сопротивляюсь.

— Ты еще кто такой… — Голос моего противника дал петуха, чем окончательно отдал его в мою власть.

— Вообще не важно, кто я такой. Окажись на моем месте грязный крестьянин, ты бы прошел через него и не заметил. А зачем? Его труд кормит тебя, наполняет карманы рублями, а ты ведешь себя как последняя мразь. Не стыдно?

— Что ты такое несешь… Я княжич! Он, шантрапа такая, даже рядом не стоял!

— Плевать мне, кто ты! — Больше ярости в голос.

Я не видел его характеристик, но догадывался, что харизма и устрашение у меня куда выше его. На руку сыграл тот факт, что он понятия не имел, с кем говорит. Наверняка принял за дворянина из другого феода.

— Сначала начни из себя что-то представлять, а потом прикрывайся именем рода! Живо пошел в конец очереди! Иначе я тебя самого так выпорю, мать родная не узнает!

Всеслав колебался. Я уже начал прикидывать, что придется застрелить его лошадь, как молодой Бутурлин сплюнул себе под ноги и развернулся с гордо поднятой головой. Другие стоявшие в очереди крестьяне и простолюдины усиленно делали вид, что ничего не произошло. но их явно одобрительные взгляды, которые они бросали мельком, меня радовали.

Навык «Устрашение» повышен на 1, текущее значение 3

— Господин, а поезжайте-ка вперед. Мы-то стоять привычные, а вы спешите, поди, — с хитрецой предложил собеседник.

— Спасибо, Александр, — быстро прочитал я его имя в интерфейсе, чем вверг крестьянина четырнадцатого уровня в глубокий шок. — С удовольствием воспользуемся твоим предложением.

Стража на воротах была поставлена из рук вон плохо. Хватило всего ста рублей, чтобы наш отряд не проверяли. Мы представились как бродячие наемники в поисках работы. С учетом обилия тварей в пустошах и постоянно идущих феодальных войн профессия была весьма востребованной, и никого не удивила толпа вооруженных мужиков под предводительством мага, на которого я пытался смахивать.

Е-мое… И это мой город? Нижний Новгород этого мира оказался совершенно не похожим на современный Нижний из моего. Я был пару раз в нем, помню, в свое время любил брать экскурсии по не особо далеким городам как Золотого кольца, так и подальше и поэтому мог сравнивать. И, признаюсь, здешний Нижний мне не понравился от слова совсем. Не знаю, как было до захвата его Бутурлиными, но сейчас он мне показался вонючей клоакой. Дерьмо текло прямо по улицам! По крайней мере на окраинах города.

— Княжич, можно вас попросить? — несмело начал Велемир. — Постарайтесь не вступать ни с кем в схватки. Я верю, что, выучившись в академии, вы вернете свое по праву, но пока что… силы не на вашей стороне.

— Я прекрасно это понимаю, не переживай. — Я хлопнул воеводу по плечу и ободряюще улыбнулся. Приятно было видеть, как разглаживалось его лицо. Вот что харизма животворящая делает! — Давай поищем гостиницу поприличнее.

— А чего ее искать! Наверняка «Веселый гном» никуда не делся. Там точно безопасно.

— Тогда веди. — По дороге я крутил головой, как обыкновенный турист, все больше погружаясь в отчаяние. И вот по этой дыре тосковал Сергей Игнатьич? Да тут каменных домов по пальцам можно пересчитать! Причем не задействуя ноги!

Ближе к центру стало немного поприличнее, но бегущее по канавам в реку дерьмо никуда не делось. Солнце припекало вовсю, и тяжелый душный запах заполнил собой все вокруг. Давно мне так не хотелось ощутить свежий ветерок! Впрочем, когда он подул, стало еще хуже — от реки несло не меньше. Решено! Завоюю город, первым делом заставлю выживших Бутурлинов и их выживших слуг копать канализацию голыми руками. А пока они занимаются трудотерапией, найму гномов сделать нормальную в пятнадцать раз быстрее. Или кто здесь за технологический прогресс отвечает?

Наверное, я был слишком строг, в конце концов, мы ведь не в моем мире… Уна со Светой и не замечали отвратных запахов, не переставая издавать восхищенные вздохи при виде богатого сарафана в витрине или деревянных идолов. Попадались красивые дома с прекрасным резным орнаментом и удачно подобранными красками. Вывески на старорусском смотрелись очень аутентично, как и одежда горожан и гостей столицы. Я словно попал в парк развлечений в славянском стиле!

Скоро запах перестал мне досаждать: то ли Уна со Светой применили какую-то магию, то ли я просто принюхался. Гостиница «Веселый гном» мне понравилась. Сложенное из мрамора трехэтажное здание со стрельчатыми окнами смотрелось весьма внушительно, легко можно было представить, как в узком проходе на тебя падает железная решетка и пробивает голову насквозь.

— Это больше похоже на крепость, чем на гостиницу. — заметил я.

— А чего вы хотели от гнома, барин? — Велемир передал поводья мальчишке-конюху вместе с серебряной монеткой. — Этому народу дай волю, все стенами обнесут!

Гном? Офигеть! Дайте двух! И эльфиек побольше!

За стойкой нас и впрямь встречал гном. Он оказался не таким уж и низким, примерно мне по грудь, зато очень широким. Могучие руки по толщине могли поспорить со стволом небольшого дерева, а мускулам позавидовал бы сам Шварценеггер в молодости. Густая рыжая борода опустилась ниже пуза и была завязана в многочисленные косички. Синяя краска на лице, полушлем с мощными бычьими рогами и покрасневший нос делали его похожим на сказочного персонажа, а не реальное существо.

— Добро пожаловать. Меня зовут Олаф Рыжий. Чем могу помочь? — С удивительной для толстых грубых пальцев сноровкой он взялся за перо и обмакнул его в чернильницу.

— Нам нужны номера и питание. — Я вышел вперед, облокотившись на стойку.

— Разумеется. Один на всех? Как раз свободен общий… — Судя по взгляду и скучающему тону, гном не воспринимал нас всерьез.

— А что, все отдельные разве заняты? Не сказал бы, что здесь много народа…

Мое замечание задело Олафа, сонливость слетела с гнома быстрее трусиков с услужливой служанки.

— Я могу предоставить по номеру вам и каждому вашему человеку. — Гном недобро усмехнулся в бороду. — Только это будет много стоить. Разумно ли транжирить отцовские деньги?

— У меня нет отца, это мои деньги. — Под моим ледяным взглядом Олаф слегка стушевался.

— Барин, мы привыкли спать в конюшне. Одного номера на всех будет более чем достаточно, — осторожно предложил Велемир.

— Раз мои люди не хотят разлучаться, сдай нам общую комнату. — Прежде, чем гном победно усмехнулся, я продолжил: — Мне же нужен отдельный номер. С лучшим видом и постелями.

— У нас свободен царский люкс, но…

Я картинно закатил глаза и равнодушно положил на стойку сотенную купюру.

— Поторопись. — Хрен его знает, сколько на самом деле стоит этот люкс. Деньга исчезла быстрее, чем водка из стакана законченного алкаша.

— Сию же секунду. — Он степенно снял с пояса два ключа, железный и позолоченный. — Вот ключи. Фроська вас проводит. Завтрак у нас с восьми до двенадцати, обеды и ужины подаем только в номера за отдельную плату.

Фроськой оказалась миниатюрная рыжая гномка с двумя короткими косичками. Она носила короткую тунику и облегающую юбку. Ее задница приятно колыхалась при движении, наводя на определенные мысли, которые я старательно гнал… Оприходовать дочку хозяина явно не лучшая идея, по крайней мере пока мы в городе. К тому же он мой будущий поданный… Зачем обижать его из-за одного очка харизмы? Вот если бы их давали хотя бы пяток…

Номер на третьем этаже мне понравился. Окна выходили прямо на реку, обязательно воспользуюсь небольшим балкончиком с круглым столиком и садовыми креслами. Буду любоваться рассветом или закатом, пока меня ублажает одна из девчонок. Им, кстати, комната тоже понравилась. Уна заскочила на кровать и начала неистово прыгать, благо высота потолков позволяла ей свободно летать. Света сначала стеснялась, но, как только я лично водрузил ее на пружинистый матрас, она с радостью присоединилась к моему фамильяру. Очень подмывало сказать им, чтобы сбросили с себя одежду. Никогда не надоест любоваться их идеальными гибкими телами, которые к тому же неплохо загорели на летнем солнышке… Всегда любил смугленьких. Так, стоп, баста. Делу время, потехе час, успеем еще покувыркаться.

— Девочки, айда по магазинам! — волшебные для любой женщины слова сработали похлеще неодимового магнита. Всего через секунду они уже схватили меня за руки и потащили к выходу из комнаты.

Глава 13. Рыцарь или не рыцарь?

— Точно! Нам всем нужна новая одежда! Ваша, барин, поистрепалась… Ой, простите. — Нужно что-то делать с тем, что Света постоянно краснела и запиналась, вспоминая о разделяющей нас классовой пропасти. — Я не хотела вам дерзить.

— Все в порядке. Ты всегда можешь говорить мне, что думаешь. — Я быстро поцеловал ее прямо в коридоре. — Можешь считать это личной привилегией.

— И трактир надо найти получше! А то завтрак кончился уже, а я есть хочу! — внесла свою лепту в планы на день Уна.

— Отлично. Еда, одежда, артефакты. Новгород, жди нас! — рассмеялся я.

Пришлось выдержать настоящее сражение с перехватившим нас Велемиром. Воевода категорически не хотел отпускать меня без сопровождения. Пришлось терпеливо повторять ему, что на вражеской территории лучше не привлекать к себе лишнего внимания, чем шариться у всех на виду вооруженным отрядом.

Велемир скрепя сердце согласился, но попросил Уну спрятать крылья, мол, феи крайне редкие гости в русских землях. Она для порядка немного поворчала, но послушно заставила их исчезнуть. Еще Уна немного сгладила черты лица и округлила уши, окончательно став похожей на обычную, пусть и симпатичную девушку. Эх, надеюсь, это ненадолго, а то всего пара минут, а уже скучаю по ее неземной красоте.

Мы начали шоппинг с самого главного — обеда. Крестьяне вкушали грубые каши в дешевых харчевнях, горожане посолиднее предпочитали пельменные и столовые, для состоятельных клиентов вроде меня к услугам были многочисленные рестораны. Стоило метрдотелю увидеть в своем кармане червонец, как все его пренебрежение моей одеждой испарилось без следа. Нас усадили за лучший стол с видом на пустующую сцену. Фирменным блюдом оказалась запеченная в молоке щука с запотевшим графином водки. Когда от рыбки не осталось даже костей (Уна реально была голодна), нам принесли прекрасный песочный пирог с дикими ягодами. В общем, из ресторана я выходил слегка покачиваясь и в очень хорошем настроении. Я точно не жалел о потраченных деньгах, что всегда являлось лучшей оценкой заведения.

— Теперь по магазинам! — Я обнял девчонок, и мы, смеясь и перешучиваясь, отправились на шоппинг.

Официант с готовностью поведал, где находятся интересующие нас лавки, и они тут же отметились в системе. Нужно было только установить маркер и следовать по видимой только мне линии на земле. Жаль, что карта заработала только в городе, в пустошах она бы мне очень пригодилась.

Первой точкой в маршруте стала артефактная лавка. За стойкой нас встретил немолодой темный эльф, который, в отличие от многих, не стал судить нас по одежде. Система не смогла определить его имени и уровня, выдав только класс мага, — видимо, он значительно превосходил меня в силе. Кстати, сам эльф напомнил мне смазливого мулата. Этакий Уилл Смит с остроконечными ушами.

— Чем могу помочь, господин и прекрасные леди? — Казалось, от его цепкого взгляда ничего не могло укрыться. — Я чувствую в девушке начинающую магессу. Вы же, юноша, очень похожи на мага… Только какого-то странно. Никогда не видел таких аур.

— Да вот, пришли посмотреть на чудеса, которые может предложить большой город. — Блин, как я сейчас душой покривил! В моем мире этот Нижний Новгород мог претендовать максимум на статус райцентра. — Сами мы из деревни…

— Ни слова больше. У меня вы найдете прекрасные артефакты давно ушедшей эпохи.

Пока эльф рылся под витриной, я с тоской осматривал ее содержимое. Некоторые вещи были вполне узнаваемы: плеер, металлический трос, маникюрные ножницы и прочий хлам. Неужели под артефактами подразумевались не крутые магические штуки, а археологические находки? С гордостью продемонстрированный продавцом товар окончательно меня убедил. Он с самым серьезным видом протянул мне обернутую пленкой купюру.

— Не, у меня этого добра и так навалом. — Заметив вспыхнувший в черных глазах огонек, я как можно медленнее и с равнодушным лицом достал из инвентаря находки из лагеря беженцев. — Вот.

— Боги всемогущие! — У эльфа натурально затряслись руки. — Какое прекрасное состояние! Где вы их нашли?

— Там, где нашел, уже нет. Хотите приобрести?

Зря я это сказал, в эльфе, представившемся Весемииром, проснулся настоящий зверь. Его навык торговли явно превосходил мои жалкие четыре балла, поэтому мне приходилось вяло отбиваться, используя харизму и опыт поездок на турецкие рынки. В итоге я обменял пачку денег ушедшей цивилизации на десять тысяч рублей и не имел ни малейшего понятия, насколько меня облапошил ушлый эльф. Ну ничего, у меня таких пачек в инвентаре еще семь.

Навык «Торговля» повышен на 3, текущее значение 7

О, а это я удачно зашел!

— Вас больше ничего не интересует из артефактов предтеч? — Я специально дождался, пока он спрячет покупку под зачарованным пергаментом и немного успокоится, а то еще, чего доброго, сердечный приступ хватит.

— А что у вас еще есть? — Ей богу, Весемиир смотрел на меня так, будто перед ним сошел его ушастый бог.

Немного подумав, я выложил перед эльфом трофейную посуду, один из эксфонов, несколько уцелевших упаковок продуктов из магазина и пистолет.

— Вижу, вам очень повезло наткнуться на поселение, где недавно исчез купол. Боюсь, у меня нет столько денег, — с непритворным сожалением заявил эльф. — Если вы согласитесь обождать седмицу, я достану всю сумму. Заплачу честно.

— К сожалению, у меня нет столько времени. Согласен рассмотреть обмен.

— Разумеется! Что вас интересует из артефактов уцелевшей цивилизации?

— Оружие и патроны, — твердо ответил я. — А еще информация.

— Как я понимаю, обычные пистолеты вас не заинтересуют, а пары гранат не хватит, чтобы компенсировать разницу в цене. Тогда позвольте показать вам жемчужину моей коллекции. — Эльф скрылся за незаметной дверью в подсобке.

Ждать пришлось долго. Я уже начал было подумывать, что он собирает братву, чтобы просто ограбить меня. Он не был классическим дроу, но темный эльф — он и в Африке темный эльф. Репутация в играх у них все равно была неважной.

— Простите за ожидание, снятие магических замков занимает время. — Он с осторожность водрузил на стойку оружейный кейс немного короче и выше чем тот, что я нашел. — Позвольте представить! Древние называли это оружие дробовиком.

Укороченный хищный ствол производил приятное впечатление. Это не те примитивные дробовики, которые я нашел в полицейском участке. Модель не была мне знакома, но, судя по магазину, мне предлагали штурмовой скорострельный экземпляр. Система подтвердила мою догадку, присвоив оружию эпический класс редкости.

Дробовик 34RR

Класс эпический

Не имеет отката

Условие использования

Оружие предтеч, уровень 1

— Великолепно! Сколько к нему патронов?

— Мы не знаем, какие точно патроны предназначались для этой модели. Все вещи Древних ведь не работают, сами понимаете. — Вовремя он это сказал. Новая информация перевернула мое представление о мире с ног на голову. — Скорее всего, вот эти небольшие шарики…

Эх, спасибо тому, кто изобрел систему! Одну кучку из выложенных эльфом патронов она соединила с оружием.

— Вы не правы, подойдут эти. — Я указал на красные цилиндрики. — Беру все.

— Интересно. В ваших словах не чувствуется лжи… Не могли бы вы поведать, откуда вам известна эта информация?

— Мастер не раскрывает секретов. — Мы немного померились взглядами, после чего эльф неохотно уступил.

Обчистил я его как липку. Произошел обмен, и я стал богаче на двадцать пять тысяч рублей и дробовик. Если верить Сергей Игнатьичу, мне этих денег на много лет хватит. А ведь это еще далеко не все, что я показал этому темноэльфийскому коллекционеру!

Навык «Торговля» повышен на 6, текущее значение 13

На сдачу он немного рассказал мне про руины. Как оказалось, все поселения Древних оберегали магические куполы. Обычно они были расположены в глубине Пустошей, куда мало кто совался. Куполы исчезали в случайное время, никто не мог понять систему. Везунчики выгребали оттуда неработающую технику, оружие, боеприпасы и прочие сувениры, продавая их богатым дворянам-коллекционерам и многочисленным энтузиастам, которые пытались заставить их работать. К счастью для меня, это еще никому не удалось.

О самих Древних почти ничего не знали. Охотники за сокровищами ни разу не находили скелетов или изображений, ученые сходились лишь на мысли, что они тоже были людьми. Ну да, можно подумать, я бы без них не догадался.

— Если найдете что-то еще, обязательно дайте знать!

— Благодарю. — Я уже собирался взять под руки почти заснувших девушек, как интуиция подсказала задать наконец нужный вопрос: — А вы не подскажете, где я могу купить магические артефакты и книги?

— В Нижнем Новгороде нет магических лавок, Бутурлины, как и многие дворяне, ограничивают магию в пределах рода. — После недолгого колебания Весемиир продолжил. — У меня есть право делиться с учениками. Небольшая формальность — и я с удовольствием продам вам несколько книг и полезных вещей.

Кажется, я услышал полный горести стон Уны. Скучающая фея еле сдерживалась от капризов.

— Между прочим, как фамильяр столь многообещающего мага вы должны всячески поддерживать хозяина на пути изучения великого искусства, — с неким превосходством заметил эльф, добавив в ответ на наше изумление: — Разумеется, я сразу понял, кем вы являетесь. Все маги с фамильярами находятся на виду, и появление новичка целое событие.

— И, став вашим учеником, я подкреплю ваш авторитет, — усмехнулся я. — Я смогу выйти из ученичества? Какие вообще условия?

— Разумеется, в любое время. Я ведь не светлый рабовладелец. — Он протянул мне листок пергамента. — Вот, стандартный контракт.

— Я обдумаю ваше предложение, спасибо. Сами понимаете, такие решения нельзя принимать сразу. — Не хватало мне еще сейчас разбираться в крючкотворстве. Лучше потом почитаю в спокойной обстановке и спрошу совета у девочек.

— Разумеется, господин. Я буду ждать.

В книжной лавке не было ничего интересного. На вопрос об учебниках истории продавец, лысый мужчина лет так пятидесяти с огромным прыщом на подбородке, притащил мне все тот же учебник из академии. Продавать книги по магии запретили Бутурлины, собрав их со всего города в свою закрытую библиотеку, а всякое развлекательное чтиво меня не интересовало. Повеселило только, что самой популярной книгой этого сезона был легкий роман о попаданце. А ведь правильно говорят: дайте русским машину времени — и они засрут попаданцами все вплоть до мезозоя.

— Хватит! Мне скучно! — Уна с самым решительным видом потащила меня за собой. — Пора одеваться! Мы выглядим как оборванцы! Люди смотрят!

— Они смотрят не на твою одежду, а на твою фигуру. — Я прижал к себе фею и быстро поцеловал. — Но ты права, пора нам преобразиться. Идем!

Эх, если бы магазин одежды оказался один… Какой-то умник сделал целую улицу! Мне наряд подобрали довольно быстро — официальный черный костюм с серебряными пуговицами, он походил на мундир, но без опознавательных знаков. Как пояснила Света, так одевались ученики всех магических академий, отличалась общая форма только личным шевроном на груди. Мой лежал в сундуке в Неряхино, ну и пусть его, главное, смотрится красиво.

С девушками все оказалось куда проще и сложнее одновременно. Они подбирали себе умопомрачительные платья, блузки, сарафаны, юбки, нижнее белье, кожаные облегающие повязки по эльфийской моде… Но это было так долго!

Раньше у меня не было девушки, и только сейчас я начал понимать все эти мемы про мужиков, часами ожидающих своих жен в специальных игровых зонах за приставкой и банкой ледяного пива. Спевшиеся девушки совершенно забыли про меня, вспоминая, только когда наступала пора очередного платежа. В конце концов я сказал, что поищу какую-нибудь кондитерку, пока они развлекаются, и оставил им тысячу рублей.

Эх, свежий воздух! В престижной части города, где располагались лучшие бутики, почти не воняло. Наверное, ассенизаторы исправно свозили все в телегах…

Я неторопливо шел по улице, задумавшись о прокладке канализации под брусчатой мостовой, как услышал женский крик. Он едва слышно доносился из темного переулка между двумя высокими деревянными зданиями, и, как назло, на улице больше никого не было. Ловушка это или дама действительно попала в беду?

Ай, ладно, хрен с ним! У меня, вон, заряженный дробовик в инвентаре лежит, не пропаду! Да и лира имеется.

Аккуратно прокравшись по темному переулку, за поворотом я увидел интересную картину. Несколько крепко сбитых амбалов, все как один лысые и какие-то приплюснутые, окружили парочку девиц. Брюнетка и блондинка. 27-й и 15-й уровень соответственно. Странно, но, кроме уровня, я у брюнетки никакой информации прочитать не смог, в отличие от блондинки, у которой было написано «Служанка». Да и по одежде явно видно, что брюнетка была госпожой, а блондинка служанкой. И речь шла не о плохих манерах, намерения бандитов были однозначными. Намечалось групповое изнасилование, не менее… У одной из девушек, высокой брюнетки, уже была порвана часть платья, и она поддерживала рукой полуоторванный кусок, стараясь прикрыть видневшуюся грудь.

На раздумья времени не оставалось. Дамы в беде, включаем режим рыцаря!

— Вы что, псины сутулые, совсем оборзели! — Не скрываясь, я вышел под луч солнечного света и встал в красивую позу. В конце концов, я же бард! Мне положено красоваться!

Система наконец выдала имена и уровни разбойников. Имена самые обычные, ничем не примечательные, а вот по уровням они разменяли по три десятка каждый. Блин, и как мне с ними справиться? Достать дробовик и засветить свой главный козырь? Или обратиться к лире?

— Вали отсюда, щегол, пока в штаны не напрудил, — рассмеялся один из них, обозначенный системой как главный. — Не до тебя сейчас. Хочу попробовать дворянского мясца, балакают, по вкусу совсем не похоже на обычных шлюх.

Брюнетка, забыв о том, что придерживала ткань, прикрывающую грудь, буквально вспыхнула и влепила головорезу пощечину.

— Да ты знаешь, с кем разговариваешь и на кого руку поднял? Вам ваши жалкие члены отрежут, а потом четвертуют. Я… — но договорить она не успела. Бугай взял ее за голову и ударил затылком о стену, заставив со стоном сползти на грязный пол.

— Да вы совсем оборзели! — Я уже не думал, действуя на инстинктах. В руке сама собой возникла сияющая лира. — Отведайте огня, ублюдки! Атака Души! Небесная Буря!

Ноги подкосились от внезапной слабости. Два заклинания соединились в одно, которое система радостно обозначила «Бурей Столетий». Во врага ударили ослепительные молнии и невыносимо жаркий огонь. Они не причиняли вреда загнанным в угол девушкам, наоборот, исцеляя их немногочисленные раны, а вот разбойникам досталось на славу. Вся их одежда мгновенно сгорела, кожу покрыли многочисленные ожоги. Они страшно кричали, вцепившись в глаза, самый неудачливый мешком свалился на землю, пытаясь сбить охватившее кожу пламя. Видимо, на эмоциях я вложил в заклинания почти всю ману, оставшись почти пустым. Сейчас меня можно было брать голыми руками.

— А ну, живо пошли отсюда, пока я вам ноги не выдернул и не вставил вместо рук!

Перепуганные обожженные бандиты подхватили раненого товарища и поспешили ретироваться. Преследовать я их не стал по понятной причине.

Тем временем девушки поднялись на ноги. Мое заклинание вылечило брюнетку, у нее даже синяков не было. Кстати, присмотревшись, я отметил, что она была симпатичной и с подтянутой, спортивной фигурой. И аккуратная прическа-каре очень ей шла. Но вот надменное выражение лица сильно портило впечатление.

— Спасибо, вам, господин, — обратилась ко мне блондинка. Правда, произнесла она эти слова таким тоном, словно это не я их спас, а они меня спасли. Брюнетка же молчала, просто изучая меня. В ее черных глазах было нескрываемое, но хорошо сдерживаемое любопытство. — Вот, возьмите.

Я машинально поймал брошенный мне кошель, в котором звякнули монеты. Я нахмурился. Что-то мне стало как-то противно… не лежала у меня душа к этим деньгам. Даже почему то обидно стало… А чего я вообще ожидал? Что на мою шею бросаются с криком: «Герой, я твоя!» Думаю, достаточно было просто искренних слов благодарности. А, пофигу! Пойду к своим девушкам.

— Держите, вам сейчас нужнее, — бросил я кошель обратно блондинке и, развернувшись, удалился.

— Подождите… — раздался голос мне в спину. Ого, это, по-моему, брюнетка.

Я уже практически вышел из переулка, но повернулся.

— Спасибо, — тихо произнесла та, — можно узнать ваше имя?

Тем не менее, несмотря на мягкий тон, надменное выражение на ее лице никуда не делось. Но немного смягчилось.

— Александр. Александр Морозов.

Представившись, я развернулся и вышел из переулка. Но от меня не укрылось изумленное выражение на лице брюнетки.

Выйдя из переулка, я направился в магазин, где должны были находиться мои девушки. Застал я их уже нагруженных свертками и коробками.

— Мы все уже купили! — заявила мне Уна. — Видишь, сколько!..

— Вижу, — улыбнулся я. — Давай сюда сумки, уберем в инвентарь… Девочки, мне нужно срочно выпить!

— Что-то случилось? — взволнованно посмотрела на меня Уна, видимо, почувствовав своей женской интуицией, усиленной связью фамильяра. — Что-то произошло?

— Ничего не произошло, — успокоил я ее, — захотелось выпить!

— Да? — скептически посмотрела на меня Уна. — Ну, раз так, около нашей гостиницы я видела одну таверну… заглянула туда ради интереса. Там отличная клюквенная наливка, как говорил Велемир. Пойдем туда!

Возражать я естественно не стал и, поддерживаемый двумя прекрасными девушками, отправился туда.

Таверна оказалась действительно весьма уютной. Основным плюсом лично для меня было то, что народу в ней было немного. За стойкой хозяйничал бармен-эльф. Едва мы устроились за столиком, перед нами появилась официантка, одетая, на мой взгляд, весьма фривольно. А дальше…

Дальше мы стали пить. Нет, как правильные клиенты мы, конечно, заказали закуску, но мне почему-то хотелось сегодня напиться. Не сказать, что я любил это дело, скорее наоборот. Но несколько раз были моменты, когда это было просто необходимо. И сегодня был именно такой момент. Почему? Вроде я типа доброе дело сделал. Девушек спас. Но почему у меня было муторно на душе?

Мое желание девушки поддержали. Но, как обычно это бывает, я увлекся. Моим последним воспоминанием осталось то, что я вылез на подобие сцены в этой таверне и устроил импровизированный концерт.

И это осталось моим последним осознанным воспоминанием.

Глава 14. Хорошие дела не бывают безнаказанными

Утро выдалось нерадостным. Я вчера явно перебрал. Та самая клюквенная наливка оказалась весьма приятной штукой. Но, как это обычно бывает с любыми спиртными напитками, когда ее становится много, сразу становится плохо. Я, издав негромкий стон, сел в кровати и схватился руками за голову. Вот же блин. Казалось, что она расколется сейчас на тысячу частей, и сделают это миниатюрные кузнецы, без устали работающие своими молоточками.

Бросив взгляд на одну половину кровати, увидел безмятежно сопящую Уну, которая решила не надевать никакой ночнушки и расположилась в чем мать родила. Вдобавок девушке явно было жарко, так как одеяло она скинула. Я невольно залюбовался ей, но никаких желаний это любование у меня не вызвало. Слишком тяжело действовали последствия вчерашней пьянки. С другой стороны постели, я увидел новоиспеченную старосту, которая тоже сопела, но эта хоть ночнушку надела. Блин, как же голова болит!

Я вылез из кровати, перевалившись через Уну, и, пошатываясь, встал.

— Плохо? — раздался голос моего фамильяра, в котором явно звучали сочувствующие нотки.

— Не то слово! — признался я.

— Ладно, помогу…

Фея что-то прошептала себе под нос, и в следующую минуту я почувствовал, как голову окутывает какая-то приятная теплота. А еще через минуту мне стало хорошо. Головная боль, как и неприятное ощущение периодически подкатывающей тошноты, ушло.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я Уну, — думал, голова лопнет.

— Обращайся, — рассмеялась она и, соскользнув с кровати, набросила на себя ночнушку, валяющуюся рядом. М-да, она была сорвана в порыве страсти. Честно говоря, я не помнил толком, что происходило этой ночью, но, видя довольное лицо Уны, было понятно, что в грязь лицом я не ударил.

— Что я вчера делал-то?

Честно говоря, вчерашний вечер был в какой-то дымке. Как я ни старался, не мог вспомнить.

— Ну… — улыбнулась девушка. — Ты очень хорошо выступил в трактире.

— Выступил? Я что, пел?

— Ага, — рассмеялась Уна, — и было все очень классно. Народ оценил твое выступление. Ты удостоился долгих оваций. После чего мы отправились в гостиницу, где занялись любовью! — мечтательно произнесла она. — И это было прекрасно!

— Ясно, — проворчал я, — ну, ничего такого не делал, за что мне могло быть стыдно?

— Нет, не делал. — заверила меня Уна, — Я есть хочу!

— Так вроде уже девять утра, — бросил я взгляд на часы на стене, — пошли уже. Я тоже не против перекусить. Может, ее разбудим? — кивнул я в сторону сопящей Светланы. — А то без завтрака останется.

— Не останется. Или ты своей любимой старосте не купишь еды? — ехидно посмотрела на меня девушка.

— Куплю, конечно…

— Ну так пусть выспится.

Мы спустились вниз. Олаф Рыжий уже был за стойкой. И во взгляде гнома, обращенном ко мне, были уважение и зависть?

— Как спалось, господа? — осведомился он.

— Отлично, — признался я

— Мне пришлось ставить дополнительное шумоизоляционное заклинание, — осторожно сообщил мне гном, — вы так громко занимались любовью…

— Включи в счет и не беспокой меня по пустякам, — махнул я рукой.

— Всегда рад услужить, — расплылся в улыбке гном.

— Подай завтрак…

— И побольше! — заявила девушка.

В который раз я поразился ее аппетиту. Поесть мой фамильяр явно любила. Хорошо хоть на ее фигуре никак не отражалось.

Мы устроились за одним из столиков. Трактир, кстати, был полупустой. Занято было всего два столика. За одним парень с девушкой, а вот за другим трое дюжих молодцов, одетых в какие-то странные мундиры, которые напомнили мне нечто среднее между костюмом незабвенного Щелкунчика и нарядом городового этак начала XX века. Начищенные пуговицы и фуражки с околышами завершали общую картину. Ну, и какие-то квадратные безэмоциональные лица. Все трое 40+ уровней. Я присмотрелся.

Иван Забелин

Пристав второго класса

Полиция Нижнего Новгорода

Уровень 41

Сергей Шарин

Пристав второго класса

Полиция Нижнего Новгорода

Уровень 40

Валерий Самарин

Пристав первого класса

Полиция Нижнего Новгорода

Уровень 42

— Прошу вас уважаемые!

Нас обслуживал лично Олаф Рыжий. Он ловко составил на стол тарелки с подноса. Завтрак оказался весьма впечатляющим…

Помимо традиционных блюд русской кухни, гном явно добавил в нашу трапезу нотки своей родины. Вообще, думать о гномах как о викингах было странно, но сейчас мне точно было не до пространных размышлений.

Густая гречневая каша со сливочным маслом и мелко порезанными жареными колбасками заходила как дети в школу. Я заедал ее жирными блинами, в которые предварительно заворачивал кусочки копченого лосося. Яичница с беконом и необычной приправой заново разожгла утоленный было аппетит, который пришлось заедать жирным творогом со вкуснейшей сметаной и кислым вареньем из диких ягод. На десерт нам подали традиционный норвежский десерт, чье название я бы не выговорил под страхом смертной казни.

Обжигающий чай с медом стал прекрасным завершением трапезы. Когда чашки показали дно и я, сытый и довольный, отвалился от стола (Уна сделала это чуть раньше), сидевшие за столиком приставы вдруг поднялись и направились ко мне. Не спрашивая приглашения, они сели за наш стол, и тот, который был первым классом, внимательно посмотрел на меня.

— Ваши документы покажите, пожалуйста, — вежливо попросил у меня он.

Вот тут я подвис. А где они вообще, мои документы?

— Почему вы замерли? — усмехнулся пристав, — у вас нет документов?

— А чего это вы к нашему господину привязались? — раздался зычный голос Велемира, и я с облегчением вздохнул. — Нынче такие порядки у господ полицейских? Аристократам докучать?

— Ну так мы не знали что он аристократ, — повернулся на голос Самарин и сморщился. Так… Как я понял, они с Велемиром знают друг друга.

— Валерий, — нахмурился мой воевода.

— Велемир, — так же хмуро ответил тот. — Ты какими судьбами тут? И какое отношение имеешь к этому молодому человеку?

— Уважаемый пристав, вы стали плохо слышать? — ехидно осведомился у него Велемир. — Это мой хозяин!

— Хозяин? — приставы растерянно переглянулись, и Самарин уставился на меня.

— Вы…

— Александр Морозов к вашим услугам, — вежливо улыбнулся.

— Тем лучше, — вдруг осклабился пристав. И встал. С ним поднялись и его друзья-приставы.

— Уважаемый господин Морозов, — торжественно заявил Самарин, — вы задержаны по подозрению в оскорблении чести и достоинства Всеслава Бутурлина.

— Чего? — судя по всему, нужно идти в отказ. Настучал уже, гнида. — Никакое достоинство я его не оскорблял! Как можно оскорбить то, чего нет?

— Да, Валерий, — поддержал меня явно озадаченный Велемир, — доказательства где?

— Согласно параграфу 128 уложения о наказаниях Российской империи, — улыбаясь, произнес пристав, — мы можем задержать гражданина на двадцать четыре часа, основываясь на подозрении.

— Но, насколько я понимаю, к аристократам это не относится! — возмутился воевода.

Я изумленно уставился на него. Вот не ожидал, что воевода еще и в законах разбирается. Не выглядел мой глава дружины, уж извините, слишком умным.

— Не относилось… — поправил его пристав. — Но отдельным приказом по Нижнему Новгороду, утвержденным канцелярией его величества, на территории нашего города разрешено задерживать аристократов на срок до 12 часов. Так что, милостивый государь, — обратился он ко мне, — будьте любезны проследовать с нами.

Я растерянно посмотрело на Велемира. Тот ободряюще улыбнулся мне.

— Не переживайте, господин. Я разберусь! — он одарил тяжелым взглядом довольного Самарина. — В каком участке он будет?

— В седьмом, — ответил тот, — и если вы решили нанять адвоката, то не торопитесь. В этом городе никто не возьмется защищать Морозова…

— Даже Кальцман? — невинным голосом уточнил воевода.

— Ну… — фамилия Кальцман произвела на Самарина какое-то магическое впечатление. Тот как-то помрачнел, но тем не менее заметил. — Постарайся сначала договориться с ним. Он берет слишком дорого для такой голытьбы, как Морозовы!

— Разберемся, — ответил Велемир.

— А теперь пойдемте, господин Морозов, — сообщил мне Самарин, и сопротивляться я не стал. Нет, думаю, при желании с помощью лиры я смог бы раскидать приставов, но я был невиновен и собирался это доказать!

— Я с ним! — вдруг безапелляционно заявила Уна, встав рядом со мной.

— Зачем? — прошептал ей я.

— Молчи, — обиженно прошипела та, — куда ты, туда и я!

— Это еще кто? — удивился пристав рассматривая фею.

— Это мой фамильяр, — заявил я.

— Фамильяр… — удивленно уставился на нее пристав. — У вас есть фамильяр?

— Есть. А что? — уточнил я.

— Ничего, — пожал плечами взявший себя в руки Самарин, — она может пойти с вами.

В общем, мы удалились. Трое приставов, я и Уна.

«Ты вообще понимаешь что-то? — растерянно подумал я. — Что за законы такие? Беспредел какой-то».

«Не-а, — честно призналась она, — я не изучала местные законы. Но чего ты переживаешь? Если что, раскидаешь всех… что они тебе сделают?! А вообще, надеюсь, будет все нормально. Как там твой воевода сказал? Разберемся! Золотые слова».

«Раскидаешь? — возмутился я. — Ты их уровни видела? Там все 40+. Как я тебе их раскидаю?»

«Пф-ф-ф, — фыркнула фея, — уровень это не главное. Я точно знаю, что ты справишься со всеми тремя».

Железная логика, надо признать. Порой мой фамильяр вела себя слишком непосредственно, но вот в такие моменты, как сейчас, мне казалась, что Уна просто хорошая актриса.

Нас вывели из трактира и посадили в небольшую карету, запряженную четверкой лошадей. Как оказалось, седьмой участок расположился недалеко от трактира. Спустя десять минут медленной тряски по местным улицам мы вошли внутрь. Со стороны он смотрелся солидно, а вот внутри был убогим. Несколько столов с ободранными стульями, какая-то странная непонятная карта на стене. Ну, и с десяток приставов, которые кого-то опрашивали, на кого-то ругались, кому-то угрожали… В общем, классическая жизнь полицейского участка из американских сериалов. Мне даже не стали устраивать допрос, а сразу отвели в конец комнаты, где, спустившись по лестнице, мы очутились в небольшом помещении с двумя рядами клеток. Местное КПЗ, как я понял. И кстати, в клетках никого не было. Меня вместе с Уной завели в одну из них.

— Сидите, ждите вашей очереди! Времени у вас много! — злорадно сообщил нам Самарин и гордо удалился.

Честно говоря, я сильно не волновался. Вот не волновался — и все. Наверное, потому что знал, что с помощью лиры или пистолета быстро освобожусь. Как говорится, добрым словом и пистолетом можно добиться большего, чем просто добрым словом. Об этом я и сообщил Уне.

— И правильно! — заявила мой фамильяр. — Всех их тут надо порешить! А я тебе помогу.

— Когда это ты такой кровожадной стала? — удаленно спросил я у нее.

— Всегда такой была! — гордо задрала свой нос девушка. — Ты просто не замечал.

— А… ну ладно, — я не нашелся, что ответить.

— Ты вот лучше мне о своем прошлом мире расскажи, — предложила мне фея. — Интересно же. Времени у нас, я так понимаю, много…

Вздохнув, я коротко поведал о России моего времени. Рассказ не занял много времени и был, на мой взгляд, каким-то «черно-белым», что ли, но Уна слушала открыв рот.

— Здорово! — подвела она итог, когда я закончил. — Хочу к вам. Правда, магии нет, это некомфортно.

— Ну вот так получилось, — пожал я плечами. — Не повезло нам с магией, компенсируем технологиями.

— Но все остальное безумно интересно, — кивнула фея. — Мне автомобили и самолеты понравились. То как ты о них рассказывал. Хотелось бы мне полетать и поездить. И эти… как ты сказал… смартфоны. Удобная штука.

— А может ты что-то про порталы знаешь? — с замиранием сердца спросил я. — Ну там из одного мира в другой?

— Увы, — печально улыбнулась Уна, — мне ничего неизвестно об этом. Но почему-то мне кажется, что обратного пути нет. Извини.

— Да, ладно, — махнул я рукой, — я так просто спросил.

— Так, Морозов, — раздался громкий голос, и перед решеткой появился местный служащий. Он сразу бросился открывать мою клетку. — Выходи, — проворчал он, — тебя ждут!

Меня вместе с Уной отвели наверх, и я уставился на стоявшую в дальнем углу знакомую брюнетку. В этот раз система любезно сообщила ее имя — Ирина Бутурлина. И тут до меня как дошло! Та девчонка которую я спас и есть Бутурлина? Наверное дочь! Вот же тысяча чертей мне в печенку… Меня усадили на стул, а за стол напротив уселся Самарин.

— Итак, я спрошу еще раз, — начал он, — на вас, уважаемый Александр Морозов, подана жалоба об оскорблении чести и достоинства дворянина Всеслава Бутурлина. Согласно уложению…

— Хватит, — вмешалась брюнетка, которая как-то мгновенно оказалась рядом с приставом, — этот человек спас меня. Я приказываю его немедленно отпустить!

— Приказываете, госпожа? — нахмурился Самарин. — Не думаю что вы можете здесь приказывать.

— Да как ты смеешь! — возмутилась та. — Я Ирина Бутурлина, а ты обычный пристав! Немедленно отпусти этого человека!

— Извините, госпожа, — злорадно усмехнулся Самарин, — но у меня приказ от ваших отца и брата. Вы его отменить не можете!

— Ах так! Да я… — Мне казалось, что девушка сейчас набросится на пристава, и, по-моему, тот тоже это понял, и в его глазах промелькнул страх… ну, я это понимал. Одно дело слова, а другое дело — физический контакт с дочерью правителя города…

— Так, так, так, — раздался голос за моей спиной, напомнивший мне многочисленные анекдоты про Одессу.

Повернувшись, я увидел классического еврея. Пухлая нижняя губа, тонкий длинный нос, большие приплюснутые уши, кучерявые волосы, воловьи глаза, какое-то непропорциональное тело: тонкие длинные пальцы, узкая кисть, сутулость. Вдобавок жирный зад, дугообразные брови и короткие по отношению к туловищу ноги. Одет этот выдающийся экземпляр «избранного» народа был одет в костюм-тройку синего цвета с отливом. За его спиной стоял Велемир.

Самарин, увидев его, сразу сморщился, словно ему попало в рот что-то невероятно кислое.

— Уважаемый пристав, — крайне вежливо заметил он, — мое имя Исаак Кальцман, и я адвокат, который представляет интересы господина Александра Морозова. Поэтому рискну осведомиться: на каком основании задержали моего клиента? Это нарушение всех правил, и мы на этом основании уже готовим иск к правителю города, который напрямую несет ответственность за действия полиции.

— Подождите, — тяжело вздохнул Самарин, — мы действуем на основе параграфа 128 уложения о наказаниях Российской империи. Согласно ему, мы можем задержать гражданина на двадцать четыре часа, основываясь лишь на подозрениях…

— Не спорю с уважаемым приставом — улыбнулся Кальцман, — но таки давайте посмотрим и другие статьи этого уважаемого Уложения. Например, параграф 74 дополнение 3. В нем говорится о том, что подобное преследование возможно лишь при достижении наследником рода полного совершеннолетия, и уважаемому господину приставу должно быть известно: это наступает после того, как исполняется двадцать один год. Александру Морозову же всего девятнадцать!

Самарин поморщился.

— Но есть указ 128 БИС…

— Этот указ не действует, — перебил его адвокат, — в последнем постановлении Верховного суда империи от 10 июня 2047 года прямо говорится, что статьи Уложения, на которое вы ссылаетесь, являются аксиомами. По сравнению с ними указ 128 БИС недействителен и ничтожен, так как может быть применен только в ограниченном объеме, и данного случая он не касается. Так что, надеюсь, вы проявите благоразумие и отпустите моего клиента, не доводя дело до скандала, который таки я вам непременно устрою. И тогда возможно придется вам ждать в гости проверяющих из Первого Отделения. У меня там начальник отдела знакомый имеется. Яков Вайсман, не слышали о таком?

— Мне надо проконсультироваться… я вас оставлю на несколько минут.

С этими словами пышущий злобой пристав вылез из-за стола и скрылся в одной из дверей.

— Вы, молодой человек, не переживайте, — улыбнулся мне адвокат. — Кальцман и не таких приставов видел. А ваше дело простое — молчать и таки не забывать переводить на мой счет заслуженный гонорар. Этому баклану нечего вам предъявить.

— А у вас правда знакомый в этом…Первом отделении? — уточнил я.

— Конечно же, есть! — возмутился тот. — С чего это я буду обманывать своего клиента!

Вернувшийся через пять минут господин Самарин выглядел смущенным и каким-то сдувшимся, что ли. Словно из шарика воздушного выпустили весь воздух.

— Приносим вам свои извинения, господин Морозов. Больше вас не задерживаем.

— Вот и отлично, — Кальцман одарил отеческой улыбкой сначала пристава, а потом меня. — Мы тогда уходим.

Я бросил взгляд на явно нервничающую брюнетку, которая сверлила меня глазами и кусала губы. Мысленно хмыкнув, я подмигнул ей, и мы вчетвером покинули участок. На улице, немного отойдя, адвокат посмотрел на меня.

— Рад с вами познакомиться, господин Морозов.

— Сколько я вам должен? — поинтересовался я у него, вспомнив слова пристава о дорогом адвокате.

— Ни в коем случае! — твердо заявил тот. — Уважаемый Велемир… скажем, у меня пред ним был долг. Исаак Кальцман его сегодня отдал. Так что никто никому ничего не должен. Но разрешите, молодой человек, таки предупредить вас. Это город Бутурлиных, и будьте осторожны…

— Но если что, мы можем обратиться к вам? — уточнил я.

— Можете, конечно… Исаак Кальцман никогда не отказывает клиентам… ну, таким клиентам, — широко улыбнулся адвокат. — Пятьсот рублей в час, и я полностью к вашим услугам. С вас как бонус аванс брать не буду. А теперь позвольте откланяться.

С этими словами тот удалился.

— Александр!

Я повернулся и увидел ту самую брюнетку, имя которой уже знал. Ирина Бутурлина.

Глава 15. История in dwarf version

— Да? — внимательно посмотрел я на Бутурлину.

В полицейском участке не удалось разглядеть ее как следует, а вот сейчас… Приталенное платье, чуть выше колен открывающее стройные ножки, очень шло девушке. Да и вообще, выглядела Ирина очень эффектно. Но вот главный минус был в том, что я никогда не любил таких красивых, но холодных женщин. Да и выражение на лице у дочери главы города очень напоминало невозмутимо-холодные лица моделей из моего мира, дефилирующих по подиуму. Даже легкая улыбка не меняла этой картины.

— Можно с вами приватно поговорить? — обратилась ко мне девушка, окатив презрением стоявших рядом со мной Велемира и Уну.

— Пожалуйста, — я решил, что от разговора хуже мне точно не будет.

— Александр, — начала Ирина, когда мы отошли в сторону, — я хочу вас еще раз поблагодарить. И пригласить сегодня в ресторан.

— Чего? — уставился я на нее. Оригинально. — А вы вообще знаете, кто такие Морозовы? И что сделали Бутурлины с моей семьей?

— Но… — девушка явно смутилась, и даже выражение надменности на лице сменилось какой-то растерянностью и обидой.

— Уважаемая Ирина, — я вдруг почувствовал вновь охватывающую меня злость, но на этот раз справился с ней без помощи Уны. — Вы… точнее, ваше семья уничтожила мой род. А помог я вам потому, что видел девушки в опасности. Поверьте, если бы вы там были одна и я знал, кто вы… я бы подумал, помогать вам или нет! Разрешите откланяться!

Я повернулся и быстро направился к своим спутникам, оставив девушку, которая явно не могла найти слов для ответа на мою последнюю фразу.

— Быстро пойдем! — прошипел я в ответ на удивленные взгляды Уны и Велемира. — А то я сейчас взорвусь. Потом все расскажу, без лишних ушей.

К гостинице привычная злость слегка отступила… Хотя почему привычная? Не припоминаю, чтобы в прошлом мире так злился, тем более от одного упоминания имени. Может, меня прокляли?

Впрочем, все мысли выскочили из головы, едва я увидел заплаканное лицо Светланы. Девушка искренне переживала и, увидев меня, целого и невредимого, бросилась мне на грудь. Чтобы успокоить, ее ушло пятнадцать минут поглаживаний по спине и утешительного шептания всякой чепухи, не обращая внимания ни на кого в гостинице. Лишь когда я понял, что она больше не плачет, а ее ответные поглаживания начали спускаться к моей пятой точке, я мягко отстранился и повел ее в номер, заодно позвав Велемира и Уну. Нет, не для того, чтобы устроить групповушку, я вообще ревнив в этом плане и никогда бы не позвал другого мужчину, просто нужно было держать совет ближнего круга.

Я коротко рассказал о случившемся, как спас девушек от грабителей, не зная, кто они такие.

— Можно подумать, ты бы прошел мимо, если бы узнал Иру, — буркнула Уна.

— Как минимум я бы об этом подумал.

— Дам в беде бросать нельзя! — упрямо возразила моя фея. — Она еще ребенком была и не имеет отношения к прошлому.

— Госпожа Уна, конечно, в чем-то права, — согласился с ней Велемир. — Слабым всегда нужно помогать. Но в данном случае, по правилам, мы должны уничтожить весь род Бутурлиных, так же как они уничтожили наш!

— Но ты же сам сказал, что слабым нужно помогать! — возмущенно посмотрела на него Уна.

— Что-то, когда мы были слабыми, нам никто не помогал, — поддержал я воеводу и махнул рукой, пресекая новые возражения. — Неважно, сделанного не воротишь. Нужно решать, что делаем дальше.

— Безопаснее всего вернуться в Неряхино и не показывать оттуда носа до вашего отъезда. Бутурлины не решатся на прямое нападение, другие рода не одобрят полного нашего истребления. Война официально закончена, — воевода криво усмехнулся. — Собственно, поэтому вас и оставили в живых и нас не трогали, а с мелкими неурядицами мы справимся, не впервой. Главное, доберитесь до академии, там уже будете под защитой.

— Ты меня убедил! Твои слова, на самом деле, звучат разумно, слабый у нас князь еще, чтобы мстить. — Уна мечтательно улыбнулась, развалившись на моих коленях, и как-то быстро поменяла свое мнение. — Вот вернемся, всех их до единого вырежем! Ирину только оставим, будет рабыней в гареме. Отрабатывать телом нанесенный ущерб.

Признаться, фантазия о черноволосой холодной стерве в ошейнике на поводке у моих ног заводила. В штанах сразу зашевелилось, да и Свету следовало утешить после пережитого…

— Решено, завтра утром возвращаемся домой, хватит с нас пока большого мира, — подытожил я, и с моими словами все согласились.

Обрадованный Велемир без лишних возражений оставил меня с девушками, бросив невзначай, что праздничный ужин будет готов через два часа. Означенного времени более чем хватило, чтобы на лице Светы прописалась довольная улыбка, да и Уна значительно смягчилась. Горячая ванная, чистая одежда и легкая истома по всему телу — что еще нужно для счастья? Осталось только заполнить бурчащий живот, благо готовил Олаф просто отлично. Или за него это делал повар?

Фиг его знает, но подавал еду нам лично гном. И стол выделил особенный — в углу, за ширмой со скандинавскими узорами, так что мы были скрыты от посторонних взглядов. Видимо, не хотел портить репутацию заведения присутствием такого парии, как я. Ничего, завтра уже от нас избавится.

Похоже, сегодня был четверг, потому что ужин вышел исключительно рыбным. Главное блюдо — еще одна щука, только ее запекли не в молоке, а в сыре. На вкус было просто потрясающе, нежно мясо таяло на языке, а плавленый сыр дарил языку многочисленные гастрономические оргазмы. Густая ушица с томатами отлично заходила вместе с бутербродами со сливочным маслом, крохотными вялеными рыбками и лимонами. Я аж вспомнил традиционный новогодний стол из детства, но на вкус оказалось гораздо лучше, прям как итальянские помидоры в таких небольших баночках. На десерт подали небольшой кремовый торт, тоже сложенный в форме рыбы. Не хватало традиционного «оливье», без которого, как говорится, и праздник не праздник. Надо будет немного занятся «прогрессорством». Этот великолепный салат продвинуть…

— Все ли вам понравилось, барин? — Олаф встал около стола и как-то мялся. Ну точно, задабривает. Сейчас попросит переночевать где-нибудь в другом месте.

— Да, спасибо. — Я откинулся на спинку стула, лениво подумав, что для полного счастья под скатертью не хватает умелой барышни. Когда стану жить в своем дворце, обязательно такую заведу. Возможно, это даже будет Ирина.

— Потолковать бы нам, не возражаете, если я присяду?

Я махнул рукой, мол, валяй, и положил себе еще торта. Что ни говори, готовили здесь просто замечательно. Правда, от следующих слов гнома у меня чуть кусок в горле не застрял.

— Я хорошо знал вашего отца, когда он еще правил Нижним Новгородом. Он часто любил обедать на этом самом месте, приезжал почти каждую неделю. Простите, вас не сразу признал.

Вот это я понимаю, неожиданный поворот! И что дальше? Мой отец ему денег должен? Я покосился на Велемира, но тот лишь молча наблюдал за гномом, и по его взгляду совершенно нельзя было что-то понять. Уна же и Светлана не обращали на Олафа никакого внимания, погруженные в какую-то женскую беседу.

— Хороший он был человек и правитель достойный, — произнес тем временем гном. — Когда эти спермососы Бутурлины пришли, сначала никто ничего не понял… — Он, по-моему, даже как-то виновато посмотрел на меня. — Потом даже заговор собирали, чтобы вас вернуть… Зачинщиков быстро в тюрьмах сгноили, остальные притихли.

Понятно, раз он сидит перед нами, точно не из тех, кто оставался мне верен.

— Печально это слышать. Тогда я ничего не мог сделать, сами понимаете.

— Конечно, барин, вас никто не обвиняет. Напротив, все рады, что вы наконец повзрослели и вернулись, — гном сжал кулаки и мечтательно улыбнулся. — Вот вернетесь из академии и заберете свое по праву.

Вот это поворот.

— Странно, — подозрительно посмотрел я на него. — Чем тебя не устраивают Бутурлины? Ты вроде не бедствуешь, уж извини.

— Первые годы Бутурлины себя никак не проявляли, принюхивались только, ждали, пока мы к ним пообвыкнем. А потом каждый месяц начали новый налог вводить. Оно поначалу незаметно казалось, а как годовой отчет смотришь, так за волосы на заднице хватаешься. Расходы втрое выросли!

И он не разорился?! Представляю, какие здесь наценки…

— Ну мы тоже не лыком шиты, нашел лазейки… — Олаф запнулся, вспомнив, с кем он говорит. — В общем, я чего сказать-то хотел. Можете рассчитывать на мою поддержку, барин. У меня хватает полезных знакомств, и кое-какие сбережения имеются.

Это он что, предлагает мне профинансировать заговор? Просто потому что я Морозов? Что-то здесь очень нечисто.

Я вновь посмотрел на Велемира.

— Не знал, что у тебя были такие тесные отношения с Иваном Морозовым, — произнес тот.

— Клянусь Тором, — взволнованно заявил трактирщик.

— Серьезная клятва, — кивнул воевода.

— И поэтому я тут кое с кем собрался поговорить о вас, князь. Если вы хотите отомстить и вернуть себе город.

— Мог бы не спрашивать заведомо известные вещи, — возмутился я.

— Тогда, с вашего позволения, я поговорю кое с кем и потом свяжусь с вами. Просто знайте, что я ваш преданный слуга!

— Я ценю это, — не покривив душой заявил ему.

— Только это должно остаться только между нами, — гном покосился на Велемира, но тот просто кивнул. А девушки…девушки все были погружены в свою беседу.

— Не сомневайся, — заверил я его.

— А теперь давайте помянем вашего отца, достойный все же был человек! — заявил гном, и на столе магическим образом появились запотевшая бутылка и пять рогов — четыре маленьких и один побольше, явно для самого гнома. Судя по всему, Олаф уважал русскую культуру и особенно исконно русские спиртные напитки. Девушки прервали свою беседу и присоединились к нам.

«Заговор обсуждали?» — поинтересовалась мысленно Уна.

«Ты слышала?» — удивился я.

«Я всегда все слышу!» — гордо заявила фея.

Тем временем Олаф ловко разлил водку. Охлажденная, она пилась как вода. Я и не заметил, как охмелел, просто стало очень хорошо и весело.

— Хорошо-то как! — крикнул захмелевший гном, — Словно домой вернулся!

— А расскажите нам о своем доме! — попросила его Светлана. — Я почти ничего не знаю о Скандинавии!

— О, рассказывать о ней будет кощунством, ее надо видеть! Красоту фьордов не передаст ни один бард, и вы должны сами ощутить ледяной кусающий воздух после хорошей баньки. Вот что мне нравится в России, так это бани. Вы в этом ничуть не хуже нас.

— Мне тоже интересно, — поддержал я девушку. — Я вообще мало что в мире видел.

— Хорошо, барин. Я, конечно, не бард, но попробую. — Гном аж выпрямился, став немного повыше. — Моя родина сурова, но очень красива. Земля скудная, урожаи плохие, скотина костлявая, бабы вздорные и злые. Неудивительно, что мы испокон веков садились на драккары и старались уплыть как можно дальше.

Вспышка смеха на несколько секунд прервала рассказчика, явно довольного произведенным впечатлением.

— Ну, в обиду мы себя, конечно, не давали, но и другим периодически показывали свою силу. Слабенькие все они. Было это, конечно, давно… но память жива, несмотря на все вранье про те времена, которое вывалили на страницы летописей европейские монахи-мужеложцы.

— То есть там все вранье? — заинтересовано спросил Велемир.

Ого, воевода у нас книги читает? Летописи? Надо же. А по виду и не скажешь!

— Ну немного правды есть, конечно, — презрительно фыркнул гном, — На самом деле, в то время мы устроили людишкам, уж извините, — он бросил виноватый взгляд на меня, но я махнул рукой, продолжай, мол, и тот продолжил: — В общем, мы хорошо наваляли и бриташкам, и лягушатникам. Не верьте их рассказам, что они нас когда-то там победили, не было этого. Сами гномы вели слишком много междоусобных войн. Один клан на другой, за каждую гору дрались. Воспользовавшись этим, слабаки с материка нанесли нам несколько поражений, а потом поспешно откатились к себе домой, где тряслись от страха в ожидании нашей мести. А между тем, наши драккары плыли все дальше и дальше, пока не достигли Америки. С живущими там эльфами мы быстро нашли общий язык. Не люди же… еще раз прошу прощения, — осекся гном. — В общем, началась взаимовыгодная торговля. Тогда хорошее было время. Эльфы к людям относились как к каким-то неразумным насекомым, и вся торговля шла через нас.

Решив не возиться с рогом, Олаф отпил прямо из бутылки, между прочим уже третьей.

— Это ты о светлых или темных? — полюбопытствовал я, вспомнив владельца лавки артефактов.

— Дык тогда они были едиными. Это потом чего-то не поделили. Говорят, какое-то дерево там выросло редкое и никак они не могли решить, кому оно будет принадлежать. Остроухие жуткие собственники, поделить его не смогли, да и устроили гражданскую войну, еще и такую, что весь мир кошмарило. Тогда все по пизде и пошло. Эльфы-то в итоге светлые темных к ногтю прижали. Перемирие заключили, но там такие условия были…в общем, у темных было два варианта. Или их всех вырежут, или они фактически в рабство к светлым идут.

— Но у них же есть свое государство, — возразил Велемир.

— Есть государство, — хмыкнул в ответ гном. — Но государством это можно назвать с большой натяжкой. Округ внутри СЭШ. Даже без права штата. Так, полуавтономная область. В любом случае торговля резко сократилась, пока остроухие резали друг друга. А потом эти твари сами корабли начали строить! Где это видано? Эльфы строят корабли… Ну, понятно, в их доспехи и оружие мы не суёмся, хотя наши мастера и не хуже сделать могут, но корабли!!!

Раскрасневшийся Олаф взмахнул невесть откуда взявшейся секирой. Девушки ни капли не испугались, прекрасно понимая, что пьяный гном играет на публику и не представляет для них опасности.

— Тем не менее гномы вернулись на родину, в нескольких сражениях отправили людей к себе домой — тех, конечно, кто уцелел. И отличную империю отгрохали! И ладно бы только торговля, пережили бы, нашли новые каналы, так нет. Катаклизм грянул!

Опа, а вот это интересно! Я аж подался вперед.

— Ну, сами знаете! Твари эти появились. Как только ваши людские королевства не распались, ума не приложу. Дворяне-то свили себе уютные гнездышки в городах и деревнях, свои караваны охранными амулетами снабжали, а тем, в чьих жилах не текла голубая кровь, пришлось действовать на свой страх и риск. Ну и нам, конечно, досталось, — нахмурился он. — В море тоже всякой погани много стало, много тогда наших драккаров сгинуло. И драккар моего деда тоже. А следом за этими проблемами и вообще все захирело. Великая империя гномов распалась на пять вечно враждующих королевств, которые сейчас находится на Скандинавском полуострове. Не все захотели жить в постоянном ожидании того, что к тебе домой заглянет очередной враг, будет глумится над женщинами и грабить, грабить, грабить… поэтому более-менее умные гномы разбрелись по всему миру в поисках лучшей доли. Так я здесь и оказался.

Олаф перевел мутный взгляд на пустую бутылку и, взяв ее в руки, неожиданно швырнул в стену. Взорвавшись градом осколков, та лопнула.

— И надеюсь, что когда-нибудь смогу вернуться домой в единую мирную и могущественную страну гномов! — заявил он.

Мы переглянулись. Видимо, спиртное сильно подействовало на трактирщика. Но Олаф вдруг неожиданно успокоился.

— Да что это я все о грустном и о грустном. — посетовал он. — Слышал я, барин, вы вчера замечательный концерт дали. В «Оливе» с самого утра свободных мест нет, надеются, что вы к ним заглянете. Можете оказать услугу старому гному? Сыграйте и у нас! Пусть и о моей скромной гостишке заговорят!

— Да вообще без проблем! — заверил я его. — Только когда надо выступить?

Глава 16. Концерт

— Завтра сможете? — радостно уставился на меня гном.

— Мы вообще-то уже собирались завтра уезжать. — сообщил я ему, — но, в принципе, можно на денек и задержаться.

Гном услышал в моем голосе сомнение и встрепенулся.

— Барин, вы сможете заработать… выручка пополам!

Судя по выпученным глазам Велемира, эти слова были чем-то необычным.

«Это круто! — раздался в моей голове голос феи. — Я кое-что посмотрела. Гномы скряги еще те. Так что подобное предложение говорит об огромном расположении Олафа к тебе».

— Хорошо, — кивнул я.

А что? Можно и задержаться. Деньги нам не помешают.

— Тогда я спешу сообщить эту радостную весть всем поклонникам вашего творчества! Надеюсь, вы меня извините!

Откланявшись, гном буквально вылетел в зал.

— Вот его зацепило-то, — хмыкнул я.

— Так деньги же! Прибыль намечается. — улыбнулся Велемир.

Надо же! Вот о чем никогда не думал, это о том, что буду выступать на сцене. В том мире талантов у меня особых не было, да и вряд ли бы я сам решился на такое безумство.

— Ну и какое твое мнение об этом Олафе? То, что он тут говорил о заговоре и все такое…

— Думаю, гном не врал, — после небольшой паузы ответил воевода, — эта нация, насколько мне известно, конечно, скупая и очень своеобразная, но бойцы они отменные. И понятие чести у них, в отличие от тех же евреев вроде Кальцмана, достаточно сильно развито. И, наверное, стоит довериться гному. Возможно, с ним нам повезло. Но остерегайтесь, князь, и хорошо подумайте… В случае неудачи последствия для рода Морозовых могут быть катастрофические. Я советую встретиться с человеком, которого предлагает гном, перед отъездом в академию, а потом принимайте решение… В любом случае война требует серьезной подготовки, первого года обучения в академии как раз должно хватить.

— Все это понятно, — кивнул я, — на этом и решим.

Мы выпили еще раз, потом вновь появился Олаф, сообщивший, что в пять часов дня он организовал выступление. Даже программки умудрился заказать.

— Завтра утром уже весь город будет об этом знать! — гордо заявил он.

И, как оказалось, гном был совершенно прав. Ему надо было в моем прошлом мире маркетингом и рекламой заниматься. Причем обязательно в прямых продажах. Когда мы встали утром (я вновь провел незабываемую ночь в компании двух прекрасных девушек), я выслушал доклад от Уны, которая умудрилась по своей инициативе выпорхнуть пораньше на улицу и собрать последние новости. Слухи, как оказалось, разлетались по Нижнему Новгороду со скоростью лесного пожара.

Стоило горожанам услышать о выступлении барда, прогремевшего в «Оливе», поднялся небывалый ажиотаж. Вот не знал, что один концерт может сделать меня настолько популярным. Подтвердил то, что дела у нас идут превосходно, и гном, который встретил нас внизу. Олаф выглядел невероятно довольным.

После легкого завтрака я изучил с Уной и Светланой пергамент, который дал мне Весемиир. Вроде никаких подводных камней мы там не обнаружили. Что подтвердил и гном, которому мы дали его изучить.

— Стандартный контракт, — пожал он плечами, — кстати, Весемиира я знаю. Нормальный эльф, пусть и темный!

Так что до нашего представления мы прогулялись до лавки артефактов. Тот обрадовался появлению у себя ученика и на радостях выдал мне несколько редких книг. Мы пообщались с ним пару часов, пока Уна и Светлана отправились по магазинам. Деление на Школы Магии в этом мире присутствовало. Имелась Школа Огня, Школа Воздуха, Школа Воды… но, когда я осторожно спросил о «Барде», к какой его школе можно отнести, эльф уставился на меня круглыми глазами.

— Что за бард? Никогда не слышал.

Так как в контракте было прописан пункт о неразглашении информации об ученике и учителе и, как меня заверила Уна, после подписания Весемиир не сможет рассказать о моих талантах даже под пыткой, я объяснил ему, что такое бард, и коротко поведал о своих заклинаниях. Эльф несколько минут приходил в себя, а потом начал смотреть на меня как на счастливый лотерейный билет.

Затем закрыл лавку и убедил меня в том, что нужно проверить предрасположенность к привычным Школам Магии. Мол, если вскроется, что я владею чем-то эксклюзивным и только им одним, то у меня будут серьезные проблемы с обучением. Да и лишнее внимание привлекать к себе, как заверил Весемиир, не стоит. А так если я буду владеть какой-нибудь всем знакомой магией, то про лиру всегда можно сказать что это артефакт рода Морозовых. Мол такое объяснение вполне пройдет. Как остальные способности барда, всегда можно объяснить родовыми способностями.

В результате он налепил на меня несколько странного вида датчиков, достал какой-то прибор, отдаленно напомнивший вольтметр, и, посадив на стул, десять минут что-то щелкал на нем, бормоча себе под нос. Но вот, наконец, это закончилось, и, сняв с меня датчики и убрав прибор, невероятно довольный эльф заявил:

— Это магометр. В академии он, кончено, стационарный и более точный, но, чтобы определить твои способности, этого сейчас хватит. У тебя предрасположенность к Школе Огня. Так всем на экзамене и говори. Я вышлю тебе книги по этой школе, базовые заклинания ты должен выучить. Но судя по твоим возможностям, ты все это сделаешь легко. У тебя же вроде маг-наставник есть?

— Есть, — кивнул я, — Сергей Игнатьич…

— Знаю я его, — кивнул эльф, — звезд с неба не хватает, но тебе поможет. А после первого курса возвращайся, и мы с тобой уже займемся серьезными делами.

— А книги об академии есть? — поинтересовался я. — Ну, как там все происходит, порядки, законы…

— Хм, — задумчиво посмотрел на меня Весемиир, — вообще, у тебя должен быть устав, его всем поступающим рассылают. Ладно, добавлю тебе одну интересную книгу. Там устав с комментариями, правда, рукописными. Какой-то студент мне несколько лет назад продал. Тебе точно пригодится.

— И сколько все эти книги мне встанут? — слегка напрягся я, хотя вроде сейчас с деньгами у меня было все более-менее нормально.

— Недорого, — улыбнулся эльф. — Если не хватит, потом отдашь. Все-таки ты уникальный ученик!

На этом мы тепло попрощались с эльфом, но, едва выйдя на улицу, я увидел перед собой надпись.

Внимание. У вас появился новый навык

Открыть древо навыков?

Интересно… я открыл мысленной командой древо и увидел, что одна из серых и неактивных ветвей приобрела багрово-красный цвет. Под ней появилась надпись «Школа Огня». Листочки по-прежнему оставались серыми.

Ну, это понятно. Надо было учить заклинания. Этим мы займемся дома. Огонь это хорошо. Всегда любил огненных магов в играх. Фаербол там или огненная стена… надеюсь, здесь тоже имеются подобные заклинания.

Закрыв древо, я мысленно связался с Уной, сообщив, что отправляюсь в таверну. Кстати, вот еще была прикольная штука. Я мог связываться с своим фамильяром на расстоянии. Правда, как оказалось, не на слишком большом, но в Нижнем мне этого хватало.

Когда я вошел в таверну, то даже не сразу узнал ее. Зал оказался буквально набит битком. Мало того, что все столы были заняты, так еще по периметру ушлый гном наставил длинных лавок. Между посетителями метались фривольно одетые служанки, неустанно разнося свежее пиво.

— Вот, видишь, как все удачно! — сообщил мне подошедший Олаф, который буквально лучился довольством. — Пришлось еще разносчиц временно нанимать. Концерт через полчаса… ты готов?

— Я-то готов, — кивнул ему, — мои девушки не появлялись?

— Да тут уже. Вон я им столик эксклюзивный выделил.

Посмотрев в сторону, куда показывал гном, я увидел всех моих спутников. Девушки сразу замахали мне руками.

— Ладно, я там, — сообщил гному. — Когда надо будет выходить, скажешь!

Олаф кивнул и пошел в другую сторону. Я успел выпить пару кружек пива и мысленно пообщаться с Уной насчет Весемиира. Фея полностью одобрила мое решение, выдав мне несколько очень приятных комплиментов.

А тем временем появившийся перед столиком Олаф заявил, что пора, и мы с ним поменялись местами. Я отправился на местную импровизированную сцену, а он уселся на мое место. Стоило мне выйти на нее, как меня встретили приветственными криками и поднятыми рогами и кружками с пивом, вином и прочими крепкими напитками. Что ж, зажжем!

Верная лира возникла в руке. Надо бы ей имя дать… Хотя чем Лира плохо? Красиво, женственно. Инструмент в руке еле заметно задрожал, в голове послышалось довольное урчание. Оно живое? Офигеть! Хотя чему я удивляюсь — уникальное оружие ведь. Теперь надо быстро прикинуть репертуар, хотя я уже, в принципе, его придумал.

— Привет, Нижний Новгород! — Я вскинул руку со сжатым кулаком вверх, подражая рок-звездам моего мира, греясь в лучах славы. Мог ли я, художник-самоучка, никогда не выходящий из дома и имеющий секс только с проститутками раз в месяц, надеяться на подобную славу? Да ни в жизнь! Хрен я вернусь в свой прошлый мир! — Готовы зажечь?!

— Да-а-а! — взревели сотни глоток с такой силой, что задрожала посуда на столах.

— Эту песню я посвящаю Уне, своему фамильяру! Как вы наверняка знаете, мы связаны одной судьбой! Вместе навсегда!

Пальцы пробежались по серебряным струнам, безошибочно вызывая знакомую мелодию. Да с таким инструментом ты точно не ошибешься. Лира словно сама вела меня, выуживая из моей памяти мелодию, которую я хотел сыграть, и воспроизводя ее. Мне оставалось вспоминать только слова. Так, начнем, пожалуй, с «Короля и шута». А что? Бессмертная классика, простенько и задорно.

Кровь — погони, страсть, жить любой ценою.

Я не смел упасть, ты была со мною!

Правду говорят, гений всегда и во всем гений. Любимая песня великой группы находила отклик в каждом сердце и среди тех, кто любил, и тех, кому еще предстояло это чудо. Людям во все времена нравились баллады о неравной борьбе, и кто я такой, чтобы их в этом упрекать?

И вот тут произошло что-то, чего не было во время моего первого выступления. Происходило что-то невероятное. Я чувствовал невидимую энергию, идущую от каждого слушателя, ее почти можно было потрогать! Сотни невидимых лучей шли от их сердец к моему, наполняя меня яркой живительной энергией. Почти как вечный оргазм, только я сохранял полную ясность мыслей. Хотелось, чтобы этот миг не прекращался никогда!

Я бросаю вызов всем, и своего я не помню лица,

мир увидит, пусть увидит, как мы дойдем до конца!

Особенно выделив последнее слово, я согнулся в театральном поклоне, впитывая в себя энергию оглушительных оваций! Через несколько минут я понял, что они не остановятся, и жестом попросил дать мне продолжить. И они послушали! Тишина пришла мгновенно! Да… толпа слушалась моего любого жеста.

— Раз сегодня день посвящений, следующим будет Велемир, мой верный воевода и друг! А также его воины, наши доблестные защитники!

Дружинники, которых, как оказалось, гном посадил за отдельный стол ближе к выходу, восторженно взревели, под ударами их кулаков дубовый стол жалобно заскрипел, но выстоял. А Велемир, кажись, прослезился. И это он еще песню не слышал! Вот увлекался я в свое время фолком. Малоизвестная группа «Сколот», но какие песни… вот сейчас и проверим…

Ой, вы други, воины крепки!

Вы на смерть всегда идете,

И, залив землицу кровью,

Песни рии поете!

Вы не ведали прощенья

Ко врагам своей Отчизны,

И летите соколами

От рождения до тризны…

Они ловили каждое мое слово, не спуская взглядов, и их внимание не пугало меня, как раньше, а только распаляло!

Честь — дружине, князю — слава,

Весть летит над всей землей!

Из тьмы веков пусть громом грянет

Да ратною сверкнет стезей

Перун, бог воинов удалой..

Стоило упомянуть верховного бога местных земель, как в зале прогремел натуральный гром! Меня самого пробрало, что уж говорить об остальных! Правда, через мгновение я понял, что чувствую ту же самую сосущую пустоту, как и после применения заклинаний. Я неосознанно использовал какую-то новую магию!

Честь — дружине, князю — слава,

Весть летит над всей землей!

Из тьмы веков пусть громом грянет

Да ратною сверкнет стезей

Перун, бог воинов удалой.

Последний куплет мы пели всем залом. Горло саднило, руки безбожно ныли, но я был счастлив! Абсолютно! Я почему-то точно знал, что люди перед сценой, стоит только мне сейчас приказать, пойдут за мной в бой свергать Бутурлиных. Эх, был бы зал больше раз так в десять, может, что-то бы да получилось…

— Эй, спой что-нибудь и мне! — послышался голос откуда-то из-за спин зрителей.

Пришлось привстать на цыпочки, чтобы разглядеть знакомое высокомерное лицо в обрамлении каре черных волос. Бутурлина! Вот что она тут делает вообще? А не послать бы ее нафиг… Но против воли пальцы сами прошлись по струнам, вырывая знакомую мелодию. Почему бы и нет? И в зале зазвучал Канцлер Ги. Не знаю почему, может быть, атмосфера вокруг меня, но я вспомнил все фолковые песни, которые мне нравились.

Моя трагедия комедий балаганных смешней

И потому безумно мне дорога:

Я научился находить себе прекрасных друзей,

Но не могу найти по силам врага.

Среди завистливых ничтожеств и пустых болтунов

Скажи хотя бы, разглядеть тебя как:

Я вновь блуждаю в буреломе из обманчивых снов —

Ищу тебя, о мой единственный враг!

Веселый мотив идеально подходил тусовке. Страх перед Бутурлиными среди жителей Новгорода исчез, многие не стеснялись оборачиваться и посмеиваться над пунцовой Ирой, хотя шестое чувство подсказывало мне, что ей очень даже нравилось! Бред? Как такое может вообще нравиться. Хотя… Что-то мне говорило, что в характере Ирины явно присутствовала доля мазохизма.

А на последних словах я упал на колени и картинно протянул руки к столику Бутурлиных. От аплодисментов вкупе с топотом закладывало в уши, те, кто не поместился зал, слушали с улицы, и толпа там была что надо! На покрасневшую Иру я не смотрел, наверняка сверлит меня злым взглядом, зачем только себе настроение портить.

— А теперь про меня! Мне еще никогда не посвящали песен! — выкрикнул Олаф, вызвав новую волну веселья.

Ни капли не смущенный гном вскочил на стол, сорвав с себя рубашку. Его тело густо покрывали узоры скандинавских рук и боевые шрамы. Ох, и не прост был владелец гостиницы, ох, не прост. Зато сразу понятно, о чем петь.

— Да легко!

Как раз вспомнил подходящую песню у того же «Сколота».

Безумство схватки у черных скал,

твой лик ужасен, свиреп оскал.

Горячий норов дурманит кровь,

один на сотню ты рвешься вновь!

Как же хорошо, и плевать, что сил становится все меньше. Наверняка что-то высасывало ману, я готов был петь так всю ночь! Волшебная Лира играла любую музыку, какую я только мог представить. Были бы у меня еще колонки, чтобы на весь Новгород вещать, я бы такой концерт забабахал! Опен-эйр, короче! А это идея, нужно обязательно узнать, существует ли здесь аналог, может, технику из руин поискать. Чем боги не шутят, вдруг получится?

Здесь верить страхам своим не надо,

Ведь жизнь как подвиг, а смерть — награда.

Тебя ждет Один на пир в Вальхаллу,

И ждут валькирии в небесных залах.

Героев Асгарда ты там увидишь,

С друзьями кубок вновь опрокинешь.

И вспомнишь с ними былые битвы,

И вспомнишь время, когда был жив ты.

Несмотря на депрессивную концовку, Олафу очень понравилось. Гном молча вышел на сцену и стиснул меня в медвежьих объятиях, явно собираясь переломать мне все ребра. По его щекам стекали слезы, теряясь где-то в рыжей бороде, а во взгляде было столько эмоций, что мне стало очень неловко.

— Спасибо, напомнил старику про молодость. Я… Не уходи никуда!

Гном резво спрыгнул со сцены и скрылся в толпе, рассекая ее подобно атомному ледоколу. Сделав глубокий вдох (какое счастье просто дышать!), я посмотрел на зардевшуюся Светлану и тепло ей улыбнулся.

— А теперь о прекрасных дамах!

Хватило меня еще на несколько песен, пока горло окончательно не охрипло. Можно было бы, конечно, попробовать почитать тувинский рэпчик, но я подумал, что местная аудитория до такого еще не доросла. Да и не нужно было. Стоило мне поклониться и убрать лиру, как меня буквально стащили со сцены и начали подбрасывать в воздух. От полетов просто дух захватывало! Да и плавать по людскому морю было очень здорово.

На ногах я оказался фиг знает когда, с головокружением, слабостью, сильной жаждой и абсолютно счастливым. Появился гном и сунул мне в руки огромный покрытый рунами рог. Кругом кричали: «Пей, пей, пей», — пока я его полностью не осушил. Внутри оказалась медовуха, но какая! Такую, пожалуй, и богам было не стыдно предложить. Осушив его, я наконец обратил внимание на мигающие уведомления:

Вы испили нектар Асгарда. Все характеристики повышены на 1

Характеристика «Харизма» повышена на 1. Текущее значение 16

Максимальное количество магической энергии повышено на 20 %

Глава 17. Прием у Бутурлиных

Неплохие такие бонусы за одно выступление! Теперь я готов петь каждый день! Жаль только, завтра придется покидать Нижний Новгород, Бутурлины точно покоя не дадут. Кстати, а где Ирина?

Не найдя взглядом знойную брюнетку, я не расстроился, было некогда. Сияющий как золотой червонец Олаф сдавил меня в фирменных объятиях и поклялся в вечной дружбе, мои дружинники и часть слушателей поддержали гнома. В ответ я выдал неожиданно красивый тост и предложил всем продолжить веселье, на что получил согласный одобрительный рев. Кажется, подвалы «Веселого гнома» опустеют за одну ночь. Интересно, сколько хитрый Олаф на этом заработает? Нужно было стребовать с него дополнительный процент!

Гном словно прочитал мои мысли и поспешил поскорее от них избавить. Мы вернулись за тот стол, где мы сидели, уставленный всевозможным жареным мясом и лепешками. Медовуха тоже присутствовала, не нектар Асгарда, но на вкус ничуть не хуже!

— Я слышал многих скальдов, бардов, певцов и прочую шантрапу, и никто, я подчеркиваю, никто из них не мог сравниться с вами мастерством! Бросайте магию, выступайте, и весь мир будет у ваших ног! За вас, господин! — Олаф не уставал опрокидывать в себя разные напитки. И как в него только помещалось? — Тот рог, который я вам дал, дороже любых сокровищ. Нектар Асгарда, по легендам, пьют только норвежские короли перед последним странствиями. Не спрашивайте, откуда я достал его, не скажу. Зато поведаю, что хотел выпить его перед последним путешествием, и ни капли не жалею, что отдал его вам!

— Спасибо, я уже чувствую его божественный эффект. — А ведь гном прав. Повышение характеристик куда ценнее какой-то там тысячи рублей. — Ты хороший гном, Олаф. Я тебя не забуду, когда верну себе Новгород.

— Выпьем же за начало долгой крепкой дружбы! — взревел растроганный гном на весь зал, и его в который раз поддержали.

В номер мы вернулись глубокой ночью. Вся энергия после выступления куда-то исчезла, и я выключился еще до того, как коснулся лицом подушки. Утром проснулся без усталости и головной боли, и пробуждение было очень приятным. Снятую с меня одежду девочки аккуратно сложили на стуле, сапоги поставили рядом с кроватью, а сами прижимались ко мне обнаженными телами, чем вызывали напряжение в определенном месте. Перед моим лицом лежала Уна, с нее-то я и начал. Очень скоро из-за стонов феи проснулась Света и поспешила к нам присоединиться, заняв свое место у моих ног… Пришлось вздыхающему за дверью Велемиру подождать.

Гостиницу мы покинули после полудня. Сначала утренние упражнения, а затем Олаф никак не хотел отпускать. Помимо шикарного блинного завтрака гном нагрузил нас снедью на месяц вперед, выдал недостающих лошадей и взял с меня обещание останавливаться только у него, пообещав всегда держать для меня царский номер. И да, выдал мне аж пять тысяч рублей. Это ж сколько он заработал за ту ночь?!

Эх, скоро домой. В баньку сходим, шашлыков поедим. Должна же быть в селе у кого-то банька? А то если нет — построим. Обязательно с каменкой и просторной парилкой. А что? Денег теперь полно после продажи лута и прочих заработков. А можно и в ту самую мертвую деревню еще заглянуть, наверняка там много ценностей для коллекционеров. Поеду в Московскую академию миллионером.

— Стойте! — За мечтами я и не заметил, как нам преградили дорогу у самых ворот.

Осмотревшись, я понял, что дело было плохо. Нас окружил отряд стражников тридцатых-сороковых уровней. Выход из города загородили всадники. Мы с Уной, может, и прорвемся, но дружинники точно спасутся не все. Велемир подъехал ко мне, и, судя по выражению его лица, воевода готов был броситься в бой.

— Чего вам? — Ладонь сама собой легла на пояс, где я открыто носил пистолет. А что? Если для всех это просто игрушка, то и бояться не будут.

— Александр Морозов, вам письмо. — К нам подошел одетый в позолоченные доспехи высокий воин. Аж полусотенный уровень. Он, поклонившись, торжественно передал мне конверт. Похоже, схватки не будет. Я перевел дух и вскрыл полученный конверт.

На плотной красивой бумажке филигранным почерком было выведено:

«Князь Александр Морозов, вы официально вместе с вашим фамильяром приглашены на праздничный прием в особняке рода Бутурлиных этим вечером по случаю поступления меня в Московскую академию. Начало приема в пять часов. Отказ не принимается».

И подпись с сердечком. Да что ж такое! Я тяжело вздохнул, мучительно выбирая между кровопролитным прорывом и походом на бал. Бросив взгляд на своих дружинников и на преградившую нам путь стражу, я решил выбрать прием. Ну не убьют же там меня, в конце концов. Придется тогда уезжать завтра. Я кивнул позолоченным доспехам, и мы развернулись в обратном направлении.

Олафа на месте не было. Кстати, нам сообщили, что он тоже вызван на прием. Что ж, встретимся там. Несмотря на отсутствие хозяина, нас приняли с распростертыми объятиями и проводили назад в номер. Но сидеть нам там долго не пришлось, так как мои девушки потащили меня по магазинам. Как же, на прием я должен был явиться в соответствующем костюме. Четыре часа ада бесчисленных примерок закончились приобретением дорогого костюма. Хотя вот лично я, хоть убей, не понимал, что в этом купленном мне наряде было такого особенного.

А за полчаса до начала мы вместе с Уной, которая стала моим, так сказать, живым «навигатором», выдвинулись на прием. Дворец Бутурлиных был окружен трехметровой стеной из белого камня. Этакий мини-город в городе. Внешне сама стена выглядела слегка обветшалой, но тем менее было заметно, что за ней, в отличие от самой городской стены, еще как-то следили. Тут подкрасили, там подрихтовали. Мы прошли через распахнутые ворота, где двое здоровенных стражников тридцать пятого уровня, как-то удивленно смотревших на нас, проверили мое приглашение и подозрительно уставились на Уну.

— А этой в приглашении нет, — произнес один из них, явно сальным взглядом шаря по фигуре моей спутницы.

— Эта, как ты изволишь выражаться, смерд, — повысил я голос, — мой фамильяр! Она указана в приглашении! И оскорбляя ее, ты оскорбляешь меня. Ты серьезно хочешь оскорбить аристократа?

Я уже было хотел достать Лиру, но тут до стражников, видимо, дошло, что они погорячились.

— Извините, господин, госпожа. Не судите строго. Служба.

Уна явно собиралась открыть рот и высказать все, что она думает о стражниках и их службе, но я положил ей руку на плечо.

«Оставь ты этих убогих, — обратился к ней мысленно, — не трать нервы».

«И не собираюсь», — отозвалась фея.

Итак, я снисходительно кивнул смущенным стражникам, и мы вошли на территорию Нижегородского кремля. На территорию Бутурлиных, которая когда-то была территорией Морозовых.

Дворец впечатлял. Солидное здание, не отличавшееся особым изяществом, зато хорошо укрепленное. Круглые мощные башни, грозные прямоугольные обводы. Перед ним был разбит небольшой парк. Аккуратно подстриженная трава, невысокие деревья, вымощенные плиткой дорожки. Перед входом во дворец, представлявшим собой широкие двустворчатые двери, к которым вела мраморная лестница, стояло несколько карет. Похоже, мы оказались единственными, кто пришел пешком. наверное, это и стало причиной удивления охранников на воротах.

Около карет стояло несколько слуг.

По лестнице к нам навстречу спустился пышно разодетый дворецкий.

— Господин Морозов? — осведомился он приятным баритоном. — С фамильяром? — бросил он взгляд на вызывающе уставившуюся на него Уну.

— Да, — кивнул я.

— Пойдемте, господин, — слегка поклонился он.

Мы вошли за нашим провожатым в двери, а потом прошли по длинному коридору и оказались в просторном, хорошо освещенном зал. Позолота на стенах и на рамах, которые украшены причудливой резьбой. Натертый до зеркального блеска пол. Длинные столы, выстроившиеся вдоль стен, на которых расположились закуски и разнообразные бутылки. И пышно разодетый народ. Если костюм Уны, с учетом ее яркой внешности, явно не уступал нарядам местных светских львиц, то вот я чувствовал себя слегка не в своей тарелке. Нет, не бедным родственником, скорее скромным студентом. Но смущение длилось недолго. В конце концов, не пофиг ли? Тем более Уна, от которой не укрылись мои сомнения, практически прошептала мне в ухо те же слова.

А тем временем наш проводник громогласно объявил на весь зал.

— Князь Морозов с фамильяром Уной!

В следующий миг мне опять стало не по себе. Взгляды всех присутствующих обратились к нам. Я не физиономист, но мне все-таки показалось, что с откровенной ненавистью и злобой смотрят на нас только вон та кучка разряженных людей у стола расположенного как бы во главе зала. Там я увидел Всеслава, рядом с ним стоял невысокий старичок с солидной лысиной и какими-то холодными голубыми глазами. Я сразу понял, что передо мной глава рода Бутурлиных. И кстати, сорок четвертый уровень. Серьезный противник, к тому же еще и маг огня, спасибо системе за подсказку. Рядом с ним стояла полная пожилая женщина 16-го уровня, так же сверлившая меня взглядом. Ну, тут сразу по лицу было понятно, что это мать Ирины. Самой дочери я не увидел, зато, судя по всему, вокруг четы Бутурлиных толпились то ли родственники, то ли прихлебатели. Тем не менее старик погасил свой взгляд, который внезапно стал равнодушно-вежливым, и двинулся ко мне. За ним последовали сын и жена. Вот они не сдерживали, в отличие от главы рода, свое отношение ко мне. Я почувствовал, как в воздухе повисла напряженная тишина, постепенно охватывающая весь зал. Но остановившись в нескольких шагах от нас, Бутурлин-старший нарушил эту тишину.

— Приветствую вас, уважаемый Александр Морозов, я Петр Иванович Бутурлин, глава рода Бутурлиных и правитель Нижнего Новгорода, — негромко представился он, — это моя жена Варвара Сергеевна Бутурлина и сын Всеслав.

После этих слов звуки словно вернулись в зал. Гости вернулись к своему занятию, заключающемуся в том, чтобы разговаривать, выпивать и закусывать, а мы со стариком смотрели друг на друга.

— Рад вас видеть! — в голосе старика радости не было ни на грамм. — А ты смелый… — тихо добавил он, и в его равнодушном взгляде на несколько секунд мелькнула злоба.

— Какой есть, — пожал я плечами и почувствовал, как меня вновь охватывает непонятная злоба.

«Хозяин, не надо», — раздался в голове голос Уны, и я почувствовал касание ее руки.

«Все, все… спасибо». — успокоил я фею.

— Думал, у тебя не хватит наглости прийти… — продолжил тем временем старик, изучая меня своим холодным взглядом. Всеслав явно порывался что-то сказать, но брошенный на него взгляд отца остановил парня.

— Вы еще не знаете уровень моей наглости, — так же шепотом сообщил я ему. Этот старик реально меня бесил. И я даже забыл о том, что он находится в своем дворце и, несмотря на все мои таланты, может легко размазать меня по полу. Хотя если я успею достать пистолет, который все считают здесь бесполезной игрушкой, вполне возможно, что ничего он не успеет сделать. Но даже если я достигну своего и убью обоих Бутурлиных, отца и сына, думаю, найдутся родственники которые займут их место.

«А еще, согласно законам империи, это преступление, я же тебе говорила об этом, — раздался в голове голос фамильяра, — нужно объявлять войну. Иначе, как ты правильно сейчас мыслил, ты ничего не изменишь».

— Ты жив только благодаря моей доброте, — ответил мне тем временем старик, — не испытывай мое терпение, щенок… — Вслух же этот старый пердун заявил: — Господа, прошу любить и жаловать! Александр Морозов!

После этой фразы он развернулся и медленно направился к своему столу. За ним последовала его жена, а вот сын задержался немного.

— Я убью тебя, урод, — пообещал он мне. — Полностью сотру твой род… не останется ни одного морозовского ублюдка!

— Смотри не надорвись, — презрительно фыркнул я, — языком трепать все горазды.

— Жди вызова на дуэль! — бросил тот и с гордо поднятой головой удалился.

«Дуэль! — раздался в моей голове голос Уны. — Хороший шанс избавиться от одного врага. С ним-то вы точно справитесь. И все законно будет!»

Я мысленно согласился с ее словами и огляделся. Честно говоря, наступила весьма неловкая ситуация. Куда мне сейчас идти? Я никого не знал из присутствующих. Хотя стоп. Олаф должен был быть приглашен. Внимательно осмотревшись, я увидел рыжую бороду гнома около одного из столов и сразу направился к нему.

Когда тот заметил меня, то расплылся в широкой улыбке. Рядом с ним тусовалось несколько человек, оказавшихся такими же трактирщиками, как и он. Все они были невысоких уровней, и я даже не счел нужным запомнить их имена.

— Ну как? — поинтересовался Олаф, отводя меня в сторону и давая возможность моей фее придирчиво попробовать местные деликатесы.

Бутурлины явно не бедствовали или усиленно делали вид. Гостям предлагали полакомиться такими странными крохотными корзиночками с белым муссом, припорошенным черной икрой. Не нравилась черная? Вот вам тончайшие блины с красной и зеленой. Насыщенное темно-бордовое мясо нарезали тончайшими ломтиками и скрутили из них розочки. На деревянные палочки накололи крохотные кусочки сыров, разных овощей и фруктов. В общем, есть было решительно нечего, через пару минут прожорливая фея оставила половину посетителей без еды.

— Ты же первый раз встречаешься с князем Бутурлиным.

— Первый, — кивнул я. — Тварь знатная. Ничего, доберусь я до него.

— Не сомневаюсь, — кивнул Олаф, — нам надо будет с тобой поговорить. Я кое с кем пообщался тут на нашу тему. Есть один человечек. Репутация у него так себе, конечно, связан с преступным миром Нижнего, поэтому имеет авторитет и, в принципе, не против помочь.

— Интересно, — удивленно посмотрел я на него. На самом деле, после того самого нашего короткого разговора мне казалось, что гном просто треплет языком. А тут вон оно как.

— Раз ты задержался, я назначил нам встречу завтра, но об этом не здесь, ты, главное, не сорвись, — ухмыльнулся гном, но его волнение от меня не укрылось. Он что, переживает за меня? Надо же!

— С чего ты взял, что я могу сорваться?

— А то у тебя было такое лицо, когда ты разговаривал с князем… — продолжил мой собеседник. — Думал, ты сейчас набросишься на него. А это..

— Да знаю все, — раздраженно махнул я рукой, останавливая гнома, — войну объявлять надо и все такое. Да и не потяну я сейчас бой, даже один на один с Бутурлиным.

— Ну это да, — кивнул как-то сразу успокоившийся гном. — Тогда пойдем выпьем. Я сам отбирал напитки для сегодняшнего вечера. Большая часть была заказана у меня.

Ну, я не стал возражать. Мы выпили, после чего я наконец решил более подробно осмотреться. Как я уже говорил, зал был шикарным. И кстати, тут уже заиграла музыка и по нему начали скользить вальсирующие пары. Смотрелось это неплохо. Но танцевать я не умел, а те же аристократы в этом мире этому учились с пеленок. И когда передо мной появилась раскрасневшаяся Бутурлина, я понял, что сейчас мне предстоит испытание. Девушка присела в церемонном поклоне. Одета Ирина была весьма вызывающе. Достаточно откровенное голубое платье с открытыми плечами и глубоким разрезом, в котором можно было при желании много рассмотреть.

— Ирина, — кивнул я.

— Не хотите потанцевать, князь? — посмотрела она на меня таким взглядом, что я понял: отказываться бесполезно.

Хотел было ляпнуть, что я не умею, но вдруг до меня дошло, что звучать это будет довольно смешно и глупо. Мой предшественник не мог не уметь танцевать, так что позориться мне не хотелось. С другой стороны, вспомнит ли это тело, как надо двигаться? Сам вальс лично я видел только в исторических фильмах.

Сделав шаг к девушке, я вдруг ясно осознал, что нужно делать. Надо же… прикольно. С подхваченной Бутурлиной мы присоединились к вальсирующим в зале парам.

Глава 18. Укрощение строптивой

Все мои сомнения насчет того, смогу ли я танцевать, сразу улетучились, едва я положил руку на талию девушки. Тело двигалось само, и это было очень необычно. Я только сейчас понял, что значит оборот «закружить в танце партнершу». Скорость этого самого вальсирования была далеко не медленной. Это вам не в клубе под техно или хаус дергаться. Тут, если навернешься, можно реальную травму получить.

— Вы хорошо танцуете, князь, — услышал я ее горячий шепот, — вы полны талантов.

Я решил промолчать на эту реплику, но моя партнерша явно хотела поговорить. Ну, учитывая, что я отдал свое тело во власть прошлой памяти реципиента (это так вроде называется правильно), то почему бы не поговорить?

— Хорошо, что вы пришли, — прошептала она, — приношу извинения за тот случай на воротах. Это все отец. Он человек резкий и не привык, чтобы ему в чем-то отказывали. А вы же могли отказать?

— Мог, — не стал я скрывать, — и, скорее всего, отказал бы. Я же вроде вам объяснил.

— Ну вот, мало того, отец долго думал приглашать вас или не приглашать, — похоже, девушка меня не слышала. — Но мы с Всеславом его убедили.

— Всеслав хотел, чтобы я пришел? — невольно вырвалось у меня.

— Да, как ни странно. Мой братец еще тот отморозок. Хорошо вы его тогда перед воротами унизили. Он так забавно кипел от ярости. Как чайник… — она рассмеялась.

— А я гляжу, вы не особо своего брата-то любите, — заметил я.

— А с чего мне этого козла любить? — презрительно фыркнула Ирина. — Тоже мне наследник. Ведет себя как павлин надутый. Мол, он от первой жены из четырех, любимчик…

Интересно, то, что здесь было разрешено многоженство, я не знал.

— И как его жены не переругались? — поинтересовался я.

— Сейчас только одна осталась, — хмыкнула в ответ девушка. — Варвара четвертая жена, но детей у нее нет. Остальные уже оставили этот мир. — По лицу девушки пробежала мимолетная хмурая тень. — Так вот, мой братец, как только станет наследником, думаю, совсем с катушек сорвется. И мы, кстати, с ним в академию едем. В Москву. Я слышала, вы тоже едете в академию? И в какую?

Кстати, я тут все-таки уже выяснил, что всего в Российской империи существовало четыре академии для аристократов. В Москве была самая престижная. Как Семену Игнатьичу удалось меня туда пристроить, непонятно. Надо будет выяснить.

— Да, я тоже туда поеду, — ответил я ей.

— Как хорошо, — прошептала в ответ она, а тем временем музыка закончилась.

Моя партнерша тяжело дышала, и в ее глазах бушевала страсть.

— Спасибо за танец, князь, — поблагодарила она и прошептала, — выйдете через десять минут из зала, — он кивнула в сторону распахнутых дверей, — вы не пожалеете.

Кхм, интересно, о чем это я не пожалею? Заинтриговала!

На этом мы с Ириной и расстались. Вернувшись за столик к трактирщикам, я увидел, что Олаф занят беседой со своими друзьями по бизнесу, а вот Уна, по-прежнему забивавшая свой желудок разными вкусностями (в очередной раз поражаюсь, куда там столько влезает), сразу закончила свое занятие и подскочила ко мне.

— Ты извини, я все слышала, особенно последний ваш разговор, — возбужденно прошептала она. Глаза у моего фамильяра блестели. — Ты ее сегодня трахнешь! В академию не ходи!

— Да чего ты несешь? — возмутился я. — Где я ее трахну? Во дворце ее отца, во время приема? Я что, на самоубийцу похож? Да и она из Бутурлиных!

— И что? — удивленно посмотрела она на меня. — А что, Бутурлина не женщина, что ли? Ну втрескалась в тебя дочка твоего врага. Так лови момент. Это же самая тонкая месть… разве нет?

Я задумчиво посмотрел на своего коварного фамильяра.

— Допустим, — согласился я с ней. Доля истины в ее словах, конечно, была. — Но тут дворец Бутурлиных. Прием! Как ты себе все это представляешь? А то будет по классике вроде «вернулся муж из командировки». Тогда я дуэлью точно вряд ли отделаюсь. Обесчестить дочку Бутурлина в его же доме!

— Я не знаю, что такое командировка, но ты недооцениваешь хитрость и изворотливость женщин, господин, — улыбнулась моя собеседница. — Вот увидишь. А насчет обесчестить… я готова спорить на что угодно, что там эта самая честь давно уже потеряна! Эх, жаль, к вам присоединиться нельзя…

— Так, — я строго посмотрел на разошедшуюся фею, — заканчивай уже. Лучше контролируй периметр, а то хрен знает, что там может быть. Вдруг покушение…

— Покушение, однозначно! На твою честь… — захихикала Уна, но, увидев мой предупреждающий взгляд, сделала серьезное лицо.

— Я буду вся внимание, господин, — заверила она меня.

Я тяжело вздохнул и направился к выходу. Покинуть зал мне, слава богу, удалось незамеченным. А там в коридоре меня уже ждала девушка. Схватив за руку, она протащила меня по нему и, открыв совершенно неприметную дверь, затащила внутрь. Я огляделся. М-да. У Бутурлиной, похоже, окончательно башню снесло. Это была спальня. И судя по скромности обстановке — спальня прислуги. Развернувшись, я хотел было высказать все, что думаю на этот счет, своей «похитительнице», но слова замерли на губах. Ирина уже сняла платье и осталась в нижнем белье.

По одному только его виду сразу становилось понятно, что она не бедствовала. Если Марфа и Светлана носили простые повязки из обычной бежевой ткани, то лифчик Бутурлиной смотрелся бы вполне уместно и в нашем мире. Тончайшие шелковые кружева будоражили разум, вызывая желание немедленно сорвать с девушки одежду и овладеть ей. Да уж… Судя по всему, права фея. Бонуса за девственность я явно не получу, понятно по ее властному взгляду. Совершенно не стесняется.

— Ну же, иди ко мне. — Она полулегла на кровать размером с аэродром (некисло так прислуга у Бутурлиных живет), частично скрывшись за балдахином, и вытянула ногу, словно предлагая целовать ее пальчики. — Покажи, на что способен, юный князь.

Диагноз понятен, доминантка в чистом виде. Хочет, чтобы я залез к ней под каблучок и остался там навсегда. Ничего, по опыту рисования и просмотра хентая могу с уверенностью сказать, что в таких вот властных стервах обычно живут послушные кошечки, нужно только их пробудить. Правда, знания у меня больше теоретические. Но в любом случае надо — действуем быстро и решительно.

Не слушая, что мне там еще говорила Бутурлина, я в два шага оказался перед ней и схватил за горло, запечатав открывшийся в возмущении ротик поцелуем. О, это мы удачно, можно просунуть язык. Не кусает и не дерется, отлично, — значит, продолжаем.

Чуть усилил хватку, ее полустон-полухрип как бальзам на душу, это еще не расплата за мой род, а только ее начало. Сорвать с нее лифчик, он только мешает. М-м-м, какая прекрасная грудь, очень мягкая и в то же время есть что пощупать. Соски уже твердые и торчат, великолепно, а что будет, если покрутить их в разные стороны?

Девушка вздрогнула и попыталась вырваться, выгибая спину, но стальная хватка на изящной шее не оставляла ей ни малейшего шанса. Как следует насладившись ее грудью и наверняка оставив на аристократически-бледной коже несколько синяков, я толкнул ее, бросив спиной на кровать, и тут же навалился сверху. Еще один поцелуй, властный, дезориентирующий, дурманящий разум. Бутурлина задышала чаще, прикусив губу и уставившись в потолок. Очень хорошо, у меня есть свобода действий.

Пройтись языком по беззащитной шее, м-м-м, какая она вкусная. Тонкие ключицы, манящая ложбинка меж холмиков и, наконец, сама грудь. Облизать сосок, легонько прикусить… Это что, стон? Да, вот так, постони для меня. Вторую сожмем как можно сильнее. Да у нас тут еще и мазохистка! Джекпот!

Все, хватит прелюдий, сдерживаться я уже не мог. Нужно срочно сбросить напряжение. Снимать миниатюрные трусики слишком долго, резко сорвем их. Что, не нравится? Наверняка стоят пару тысяч? Ну ничего, денег на новые точно хватит. Ого, как здесь мокро! Интересно, это я так хорош или престиж-класс инкуба действует? А, плевать. Важен сам факт.

Дальше я уже действовал в классическом варианте. Правда, к своему удивлению и, видимо, к большому разочарованию Уны, моя партнерша оказалась девственницей. А строила-то из себя… Так что два очка харизмы я все-таки получу! День становится все лучше и лучше!

Характеристика «Харизма» повышена на 2, текущее значение 18

Ира не сдерживала стоны, крича на всю спальню. Я двигался резко, не жалея ее, наверное, выплескивая всю злобу, которая вновь зашевелилась во мне. На, получай, получай! Чувствуя скорый финал, я навалился на девушку, придавливая ее к кровати, и наконец разрядился. Девушка подо мной мелко дрожала всем телом и расцарапывала мне спину, однако сейчас ее царапины казались мне приятными почесушками. Да, я точно пощажу Иру, я даже знаю, чем она будет расплачиваться за грехи рода. Пойдет ко мне в холопки. Из этой красивой стервы получится послушная рабыня. Но вот сдается мне, что чем я с ней буду жестче себя вести, тем она будет больше получать удовольствия. Местью это, конечно, назвать сложно. Но пока есть возможность, надо проверить свои догадки.

— Мы еще не закончили. — Я с улыбкой смотрел в ее помутневшие глаза, покуда там не появилась искра сознания. От оргазма Бутурлина отходила куда дольше меня.

— Но… Ведь… Мы же уже… И вообще, ты знаешь, сколько стоили…

Я не дал ей договорить. Схватив Иру за шею, чем вызвал очередной сладкий стон, я поднял ее. В инвентаре очень удачно нашлась веревка. Привязав обнаженную раскрасневшуюся девушку к перекладине балдахина, я отошел полюбоваться результатом. И черт возьми, он мне нравился!

Высота была идеальной. Ира беспомощно переминалась на носочках, весь вес приходился на напряженные миниатюрные пальчики. Абсолютно беспомощная девушка находилась полностью в моей власти. Особенно возбуждало понимание, что Ира легко могла бы порвать веревку или ударить по мне заклинанием, но она ничего не делала, потупив взгляд. Кажется, девушка узнавала о себе много нового.

— Ты была плохой девочкой, как и твои родичи, пора тебя наказать. — Я подобрал с пола свой ремень, неторопливо раскручивая его на всю длину. — Считай удары вслух.

— Не буду. — В ее карих глазах вспыхнули искры неповиновения.

— Тогда устраивайся поудобнее, мы здесь надолго. Жаль, хлыста нет, но и ремень сойдет. — Хм, интересно.

Она быстро стрельнула глазами на стоящий в углу сундук. Что там такого? Ого-го! Несколько плеток, пастуший кнут, свечи, наручники! Готов спорить, все это было приготовлено для меня. Вот шалунья то. Что ж, как оказалось, княжна просчиталась. Они нам тоже пригодятся, но уже в совершенно другом варианте.

Я решил начать с небольшой узкой плети, удары от такой должны быть достаточно болезненными и в то же время не оставлять ран. Размахнувшись для пробы, я со всей силы ударил по кровати за спиной девушки. Есть! Ира вздрогнула и сжалась, явно ожидала, что достанется ей. Следующий удар был гораздо слабее. Не удар то, а шлепок…Свист рассекаемого воздуха, звонкий шлепок, перешедший в стон крик, и дёрнувшееся в путах тело. Блин, вот не ожидал от себя подобных извращений.

Мне вдруг стало не по себе. Что я вообще творю? До чего я докатился? Бью беспомощную девушку… ну, не беспомощную, одернул себя, эта самая беспомощная девушка выше меня уровнем и думаюпри желании быстро прекратила бы это безобразие… Тут я встретился глазами с Бутурлиной.

— Еще, — прошептала она, умоляюще глядя на меня. Глаза ее были подернуты страстью. Вот же блин. И что это сейчас происходит? Кто кого вообще наказывает сейчас? Кстати… я вдруг похолодел. А кто знает, когда Иру вообще хватятся? Если найдут нас здесь в такой вот недвусмысленный ситуации, думаю, со мной даже разговаривать не будут! Прибьют, и все.

— Слушай, а когда тебя начнут искать? — спросил я после второго удара, который вызвал еще более громкий стон, — Отвечай!

— Нескоро… Приемы дают до рассвета… Я сказала, что ушла спать… Вся ночь в нашем распоряжении…

— Называй меня хозяин. — Встретившись с очередным непокорным взглядом повернутой головы, я усмехнулся.

Что ж, если ты любишь игры и тебе так нравится в них играть, я тоже поиграю. Может, потом я и буду испытывать угрызения совести, но сейчас… Вся ночь, значит? Очень хорошо. Раз девушка не соврала, что ее уже ищут и меня посадят на кол, а между прочим могла… значит, сама хотела, чтобы я продемонстрировал силу и власть. Кто я такой, чтобы отказывать даме? Позвать, что ли, Уну, раз ей не нужно стоять на часах? Нет, рано, Ира может приревновать, пока что этот танец на двоих.

— Продолжим прививать тебе хорошие манеры.

Честно говоря, в последующие двадцать минут я реально устал. Все-таки старался бить несильно, да это было и не нужно. По-моему, девушка уже содрогалась не от самого удара, а от предчувствия его. Благодаря своему новому престиж-классу, я насчитал как минимум четыре оргазма. Вот кто здесь кого наказывает, а?

Но вот за очередным шлепком по упругой заднице я не сразу расслышал тихий шепот. Пришлось подойти ближе и картинно подставить ухо к ее губам.

— Повтори, — жестко приказал я.

— Один. — Ира избегала смотреть мне в глаза, словно рассчитывала, что я не замечу в них искры покорности. Глупо, пытаться изображать недотрогу, будучи привязанной к кровати без одежды.

Что ж, после этого дело быстро пошло на лад. Девушка явно устала, хотя по ней было заметно, что эта усталость доставляла ей удовольствие.

— Хорошо, начинаешь понимать свое место, — сообщил я ей.

Последующие двадцать минут я продолжил учить Бутурлину. Ее страх, непонимание и осознание ласкали душу. И все же закончилось все это неожиданно. Ира, наконец, поняла, чего я от нее жду.

Я неторопливо сел напротив тяжело дышащей девушки, смотревшей на меня с до сих пор не угасающим вожделением.

— Кто я? — спросил я, не сомневаясь в ответе.

— Хо… хозяин, — еле слышно прошептала она.

— Я не слышу, — угрожающе произнес я, сделав вид, что замахиваюсь плетью.

— Мой хозяин! Пожалуйста, хватит!

— Очень хорошо. Посмотрим, насколько хорошо ты усвоила урок.

Я освободил Иру и завел ее руки за спину, снова связывая их. Схватив ничего не понимающую девушку, я подтащил ее к креслу у горящего камина. Там я обнаружил то, чего не видел раньше — журнальный столик с бокалом шампанского и стеком. Ха, да она явно готовила это место для себя! Здесь и коврик есть как раз, чтобы лежать в ногах.

— А теперь тебе надо удовлетворить меня. А то ты-то уже, а я еще нет. Это несправедливо.

— Ты с ума сошел! Я княжна! — В голосе Бутурлиной послышалось возмущение.

— А я князь. И твой хозяин. Забыла? Не зли меня.

Немного поколебавшись, Ира все же склонилась передо мной. Да уж, ничего общего с Уной, кажется, опыта у княжны не было от слова совсем. И в отличие от Марфы или Светы, в ее движениях недоставало искренности.

Поняв, что так мы никуда не уедем, я помог ей, и несмотря на то, что действовал я довольно жестко и напористо, даже в такой ситуации Бутурлина не сопротивлялась! Более того, она сама начала стараться…

Во время этого процесса я думал, как нам быть дальше. Возможно, девушка находилась под каким-то очарованием после того концерта, и утром я приобрету себе злейшего врага. Впрочем, наплевать, поздно включать заднюю. Да и в любом случае не мог я допустить, чтобы меня поместили под каблук.

Ира уже легко называла меня хозяин и была послушной девочкой. Закончилась эта ночь на кровати. Девушка вновь завелась, а я сам, честно говоря, не ожидал от себя подобной мужской силы. В моем мире так долго и эффективно я бы точно не смог. Но вот через плотно занавешенные шторы начал пробиваться робкий рассвет. Солнечный луч упал на наши обнаженные тела.

— Ох, уже утро… — Девушка на дрожащих руках выбралась из-под меня и потянулась к висящему в шкафу халату. — Одевайтесь, князь, я незаметно вас выведу.

— А как же «хозяин»? — с улыбкой спросил я.

— Это была игра, только на одну ночь. — жестко ответила она. — Вы ведь и сами понимаете, что я могла убить вас в любой момент. Теперь мы снова равны. Для нашего общего блага соблюдайте приличия на людях. Все произошедшее остается в этой комнате. Или вы пожалеете!

— Как скажете, княжна, — с насмешкой ответил я, натягивая штаны. Холодный взгляд карих глаз Ирины меня совсем не напугал. Я прекрасно знал, какая она на самом деле. — А угрожать мне не стоит. Сообщите, когда захотите повторить, всегда рад отхлестать вас, как последнюю сучку.

Покрасневшая как помидор девушка ничего не ответила. Открыв дверь, она воровато осмотрелась и дала знак, что все чисто.

Сонная Уна встретила нас во дворе. Судя по всему, фея продрыхла всю ночь, преступным образом забив на свои обязанности часовой!

«А смысл? Я же слышала, что она обо всем позаботилась. Решила не мешать вам, хоть выспалась».

Ирина провела нас по заброшенному саду и нажала на камень в стене. Тихо щелкнул механизм, открывая уходящую в темноту лестницу.

— Этот тайный проход выведет вас в город. Я уведомлю ваших людей. — Она нерешительно посмотрела на меня и, быстро поцеловав, попыталась отойти. — Прощайте, князь.

— Не прощайте, а до скорой встречи. — Я притянул девушку к себе и не отпускал, пока она не подарила мне нормальный поцелуй. — Мы еще обязательно встретимся, моя рабыня.

Глава 19. Крестный отец Нижнего Новгорода

Вышли мы с Уной в километре от дворца Бутурлиных. Несмотря на раннее утро, народ на улицах Нижнего Новгород имелся. Город начинал оживать рано. Когда мы добрались до гостиницы, то попали как раз к завтраку. В зале нас ждали озадаченный Велемир с дружинниками, взволнованная Светлана, которую явно не успокоили заверения воеводы в том, что с господином все будет хорошо, и Олаф собственной персоной. Гном выглядел довольным, и после того, как я поздоровался со своими верными спутниками и заказал завтрак (чувствовал, что сейчас, наверное, лошадь могу съесть), он отвел меня в сторону и заговорщицки прошептал на ухо.

— Крондл готов с вами встретится.

— Крондл? — не понял я, уставившись на гнома. — Какой Крондл?

— Ну, тот самый человек, о котором я говорил, — удивленно посмотрел на меня гном, — вы уже забыли? Тот самый, кто может помочь вам вернуть Нижний Новгород роду Морозовых.

— Да, помню, — кивнул я, — и когда?

— Ближе к вечеру. Я сообщу. В его резиденции.

— У него есть резиденция? — я не поверил своим ушам. — У бандита?

— Ну, во-первых, он не бандит, — нахмурился гном, — не советую применять это слово в разговоре с ним. Во-вторых, он просто неравнодушный житель города, который желает вам помочь. А его отношения с местным… так сказать, неблагополучным контингентом нас не должны волновать… Разве я не прав?

— Ладно, поговорим, — согласился я.

Действительно, что это я вообще. Не пофиг ли мне? Сейчас надо пользоваться любыми способами.

Согласившись таким образом на предложение Олафа, я вернулся за стол, где отдал должное обильному завтраку. После него мне сразу захотелось спать. Все-таки ночные забавы с Бутурлиной не позволили мне сомкнуть глаз, а организм требовал отдыха. Поэтому после завтрака я отправился наверх, где просто-напросто завалился спать. Вместе с Уной и со Светланой. Но на этот раз без всяких шалостей. Просто сон.

Разбудил меня Олаф, и вместе с ним, Велемиром и Уной мы направились на ту самую встречу. Правда, узнав, куда нам предстоит идти, Велемир уперся и долго спорил с Олафом о том, что князю нужна охрана. Гном же в свою очередь доказывал, что это дурной тон, если приглашает лично Крондл. В результате Велемиру все-таки пришлось согласиться.

Резиденция Крондла располагалась на окраине Нижнего в районе… да даже тяжело было описать, какой это был район. Если бы не Олаф, который шел рядом с нами и выступал в роли проводника, я бы давно, наверное, вызывал лиру и прошелся Небесной Бурей по местному гадюшнику. Меня окружало настоящее «дно». Ободранные дома, вонь бомжей и нищих, дергающих нас за рукава, прося подаяния. Раз пять нас пытались обворовать, три раза взять на, как это говорится в моем мире, «гоп-стоп». С ворами разбирался Велемир, который, как оказалась, умел весьма лихо ломать руки. А разные неприятные личности, преграждающие наш путь, после упоминания имени Крондла слегка бледнели и предпочитали ретироваться, почему-то безоговорочно веря Олафу на слово и даже не обращая внимание на то, что мы, сопровождавшие его, явно на опасных людей внешностью не тянули. Скорей уж на банальных «терпил».

— Интересно, это ты такой убедительный, что ли? — не удержался я от вопроса после третьего раза, когда наглые бандиты, вдруг извинившись, скрылись в очередном переулке. — А если я скажу, что меня Крондл пригласил? Мне тоже поверят?

— Поверят, — улыбнулся Олаф, — только потом прикопают. С Крондлом такие шутки не проходят. Здесь каждое слово что-то значит.

М-да. Прямо крестный отец какой-то.

Но вот, наконец, перед нами появилась, если верить словам гнома, резиденция Крондла. Признаюсь, что среди разрухи и бедности вокруг смотрелась эта резиденция как нечто инородное. Как своеобразный пир во время чумы. Этакий изящный трехэтажный особнячок, окруженный высоким каменным забором с солидными железными воротами. Нас уже ждали. По крайней мере, когда мы подошли, их распахнули нам навстречу два здоровяка выше меня на голову и с какими-то зверскими лицами.

Оказавшись непосредственно на территории особняка, я еще больше ощутил контраст между тем, что было за его стенами, и тем, что находилось в их границах. На внешней территории был разбит небольшой сад с аккуратно подстриженными зелеными кустами вдоль вымощенных плитами дорожек и с ухоженными деревьями. К моему изумлению, я даже небольшой пруд увидел.

— Мне нравится, — заявила Уна, осматриваясь, — ваш Крондл явно имеет вкус…

— Наш Крондл, — поправил ее гном, — он должен стать нашим. Поверьте, князь, — обратился он ко мне, — помощь это человека может оказаться решающей в нашем деле.

Ого, гном уже позиционирует возврат Нижнего Новгорода роду Морозовых как «наше дело»! Интересно, какой ему профит от того, что власть в городе поменяется?

«Мог бы и не спрашивать, а сам догадаться, — появилось в голове послание от моего фамильяра, — он же торговец, как ты говоришь, бизнесмен. Разве, если он приведет тебя к власти, ты не дашь ему заслуженную награду? Дашь. А что нужно трактирщику? Скидки от налогов, например, а то и вообще освобождение от них. Да, на самом деле, можно много и еще каких бонусов придумать. Так что уважаемый Олаф заинтересован в этом».

Порой я реально не понимал, как в Уне могло сочетаться непосредственное отношение ко всему девчонки-хулиганки и рассудительные замечания зрелой женщины.

Тем временем пройдя по саду, мы вошли во вновь предусмотрительно распахнутые перед нами высокие двустворчатые двери особняка.

Здесь нас встретил молчаливый дворецкий, в отличие от охранников, выглядевший так, как и должен, на мой взгляд, выглядеть вышколенный слуга. Вежливый, но холодный, явно уверенный в себе, он стал нашим проводником. После коридора мы прошли анфиладу из нескольких богато отделанных залов (правда, конечно, выглядевших скромнее, чем у Бутурлиных), пока наконец не очутились в небольшом помещении, которое я бы назвал кабинетом. В отличие от пройденных нами ярких, но безвкусных залов, этот был обставлен с большим вниманием и качественным. Я бы назвал его дорогим и уютным.

Семь мягких кресел, стоявших полукругом около камина, огонь которого пожирал дрова с веселым треском, несколько мягких диванов. Длинный стол буквой «Т», напомнивший мне столы высоких чиновников, на котором разместилось весьма богатое, на мой взгляд, угощение и пяток разнокалиберных бутылок. Но самое главное — отсутствие окон. Просто стены, задрапированные темно-зеленым бархатом.

Пройдя по начищенному до блеска паркету, сразу напомнившему мне прием у Бутурлиных, мы втроем остановились у кресел, из которых навстречу нам поднялись трое людей.

Наш провожатый исчез, и теперь я рассматривал хозяина дома и его гостей. Того, кто был хозяином, я узнал сразу. Вот извините, конечно, но я пребывал в шоке. Увидеть в другом мире человека, практически один в один похожего на того самого актера, который играл в «Крестном отце». Я вообще любил все эти гангстерские голливудские фильмы. И старые вроде «Крестного отца», и новые отвязные, которые пошли сниматься после тех же самых «Бешеных псов» Тарантино, но стоявший сейчас передо мной человек был как две капли воды похож на того Марлона Брандо из моего любимого фильма. Невысокий человек лет пятидесяти с аккуратно зачесанными назад, слегка тронутыми сединой волосами, аккуратными усиками и тяжелым взглядом черных глаз. От него словно во все стороны расходилась волна властной уверенности…

Крондл

Уровень 47

«С тебя пересказ этого самого вашего… фильма, — заявила сразу в моей голове Уна. — Этот Крондл опасный человек, — голос фамильяра был невероятно серьезным. Из него куда-то исчезли непосредственность и веселость. — Будь осторожен с ним».

А я уделил внимание спутникам Крондла. Точнее, спутницам. Это были две девушки явно азиатского происхождения. Одна брюнетка, вторая с какими-то странными, выкрашенными в розовый цвет волосами. У обоих волосы убраны в длинные косы. Стройные тела, узкий разрез глаз и взгляды, которые говорили о том, что с ними лучше не связываться. Хотя мне показалось, что изучали эти девушки меня с каким-то странным интересом. Знаете, как лошадей на конюшне оценивают. Поэтому я постарался вложить в ответный взгляд злость и раздражение. И вроде до них дошло. Даже глаза опустили… Красивые и опасные азиатские стервы. Однозначно телохранительницы. Но почему не русские? Интересно…

Ми Цу

Разбойник

Уровень 30

Ки Рэн

Разбойник

Уровень 30

— Олаф Рыжий, — мягким приятным баритоном произнес Крондл, окинув нас цепким взглядом, который остановился на мне. И мне вдруг стало неуютно. — Рад видеть тебя и твоих друзей у меня дома.

— Разрешите представить, — кивнул Олаф, который, судя по его поведению, явно пребывал с местным заправилой преступного бизнеса в если не дружеских, то точно в приятельских отношениях. — Князь Александр Морозов с фамильяром.

— А это, — повернулся ко мне гном…

Но его прервал Крондл:

— Не надо, Олаф, я сам представлюсь. К тому же такие гости у меня еще не появлялись. Эст Крондл к вашим услугам, князь. О моем роде деятельности вы уже, думаю, осведомлены, не будем вдаваться в подробности. Мы взрослые люди и все прекрасно понимаем. Кстати, мои спутницы, Ми Цу и Ки Рэн, телохранители и ближайшие помощники. Они из очень влиятельных китайских семей. Их служба — большая честь для меня.

Азиатки поклонились.

— Прошу, господа, к столу, — пригласил нас Крондл и бросил короткий взгляд на своих помощниц. Те в мгновение ока поставили кресла к столу.

После того как все устроились и немного перекусили, подняв пару тостов за хозяина дома и его гостей, слово вновь взял хозяин дома:

— Все мы знаем причину, по которой мы здесь собрались. Наше будущее сотрудничество намечается взаимовыгодным, и думаю, что в этом доме, — он обвел рукой комнату, — мы можем говорить откровенно. Итак, общая цель — свергнуть род Бутурлиных и вернуть Нижний Новгород его прошлым хозяевам.

Я переглянулся с Олафом.

— Да, точнее выразится и нельзя, — согласился я с его словами.

— Насколько я понимаю, вы, князь, скоро отбываете в академию?

— Да, — кивнул я, — в Москву.

— Значит, у нас есть на подготовку восемь месяцев. В начале мая студентов отпускают на каникулы. Вполне приемлемо.

— Насколько я понимаю, у вас есть план? — осведомился я.

— Есть, — кивнул Крондл, — кстати, можете меня называть Эст. Мне так удобнее. По поводу плана. Пока вы будете в академии, мы подготовимся. Сейчас в народе зреет большое недовольство правлением клана Бутурлиных, и достаточно лишь немного расшевелить этот муравейник под названием Нижний Новгород, чтобы полыхнуло. Но если это сделать без человека, который до сих пор имеет право претендовать на город, то есть вас князь, тут же появятся имперские войска и все будет жестоко подавлено. А вот если вы официально объявите войну Бутурлиным, то все будет по закону и никто не сможет вмешаться. Пока у вас нет возражений? — посмотрел он вопросительно на меня.

— Продолжайте, — кивнул я.

— Таким образом, пока вы будете в Академии, я приступлю к подготовке боевых отрядов. Ваш воевода поможет в координации наших действий…

На этот раз взгляд был адресован Велемиру.

— Что вы подразумеваете под координацией? — спросил тот. Мне показалось, что он не особо доволен нашей встречей. Но явную неприязнь к Крондлу скрывал достаточно успешно.

«Он же честный и прямой, — поделилась со мной мыслью фея, — ему претит сам факт обращения к Крондлу. Но так как он не дурак и понимает всю выгоду такого союза, то ничего сделать и не может».

В принципе, Уна подтвердила мои догадки.

— Координация — это совместные наши с вами действия, пока не будет князя, — мягко заметил Крондл. — Нам нужно будет несколько ваших дружинников из ветеранов, чтобы они научили моих головорезов не только нападать из-за угла толпой.

— И вы думаете, это получится? — Велемир не скрывал свой сарказм.

— Получится, уверяю вас, — твердо заявил Крондл, — у вас будут лучшие мои люди.

— И сколько вы планируете таких отрядов? — осведомился воевода.

— Ну учитывая, что сейчас городская стража Нижнего Новгорода состоит из наемников и членов рода Бутурлиных и насчитывает порядка трехсот бойцов плюс личная гвардия Бутурлина и сорок опытных ветеранов, нам надо набрать не меньше тысячи человек.

— Сколько? — невозмутимость Велемира явно дала трещину.

Лично мне озвученная Крондлом цифра тоже показалась слишком большой, в чем я убедился, глядя на удивленные лица моего воеводы и Олафа.

— Тысяча человек, — спокойно пожал плечами Крондл и кивнул брюнетке по имени Ми Цу, которая быстро и ловко наполнила опустевшие бокалы. Кстати, пили мы вино, и, признаюсь, это было самое лучшее вино, которое я пробовал. Даже выпивка в таверне у Олафа с ними не сравнится. — А что в этом такого? Я могу две и три тысячи набрать, но зачем? Тысячи человек, разбавленных несколькими отрядами магов-наемников, вполне хватит, чтобы разобраться с Бутурлиными. Плюс главное то, что они будут официально наняты вами, князь, соответственно, все их действия будут абсолютно законны.

— Я не сомневаюсь в вашей способности организовать боевые отряды, — покачал головой Велемир, — и, конечно, дружинников я вам выделю, но первый вопрос — это где вы собираетесь тренировать такое количество народа? Думаете, хозяева города не прознают про это?

— Пф-ф-ф, — презрительно усмехнулся Крондл, — место для тренировок я найду, это моя забота. Насчет того, как Бутурлин узнает о моих действиях… ну и что? Узнает, в этом я не сомневаюсь. Но мы с ним сейчас, в принципе, в деловых отношениях. Можно сказать, деловые партнеры. Ко мне он лезть не будет, а интерес к подобным действиям с моей стороны, который он, несомненно, проявит, поверьте, я смогу удовлетворить.

— То есть вы предадите своего делового партнера? — спросил я.

— О, какие высокие слова, князь! — рассмеялся Крондл. — Нас связывают лишь торгово-экономические отношения. И в данном случае союз с вами, который я рассматриваю именно как полноценный союз, может принести мне гораздо больше. Как видите, я не скрываю свою заинтересованность.

— А второй вопрос касается денег. Деньги на наемников ваши? — уточнил Велемир. — А нанимателем будет считаться князь Морозов, я правильно понял?

— Абсолютно, — кивнул Крондл, — это будет моим вкладом в наше общее дело.

— И что вы хотите за это? — задал я вопрос, понимая, куда клонит мой воевода.

— Сейчас об этом рано говорить, — уклончиво ответил Крондл, — мы ведем предварительные переговоры.

— Тем не менее стоит уточнить, — заметил я, — может, вы потребуете «полцарства и коня в придачу»?

Мою аллегорию тот явно понял и задумчиво смотрел на меня несколько минут в тишине, повисшей после моего вопроса.

— Что ж, я люблю прямых людей, Александр, — наконец заговорил он. — После того как мы вернем в городе власть Морозовым, я хочу получить легальный статус. Несмотря на то, что сейчас у меня неплохие отношения с властями, тем не менее я, так сказать, действую из тени. Это хотелось бы изменить.

— То есть хотите отмыть деньги, — кивнул я.

— «Отмыть»? — удивленно переспросил Крондл, и я в двух словах объяснил смысл этого термина.

— Какое емкое слов, — восхитился тот, — никогда раньше не слышал. Тем не менее оно совершенно точно передает мои намерения.

— А что будет с той самой тысячей? — спросил Велемир, по лицу которого была непонятна его окончательная реакция на план хозяина дома.

— Ее мы распустим, конечно. — пожал плечами Крондл. — Лично мне достаточно пары сотен человек, чтобы контролировать преступный мир Нижнего Новгорода. И поверьте, я его буду контролировать лучше, чем местная хваленая полиция, которая сейчас занимается только отловом хулиганов да мелкими кражами… Наемники вам пригодятся для городской стражи. Ваши дружинники же станут гвардией… Да и, вполне возможно, те наемники, что и сейчас имеются на службе у Бутурлиных, захотят послужить новым хозяевам.

— А как насчет императорского посланника, что с ним? — задал очередной вопрос Велемир.

«Что за императорский посланник?» — поинтересовался я мысленно у своего фамильяра. Уж она точно знает… Не ошибся.

«Императорский посланник, — ответила фея, — не имеет реальной власти. Он наблюдатель. В каждом городе Российской империи имеются подобные посланники. Им выделяется небольшая резиденция, охрана, ну и какой-то обслуживающий персонал. В дела городские они не лезут, их задача следить за исполнением имперских законов и докладывать в столицу о любых подозрительных с их точки зрения вещах, которыми могут заниматься хозяева города».

— На этот вопрос отвечу я, — вмешался в разговор Олаф. — Я хорошо знаком с Евгением Суворовым, имперским посланником. Нормальный мужик. Если что, я с ним договорюсь. Тем более при официальном объявлении войны ему вообще все фиолетово будет.

— Тогда вопрос снимается, — удовлетворенно заметил Велемир.

— Что ж, подведем итоги, — откинулся в кресле явно довольный переговорами Крондл. — Мы занимаемся эти восемь месяцев подготовкой в тесном контакте друг с другом. Через Велемира мы будем держать вас, князь, в курсе дела. Финальный этап начнется, когда вы вернетесь из академии. Но у меня имеется еще один вопрос, он немного личного характера. Надеюсь, вы не оскорбитесь? Но учитывая ситуацию и наши планы, надо расставить все точки над «и»…

— Что за вопрос? — заинтригованно уставился я на своего собеседника.

— Ирина Бутурлина, — произнес тот, вопросительно глядя на меня.

Глава 20. Нападение

— Что Ирина Бутурлина? — не понял я. — Она здесь причем?

— Понимаете, князь, — начал как-то осторожно Крондл, — мне известно про… кхм… ваши отношения с княгиней Бутурлиной. Еще раз прошу меня извинить, но сейчас важна любая мелочь. Не станут ли эти отношения неучтенным фактором, который может помешать нашему плану?

Я немного подвис. Сказано это было уважительно, но тем не менее я почему-то почувствовал себя немного оскорбленным. Видимо, мою заминку истолковали правильно, поэтому Крондл поспешил заметить, что еще раз извиняется, но, мол, не мог не спросить… Надо сказать, что его обволакивающий баритон меня успокоил. Да и чего я вообще завелся. Логичный вопрос, в принципе.

Уна тут же послала мне мысленное одобрение моей выдержкой.

— Я понимаю ваш интерес, уважаемый… Эст, — ответил я после небольшой паузы, — понимаю вашу озабоченность. Чтобы между нами не было никаких недомолвок, хочу заметить, что с Ириной Бутурлиной у нас нет отношений в романтическом смысле… скажем так, скорей ее можно считать моей …служанкой. Именно в этом контексте ее рассматривать. Я уверяю вас, она сделает то, что скажу ей я, и о нашем плане ничего не узнает. К тому же она будет учиться вместе со мной в академии, как и брат. С ним у нее отношения, мягко говоря, напряженные.

— Понял, — кивнул Крондл, — еще раз приношу извинения, если чем-то вас обидел.

— Все нормально, — махнул я рукой, — мы с вами договорились.

После этого ужин перетек в более неформальный. Мы еще несколько раз выпили, после чего я поведал Крондлу свой путь к его резиденции. Местный главарь преступного мира нахмурился.

— Никак руки не доходят у меня навести порядок, — проворчал он. — Поверьте, князь, как только мы с вами придем к власти, я быстро наведу порядок в Нижнем Новгороде. А сейчас, — он протянул мне небольшой амулет, — просто покажите его любой шушере, которая пытается к вам пристать на этой территории, и все вопросы будут сняты!

А спустя полчаса мы, тепло попрощавшись с Крондлом, отправились в гостиницу. На этот раз нас сопровождали аж десять его громил.

«Ты сомневаешься?» — привычно мысленно поинтересовалась у меня Уна по дороге.

«Сомневаюсь. Он отморозок. И бандит…» — честно передал я свое мнение.

«И что? Он полезный отморозок и полезный бандит, — возразила фея, — пусть приведет нас к власти. А потом… потом разберемся… Как говорится, нет человека, нет проблемы!»

«Ты страшный чело… то есть страшная фея, Уна», — хмыкнул я.

«Знаю, — прозвучал в моей голове явно веселый ее голос, — я такая!»

В общем, с подобным эскортом мы быстро и без проблем добрались до «Веселого гнома», где все вместе приняли решение наконец-то отправиться завтра к себе домой. В Неряхино. К тому же там уже будут книги, которые должен отправить Весемиир. Я был рад тому, что уезжаю. Честно говоря, слишком активная жизнь началась у меня в этом городе. Пора перевести дух и подготовиться к учебе в академии. Да и, на самом деле, я до сих пор не так много знал о Российской империи. Память моего реципиента молчала, а проколоться на элементарных вещах, знаете, как-то не хотелось. Так что надо было как следует проштудировать местную историю и географию. А то я так… галопом по Европам прошелся.

А на следующий день утром, после завтрака, я меланхолично наблюдал за сборами своих спутниц. Вот приехали они сюда налегке, а обратно у каждой оказалось по целому сундуку нарядов. Женщины, одним словом!

Прощай, Нижний Новгород. Хотя нет, однажды я вернусь сюда и заберу свое по праву, так что до скорой встречи! Представляю, как по нам соскучились в Неряхино. Марфа бросится мне на шею, Сергей Игнатьич выдохнет с облегчением и накроет на стол. Обязательно устроим гуляния на всю деревню! Кто знает, может, еще пару девственниц удастся найти до отъезда в академию.

Примерно такие мысли у меня были, когда я вышел из таверны. Наш небольшой дружный отряд собирался перед «Веселым гномом». Дружинники готовились к долгой дороге, Олаф о чем-то толковал с Велемиром, наверное, обсуждали вчерашнее, так что заняться было решительно нечем. Настроение, признаться, было отличным. Не испортила его даже Ирина Бутурлина, махавшая мне обтянутой перчаткой рукой, из окна зашторенной кареты, стоявшей в метрах двадцати от места нашего сбора. Как я понял, что это была она? Система подсказала!

«Уна, как ты думаешь, выяснить чего от меня Бутурлина хочет?».

«Наверняка узнала, что мы уезжаем, и хочет, чтобы ты ее оттарабанил напоследок». — Моя острая на язычок фамильяр за словом в карман не лезла! Я бы узнала у нее чего она приперлась!

Хмыкнув, я отправился к карете.

— Князь, — равнодушно кивнула Ира, протягивая из окна кареты свою руку и явно ожидая поцелуя перчатки.

— Княгиня. — Я картинно посмотрел в сторону на копошащихся в мусоре крыс. И это центр города! Нижний Новгород ждет серьезная реновация, после того как я возьму власть..

— Слышала, вы сегодня уезжаете назад в свою… деревню. — Последнее слово она чуть ли не выплюнула.

— Есть кое-какие дела перед поступлением в академию. Вы чего-то хотели? — Мой нетерпеливый и недовольный тон заставил девушку запнуться, наверняка вспомнила, как недавно была привязана передо мной к кровати и о своем месте у моих ног.

— Да, хо… то есть князь. Мой вопрос как раз связан с академией. Мы ведь будем учиться вместе. Можем обсудить его в карете? — Она показала взглядом наверх и в сторону, как раз где сидел кучер. Все понятно, шпион ее отца или брата. Внутри он нас, скорее всего, не услышит.

— У меня не так много времени. — Забавно, но злость, которая поднималась во мне при упоминании фамилии Бутурлиных, никак не реагировала Иру. Кажется, мое подсознание перевело ее из разряда врагов в слуги. Ну и хорошо, сложно спать с тем, кого ненавидишь.

— Я подвезу вас и вашего прекрасного фамильяра прямо к городским воротам. — Ого, при упоминании Уны в ее тоне проскользнула неподдельная зависть! Все же моя фея — это что-то с чем-то. — А ваши воины исполнят роль кортежа.

— Вот еще, мои воины никогда не будут вам прислуживать. — Я подозвал к себе Велемира и приказал выдвигаться к городским воротам по готовности, сославшись на необходимость ненадолго отлучиться. И то, что я буду ждать их на выезде из города. Понимающая улыбка моего воеводы заставили кучера недовольно нахмуриться, а сидящую в карете Бутурлину покраснеть. Я позвал Уну, и мы забрались в карету Бутурлиной.

Обстановка внутри была просто замечательной. Удобные мягкие сидения, такие и в лимузин поставить не стыдно, плюс прекрасные рессоры создавали ощущение уюта, будто мы ехали по ровному полотну. Понятно, почему в городе такие фиговые дороги, сами Бутурлины никак от них не страдали, а на неудобства черни им явно было наплевать.

— Чего хотела? Не об академии же говорить, в самом-то деле. — Под моим насмешливым взглядом девушка густо покраснела и отвела глаза.

— Я… хотела попрощаться. Мы ведь теперь только в караване увидимся… — она встретилась с моим удивленным взглядом. — в Москву караван отправится через пару недель. В нем и поедут все поступающие в академию..

— У нас есть немного времени, хозяин. Желаете развлечься? — Получив мой утвердительный кивок, Уна нагло придвинулась к Ире и потянула за шнуровку платья, освобождая впечатляющую грудь княгини. Следы бурной ночи исчезли, как и не бывало. Интересно, она сама себя вылечила или доверенная служанка помогла? Не услышав никаких протестов, фея надавила на ее плечи, заставляя встать передо мной на колени. — Ты знаешь, что делать. Поспеши.

Поколебавшись несколько мгновений, Ира подалась вперед, стягивая с меня штаны. Уна заботливо держала ее волосы, поглаживая мою ногу, покуда княгиня изо всех сил старалась сделать мне приятно, очевидно, надеясь на большее. Глупо, у меня совершенно не было настроения, ведь в любой момент нас могли застукать. И одно дело, когда ее застанут на коленях, и другое — если меня в ней. Так что я не оставлю Бутурлиным ни одного шанса обвинить меня в изнасиловании, к тому же пускай привыкает работать ртом, ей предстоит делать это еще много раз.

Я даже размечтался. А что… мы в одной академии. Уна будит меня минетами, а Бутурлина удовлетворяет между парами и по ночам. Хотя нет, пусть учится, мне нужно как можно больше сильных магов. Значит, только по ночам и на каникулах.

Размечтавшись о гареме боевых ведьм, которые будут делать за меня всю работу, я постепенно подошел к своему пику. И тут у нас возникла заминка — Бутурлина наотрез отказалась принимать угощение, за что она поплатилась заляпанными волосами.

— Еще есть, над чем поработать, — я потрепал раскрасневшуюся девушку по волосам и затянул ремень на штанах. — В следующий раз не отделаешься так просто.

— И это все? — с искренней обидой спросила она. — А как же я…

— А то я не заметил оргазма, пока ты ублажала своего хозяина. — Моя усмешка становилась все шире. — Хорошего понемножку. В следующий раз проглотишь все, тогда подумаем о продолжении. Мы уже приехали?

— Да. Подождем ваших людей в комфорте, я как раз хотела спросить…

Что именно заинтересовала Иру в моей выдающейся персоне, так и осталось загадкой. Надрывный звук сигнального горна проник через поглощающее звуки заклинание. Отодвинув шторку, я полюбовался толпой бегущих мимо нас людей. Как кучер не охаживал их кнутом, карета застряла намертво.

— Что происходит? — спросил я.

— Нападение! — Ира затравленно смотрела в окно. — Первый уровень угрозы! Мы в смертельной опасности!

— Значит, нельзя здесь оставаться. Наружу, ну! — Я выбрался первым, подавая пример прекрасным дамам, как раз чтобы увидеть, как хрипящий кучер поднимается в воздух. Его проткнуло …копье? Нет… я с ужасом понял, что это было жало.

На Нижний Новгород напали! Над каретой пролетали черно-желтые летающие твари, выглядевшие как пчелы-переростки размером с собаку. И назывались эти твари, если верить надписи над ними, «бидрилы». Мне почему-то захотелось назвать их роем пидрил. А что, очень похоже! Помимо мощных жал их лапы оканчивались натуральными ножами. Заработает такой в стиле мясорубки, и хана любому пехотному строю.

Именно один из таких бидрил и насадил кучера на свое жало. Угрожающе жужжа, он вытащил жало, швырнув труп на мостовую, и развернулся к нам.

Я выхватил лиру. «Атака души» превратила уродливую пчелу 15-го уровня в горстку пепла.

— Нужно найти укрытие, немедленно! — Проводив взглядом замершего на мостовой кучера, я потянул оцепеневшую Иру за собой. Я не видел смысла привлекать к себе внимание роя. Особенно учитывая то, что Бутурлина явно забыла, что она, вообще, тоже магией владеет, и просто тряслась от страха. — Да шевели ты ногами!

— Давай быстрее, не хочу из-за тебя отправиться на корм! — рявкнула на нее Уна, которая, по-моему, и не испугалась вовсе.

— Я не могу! Мне страшно! — Расширившиеся глаза девушки, казалось, закрывали половину лица. — Обычно все нападения я пережидала в убежище! Это бидрилы, жуткие твари…

Так это у нее первое нападение? Как здорово! А ведь как я понял она достаточно сильна как магичка. Да и уровень не самый маленький.

На стене неподалеку вовсю кипела схватка, защитники города не собирались сдаваться так просто. К сожалению, какой-то толк был только от огненных магов. Монстры атаковали их организованными волнами, жертвуя пчелками мелких уровней. Теряя кучу своих, они преодолевали алые барьеры и открывали путь основным силам нападавших. Воины и стрелки убивали отдельных тварей, но без магов у них не было бы ни единого шанса.

«Хозяин, нам лучше остаться и помочь! — В последнее время Уне постоянно доставалась роль голоса разума, прямо как сейчас. — В конце концов, гибнут ваши будущие подданные!»

«А ведь ты права, если я спасу всех вместо Бутурлиных, им точно конец!»

— Смена планов, — объявил я вцепившейся в меня княжне. — Мы идем на стену спасать город!

— Ты с ума сошел! — взвизгнула девушка. — Пусть этим занимается стража!

— Они мои поданные! И твои, между прочим! Ты же маг! — я строго посмотрел ей в глаза, с удивлением увидев в них понимание. Еще мгновение назад паникующая княжна вдруг гордо выпрямила спину и вырвала свою ладонь.

— Не забегайте вперед, князь… — твердо произнесла она, — Вы правы. Идемте.

Первое столкновение прошло как по маслу. Две гигантские пчелы 25-го уровня атаковали прижатого к одному из домов стражника. Его щит больше напоминал разделочную доску, грозя вот-вот развалиться, в полукруглом шлеме виднелась хорошая такая вмятина. И как он до сих пор жив остался?

Моя Атака Души сработала как надо. Крылья одной из бидрил вспыхнули, и тварь упала на спину, скребя лапами по земле и пытаясь перевернуться, но не успела — вторая Атака Души взорвала ее голову. Чувствовалась разница в уровнях. Высокоуровневые твари оказались гораздо более стойкими к моим заклинаниям.

Ирина проявила себя ничуть не хуже. Стихией моей будущей рабыни оказался воздух. Невидимая плеть отсекла второму бидрилу несколько лап и зацепило брюхо. Отвлекшись на нас, монстр пропустил выпад храброго стражника, попавшего куда-то в уязвимое место. Казалось, перед смертью бидрил издал обиженное жужжание, прежде чем пасть, свернувшись в клубок.

Уна же, взлетев вверх, атаковала еще одну тварь, пришедшую на помощь своим собратьям, которая рухнула на мостовую горящим и верещащим огненным клубком.

— Княжна, князь, спасибо вам! — Стражник двадцать седьмого уровня никак не мог выбрать, кому кланяться первым.

— Мы еще не закончили, защищай нас, — важно приказал я.

По пути к лестнице на стену мы убили еще семь тварей и собрали полный десяток стражи — шестерых воинов, трех стрелков и мага воды. Наверх мы поднялись весьма воодушевленными, но весь оптимизм испарился, едва мы увидели врагов.

Голубое небо окрасилось в желто-черные жужжащие тона. В воздухе были сотни бидрил, и столько же сражались на земле! Единая стена обороны распалась на жалкие островки, немногочисленные выжившие отряды гибли один за другим. Похоже, дела у Нижнего не просто плохие, а катастрофически плохие. И что-то не вижу я Бутурлиных и их гвардию. Вот их маги могли бы помочь выправить ситуацию.

— Здесь не обойтись просто магией. Воины, защищайте княжну! — Я достал из инвентаря дробовик и зарядил его в стиле Терминатора. Чего скрывать-то уж теперь… выбора нет. С это жужжащей мерзостью не справится. Жаль, никто не оценил крутизны момента. — Я пойду вперед! Не мешайте!

— С ума сошел?! А я?! — Уна уменьшилась и устроилась у меня на плече. — Я тебя немного ускорю и вдохновлю. А заодно буду смотреть, чтобы этим недопчелы тебя не ужалили!

Что она там сделала, хрен знает.

Не знаю, что на меня нашло. Вспомнилось одно интересное видео про «вдохновение барда», мол, если поймал его, становишься богом. Меня наполнила знакомая энергия от идущих за мной солдат. Они, к моему изумлению, верили в меня, и это давало мне нужные силы.

— Жрите свинец, твари! — браво выкрикнул я, разряжая дробовик в ближайшего бидрила. Заряд дроби разворошил брюхо, и на прижатого к земле стражника полились перемолотые внутренности. Ох, и скорчило его! Зато будет жить! — Получайте! За родину! За Нижний Новгород! За меня!

Выстрел, перезарядка, выстрел, перезарядка. Под ноги падали дымящиеся гильзы, инвентарь сам подкидывал мне новые магазины и любезно сообщал о количестве оставшихся патронов. На всех их бы не хватило, поэтому я старался применять и технологии, и магию. «Небесная буря», «Атака души», «Небесное благословение» постоянно повторялись, благо энергия от сплотившихся вокруг меня воодушевленных людей росла вместе с их численностью. Молнии и огонь жгли тварей. Массовое заклинание било по скоплениям монстров и лечило раненых людей. Дезориентированные пчелки атаковали меня по одной, нарываясь на выстрелы из дробовика в упор. На границе зрения серыми строчками выскакивали уведомления о полученном опыте и достижении, но читать мне точно было некогда.

Княжна вообще превратилась в какую-то фурию. Ее молнии из-за спин стражников оказались весьма эффектным оружием, тем более что она грамотно разобралась в ситуации и целила по крыльям. Без них нападавшие переставали представлять какую-то либо серьезную угрозу. Уна щедро делилась со мной силой, восполняя ману и предупреждая, когда кто-то пытался зайти со спины. Пару раз мой несравненный фамильяр спасла меня, выжигая молниями самых хитрых гадов, норовивших напасть с тыла. Постепенно к моим атакам присоединялись все новые стражники, и во врагов полетели болты, которые пусть и наносили слабый урон (пчелы-переростки оказались невероятно живучими), но количество, как это обычно часто бывает, перекрывало качество. Их арбалетные болты чаще всего не могли сразу убить тварей, которые становились все более высокоуровневыми, а вот отвлечь, пробить крыло или сместить траекторию атаки — запросто. Мне как раз хватало времени, чтобы развернуться и добить чудовище.

Все сражение воспринималось как танец, не хватало только музыки. И на этот раз Лира не подвела, неожиданно достав из моей головы мелодию одной рыжей скрипачки моего мира по фамилии Стирлинг. Все-так классное у меня оружие. Над стеной понеслась задорная мелодия скрипки! Станцуем, твари, я покажу вам, как нападать на мой город!

Глава 21. Нападение. Часть 2

«Небесная буря», выстрел, выстрел, «Атака души», выстрел, перезарядка, «Небесное благословение». Еще двое спасенных пополнили наш отряд! Только вот второй раз эта самая «Буря столетий» у меня почему-то не получалась. Но и без нее оказалось вполне терпимо. Мы уверенно продвигались вперед, и все было просто превосходно, но тут я увидел на стене знакомую фигуру. Надо же… не ожидал. Всеслав Бутурлин. Наследник хозяев города оказался не робкого десятка. Но дела его были явно неважными. Его небольшой отряд из пятерых стражников окружили гневно жужжащие пчелы, и, судя по всему, до того как парнишку нашпигуют ядом, оставалось совсем немного времени. Я покосился на Бутурлину. Та тоже увидела своего брата и, судя по ее злорадной ухмылке, помогать ему совсем не собиралась. А что? Может, действительно. Бидрилы сами уберут проблему. Нет тела — нет дела! А уж с Бутурлиной я договорюсь…

Но пока я размышлял над такими вот зловещими, но очень выгодными для меня планами, Всеслав увидел меня и Ирину.

— Помогите! — замахал он рукой, привлекая наше внимание.

Я покосился на стражников, окружавших меня, которые тоже все это видели. Думаю, если я не помогу, то авторитет мой может серьезно пошатнуться. Вот если бы не было свидетелей…

Но в красивую голову Ирины эти мысли не пришли — потому что, когда я побежал к отчаянно защищающемуся отряду Всеслава на помощь, та явно была сильно удивлена. А вот стражники, наоборот, бросились за мной, и я снова почувствовал прилив энергии.

«Правильно сделал», — прошептала мне на ухо Уна.

Наше появление стало фатальным для бидрил, пытавшихся добраться до наследника рода Бутурлиных. Дружный залп из арбалетов и добавленная мной «Атака души» быстро окружили измотанный отряд обугленными трупами наших врагов.

— Князь, — Всеслав смотрел на меня, и я, к своему удивлению, увидел в его глазах… признательность? Да ладно. — Спасибо вам за мое спасение, — поблагодарил меня Всеслав. — Разрешите присоединиться к вашему отряду?

Ого. Он даже вежливым стал. Что делается!

«Или вынужден быть таким, так как понимает, что сможет выжить только с тобой», — предположила Уна.

Я не стал с ней спорить, и, усиленный Всеславом и его стражниками, мой отряд двинулся дальше.

— Зачем ты его спас… — прошипела мне в ухо Бутурлина. — Такой случай…

— Ты вообще рот не открывай, — прошипело я в ответ, и девушка побледнела, — если у тебя нет мозгов, то добавить их не могу. Хочешь подставить меня? Тут свидетелей видела, сколько было. И вообще ты что-то разговорилась…

— Извините, хозяин, — еле слышно произнесла она, а спустя несколько минут нам вновь пришлось сражаться, и девушка в очередной раз поменяла маски, выбрав себе образ бесстрашной магессы. Мы продолжили успешное уничтожение местных мобов, покуда я не наткнулся на бидрила-офицера сорокового уровня. Очередной заряд дроби не убил его, как остальных, а вместо этого высек искры из его металлического панциря. И что гораздо хуже, его рассерженный гул привлек к себе монстров на расстоянии сотни метров! На нас бросились со всех сторон!

— Князь, прячьтесь за нас, быстрее! — выкрикнул десятник. — Я помогу!

Он ударил мечом по щиту, выкрикивая оскорбления в адрес матери офицера, и это сработало! Агр перешел на смельчака, на его броню обрушились десятки страшных ударов. Бидрил-офицер игнорировал обрушившийся на него град болтов и заклинаний, не страдали даже хрупкие крылья.

Я успел укрыться за спинами воинов, дробовик перестал быть эффективным, приходилось полагаться исключительно на магию. Вдохновение барда улетучилось, уровни врагов росли, а урон от заклинаний, наоборот, снижался. Эдак нас скоро сомнут! Сам того не желая, я почувствовал червячок сомнения… Покуда мне не помог ободряющий поцелуй в щеку от Уны. Да я настоящий баран! У меня же есть оружие для средних дистанций!

Найденная в бункере штурмовая винтовка эпической редкости легла в ладонь как влитая. Она, как и дробовик эпического класса, не имела отката в использовании. Убойная штука! Оптический прицел показывал расстояние до врагов и их слабые места. Настоящее сокровище! Несколько бесшумных в какофонии битвы выстрелов превзошли все ожидания. Пули разрывали бидрилов на куски! Всего один магазин значительно ослабил их напор. Проблемой оставался только офицер, выдержавший два попадания без видимого ущерба. Храбрый десятник оказался припёртым к зубцу, обеими руками вцепившись в щит. Спасал его только примерно равный монстру сорок пятый уровень.

— С этим хреном что-то не так, будто его защищает вассал…

— Кто?! — Ира умудрилась лишиться части одежды. Подол своего платья она безжалостно оторвала, чтобы не мешал бегать, туфли выбросила, часть талии срезал скользящий удар пчелы, не причинивший вреда телу.

Всеслав тоже смотрел на меня с удивлением.

— Ну знаешь, система такая, когда не можешь убить основного юнита, пока не убьешь всех его приспешников, — пояснил я, но особого понимания в глазах своих слушателей не увидел. Видимо, много незнакомых слов… А это что…

На краю прицела появилась стрелка. Следуя за ней, я выстрелил в выделенное кружком пустое место.

Попадание выявило невидимого бидрила, пуля лишила его куска туловища и нескольких лап, но он оставался живым! Система обозначила его как «Бидрил-шаман» 50-го уровня.

— Попался, сволочь!

Как же здорово высокоуровневые монстры пасовали перед технологическим прогрессом! Шаман сдох всего за три выстрела, перед смертью скастовав какую-то бяку. Вращающийся зазубренный диск ядовито-зеленой энергии врезался в закрывшие меня щиты и отскочил, рикошетом зацепив пару стражников. Несчастные рухнули на землю, душераздирающе крича от страшной боли. Остатки заклинания прожигали их плоть. Не помогло им даже мое исцеляющее заклинание. Еще несколько мгновений и от несчастных остались только высушенные мумии.

Нет худа без добра! Офицер лишился неуязвимости. Сначала в него вонзились арбалетные болты, перебив крылья. Монстр попытался броситься на нашу группу, но его остановили совокупными усилиями щитовиков и пикинеров, молнии Бутурлиной понаделали в нем отверстий, а башка разлетелась как гнилая тыква от выстрела вернувшегося в мои руки дробовика. Ничего не поделаешь, не могу не покрасоваться.

Но сразу пожалел об этом. Мне совсем не понравились задумчивые взгляды Всеслава и Ирины на мое оружие. Но если Бутурлина боялась спрашивать, то Всеслав не удержался.

— Князь, а что это за такое оружие у вас? — поинтересовался он. — Похоже на артефакты Древних, но они же не работают.

— Мы с вами не так близко знакомы, князь, — отговорился я, лихорадочно соображая, чем мне вообще может грозить все это, — это родовые техники.

— Да? А почему же раньше мы о них не знали?

Во мне опять начала подниматься злость.

— А мне с вами недосуг разговоры вести! — выпалил я. — Ваш род, князь, уничтожил мою семью. Вы серьезно считаете, что я буду откровенничать с вами?

Я почувствовал, как Уна пытается меня успокоить… и у нее, как обычно, получилось. Блин, что бы я без феи делал-то? Наверное, тут же бы этого ублюдка раскатал…

Мой ответ явно Всеслава не убедил, но, видимо, почувствовав мое настроение, рисковать продолжать расспросы он не стал. А потом разговаривать было уже некогда. Подоспели новые противники. Хотя смерть командующего переломила ход сражения. Пчелы-переростки превратились в дезорганизованную кучу, выжившие отряды стражи смогли продержаться до нашего прихода.

Выжившие присоединялись к нам, и под конец под моим предводительством собралась уже небольшая армия, причем среди сражающихся я увидел и собственных дружинников под предводительством Велемира. Не бросили честной народ, молодцы! А вот Свету отправили домой, что не могло не радовать. Она все равно не боец.

Воины, маги и стрелки смотрели на меня с обожанием и готовностью пойти в бой по любому приказу, и я уж всерьез задумался, чтобы отправиться прямо ко дворцу Бутурлиных, благо у меня еще оставалось достаточно патронов в винтовке, но чертов закон… Эх, вспомни говно, вот и оно. С другого конца стены к нам приближался отряд чистеньких гвардейцев с патриархом клана во главе. Вовремя козел прискакал. Где ж ты, тварь, раньше был? Да, с новыми хозяевами городу явно не везло. Кислая физиономия Бутурлина-старшего не предвещала мне ничего хорошего.

— Князь! — выпалил он. — Как вы… — но, увидев стоявших по обе стороны от меня своих детей, осекся.

Да и, судя по всему, старший Бутурлин не был дураком и быстро оценил ситуацию. Нападение отбито, и кто его отбил? Думаю, он быстро сложил два плюс два. И феноменально быстро переобулся.

— Вижу, князь, вы помогли в защите города, — голос этой сволочи вдруг стал ласковым… прямо как у лисы, которая вокруг курочки ходит, запудривая ей мозги. — Благодарю вас.

— Он меня спас, отец, — внезапно заявил Всеслав, чем реально удивил меня. Да и не только меня, а Уну и Ирину. Та вообще смотрела на своего брата, словно не узнавая его.

— Да? — только и нашелся, что сказать на эту фразу, Бутурлин-старший. — Тогда примите мою благодарность за спасение сына и… дочери?

Ирина кивнула.

— За спасение моих детей… — добавил он поспешно. — Проси, что хочешь!

Меня подмывало попросить их свалить из Нижнего Новгорода куда подальше, но я сдержался. А что мне вообще надо? К моему удивлению, я понял, что просить мне у Бутурлиных и нечего. Деньги? Ну, скажем так, с моим запасом артефактов вряд ли это актуально. Хотя они не помешают.

«Точно! — мысленно поддержала меня Уна. — Проси денег!».

Ну уж нет. Я вспомнил фразу из одной книжки в моем мире, которая мне очень нравилась. Булгаков вроде: «Не просите ничего у сильных мира сего, сами придут и все дадут».

— Да ладно, — махнул я рукой, стараясь сделать это как можно более равнодушно. — Не надо ничего. Спас и спас!

— Ну уж нет! — пыхнул раздражением Бутурлин. — Я, Петр Иванович Бутурлин, не привык быть кому-то должен, а сейчас я вам задолжал, князь. Сто тысяч рублей будут завтра переведены на ваш счет. И, — он замялся, — я запомню услугу, которую вы оказали мне.

Эту фразу прекрасно услышали все стражники, стоявшие рядом со мной.

— Хорошо, — спокойно кивнул я, чувствуя, как Уна мысленно потирает ладошки. Еще бы. Сто тысяч рублей, как я уже понял, было очень солидной суммой. Да что там говорить, огромной суммой! Насколько же богат этот род? И если он так богат, почему город выглядит так бедно? Как обычно, в России воруют? Судя по всему, так и есть.

На этом мы и расстались. Князь, забрав своих детей и оставшихся стражников, удалился, по пути раздавая налево и направо распоряжения. На стенах сразу началась возня по очистке их от трупов нападавших и защитников. То же происходило и под стенами. Напоследок я встретился с многообещающим взглядом Ирины и с не менее многообещающими взглядами Всеслава и его отца. Только вот обещания в этих взглядах разительно отличались друг от друга.

А потом мы отправились в гостиницу. По пути я посмотрел характеристики. Свои и своего фамильяра. И, честно говоря, был приятно удивлен. Уна стала пятнадцатым уровнем. У меня был уже 25-й уровень. То есть я за бой набрал аж четыре уровня. Система, как и обычно, сама распределила характеристики. Кстати, повысила «Оружие предтеч» до 2-го уровня. И что самое приятное — повысила уровень Лиры до второго. Что, если верить пояснениям, увеличивало силу атаки моего оружия. Я быстро раскидал четыре полученных очка навыка в свои боевые заклинания и полюбовался на нынешнюю картину моих характеристик. Надо сказать, что я неплохо развиваюсь, учитывая, что в этот мир я попал совсем недавно.

Александр Морозов

19 лет

Класс Бард

Уровень 25

Глава рода Морозовых

Характеристики

Сила 18

Восприятие 14

Выносливость 24

Харизма 18

Интеллект 23

Ловкость 15

Удача 2

Устрашение 13

Актерское мастерство 4

Красноречие 5

Торговля 13

Боевые навыки

Небесная буря, ур. 6

Атака души, ур. 6

Небесное благословение, ур. 6

Пассивные навыки

Оружие предтеч 2

Основное оружие

Лира, ур. 2

Престиж-класс «Инкуб»

В таверне мы забрали Светлану и, еще раз попрощавшись с хорошо размявшимся на стенах гномом, только вернувшимся в свою гостиницу, вновь отправились к выходу на тракт. Я решил не рассказывать пока ему о своих подвигах, все равно узнает. На этот раз мы без проблем покинули Нижний Новгород. На этот раз взгляды стражников в городе, на воротах и на стенах разительно отличались от тех презрительных, что встречали меня, когда я только прибыл сюда. В общем, участие мое в защите Нижнего Новгорода и в спасении детей Бутурлина явно стоило нескольких обойм.

* * *

Петр Иванович Бутурлин сидел за столом в своем просторном кабинете, расположенном на третьем этаже дворца, и смотрел на сидевших напротив него своих детей.

— Итак, — произнес он задумчиво глядя на них, — если верить вашим рассказам, Александр Морозов, который, по сведениям моих шпионов в Неряхино, не хватал звезд с неба, ну разве что его записали в Московскую академию, внезапно изменился. Вернул себе украденное, посадил проворовавшегося старосту, возмужал. Мне было плевать на эти мелочи, пока он не обзавелся фамильяром! Вы вообще представляете, что это значит?

Дети переглянувшись кивнули.

— Них… вы не представляете, — проворчал Петр Иванович, — у нас в роду только у прадеда был фамильяр. Сейчас их вообще только трое на всю империю. Двое у Рюриковичей и один у главы Имперской канцелярии Меншикова. И вот четвертый! У какого-то убогого отпрыска из забытого богами рода. Как?

Ответа на этот вопрос он, естественно, не дождался, да тот ему был и не нужен.

— Ладно, получил он фамильяра, так еще и отправился в Нижний Новгород. Где сначала спас тебя, — он одарил тяжелым взглядом дочь, которая только фыркнула в ответ и отвернулась, — и тебя Всеслав! Помог в отражении атаки на город. Стражники теперь на него разве что не молятся. Не на нас, а на нашего исконного врага — Морозова! Эх, жаль, что тогда я не добрался до этого ублюдка.

— Так давай додавим его, — вдруг предложил Всеслав, — если у тебя там шпионы в Неряхино есть, подсыпем чего-нибудь в еду — и все… проблема решена.

Двое мужчин явно не обратили внимание на тень, проскользнувшую по лицу Ирины.

— Это неплохая идея, — забарабанил пальцами по столу Петр Иванович и внимательно посмотрел на Всеслава. — У нас есть только одна попытка. И о ней никто не должен знать. Война закончена, и убийство аристократа даже нам с рук не сойдет. А видеть в Нижнем комиссию из первого отделения нам точно не нужно. Ладно, постараемся сделать все аккуратно. И повторяю, — он повысил голос, — никто не должен об этом знать. Ни одна душа! Понятно?

— Да, отец, — хором ответили дети.

— С этим решили. Но надо оставлять и тот вариант, что отравить его не удастся. Тогда будем уже следить за ним в академии. Ты, Ирина, я гляжу, с ним на короткой ноге? — он подозрительно посмотрел на дочь, но та включила режим стервы, так хорошо знакомый всем ее родственникам. Бутурлиной даже притворяться не приходилось.

— С чего это вы взяли, батюшка, что я с этим ублюдком на короткой ноге? — возмущенно поинтересовалась она.

— Ну… — даже немного растерялся Петр Иванович. — Мне говорили…

— Мало ли что вам говорили! Да, он меня спас, и я была вынуждена оставаться в его отряде, чтобы выжить!

— А в таверне ты что делала на его концерте? — ехидно поинтересовался у нее Всеслав.

— Своего врага надо знать в лицо! — парировала та, недобро глядя на брата.

— Так, успокоились! — коротко приказал отец и вновь посмотрел на дочь. — Коли так, то хорошо. Будете вдвоем следить за ним в академии. Теперь — что там с его магией? Откуда она вообще взялась? Мы вроде все знали о родовых способностях Морозовых. Они управляли льдом, а не огнем.

— Значит, не все, отец, — ответил Всеслав. — Ну, если сама магия, применяемая им, еще как-то напоминает магию огня и воздуха, хотя мне вот непонятно, как он умудрился совместить две магии в себе, то вот использование артефактов Древних…

— Тут действительно странно, — согласился с ним Бутурлин-старший, — но мы прекрасно знаем, что артефакты Древних не работают и не могут работать. Это аксиома. Значит, тут действительно какой-то родовой секрет… Эти ублюдки Морозовы вдруг оказались прямо-таки какой-то кладезью сюрпризов.

— Он еще и поет. В «Веселом гноме» вместе с Олафом денег заработал неплохо, — добавил Всеслав.

— Да пусть поет. — махнул рукой отец, — это занятие недостойно аристократов. Если хочет себя позорить, то пусть позорит. Даже нам лучше..

— Но он не… — попытался возразить его сын, но Петр Иванович не дал тому договорить.

— Закрыли это вопрос. Ублюдка берем под наблюдение. Если не получится отправить его на встречу к родителям, до отправки в Академию, значит будем следить в академии. Вот жалею, что сразу за ним наблюдение не установили в городе… теперь и не узнаешь, с кем он встречался.

— Да шлялся по магазинам со своими бабами да песни пел, — презрительно фыркнул Всеслав.

— Точно. Еще тот развратник и бабник, — добавила Ирина, — чего тратить время на этого ублюдка.

— В кои-то веки согласен с сестрой, — поддержал ее Всеслав.

— Возможно, вы и правы. Но я уже все решил, — кивнул Петр Иванович, — я подумаю на этот счет. А сейчас оставьте меня. И помните, чтобы никто… никто не знал о нашем разговоре.

Глава 22. Мин

На этот раз наше путешествие оказалась на удивление спокойным. Видимо, твари пустоши решили не трогать добычу, которая могла оказаться слишком зубастой. Даже когда мы переночевали в выбранном Велемиром небольшом лесочке на половине пути до Неряхино, нас никто не потревожил. Не знаю, как остальные, а я прекрасно выспался в своей палатке, в которой мы разместились сложившейся троицей — я сам, Уна и Светлана.

Следующий день тоже оказался небогатым на события. Правда, когда мы уже подходили к деревне, небольшая стая степных волков решила попробовать нас, так сказать, на «зубок». Но тут я даже не применял свою магию. Дружинники прекрасно справились и без моей помощи. Серые твари даже приблизиться к нам не смогли, их просто перещелкали из арбалетов, как в тире.

В деревню мы входили как триумфаторы. Насколько я понял, Сергей Игнатьич уже знал о наших приключениях в Нижнем. Как оказалось, тут помимо газет существовало нечто вроде магической радиосвязи. Даже имелись небольшие приемники, которые. правда, могли связываться непосредственно только с одним абонентом. Который, соответственно, имел такой приемник. Что-то вроде двухсторонней связи посредством раций. Только конференцсвязь устроить было нельзя. Назывались они точь-в-точь как аналог смартфона, найденный в древних руинах — магофоны. Не знаю, кто придумал это название, но попал он прямо в цель, и стоили эти игрушки просто безумных денег.

А вот у моего наставника, оказалось, был еще один магофон, который тот специально оставлял до моей отправки в Академию, чтобы связываться с домом. Вот чем больше я находился в этом мире, тем больше не переставал удивляться такой ядреной смеси технологии и магии. Вот, блин, рации есть… а передвигаются на лошадях. Кстати, тут интересный вопрос, который последнее время меня волновал. Если я могу использовать оружие Древних… навык-то я получил, когда попытался использовать оружие, а вот, например, средства передвижения или еще что-то? При таком развитии у Древних должны были быть и автомобили, и танки…только вот найти все это нужно. И чтобы оно не превратилось к нынешнему времени в ржавый хлам. А ведь, скорее все, так оно и есть. Но если получилось бы…

Ладно, что-то я отвлекся. Встречала нас прямо-таки целая процессия во главе с Сергеем Игнатьичем. После традиционной дегустации хлеба и соли, которым была вооружена принимающая нас делегация, мы с Уной пошли к себе домой, а Светлана к себе. По ее просьбе, я распорядился выпустить Ольдрега, за которого она поручилась. Все путешествие до Неряхино убеждала меня в том, что ее отец все осознал, а лучше помощника старосты не найдешь. И уж она научит папу не воровать господские деньги!

Дома меня ждал серьезный разговор с моим управляющим… наверное. Ну и одновременно наставником. Я кратко рассказал о произошедших в Нижнем событиях, отдельно остановившись на нашем заговоре, в котором участвовали Олаф и Крондл. Надо сразу сказать, что Игнатьич сильно напрягся, когда услышал имя местного главы преступного мира.

— С ним нельзя иметь никаких отношений, Александр! — сразу заявил он. — Это бесчестный и беспринципный тип! Я не советую вам связываться с ним…

— Уже связался, — огорошил я его, — к тому же я знаю о его, так сказать… человеческих моральных качествах. Но воспользоваться его помощью сейчас это необходимая жертва. И не ворчи ты, Игнатьич. Лучше скажи, Весемиир прислал учебники?

— Прислал, — на этот раз голос у моего наставника был на удивление довольный, — что вы такое сделали, господин, чтобы этот эльфийский скряга так раскошелился? Вообще, подобная щедрость ему не свойственна.

— Я могу быть очень убедительным, когда нужно, — туманно ответил я. — Кстати, а что с ремонтом поместья? Деньги поступили от Бутурлиных?

— Поступили, — кивнул мой собеседник. — Мы на втором этаже его уже начали. А как только вы уедете, развернем на весь дом. Когда вернетесь из академии, вы не узнаете свой особняк, господин! Перестроим его в настоящий дворец!

После обеда я вместе с Уной уединился у себя в комнате и засел за учебники. Надо сказать, эльф действительно расщедрился. В моей комнате стояли две большие стопки книг. После их сортировки, я взялся за учебу.

Первым делом я решил начать с магии огня, которую недавно открыл. Итак, «Огненный шар». Как оказалось, я рано радовался. Я честно выучил заклинание местного фаербола, но оно отказывалось работать. Уна никак не смогла мне помочь, предложив разве что по быстрому расслабить, чтобы думалось лучше. Еще та советчица короче. Как оказалось, фея не разбиралась в том, как работают заклинания. Так что пришлось идти к Игнатьичу. И тут старик меня слегка огорчил. Ну, в принципе, я и представлял что-такое… не просто же так существовали академии магии. Полученные мной заклинания класса бард оказались невероятной имбой!

На самом деле, чтобы выучить даже самое простое заклинание, недостаточно просто его запомнить. Это я интуитивно с помощью Лиры применял свои бардовские заклинания. Оказалось, что такое было в этом мире исключением из всех правил. Артефакты вроде моей Лиры, конечно, имелись, но они он не были столь сильными. Так что, если я хочу нормально жить в этом мире, для этого мне, как и любому уважающему себя аристократу, нужно было закончить одну из академий. Не закончивший ее считался парией и неполноценным. Хотя я вот этого совсем не понимал.

Так что мне ничего не остается, кроме как изучать огненную магию. Как я и предполагал во время выбора класса, все это был долгим и муторным делом, но иного выхода не было. Как оказалось, любое заклинание складывалось из нескольких составных частей… и каждую из этих частей надо было наполнять магией в строго определенном порядке. К тому же для того, чтобы получилось заклинание, необходим контроль за потоками магии в своем теле. И несмотря на то что я применял крутые на фоне местных магов заклинания, практически питаясь воодушевлением людей… подобного вида энергии официально не существовало. Так что я был уникум.

А вот обычная энергия у меня имелась в среднем количестве. То есть магический резерв для использования обычных заклинаний был весьма посредственным. Нужно уметь вкладывать определенную его долю в структуру заклинания. В общем, темный лес. Спустя три дня усиленных тренировок у меня начало получатся что-то похожее на огненный шар. Маленький и слабый, но тем не менее это было уже настоящее огненное заклинание, созданное лично мной, а не с помощью Лиры. А самое главное, в древе навыков на ветке Школы Огня у меня наконец-то появился первый красный листик этого базового заклинания. А чтобы получить второе заклинание… это надо было по настоящему превозмогать. В общем, магия — это бесконечные тренировки, контроль и медитации. Как же это скучно, особенно по сравнению с моими уже имеющимися способностями. Единственное что обнадеживало это то что если верить подсказке Системы, теперь я мог повышать уровень заклинаний огненной магии таким же способом как и боевые характеристики Лиры. Учитывая предстоящую мне учебу в Академии, надо будет хотя бы на пару уровней повысить это заклинание. все-таки я согласен был со всеми кто советовал мне не светить особо своими уникальными заклинаниями. Хотя вон даже Бутурлины, если верить словам Ирины, сами нашли для себя объяснение моей магии при защите Нижнего Новгорода.

Кстати, как я выяснил, помимо магических предметов в Академии изучали полный спектр обычных дисциплин. История, география, математика, юриспруденция, военное дело и даже физкультура. И вот за неделю до моего отъезда в академию в понедельник утром после завтрака я традиционно занимался с Игнатьичем на небольшом импровизированным полигоне, который мы оборудовали недалеко от нашего имения, как ко мне прибежала Марфа.

— Господин, к вам приехали гости… — сообщила она, лукаво глядя на меня.

Служанка вообще раскрепостилась. Где та скромная девушка которая встретила меня в самом начале моего попаданства? Она исчезла… И понятно почему. Практически каждый день я занимался ночью приятными вещами то с Уной, то со Светланой, то с Марфой, а то и с ними тремя. Так что никто моим вниманием обделен не был, и служанка уже не боялась меня, а, наоборот, старалась показать себя во всем с лучшей стороны.

— Что за гости такие? — вырвалось у меня.

— Девушка, господин!

— Девушка? — Я в легком недоумении отправился следом за своей служанкой. Вряд ли приехала Бутурлина. Кто еще может приехать ко мне, я не представлял. Честно говоря, еле удержался от того, чтобы открыть от изумления рот, увидев, кто ждал меня перед поместьем.

Ми Цу. Девушка с черными волосами. Та самая, которая была у Крондла в телохранителях. В походной одежде. За спиной две сабли. И холодный взгляд карих глаз. Ни дать ни взять убийца… К такой еще подумаешь поворачиваться спиной или нет.

— Ты что тут делаешь? — вырвалось у меня, и тут же я попенял себе за столь фамильярное обращение к помощнице моего союзника. Однако девушка не обратила на мою подобную вольность абсолютно никакого внимания.

— Господин, — низко поклонилась девушка. — Меня направил к вам господин Крондл.

— Зачем? — поинтересовался я, ничего не понимая. Но, впрочем, следующей фразой девушка все объяснила:

— Я послана, чтобы служить вам, господин Александр, — вновь поклонилась девушка. — Моя задача охранять вас. И выполнять все ваши желания. Примите меня в свои слуги, — вновь поклон.

Я, честно говоря, растерялся. Подпускать к себе человека с таким холодным взглядом мне крайне не хотелось. Пусть она и послана моим союзником… но в слуги?

— Но вы же служите Крондлу, — все равно не понимал я, — зачем мне ваша служба, если вы будете работать не на меня, а на Крондла? Зачем он вообще вас прислал?

— Я служила Крондлу, теперь служу вам, господин. Не переживайте, я буду работать на вас, клянусь! Мой бывший хозяин предупредил меня об этом. Он просил передать, что я — подарок вам в честь будущего долгого и плодотворного сотрудничества..

Подарок? Вот, блин, попал. Нет, крепостное право в Российской империи, конечно, существует, но это явно не тот случай.

«Чего растерялся-то, — услышал я голос Уны в голове. Мой фамильяр не стала задерживаться на полигоне и, естественно, прилетела посмотреть, что к чему. — Ты посмотри на нее. Она и боец хороший, да и видно, что в постели горяча».

«Кто о чем, а вшивый о бане, — проворчал я, — она будет Крондлу стучать. И ты ее глаза видела? Там стужа арктическая».

«Пф-ф… все для вас, хозяин! — рассмеялась Уна. Кстати, фея стоя рядом со мной, придирчиво рассматривала азиатку. — Не знаю, что такое стужа арктическая, хотя догадываюсь, но вреда она тебе точно не нанесет. Ты слишком важен для Крондла. Так что на год можешь забыть об опасности с ее стороны. Стучать, как ты говоришь, она, конечно, будет, несомненно. Зато, насколько мне известно, у этих узкоглазых совершенно другой тип мышления. Они повернуты на чести и клятвах. Вот и попробуй взять с нее клятву, что она будет служить именно тебе!»

«Что-то сомневаюсь!»

«А ты попробуй!»

— Что ж. Я приму тебя… при одном условии, — я решил не откладывать дело в долгий ящик и воспользоваться советом феи. — Ты должна принести мне клятву. То, что ты служишь мне, а не Крондлу.

— Я не могу дать такую клятву, господин, — печально покачала головой девушка, и ее глаза растерянно посмотрели на меня. Ну, хоть лед немного растаял, и то хорошо. — Но я могу поклясться, что ничего плохого вам никогда не сделаю, а, наоборот, буду защищать ценой своей жизни. Клянусь!

Некоторое время мы с ней мерялись взглядами, после чего фея в моей голове успокоила меня, заверив, что рано или поздно она ее перевербует. Что ж, будем надеяться на это.

— Хорошо, я принимаю тебя. Как мне к тебе обращаться-то? — поинтересовался я у нее.

— Спасибо за понимание. Меня зовут Ми Цу, господин, — вновь поклонилась девушка. Вот, блин, не устают они кланяться-то? — Можно просто Мин.

— Хорошо, Мин. Сергей Игнатьич, — обратился я к подошедшему управляющему, который с каким-то легким раздражением наблюдал за гостьей.

— Да, господин.

— Размести в поместье госпожу Ми Цу.

— Рядом с вашими покоями, господин? — уточнил он.

— Можно рядом с моими покоями? — уточнил я. — Есть там место?

— Можно, — Степан Игнатьич не скрывал своего недовольства. Но пока выказывал его только лицом.

— Пойдемте со мной, госпожа… — обратился он к девушке.

— Просто Мин, — ответила девушка. — Я не госпожа.

— Ну, значит, пойдемте со мной, Мин. Где ваши вещи?

— Вот все мои вещи, — девушка подняла с земли небольшой рюкзак. — Я привыкла к походной жизни.

«Так не пойдет! — безапелляционно заявила Уна. — Для гарема твоего нужны девушки, которые не заставят ударить тебя в грязь лицом. Ничего, я ее приодену. И начну обрабатывать…»

— Пойдем, я тебя провожу, — сказала вслух фея и ушла вместе с Мин и Игнатьичем. — Меня Уна зовут, я фамильяр и главная в гареме! Сейчас начну рассказывать, как правильно ублажать хозяина.

Кхм… интересно. Мин предана своему Крондлу. Интересно, как Уна собирается обрабатывать ее? В любом случае, теперь придется соблюдать осторожность. Если бы не ее тридцатый уровень и класс разбойника, послал бы ее назад.

Вечером на ужине помимо нас с Уной, Светланы и Игнатьича присутствовала Мин. Девушка, скромно опустив глаза, аккуратно ела палочками, хотя лучше сказать клевала. В ее присутствии разговор не клеился, и, закончив с трапезой, она вновь поклонилась и, сообщив, что будет ждать за дверью, удалилась.

— Господин, вам надо было ее отправить обратно, — произнес Игнатьич сразу, как она вышла, — зачем вам наемный убийца?

— У всех свои недостатки, — возразила фея, — не переживайте, уважаемый, мы разберемся с этим!

— Надеюсь, — проворчал я.

«Доверься мне, — заверила меня фея еще раз, — будет она нашей… Это я тебе обещаю. Дай только время!»

После ужина мы отправились спать. Я не удержался и заглянул в комнату своей новой служанки. Вот не поворачивался у меня назвать эту азиатскую пантеру служанкой. Кстати, комнату ей выделили действительно рядом с моей и Уны опочивальней. И, надо сказать, комната была весьма скромной. Кровать, шкаф да стул. Вот и все, разместившееся в узком пенале, некогда бывшем кладовкой. Даже окна нет! Но Мин не жаловалось, наоборот, заверила меня, что все в порядке. Ну привыкла, может, к спартанской обстановке, кто знает.

Это было последним значимым событием в последующие дни. Я занимался с Игнатьичем и читал учебники. В результате все-таки сумел открыть на древе еще и «Огненную стену», достаточно эффективное защитное заклинание. Только вот резерва энергии хватало на три-четыре применения, после чего надо было его восстанавливать. Просто так уходило часов двенадцать, а на специальные зелья мне было жалко денег — сто рублей за крохотный пузырек на один каст! К счастью, класс барда быстро подогнал мне плюшку — ночной секс-марафон с моими любовницами восстанавливал энергию гораздо лучше каких-то зелий, еще и наслаждения больше.

К нашим занятиям присоединилась и Мин. Магией она владела слабо. По крайней мере, призналась мне, что прилично знает Школу Жизни, а вот в бою предпочитает холодное оружие. К тому же сабли у нее оказались артефактными, и она убедительно заявила, что с ними может противостоять любому магу. Я только мысленно хмыкнул, но показывать свою крутость не стал. Тем не менее девушка взялась обучать меня фехтованию. И, надо сказать, как-то у нее это ненавязчиво вышло. Вдобавок, как заверил меня Игнатьич, дуэль на шпагах считалась среди аристократов хорошим тоном. Далеко не каждый из них мог фехтовать. Так что мои дни стали очень насыщенными.

Кстати, надо добавить про Ольдрега. Вышедший на свободу староста стал необыкновенно вежливым и слушался каждого слова своей дочери. Прямо-таки другим человеком стал. И хорошо, брать с собой Светлану я не собирался, пусть деревней руководит! Присмотрит за ним в мое отсутствие вместе с Игнатьичем. Хотя девушка несколько раз непрозрачно намекала мне на то, что хочет отправиться со мной, лучше использую ее в другой роли. Хватит мне одной Уны.

Прислали весточки из Нижнего Новгорода Олаф и Крондл. Мол, все нормально, все в процессе езжайте, учитесь как следует. Аж словно отцы родные, настолько заботливые. Понятно конечно. Я для них вроде лотерейного билета. Если у меня все получится, им будет хорошо. А если не получится… хотя чего это я. Если не получится, думаю, и они пострадают!

Таким образом пролетело время до субботы. В понедельник мы выезжали в сторону Нижнего, чтобы на заранее запланированном месте встречи влиться в караван, идущий в Москву. Кстати, в нем должны были быть Ирина и Всеслав Бутурлины. Так что предстояла веселая поездка. Путь до Москвы занимал пять дней, так что прибыть мы должны были аккурат за три дня до начала экзаменов… хотя, как меня заверил Степан Игнатьич, никакие это не экзамены, а так — тест! Пять дней! В своем прошлом мире я бы добрался за ночь. Вот не помешал бы мне автомобиль, однозначно.

Когда в субботу я в прекрасном расположении духа вышел из спальни, то столкнулся с Мин. Девушка была хмурой.

— Что случилось? — удивленно поинтересовался я.

— Вам грозит опасность, господин, — произнесла азиатка.

Глава 23. Праздник

— В смысле опасность? Ты о чем вообще? — вырвалось у меня.

— Я чувствую…

— Какая опасность? От кого?

— Не знаю, господин. Я обычно просто чувствую угрозу для своего господина. Но сказать, что это конкретно за опасность, не могу.

М-да, весьма информативно. Я пожал плечами и отправился на завтрак. Мин увязалась со мной, будучи настороже. Телохранительница, чего там.

На завтраке традиционно присутствовал мой наставник, Светлана и Уна. Ну и Мин, конечно. Велемир, как оказалось, с утра проводил какие-то мини-учения, ради чего вывел большую часть нашей дружины за стены деревни и там на поле перед ними устроил тренировочные бои. Двое победивших отправятся со мной. Это я уже знал. Как рассказал мне Игнатьич еще несколько дней назад, с собой в академию допустимо брать одну служанку и трех телохранителей. Что ж, одно место телохранителя было занято Мин. Служанкой отправлялась со мной Марфа, тут я даже возражать не стал. А вот места двух оставшихся телохранителей оказались вакантны. Поэтому и устроил мой воевода такое вот своеобразное соревнование.

Также Игнатьич торжественно заявил, что сегодня, то бишь в субботу, состоятся почетные проводы меня в академию. То есть застолье и уличный праздник с накрытыми перед моим домом столами. Вот нафига, спрашивается? Мне почему-то не хотелось участвовать в очередном народном гулянии. Наверняка и петь заставят, а ведь хотелось последние дни провести тихо, что ли… лежать у камина и любоваться игрой пламени в полумраке, покуда девочки доставляют мне удовольствие всеми доступными способами: массажем, танцами и умелыми языками. К тому же усиленное обучение и тренировки меня порядком утомили. Все-таки не фанат я учебы. Ленив по натуре, надо признать. А ведь предстояло еще учиться. Как там говорил лысый вождь пролетариата? Учиться, учиться и еще раз учиться! Вроде слова-то правильные, но на меня они всегда нагоняли скуку.

Однако, судя по всему, только я был скептически настроен по отношению предстоящему празднику. Мои девушки были в предвкушении. Особенно это было заметно по Светлане. Та, кстати, следом за Игнатьичем заявила, что лично занималась организацией и надеется, что мне он понравится. Для Уны же главным было, чтобы действо, в котором она принимает участие, называлось праздником.

В общем, я. конечно же, решил не разочаровывать ни деревенский люд, ни своих девушек. Несмотря на всю мою лень и праздничный день, от учебы отмазаться мне не удалось. Все равно после завтрака меня вытащили на занятия магией, а потом еще заставили в который раз штудировать книгу по теоретической магии. Слава богам, продолжалась это только до обеда.

Светлана на него не пришла, а после обеда перед поместьем стали выставлять столы, которые откуда-то притащили местные. Глядя из окна, я только поражался их скорости. Под руководством наконец появившейся Светланы и ее отца буквально за час пространство перед забором особняка превратилось в большую площадь для праздника под открытым небом. Столы, лавки, небольшая сцена. Разожгли огромные костры, к которым тащили еду, прямо на месте разделывая туши свиней и баранов. И вскоре воздух наполнился ароматами жареного мяса.

— Пойдемте, господин, — сообщил мне Игнатьич, и мы вчетвером — он, я, Мина и Уна — вышли из поместья. Когда мы подошли к лавкам и столам, те уже были наполовину заполнены местными жителями. Увидев меня, народ повскакивал с лавок и начал бить поклоны.

— Здрав будь, барин!

— Долгие лета тебе, барин!

— Славься, барин Морозов!

Со всех сторон в мой адрес неслись пожелания. Интересно, это такая всенародная любовь или народ просто из-за страха… Вот не знаю. Тем не менее мы подошли к отдельно стоявшему длинному столу, возле которого нас ждали Светлана и ее отец.

— Спасибо вам, господин, за предоставленный шанс — первым нарушил небольшую паузу, повисшую в воздухе после нашего появления, Ольдрег, — я искуплю свою вину…

— Надеюсь, — заметил я, — тебе придется постараться, чтобы восстановить нанесенный ущерб.

— Мы все сделаем, — заверила меня Светлана, — садитесь, господин.

Мы устроились за столом. Я в центре, по одну сторону от меня Уна, рядом с ней Мин, по другую Сергей Игнатьич и Ольдрег. И сразу наступила тишина. Все жители деревни смотрели на меня немигающими взглядами и словно чего-то ждали.

— Надо сказать что-нибудь, господин, — шепнула мне Светлана.

— Да, давай, выступи. Зажги, как ты говоришь! — поддержала ее Уна.

Вот же. Оратор из меня точно никудышный. Да и не люблю я особо перед публикой выступать, несмотря на пропавший страх сцены. Но деваться было некуда. Как говорится, назвался бардом — выступай.

— Уважаемые односельчане! — поднялся я с кубком вина в руках.

Не знаю, правильно ли я назвал присутствующих односельчанами, вроде они были моими крепостными. Официально работорговля в цивилизованных европейских странах запрещена и промышляли ей только в Африке и в Южной Америке, но это не мешало иметь крепостных крестьян в просвещенной Европе и России, которые по закону мало чем отличались от рабов.

Хотя вот в Неряхино, например, я что-то не видел забитых и угнетенных крестьян. Наоборот, вполне откормленные и уверенные в себя члены общества. Почитав газеты и книги, я понял что жир было скорее исключением из правил. К тому же «уважаемым» крепостным, которых так распустил прошлый староста, Светлана быстро вправила мозги, и если они и будут отличаться от среднестатистического крестьянина Российской империи, то не слишком сильно!

Для себя я решил, что раз в этом мире так принято, то кто я такой, чтобы выделяться от остальных? Гаремы из услужливых рабынь, почему нет. Для местных абсолютно нормально служить сильным, а я как раз стремился забраться повыше, чтобы не оказаться на их месте. Слабый голос совести я задавил обещанием заботиться о своих крепостных как следует если они, разумеется, не будут меня предавать.

— Я хочу поднять этот кубок, — продолжил я, наконец, поняв, какой тост нужно произнести, — за род Морозовых. И за то, чтобы мы вернули себе свои исконные земли. За Морозовых!

А потом я невольно вздрогнул от слитного крика сотен глоток:

— За Морозовых!

Надо же. Не знал, что тут у меня такая моральная поддержка. Отсалютовав народу кубком, я осушил его. Вино оказалось отменным, правда, с немного странным привкусом. Металлическим, что ли… Но я не обратил на это внимание и опустился за стол.

«Молодец! — похвалила меня в голове Уна. — Коротко и емко».

— Краткость сестра таланта! — проворчал я и посмотрел на сидевшего рядом Игнатьича. — Слушай. Игнатьич, а чего у вина такой вкус странный…

— Что значит странный? — удивленно посмотреле на меня тот. — Это дорогое вино. Сам лично проверял.

— Да мне показался металлический привкус какой-то, — хмыкнул я, — наверное, показалось.

— Странно? — мой наставник пригубил из своего бокала еще раз. — Вроде все в порядке. Разрешите, господин, из вашего бокала отлить вина? Попробую.

— Да пожалуйста, — пожал я плечами, подвигая бокал к нему.

— Стоп! — я невольно вздрогнул от резкого и строгого голоса Мин, которая одним движением вскочила из-за стола и мгновенно оказалась рядом со мной, буквально выхватив кубок у уже взявшего его в руки Игнатьича.

Девушка понюхала вино, затем что-то пробормотала себе под нос и провела над ним рукой. И, нахмурившись, посмотрела на меня.

— Вы пили из этого кубка, господин? — буквально просверлила меня она взглядом, в котором я, к своему удивлению, увидел панику.

— Пил, — не стал я скрывать очевидное, — а что?

Тем временем Мин, не ответив мне ничего, быстро проделала ту же самую операцию, что с моим кубком, с кубками всех присутствующих за нашим столом, которые растерянно смотрели на сосредоточенную китаянку.

— Это только у вас, — коротко произнесла она, завершив свои пассы изучением объемистого кувшина на столе. — Значит, это положили в кубок до того, как налили вино. Пойдемте со мной, господин. Срочно!

— Что случилось? — взволнованно уставился на нее Игнатьич.

— Да, что случилось? — поддержала его Уна, которая тоже, судя по всему, разволновалась.

— Господина Александра отравили, — коротко ответила она и поспешила добавить: — Мне знаком этот яд, он замедленного действия. Симптомы отравления проявляются через пару часов. Нам повезло, что вы почувствовали вкус яда в вине, господин.

— И что делать? — растерянно посмотрел я на свою телохранительницу.

— Чтобы не поднимать панику, просто уйдем. В ваши покои. Все должны себя вести как ни в чем не бывало! — она строго обвела взглядом нас. — Я найду противоядие, и все будет хорошо.

Так и сделали. Правда, с нами еще увязалась Уна. Нашего исчезновения в шумном празднике, который начал набирать обороты, конечно, никто не заметил. О моем любвеобильном нраве уже давно ходили слухи и никто не удивился моему исчезновению в компании прекрасных девушек.

— Точно все нормально? — нервно поинтересовался я у девушки по пути.

— Не переживайте, господин. Вы вовремя заметили яд, я уже говорила.

А уже перед домом нас перехватил какой-то незнакомый мне мужик в странной форме. Зеленый пиджак, зеленые штаны, зеленая шляпа… не хватало только колпака и остроносых ботинок, сразу получился бы хрестоматийный шут из средневековья.

— Ты кто? — вырвалось у меня.

— Доставка писем, — мужик с каменным лицом передал мне большой прямоугольный конверт и быстро удалился.

— Не понял, — повернулся я к Мин, — это что, почтальон местный, что ли?

Как выяснилось, действительно, мужик оказался не шутом, а представителем местной почты. Я быстро разорвал конверт. Ого.

«Александр, отец хочет вас отравить до отправки в академию.

Будьте осторожны,

Ваша Ирина»

Бутурлина написала, надо же. Правда, что-то короткое письмо. Но содержание стоит того, чтобы длинно и грязно выругаться на своем родном языке, что я незамедлительно сделал. Затем отдал письмо Мин. Та невозмутимо прочитала его и, вернув мне, произнесла:

— Почему-то я не удивлена. Бутурлины всегда были тварями.

Во время произнесения фамилии Бутурлиных глаза девушки на миг вспыхнули ничем незамутненной ненавистью.

Надо же. Интересно, чем мои враги ее так достали. Она ведь вроде не местная.

Но дальше мне размышлять уже было некогда. Меня затащили в мои апартаменты, посадили на кровать и начали что-то колдовать. Мин извлекла из своей сумки несколько пузырьков и какую-то небольшую колбу и, смешав в ней жидкость из всех сосудов, стала творить какие-то странные заклинания, периодически окрашивающие жидкость разные цвета.

А вот мне вдруг чего-то резко поплохело. К горлу подступила тошнота, и мир вокруг вдруг начал расплываться.

— Саша? — услышал я голос Уны, и передо мной появилась ее озабоченная моська, — Эй, ты там, как тебя… Мин. Давай быстрее возись. А то он чего-то мне не нравится.

Я хотел успокоить своего фамильяра, похлопав ее по плечу, и заверить, что все будет хорошо, но у меня это не получилось. Руки не слушались, как и язык. А следом за этими весьма неприятными последствиями пропал и слух. И в следующий миг на меня навалилась чернильная тьма, мгновенно унеся все мысли из головы вместе с сознанием. Последнее, о чем я успел подумать, — это то, что все-таки недолго я пожил в этом мире, который мне очень даже нравился.

* * *

— Он потерял сознание, — растерянно произнесла Уна, глядя на всё возящуюся со своими пробирками Мин, — ты говорила о паре часов. И о том, что все хорошо будет! — возмущенно добавила она.

— Все будет хорошо, я заканчиваю, не мешай. У нас есть время, — спокойным тоном сообщила та, и у феи зачесались кулаки.

Честно говоря, Уна уже настолько сроднилась со своим хозяином, что даже не могла представить, что будет, если Александр… умрет. Хотя предполагала, что вместе с ним исчезнет в таком случае и она. Фея знала, что она фамильяр, но то, что было с ней до появления у Александра в комнате, практически не помнила. Какие-то отрывки воспоминаний, которые и описать было нельзя. Но она все же поняла, что это не первая ее жизнь в виде фамильяра. И что до этого была череда перерождений, но где и с кем — оставалось тайной. Поэтому самым главным оставалось настоящее. А в настоящем фея отдавала себе отчет, что влюбилась в хозяина. Особенно в его голос и запах.

К тому же периодически появлявшийся в голове голос, который называл себя Системой фамильяра и на первых этапах неплохо так помогал, на подобные вопросы не отвечал. Сначала этот голос ее раздражал, потом она привыкла к нему, а в последнее время он вообще исчез. И сейчас, как ни взывала к нему Уна, он молчал.

Фея испуганно смотрела на побледневшего, но пока еще пусть и неровно, но дышащего парня и хотела уже применить силу к этой равнодушной спокойной стерве, но та тем временем выдохнула и радостно выкрикнула:

— Готово!

В следующий миг на глазах изумленной феи Мин оказалась около хозяина и, приподняв его за голову, влила в рот какую-то молочно-белую жидкость. Затем аккуратно, положив голову Александра на подушку, повернулась к Уне.

— Следи за ним. — приказала она, — по идее, через пару часов он должен прийти в себя. — Она еще раз провела слегка засветившимися белым светом ладонями над телом Александра. — Все идет своим чередом. Я предупрежу остальных.

— Может, лучше я? — неуверенно предложила фея, хотя ей страшно не хотелось покидать беспомощного парня.

— Нет уж, оставайся с ним, — вдруг внезапно улыбнулась Мин, — к тому же я чувствую в тебе силу целительницы? — вопросительно посмотрела на фею.

— Да, есть такое дело, — подтвердила Уна, слегка смутившись. Этот самый навык появился у нее недавно.

— Ну вот и подлечи его. Я скоро приду.

С этими словами она покинула комнату. Уна же посмотрела на хозяина и, тяжело вздохнув, легла на кровать, крепко обняв его, и, прижавшись всем телом, попробовала активировать свои новый навык. Она сама не заметила, как в процессе лечения задремала, а потом в комнату вновь заглянула Мин. Китаянка, увидев лежавших на кровати в обнимку Александра и Уну, улыбнулась и осторожно закрыла дверь.

Глава 24. Предатель

Проснулся я неожиданно. Только что плавал в какой-то безмолвной и аморфной темноте без мыслей и желаний, а потом вдруг словно кто-то включил свет, и я приоткрыл глаза. Сознание вернулось ко мне резко и оглушающе. Осторожно осмотревшись, увидел, что лежу в объятиях почему-то одетой Уны, которая тихо посапывала, положив мне голову на плечо.

Прислушавшись к себе, пошевелил конечностями. Вроде ничего не болит и все работает. И даже главный орган мужчины начал реагировать на сопевшую рядом красавицу-фею.

Я поднял голову и слегка застонал от прострелившей ее резкой боли. Значит, не все так просто. Что вообще случилось? Освободившись из цепких объятий своего фамильяра и стараясь не обращать внимания на пульсирующую боль в голове, схватил со стола кувшин и, убедившись, что в нем налита вода, выхлебал залпом его половину. Сразу полегчало. И следом за этим все вспомнил.

Меня отравили. И если верить опоздавшему письму Ирины, это было с подачи Бутурлиных. Кто бы сомневался, что этот старикашка попробует меня убрать. Видать сильно насолил я им за то проведенное в Нижнем Новгороде время. А моя будущая рабыня не подвела. Пусть и никакой роли это запоздавшее письмо не играло, но сам факт, что она попыталась предупредить меня, фактически пойдя наперекор интересам своего рода, был весьма знаменательным. Я вспомнил слова Мин. Раз я пока еще жив, значит, скорее всего, именно она спасла меня. Но боль в голове уже стихла, а вот спать расхотелось. Можно было, конечно, разбудить Уну и заняться тем, что точно меня бы успокоило, но, посмотрев на фею, которая так безмятежно сопела, я решил ее не будить. Пусть выспится, переволновалась наверняка, бедняжка.

Одевшись, выскользнул в коридор, решив заглянуть в комнату к Мин. Если она не спит, с ней можно было поговорить о том, что произошло на моих же проводах. Жаль, конечно, что главный герой их смотался с самого начала, но ничего. Главное, жив остался!

Комната китаянки была пустой. Поэтому я решил пройтись до столовой, которая здесь именовалось громким словом обеденный зал, и, уже подходя к ней, услышал голоса. Зайдя в столовую, увидел сидевших за столом Мин и Игнатьича. Они что-то жарко обсуждали, на столе стоял кувшин и два бокала, наполненные красным вином.

— Доброй ночи! — громко приветствовал я их прямо с порога.

Оба «заговорщика» как по команде повернулись в мою сторону. Я увидел на лицах обоих примерно одни и те же чувства. Радость и явное облегчение.

— Барин! — радостно вскочил мне навстречу Игнатьич.

— Господин, — церемонно поднялась Мин, — рада вас видеть в добром здравии. Разрешите вас осмотреть?

— Осматривай, — махнул я рукой, присаживаясь. — Только я что-то есть хочу.

Это я понял, едва сел за стол. Как-то внезапно на меня обрушился какой-то ненормальный, сосущий голод. О чем я тут же сообщил присутствующим.

— Сейчас, господин, — Сергей Игнатьич куда-то убежал, а мной занялась новоиспеченная телохранительница.

И надо сказать, было весьма приятно. От ее ладоней, которыми она водила надо мной, исходило приятное тепло. И я даже стал оценивать, как выглядит Мин без одежды. Тем более что на этот раз одета азиатка была в какой-то то бесформенный наряд, состоявший из штанов и длинной широкой рубахи. Манипуляции моей целительницы явно вызывали у меня однозначную мужскую реакцию.

Едва она закончила сеанс целительства, длившийся где-то полчаса, как появился Игнатьич с двумя заспанными служанками. Соратницы Марфы нечасто появлялись перед моими глазами, да и, чего там говорить, внешними данными явно уступали «старшей служанке», которую я забирал с собой в академию. Обычно они занимались стиркой одежды и прочей работой, не требующей показываться мне на глаза. Я и сейчас их увидел, потому что Марфа была на заслуженном выходном, последнем перед отъездом в Москву.

Передо мной появилось большое блюдо с жареным мясом и кусок ароматного свежего хлеба. Ну и кубок, конечно. Я было потянулся за вином, но Мин мягко остановила меня, и мне налили обычной воды.

— Пока не надо, господин. Я, конечно, все вино проверила, но сейчас вам вообще сутки нельзя пить ничего кроме воды.

— Ну воды, так воды, — проворчал я и набросился на еду. М-да. Надо же, как я проголодался. Сам от себя не ожидал. Служанки убежали, а двое моих ночных соратников внимательно наблюдали за трапезой своего господина. Но вот, наконец, я откинулся на стуле, ощущая приятную сытость в желудке и наконец полностью избавившись от каких бы то ни было проблем с головой.

— Теперь рассказывайте — посмотрел я на Мин. — Нашли отравителя?

— Нет, господин, — ответила девушка, — пока нет. После того как вас отнесли в комнату и оставили с Уной, я вернулась на праздник, — начала она свой рассказ. — Никто не заметил вашего отсутствия, так что он продолжался своим чередом. Мы же с Сергеем Игнатьичем решили провести небольшое расследование.

— Да, госпожа Ми Цу оказалась весьма искушенной в этом деле, — заметил тот, бросив благодарный взгляд на китаянку.

— Мин, просто Мин, — мягко поправила его девушка, — так вот, у меня есть еще несколько способностей как раз в этой области. …

— Поиск преступников? — уточнил я и невольно рассмеялся. — И ты работаешь на главного преступника в Нижнем? Парадокс судьбы.

— Не вижу здесь никакого парадокса, — даже не улыбнулась девушка, — лучший способ борьбы с врагом — это знать все приемы врага! Но мы сейчас не об этом. Я создала небольшое заклинание и незаметно внедрила его всем присутствующим за тем столом, за которым вас отравили, господин.

— Что за заклинание? — полюбопытствовал я. Вообще не знал, что разбойники владеют магией. В какой-то мере это хорошо, значит она не монополизирована. С другой стороны не знаешь, чего ожидать на врагов. Кинет в тебя какой-нибудь воин метеором и поминай как звали, ты же от него максимум пилума ждал.

— Оно называется «Чистая правда». Итогом его должно быть признание совершившего это отравление человека, если он, конечно, находился за нашим столом.

— Какое интересное заклинание, — восхитился я, — и оно всегда срабатывает?

Блин, это же вообще имба. Мин становится весьма полезным членом моего небольшого отряда, отправляющегося в Академию.

— Ну… — немного замялась с ответом девушка. — Конечно, не всегда. Если у человека твердый характер и он вдобавок имеет неплохие магические способности, оно может не сработать.

— Но если нет магических способностей? — уточнил я.

— Тогда с большой вероятностью сработает. Если только это не умудренный годами битв ветеран с несгибаемым характером, способным противостоять любым вмешательствам извне. Но поверьте, господин, таких я видела очень мало. И сейчас среди наших подозреваемых их точно нет.

— И через сколько оно сработает? — все-таки поинтересовался я. — Мы, вообще-то, в понедельник должны отправится в академию. С этим-то ничего не меняется? Я вроде здоров.

— Вы будете полностью в порядке к понедельнику, — заверила меня Мин. — Ничто не должно помешать нам отправиться в академию. А насчет заклинания — оно уже должно сработать. Сейчас Велемир с его дружинниками присматривает за Светланой и ее отцом. Остальные, как вы видите, все здесь, если не считать Уны, которая вне подозрений. Фамильяр ничего не может сделать плохого своему хозяину. Слишком тесная связь между ними. Да и со смертью хозяина умирает и его фамильяр.

Хм, я мысленно покачал головой. Вот догадывался, но, честно говоря подобная связь не особо радовала. Я, кстати, привязался к своей сумасбродной фее. Нет, жертвовать собой я не собирался, но тем не менее почему-то такие слова слышать было неприятно.

— Тогда сидим и ждем? — уточнил я, и оба сидевших за столом кивнули.

Но, как оказалось, ждать пришлось недолго. Спустя полчаса, когда на улице уже начало светлеть, в обеденном зале появился мрачный Велемир.

— Ну? — спросил я у уставшего, что было видно невооруженным взглядом, воеводы.

— Нашли, господин, — выдохнул тот.

— Кто? — Этот вопрос мы задали хором из трех человек.

— Ольдрег, господин, — ответил воевода и как-то испуганно покосился на меня. А я… я был, мягко говоря, поражен. То есть отец Светланы, которого я помиловал и который клялся в своей верности…хотел меня убить. А если здесь замешана Светлана? Нет, в это верить мне не хотелось…

— Где он? — вырвалось у меня, и я рукой остановил хотевшую что-то спросить Мин.

— Мы доставили его в поместье. Он в подземной темнице, господин.

Про темницу, расположенную в подвале поместья, я знал. Был там, когда осматривал особняк. Пять небольших камер, вот и вся темница. Стало быть, Ольдрег вернулся туда, откуда недавно вышел. М-да.

— А где его дочь? — уточнил я.

— Она здесь. Мы ее в гостевую комнату устроили пока. После того как Ольдрег раскололся, к нему вошла Светлана, и он во все подробно признался своей дочери. Мы слышали это признание, но, господин, Светлана сама собиралась рассказать об этом… она об этом сама просила. К тому же она… — Велемир замялся.

— Понятно, — я посмотрел вопросительно на Мин. — Ты сама как считаешь?

— Она не виновата, господин, это не подлежит сомнению, — покачала головой та, — если бы было наоборот, она тоже признала бы свою вину… но девушка действительно предана вам.

— Надеюсь, что это так, — проворчал я. Что-то слишком много приносит мне проблем эта семейка. — Веди ее уже сюда.

Появившаяся спустя пять минут в зале Светлана была бледной, но тем не менее выдержала мой вопросительный взгляд.

— Садись, — махнул я рукой, — рассказывай.

Велемир сел напротив нее.

— Мне отец все рассказал, — хмуро начала свой рассказа староста Неряхино, — как оказалось, он работал на Петра Бутурлина уже пару лет. Последний год он просто докладывал своему хозяину об общей ситуации, и все. Несколько дней назад к нему тайно прибыл посланец от Петра Бутурлина и передал пузырек с ядом и задание. За которое выдали аванс — тысячу рублей. По завершении дела — десять тысяч.

— Даже не знаю, много это или мало? — вырвалось у меня. — Обидеться мне на столь малую сумму за мою жизнь или, наоборот, гордиться, что моя голова так дорого стоит?

— Думаю, недорого ценит вас господин Бутурлин, — заметил Игнатьич, — но для Ольдрега это очень серьезная сумма, после того, как он лишился всех накоплений. Он же не профессиональный наемный убийца.

— Простите меня, господин, — повесила голову Светлана, — это я виновата. Я уговорила вас выпустить отца, а получилось, он вас чуть не убил, — девушка всхлипнула и закрыла руками лица.

— Успокойся, — пересел я к девушке и обнял ее. — Дети не отвечают за поступки родителей… Но ты ведь понимаешь, что я не могу оставить его на свободе?

Светлана, не отрывая рук от лица, кивнула.

— И не просто на свободе не оставить, — строго произнес Велемир, — за покушение на аристократа — смерть!

— За покушение на аристократа — смерть! — повторил его слова Игнатьич.

К моему удивлению, повторила эти слова и Мин.

Светлана оторвала руки от лица и посмотрела на меня заплаканными глазами.

И вот что мне делать? Честно говоря, я подвис. По закону, Ольдрег заслуживал смерти. И оставлять его гнить в камере было неправильно. С другой стороны, его дочь была старостой деревни и преданным мне человеком. В конце концов именно благодаря ей я так быстро восстановил контроль над Неряхино!

— Не думайте, господин, — тем временем тихо произнесла девушка, — он заслужил смерть. Но, — она опустила голову и, потом вновь подняв ее, посмотрела на меня, — если можно… оставьте его в камере. Долгое ожидание казни для него страшнее, чем быстрая смерть.

— Зная Ольдрега, — задумчиво добавил Велемир, — я склонен согласиться с Светланой.

— А я бы все-таки закончила с этим делом, казнив главного преступника, — заметила Мин, не отводя глаз от Светланы. Та опустила глаза.

— Ладно, — хлопнул я рукой по столу, — разговаривать я с этим предателем не хочу. Да и вряд ли он чего-нибудь расскажет. Велемир, допроси его как следует. Хочу знать, есть ли еще кто-то среди жителей, что доносит Бутурлиным.

— Да, господин, — кивнул воевода.

— Иди, не откладывай это в долгий ящик! — приказал я, и тот удалился.

— А с тобой мы еще поговорим, — я ободряюще улыбнулся старосте.

Светлана постепенно пришла в себя, и вскоре мы обсуждали уже рабочие вопросы, забыв об Ольдреге. Расстались мы уже часов в пять утра, когда я почувствовал, что вот теперь хочу спать, а Светлана с Игнатьичем были проинструктированы о предстоящих им задачах. Одному — ремонт, второй — налаживание нормального поступления налогов в казну рода.

Спал я в воскресенье до обеда и проснулся выспавшийся и совершенно здоровый. Особенно поднял настроение секс с Уной, которая терпеливо ждала моего пробуждения, штудируя целую стопку газет, непонятно откуда появившихся, Как только она увидела, что я открыл глаза, сразу отбросила их, оказавшись рядом со мной. А после накинулась на меня, совсем как путник в пустыне на родник с чистой водой.

Само собой я был не против. Видимо, сказались переживания феи, в этот раз она была очень податливой, изощренной и полна энтузиазма. Как и в первую ночь мой несравненный фамильяр делала все возможное, чтобы доставить мне неописуемое наслаждение, и с благодарностью принимала мои ответные усилия. Все запреты спали и потеряли смысл, остались только мы и наши желания. Кажется, именно сейчас наша с Уной связь вышла на совершенно новый уровень.

Начало все с прекраснейшей работы ртом. Ее мягкие нежные губы сжимали меня с удивительной силой и в то же время нежностью, мне не оставалось ничего, кроме как откинуться на спинку кресла и наслаждаться, изредка поглаживая ее по волосам. Несколько быстрых хлопков по голове, яркий финал и вот практически без перерыва мы поменяли позу. Довольная как тысяча котят фея распласталась подо мной, ее упругая грудь сама прыгнула в ладони. Жамк-жамк, ммм… Лучший антистресс! Тревоги и печали окончательно покинули нас, уступив непередаваемому блаженству. Казалось, наше слияние душ длилось целую вечность, хотя на деле прошло не более пары часов. Мы успели поменять с десяток поз и коснуться пары запретных тем. Ух, и хорошо! От заседания в постели на всю ночь меня удержала только необходимость проведения дел, без которых, увы, не обойтись. Притомившаяся Уна клятвенно пообещала, что мы продолжим ночью и повела меня в столовую, сияя широкой улыбкой.

После сытного обеда я занялся делами. Написал несколько доверенностей, пообщался еще раз с уже совершенно пришедшей в себя Светланой. Поговорил с Велемиром, который сообщил, что на допросе также присутствовала Мин и теперь можно точно утверждать, что никаких сообщников у Ольдрега не было. И он, воспользовавшись моментом, просто вылил в мой кубок, который отличался от всех, яд. По словам воеводы, преступник вроде раскаялся. Особенно на него произвела впечатление реакция дочери, которая буквально возненавидела отца… В общем, насколько я понял, Ольдрег просто сломался. Но тут я даже не стал переживать. Он сам пошел на это… скорее всего, ради денег. Ну или не ради денег, а из-за ненависти… в общем, меня это уже мало волновало.

К тому же навалились обычные проблемы перед любым сбором в дорогу. Как оказалось, предусмотрительный Игнатьич приготовил аж две мощных кареты, обе запряженные четверкой лучших лошадей. Одна из них была загружена багажом и провиантом. Во второй, весьма комфортабельной четырехместной карете, в которой присутствовали даже столик, сразу напомнивший мне купе в поезде моего прошлого мира, разместились мы с Уной, Марфой и Мин. Фея шепнула мне, что Игнатьич заказал ее специально из Нижнего Новгорода на переданные ему деньги. Пара отобранных Велемиром телохранителей сопровождали нас на лошадях. Помимо этого, до места встречи каравана, как выяснилось, нас еще и вся дружина провожала во главе с воеводой. И даже Светлана напросилась…

А потом шесть дней пути караваном, о котором говорила мне еще в Нижнем Ирина, и вот мы в академии.

В таких вот заботах прошло все воскресенье, а в понедельник рано утром наш отряд отбыл путь. Провожала нас деревня Неряхино мелким моросящим дождем, который внезапно принес холод, к вящей радости всех моих спутников.

Велемир признался, что такие дни случаются крайне редко. Не иначе Перун решил устроить праздник в Неряхино в честь того, что барин отправляется в академию. Какая связь между праздником, Перуном и академией, я так толком и не понял, но спорить с воеводой не стал.

Поездка оказалась весьма удобной. С поездом, конечно, не сравнить, но, как оказалось, карета имела вполне приличные рессоры, так что было приемлемо мягко и своей задницей каждую кочку я не ощущал. Но конечно не так как та карета Бутурлиной, на которой я имел честь прокатится. А вечером мы добрались, наконец, до места встречи, которое располагалось в трех километрах от Нижнего и представляло собой поле, на котором оказался разбит приличных размеров палаточный лагерь. Выяснилось, что он принадлежал какому-то оборотистому купцу из Нижнего Новгорода, который построил его на свои деньги, а потом просто стал сдавать эти палатки и вскоре это место превратилось в этакий перевалочный лагерь, в котором собирались караваны, отправлявшиеся в разные города. А нанятая охрана из наемников надежно защищала этот самый городок от нападений тварей из пустошей.

Как оказалось, в академию кроме меня и Бутурлиных отправлялись еще несколько аристократов из окрестных деревень. Тем не менее большую часть каравана составляли купцы, везущие товар на торг в Москву. Искать где расположились Бутурлины я не собирался, поэтому мы договорились со сразу подскочившим к нашему отряду местным комендантом и вселились в три просторные палатки. Одну мы заняли с Уной, Светланой, Марфой и Мин. В остальных двух поселилась наша дружина. Ну и, конечно же, ночь прошла весьма зажигательно. Правда, Мин в нашей небольшой оргии участия не приняла, заранее покинув палатку. Азиатка сказала, что будет сторожить вход.

— Не готова еще, — сообщила мне Уна. Но я как-то особо не переживал на этот счет. Девушкой, конечно, моя телохранительница была симпатичной, но не больше.

А утром мы простились с нашими спутниками и вместе караваном, который растянулся, наверное, на пару километров, не меньше, двинулись к Москве.

Content

Сергей Карелин, Евгений Лисицин
Бард

Глава 1. Этот дивный новый мир

Глава 2. Род Морозовых

Глава 3. Вечеринка

Глава 4. Знакомство с миром 376758

Глава 5. Нападение

Глава 6. Экономика должна быть экономной

Глава 7. Дела, дела, дела

Глава 8. Сила искусства

Глава 9. Пустоши. Часть 1

Глава 10. Пустоши. Часть 2

Глава 11. Пустоши. Часть 3

Глава 12. Нижний Новгород

Глава 13. Рыцарь или не рыцарь?

Глава 14. Хорошие дела не бывают безнаказанными

Глава 15. История in dwarf version

Глава 16. Концерт

Глава 17. Прием у Бутурлиных

Глава 18. Укрощение строптивой

Глава 19. Крестный отец Нижнего Новгорода

Глава 20. Нападение

Глава 21. Нападение. Часть 2

Глава 22. Мин

Глава 23. Праздник

Глава 24. Предатель