Швынденков Михаил Александрович

Три шага до магии. Шаг третий. Университет Полной Магии [СИ]

Михаил Швынденков

Три шага до магии. Шаг третий. Университет Полной Магии

Пролог

Эта речка очень небольшая, во многих местах её можно переехать на коне, не разыскивая специального брода. Называется эта речка Радужная, а неофициальное название — Запрудная. Дело в том, что в русле реки, через каждые два — три километра устроены запруды, высотой не более метра, но этого достаточно, чтобы образовалось небольшое озерцо или прудик. Речка с таким профилем русла очень понравилась рыбе, местному аналогу радужной форели. Недалеко от устья русло реки перегорожено каменными блоками так, что поток воды бьёт в противоположный берег, образуя приличных размеров омут.

На берегу этого омута оборудовано место для отдыха, сделаны скамеечки, кострище обложено камнем. Костёр в кострище прогорел до углей, а над углями на железных прутьях жарятся тушки радужной форели, пойманной в этом омуте. У костра сидит мужчина среднего возраста, с приятными чертами лица, с большим количеством седых волос. Руки и движения выдают в нём опытного воина, не забывающего о тренировках. Рядом с ним, приобняв его, сидит ребёнок, девочка, лет трёх-четырёх. Она с интересом смотрит как второй ребёнок, мальчик, чуть старше возрастом помогает мужчине готовить рыбу. Он, высунув от усердия язык, переворачивает нанизанные на шампуры куски и целые тушки рыбы.

— Деда, ласкази, ну ласкази…

— Что рассказать, Катя!

— Ну, как ты стал самым главным!

— Я не самый главный!

— А мама сказала, что в семи голях ты самый главный! Мама знает!

— Не голях а горах. Скажи горы!

— Гор-р-ры! Деда, ну р-расскаж-жи!

— Ну, слушайте. Было в этом мире большое Росинское королевство. В королевстве была Академия Магии. Большая Академия, в ней училось много будущих магов. И учился один молодой человек. Однажды с ним случалась беда, его почти убили. Он лежал, а из его тела уже улетели и память, и сознание. За больным ухаживала молодая девушка. Парень ей нравился, и она молила всех богов, чтобы они помогли вернуть его к Жизни. Она была целительница, и, кроме богов, она просила ещё свою наставницу помочь ей исцелить этого парня. И они его исцелили, но и боги им помогли, и у парня теперь были и память и сознание, может быть не совсем такое, как было до этого, но главное, что он выжил.

А сам подумал: «Не могу же я внукам рассказать, что моё сознание, это сознание пожилого человека с планеты Земля»

— И они с этой девушкой полюбили друг друга. Учились они дальше в этой Академии. Те молодые люди, которые почти убили этого парня, они были аристократами. А парень не был аристократом, поэтому он не мог им отомстить, даже на дуэль вызвать не мог, так как не был сильным магом, а шпагу носить он не имел права. Такой вот этот мир несправедливый, простые люди не имеют никаких прав. Поэтому парень все свои силы направил на то, чтобы стать сильным магом. И боги помогли ему тем, что дали способности более высокие, чем у большинства других разумных. И этот парень очень много трудился. Он сказал своим друзьям: «Я хочу подняться по социальной лестнице настолько высоко, стать настолько сильным, чтобы никто не посмел убивать меня или моих близких ещё раз. И ещё я хочу, чтобы вы все шли не за мной, а чтобы мы шли вместе, шли рядом». Поэтому у него не было времени отдыхать, вот как мы сейчас сидим. А потом началась большая война, и им пришлось уехать из столицы королевства в герцогство Загорское. И пока они преодолевали всякие жизненные трудности, в парня влюбилась подруга этой девушки, графиня, и стало их трое влюблённых. Но в жизни не бывает, чтобы всё было только хорошо. Вы ведь читали сказки и знаете, что принцессы бывают добрые и злые. Так вот этим троим, попалась на жизненном пути злая принцесса, и парню с первой девушкой пришлось уехать. Много трудностей возникало на их жизненном пути, и спасали их от несчастий их любовь, магия, и вот этот меч, он называется Сумрак.

Мужчина извлёк из ножен свою шпагу. Это было примечательное оружие. Узкое лезвие в два пальца шириной у гарды, и в один палец ближе к концу клинка. В сечении клинок напоминал узкий ромб, грани которого вогнуты внутрь ромба. Клинок был серого цвета, но ребро в середине лезвия было тёмно-серым, почти чёрным, а к кромке лезвия цвет становился светло-серым. Гарда в виде чаши с дугой, закрывающей пальцы, была фиолетовой, а рукоять — чёрной.

— Ещё у парня был просто замечательный конь, он называл коня Ужас, сейчас у нас в анклаве целый табун потомков Ужаса.

Мужчина помолчал и продолжил.

— Пока они преодолевали всякие трудности, встретился им один хороший человек, барон. Он усыновил этого парня, и парень стал бароном. Он женился на своей возлюбленной, и она стала баронессой. Они жили в большом городе, лечили людей, сражались с бандитами и плохими магами. А потом узнали, что плохая принцесса угрожает их друзьям. Тогда молодой барон собрал команду опытных воинов, и они прорвались в Загорье через почти непреодолимый перевал. Это сейчас там стоят заставы, и идёт нормальная дорога, а тогда там была полуразрушенная тропа и очень злые хищники в Долине Злого Мага. Забрал он всех друзей в город, и они организовали там Школу магии. Другой такой в королевстве не было, ведь Академия была разрушена во время войны, и королю очень захотелось, чтобы Школа стала Королевской. Друзья решили подарить Школу королю, ведь они тоже были подданными этого королевства. Король в знак благодарности убрал злую принцессу из Загорья, и друзья вернулись сюда. Много было трудностей и проблем в их жизни, но дружба и любовь помогли им всё преодолеть. Вот, например, когда они хотели передать магическую Школу королю, в процесс передачи попытались влезть очень нехорошие разумные, они хотели обмануть парня и его друзей, но наши друзья смогли разобраться в их коварных замыслах, и всё сделали, как должно было быть по законам королевства. В соответствии с приказом короля, барон стал графом, а мошенники остались ни с чем. Теперь он мог жениться и на второй девушке, что он и сделал.

И со временем стал этот парень вашим дедушкой, а его жёны, это ваши бабушки: баба Аня и баба Ира.

— Серж, снимай рыбу! Давайте кушаем и идём домой, а то мамы вас потеряют, будут волноваться.

— Деда, а баба Илиана?

— А про бабушку Ириану расскажу в следующий раз, кушай!

Глава 1. Возвращение в Загорье

Говорят, что развитие общества идёт по спирали. Применительно к нам, это будет верно на сто процентов. Мы готовимся вернуться в Загорье. Вся наша команда, кроме погибшего графа де Вулар, снова вместе.

Я собрал всю нашу команду: моя и Анейры наставница герцогиня Ириана де Брюлен, маркиза Розалия де Горса, графиня Ирена де Лафер, виконт Николь де Борзон и его жена Лилия, барон Маркус де Бриль и его жена Талия, моя жена Анейра и ваш покорный слуга, граф де Дрович. Мои знакомые ещё не знают, что я уже граф, считают меня бароном де Дрон.

Эта команда сформировалась и сдружилась, когда мы готовились к Турниру Магического Совершенства в Росинской Магической Академии. С тех пор прошло одиннадцать лет. Уже нет той Академии, Росинское королевство уменьшилось на две трети территории, новой столицей стал город Годунград, названный так в честь нового короля. Мы все повзрослели, обзавелись детьми, существенно повысили своё магическое мастерство, работая в созданной нами Магической Школе Дрона. Я обзавёлся своей дружиной. У меня сейчас восемь детей, но старший сын считается сыном герцога де Брюлен, и претендует на титул герцога. Поэтому считается, что у меня семь детей: трое от Анейры, двое от Ирены и двое от Ирианы. Анейра стала моей женой, когда я стал баронетом. Графиню Ирену де Лафер я возьму в жёны в ближайшее время. А с Ирианой мы не можем пожениться пока я не стану герцогом, или хотя бы маркизом. Здесь сословное общество, и терять титул герцогини для Ирианы очень нежелательно.

Все мы уже не те наивные, ничего не знающие о реальной жизни адепты и выпускники Магической Академии. И дело не только в том, что мы повзрослели, что некоторые из нас поженились и даже завели детей. Мы уже битые жизнью, знаем, чего можно ожидать от разумных вообще, и от власть имущих в частности. Мы не сражались лицом к лицу со злой принцессой, но её удалили из Загорья, то есть в этом вопросе победа за нами. Мы наработали большой опыт по обучению местных одарённых и собираемся продолжать эту деятельность. У меня запущены несколько весьма доходных предприятий, и финансовое обеспечение нашей команды не представляет затруднений.

Кроме того, король надеется через нас восстановить нормальные торговые отношения с гномами. И для этого сделал меня графом, а для нашей семьи в этом вопросе главное, что я смогу предложить свою руку графине Ирене Де Лафер.

Но я в своём повествовании вернусь на год назад.

Мы жили в Холмограде, на нашей вилле. Вся наша команда трудилась в Магической школе Дрона. Моя жена Анейра и наставница, герцогиня Ириана де Брюлен, часто бывали в нашей городской больнице Дрона. Я сам постоянно разъезжал по своим предприятиям по производству оружия, инструментов, бытовых вещей, письменных принадлежностей, посуды.

Как-то раз жена и Ирена настояли съездить в город к портному, у меня, видите ли, костюм не свежий! После всех этих примерок у меня было отвратительное настроение. А ту ещё заехали в салон к Розалии, было начало дня, салон ещё не работал, а музыканты вымучивали какую-то новую мелодию.

Подошёл к ним:

— Вы должны сыграть вот это! — и выбивая ритм на барабане, спел куплет из песни Булата Окуджавы про «Десятый батальон».

— «Здесь птицы не поют, деревья не растут.

И только мы к плечу плечо врастаем в землю тут.

Горит и кружится планета, над нашей Родиною дым.

И, значит, нам нужна одна победа,

Одна на всех. Мы за ценой не постоим!

Одна на всех. Мы за ценой не постоим!

Нас ждет огонь смертельный, И все ж бессилен он.

Сомненья прочь: уходит в ночь отдельный,

Десятый наш десантный батальон.

Десятый наш десантный батальон».

Музыкантов Анре подобрал, что называется «от бога», уже на втором куплете, они уверенно мне подыгрывали. Через пять минут наш ВИА совершенно уверенно играл мелодию под эту песню.

— Теперь вот эту, — спел куплет из песни Владимира Высоцкого «Альпийские стрелки»:

— «Мерцал закат, как блеск клинка.

Свою добычу смерть искала.

Бой будет завтра, а пока,

Взвод зарывался в облака

И уходил по перевалам.

Отставить разговоры.

Вперед и вверх, а там –

Ведь это наши горы,

Они помогут нам!

Они помогут нам!»

Музыканты прекрасно справились и с этой мелодией.

— Теперь вы должны написать балладу о восьми воинах!

Сам не знаю, почему именно восемь, но вот как-то крутилась в сознании мысль, что хорошо бы иметь такую песню. Даже пытался сам слова придумывать. Баллады в этом мире это заунывный пересказ любовных страданий или похождений славного рыцаря под музыку, такую же заунывную.

— Это должна быть песня вот в таком ритме, как я вам напел. Не обязательно на эти мелодии. Но в таком духе, как я пел, жёстко, ритмично, достаточно быстро. Теперь о тексте баллады. Жил молодой принц, был вполне порядочным разумным, человеком. И были у него друзья, восемь молодых дворян, все отчаянные рубаки, и все — люди чести. Принц стал королём, и у его друзей стало много завистников, все хотели ходить в друзьях короля. Однажды, молодой король совершил неблаговидный поступок, объясняя это интересами короны, его друзья не приняли этого, и уехали из столицы. Поскольку они все были в гвардии, они должны были продолжать службу, а их недруги поспешили отыграться на них, и их заслали служить на дальний перевал. Он считался непроходимым, и они тут были всего лишь ввосьмером. Но однажды враги сумели пройти к этому перевалу. Врагов было двести, а их — восемь, но они приняли бой. У друзей было принято не кичиться титулами, и они называли друг друга по номерам. Вот упал один из восьми, другой. Убили Первого, что стоял на острие обороны, упал Второй номер, потом Седьмой.

Я, пытаясь, выдержать ритм песни Высоцкого пропел:

— «Но крикнул Третий: «Спина к спине», -

И снова схватка завертелась!»

И как-то так проникся сам своим рассказом, что на глаза навернулись слёзы. Музыканты вздрогнули, они смотрели на меня, как на сошедшего с небес Сияющего. А я продолжил диктовать содержание баллады.

— Потом предводитель нападавших остановил бой: «Их было восемь, нас двести. Их осталось трое, а нас лишь половина. Если там за перевалом такие же воины, никто из нас не вернётся домой. Мы должны рассказать вождю, что здесь нам не пройти. Мы уходим!»

— А воины упали на землю, так как были избиты и изранены. Выжил один Третий. Когда он спустился с перевала, это был молодой человек со взглядом старика. Так как он был весь изранен, его легко уволили из гвардии, а генерал доложил королю, что было нападение на перевал, погибло всего восемь гвардейцев, а неприятель был отбит.

Как-то сама сложилась рифма:

— «Мы сами будем

Героев помнить,

А кто не хочет,

Тех и не просим.

Они стояли

На перевале,

Их было восемь,

Их было восемь!»

— Если сложится у вас баллада, спойте сначала мне!

— Обязательно. Ваше Благородие, а ваш меч, он откуда?

— Не знаю, у меня была потеря памяти. Меч старый и был сломан, я его потом магией правил, но откуда он не скажу.

И лишь по дороге домой, я сообразил, что музыканты связали меня с этими восьмью воинами. Пожалуй, даже посчитали меня эти Третьим. Ну вот, ещё одна легенда вокруг моего имени.

Через два дня Павел уговорил меня съездить посмотреть на его конный табун в деревне у моего приёмного отца, барона де Дрон старшего. Взял с собой жену, Ирену и всех детей. В деревне задержались на целую десятку, это так здесь называют десятидневную неделю, рыбачили, купались. Старшие дети учились ловить рыбу, младшие не слезали с колен деда и Зинаты. Старики словно помолодели, от общения с ребятнёй. Когда уезжали, барон обнял меня и сказал:

— Спасибо тебе, сын! — видимо старый капитан, до последнего момента сомневался, буду ли я до конца выполнять свои обещания, которые я давал, когда он меня усыновлял.

А когда мы вернулись в город, оказалось, что баллада «О Восьми» не только уже написана, она уже звучит во многих домах и разошлась по стране. Жёсткий стиль текста, ритмичная музыка, грубый, низкий голос исполняющего обеспечили этой песне дикую популярность. Ну и ладно, я же не собирался претендовать на авторство.

Прошёл ещё год.

В середине лета ко мне подошёл мой «чекист», Амир Кунак.

— Ваше благородие, я не сумею объяснить, но меня тревожат новости из столицы. Поговорите с маркизой, она наверняка тоже что-то почувствовала.

Предчувствие, это то, что не раз спасало мне жизнь, поэтому не собираюсь пренебрегать предупреждением. Едем с Иреной, она была свободной, в салон к Розалии. Там в разгаре музыкальный вечер. Когда посетители натанцевались и расселись за столики, кто-то заказал музыкантам балладу «О Восьми». Музыканты долго шептались, потом старший подошёл к нашему столику.

— Ваше благородие, позволите спеть балладу?

— А почему ты спрашиваешь? Пойте.

И они выдали, так выдали, что даже у меня на глазах слёзы наворачивались. Баллада реально брала за душу. Многие женщины в зале плакали, а мужчины сжимали рукояти шпаг. Среди этого восторженного восприятия обращал на себя внимание один щёголь с тонкими усиками. Он ехидно улыбался и посматривал на всех свысока.

— Розалия, что за тип? Что он делает в салоне? Что вообще готовится за нашей спиной?

— Мики, это не здесь! Через час закончится вечер, тогда поговорим.

До конца вечера этот тип ни с кем не общался, а в конце к нему присоединился один из наших недоброжелателей из числа магов города.

Сидим в кабинете Розалии. Маркиза задумчиво гладит кубок, изредка делая маленькие глотки, наконец, начинает говорить.

— Мики! Ничего конкретного нет, но общее впечатление такое, что столица недовольна тем, что в Холмограде слишком много такого, чего у них нет. Кто именно не доволен тоже непонятно. Говорят, королю очень понравилась баллада «О Восьми». А поскольку идёт слух, что ты и есть Третий из баллады, король запретил тебе вредить. Но общее напряжение растёт.

— Что именно столица мечтает отобрать у нас? Не переманить к себе, а именно отобрать!

— Да практически всё. Сейчас у нашей школы авторитет не ниже, чем у Магического Университета гномов. И она в подчинении не у короля, а у какого-то барона. Мой салон так расхвалили в столице, что они готовы меня туда переманить. Но при дворе уже строят конкретные планы, как у меня салон будут отбирать в пользу фаворитки министра финансов. Твои производства не дают спать тем, кто привык считать чужие деньги, а потом их отбирать. А этот «тип», это маркиз де Ротан, магистр магии Природных Стихий, по-моему, он приехал всё разнюхать по поводу Школы.

— Розалия, если начнут нагло отбирать, нам не отбиться. Поэтому, езжайте в столицу, прорывайтесь на приём к королю, я найду вам красивые безделушки, которые можно и королю подарить. А там торгуйтесь, как торговка на базаре, типа, если не дадите нормальную цену, разобью на мелкие осколки, но за бесценок не отдам. Скажи, если мы будем всей командой возвращаться в Загорье, поедешь с нами?

— Куда же я денусь, конечно, поеду!

— Тогда у короля надо выторговать несколько вещей. Первое, герцогиня де Брюлен — полная хозяйка Загорья. Никаких Наместников! Второе. Между герцогством и владениями северян есть долина среди семи гор. Сейчас это владение северян. Долине присваивается название «графство Семигорье». Мне даётся титул графа Семигорья, при условии, что я договорюсь с северянами на совместное владение этой долиной. Это укрепление отношений с северянами, а через них и с гномами. Мне и герцогине даётся право привлекать всех желающих разумных в наши владения, иначе там экономику не поднять.

— Мы королю можем пообещать следующее. Наша команда уедет, но Школа останется, все преподаватели, кто захочет остаться в школе, могут остаться. Дело нового директора, назначенного королём, обеспечить преемственность, чтобы школа не развалилась. Больница останется, целители и врачи, кто пожелает остаться, пусть работают и дальше. Производства будут работать, пока их не начнут давить и притеснять. Но передавать их я никому не буду. Твой салон: пусть кто-то приезжает на стажировку на месяц, пока идёт передача школы. Потом сами организовывают по образу и подобию. Здание останется, а начинку мы всю вывезем, или пусть оплатят.

— Ты уже всё продумал!

— Далеко не всё, очень жду ваших предложений и советов.

Ещё раз обсуждали всё в присутствии Ирианы. Я им выдал тройку ювелирных перстней из коллекции Линеэлю Пронара, пару перстней накопителей, и меч классической формы с крестовидной гардой. Весь клинок, кроме самой кромки лезвия, был покрыт очень тонким слоем серебра, поэтому блестел как зеркало. По серебру золотом шла надпись: «Доблесть и сила». Навершие рукояти меча и крестовина были украшены рубинами и зелёными бриллиантами.

Женщины уехали под охраной виконта де Борзон и барона де Бриль. А к нам в школу заявился маркиз и магистр де Ротан. Сопровождавшего его мага в школу не пустили. Маркиз ворвался в кабинет директора Школы с криком:

— Да как вы смеете?

— Первое, вы кто? Второе, почему вы кричите?

— Я маркиз де Ротан! Почему не пропустили моего сопровождающего?

— Я повторю вопрос, вы кто? Что маркиз и магистр я слышал, но какого нечистого вы сюда заявились? В каком качестве, вы ворвались в нашу Школу? Что вам здесь нужно?

— Вы правильно заметили я магистр Природных Стихий! Я аристократ, маркиз, что, этого вам, барон, недостаточно?

— Достаточно или недостаточно для чего? Это Магическая Школа! Вы считаете, что любой маркиз может шляться по нашей школе в своё удовольствие? Что вам здесь нужно?

— Я не «любой маркиз», я посланник короля!

— В таком случае, приношу свои извинения! Предъявите, пожалуйста, свои грамоты!

— Какие грамоты?

— Если король послал вас без грамот, значит, он вас просто послал. Подсказать, куда?

— Да как вы смеете?

— Вы, Ваше Сиятельство, заявились на территорию моей школы в сопровождении злейшего врага этой школы и спрашиваете, почему его не пустили? Вы заявляете, что вы посланник короля, но ничем не можете это подтвердить. На вопрос, что вам нужно, вы упорно не отвечаете. Видимо, вы в столице привыкли, что перед маркизом все бороны должны стоять на коленях? А у нас тут провинция, и всех, даже аристократов, оценивают по их собственным делам, а не по родословной! Или вы говорите, что вам нужно, или уходите!

— Ты барон, жестоко пожалеешь! — и столичный хлыщ покинул «скорбную обитель».

Женщины вернулись через месяц. Они сумели решить все вопросы. Наместника короля отзывали в столицу. Герцогиня де Брюлен становится единоличной и полновластной хозяйкой Загорья. Король даровал мне титул графа и звание графа Семигорья, независимо от того, сумею ли я договориться с северянами о дипломатических отношениях. Видно было, что он порывался спросить, действительно ли я легендарный Третий. Чтобы не мучать монарха Розалия рассказала, что я от многочисленных травм потерял память, и теперь никто не знает, кто я и откуда. Но то, что я великолепный боец, и у меня удивительный меч серого цвета, это правда. Короче оставили короля в твёрдой уверенности, что он облагодетельствовал героя. Но бумаги на всё это привезёт новый директор школы.

И мы стали готовиться к отъезду. Решили ехать общеизвестным путём, ибо не пристало герцогине въезжать в свои владения верхом с вьючной лошадью в поводу. Заказали добротные кареты, красивые, но, главное, удобные и прочные, чтобы выдержали дальнюю дорогу. Павел едет со мной, и ведёт весь свой табун потомков Ужаса. В табуне двенадцать лошадей, и все они пятнистые, как их патриарх.

За прошедшее время всех ветеранов из того приюта, где я набирал команду для броска в Загорье, подлечили, большинство из них вернулись к трудовой деятельности, четыре десятка вошли в мою дружину. Сейчас я дал команду, опросить и пригласить в Загорье всех, за кого мои дружинники могут поручиться. Набирался отряд в семьдесят воинов. Тоуру Топору дал команду всех экипировать оружием и простейшей защитой: нагрудник, наручи, наплечники, шлем.

В школе объяснили ситуацию всем преподавателям. Им необходимо начать работу с новым директором школы. Довести уже набранные учебные потоки до выпуска, а дольше пусть решают сами. Через два — три года мы попробуем восстановить работу Загорского Колледжа, и мы были бы рады их там видеть, но пока ничего определённого сказать не можем. Там глухая провинция и набор учеников под большим вопросом.

Через два месяца заявился тот же маркиз де Ротан и с ним граф де Ислан, магистр магии Огня.

— Надеюсь теперь вы, барон, не будете нас выгонять, а выполните приказ короля и передадите нам школу в полном объёме.

— Господа, я деревенский барон, не приученный к куртуазному обращению, поэтому давайте говорить по существу! — Ириана чуть не заржала в полный голос от моего пассажа.

— Ваши верительные грамоты господа, приказ короля, и все остальные документы для передачи вам дел по школе?

— Барон, ваши посланники были у короля, он согласовал все ваши предложения, что вам ещё нужно?

— Всего лишь документы, удостоверяющие то, что вы говорите.

— Вы не верите слову короля?

— Очень даже верю! Дайте мне в руки слово короля, то есть его Приказ! Сколько можно болтать впустую?

— Вы что, отказываетесь выполнять приказ короля?

— Ваше Сиятельство, маркиз де Ротан! Я вам заявляю официально, вы непорядочно ведёте дела! Можете за эти слова вызвать меня, но вы приезжаете в эту Школу второй раз, требуете от нас, от меня каких-то очень серьёзных шагов, но ничем не подтверждаете свои требования. Разговаривать будем только при наличии всех документов. Мне это надоело, прошу вас, господа, на выход!

Два магистра начали было активировать какие-то плетения, но в этом кабинете стояли поглотители магической энергии, и у них вышел пшик! Скрипя зубами, аристократы покинули школу.

На другой день пришёл один граф де Ислан, принёс Приказ короля о том, что он назначается директором школы, и ему надлежит принять дела у директора Школы герцогини де Брюлен.

— Граф, вот здесь сидят директор школы и владелец школы, которые эту школу создали с нуля, а сейчас в ней заинтересован сам король. Вы считаете нас дураками?

— Что вы говорите барон, я к вам со всем уважением!

— Где Приказ короля, о присвоении мне титула? Где приказ, о создании графства?

— Может быть у маркиза? Я не в курсе!

— Пока я не получу те документы, что я вам назвал, никакой передачи дел не будет! Без этих документов ни вас, ни маркиза сюда больше не пропустят. Если их нет и у маркиза, вам лучше вернуться в столицу.

Когда граф ушёл, я обратился к Ириане.

— Уважаемая наставница, видите, насколько непорядочными могут быть аристократы?

— Майкл, может я и дура, но признаюсь, я так и не поняла, почему ты их выгнал.

— Ириана, представь себе, что мы передали все дела и школу, но документы о присвоении титула графа и создании графства, которое я, как граф, должен занять, остались на руках у того маркиза. Тут можно столько дел крутить, просто кошмар!

— Да какие тут дела? Ведь король может и проверить?

— Простейший вариант, меня убить, документы на титул и графство вручить своему человеку, и он становится графом. А можно продать эти бумаги за очень большие деньги. Ты говоришь, король проверит, а что он проверит? Школу передали, титул кто-то получил и графство занял. Даже если графа вызвать в столицу, так там меня никто не знает, кто скажет королю о подмене?

— Но как так можно?

— В окружении короля так и живут, спроси у Розалии!

Вечером в комнате Розалии сидят Ириана и хозяйка комнаты.

Розалия подтвердила все опасения барона.

— Ну, ты крутилась в этой среде, ты можешь это знать, а откуда он может это знать? Может он действительно этот Третий?

— Ириана, когда твой де Вулар обучал его бою на мечах, что он говорил о парне?

— Он говорил, что парня кто-то учил из мастеров. И учили его не на дуэлях драться, а выживать на поле боя.

— Вот ведь! Хотела доказать, что это не он, а тут ещё больше сомнений. Может, как одна из жён поговоришь с ним откровенно? Только вот нет аргументов, зачем нам это знать, только наше любопытство.

Через десятку приехал настоящий Представитель Короля. В городе был фурор, встречали его как самого короля. Через два дня всяких обязательных церемоний он добрался до нашей Школы. С ним, как ни странно, был граф де Ислан, которого нам представили как будущего директора. Будущий директор дрожал мелкой дрожью, видимо представлял себе, что с ним будет, если я расскажу об их попытках отобрать у меня Школу. А мне это зачем, пусть будет директором, его я уже знаю. А маркиз, видимо настолько ловкий махинатор, что его и обвинить не в чем!

Представитель Короля передал мне два документа. Первый документ о выделении территории, граничащей с юга с герцогством Загорским, с севера с землями Северного анклава Царства Гомов, в территорию двойного подчинения с присвоением ей статуса графства Семигорского. Второй документ, это Приказ короля о жаловании барону Мики де Дрон за заслуги перед короной титула графа. Граф становится владетелем земель графства Семигорского и наделяется полномочиями по установлению дипломатических отношений с Северным анклавом Царства Гномов. Хитрость заключалась в том, что после присвоения мне титула графа, я должен был получить новое имя. Но оно не было вписано в документы, мне предложили самому выбрать имя, так как Семигорский, это имя по территории, как герцог Загорский. А нужно ещё и дворянское имя.

Я попросил писаря Представителя Короля вписать мое новое имя в документ, и теперь приказ звучал так: Приказ короля о жаловании барону Мики де Дрон за заслуги перед короной титула графа и имени Мики де Дрович Семигорский.

Сдали дела в школе, сформировали караван, готовимся к отъезду. Тоуру Топору тоже выдал Сумку путешественника, только со встроенным накопителем, если накопитель разрядится, то Тоур ничего из неё достать не сможет. Зато он всю кузнецу везёт с собой и ещё весь арсенал. С передачей школы и музыкального салона провозились почти два месяца. Собственно мы сами тянули время. Нам было нужно, чтобы закончились зимние дожди, иначе через ущелье нам не проехать.

Из беседки — часовни забрал оба кристалла. Усадьбу продаём за те же три тысячи, но мы забрали почти всю мебель, всю посуду, оборудование кухни, поваров и служанок. Горничные ехать отказались, так же как и десяток женатых дружинников. А вот владелец магической лавки, маг с выжженным источником и моим амулетом, забрал семью и едет вместе с нами.

Ещё с нами напросились двое выпускников нашей Школы. Один из них, барон, маг земли, тот самый, что не хотел идти к кузнецам в помощники. А вторым, точнее второй была девушка, маг Природных стихий. Они тайком от родителей обвенчались и хотели уехать куда подальше. Это барон Борель де Филат и дочь баронета Талая де Лонар. Оба обещали вести себя в соответствии с моими требованиями, уважать всех разумных и не кичиться титулом и званием мага.

А ещё я уговорил настоятеля храма Святой Анюты поехать с нами.

— Куда мне ехать, мне в гости к Сияющему пора?

— Пока мне не поможете обустроить Загорье и Семигорье он вас не примет. А не хотите построить Храм Всех Святых этого мира?

Священнослужитель долго смотрел на меня. И в глаза смотрел, и с головы до ног осматривал, потом произнёс:

— Да это многое объясняет. Хорошо Странник, барон де Дрон, Третий, я поеду с тобой.

Кстати, тех молодых служек, что чистили храм Святой Анюты в Холмограде после нашего первого визита, он взял с собой.

А я надолго завис от того, что он назвал меня Странником.

Так что караван у нас набрался почти на четыре десятка повозок. Еще шесть десятков дружинников, и все мужчины на конях. При построении в колонну по одному караван вытягивается более чем на полкилометра.

Выехали, когда дожди полностью прекратились, и погода стала более тёплой. До этого сгонял к приёмному отцу, объяснил ситуацию, обещал бывать не реже раза в год. Мариша родила уже двух ребятишек отцу, теперь у него дети, ровесники внуков. Ничего, есть стимул дольше пожить.

Кстати, в числе вылеченных ветеранов оказался сержант Роман Солдат, который был в свите принцессы, а потом его свои же гвардейцы ударили кинжалом в спину. Он уезжал с графом де Вулар, но остался жив, только был весь изранен. Сейчас он в нашей дружине, и активно поддерживает слух, что я и есть Третий из баллады «О Восьми». Он, дескать, видел, как мы с графом положили семь десятков врагов. И меч мой легендарный тоже видел. В балладе, кстати, мой меч назвали Серой Молнией.

В одном из городков по пути следования, подъехали мы к трактиру. Вхожу первым и вижу интересную картину. У боковой стены, два парня, почти юноши, стоят в боевой стойке, с обнажёнными шпагами, а на них надвигаются шесть, судя по всему, наёмников. Парни явно аристократы, но не выглядят мажорами. Одежда дорогая, но сильно поношенная, видимо давно в дороге, оружие не дешёвое, но без драгоценностей.

— Эй, молодые спина к спине, иду на Вы! — перекатываюсь через ближайший стол и встаю так чтобы быть на острие стрелы из нас троих, и не важно, что в этом мире нет выражения «Иду на Вы!», все поняли, на чьей я стороне.

Серой молнией мелькнул Сумрак, словно кобра, готовая к броску, застыла дага в левой руке. В зале повисла тишина, и тут начали входить мои товарищи, слегка удивлённые подобным пердимоноклем: мой меч обнажен, а трупов нет.

Из наемников выдвинулся пожилой мужчина. Точнее, мужчина был средних лет, но выглядел, как пожилой.

— Мы это, Третий, ну, мы это несерьёзно, просто молодёжь вежливости поучить.

— Дай угадаю, они сидели, кушали, а твоим дуболомам было скучно, и они решили развлечься, верно?

— Ну не вежливые они!

— То есть, они должны были вам кланяться, аристократы кланяться наёмникам, да? — и заканчиваю разговор:

— В общем, так, уходите, и возвращаетесь не раньше чем через час. У нас большой караван, пока все поедят, а потом мы уедем.

Наёмники быстро растворились в дверном проёме. Поворачиваюсь к парням.

— Представьтесь!

— Мы, это, Третий, пожалуйста, не сообщайте про нас.

Наклоняюсь к их головам и шепчу.

— Тихо, чтоб никто не слышал, полный титул и имя.

— Маркиз Юлий де Горса.

— Принц Серж де Торон Тур.

Бляха муха, принц гномов в бегах, и что с ними делать?

— Розалия, подойди, пожалуйста! — опять я забылся с субординацией.

— Господин барон, вас обслужить, или вы сами? — ерничает маркиза.

— Ваше Сиятельство! Вот эти два молодых человека, ваша свита и ваша головная боль до конца похода! Вы им и мама, и папа, и злой сержант, что в караулы ставит! Вопросы?

— Никак нет Ваше Благородие!

— А у вас молодые люди? Идёте в нашем караване в Загорье. Хватит вам приключений искать на популярное место. Это маркиза Розалия де Горса.

— Тётя? — пискнул маркиз.

— Для вас она и командир и святой дух. Вопросы?

Оба новых бойца нашего отряда вытянулись по струнке.

— Никак нет, Ваше Благородие!

Маркиза де Горса с полной серьёзностью отнеслась к моему поручению. На привалах парней гонял лейтенант ан Тур, а ночью…

Маркиза потребовала ставить ей отдельный шатёр, и, если её родственник, ночевал в шатре с дружинниками, то принц ночевал в шатре Розалии. Я был даже рад этому, а то как-то неудобно было, она всё время рядом с нами, прямо как четвёртая жена. Только, если три женщины получали какое-то количество ласки, то у неё шансов не было. А тут всё утряслось, глядишь, и выйдет замуж за принца, или царя.

Хотя наш гость, он младший сын царя гномов, там до него ещё два брата в наследниках. Так что не быть Розалии царицей гномов.

Вот караван приблизился к входу в ущелье, что ведёт в Загорье. Беру с собой двух магов Земли: Лилию и Бореля, и выдвигаюсь в голову каравана.

Кое-где подчищаем тропу, где-то расширяем её. Вот мы достигли того моста, что строила Лилия. Мост почти выстоял всё это время, разрушен только дальний пролёт.

— Господа мостостроители, что, по-вашему мнению, нужно сделать?

— Восстановить дальнюю секцию, — это торопиться высказаться Барель.

Лилия довольно долго смотрит на творение своих рук.

— Надо бы сделать на дальнем конце два пролёта, но они упрутся в скалу.

— А чтобы не упирались в скалу, что сделать?

— Это надо весь мост переделывать, задавать ему другое направление.

— Лилия, ты же очень умная, думай!

— Ну не изгибать же мост?

— А почему нет?

— Но так никто не делает!

— Лилия, скажи, сколько в мире магов, у кого есть амулет для строительства под ключ?

— Ну, наверное, я одна, — смотрит на меня и догадывается, — Нет! Двое.

— Правильно, теперь у нас будет единственный маг, который строит мосты с изменением направления над опорой.

— Да! Мики, да! — Лилия визжит и бросается мне на шею.

Тут же рядом нарисовываются блюстители нравственности: муж Лилии и Ирена, видимо, делегированная от трёх женщин. Лилию оттаскивают от меня, и они вдвоём с Барелем идут к разрушенному пролёту моста.

Я как обычно сажусь на берегу и бездумно смотрю на воду. Первым до меня добрался Ужас, потом Анюта, следом за ней Микаэль.

Пришлось засунуть бездумность в далёкое неведомое место, и начать рассказывать, как мы проходили ущелье в прошлый раз. Как-то незаметно вокруг меня образовался плотный круг слушателей, все внимали, словно я какой-то гуру.

Наконец раздался крик Лилии:

— Ваше Благородие, принимайте работу.

А вот не угадали вы, барышня! Дал старшим детям в руки полоску красной ткани, они встали по краям моста, растянули эту ленту, а я на вытянутых руках преподнёс ножницы герцогине де Брюлен, и кивнул ей на ленту.

Ириана подошла к ленте, видно было, что она сильно волнуется.

— Одну минуту! — я сообразил, что нужно поменять кое-что.

Микаэля поставил рядом с матерью, Анюту отправил к Анейре, а ленту натянули я и Лилия.

Когда герцогиня де Брюлен перерезала ленту, я закричал: «Во славу Сияющего!» и все подхватили мой крик. Дело в том, что здесь нет аналога нашего «Ура!», воины в бой идут или молча, или с матом. Надо будет ввести что-то такое, ведь нужная вещь, возглас, означающий душевный подъём.

В этот раз мы поехали по левой дороге, через многие деревни, постепенно приближаясь к Реке. Во всех деревнях нас встречали стоящие вдоль дороги разумные: мужчины, женщины, дети. Кто-то что-то выкрикивал, кто-то молчал, но общий говор: «Герцогиня вернулась», — вызывал улыбки на лицах.

При приближении к Загорску наш караван стали встречать более организованно. Навстречу выходили старосты и уважаемые граждане: кузнецы, знахари. Среди них были и выпускники нашего Колледжа, эти особо тепло приветствовали нашу группу преподавателей. В подобных случаях приходилось останавливать караван, и герцогиня выходила «общаться с народом». Поэтому до Загорска мы ехали целых четыре дня. Весь караван зашёл в крепость, заранее предупреждённый управляющий организовал размещение всех, согласно статусу и титулам. Меня хотели опять засунуть на третий этаж, мне-то всё равно, но герцогиня поставила жёсткое условие, что наша «семейная ячейка» будет жить рядом. Про ячейку никто вслух не говорил, герцогиня сказала, что мы её самые близкие друзья и наши дети, как сёстры и братья, поэтому мы будем жить в соседних комнатах. Анюта тут же организовала общий детский проход по всем комнатам, где нас разместили, и каждый из детей был уверен, что лучшая комната, это та, где живёт его или её мама.

Амир Кунак сразу же организовал сбор информации о Наместнике Короля бывшей принцессе Лазорине де Романо. Оказывается, до этого времени вместе с ней здесь продержались только шестеро гвардейцев, остальные кто погиб, кто сбежал. Так вот, Наместник Короля, две её компаньонки и шесть её гвардейцев убыли в столицу ещё до начала зимних дождей. Четверо местных, что особенно крутились возле гвардейцев и старались им во всём услужить, сезон дождей почему-то не пережили. Три женщины, что оказывали им особые услуги, делали это не по доброй воле, и местные к ним особых претензий не имели, но жили они теперь в нищете. Герцогиня дала команду устроить всех троих на работу в крепости, чтобы дети не голодали. Они-то ведь не виноваты, что их отцы негодяи.

Итак, мы вернулись в Загорье. Общая территория Загорского герцогства около 70 тысяч километров квадратных. Это чуть меньше, чем Чехия начала 21 века на Земле, но больше Латвии или Литвы и равно территории Ирландии. Но Ирландии оно соответствует не только размерами территории. Считается, что в Ирландии низкая плотность населения, так здесь плотность населения значительно ниже, чем даже в Ирландии. Удобная для проживания разумных равнинная часть герцогства составляет половину от общей площади. Её площадь соизмерима с территорией Швейцарии или Бельгии. Вторая половина территории это непроходимые горы.

На сегодняшний день в Загорье всего один город, возле замка или крепости герцога, который так и называется — Загорск и имеет население около 30 тысяч разумных. Ещё две или три сотни деревень, разбросанных по всей территории.

А самая северная часть Загорья, это моё баронетство. Там, возле места слияния рек: Западная, Средняя и Восточная, — уже должно быть создано поселение Трёхречье.

Отпросился у жены и подруг, и рванул с парой молодых «странников» и сержантом Романом Солдатом в Трёхречье. Шли одвуконь и к концу второго дня были в таверне Турана. Встречал он меня, как потерявшуюся маму: и упрёки, и жалобы, и доклады об успехах, — всё вывалил на меня за один час.

Он уже обосновался здесь капитально. Большой собственный дом, жена, двое детей, двенадцать разумных в качестве обслуги в таверне и на «пересылке». Пересылкой они назвали услугу караванщикам, заключающуюся в том, что по сигналу приближающегося каравана к входу в ущелье выдвигались подводы. Груз перегружался на них и перевозился до Озёрного. С лодками решили не связываться. База в Озёрном теперь называлась не база контрабандистов, а караван-сарай Тура. Сделали несколько вылазок, осматривая мои владения, сначала прошлись по периметру баронетства, я убедился, что в ущелье с выходом на перевал никто не ходит, потом поехали в долину с Деревом Жизни.

В этой долине встретили очередной караван Торона ан Тур. Принц прятался за мою спину, но бдительный хозяин каравана его рассмотрел, и поманил к себе.

— Баронет, откуда здесь это чудо?

— Ан Тур, ставь караван на ночную стоянку, будем говорить!

— Не могу, нас ждут с товаром.

— Тогда отправляй кого-то старшим, говорить нам с тобой нужно здесь!

Когда караван ушёл, мы приготовили ужин, парни очень быстро уловили, как ловить рыбу на удочку, и у нас была свежая уха и жареная рыба.

Было ещё светло, и я протянул Торону бумагу, удостоверяющую, что Росинский король присваивает мне титул графа и поручает на этой территории установить дипломатические отношения с северянами.

— Да-а-а! А говорил, что у тебя только невеста да корчмарь.

— Так сколько времени прошло! У меня семеро детей, жена, вторую брать собираюсь.

— Ну, ты ловкач! Я от своих слов не отказываюсь. Считай, что это твоя долина. Так откуда у тебя мой троюродный племянник?

— Подожди ан Тур дойдём до него. Про дипломатические отношения читал? Что и как будем делать? Я готов здесь построить хороший дом для ваших представителей. А кого вы хотите видеть со стороны Королевства?

— Пока нам будет достаточно тебя, нам ведь нужна только торговля. В Загорье у нас с торговлей проблем нет. А королевство далеко.

— А если я дорогу построю?

— Какую?

— Помнишь, ты мне говорил о дороге через Долину Злого Мага?

— Как ты её назвал?

— А как её называть, если там все животные магически изменённые и агрессивные?

— А, пожалуй, и верно — Долина Злого Мага. Помню, конечно.

— Я восстановил древнюю Тропу. Хочу превратить её в дорогу, чтобы повозка могла пройти, тогда для вас будет прямая дорога в королевство.

— Тогда нам надо и нашу тропу расширять. Я говорил с нашими магами, говорят очень дорого встанет.

— Признавайте меня как ан Дрович, я вам сделаю дорогу. Не сразу, но года за два сделаю.

— Я поговорю с Советом Старейших. Так что с племянником?

— Я думаю, что пацаны решили, что они очень крутые, и им по плечу самим по миру попутешествовать. Я их встретил в трактире, где на них насели наёмники. Наёмников отогнал, пацанов забрал с собой. Сейчас у твоего племянника любовь с одной знатной дамой, маркизой, между прочим. Пусть пока у меня побудет, просто родственников предупреди, чтобы не волновались.

— Очень хорошо! Я думаю сейчас его и не надо домой гнать, что-то у них там с наследованием престола, какие-то разборки. Пусть с тобой пробудет.

— Как мне утвердиться в правах на эту долину. Король вот бумагу выдал, всё по законам королевства. А как у вас?

— Если Совет утвердит, будет тебе бумага! А если не утвердит, так владей! Я сказал!

— Я услышал!

Пожали друг другу руки.

— Торон, подойди! Поживи пока у графа де Дрович, Слушаешься его как меня, понял?

— Я тебе дядя потом расскажу, почему я его слушаюсь. Но тебя понял!

— Смотри-ка, огрызается, повзрослел! Жениться без моего согласия не вздумай, или без согласия ан Дрович, понял?

— Понял, — а сам на меня смотрит как на чудо морское.

— Ан Тур! Так ведь не утвердили же ещё?

— Ты дорогу пообещал, утвердят, куда денутся!

— Ну, тогда давайте спать, и с утра — в Загорск.

Когда мы вернулись в Загорск, в доме герцогини были гости. После бани, обеда, прочих процедур, собрались в зале для приёмов. Здесь стояло пианино, и было многое оборудовано, как в музыкальном салоне Розалии. Присутствовали все аристократы и дворяне, приехавшие с нами. Были ещё двое разумных, чем-то похожие на маркиза де Ротан, мошенника и негодяя.

Нас представили друг другу. Граф де Колюч и барон де Склиз. Граф был весьма симпатичен, что-то в нём было от эльфов. А барон своими манерами напоминал карточного шулера. Когда представляли меня, как барона, граф скорчил рожу, как будто выпил кислого вина. Потом все расселись недалеко от рояля, Ирена приготовилась играть, но я дал ей знак подождать.

— Ваше Сиятельство, граф де Колюч, не могли бы вы для меня озвучить цель вашего пребывания в Загорье.

— Граф приехал в гости к герцогине, что вам объяснять, барон?

— Какой-то граф припёрся к владетельнице огромной провинции, очень даже надо объяснять такой афронт! Так что вы здесь забыли?

— А вы, барон здесь при чём?

— Давайте будем считать, что я возглавляю местную службу безопасности, так что вам придётся отвечать на мои вопросы!

— Ваша Светлость, как это понимать? — это он к герцогине, дескать, заткните рот этому барону.

— Буквально, Ваше Сиятельство. Если барон де Дрон спрашивает, ему нужно ответить, — Ирена смотрит с иронией, видимо, они тут специально мариновали графа до моего возвращения.

— Я приехал сюда по просьбе министра финансов, чтобы оказать помощь герцогине в управлении провинцией.

— Вы готовы работать управляющим? — специально вывожу на недипломатическое объяснение.

— Чтобы управлять хозяйством, не обязательно работать управляющим!

— Ну, а конкретно, как вы это себе представляете, как вы будете помогать управлять?

— Любой одинокой женщине не помешает крепкое мужское плечо! — с пафосом глаголе граф.

Наши женщины едва сдерживаются, чтобы не засмеяться.

— Знаете граф, в столице у меня есть знакомый, каждый раз, когда женщина готова опереться на его крепкое плечо, его ловкие ручки оказываются в её кошельке!

— Да как вы смеете?

— Да, вот как-то смею! Вы так и не ответили на мой вопрос! Мы все с нетерпением ждём ответа, как вы собираетесь помогать управлять герцогством?

— Да хотя бы добрым советом!

— Ну, чтобы ваш совет был добрым, вы должны владеть информацией, и уметь с ней работать. Вы очевидно хорошо знаете Загорье?

— Не то чтобы хорошо, ведь Загорье — самое большое герцогство в королевстве, но я надеюсь изучить его в ближайшее время.

— А каков годовой доход герцогства, как вы считаете?

— Конечно, я не знаю точных цифр, но думаю, где-то около полумиллиона золотых, — это он так понял знаки барона, который показывал ему знак пятьсот.

Вы бы видели глаза Ирианы! Приговор графу был подписан.

— И вы считаете, что справитесь с таким объёмом денежных средств?

— Можете не сомневаться, доходы с моего графства, конечно, скромнее, но опыт у меня большой, я стажировался у министра финансов.

— А какова численность населения провинции, если у нас такие доходы?

Граф увидел отчаянные знаки барона, и захотел на минутку выйти. Барон вышел вслед за ним. Я открыл окно.

— Лейтенант, охрана здания по режиму «красный».

Лейтенант что-то рявкнул, забегали сержанты, дружинники цепочкой стали забегать в здание и растекаться по этажам. По сигналу «красный» часовой выставлялся около каждого жилого помещения, а также возле столовой, кухни, кабинета герцогини, так далее.

Минут через десять вернулись граф и барон, в это время девушки пели под аккомпанемент песню про любовь. Когда они закончили, я снова спросил.

— Уважаемый граф, так всё-таки, зачем вы здесь? Вы собрались обаять нашу герцогиню? Это возможно, вы очень красивый мужчина. Но вот к управлению герцогством она вас не допустит.

— Что значит, не допустит? Женщина должна заниматься детьми, а мужчина — финансами.

Даже барон приложил руку ко лбу, словно хотел сказать: «Ой, дурак!»

Ириана, обворожительно улыбнулась графу.

— Майкл! Ну что ты замучил граф вопросами, зачем ему это? Он завтра уезжает, не правда ли, Ваше Сиятельство?

— Я ещё не передал вам, герцогиня, письмо министра финансов!

— Вы живёте в моём доме четыре дня, и до сих пор не смогли передать письмо? И при этом вы хотите мне советовать, как управлять герцогством? Граф, это уже выходит за рамки приличия, покиньте нас сейчас, а мой дом — завтра!

Выставив навязчивых визитёров, мы прекрасно провели вечер.

Глава 2. Вторая свадьба и большая стройка

На другой день утром я встретил Розалию:

— О маркиза, вас я и искал, собирайте нашу команду вот в этой беседке, пригласите ещё настоятеля храма, что приехал с нами, и ваших подопечных молодых людей. Сбор сразу после обеда.

— Майкл! А ты не обнаглел?

— Не Майкл, а господин сержант, и задачи будут боевые! Вперёд, Ваше Сиятельство!

В указанное время все, кто должен был быть, собрались в большой беседке возле дома. Убедившись, что граф с бароном уехали, и за нами никто не шпионит, я озвучил «Апрельские тезисы», то есть свою программу развития.

— Чтобы нам хоть как-то сдвинуть вперёд развитие региона, нам нужны дороги. Нужна дорога в королевство. Какие бы мосты мы не строили, через ущелье во время дождей не пройти. Значит, ту тропу, по которой мы уходили из Загорья надо превратить в дорогу. Даю на это полгода. Все, кто владеет магией Земли, будут привлечены на эту стройку. Лилия главная по проектированию и самому строительству дороги. Её муж Николь — главный по организации процесса работ. Кого, когда, как подвозить к месту работ, чем кормить, что с погодой? Николь понятно, чем тебе заниматься?

Самое удивительное, что никто не спросил, «А чего это ты раскомандовался?» Все восприняли это как должное, такое отношение сформировалось еще во время подготовки к турниру в Академии и позже, когда мы ехали в Загорье через всё королевство. Я никогда не пытался из своего «командирства» извлечь какую-то выгоду для себя.

— Ваша Светлость! На вас опять Колледж. Не думал, не занимался, ничего не готов советовать. Вы директор, все в вашем распоряжении кроме «землероек»!

— Я не «землеройка»!

— Лилия, твой муж не разрешает мне тебя целовать, так что зря напрягаешься!

Все посмеялись, и я продолжил.

— Здесь в Загорске предлагаю построить небольшой храм Святой Анюты. А то мне надо жениться, а негде!

— Как жениться? — это моя жена, Анейра испугана и удивлена.

— Анечка всё объясню на семейном совете, через полчаса.

— А теперь вам, уважаемый Настоятель.

Начинаю показывать картинки на стенке беседки.

— Вот смотрите, эта долина — графство Семигорское, попросту Семигорье. Вот почти в центре долины стоит Дерево Жизни. Объясните, какое отношение у священнослужителей к такому явлению природы и можно ли строить рядом храм?

— Так вот о чём ты говорил? Да, можно! Возле Дерева Жизни нужно строить именно Храм Всех Святых. Это ты угадал, или ты знал?

— Нет, не знал, наверное, подсказали! Вы привлекайте наших аристократок, у них развито чувство прекрасного, они вам помогут составить проект Храма. Или есть какие-то строгие требования в виду Храма?

— Я сначала подумаю сам!

— Все поняли по поводу храма? Помогать в меру сил и возможностей. В первую очередь дорога в королевство. На перевалах построить укрепления типа крепостей, подробности у военных. Потом построим дорогу в Семигорье. Затем там построим Храм. А после Храма — дорогу к северянам. Как будет дорога в королевство, будем тянуть сюда всякий народ, крестьян, ремесленников, военных, учёных, магов, врачей и так далее.

— А аристократов?

— А этого добра у нас своего хватает!

Громкий и продолжительный смех разрядил обстановку.

Ну и прекрасно, задач поставлены, пока в общих чертах, но дальше оно само всё конкретизируется.

Теперь надо всем сообщить, что я стал графом. А вот производить эффект, это мне нравится, совместим полезное с приятным. Дело в том, что в Росинском королевстве маги могут иметь три жены. Анейра это моя жена и баронесса, пока. Её лучшая подруга Ирена любит меня и готова была выйти за меня замуж. Но, пока я не стал графом, я не хотел жениться на графине де Лафер. Сейчас сын графини имеет титул виконта, а это выше барона, зачем же терять статус? Но сейчас всё изменилось, я стал графом. Ну, начинаем спектакль?

После совещания впятером прошли в кабинет герцогини. Пятой была Розалия, но я не стал её гнать. Все расселись вокруг стола.

Я поцеловал Анейру в щёку.

— Анечка терпи, это не в последний раз, — удивлённый взгляд жены проигнорировал.

Поднял из кресла графиню Ирену, встал пред ней на колено.

— Ваше Сиятельство, уважаемая графиня Ирена де Лафер, я граф Мики де Дрович — Семигорский, прошу вас стать моей женой!

Несколько секунд полной тишины. Первой отмирает Ирена, обнимает меня и тихо шепчет: «Я согласна!»

— Ну что, девочка, вот ты и дождалась того, чего хотела, — это наставница обнимает Ирену, с другой стороны на ней виснет Анейра. Все при деле, кроме меня. Подхожу к погрустневшей Розалии:

— А что у тебя с этим мальчиком, принцем?

— Замуж зовёт.

— А ты пойдёшь?

— Знаешь, а вот пошла бы, да кто же ему разрешит?

— Ты ведь понимаешь, что он не наследник, денег у него нет, и не будет.

— Майкл, но ты ведь не дашь бедной маркизе пойти к храму Сияющего, милостыню собирать?

— Конечно, нет! Но салон здесь пока не актуален. Помнишь ювелира эльфу? Надо её вытащить, вместе вы что-нибудь да придумаете для женщин, что-то такое, что легко перевозить и стоить будет дорого. Вот и разбогатеете. Так что пойдёшь, за принца замуж?

— Кто ему разрешит?

— Я!

— Врёшь!

— Его дядя сказал, что я могу ему разрешить. Ну, чтобы совсем легитимно было, мы его дядю тоже уговорим.

— Майкл! — и Розалия впилась поцелуем мне в губы.

— Девоньки, а вашего мужа уже увели, — вот ведь ехидна какая, это герцогиня, хорошо хоть посудой в меня швырять перестала.

— Ириана, прекрати и не завидуй! Меня Майкл замуж выдаёт, как и обещал, за принца. А вот где он тебе короля искать будет, я не знаю.

Немая сцена, как на картине: «Монахи. Не туда заехали». Все ведь собрались меня бить, подозревая заигрывания с Розалией, а получается, что я ей вроде старшего родственника, раз замуж выдаю.

— Девушки, раз такой расклад, предлагаю этих ребят: принца и маркиза, — включить в нашу команду. Тем более, что они оба маги, очень плохо обученные, но маги.

Возражений не было, тем более, что женские мозги тут же вернулись к теме свадьбы, я ведь только что предложение сделал. И началось…

Через два дня, я, не выдержав этой круговерти, пришёл в кабинет к герцогине. Там шло бурное обсуждение платья невесты!

— Аня! С герцогиней вы основное решили, а дальше — без неё. Забирайте Розалию, и вперёд, к ювелиру эльфе, на консультацию, Розалия всё знает, — и вытолкал всех из кабинета.

— Ваша Светлость! Прошу простить, что всех переключил на решение задач, решение которых нужно мне! Но вам нужно первым делом получить полную информацию о делах в герцогстве, после того как тут повеселилась бывшая принцесса. Забирайте под своё начало нашего следователя, Амира Кунака. Вот список сотрудников мэрии, с кем я считал возможным работать, запрягайте их всех. Пусть представят вам развёрнутый доклад о реальном состоянии экономики региона. Нищенское состояние герцогства, это правда, или нет. Это они Наместника дурачили, или она действительно довела герцогство до ручки. Если последнее, то кроме дорог, надо заниматься и хозяйством. Нужна информация, почему упадок, на чём можно подняться. Задача совсем простая: в герцогстве не должно быть голодных и замерзающих. Построим дорогу, будем решать вопросы с продажами продукции на внешнем рынке. Вопрос, а какую продукцию мы можем продавать? Что у нас северяне вывозят? Можно ли развернуть выращивание чего-то такого, чего сейчас нет в Росинском королевстве.

— Второй вопрос, кто будет управляющим? У вас конечно мозгов хватит, во всём разобраться, но не дело это, герцогине самой лезть в детали и тонкости. Пусть управляющий руководит делами, а ваше дело контролировать, и задавать стратегическую линию.

— И какую же стратегическую линию надо задавать?

— А вот это — после получения полной информации. Ну, например, делаем герцогство сельскохозяйственной провинцией. Значит, надо крестьян учить земледелию не только для прокорма семьи, а для производства товарной продукции. А ещё эту продукцию надо сохранить, чтобы собранный урожай не сгнил на складах. Ещё это всё надо вывозить, а куда? Туда, где есть спрос, значит, нужна разведка во внешнем мире! Нужен транспорт для вывоза товара.

— А ещё я вам очень рекомендую во всех деревнях открыть школы. Можно при храмах, где они есть, или строить школы. Обучение минимальное, но для всех. Все в герцогстве должны уметь считать, читать и писать, пусть и с ошибками. А у кого хорошо пойдёт учёба, учить до уровня младшего клерка мэрии. Это совсем не очевидно, но поверьте, я знаю, что это через пять или десять лет полностью окупится. Развитие в герцогстве пойдёт значительно быстрее. Ещё придётся типографию открывать, чтобы книги печатать.

— Майкл, ты фантазёр!

— Напомню ваши слова: «Все твои дурацкие задумки потом реализовывались с блеском». Я знаю совершенно точно, что человек получивший образование делает работу лучше, чем неграмотный. Просто неграмотными и тупыми легче управлять, поэтому многие руководители не хотят учить своих подчиненных, а владетели — подданных. Но это те руководители, которые живут одним днём, или очень ленивые и жадные. Сегодня получил доход, а что завтра будет, завтра и посмотрим.

— А кроме сельского хозяйства, что можно сделать?

— Ириана, а вы готовы к широкому сотрудничеству с гномами?

Герцогиня вздохнула, когда я назвал её по имени. Это бывает очень редко, обстоятельства обычно не позволяют, а ведь у нас трое детей, мы не зарегистрированы, но мы муж и жена.

— Честно говоря, не очень, не люблю эльфов и гномов!

— Мы окружены горами, я уверен, если поискать, найдётся и железная руда и что-нибудь ещё. Тут не обойтись без гномов. Не обязательно ведь только серебро и золото добывать.

— Ты мне поможешь? И не надо меня выдавать замуж! Я хочу жить рядом с вами. Если бы ты не сосватал меня за герцога, мы бы сегодня играли две свадьбы.

— Ириана, не переживай, я уверен, всё у нас сложится. Может быть не скоро, но сложится! Живём большой семьёй, и дальше так будем жить. Самое сложное будет, это объяснить Микаэлю наши отношения, когда у него будет возраст бескомпромиссного отношения к миру, лет в 14–15. Ты наплюй на великосветский этикет и люби его как простая мать. И пусть он это чувствует. Раз уж нам приходится его воспитывать как сына погибшего отца, то пусть хотя бы любящая мать у него будет.

На следующий день разговаривал со своими «крестниками», я за них заступился в трудной для них ситуации, и теперь они будут в нашей команде.

— Серж, Юлий, давайте поговорим. Мы прибыли на место постоянного проживания. Потом я переберусь в Долину Семи Гор, но пока там пусто, живу здесь. Здесь живут все те, с кем я буду строить дорогу в королевство, а потом к северянам. Потом я вам что-то предложу, но вы сами чего бы хотели?

— Ваше Сиятельство, я прошу вас разрешить мне взять в жены маркизу Розалию де Горса, — принц встал предо мной на одно колено.

— Серж, встань, и больше так не делай, пока я не стану анд Дрович! Только перед отцом и дядей можешь вставать на одно колено. А на два — ни перед кем и никогда! Запомни это!

— Я запомнил, Третий!

— Ну а кроме женитьбы, какие планы?

— Даже не думал, все мысли о любимой.

— Ну а вы маркиз, у вас есть планы?

— Пока Серж не надумал жениться, я рассчитывал, что мы с ним вместе будем идти по жизни, а сейчас и не знаю.

— Я вам предлагаю войти в нашу команду. У нас в планах поднять это герцогство, но у нас мало населения. Если я найду здесь какие-то руды, нужны будут мастера, нужен будет целый город мастеров. Я готов привлекать любых разумных, в том числе и гномов. Вы принц стали бы для них примером. Кроме того вы маг, хоть и необученный почти.

Принц вскинулся.

— Почему же не обученный?

— У тебя магия Земли. Когда сможешь магией создавать мосты и дороги, крепостные стены и здания, укреплять оружие вот тогда я скажу, что ты настоящий маг Земли. В нашей команде ты будешь обучаться практическим навыкам, а потом герцогиня откроет школу или колледж, будешь учиться вместе с другими необученными магами. Зато потом твоей жене не будет стыдно за тебя, а твои подданные будут тобой гордиться.

— Какие подданные, Ваше Сиятельство, я третий сын, мне ничего не светит.

— Серж, ты веришь Третьему?

— А кому же ещё верить?

— У тебя будут подданные. Может, не целое царство, а только баронство, или графство, но они будут.

— Третий, я с тобой!

— Маркиз, вернёмся к вам. У вас магия Огня, источник слабый, но его нужно развивать! Предложения те же, включайтесь в команду. Будет школа — будете учиться. А как у вас дела с наукой управления, бухгалтерией, этикетом.

— Ну, всему этому меня учили, но практики не было.

— А если вам герцогиня предложит попробовать себя в роли управляющего герцогства, это не будет для вас унижением, не скажете, что вы целый маркиз, а тут работать предлагают!

— Нет, конечно, но я не уверен, что справлюсь!

— Тут как в любви, пока не попробуешь, не узнаешь. Я предложу вашу кандидатуру герцогине, а уж как она решит, так и будет! Но не вздумайте отказываться!

— Серж, вытаскивай сюда дядю, знакомь его с невестой. Скажешь, что я одобряю ваш брак, но без него решать не стал.

Потом была наша свадьба. Сложнее всего было священнику, он в первый раз женил мужчину, у которого уже есть жена. Но оказалось, что в инструкциях у него подобное расписано, так что мы с ним вдвоём штудировали эту инструкцию, а потом я тренировал своих жён в нашей комнате. Оказалось, что я должен выходить к алтарю под ручку с первой женой. Когда я скажу «Да», Анейра должна сказать «Я согласна». Потом Ирена встаёт между нами, и уже так мы идём к алтарю, а потом и на выход из храма.

Потренировались, и на бракосочетании у нас всё получилось. Потом нам дарили подарки, затем была пьянка. Кто-то из наших придумал кричать «Гусару — слава», а я придумал делать так, как будто нам кричат «Горько», то есть мы вставали и целовались. А потом я поворачивался и чмокал Анейру. Народ заходился в экстазе, свистели, улюлюкали и хлопали в ладоши. В конце мы так устали от всего, что когда пришли в спальню, и девушки задумались, как им поступить, кому остаться с мужем, и я им предложили: «А давайте просто поспим», — они с радостью согласились. И спали мы сном праведников до самого завтрака. А в последующем, девушки сами решали, кто будет меня «согревать» в эту ночь. А иногда и хозяйка провинции навещала бездомного графа.

Через три дня мы начали строительство дороги от Трёхречья на перевал. Трёхречье это будущий посёлок, узловой центр в инфраструктуре герцогства. Сейчас здесь стоит корчма, большая конюшня и дом моего компаньона и корчмаря. Здесь же сливаются три речки, поэтому и Трёхречье.

Через десятку, это местная десятидневная неделя, появился Торон ан Тур, троюродный дядя нашего принца. Я предложил дяде и племяннику вместе съездить в дом герцогини и познакомиться с невестой. Откровенно описал наши отношения, а то наслушаются каких-нибудь сплетен и надумают что-то не то.

Через семь дней они вернулись вместе с Розалией и мы устроили официальную процедуру благословения на брак. Получилось, что я как бы выступаю в роли старшего родственника Розалии, а Торн ан Тур — в роли старшего родственника принца. Происходило всё это в присутствии почти всей нашей команды, и все это приняли как должное. Вот как это всё понимать? За кого они все меня принимают? Ведь с самого начала я вообще шёл как простолюдин, потом меня выдвинули в «сержанты». И понеслось… А теперь маркизу выдаю замуж, куда катится мир? Единственное попросил Розалию свадьбу делать хотя бы через месяц, а то весь график работ будет сорван. А через месяц сделаем паузу, каникулы, и свадьбу сыграем.

А потом я поехал смотреть, как идёт строительство дороги. Лучше бы не смотрел!

— Уважаемый виконт де Борзон, вот скажите мне, кто должен определять, как пойдёт дорога по склону горы? В каких местах делать повороты, площадки для отдыха и так далее? То есть, кто должен спроектировать дорогу?

— Ваше сиятельство, а что её проектировать, как мы шли, так и строим.

— Лилия, а ты как поняла моё указание, что дорогу нужно спроектировать.

Стоит девушка, глазки опустила, понимает, что что-то не так, а что именно не понимает.

— Господа маги, кто из вас умеет управлять конной повозкой в горной местности?

— Меня учили, — это принц Серж де Торон Тур.

— Отлично, Серж. Представьте себе, что вы управляете гружёной повозкой, полностью загруженной повозкой. Как бы вы стали подниматься вверх по дороге, часть которой вы уже построили?

— Здесь очень крутой подъём, пришлось бы запрягать дополнительных лошадей, одна лошадь не вытянет.

— А теперь скажите Серж, а как бы вы спускались вниз по этой дороге на той же повозке.

— Здесь не спуститься, слишком крутой спуск.

— То есть вот вы трое, потратили четыре дня, на то, чтобы построить кусок дороги, по которому ни вверх, ни вниз гружёная повозка не проедет. А для кого же вы её строите?

— Ну, мы же никогда не строили таких дорог! — это Лилия пытается оправдаться.

— Лилечка, а ты думаешь, я строил, ты думаешь, что я всё знаю? Просто я как увидел, что вы настроили тут, то попробовал представить себе, что я на своём фургоне еду по этой дороге. И сразу понял, что что-то не так!

— Николь, зови сюда всех наших возниц.

— Уважаемые труженики рогов и копыт! Мы тут все маги, но без вас нам никак не обойтись. Вот мы попробовали строить дорогу для повозок, и понимаем, что она получилась слишком крутой. Подсказывайте, как должна пойти дорога отсюда к перевалу, между вот этими двумя вершинами?

— Дык, Ваше Сиятельство, надо это, ну как жеребец на ходу пописал.

Все буквально заржали, а Лилия и говоривший возница покраснели.

— Возницы, вы все согласны?

— Селан, он умный, он лучше всех скажет.

— Серж, берёшь Селана, если надо, ещё кого возьмите, и ножками, ножками по склону. Идёте и колышки ставите, на каждом повороте, на любом сомнительном месте, чтобы наши строители сразу видели, откуда и куда тянуть дорогу. Селан, смотри, видишь, какую дорогу могут сделать наши маги? Теперь представь себе, что она извивается, как ты сказал по склону. Вот этого аристократа зовут Серж, можешь называть его Ваша Светлость. Идёте с ним по склону и намечаете, как направить дорогу, чтобы и наклон был нормальный, и развороты нужной ширины, и площадки для отдыха коней. Одну площадку делайте где-то недалеко от ручья. И ещё, дорога строится на много лет. Там где есть каменные осыпи, её будет засыпать после сильных дождей, постарайтесь обходить стороной такие места. Николь, организуй первопроходцам колышки с цветными тряпками, чтобы издалека видно было.

Сам поворачиваюсь к остальным возницам.

— А вам всем задача такая. Видите, какой длинный спуск получается? Лошади не удержат повозку столько времени. Они на спуске будут уставать сильнее, чем на подъёме. Вы должны придумать, как тормозить повозки и фургоны на спуске. Причём захлестнуть одно колесо цепью, чтобы оно не крутилось, здесь не подойдёт. Пока сверху до низа спуститесь, железный обод колеса сотрётся полностью. Думайте, не графу же решать такие задачи!

— Маркиз де Горса, пожалуйста, пройдите со мной вон туда.

— Вот Юлий, это и есть работа управляющего. Невозможно всё знать самому, но всегда можно найти разумных, которые о проблеме хоть что-то знают. Вот пусть они её и решают. А твоя задача их простимулировать. Кому-то заплатить, кого-то просто похвалить, а кого-то и наказать. Смотри, виконт де Борзон сосредоточился на внешних вопросах, подвезти, отвезти, что закупить и так далее. А лагерь не оборудован. Ты ведь видел, как мы оборудовали лагерь на каждый ночлег, когда ехали в Загорье. Туалеты, шатры, место приготовления и приёма пища, где воду брать для питья, а где лошадей купать. Бери всех вот этих зрителей бесплатного развлечения и организуй нам приличный лагерь. Мы под этим склоном простоим дней десять, пока все технологии отработаем. Сержанту охраны скажешь, что я приказал.

И строительство дороги сдвинулось с мёртвой точки.

На третий день чуть не произошло несчастье. На стоящих толпой наших «строителей» со склона пошёл оползень. Пришла в движение каменная осыпь выше по склону. Услышав крики и шум, я выскочил из шатра, и увидел группу разумных на склоне горы, и надвигающийся на них каменный поток.

Плетение «Бинокль», кто там у нас, ага, Лилия там.

Усиливаю голос магией до максимума.

— Лилия, делай плетение «Бетон», свяжи эти камни, Бетон Лилия, Бетон!

Девушка отмерла от ужаса, сковавшего её и лишившего способности соображать. Врезала по каменному потоку всеми своими силами, и склон горы метров на сто вверх превратился в монолит. Движение каменного потока сразу прекратилось, а виконтесса свалилась на землю от полного истощения магических сил.

— Ужас, ко мне! — запрыгиваю на своего коня, — Давай вон туда вверх, постарайся.

И он постарался, нёсся в гору, как по равнине. Когда мы достигли группы магов, обступивших девушку, и я спрыгну с коня, он отошёл в сторону и лёг.

— Серж, не давай моему коню лежать, выгуляй его, прошу Серж! — а сам бросаюсь к девушке.

Налицо истощение магических сил, источник почти погас, если его немедленно не восстановить, Лилия станет выгоревшим магом. Со своим жёнами я бы эту процедуру проделал элементарно. Ещё в самом начале, когда только моё сознание оказалось в этом мире, я обнаружил, что если внутренний источник мага заряжать пульсирующей двунаправленной волной энергии, то его заряд происходит намного эффективнее. Со своим девушками я такую процедуру проделывал во время любовных игр, но тут не тот случай. Лилия жена моего боевого товарища, да и запретила Зината «блудить» или «гусарить». Зината, это старая женщина в баронстве моего приёмного отца барона де Дрон. А её устами, я думаю, говорили местные боги.

Быстро расстёгиваю на девушке одежду.

— Ну-ка, все кроме мужа отвернулись!

Добравшись до обнажённого женского тела, накладываю ладонь на область солнечного сплетения и начинаю гонять магическую энергию от моего источника, через ладонь в источник девушки, потом как бы забираю её обратно, но чуть меньше, чем загнал туда. И так цикл за циклом.

— Накрой её курткой, — это я стоящему рядом Николю, виконту де Борзон, мужу Лилии.

— Что ты делаешь? — с подозрением спрашивает молодой мужчина.

— Ты видишь её источник?

— Нет — с ужасом произносит муж Лилии.

— Если немедленно не восстановить источник, то она выгорит. Поэтому обеспечь, чтобы мне не мешали.

— Серж, что с моим конём? — кричу принцу.

— Уже лучше, но я его ещё погуляю.

— Спасибо, Тур! — мне не видно за спиной, но все вдруг замолчали.

Но вот снова равномерно зацокали копыто, Серж выгуливает моего коня, которого я чуть не запалил, то есть, чуть не загнал. А Тур, это приставка к фамилии царствующей династии в государстве у гномов. То есть все поняли, что я слегка командую принцем, и он слушается.

Минут через пятнадцать источник молодой магессы начал отзываться, а потом стал быстро заполняться энергией. Загнав его в зону жёлтого свечения, что означало, что он начал переполняться, я прекратил лечебную процедуру.

— В шатёр её, напои теплым бульоном и пусть спит до утра, — это мужу Лилии, а сам пошёл к Ужасу, молча пожал руку принцу, и прижался к морде коня.

— Прости, перегрузил я тебя, зато мы спасли девушку, вон она просто спит, а так уже здорова, — и в поводу повёл коня вниз по склону.

Через пять дней бригада строителей дороги вышла на перевал. Стою наверху, смотрю вниз. Открывается прекрасная картина, дорога словно серпантин, вьётся по склону горы.

На перевале вначале просто выровняли проход через весь перевал, но спускаться пока не стали. Я потребовал вызвать опытных вояк: лейтенанта Таруна ан Тур и сержанта Романа Солдата. А перед ними поставил задачу, спроектировать непреодолимые укрепления типа крепости.

— Ваше сиятельство, а как вы себе представляете непреодолимые укрепления? Любые укрепления можно преодолеть, это лейтенант у меня такой умный.

— Ну, например, так. От той скалы до этого склона стена, как в крепости Загорья. В центре башня, типа надвратной в Загорье. За этой башней такой же каменный мешок, и ещё одна башня. Любой караван загоняется в этот каменный коридор, решётки опускаются, и производится досмотр каравана. Потом мы его пропускаем.

— Ваше Сиятельство! Это же строительство на годы, на несколько лет. И сколько каменотёсов надо?

— Лейтенант, а если магией строить?

— Так это в несколько раз дороже!

— Ладно, Ваша Светлость, Серж де Торон. Вот здесь сделайте макет вот этих двух склонов, хоть из глины. А потом вместе с лейтенантом и сержантом сделайте в масштабе макет крепостной стены и форпоста, или просто форта. Пусть он называется Первый, а на следующем перевале — будет Второй. Время вам до вечера.

— Маги строители! Пока наши архитекторы разрабатывают макет форта, давайте сделаем две большие площадки. С этого края перевала, и с другого края.

— А зачем?

— Представьте себе, прошло лет десять, караваны идут сплошным потоком. Один из них стража перевала досматривает, а другим, что на дороге стоять? Потом здесь сделают навесы, коновязь, а пока просто площадку.

— Мики, у нас практически все накопители разряжены!

— Выдаю всем по накопителю большой ёмкости. Делаем площадки, и завтра начинаем строить форт. Три дня на форт и едем выдавать замуж маркизу Розалию.

— Хава-а-ар! — это я местных научил кричать имя Бога Удачи и Счастья вместо нашего земного «Ура-а!». Понимаю, что разумные в моей строительной бригаде устали, слишком высокий темп работ я задал. Фактически за половину месяца сделали пятую или даже четвёртую часть работы, на которую сам же отвёл полгода, то есть пять месяцев.

На форт запасов в амулетах хватило едва-едва.

Склоны справа и слева обрубили, там получились вертикальные стенки высотой по десять метров. Стену от края до края перевала это около ста метров сделали вертикальной и широкой, поверху можно бегать. Там же бордюр и зубцы, для защиты стрелков. В середине стены стоит надвратная башня, с полостями для ворот и решётки. Самих ворот пока нет, не из камня же их делать. На стену попасть можно только из башни. Далее за башней идёт тот самый каменный мешок, вытянутый на семьдесят метров двор, заканчивающийся такой же башней. Поручил лейтенанту выставить сюда гарнизон пока из пяти дружинников, с периодической заменой, и найти мастеров гномов, чтобы привезли материалы и на месте сделали ворота и решётки. Не очень тяжёлые, так как поднимать их будет небольшой гарнизон. Но будучи опущенными, они фиксируются стопорами, и поднять их снаружи невозможно.

А сами всей компанией двинулись в Загорск, по пути передали весточку для Торона ан Тур. Наш корчмарь Туран сказал, что ан Тур должен быть через два дня, и он просил, чтобы я и принц его дождались. Отправив всю группу магов домой, попросил Лилию успокоить моих жён, сказать им что я их люблю, но вот, дела задерживают. Подъеду на три дня позже. Девушка чувствует себя обязанной мне, поэтому постарается всё выполнить идеально.

А мы с принцем погнали коней к Дереву Жизни. Амулетов у меня накопилось много, так что заряжал их все целых полдня. А к вечеру подъехал ан Тур. Был он мрачен и печален. Молча дождался, когда я закончу заряжать свои накопители, потом предложил поговорить.

— Уважаемый Торон, о том, что вы хотите нам сказать, мы конечно поговорим, но сначала ответьте, пожалуйста, на мои вопросы. Принц у нас Серж де Торон Тур. Если перевести на понятия людей, то Серж — это имя, Торон — это фамилия, Тур — это клановое определение, показывает, что он принадлежит к правящему клану. А что же означают ваши имена Торон ан Тур?

— Заметил всё-таки. У нас даже гномы не замечают. Имя у меня Настал, в переводе на язык людей — Копьё. Представляться копьём, как-то не очень комфортно. Получается я Настал анд Торон Тур. Прямой наследник клана Тур. Но в молодости не захотел связывать себя обязанностями главы клана и удрал из дома, как вот этот молодой обормот. А там случилась заварушка, погиб отец, нужно было срочно кого-то сажать на трон. Вот и посадили моего двоюродного брата. Когда я узнал, даже обрадовался, и только вот сейчас понимаю, что поступил крайне безответственно. Ты доволен ответом?

— Вполне.

— Тогда о наших делах. В царстве опять мутная возня около престола. Отца Сержа, видимо отравили, умер он, молодой здоровый мужчина взял и умер. Сейчас там идёт грызня за трон. Ищут Сержа. Его старший брат куда-то исчез, а средний очень сильно дружит кое с кем.

— И тут эльфы! Даже до гномов добрались! — не выдержал я.

— Вот учись, Серж! Я ведь не сказал, с кем он дружит, но умный разумный уже по почерку узнаёт этих мерзавцев. Ан Дрович, я много думал, как быть. Решил племянника пока спрятать, а где прятать? Ты рассказывал, как сменил имя, когда тебя усыновили. Я прошу тебя, усынови Сержа, пусть побудет ан Дровичем. Я привёз бумаги о признании Советом Старейших Северного анклава тебя полноправным владетелем долины семи гор и присвоении тебе титула графа царства гномов, с именем ан Дрович. Так что, присваивая ему имя ан Дрович, ты ничего не нарушаешь, и в то же время, ты у людей де Дрович, а он будет ан Дрович. Вроде, как и не родственники.

Ну, куда же бедному крестьянину податься? Это опять мой юмор торжествует. А друзей принято выручать, так что едем в Загорск в мэрию.

Через три дня в мэрии в торжественной обстановке, но при минимальном количестве свидетелей я был назван приёмным отцом, а Серж де Торон Тур был признан моим приёмным сыном с именем Серж ан Дрович. Сынуля меня моложе на целых восемь лет, он гном и женится на женщине, которая меня старше на пять лет. Правда выглядит она как двадцатилетняя девочка, и организм у неё соответствует этому возрасту, это Ириана постаралась, омолодить новобрачную. Так что рожать им и рожать, а мы будем ржать (шутка).

Сильнее всех были поражены мои жёны Анейра с Иреной, у их мужа сын совсем взрослый, и как с ним общаться, с учётом того, что он недавно был принцем, а теперь всего лишь граф.

А потом была свадьба. Тут вообще не разобраться, я давал согласие на замужество Розалии, то есть я как бы её старший родственник, а теперь я папа жениха, это всё — натуральный пердимонокль. Поэтому к алтарю Розалию выводила Ириана, а Сержа — Настал анд Торон Тур. Наши женщины решили отомстить нам за две «загубленные» свадьбы: Ирианы и Анейры. Поэтому на свадьбе Розалии гуляли три дня. Вся крепость и половина Загорска, что называется «стояли на ушах». Хотя эльфа там была в единственном числе. Кстати она перестала прятаться и дичиться. Благодаря тому, что её изделия носили самые именитые люди Загорья, и на свадьбы в крепость её неоднократно приглашали, её изделия стали пользоваться необыкновенным спросом. После возвращения я ей еще «подбросил» ювелирных кристаллов, и она честно переводила на мой счёт в гномьем банке половину прибыли от продаж изделий с этими камнями.

Мне пьянствовать надоело уже на второй день свадьбы. Пошёл побродить по крепости, как-то до сих пор не все уголки обследовал. И наткнулся в беседке на Розалию.

— А почему Ваше Сиятельство не занимается увеличением народонаселения нашего Загорья?

— Майкл, вот ты ведь гад какой, обманул несчастную девушку, обещал принца, а выдал замуж за графа. Я теперь даже не маркиза, а всего графиня, сейчас заплачу, — а у самой рот до ушей и довольная такая.

— А про детей ещё и не решили. Я хочу, а Серж просит подождать, пока у него что-то там решиться.

— Розалия, мы ведь с тобой, почти как брат с сестрой, помогаем, доверяем друг другу. Так вот, рожай! У Сержа жизнь очень опасная, если что-то случиться у тебя хоть ребёнок останется. И я тебе могу открыть один секрет, но ты поклянёшься своей магической силой, что его никто никогда не узнает.

— Майкл, если это то, что я думаю, конечно, поклянусь. Клянусь своей магической силой перед лицом Сияющего, что этот секрет никто от меня не узнает.

— Когда Серж будет тебе делать ребёночка, сделай вот так. Дай руку, вот почувствуй, я гоняю энергию из моего источника в твой, и обратно. Туда — сюда, туда — сюда. Только перегонять её нужно не через руку, а через те места, где делают детей, в такт движениям. Сержу не говори, сделай всё сама, а если спросит, скажешь, что вычитала в древнем трактате, что так женщина больше удовольствия получает. Всегда хотел продемонстрировать это тебе на практике, но с сестрой нельзя этим заниматься.

— Ах ты, коварный соблазнитель, но я тебе не дамся, я буду верна своему мужу, — и оба весело рассмеялись. Всё — таки как легко общаться с этим человеком!

Позже встретился с Насталом анд Торон Тур.

— Настал, как ты относишься к тому, чтобы тебе занять престол гномов?

— С одной стороны, мне это вроде бы и не надо, а с другой сторону, наш народ, кажется, опять хотят ввергнуть в пучину войны. Дело идёт к тому, что среднего племянника посадят на престол. Он будет делать всё, что ему скажут ушастые. Нельзя этого допустить. Если старшего племянника убили, как и брата, то надо занимать престол. Только ума не приложу, как это делать. Это же гражданская война. Это хуже, чем, если нас втравят в войну с людьми.

— Анд Торон, ты прямо, как маленький ребёнок. Твоего брата убрали, а гражданской войны не было. Твоего старшего племянника убрали, а гражданской войны не было. У тебя есть команда головорезов? Надо просто попасть во дворец, и чтобы оттуда не вышел ни племянник, ни один из его советников. Потом занимаешь престол, а через пару лет я верну тебе младшего племянника. Просто ему нужно поучится магии, способности хоть и слабенькие, но они есть, их надо развивать. Если посчитаешь нужным, забирай его сразу, но лучше сам укрепись на престоле, потом его приблизишь, поднатаскаешь, и посадишь на престол. А мы с тобой старые и мудрые будем в Семигорье ловить рыбу и воспитывать внуков.

— Красиво говоришь, а сам пойдёшь со мной во дворец?

— А куда же я денусь. Долги надо платить!

Жёнам сказал, что еду к северянам, надо уточнить мой статус в связи с общими интересами в Семигорье.

Собрал бригаду строителей и командиров дружины.

— Уезжаю дней на двадцать. После перевала идёт Древняя тропа. Чуть расширить её до ширины дороги. Сделать площадки для разъезда встречных караванов. В том месте, где мы сражались с пантерами, лейтенант вам покажет, или провести дорогу значительно выше, или же выжечь тот овраг, по которому пантеры к нам подбирались. Я не смотрел на предмет прокладывания дороги выше скалы. Поэтому решение примете на месте. Всё, как и было: проектирование на Лилии, обеспечение на тебе, Николь. Маркиз Юлий де Горса готовится стать управляющим в Загорье, пусть на вас потренируется, то есть, на нём общее руководство. Его работе не препятствовать, но советовать вполне допускается. В общем, принимайте его и графа ан Дровича в свой коллектив.

В царство гномов мы пробирались через земли Северного анклава. Ужаса пришлось оставить дома, слишком он приметный. Подвёл жён к нему, сказал, чтобы выгуливали, или выкатывали, не знаю как правильно, но пусть на нём катаются регулярно. Пообщался со всеми детьми. Все воспринимали мою поездку нормально, только Микаэль стал проситься со мной. Объяснил, что нельзя, будем ехать очень быстро, только взрослые могут выдержать. А Анюта, старшая и любимая дочь, прижалась ко мне и прошептала на ухо: «Убей всех врагов». Я ей в ответ: «Не давая маме грустить».

Выехали с утра, одвуконь, без багажа, только у меня чересседельные сумки. Через два дня были в Семигорье, а еще через два дня в «Южном приюте» на территории Северного анклава гномов, это что-то типа нашего караван-сарая. Отсюда караваны идут к нам в Загорье. Я остался в «приюте», а Настал исчез на два дня.

А я занялся изготовлением гранат. Да-да, именно гранат, таких небольших взрывающихся штучек. Мир магический, многое делается магией, но далеко не всё. Так рудознатцы широко используют взрывчатые вещества типа пороха. Взрывчатка используется для получения доступа к нужной руде или породе. Например, на склоне, где предполагается наличие полезной породы оползнем эту породу засыпало толстым слоем грунта. Маги очистили бы это место плетениями типа «Яма» или «Траншея», но это будет стоить довольно дорого. Для рудознатцев гораздо дешевле заглубить в грунт бочонок с взрывчаткой и подорвать его. От такого взрыва образуется большая яма, и просто сбросит весь лишний грунт вниз по склону. В боях подобные устройства не применяются, потому, что сильный маг может такое устройство взорвать на расстоянии. Ему нужно лишь знать, что такое устройство есть в наличии у врага, ну, и точное месторасположение этого заряда. Я же рассчитываю на неожиданность. Раз в боях такая взрывчатка не применяется, то никто не будет ожидать, что мы можем применить подобную взрывчатку. Конечно, такое сработает только один раз, но нам этого должно хватить. Если не хватит, мы сами погибнем, и второго раза, опять же, не потребуется. Из кусков металла сформировал, вытянул корпуса по типу известной русской гранаты «лимонки» или Ф-1, только насечки сделал значительно мельче, а корпус гранаты чуть больше, так как эта взрывчатка слабее тротила, который используется в «лимонках». А запалы сделал простейшие тёрочные, это как спичку потереть о боковую поверхность спичечного коробка. Спичка загорится, за ней вторая и третья, от которой воспламенится и взорвётся основной заряд. Получается срабатывание с замедлением в две — три секунды.

А зачем это, если у меня много накопителей и можно организовать магический взрыв? Тут уже начинаются тактические хитрости. Дело в том, что для повышения безопасности занятий в Школе, Колледже и просто тренировок с детьми мне удалось сделать амулет, который глушил любые проявления магии. Я сейчас эти амулеты доработал, чтобы они срабатывали как гранаты, будучи брошенными под ноги врагу, с замедлением на пару секунд. Эти антимагические гранаты действуют на магов, как свето-шумовая граната на простого человека. Он на несколько десятков секунд глохнет и слепнет в магическом плане.

Я приготовил несколько таких сюрпризов для врагов. Три гранаты против магов, и три гранаты с взрывчаткой осколочного действия. Вот когда я их использую, станет ясно, зачем они были нужны.

Настал анд Торон Тур появился с полусотней воинов, по ним было видно, что они побывали во многих сражениях. Отлично подогнанная экипировка, натруженные руки и потёртые ножны мечей, шрамы у многих, всё говорило, что это не новички. В столицу гномов, город с незамысловатым названием Северный, мы добирались малыми группами, а в самом городе просто остановились в одном и том же трактире. На встречу с нами пришли два офицера охраны дворца. Сначала разговор шёл нормально, но когда Настал анд Торон Тур назвал эльфов ушастыми, лейтенант непроизвольно сжал рукоять меча. Мне это очень не понравилось.

— Лейтенант, я хочу убедиться, что вы с нами, у нас есть пленный эльф, вы его сейчас убьёте.

Офицер вскочил из-за стола и выхватил меч. Плетение «Бух!» И мой нож вошёл ему в глаз. Все вскочили с мест.

— Капитан, на какой день назначено нападение на дворец?

— На послезавтра! Там будет стоять рота лейтенанта.

— А сегодня, чья рота стоит в карауле?

— Моего родственника, брата жены. Он с нами!

— Про лейтенанта вы тоже думали, что он с нами.

— Настал, нападать надо немедленно. Капитан должен провести нас внутрь, а потом просто снять роту родственника с постов и отвести в казарму. Капитан, мне нужен план дворца.

Офицер быстро набрасывает схему первого и второго этажей дворца.

— А подвалы?

— Они все закрыты, и никто из гвардии не знает, что там.

— Очень плохо! Там может быть целая армия. Единственная надежда, что они готовятся к послезавтрашнему нападению.

Авантюра, но мы пошли. Наше нападение не подготовлено, расчёт только на внезапность. Воины разбежались по первому этажу, убивая всех, кто им попадался, иначе кто-то приведёт сторонников принца и нам ударят в спину.

О нашем появлении принц и его окружение узнали, когда мы вошли на второй этаж. Поэтому, когда мы вошли в тронный зал, принц сидел на троне, и полукругом к нам стояли около десятка эльфов, столько же гномов и несколько людей.

— О, вот и дядюшка пожаловал, — это принц ёрничает, что-то он ещё хотел добавить, но не успел.

— Нам конец, эльфы — архимаги, — прошептал гном помощник Настала у меня за плечом.

Как там Чапаев в анекдоте говорил «Куда же он с голой пяткой на шашку прыгает?»

Я бросаю к самому трону два амулета против магов, ощущение такое, как будто действительно ударили по ушам, и пропала магия. Сейчас не действуют магические амулеты защиты, и никто не сможет атаковать нас магией. Теперь я бросаю свои гранаты, и они срабатывают, как им и положено, как осколочные гранаты, нанося многочисленные раны тем, кто оказался поблизости. Прилетело и кому-то из наших, слышу матюги за спиной, но мы стояли значительно дальше, не должно быть сильных повреждений. Да и минимальное количество доспехов на всех наших было.

— Руби! — бросаюсь в гущу врагов, выхватывая на бегу Сумрак и дагу. отряд анд Торон Тур бросается за мной. Многие из врагов серьёзно ранены, и еле защищаются, но вот те двое эльфов, что стояли возле трона практически не пострадали, только лица поцарапаны. Видимо у них под одеждой очень прочные кольчуги или одежда магически укреплена. То есть не магическая защита на одежде, а магией приданы такие свойства ткани, что её почти невозможно разрезать или проткнуть. На мне самом именно такая одежда. Схватился с ними, сразу с двумя. Мечники они отличные, мне приходится весьма туго, пару раз их клинки нанесли мне секущие удары и, если бы не укреплённая одежда, был бы я серьёзно ранен.

Мне на помощь пришёл один из наших воинов, и переключил на себя внимание одного из эльфов.

Мой противник отлично знает, с кем он сражается, интересно, откуда, я вот его вижу в первый раз.

— Проклятый Третий, сейчас ты сдохнешь. Я твои кишки… — продолжить он не смог, так как мой меч рассёк ему горло.

Быстрыми движениями отсекаю руку со шпагой и наношу ещё один удар по шее, так что голова почти отвалилась, думаю, что теперь он умер. Бросаюсь на подмогу тому воину, который отвлёк первого эльфа. А тот уже почти расправился с гномом. Но тут у него случился противный я. Удалось поймать и на мгновение зафиксировать дагой его шпагу, этого оказалось достаточно, чтобы надрубить кисть руки держащей шпагу. Шпага эльфа ещё не упала на пол, а вслед за ней покатилась его голова, так как была возможность ударить с широким замахом. Быстро делаю уход влево и прокручиваюсь вокруг, осматривая поле боя. Все враги повержены. Вот трое гномов добивают своих противников, и всё врагов больше нет. Подхожу к трону, принц лежит около трона с распоротым животом. Дядя что-то пытается у него спрашивать, тот лишь мычит, но вдруг он поднимает голову и чётко говорит: «Да, я сам отрубил ему руки, которыми он меня бил, когда я был ребёнком». Потом он дёрнулся и затих. Оказывается, детские обиды переросли во взрослую ненависть, которую успешно взрастили эти ушастые селекционеры.

— Быстро всех обыскать. Кошели берёте себе, мне все амулеты, перстни кулоны, знаки, непонятные вещи. Оружие можете забрать, и выходим на первый этаж. Здесь сейчас нет магии, и я не могу подлечить раненых.

Спустились этажом ниже, я быстро остановил всем кровотечения, на порезы и колотые раны наложил Малые Исцеления, и мы пошли к подвалу. Я в подвал не пошёл и оставил рядом с собой десяток воинов, а то они все ринулись туда. Стоит закрыть дверь и все окажутся в ловушке. В подвале оказалась тюрьма, как я и ожидал, нашёлся там и старший принц, у него были отрублены кисти рук. Одного из воинов послали за тем капитаном, приказали ему немедленно построить всю охрану дворца, все четыре роты.

Перед строем вышел Настал анд Торон Тур.

— Враги нашего царства — это верхушка империи эльфов. Они втравили наш народ в прошлые воины. Они и в этот раз хотели подмять нас, ограбить и разорить, чтобы не было у нас сильного государства. Они сумели получить такое влияние на среднего принца, что он пошёл против своего народа, против своей семьи. С его согласия убили нашего царя, он сам отрубил руки и бросил в темницу своего брата, законного наследника престола. Это всё он делал по совету тех, кого он называл своими друзьями, этих самых эльфов. И кое-кто из аристократов, пошёл за ним. Командир третьей роты лейтенант де Ковон хотел заманить наш отряд в ловушку, но у него это не вышло. Мы вышвырнули эльфов из дворца. К сожалению, средний принц при этом погиб, но наследник Тимур де Торон Тур жив, хотя и пострадал.

— Наследник жив! Это значит, в царстве есть законная власть, и любой, кто сейчас будет требовать посадить кого-то другого на престол, кроме законного наследника — это предатель и преступник. Надеюсь, среди вас таких нет! Сейчас взять дворец под охрану по нормативам военного времени, а через два часа во дворец вызвать всех командиров воинских частей, расположенных в столице или её окрестностях!

Итогом двухдневного марафона совещаний, арестов, допросов, истерик некоторых аристократов было следующее.

Выявлено и снято с должностей два десятка военачальников и чиновников, занимающих важные посты в царстве. Эльфы просто мастера интриг и дворцовых переворотов. На всех должностях, от исполнения которых, зависела безопасность монарха, были разумные, находящиеся под влиянием длинноухих. Кто не желал выполнять их волю, убирали с должностей с помощью дискредитации, подлогов, шантажа, и даже убийств. Теперь все эти должности занимают гномы, пользующиеся доверием у нового монарха и его наставника. Сразу же начались перестановки на должностях, уровнем ниже. Многие военные и чиновники среднего уровня сами уходили в отставку, а некоторые, даже, срочно уезжали из царства гномов. Ворьё разбегается, а на должности становится нормальные разумные, готовые работать во славу царя и своей Родины.

Царство гномов восстанавливает связи с Северным анклавом в полном объёме. В царстве гномов возвращается система титулования, что была до прошлой войны. Титулы маркиз, граф, виконт и барон обозначаются приставкой «ан» перед фамилией. Титул герцог и звание главы клана, независимо от титула обозначаются приставкой «анд» перед фамилией. Глава клана и мой хороший знакомый Настал анд Торон Тур назначается наставником и опекуном наследного принца Тимура де Торон Тур, до его излечения, и обладает всей полнотой царской власти.

Отдельным пунктом было отмечено, что за заслуги перед кланом Тур, графу Мики ан Дрович даётся разрешение на создание собственного клана.

После этого я под охраной десятка ветеранов отправился в обратный путь. А Настал анд Торон Тур остался в столице помогать принцу.

Младшего принца решили пока не светить.

Через пять дней я вернулся в Трёхречье, отправил посыльного домой с вестями, что у меня всё хорошо, но я задержусь, а сам поднялся на перевал. Форт функционировал в полном объёме, здесь дежурили шесть дружинников. Ворота были установлены и могли закрываться, решётки собирались и монтировались в подъёмные механизмы, над этим работала бригада кузнецов гномов.

Мои друзья дорожные строители прошли уже половину пути от одного перевала до другого. Древнюю тропу расширяли до ширины дороги, по которой свободно может катиться коляска или фургон. Тропу под скалой переносить не стали и дорогу проложили именно там, ниже скалы. Просто выжгли верхнюю часть ущелья, из которого на нас нападали пантеры, а потом сделали обрыв с вертикальной стенкой, высотой около десяти метров. Теперь ни один зверь из ущелья не сможет подняться по склону в сторону дороги.

Отдал Лилии большую часть своих накопителей и поехал домой, они здесь и без меня прекрасно справляются.

Лилия ещё так с ехидцей спрашивает:

— Ваше Сиятельство, а вы граф, или строитель? — мол, катись, руководи графством, и не мешай нормальным людям работать.

Отпросил у них принца, то есть моего приёмного сына графа ан Дрович, на побывку к молодой жене, за что он был мне благодарен. Всю дорогу до дома он с восхищением рассказывал как слаженно, и профессионально работают наши строители дороги.

— Серж! А в чём секрет такой успешности в этом строительстве?

— Не знаю. Может быть в том, что они все сильные маги, и у них огромное количество энергии в накопителях?

— Молодец, ты заметил главное! Никто другой не стал бы строить такую дорогу, потому, что при пересчёте магических затрат на деньги, по стандартным расценкам, стоимость такой дороги была бы дороже всего нашего герцогства. Это наш главный секрет, никогда никому об этом не говори. Даже своим родственникам, потому, что мы с ними будем торговать, а в торговле у каждой стороны свой интерес и свой карман. Конечно, они твои родственники, и мои друзья. Мы только что воевали с ними плечом к плечу, я никогда не сделаю по отношению к ним какую-либо подлость, но в торговле всё должно быть взаимовыгодным. Вот я им построил мосты, и дорогу построю без всяких денег, а они мне отдали Долину Семи Гор во владение. Как это измерить деньгами? Это дружба и сотрудничество. Но у твоих родственников ведь есть от меня секреты. И у меня есть вот этот секрет, и это нормально, даже от жены могут быть секреты. Вот я своим жёнам никогда не расскажу, что и как мы делали с твоим дядей во дворце твоего отца, а теперь во дворце брата. Не потому, что не доверяю, а потому, что там было очень опасно, зачем женщин волновать, всё уже позади, и они всё равно уже ничего не изменят.

Когда подъехали к крыльцу дома герцогини, из дома вылился целый поток ребятни, с криками: «Папка приехал!» — они бросились ко мне. Пообнимался с каждым, честное слово, чуть не расплакался. С Микаэлем поздоровался за руку, как с взрослым мужчиной. Потом взял на руки младших: Влада и Катрин, — и вошёл в дом. Где же мои любимые женщины?

Глава 3. Дети, магия, проблемы

Итак, суровый муж вернулся из дальних странствий, дети меня встретили, как положено, а где мамочки этих детей?

В зале для приемов находились четыре дамы три мои жены и одна принца гномов. Принц уже около своей жены сидит за ручку держит. Дети побежали каждый к своей маме: Мики и Роза к Ирене, Анюта, Рондал и Катрин к Анейре, Алина и Влад к Ириане. Микаэль не спеша тоже подошёл к Ириане. И все смотрят на меня с вопросительным ожиданием.

— Здравствуйте мои дорогие! Как-то вы не радостно меня встречаете.

— Майкл, а ты где был? — это герцогиня решила начать «расстрел».

— У гномов, как и обещал!

— А что делал у них в столице?

— Дети, все вышли из зала и закрыли дверь. Микаэль, пожалуйста, проконтролируй, чтобы никто не подслушивал, и особенно Анюта.

Когда дети вышли, я посмотрел на своих женщин. До них пока не дошло, по-прежнему на лицах выражение «мы стоим руки в боки».

— Розалия, если не трудно, скажи им, в чём они неправы, после того, как я уйду, — и вышел вслед за детьми.

— Кто поедет на речку ловить рыбу?

Этого захотели все дети. Идею встретили с восторгом.

Пошли все вместе на конюшню. По дороге отловил няню Катрин, дал пятнадцать минут на сборы. А мы начали запрягать лошадь в фургон. Прибежал Павел, старший конюх и коневод, запряг быстренько другую лошадь, точнее молодого коня ужасной породы. Ну, в смысле новой породы, выведенной от моего Ужаса. Ещё запрягли карету и оседлали моего коня. К этому времени прибежали две няни с узлами и корзинками с едой. Загрузили нянь и всё это в карету, детей всех усадили в фургон. Павел сел за кучера, а я сел у задней стенки фургона, чтобы видеть всех детей, и мы тронулись в путь. За фургоном спокойно шёл Ужас, в его чересседельных сумках было много всего, но главное, там были рыболовные принадлежности. А за ним ехали четыре дружинника. Приехали мы к источнику силы на берегу реки. Я быстро настроил четыре удочки. Дружинники, по моей просьбе накопали на полянке червяков. Старшим детям Анюте и Микаэлю дал задание научить ловить рыбу Алину и Рондала, которым было по шесть лет. Они это делали под присмотром двух дружинников. Трёхлетние Катрин и Влад были на попечении няней. А с шестилетним Мики и пятилетней Розой мы стали строить кораблики и пускать их по течению. Потом Мики тоже захотел поймать рыбу. Поменял его местами с Алиной, с ней и Розой пустили ещё по два кораблика. К этому времени было поймано уже около десятка рыб весом от трёхсот грамм до килограмма. Выдал стражникам котёл, а нянькам посуду. Мужчины рыбу чистили сразу, по мере её поимки, поэтому рыбу сразу загрузили в котёл, и я вскипятил воду магией, подержали котёл минут десять на костре, и сняли с огня. Няни наполнили детям чашки бульоном, выдали ложки, предупредили, что всё очень горячее. Сколько же было интереса и радости у детей, которых воспитывали как аристократов, когда они, сидя на коврике, дули на бульон в чашке, стоящей на земле. Потом ложками хлебали этот бульон, закусывая его кусочками рыбы. Маленький Влад подавился косточкой, но ему удалось прокашляться, так что всё обошлось нормально. Прочитал им целую лекцию, как есть рыбу. Тем более, что пример Влада был перед глазами. Бульона было много, поэтому его ещё разлили по кружкам, и им запивали бутерброды, что привезли с собой няньки. Мы уже начали собираться домой, когда на дороге показалась пятёрка всадников. Запитал руну с плетением «Бинокль», и почти сразу убрал его. Это были наши мамы, а с ними Розалия и Серж. Подъехав и убедившись, что все живы и здоровы, мамочки попытались подключиться к общему веселью. Но мы уже уложили всё в сумки, и загрузились в карету и фургон. Разрешил женщинам прокатить на лошадях детей по очереди. Так что пока доехали до дома, каждый ребёнок прокатился с мамой. Микаэль отказался ехать с мамой, тогда я их с Анютой посадил на Ужаса. Мама «Аня» и мама «Илианя» пришли в ужас, но мой Ужас проигнорировал их страхи и вёз детей так осторожно, что им даже стало скучно, и они начали вертеться в седле. Тогда я их загнал в фургон, и потребовал, чтобы они мне рассказывали, чем они сегодня занимались.

— Папа, но ты же сам всё видел?

— Я не только видел, я ещё и рассказать могу, а вот вы сможете рассказать?

Загрузил, короче, детей. Даже малышня пыталась что-то рассказывать. И обнаружил, что рассказывать дети не умеют. Не выделяют главные события, не помнят, что делали другие.

Какой вывод? Предстоит новая битва, битва за моих детей, их интеллект, мировосприятие, отношение к другим разумным.

Дома жёны попытались потребовать от меня, чтобы я отчитался о поездке в столицу гномов. А я смотрел на них, и не понимал, ну почему женщин не устраивают нормальные отношения. Почему они всегда пытаются что-то сделать по-своему. Вот Розалия, отношения с ней, как с сестрой. Она что, не переживает за меня? Уверен, что переживает, но никогда меня этим не попрекнёт. А мои жёны сейчас начнут это выпячивать, ах, как им было тяжело, ах, как они переживали, а я такой чёрствый!

И что-то мне от всего этого стало так грустно, что даже захотелось напиться. Пить я, конечно, не стал, но пошёл на конюшню к своему Ужасу, поплакаться о горькой моей судьбе. Там встретил Павла, разговорились о лошадях, о повозках, и я вспомнил одну проблему.

— Павел, а как тормозить повозку, которая спускается с горы.

— Её конь сдерживает.

— Мы строим дорогу на перевал. Он не очень крутая, так как извивается по склону, но зато она получилась длинная. Конь столько времени сдерживать гружёную повозку не сможет, устанет. Надо придумывать, чем и как тормозить! Если какой-то железный рычаг в землю упирать, то мы всю дорогу испортим очень быстро. Может, колёса как-то подтормаживать? Думай сам. И пусть все твои подумают.

Так за делами я и отвлёкся.

Пришёл к себе, помылся и лёг спать. Через некоторое время ко мне пришли обе официальные жены, Анейра и Ирена. Легли рядом, полежали и попытались меня раздевать.

— Девочки, то, что скажу, это не потому, что я обиделся, или ещё что-то такое. Это независимо ни от чего. У нас так сложилось, что я один, а жён у меня три. Но если мы начнём на супружеском ложе кувыркаться вчетвером, это будет самый настоящий разврат, не любовь, а похоть. Не будем вспоминать приключения под Деревом Жизни, там были особые обстоятельства. А вот так, в повседневной жизни должен быть один мужчина и одна женщина. Раз вы сегодня пришли двое, значит, просто спим. Ложитесь ко мне на плечи и будем спать.

Через некоторое время Ирена не выдерживает:

— Майкл, ты обиделся, да?

— А что вам Розалия сказала?

— Она много чего наговорила. А еще она сказала, что ты назвал её своей сестрой. А так разве можно? Захотел и принца усыновил. Захотел и сделал маркизу сестрой. Почему другим так нельзя, а тебе можно?

— Ира, а разве это главное в том, что она вам говорила?

На мой вопрос Ирена повернулась ко мне всем телом, вцепилась в меня и заревела в полный голос. Я прижал её одной рукой к себе и просто лежал, давая женщине выплакаться.

— Майкл, а почему Ира плачет? — спросила Анейра.

— Она долго ждала, когда же станет моей законной женой. Дождалась, стала почти счастливой. А тут вдруг почувствовала, что что-то делает неправильно, и ей стало страшно, она боится меня потерять.

Ирена, словно подтверждая мои слова, опять заревела в полный голос.

— Ира! Если ты перестанешь плакать, я тебе что-то расскажу.

Молодая женщина кивала головой, глотая слёзы, пытаясь быстрее успокоиться, но у неё не очень получалось. Наконец она успокоилась.

— Ириана де Лафер, вы стали де Дрович, но это не отменяет того, что у вас порода де Лафер. Вспомни, как ты вела себя в Академии! В вашей дружбе с Анейрой ты была ведущей. Я вас таких и полюбил. Анечка добрая и душевная, а ты слегка надменная, гордая, но и нежная. А сейчас ты расклеилась, ещё и плохие разумные нагнали на тебя страхов, то эта психованная принцесса, то какие-то слухи. Помни, я буду любить вас всегда. Буду любить тебя любую, какая ты будешь. Но мне бы хотелось, чтобы ты вернула себе уверенность в своей значимости, в своих силах, своём обаянии. Ты позже Ани и Ирианы начала рожать детей и видимо боялась, что что-то не успеешь. У них по трое детей, а у тебя только двое. Вроде как ты и тут боишься. Так вот, поверь в себя! Вспомни, что ты магесса, стихийница. Научись, например, разгонять облака над горами, с которых вода идёт в ущелье, через которое мы ехали. А потом наоборот, сгонять облака и тучи к этим горам. И тогда проход в Загорье через то ущелье будет полностью под твоим контролем. Когда надо, пропустишь караван, а когда не надо, никто там не пройдёт. Поговори с Ирианой, а потом с маркизом Юлием де Горса, может, где-то в провинции нужны дожди, а в другом месте наоборот, не нужны. На строительстве дороги через перевалы дожди точно не нужны. Может там и розу ветров надо подправить на время работ. Давайте поедем туда вместе с детьми, раз вы боитесь их без присмотра оставлять. Да и полезно это для детей, увидят, что магия это не баловство, это работа. Ещё давайте подумаем, какие вам нужны амулеты, ведь с амулетами любая из вас и дорогу строить сможет, и исцелять, и погоду регулировать. А ещё я у вас ни разу не видел альбомов для рисования. А кто будет проект нашего дома в Семигорье разрабатывать? А интерьер продумывать, что опять на кого-то надеется? Вот, мол, приедет Розалия и подскажет, а вы сами?

— Ирочка, верни мне Ирену де Лафер. Я точно знаю, что ты это сможешь. Кстати старших детей пора учить магии. Я думаю, они украдкой уже сами пробуют, а там и до беды недалеко. И Мики скоро надо будет учить. Аня, ты Анюту ни чему не учишь?

— Одежду очистить умеет, Малое Исцеление может наложить.

— Анюта! Зайди в комнату, спросить тебя хочу, — крикнул громко и зажег слабенький светляк.

Как я догадался, что дочь под дверью стоит? Так у меня же есть «Сканер», а отклики близких людей Комп давно зафиксировал.

— Папа, а вы помирились?

— Конечно, доченька, мама меня любит, я её люблю, как же мы не помиримся? Знаешь, когда разумные долго не мирятся? Когда каждый из них себя любит сильнее, чем другого. Про таких говорят, что разумный — эгоист. Ты мне лучше расскажи, какие плетения ты знаешь.

Тишина в ответ.

— Что все двенадцать знаешь?

— Нет, только семь.

— Давай ты сейчас иди спать, и мы будем спать, а завтра мне на полигоне все семь покажешь, хорошо?

Девочка перегнулась через маму и чмокнула меня в щёку.

— Хорошо папочка!

— Вот это да, Майкл, ты великий воспитатель! — это Ирена надумала мной восхититься.

— Да где там, вот, сколько не пытаюсь вас воспитать, так ничего и не выходит! Нет! Не-е-ет! Не надо меня бить подушками! Они порвутся, убытки будут.

Уснули всё-таки. Утром встал, выскользнул из постели и побежал на тренировочную площадку дружинников. Я уже заканчивал и разминку, и тренировку, когда сержант стал выгонять на тренировку молодых дружинников. А я пошёл будить Аню с Ирой.

Ближе к полудню все взрослые были на полигоне, условном, конечно. Просто вышли за территорию крепости в сторону противоположную расположению города. Аня привела Анюту, девочка чувствовала себя очень скованно. В таком состоянии она нам такое покажет!

— Анюта, а с кем ты пробуешь плетения запускать, наверно, с Микаэлем? И у кого из вас лучше получается?

— Конечно у меня! Микаэль торопыга, ему всё побыстрее нужно, а магия суеты не терпит! — интересно, чьи это слова она повторяет?

— Ну, сбегай, приведи Микаэля.

Когда старшие дети пришли вместе, устроил им соревнование, кто сумеет правильно выполнить то или иное плетение. Начал со Светляка, оба спокойно справились, только Микаэль зажёг очень яркий светляк. В результате его резерв израсходовался наполовину.

— Микаэль, что скажешь про свой резерв, что с ним стало, как-то он потускнел? — провоцирую ребёнка на то, чтобы сам включил мозги.

Молчит, но видно, что сожалеет о сделанном. Положил руки ему на плечи, и подкачал его резерв. Хотел сделать ему внушение, но вдруг понял, что этого делать не нужно. Не важно, перед кем мальчик хотел себя показать, может перед вечной соперницей Анютой, может перед мамой, но «пилить» его сейчас будет неправильно.

— Теперь показываете Воздушный кулак. Вон лежит чурбак, нужно его сдвинуть ударом воздушного кулака.

Анюта всё выполнила правильно, но кулак у неё оказался несколько размазан, и чурбак сдвинулся на полшага. Зато у Микаэля чурбак откатился на полтора метра. Следующим было плетение «Сосулька». Оба ребёнка его выполнили правильно, но Анюта попала точнее. «Чистка одежды» у Микаэля вышла идеально, видимо часто тренируется, когда испачкает одежду, чтобы мама не узнала. Анюта тоже выполнила правильно, но похуже, чем мальчик. Плетения «Роса», «Малое Исцеление» и «Очищение раны» демонстрировала только Анюта. Медленно и не очень уверенно, но всё сделала правильно. А Микаэль показал «Огненный шар», это плетение забрало у него весь запас энергии во внутреннем источнике. Пришлось его срочно подпитывать.

— А как же ты Анюту находишь?

— Метку ставлю, — насуплено проговорился мальчик.

— Ну, метку поставить, это полдела, а как её по метке найти?

— Не знаю, когда метку поставлю, я её чувствую.

— А если сразу несколько меток поставить, не пробовал?

— Нет.

— Давай ставь, на меня, на маму и на Анюту.

Мальчик выполнил это действие, чем привёл меня в состояние ступора. Он ставил метки, совсем не так, как меня учили в Академии. Дальше выяснилось, что он чувствует все три метки, но идентифицировать их не может.

— А где ты научился такие метки ставить, я и мама ставим по-другому?

Оказывается, мальчик подсмотрел, как метки ставить Серж. Выходит у гномов это плетение выглядит по-другому. И сразу вопрос, а на кого это Серж ставил метки?

— А защиту или «Щиты» умеете ставить?

Нет, не умеют. Надо учить!

— Мама Аня и мама Ириана! Разберитесь сами, кто из вас этих отроков будет учить ставить Щиты.

— Ребята, а вы прекратите эту самодеятельность! Это очень опасно! Вы помните, как Анюта сожгла плохого мальчика в деревенской школе? А ведь если вы что-то сделаете неправильно, когда изучаете новое плетение, можете убить кого-то совершенно невиновного, или кого-то из братьев и сестёр. А можете сами очень сильно пострадать, даже умереть. Раз уж вы начали изучать магию, будете ходить в школу для взрослых, как только она заработает.

Все три мамы в голос:

— Ты с ума сошёл!

— Девушки, вы совершаете ошибку, которую делают очень многие взрослые, они считают, что они могут полностью управлять своими детьми. Но ваши дети только что продемонстрировали вам, что никем вы не управляете. Вы знали про все эти плетения, что они могут исполнять? Нет! Но всё ещё уверены, что вы любое неправильное действие детей можете предотвратить.

— Вот захочет Микаэль перед кем-нибудь похвастаться, ка-а-а-к жахнет, и израсходует весь источник, и выгорит! Хотите этого? Нет? Тогда надо просто понять, что они уже практикуют магию, при этом ничего не зная о мерах безопасности! Им нужно не запрещать, а учить, на примерах показывать, к чему ведёт самодеятельность!

— А теперь вы, дети, смотрите. Вот этот чурбак, который вы толкали плетением «Воздушный кулак».

Я подошёл и поставил чурбак вертикально. Получился столбик толщиной сантиметров 40 и высотой около метра.

— Представьте себе, что кто-то стоит за этим чурбаком, например, малыши играют в прятки. Тот, кто спрятался, ничего не знает про вас, а вы его не видите. И вот вы решили отработать максимально сильный удар. Показываю.

И я ударил по чурбаку воздушным копьём, причём вложил в него почти максимум своей силы. Чурбак словно взорвался. Дальнейшее произошло мгновенно, но я описываю последовательно, чтобы было понятно. Входное отверстие получилось диаметром сантиметра три, но, далее, внутренности бревна смялись и расширяющимся конусом были вырваны и выброшены с большой силой, так что улетели и рассыпались веером. На остальную часть бревна это произвело эффект взрыва изнутри, и чурбак разлетелся на десяток крупных щепок.

Шок это по-нашему? Нет, не по-нашему! Потому, что на меня это тоже произвело шоковый эффект. Не ожидал такого результата! Я, конечно, часто использую воздушное копьё, но никогда не видел подобного эффекта. Подозреваю, что мои магические силы существенно увеличились! Понять бы, в результате чего?

Но главное в этой ситуации, это покер фейс, то есть, сохранить лицо без эмоций, если ещё проще, то делаю вид, что всё так и было задумано. Все эти мысли пролетели мгновенно. А теперь смотрю по сторонам. Дети в восторге — вот это бабахнуло! Женщины в шоке, даже Анейра и Ирена, которых я обучил плетению «Воздушное копьё», не понимают, чем это я так приложил бедный чурбак. Ириана вообще смотрит с каким-то подозрением. Всё потом, а сейчас — работаем!

— Отроки, а чему это вы так радуетесь? Наверное, тому, что стало с тем малышом, который прятался за чурбак?

На лицах детей сначала непонимание, потом ужас, но постепенно до них доходит, что ребёнок «был условный». Они немного успокаиваются.

— Папа, но мы же так не умеем?

— Ну, это я вам для наглядности показал, а смысл остаётся тот же, неосторожное применение магии может привести к чьим-то увечьям и даже гибели. Я уж молчу, что можно натворить магией Огня, можно устроить пожар, и сжечь полгорода. Итак, Микаэль, Анюта, если не всё показали, показывайте, прямо сейчас, пока мы на полигоне.

Оба насупились и молчат.

— Ребята, вы ведь слышали, что я вашим мамам сказал. Мы не запрещаем вам заниматься магией, просто необходимо, чтобы новые для вас плетения вы отрабатывали под присмотром кого-то из нас. И ещё ребята, очень важно, чтобы чужие люди не знали, что вы владеете магией. Иначе начнётся то же, что было в деревне, когда вас специально дразнили, чтобы вы кого-нибудь покалечили. Когда вы будете ходить на занятия в школу вместе с взрослыми, это будет совсем другое, там все будут учиться магии. Ну, что, надумали довериться своим родителям?

Микаэль вскинулся на эти слова, потом перевёл взгляд на свою маму.

— Я ещё умею костёр зажигать, а Анюта его дождиком заливает.

— Дождиком или росой?

Я принёс несколько щепок от чурбака.

— Зажигай.

Мальчик создал маленький огненный шарик и опустил его на край щепки. Щепка вспыхнула, но погасла, как только шарик исчез.

— Микаэль в костре никогда не горит одно полено. Обязательно должно быть хотя бы два, и они друг от друга греются. Положи свой шарик туда, где три щепки касаются друг друга.

Мальчик выполнил это и дрова весело загорелись.

— Ира, давай лёгкий ветерок, — Ирена создала ток воздуха, и огонь охватил щепки целиком.

— Анюта туши!

Девочка запустила плетение «Роса», но в конце выполнения жестов руками, она выполнила движение, как бы сдвигая что-то в кучку. Такого движения нет в стандартном плетении, но плетение девочки сработало, причём именно так, как ей хотелось. В воздухе над костром возникла сфера густого тумана, который быстро сконденсировался и пролился небольшим мелким дождиком на костёр. Дрова зашипели, задымили и погасли, будучи охваченными влагой со всех сторон.

Вы знаете такого зверя — северный лис, очень пушистый, светлого цвета, почти белый? Знаете? Вот он к нам и пришёл! И, похоже, что кроме меня этого никто не понял.

— Ещё что-нибудь? — дети отрицательно качают головами.

— Ну, тогда все домой, детям привести себя в порядок, взрослым — совещание.

Когда мы добрались до кабинета герцогини, к нам непостижимым для меня образом присоединилась Розалия. Из их с Иреной жестов я понял, что сейчас мне предъявят очередную претензию, что я тут пытаюсь командовать. Ну, это дело легко поправить! Задерживаюсь перед дверью кабинета, и когда все вошли и расселись, демонстративно заглядываю в дверь.

— Ваша Светлость! Разрешите присутствовать на совещании?

В меня привычно летит какой-то предмет со стола герцогини. Я прикрываю дверь, когда статуэтка медведя ударяет в дверь и падает на пол, вхожу.

— Спасибо! Я готов вам поведать, зачем просил вас собраться на совещание родителей одарённых детей. Разрешите, Ваша Светлость?

Герцогиня грязно ругается и жалуется Розалии:

— Тут и бросить то нечем!

— Уважаемая Розалия! Нам только что Микаэль говорил, что подсмотрел, как Серж ставит метки, и научился у него, хотя и не полностью. Вопрос первый, у гномов, что другая магия, другие плетения? Та метка не такая, как меня учили в Академии. И второй вопрос, а на кого в крепости Серж ставил метки, и зачем?

Розалия густо покраснела, и произнесла:

— Да, некоторые плетения, что дают в университете гномов, отличаются от наших. А метки, ну, Серж, он ревнивый, как все мужчины, а про нас с тобой ходили всякие сплетни…

— Ладно, это проехали. Теперь вопрос ко всем мамочкам, что особенного вы заметили за нашими старшими детьми?

— В таком возрасте уже знают по несколько плетений. Это необычно, очень уж рано, — это Ирена.

— Так ведь самые простые плетения, — это Анейра.

— Ну, давай выкладывай, — это Ириана.

— А сама ничего не заметила, ты ведь мама, мама за сыном всегда всё замечает! Нет? Жаль.

— Так вот девушки, дело не в том, что дети рано освоили какие-то плетения, а в том, что они их освоили, просто подглядывая за кем-то!

— Ну не совсем уж подглядывая, я дочери Малое Исцеление раз пять показывала.

— Вы, когда учились в Академии, сколько раз вам преподаватели показывали каждое плетение, прежде, чем оно у вас начинало получаться? А кто сказал, что Малое Исцеление, это простое плетение? И кто из вас может сам взять и подправить плетение?

— Как это подправить? — спрашивает Ириана, магистр, бывшая декан факультета Целительства.

— Твой сын зажёг костёр не плетением «зажигалка» а плетением «Огненный шар». Но этот шар у него никуда не летел, он шар просто положил на дрова. Понимаешь, взял и положил. И размер шарика сделал достаточным для розжига костра и не больше.

— Розалия, скажи, выпускник факультета Огня может задавать любые размеры огненного шара?

— Хороший выпускник может, но не каждый, обычно ограничиваются тремя размерами: малый шар, средний и максимальный, на сколько сил хватит.

— Ирена, а ты сможешь плетением «Роса» создать туман в строго ограниченном объёме, но с большой насыщенностью влагой?

— Думаю, что это под силу только магистру, или архимагу.

— Так ты перенимай опыт у молодёжи! — на эту реплику все засмеялись.

— А чего вы смеётесь? Если кто-то из правителей узнает, что наши дети запросто корректируют известные плетения, нам всем будет очень не смешно! А ты, Ирена, на полном серьёзе, подходи к Анюте, и разбирайте до каждого пальчика, как это она сумела ограничить область тумана? Если поймёшь, вот и станешь магистром. А ты Розалия разузнай у Микаэля, как сделать, чтобы огненный шар не летел вдаль, а спокойно ложился, куда нам надо?

— Так что этих двоих, наших старших детей, под строгий контроль. Не в том плане, что шагу не давать ступить, а заниматься с ними как можно больше, и не просто чему-то новому учить, а в первую очередь изучать технику безопасности. Но не надо запрещать что-то изменять в плетениях, только обеспечить их безопасность.

— И ещё, перестаньте считать, что детям надо только детские игрушки, соску, и чистые штанишки. Когда мы ездили на речку, все, кроме трёхлетних малышей, ловили рыбу. Сами ловили, они и магии будут сами учиться, а потом ещё и трёхлетних научат. Так что кроме взрослой школы давайте создавать и детскую магическую школу. Правда в ней будут только наши дети, да ещё и разного возраста, но что-то делать надо. Я, честно говоря, не думал, что будет столько проблем, ещё и Семигорье надо осваивать, и дорогу к северянам пообещал. Единственный выход — это всё совмещать, и здесь труднее всего с детьми Ирианы. Детей Ани и Иры мы можем таскать с собой и попутно обучать. А вот как быть с твоими, Ваша Светлость?

— Со своими детьми я и сама справлюсь! Ты же у нас весь в делах, у тебя не только для детей, для жён времени нет!

— Я тебе готовлю управляющего. Это маркиз Юлий де Горса. Он сейчас стажируется у строителей дороги. В любой момент можешь забрать его себе, ну в том смысле, что переключить его на задачи управления герцогством. Немножко подучишь, и он справится.

— Ах, какой ты молодец, всё продумал, всё решил, и что с детьми делать тоже знаешь!

— Ревнуешь, что ли? Так я ведь тоже родитель! Зачем же детей делить между родителями. Мама, это мама, никто маму не заменит для ребёнка, она самая родная ещё с грудного возраста! А папа, он начальник, строгий, но справедливый. К нему больше уважение, чем любовь. Так чего ты начинаешь ехидничать? Что-то не так, по твоему мнению, прямо скажи! Я что, против замечаний? А будешь так ехидничать, и дочка такая же будет, кто её замуж возьмёт? — решил пошутить.

— Да если хочешь знать, Алину ещё в Холмограде сватали, вполне приличная семья, графы! — Ириана гордо выпрямилась, мол, мы сами с усами.

— А почему я об этом не знаю?

— А ты тут причём?

Я начинаю закипать, чувствую, лицо краской наливается, внутренний источник начинает пульсировать.

— Я вам всё — девушки, девушки. А вы тупые бабы! Вам раз в месяц морды бить надо, тогда будете вести себя адекватно! — ярость захлёстывает сознание.

— Одна вообще ребёнка решила рожать, не ставя меня в известность, а тут дочь сватают, меня опять в известность не ставят! Да вы вообще меня за кого держите! За племенного бычка? Или за ходячий кошелёк? А вы сами способны детей нормально воспитать?

— Да ты знаешь, целый факультет как-то воспитывала, и справлялась!

— Там у тебя были чужие дети, у тебя из детей там была одна Анейра и ту ты не уберегла, она влюбилась в неизвестно кого! А что ты сейчас про детей знаешь? Какие плетения Алина знает? — не так бы надо этот разговор вести, но я сейчас только злиться готов.

— Ты что, придурок? Ей всего шесть лет, какие плетения?

Меня сильно трясут за плечо. Это Розалия.

— Майкл, успокойся, ты сейчас всё Загорье разнесёшь! Прошу тебя, успокойся!

— Хорошо сестрёнка, успокаиваюсь. Ира сходи, пожалуйста, приведи Алину. Можно и Рондала, и Мики прихватить, но главное — Алину.

Пока Ирена ходит за детьми, постепенно успокаиваюсь.

— Алина, я хотел наказать твою маму, за то, что ты учишь магию без разрешения, — девочка сжалась от моего тона и моих слов.

— Но мы решили сделать по-другому. Вы будете заниматься вместе со старшими ребятами, но сначала ты нам расскажешь и покажешь, что ты уже изучила.

— Я только Малое Исцеление выучила. А Огненный шар у меня не получается, Микаэль плохо объясняет, говорит: «Смотри сама!».

Ножом прокалываю безымянный палец на левой руке так, что начинает капать кровь.

— Алина, лечи папу, исцеляй! — а сам готов в любой момент перехватить неправильное плетение, или поток силы.

Девочка создаёт плетение медленно, от усердия высунув язычок, но справляется без ошибок, и сама напитывает плетение энергией. Кровотечение останавливается, и края ранки начинают сходиться, через три минуты, от пореза не осталось и следа.

Открываю окно.

— Смотри, вон под стеной куст. Направь в него небольшой огненный шар, только небольшой, а то у тебя уже энергии в источнике мало осталось.

— Ты что творишь? — это Ириана налетела на меня коршуном.

— Вы госпожа, директор Школы, посидите в кресле, и не прерывайте учебный процесс. А то, как чужие дети, то пусть учатся, а как мои, так не пущу, а то поранятся. А для меня они все мои! Поняла! — кричу в лицо женщине.

Ириана от такого напора падает в кресло.

— Давай, — это я уже дочке, совершенно спокойным голосом.

Она начинает плести вязь движений.

— Стой, вот здесь чуть по-другому. Вот так! Повтори! Теперь всё с начала! Дальше, продолжай. Давай энергию в шар и задай направление. Бей!

Девочка делала медленно, но правильно, и маленький огненный шар улетел точно в куст, отчего тот слегка задымил.

— Молодец дочка! — поднял её вверх и поцеловал в носик, — С завтрашнего дня ты, Рондал и Мики ходите на занятия по магии вместе с Анютой и Микаэлем.

— Хава-а-ар! — С воинственным кличем девочка убегает к братьям и сёстрам.

— Конечно, мы его не предупреждаем, это плохо, а он всё решает без нас, это хорошо! — Ириана почему-то никак не может успокоиться.

— Ириана, так сложилось, что я могу кое-что, чего вы не можете. Это не беда, даже не проблема. Просто с этим нужно считаться. Я вот не могу детей рожать, но ведь не злюсь на вас за это! — невесёлый смех мне в ответ.

— Вот у Алины предрасположенность к Природным стихиям, у неё источник голубоватый, — женщины смотрят на меня с открытыми ртами, все, кроме Розалии, — а она спокойно плетёт Малое Исцеление и Огненный шар. А что она будет делать, если пройдёт полный курс у Ирены? Вы, Ваша Светлость, не о том думаете! У нас очень талантливые дети, но нам придётся их прятать до тех пор, пока мы сами не станем непобедимыми. Так давайте направим все силы на то, чтобы стать таким, что все будут бояться нас трогать!

Все мои показы и увещевания возымели действие и через два дня мы всей семьёй целым караваном двинулись к месту главной стройки. С нами ехали чета ан Дрович — младшие, то есть Серж и Розалия, две няньки, повар и взвод дружинников. На привалах я учил всех детей, кроме трёхлетних, создавать плетения «Траншея» и «Бетон».

В Трёхречьи задержались на два дня. Оставив детей с няньками и половиной охраны, проехали до входа в Долину Семи Гор. Показал, что проехать сюда можно только верхом, что нужна дорога. На входе в долину стояли около часа, все восхищались красотой этого места.

Семигорье, это Загорье в миниатюре, но Семигорье можно целиком охватить взглядом. Длина долины сорок километров, а ширина — тридцать. По периметру — стена гор, среди которых сильно выделяются семь вершин покрытых вечными снегами. В хорошую погоду вся долина видна от края до края. Дерево Жизни на фоне общей зелени отсюда не видно, но пока про него я молчу.

Возвратились в Трёхречье, а утром поехали по новой дороге. Впечатление было почти как от Семигорья. Долина здесь дикая и даже мрачноватая, лес только внизу, вдоль реки, а выше на склонах лишь травы да кустарники, а от середины склона и выше только голые камни и скалы. Зато здесь, в этом суровом месте, великолепно смотрелось творение рук разумных. Серпантин дороги извивался по склону горы, забираясь всё выше и выше.

На некоторых поворотах были устроены довольно большие площадки с перилами для остановок, чтобы дать отдых лошадям. Караван полностью располагался на таких площадках. Здесь были стационарные туалеты, и недалеко протекал ручей, можно было напоить лошадей.

Вот, кстати о туалетах, как-то раз наши строители насели на меня, что я слишком много внимания уделяю отхожим местам. Это мол, ну, далеко не самое главное, и вообще, никто из нормальных строителей дорог, никогда не заморачивается эти вопросом. А мы что, самые засранцы, что ли?

Я дождался наступления глубоких сумерек, потом построил всех магов строителей в одну шеренгу и поставил условие, что они должны пройти вот в этом направлении сто шагов. Шаги считать громко и вслух! Все и сосредоточились на громком счёте. Потом раздалась брань и ругань, все развернулись и пошли обратно. Итог этого захода, трое разумных наступили на мины, то есть кучки экскрементов, и теперь вынуждены идти к ручью, чтобы отмыть обувь и устранить эти ужасные запахи.

Когда все немного успокоились, я пригласил всех к костру. Повара раздавали чашки с овощным гуляшом и кусочками нарезанной ветчины. Недавняя ходьба по «минному полю» комментировалась уже беззлобно и с шутками.

— Послушайте меня, друзья. У меня есть хорошие знакомые в армии. Так вот они говорят, что проверку любого воинского подразделения можно провести очень быстро, достаточно посмотреть, «где всё начинается, и где всё заканчивается». Имеется в виду столовая и туалет, — громкий смех всех присутствующих прервал мою речь.

— Вот вы смеётесь, а я вам скажу, что это на три четверти соответствует действительности. Если в столовой нормальные продукты и вкусная еда, а в туалетах чистота, значит, командир заботится о подчинённых. Скорее всего, у него и всё остальное тоже в порядке. Теперь, что касается нас, нашего строительства. Есть такое понятие, культура производства. Если в кузнице у кузнеца грязь, всё разбросано, инструменты разбитые и расхлябанные, я ничего не буду заказывать в этой кузнице. Раз там нет порядка, там не будет и хорошего качества. И, наоборот, если в кузнице чистота и порядок, туда и зайти приятнее, и, скорее всего, там и качественное изделие это норма, а не исключение.

— Когда вы на повороте дороги делаете бордюр, а на мосту перила, вы проявляете заботу о тех, кто будет ехать по этой дороге, об их безопасности. А когда в местах остановки вы заранее делаете место для приготовления пищи, туалеты, навесы от дождя, вы проявляете заботу об их удобстве и комфорте. Это и есть культура производства. И я настаиваю на том, чтобы вот таких полей с «сюрпризами», как здесь, больше на нашей стройке не было, и у тех, кто будет ездить по нашим дорогам, чтобы тоже не было!

Ладно, отступление про туалеты закончил.

Поднявшись на перевал, мы уткнулись в закрытые ворота Первого форта, это название прижилось. После недолгих выяснений кто есть кто, поехали дальше. Вот дорога пошла вниз, и перед нами открылась Долина Злого Мага. Древняя тропа была расширена до трёх метров и сделаны площадки, где могли бы разъехаться два каравана. Этот участок преодолели за один переход и поднялись на второй перевал. Здесь шло строительство второго форта. Вот построят, и слово «Второй» станет его названием. Около стройки был развёрнут лагерь строителей. Нам очень обрадовались. Для строителей это и новые лица, и новости, и заряженные накопители энергии, которые я привёз, и продукты мы им привезли свежие. В Загорье лето, свежие овощи и ягоды уже созрели, фрукты будут чуть позже. Познакомил Лилию де Борзон со своими детьми, попросил на неответственных участках стройки дать им возможность применить свои силы. Два плетения освоили все, кроме пятилетней Розы. Ей магия Земли давалась с трудом. Зато со своим минимальным внутренним источником она легко выдавала штук шесть Малых Исцелений подряд, и склонность у неё была к целительству, в магическом зрении её источник светился зеленоватым светом. Но плетение «Бетон» даже она освоила. Лилия очень переживала за своих детей, у неё были мальчик пяти лет и девочка трёх лет. Они тоже были здесь, играли с нашими ребятами, но они не были одарёнными. Сочувствую нашим друзьям, но делится секретом одарённости детей я не готов, так как не представляю последствий.

Я решил посетить графа де Гадон. Взял с собой Юлия и двадцать дружинников, и мы устремились вниз с перевала. Сначала пришлось коней вести в поводу, но тропа везде сохранилась, и даже наш мостик был жив. Там где трава и кусты скрыли тропу, легко находил дорогу по крокам из Компа. Через два дня мы подъехали к замку. Ворота замка открыты настежь, народ какой-то суетливый, поклонятся и бегут дальше, даже спросить некого. Только когда подъехали к главному зданию, на навстречу вышел кто-то типа управляющего. Поздоровался, представился, спросил, что происходит. Оказывается месяц назад граф де Гадон оправился в палаты Сияющего, то есть умер. Его правая рука и начальник охраны шевалье де Пес забрал кассу графа, почти всю охрану и исчез в неизвестном направлении. Десять дней назад в замок приехал наследник и новый граф Долис де Гадон. Позавчера он уехал в город, в мэрию, сегодня должен вернуться.

Решили дождаться нового графа. Управляющий нас разместил и долго жался, не зная как сказать, что в замке совсем нет продуктов. Поняв проблему, выдал ему десять золотых и сказал, что когда приедет новый граф, ему не должно быть неудобно принимать гостей.

Граф приехал на следующий день после обеда. Молодой мужчина, со слабым источником, раскланялся передо мной, от чего я опешил, он же тоже граф? Потом вспомнил, точнее, вытащил из Компа. Нынешний граф де Гадос, будучи баронетом Долис де Прадо, учился в нашей Магической Школе Дрона два года назад. Так что встреча вышла достаточно душевной, и продуктивной.

— Мы строим дорогу с гор в Холмоград, и она пойдёт через вашу территорию. Мы можем по-разному решить вопрос о получении разрешения пройти по вашей территории. Я вам предлагаю следующий вариант. Дорога пойдёт по глухим местам, мои люди могут показать вашим уполномоченным, где именно. Вы даёте поручение крестьянам ближайших деревень, чтобы они прорубили просеку. Надо им нарезать участки и они вырубят там лес. Из этого леса они поставят на дороге харчевню и конюшню возле неё. Всё что останется сверху этого, вы им разрешаете использовать для себя. Это будет платой за работу. В харчевню вы сажаете разумного, которому доверяете, и заключаете с ним договор. Сначала у него не будет дохода, но потом дорога заработает в полную силу, и харчевня станет доходной. Вот тогда, он, по договору, часть прибыли будет отдавать вам. Советую брать или половину прибыли, или одну десятую часть дохода, смотрите как вам надёжнее. Дорога должна быть прорублена к концу этого лета. Сумеете организовать?

— Кроме дохода от таверны, вы получаете хорошую дорогу в своих владениях, мосты на этой дороге мы построим сами. И ещё, пусть ваши крестьяне часть молодых семей переселяют к таверне, образуя новую деревню. Когда дорога заработает, они будут снабжать продуктами и товарами харчевню и проходящие караваны.

Написали документ «Взаимные обязательства графа де Дрович и графа де Гадон», подписали его, пожали друг другу руки, и мы поехали обратно. За эти пять дней, что мы отсутствовали, дорога уже спустилась на полгоры. Причем все шестеро детей старше трёх лет принимали активное участи в строительстве. У них быстро иссякали источники, и мамочки тщательно следили, чтобы они не перегружались, но все были при деле. А сколько потом было восторгов и обсуждений, кто и что сделал!

Ко мне подошла Ириана.

— Майкл, ты извини, я была неправа по поводу детей.

Я притянул её к себе и поцеловал в губы, совсем чуть-чуть, только прикоснулся. Она дернулась, отстраняясь, и шальными глазами посмотрела на меня.

— Что, непривычно быть женой? Мы ведь муж и жена, просто у нас брак не оформлен. Я работаю над этим вопросом, но это будет не скоро, потерпи.

Женщина положила руки мне на грудь и долго смотрела мне в глаза. Не знаю, до чего бы мы дальше договорились, но тут до Ирианы добрался трёхлетний Влад, обхватил её ногу и заявил:

— Мама, я тозе хосю петон делать, как Лоза.

Я поднял его на руки.

— Значит, хочешь делать бетон как Роза? Вот исполнится тебе осенью четыре года, и я тебя научу. Только мы будет учить на «Бетон», а «Кирпич». Это тоже очень нужное плетение, вот спустимся в долину, увидишь сам.

Вручил сына маме и пошёл заниматься другими делами.

А Ириана смотрела Майклу вслед и задумчиво улыбалась.

Закончили мы дорогу в той долине, где когда-то видели волков, потом наши охотники поджарили медведя. Только не в верхней её части, а ближе к устью ручья, около реки. И построили здесь то ли корчму, то ли караван-сарай. Здесь уже не было скал, и плетение бетон здесь «не стреляло». Обучил ребят плетению «Кирпич», которое позволяло делать прочные блоки из обычного грунта. Причем, если за исходное брать песок и глину, то получаются блоки, похожие на обожжённый кирпич. Тут нужна была мужская сила, и пришлось дружинников использовать в качестве грузчиков. А они и не возражали, так как работы по профилю у них не было. Они заполняли форму грунтом, песком, глиной. Кто-то из ребят или из магов спекал грунт в прочный кирпич, размером 50 на 40 и на 30 сантиметров. Его доставали и укладывали в стену, когда блоков набиралось много, я или Лиана спекали эти блоки в одно целое. За десять дней построили корпуса трёх зданий: корчмы, или таверны, гостиницы и большой конюшни. Мы поставили стены и накрыли их черепичными крышами. Это тоже было что-то с чем-то. В городах есть здания с черепичными крышами, но там черепицу делают гончары, она имеет довольно сложную форму, которую получают путём прессования глины в специальных формах. Для нас это слишком сложно и долго. Поэтому я пошёл по пути максимального упрощения технологии. Все крыши приказал строить двускатными, то есть, с точки зрения требований к черепице, нужно накрыть черепицей наклонную плоскость в форме прямоугольника так, чтобы вся дождевая вода скатывалась только вниз. Поэтому и черепицы мы делали простейшей формы в виде плоских прямоугольников с бортиками с двух сторон. Ну, ещё сзади в верхней части делался выступ, который цеплялся за брус перекрытия крыши. А бортики накрывались лотком с обратным изгибом. В деревянную форму накладывали грунт. Его маги превращали в керамическую черепицу, извлекали из формы и всё повторялось. Главный прикол был в том, что всю черепицу магически укрепляли дети. Работать «на склад» им было бы совершенно не интересно. Но мне удалось организовать дело так, что изготовленная черепица сразу поднималась на крышу и там устанавливалась на перекрытия. И дети сразу видели реальный результат своего труда. Кроме того, им приходилось считать изготовленные черепицы и записывать результат. Старшие смотрели на средних свысока, мол, мелюзга, взрослые вас озадачили, вы и рады стараться. Но средние дети: Мики, Алина, Рондал, — действительно старались. Даже Роза старалась от них не отставать. А когда их источники разряжались и они уходили к мамам, которые помогали им восстанавливаться, за работу приходилось браться старшим, Микаэлю и Анюте.

Стены стоят, крыши накрыты, теперь сюда нужно нагнать плотников, и сделать полы, окна и двери. Трёх бойцов из старого отряда оправил к графу де Гадон, показывать, где должна пройти просека под дорогу. А мы поехали домой на очередные каникулы.

Я решил немного сбавить командный напор, и привнести чуток демократии. Провёл то ли собрание то ли совещание, где нужно было решить, что и когда делать дальше. А дальше «мы подумали, и я решил», именно так, потому, что обсуждение пошло в противоположных направлениях. Понял, что в наших условиях от демократии только вред. Но раз уж сам затеял этот «референдум», пришлось держать штурвал, убеждать, доказывать, настаивать, где-то, даже просить или обещать. Наконец, получил желаемый результат. Будем считать, что это собрание решило: десять дней отдыхаем, потом строим дорогу в Долину Семи Гор, начинаем там строительство храма и дворца правителя. А как только получаем сигнал, что готова просека под дорогу в Холмоград, возвращаемся туда и проходим эту дорогу из конца в конец, делая, где нужно, мосты или участки плотной дороги. Но туда поедут только маги Земли. Остальным пора восстанавливать учебный процесс в Колледже.

И тут грянул гром, Микаэль заявил, что берёт в жёны Анюту, и он сам будет управлять герцогством. Мамы в панике, остальные ржут над нами, а детки полны решимости бороться за свои права.

— Юлий, тебе очень важное поручение. Берёшь Микаэля и таскаешь его целый день с собой, заставляя пытаться решать абсолютно все вопросы, которые тебе приходится решать. Обрисовываешь ему проблему, без особых подробностей и предлагаешь выдать решение. Потом добавляешь детали, снова подумать и выдать следующее решение. Если он где-то скажет глупость, терпи, если решит задачу правильно, слегка похвали. Главное, чтобы он был занят с утра до вечера. Хочет управлять герцогством? Это выглядит именно так, работа, работа и работа.

— Анечка, а Анюте скажи, что сниму с неё панталоны, и по заднице крапивой нахлещу, чтобы парню голову не дурила. Будет восемнадцать лет, вот тогда пусть изображает из себя невесту. А сейчас пусть об учёбе думает, а не о женихах. Розалия, а когда у тебя ребёнок будет?

— А причём здесь мой ребёнок?

— Надо девочке показать, что взрослая жизнь, это куча обязанностей. Вот пусть ночью встаёт малыша укачивать, пелёнки за ним стирает, обеды для семьи готовит, ещё что-нибудь. Нужно, чтобы они поняли, что став взрослыми, они потеряют право проводить время так, как им хочется. Они-то думают, что это только им, детям, куча запретов, а взрослые делают, что хотят. Вот и надо их завалить взрослыми проблемами, чтобы было не продохнуть!

В Долину Семи Гор поехали уменьшенным составом: Лилия со всей семьёй, мы с Анейрой, Ирена, из детей Анюта, Алина, Рондал, Мики и Роза. Повара не взяли, но возницы повозок прекрасно готовили, без разносолов, но вкусно. Когда встали на стоянку в начале ущелья, я им выдал удочки, и они нас закормили рыбными блюдами. Уха, рыба жареная, и печёная, и копчёная, и солёная. Анюту заставлял мыть посуду, помогать поварам, стирать одежду себе и остальным детям, так как она самая старшая.

Однажды, после ужина, я сидел на берегу, отдыхая, и бездумно глядя на воду. Недалеко крутился Ужас, и его очередная подруга, такой же окраски, я их называю — ужасной породы. Павел назвал выведенную им породу лошадей Загорские Северные.

Вдруг Ужас предупредительно рыкнул, я тут же «включил» Сканер и обнаружил, что ко мне подходит Анюта.

Девочка села рядом со мной, как-то по-взрослому вздохнула и спросила:

— Папа! А можно я снова ребёнком буду? Я уже поняла, что с женитьбой Микаэль намудрил, а я ему подыгрывала. Я больше не буду.

Поцеловал дочь в щеку и посмотрел её в глаза. Там и вина, и неудовлетворённое самолюбие, и ещё что-то трудноуловимое.

— Хорошо! А что у тебя с магией?

— Всё по-прежнему, некогда было заниматься.

— Анюта, ты у меня старшая дочь, и у тебя большие способности. Поэтому с тебя спрос всегда больше, чем с младших. Ты никогда не прекращай заниматься магией. Мне много раз спасало жизнь именно то, что я знаю и умею чуть больше, чем мои враги. Я тебе что-то покажу. Смотри, вот камешек, я его сейчас запущу вон в тот куст за речкой, там кто-то шевелиться. Бух! — и камень врезался в куст на другом берегу.

«Бух» — это у меня команда на включение моего умения магией ускорять предметы до скорости автоматной пули. Предметы типа камешка или лёгкой стрелы могут лететь на 200–300 метров, Предметы весом тяжелее 40 граммов, летят метров на 100.

Из кустов выскочил местный заяц, и пустился наутёк.

— Так получилось, что мне подарили такое умение. То есть я так делать умею, а как я это делаю, я и сам не знаю. И кого-то другого научить не могу. Но я знаю, что такое плетение существует. А ещё существует такое плетение, когда этот камешек можно не швырять, как я, а просто переместить, причём переместить мгновенно. Вот он был здесь, на ладони, и вот он уже там. Это называется телепортация. Вот, мечтаю этому научиться. Это я хочу тебе показать, что в магии очень много всего неизученного и просто неизвестного. Но ещё нужно помнить, что есть нехорошие разумные, которые сами не могут чего-то достичь, или не хотят много трудиться, но считают возможным отобрать у других. И они очень завистливые. Поэтому о том, что ты умеешь можно рассказывать только самым близким людям, которые не будут болтать и не предадут. Иначе сама попадёшь в беду и мы вслед за тобой.

— А почему и вы?

— А ты думаешь, мамы или я оставим своих детей в беде?

После этих слов девочка бросилась ко мне на шею и прижалась изо всех своих сил. Посадил её на колени, и мы долго так сидели, обнявшись.

Почему-то вспомнилось, что в своей первой жизни там, на Земле имел двух дочерей, и всегда не хватало времени, чтобы уделить им чуть больше внимания. Если бы удалось не сюда попасть, а там, на Земле вернуться в свою молодость, многое бы сделал по-другому. Так вот, решаю, надо здесь прожить так, чтобы не было желания вернуться и сделать по-другому. Это ведь и так вторая попытка, третьей может и не быть.

Потом сели вдвоём на Ужаса и поехали в лагерь. И я даже не предполагал, какие последствия будут у этого разговора.

Глава 4. Снова в Холмограде

Дорогу по ущелью, соединяющему Загорье и Семигорье, я решил сделать в одном уровне, без спусков и подъёмов. При этом дорога будет извиваться по склонам гор, повторяя все изгибы реки над которой она проходит, и, соответственно, её длина увеличится. Несмотря на увеличившуюся длину, эту прекрасную дорогу в Долине Семи Гор сделали за пять дней. На маршруте длинной в девять километров, сделали три площадки для разъезда встречных караванов. Лилия ещё и мост через речку Восточную расширила до четырёх метров. И вот мы вступили в Долину Семи Гор. В этом месте всё же нужно пересечь реку Среднюю. И все вместе мы строим большой мост. Этот мост — это лицо долины, лицо графства, престиж графа! Поэтому мост у нас получился большой и широкий. Длина моста получилась сто двадцать метров, правда почти половина из них — это подъездной виадук, то есть мост над сушей. Ширину моста сделали шесть метров, так что встречные кареты разъезжаются без проблем. За мостом сделали большую площадку и причал, и на этом работы закончили.

Здесь можно построить большой город, но если на небольшой реке будет большой город, то можно будет забыть об экологии и о рыбалке в этой реке. Поэтому место под город пока выбирать не буду. Приглашу специалистов, рассмотрю варианты. Пока будем готовить место под храм и наш дом, или дворец графа, называйте, как хотите. Послал посыльных, чтобы вызвали сюда моих жён с детьми и Розалию с мужем. А сами начали обследовать территорию вокруг Дерева Жизни. Пока вырисовывалась такая картина, и это не я придумал, а это плод совместных «мозговых штурмов». Вокруг Дерева Жизни очерчиваем круг диаметром сто метров. Это зона его корней, здесь можно вырубить кустарник и сделать газон, дорожки с гравием, но не бетонные, посадить многолетние цветы. И больше почву не тревожить!

Между Деревом и рекой расстояние в полкилометра, это будет территория графской виллы. А южнее Дерева можно будет строить Храм Всех Святых.

Круг под Деревом, обозначили колышками. Тут приехали все мои близкие. Даже Юлий с Микаэлем посчитали необходимым приехать, ознакомиться с новой территорией.

Назначил Ирену начальником группы по разработке проекта Виллы графа. А сам занялся рыбалкой с младшими детьми. Даже Влад и Катрин пытались тащить клюнувшую рыбу из воды. Им через два месяца будет по четыре года. В какой-то момент Анюта притащила Микаэля, и он, запинаясь, через силу, попросил освободить его от обязанностей управляющего герцогством.

— Микаэль, а почему тебе так трудно даётся эта просьба, как будто тебе очень не хочется, но ты заставляешь себя?

— Я герцог!

— Ну да, а я всего лишь граф, правда? А представь себе ситуацию, в армии генерал и он простой барон. Он своим умением, своими талантами добился такого положения, стал генералом. И ему обязаны беспрекословно, подчёркиваю, беспрекословно подчиняться все офицеры его части, будь они хоть графы, хоть герцоги. Мы с тобой не в армии, но я изо всех сил стараюсь укрепить герцогство твоей мамы и твоё, собственно говоря. А ты начинаешь чудить, и противится моему влиянию на твою маму. А ты подумай ещё вот о чём. Алина и Влад твои сестра и брат, но они мои дети. Получается мы все одна семья. А я старший мужчина в семье, и я несу ответственность за всех вас и за нашу общую жизнь. Я ведь не требую, чтобы ты называл меня папой, не пытаюсь тобой командовать в мелочах. Но есть такие вопросы, в которых нужно принимать единоличное и быстрое решение. Если я по каждому поводу буду тебе что-то доказывать, убеждать, что это правильно, многие решения не будут приняты вовремя, и от этого всем будет плохо, и тебе в том числе. И ещё, ты любишь свою маму, но при этом ты на неё обижаешься, что она больше с малышами возится, но так бывает в каждой семье. Мама Аня тоже больше внимания уделяет младшим детям, но Анюта ведь на неё не обижается. Конечно, у Анюты есть и мама, и папа, а у тебя только мама, тебе труднее. Но давай попробуем сделать вот что. Ты согласись с тем, что я у тебя буду вместо папы. Он был умный человек, и он мне доверял, он просил позаботиться о его семье, если вдруг он погибнет. Даю тебе слово, что я не буду претендовать на твоё герцогство, на твой титул. Но буду изо всех сил укреплять и поднимать Загорье. И пока ты растёшь, и достигаешь совершеннолетия, считай, что я как бы твой папа. Это будет не трудно, потому, что в нашей большой семье меня все дети считают папой. Ты можешь называть меня «господин граф», или «Ваше Сиятельство», это не имеет значения, главное, чтобы ты относился ко мне так, как бы ты относился к отцу, если бы он был жив. И я очень хочу, чтобы ты считал меня своим другом, не конкурентом, а другом. Сейчас ничего не говори, иди, занимайся своими делами. А твой ответ, он будет в твоих поступках.

А сам я сел на своего коня и уехал в лес, а там изрубил мечом полгектара кустарника, и опять разбил в кровь свои кулаки об деревья.

Ну почему я не могу своему сыну сказать, что он мой сын? Проклятое сословное общество! Пропади они пропадом все эти титулы, звания, и прочая мишура!

К своим вернулся уставший и грустный. Злость прошла, но грусть осталась. Анечка, как наседка стала хлопотать вокруг меня: присядь, покушай, что-то ты уставший, отдохни. А Ирена и Розалия почувствовали тревогу, но держались в стороне.

— Ну, что у нас с проектом виллы и дворца? Кстати вы Настоятеля не привезли? Пора ему давать нам какие — то рекомендации или целиком проект.

— Майкл, мы посоветовались и решили нанять архитектора.

Как же мне самому столь очевидная мысль в голову не пришла?

— Кто поедет искать архитектора? Нам не нужен именитый, нам нужен талантливый. И ещё, предложите ему спроектировать и построить город, от начала и до конца. Чистый и светлый город с водопроводом, канализацией, широкими улицами. Город, в котором не будет трущоб и бедных кварталов.

— Мы все в скором времени двинемся в сторону Холмограда, дорогу править и прокладывать. Можете все съездить в город, повидаться со знакомыми. Розалия, если переманишь к нам музыкантов, которые играли у тебя в салоне, будет здорово.

Словом, решили не спешить, решать вопросы по мере созревания их решений, не портить природу Семигорья непродуманными стройками. И двинулись всем табором в сторону Трёхречья. Из дружины взяли десяток бойцов, желающих посетить город, и переодели их как простых наёмников. В Трёхречье переночевали, а на следующий день, за один день достигли долины у реки, где мы поставили корпуса для будущего пункта остановки караванов, преодолев два перевала и пройдя Долину Злого Мага. А здесь мы наткнулись на крестьян, которые шарили здесь, пытаясь что-нибудь стащить. Дружинники хотели их поколотить, но я потребовал, чтобы, в качестве наказания они привезли сюда брёвна и плотников, чтобы сделали хотя бы двери. На другой день, как я и наказал крестьянам, они двигались нам навстречу, с пиломатериалом и плотниками. Я решил плотникам заплатить за работу, но они должны сделать двери и окна во всех зданиях. Плотников было всего двое, и они сказали, что до дождей не успеют, и стекла у них нет. Ну, пусть хоть двери сделают!

Проехали всем табором по дороге до Холмограда. При этом укрепляли полотно дороги в низинах, где обычная дорога раскиснет в сырую погоду и станет непроезжей. Ещё построили три моста, и расширили один, ранее построенный. Оказалось, что крестьяне графа де Гадос построили не одну, а две корчмы. Одну поставили в начале дороги почти сразу после моста, а вторую посередине между первой корчмой и нашим караван-сараем. Ну, как хотят, хотя, на мой взгляд, это избыточно, только если караван будет сильно перегружен, тогда он сделает две остановки. Видимо крестьяне ориентировались на привычное для них состояние дороги, а мы сделали дорогу значительно лучше, то есть более скоростную. Хотя для гужевого транспорта, термин «скоростная дорога» как-то не звучит.

И вот мы въезжаем в Холмоград. Заранее посланный сержант снял целиком трактир Старого Эльфа. Направляемся к трактиру, я еду впереди, с Розой на руках, точнее, она сидит передо мной на специальном приспособлении для перевозки малышей. И вдруг на дорогу выходит какой-то щупленький тип, а на обочине, с обеих сторон от дороги стоят шесть мордоворотов с палками, похожими на дубины.

— Я искренне извиняюсь, милостивые господа, но у нас въезд в город платный.

— Почему же плату взымает не стража на воротах?

— Стража в подчинении у муниципалитета, а мы горожане, у нас свой сбор.

— Скажешь своим старшим, чтобы пришли в трактир к Старому Эльфу и спросили приезжего графа, там с ними и поговорим. А тобой мне говорить не о чем!

Щуплый подал знак, и мордовороты перекрыли дорогу, поигрывая дубинам. Я оглянулся назад:

— Всем поднять щиты.

На громил бросил лёгкий паралич, а щуплому проникновенно сказал:

— Ты милостивый горожанин ошибся, скажешь своим уродам, барон де Дрон вернулся, пусть прячутся.

Ужас пошёл вперёд, двумя кивками головы повалил в разные стороны, словно кегли, стоящих неподвижно бойцов теневой экономики, и мы проехали дальше. Разместив наш отряд в трактире, взял с собой Розалию и поехал к мэру. С нами увязался Серж, так как Розалия ждала ребёнка, и, хотя срок был ещё небольшой, Серж, как истинный гном, трясся над ней, как нянька над дитём. До мэрии добрались без происшествий, но в мэрии оказался другой мэр. Нашего знакомого Николя де Камен сместили и поставили мелким клерком в той же мэрии.

Выяснили где его найти, прошли в этот отдел, и я пригласил Николя сходить с нами пообедать. Он как-то замялся, в это время в отдел ворвался какой-то лохматый разумный, и начал кричать, что Николь опять бездельничает, на нас стал кричать, что в этом отделе посетителей не принимают, и начал нас выталкивать из комнаты. Когда он толкнул Розалию, не сильно, но толкнул, Серж развернулся и врезал чиновнику по физиономии. Тот упал, заскулил и пополз к окну. Когда он до этого окна добрался и выглянул наружу, видимо, чтобы позвать стражу, я был уже рядом и помог ему выпасть из окна. Видя ужас на лице Николя, взял его за плечо и сказал:

— Тебя уже уволили, так что идём с нами. А мы своих не бросаем!

Прошли в тот же трактир, куда нас водил мэр в прошлый раз, но Николь резко затормозил перед входом.

— Туда теперь нельзя, там только для начальства.

— А мы и есть, начальство, — и зашли, втащив упирающегося бывшего мэра.

Нам навстречу метнулся то ли официант, то ли бармен.

— Господа, мест нет, — хотя в зале было почти пусто.

Взял его за шею, слегка придушил, притянул к себе.

— Для нас места есть, обслужишь по высшему разряду, а попробуешь отравить, или ещё что-нибудь устроить, посажу на кол. А то в этом сраном городишке давно никого не сажали. Бегом!

Обслуживали нас очень быстро. Я знал, что у Розалии есть амулет, распознающий большинство ядов. А я себе сделал по воспоминаниям полуэльфа амулет распознающий, эльфийские яды. Так что пищу мы предварительно проверяли.

— Николь, рассказывай, что произошло со времени нашего отъезда?

— В начале года, почти сразу после вашего отъезда, приехала комиссия из столицы, и старшим в ней был эльф. Они пытались разобраться, почему четыре года назад погиб эльф, один из руководителей бандитов из трущоб. Директору Магической Школы поставили задачу, поддерживать во всём гильдию кузнецов. Мне просто объявили, что я больше не мэр. При этом никаких мандатов или бумаг от короля они не предъявляли.

— А что с больницей?

— Она их не заинтересовала.

— У тебя семья есть?

— Да, жена и двое детей.

— Готовься к переезду. Срочно всё продавай, вот прямо за два дня, и приезжай на конной коляске в трактир Старого Эльфа. Когда мы покинем город, не знаю, но возможно придётся делать это в спешке. Поживёшь с нами, а потом уедем в Загорье. Здесь тебя просто убьют. Розалия, Серж, сейчас выходим, и все перемещения по городу только под щитами от арбалетных болтов. На атаку отвечать, только если меня чем-то отвлекли. Официант, у вас есть рыбный клей?

Мне принесли рыбный клей, я достал из сумки пять арбалетных болтов и крыло убитой в лесу птицы. Она была похожа не земного филина, и я отрезал крылья, хотел ребятам на поделки отдать. Большое перо разрезал ножом на пять частей, потом каждую часть вдоль, по сердцевине, и полученные части пера наклеил на арбалетные болты. Мои собеседники смотрели с недоумением, но ничего не спросили. А я готовился к войне.

— Николь, а сейчас в городе эльфы есть?

— Да, после отъезда комиссии, приехал один и обитает где-то в квартале кузнецов.

В это время дверь в трактир открылась и вошёл эльф, такой же важный и надменный, как тот, что получил золотой в голову и умер четыре года назад. Я мог и этому подарить золотой, но это уже почерк, ведущий к киллеру, то есть ко мне.

— Эй, трактирщик, почему здесь посторонние? — оказалось это не официант, а трактирщик.

— Ну что ты на маленьких людишках отыгрываешься? Это же мелко и подло! — специально провоцирую на разговор на повышенных тонах.

Но этот эльф — тёртый калач, на подначку не поддаётся, и даже не поворачивает головы.

— Серж, ты только не вмешивайся.

Трактирщик что-то лепечет в своё оправдание. Но Эльф, вдруг выхватывает шпагу и отрубает трактирщику голову. Потом разворачивается и идёт к двери, проигнорировав нас.

— Эй, эльф, ты забыл вот эту безделушку, — у меня на ладони лежит арбалетный болт с наклеенными крылышками из пера филина.

На эльфа он дёрнулся, но продолжал идти, я уж подумал, что придётся бить в затылок, но на «безделушку» он повернулся. Ага, любопытство сгубило кошку!

— Бух! — и болт вошёл в глаз эльфа.

— Платить некому, да и аппетит нам испортили, уходим без оплаты.

— Я бы положил пару монет, — это Серж.

— Нет, Серж! Это след, сразу будет видно, что обедал порядочный человек, а нас в городе всего трое, так что не нужно! — жизнерадостный смех Сержа и улыбка его жены были мне наградой.

А Николь даже не улыбнулся, трусоват он всё-таки. Выхожу на крыльцо и вижу пролётку, в которой сидят двое руководителей из гильдии кузнецов. Увидев меня, они что-то говорят кучеру, и пролётка начинает удаляться. Когда пролётка отъехала шагов на 100, оба повернулись посмотреть, что я делаю. А что мне тут делать? Отправляю два арбалетных болта с крылышками.

— Бух! Бух! — на таком расстоянии болты успевают разогнаться и пробивают головы кузнецов насквозь. Один из болтов после этого впивается в спину возницы, и он валится вперёд, падает под колёса повозки, на лошади продолжают бежать вперёд и повозка удаляется вдоль по улице. А мы поворачиваем в другую сторону и возле мэрии садимся в коляску.

Я только что убил троих разумных целенаправленно и одного случайно. Мучает ли меня совесть? Нет! Я не крутой спецназовец, и не герой голливудских боевиков, для которых убить разумного, это просто работа. Вовсе нет! Но вот ведь какая штука, они хотели моей смерти, а от меня зависит благополучие всей моей семьи, и жён и детей. То есть вопрос стоит очень просто, или они умирают, или я.

Это ведь были не те, про кого говорят «хороший человек». Это даже не хищники, это были гиены, те, для кого жизнь разумного ничего не значит! Этот эльф убил трактирщика, который всё делал для них, даже не в наказание за проступок, а просто для устрашения всех других. Это были рэкетиры, причём в самом жестоком их исполнении, как мафия в нашем мире в 30-е годы 20-го столетия. Их невозможно ни убедить, ни припугнуть, только полное уничтожение этой банды даст возможность городу жить нормально. А нам с этим городом судьбой предначертано сотрудничать!

Подвозим до дома Николя и едем в Магическую Школу. В школе расположение корпусов не изменилось, и мы проходим в кабинет директора школы. Директор здесь тот же, что и принимал у нас Школу.

— Здравствуйте граф де Ислан, позвольте представиться в новом качестве: Граф де Дрович, а это мои коллеги и родственники граф ан Дрович, и его супруга, урождённая маркиза де Горса.

Граф рассыпался в приветствиях и комплементах даме.

— А не подскажите ли граф, что происходит в городе? Как-то сильно он изменился, точнее не город, а поведение его граждан.

— Ах, господин барон, о, извините, Ваше Сиятельство, столичная комиссия сочла, что те веяния, которые вы претворяли в жизнь, не соответствуют воле монарха. Мне было рекомендовано, в отличие от вас, поддерживать хорошие отношения с гильдиями мастеров.

— А не скажите ли, кто стоит во главе гильдии кузнецов, кто же эти, несомненно, уважаемые разумные?

— Вам их имена вряд ли знакомы, это новые люди в руководстве. Двое из них, это представители мастеров кузнечного дела. Нашим магам иногда приходится работать с ними вместе при изготовлении эксклюзивного оружия. А третий руководитель гильдии прислан из столицы и выражает волю монарха.

— А как дела в Школе? Кого у вас больше в числе обучаемых, слабых магов или сильных.

— Нет, нет! Это всё были ваши личные эксперименты! Мы же работаем исключительно в соответствии с пожеланиями Короля. У нас учатся только по-настоящему одарённые молодые люди, в основном иногородние.

— Спасибо за разъяснения! Благодарим вас за оказанное нам внимание! Только хочу вас чуть-чуть предостеречь: то, что вам озвучили, это не пожелания Его Величества, а желания председателя той комиссии.

Поехали к дому Главы Совета Аристократов. Представился, прошли в гостиную. Навстречу вышел хозяин дома.

— Господин барон, а мне доложил, что приехал какой-то граф.

— Позвольте представиться граф де Дрович. Мои родственники, граф и графиня ан Дрович.

— Гномы?

— Из Клана гномов, но это не важно. Я к вам за информацией, не могли бы вы разъяснить нам, что так сильно поменялось в городе и почему.

— Мы все чертовски сожалеем, что вы отдали школу в такие руки, понимаю, что, кого прислали из столицы, тому и передали. Так вот из столицы приезжала целая комиссия. Оказалось им есть дело, и их даже очень беспокоит, кто стоит во главе гильдии кузнецов! Прислали своего представителя, эльфа. Представляете, эльф в гильдии кузнецов. Да и боги с ними! А вот магическая школа стала совсем не та, наши аристократы не хотят туда посылать своих детей. Может, вернётесь Ваше Сиятельство!

— Мы школу передали по приказу короля. Этот вопрос закрыт. Но мы хотим открыть подобную школу, точнее, колледж в Загорье. Где-нибудь, через годик можно будет присылать к нам детей и взрослых.

— Да до вашего Загорья добираться, легче к эльфам съездить!

— Мы стоим новую дорогу, пока говорить рано, но дорога придёт именно в Холмоград. Думаю, будет не больше трёх дней пути. Так что успокойте аристократов Холмограда, будет им, где обучать детей.

Наконец, мы вернулись в трактир Старого Эльфа. Анейра и Ириана, вполне ожидаемо, умчались в Больницу Дрона. После обеда встречаюсь с Главой Совета Магов города.

На лице пожилого мага грусть и печаль.

— Они всё вернули в прежнее русло, опять маги живут как враги. А кто не подчинился, их отлавливают поодиночке и убивают. Четверых так убили.

— А кто это делает?

— Стражники якобы концов не нашли, но все говорят, что это гильдия кузнецов.

— Вы могли бы собрать всех магов, нет не на собрание, а просто для разговора. Пригласите их всех в гости к барону де Дрон в трактир к Старому Эльфу завтра в десять часов утра. И ещё не хотите вместе со мной съездить к начальнику стражи города?

Мы приехали в казармы стражи примерно во время ужина. Я взял с собой двух магов их нашей команды: Маркуса де Бриль, и Николя де Борзон, — и Глава Совета Магов был с нами.

Ужин в городской страже происходил весьма странно. Нас не хотели пускать на территорию казарм, но мы сказали, что идём лично к начальнику стражи, а сами сели в сторонке, решив дождаться окончания ужина. Так вот сидим и видим такую картину, вся стража выстроена, как для смотра. То есть, в городе сейчас стражи нет совсем. Далее начальник стражи, разожравшийся гном, на которого не один доспех не налезет из-за его толщины, начинает вызывать старших десятков или патрулей, они подходят и выкладывают на стол возле начальника деньги, драгоценности, ещё какие-то вещи. Понимаю, что идёт сдача доли добра, награбленного за день. То есть стража в этом городе тоже превратилась в рэкетира, это даже коррупцией не назвать! В конце этого беспредела начальник вызвал перед строем шестерых десятников, и начал на них орать, брызгая слюной, что если в течение трёх дней, они не начнут работать как все, он вышвырнет их из стражи.

Я решаю вмешаться, честно говоря, страшно, а вдруг вся эта толпа вооружённых мужиков бросится на меня? Но не вижу другого выхода, если в страже не навести порядок, можно на Холмоград в своих планах не рассчитывать. А мы ведь сюда дорогу построили!

Подхожу к орущему гному сзади, высверк серой молнии моего Сумрака, и голова гнома упала на землю плаца. На плацу установилась гробовая тишина. Грохнулось на землю жирное тело бывшего начальника стражи.

— Вы все слышали, про барона де Дрон! Этот мальчик, ягнёнок по сравнению со мной! Если хотите жить, будете служить по Уставу Стражи города. Кто не поймёт — умрёт. Если не хотите служить честно, увольняйтесь из стражи.

Поворачиваюсь к шестёрке бывших «штрафников».

— Кто из вас справиться с должностью мэра города? — два сержанта пальцами показывают на своего соседа.

— Представьтесь!

— Десятник Натан Малиш.

— Решением Совета Магов города, назначаетесь мэром города. Нынешнего мэра изгнать из города, или повесить, на ваше усмотрение. Вы, — указываю на его соседа, — назначаетесь начальником Стражи города. В страже оставляете только тех, про кого знаете, что он не будет продолжать творить то, что было до сегодняшнего дня. Наберёте нормальных парней, пусть и необученных, будете сами обучать. Вы двое — заместители начальника Стражи.

Указываю пальцем на двух прежних заместителей.

— Этих арестовать и под стражу. Проведёте суд, но сначала назначьте нормального судью. В их кабинетах и домах, в кабинете и во всех домах начальника стражи провести тщательный обыск. Всё ими награбленное — в казну города, часть потом пойдёт на зарплату Страже. И чтобы больше никогда не было вот таких всеобщих построений, я так понимаю, что в городе сейчас нет ни одного патруля. Зачем тогда нужна вся ваша стража, если город отдан на разграбление бандитам? И ещё, нам нужен проводник в трущобы. Хочу поговорить с руководством Гильдии кузнецов.

В квартал кузнецов мы приехали на трёх пролётках, с собой взял нового мэра города, мэра, занимавшего должность перед нашим приездом, Главу Совета магов, Главу Совета Аристократов, Сержа и Маркуса. Проехали до здания, где меня принимали в прошлый раз.

Рядом со зданием стояла группа тех самых громил, на этот раз их было около двух десятков. Кто-то узнал меня.

— Маги! Бей их!

Плетение «паралич» остановило не более шести громил. Остальные начали обходить нас с двух сторон.

— Парни, сквозь защиту, бей! — а сам в пулемётном темпе отстреливал нападавших лёгкими арбалетными стрелками с плетением преодоления магической защиты.

Парни тоже не подвели, и уложили по паре громил, используя удары концентрированными шарами плазмы. Все маги Огня разрабатывали эти шары в течение двух месяцев. Результат, вот он, на практике впечатлил четверых нападающих. Собрал все стрелки, с малого расстояния они не набирали полной скорости и не пробивали тела врагов насквозь, а улики оставлять я не хочу. Заходим в здание и видим, что здесь проходит совещание. Очень хорошо, никого искать не нужно. Трое, из собравшихся как бы кузнецов, вскакивают и начинают кричать, угрожать. А я внимательно отслеживаю всех остальных. Вот один из них сжал какой-то амулет, и мой нож пробивает его мозг, войдя в глазницу. Его сосед, имеющий лёгкие эльфийские черты вскакивает с места, и тут же валится с таким же подарком. А ножей в Сумке путешественника у меня ещё много. Трое кричащих как-то скромненько уселись на свои места.

За грудки поднимаю со скамьи ближайшего разумного и вежливо спрашиваю:

— Кто сейчас возглавляет силовую группу?

Разумный что-то невнятно лепечет и показывает пальцем на здоровенного детину с бородой и бритой головой, как на Земле ходили воинствующие исламисты. Детина вскакивает, и тоже падает с ножом в глазнице.

— Уважаемые мастера, я вам предлагаю вспомнить, что вы кузнецы, разумные, умеющие делать нужные и полезные вещи. Работайте, продавайте свои изделия, и вы будете полезными жителями города.

Обращаюсь к старому мэру:

— Скажите уважаемый, кто из присутствующих вас запугивал и заставлял нарушать законы королевства? И что именно они вас заставляли делать?

Трое крикунов снова вскакивают, и замирают скованные плетением «Паралич». Бывший мэр, трясясь от страха, перечисляет, что он творил с подачи этих бандитов. Это уже не рэкет, это наглый грабёж, отъём собственности у многих горожан, занимающихся, как на Земле говорили, «мелким бизнесом». Пока он говорил, эти трое посинели, потом побледнели. И когда я снял с них паралич, три трупа упали на стол, потом сползли под стол. Это плетение «Лёгкий паралич» сковывает все мышцы, кроме дыхательных, что позволяет держать его долго, без особого вреда для разумного. А от «Паралича» эти трое умерли просто от прекращения дыхания.

— Вы ведь уже поняли, что заниматься беспределом в этом городе стало просто опасно? Вы ведь видите, я не один собираюсь в городе порядок наводить. Вы сами создали ситуацию, когда вас все ненавидят! Поэтому, если к вам ещё раз приедет кто-то из эльфов, или разумный по их поручению, вы его просто прикопайте где-нибудь, по-тихому. И живите дальше. Поверьте, грабить легче, чем работать, но работать спокойнее и для здоровья менее вредно.

Мы все вышли, оставив у кузнецов старого мэра. Не уверен, что он переживёт эту встречу, ну, с кем дружил, пусть от них и получит.

А на следующий день в зале трактира собрались все маги города и новый мэр. Завтрак уже закончился, но наша ребятня сновала туда-сюда, и маги с удивлением взирали на детей. Мы вышли всей командой.

— Уважаемые коллеги маги! Я вам это всё уже говорил, долго повторяться не буду. Вот видите нас, мы команда, и в наших силах очень многое. А вы каждый сам за себя, и вами опять помыкают проходимцы. Приехал какой-то эльф, и запретил вам то, что вы решили всем коллективом. Не обязательно было с ним воевать. Вот он уехал, почему вы не восстановили работу Совета?

— Нам что, против короля идти?

— А кто вам сказал, что этот эльф был от короля? Кто-нибудь из вас, или вообще в городе видел бумаги этого эльфа? С чего это вы все поверили безоговорочно, что если эльф, то это от короля? Король был очень доволен результатами работы Магической Школы Дрона. А эта комиссия практически закрыла эту школу. Король бы никогда не отдал такого приказа.

Осмотрел зал, подмигнул заглянувшему начальнику Стражи города.

— Если вы сами так боитесь принимать решения, решу я. С сегодняшнего дня Совет Магов города работает в прежнем составе и по тем же правилам, что и было.

— Далее, мне нужен архитектор, такой, который не побоится спроектировать и построить целый город по единому проекту. Если среди вас есть такой, или вы знаете такого, сообщите об этом графине ан Дрович. Условия будут самые выгодные. Мы построили дорогу в Загорье, если кто-то хочет посетить герцогство на предмет возможной работы, милости просим. Выезжаете из города по северной дороге, через шесть часов пути будет мост через реку, сразу за мостом развилка, там есть указатель, нужно повернуть на запад и по этой дороге двигаться до перевала. На дороге будет две корчмы, а перед подъёмом на перевал — караван-сарай, правда сейчас они ещё не достроены. На перевале стоит форт, где досматривают всех без исключения. Поэтому Поленский дурман, «травку» от Степняков, или напитки от Фанов с собой не берите, не пропустят.

На этом и завершили это «собрание».

На другой день поехали к приёмному отцу в Дроновку. С собой взял только Ирену двух нянек и младших детей: Влада, Катрин и Розу.

Главный вопрос, который мне нужно было решить, это крестьяне. Мне нужно население в Семигорье. Благодаря принятым мерам, в деревнях у отца жизнь не только нормализовалась, но и сильно активизировалась. Молодёжь женится, появилось много новых семей. Договорились с бароном де Дрон, что по весне он направит ко мне два десятка молодых семей.

Но это капля в море. Мне нужны тысячи разумных, для расселения их в герцогстве и графстве. Устроили мозговой штурм, единственное, что пришло в голову, засылать агитаторов на территории бывшего Русинского королевства, ныне занятые другими королевствами. Так и сделали. Выбрали города, на границе современного королевства, направили туда разумных из числа ветеранов войны, которых мы исцелили. Они должны организовать пункты приёма беженцев, и обеспечить их переправку к нам в Загорье. А информацию на занятые другими королевствами территории отправлять с купеческими караванами.

Направили пять человек и в разные города, но результаты появятся только после зимних дождей. В Холмограде нанял бригаду плотников и стекольщиков. Они должны сделать окна и застеклить их в нашем караван-сарае перед подъёмом на перевал. Если возьмут стекла с запасом, то могут ещё и две корчмы застеклить в графстве Гадона. В Магической Школе, минуя директора школы, раздали преподавателям приглашения работать в нашем Колледже.

Ещё посетил всех своих компаньонов производственников. Оказалось, что они уступили давлению старого начальника Стражи и платили ему по четверти от прибыли. А прибыль у них сильно упала, так как в моё отсутствие им приходится заряжать амулеты обычным порядком, у городских магов по общим расценкам. На вопрос, почему меня не предупредили, ответ был примерно одинаковый, все считали, что комиссия была прислана королём и выражала его волю, так какой смысл сопротивляться. Объяснил ситуацию с коррупцией во власти, что король, наверняка, совершенно не в курсе этого беспредела. Поэтому, если что-то подобное произойдёт ещё раз, немедленно меня ставить в известность, тем более, что дорога теперь есть.

Вроде бы все дела сделали, и караваном выехали по северной дороге. Дал команду остановиться на нашей стоянке у реки, а сам с Сержем и Маркусом вернулся в город, переодевшись и оставив пятнистых коней в караване. На следующий день какие-то мутные личности заявились в мэрию, и записались на приём к мэру. Трое разумных, один из них средней силы маг Природных Стихий, вошли в кабинет к мэру. Маркус, находившийся в приёмной, подал нам знак, и мы ворвались в кабинет, накрывшись щитами. Мага я убил сразу, проткнув ему горло Сумраком, а двух других, пытавших мэра, накрыл Лёгким Параличом. Приведя мэра в порядок, занялись получением информации, то есть допросом. Серж пытался выбивать информацию кулаками, но я сразу перешёл к интенсивным методам. Не буду описывать всю эту «чернуху», но с рэкетирами надо действовать их же методами. Решив, что один из двух бандитов в большей степени похож на разумного с наличием интеллекта, я со вторым проделал такие вещи, которые делают бандиты, когда шантажируют родственников жертвы. Только здесь было не сочувствие к жертве, а угроза повторить с ним то же самое. И бандит запел соловьём. Оказалось в трущобах есть ещё одна банда, имеющая подчинённое положение по отношению к гильдии кузнецов. Сегодня утром двое кузнецов пришли к ним в банду и поставили задачу главарю этой банды выбить из мэра деньги, которые были захвачены Стражей и мэром в домах бывшего начальника Стражи и его помощников. Остальная часть банды, девять разумных должны их ждать на явочной квартире в районе трущоб. Причём в том строении, внешне похожем на никчёмную халупу, есть хороший подвал, в котором прячется вся банда в случае облавы. Имена кузнецов тоже узнали.

Трупы преступников вытащили во двор мэрии, и я сжег их комплексом плетений «Домна». Эти плетения в виде рун у меня в амулете. Они создают цилиндрическую область пространства с очень высокой температурой внутри 1500–2000 градусов. Осталась небольшая кучка пепла и чёрный круг обожжённой земли. Вызвав начальника Стражи города и десяток стражников, поехали в район трущоб. Вроде бы никому ничего не говорили, но молва нас обгоняла. «Едут!» — кричали мальчишки и прятались в подворотни. Когда мы добрались до этой халупы, к нам навстречу вышли представители Гильдии кузнецов.

— Вы господа творите беспредел! — заявил один из них. Не разговаривая, ударил его плетением «Бур» в голову, голова разлетелась на части. Я назвал имена двух кузнецов приходивших в банду и потребовал их представить сюда на суд. Один из стоящих в группе выхватил меч и бросился на меня. У меня сработали навыки мечника, и я выхватил Сумрака. «Третий» — пронёсся шёпот по толпе. Но противник до меня не добежал, Серж пробил ему грудь плазменным шаром, тот умер на бегу и рухнул на землю.

— Где второй?

— Оба перед вами! За что вы нас убиваете?

— А вы не знаете? Так вот. Эти господа организовали нападение бандитов на мэра города, с целью изъять из мэрии конфискованные средства, ранее награбленные начальником Стражи. Мэра они конечно, убили бы. И это после того, как я вам предложил деньги зарабатывать, а не грабежами заниматься. Если ещё подобное повториться выжгу к чертям собачьим весь ваш район.

Их толпы кто-то крикнул: «А зажигалка не потухнет?»

Не вступая в полемику, развернулся к халупе.

— Сканер! — и я вижу, что в ней находится один разумный, а вот в подвале, под ней находятся ещё девять разумных. Подаю знак начальнику стражи, и трое стражников вытаскивают их этой холопы какую-то старушку. Приказываю её увести в мэрию, для допроса, а на самом деле, если в банде её сыновья, то я не хочу смотреть на горе матери, пусть даже, это мать бандитов.

— Домна! — все руны амулета включены в работу.

На месте строения возникает прозрачная колонна, внутри которой вспыхивает ослепительно белое пламя. Расход энергии большой, но я держу «Домну» на подпитке в течение полутора минут, хотя уже через полминуты ясно, что живых в подвале нет. Когда снимаю подпитку, огонь мгновенно гаснет, колонна исчезает, а на месте бывшего строения обвалившаяся яма подвала, из которой поднимается лёгкий дымок. Десятиметровый выжженный круг земли пышет жаром. Поворачиваюсь к толпе и произношу:

— Видишь, не потухла.

В толпе кто-то падает в обморок. Несколько личностей за спинами других стараются удрать незаметно.

Прожили в городе ещё пятнадцать дней. Пару раз съездил со стражниками на прочёсывание трущоб. Моё присутствие действовало, как начинающийся ливень, улицы этого района мгновенно пустели, только из-за заборов, или из-за занавесок в окнах торчали чьи-то носы. Заехал к кузнецам, поинтересовался, есть ли теперь у них гильдия, и кто в ней старший.

— Да как-то мрут старшие в гильдии при вашем появлении, Ваше Благородие.

— Так может и не нужна вам гильдия в том виде, как она у вас была. Соберитесь, да проголосуйте, создайте союз, если вам это нужно. Главное ведь понять, зачем он вам. Работать может и каждый сам по себе. А вот если вы хотите как-то поддерживать друг друга, молодёжи помогать, или наоборот, душить эту молодёжь, чтобы не лезла вперёд старших, тогда вам нужен такой Союз, или назовите как-то по-другому. Только когда будете решать, зачем вам эта организация имейте в виду, это теперь мой город. До короля далеко, а я тут часто появляться буду!

— Вот то-то и оно, — вздохнул собеседник.

Снова ездили в Дроновку, уже просто повидаться, поговорить. Нашли человека с большой семьёй, который согласился содержать караван-сарай. Отправили его со всем скарбом и всей семьёй в сопровождении двух дружинников, если что-то ещё не готово, они меня вызовут.

Потом взяли у мэра трёх человек, это будущие посыльные, мы им покажем дорогу, и поехали в Загорье. Обе корчмы были готовы, и в них уже имелся обслуживающий персонал. В караван-сарае семья корчмаря тоже уже вовсю хозяйничала. Это ещё считались земли графа де Гадон, но по договору, это мой караван-сарай и люди тоже мои.

Здесь отличилась наша ребятня. Они договорились с корчмарём и плетениями «Кирпич» и «Бетон» сделали перед караван-сараем большую площадку, можно сказать, целый плац. Пришлось мамам дважды их подпитывать, чтобы не свалились без сил, но обещание они выполнили. А семья корчмаря поила их сливками, и на дорогу дали большой кувшин сметаны. Взял одного из сыновей корчмаря, и поднялись с ним на перевал. Познакомил его и посыльных от мэра со стражами перевала, и отправил по домам. Стражам перевала запретил принимать продукты с этой стороны перевала, если враги захотят, то через продукты могут отравить всю стражу. Лошади есть, если нужны свежие продукты — сгоняйте в Трёхречье.

После возвращения в дом де Брюлен все взрослые занялись подготовкой к работе Колледжа. А я с ребятами немного поколесил на фургоне по округе, исполняя роль ремонтников дорог. Мне пришлось построить два небольших моста, а остальную работу делали дети. Даже Влад поучаствовал. Ему исполнилось четыре года, и я, как и обещал, научил его плетению «Кирпич». А потом пошли холодные дожди и мамочки запретили мне «издеваться над детьми».

Загорский Магический Колледж сделал очередной набор учеников. Кроме традиционного повышения квалификации взрослых магов с малым уровнем дара, приняли восемь разумных с полноценными источниками магической энергии. Поскольку мы забрали значительную часть учебников из Школы Дрона, по двадцать экземпляров каждого учебника, учить их было чему и как. А для своих детей я оборудовал отдельный полигон, в стороне от населённых пунктов в долине предгорья. Периодически привозил их сюда и давал возможность «выпустить пар».

Микаэль очень любит пулять огненными шарами. У него источник чуть розоватый, то есть имеется склонность к огненной магии. У Алины источник голубоватый — склонность к Природным стихиям. Ей нравится создавать всякие вихри, ветерок, росу из воздуха. Влад имеет небольшую склонность к магии Земли и мечтает строить мосты, крепости и дворцы. У Розы источник зеленоватый, то есть склонность к Целительству. У остальных детей источники имеют белый цвет, как у меня. Да и у этих четверых тоже склонность к конкретному виду магии не явно выражена. Получается, что все наши дети универсальные маги, или в моём понимании — полноценные маги. Их можно учить любым плетениям, работать с любым видом магии.

Порадовал и даже поразил Влад. Я обучил его плетению «Кирпич», и он помогал строить площадки возле корчмы. А мама научила его плетению «Каменный щит», это только название такое, а щит останавливает летящие в вас предметы, то есть он останавливает атаку предметов, не имеющих в себе магии: камни, стрелы и тому подобное. Так вот, четырёхлетний мальчик скомпоновал элементы этих плетений так, что у него получалась каменная стенка как элемент защиты. Раз! И каменная стена отгораживает вас от противника. Сил у мальчика ещё мало, поэтому стенка получалась маленькая: метр шириной, метр высотой, двадцать сантиметров толщиной. Но ведь его этому не учили, сам скомпоновал, сконструировал из разных элементов. Мамочки сначала завизжали от восторга, но я их энтузиазм резко охладил. Попытался мальчику объяснить, что без взрослых такие эксперименты ставить нельзя. Вижу, что не понимает.

— Ну-ка, всем в укрытие. Влад, давай, создавай свою стенку, только медленно, хорошо. Вот так, теперь элементы второго плетения, а теперь представь себе, что ты немножко перепутал и присоединил эти входы вот сюда, попробуй.

Рвануло так, что с соседнего склона сошёл небольшой оползень.

Я себя и мальчика прикрывал Чёрным куполом, так что нам ничего не сделало, но на купол насыпались земля и камни. Малыш испугался и заревел в голос. Мама Ириана бросилась на плач, спасать деточку, только не пробилась сквозь защиту. Я взял мальчика на руки.

— Испугался?

— А-а-а-а! Да! Я её только чуть-чуть потпвавил, а она как бахнет! А-а-а!

— Ну, давай прекращай реветь, видишь, мама за тебя беспокоится, но ты же мужчина, ты должен маму успокаивать, а не она тебя! Никто тебя не ругает, давай, ты маму успокоишь, и мы с тобой поговорим как мужчина с мужчиной, хорошо?

Снимаю щит, на нас сыпется какой-то мусор, прикрываю ребёнка и передаю его маме.

— А-а-а! Мама, ты не плать! Я совсем не испукался! А-а-а! Я зе мусьтина! И папа не лукаица! Я с ним поковолю! — малыш, всхлипывая, гладит маму по голове, отчего та начинает натурально плакать!

Ирена и Аня начинают её успокаивать, я забираю сына и снова повторяю ему, что без взрослых экспериментировать с плетениями нельзя. На этот раз он вроде бы прислушивается ко мне и обещает так не делать.

Вот такие их способности, это ещё одна причина, чтобы прятать наших детей от «общественности». Зато, когда они наберутся знаний и сил, можно создать практически непобедимую команду.

Глава 5. Строим Семигорск

После окончания двухмесячного дождливого периода, наступила летняя погода, и я начал формировать бригаду для строительства дороги к северянам. Решил дать возможность Лилии пожить спокойно со своей семьёй. Но поставил ей задачу, тех восьмерых одарённых, что мы учим по трёхлетней программе, обучить практическому владению хотя бы одним плетением, лучше двумя: «Траншея» и «Бетон» или «Зыбун» и «Кирпич». Если не получится надёжно изучить, пусть учатся работать с амулетами с теми же рунами. Им предстоит месячная практика по строительству дороги к северянам.

— Я тоже поеду! — Лилия полна решимости.

— Первое, учебный процесс по полугодовому циклу нельзя прерывать. Второе ты ждёшь ребёнка, роди спокойно, в условиях крепости. А работы нам всем хватит на годы, успеешь, наработаешься. Найдём архитектора, будешь графский дворец строить!

Неожиданно для меня сработала наша «закладка», к нам пошёл поток беженцев из соседних королевств с территорий, бывших Росинским королевством. Причем поток был неожиданно мощным, пришлось в форты на перевалах отправить всю мою дружину, и они не справлялись с досмотром всех беженцев. Я дал команду пропускать всех. Юлий метался по Загорью, размещая крестьян по территории. Разумные ехали целыми деревнями, мы их так и расселяли. Определяли им место с территорией, пригодной для земледелия привычного для них. Кто жил севернее, пусть выращивают зерно и овощи, южан селим туда, где хорошо растут фрукты. Всех селим недалеко от речек или ручьёв, водных потоков в Загорье хватит на всех. Я поставил задачу нашему «чекисту», начальнику службы безопасности, теперь уже графства Дрович, Амиру Кунаку отобрать пять или шесть групп переселенцев, для их размещения в Семигорье. Всех поселил по периметру долины, на равнине, но ближе к предгорьям. Главным критерием был их патриотизм по отношению к Русинскому королевству. Не к конкретному королю, а именно к королевству, а Загорье и Семигорье — часть королевства. Та часть беженцев, которые были горожанами или ремесленниками, пока размещались на окраине Загорска. Им выделялись средства на временное проживание, и обещание начать строительство нового города, где все они смогут найти себе работу, и, соответственно, обустроиться в этой жизни.

Вызвал лейтенант моей дружины Таруна ан Тур и приказал построить дружину. Затем в присутствии герцогини де Брюлен присвоил лейтенанту звание капитана, назначил его командующим объединённым войском Загорья и Семигорья и приказал увеличить вооружённые силы до двухсот человек. Самому назначить лейтенантов в каждую сотню и сержантов.

Через знакомых Розалии пришла информация, что в столице есть очень талантливый архитектор, маг Земли, но он принципиально не берёт и не даёт взяток, из-за этого его выдавили из окружения короля, и из гильдии строителей, и сейчас он собирается в иммиграцию. Срочно направил к нему Розалию и Лилию в сопровождении их мужей и десятка дружинников.

— Серж, первое, не засветись, как принц гномов. Второе, постарайтесь избежать дуэлей и прочих конфликтов. Если вас будут вызывать, говорите следующее: «Мы сейчас выполняем важное поручение нашего господина, и наша жизнь сейчас нам не принадлежит. Если вы настаиваете на поединке, приезжайте к нам в Загорье. Но сначала вам придётся выяснить отношения с бароном де Дрон по прозвищу Третий!».

Принц хотел было возмутиться, что его заставляют прикрываться другим разумным, но я сделал злое лицо:

— Это приказ!

— Будет выполнено, анд Дрович!

Изумлённое лицо Розалии, не понимающие лица четы виконтов де Борзон, и полное одобрения прижимание к моему плечу Ирены, мол, мы ещё и не так можем!

Ладно, экспедицию за архитектором отправили, теперь мне за Лилию вести занятия по магии Земли. А я их совмещаю с занятиями по амулетостроению, кто может что-то делать с амулетами, с ними и делает, а остальные пытаются изучить плетение «Траншея». Вчера на занятия ко мне пришли старшие дети: Микаэль, Алина, Анюта и Мики. Плетение «Траншея» они освоили за два часа, и я их отправил к управляющему Юлию де Горса, для практической отработки навыков на строительстве домов для беженцев в городе. Это что-то с чем-то. Чему их дальше учить?

Через двадцать дней вернулись наши посланцы вместе с тремя преподавателями из Школы Дрона и архитектором, магистром магии Земли виконтом Италом де Прони. Это был молодой мужчина, с жутким чувством собственного достоинства, до болезненности.

— Виконт, у нас очень специфическое место, коллектив, разумные. Отношения между нами совсем не такие как в столице. Вы сначала присмотритесь, возможно, окажется, что вам совсем и не нужно каждый день что-то доказывать.

— Розалия, ты включайся в учебный процесс, а мужа я у тебя заберу дней на десять. Лилия, научишь наших старших делать «Зыбун» и «Пластилин». Потом пусть их матери тренируют в постановке щитов до полной разрядки резерва.

— Извините, нас не представили! — это архитектор меня «ставит на место», при том, что ему на меня показывали, и сказали что я граф Семигорский.

Тут подключается Розалия.

— Уважаемый виконт де Прони! Вы в столице слышали балладу «О Восьми»?

— По-моему, её даже глухие слышали.

— Так вот говорят, что Третий — это барон де Дрон. Ныне он носит титул графа де Дрович, и сам не сознаётся в том, что он и есть Третий. Говорит всем, что потерял память! Вы ему не верьте, он не обманщик, нет, просто он очень скромный! — на эти слова Лилия и Ирена отвернулись, чтобы не засмеяться, а Анейра, гордо посмотрела на виконта, вот, мол, какой у меня муж!

— Уважаемый виконт де Прони сегодня полдня вам на ознакомление с крепостью и городом. Анюта, подойди! Покажешь господину архитектору все наши достопримечательности, которые его заинтересуют. Проведёшь и расскажешь, всё что спросит, ну сама знаешь, что можно и нужно рассказывать. А вы, Ваше Сиятельство, не кривите губы. Это у нас лучший экскурсовод, поверьте. Я заинтересован в нашем сотрудничестве, так что никогда не стал бы над вами подшучивать! А завтра мы с вами поедем туда, где нужно всё проектировать и строить. Поедем быстро! Вам удобнее верхом или в карете?

— Конечно верхом! Я дворянин, а не барышня!

— Очень хорошо, заодно познакомитесь с нашими скакунами, у нас тут вывели новую породу. Аня, найди, пожалуйста, Настоятеля Храма, пригласи на ужин, чтобы после ужина поговорить о проекте Храма.

— Ваше Сиятельство, граф де Дрович, позвольте нам с Микаэлем вас сопровождать, — это управляющий Юлий, де Горса.

— Господин маркиз? — это я спрашиваю у Микаэля, он как старший сын, не вступивший в наследство, носит титул маркиза.

— Да, мы поедем!

— Господа, всем спасибо, до ужина.

Анюта уцепилась за руку виконта:

— Ваше Сиятельство, а можно я вас буду называть просто господин де Прони? Пойдёмте, мы с вами поднимемся на самую удобную обзорную башню, и тогда вы сами решите, что ещё вы хотите посмотреть.

Опешивший архитектор безропотно пошёл за девочкой.

— Серж, Розалия, подсказывайте, как мне перетащить в Семигорье и Загорье бригаду сталеваров вместе со строителями Доменных печей, или что там нужно, чтобы из руды получить качественную сталь? При этом нужно, чтобы про Сержа не пошла молва в царство гномов.

— Майкл, твоё же выражение, «не парься». Научись уже, в конце концов, доверять друзьям, и делегировать часть полномочий, — это Розалия.

— Вот принц, учитесь, где ещё вы такие слова услышите?

— Господин граф, вы меня удивляете, вы что, все эти слова поняли? — это Серж так надо мной издевается.

— Ты, мерзкий хулитель графского авторитета, будешь сам строить все эти домны!

— Да запросто, меня этому три года учили!

— Серж, а если руда будет с добавками, ваши металлурги разберутся в её свойствах?

— Не сомневайтесь, Ваше Сиятельство!

— А если я найду руду, в которой есть медь и серебро, они смогут выделить эти металлы?

— Это специалисты совсем другого профиля, но у северян есть и такие!

— Серж! Посмотри вокруг. Горы тянутся на сотни километров, причём на западе горы сложены совсем из других пород, чем на востоке. Каких бы ты не привёз металлургов, я им найду работу. Медь, серебро, железо, хром — всё это уже найдено. Нужно суметь добыть!

— Тогда мы выезжаем вместе с вами, завтра с утра!

— Розалия же ребёнка ждёт! — недоумеваю я.

— Это даже хорошо, ни один гном не позволит себе обидеть беременную женщину и её мужчину, — Серж уверен, мне бы такую уверенность.

Через два дня архитектор магистр магии Земли виконт Итал де Прони стоял на мосту через реку Средняя на входе в Долину Семи Гор и захлёбывался от восхищения. Утро выдалось солнечным, и мы наблюдали, как лучи поднимающегося над горами солнца заполняли долину.

Потом мы стояли недалеко от Дерева Жизни, и я рассказывал ему свои «хотелки». Архитектор и тут был в восторге. Где ещё ему бы поставили задачу построить город с нуля и «под ключ».

Весь в предвкушении радости от предстоящих свершений он сказал:

— Один я буду строить этот город очень долго, мне бы ещё пару магов Земли, и за три года мы такой город построим.

— Уважаемый виконт, я вам сразу сказал, у нас очень специфическая команда! У вас будут проходить практику студенты нашего Колледжа. Там сейчас четыре мага Земли получают высшее образование, и двенадцать, скажем так, ремесленников, получают практические навыки в магии Земли. Основные плетения по земляным работам они изучили и смогут их применять. Вам предоставят два десятка мощных накопителей магической энергии, вот перед вами Дерево Жизни, надеюсь, заряжать амулеты вы умеете? Поэтому на этот город вам даётся ровно полгода. А перед этим — два месяца на возведение Храма Всех Святых. Проект Храма и работы по нему согласовываете с Его Преосвященством настоятелем этого Храма. Все работы, кроме плотницких, возглавляете вы, или назначенные вами разумные. Назначать нужно тех, кто может справиться с поручением. Параллельно, когда вы здесь запустите основные работы, нужно будет спроектировать ещё город металлургов. Это в трёх часах пути отсюда. Там требования другие. Там будет мощное металлургическое производство. Это не ваша проблема. А вот жилую зону спроектировать так, чтобы и розу ветров учесть, и вода чтобы чистая была, ну и те же канализация и водопровод тоже нужны. Ещё там будут нужны огромные очистные сооружения для очистки и канализации, и промышленных стоков. А сейчас мы с вами пойдём удить рыбу!

— Зачем, я готов начать работу!

— Уважаемый виконт, если граф что-то предлагает сделать, это всегда имеет глубокий смысл, а иногда и несколько смыслов, — это Розалия меня поддерживает.

Через час рыбалки пришлось силой отбирать у архитектора удочку, и сажать его за стол, кушать уже пойманную рыбу. Его очередным восторгам не было предела.

— Это не рыбалка, это битва с рыбой, я никогда не представлял себе, что это так восхитительно! Ваше Сиятельство, а кроме удовольствия, какой глубокий смысл в том, что вы увлекли меня рыбалкой?

— Уважаемый виконт, магистр, нам с вами тесно сотрудничать не один год, поэтому позвольте в неофициальной обстановке называть вас по имени. Вот я — Мики, это Серж и Розалия. Она урождённая маркиза де Горса, но для друзей — Розалия. Это управляющий герцогством, маркиз Юлий де Горса, для друзей — Юлий. Ну а будущий герцог, маркиз де Брюлен, пока ещё не наигрался со своим титулом, так что он пока Ваше Сиятельство. Вот когда сам разрешит называть его Микаэлем, тогда — милости просим.

Микаэль с важным видом произнёс: «Я разрешаю», и все весело рассмеялись, включая и Микаэля, чему я был очень рад.

— Так вот, уважаемый Итал, теперь, когда вы знаете, что в этих реках водится такая замечательная рыба и ловить её, это огромное удовольствие, вы все свои проекты будете тщательно проверять, не нанесут ли они вред этому уголку природы, этим рекам, этой рыбе.

— Да, я всё сделаю, чтобы сохранить эту природу! — на эти слова Юлий толкнул локтем Микаэля, мол, учись, а тот внимательно на меня смотрел.

Директор Колледжа герцогиня де Брюлен стояла перед строем учеников Колледжа.

— Уважаемые студенты Загорского Магического Колледжа, У нас в герцогстве наступили горячие времена. Десять лет назад, значительная часть территории нашего королевства была захвачена другими королевствами. Десять лет терпели росинцы несправедливость и гнёт со стороны захватчиков. И вот терпение некоторых из них лопнуло, и они пришли к нам. Пришло много разумных, нам нужно их расселить и помочь с возведением жилья. Я обращаюсь к вам с просьбой. Прошу вас вашу практику провести не формально перекладывая строительные блоки с места на место, а принять участие в этих работах. Первый месяц работ будет вам зачтён как эта самая практика, а далее кто из вас согласится ещё поработать на благо герцогства, его труд будет оплачиваться, не очень высоко, но будет оплачиваться. Те студенты, чей профиль не магия Земли, будут на месте решать, чем они могут помочь.

И весь выпуск полугодовых курсов Колледжа направился в помощь нашему архитектору. А те, кто учится три года, поедут на «стройку века», когда основная масса выпускников полугодичного обучения, разъедется по домам.

Через полтора месяца основа здания Храма Всех Святых стояла недалеко от Дерева Жизни в Долине Семи Гор. На стенах ещё не было украшений, росписи. Но в целом Храм мог бы выполнять свои функции в полном объёме, но не было главного элемента, алтаря храма. Скульптуру Сияющего немного грубовато, но вполне узнаваемо создал наш архитектор. Скульптуры остальных святых планировалось заказать в столице. Я предложил скульпторов привести сюда, и пусть трудятся на свежем воздухе, но так или иначе вопрос будет решён. А вот алтарь! Как я понял из объяснений Настоятеля, алтарь выращивается в главном храме с помощью специальных процедур. Какой храм считать главным, вопрос подвис, но главное не это. Главное то, что церковники столицы в один голос воспротивились строительству Храма Всех Святых. Возведению стен они не могли воспрепятствовать из столицы, но вот предоставить алтарь для нашего храма категорически отказались.

Я спрятался в долине речки Радужная, извлёк из своей Сумки странника кристаллы, которые я нашёл в процессе своих приключений, один ещё в Академии Росграда, а второй в своей усадьбе в Холмограде. Положил их перед собой и попробовал мысленно к ним обратиться: «Странники, у меня возникла проблема, мне нужен алтарь для религиозного сооружения — Храма Всех Святых. Может быть, вы можете стать таким алтарём?»

В моей голове зазвучал смех двух разумных. Потом возникли слова: «Нет, мы не можем быть алтарём, но у нас к тебе большая просьба. Мы чувствуем поблизости нашего третьего брата. Найди его, и, может быть, мы тебе поможем».

Два дня думал, как выполнить эту просьбу, при этом, конечно и другие дела делал.

— Папа, ты чего такой грустный? — это Анюта, наша старшая дочь.

— Задали мне задачу, как в сказке: пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю, что! Вот и не могу придумать, как решать.

— А что нужно искать, Аленький цветочек?

— Нет, Анюта, искать нужно чудесный камень со свойствами, как у Дерева Жизни.

— Это, к которому все звери лечиться ходят? Может охотники что знают?

— Ах, ты моя умница! Вот что бы я без тебя делал?

— Пошёл бы к тёте Розалии, это она самая умная. А я только на третьем месте.

— Анюта, а кто же на втором месте?

— А-а, Микаэль очень хочет, чтобы его считали на втором месте, а мне не жалко, пусть будет на втором, мне и на третьем нормально!

— Ты всё делаешь правильно! Очень правильно! Иногда нужно другого разумного пропустить вперёд, или отдать ему что-то, чего он очень хочет. Это называется мудрость. Ты у меня мудрая доченька! Только не нужно уступать никому, и Микаэлю тоже, если такая уступка принесёт вред! Помнишь, как было с вашей женитьбой! А жениться и замуж выходить нужно по любви, а не потому, что кто-то другой этого сильно хочет.

— А мама Ириана говорит, что иногда выходить замуж приходится потому, что так велит долг.

— У тебя и у других моих дочерей такого долга не будет! Живи, учись, изучай разумных, оно само получится, сердце подскажет, за кого ты хочешь замуж выйти.

— А мама за тебя выходила по любви?

— Да, и я на ней женился по любви, но вот ещё и мама Ирена тоже меня полюбила, и как-то так получается, что я её тоже люблю. Сложная это штука — любовь! Поговори с мамой, и с мамой Иреной, тоже. Вы женщины любовь немного по-другому воспринимаете, не как мужчины. А я побежал искать охотников, чтобы решить свою задачу.

Ближайший охотник, это следопыт у Турана в Трёхречье. Кстати там уже целый посёлок вырос. Я единственное во что вмешался, это в вопрос планировки посёлка. Потребовал, чтобы основная дорога Холмоград — Загорье шла вне посёлка. От неё сделан широкий отворот до таверны. А посёлок имеет параллельно — перпендикулярную планировку, где центральная улица — проезд к таверне на берегу реки Северная. Добрался я до него быстро, но он долго не мог понять, что я от него хочу. Пока я не сказал, что ищу место, куда звери ходят лечиться. Тогда охотник рассказывал, что есть пещера, довольно глубокая и сухая, но почему-то в ней никогда не селятся звери, хотя он часто видел зверей около пещеры. Описал, как к той пещере подъехать.

Я уехал в горы, потом поднимался по ущелью реки Радужной до тех пор, пока Ужас мог меня вести вверх. После этого оставил коня и ещё выше поднялся пешком. Поднялся на очередной уступ и увидел вход в пещеру, из которого выходил зверь, похожий на земного лося. Он сначала шарахнулся от меня, но я стоял неподвижно, и зверь успокоился и ушёл на другую сторону ущелья. Зайдя в пещеру, увидел магическим зрением небольшое свечение в углу большого грота. Подошёл к этому месту и начал раскапывать пол грота. Как и ожидал, увидел большой кристалл, похожий на яйцо страуса.

Тогда я достал из своей Сумки путешественника два кристалла попавшие ко мне ранее, и положил их рядом с этим третьим. Они все заполыхали всеми цветами радуги. Эта пляска цвета и света продолжалась минут пять. Я сидел рядом и ждал. Вот это карнавал закончился, и в моей голове зазвучал тихий голос: «Человек, мы благодарны тебе, ты помог нам соединиться. Мы хотим отблагодарить тебя, что ты хочешь».

— А что будет с вами?

— Теперь мы можем уйти домой! Что ты хочешь в награду.

— А вы знаете, что за кристаллы используются в храмах в качестве алтаря? Такой большой параллелепипед, потребляет магическую энергию и подпитывает верующих какой-то другой энергией.

— «Да, знаем, это преобразователи энергии из параллельной вселенной. Они опасны для этого мира, зачем он тебе?»

— Мы построили Храм Всех Святых этого мира, но в нём нет алтаря.

— «Мы дадим тебе другой преобразователь, он преобразует энергию космических лучей, а не магическую энергию. Мы сейчас уйдём, а на нашем месте будет лежать два кристалла. Один будет больше другого. Отнеси его в свой храм, и подпитай магической энергией. Он будет расти, а когда достигнет нужного тебе размера, положи на него второй, маленький. И большой кристалл перестанет расти, но функции алтаря будет выполнять исправно».

Снова возник карнавал цвета и света. После одной наиболее яркой вспышки, всё исчезло, и моих кристаллов в пещере уже не было. Но, как и было обещано, на их месте лежали два кристалла в виде параллелепипедов, один размером с пачку сигарет, другой со спичечный коробок. Положил их в карман и пошёл к своему коню.

Получается, я лишил местных зверей лечебного пункта, но зато помог каким-то разумным вернуться домой. Они перестали быть Странниками, в отличие от меня. Но я не хочу домой на Землю. Если верить «господину Кошкину», который отправил матрицу сознания землянина в это вот тело, то там я остался в своём теле. А здесь копия моего сознания, и я здесь давно живу, у меня жёны, дети, друзья. Это теперь мой мир!

Добравшись до Нового Храма положил больший кристалл перед скульптурой Сияющего потом, подумав, поднял его и сделал на этом месте большую но неглубокую прямоугольную яму. Положил кристалл в центр ямы и стал вливать в него энергию из своих накопителей. Кристалл стал расти, но у меня ушло очень много энергии. Тогда сходил к дереву Жизни, и, зарядив все свои накопители, начал снова подпитывать этот кристалл. В результате у меня получился кристалл раза в три больше, чем был в Храме Сияющего в Росграде, где мы с моей невестой исцеляли больных в госпитале при Храме. С учётом того, что часть кристалла пряталась в яме, то, что было сверху, составляло по высоте около метра. Решил, что хватит, и положил второй кристалл на этот гигантский. Сначала ничего не происходило, потом маленький кристалл растёкся по большому, как жидкость, и исчез. Ну, пора и мне исчезать. Молча вышел из Храма и ушёл в наш лагерь. Утром Настоятель всех нас потащил в Храм и стал перстом тыкать в алтарь.

— Кто? — на большее у него красноречия не хватило.

Я подошёл к алтарю, и положил на него руку, в отличие от тех, других алтарей, этот был тёплым. Настоятель смотрел на меня с ужасом. Я поманил его к себе и сказал, показывая на алтарь:

— Он тёплый, это же Храм Всех Святых этого мира. Они же нам не враги! — и пошёл на выход, но резко развернулся.

— Итал, берёшь из числа студентов тех, кто имеет талант к живописи и скульптуре, и делаете фигуры всех святых. Не обязательно из камня, можно хоть из глины, я их потом сделаю твёрдыми. Но, чтобы был полный набор! — а сам, обняв за талии Анейру и Ирену, повёл их из Храма.

Итал постарался на славу, парень и девушка, что он выбрал из наших студентов, с его помощью вылепили из глины всех святых, их было девять и Сияющий десятый. Когда их расставили в том порядке, что указал Настоятель и пригласили меня, мне не понравилось, что Святую Анюту задвинули на самый край. Выгнали с Италом и двумя скульпторами всех из Храма. Потом я потребовал, чтобы скульптуру Святой Анюты сразу сделали такой, какой она стала в своём храме в Холмограде, с улыбкой на лице и рукой поднятой для благословения. Когда это сделали, я плетением «Структура» превратил материал всех скульптур в керамику, причём верхний слой сумел сделать белым, как мрамор. Затем мы переставили часть скульптур. Теперь, рядом с Сияющим, с одной стороны сидела на своём троне Святая Анюта, покровительница любви и материнства, а с другой стороны — стоял Святой Хавар, бог удачи и счастья. Затем все скульптуры я прикрепил к каменному полу, так, что они стали составлять с полом как бы одно целое. А затем ещё раз увеличил их прочность. Теперь переставить или сломать такую скульптуру, это надо очень постараться.

Вышли из Храма.

— Итал, и вы скульпторы, гордитесь! Ни в одном соседнем королевстве нет такого Храма, а вы его строили, и сформировали пантеон богов. Конечно, считается, что сделанное во имя богов, это уже награда, но вы, наверное, слышали, что я неправильный командир, неправильный руководитель. Поэтому вот вам от меня и герцогини за работу по двадцать золотых.

— Итал, а теперь ты сроишь город и дворец графа. Готов к трудовому подвигу?

— Ваше Сиятельство! Давайте ещё раз съездим на рыбалку, и я буду полностью готов!

На следующий день, с утра мы были на берегу речки Радужная. Удочки отдал Италу и старшим мальчикам. А мы с женами и остальными детьми валялись на песке, и комментировали действия рыбаков. Потом готовили рыбу на костре и обсуждали, как должен выглядеть дворец графа. Спорили очень долго. В конце концов, решили разделить дворец на две зоны. Одна — это зона официальных мероприятий, приёма посетителей, здесь же бальный зал, банкетный зал, рабочие кабинеты. Вторая, это жилая зона на всю нашу большую семью, да ещё и с гостевыми комнатами. Потом решили и гостей отселить от семьи. Получилось здание в виде квадрата. В центральной части — кабинеты и службы, в левом крыле банкетный зал и бальный зал, в правом крыле комнаты для гостей, а в задней части кухня и наша семья. Проходы в кухню и к нашей семье должны быть существенно ограничены. Внутри этого квадрата маленький парк. В центре хотели сделать фонтан, но я предложил сначала попробовать нашим целителям вырастить ещё одно Дерево Жизни. Если удастся запустить в рост молодое дерево, то оно расти будет не одну сотню лет. При нашей жизни, это будет небольшое дерево, и мешать оно никому не будет.

К вечеру Итал, собрав всех студентов, прикреплённых к нему, повёл их на территорию будущего города — столицы Семигорья. Мудрить не стали, это будет Семигорск.

А я со старшими ребятами решил помотаться по горам. Но тут к нам прибыли гости. Это вернулись Серж и Розалия. С ними прибыли около сотни гномов, мастеров «законченного цикла», включающего рудознатцев, строителей доменных печей, металлургов и сталеваров.

Пришлось Итала переключить на проектирование и планировку городка для металлургов. Я их вывез на место, где нашёл выходы хромосодержащей железной руды. Это месторождение находится на краю моего баронетства, недалеко от речки Западная. Потом показал выход руды с некоторым содержанием ванадия, это в ущелье речки Восточная. Предложил им подумать вместе с архитектором, где ставить завод по производству высококачественной стали, где построить городок, для работников этого завода. И как разместить очистные сооружения для сточных вод этого производства. Причём часть городка надо построить срочно, до холодов и дождей осталось два месяца. Ещё бы надо сюда хоть одного мастера по производству оконного стекла, так как идёт очень большое строительство жилья и в герцогстве, и в графстве.

Но по вопросу стекла полный отказ, не хотят мастера северяне выносить этот секрет со своей территории. Ну, мы можем ведь и по-другому. Волевым решением назначил пару гончаров производителями стекла. Взял рецепт варки глазури, сказал варить в больших объёмах, и выливать тонким слоем на расплавленное олово. А олово залито в прямоугольную форму. Получился лист стекла прямоугольной формы, с утолщёнными краями, не очень хорошего качества, чуть мутноватое. Однако свет в дом такое стекло пропускает нормально, и мы запустили это стекло в массовое производство. Гончары набрали себе работников, и наше стекло пошло на стройки. Цену сделали в два раза ниже, чем привозное стекло от гномов. Качество у нашего стекла хуже, себестоимость невысокая. Но это только благодаря «халявной» магической энергии. У нас получается практически кварцевое стекло. Температура плавления начинается от 1500 градусов, но чтобы разлить его ровным слоем, нужно нагревать до 2300 градусов. Сделал для стекловаров несколько амулетов с комплексом плетений «Домна», и придал им в помощники слабенького мага Огня. Магии от него требуется только для правильного запуска комплекса рун, с внедрёнными плетениями. Даже при такой цене, получается приличная прибыль, но это потому, что амулеты постоянно кто-нибудь заряжает под Деревом Жизни, то есть их зарядка для нас бесплатная. Вот ещё одно производство, за счёт лёгкого доступа к зарядке накопителей.

Потом решился на ещё одну авантюру, в книгах фэнтези все попаданцы, вроде меня, обязательно запускают производство зеркал. Ну а мы чем хуже? Да хотя бы тем, что нормальное стекло сварить не можем. Подключил принца гномов, и он договорился на поставку небольших партий высококачественного стекла в трёх размерах: с ладонь взрослого разумного, с книгу, здесь все книги размером примерно 20 на 30 сантиметров, на Земле сказали бы — формат А4, и третий размер — 40 на 60 сантиметров. Я делаю на эти стёкла напыление серебра, потом поверх серебра накладывается защитный слой краски, и всё это оформляется в деревянную рамку. Часть маленьких зеркал оформляется в серебряную рамку, это для богатых модниц. За высококачественное стекло гномы дерут очень приличную цену, ну и мы не стесняемся сделать накрутку. Так что стоимость всех зеркал исчисляется только в золотых, и отличается в зависимости от оформления. Но самому графу заниматься непосредственно производством продукции — не только моветон, но и времени на это просто нет. Собрал всех детей, сказал, что есть вот такой производственный процесс. Я могу рассказать, как происходит напыление, а вот плетение создать это они должны сами. Нужно чтобы мелкие-мелкие частички серебра перелетали с монетки на стекло. Настолько мелкие, что их не видно даже с плетением «Микроскоп», которому пришлось тут же всех обучать.

Получилось делать напыление зеркал первым у Мики, потом у Розы. Потом они научили всех, а я еще и руну создал, а с руной сделал три амулета, и посадил слабых магов на технологический процесс. Последствия были скандальные, дети выпрашивали у мам монетки, а потом этим серебром или золотом покрывали игрушки, школьные ручки и другие предметы. Иногда, при этом, делая вещь красивой, но чаще — не пригодной к использованию. Например, у мамы была заколка зелёного цвета, с изумрудом. Специально к зелёному платью. А деточка, желая порадовать маму, делает на всю заколку золотое напыление. Когда мне это надоело, привёз всех детей на производство зеркал и сказал, если кому не сидится, приезжаете сюда и делайте зеркала хоть целый день. Деточки тут же наделали зеркал с золотым напылением. Медное напыление я делать не позволил, чтобы не портить дорогое стекло. Позолоченные зеркала я приказал оформить как эксклюзив за тройную цену. Как потом узнал, разлетелись они в столице за один день. Потом маги с производства просили детей ещё наделать зеркал с золотым напылением. По качеству они хуже посеребрённых, но престиж!

В целом, получил ещё одну статью доходов.

До сезона дождей успели вселить гномов в новые дома. Но сам посёлок пока не построен, нет канализации, водопровода. Несмотря на холодную погоду работы продолжаются. Ирена и её ученики, уводят дожди от района стройки в сторону, что позволяет строителям спокойно работать.

Убедил мамочек сделать следующее. Я и пятеро детей с группой сопровождения выехали из Семигорья на север. Задача у нас превратить тропу контрабандистов в караванную дорогу. Облегчается задача тем, что мы нигде не будем строить дороги как серпантин. Эта дорога идёт не через хребты, а вдоль реки. Если дорога идёт достаточно круто, то через каждые двести метров делаем горизонтальные площадки. Хоть при спуске, хоть при подъеме, лошадей можно часто останавливать и давать им отдыхать. Через каждые десять дней работы возвращались на пять дней в Семигорье. Здесь уже построена часть домов, где и живёт вся наша команда, включая студентов, работающих с Италом. Такими вот наездами мы за два месяца сделали дорогу от Семигорья до Южного приюта в северном анклаве гномов. То есть я выполнил своё обещание перед Насталом анд Торон Тур, работающим сейчас исполняющим обязанности царя гномов. С его слов могу теперь создавать свой клан. Поговорил с северянами, работающими в Загорье, они соглашаются стать моими поданными, если принц тоже будет моим подданным. Попросил узнать мнение Настала анд Торон Тур, пусть напишет, что делать с моим приёмным сыном.

Утром меня отловил Настоятель Храма.

— Ваше Сиятельство, нужно торжественное открытие Храма.

— Ваше Преосвященство!

— Высокопреосвященство, я теперь настоятель Храма Всех Святых.

— Ваше Высокопреосвященство, где я вам сейчас возьму достаточное количество прихожан? Ну, не с пустым же храмом торжество проводить. Я полностью поддерживаю эту идею, но мы строим город, как только он будет построен, я обеспечу его населением, хотя бы наполовину. Вот тогда и праздник день рождения города и открытие храма устроим. А сейчас вы вполне можете проводить службы с наличным количеством прихожан, и осуществлять достройку Храма. Всякие там вензеля, лепнину это вам пусть делают наши скульпторы. Иконы и картины с сюжетами из Святого Писания, если они смогут, пусть рисуют, если нет, зовите богомазов хоть из столицы. Думаю, что оплатить их работу я смогу. Потом, на торжественное открытие можете пригласить других священнослужителей, только чтобы казусов не вышло, приедет какой-нибудь разукрашенный павлин из столицы, и начнёт требовать, чтобы его встречали как короля, а вы ему, чтобы кланялись. Запомните, уважаемый настоятель, в Семигорье нет начальников выше меня. В Загорье нет начальников выше герцогини. А в церковной иерархии вы в королевстве единственный настоятель Храма Всех Святых. Они вам отказали в предоставлении алтаря, а у вас в храме алтарь в разы больше, чем был в Храме Сияющего в Росграде. Поэтому это все они должны перед вами на коленях ползать, а не наоборот. Только я вас очень прошу, не будите лихо, не начинайте каких либо трений со столицей ещё два года. Если они решат пойти на нас военной силой, сейчас мне нечего им противопоставить. Дайте мне два года!

— Ваше Сиятельство! Да что вы говорите, какой военной силой? Неужели вы думаете, что кто-то из Росинского королевства пойдёт на Загорье войной?

— Надий Третий тоже думал, что на него никто не пойдёт военной силой, а они не только пошли, они нарушили все правила международной политики и убили короля. Знаете, кто это сделал? Его же подданные, по наущению ушастых. С чего вы взяли, что вы и все мы здесь для них неприкосновенны? Для ушастых нет неприкосновенных. Мы были в городе, там эльф отрубил голову трактирщику просто для того, чтобы нас запугать. Они — чудовища в облике разумных, но, почему-то, многие на них готовы молиться. Будет вам торжественное открытие Храма, но, наверное, не в этом году.

Потом меня нашли гномы рудознатцы. Они нашли месторождение каменного угля в предгорьях, недалеко от села Озёрное. Нужно ехать в Загорск.

Все дети, я и мои жены, Серж и Розалия едем в дом герцогини. По пути привычно правим дорогу, чтобы не было участков, где на карете нельзя ехать быстро. Вдруг на дороге обнаруживается огромная кошка.

— Стоять! Никому не вмешиваться! — я уже вижу, что это Мрау, только на ней магический ошейник. Когда я подошёл ближе, она стала вести себя очень странно, словно хотела напасть на меня, но сама же сопротивлялась этому.

— Мрау, я Майк! Друг, Майк — друг! — а сам резко извлёк Сумрак из ножен и подсунул лезвие под ошейник. Удар лапой, и мой рывок меча вверх — в сторону — на себя произошли одновременно. В результате я со сломанной левой рукой отлетел в сторону, а разрезанный ошейник упал на землю. Кошка в немыслимом прыжке взвилась вверх и в то место, где она стояла, впились три арбалетных болта.

— Не стрелять! Уроды, я кому команду давал не вмешиваться?! Каждому, по трое суток принудительных работ!

Смотрю в глаза кошке: «Кто тебе надел эту гадость?»

— «Они говорили, что они друзья».

— «Это были длинноухие? Это они были раньше хозяевами таких, как ты?»

— «Да, они послали меня убить тебя и твою стаю».

— «Где они сейчас?»

— «На той стороне гор», — и тигрица мотнула головой в сторону, южнее Долины Злого Мага.

— «Подожди меня вон там», — указал на склон холма.

Подхожу к сгрудившимся друзьям.

— Аня — лечи! — жена вскинулась, но, наткнувшись на мой взгляд, позвала Ирену и они начали восстанавливать мне руку.

— Мама, я сама папу вылечу! — подбегает Анюта, и начинает делать манипуляции, от которых у меня волосы встают дыбом, а у Анейры челюсть упала вниз.

Моя рука словно бы фиксируется в каких-то зажимах, растягивается, и все кости встают на своё место, затем следует буквально пулемётная очередь ОМИ — Очень Малых Исцелений, причём все идут очень адресно, в конкретную точку раны. Через пять минут рука практически здорова, только мне нужно снова превращать эти кости в накопители и амулеты.

А вот источник то у Анюты полностью разряжен. Засовываю руку ей под куртку и под свитер, кладу ладонь на солнечное сплетение и начинаю прокачивать магическую энергию из своего источника в её источник и обратно, по нарастающей. Вот источник дочери начинает понемногу заполняться. Вижу, что девочка покраснела, в чём дело? Оп-па! Это её реакция на то, что моя широкая ладонь лежит не только на солнечном сплетении, но и на её грудке. Там ещё ничего нет, девочке девять лет, но вот, поди ж ты! Начинаю говорить, что она молодец, что я так не умею, ей нужно обязательно научить маму таким образом исцелять переломы, ну и так далее, лишь бы отвлечь девочку от ненужных мыслей.

— Три бойца со мной. Нет, вы на принудительные работы! А вот ты, ты и ты, взять арбалеты и по пятьдесят болтов. Коней взять одвуконь.

— Аня, извини, но это нельзя оставлять без ответа! Доедете в карете, и ждите меня у герцогини. Скажешь ей, что металлургам нужно разрешение на добычу каменного угля на её территории.

«Мрау, веди меня к тем длинноухим», — посыл зверь принял спокойно и потрусил в сторону перевала. Мы проехали по дороге, через форты, а тигрица обошла их стороной, вот мы уже на стороне гор в Росинском королевстве. Едем к югу, по лесу, вдоль предгорий. Мрау убежала вперёд. Через день она нас нашла: «Поторопись!»

Ускоряем движение, теперь тигрица бежит впереди, в пределах видимости. Вот мой «Сканер» засёк группу живых существ. Через пять минут расстояние до них сократилось до пятисот метров, и я теперь знаю, что это разумные, их пятеро, и они движутся в сторону Холмограда. Передаю Мрау, в виде образов, как мы делаем засаду. Она всё поняла и умчалась вперёд. Мы, по дуге, обгоняем эту группу. Вот появилась Мрау и ведёт нас за собой. Вот и место для засады. Справа речка, медленная и глубокая, слева впадает ручей, он течёт по глубокому оврагу. В месте впадения ручья брод через него. Проходим этот брод. Плетением, выученным под руководством Ирены, делаю волну на берег, и она замывает наши следы. Размещаемся в кустах так, чтобы встретить эту группу уже после брода. Всем своим арбалетчикам выдал по десять арбалетных болтов, способных проходить через магическую защиту и подзарядил их защитные амулеты.

Вот появились пять всадников, три эльфа и два гнома. Понятно, откуда ноги растут, у этой истории, из царства гномов. Гномы и один эльф переходят брод, а вот два эльфа, остановились до брода и что-то рассматривают на земле, наверное, наши следы.

— Стреляй! — это своим арбалетчикам, — Бух! Бух! — это я отправил арбалетные болты своим магическим умением в грудь тем двоим, за бродом. Один упал, а второй, начинает быстро создавать какое-то плетение. Расстояние чуть больше ста метров, арбалетный болт весом 70 грамм на таком расстоянии разгоняется до 200 метров в секунду, и пробивает любой реальный доспех. А болт с антимагическим плетением должен преодолевать любую магическую защиту. Но, вот, не преодолел! Это что-то новое в моей практике, но сейчас главное — это победить! А противник у нас очень сильный. Конечно на нём ещё куча всяких амулетов, в том числе и защитных, но если у него есть такие амулеты, которые останавливают зачарованный арбалетный болт, то он крайне опасен! Если мой Чёрный купол не удержит его плетение, то нам конец. Тем временем, мои арбалетчики уложили первую тройку врагов, и заряжают арбалеты. Бегу к ним, хватаю двоих, толкаю на третьего, сам прыгаю к ним и накрываю нас Черным куполом. Это щит, который в этом мире ещё ни разу никто не пробил. Через секунду прилетает какая-то гадость, и кусты вокруг нас чернеют. Мой Комп опознаёт это плетение, как Чёрный прах, уже сталкивался с этой гадостью.

— Лежать, — шепчу стрелкам, и опускаю купол так, что он только чуть приподнимается над землёй.

Сейчас мы все четверо лежим за кустами, вокруг нас кусты чёрные, по периметру моего щита — купола, они рассыпались в прах. Но эльфу не видно, нас, а он намерен довести дело до конца. Он начинает выкрикивать всяческие оскорбления в наш адрес. Показываю стрелкам, чтобы рта не раскрывали, и кулак под нос тому, кто хотел что-то сказать. Короче, с нашей стороны тишина. Эльф переезжает брод, сходит с коня и начинает к нам медленно приближаться. Когда до нас остаётся метров сорок он останавливается, тогда я набрасываю на него Чехол, это Чёрный купол, вывернутый наизнанку, не выпускающий ни магию, ни предметы изнутри наружу, и сжимаю этот чехол до тела врага.

Впереди полыхнуло, и я поднял вверх накрывающий нас купол и встал сам, удерживая Чехол. Эльф стоит под Чехлом, его собственное плетение, видимо, из магии Огня, сработало под Чехлом и ему самому досталось, но он ещё бодренький, опять что-то плетёт. Выдёргиваю из своей Сумки путешественника десяток стрелок, это малые арбалетные болты, с антимагическим плетением и одну за другой с максимальной частотой пускаю их в эльфа.

— Бух! Бух! Бух! Бух! Бух! Бух! — шестая стрелка побила всё-таки его защиту, и эльф зажал рану в боку.

— Бух! — следующая стрелка, выпущенная уже осознанно по отработанному стереотипу, входит эльфу в глаз и вышибает ему затылок.

Надеюсь, что теперь он нам не опасен, снимаю с него Чехол. Труп эльфа падает на землю. Сажусь на землю, бойцам показываю сесть рядом.

— Это Чёрный прах, выходить из-под щита не ранее, чем через десять минут.

Когда вышли, приказал тщательно всех обыскать. У четырёх врагов было великолепное оружие, а на маге, наверное, он был архимагом, было два десятка всяких амулетов и накопителей. Накопители были разряженные, но рабочие, а вот плетения в амулетах в большинстве были мне не знакомы. Завернул каждый амулет в антимагическую ткань и сложил все в Сумку. Денег у них набралось почти на двести золотых, причем около двадцати золотых были в виде серебряных монет, в одном кошеле, в чересседельной сумке второго эльфа. Видимо, для оплаты дорожных расходов. Выплатил своим бойцам по десять золотых за риск, а трупы уничтожил плетением Чёрный прах.

Теперь я знаю это плетение, и что его можно направить на объект примерно за сто метров. Дальше, просто трудно попасть в цель. В Росинском королевстве, да и в других королевствах этого материка это плетение считается запрещённым. Но кое-кто плюёт на эти запреты, только по мне, его применяют уже второй раз. Это к подтверждению тезиса, что если с шулерами пытаться играть честно, ты всегда проиграешь. Такие наивные разумные, как наши маги, честно соблюдают эти законы и не только не применяют, но даже не изучают эти плетения. А вот всякие мерзавцы пользуются ими совершенно свободно, будучи уверенными в своей безнаказанности. Ещё когда я учился в Росинской Магической Академии, меня пытался убить маркиз де Рашфор, сын герцога де Рашфора. Так тот вообще использовал плетение Серая гниль, которое в сто раз страшнее, чем Чёрный прах. Чёрный прах убивает мгновенно, превращая того, на кого он попал, в чёрный пепел. Но уже через десять минут этот пепел не опасен для окружающих.

А в Серой гнили разумный умирает медленно, как бы растворяясь в грязной луже. На этом месте потом, до трёх суток находится пятно этой самой гнили, и любой, кто его коснётся, так же начнёт растворяться в этой гадости. А учил этого маркиза запрещённому и мерзкому плетению не какой-то нелегальный маг, а магистр Латур де Дортье, заместитель ректора нашей Академии. То есть и среди аристократов, и среди высших магов есть те, кто плевал на все законы королевства, и я не вижу другого выхода, кроме как бить врага его же оружием, или ещё более сильным оружием.

Потом я вызвал Мрау, попрощался с ней, и мы поехали домой.

Глава 6. От графства к анклаву

Закончился очередной дождливый период, наступила летняя погода, и я поехал инспектировать, что же мы имеем.

От Царя гномов, старшего брата «моего» принца, пришло письмо. Действующий монарх Колен анд Торон Тур и его опекун Настал анд Торон Тур разрешили младшему брату царя и моему приёмному сыну самому решить вопрос, кем он хочет быть, принцем или сыном графа. Мне трудно понять, чем он руководствовался, но он решил остаться с нами.

— Серж, это твоё решение. Я расту, был местным баронетом, сейчас вот граф. Даю слово, что ты будешь расти вместе со мной. Но раз ты решение уже принял, тогда вперёд на баррикады!

— Куда? — это и Серж, и Розалия. Опять меня земной фольклор подводит!

— Металлурги сказали, что если ты будешь моим подданным, то и они согласятся на это. Скажи — сын, это подданный или нет?

Стоим с Сержем, оба чешем затылки по поводу этой законодательной коллизии.

— Муж скажи им, что ты приёмный сын Мики, и если они соглашаются, то он становится анд Дрович!

И «процесс пошёл»! Это опять у меня юмор такой. На самом деле действительно все, кого Серж привёз, согласились стать моими подданными.

Тогда я собрал всех, кто у нас участвовал в строительстве, и предложил им войти в мой клан. Это было что-то с чем-то! Народ просто пришёл в шоковое состояние! Дело в том, что быть в клане, это, с одной стороны, очень почётно, ты служишь клану, клан заботится о тебе. Это как бы идеализированный социализм. С другой стороны, ты не можешь иметь титул выше, чем у главы клана. А я всего лишь граф.

Ну, вот вдруг вы надеетесь стать маркизом. Тогда вы рискуете, вступая в мой клан. Что, вы не планируете становиться маркизом, что же вы так? Но тогда милости просим в наш клан.

Неожиданно для меня, все вооружённые силы герцогства оказались состоящими из членов моего клана! Деревенские жители Семигорья также восприняли новость о клане с радостью. И в середине лета в моём клане было почти две тысячи разумных.

Провели праздник рождения города Семигорска и торжественное открытие Храма Всех Святых. На это мероприятие как-то умудрились пробраться несколько священнослужителей из королевства. Может быть, Настоятель сам их пригласил, всё-таки ему хочется показать коллегам, которые третировали его в своё время, чего он достиг. Двое из них попытались устроить скандал по поводу того, что святые размещены не по канонам церкви. И тут под сводами Храма прогремел голос: «Пошли вон, нечестивцы!» — и из алтаря ударили две молнии в этих скандалистов. Это было очень показательно для всех присутствующих, и, особенно, для священнослужителей. Факт принадлежности к касте священнослужителей, оказалось, не гарантирует неприкосновенность от гнева богов. Скандалившие упали на пол, и оба обмочились, потом на четвереньках бросились вон из Храма. А я сидел в полном недоумении. Дело в том, что я мысленно прокручивал именно такое наказание для этих святош — скандалистов, но сам что-то делать не рискнул, помня, что в аналогичной ситуации получил предупреждение: «Не жульничай, тебе невместно». И вот мои мысли реализовались! Что это, алтарь, созданный с моей помощью, реализует мои желания? Или просто действия богов совпали с моими желаниями. В любом случае в этом мире воля богов вполне материальна, и жить надо так, чтобы не вызывать гнев этих богов. Вроде бы и знакомства у меня есть в этом пантеоне: Сияющий не то чтобы благосклонен, но относится справедливо, Святая Анюта как бы крестница моей дочери, ну а Святой Хавар, благодаря мне, получил в почитатели всех военных нашей армии, — но проявление учтивости и вежливости точно лишними не будут.

Город Семигорск почти построен. Возведены необходимые городу здания: мэрия, казарма городской стражи, по моему требованию создана и размещена в специальных зданиях пожарная команда. Построены жилые кварталы. У нашего главного архитектора хватило ума и профессионализма не делать все дома одинаковые. Город в целом двухэтажный, но в разных кварталах разное оформление фасадов, выходящих на улицу. Где-то какая-то лепнина, где-то балконы. Разная форма крыш, окон, выходных дверей. В квартале для зажиточных жителей территория разбита на участки, и поставлен внешний забор с воротами. Опять же ворота имеют различный вид. А сами здания будут строится в соответствии с желаниями хозяина дома.

По всему городу проложены подземные канализация и водопровод. Правда в домах для большинства жителей это выражается в том, что есть туалет с унитазом, в котором отходы смываются водой из ведра. А водопровод заканчивается колонкой во дворе дома. Открыл кран, покачал рычагом, из крана потекла вода.

Хотели вообще заканчивать колодцами во дворах, но я запретил. Представляете, все колодцы связаны между собой, в один бросил яд, или заразу, и весь город вымер. Зачем нам такой водопровод?

Очистные тоже построены. Оказывается в этом мире очисткой канализации и бытовых стоков тоже занимаются маги. Есть плетение, которое всю органику в определённом объёме воды превращает в студенистую массу цвета детской неожиданности. Не знаете, как это выглядит? Это светло коричневый, почти жёлтый цвет. И реки это не загрязняет, так как не имеет запаха, а вся речная живность эту переработанную биомассу поедает запросто. А органика, это у нас всё, кроме камней и металлов, ну, ещё стекла и керамики. Всяких полиэтиленов и пластмасс здесь нет. А всё, что не вошло в органику, магия превращает в бетон и кирпич. Поэтому, если уборка отходов организована правильно, город экологию почти не портит.

Гораздо сложнее у металлургов организовать очистку. Я провёл более двадцати дней, вникая в дела металлургов. Закончилось это тем, что меня проклинали, и требовали ещё работников, зато теперь у нас в Загорье и Семигорье производится чугун, высококачественная инструментальная и оружейная сталь, серебро, сода, известь, красители для тканей синего, зелёного, коричневого, серого и пурпурного цветов. Ярко красного и жёлтого пока не получили, хотя женщины очень хотели этого. Всё серебро перерабатываем в ювелирные изделия, столовые приборы и посуду, и продаём в Холмограде и в столице. «Загорское серебро», это бренд такого высокого уровня, что его даже пытаются подделывать. Красители идут по тому же маршруту, но значительную часть у нас скупают северяне и, далее, перепродают в царство гномов и другие страны. Сода почти вся уходит северянам, и на внутренний рынок. За наши стали идёт натуральная битва: северяне, гномы, росинские мастера, поленские, всем нужны такие стали. Даже от степняков приезжали купцы. В баронетстве посёлок металлургов вырос до размера города, назвали его Железноград. А на юге герцогства начали организовывать производство керамических изделий и изделий из стекла и стеклокерамики. Настоял на названии города, который растёт там — Стеклоград. В этот город потихоньку переезжают мои производственники из Холмограда.

В связи с тем, что герцогиня внедряет систему всеобщего начального образования, к нам в Загорье идут целые караваны с письменными принадлежностями, бумагой, книгами. Рассказал, что такое букварь и азбука на местном языке, учебник по арифметике. Наши учителя составили эти учебники и заказали их в столичной типографии. Там сильно возмутились таким большим заказом. Тогда я приказал заниматься тем, чтобы у нас в Загорье сделать производство бумаги, и свою типографию, герцогиня меня поддержала. Бумагу пока только пробуют делать, а типография уже печатает небольшие партии учебников. Поток беженцев сильно ослабел, кто хотел и мог, видимо, уже перебрались. Общее число переселенцев составило около двухсот тысяч разумных. И гномов в мой клан перебралось около пятидесяти тысяч. Вместе с прежним населением численность разумных в герцогстве и графстве приближается к полумиллиону.

Поставил задачу своим военным довести численность Объединённых Вооружённых Сил до двух тысяч разумных. Организовать боевую подготовку на местности, где предполагается вести боевые действия. Ожидая, что обязательно найдутся желающие того, чтобы мы с ними «поделились», и скоро будет война, стараюсь насытить войска самым современным для этого мира оружием. Дал команду всем воинам лёгкой пехоты иметь арбалеты, и организовать арбалетные пары или тройки. Что это такое? Допустим, у нас есть один воин сильный, но стреляет из арбалета плохо, а другой стреляет хорошо, но он слабый и после пяти выстрелов уже устал, так как, чтобы заряжать арбалет, нужна большая сила. Пусть работают в паре. Сильный заряжает, меткий стреляет, берёт у сильного уже заряженный арбалет и снова стреляет, и так много раз. А болтов к арбалетам приказал наделать по двести штук на каждого воина. Произвести отбор лучников среди воинов. Тех, у кого получается метко стрелять из лука, готовить и как лёгкую пехоту, и как лучников. Им тоже иметь по двести стрел. Конечно, при весе боевой стрелы от 60 до 100 грамм, двести стрел становятся почти неподъёмной ношей, поэтому они будут ехать в обозе. Но обозы становятся адресными, чтобы каждый воин мог получить именно те стрелы, которые нужны ему.

И ещё одну проблему загрузил на командиров, это проблема эффективности залповой стрельбы. Вот стреляет одновременно сто арбалетчиков в сто врагов. Выстрелили, и оказалось, что в кого-то из врагов попало три болта, а в кого-то ни одного. Они придумали стрелять волной. Сначала стреляет треть стрелков, затем, увидев, куда попали болты первой волны, стреляет следующая треть стрелков, затем последняя треть, а после них опять первая. Волны болтов накатываются на врага как прибой. Опять же для этого желательно чтобы был произведен расчёт среди стрелков на первый, второй, третий и так далее. А для этого подразделения должны быть стабильными, слаженными, натренированными. Поэтому ввёл в армии, почти как в Советской Армии середины 20 века, три вида занятий: общефизическая подготовка, боевая индивидуальная подготовка, боевая подготовка в составе подразделения. А ещё раз в неделю к ним приходил священник, и проводил молебен во славу нашего королевства, нашего герцогства, и что случись война, каждый должен сражаться как Третий из баллады «О восьми». Такая вот идеологическая накачка.

Приказал в войске иметь много фургонов, для быстрой доставки солдат к месту боя.

Потом собрал командиров и рассказал им, что такое фаланга, как ведёт бой тяжёлая пехота со щитами, и длинными пиками в третьей шеренге. Пока сформировали одну коробку из ста тяжёлых пехотинцев. Они сами придумывают ситуации боя, и отрабатывают свои действия. Часть армии велел готовить как конницу, для борьбы со степняками.

Обдумывая как строить армию, вспомнил книгу Сергея Садова «Князь Вольдемар Старинов». Решил, что перенять что-то полезное, это не зазорно. В частности, потребовал, чтобы пехота научилась пропускать свою конницу сквозь строй. Это очень не просто с психологической точки зрения. Когда конницу возглавляет кто-то из аристократов, они пехоту за разумных не считают. В других армиях часто конница давит своих пехотинцев, а при отступлении, просто рубит свою же пехоту, только за то, что та мешает проскочить в тыл и оторваться от преследования. Я, как и герой той книги, издал приказ, что за такое отношение к своей пехоте буду вешать командиров кавалеристов, невзирая на титулы. А чтобы конница и пехота не считали друг друга врагами, приказал все части и пехоты, и кавалерии обкатать, на взаимных действиях, в том числе на прохождение конницы сквозь строй своей пехоты.

И ещё два момента из моего собственного опыта, и из той книги тоже, первое, это санитарная работа в армии в части соблюдения правил личной и общественной гигиены. При любом расположении войска, где бы то ни было, строго отведённые места под туалеты, под купание лошадей, купание солдат, места забора воды для приготовления пищи. Запрет на питьё некипяченой воды, прием неварёной пищи, немытых фруктов. Таким образом, резко снижалась вероятность эпидемий и массовых заболеваний. При любом недомогании, связанном с животом, солдат должен обратиться к командиру, а тот направить его к целителю. Второй момент, это организация, так сказать, медицинской службы в войсках. Солдат санитар в каждом взводе, фельдшер, а точнее знахарь в каждой роте, маг целитель в каждом полку. А вот чего не было у Садова в книге и в моей предыдущей жизни, это организация магической поддержки войск. И тут мне надо думать и думать. Ну, и другие умные головы привлекать.

Во всех этих заботах прошёл год. Опять весна, в деревнях посевная, оживление в горных работах. На территории Семигорья, в одном из ущелий построили шахты по добыче медной руды. В отличие от древних медных шахт на Урале, где потолки крепились деревянными стойками, здесь выработка крепится плетениями «Бетон» или «Кирпич», а породу дробят не киркой или зубилом, а плетением «Щебень». Потом на волокушах вывозят из шахты. Я потратил два дня, но создал десяток амулетов с руной «Щебень», которыми могут пользоваться и неодарённые. А вот амулеты с плетениями «Бетон» и «Кирпич» сделал для слабосильных магов. Дело в том, что при креплении стен и потолка в штольне шахты, нужно каждый раз задавать размеры, с учётом конкретной штольни. Среди шахтёров и рудознатцев выявил всех, кто имеет хотя бы слабый дар к магии, и всех отправил учиться на полугодовые курсы в Колледже. Ну, и конечно, таскать руду на волокушах это настолько не соответствует даже этому миру с развитой магией, что у меня просто слов нет. Это просто какой-то рабский труд. Поставил задачу спроектировать вагонетки, рельсы под них, системы тормозов. Сами шахты заставил проектировать по уровням, на которых вагонетки катаются в одной плоскости. А поднятие руды на поверхность — лебёдкой. В механизме лебёдки обязательно храповик, тормоз. Привод лебёдки конный, канаты укреплённые магией. Когда, в течение полугода, это всё сделали, количество рабочих в этой шахте уменьшилось вдвое, а выработка увеличилась втрое. Это позволило тем же составом рудознатцев и шахтёров заложить ещё одну шахту.

Амир Кунак доложил, что около нашего Колледжа постоянно трутся какие-то личности. При попытках проверить их, кто такие, как правило, оказывалось, что это разумные из караванов купцов. Если бы у нас было обычное магическое учебное заведение, поставили бы забор повыше и достаточно. Но в нашем колледже занимались и наши дети, а удержать информацию в этой ситуации было невозможно. Многие взрослые студенты восхищались способностями наших детей, были и такие, кто завидовал их способностям, и чего ожидать от таких завистников было непонятно. А были и просто любители посплетничать:

— Вы представляете, у нашей директрисы сын, ещё совсем ребёнок, а у него резерв, как у взрослого мага, — и таким болтунам рот заткнуть тоже было нереально.

Обсудив проблему, перевели Магический Колледж в Семигорск. Тем более, что комплекс зданий и полигон были уже подготовлены. А в здании бывшего Загорского Магического Колледжа открыли Колледж служащих мэрии. Готовит этот колледж, как сказали бы на Земле, муниципальных служащих, а в понятиях этого мира — клерков различных направлений работы: землемеров, бухгалтеров, управляющих начального уровня. Отдельный факультет организовали по моей просьбе, это Учительский факультет, готовящий учителей начального и среднего образования.

И на это учительский факультет, неожиданно для нас, возник очень большой конкурс. Оказалось, что в сельской местности учитель — это очень уважаемый человек. И в колледж хотели бы поступить очень многие молодые люди из королевства. А у нас не хватает учителей даже для себя специалистов готовить.

Тогда я обратился в царство гномов, к Насталу анд Торон Тур, с просьбой помочь учителями¸ хотя бы временно. Неожиданно на эту просьбу приехали пять десятков учителей, из них только шесть гномов, остальные — люди. Правда были ещё два эльфа: мужчина и женщина. Оба преподаватели математики, причём достаточно высокого уровня. Оба знали не только арифметику, но и алгебру, геометрию, тригонометрию, в том виде, как она здесь известна. Повёл их к Ириане и честно сказал, если у них в мозгах стоят блоки, то я их здесь не оставлю. Ириана начала терять навыки ментальной магии, и проверка этих эльфов далась ей очень тяжело. Эльфов, гномов и ещё два десятка учителей, способных преподавать на уровне среднего образования отправил в Семигорье. Теперь в Загорский Колледж служащих мэрии мы можем принимать студентов и из Росинского королевства, и, даже, из царства гномов.

А в Семигорье будем создавать университет не хуже университета у гномов, или академии в Краинском королевстве.

Предложил Ирене возглавить Магический Университет Загорья в Семигорске, причём готовить в нём и магов, и неодарённых государственных служащих. Ирена очень удивилась, потом очень напугалась, стала говорить, что не справится. Пришлось опять собирать нашу команду.

Вот мы все сидим в том самом зале, где любовник принцессы вручал мне приказ, из-за которого пришлось срочно уезжать.

— Дорогие мои друзья. Прошло четырнадцать лет с тех пор, как вы свалили с себя всякую ответственность на мои хлипкие плечи, назначив меня «сержантом» при подготовке к Турниру Магического Совершенства в Академии города Росград. Уже нет той Академии, город носит другое название, королевство ужалось до размеров нашего герцогства. А вы всё также прячетесь за мою спину. Только Ириана, наша герцогиня, взяла на себя бремя управления Загорьем, а ещё и организации учебных заведений. При этом нам трижды приходилось начинать всё с начала. Маркиза де Горса оказывает мне очень серьёзную помощь во всём, что касается нашего взаимодействия с внешним миром. А остальные остались адептами Академии и живут как тот ёжик.

— Какой ёжик? — это виконт де Борзон не смог промолчать.

— Есть поговорка: «Ёж — птица гордая, пока не пнёшь, не полетит!» Так и вы, действуете только по приказу. Но есть проблема. Понимаете в чём она? У нас существенно изменились масштабы деятельности. Сначала у нас была команда в десять разумных. Потом нам досталось герцогство, но оно было где-то параллельно с нами. Далее я стал бароном, и мне пришлось создавать больницу, открывать производства. А вы так и остались простыми исполнителями. Пока я справлялся, у меня не было причин жаловаться. Но вот пришло время, когда масштаб задач стал такой, что без помощников, которые возьмут на себя целые направления деятельности, мне не справится. Здесь в нашем анклаве, а я не разделяю Загорье и Семигорье, это всё наш анклав, кто-то должен взять на себя управление учебными заведениями, их уже много. Университет, Колледж, множество сельских школ. Появляются новые города, там нужны учебные заведения. И всё это быстро разрастается. Помните, как все смеялись, когда я сказал, что Лилия будет деканом факультета? А сейчас она декан, и никому не смешно. Нужны мэры городов, нужен ректор Магического Университета. Кто-то должен возглавить металлургию, чтобы все предприятия металлургической отрасли работали как единый комплекс. У нас уже сформирована своя армия, там выросли неплохие командиры, но нужно возглавить магическое крыло наших Объединённых Вооружённых Сил. Мне хотелось бы перевести нашу больницу из Холмограда к нам, но безопаснее создать здесь свою больницу, или комплекс лечебных заведений на весь анклав. Ещё, я думаю, нужна служба магов, в которую могли бы обращаться все жители анклава. Кому-то нужен дождь, кому-то нужно построить мост, кто-то считает, что его ребёнок одарённый и просит его проверить, ну и так далее. Все будут знать, что есть такая служба, и цены там не заоблачные. А цены мы с вами можем держать довольно низкие за счёт того, за счёт чего сумели провести грандиозное строительство при весьма скромных затратах. И это что-то нужно держать в секрете, иначе очень многие захотят это у нас отнять, или занять наше место здесь в анклаве. Все понимаете, что это такое, о чём я говорю?

— Дерево Жизни, да? — Талия не мудрствуя, спрашивает в ответ.

— Да, Дерево Жизни, которое позволяет нам заряжать бесплатно огромное количество накопителей магической энергии. Вы все научились это делать, и не нужно пытаться на этом как-то нажиться. Мы эту энергию воплощаем в различную продукцию, а вот она уже даёт нам большую прибыль. Помните, в Холмограде мои компаньоны начали выпускать стеклокерамическую посуду? Пока я им за бесплатно закаливал эту посуду, мы имели прибыль семьдесят золотых со ста вложенных в производство. А когда мы уехали, и им пришлось заряжать амулеты у магов города, прибыль упала до двадцати золотых со ста вложенных. Когда я с ними работал, они, понимая свою выгоду, безропотно отдавали мне половину прибыли. Для меня это выливалось в следующее: час на зарядку накопителей, три часа на дорогу, два часа на закалку партии посуды, — и сто пятьдесят золотых я заработал. И я все эти деньги, не задумываясь, трачу на наши проекты! Почему? Да потому, что это наша с вами жизнь! Мы преобразили наш анклав, вспомните, как тут было, когда мы первый раз приехали в Загорье? Так зачем жалеть деньги на свою жизнь? Я понимаю, когда крестьянин живёт от урожая до урожая и трясётся над каждой медяшкой. Но нам-то с вами судьба отмерила полной чашей, мы маги. Так давайте жить полной жизнью! Вылезайте каждый из своего маленького мирка, становитесь руководителями, моими, или герцогини, помощниками.

— Сейчас готов выслушать ваши предложения, если вы не решитесь, я вам сделаю свои. Ну, а если откажитесь, ругать не буду, дружить мы не перестанем, просто у нас не будет общих интересов, мы пойдём вперёд, а кто-то останется в своём мирке.

Долго говорили, спорили, даже бранились. Мои слова все восприняли всерьёз, и настраивались на движение к каким-то жизненным вершинам.

Когда Талия сказала, что хотела бы попробовать организовывать систему образования в анклаве, я предложил назвать её Министром Образования Загорья. Как-то само получилось, что когда мы говорим Загорье, мы предполагаем, что речь идёт об анклаве, состоящем из герцогства и графства, а если говорим герцогство Брюлен, то это только герцогство. Её муж, барон Маркус де Бриль согласился стать мэром Семигорска и управляющим делами графства Дрович, то есть Семигорья. Виконт де Борзон решил послужить в вооруженных силах анклава, и возглавил магическое крыло армии. Указом герцогини присвоил ему звание полковник, наравне с командующим нашей армией Таруном ан Тур, двоюродным младшим братом Настала анд Торон Тур. Жена виконта, наш главный строитель и прекрасный маг Земли Лилия де Борзон пожелала возглавить факультет магии Земли в Университете Семигорья.

Урождённой маркизе, а ныне графине Розалии ан Дрович я предложил должность Министра Иностранных Дел Загорья, на что она скромно ответила:

— Ну, если муж разрешит, — на что все открыли рот от удивления, а я натурально заржал.

Её муж, мой приёмный сын Серж ан Дрович, урождённый принц царства гномов Серж де Торон Тур, был назначен Министром Промышленности Загорья.

Анейра решила возрождать больницу, но не перетягивать ту, что мы создали в Холмограде, а по её типу создать больницы в Загорске и в Семигорске.

— Тогда ты Министр Целительства Загорья.

Ирена всё-таки согласилась на должность Ректора Загорского Университета, решили назвать его по имени анклава.

— А мне ничего не предлагаешь? — это Ириана, как всегда с ехидцей.

— Нет, ты со своей должностью справляешься с трудом, на повышение тебе рано! — и в меня привычно летит стакан (!) с вином.

Но мы уже учёные, поэтому не ловлю этот стакан, а ещё в полёте обворачиваю его в кокон Чехла и, взяв стакан в руку внутри кокона, убираю Чехол. Получилось, что стакан я поймал, вино из него почти всё пролилось на пол, но на меня не попало ни капли.

— Вот ведь засранец, и тут уже научился выкручиваться! — огорчённо молвит герцогиня.

На другой день, с утра, дав только опохмелиться во время общего завтрака, отправил всех организовывать свои министерства и университеты. А сам, забрав всех детей, позвал с нами Ириану, и пошли на полигон.

— Давайте хвастайтесь! Кто чему научился за этот год? Начнём с младших.

Влад и Катрин, которым исполнилось по шесть лет, показали по два плетения. Влад уверенно создаёт «Кирпич» и «Щебень», а ещё ту стенку, за которую я его ругал. Но теперь он её отработал в совершенстве. Поскольку это совершенно новое плетение, а название «стена» у магов Земли уже занято решили назвать это плетение «Стела». Влад научился задавать параметры этой плиты, и когда высота задаётся в разы больше, чем ширина и толщина, то получается именно стела. Если на неё нанести надписи, то это может быть указатель направления или названия населённого пункта, ну, и так далее.

Катрин выплетает «Огненный шар» в роли зажигалки, это она у Микаэля научилась, и «Роса» в варианте Анюты, когда туман появляется в строго ограниченном объеме. И она освоила плетение напыления серебра и золота на стекло, чтобы создавать зеркала. Ребёнок с голоду уже не помрёт (шутка).

Алина к «Малому Исцелению» и «Огненному шару», которые она знала раньше, добавила «Бетон», «Кирпич» и «Щит» против лёгких магических атак. Рондал и Мики каждый продемонстрировали «Огненный шар», «Ледяная стрела», «Бетон», «Кирпич», «Щебень» и щиты от Огненных шаров и Ледяных стрел. Роза выдала «Малое Исцеление», «Очищение», «Сшивалку», хоть сейчас направляй целителем в больницу. Средние дети все могут напылять зеркала и знают плетение «Микроскоп».

Микаэль долго не хотел участвовать в этом контрольном мероприятии, но потом выдал «Огненный Шар», «Плазменный шар», «Ледяная стрела», «Очищение одежды», Щиты от всех этих атакующих плетений. А потом он выпустил из руки магический щуп, толщиной в руку, захватил им небольшой камень и подал его маме. Ириана камень взяла, произнесла: «Молодец», но была в полном изумлении. Я посмотрел и сказал:

— Тут ты меня превзошёл! Я так не умею, научишь?

Мальчик кивнул, а его место заняла Анюта.

— Папа дай мне монетку, и когда я подал ей медный, продолжила, — Вон тот чурбачок, видишь? Там!

Монета исчезла с её руки, а чурбачок резко дернулся и развалился на две части, между которыми лежала монетка.

— Анюта! Ты конечно молодец, но ты нарушила меры безопасности! Дай мне слово, что ты не будешь использовать это плетение без моего разрешения!

— Ну, папа!

— Я тебе дома объясню, в чём тут проблема! Но, ни в коем случае не применять без моего разрешения!

— Ладно.

На этом показ и закончился. Дома пригласил Анюту в свою комнату, посадил на колени и стал рассказывать.

— Когда я тебе прошлый раз про это рассказывал, я не думал, что ты займёшься этой проблемой. Помнишь, я тебе говорил, что мне дали умения, но я не могу этому научить? Так вот, телепортацию мне не дали даже в качестве умения. Сказали, что этому миру ещё рано знать такую магию. А ты взяла и сама создала это плетение, то есть ты освоила магию, которую этому миру пока запрещают иметь. Я надеюсь, что те разумные, пока не заметили применения такой магии. Это магия изменения пространства и времени. Но если заметят, у нас с тобой будут неприятности. Те разумные повелевают такими силами, что я ничего не смогу им противопоставить, они могут нас убить, лишить полностью магии, даже и не знаю, что ещё могут.

— Это боги?

— Они не из этого мира. Боги, которые представлены в Храме, это боги этого мира. А те, они из другого мира, можно ли их называть богами, я не знаю, но это очень могущественные маги. Лучше бы с ними не встречаться.

— Папа, а как же нам изучать магию?

— А как ты это плетение разработала?

— А я и не разрабатывала. Я сидела и думала, что было бы хорошо сделать то, что ты хотел. Несколько раз пробовала, а потом почувствовала, что у меня должно получиться, и оно получилось.

— А ты осознаёшь это плетение, ты можешь других научить этому плетению?

— Да, могу, я хотела тебе сюрприз сделать, а ты сердишься!

Обнимаю дочку, целую её.

— Анюта, не сержусь я! Просто пока никого не учи и не применяй это плетение! Хорошо? Я скажу, когда будет можно, и ты меня первого научишь.

Следующий серьёзный разговор был с Ирианой.

— Ириана, можно с тобой поговорить по душам?

— А я не стану беременной от такого разговора?

— О, Ваша Светлость! Одно ваше слово… — не вижу ответной реакции.

— Уважаемая декан факультета Целительства и уважаемая наставница, Вы ведь осознаёте, что стали терять квалификацию? Я вас прошу, максимум дел переложите на управляющего, а сами выделяйте время на преподавание и научную работу. Я виноват перед вами, что взвалил на вас это ярмо, руководство герцогством. Но если бы вы не вышли замуж за герцога, мы все были бы неизвестно где. Принцесса нас всех уничтожила бы, как ненужных свидетелей. Давайте исходить из того, что есть, и идти вперёд. Нам нужно стать настолько сильными, чтобы никто не рисковал на нас нападать. Я делаю для этого что могу, но мне нужно много магов. Поэтому мы пока не готовим магов для других, только для себя. Если вам скучно, хочется покрутиться среди разумных, могу предложить должность министра финансов. Я пока справляюсь с проблемами учёта финансов, но вот, например, открыть банк, или обеспечить наше население займами, на это у меня, естественно, времени нет.

— И ты доверишь мне все свои деньги?

— Ириана, ты меня удивляешь! Я доверил тебе рожать наших детей! Для меня это дороже любых денег! Я полностью доверяю жёнам, тебе и Розалии, начни уже и ты мне доверять!

Прошло ещё два месяца, в деревнях убирают урожай, лето движется к своему концу.

По сведениям нашего начальника службы безопасности, в Росинском королевстве опять начались какие-то поползновения в нашу сторону.

Прошу Министра иностранных дел, графиню Розалию ан Дрович провести углубленную дипломатическую разведку. Приготовили подарки королю, его дамам, нескольким важным приближённым короля.

— Если сложится так, что король, в приватной беседе, задаст тебе вопрос: «Чего опасается Третий?» или «Чего боится граф Семигорский?» — Скажи, что я боюсь коварства эльфов. Думаю, он поймёт. А если вопрос будет задан при посторонних, скажи, что боюсь потерять его благосклонность.

— Но если речь пойдёт о том, готовы ли мы, и графство, и герцогство выставить вооруженные отряды для участия в какой-нибудь войне, отбивайся всеми силами, говори, что нам нужно ещё как минимум три года. У нас очень мало населения, малый бюджет, не на что содержать дружину. В столице наверняка знают, что у нас работает производство качественной оружейной стали. Говори, что гномы работают по найму, и значительная часть денег уходит им. Если разговор сложится благоприятно для нас, проси разрешения на выпуск своих медных денег. Гномий банк, мол, не хочет заниматься медью, а у нас население бедное, ему нужна именно медь. Качество монет гарантируем, и одну треть монет готовы отправлять в казначейство королевства.

— Ты соображаешь, что говоришь?

— Я предлагаю королю прибыльное дело, он не вкладывая ни серебряного, получает тридцать три процента с дохода нашего предприятия. С него всего лишь разрешение и признание наших монет полноценными деньгами. Вот тебе образцы, — подаю Розалии десяток медяшек и пять медных, отштампованных в нашей мастерской.

Монеты отличаются от государственных тем, что вместо профиля короля, выдавлен силуэт форели на фоне выглядывающего из-за гор солнца, а на другой стороне монеты надпись «1 медяшка». Медный нёс на себе соответствующую надпись, причём здесь цифра была ниже надписи «Медный 1», а на лицевой стороне было выдавлено изображение морды моего Ужаса, чуть повёрнутой в сторону. Вес и качество металла строго соответствовали королевскому денежному стандарту.

— Розалия, ты предложи это сначала главному королевскому казначею, причём предложи сначала пятую часть. Потом торгуйся, как будто ты гнома, ты ведь теперь ан Дрович. Потом постепенно уступай, но больше трети отдавать откажись, скажи, нам это не выгодно, добыча меди у нас очень дорогая, так как руда бедная.

— Но это всё второстепенные моменты, главное — информация о том, кто и что готовит против нас. Если за твои расспросы, тебя попытаются обвинить в шпионаже, ответ такой: наш анклав это часть Росинского королевства, ты ведь не для другого государства собираешь информацию. А что мы обеспокоены, это нормальная реакция, так как до нас дошли сведения, что у нас хотят что-то отобрать. В Холмограде всё отобрали, и опять какие-то претензии к нам!

Наша дипломатическая миссия отбыла, а мы с Сержем направились к металлургам. Я потребовал провести исследования с целью получения пружинной стали. На всякие возражения, отдал им металлическую линейку, которая спокойно сворачивалась в кольцо и сама полностью распрямлялась. Я эту линейку сделал, используя свои магические способности, но ведь на Земле такие линейки продавались в каждом магазине школьных товаров, и делали их без всякой магии.

— Ну, ладно, сделать можно, но зачем?

— Мне нужно много арбалетов, это будут металлические плечи. Мне нужно много повозок. Это будут рессоры. Сделаем — покажу, сами будете просить часть продукции отправить вашим землякам.

Пружинную сталь получили через месяц. Ещё месяц улучшали качество пружин и подбирали профиль дуги, или плеча, для армейского арбалета. А через два месяца запустили массовое производство этих плеч, и, к концу сезона дождей, у каждого бойца нашей пехоты был арбалет или улучшенный лук.

С луками была отдельная история. Понимая проблему, решил пойти на это совершенно сознательно, хотя в душе был против себя самого, только выхода другого не увидел, поэтому решился. Собрал детей, положил перед каждым по два прутика, и сказал:

— Все мы любим ходить на рыбалку. Но на рыбалке нужна снасть, это леска, поплавок, крючок. А ещё там нужно очень прочное удилище. Я эти удилища делаю для всех нас. Но теперь мне очень некогда, да и уеду я скоро надолго. Поэтому, нужно чтобы кто-то из вас научился делать такие удилища. Это как с зеркалами. Я могу объяснить, что происходит в материале улучшенного удилища, а вы сами должны придумать, как это сделать. Вот перед вами два прутика. Один простой, другой улучшенный. Видите, он чуть тоньше, чем первый. Тоньше он стал, потому, что верхний слой древесины очень сильно сжат, уплотнён. Вы все знаете, что если прутик разжевать, то он разделяется на волокна. Если его очень сильно размять, то эти волокна будут очень мелкими. Как при создании зеркал мы выделяли очень мелкие частички серебра, так и здесь эти волокна будут очень мелкими, но это волокна. Если их скрепить между собой в длину, то это получится очень крепкая ниточка. Но мы должны и все эти тончайшие ниточки скрепить между собой. И у нас с вами получается, что верхний слой древесины, как трубочка, охватывает то, что осталось внутри, а там обычная древесина. Она заполняет внутренний объём трубочки, и не даёт ей сложиться и перегнуться. А так как трубочка получилась очень прочная на разрыв, то такая удочка будет гнуться и выпрямляться, но не сломается.

— Я даю вам задание, сделать второй прутик таким же укреплённым, как и первый. Кто сделает, я ему покажу место, где клюёт крупная рыба. И прошу остальных не обижаться. Это у вас соревнование, а в соревнованиях всегда выигрывает только кто-то один.

За два часа никто из детей не справился с заданием. Назначил продолжение занятия завтра, но на завтра на занятие пришли трое ребят с готовыми решениями: Десятилетний Мики, девятилетний Рондал, и семилетний Влад. И если у Рондала и Мики плетения были практически одинаковыми, то Влад опять отличился. Он скомпоновал из кусочков плетения для производства зеркал, плетения «Бетон», и плетения щита от механических атак, общее плетение, которое укрепляло верхний слой древесины путём её спресовывания. Но это плетение не создавало тех нитей из волокон древесины, про которые я им рассказывал.

А плетение Мики и Рондала наоборот, создавало такие нити, но только вдоль прутика, не сжимая и не скрепляя эти нити между собой. В результате прутик становился прочнее, но верхний слой оставался рыхлым и не достигал нужной прочности.

Я заставил каждого из лидеров подробно рассказать, что же он создал, потом указал всем на недостатки данных решений.

— Вы трое заслужили приз, но нужный мне результат, пока, не достигнут. Давайте все вместе подумаем, как совместить эти два решения.

Удивительно, но решение предложила девятилетняя Роза, со склонностью к целительству. Она сначала, используя элементы плетения «Сшивалка», соединила нити волокон в плотную структуру, потом сжала их тем плетением, что придумал Влад, и получила требуемый результат.

Я понимаю, что это далеко не оптимальное решение, но это было решение, позволяющее решить мою проблему. Вот мне-то была морока результаты этого «мозгового штурма» свести в руны, и создать один амулет с комплексом этих рун. Создал, сделал пять экземпляров, и поехал сначала в Университет к Ирене, выпросил у неё пять слабых магов, пока недоучившихся, но ситуация вынуждала на время прервать их обучение. Потом уже с этими магами поехали в Лесогорск, в мастерскую, которая занималась изготовлением боевых луков.

Рассказал свою идею мастерам, минут пятнадцать наблюдал, как бесновались три мастера профессионала, утверждавших, что каждый дилетант вмешивается в их работу, а у них этой работы очень много. Надоело слушать.

— Вы, уважаемые мастера, немножко попутали берега. Эта речка течёт в обратную сторону. А говоря без иносказаний, я здесь главный, что скажу, то и будете делать. Можете отказаться, и уволится из мастерских, которыми я владею на паях. А можете стать создателями новых, очень качественных луков, изготовленных по новым принципам, с использованием магии. Так будем работать, или мне искать других мастеров.

Один из трёх ушел с оскорблённым видом. Ещё один из оставшихся двух всё время меня перебивал, и кричал, что так никто не делает, это полная чепуха и тому подобное. Мне надоело, и я его выгнал сам.

— Скажите уважаемый, в этих мастерских есть толковые помощники или подмастерья.

— Да, есть три парня, которых можно спокойно назначать мастерами.

— Вызывайте их и будем разбирать технологию испытаний, а потом изготовления луков.

В конце концов, сделали лук по типу композитного азиатского с Земли. В середине массивная рукоять, от неё отходят изогнутые наружу плечи. Когда натягивают тетиву, плечи сгибаются вовнутрь и лук приобретает свою классическую форму.

Испытания свелись к изучению как изменятся упругость и жесткость плеч лука после их укрепления нашими амулетами. Когда подобрали необходимые исходные размеры и материал плеч лука, дальше пошёл процесс их массового изготовление. Не нужно было годами сушить лук в специальных формах, производить обмотку лука специальными материалами, предохраняющими его от намокания и так далее.

Правда, сразу я не сообразил, уже прямо здесь сделал для своих магов ещё по одному амулету для укрепления тетивы. Сам уже сообразил, как используя плетение Мики-Рондала и поправку Розы сделать амулет для укрепления верёвки или шнура. Сказал магам, что этим амулетом можно укрепить тетиву. Сообразят, что можно укрепить любую верёвку, в том числе рыболовную леску, молодцы, а нет, так останется моим секретом. Таким образом, запустили производство первоклассных, для здешнего общества, луков.

Но пока всё это происходило, в конце года к нам приехало большое церковное начальство, а с ними вместе пытались проехать пятеро эльфов. У дежурной смены второго форта жесткая инструкция, эльфов не пропускать. Эти господа пытались устроить скандал, церковники их поддержали, тогда им всем сказали: «Ждите!» — и отправили посыльного за мной. А я сначала взял с собой герцогиню и сотню дружины. Пока мы подъехали, прошло уже три дня, хорошо ещё герцогиня была в Семигорске, иначе ещё бы пять дней потеряли.

Приезжие жили в корчме караван-сарая, и когда мы приехали, они потребовали, чтобы мы спустились с перевала к ним в корчму. Тут и я, и герцогиня просто удивились такой наглости. Смотрю на церковного клерка, который приехал как бы за нами.

— Здесь владетели провинции. Кто-то, не изволивший даже представиться, начинает нам ставить условия? Передай своим хозяевам, мы ждём до захода солнца и уезжаем. Но в этом случае, никто их вашего каравана не будет допущен в провинцию. До захода солнца! Ты ещё здесь? Бегом!

Через четыре часа пять карет и двенадцать всадников подъехали к воротам форта. Проинструктированный сержант, спросил, кто у них главный, и попросил этого главного пройти во двор форта, для встречи с владетелями анклава. Ворота форта были открыты, но проход перекрывал редкий строй стражников форта. Тогда один из всадников, направил коня прямо на стражников, и его конь попытался рогами расчистить себе дорогу. Напомню, что здешние кони телом похожи на земных коней, а голова у них как у древнего быка тура, или как у испанских быков, разводимых для корриды, то есть с большими рогами.

Как только конь опустил голову, чтобы поддеть стражника на рога, ему в глаз ударила арбалетная стрела, которая прошла магическую защиту всадника, увешанного амулетами. Конь рухнул, и всадник едва успел соскочить с него. Он вскочил на ноги, и что-то крича, начал плести какое-то плетение. Поскольку я немного знаю язык эльфов, то понял, что этот господин кричал «К бою!» по-эльфийски. Стражники бросились в укрытие, за воротами упала решётка, теперь в форт было не попасть. Из первой кареты выскочил какой-то священнослужитель в очень богатой одежде, и начал кричать на эльфа мага, спровоцировавшего нападение. Что характерно, кричал он на эльфа на эльфийском языке! Сержант спрашивал меня, не опустить ли и ворота, но я сказал, что спешить не будем. Пеший эльф ушёл в последнюю карету, а разряженный церковник подошёл к решётке. Стражники в башне приподняли решётку так, чтобы мог пройти пешеход. И жестами пригласили священнослужителя внутрь двора.

Когда мы с ним сошлись в середине двора, он с надменным видом заявил:

— Я Патриарх всея Росинской церкви. Я имею доступ в любое место королевства, включая королевский дворец. На каком основании, меня здесь задерживают? Немедленно откройте все ворота!

— Первое, я с вами не знаком, мне вас не представляли, меня вам не представляли. Эти одежды (хотел сказать тряпки, но сдержался) может надеть любой злоумышленник. Поэтому чего-то требовать вы не можете. Второе, ваш спутник, только что пытался напасть на стражников пограничного форта. И после этого вы требуете, чтобы мы открыли ворота настежь? Вы ничего не перепутали?

Церковник покраснел от гнева, но видимо, всё же попасть к нам ему очень хотелось, поэтому он сдержался.

— Вы тоже не представились!

— Эта прекрасная госпожа является владетелем провинции Загорье, герцогиня Ириана де Брюлен, и граф Семигорский, к вашим услугам.

— Мы едем в гости к настоятелю Храма, который построили в этих краях. Прикажите открыть ворота!

— Конечно же, нет! Разумный, пытавшийся силой проникнуть на нашу территорию, попасть туда может только в виде трупа. Кроме того, на меня несколько раз покушались разумные с обличием эльфов. По их вине погибли близкие Её Светлости. Поэтому, кем бы они вам не приходились, эльфы в наш анклав не допускаются. Пусть ждут вас в караван-сарае.

— Мы могли бы взять на себя…

— Торга не будет! — обрываю речь священнослужителя.

После довольно длительных разборок в их среде, вперёд выдвинулись три кареты и девять всадников. Стражи перевала, строго по инструкции, запустили их во двор форта, опустили решётку и приказали всем выйти из карет. Там послышались возмущенные голоса, но сержант спокойно сказал, что порядок допуска в анклав для всех одинаков. Кто не выполнит требований, может ехать назад. Когда все церковники вышли на плац, стала понятна причина недовольства, двое из пяти священнослужителей были очень тучными, и выход из кареты для них был просто подвигом. Убедившись, что посторонних в караване нет. Мы их пропустили вперёд и поехали за ними. По тому, как уверенно вёл караван главный стражник, стало понятно, что он здесь не в первый раз. Ночевать я их оставил в корчме у Турана в Трёхречье, а сам поехал к настоятелю Храма. Попытался его инструктировать, однако он упёрся, мол, если там действительно Патриарх, то он обязан Патриарху подчиняться.

— Уважаемый Настоятель Храма Всех Святых, насколько я понимаю строительство такого храма обошлось бы в деньгах около полмиллиона золотых, или больше. Сколько денег вам выделила церковь королевства? Чего молчите? Что они вам ответили по поводу алтаря для Храма? Какую зарплату они вам платят? Ну что же вы всё молчите? И с какого перепугу после всего этого вы должны им подчиняться?

— Запомните Ваше Высокопреосвященство! Настоятелем этого храма будете или вы, или если вы струсите, то ваш помощник. Он очень молодой, для такой должности, но он не такой трусливый!

Священнослужитель вскинулся на эти мои слова.

— Что вы на меня смотрите, как на врага! Это вы сейчас переходите в стан моих врагов! Я с этими чиновниками от религии борюсь много лет. Помните, как вас восстанавливали в ранге Настоятеля храма Святой Анюты? Помните, кто там был до вас? Вы хотите, чтобы сюда посадили такого же негодяя? А вы без всякой борьбы поднимите лапки кверху? Анюта, ну, хоть ты ему скажи!

И под сводами Храма зазвучал чистый женский голос:

«Если кто-то недостойный займёт это место, мы уйдём из этого храма!»

— А алтарь вернёте в то состояние, каким я его сюда принёс?

«Если Сияющий захочет, он вернёт».

— Идите, господин настоятель Храма Всех Святых, у вас есть время подумать. До утра все входы и выходы закрыть наглухо. Раньше меня никто в храм войти не должен!

И пошёл домой. Передал командующему Вооружёнными силами, быть после завтрака в Храме, попросил Аню вместе с Анютой быть там же. Утром мы пришли к храму. Все приехавшие были уже здесь, колотили в двери, требуя открыть им вход. Настоятель спрятался внутри, не показывался и не открывал. Когда я подошёл к дверям, они распахнулись и мои знакомые служки поклонились мне, придерживая двери. Взяв жену под руку, а дочь за руку, я вошёл в Храм. Подошёл к настоятелю.

— Встречайте гостей, вежливо, но не унижаясь!

Тот пошёл навстречу приезжим, поклонился и начал перечислять все титулы приехавших. Мне это было не интересно, и мы пошли к алтарю. Рядом с нами шёл наш полковник. Вот он шагнул вперёд и низко поклонился Сияющему, алтарь мигнул белым светом. Полковник, поднял правую руку, согнутую в локте и со сжатым кулаком.

— Хава-ар! — и поклонился скульптуре бога счастья и удачи.

Алтарь полыхнул зелёным светом, и довольный офицер сделал два шага назад, пропускаю нас к алтарю. Мы с женой поклонились Сияющему, Святой Анюте, и Святому Хавару. Алтарь также мигнул три раза. А дочка подбежала к скульптуре Святой Анюты, потянувшись, взяла её за руку и начала ей что-то быстро рассказывать, показывая на нас женой. При этом алтарь стал переливаться всеми цветами радуги, совсем не ярко, но очень хорошо заметно в полумраке храма.

— Что здесь происходит? — вскричал приезжий Патриарх, его титул подтвердил наш Настоятель.

— Уберите этого мерзкого ребёнка, она испортит алтарь!

Я повернулся к этому типу, готовый врезать ему в челюсть, всякая церковная мразь будет мою дочь называть мерзкой? В это время Алтарь полыхнул красным цветом и в храме погас свет. Испуганно заверещали приезжие церковники, что-то бормотал наш настоятель. Служки начали открывать ставни, и на полу заиграли разноцветные блики, это наши стекловары расщедрились и для храма сделали цветные стёкла. Правда, они сумели сделать стёкла только трёх цветов, голубые, розовые и зеленоватые, но эффект эти стёкла давали очень хороший. Патриарх перестал что-то пищать, и начал предъявлять претензии нашему Настоятелю.

В это время меня стал кто-то дёргать за рукав. Это был один из тех толстяков, что с трудом вылезал их кареты.

— Кто финансировал строительства храма?

— А вы кто такой?

— Я заместитель Главного Казначея королевства!

— А почему вы спрашиваете, вас совесть заела, и вы решили возместить нам часть расходов.

— Не ёрничайте, здесь потрачены огромные суммы, и ни медяшки не заплачено в казну!

— А почему должно быть заплачено в казну?

— Это культовое сооружение, десять процентов вложенных средств должны быть перечислены в налоги королевства!

Хотелось наорать на этого разъевшегося наглеца, хотелось дать ему хорошего тумака, но я решил приколоться.

— Раз это культовое сооружение, его строительство должна была финансировать церковь! Вы у патриарха не спрашивали, сколько они вложили? Вот с этой суммы и налог берите.

— Я, конечно, спрашивал, поэтому и спрашиваю у вас, кто финансировал строительство.

— Вы не поверите, это была народная стройка. Каждый житель анклава приходил со своим кирпичом, а каменщики их укладывали в стены. Так что все расходы, это только на проживание Настоятеля и его помощников за всё время строительства. Это десять серебряных в месяц за год — сто серебряных, или двадцать золотинок, или два золотых. Итого налог — две золотинки, я готов их выплатить прямо сейчас. Возьмёте?

— Вы что, издеваетесь?

В это время Патриарх орал на Настоятеля:

— Я вас не назначал, Совет епархии вас не назначал! Вы самозванец! В Храме всех святых будет нормальный настоятель, назначенный, как положено. Кроме того, такой алтарь должен быть в столичном Храме, а не в дикой провинции. Сюда мы привезём алтарь поскромнее.

Поворачивается ко мне.

— Граф, прикажите организовать перевозку этого алтаря!

К этому времени в храм подошли все наши, они стояли рядом с Анейрой и внимательно наблюдали за происходящим.

— Ваша Светлость, вы не могли бы подойти? Ваше присутствие предаст официальный статус беседе. И вы, заместитель Главного казначея, тоже подойдите. Итак, господа, в далёкой провинции скромный настоятель Храма Святой Анюты, и владетели этого анклава решили построить Храм Всех Святых. Корона на это дело не выделила ни медяшки. Церковь королевства, не только не выделила ни медяшки, но и отказала в предоставлении хоть какого-нибудь алтаря. О скульптурах святых даже речи не заходило. Население этого анклава построило этот храм своими силами. Обычно маги не помогают строить культовые сооружения, потому, что церковь сама финансирует такое строительство. Здесь, как я сказал, не выделили ни медяшки. Храм от начала и до конца построен силами жителей анклава, в том числе и магов. Из числа жителей нашлись достаточно талантливые скульпторы, они создали скульптуры святых. Сейчас они начали рисовать божественные сюжеты на стене за скульптурами. Боги сами помогли нам вырастить алтарь. А теперь налетели желающие урвать себе хоть кусочек, как стервятники, когда видят умирающего зверя, они готовы его даже добить, чтобы быстрее начать рвать его на части.

— А теперь уважаемые господа, попробуйте назвать нам те нормы законов нашего королевства, на основании которых вы предъявляете претензии Настоятелю, мне, Храму.

На эти слова алтарь полыхнул красным светом. Помощники Патриарха вжали головы в плечи, понимая, что это гнев святых, а Патриарха понесло.

— Я сказал, здесь будет наш настоятель. Вы построили сами, молодцы, но теперь это собственность церкви, пото… — договорить он не смог, или не успел, так как из алтаря вырвалась ослепительно белая молния и ударила его в лоб. Патриарх рухнул на спину. Падал он плашмя, и, наверное, разбил бы затылок, но заботливые телохранители подхватили его и не дали телу удариться.

Опять делаем покер фейс, лицо без эмоций, ну, а что такого, мы что, первый раз видим гнев богов, да ещё и в храме, это для нас в порядке вещей! Эх, как меня понесло, нервы, однако!

И всё же, ловлю благоприятный момент, как можно спокойнее поворачиваюсь сам, и поворачиваю нашу герцогиню к финансисту.

— Господин заместитель Главного Казначей, так мы решили вопрос с налогами?

— Да, да! Конечно, если прихожане сами построили храм, то какие тут могут быть налоги?

Наши «гости» загрузились в кареты и в сопровождении своей охраны и наших бойцов городской стражи убыли в Трёхречье. Ближе к вечеру мы туда наведались. Анейра, а потом и Ириана, осмотрели пострадавшего Патриарха. Физически разумный был абсолютно здоров, а вот разумным его назвать трудно. У него полностью отсутствует память. Понятно, что жить он сможет, но высоких должностей занимать — нет. Он уже в возрасте, а ему надо учиться читать и писать, ну и всему остальному. Так они и уехали.

А наш Настоятель вдруг помолодел, смотрит на всех соколом, мол, вот мы какие, одолели супостата. Ну и пусть служит на благо разумным.

Мы ещё не отошли от этих приключений, как вернулась Розалия. И новости она привезла плохие для нас.

Глава 7. Война в ущелье и встреча с Контролёрами

Боги этого мира в очередной раз выказали нам своё расположение. В Храме Всех Святых не только церковники королевства получили очень сильный намёк на то, что нас не нужно трогать, но и заместитель Главного Казначея Росинского королевства решил с нами не связываться. А вот во внешнем мире не всё так радужно, точнее всё очень плохо. Как ни удивительно, король и его главный казначей согласовали нам выпуск медных монет, с отчислением двадцати пяти процентов в казну королевства. Со слов Розалии, казначей сказал, что качество изготовления монет выше всяких похвал. Кроме того, заниматься подделкой медных монет это даже не смешно — выгоды никакой. А то, что на монетах не профиль монарха, а рыба и конь, так это даже удобно для разговора. Крестьяне будут говорить, что крынка молока стоит две рыбки, а брючной ремень три коня. Королевский казначей просто не знает, что у нас себестоимость изготовления медной монеты в два раза ниже, чем в королевстве, так что, даже с учётом того, что четвёртую часть монет дарим в королевскую казну, у нас получается прибыль более пятидесяти процентов. А кроме прибыльности для нас, товарно-денежные отношения в анклаве нормализуются, всё меньше натурального товарообмена, всё больше нормальной купли-продажи.

С этим всё хорошо.

Но на нас собирается пойти войной поленский король. Его явно подталкивают к этому эльфы. Чтобы не проходить через Росинское королевство, они вроде бы собираются напасть через ущелье, где мы проходили до открытия перевалов. Больше информации нет. Только то, что краинцы и фанцы ещё сами не пришли в себя после той войны. А степняки ограбили столицу и окрестности, и ушли назад в свои степи.

Сейчас Росинское королевство имеет в своём составе Загорское княжество, наполовину покрытое непроходимыми горами, и равнинную часть. Протяжённость равнины с севера на юг около 300 километров, а с запада на восток около 250 километров. На севере с нашим королевством граничит царство гномов, на северо-востоке — Фанское королевство, на востоке Краинское королевство, а на юго-востоке Поленское королевство. Изначальная, западная часть Поленского королевства, находится за Граничным Хребтом западнее Загорья.

Я озадачил начальника службы безопасности обеспечить раннее предупреждение об агрессоре. На восточной стороне гор выявлены многочисленные разъезды поленцев, ищут другие проходы в горах, кроме того ущелья с рекой. Через управляющего, учителей, священнослужителей выявили всех охотников, дали им задание постоянно контролировать все, даже самые труднопроходимые перевалы в горах. Большое войско там не пройдёт, а вот разные диверсанты, могут и пробраться. А сам провёл большой сбор всех причастных к магии, и организовал производство, точнее доработку арбалетных болтов. Из арбалетов со стальными пружинными плечами стрелять получалось точнее, и болты летели чуть дальше. А если болты взять на треть легче, то они летели почти в два раза дальше. Вот такими болтами мы сейчас и насыщали нашу армию. Кроме того, в королевстве иногда использовались болты чёрного цвета. Это были болты с нанесённой руной на преодоление магической защиты. Конечно черный цвет, это был просто признак таких опасных болтов. А я сказал, на наших болтах с руной на преодоление магических защит делать просто чёрную полосу.

Так вот, я всех магов посадил на одну операцию, копирование руны чёрного болта на арбалетные болты и стрелы для нашей армии.

А сам разработал новую руну. Сначала мы вместе с Анютой и Микаэлем разбирали плетение того щита нападавшего на меня эльфа, который не могли пробить мои чёрные болты. Когда разобрались, наделали всем нашим близким амулеты со щитами с руной такого плетения. А потом мы с Анютой разрабатывали плетение, на преодоление такого щита. Сделали, я преобразовал его в руну, но она довольно сложная. Болты и лёгкие стрелки с такой руной я по-прежнему метил своим знаком, у них было красное оперение.

В прошлом году у нас была армия в две тысячи разумных, в том числе пятьсот разумных были в коннице, а ещё сотня в фаланге. За прошедший год увеличили Вооруженные Силы анклава до четырёх тысяч воинов, конницу оставили в размере пятисот всадников с мечами, пиками, и малыми арбалетами. Фаланг сформировали пять, по сто разумных в каждой, с мечами, ростовыми щитами, и копьями разной длины. И три тысячи воинов с традиционным для этого мира вооружением: небольшой щит, короткий меч, пика. Но у нас они все имели ещё и арбалеты или луки. Облегчённые болты имели вес в пятьдесят грамм, и летели прицельно на сто шагов, а по дуге — до двухсот метров. Собственно болт летел и дальше, но поражающая энергия уже была недостаточной, чтобы пробить даже лёгкие доспехи. Таких болтов воин носил с собой сто штук и ещё двести болтов на каждого воина были в обозе. Я рассчитывал каждого воина снабдить пятью десятками болтов с чёрной полосой. Несколько особо метких стрелков в каждой сотне должны были получить ещё и по двадцать болтов с красным оперением. Это для стрельбы по важным персонам, снабженным очень сильными защитными амулетами.

Лучники также снабжались стрелами с чёрной полосой. Их стрелы, весом около ста грамм, прицельно летели на те же сто метров, что и болты из арбалетов. А вот по дуге стрелы летели и на 250 метров, сохраняя убойную силу. Но главное достоинство лучников, это более высокая скорострельность.

Старался все дела раздать подчинённым, чтобы у самого осталось время на организацию и контроль. В очередной раз поразили старшие дети. Я им доверил накладывать руны на красные болты. Так они умудрялись за одну операцию наложить руны сразу на шесть болтов. Посмотрел, как это делает Анюта. Она выложила перед собой шесть болтов, создала крупный образ нужной руны, а когда она опускала эту большую руну на болты, руна распалась на шесть маленьких, и каждая вошла в свой болт. Я сам так не умею.

В такой вот подготовке, с ажиотажем вначале, и с плановой работой через десять-пятнадцать дней, прошёл период дождей. Потом ещё два месяца было не понятно, будет ли нападение и, если будет, то где? И вот ближе к середине лета армия Поленского королевства, сформированная в южных провинциях, бывших когда-то Росинскими, двинулась по дорогам Росинского королевства к горам. По разным сведениям численность этого войска составляла от десяти до двадцати тысяч разумных. Мы подготовили на реке, которая текла по ущелью пять запруд с прудами, которые заполнились в период дождей. Замысел был простой. Занимаем оборону в ущелье, и сдерживаем врага на дистанции с помощью лучников и арбалетного обстрела. Не даём врагу строить мосты и переправы. Как только враг выдавит наши войска из ущелья, взрываем первую плотину, и мощный поток воды смывает захватчиков. И так мы можем повторить пять раз.

Маги стихий приготовились нагонять тучи с дождями в горах, чтобы река вспучилась и дала нам передышку при необходимости.

Почти так всё и произошло. Поленцы сделали ставку на пятёрку очень сильных магов. Эти маги ставили мощную защиту, которую не могли пробить, не только простые, но и чёрные болты. И поленцы пошли вперёд, перекрывая реку мостами. Причём строили они их не так как мы, но с такой же скоростью. Первые мосты наши маги успевали разрушать плетением «Щебень», но для этого нужно было подойти на тридцать-сорок шагов, а поленцы ведь тоже имели арбалеты и чёрные болты. Так что очень быстро на нашем маге разряжалась вся защита, в том числе, и наши новые амулеты, и приходилось срочно удирать. Спасали только ростовые щиты. С нашим магом шли три пехотинца с ростовыми щитами, которыми они защищали мага от арбалетных болтов. Металлическому щиту всё равно, болт летит простой или чёрный, болт втыкается в щит, но насквозь не пробивает. Тогда поленцы начали по нашим магам бить плазменными шарами. Тут уже пришлось прекратить эти попытки разрушения их мостов, и наши стали отступать из ущелья. На выходе из ущелья засело большое количество наших арбалетчиков, а поленцам приходилось двигаться по узкому ущелью. Вот здесь и получилось нанести им максимальный урон. Здесь же были убиты три из пяти сильных поленских магов. Они пытались щитами прикрывать наступающую пехоту. Но наши «снайперы» достали их красными болтами, которые прошли эту защиту, и поразили магов. А когда сильных магов не стало, других наступающих в первых рядах выбивали стрелами и болтами с чёрной полосой. А в конце уже шли простые солдаты без амулетов защиты, и в них стреляли простыми стрелами и болтами. В общем, получилась бойня, где поленцы пытались прорваться любой ценой, и погубили большое количество своих солдат. Перебили столько поленцев, что их тела сначала запрудили речку, а потом эта запруда лопнула, да ещё взорвали первую нашу запруду, и усиленный поток прошёлся по всему ущелью, смывая тех, кто находился рядом с руслом. После этого поленцы отошли из ущелья, а наши, собрав небольшую часть трофеев, дали магам команду нагнать в горы дождевых туч и пролить дожди. После этого река вздулась и вымыла все трупы из ущелья. Когда вода спала, обнаружили, что поленцы ушли. В том ущелье, как стало известно позже, они потеряли три тысячи бойцов.

Весть о том, что войска анклава не пропустили поленскую армию и нанесли ей существенный урон, быстро облетела Росинское королевство. И по всему королевству зазвучала уже подзабытая баллада «О Восьми». Вести о том, что граф Семигорья и есть легендарный Третий, и что он участвовал в отражении атаки поленцев, обросли такими слухами, что слушать было противно. Вот прямо один Третий и разбил всех поленцев?

Но жизнь продолжалась. Разведка доложила, что армия поленцев прошла назад по территории Росинского королевства, почти не причиняя ущерба, и ушла на зимние квартиры, зализывать раны.

И вот вам новая неприятность: король желает видеть героев очередной войнушки. И отказаться нельзя, это же король нашего королевства. Хотел ехать вдвоём с Ирианой и кучей охраны, но тут возбудились все наши женщины, они, видите ли, не были в столице.

Что тут началось! Оказывается я, тёмный чурбан, ничего не понимающий в том, как должна выглядеть владетель большой провинции при визите к монарху. А жёны владетеля графства, «подаренного» королём, должны выглядеть не хуже. И Министры анклава тоже должны быть ого-го! Привёл в этот бабий базар ювелиров: эльфу и Ленюэля Пронара, — и сказал:

— У вас два дня на ювелирку, и три дня на тряпки, через пять дней выезжаем. Не будете готовы, поедете в форме наёмников.

— А чего это ты раскомандовался? — кто это? Конечно, Ириана!

— «Мама Илианя», научись уже понимать, когда меня нужно одёргивать, когда можно, а когда нужно просто взять и сделать! Учись у детей, они очень чувствительны к таким моментам. Что непонятно, спросишь у Розалии! — и вышел, хлопнув дверью.

Ириана повернулась к Розалии.

— Подруга, что это было? Чего он психанул, и почему такая спешка?

— Он считает эту поездку очень опасной, ожидает нападений и провокаций. Наши враги будут считать, что вы, как все великосветские модницы будете шить наряды месяц или два. И будут готовить нам всякие гадости к этому сроку. А Майкл хочет проскочить, пока они не готовы.

Девушки прониклись и организовали пошив платьев параллельно с изготовлением драгоценностей. Когда я зашёл в комнату, где шла примерка, меня встретил возмущённый визг, и требование немедленно выйти из комнаты.

— Девушки, кто не одет, прикройтесь. Я смотрю только на своих жён. Анечка, ты в этом платье выглядишь, как великосветская шлюха. Ты его не оденешь!

Анейра вся в слезах бросилась вон из комнаты.

— Урождённая графиня де Лафер, вы что, не видите, что эта одежда Анейре совершенно не идёт? Или она своим уродством должна оттенять вашу красоту?

Ирена подскакивает ко мне и пытается дать пощёчину. Перехватываю её руку. Все дамы в шоке! Как это, джентльмену хотели дать пощёчину, а он не пожелал её благородно принять на свою физиономию?

— Эй, портной, бумагу мне и карандаш! Быстро! Ирена, а ты приведи Аню, скажи, что я хочу показать ей эксклюзивное платье.

Когда я нарисовал эскиз платья и показал мастеру, он возмутился.

— Так никто не шьёт, я это шить не буду!

— Мастер, у нас нет времени искать других мастеров, поэтому вы это сошьёте. Путей у вас три. Первый путь, я бью вам лицо до тех пор, пока вы не согласитесь шить. Второй путь вы просто шьёте то, что вам заказал клиент. Но вы не имеете права шить такие модели, кому бы то ни было, кроме наших женщин, присутствующих здесь. Третий путь эти модели становятся нашим с вами брендом. Когда вся столица пожелает шить такие платья, вы их можете шить в любых количествах, но четверть прибыли не забывайте перечислять на мой счёт в гномьем банке.

— Аня, смотри сюда. На рукавах никаких фонарей, пусть рукав облегает твою красивую руку, соблазняя всех мужчин. На груди не надо никакого кружева, пусть платье облегает твою красивую грудь. Вырез на груди небольшой, только для того, чтобы показать всем твои изумруды. Бёдра у тебя не широкие, нужно их визуально увеличить, поэтому нижнюю часть платья делаем плиссе, то есть много складочек. Если в танце закружишься, юбка разойдётся колокольчиком, оголяя ноги до колен. Поэтому под платьем должны быть очень симпатичные панталончики.

Не стал говорить, что, если хорошо закружиться, то и гораздо выше ноги оголятся. Меня тут же вытолкали из комнаты, единственное, что успел, это получить согласие портного на третий вариант нашего взаимодействия.

В установленный мною срок мы выехали в сторону столицы. Я совсем забыл об обуви, хорошо, хоть Розалия вспомнила вовремя, и всем женщинам успели пошить туфли к новым платьям. Здесь нет высоких каблуков, и я не хочу вводить эту моду, пусть наши женщины будут не моделями с подиума, а спортсменками, воинами, способными за себя постоять. Женщины и дети ехали в каретах, мужчины — верхом, сотня дружинников, в основном ветераны, побывавшие в разных переделках, сопровождала караван. Через два дня мы были в Холмограде, день пробыли в городе. Розалия нашла того поэта, который создавал оркестр, выступавший в музыкальном салоне. Пригласили его к нам в Семигорье, предложив создать оркестр из любого числа музыкантов, лишь бы их игра была согласована. Анре Маревич, в буквальном смысле, расплакался, целовал Розалии руки, обещал привести с собой десяток музыкантов и трёх певцов. После отъезда Розалии Музыкальный Салон быстро захирел, и перестал быть доходным местом. Музыкантов просто выгнали, взяв на их место каких-то гусляров. Тогда салон пришёл в полный упадок и закрылся.

Я посетил своих производственников. Всем сказал примерно одно и то же. Я теперь живу в Семигорье. Кто хочет работать рядом, искать новые технологии, перебирайтесь туда. Здесь оставьте толковых учеников или заместителей, чтобы производство не останавливалось, пусть этот город процветает. Кого устраивает отлаженный быт и работа, можете оставаться здесь, все договорённости сохраняются.

Были и недовольные. Мастер и маг, занимавшиеся покрытием глазурью глиняной посуды, они отделились от мастера, занимавшегося стеклокерамикой, заявили, что раз я им не заряжаю амулеты, то деление прибыли пополам, это не справедливо. Хватило бы мне и пятнадцати процентов, почему именно пятнадцати, они не объяснили.

— Господа, вы были почти никем. На моих производствах вы стали богатыми и уважаемыми разумными, но сейчас жадность затмила вам разум, даю на раздумья пять минут.

— Что не передумали? Ну что же, на ваших условиях мне неинтересно наше сотрудничество. С этого момента вы мне ничего не должны, но и я вам ничего не должен.

Дал сигнал, на разрушение амулетов с комплексом рун «Домна», и вышел из помещения. С тех пор, как один маг пять лет назад захотел использовать созданный мной амулет совсем не на те цели, о которых мы с ним договаривались, я все отдаваемые в чужие руки амулеты делаю с блоком дистанционного отключения или уничтожения. Вот и сейчас на сделанных мною амулетах рассыпались кристаллы, с самыми важными рунами. Сумеют эти разумные найти обходные пути, и продолжить выпуск керамики с глазурью, молодцы! Пусть работают! А нет, не будут заниматься интригами.

Ещё через день, мы прибыли в столицу. Заранее посланный сотрудник нашей мэрии снял нам особняк на окраине столицы, но недалеко от дворца монарха. Этот город строился не под столицу, поэтому дворец короля оказался не в центре города, а ближе к северному краю. Слуги были уже наняты. Пару нянек и служанок для герцогини, моих жен и Розалии мы прихватили с собой. Дружинники тут же заняли оборону здания по нормам военного времени. Конюшня тоже была взята под охрану. Особый контроль — за колодцем и внешним периметром. Пищу мы с Розалией проверяли каждый раз в обязательном порядке. Забегая вперёд скажу, что на третий день была попытка проникновения. Помощника повара, который якобы заболел, подменил его «брат». Этого шпиона тут же задержали, при обыске у него нашли эльфийский яд, однако разговорить его не удалось. Как только он понял, что ему не отвертеться, он захрипел и умер. Я даже не стал выяснять, от чего он умер, сжёг тело, надеясь, что неопределённость в рядах врагов, даст нам дополнительно несколько дней спокойной жизни.

Так вот, на второй день я и герцогиня были приняты королём. Он выказал радость от факта знакомства с таким замечательным мной, рад ещё раз видеть герцогиню. Пошутил по поводу рыбы и коня на выпускаемых нами медных монетах, поинтересовался, нет ли в наших прекрасных горах серебра и золота. Я вручил наши дары, в том числе пару зеркал, и ответил, что как только, так сразу. Пока получаем совсем мало серебра, как попутного продукта при добыче меди. Едва хватает на зеркала и высокохудожественную посуду. Заверил, что без разрешения монарха никогда не буду выпускать серебряные или золотые деньги. Король заявил, что в нашу честь будет проведен бал, и нам надлежит на нём быть. Я поинтересовался, можно ли на бал взять старших детей, на что король пожелал, чтоб присутствовали все дети. Я вежливо, но настойчиво отказался, мол, малышам не выдержать несколько часов среди большого количества незнакомых людей.

Если не считать эпизода со шпионом — отравителем, двенадцать дней до бала мы прожили почти спокойно. Розалия нашла среди своих знакомых пару мужчин, которые согласились поработать для нас экскурсоводами по столице. Аналогично для женщин нашлись несколько дам, которые с удовольствием знакомили наших женщин с достопримечательностями столицы. Не обошлось и без казусов. Как-то раз, нам показали заведение, которые представили, как бани баронессы де Балди. Мол, здесь можно и помыться, и эротический массаж получить. Отшутившись, что нам жён хватает, поехали дальше. А через день наши жёны заявили, что они едут в баню. Попросил их всех собраться в комнате, пригласил туда же мужей, и ласково спрашиваю Розалию, она, кстати, ждёт второго ребёнка, и снова — одарённого:

— Ваше Сиятельство, графиня ан Дрович! Скажите, пожалуйста, где вы все собрались повышать наш авторитет, а лично вы и ещё две графини, прославлять имя ан Дрович и де Дрович, а по большому счёту анд Дрович!

Розалия побледнела и схватилась за живот.

— Аня, помогай женщине! — и Анейра бросилась к Розалии, снимая сразу и стресс и спазмы мышц.

Всё-таки как целитель она всё искуснее, пожалуй, и наставницу превзойдёт. А ко мне повернулась герцогиня и громко сказала:

— Майкл, прости нас! Мы, действительно, увлеклись столицей и престали соображать. Конечно же, мы туда не поедем.

— А ещё лично ты и графиня де Лафер, проанализируете все ваши разговоры, куда вас водили и скажите мне через полчаса следующее. Вот это приглашение, это недальновидность и глупость ваших сопровождающих, или вас целенаправленно вели к подобному конфузу. Прямо накануне Королевского бала.

— Нам не нужно полчаса, сейчас, когда ты спросил, мне ясно, что нас постепенно подводили к всё более разгульному поведению, к пренебрежению скромностью и моральными ограничениями. Да, нас целенаправленно вели, и в банях, наверняка, был подготовлен какой-нибудь скандал.

— Розалия, не нужно высказывать претензий твоим знакомым. Просто знай, что эти конкретные дамочки, то ли из-за зависти, то ли из-за денег, или угроз, но они способны тебя предать, подставить, сделать гадость. Будь с ними осторожна. А вообще девушки, давайте оставшиеся два дня проведём не порознь, а вместе.

И мы просто гуляли вместе с детьми. Горожане уже узнавали нас и здоровались, это было даже приятно. Но накануне бала, на очередной прогулке случилось несчастье. Я с мужчинами остановился около магазина оружия, а женщины с детьми прошли вперёд. С ними была охрана, и ничто не предвещало беды. Вдруг, впереди возник какой-то шум. Я увидел падающих охранников, женщин, закрывающих телами детей, а метрах в ста от них стояло три мага, в центре стоял эльф, и он плёл плетение чёрного праха. Я не мог стрелять, по улице бежали люди, постоянно перекрывая мне силуэт мага. Усилил голос и закричал:

— Анюта подари эльфу монетку! Микаэль, все щиты поднять!

Девочка и мальчик поняли меня правильно, только я не учёл, что маг обвешен многими амулетами защиты. Группа женщин и детей в магическом зрении вспыхнула, словно радуга, это ребята поставили все щиты, кто какие успел изучить. А у эльфийского мага выскочили из глазниц глаза, и вывалился язык, после чего его труп рухнул на мостовую. Его подельники бросились наутёк. Мне было не видно, было ли брошено на наших плетение чёрного праха, поэтому я бежал к ним и кричал:

— Микаэль, не снимай щит десять минут! Это «Чёрный прах»!

Когда я добежал до женщин и детей увидел, что остатков плетения не наблюдается, и разрешил снять щиты. Бросился к Анюте. Она сумела своей силой продавить все щиты и амулеты защиты эльфийского мага и поместить золотую монету ему в мозг. От мгновенного возникновения дополнительного предмета в жидкости возникает гидродинамический удар, как от взрыва, только область расширения небольшая, по объёму предмета. А мозги разумного, это почти жидкость, так что мозг эльфа был разрушен мгновенно, и умер он сразу. А вот у Анюты, от такого перенапряжения, похоже, выгорели все каналы и источник. Я пытался восстановить её источник, а он не отзывался. Хорошо, что девочка была без сознания, и пока не знала о своём несчастье.

Вдруг нас окружили городские стражники.

— Что здесь происходит? — это лейтенант городской Стражи, и с ним целых двенадцать стражников.

Встаю, подаю пальцами знак готовности к бою, все наши мужчины подобрались и встали вокруг женщин и детей. Не могли здесь оказаться случайные стражники, да ещё в таком количестве.

— Здесь произошло нападение на нас. Мы в столице по личному приглашению короля. И нас хотели убить.

— Что ты несёшь? Это вы убили гостя нашей столицы! — он показывает на убитого эльфа.

— Представьтесь, лейтенант! Я буду на вас жаловаться королю!

— Ну, попробуй. Взять его! — это он стражникам.

Высверк Сумрака, словно серой молнии, и голова лейтенанта покатилась на мостовую. Его тело ещё не упало, а наши мужчины уже вступили в бой, и ещё пять стражников из свиты лейтенанта упали на мостовую.

— Это Третий! Беги! — истошный крик и топот сапог. Только отпускать таких свидетелей, которые изначально против нас, я не собирался.

— Копьё! Копьё! Бур! Бур! Бур! — и пять городских стражников стали трупами.

Ещё двоих добили Микаэль и Розалия плазменными шарами.

Из десяти наших дружинников живы семь, но четверо ранены. Наши целительницы ставят их на ноги. Двое собирают всё с трупов, это не мародёрство, нам нужны улики. У лейтенанта на себе два амулета эльфийского изготовления и пятьдесят золотых. Для желающих принимать и понимать факты, доказательств достаточно. Или лейтенант каждый раз на дежурстве таскает с собой два килограмма золота? Это может у него хобби такое? И откуда у простого лейтенанта Стражи амулеты магической защиты, каких нет и у генералов?

У остальных стражников ничего необычного, кроме двух золотых. Это тоже хобби такое, как идут стражники в наряд по городу, обязательно кладут в карман пару золотых! Причём, именно пару, все одинаково! На эльфе кроме целой кучи амулетов вроде бы ничего странного. Стоп! Что это за бледное свечение? Совсем небольшая сумка на поясе, почти как карман. Готов спорить на что угодно, это Сумка путешественника или даже Странника. Забираю вместе с поясом и всеми амулетами. Два кольца с пальцев не снимаются, дома буду разбираться. Даю команду труп эльфа и тела наших дружинников загрузить в пролётку и все вместе быстрым шагом идём домой. Я несу Анюту, мужчины своих малышей, Серж поддерживает Розалию, она вроде бы нормально идёт.

Дома целительницы начинают хлопотать около Анюты. Вдруг в комнате отрывается портал. Конечно для любого человека на Земле, или разумного в этом мире, открытие портала — это что-то с чем-то, чудо чудное, что-то сверхъестественное. Но нас-то, прочитавших не одну сотню книг с фантастикой, фэнтези, попаданцами и альтернативной историей, такими вещами не удивишь!

Поэтом встаю напротив портал в пяти шагах и жду гостей, а иначе, зачем он открылся? Вот из серебристой плёнки выдвигаются один за другим трое гуманоидов. Невольно улыбаюсь, вспомнив анекдот про гуманоида в деревне, где ключевая фраза: «Петрович, гуманоиду больше не наливать!»

Вышедшие из портала с удовлетворением смотрят на наших женщин. Те готовы то ли упасть в обморок, то ли встать на колени перед богами. И тут их взгляды натыкаются на меня: стоит мужик, рука на рукояти меча, сам улыбается, и ни грамма почитания или страха во взгляде. Далее взгляд впереди стоящего мужчины упирается в Анюту.

Произносит как бы в пустоту:

— Мы забираем девочку!

— Нет! Это моя дочь, и её никто не заберёт!

Мужчина словно швыряет в меня какой-то шарик. Дагой отбиваю это что-то в угол комнаты, несколько быстрых шагов, и мой Сумрак впивается кончиком в его ярёмную ямку, причём клинок рассекает ткань комбинезона, и на клинке появляется капелька крови. Мужчина удивлённым взглядом провожает улетевший шарик, потом переводит взгляд на клинок Сумрака и, вдруг, на его лице проступает ужас. Все замерли, кто в недоумении, кто в ярости, это я про себя. Обогнув стоящего с клинком у горла мужчину, вперёд выходит пожилой гуманоид, по виду очень похожий на человека.

— Я прошу вас успокоиться. Признаю, мы не правильно начали разговор, готов извиниться перед вами. Я старший инспектор данного сектора этой галактики. Мы не могли бы спокойно поговорить?

Держу меч в том же положении, и, не поворачивая головы командую:

— Ириана, остаёшься с ребёнком. Аня, Ира организуйте стол, стулья, напитки. Господа маги хотят поговорить.

— Пожалуйста, опустите меч. Мой коллега не будет делать резких движений, не правда ли, Марк?

Тот всё так же с ужасом смотрит на мой меч и тихо произносит.

— Я не собирался вам угрожать, Тур. Просто мы привыкли, что аборигены принимают нас за богов. Вот и позволил себе некоторое высокомерие, готов принести извинения.

— Стоп, сейчас сядем за стол и поговорим.

Тем временем Ирена принесла две бутылки вина, Анейра отодвинула стол от стены и поставила вокруг него четыре стула. Я убрал меч и дагу в ножны, подставил к столу ещё три стула. Гости с удивлением посмотрели на меня, но промолчали.

— Прошу всех за стол. Ириана, тоже иди сюда.

Когда все расселись, я разлил вино в четыре кубка, которые принесла Ирена, и произнёс:

— По обычаям моей родины, кто выпил с хозяином дома вино, никогда не сделает ничего плохого этому дому. Имеется в виду не это строение, а моя семья. Вы готовы выпить со мной?

Старший инспектор задумался, потом спросил:

— А вы расскажите, откуда у вас этот меч?

— Если вы перестанете быть моими врагами, почему бы не рассказать?

— А мы вам враги?

— А кто только что хотел силой забрать нашего ребёнка? — на эти слова Анейра сжала кулаки и с такой ненавистью посмотрела на гостей, что те, все трое, невольно поёжились.

«Как хорошо чувствуют эмоции!» — невольно восхитился я, а старший инспектор с удивлением посмотрел на меня.

«Так ты ещё и мысли читаешь?» — подумал специально «громко» и демонстративно улыбнулся в лицо инопланетянину.

Тот улыбнулся в ответ и демонстративно выпил вино из бокала. Его коллеги, посмотрев на старшего инспектора, тоже выпили вина. Ну, и я осушил свой бокал.

— Раз уж вы можете и мысли мои читать, то я отвечу на все ваши вопросы, но давайте сначала поговорим о цели вашего прибытия.

— Скажем так, нам стало очевидно, что наш коллега нарушил инструкции. Он будет наказан, но этого мало. Мы должны устранить утечку запрещённых технологий в отсталый мир.

— Ух, какие вы быстрые, господа! Вы не просто привыкли, что вас аборигены считают богами, вы уже сами себя стали считать непогрешимыми. Без всякого разбирательства, без всякого анализа, сразу, раз — и повесили ярлык: «Виноват!». Назовите мне, какой именно запрет нарушил ваш коллега на планете Земля?

— Есть утверждённый перечень магических технологий, запрещённых к распространению. Сработала аппаратура, что здесь применена технология, с использованием пространственно-временного континуума.

— И всё? Сработал какой-то простейший датчик, и вам этого достаточно, чтобы начать наказывать разумного, навешивать на него ярлыки? Да вы не высшая цивилизация, вы какая-то средневековая инквизиция! Зачем вам мозги, если датчик сработал и есть повод кого-то наказать, демонстративно наказать?! Что вы с ним сделаете? Повесите? На костре сожжёте? Хотя нет, это же средневековье, а вы же высшие! Наверное, вы его лишите магии? Или сошлёте навечно на астероиды с запретом возвращаться в цивилизацию? Нет? Не угадал?

— Почему вы его защищаете?

— Потому, что он ничего не нарушал! Я его и просил, и уговаривал, но он свято соблюдал ваши инструкции. Вы же можете читать мои мысли, наверняка и воспоминания можете прочитать. Он дал мне единственное умение затрагивающее категорию пространства. Подчёркиваю, не плетение, не знания, а только умение. Я могу делать сумку, в которой у предметов уменьшаются объём и вес. И всё! А то, что ваш датчик сработал, так это моя дочь применила телепортацию. Она сама разработала это плетение. Не могу дать гарантию, что ей не помогли местные боги, но ваш специалист на планете Земля никакого отношения к этому не имеет. А если девочка сама придумала, то это развитие данного мира. Или вы готовы тормозит такое развитие принудительно?

— Не считайте нас чудовищами! Если вы уверены в том, что говорите, то не позволите ли вы мне, посмотреть вашу память?

— Давайте сначала продолжим разговор! У нас в этом мире есть очень сильные враги. И они сильные потому, что им кто-то помогает из развитых миров. Вот это было на одном из моих врагов. Я правильно понимаю, что вот в этом предмете как раз и нарушены ваши инструкции?

— Да, вы правы, это, как вы называете, Мешок Странника. Там ещё что-то было?

— Вот эти амулеты. А два кольца я не смог снять даже с трупа.

— Я могу их увидеть?

— Ира, сходи, пожалуйста, пусть труп эльфа принесут сюда. Теперь о девочке, её бы убрать отсюда, но сначала о нашей проблеме. Она отправила золотую монету в голову мага, который готовил плетение чёрного праха, чтобы убить наших женщин и детей, — у старшего инспектора сжались кулаки.

— Она успела раньше, но так перенапряглась, что у неё выгорел источник и энергоканалы. Не можете ли вы нам помочь и восстановить её магический дар?

Старший инспектор мотнул головой, и третий участник этой группы направился к девочке. Становится понятен состав их группы. Тот, кто первым вышел из портала наверняка боевик, силовое прикрытие группы. А этот молчаливый третий, видимо, целитель. Я также мотнул головой, и Анейра бросилась вслед за мужчиной.

А я пока продолжил разговор.

— Я так понимаю, сумку с запретными технологиями вы намерены забрать, а её содержимое нельзя рассматривать как мой трофей?

Инопланетянин рассмеялся, взял в руки сумку, сосредоточился, и сумка раскрылась.

— Я не могу вам отдать всё, что бы вы хотели получить?

— Деньги, драгоценности, оружие, книги, предметы искусства.

— Хорошо, но книги не все. Только этого мира, — и он высыпал в угол комнаты часть содержимого Сумки Странника. Кучка получилась чуть выше стола и шире его в два раза.

Тот инопланетянин, который занимался Анютой, подошёл к нам.

— Девочка здорова, но я лишил её способности к телепортации, всё же это не она сама придумала, ей помогла одна местная богиня, молодая и плохо воспитанная. Чтобы вам не было обидно, вложил в сознание девочки плетение телекинеза. Пусть она до утра поспит. Маме я это сказал.

Я показал Анейре унести Анюту, в это время четверо дружинников внесли труп эльфа. Я сразу одного отправил к Анейре. Воин взял ребёнка на руки, и они вышли из комнаты. В это время вокруг трупа началась какая-то суета.

— Да это же кохарин! — старший инспектор только что не приплясывал, он взял руку трупа с кольцами, что мы не смогли снять, и они легко соскользнули ему в ладонь.

Он долго ругался на незнакомом языке, потом вдруг обратился ко мне:

— Разрубите ему череп.

— Девушки, может, выйдете, хотя целителя расчленением не напугаешь.

Взмах Сумрака, и верхняя часть черепа отпала от головы, труп уже остыл, и крови почти не было, но там где должен быть мозжечок находилось что-то или кто-то, похожий на зародыш человека в утробе матери.

— Хорхар! — выдохнул тот, кто выходил первым из портала.

— Планету в карантин! Немедленно сообщить в Комиссию! — командует старший инспектор, и третий член группы что-то набирает на устройстве, похожем на земные смартфоны.

— Вы хотели рассказать, откуда у вас меч?

— А вы будете смотреть мою память?

— Вы нам так доверяете? — инопланетянин искренне удивлён.

— Из ваших слов и действий, очевидно, что планете угрожает опасность, мои близкие под ударом. Чего же я буду изображать неприступную невинность?

Старший инспектор невесело рассмеялся, потом встал позади меня и положил руки мне на голову. Стоял он так долго, минут двадцать по земному времени. Потом устало сел на стул. Я налил ему полный бокал вина, и он его выпил, как воду.

— Что там, старший?

— Послушайте Михаил Александрович! — краем глаза я отметил, как дёрнулись два дружинника, что были из гномов, — А не хотите перебраться в нашу цивилизацию. По своему мировосприятию, вы вполне готовы!

— О чём вы говорите? Я глава клана, я что, брошу клан?

— Ах, ну да, Алекс анд Дрович! Ну что же удачи вам! Мы проведём тут карантинные мероприятия, но на вас это не должно повлиять.

— Так, что там, старший? — спрашивает тот, кто первым выходил из портала.

— Ничего особенного, просто он спас трёх драконов, и это меч Тура! Нам пора!

И пока они заходили в портал, два инопланетянина всё время оборачивались и с удивлением рассматривали меня. Кстати, труп с разрубленной головой улетел в портал вслед за ними. Портал схлопнулся, жёны вскочили, чтобы начать меня терроризировать, но два воина, не очень вежливо отодвинули их в сторону и встали передо мной на одно колено.

— Анд! Приказывай! — и склонили головы.

— Гости ушли, всё по распорядку. Охрану в повышенную готовность. Могут быть нападения даже со стороны городской Стражи. Свободной смене отдыхать. Лошадей держать наготове. Завтра мы едем на бал, можно ожидать чего угодно, даже того, что будем прорываться с боем. Держать под наблюдением все возможные пути отхода. Передайте всё это лейтенанту.

А сам налил три бокала вина.

— Девочки, выпьем? — и показал женщинам на стулья.

В это время в комнату вошла Анейра. Тут же налил и ей вина.

— Они без тебя пить отказываются. Давайте выпьем за то, что из очередной неприятности мы выбрались с минимальными потерями, — выпил, — Бойцов жалко, ветераны, опытные, сколько молодёжи уже обучили и ещё бы учили. Ирена, узнаешь завтра про их семьи, если есть дети, обеспечить их. И вообще, надо в анклаве создать приют для детей, у которых погибли родители, или бедные родители не могут детей прокормить. Обеспечить их всем, учить, но дисциплину сделать как в армии. Тогда они вырастут преданными нашему анклаву.

— Майкл, что это было? Кто это был?

— Девушки, не берите в голову. Ну, пришли боги, не наши, издалека пришли. Хотели наказать того ангела, который мне помогал, Анечка, помнишь я рассказывал? Ну, я им говорю, мол, не виноват он ни в чём! Ваших инструкций он не нарушал, а то, что у нас дети такие талантливые, это вот потому, что жёны у меня самые лучшие на свете. Мне бы, говорю, повыше подняться, тогда я могу и герцогиню в жены взять и сына герцогом назначить, а то он боится, как бы без герцогства не остаться. А они, мол, не суетись! Вот главой клана уже стал, станешь старшим в анклаве, а сына оставишь на герцогстве. И Анюту они подлечили. Мы домой вернёмся, надо в Храм сходить, поддержать Святую Анюту, а то она дочке нашей помогала, и ей за это влетело. Ну, ничего, я вот заставлю гномов свадьбы в её храмах справлять, она сразу оправится от всех потерь.

Смотрю, глаза у герцогини становятся шальными, и она рукой по столу шарит.

— Ириана, успокойся, я устал, если будешь в меня чем-то бросать, я просто обижусь!

— Ты хочешь сказать, что ты, вот так запросто, разговариваешь с богами?

— А где ты видела «запросто»? У меня даже меч вспотел!

Извлекаю Сумрака из ножен, и начинаю протирать тряпочкой. Ириана опять начинает злиться, но тут по мечу волной прошлись сполохи фиолетового и пурпурного цвета.

— И вам, Странники, лёгкой дороги! — на что меч пыхнул белым светом и погас.

Я убрал его в ножны, и устало поплёлся в спальню. Уже засыпая, почувствовал, как с двух сторон ко мне прижались женские тела. Ирену узнал сразу, а вот вторая, это не Анечка, ага, Ириана.

— А где Анна?

— Она с дочерью!

Молодец, думаю. Прижимаю гибкие тела к себе и засыпаю крепко-крепко, словно после тяжёлой работы.

Проспал до полудня. А все уже начали готовиться к балу. Я взял старшую дочь за руку и повёл во двор. Положил себе и ей на руку камешки.

— Видишь тот чурбак. Хочу попасть в центр среза. Бух! — и камень врезался в цель.

— А теперь ты сделай так же. Смотри, камень нужно держать так, чтобы он тебя не поранил.

Девочка минуты две смотрела на камень, что-то шептала губами, потом произнесла:

— На! — и её камень также врезался в цель.

— Помнишь, я рассказывал про богов из другого мира. Вот пока ты болела, они приходили. Были недовольны тем, что Святая Анюта тебе помогла выучить то плетение. Теперь ты то плетение сделать не можешь. Но, чтобы ты не сильно переживала, тебе в память вложили вот это плетение. Им можно также почти любого врага убить, или зверя на охоте подстрелить. Правда вещь кому-то передать или подкинуть уже не получится. Вот тебе маленькая женская сумочка, она нейтрального светло-серого цвета, подойдёт почти к любому платью. Это Сумка путешественника. В неё вещей входит довольно много. А сейчас в ней двадцать стрелок красных и тридцать простых. Красные проходят почти любую магическую защиту. Попробуй простой стрелкой попасть в тот же чурбак.

— На! — и стрелка почти на половину своей длины вошла в торец чурбака. Вот это силища у дочери! Теперь при повторе подобной ситуации она сможет и себя, и других защитить.

И мы пошли готовиться к балу.

Когда мы подъехали в каретах к дворцу монарха, нас выскочили встречать специально назначенные разумные. Это было приятно, остальные аристократы стояли в очереди, ожидая, когда их кареты приблизятся к парадному крыльцу. И когда мы уже поднимались на крыльцо, на юго-западе небо заалело, и очень отдалённо засверкали зарницы. У меня возникли определённые подозрения. Нас проводили сразу к королю. Он полюбезничал с нашими дамами, очень мило побеседовал со старшими детьми, мы взяли с собой по одному ребёнку каждой маме. Так что, одиннадцатилетний Мики был самым младшим в нашей компании.

Потом нами завладел специалист протокольных мероприятий, и долго нас инструктировал, когда, куда нам выходить, что говорить. И в это время земля и весь дворец начали подрагивать. Едва ощутимо, но всё же я это почувствовал, так, как ожидал чего-то подобного.

Потом началось само мероприятие. Король рассказал, что на нас опять напали враги. На этот раз они решили напасть на горную часть нашего королевства. Но наши доблестные воины отбили это нападение, и враг ушёл ни с чем. Представляю вам тех, кто организовывал оборону наших земель и сам участвовал в этой битве. И тут вышли мы. Среди публики было очень много всяческих комментариев. Вот к трону приблизился посол эльфийского королевства.

— Ваше величество, много ли доблести в том, чтобы утопить врага в реке. Нормальные смелые воины сходятся с врагом лицом к лицу. А этот граф Семигорский может воевать только подлыми методами.

По залу пошла волна шепотков. Специально подготовленные разумные выкрикивали «Позор!».

— Что скажешь, Третий, — как-то лениво, вальяжно спросил король.

В зале наступила мгновенная тишина, даже наши дети с интересом уставились на меня, это что, наш отец и есть легендарный Третий?

Раз так тихо, значит, каждое моё слово услышат все в этом зале. Поэтому я даже не стал сходить с места, лишь слегка повысил голос.

— Особенно интересно услышать обвинение в отсутствии доблести от эльфов, которые уже трижды устраивали покушения на меня и, главное, на наших женщин и детей. Ах, как это доблестно, подослать убийц к детям! А те, кто в зале выкрикивали «Позор!», выйдите вот сюда. Я готов здесь и сейчас с любым из вас скрестить шпагу, как и с вами, господин посол. Я согласен и на сталь, и на магию. Так что, есть желающие? Нет? А что и как было в том ущелье, спросите у тех, кто там реально был, и не слушайте, что об этом рассказывают на базаре.

На последнюю фразу в зале раздались смешки, а когда и король улыбнулся, многие рассмеялись. Больше к нам никто с провокациями не лез. Потом начались танцы. Сначала шли обязательные танцы таких мероприятий. Это когда пары сходятся, расходятся, потом проходят вдоль зала, и так далее. Я сидел с Розалией на диванчике, и около нас крутились наши дети. А вот Микаэль куда-то исчез, я нашёл его метку, и увидел, что он пристроился на балконе с какой-то девушкой. Она выглядела чуть старше его, у неё начали проявляться элементы женской фигуры.

— Вон там, на балконе, Микаэль, с кем это он?

— Краинская герцогиня ему мозги пудрит! — голос дочери полон сарказма.

— Она ему, или он ей?

— Да какая разница? Вот оженит она его, будет знать!

— Анюта, ты не можешь его ревновать, он твой брат. Порадовалась бы, что у брата такая красивая подруга.

Девочка промолчала, но поскучнела.

— Розалия, поговори с моей дочерью. Расскажи про наши отношения.

— Да, папочка бестолковый, иди, погуляй, — вот ведь язва, как Ириана.

Мы с Мики поднялись на другой балкон и наблюдали, как наших женщин пытались охмурять местные кавалеры. Но наши дамы с удовольствием танцевали с любым кавалером, если он умел танцевать. А на всякие предложения «погулять в саду» скромно отвечали что-нибудь, типа, «Если муж разрешит!»

Случайно обратил внимание на группы сплетниц и, включив руну Слухач

, стал слушателем занимательной беседы.

Одна из дам, завладела вниманием всех остальных.

— Я про эту графиню всё знаю, специально изучала, когда у неё был музыкальный салон. Она урождённая маркиза де Горса, сбежала из дома, когда отец хотел её выдать замуж за фанского принца. Уехала в столицу, и работала в Магической Академии. Там же работала её подруга, графиня де Дартель. Когда началась война, они оказались в свите принцессы Лазорины и уехали в это своё Загорье. Там графиня вдруг выходит замуж за герцога, который уходит на войну, оставив ей в чреве наследника. Розалин помогает подруге вести хозяйство, но что-то они не поделили с принцессой. И тогда вся их компания уезжает в Холмоград. Тут — то и начинается самое интересное. В их компании появляется барон де Дрон. Страшный человек, его боялись все бандиты города, мэр водил с ним дружбу, Совет Магов города исполнял все его указания. Он открыл в городе больницу и несколько производств. Это был очень богатый дворянин. При его поддержке Розалия открыла музыкальный салон. В салоне играли разную музыку и пели разные песни. Причём играли и пели так, что туда собирались все молодые аристократы города. Там впервые спели балладу «О Восьми». И вдруг по городу пошли слухи, что барон и есть легендарный Третий. У него была шикарная вилла за городом, кто бывал там, все визжали от восторга. Потом они создали магическую Школу, которая мгновенно стала очень популярной. Учиться там было престижней, чем в Университете у гномов. В какой-то момент Розалия приезжает в столицу, быстро становится очень популярной, попадает на приём к королю. И тут всё обрывается. Школа становится королевской, Музыкальный салон вскоре закрывается, а вся их команда исчезает. Потом оказалось, что король сделал барона графом Семигорья и поручил ему наладить отношения с гномами. И он их наладил, он стал графом нашего королевства и графом у гномов. Теперь у нас с гномами широкие торговые связи. Розалия появлялась пару раз в столице, и делала массу всяких заявок на товары для Семигорья. Все были уверены, что она любовница графа, но вдруг она выходит замуж за сына графа. Причём этот сын гном, и выглядит не намного моложе самого графа. А про Розалию теперь говорят, что она сестра графа. Наверное, какая-нибудь троюродная, иначе как может сестра выйти замуж за сына, это я не понимаю. А она плюёт на всё и всех. Вот вы знаете хоть одну маркизу, которая пошла бы замуж за графа? Я не знаю. А Розалия родила ребёнка и живёт счастливо. Её назначили Министром Иностранных Дел герцогства. Понимаете, женщину, назначили Министром, вот что значит подруга — герцогиня. Сейчас она снова беременна, и не унывает. Самой большой сенсацией стало, что они открыли дорогу через свои перевалы, и теперь из королевства легко попасть как в Загорье, так и в Семигорье, и в северный анклав гномов. А северяне помирились с царством гномов. А когда они не пропустили к себе десятитысячную армию Поленцев, это стало триумфом нашего короля, они ведь его подданные. Теперь король открыто сказал, что граф де Дрович это и есть Третий из баллады. Только очень бы хотелось узнать, а кто те погибшие из их восьмёрки. А ещё они там, в Загорье, все богачи, построили на свои средства Храм Всех Святых. Наш Патриарх хотел этот храм забрать в свою епархию, так Сияющий лишил его разума, и теперь у нас новый Патриарх. И, говорят, Розалия теперь Музыкальный салон откроет в Семигорске, надо будет туда съездить! А вы видели, какие у них у всех платья? Говорят у нах там своя мода, и даже эльфы шьют по их моделям. А посуду из белого стекла, они теперь делают не только в Холмограде, но и в Загорье, причем большая часть уходит к гномам. А зеркала! Мне мой подарил маленькое зеркальце, так я не нарадуюсь, а королю они привезли большое зеркало, вот такой высоты и вот такой ширины, представляете, сколько оно стоит?

Когда бал закончился, король сказал, что ждёт меня и герцогиню завтра на обед.

На обеде оказался посол гномов и, закончив трапезу, король пригласил нас в кабинет.

— Вот уважаемый посол, это наш граф де Дрович, говорят, у вас он считается ан Дрович, и я надеюсь, что через него и герцогство Загорское мы можем ещё больше укрепить наши торговые связи.

— Ваше Величество! Наша жизнь весьма быстротечна, не успеешь оглянуться, а дети уже выросли. А в политике и торговле всё ещё быстрее. Пока граф готовился к войне, воевал, ехал к вам в гости, многое поменялось. Граф он теперь только у вас, а у нас он анд Дрович, глава клана. Одного из трёх кланов в Северном анклаве. Именно благодаря анд Дрович мы полностью восстановили дружбу с Северным анклавом. Пока речь не идёт о слиянии в одно государство, но мы восстанавливаем и экономические и личностные связи. В числе подданных анд Дрович младший брат короля, принц Серж де Торон Тур. Так что через анд Дрович, мы с ними связаны как родственники. И вы, Ваше Величество, любые торговые вопросы решайте через него. Никаких препятствий со стороны Его Величества Тимура де Торон Тур и его опекуна Настала де Торон Тур не будет.

Вот на такой торжественной ноте мы и попрощались с послом гномов. Потом вдвоем с королём сидели, молчали, и потягивали слабое вино.

— А ты, правда, Третий?

— Нет никакого Третьего. Не было восьми друзей погибавших на перевале. Это просто красивая баллада. Но народу нужно во что-то верить, даже нам с вами нужно верить во что-то хорошее, светлое, что ждёт там, впереди. Слабые люди идут в Храм и молятся богам, просят у них помощи. А сильные надеются только на себя и своих друзей, но даже им хочется во что-то верить.

— А если друзей нет?

— Я думаю, они были, но по какой-то причине потерялись, как те восемь в балладе. Нужно найти способ их вернуть, только нельзя это делать резко. Если ваше окружение почувствует, что они теряют влияние на вас, они вас убьют. Вчера за морем было зарево, и земля дрожала. Возможно, чаша терпения богов переполнилась, и они наказали эльфов за всё, что те творили. Но здесь в королевстве они остались. Они будут изо всех сил скрывать, что их государства больше нет, а потом попытаются занять лидирующее положение во всех государствах материка. Будьте настороже, не дайте им себя убить, за полгода все узнают, если я угадал, что государства эльфов больше нет, и, тогда их можно будет арестовывать, выгонять из королевства. Или просто запретить занимать высокие посты. Это сильно ослабит их влияние.

— А ты не хочешь стать моим другом?

— А как вы это себе представляете? Я готов вас поддерживать, но вы в столице, а я в Семигорье. И я не готов пока там всё бросить и сюда приехать, я для этого недостаточно окреп. Я там всё потеряю, а здесь не успею приобрести.

— Почему без вас развалилась Магическая Школа в Холмограде?

— Я расскажу, как там было. Изначально директор школы приезжал с каким-то прохвостом, который представился маркизом и магистром магии де Ротан. Они пытались меня обмануть, чтобы я отдал школу без ваших верительных грамот и документов на присвоение мне титула. Я не попался в их ловушку, дождался Вашего Представителя, и получил свои документы.

— При работе нашей Школы мы делали ставку на одарённых, не важно дворянин или нет, главное твой дар. А для нового директора графа де Ислан простолюдины это мусор, не важно, с даром или без него. А вот, чем выше титул, тем лучше отношение к ученику, независимо от дара и результатов обучения. Потом в город приехала группа разумных, во главе которой был маг эльф. Они представились как Королевская комиссия, и никто в городе не рискнул проверить их документы. Комиссия потребовала от графа де Ислан убрать из школы всех простолюдинов, оказывать помощь магическими услугами гильдии кузнецов, которые на деле являлись натуральными бандитами. И граф с радостью начал это исполнять, потому, что это совпадало с его мировоззрением. Наглость эльфов, их желание развалить эту Школу, плюс такие же внутренние желания части дворянства, и в городе всё хорошее развалилось, а бандитизм расцвёл как цветы весной. Хоть немного навести порядок в городе, мне удалось только жестокими мерами. Отрубал головы, сжигал магией. Сейчас там люди живут нормально, но бороться за школу я не буду. У меня есть костяк преподавателей, но их всего восемь человек. Я сейчас в Семигорье, там и будем поднимать уровень учебного заведения. Сейчас это Колледж, через пять лет будет Университет. А у графа де Ислан и преподаватели остались ему под стать. Лишите их финансирования из казны королевства, они просто разбегутся и школа исчезнет.

Так мы и расстались с королём. Он с чувством неудовлетворённости, а я с сожалением к этому человеку. Не успею я окрепнуть достаточно, чтобы ему помочь.

Глава 8. Взрослеют дети

После того как посол гномов представил меня главой клана на международном уровне, мне нужно соответствовать. Наш анклав должен иметь свою финансовую систему. Первое что я сделал, уговорил Ириану, все проблемы герцогства свалить на Юлия, а самой стать архимагом магии Целительства и между делом Министром Финансов анклава. Два вечера мы с ней разбирали, чем министр финансов отличается от казначея.

Со свойственной ей энергией, герцогиня взялась за организацию банка на территории анклава. Те сокровища, что передали мне представители высшей цивилизации, как трофеи от эльфийского мага, в Сумках Путешественников были привезены в Семигорье. Кроме того, в банке гномов у меня накопились значительные средства. Когда Ириана завела речь, что надо бы эти деньги перевести в свой банк, ко мне пришла делегация из банка в составе пяти гномов. Весьма представительные гномы долго сомневались, как же начать разговор. Понимая, что говорю с представителями банка, легко сообразил, о чём они хотят поговорить.

— Уважаемые представители Царского Банка Гномов. Давайте не будем ходить по кругу, говорим прямо. Я вам не враг, наш Северный анклав всё больше вливается в царство гномов, через несколько лет мы станем снова единым государством, — гномы удивлённо уставились на меня, потом до них дошло, что, хоть я и человек, но я глава клана северян.

Гномы поклонились мне в пояс и стали ждать продолжения разговора. Я дал команду, накрыть стол в гостевом кабинете и пригласил всех к столу. Выпив по стопке гномьей водки, всё же перешли к сути вопроса.

— Герцогиня пытается открыть свой банк и перевести все ваши средства в этот банк. Если это сделать, то мы разоримся, мы просто не сможем выплатить такую сумму за один раз. Нужно будет организовывать большой караван для перевозки таких сумм. Мы можем выплатить вам, скажем, через двадцать дней, всю сумму золотом. Но герцогиня желает получить большую часть вклада серебром и медью. У вас на счёте почти четверть миллиона золотых, это более двенадцати миллионов серебряных. Если всё выдавать в серебре, получится двести пятьдесят тонн серебра. А зачем такое количество металла держать в банке?

— Уважаемые, я могу рубить мечом, могу жечь магией, но я очень мало знаю о работе банка. Но, повторюсь, я не враг царству гномов. Наставник вашего короля — мой друг, ваш принц — мой приёмный сын. У меня нет ни малейшего желания, наносить вред экономике царства, или Государственному банку царства. Но я хочу иметь свой, независимый ни от кого банк. Предлагаю следующее: вы помогаете герцогине организовать свой банк. Обучаете банковскому делу наших работников. Для этого вы выделяете специалиста, который будет преподавать в нашем Университете именно банковское дело. Можете и своих специалистов присылать на обучение. Помогаете открыть два отделения нашего Загорского банка: в Семигорске и в Стеклограде. Не скрываю, со временем наши банки станут конкурентами, но только на внутреннем рынке нашего анклава. Все внешние платежи останутся в вашем ведении. А так как наша экономика бурно растёт, обороты ваши будут только увеличиваться. Теперь о моих вкладах. Переведёте в наш банк столько золота и серебра, сколько потребуется Загорскому банку для работы. Будете делать это постепенно, по мере развития нашего банка.

Расстались мы удовлетворённые друг другом. Говорят, что капиталист или банкир удавится сам и всех убьёт ради большой прибыли. Но мне пока удаётся уговаривать всех наших партнёров на реализацию принципа: «Сам живи, и другим дай жить!»

В этом мире опять сезон дождей. Я прожил ещё год в этом мире, прожил достаточно удачно, хотя и не понимаю, это моя заслуга, или просто везение.

Под отделения банков построили здания, внешне напоминающие здания театров на Земле. А внутри, в той части, где хранятся деньги, это были бункеры с мощной магической защитой. Причём защиту ставил не я, а наши дети, каждый свою. Все ключи от замков и защит были только у Ирианы и управляющих отделений.

А потом пришло время рожать Розалии. Вроде второй раз рожает, но муж Серж буквально с ума сходит. Куда бы его отправить?

— Серж сделай жене подарок, открой фабрику по пошиву женского белья.

— А что это такое?

Вызвал Ирену, ювелира эльфу и Талию. Посадил их за стол, и попросил Ирену раздеться до нижнего белья. Ах, какое возмущение и сколько слов!

— Хорошо, если ты стесняешься при мне раздеться, я вызову красивую молодую служанку и буду на ней показывать.

— А зачем тебе красивую?

— Мне приятнее смотреть на красивых женщин и девушек, чем на некрасивых. А мне нужно вам рассказать, о новой моде в области нижнего белья для женщин.

— Так бы сразу и сказал, — и жена стала снимать платье.

Да, нижнее бельё здесь на уровне 18 века на Земле. Это короткая кофточка с коротким рукавом, и панталончики до колен. Всё в рюшах и кружеве.

Я стал рисовать не бумаге, и показывать на теле жены, где и как должен размещаться бюстик или лифчик, трусики шортиками и плавками. Что характерно, Ирена принимала бурное участие в обсуждении, сама что-то показывала, словно совершенно забыла, что по меркам этого мира, она практически голая.

— Девушки, вы уже без меня всё это обсудите, попробуете сделать это из ткани. Потом найдёте неболтливую швею, пообещаете ей долю в доходах, если она будет хранить секреты, вместе с ней сошьёте уже пробные экземпляры, и потом покажете мне.

— Как это? — возмутилась Ирена.

— Ну, ты же стесняешься, вот девушки мне и покажут, — Талия и эльфа залились весёлым смехом. — Извините меня, но я до сих пор не знаю, как вас зовут, — это я эльфе.

— Иллиана, — и всё, на фамилии ни рода не назвала.

— Показывать мне нужно, потому, что я могу ещё что-то подсказать. Но вообще-то дальше вы и сами можете всё решить без меня. Запомните два правила. Первое, бельё должно быть удобным тому, кто его носит и это главное правило. Второе, бельё должно скрывать недостатки тела и подчёркивать его достоинства в глазах кого? Правильно, женихов, мужей, словом представителей противоположного пола. И ещё одно. Это всё делается для того, чтобы построить фабрику, по пошиву такого белья. Владельцами фабрики будете вы и Розалия. Это ей подарок от мужа за второго ребёнка. Доли будут у Розалии и Иллианы по тридцать процентов, у Ирены — двадцать, у Талии — пятнадцать. Пять процентов резервируем, может, кого-то нужно будет заинтересовывать. Вот, например, очень толковую швею, которая продумает, как специалист, какую ткань брать, какие нитки, где каким швом шить.

— А вы то, откуда всё это знаете? — неподдельное удивление эльфы

— Пожила бы ты с моё… — Ирена и Талия хохочут, так как знают, что моё тело моложе их на два года, а о моём возрасте на Земле не знает никто.

Розалия родила замечательного карапуза. А через месяц построили здание фабрики в Загорске, здесь максимальное количество женщин, не имеющих работы. Сейчас идёт набор работниц, назовём их белошвейками, хотя они будут шить нижнее бельё. Но это должен быть продукт наивысшего качества. У гномов нашли ткань похожую на земной трикотаж. Это на трусики и панталончики. А материал типа шёлка закупали у поленцев. Дал задание разобраться, откуда у них этот материал, и как нам его получить без поленцев. Из этого материала шьют лифчики.

Когда мне демонстрировали трусики плавками, вдруг понял, что здесь никто не убирает волосы с тела. Предложил своим жёнам очистить тело от волос плетением «Бритва». После такого удаления волосы вырастут снова, и, если не понравилось, можно от этого отказаться. А если удалить плетением «Голая кожа», то это навсегда. Пока мои женщины не готовы к столь радикальному подходу.

Сюжет получил неожиданное развитие именно при начале продажи продукции фабрики. Понятно, что при примерке плавок, у всех женщин, кроме двух моих жён, были видны волосы на теле. Это вызвало небывалый ажиотаж. И через месяц мужики по секрету делились тем, что жена удалила волосы с тела, и ему, мужчине, это очень нравится. И чем больше продукции фабрики шло на продажу, тем шире распространялось это веяние.

Розалия благодарила мужа и меня за то, что, наконец-то, у бедной бывшей маркизы появились «карманные» деньги. Руководить фабрикой доверили эльфе, так как наши все уже были при деле.

— Иллиана, если возникнут какие-то проблемы из-за того, что ты эльфа, немедленно ставишь в известность меня, или Сержа. В нашем государстве подозрительно относятся к эльфам, но если разумный нормальный, то никаких претензий к нему быть не может.

Время шло. Пока на нас больше никто не покушался.

Постепенно все намеченные планы реализовывались. Рудознатцы из гномов нашли полиметаллическую руду. Месторождение скрыто в глубине горного массива западнее Семигорска. Здесь имелась котловина с небольшим озером в центре. В озеро с окрестных гор стекали ручьи и речки, а из него ничего не вытекало, и уровень воды был всегда один и тот же. Куда уходила вода, в какую сторону, к нам в Загорье, или в Поленское королевство, выяснить не удалось. Здесь построили металлургический завод, и проложили широкую дорогу. По ней шли подводы с каменным углем, а обратно вывозили готовую продукцию. В руде присутствовали цинк, медь, свинец, серебро и ещё какие-то элементы. Металлургам удалось выделить свинец, немного серебра, медь и цинк получались в виде сплава, который обычно называют латунью, что меня вполне устраивало. Кроме того я попросил металлургов поэкспериментировать в производстве бронзы. Уменьшить в этом сплаве количество цинка, добавить олово и свинец. Не знаю, можно ли полученный ими сплав называть бронзой, но мы получили главное — качественные подшипники скольжения. Главная трудность была в обеспечении высокой точности подгонки вала и втулки. Потребовалось создание высокоточных, для этого мира, измерительных приборов и введение стандартов на размеры осей для экипажей и других устройств, где нужны были подшипники скольжения.

Теперь повозки и экипажи, сделанные в Загорье, считались лучшими в королевстве и царстве гномов. Уговорил наших мастеров выпускать не законченные экипажи, а только их ходовую часть, так сказать, шасси. Выпускали с рессорами из пружинной стали и без рессор. Сначала насытили рынок в анклаве, потом на внешнюю торговлю отдали большую часть. От нас этот товар шёл в три потока: северянам, гномам в царство, и в королевство.

В Загорье уже выросли четыре города: столица — Загорск, город стекла и керамики — Стеклоград, город металлургов — Железноград, и город деревообработки Лесогорск. Здесь производили доски, брусья, мебель, сундуки, деревянные части для оружия, луки, стрелы для луков и арбалетов. Город возник после того, как была построена первая лесопилка. В средней части западных гор нашлась река Снежная, которая стекала с гор со снежными вершинами. Главной особенностью этой реки был почти постоянный уровень воды в течение года. Паводков на этой реке не было. Это позволяло ставить водяные колёса не под плотиной, а над потоком. Мне пришлось долго разъяснять мастерам сталеварам, как делать шестерёнки и создавать повышающие и понижающие зубчатые передачи. Конечно, в каждой шестерне была очень большая доля ручной обработки. Но, постепенно появились специалисты в этом вопросе, и повысить скорость вращения вала, допустим в десять раз, стало вполне реальным.

Кривошипно-шатунные механизмы тут были известны, и вот уже у нас работает пилорама. Изготовление досок ускорилось в десятки раз, и пошла товарная продукция в виде досок и брусьев. Поставили ещё несколько пилорам. Из полученных досок и брусьев стали делать готовую продукцию. Это тоже было моё требование: продавать минимум полуфабрикатов, всегда стремиться выпускать завершённый продукт.

Поскольку началась активная вырубка леса, ввели должность Главного Лесничего с целым штатом контролёров. Леса не только рубить, но и восполнять, производить посадки быстрорастущих пород. Строго контролировать вырубку редких пород деревьев, вроде нашего дуба. Ну и куча других задач легла на плечи Главного Лесничего.

Во всех этих трудах и заботах прошло три года.

Старшие дети уже в возрасте женихов и невест. Микаэлю уже шестнадцать лет, Анюте будет шестнадцать через месяц. Оба они учились в Университете, и учились сразу в двух отделениях: в магическом Университете и Университете госслужащих.

И вот гром среди ясного неба. К нам для поступления в наш Университет из Краинского королевства приехала маркиза Стасия де Величко дочь герцога де Величко.

Гостей разместили в гостинице Семигорска. Наш глава Службы Безопасности анклава Амир Кунак сразу же организовал постоянный контроль над нахождением всех приехавших иностранцев. И когда они попытались попасть в места, где иностранцам делать было совершенно нечего, их разворачивали назад. Что крайне не понравилось маркизе де Величко, и она потребовала аудиенции у герцогини.

Ириана была до глубины души возмущена такой постановкой вопроса. Однако, к ней тут же прибежал Микаэль, и в грубой форме потребовал предоставить полную свободу передвижения его невесты и её сопровождающих. Женщина буквально опешила, но у неё хватило выдержки не устраивать скандал, а послать за человеком, взявшим на себя ответственность за безопасность анклава, то есть за мной.

Выслушав требования Микаэля, я задумался, как же сделать так, чтобы не оттолкнуть парня от нас.

— Микаэль, а на чем строиться вся наша экономика?

— Причём тут экономика, ко мне приехала моя невеста, а её оскорбляют грубым недоверием и запретами!

Я встал у двери так, чтобы он не мог выскочить из комнаты.

— Ты совсем недавно пытался управлять герцогством, то есть вести себя, как взрослый человек. А сейчас ты ведёшь себя как слабовольный юнец! Сядь, и поговорим спокойно. Даже, если тебе что-то не понравится, ты выслушаешь наши аргументы, а не будешь вскакивать и убегать. Да?

— Да… Но это произвол!

— Что именно произвол?

— Почему слугам маркизы запрещают ходить по магазинам и другим местам?

— Так на чем строиться вся наша экономика? Я сам отвечу, если ты не хочешь включать мозги. Все доходы нашего анклава идут от того, что мы опережаем королевство и другие страны в выпуске эксклюзивной продукции. У них нет того, что есть у нас. Это позволяет продавать наши товары по высоким ценам. У нас населения всего полмиллиона разумных. А у Краинского короля около двадцати миллионов подданных. Если у него будут наши технологии, он завалит весть континент подобными товарами, а мы станем нищими, потому, что наши товары нужно ещё перевозить, а это увеличивает их стоимость.

— А теперь, Микаэль, назови хоть один пример, когда сопровождающим твоей маркизы запретили посещать торговые точки в пределах города? Не знаешь? А зачем тебе это знать? Невеста сказала, иди, устрой матери скандал! И ты помчался!

— Их не пустили на фабрику, по пошиву женского белья, это что секретное производство?

— А что было нужно иностранцам мужчинам на такой фабрике? Что им там делать? Все товары фабрики продаются в лавках, но никто из них в лавку не пошёл. Почему? И фабрика, это мелочь! Они пытались пролезть на все предприятия, где есть новые технологии, даже туда, где делают шасси для экипажей. Тебе нравится девушка, я тебя могу понять, она очень красивая. Но её сопровождение, это группа шпионов, даже женщины, как бы служанки, лезут за нашими секретами. Передай своей невесте, если её подданные не прекратят лезть туда, куда иностранцам вход запрещён, я просто выдворю их всех из анклава, и она останется без слуг. А ты начни думать головой. Ты будущий глава большой провинции, но сейчас ты полностью отключил мозги, всё отдал сердцу и эмоциям, как влюблённый юнец. Становись уже взрослым!

Когда сын ушёл, Ириана рухнула в кресло.

— «Как влюблённый юнец», а он и есть влюблённый юнец! И мозгов у него нет совсем, всё в штаны ушло!

— Ириана, я не знаю, что у тебя было с графом де Вулар, но не думаю, что в своё время ты была намного умнее Микаэля. А сейчас его время делать ошибки, и набивать шишки! Нам нужно минимизировать тот вред, который может быть от этой влюблённости. Не требуй, чтобы он сразу поумнел, не требуй, чтобы он с ней расстался. Вообще ничего не требуй! Советуй, уговаривай, проси, как мать! Если решит уехать, не кричи: «Не пущу!» «Запрещаю!» Эти ты только хуже сделаешь! Нужно, чтобы он помнил, что здесь его любят и ждут, при любом раскладе, кроме предательства!

На мои слова Ириана вскочила, сверкнула глазами, а потом вдруг поникла, прижалась ко мне и заплакала.

— Пойми, раньше или позже сын уйдёт от тебя во взрослую жизнь, в свою семью. Но не настраивай себя, что тебя бросили! Это естественно! Это жизнь! У нас есть ещё дети, и они тоже уйдут, когда повзрослеют. А мы с тобой будем сидеть на завалинке около нашей избушки, и горько вздыхать, вспоминая, как хорошо было быть молодыми.

Женщина рассмеялась, размазывая слёзы по щекам.

— Ага, на завалинке, а ты доживёшь до той завалинки?

— Беру на себя обязательства дожить со своими жёнами до моей старости.

— Правильно, до твоей, а мы всегда будем молодыми!

Роман Стасии и Микаэля развивался по законам жанра, быстро прогрессируя в сторону постельных отношений.

Болезненнее всех, это воспринимала Анюта, и я отправил их с Анной в Стеклоград, организовывать там больницу. Наказал Анне раньше, чем через месяц не возвращаться.

Потом я встретился с маркизой де Величко.

Дама имела фигуру сформировавшейся семнадцатилетней девушки, и взгляд прожжённой интриганки. На меня она смотрела как на врага, но и как на мужчину.

— Уважаемая Стасия, давайте поговорим.

— Я дочь герцога, могли бы и вежливее обратиться.

— Если мы будем мереться титулами, тогда я к вам буду обращаться «госпожа де Величко», хотите?

Барышня гневно сверкнула глазами, но подумав, сменила тактику, и стала строить мне глазки, и изображать скромную девушку.

— Мне очень приятно познакомиться с легендарным Третьим. Скажите, а Микаэль он вам родственник?

— Вы можете считать меня его отчимом. Это юридически не подтверждается, но по сути отношений, это именно так.

— Наверное, ему все завидуют, приёмный сын Третьего, это звучит весомо.

— Уважаемая Стасия, а зачем вы приехали?

— А вам не сказали? Я хочу учиться в вашем Университете.

— А вы готовы присягнуть на верность королю Рутане де Годуно Рюри, или герцогине де Брюлен?

— Разве это обязательно?

— А каковы условия поступления иностранцев в Академию Краинского королевства? Клятва и не менее десяти лет служения Короне. И знаете что интересно, никто после этих десяти лет не вернулся на свою Родину. Или остаются в Краинском королевстве навсегда, или гибнут на службе, при выполнении сложных заданий.

— Ой, ну это очень древние, устаревшие правила! Ваш король славится либеральными взглядами, я не думаю, что с меня потребуют такую клятву!

— Все поступающие в Университет, приносят такую клятву. И отработать не менее пяти лет тоже придётся. Можно ещё проще, выходите замуж, и живите у нас.

— Ну, нет! Я люблю свою Родину, и должна вернуться. Я думаю, что мой отец испросит для меня разрешения у вашего Короля, для обучения без всякой клятвы.

— Это частный Университет. Король тут совсем не при чём.

— Ну, может, отец для вас что-то сделает, что нужно лично вам или герцогству, скажите, я ему сразу же напишу.

— Стасия, ну что может дать герцог, захвативший четвёртую часть нашего королевства, простому Третьему?

Не знаю, поняла ли она сарказм сказанного, но ушла, поджав губы.

А следующий разговор состоялся уже в присутствии герцогини де Брюлен и её сына, Микаэль был молчалив, но смотрел на нас исподлобья.

— Я хочу поехать в гости к моей невесте, — это Микаэль.

— Мои родители, конечно же, хотят познакомиться с разумным, претендующим на мою руку, — а это Стасия.

— Уважаемая Стасия. Наши королевства сохраняют нейтралитет, но не дружбу. Хотелось бы услышать от вас, какие гарантии безопасности её сына вы можете предоставить Её Светлости, герцогине де Брюлен.

— А что, моя любовь, разве это не гарантия?

— Гарантия чего? Что может гарантировать ваша любовь, если ваш папа решит причинить вред нашему маркизу?

— Ну, знаете ли!

— Знаю, Стасия, знаю! Я хочу вас и вашего папу сразу предупредить. Если Маркиз де Брюлен не вернётся домой в течение полутора лет, он будет лишён права на наследование герцогства. Если вам лично нужен муж герцог, переезжайте к нам, это нормальная практика, невеста едет в дом к мужу. Другой вариант, пусть ваш папа делает Микаэля герцогом там у вас. Его мама только порадуется за сына: климат у вас отличный, жена его любит, тесть помог стать герцогом.

— Сейчас вы Стасия, пожалуйста, оставьте нас, мама хочет поговорить с сыном. Вас проводят.

Микаэль дёрнулся вслед за невестой, а Ириана просто заплакала.

Я повёл Микаэля за собой. Мы вышли через чёрный ход, взяли коней, охрану, и поехали на речку Радужную. Сели на берегу, я развёл костёр, охране приказал никого к нам не пропускать.

— Давай поговорим как взрослые люди. Считай, что с тобой говорит твой отец. Ты сейчас уверен в своей любви, считаешь любимую девушку идеальной во всех отношениях. Это нормально для твоего возраста. У меня это было иначе. Когда я встретил Анну, мы оба были простыми адептами магической академии. Мы были никому не нужны, кроме нас самих, и ни какой корысти в наших отношениях быть не могло. Это потом, когда я стал бароном и разбогател, разные дамочки начали на меня вешаться, строить глазки, обещать неземную любовь. У тебя всё иначе. Ты уже богат и родовит. Я не буду говорить про твою девушку, но её отец был одним из инициаторов войны и захвата земель Росинского королевства. Он за эти годы лучше не стал. Вполне в его духе, поженить вас, а когда родится наследник, тебя убить, и начать требовать герцогство в собственность для твоего сына. Ты на меня смотришь как на сумасшедшего. Нет, Микаэль, это не я сумасшедший, это жизнь такая. Там где власть, деньги, территории, там всегда много подлости, предательства. Это у нас в анклаве собралась команда, которая шла с низов на вершину власти, и мы до сих пор держимся друг за друга. А в других местах всё не так. Поэтому я и сказал твоей невесте, что если тебе будут препятствовать вернуться, хотя бы в гости, ты будешь лишён титула герцога.

— Мама любит тебя. Она много лет назад, когда у нас были трудные времена, думала о тебе, положила на счёт в банке деньги для тебя. Вот номер счёта, — я написал на песке ряд цифр, — Заучи, запомни, но поклянись, что эти деньги ты никогда никому не передашь. Только, если ты сам попадёшь в трудную ситуацию, тебе нужно будет уехать, бежать, только тогда ты используешь эти деньги. Поклянись!

— Клянусь, — неохотно произнёс парень.

— Ещё тебе в память. Если невеста тебя любит, она никогда не будет тебе говорить плохо обо мне, о твоей маме, о твоих братьях и сёстрах и вообще об анклаве. Потому, что это твоя родня и твоя родина. А если начнёт требовать, чтобы ты признал, что-то плохое в нас, это значит ей нужно тебя подчинить. Как только она начнёт говорить: «Если ты это не сделаешь, значит, ты меня не любишь!», «Не буду с тобой разговаривать, пока не сделаешь вот то-то!» — это значит, она просто тебя использует, добивается, чтобы ты ей безропотно подчинялся, стал её рабом. Разве это любовь?

— В новом месте, в другом доме, присматривайся, как к тебе относятся слуги. Если они к тебе относятся пренебрежительно, значит, их хозяева считают тебя пустым местом, — на эти слова парень вскинулся.

— Сам посуди, если ты дорог хозяевам, или, хотя бы хозяйке, какой слуга позволит себе быть с тобой невежливым?

— Посмотри вокруг, на эту речку, на эти горы, ты их теперь не скоро увидишь.

Посидели, помолчали, и поехали к мосту, чтобы вернуться в Семигорск.

У моста стояла карета со Стасией. Она бросилась к Микаэлю.

— Как ты мог уехать без меня? Ты что, не понимаешь, что я волновалась? Что тебе опять наплёл про меня твой отчим?

Они уехали, а я стоял и улыбался, всё-таки я не ошибся, дамочка ни на грамм не любит парня. И думаю, вскоре он сам всё поймёт.

Микаэль уехал. Через несколько дней вернулись Анна с Анютой. Девочка как-то успокоилась, общение с большим количеством новых лиц сбило напряжение от расставания с любимым братом.

А через несколько дней я получил письмо, в котором Настал анд Торон Тур сообщал тревожные новости и просил приехать. И речь шла опять о войне.

Подготовились и поехали. Взял с собой Анюту, Сержа, одну фалангу тяжелой пехоты на повозках, и сотню лёгкой пехоты, верховное командование наших Вооруженных Сил и всех студентов выпускного курса Магического Университета. Таких набралось пять десятков.

Добирались через «Южный приют». Теперь это не караван-сарай, а большой посёлок, почти город, заточенный полностью на транзит товаров. За шесть дней добрались до столицы гномов. Нас встретили, всех разместили, пригласили во дворец монарха.

Смысл моего приглашения был в следующем. Королевства Фанское, Краинское, Поленское захотели прибрать к рукам наше Загорье, точнее, наши производства и технологии. Но, чтобы добраться до нас, им необходимо пройти через равнинную часть Росинского королевства. И они готовятся к полному захвату и разделу Росинского королевства. А потом, когда они захватят Загорье, наверняка, захотят и технологии гномов прибрать к рукам. Поэтому гномы предлагают вместе организовать оборону.

— Настал, в какой степени я могу рассчитывать на армию северян.

— В полной мере. Наша постоянная армия десять тысяч пехоты. Если докажешь необходимость, поднимем численность армии до тридцати тысяч. Но в бой их вести тебе самому.

— А что в царстве?

— В мирное время пятьдесят тысяч, по первому требованию будет сто тысяч. Условие то же, если в бой их ведёшь ты сам.

— Что вы знаете об армиях других государств. Кто и в каком виде будет нам противостоять?

Совещались целый день. Я заметил, что на приём пищи король уходит в другое помещение от всех остальных. Ну, понятно, монарху кушать из чужих рук при всех, это невозможно.

— Я прошу прерваться и проехать в ближайший храм Святой Анюты.

Все удивились, но про мои чудачества ходят легенды, и всем стало интересно. Оказалось, что до храма всего десять минут ходьбы, и все пошли пешком. Монарх шёл рядом с братом и о чём-то оживлённо с ним говорил. Я дал команду, и пока мы шли, нас догнала повозка, на которой привезли мою дочь Анюту.

Когда мы зашли в храм, я всех отправил «на галёрку». Возле алтаря остались я, Анюта, Царь гномов Тимур де Торон Тур, его наставник Настал анд Торон Тур, и брат, граф Серж ан Дрович.

Мы с дочерью подошли к алтарю, положили на него руки, при этом я встал на одно колено. Алтарный камень сначала ударил мне в руки холодом, но я послал в него поток магической энергии и он сразу потеплел.

— О, Святая Анюта! Три года назад ты помогала моей дочери постигать магию. Но к нам прибыли Контролёры, и они были этим недовольны. Получается, что мы с дочерью виноваты перед тобой. Но сейчас мне очень нужно встретиться с этими Контролёрами. Собственно из троих мне нужен только тот, который исцелял Анюту и тебе высказывал претензии.

— О, Святая Анюта, можешь ли ты мне помочь, есть ли возможность пригласить этого целителя из числа Контролёров?

В голове прошелестело: «Зачем он тебе?» В ответ посылаю мысленную фразу: «Хочу попросить исцелить царя гномов».

— «А ты не мелочишься!»

Снова обращаюсь мысленно: «Сердишься на меня?»

— «Меня из-за вас по попе нашлёпали!» — от такой информации я пришёл в полное недоумение, как это можно богиню по попе нашлёпать?

— Ха-ха-ха-ха-ха! Поверил, поверил! — покатилось под сводами храма, и моя дочка тоже весело смеялась рядом с алтарём.

— Ждите! — уже серьёзным голосом прозвучало, где то под потолком.

Минут через пять возле алтаря засветился портал, и из него вышел тот молчаливый третий из Контролёров. На этот раз он не был молчаливым:

— Слушай, потомок Тура, а ты не обнаглел? Я теперь что, у тебя на побегушках?

— Вы провели частичную санацию. На островах, наверное, нет больше Хорхар. Но здесь на материке кто-то опять мутит воду, ведёт дело к большой войне. Я, по возможности, почищу территорию от эльфов, или кохаринов, но мне нужна помощь гномов. А их царь пострадал, кстати, тоже от эльфов, у него нет кистей рук. Прошу вашей помощи в этом вопросе, необходимо вырастить ему кисти рук.

— Нда! А про инструкции ты, случайно не слышал?

— Моя дочка, будущая целительница. Вы ей дайте умение, и нарушение будет минимальным.

— Вот ведь жулик! Опять выкрутился! Ну, где ваш больной? Пойдём крестница, полечим дяденьку.

Я кивнул дочери, и они вдвоём подошли к Царю гномов. Анюта взяла в свои маленькие ладошки край культи одной руки Тимура де Торон Тур, потом второй руки. А Контролёр в это время держал свои ладони на её висках. Тимур стал заваливаться на спину. Дядя и брат поддержали его, и не дали упасть.

— Три дня обильную мясную пищу, иначе очень сильно похудеет, — это Контролёр поставил задачу родственникам царя.

— Крестница, а тебя хоть как зовут? — это он моей дочери.

А Анюта подбежала к скульптуре Святой Анюты и громко сказала:

— А мы обе Анюты!

— Ха-ха-ха! Ты молодец, Михаил Александрович! В очередной раз угадал всё правильно! — мужчина протянул мне маленький жезл — Если там будет хорхар, направь на него, оно само выстрелит, — и шагнул в портал.

Все отмерли, сразу все заговорили, кажется, задавали мне какие-то вопросы, а я наклонился к дочери:

— Прощайся с подругой и пошли во дворец.

И ведь попрощалась, подошла погладила скульптуру по руке, и на лице Святой Анюты появилась улыбка, как в нашем Храме Всех Святых. Краем глаза отметил, как настоятель храма и его служки упали на колени, увидев преображение скульптуры. А я уже и не удивляюсь: магия, боги, драконы, Контролёры, — чего же удивляться, что скульптура улыбается?

Два дня мы с военными нашего анклава, северян и царства гномов работали над реформированием армии гномов. На третий день я посадил всех привезённых магов делать одну и ту же работу: укреплять древки копий и боевых топоров для гномов. Мы решили сделать сто фаланг по сто воинов. Надо укрепить древки на десять тысяч копий, каждому магу по двести штук. За десять дней должны справиться. В прошлом году мы с детьми создали плетения и комплекс рун по укреплению древесины аналогично моему умению. Правда, все думают, что так укреплять можно только части оружия. А про удочки кроме меня и моих детей никто не знает. Ну, должен у меня хоть какой-нибудь секрет остаться!

В конце третьего дня к нам вышел царь Тимур де Торон Тур. Он сильно похудел, но был полон энергии и желания работать. На руках у него были обе кисти нормального размера, полностью функционирующие, только кожица на них была тоненькая и ногти буквально просвечивали. Он с таким восхищение брал в руки бокал, ложку или ручку для письма, что наблюдать за ним было просто приятно.

По окончанию рабочего дня в кабинете остались только я, царь и два его родственника.

— Скажите анд, а почему этот бог назвал вас потомком Тура? — любопытствует царь гномов.

Извлекаю из ножен свой меч.

— Они считают, что это меч Тура.

— А что за странное имя, которым он вас назвал?

— У меня на родине меня звали Александрович.

— Алекс ан Дрович? А вы не откажитесь быть главой клана?

— Нет, не откажусь.

— А теперь скажите, чем и как мне вас наградить? — и он покрутил кистями рук, при этом сам с интересом смотрел на них.

— Вот разобьём все вместе наших врагов, и будет нам всем награда.

— Да-а-а! Анд это не должность, это сердце и душа! — и царь мне поклонился. Вот это я кучеряво устроился!

А на следующий день на плацу построили двести воинов гномов, это будущие командиры фаланг, и мои ветераны начали им демонстрировать, что они могут делать в составе фаланги.

Давайте попробую описать, какая у нас получилась фаланга. Это не то, что описывал Сергей Садов, и это не то, что описано в Интернете как «фаланга Македонского».

Итак, строй воинов или «коробка» десять на десять, то есть десять шеренг, в каждой по десять воинов. Первая шеренга вооружена ростовыми щитами с острым шипом в центре и короткими мечами за правым плечом. Вторая шеренга вооружена ростовыми щитами без шипа и мечом, или топором. Третья шеренга вооружена квадратными щитами среднего размера, коротким мечом и длинным копьём, с древком в четыре с половиной метра. Четвёртая и пятая шеренги вооружены так же, как и третья, только копьё — пять метров. Задние пять шеренг — это зеркальное отражение первых пяти. Шестая, седьмая и восьмая имеют длинные копья, как основное оружие. Девятая — ростовые щиты гладкие, десятая — ростовые щиты с шипом.

В бою, при обстреле лучниками, первая шеренга закрывает строй от прямо летящих стрел. Вторая шеренга поднимает щиты над головами, закрывая от стрел сверху первую, вторую и третью шеренги. Третья шеренга опускает свои копья между воинами первых двух шеренг на уровне пояса. Четвёртая шеренга прижимается вплотную к третьей, держит щиты над головой, а копья опускает между воинами на уроне груди. Пятая шеренга прижимается к четвёртой, держит щиты над головой, а копья опускает на плечо впереди стоящим шеренгам. Получается что-то похожее на боевой строй «черепаха», ощетинившийся вперёд копьями на трёх уровнях. Задние пять шеренг, в данном случае, при обстреле стрелами или болтами, просто прикрываются щитами от стрел сверху. В случае окружения, и нападения врагов с тыла, задние пять шеренг разворачиваются и становятся точно так же, как первые пять, только в обратную сторону. При наступлении на фалангу конницы фаланга по команде встаёт в жёсткую позицию, это когда щиты и древки копий упёрты в землю. Получается стена с пиками копий, торчащих вперёд на трёх уровнях. Пробовали разные варианты нападения, но кони на такое препятствие не иду. При попытках загнать их на копья, встают на дыбы, сбрасывают седоков. Управление фалангой путём подачи набора команд, соответствующих сигналам барабана, усиленных магией.

Обсудив все возможные варианты действий вражеских армий, решили обойтись минимальным количеством конницы. Пехоту разделить на две примерно равные части. Половина армии это фаланги, для ближнего боя, а вторая половина, это лёгкая пехота, вооруженная средними и лёгкими щитами, мечами, или боевыми топорами, и, самое главное, арбалетами и луками.

Необходимо было выяснить вот какой вопрос. После побоища в ущелье, на юге Загорья, наши враги, в первую очередь поленцы знают о возможностях наших арбалетчиков, что они предпримут, для преодоления заградительного огня арбалетов. Есть три пути. Первый, всю пехоту снабдить большими щитами. Это снижает мобильность пехоты, но позволяет, под прикрытием щитов, приблизится на дистанцию рукопашного боя. Второй путь, это снабдить первые ряды наступающей пехоты большим количеством защитных амулетов. В обычных условиях, это очень большие затраты, магические и финансовые. Если же у врагов, как у нас, есть мощный и бесплатный источник энергии, то это вполне реализуемый путь. И третий путь, это иметь много конницы, то есть иметь очень мобильную армию, которая преодолеет зону поражения из арбалетов и луков за короткое время, и не понесёт, соответственно, больших потерь.

Я настаивал, на прекращении поставок стратегических ресурсов: оружейная сталь, шасси для повозок, зерно, ткани, лошади.

— Это сразу вызовет подозрения! — высказал сомнение монарх гномов.

— Вы о чём думаете? У вас есть безусловное подтверждение, что они готовятся к большой войне, а вы боитесь вызвать у них подозрение, что мы о чём-то догадываемся? Немедленно вызовите посла Росинского королевства, начнём разговор с них. А то, мы их собираемся защищать, а они об этом даже не догадываются.

Вызвали посла Росинского короля в царстве гномов. Он прибыл с большой задержкой. При этом, с ним приехали два его зама, один из которых был эльфом. Я был в полном шоке, но взяв себя в руки, подал знак Насталу, что нужно их пока занять разговором. А сам вышел из помещения, кивнув монарху. Когда он вышел вслед за мной, я рассказал ему свою задумку, и он с ней согласился.

Монарх пригласил посла и лиц его сопровождающих на лёгкий полдник. Заместитель эльф начал говорить, что им некогда, на что монарх с большим удивлением уставился на него. Действительно, по дипломатическому этикету, это было хамством высшей степени. Мало того, что «комнатная собачка» вдруг заговорила, так она ещё и лезет вперёд хозяина. А отказ от предложения монарха, который вызвал вас на аудиенцию, это грубейшее нарушение протокола. Поэтому, я посчитал себя в праве, и подал команду охране. Двое дюжих гвардейцев взяли этого зама с двух сторон под руки, и просто вынесли из зала.

— Собственно, можно и без полдника, уважаемый заместитель посла, подождите нас в этой комнате, а господина посла прошу пройти за мной, — это я взял на себя инициативу, так как царь немного подвис, от моих действий по отношению к эльфу.

Когда мы перешли в другой кабинет, я отдал инициативу разговора в руки монарха. Только спросил посла.

— Скажите, насколько вы самостоятельны в своих действиях в своём посольстве? Если убрать этого эльфа, над вами есть ещё какой-то контроль?

— Нет только этот представитель «дружественного государства».

— А почему он позволяет себе такое поведение? — это уже Настал де Торон Тур спросил.

— Мой предшественник пытался не подчиняться требованиям этого представителя, но вдруг умер по неизвестной причине.

— А ваш Король что-нибудь сделал в ответ на убийство посла? — спросил уже Тимур де Торон Тур.

— Я не имею информации о действиях Его Величества.

— Знаете, ваш заместитель вдруг сошёл с ума, и бросился с ножом на Его Величество Тимура де Торон Тур. Охрана короля тут же застрелила его из арбалета. Странное поведение, давайте будем считать, что это был несчастный случай, — это уже я наговорил всего.

— Но он же этого не делал? — удивился посол.

Все уставились на меня, как на сумасшедшего. А я подошёл к двум гвардейцам, пошептался с ними, и вернулся к переговорщикам. Один из гвардейцев вышел и вернулся с эльфом. Тот с возмущением начал что-то говорить, но его перебил второй гвардеец:

— Держи! — и подал ему кинжал, рукоятью вперёд. Эльф машинально схватился за рукоять кинжала, и в тот же момент арбалетная стрела пробила ему висок, поле чего заместитель посла рухнул на пол замертво, продолжая сжимать в руке кинжал.

— Ну почему же вы говорите, что не делал, зачем вы его оправдываете? — я с истинным удивлением уставился на посла.

Тот судорожно сглотнул, переводя взгляд то на меня, то на монарха. А дядя монарха заржал, как солдат в весёлой компании, потом хлопнул меня по плечу:

— Я не ошибся в тебе, потомок Тура.

Труп вынесли, а дальше диалог прошёл в конструктивном русле. Только его итог был неутешительным. Не было никакой уверенности в том, что армия Росинского королевства выполнит приказ своего короля. Но попробовать стоило. И посол повёз письмо своему королю, где мы описали планы нашей объединённой армии и предложение по действиям Росинской армии. В упрощенном виде, Росинская армия должна была своими действиями обеспечить, чтобы агрессоры собрали свою армию в единый кулак. И вышли на выбранную нами позицию. А потом отойти в сторону и не мешать «большим дяденькам» размять кулаки.

Посол уехал к королю Рутане де Годуно Рюри, а мы сели прорабатывать планы, что и как делать пока враг не напал? Что делать, если Росинская армия не сможет собрать всех врагов в одно место?

Ещё десять дней напряженной суеты и поездок, и вся промышленность царства гномов и двух анклавов заработала на военных рельсах. Маги нашего анклава были, что называется на разрыв. Металлурги и кузнецы делали щиты, наконечники копий, мечи, наконечники арбалетных болтов. Лесогорск все мощности своих мастерских пустил на изготовление копий, арбалетных болтов и повозок для армии. Маги царства и анклавов с утра до вечера занимались укреплением металла щитов, оружия, изготовлением защитных амулетов для армии. Наступил сезон дождей, но подготовка к войне только набирала обороты. Наконец материальное обеспечение нашей армии было в основном готово, воинские подразделения и части сформированы, и как только дожди закончились, начался финальный этап этой подготовки.

Население предгорий было мобилизовано на прокладку хорошей дороги из царства гномов, в обход Фанского королевства, по территории графства Гадон с выходом на нашу дорогу до Холмограда. Армии Северного анклава и Царства гномов в предгорьях отрабатывали взаимодействие между собой и вооруженными силами нашего анклава. Разведка доносила об активной подготовке войск в соседних государствах.

Я, в разгар этой подготовки к войне, заехал домой в Семигорск, повидаться с детьми и жёнами. Целый день вокруг меня «водили хороводы», я, конечно, всем был нужен. Понимаю я это, милые мои, но, если к войне плохо подготовишься, может всё закончиться очень печально. Печально, да. Вот это я и вижу, вижу очень печальное лицо Розы, младшей дочери Ирены.

— Розочка, что случилось?

Девочка готова разреветься.

— Он умер, сначала рос, а потом умер!

— Кто он, кто умер?

— Орешек, — и далее очень путанное объяснение, которое я понять не в состоянии, так как голова занята другим.

— Веди, показывай!

В центре двора нашего дворца, где хотели делать фонтан, сейчас сходятся и перекрещиваются дорожки. В самом центре этого перекрёстка выкопана ямка, и в ней сидит увядший росток какого-то растения. Выкапываю его и вижу орех, похожий на плод маньчжурский ореха, это типа грецкого, только скорлупа толще и крепче. Ниже ореха закопан конский навоз. Скорлупа ореха треснута, росток вылез из ореха, и даже пустил корешки, но они почернели.

— Рассказывай, где взяла орешек, когда посадила, зачем лошадиные шарики туда наложила?

— Мне садовник сказал, что нужен конский навоз. А посадила неделю назад, он через пять дней вылез, а потом умер.

— Ещё есть орешки?

— Вот, последний! — девочка достаёт из кармана ещё один орех и всхлипывает.

Идём с дочерью на конюшню, находим место, куда убирают навоз.

— Смотри, это свежий навоз, на нём ничего не растёт, а вон там буйно растёт трава, даже не видно саму землю. Когда навоз пролежит год, получается перегной. Вот это и есть полезная для растений земля. А у твоего растения корни попали на свежий навоз и погибли. Давай, набирай в ведро перегной, и пошли сажать второй орех.

Вычистили ямку, насыпали перегноя и простой земли, посадили орех. Полили его, вызвав плетением Анюты небольшой дождик на ограниченной площади. Мой комп его помнит. Ямку с растением огородили кирпичным бордюром. Потом с Розой разучили Анютино плетение.

На следующий день я уехал, и появился только через месяц.

— Папа! Они меня ругают, а я сказала, что это ты посадил, и сказал не трогать, — плачущая Роза вцепилась в меня, как в спасательный круг.

А Ирена, Ириана и даже Анейра готовы на меня с кулаками набросится. Беру девочку на руки.

— Аня, ты, как более вменяемая, скажи конкретно, что случилось?

— У нас в центре дворцового дворика растёт Дерево Жизни. Роза его поливает, и никому не даёт его трогать, говорит, что это ты его посадил.

— Сажали мы с ней вместе. А зачем вам его трогать, растёт, и пусть растёт?

— Ты что не понимаешь? Никому, даже из целителей, ни разу не удавалось вырастить Дерево Жизни! Его нужно исследовать, это научный феномен! — это бывшая декан факультета Целительства, с апломбом.

— Ириана, это не дерево феномен, это вы феномен глупости! Взрослые, с шаблонным мышлением. Я не знаю, как там ваши целители пытались что-то вырастить? А у нас всё естественно, Роза нашла орешек, понимаете, просто орешек, плод дерева. Почему оно плодоносит, а на земле под ним орехов нет, вот это феномен, его и исследуйте. А у нас всё просто, как обычно и бывает в природе, посадили орешек, подсыпали перегноя, Роза его поливает, и дерево растёт. Что тут исследовать? Вашу тупость?

— Дерево не трогать! Это приказ! Роза, оно насколько выросло?

— Выше тебя, — оп-па, а вот это фокус! Месяц только прошёл, как посадили орешек.

Но держим покер фейс.

— Поливаешь, пока не поднимется выше второго этажа, а потом поливать не надо, у него корни будут достаточно сильные, само будет расти.

— Хорошо, папа! — и не удержалась, показала маме язык, но, увидев моё неодобрительное покачивание головой, покраснела и убежала в другую комнату.

— Милые женщины, давайте не будем ссориться! Вы же видите, какая у нас жизнь, то скульптуры богов улыбаются, то боги подзатыльники раздают, иногда даже помогают, вон Анюте сожжённый источник восстановили, да много всего. А тут всего лишь Дерево Жизни растёт. Ну и пусть оно растёт! У меня война вот-вот начнётся, а вы мне из-за растения хотите скандал закатить. Несолидно это!

Через два месяца наша армия была практически готова. Росинская армия также готовилась к войне. Наконец пришла новость, что войска трёх королевств двинулись на территорию Росинского королевства, а наша армия приготовилась к быстрому маршу.

Глава 9. Опять война

Армии трёх королевств вошли на территорию Росинского королевства: Фанского с северо-востока, Краинского с востока, Поленского с юго-востока, — и начали движение к городу Холмограду. Откровенная, ничем не прикрытая захватническая война, причём её целью является не просто Росинское королевство, а именно наш анклав. Слишком хорошие вещи и материалы производит наша промышленность, слишком высокие для этого мира технологии нам удалось разработать и внедрить. Слишком большую, по мнению завистников, это даёт нам прибыль. «Отнять и поделить!» главный принцип большинства восстаний, воин, вооруженных конфликтов. Очень важно для нас понять, как они собираются действовать. Поленцы уже один раз обожглись, наверняка они будут пропускать вперёд войска Краинского и Фанского королевств, надеясь, напасть, когда мы и эти два врага измотаем друг друга. Но и опоздать им будет боязно. Наверняка за прошедшие мирные годы шпионы всех королевств побывали в нашем анклаве, видели наши укрепления на перевалах, видели, что это, фактически, единственная дорога в анклав. Если кто-то один захватит перевалы, он может и не захотеть делиться с другими. В таких захватнических союзах никто никому не доверяет.

Как мы и договаривались, росинская армия постепенно отступает. Половина армии отходит к столице, для её защиты. Вторая половина отступает в направлении города Холмограда, который стоит на пути следования в наш анклав. Все дороги из Росинского королевства в Загорье сходятся в этом городе.

Фанцы выделили десятитысячное войско для участия в этой войне. Армии Фанского королевства привычнее воевать в лесной местности, на холмах. В их частях традиционно много лучников. Краинская армия привычно действует на открытой местности, среди небольших дубрав и сельскохозяйственных полей, но конницы у них не много. Лошади в основном используются как транспорт. По донесениям разведки во всех воинских частях краинской армии огромные обозы. Причём повозки явно не перегружены. Это понятно, захватчики идут грабить, а повозки нужны, чтобы вывозить награбленное. Краинская армия насчитывает около двадцати тысяч солдат, так доносят разведчики. Поленская армия средняя по численности, около пятнадцати тысяч солдат. После неудачной битвы в ущелье реки Страшной они озаботились существенным увеличением стрелкового вооружения в своих войсках. Кстати, такое название эта река получила именно после той битвы четыре года назад. Поскольку технология изготовления арбалета более сложная, поленцы сделали ставку на луки. То есть теперь в поленской армии, как и в фанской, много лучников. Для нас это дополнительная трудность, так как при массовом обстреле из лука стрела летит дальше, чем арбалетный болт при прицельной стрельбе. Можно конечно и арбалетный болт пускать по дуге, будет лететь так же, как и стрела из лука на 200 метров, но это имеет смысл только по плотному строю, типа нашей фаланги, иначе количество промахов будет процентов девяносто и более.

Раздумья над этой проблемой мучали меня задолго до начала боевых действий. Нужно было что-то метательное, с дальностью стрельбы метров на 200–300 и достаточной точностью попадания. Я-то как раз могу на такое расстояние запускать лёгкие стрелы, или пули, но я один не решу проблем большого войска, а передать такое умение я не могу. Стоп! Идём к дочери. Объясняю проблему Анюте, и вместе начинаем думать. Надумали, создали макет, начали пробовать. Сначала я хотел сделать направляющую в виде трубы, как ствол у ружья. Но оказалось, что если во время разгона снаряд окружён металлом ствола, снаряд не разгоняется. В конце концов получилось у нас следующее.

Держу в руке деревянное изделие, похожее на длинное ружьё. Вместо ствола рейка с продольной проточкой. Проточка отполирована и магией на неё наложен эффект «мыла». На самом деле, при уплотнении поверхности канала пожелал придать ему низкий коэффициент трения, как у льда или фторопласта. И поверхность паза получилась как бы зеркальной, наверное, просто прессованное дерево с высокой чистотой полировки. Держу в руке снаряд для этого «ружья». Снаряд в средней части это металлический цилиндрик. Он заострён на одном конце, под углом около тридцати градусов, и имеет углубление на другом конце. В это углубление вставлен короткий деревянный цилиндрик, это стабилизатор полёта, пуля ведь не вращается в полёте, если её не стабилизировать, она будет просто кувыркаться. Провожу рукой, и моя «пуля» блестит как отполированная. Вкладываю «пулю» в «патронник». Она чуть зажата кожаной прокладкой и не выпадет, даже если опустить «ствол» круто вниз. Есть приспособление типа прицела из двух круглых петелек: одна близко к глазу, вторая на конце ствола. Направляю мой метатель пуль на мишень, прицеливаюсь и мысленно задействую руну амулета, вделанного в данное устройство. Пуля вылетает с большой скоростью и ударяет в мишень.

Несколько стандартных операций по пристрелке, потом пять пробных выстрелов. Результат не отличный, но вполне удовлетворительный. На двести метров я попадаю в круг диаметром сорок сантиметров пять пуль из пяти. Скорострельность при спокойной стрельбе, десять выстрелов в минуту. Нужно сделать тридцать таких метателей пуль и подготовить тридцать стрелков. А Анюте сделать тридцать амулетов, для таких метателей. Что интересно, я могу такие пульки метать без всяких приспособлений, а вот плетение такое сделать не могу. Я, конечно, скопировал плетение Анюты, и помог ей преобразовать его в руну, чтобы вставить в амулет, но пусть она сама эти амулеты делает.

Срочное задание мастерам в Лесогорск изготовить подобные «ружья», с требованием соблюдения максимальной точности размеров и прямолинейности «ствола». Срочное задание войсковым начальникам выделить мне тридцать молодых воинов, точно стреляющих из арбалетов и имеющих хотя бы минимальный магический дар. Срочное задание металлургам, точнее токарям. Наточить на станках и сделать такие пульки. Да токарные станки у нас есть, привод от водяного колеса, крутятся медленно, но это лучше, чем ничего. Через неделю я приступил к обучению стрельбе. Сначала изучали, как прицеливаться, потом как учитывать ветер, расстояние, всё это пока без практической стрельбы, пульки-то у нас, почти на вес золота. Всё-таки ещё через десять дней начали стрелять пульками. Сначала со ста метров, потом с двухсот, а потом в предгорьях, где дует ветер. Результат меня удовлетворил, теперь не меньше половины пуль найдут свою цель. Потом провёл с этой группой краткий курс по стрельбе из-за укрытия, маскировке, отходу с позиций снайперов. Ещё обучил менять накопители энергии. Одного накопителя хватало на двадцать выстрелов. К этому времени нам для каждого метателя изготовили футляр, и команда снайперов была готова к отправке на фронт. Но на фронт они отправились только через месяц. Чтобы не бездельничали, заставил отрабатывать умение незаметного передвижения по местности с разведчиками.

Захватчики, наступавшие на наше королевство, вели себя совершенно по-разному. Наиболее цивилизовано действовали подданные Фанского короля. То ли их король очень осторожный, то ли просто менталитет у разумных такой. Они практически не грабили население, только если провиант забирали без оплаты. Ни грабежей, ни насилия в их «зоне ответственности» не было. Поленцы тоже вели себя почти лояльно по отношению к местному населению. Несколько грубее, чем фанцы, но каких-то массовых репрессий, казней они не устраивали.

Зато краинцы вели себя, как фашисты на Земле. Население, узнав об их отношении, бежало с пути следования их отрядов, прятались в лесах, уходили в другие провинции. В результате солдатам Краинской армии некого было грабить и насиловать, и они от этого ещё больше зверели. Если кому-то из местных не повезло попасть им в руки, живым он уже не мог остаться.

Несколько небольших городов, попавшихся на их пути, они не только разграбили, они ломали всё, что невозможно увести с собой, убивали всех, кто не покинул город, рассчитывая на милость победителей. Остатки городов сжигали. Так же как и все деревни. Чем могла быть обусловлена такая ненависть к населению оккупированных территорий?

Если бы Краинцы несли большие потери от Росинской армии, то их действия можно было бы объяснить местью. Но больших боёв ещё практически не было. Росинская армия огрызалась, но и постоянно отходила, избегая больших сражений. Да и как им устраивать большие сражения, если их в десять раз меньше, чем врагов. Единственное объяснение, возникающее у меня в голове, это то, что кто-то массированно раздувает ненависть к росинцам среди краинских военных. Кто это, эльфы, или их наездники, Хорхары? Как это выяснить, как с этим бороться? Самый простой способ, уничтожить всю их армию, а правильно ли это? У большинства солдат есть дети. Кем они будут считать тех, кто уничтожил их отцов?

Думай, голова, думай!

Неожиданно мне принесли информацию о том, что вместе со штабом Краинской армии едет молодой парень, похожий на росинца. Его явно держат на положении пленника.

Ну что, анд Дрович, вот тебе и ответ на твой вопрос. Если ты начнёшь их побеждать, они будут торговаться жизнью твоего сына. Проявишь неуступчивость, его убьют на твоих глазах. Если боги дали мне меч Тура, если разумные доверили быть главой клана, забудьте про мягкого и доброго пенсионера с планеты Земля! Вы разбудили во мне зверя! И словно подтверждая мои слова, мой конь встал на дыбы и взревел. Да, Ужас, летящий на крыльях ночи, да мой верный боевой товарищ, они пожалеют об этом!

Всю ночь я практически не спал. А утром вызвал к себе главу службы безопасности анклава.

— Мне нужны наёмные убийцы. Переверни весь город Холмоград, найди среди них тех, кто готов защищать свой город даже ценой жизни. А главарям скажи, если среди них таких нет, то я их вырежу, как тифозных крыс.

Потом вызвал командира разведки анклава. Его звали Роман Солдат. Мы с ним встретились очень давно, двадцать лет назад. Он был простым сержантом в отряде гвардии, сопровождавшем принцессы Лазорину де Романо Рюри в Загорье. В том отряде это был единственный порядочный разумный, за что и получи удар кинжалом в спину от своих сослуживцев. Тогда его подлечили, и он уехал на войну. Потом мы встретились в доме инвалидов, ветеранов той войны. Наши целители его опять подлечили, и, с тех пор, он был в моей дружине. А в последние годы я поручил ему организовать подразделение, что-то типа спецназа, заточенного на разведку и диверсии. Сам он уже не бегал по горам, но всякие специфические знания передавал молодым с удовольствием.

Я долго рассказывал Роману, кто такие хорхары — «наездники» кохаринов, то есть эльфов, чего они добиваются на этой планете. Рассказал о своём сыне и о том, чего я ожидаю от краинцев. Потом он взял время подумать и вечером мы снова обсуждали этот вопрос и составляли план возможных действий. Сложность была в том, что нужно было посвящать большое количество разумных в эту проблему. Тут уже меня самого «озарило». Мы вызвали группу наших снайперов, повели их в Храм Сияющего и предложили дать клятву, о нераспространении информации о «метателях пуль», и о тех заданиях, которые они будут выполнять.

— Если кто-то не готов дать такую клятву, может клятву не давать, но он из вашей группы уходит навсегда, и до конца войны будет находиться только в Семигорье, чтобы не болтал лишнего, где не нужно.

Никто не отказался, и капитан Роман Сержант взялся за подготовку этой команды не только к действиям на поле боя, но и в ситуации, которая могла возникнуть, если мне предъявят сына для торга.

А я вместе с Амиром Кунаком пошёл на встречу с представителями самого опасного отряда уголовного мира, наёмных убийц.

Встретились, так сказать на нейтральной территории, на пустыре, где со всех сторон местность просматривалась метров на двести.

Кунак поёжился, но шагал уверенно. Я на него повесил три амулета защиты, надеюсь в случае каких-либо инцидентов, успеем принять меры. Вот стоит группа разумных. Подходим.

— Скоро будет большая война. Враги идут сюда. Меня интересуют только те, кто готов защищать свой город даже ценой жизни. Остальным лучше уйти.

Ко мне придвигается какой-то блатной тип, покручивая ножом:

— А ты, фраерок, берега не попутал, ты снача… — под лёгким параличом он не только замолчал, но и застыл неподвижной статуей.

— Могу повторить, но меня лучше понимать с первого раза.

Теперь из этой группы выдвигается мужчина средних лет. Выглядит очень представительно, и одеждой, и манерами, только глаза выдают хищника.

— Может быть, всё-таки представитесь?

— Сразу после вас, уважаемый.

— Меня здесь называют Графом.

— Меня тоже. Граф Семигорский! Или граф де Дрович. Или глава клана анд Дрович.

— А ещё вас называют Третьим. Почему вы не представляетесь этим именем? Сразу бы снимало массу вопросов.

— Уберите всех лишних, и я отвечу и на этот, и на другие вопросы.

— Хорошо! — разумный кивнул, и все разумные как-то растворились на этом пустыре. Я снял паралич с того блатного, и он тоже куда-то заспешил. Остались только я, Амир Кунак, Граф, два молодых человека и девушка.

— Это мои сын и дочь, с ними их друг.

— Амир, подожди меня на выходе.

— Я не одобряю ваше ремесло, но моё личное кладбище в разы больше, чем у вас вместе взятых. Поэтому не буду читать мораль, а перейду сразу к делу. У меня похитили сына. Даже не совсем похитили, его заманили в медовую ловушку, а уже потом заперли в неволе. И теперь наверняка меня и его мать будут шантажировать жизнью сына. Такое нельзя прощать! Мне нужно, чтобы разумный, организовавший это, просто умер. Не нужно показательных казней, не нужно специально оставлять следы. Сделайте так, как для вас безопасней, но пусть он умрёт. Именно этот человек — один из тех, кто организовал прошлую войну, когда враги заняли две трети нашего государства. Именно он подталкивал короля краинцев к развязыванию новой войны. Возможно, на него влияют. Это герцог де Величко, главный казначей Краинского королевства. Сейчас их войска идут на Холмоград. Они разграбили и сожгли все города на своем пути. Я собрал армию Загорья и Царства гномов, мы защитим город. Но организатор гибели тысяч росинцев должен сдохнуть. Если около него будут эльфы, их тоже желательно убить, но не рискуйте зря. Вот стрела с красным оперением. Если на ком-то окажется защита, которую не берут чёрные болты, нужно попасть ему в голову этой стрелой. Она пробьёт любую защиту. Даю, с условием, если не используете, то вернёте мне или уничтожите в случае опасности захвата вас. Я с вами полностью честен, вам тоже не следует пытаться меня обманывать. Вот в этом кошеле сто золотых, это не за вашу работу, это вам на дорожные расходы. Платить за работу не буду, потому, что это враг нашего королевства, это и ваш враг.

— А что касается Третьего, если вам интересно? Это просто баллада, красивая песня о красивом подвиге достойных разумных. То есть, Третьего просто нет. Но разумным хочется верить, что он существует, и я их не разубеждаю. Я очень хороший мечник, и у меня есть меч, про который говорят, что это меч Тура, вот все и решили, что я Третий.

Киллеры молча поклонились и ушли.

Вся армия захватчиков двинулась на Холмоград. Мы уже подтянули всю свою армию к ожидаемому месту встречи, и генерального сражения. Поленцы решили схитрить, и часть своей армии направили по лесным дорогам сразу к перевалу. Но этому войску пришлось форсированным маршем двигаться по лесным дорогам, где легко проходит пешеход или всадник, но движение повозок весьма затруднено. Разведка предупредила нас заранее, и мы выставили туда заслон. В довольно узкой долине с крутыми склонами наши войска встретили этот отряд поленцев. Долину перекрыли пять фаланг, а когда весь их отряд втянулся в долину, на склоны демонстративно вышли арбалетчики. Путь назад, на лесную дорогу перекрыла ещё одна фаланга. Никто на них не нападал, просто все замерли в ожидании действий поленцев. Какой-то сотник попытался организовать нападение конницы на наше войско. Никто не успел понять, куда он приказывал наступать, кажется на ту фалангу, что закрыла выход из долины назад. Если бы он сумел организовать такое наступление, им пришлось бы, сначала, прорубаться через свой обоз. Но не пришлось, как только этот офицер начал командовать, его тело сразу пробили несколько арбалетных болтов. Один из болтов попал лошади в шею, она упала, подминая офицера, забилась, тогда сержант скомандовал и ещё два болта прервали мучение животного. Потом из строя поленцев пешком вышел офицер, спросил, кто в нашем отряде главный, и они сдались. Поскольку крови пролито не было, наши командиры решили проявить гуманизм. Поленцев разоружили и заставили расширять, подсыпать, трамбовать лесную дорогу, по которой они шли. Одним словом, им поручили строить новую дорогу из центра росинского королевства в сторону нашего перевала. Им пообещали, что если они не будут разбегаться и конфликтовать с местными жителями, то их обеспечат продуктами, и после окончания войны отпустят домой. Офицеры поленского отряда поклялись выполнять условия договора, и их оставили строить эту дорогу. Только егеря издалека присматривали за ними, да местные привозили продукты питания.

— Если кто-то сбежит, его будут гонять по лесам, как дикого зверя. Не делайте глупостей. Нас ведёт Третий, слышали про такого? Он не проиграл ни одной битвы, так что, победы у вашего войска не будет. А вы все останетесь живы и вернётесь домой, — так им сказал командир нашего отряда перед уходом.

Таким образом, армия Поленского королевства сократилась на две тысячи воинов.

Наша армия по численности солдат превосходила вражескую в полтора раза. Но у нас совсем не было желания давить врага численностью. Задача была сократить свои потери до минимума, а врага разбить полностью, чтобы, как говорят, «неповадно было».

Вражеская армия двигалась по нескольким дорогам параллельно, но большая часть шла по дороге, что от столицы шла на северо-запад к городу Холмоград. Здесь её и остановили. Местность была такая, что широкие поля постепенно сходились как бы клином в просвет между двух перелесков. Дорога шла дальше, перелески постепенно раздвигались. Образуя расходящийся коридор. Наша лёгкая пехота встретила авангард Краинской армии в самом узком месте этого коридора, и затеяла перестрелку из луков и арбалетов. Авангард остановился. Но вот подошли основные силы, и наша лёгкая пехота начала отступать, но не бежать, продолжая интенсивный обстрел вражеского войска на максимальной дистанции, а когда костяк вражеской армии вошёл в самое узкое место между двух перелесков, враги увидели большую массу наших войск.

Наши войска усиленно делали вид, что они пытаются перестроится для встречного боя. Обычно считают, что в подобном сражении нужно занять как раз самое узкое место, чтобы враг был вынужден идти в лоб, не имея возможности фланговых обходов. Но сейчас самое узкое место занимали войска Краинской армии. То есть по общепризнанным канонам этого времени, мы не успели занять самую выгодную позицию, она сейчас у противника.

Честно говоря, я ожидал, что они начнут разворачиваться для атаки сходу, чтобы вообще вышвырнуть нас из этого коридора между двумя перелесками. Но Краинцы нападать не спешили, а стали разворачивать лагерь в широкой части входящего клина полей. В узкой части они выставили мощный заслон, наверное, тысячи три воинов лёгкой пехоты. Ну, что ж, собирают всё войско, может у них лучники не подошли, или маги отстали. Ждём до завтра.

Наше войско стояло в километре от врага. Я приказал соорудить около леса две смотровые вышки, и посадить на них наблюдателей с амулетами ночного видения, чтобы постоянно знать, что делается в лагере противника. Разведка должна доложить ближе к ночи, где колонны вражеских войск, что движутся по параллельным дорогам.

В обозе организовали приготовление нормальной пищи, и бойцы все поели, незаметно подменяя друг друга в заслоне, аналогичном вражескому. Потом отправили всех, кого можно спать, но заслон выставили и с тыльной стороны наших позиций. Там тоже поставили вышки с наблюдателями. А с флангов мы нападения не ожидали, так как наши маги сделали там глубокие траншеи, преодолеть которые ночью бесшумно просто невозможно, хотя наблюдатели были и здесь.

Утром наша лёгкая пехота начала атаку вражеского заслона. Наша пехота приближалась в рассеянном строю, а вражеский заслон стоял сплошными шеренгами, поэтому огонь наших лучников и арбалетчиков был довольно успешным, и они за час ополовинили этот заслон, понеся при этом совсем небольшие потери. Краинцам это надоело, и они начали строиться для атаки. Тут наша лёгкая пехота ещё больше развеселилась. Но вот у них в первые ряды выдвинулись лучники, и наш командир дал команду отойти на безопасное расстояние, но не уходить, держа лучников на передовой линии строя. И тут вступили в действие мои снайперы. Лёгкой пехоте было приказано чуть активизироваться, Лучники начали постреливать по вражескому строю, но это было на предельной дистанции, стрелы падали почти вертикально сверху, и не имели пробивной силы. Да и были эти стрелы достаточно редкими, но вражеские лучники почему-то падали один за другим. Наконец, один из вражеских командиров дал команду прочесать край леса от их позиции в нашу сторону. Этих патрулей пытались остановить наши лучники, но они умело скрывались за деревьями. Тогда на нашей стороне протрубил охотничий рог, и вражеские лучники падать перестали. Значит, наши снайперы отошли к своим войскам, но задачу они выполнили, количество лучников у врага стало в два раза меньше.

И вот вражеское войско пошло вперёд. Наша лёгкая пехота стала отступать. Вражеские лучники шли вперёд и стреляли, поэтому пехотинцам не было возможности обстреливать вражеский строй. Но вот они просочились через какой-то непонятный строй, который затем сомкнулся, и перед врагом возник строй наших фаланг. Стоя вплотную друг к другу они полностью перекрывали открытое пространство. Что-то закричали вражеские командиры и их войско бегом бросилось на наши ряды.

В это время задние ряды фаланг сделали интересную вещь. Два последних ряда из щитов и копий соорудили площадки, которые были приподняты на метр от земли. На эти площадки встали лучники и арбалетчики. И они обрушили ливень стрел и болтов на набегающих вражеских воинов. Арбалетчики работали тройками: один стреляет со щита над головами своих воинов, а двое на земле заряжают арбалеты и подают ему. Поле перед нашими фалангами покрылось телами убитых и раненных.

Вражеские лучники встали в ста пятидесяти метрах от наших фаланг и попытались открыть по ним максимально интенсивную стрельбу над головами своих воинов. Но те уже практически добежали до нашего строя. Тогда вражеские лучники начали стрелять по нашим арбалетчикам и лучникам, которые высовывались над «черепахами» фаланг. И им удалось подстрелить несколько наших стрелков увлёкшихся стрельбой над головами воинов фаланг. Ударили барабаны, условной дробью, и фаланги полностью закрылись от вражеских стрел. Вот враги добежали до щитов фаланг и попытались их рубить, но щиты были крепкие и на сильный гулкий удар барабана, между щитами словно жала змей выскочили копья, разя врагов, подошедших на расстояние удара мечом. Упали первые враги. А дальше звук барабана, усиленный магией, словно оживший демон, стал убивать краинских солдат одного за другим. Конечно, убивал не звук, а копья наших фаланг, но звук барабана давил психологически.

— Бум! — и щиты строя качнулись назад на один шаг.

— Бум! Бум! — щиты сдвинулись на два шага вперёд.

— Бамм! — другой звук, и копья выскакивают далеко вперёд в промежуток между щитами, разя всех зазевавшихся.

— Бум! — и щиты строя качнулись назад на один шаг, сбрасывая с копий тела тех, кто повис на них.

— Бум! Бум! — щиты сдвинулись на два шага вперёд.

— Бамм! — и копья выскакивают вперёд.

И так раз за разом, шаг за шагом с неумолимостью работающего механизма, смертельная стена надвигалась на краинских солдат. И они не выдержали, побежали назад. Но сзади их ждал ряд пик, направленных точно в лицо. Забегали командиры, восстанавливая строй и порядок в рядах.

А тем временем, пока все наблюдали за первым боем наших фаланг, кто с ужасом, кто с радостью, наши снайперы делали свою работу. И у краинского войска лучников не осталось.

Надумав что-то, командиры кричали на своих солдат, и снова погнали их на наши фаланги. Но теперь не на весь строй. Вражеские солдаты образовали что-то похожее на коробки в десяток шеренг, и попытались всей массой надавить на щиты наших фаланг. Те фаланги, на которые обрушился такой давящий удар, резко сплотились. Если с той стороны давили десять солдат, которые боялись, которым было больно, так как в тела впивались различные предметы амуниции, то с этой стороны давили десять мужиков, специально тренировавшихся на подобное действие. И ряды фаланг выстояли в этом давлении. А те фаланги, на которые не было атаки, пропустили вперёд лёгкую пехоту, которая набросилась на эти кучки солдат пытавшихся продавить строй врага, с боков, сзади, вызывая панику, и попытки отбиваться. В результате давление на фаланги снижалось, и в ход шли копья третьей, четвёртой и пятой шеренг. Живых перед фалангой становилось меньше, давление ещё снижалось. Часть воинов краинской стороны, бросив давить на фаланги, накинулась на нашу лёгкую пехоту. Но та сразу отошла под защиту копий фаланг. А когда краинцы отскочили, лёгкая пехота была пропущена через строй фаланг в тыл. И снова ударил барабан, и строй фаланг двинулся вперёд.

Когда эта мясорубка перемолола половину Краинской армии, с одной из боковых дорог пришла армия Поленцев. Краинские командиры попытались сходу погнать поленцев на наши фаланги. Но поленские командиры, увидев поле боя стали возражать. Наши командиры специально отвели фаланги шагов на двадцать назад, как бы для выравнивания строя, а на самом деле показывая поленцам, какая участь их ждёт. Тогда по требованию краинцев, поленцы выдвинули вперёд своих лучников.

Наши фаланги наглухо закрылись щитами, лёгкая пехота откатилась на безопасное расстояние, а в работу включились наши снайперы, засевшие за деревьями перелесков. Краинский командир попытался опять направить туда свои патрули, но сейчас ситуация была другая, и снайперов прикрыла лёгкая пехота. В перелеске развернулась своя маленькая битва, мечники сражались с мечниками, меч на меч щит на щит. Наши командиры направили туда подкрепление, но пока они добирались, было убито довольно много наших пехотинцев и ранено трое снайперов. Но и поленские лучники почти закончились. Они ведь только прибыли, не видели предыдущего боя. А тут стоит в поле строй похожий на черепаху, и ты можешь безнаказанно выпустить в него не один десяток стрел, может, кого там и зацепишь? Интересно ведь. А когда посмотрели вокруг, увидели, что большинство их товарищей кто-то как-то убил. И остатки подразделения лучников бросились бежать с этого страшного поля.

Далее завязалась битва между воинами лёгкой пехоты на территории перелеска, тут невозможно было действовать строем. Бойцы крутились между деревьев, нападая на врага, отбиваясь от встречного нападения. Наши командиры направили туда дополнительные силы, и ценой довольно больших потерь наши воины вытеснили краинских и поленских воинов из перелеска. Казалось бы, зачем это делать? Эта атака позволила нашим снайперам выдвинуться на самый край перелеска, и во вражеском войске начало сокращаться количество командиров всех уровней. Как только кто-то начинал командовать солдатами, снайперы брали его на мушку. Может быть, это была битва не по рыцарским правилам? Только, мы не хотим походить на идиотов! На нашу землю пришёл враг, захватчик, который уничтожает наши города, сёла, людей, все материальные ценности. А мы ему будем предлагать честный поединок по рыцарским правилам? А когда кто-то будет убивать ваших детей, вы тоже будете говорить: «Нет, я не нарушу джентльменского кодекса!»?

И всё ещё довольно большое вражеское войско, приготовилось отступать. Но там, куда они собирались отступать вдруг вышли из боковых лесов наши воины, и быстро построились в сплошную стену. В центре стояли шесть фаланг, а на флангах построилась в несколько шеренг лёгкая пехота с арбалетами в руках. Первые две шеренги арбалетчиков опустилась на землю на два колена и сели на ягодицы. Первая шеренга готова стрелять, а вторая — заряжать арбалеты. Третья и четвёртая шеренги встали на одно колено, а пятая и шестая готовы к стрельбе стоя.

Когда на правом фланге вражеского войска одно из подразделений двинулось на сближение с нашими арбалетчиками, их встретил настолько плотный обстрел арбалетными болтами, что они, потеряв половину подразделения, откатились назад. Видимо, в том подразделении были воины, снабжённые амулетами защиты, и они надеялись достигнуть наших радов и связать арбалетчиков рукопашной схваткой. Но у наших арбалетчиков был большой запас болтов с чёрной полосой. Если они видели, что обычные болты не пробивают магическую защиту врага, тут же переходили на стрельбу болтами, предназначенными на преодоление такой защиты. И войска замерли на предельной дистанции полёта стрелы друг против друга. Только у краинского и поленского войска неприятель был как спереди, так и сзади.

Тогда из рядов Краинской армии вышла группа разумных с белым флагом, они направились к нашим фалангам. Навстречу им вышел отряд арбалетчиков, и взял их на прицел, а потом их встретил один из наших командиров. Переговорив, он оставил их на месте, а сам вернулся к нашему штабу.

— Они хотят, чтобы на переговоры прибыли вы, анд! Говорят, что у них ваш сын, и они готовы сохранить ему жизнь, если вы проведёте с ними переговоры.

Мы обсудили давно разработанные заготовки применительно к данной ситуации. Командир передал наши условия парламентёрам, и началась подготовка к встрече «на высшем уровне».

Мы отвели войско на сто шагов. То же сделали краинцы. Вот с той стороны вышли десять арбалетчиков и встали в шеренгу посредине между войсками. Аналогично вышли десять арбалетчиков с нашей стороны и встали перед ними на расстоянии в десять шагов. Одновременно с той стороны и от нас вышли по три разумных. Со мной шёл полковник от гномов и капитан Роман Сержант, руководитель нашего спецназа. Когда мы встали напротив друг друга, я увидел, что в составе их делегации находятся маг эльф, генерал Краинской армии и Микаэль. Сын как-то странно себя вёл. Поскольку он был одет в одежду с высоким воротником, это в тёплую погоду, стало ясно, что на шее у него магический ошейник. Что ж, сталкивались уже, этим эльфы меня не удивили.

Микаэль, вроде бы, силился что-то сказать, но не мог. Я улыбнулся ему, и подмигнул, как обычно делал в его детстве, когда мы с ним и Анютой готовили какой-нибудь сюрприз для наших мам. Микаэль успокоился, и стал смотреть в землю.

Маг эльф вёл себя так, как будто он здесь самый главный, он полубог и лишь снисходит до общения с простыми смертными. Он заявил, что если я хочу забрать своего сына, он, эльф, готов Микаэля обменять, на то, что мы уйдём к себе, в царство гномов и в Загорье. Я смотрел на него как на ядовитую змею.

— Вы считаете, что герцог де Брюлен настолько ценен для нас, что ради него мы пойдём на такие жертвы?

— Он совсем не герцог, это ваш сын, сын графа. Вам конечно неизвестно, что такое генная экспертиза, но мы совершенно точно знаем, что это ваш сын. Можем это доказать в любом храме Сияющего. И это ваш старший сын, надеюсь, что наследник для вас дорог.

Я сделал вид, что сломлен психологически. Опустив голову, подошёл к Микаэлю, встал перед ним на одно колено, а потом накрыл нас чёрным куполом. Маг мгновенно среагировал, и ударил в меня каким-то плетением. А я направил на него жезл, что дал мне Контролёр. Голова мага раскололась на две части, оттуда вывалился хорхар, похожий на зародыш человека, как его рисуют в учебниках по анатомии: большая голова, маленькие недоразвитые ручки и ножки. Он упал на землю, задёргался и умер. В это время арбалетчики Краинской армии все выстрелили в меня, а наши арбалетчики выстрелили в них. В итоге на ногах от их делегации остался только генерал и Микаэль, который вдруг выхватил из-под одежды кинжал и попытался меня им ткнуть. Но я непросто так тренируюсь каждый день. Я перехватил руку сына, завернул ему за спину, свалил его лицом вниз на землю. Два воина бросились мне не помощь, а ещё два держали обнажённые мечи у горла генерала. Пока добивали вражеских арбалетчиков, я приказал крепко держать сына. Распорол ворот его одежды, потом подсунул Сумрака под ошейник и рывком разрезал его, а мой помощник резко отбросил его в сторону. По моей команде Микаэля отпустили. Он долго поднимался с земли, тряс головой, потом встал передо мной на колени.

— Прости меня, отец.

— Встань, дома поговорим.

Я подошёл к генералу. Тот начал возмущённо мне выговаривать.

— Вы убили парламентёров, цивилизованные разумные так не поступают, вы вообще дикари, я всем хр… — это я ударил его в солнечное сплетение, не желая слушать его бред.

— Теперь слушай меня генерал. Вы конечно намного цивилизованнее нас. Именно поэтому моего сына привели в магическом ошейнике с приказом убить меня. Вот лежит нож, которым его снабдили. Дайте вашу руку, я на ней сделаю маленькую царапинку.

Генерал судорожно отдёрнул руку и спрятал её за спину.

— Вот видите, вы же такой цивилизованный, что даже отлично знаете — кинжал отравлен. Это ведь признак цивилизованности! Ваш маг первым ударил по мне очень мощным заклинанием паралича. То есть вы хотели меня захватить в плен. Цивилизованные люди не убивают парламентёров, они их просто берут в плен. И самое главное, смотри сюда генерал. Вот это существо паразит. Оно сидело в мозгу вот этого эльфа. Все очень сильные маги из числа эльфов имеют в голове, вот такого паразита. Это они руководят вашим королевством. Это не ты, генерал командовал своими войсками, а вот эта козявка в голове вот этого эльфа. Вот такие вы цивилизованные!

Помолчали, генерал с ужасом разглядывал череп эльфа и трупик хорхара. Потом я продолжил.

— Если в вас генерал, есть хоть капля порядочности, то вы признаете, что после того, что вы творили на наших землях, всех вас нужно здесь просто добить, чтобы на континенте стало чище. Но мне надоело лить кровь. Поэтому я готов согласовывать условия капитуляции. Сейчас вы вернётесь в свой штаб, соберёте там командиров своей и Поленской армии, найдёте и притащите сюда командиров Фанской армии, и расскажете им вот про этих наездников в головах эльфов. И завтра до полудня собираемся здесь же, для обсуждения условий вашей капитуляции. Если ваши войска пойдут на прорыв, мы будем вас бить до полного истребления. Не надейтесь, что генералам удастся выжить, вы будете случайно убиты во время боя. У меня был один знакомый, он случайно упал на кинжал. Совершенно случайно и восемь раз. Или, допустим, на вашем теле окажется след вот от этого отравленного кинжала, и это будет чистая случайность.

Генерал ушёл к своим войскам, а я приказал войскам отойти к месту, где у нас был лагерь. А те войска, что зашли в тыл вражеской армии были ещё усилены, и тоже оборудовали лагерь. И на всех направлениях выставили наблюдателей, так как Фанская армия где-то бродит по лесам и может неожиданно выйти нам в тыл.

На следующий день, в установленное время, наши войска выстроились в боевые порядки, что вызвало заметную панику во враждебном лагере. Затем, на указанном месте поставили большой шатёр, и знаками показали, что приглашаем переговорщиков в этот шатёр.

Через час мы могли лицезреть двух маршалов и трёх генералов. С нашей стороны были я, генерал гномов и полковник из нашего анклава. Когда они все вошли в шатёр и стали рассаживаться, споря кто и где должен сидеть, я вышел из шатра и подозвал к себе начальников охраны генералов и маршалов.

— В отличие от ваших начальников я имею честь! И я даю слово чести, что вашим подопечным ничего не угрожает. Все они вернуться в расположение ваших войск после нашего совещания. Поэтому вы сейчас уйдёте в своё расположение, или ваши трупы останутся на этом поле.

— Вы нарушаете все правила ведения переговоров, — это поленский полковник решил меня просветить.

— Нет никаких переговоров. Идёт обсуждение условий вашей капитуляции. Вернётесь ли вы домой, или все останетесь на это поле? Поэтому у вас десять минут, чтобы выйти из зоны обстрела нашими арбалетчиками. Время пошло, господа офицеры!

Зашёл в шатёр. Представители нашей армии скромно стояли в сторонке, и с улыбками смотрели на ссору генералов из-за места.

— Кто представляет командование фанской армии?

В шатре возникла звенящая тишина. Потом заговорили все разом. Я молча вышел из шатра. Эти расфуфыренные петухи что-то спрашивали у нашего генерала. Потом стало почти тихо. Я снова зашёл в шатёр

— Здесь есть командующий Фанской армией?

— Генерал де Хелсинкус.

— У нас нет к вам больших претензий. Если вы так же цивилизованно уйдёте из Росинского королевства, как и пришли, с вашей короны только штраф за потоптанные поля. Это 200 тысяч золотых. Но главное, через месяц мы ждём вашего короля в столице Росинского королевства в Годунграде. Ровно через месяц от сегодняшнего дня и мы будем решать вопрос о переустройстве наших земель. Очень рекомендую приехать ему самому. Иначе мы обидимся! Вы свободны, генерал!

— Здесь есть командующий Поленской армией?

— Маршал де Краковчик!

— Маршал, ваше войско сдаст всё оружие, и выйдет из лагеря в юго-восточном направлении. Свой обоз можете забрать, но без оружия. Если вы выведете свои войска так, чтобы больше не нанести никакого ущерба населению Росинского королевства, то с вас будет контрибуция в 500 тысяч золотых. И также через месяц вашего короля мы ждём в Годунграде. Если вы будете грабить население, или ваш король не приедет, то восточный анклав Поленского королевства снова станет частью Росинского королевства. Если нет вопросов, можете идти маршал!

— Здесь есть командующий Краинской армией?

— Вы сами не представились! И я не собираюсь вести переговоры с убийцей нашего главного мага. И не собираюсь слушать бред про каких-то человечков в головах наших лучших магов.

Смотрю на генерала, который был на первых переговорах.

— Я доложил всё, что вы просили доложить, — молодец генерал, в отличие от маршала, понимает, когда можно гнуть пальцы веером.

— А зачем же вы пришли?

— Я готов обсудить с вашим командующим условия, на которых мы будем уходить с вашей территории. Сразу говорю, оружие мы не сдадим, контрибуцию платить не собираемся! Можете вы нам заплатить за погибших воинов, — и так надменно на меня смотрит. Убить бы надо, да обещал, что все вернуться живыми.

Я вызвал охрану и приказал маршала гнать из расположения наших войск.

— Капитан, когда этот клоун зайдёт на территорию своего лагеря, пусть он умрёт!

— Господа генералы, кто из вас готов выполнить роль мрачного гонца для вашего короля.

Генералы не захотели.

— Тогда вы, вместе с рядовыми, будете привлечены к работам на стройках. Всё что вы сожгли, будете восстанавливать. За любое неповиновение или бунт, будете казнены как бунтовщики. Выделяете мне группу офицеров для доставки послания вашему королю. Сейчас вы посидите здесь, а после выхода из лагеря Поленской армии, организуете сдачу оружия. При попытке оказать сопротивление, или прорваться, будет отдан приказ на полное уничтожение Краинской армии.

— Вы не имеете права, мы военнопленные.

— Скажите генерал, а сколько жителей Росинского королевства зарубили лично вы, пока добрались до этого поля.

— Там были простые крестьяне, это нельзя сравнивать!

— Какая же ты мразь, генерал!

Пока мы занимались разоружением краинских солдат и распределением их по рабочим командам, пришло сообщение, что в столице бунт и убит король. Узнав эту новость, ночью краинцы попытались напасть на часовых, и отбить назад своё оружие. Завладев частью оружия, они напали на наш лагерь. Но пока они до него добрались, наши солдаты встали и взялись за оружие. Была дикая ночная рубка. Маги подвесили светляки, что позволило видеть, где свои, а где враг. Приказал трубить тревогу, добивать восставших, а потом строить войска в фаланги. И с двух сторон фаланги двинулись на остатки краинской армии. Это было избиение безоружных, но нельзя прощать до бесконечности. Через час после рассвета живых краинцев на этом поле не осталось. Дал команду магам выкопать траншеи вдоль леса, все тела сбросили в эти траншеи и закопали.

Эта победа никакой радости не доставила никому. Отдельно от врагов захоронили наших воинов. Сделали братскую могилу. Над ней сделали большую бетонную плиту, чтобы никто не мог потревожить останки павших. На плите установили обелиск в виде высокой пирамиды. Потом скульпторы сделают на ней мемориальную доску. Такое вот разное отношение к умершим: есть свои, и есть враги. Они не только враги, они ещё и захватчики, которые вели себя как бандиты. Вот пусть и гниют безвестными!

А наше войско уходило в сторону столицы Росинского королевства.

Глава 10. Дела международные

По дороге лихорадочно составляли план действий. Нужно было перехватить власть. Неизвестно, кто там сейчас лезет на престол, но я уверен, что без эльфов не обошлось. Дошли до Годунграда за три дня. Задержались на один день, чтобы окружить город. И на пятый день с рассветом в столицу Росинского королевства со всех сторон вошли вооружённые до зубов гномы. Стража дёрнулась изображать защитников города, но им просто сказали, не лезьте, мы не агрессоры, мы поддерживаем настоящего претендента на престол. К середине дня дворец короля был в плотном кольце фаланг. Моя дружина двинулась внутрь дворца. Прочёсывали все этажи, все комнаты, всех выводили во двор. Женщин отдельно, самых крикливых макали лицом в фонтан, и они сразу замолкали. Мужчин разоружали, независимо от титула, воинского звания, служебного положения и всех помещали в большой бальный зал, под прицелы арбалетов.

Вот осмотрены все помещения, кроме тронного зала. Захожу первым, под прикрытием Черного купола. Возле трона семеро разумных, шесть эльфов и какой-то человек. В меня сразу летят несколько плетений. Впервые за всё время пребывания в этом мире, чувствую, что мой щит сильно просел, ещё одну такую атаку он не выдержит. Поэтому сразу провожу жезлом от контролёра, как бы поливая их всех лучом этого устройства.

Сработало! Трое из шести эльфов падают на пол и, подёргавшись, умирают. Я сдвигаюсь в сторону, и в зал вбегают арбалетчики.

— Бей эльфов! — залп красными стрелками поражает ещё двоих эльфов. На последнего эльфа, которого не поражают красные стрелки, опять набрасываю вывернутый щит «Чехол» и начинаю его сдавливать. Этот маг очень силён, или у него очень сильные амулеты. Я не могу его раздавить. Видя, что я напрягаюсь, но без результата, арбалетчики начинают стрелять в мага сквозь щит, залп, ещё залп, ещё залп, ещё, ещё. Есть! Две стрелки пятого залпа пробили защиту мага и вошли в его тело. Маг забился под Чехлом, но вырваться не смог. Ещё залп, и утыканный арбалетными болтами, словно ёжик иголками, маг валится на пол. Снимаю Чехол и сразу отправляю чёрный болт в затылок магу. Болт полностью пробивает голову врага, демонстрируя то, что эльф уже мёртв.

Подхожу к человеку. Тот буквально трясётся от страха, но пытается выглядеть достойно даже в этой ситуации.

— Поясните, кто вы такие, и что здесь делаете.

— Нет, уважаемый, у нас арбалеты, а у вас их нет! Поэтому вопросы будем задавать мы. Представьтесь!

— Герцог де Горса! Я приближенный короля. Вы не имеете права мне угрожать! — герцог почти кричит, наверное, от нервного напряжения.

Когда я подошёл вплотную, то увидел, что у первых трёх затылки разрушены, хорхары пытались выбраться из своего гнезда, но умерли раньше. Я несильно пнул труп эльфа.

— А эти имели право вам угрожать? Почему вы на них не повышали голос? Или они вам сделали очень лестное предложение?

— Если бы я не согласился, меня бы убили.

— А на что вы согласились?

— Быть королём, — удручённо сказал герцог.

— Так вы, что ли не рады этому?

— Я был доверенным лицом короля, и отлично знаю, чем заканчивается для разумного быть королём в этом королевстве.

— Не переживайте, я освобождаю вас от этой обязанности.

— Да кто вы такой?

— Для вас, я сводный брат вашей третьей дочери.

— Граф де Дрович?

— Герцог просветите меня, а что вообще тут твориться?

— Когда пришло известие, что армии Тройственного союза терпят поражение от войск гномов, во дворце появились эти маги. Они потребовали, чтобы король отказался от союза с гномами и выдворил их с территории королевства. Рутана отказался это делать. Эльфы сказали ему: «Тогда вы умрёте, нам не нужен упрямый король». А Рутана рассмеялся и ответил: «А тогда сюда придёт Третий, и вы все умрёте». Не знаю, откуда он это знал, но вы пришли, и они умерли.

— Скажите герцог, а где родители Юлия де Горса.

— Его мама жива, живёт в моём доме, здесь в столице.

— Скажите, герцог, правильно ли будет, если я закрою само понятие «Росинское королевство»? То, что осталось от него, назову герцогством. Например, герцогство Дрович. И поставлю герцогом своего сына?

— Для вас это, наверное, хорошо. Если только вы окончательно разбили армию тройственного союза. А сколько лет вашему сыну, он справится? Здесь ведь не Загорье! Там у вас огромные территории, но минимум населения. А здесь населения значительно больше, в разы.

— Мы почти родственники, а так толком и не представились. У меня два имени. Я Мики де Дрович, граф Семигорья. И ещё я глава клана Алекс Анд Дрович.

— Ну а я герцог Платон де Горса, бывший владелец юго-восточной провинции бывшего Росинского королевства. Ныне безземельный аристократ.

— А почему вы сдали свою провинцию без боя?

— Они приехали как бы в гости, познакомиться. А потом собрали всю нашу родню и заперли всех в подвал. Когда нас выпустили, провинция уже была захвачена. Отец Юлия попытался возмутиться, и его демонстративно убили.

— Кто это был?

— Сначала это были эльфы, они оказались очень сильными магами. Потом к ним приехали степняки. Это уже степняки разрешили нам уехать сюда. А территорию после степняков заняли поленцы.

— Ваша Светлость, уважаемый Платон. Я действительно боюсь, что сын не справиться. А что если сделать так. Вы берёте себе часть территории, это будет новое герцогство Горса. Остальное будет Герцогство Дрович. При этом, вы обязуетесь десять лет помогать моему сыну, постепенно уменьшая степень вашего вмешательства в его дела, — подумал и добавил:

— При таком раскладе, какую территорию вы хотели бы взять в управление? — проверим этого герцога «на вшивость», то есть на порядочность.

— Вы вот так запросто раздаёте целые провинции?

— Знаете герцог, это очень не запросто. Пять дней назад я отправил на смерть три тысячи своих воинов. Потом мы уничтожили, то есть убили, восемнадцать тысяч краинских солдат и офицеров. Они сами повели себя как подонки, убивали мирное население, не держали данного слова, но это не отменяет факта, что мы их убили. Потом эльфы убили Рутана, и мне теперь приходится брать власть в свои руки. Я бы с удовольствием отдал эту власть вам. Но у меня есть гномы, а у вас их нет, вы не удержите эту власть.

— Нет, нет! На провинцию соглашусь с радостью, буду помогать вашему сыну всем, чем смогу, но от трона меня избавьте! А территорию я бы хотел южную, поближе к морю. Привык я к владениям на побережье. Если дадите эти земли, всегда буду готов предоставить вам отдых на побережье.

— Давайте посмотрим карту!

На следующий день во дворец пытались прорваться дружины двух герцогов, бывших владетелей провинций. Недолго они пользовались благосклонностью тех, кого запустили на свои территории. Через несколько лет их вынудили покинуть свои провинции, и уехать в Росинское королевство.

Началось это безобразие ранним утром. Прямо с рассветом, к резервным воротам дворца подошла большая группа вооруженных людей. Наша охрана, не поднимая большого шума, сыграла тревогу для своих бойцов, и перед воротами выстроились тридцать арбалетчиков. Ворота имели вид кованой решётки, и те, кто находились за воротами, сразу увидели, какой приём их ожидает. Появившийся аристократ стал требовать, чтобы их немедленно пропустили, потому, что он родственник короля и должен, со своими людьми, находится возле короля.

Получалось, что он не знает, что король умер? Но об этом знает вся столица! Начальник дежурной смены охраны, вежливо попросил его подождать, на что аристократ разразился потоками брани. Воину это надоело, и он, теперь уже в грубой форме, указал, что все должны проходить через центральные ворота. Кто полезет через забор, будет застрелен, как бунтовщик.

Во второй раз эти господа заявились перед обедом. Их отряд был в два раза больше, кроме оружия они несли лестницы. Поскольку их приближение было обнаружено заранее, были вызваны две фаланги в полном составе, которые заняли две дорожки, отходящие от этих ворот внутри дворцовой территории, так, что любой, перелезший через забор или вошедший в ворота, оказывался между двух фаланг. Офицер охраны увидев приближающийся отряд, начал кричать воинам, входящим в этот отряд, что они нарушают закон, и будут встречены как преступники. Тем не менее, они пошли на штурм забора и ворот.

Часть из нападавших была перебита арбалетчиками в процессе преодоления забора и ворот. Но большая часть атакующих, оказавшись на дворцовой территории, бросились в бой.

Для наших фаланг, это была смазка для копий. Я приказал захватить этих герцогов и доставить во дворец. На вопрос, а что, собственно они и их дружины забыли во дворце, каждый из них стал доказывать, что он имеет право на престол. Один, видите ли, был дальним родственником короля Надия Третьего, а второй даже женился на бывшей принцессе Лазорине де Романо. На вопрос, когда я смогу увидеть бывшую принцессу, а теперь жену этого герцога, он скромно ответил, что она сбежала со своим любовником. Думаю, он её застукал с любовником, и обоих где-то прикопали. Это замечательно! Нет, конечно, плохо, когда убивают молодую женщину, но это существо не имело права называться женщиной. Чудовищем, зверем, нечистой силой, но не женщиной. Вот, за что она уничтожала жену и ребёнка Амира Кунака? Какая она после этого женщина? Но эти герцоги, эти искатели престола для меня очевидные негодяи и враги. То, что они пытаются провернуть, это попытка захвата власти. Вот за попытку мятежа и захвата власти я и повесили двух бывших герцогов.

Потом собрали всю столичную знать в большом зале городской мэрии, и я вышел на трибуну. В зале крики, шум. Кто-то негодует от того, что их тут собрал неизвестно кто, кто-то возмущён тем фактом, что их тут собрали, причём солдаты не особо церемонились при доставке господ аристократов в этот зал. По моей команде на сцену, рядом с трибуной, вышли тридцать арбалетчиков. Когда один очень ярко одетый господин стал не только кричать, но и вскочил со своего места, размахивая кулаками, два арбалетчика выстрелили, и крикун упал на стул с пробитыми плечами.

В зале наступила полная тишина, даже были слышны стоны подстреленного господина.

— Ещё кто-то начнёт кричать, прикажу стрелять насмерть! Распустил вас Рутана. Хороший он был разумный, но слишком добрый. Позавчера два аристократа пытались прорваться во дворец, чтобы занять престол, они весят во дворе дворца, вы их видели. Тут кто-то кричит, что аристократов нельзя вешать. У меня есть целых два возражения. Первое, оба эти аристократа, давали клятву верности королю Надию Третьему, а потом предали его. Они не только не предоставили ему войско, когда началась война, но и просто впустили захватчиков на свою территорию. Они предали короля, предали свою Родину, своё государство. Они клятвопреступники и предатели, и не достойны быть аристократами. Я лишил их титулов и потом повесил, уже в качестве простолюдинов — предателей. Если же вы считаете, что я не имею полномочий лишать аристократа его титула, тогда у меня есть второе возражение. Посмотрите, эти два красавца прекрасно висят, хоть и аристократы. Тогда, почему же их нельзя вешать? Висят ведь!

— А ну, тихо! Вы тут в столице, как-то неправильно понимаете, что такое государство. Государство, это механизм принуждения. Сбор налогов, служба в армии, наказание нарушителей законов, это всё виды принуждения, и это делает государство. Чем хуже оно это делает, тем слабее это государство. В слабом государстве вольготно жить таким как вы, но только до тех пор, пока не придёт завоеватель. Тогда вы вынуждены бросать всё и бежать в столицу, надеясь, что её-то кто-нибудь сможет защитить. Мне не нужно слабое государство. Здесь будет сильное государство и сильная центральная власть. Кому не нравится — выметайтесь из этого государства. Или же примите новые правила! Они очень простые: закон обязателен для всех, независимо от титула, должности, богатства. Для кого это не приемлемо — скатертью дорога. Я никого не держу, хоть все сбегите. Вот в соседних государствах порадуются, они вас один раз уже ограбили, и вы сами к ним во второй раз поедете. Кто останется, будете выполнять это правило «Закон для всех одинаков». Кто останется, но попробует жить, как при Надии Третьем, будет висеть, как те два предателя.

В ближайшие дни часть аристократов и дворян собралась и уехала, но подавляющее большинство осталось.

Вот я весь такой красивый: все дни в трудах и в заботах. И тут вспоминаю, что даже с сыном ещё не поговорил. Стыдно-то как! Пошёл искать, нашел его у наших разведчиков, они его обучали стрельбе из нашего магического метателя. Когда он освободился, предложил покушать вместе. Сыну кусок в горло не лез.

— Значит ты правда мой отец?

— Ты уже взрослый, откуда дети берутся, знаешь, и как они там возникают, тоже знаешь. Кто чей ребёнок, надо спрашивать у мамы. Но что бы она тебе не сказала, я скажу своё. Герцог де Брюлен был очень достойный разумный. Хочешь считать его своим отцом, никто тебе этого не запретит. Будешь меня считать отцом, я этому буду рад, я ведь всегда тебе говорил, относись ко мне, как к отцу. А я всегда к тебе относился как к сыну, только вынужден был держать дистанцию из-за титула. Из-за него и жениться не мог на твоей маме. Теперь обязательно поженимся, у нас ведь ещё двое детей.

— Отец, ты меня простишь?

— Микаэль, перестань себя корить, даже и не думай, что ты в чём-то виноват. Это всё из-за желания не потерять для тебя этот титул, из-за него и мама была с тобой холоднее, чем могла бы, и я дистанцию держал. Вот ты и бросился в объятия этой девушки, поверил в её любовь. Это нам надо у тебя прощения просить, промолчал и добавил:

— Давай, просто перевернём эту страницу, и будем жить дальше. И отношения строить будем с новой страницы. Ты поезжай к маме, она там места себе не находит, волнуется, а потом привези сюда всех, кого я тебе перечислю перед отъездом, хорошо?

Позже, когда сын рассказал всё матери, а она мне, я узнал, как сын оказался в магическом ошейнике. Пока они были на территории Росинского королевства, Стасия изображала из себя любящую и заботливую невесту. Они строили планы на будущее, клялись друг другу в любви, целовались и занимались любовью. Когда они въехали на территорию Краинского королевства, их сразу арестовали, но, узнав, кто такая Стасия, её куда-то увели. Микаэля же заперли в тюрьме, потом под конвоем его доставили в столицу. В столице его поместили во дворце герцога де Величко, только не в гостевые покои, а в тюремную камеру в подвале. К нему приходил сам герцог, кричал на него, обвинял в том, что Микаэль соблазнил его дочь, воспользовавшись её чувствами и доверчивостью. Парень сначала пытался оправдываться, но, когда его начали бить по лицу, понял, что это спектакль, что бы он ни говорил, всё будет против него. Дальше его просто содержали как пленника, немного кормили, но никогда не выпускали из темницы. Несколько раз в подвал приходила Стасия с компанией каких-то молодых аристократов. Она видимо хвасталась своим подвигом, тем, что заманила в ловушку сына главного врага королевства.

Про то, что он мой сын ему сообщил сам де Величко. Сначала приходили эльфы, на него наложили паралич, и взяли в пузырёк небольшое количество крови. А через три дня пришёл герцог и, издеваясь, стал доказывать Микаэлю, что он сын графа де Дрович, бывшего барона де Дрон. Следовательно его мать гулящая женщина и обманщица, охотница за титулом. И он сам никакой не герцог, сын графа, то есть всего лишь барон. Но, если он захочет, он может стать графом здесь, в Краинском королевстве, нужно всего лишь дать клятву верности Краинскому королю. Микаэль отказался и от него на некоторое время отстали.

Но однажды за ним пришли, и на него одели какой-то ошейник. Позже он понял, что это магический ошейник, который полностью подчиняет разумного. Когда ему что-то приказывали, он не мог не выполнить этого. Часть сознания понимала, что его принуждают, но это было только отголоском его реального сознания. Его заставили помыться, побрили и постригли, переодели в приличную одежду и повезли куда-то. Потом он увидел меня, хотел предупредить об опасности, о том, что этот эльф сильный маг. А когда я подмигнул ему, он понял, что я готов к опасности и успокоился. А потом сработала какая-то закладка в сознании, и он бросился на меня с кинжалом.

Теперь ему очень стыдно за всё. И за то, что не поверил нам, что Стасия лишь играет его любовью, и за то, что решил уехать с родины в чужое государство. А когда мать объяснили ему, почему его отцом стал я, а не герцог де Брюлен, он встал перед ней на колени, и просил прощения за то, что плохо думал о ней.

Что тут скажешь, сыну пришлось учиться жизни на своих ошибках. Жалею ли я об этом. Да, жалею! У меня самого в жизни бывали такие моменты и такие поступки, которые потом я очень хотел бы переиграть, изменить. Но вот таких суровых уроков жизни, как у Микаэля, у меня не было, и ведь прожил одну жизнь, живу вторую. А пареньку в самом начале жизни судьба бьёт, образно говоря, табуретом по лицу.

Я пока ещё не занимался наведением нужного мне порядка в этом городе, пока у меня здесь моя армия, за порядок в городе я спокоен, но потом нужно будет много времени уделять городской Страже, точнее, её реорганизации. И я начинаю собирать информацию. Один из десятников Стражи показался мне нормальным разумным, и я пригласил его в трактир, поговорить. В процессе беседы, тот вспомнил дворянина де Ролга, бывшего лейтенанта Стражи, который был убит у себя в кабинете ударом ножа в спину. Он пытался ввести те же приёмы организации дежурства, что и я.

— Видимо честный был этот лейтенант?

— Да, и жену с детьми очень любил. А когда он жену оставил вдовой, остальные и сопротивляться первому заместителю перестали.

— Давно?

— Полгода прошло. Начальник хотел женщину выселить из квартиры, которую лейтенанту от Стражи выделили, да не успел, вы приехали. Сейчас они сидят тихо-тихо.

— Проводи меня к этой женщине.

Мы пришли к одному из так называемых казённых домов. Это двухэтажный дом на три подъезда, в каждом подъезде по восемь отдельных «квартир», в которых была одна большая комната. А уже жильцы сами выделяли и отгораживали маленькую кухню, спальню. В квартиру я заходить не стал, вызвал женщину на улицу и поговорил с ней. От дворянского у неё осталась только приставка «де» к фамилии, оставшейся от мужа. Работы не было, так как у неё маленькие дети, а оставить их не с кем, родственников никаких нет. Доживают последние сбережения, продаёт вещи мужа. Женщина была красивой, только очень уставшей, я бы сказал, измождённой. У неё был слабый дар с целительским уклоном, но она сама об этом не знала. Звали её Натана.

— Натана! Я тут большой начальник, так, что из квартиры тебя никто не выгонит. У тебя есть магический дар, слабый, но он есть. Тебе бы надо учиться. Освоишь свой дар, сможешь работать в больнице знахаркой. Мы этот вопрос решим, я посоветуюсь с женой, она организует эти самые больницы и найдёт, куда тебя устроить. Но у меня к тебе есть просьба. Я хочу познакомить с тобой одного мужчину. Он тоже, как твой муж, служит там, где борются с бандитами. У тебя убили мужа, а у того мужчины враги убили жену и ребёнка. Те, кто убил твоего мужа, они будут наказаны, но мужа это не воскресит. Ты молодая, у тебя дети растут, тебе совсем не помешало бы снова выйти замуж. Я не буду на тебя давить, не ставлю тебе никаких условий. Я просто хочу вас познакомить, а дальше как у вас сложится, это только Святая Анюта знает.

— Я не хочу, чтобы мужчина приходил в этот дом. Тут сразу такие сплетни пойдут!

— Тогда в выходной, в час дня, будь с детьми в храме Святой Анюты. А у тебя есть что одеть? — на этот вопрос женщина отвернулась.

— Натана, я стараюсь для своего знакомого. Но твой муж, он заслужил, чтобы я и к тебе относился с уважением. Поэтому я даю тебе пять серебряных. Запомни, ты мне за них ничего не должна. Встретимся в храме.

В храм Святой Анюты мы пришла с Амиром Кунаком. Я ему сразу сказал, что хочу познакомить его с интересными людьми, но это не служебное знакомство. Я бы хотел, чтобы он с ними подружился.

— Зачем это вам, Ваше Сиятельство?

— Никогда не знаешь, где найдёшь, где потеряешь! Это поговорка такая. А я часто поступаю так, как мне подсказывает моя душа, и иногда бывает очень здорово, иногда бывает просто нормально, но никогда не бывает плохо. Так что ты ни о чём не думай, просто познакомься, а дальше, как твоя душа подскажет.

В это время мы зашли в храм.

— «Свята Анюта! Два хороших человека одиноки, соедини их!»

— «Ты прямо, к каждой бочке — затычка».

— «Ой, не ворчи, старуха!»

— «Ты, противный, уйди от меня».

В это время мы подошли к Натане с детьми. Два малыша, мальчик лет четырёх и девочка лет двух или трёх, держались за мамин подол и с любопытством смотрели по сторонам.

Когда я представил женщине мужчину, потом мужчине женщину, они уставились друг на друга, как будто увидели знакомого. В это время девочка, быстро перебирая ножками, доковыляла до ноги мужчины и вцепилась в неё. Амир присел и взял девочку за ручку, та смотрела ему в лицо.

— Здравствуй, как тебя зовут?

— Я Мася. Ты пуись моим папой?

— А ты этого хочешь?

— Да, ты как мой папа, я хосю, тепя папой!

— А твой брат, он захочет, чтобы я был вашим папой?

— Вися хосет, тойко он мойсит! Ты пуись папой, он пуит ковоить!

Амир протянул руку к мальчику, и тот вцепился в неё. Потом мужчина поднял на руки обоих детей и выпрямился. По его щекам текли слёзы.

— Не пвась, мама не путет лукатся! Мама топлая.

— А вдруг она не захочет, чтобы я был вашим папой?

— Мы её попосим, павта, Вися?

— Да! Попросим, — вдруг неожиданно для всех произнёс мальчик.

До этого, из слов девочки мы с трудом, но всё же поняли, что мальчик не разговаривает. Позже мы узнали, что он перестал разговаривать со дня похорон отца, которого очень любил.

Женщина вскрикнула, бросилась к сыну, но мужчина не хотел отпускать малыша, да, тот и сам держался за мужчину. Натана обняла сына, а вместе с ним и руку Амира.

— «Я могу уйти, у них всё сложится?»

— «Я на тебя Анюте нажалуюсь»

— «За что, что я опять сделал не так?»

— «Ты мне не доверяешь!»

— «Спасибо тебе, я очень должен Амиру, и Натана — хороший человек, а ты им помогла».

— «Спасибо, спасибо, лучше титул дай этой парочке!»

Придя домой, ну, в смысле во дворец озадачил своего секретаря, подобрать графство для нового графа. Поскольку часть аристократов сбежала из государства, их владения стали бесхозными. Выбрал графство, находящееся вплотную к столице и являющееся «кормовым», как баронство Дрона для Холмограда. И на следующий день издал свой первый приказ, подписанный владетелем, которого здесь ещё никто не знал, Князем Горным. Приказ был о присвоении Амиру Кунаку титула графа за заслуги перед государством, и наделении его землями. Предложил Амиру выбрать себе и графству новое имя. Это было необходимо, так как старое имя Кунак было именем простолюдина, здесь, в столице это было бы встречено в штыки. Зачем это и мне, и Амиру? А старое название графства оставить было нельзя, потому, что бывший граф сбежал, значит, был замешан в антигосударственных делах.

Наш начальник службы безопасности никак не мог выбрать что-то, тогда я предложил для него имя Стрелец, объяснил, кто такие были стрельцы на Руси. Он согласился и стал граф Амир де Стрелец. А через неделю и Натана стала графиней де Стрелец.

В установленный день в Годунград приехали короли Тройственного союза, правда, вместо короля от Поленского королевства был наместник Восточного анклава. Поскольку Тройственный союз заключал он, и войной на Росинское королевство шёл тоже он, меня устроило, что документы об итогах войны он и подпишет. Кстати город я решил не переименовывать, пусть будет память о короле Рутане де Годуно Рюри, который не лёг под врагов рода человеческого.

Собрались в малом зале королевского дворца. Я категорически выставил из этого помещения всех помощников, телохранителей, секретарей. Кто отказывался выходить, тех вытолкала стража. На попытки королей получить объяснение на нарушение протокола я потребовал общения в узком кругу. Все короли хором начали меня убеждать, что так не делается, нельзя так делать. Вот интересно, а у них хоть немного самолюбия есть? А интерес к реальной жизни? Неужели они никогда не решали вопросов в узком кругу? Или они вообще ничего не решают сами?

Я приказал занести забальзамированный труп эльфа, из головы которого пытался, но не смог выбраться хорхар.

— Вот смотрите! Вы думаете у вас в советниках вот эти красивые эльфы. Они тоже входят в ваше окружение, но руководят всем те чудовища, что сидят в голове у многих эльфов. Это вот они вам сказали, что нельзя так делать, нельзя королю самому решать что-то, а только с разрешения советника?

Короли сначала с интересом, а потом с ужасом и омерзением рассматривали хорхара. Ведь на самом деле получается, что их реальные руководители, это не те красивые эльфы, которых они, как советников, видят каждый день, а вот такие уродцы в их головах.

— Сейчас у вас есть реальная возможность освободиться от их гнёта, от их власти. Они своей подлостью настолько разозлили богов, что боги уничтожили их государство на островах. Теперь их осталось совсем немного, выжили только те, кто сидел в ваших государствах, когда были уничтожены их острова. Возле престола Росинского короля было семь особей эльфов, в трёх из них сидела вот эта гадость. Боги называют этих существ хорхарами. Они сильные маги, но им это не помогло. Теперь возле этого престола эльфов нет, и не будет. Мы будем строить своё государство без чьих-то подсказок. Кстати в нашем королевстве есть несколько эльфов, которые живут как простые разумные. Они не лезут к власти, просто живут, работают и никому не мешают. Вот такие эльфы — пусть живут.

— Теперь поговорим об итогах войны. Фанское королевство и Поленское королевство платят контрибуцию деньгами. А что может предложить Краинское королевство, чтобы компенсировать нанесённый ущерб.

— У меня умер главный казначей, мне нужно привести дела в порядок.

— Величко умер? Это хорошая новость.

— Как вы можете? Это смерть разумного!

— Да? А сколько разумных убили ваши солдаты, когда шли по нашей территории. Сколько городов и деревень они сожгли, знаете? Не знаете? Надо же! И что всё прилипало к ручкам Величко, тоже не знаете? Что, не знаете, что ваш Величко держал моего сына в плену, а потом отдал эльфам для торга? И этого не знаете? Вы король, или пустое место? Вы вообще не знаете, что у вас в королевстве твориться! Тут и эльфы не при чём, вас даже ваши аристократы не считают верховной властью, творят сами, что хотят.

— Вот карта, видите, отдаёте мне вот эти три графства. Возражений нет?

— А теперь Ваши Величества слушайте внимательно. Я предлагаю один раз, поэтому не надо меня перебивать, просто выслушайте.

— Королевства Росинского больше не будет, как-то не везёт этой территории на звание королевства. Поэтому здесь будет Княжество. Что такое княжество и кто такой князь? Князь, это прямой потомок одного из царей, кровный родственник. Этот титул ниже царя, но выше герцога, поэтому будем считать, что князь идёт наравне с королём. Так что вы сейчас разговариваете не просто с победителем в войне, вы разговариваете с равным по титулу. А что такое княжество? Это владения князя. Они могут быть размером с графство, а могут быть намного больше королевства. Итак, я даю своим владениям название Княжество Горное. Его территория — это все предгорья и часть гор.

В него войдут четыре герцогства. На юге герцогство Горса, на севере герцогство Торон, Вот здесь в центральной части будет герцогство Дрович. Ещё в княжество войдут герцогство Брюлен, и графство Семигорское. Карту все видите? Вот каждому из вас по экземпляру. Запомните простую вещь, Княжество имеет нейтральный статус, ни с кем, кроме царства гномов никаких военных союзов не заключает. Но, не дай Сияющий, кому-нибудь из вас или ваших подданных что-то напутать и залезть на территорию Княжества. Последствия могут быть смертельными.

— Теперь мы с вами пойдём в храм Сияющего, и вы все трое дадите клятву Сияющему, что ни вы, ни ваши наследники никогда не пойдёте войной на нашу территорию. Если кто-то из вас не хочет давать такую клятву перед ликом Сияющего, тогда я могу вернуть название Росинского королевства и присоединить к нему ваши королевства! Кто-то сомневается, что я это смогу?

Оба короля и наместник от имени Поленского короля дали клятву о ненападении на Княжество. Подписал со всеми двухсторонние договора о мире, торговле, обмене посольствами. Количество разумных в посольствах ограничил числом не более десяти. Когда расставались, шепнул Фанскому королю и наместнику Восточного анклава Поленского королевства, что у Краинского короля сейчас армии нет.

Считаю ли я, что это подло, мол, я натравливаю одни королевства на другие? Во-первых, я им только дал понять, что в их конфликт с Краинским королевством, если такой возникнет, я вмешиваться не буду. А во-вторых, я не натравливаю одни королевства на другие, а стравливаю между собой тех, кто совсем недавно, объединившись, шли на нас войной.

И что теперь делать? Намерения я обозначил, а как это реализовать?

Ещё когда готовил встречу с королями, послал Микаэля домой, с наказом привезти сюда кое-кого. Вот они все и приехали: Серж с Розалией, Микаэль с герцогиней де Брюлен, Юлий де Горса, мои жены и Анюта.

Озадачил всех. Серж оформляет документы и вступает во владение северной частью разделённой территории, герцогством Торон. Они теперь с Розалией герцог и герцогиня де Торон. Эта территория граничит с царством гномов, братья дорогу построят и будут друг к другу в гости ездить.

Микаэль с помощью матери, герцогини де Брюлен и герцога де Горса оформляет документы и вступает во владение герцогством Дрович. Это средняя часть разделённой территории, на ней находится город Холмоград и дорога через перевалы к нам в анклав. В герцогство моего сына вошло и баронство Дрона. В это же герцогство вошли три графства, отобранные у Краинского короля. Пусть это будет маркизат в составе герцогства. А маркизом у нас станет Юлий де Горса.

Столица Росинского королевства, город Годунград, и прилегающие «кормовые» территории были во владении короля, пусть и останутся владением князя.

Южная часть, как и планировали, становится герцогством Горса. Тут тоже оформляются документы, герцог вступает во владение.

В семействе Горса много радости. Родители встретились с дочерью, двадцать лет назад сбежавшей из дома. Дочь уже герцогиня. И внуков уже двое. А ещё внучатый племянник стал полноценным маркизом, со своими владениями. И он, спустя много дет, встретился с матерью.

Юлий потом рассказывал, как общался с родственниками.

— Ну, оболтус, рассказывай, где болтался столько времени, всю жизнь шпагой машешь, хоть учителя хорошего нашёл?

— Да, нашёл, нас с Сержем Третий тренирует, когда у него нет войны.

— Какой ещё третий? И кто этот Серж, он хоть дворянин?

— Третий, это тот самый, про которого баллада сложена. А Серж, он кем только не был. Был принцем, потом графом, сейчас вот стал герцогом.

— Врёшь?

— А зачем мне врать?

— Ну, как-то это очень уж фантастично!

— А с нашим шефом, ну, Третьим, всё время так!

— Ну а кроме шпаги, чем занимался? Бездельничал?

— Да нет, ещё управляющим работаю у того же Третьего.

— А что у него, баронство? Вряд ли больше у вояки-то? И как справляешься?

— Ну, с начала трудно было, потом меня хозяйка понатаскала, и стало получаться. Теперь вот набрал помощников, хоть для тренировок время появилось.

— Как хоть ваше поместье называется?

— Загорье.

— Какое ещё Загорье?

— Ну, или герцогство Брюлен.

— Что? Ты управляешь герцогством? И как же ты смог приехать, наверное, работы столько, что не вздохнуть, да?

— Ну, да работы много. Сейчас вот надо принять маркизат под свою руку, потом буду помогать молодому герцогу де Дрович. Шеф попросил пока поработать управляющим у него.

— Так что это за шеф у тебя?

— А вы так и не поняли? Я служу князю Горному, главе клана анд Дрович.

Пока все были при деле, я проводил время с жёнами и дочерью. А вчера разговаривал с Розалией. Случайно столкнулись в коридоре.

Женщина взяла меня под руку.

— Нам нужно поговорить.

— Розалия мне уже страшно.

— Ты хоть понимаешь, что ты для нас сделал?

— А ты понимаешь, что ты извращенка? Ты считаешься моей сестрой, и при этом ты замужем за моим сыном. Это натуральное извращение!

Женщина с недоумением уставилась на меня, но видя мою улыбку «до ушей», поняла, что я просто насмехаюсь.

— Ах так, — и начала меня колотить своей дамской сумочкой.

Я от неё убегал, а все бойцы смотрели с полным недоумением, то ли спасать командира, то ли помочь такой красивой женщине его поймать. Потом мы упали попами на скамью и дружно захохотали.

— Майкл, я помню один наш разговор. Вот теперь, за всё, что ты для нас сделал, я бы сама хотела с тобой покувыркаться! — она тяжело вздохнула, — Жаль только, что нельзя, я теперь замужем!

И мы опять весело заржали. Ну как же мне легко общаться с этим человеком!

— Майкл, ну серьёзно, мы можем что-то для тебя сделать?

— Микаэль обжёгся на первой любви, может и хорошо, что некоторое время будет бегать от девушек. А вот Анюта меня беспокоит! У неё проблема, как у всех у вас, девушек с титулом. Как отличить реального влюблённого от искателя титула? Да и была она влюблена в брата, теперь на парней и не смотрит. Есть там у тебя какой-нибудь завалящийся маркизёныш?

— Проблему поняла, мы с девочками подумаем.

— Розалия, дай совет, когда делать предложение третьей жене?

— А кто у нас третья жена? Ой, больно! Ну, вдруг ты за это время… Всё-всё, я уже серьёзная. Я тут подумала, думаю, что тебе нужно сделать это немедленно, прямо сейчас!

— Сопроводишь?

— Да уж! Не пропущу я это зрелище! А ты не боишься по морде получить?

— А что, в первый раз что ли? — и мы опять засмеялись.

Герцогиня де Брюлен и маркиз де Горса проводили инструкторско-методическое занятие по управлению герцогством с молодым герцогом.

— Подожди две минуты, — это Розалия.

Вот уже в комнате обе мои жены, дочь и все ранее присутствующие. Подхожу к Анейре, целую в щёку.

— Анечка терпи, клянусь, это в последний раз!

Все кроме Розалии и Ирены смотрят на меня с недоумением. А Ирена, с ходу вошла в тему, молодец!

Встаю на одно колено перед Ирианой.

— О, прекраснейшая герцогиня и ослепительнейшая женщина, мать моих детей! Я князь Горный и глава клан Дрович, прошу вас, стать моей женой и отдать мне не только вашу руку, но и ваше сердце!

— Ой, как проголодался, — это конечно Розалия? Нет! Это у Анюты ехидство прорезалось!

— Я подумаю, — отвечает мне истинная женщина.

— О, горе мне горе! — бьюсь головой об пол, при этом брякаю ножнами меча, и получается очень громко.

Анечка бросается ко мне, пытаясь предотвратить травмирование любимого мужа. Ирена, Розалия и Анюта весело хохочут, Микаэль и Юлий смотрят с недоумением.

— Мерзавец, ты даже сватовство в клоунаду превратил! — устало вздыхает Ириана.

— Ирианочка, а кто тебе мешал сразу согласиться? Теперь думай до завтра. А я пошёл обручальные кольца заказывать.

— А как же трое детей? — это Микаэль в недоумении.

— Микаэль, мы с твоей мамой муж и жена по факту, но благословение получили только вот от этой Анюты, а от Святой ещё нет. А для полного счастья это нужно. Кроме того наши женщины хотят праздник. А он у нас есть!

— Какие обручальные кольца? Ты что, опять мне три дня на подготовку? Ну, уж нет! — Ириану понесло.

Чтобы сбить её с агрессивного настроя, задаю наивный вопрос:

— Ириана, а в каком храме венчаться будем? — о, это шок!

Все барышни подвисли.

— Да ты не переживай, у нас столица анклава — Семигорск, там и храм любимый, и остальные дети. Там и обвенчаемся, когда туда доберёмся! — и бежать, бежать!

Как там говорили: «Сделал гадость — на сердце радость!» — хотели надо мной поиздеваться, вот теперь суетитесь, бегайте, а я пойду, проверю городскую Стражу.

Мне этот город очень нужен, если исходить из здравого смысла, здесь должна быть столица, всё-таки в Семигорск далековато добираться. И население там маленькое, для столицы. А разрастаться ему не нужно, пусть там природа сохраниться.

В городской Страже к моему приходу было произведено построение.

Я въехал на плац возле казарм Стражи, в сопровождении десятка всадников. Сошёл с коня и направился к группе лиц, стоящих в центре плаца. И чем то они мне напомнили толстого начальника Стражи Холмограда, которому я отрубил голову. Когда я подошёл, они продолжали разговаривать между собой, как будто меня и не существует. Я сделал два шага в сторону, махнул рукой своим сопровождающим. Как и было заранее договорено, они сразу по прибытии рассредоточились так, чтобы прикрыть меня в случае неожиданного нападения. Сейчас же по моему знаку, они подняли арбалеты и выстрелили каждому, из той «невнимательной» группы, кому в ягодицу, кому в бедро. С криками и стонами они все повалились на землю. Возмущённые вопли неслись над плацом, переходя в угрозы.

Подхожу к этим инвалидам:

— Кто сказал, что я покойник?

Один из пострадавших привстал на колено.

— Я сказал! Я баро… — договорить он не успел, так как его голова упала на землю.

— «Третий», — зашелестело над толпой стражников, потому, что то, как они стояли нельзя назвать строем.

Все стоящие в строю стражники подобрались, постарались выровняться в шеренгах, подтянуть животы, поправить амуницию.

— Кто Начальник Стражи.

— Я, барон де Турба! — один из «подстреленных» поднялся, морщась и держась за ягодицу, из которой торчал арбалетный болт.

— До вас довели, что Князь приедет инспектировать Стражу?

Тот встал в картинную позу, отвёл левую руку в демонстративном жесте:

— Я не знаю никакого Князя! — сверкнул Сумрак, и эффектно отведенная рука упала на землю.

Я тут же наложил плетение, останавливающее кровотечение. Начальник Стражи побледнел, и снова свалился на землю, видимо, в обморок.

— Кто из вас заместитель начальника Стражи?

С земли поднялся ещё один разумный. У этого было прострелено бедро, и, судя по бледности, он уже потерял много крови. Я подошёл вплотную, наложил плетение останавливающее кровотечение, наложил Малые Исцеление на рану с одной стороны бедра, потом с другой. Стражник ещё больше побледнел, но стоял на ногах. Я подал знак, и мне принесли флягу с красным вином. Раненый выпил несколько глотков.

— Спасибо! Я второй заместитель, первый у нас уже без головы.

— Почему меня не встречают, как положено?

— Начальник Стражи приказал продемонстрировать вам, что вы для нас не власть.

— Вы теперь начальник Стражи. Этих инвалидов разоружить и доставить в кабинет начальника Стражи. Мои воины будут их охранять. А мы с вами будем говорить с вашими стражниками.

Ну, дальше по уже отработанной схеме. Пообещал, что жалование будет выплачиваться вовремя, но порядок в городе должен поддерживаться в строгом соответствии с законом. Если кто-то из стражников вместо охраны населения будет сам, грабить, насиловать, заниматься поборами, то он будет повешен. Кто не хочет служить честно, пусть сразу уходит. В казарме никто сидеть не будет. Одна треть патрулирует город, вторая треть занимается и тренируется, последняя треть отдыхает. Питание в городе самостоятельное с оплатой за еду. Требование кормить вас бесплатно — это поборы, за это буду наказывать.

Потом пошли разбираться с «начальством». Здесь были бывший начальник Стражи, казначей, два мага. Раньше было ещё два заместителя.

— Маги, а чем вы тут занимаетесь?

Оказалось, что маги должны исцелять раненых, и править оружие. Соответственно один должен быть целителем, а второй магом Земли. Эти оба были стихийниками, весьма слабыми, оба попали сюда «по знакомству» и целыми днями ничего не делали. Правда и жалование за два последних месяца они не получали. Уволил и выгнал обоих. На казначея наложил паралич, а начальнику воткнул арбалетный болт в колено. Разумный кричал очень громко, намочил штаны, по щекам текли слёзы.

— Я — Князь. Это мой город и моё государство. Расскажешь всё, будешь жить. Без руки, тем более левой, вполне себе можно прожить. Давай, начинай, когда всё началось, кто руководил, какие последние указания ты получал?

То, что он рассказал, это обычная история постепенного загнивания силовой структуры. Те, кто реально подгребли под себя власть в королевстве, не могли оставить без своего влияния силовую структуру, имеющую полицейские функции. Этого барончика держали здесь, как декоративную фигуру. Есть такое выражение: «Говорящая голова», — вот он и был такой головой. Тем не менее, должность достаточно высокая, и со временем, он и сам уверовал в свою значимость. Стал вести себя как «большой босс».

Все тёмные дела прокручивал его первый зам. А второго зама держали как «рабочую лошадку».

Заставил Начальника Стражи достать все заначки. В официальном сейфе лежало несколько документов и коробка с серебряными монетами. А вот в сундучке, спрятанном за декоративной панелью, было около двух тысяч золотых. Почти восемьдесят килограмм золота. Правда, в золотых монетах Росинского королевства золото не чистое, около трети веса это примеси: медь, серебро, свинец, цинк. В золоте с разных месторождение процент примесей и состав разный. Где — то больше меди, где-то свинца.

Отпустил бывшего начальника Стражи с условием, что он уедет из города. Дал команду проверить его имущество, когда будет уезжать. Оставить ему двести золотых, остальное изъять.

Вот и дошла очередь до казначея. И я сразу понял, что он не скажет главного. Он почти радостно сообщил, что украл жалование стражников за два месяца, все эти деньги у него в кабинете. Часть в сейфе, часть под полом. Пошли в кабинет, он сам всё достал: две тысячи серебряных и почти тысячу золотых. И смотрит почти преданно.

Послал за Ирианой. Пока она не приехала, раздавал указания и инструктировал нового начальника Стражи. Первое, вызвать человек десять, кому он доверяет. Построил их и сказал, что новый начальник в большой опасности. Их единственная задача — организовать круглосуточную защиту его жизни. Они его телохранители на целый год. Потом это будет не нужно. Второе, назначили трёх надёжных сержантов, чтобы взяли стражников и в начале ночи арестовали всех, кто был ближайшими помощниками первого зама. Потом их на допрос и к судье. Третье, те, кто уходит из Стражи, должны сдать оружие. И вот тут выясняется, что эти воры на службе до того обнаглели, что и оружие и снаряжение стражники покупали за свой счёт.

Привезли Герцогиню де Брюлен. Ириана вошла в кабинет, где мы сидели, встала в позу «руки в боки» и собралась устроить мне разнос:

— Так вот ты куда спря…

— Замолчи! Думай, где и как можно разговаривать!

До женщины дошло сразу, она изменилась в лице.

— Извините, Ваше Высочество!

— Ириана. Вот этот разумный был казначеем как минимум в трёх местах: в Страже, у бандитов и у эльфов. Нам он отдал то, что наворовал в Страже. Хотелось бы иметь всё остальное. Мне кажется то, что было от эльфов, намного интереснее. Если этот разумный не переживёт общение с тобой, то он умрёт тихо, а вот если до него доберутся его подельники, то его будут страшно пытать. Так что, можешь проявить гуманизм, и расплавить ему мозги. Работай. Мне здесь побыть, или не мешать.

Ириана подошла, прижалась всем телом и, заглядывая в глаза, сказала:

— Твои задания с каждым разом всё страшнее. Что будет дальше?

— Ириана, ты сама назвала меня Высочеством. Это потолок, дальше некуда. Так что, ещё страшнее уже не будет!

— Побудь рядом, пожалуйста, — тихо произнесла женщина.

Я не только побыл рядом, я положил свои руки ей на плечи и стал потихоньку восполнять энергию, которую она тратил. Ирена работала долго, почти час. Через некоторое время она начала проговаривать, то, что считывала из сознания казначея. Это было правильно, информации было много, она могла что-то забыть, а в моём Компе всё сохраниться. Когда она закончила, я приказал отвести её во дворец, а сам позвал своих дружинников и тихо умертвил казначея. Сделал я это потому, что если он каким-то чудом сбежит, или кто-то узнает, что мне известны его тайны, у нас будут большие неприятности. Оказалось, что он организовывал хранение золота для эльфов, которое собиралось и свозилось на побережье со всего королевства, а также от фанцев и, с части территории краинцев.

В ночь уходил большой отряд, половина нашей конницы и десять фаланг. Три ехали полностью на повозках, типа фургонов. Семь фаланг бежали трусцой за повозками, на которых ехало всё их вооружение и амуниция. Утром за ними следом пойдёт обоз с продовольствием для них. О цели всех этих выдвижений знали три командира, Амир Кунак, начальник службы безопасности, и Юлий де Горса, который в этом походе работал проводником.

Вернулся обоз через пятнадцать дней. Туда передовой отряд доехал к утру следующего дня. Посланные разведчики с трудом вырвались из засады, подтвердив этим, что объект хорошо охраняется. До вечера наблюдали издалека. Ночью тихо окружили объект на дистанции достаточной, для непрерывного наблюдения. Только со стороны моря выставили сплошной заслон, что было правильным решением. Дружинники убрали с берега вблизи объекта все лодки, так ночью трижды к этому месту пытались пристать лодки. Точнее, они пристали, и все кто был в лодках, были арестованы. При попытке устроить шум, их просто уничтожили. К вечеру второго дня прибыло основное войско, и ночью наши воины пошли на штурм. Десять арбалетчиков с амулетами ночного зрения уничтожили почти всю охрану. Потом пехота с магическими светильниками пошла на штурм. Из ста пятидесяти разумных, в плен не сдался ни один. Потом днём выяснили, что на всех защитниках объекта были одеты магические ошейники. То есть это были зомбированные камикадзе.

Так что же это за объект такой таинственный. Это был большой склад, очень большой. По внешнему виду это был склад рыбаков, огромное деревянное здание, увешанное сетями, с валяющимися рядом целыми и поломанными лодками. А внутри было ещё одно здание-сейф, закрытое на механические запоры, и с кучей магических защит. Разрядили все эти защиты наши воины оригинальным и варварским способом. Они брали тела защитников этого склада и бросали их в дверь здания Сейфа. И делали это до тех пор, пока все магические защиты не разрядились. Потом маги, сопровождавшие отряд выломали дверь и проникли внутрь. А внутри было золото, много золота в монетах и слитках. Когда всё доставили во дворец в Годунград, и наши новые казначеи всё пересчитали, оказалось, что доставлено золота в общей сложности на полтора миллиона золотых. Если взвесить, это шестьдесят тонн золотых монет и золота в слитках. Три годовых бюджета Росинского королевства. Это эльфы планировали вывезти к себе на острова, а потом за счёт этих денег вести подрывную работу во всех королевствах.

И как это золото сохранить, а потом куда его использовать?

Дальше, как в той присказке, мы посоветовались и я решил. Пока золото сохраняем за счёт надёжной охраны дворца. Потом будем строить новый дворец. Зачем? У единственного князя на этой планете должен быть дворец, какого нет ни у кого. Это не тщеславие. Это я продолжаю нагнетать атмосферу вокруг моего имени и создавать имидж непобедимого государства, тогда и жить станет чуточку спокойнее.

А теперь готовимся к свадьбе. Это для меня третья свадьба. Для моей невесты, это вторая свадьба. А в нашем королевстве, теперь уже княжестве, это первая свадьба, на которой мужчина официально берёт себе третью жену. По законам королевства, принятым много лет, назад мужчине магу разрешается иметь до трёх жён, но почему-то никто этим правом не пользовался. А зачем это мне? Я не считаю себя половым гигантом, которому мало одной или двух женщин. Нет! Просто так сложилось, что я не на словах, но своими поступками обещал этой женщине защиту, опору в жизни, крепкое мужское плечо рядом. Пришло время выполнять обещание.

Глава 11. Опять свадьба

Подготовка к свадьбе для женщины праздник, а для мужчины — величайший стресс. А если это свадьба первого лица в государстве? Представляете себе размах приготовлений, и соответствующий стресс.

Я тут надумал схитрить и сказать, что денег нет, все на войну ушли. На что мне невеста ответила, что она у себя в герцогстве намного сэкономила, и на подготовку к свадьбе нам хватит.

Я вообще поник, думал удрать на рыбалку, но был отловлен собственной дочерью, обруган, пристыжен и отправлен на шитьё новых костюмов. И вот тут-то я и решил на них, женщинах, отыграться. Вызвал в срочном порядке Иллиану — эльфу ювелира, её подругу швею, Розалию, Талию и Ирену и поставил им задачу сшить невесте, герцогине Илиане де Брюлен, платье по моим эскизам. Моя невеста старше меня раза в полтора, но выглядит лет на тридцать. При этом у неё идеальная фигура. Вот что значит архимаг — Целитель.

Ах да, я нигде не написал, что в нашем Магическом Университете в Семигорске создана Квалификационная Комиссия по проверке знаний, умений и аттестации магов с присвоением соответствующей степени и квалификации. И выданные этой комиссией дипломы ни в одном государстве не пытались оспорить, или не признавать. Меня пытались всунуть в эту комиссию, но я заявил, что могу быть только консультантом в особо сложных случаях. Следующая попытка была сделана, когда меня пытались аттестовать на магистра амулетостроения. Этому воспротивился мой наставник архимаг амулетостроения Алоин Бертальский. Он заявил, что если мне присвоят титул ниже архимага амулетостроения, то он уйдёт из университета.

Мне пришлось с ним вести длительную беседу, суть которой сводилась к тому, что я отличный практик, но у меня нет систематизированных теоретических знаний по магии, и заняться их изучением я не могу, у меня слишком много других задач. Поэтому меня вполне устроит диплом мага первой степени, а он, мой наставник, никогда, ни при каких обстоятельствах не должен покидать этот университет. Чтобы уговорить его на это пришлось открыть ему очень большой секрет нашей маленькой компании. Я ему показал на Мики и Рондала.

— Скажите наставник, к какому роду магии стоит отнести этих отроков, на какой факультет их определять?

— Не может быть! Нет, не может быть! Это же полные маги! Они могут овладеть любым видом магии!

— И вам предстоит их учить! А через пару лет придут ещё двое таких ребят. Так что, уважаемый наставник, куда вы собрались уходить? А кто с ними работать будет?

Уговорил всех, точнее отбился от всех, и диплом мага первой степени мне дали даже без проверки моих знаний. Илиана осилила диссертацию и получила титул архимага Целительства.

Кстати я сам выгляжу не старше тридцати, хотя в этом мире мне уже сорок два года. У меня жена Анейра тоже Целитель, только пока «всего лишь» магистр. Она защитила магистерскую диссертацию и получила титул магистра Целительства. Вторая жена Ирена после окончания Академии в Росграде двадцать один год назад считалась магом Природных стихий. Мы с ней ставим эксперимент, пытаемся «раскачать» другие направления магии, чтобы сделать её универсалом, или полным магом. И она уже маг первой степени по трём направлениям: Природных стихий и Воздуха и Воды, Целительства и магии Земли. А вот к огню у неё душа не лежит, она даже толком заниматься им не хочет. Я конечно нашёл способ, как ей раскачать источник пропорционально во всех направлениях, но ей не говорю, пусть позанимается, кто знает, что в жизни пригодится.

Ну вот, опять отвлёкся. Итак, у моей невесты идеальная фигура. Я им нарисовал вариант вечернего платья до пола, облегающего до бёдер, далее чуть расширяющегося, с боковым разрезом до уровня чуть выше колена. До верхнего края бедра не решился. Рано этому миру делать сексуальную революцию. На голове фата, до пояса. Здесь нет воздушных вуалей, но есть довольно тонкие кружева. Пусть ищут. Туфли на каблуке в шесть сантиметров. Нет не шпильки, чуть конусный каблук, достаточно для первого раза. Старшую дочь Анюту озадачил, навести соответствующий порядок в храме Святой Анюты, договориться с богиней, чтобы она подправила скульптуру. Если это возможно, пусть она будет похожа на Ириану, рука поднята для благословения, а на лице улыбка. Дочь, взяв в охрану себе графа Марса де Горса, это младший брат маркиза Юлия де Горса, укатила в храм богини. Вижу, что Розалия тут провела соответствующую подготовку, и у дочери появился парень. Отлично!

Теперь, без всяких женщин, подготовим костюм мне. Приказал найти мне молодого, талантливого портного, у которого нет поддержки, и его притесняют коллеги. Нашли, привели, я уже и не удивляюсь тому, что парень полукровка эльф, или наоборот, полукровка человек.

— Кто у тебя из эльфов, отец?

— Мама! — с вызовом отвечает парень.

— Красивая? Она швея?

— Да, красивая! Зачем вам?

— Сейчас поговорим с тобой, потом придёшь вместе с ней.

В глазах парня злость, почти ненависть, видимо парень думает, что богатый вельможа решил поразвлечься с эльфой.

— Я готовлюсь к свадьбе, у меня три жены, и я их люблю. Твоя мама нужна мне исключительно как швея, не обижу я её, не бойся.

И пошили Мануэль и его мама Элинея для меня костюм. Обычная двойка: брюки и пиджак. Ещё сшили три рубашки с обычным отложным воротником и пару галстуков, обычных земных галстуков. В процессе примерки вдруг Элинея начала втыкать иглу в моё тело, медленно и неотвратимо. Не понимая в чём дело, я заблокировал боль, в область укола направил плетение, блокирующее распространение яда. Но тут увидел следующую картину.

Я заказывал бриллиантовые заколки для галстука эльфе ювелиру Иллиане. И вот, она меня ищет с готовым заказом, входит в эту комнату, и две эльфы смотрят друг на друга. И обе до такой степени поражены, что Иллиана уронила свёрток с заказом, а Элинея втыкает иглу в руку клиента, и даже не замечает этого. Я перехватываю руку Элинеи, забираю у неё иглу, вытаскиваю её из своего плеча, направляю туда Малое Исцеление и громко произношу.

— Девушки, если будете убивать друг друга, у нас есть круг для поединков. А если убивать не надо, тогда можете поцеловаться.

Обе эльфы с недоумением поднимают на меня глаза, потом, бросаются друг к другу. Обнимашки, поцелуи, слёзы, сопли, понимаю, что примерка откладывается.

— Мануэль, наверное, это твоя тётя Иллиана. Ты способен работать, или всё откладываем на завтра?

Рубашку дошили, заколки я забрал, и выпроводил эльф и Мануэля отмечать воссоединение семьи.

Продолжить мы смогли только через два дня. Иллиана попросила разрешения посидеть здесь же, так ей не хотелось расставаться с потерянными ранее родственниками. Во время примерки, Мануэль начал привычно ворчать, что так никто не шьёт, так не принято.

— Мануэль, ты глупый мальчик, проси разрешения у Его Высочества, на лицензию, шить подобные костюмы. Если он даст тебе хотя бы четверть от прибыли, ты озолотишься. Глава государства пойдёт под венец в костюме, сшитом тобой. К тебе очередь будет стоять отсюда и до реки.

— Она тебя запугивает. Я всем своим партнёрам даю половину прибыли. Всё в твоих руках, партнёр.

Вот последняя примерка. Всё-таки, это действительно мастера. Костюм на мне сидит идеально. Цвет — тёмно-фиолетовый, почти чёрный, рубашка белоснежная, отбеливали магией. Галстук пурпурный, на нём заколка с двумя большими бриллиантами, оба бесцветные, но на свету переливаются всеми цветами радуги, так как огранка ювелирная. Волосы у меня тёмные, на висках чуть появилась седине. Жена хочет убрать, а я против. Вот такой я красавчик. Эх, посмотреть бы как невеста выглядит, но мне сказали, после того, как я эскизы нарисовал, что встретимся мы уже в Храме. Ну и ладно!

И вот этот великий день наступил.

Я тоже могу загадочности нагнать. Лёгкий, шёлковый плащ скрывал мой наряд до последнего момента.

В карете мы подъехали к Храму Святой Анюты. К счастью для нас, здесь нет обычая, посыпать новобрачных какой-нибудь гадостью: цветами, монетами, крупой. Может кто-то возмутится, чего это я так о цветах. Вот такой я! Цветами люблю любоваться на корню. В букетах цветы тоже могут нормально выглядеть, но не тогда, когда их швыряют тебе в лицо, или они летят на тебя с высоты. А уж крупу сыпать на новобрачных, это вообще дикость. Тот, кто это делает, наверное, вообще ненавидит эту пару. И ссылки на, якобы, народные обычаи, моего отношения к этому не поменяют.

Народ любит зрелища, и около этого храма огромная толпа. Разумные сидят на крышах ближайших домов, в окнах, на балконах.

Настоятель храма, одетый в явно новые и парадные одежды, встречает нас у входа.

К входу Храма Святой Анюты подъезжают две кареты, из одной выходят три женщины: две княгини и герцогиня. Из второй двое мужчин: Настал анд Торон Тур, дядя монарха гномов и глава клана Северного анклава гномов, и ещё Алекс анд Дрович, глава клана Северного анклава гномов и Князь Горный, монарх Княжества Горного. Может кто-то подумает, что мне нужна вся эта мишура, все эти титулы и звания. Нет, конечно, у меня сознание советского человека, фамилия, имя и отчество, вполне достаточно для вежливого обращения. Только вот приходится соответствовать!

Представляете шок здешних модников? Им ведь надо было увидеть, что у невесты платье «Как у меня», «Нет, почти как у меня». А у жениха костюм должен быть «Нет, я бы с такими фонарями не одел», или что-то подобное. А местное «как у меня», это как на картинах с изображением дворян и аристократов с Земли 17-го века.

А тут всё такое невиданное в этом мире. У девушек рукава в три четверти, то есть не доходят до запястья, облегают руку от плеча и по всей длине. Вырез на платье очень маленький, только чтобы кулон с бриллиантом поместился. Зато уж бриллианты такого размера мало у кого из королей есть, и все разного цвета: У одной девушки камень зелёный, как изумруд, у другой чуть голубоватый, а у третьей, это на бриллиант, а большой рубин.

Как же показать плечи, грудь, если вырез на платье чуть от горла отходит? А вот как-то показали! Платья так облегают их плечи, что даже никакой фантазии не надо. Вроде бы всё под тканью, но ведь все формы, вот они на виду. А груди, так обтянуты тканью платья, что кажется, будто и нет этих платьев. А груди-то у всех троих высокие, идеальной формы, стоят и даже не колыхнуться при ходьбе. И лишь самые продвинутые модницы знают, что такой эффект дают бюстгальтеры. Ниже груди платья строго облегают торсы и талии и спускаются на бёдра. А дальше нижняя часть платья, и вот тут-то у девушек всё по-разному.

У высокой и стройной девушки на талии широкий пояс, а сразу от него платье всё в мелких складках, которые могут расходиться и тогда низ платья становится очень широким. Стоит ей резко повернуться, юбка платья превращается в крыло птицы. Взмах, и, кажется, сейчас взлетит.

Вторая девушка небольшого роста с идеальной фигурой. У неё юбка платья тоже в складку. Но складки крупные, хорошо прилегают, и начинаются не от пояса, а чуть выше середины ягодиц. Здесь нет эффекта крыла, но есть эффект широкого плаща. Такая юбка позволяет делать широкий шаг без всяких ограничений, делая облик девушки лёгким, воздушным.

Третья девушка, это невеста. Здесь тоже есть обычай, что девушка, идущая под венец, скрывает лицо платком или накидкой до встречи с женихом возле алтаря. Так, что наличие фаты из тонкого кружева на голове невесты удивления не вызывает. Но вот платье! Юбка этого платья плотно облегает бёдра девушки, и лишь чуть-чуть расширяется книзу. Но сбоку на платье имеется разрез до колена, и когда девушка делает широкий шаг, в этом разрезе мелькает стройная ножка, вызывая жуткую зависть у многих женщин, и слюнотечение у многих мужчин.

К девушкам подходят двое мужчин. Один из них постарше, с усами, бородой, одет в дорогую одежду, принятую у гномов. А второй, моложе, чуть выше и стройнее, темноволосый, с сединой на висках, укрыт длинным лёгким плащом. Вот он сбрасывает плащ, передаёт его своему спутнику, а тот — слугам.

Все взоры прикованы к этому мужчине. Невиданный доселе покрой одежды, удивительные цвета, то, как сидит одежда на мужчине, подчёркивая его фигуру, всё это вызывает изумление не только у зрителей, но и у девушек. А рубашка с отложным воротником и галстуком настолько непривычны и поражают воображение, что никто уже не обращает внимания на заколку с дорогущими драгоценными камнями.

Мужчины кланяются женщинам и предлагают им пройти в Храм. Девушки отмирают и идут вперёд, украдкой кося взгляды на этого оригинального мужчину.

На входе в храм женщины пропускают меня вперёд, проходят сами, Настал идёт следом. В храме всё пространство забито разумными, вот где простор для наёмных убийц. Подходим к алтарю. Настоятель начинает церемонию, а я пытаюсь уловить что-то витающее в эфире, астрале, ещё где-то, ну, вот чувствую что-то, что меня то ли зовёт, то ли просто тревожит, но это не человек. Вдруг понимаю, что это моя красная стрелка, которую я давал наёмникам, отправлявшимся в Краинское королевство. Накрываю нас Чёрным куполом и поворачиваюсь направо. В толпе стоит девушка из клана убийц, она без арбалета, но держит в руке мою стрелу. Останавливаю священнослужителя и подзываю девушку. Сначала, она дёрнулась, чтобы уйти, но толпа спрессовалась так плотно, что ей это не удалось.

— Ты вернулась одна?

Девушка молча кивает.

— Как тебя наградить?

— Дайте мне ещё две стрелки.

Смотрю ей в глаза и понимаю, что цель её жизни теперь это месть.

— Если пообещаешь вернуться живой.

— Я обещаю, мне ещё сына воспитывать!

Достаю из кармана, превращённого в Сумку Путешественника, ещё три такие же стрелки и отдаю ей. Девушка кланяется мне и быстро уходит из Храма.

— Продолжим, Ваше Преосвященство! — настоятель дёргается, но не поправляет меня и продолжает процедуру бракосочетания.

Когда подошёл соответствующий момент, Настоятель задал свой сакраментальный вопрос. Ириана сказала «Да!», я повторил «Да!», Анейра произнесла «Я согласна!», Ирена повторила «Я согласна!», и мы с Ирианой обменялись кольцами. После этого мы все четверо подошли к скульптуре Святой Анюты и преклонили колено. Я громко произнёс:

— О, Святая Анюта, прошу тебя, благослови наш брак! — ну, то есть всё, как положено по ритуалу.

И тут началось то, что напридумывали эти две подруги хулиганки. У скульптуры богини черты лица потекли, как в компьютерной графике, и лик Святой Анюты стал копией лица моей старшей дочери. Скульптура приподняла правую руку, как бы благословляя нас, и под сводами храма разнёсся звонкий голос: «Любите и размножайтесь!» Я не сдержался:

— Анна, я её выпорю!

— Тсс! Всё дома, — это моя «новая» жена, меня успокаивает.

Народ в храме был в полном экстазе. Когда мы выходили из храма, настоятель стоял на коленях перед алтарём, все остальные опустились на колени там, где кто стоял, и все молились. Как они сумели на колени встать в такой тесноте, это для меня загадка.

Представляете, какие слухи пошли по городу. Для мужиков самый большой интерес представлял вопрос, как я с тремя жёнами буду размножаться? Для всех истинно верующих преображение скульптуры богини являлось чудом, и народ просто повалил в этот храм, чтобы лично приобщиться к чуду.

А ещё в отдельных кругах общества прошёл слух, что клан убийц взял у меня большой заказ, на кого не известно, на какое время — непонятно, но, наверное, срочно, если даже процедуру бракосочетания приостановили. И несколько известных аристократов молча и быстро исчезли из города.

Потом был грандиозный банкет в большом зале мэрии, так как он был вместительнее залов во дворце. Началось всё со славословий, а закончилось, как всегда, большой пьянкой. Мы с жёнами удрали часа через три, а вот нашим помощникам пришлось организовывать финальную часть этого банкета, то есть отправлять по домам и пьяных и полупьяных. Сколько ребятишек было сделано в этот вечер пьяными аристократами, никто не знает, но указание богини размножаться очень многие поняли буквально.

И тут я пришёл в шок! Мои дамы заявили, что они тоже буквально понимают указание богини, на что я сказал следующее.

— Вы девушки сегодня нетрезвые, соображаете не совсем правильным местом. Поэтому сейчас сделаем два фокуса. Первый фокус такой: вы приводите ко мне Анюту, и я ей всыплю ремнём по заднице.

Все три жены стали меня убеждать, что Анюта конечно виновата, наказать, конечно, надо, но взрослую девушку ремнём по попе, это моветон.

— Тогда фокус номер два. Я сейчас выйду, а вы Анна и Ира расскажете Ириане, как вы однажды вдвоём пришли ко мне в спальню, — и пошёл спать.

А в будуаре большой королевской спальни три дамы пили вино, и рассказывали друг другу про плохого мужа. Вспомнилось им, что он их всегда ставит перед фактом, а ведь мог бы и посоветоваться, спросить мнение жены, или её подруги, или наставницы. И что он совсем не думает о них, когда бросается в очередную авантюру. А вдруг он погибнет, на кого он их бедных оставляет, ведь совсем не на кого. Ну ладно вот у Ирианы сын подрос, а остальным куда податься? Вот сколько раз уже его исцелять приходилось, или его бойцов, даже руки пришлось пришивать.

— Зато ты теперь Магистр Целительства!

— Да, что мне то магистерство, я без него жить не хочу!

— Я всегда говорила, что он негодяй, и мерзавец! Представляете, я замуж выхожу, а он останавливает Настоятеля, и с какой-то девкой разговаривает.

— Не-е-ет! Это не какая-то, это из клана убийц. Мне Амир сказал!

— То есть он уже опять на войне? Нет, не хочу, хочу живого мужа!

— Девушки, а ведь мы опять напились! Как только начинаем его обсуждать, так напиваемся! — Ирена, как всегда, еще что-то соображает.

— А что он там про фокусы говорил? — любопытствует Ириана.

— А! Пришли мы один раз к нему в постель вместе. Честно говоря, и сами не знаем, что бы стали дальше делать. А он нас спать уложил, и говорит, запомните правило, один мужчина и одна женщина, а иначе это не любовь, а похоть и разврат. Так с тех пор мы это правило и не нарушаем.

— Может оно и правильно, любовь ведь она такая хрупкая. А вы друг друга не ревнуете к нему?

— Наставница, мы его даже к тебе не ревнуем. Он ведь с самого начала сказал: вас троих люблю, а больше ни с кем. И ведь, правда, ни с кем.

— А я его к Розалии ревновала, а он говорит, она мне сестра. Думаю, как это возможно, а сама Розалия говорит, ну что ты как маленькая, конечно, я ему не родственница, просто он относится ко мне, как к сестре, родной сестре. И мы друг друга поддерживаем, помогаем, а любовью заниматься ему и вас хватает. Ну, и не стала я больше ревновать, и так спокойно стало.

— Девочки, а я вот подумала, если он теперь князь, то мы кто, княгини, что ли? И как к нам теперь должны обращаться? Как к принцессам, Ваше Высочество? — Ирена ещё пытается думать.

— А ещё, он грозился меня выдать замуж за короля или принца. Если мы Ваши Высочества, то это я как бы за принца замуж вышла? Ой, мамочки! Это что же получается, этот негодяй и мерзавец все свои обещания выполнил. Долго ждать пришлось, да, но ведь выполнил! Получается, и не мерзавец вовсе? Ой, девочки, а как я ждать устала! Двадцать лет! Одного мужика ждала десять лет, так и не дождалась! А тут целых двадцать! Если бы не омоложение, я бы уже старухой была. Хорошо хоть Майкл говорит: «Женщине столько лет, на сколько она выглядит!» Может нам и его ещё раз омолодить?

— Нет, не надо, мне нравится, что он выглядит чуть старше нас. А то мы зрелые женщины, а он будет как Микаэль! — Ирена заявляет свое мнение.

— Ой, это ты то зрелая? А вообще девочки давайте ляжем спать, а то будет как прошлый раз!

— А как было прошлый раз?

— Эх, Ирочка, я на всю жизнь запомнила, смотрит он на нас с жалостью и говорит, девочки вы выглядите, как мужики с похмелья. Я такое от мужа услышать ещё раз не хочу.

И пошли три грации спать.

С утра ко мне заявились «представители общественности», это какие-то издатели листка с новостями, такой своеобразной местной газеты, а с ними ещё два десятка лиц без определённого рода занятий, местное название у них, придворные, а согласно земным толковым словарям, это тунеядцы. Говорят все сразу, галдёж стоит невообразимый. Я стою, смотрю, даже не пытаюсь что-то услышать, просто пытаюсь понять, как эти проходимцы не понимают, что власть переменилась. Не сменилась, а именно переменилась, стала другой. Неужели двух повешенных герцогов, и того выступления в мэрии недостаточно. Эти господа приближаются ко мне всё ближе, я поворачиваюсь к стражникам, они, судя по всему, не видят ничего неправильного, а уж тем более чего-то криминального.

— Начальника стражи ко мне! — а два стражника в зале стоят и крутят головами, кого же это я послал за их начальством.

Подхожу к стражникам, одного бью в солнечное сплетение, другого в промежность, подтаскиваю их к окну и выбрасываю за окно. Всего-то второй этаж, снизу заросли кустов, не разобьются. Снизу слышны женский визг и мужской мат. Выглядываю в окно и вижу натуральный пердимонокль, один из выброшенных мной стражников упал на парочку, которая в кустах чем-то занималась. Выхожу из зала, иду к кабинету с целью послать секретаря за нужными мне лицами. Однако секретаря на месте нет, прохожу в кабинет и вижу, что мой секретарь на рабочем столе короля, а теперь, князя, разложил барышню, которую слёзно умолял меня взять в штат дворца, так как у неё какие-то там проблемы с родственниками.

— «Эх, Рутана, Рутана! Что же ты их так распустил?»

— Ко мне вызвать командующего армией и две роты лёгкой пехоты. У тебя четверть часа. Не успеешь, будешь казнён! — это я секретарю.

Потом вернулся в зал приёмов и попросил всех присутствующих выстроиться в одну линию. Но среди этих разумных было четверо, кто считал, что общие команды их не касаются, они лезли ко мне, отталкивая друг друга. Наложил на них Лёгкий паралич, который сковывает все мышцы, кроме сердечных и дыхательных, так что стоять они могут очень долго. Потом сказал всем:

— Это зал приёма монарха, то есть сюда приходят, когда необходимо обратиться к князю, — а потом пошёл вдоль этого импровизированного строя и каждому задавал вопрос, а что он тут забыл.

— Изложите очень кратко цель вашего прибытия в этот зал.

На всякое словоблудие сразу обрывал «докладчика» и требовал изложить очень кратко. Кто не справился с этой задачей, оставались стоять молчаливыми столбиками под Лёгким параличом. В середине этого словесного марафона в зал ворвался полковник Тарун ан Тур, командующий армией Северного анклава гномов, переданной мне в управление.

— Найдите начальника стражи дворца и ко мне в кабинет. Офицера дежурной смены стражи ко мне в кабинет. И вы сами подойдите туда же. Вашим солдатам взять под охрану весь дворец, по режиму жёлтой тревоги. Стражников не бить, не гнать, просто сказать, чтобы стояли и молчали. Сильно буйных связать и в караулку. Караулку занять, и стражников не впускать, скажете, что это мой приказ. Сейчас сюда мне пятёрку солдат, потом выполняйте приказ.

Вошедших солдат поставил на входе и у окон. Потом продолжил опрос «представителей общественности». Вот что смог выяснить.

Вся «передовая» общественность столицы была возмущена моим поведением. Я женился, и даже не устроил всеобщей попойки для народа! Свадьба монарха всегда сопровождается всеобщим гулянием. Простым горожанам выкатывают много бочек вина, купцам, предоставляют всякие льготы, чиновникам всех мастей выплачивают премии, аристократам дают всякие налоговые и другие послабления. Ранее провинившихся прощают, то есть объявляют всеобщую амнистию. Из оставшихся без паралича особо усердствовали в просвещении меня, несведущего, два аристократа и один из представителей средств массовой информации. Два других издателя новостей настаивали на том, что я должен им подробно рассказать, как происходило венчание.

Пока я со всеми разбирался, точнее, пытался составить общее представление о глубине развала государства, мне доложили, что вызванные мною лица доставлены в мой кабинет. Вызвал ещё пятёрку солдат в зал приёмов.

— Господа, вам придётся подождать. Я решу некоторые вопросы, и мы продолжим разговор.

— Сержант, никого не отпускать. Кто запросится в туалет, выводить по одному. Кто будет скандалить, разрешаю бить. Кто обнажит оружие, убивать на месте, — и пошёл в свой кабинет

За спиной сначала была полная тишина, а потом взрыв возмущённых выкриков, ничего, подождут.

В кабинете были два лица и два моих командира. Первое лицо, точнее рыло, было генералом, Начальником Дворцовой Стражи. Всё с большой буквы, так как это очень важная служба в королевстве. Генерал с трудом держался на ногах, был сильно пьян.

— Скажите генерал, по какому поводу вы напились? У вас праздник или горе?

— А ты кто такой? У нас умер наш любимый король! Мы пьём за упокой его души.

— А кто сейчас руководит государством?

— А-а, какой-то там советник, да какая разница? Мы все так любили нашего короля.

— Вот вы начальник стражи, обеспечивали его безопасность, так отчего же он умер?

— Наверное, что-то с сердцем, так сказали целители.

— А три удара кинжалом в спину и в сердце, это и есть что-то с сердцем?

— Но-но! А ты кто такой? Стража, взять этого типа, и к палачу, пусть расспросит, откуда этот тип что-то знает?

Наложил на этого наглого борова лёгкий паралич, потом обратился ко второму «лицу», это был капитан дворцовой стражи, его солдаты стояли в карауле по всему дворцу. Это именно его солдаты в зале приёмов с интересом смотрели, кого же я пошлю за их начальником. Этот тоже «навеселе», но на ногах держится уверенно.

— Господин капитан, а где вы были полчаса назад?

— Мы с друзьями отмечали вашу свадьбу, Ваше Высочество.

— А кто в это время командовал стражей дворца?

— Мой заместитель.

— Он на месте? Приведите его, и побыстрее, — а сам запустил руну Слухач.

Капитан энергично вышел из кабинета, а дальше пошёл не торопясь, вальяжно, бубня под нос:

— Побыстрее ему, явился тут, деревня, ещё будет нам свои порядки устанавливать. Ждёт, что все перед ним стелиться будут. Погоди, приедут ушастые советники, быстро тебя на место поставят.

Так, этот офицер служить мне не собирается. Посмотрим, что он скажет на прямой вопрос.

— За полное самоустранение от охраны короля, что привело к гибели монарха, бывший начальник дворцовой стражи приговаривается к смертной казни. Сейчас в камеру, потом отрубить голову.

— Всю дворцовую охрану разоружить, без излишнего шума, по группам вызывать в казарму и требовать сдать оружие и снаряжение. Потом рядовых отправляйте домой, говорите всем, что им даётся отпуск на четыре дня. Офицеров всех под стражу. Условия содержания сделать как для аристократов, но не выпускать, пока не разберёмся, кто из них участвует в заговоре.

— Теперь тех, кто в зале приёмов, заводите сюда по одному.

Сколько было апломба, высокомерия у всех этих придворных, пока я не начинал им задавать вопросы по существу. И, всё почти одно и то же, много раз.

— Почему меня держат взаперти, как какого-то преступника? Ваше Высочество, это произвол, это недопустимо в цивилизованном государстве!

— Стоп! Раз вы заговорили о цивилизованном государстве, будьте добры вести себя как цивилизованный разумный! Вы признаёте меня монархом этого государства? Отвечайте!

— Да, конечно, просто такого титула как князь никогда не было, вы могли бы назваться королём, и всем бы…

— Молчать! Если я монарх, как вы смеете меня поучать. Советы мне давать будете, как эльфы королю Рутане де Годуно? А потом, как ему, воткнёте нож в спину и в сердце? Да, или нет!

— Нет, нет! Что вы, я никогда бы не посмел!

— А зачем вы с утра пришли в зал приемов?

— Понимаете, Ваше Высочество! Есть определённые правила цивилизованного общества, которые никто нарушать не должен! Свадьба монарха, это такое мероприятие, которое проводится по определённым традициям. Вам следовало пригласить для организации свадьбы разумных, которые хорошо знают эти традиции. Вам и вашим жёнам…

— Хватит! Да какой же степени распустил вас Рутана! Вы мне начинаете указывать? Вы уже не советуете, вы уже прямо заявляете, «Вам следовало»! Это называется наглостью! — я натурально возмутился, поэтому продолжил:

— Так вот, господин наглец, доложите своему монарху, чем вы занимаетесь, как зарабатываете или откуда получаете деньги? Что является источником лично ваших доходов?

— Я уже двенадцать лет являюсь придворным! Ни у короля, ни у Министра Двора никогда не было ко мне никаких претензий. Я уверен, что и вы будете довольны моей службой!

— Так в чём заключается ваша служба?

— Как в чем? Я и другие придворные, мы постоянно находимся во дворце, создавая необходимую атмосферу данного дворца.

— То есть вы создаёте эту атмосферу просто своим присутствием?

— Ну как вы не понимаете? Вот приедет к вам на аудиенцию посол великого Поленского королевства, а у вас дворец пустой, нет никого, кроме стражников. Ну, это же моветон, так не принято. В любом дворце монарха всегда должны быть дамы и кавалеры приятной внешности, с безупречными манерами, способные поддержать разговор, ответить на вопросы. Для этого у каждого монарха имеется штат придворных.

— Так всё-таки, что или кто является источником ваших доходов?

— Конечно же, король выплачивает жалование своим придворным.

— А какой у вас титул?

— Я граф де Больтун!

— И у вас есть свои владения, графство, подданные?

— Ну, что вы, конечно же, нет, мне невозможно отлучаться из дворца, какие уж тут подданные.

— А титул вам здесь присвоили, или вы его наследовали, и кто ваши родители?

— Мой отец барон, титул графа мне даровал король за безупречную службу.

— Я вынужден вас огорчить! На этом ваша служба во дворце закончена! Отправляйтесь к отцу, или, если вам, графу, не пристало жить в баронстве, поступайте на службу!

— Но на какую же службу я пойду, я же ничего не умею! Нет, нет! Вам не следует отказываться от службы таких придворных, как я! Без придворных ваш дворец просто мёртв. А жалование у нас совсем небольшое, ваш казначей не обеднеет.

— А что вы там говорили про безупречные манеры, умение поддержать любой разговор? Вот и найдите себе дело в соответствии с вашими способностями. У меня во дворце другие требования к придворным. Вы мне не подходите. Прощайте!

И так много раз подряд. Кто-то спокойнее, кто-то экспрессивнее, но все сначала меня поучали, потом убеждали, что без них моё государство и даже мой дворец просто развалится. А потом заявляли, что им некуда идти, и я просто обязан их содержать. Более другого меня поражала фраза, которую повторяли многие, что казначей не обеднеет, если выплатит им жалование. То есть все признают, и считают это правильным, что казна короля, это личный кошелёк казначея короля.

Кстати, казначей короля Рутана де Годуно Рюри бесследно исчез. Думаю, что его или эльфы заманили к себе и прикопали, или же он в Поленском королевстве.

И до глубины души возмутило то, что придворные Росинского королевского двора называют Поленское королевство великим. Это враг, который завоевал значительную часть вашей Родины всего двадцать лет назад, а вы перед ним преклоняетесь, считаете его великим. Это ведь было при вашей жизни, тут даже не патриотизм, а хотя бы, самолюбие должно сыграть, так нет, они готовы лизать все места тому, кто сильнее.

Потом очередь дошла до представителей зародыша средств массовой информации.

— Ваше Высочество! Вы должны подробно рассказать нашим читателям, о том, как проходила ваша свадьба, ваше венчание. У меня много вопросов. Правда ли что у вас три жены? Правда ли, что вы легендарный Третий? Правда ли что вы были бароном, а теперь целый князь?

— Полковник, дай ему в морду!

Хрясь!

— Да как вы смеете? Да я про вас такое напишу!

— Полковник, у тебя ещё свободные виселицы есть?

— Ещё восемь мест свободны Ваше Высочество!

— Нет, нет, нет! Ваше Высочество, вы же цивилизованный…

— Молчать! Отвечайте только на вопросы! Кто финансировал вашу работу? Кто ваша основная аудитория, для кого вы пишите?

— Нам платили из королевской казны, советник короля очень трепетно относился к нашей работе! Мы пишем, конечно, для самой авторитетной части населения!

— Молчать! Отвечать только по существу вопроса. Что значит «трепетно относился»?

— Понимаете, он всегда интересовался, что мы пишем, о чём пишем? Почти всегда подсказывал интересные темы, советовал, как лучше осветить данную тему. С ним было просто приятно работать. А вот вы, Ваше Высочество…

— Полковник!

— Нет, нет! Я молчу.

— Кого вы обычно представляете в негативном свете?

— Понимаете, есть категория разумных, которые, не понятно зачем, стремятся к какой-то варварской самобытности. Они не понимают, что цивилизованный мир давно ушёл вперёд. Даже среди аристократов встречаются такие. Конечно, мы их критикуем, чаще это делаем в шутливой форме, но иногда помещаем и серьёзную критику. Вот, например, наш король, в последнее время, перестал прислушиваться к своим советникам. Вот и погиб, и кому от этого лучше?

— Мне нужен список этих непонятливых аристократов. Пройдите вон в тот кабинет и напишите всех, кого вспомните. Потом скажете солдату, он вас проведёт ко мне, и мы продолжим разговор.

— Но вы не ответили ни на один мой вопрос!

— Я, ведь, монарх. Поэтому сначала ответы на мои вопросы.

— Да-да! Конечно, сначала ваши вопросы!

Приказал вызвать ко мне Ириану и Розалию, а сам попытался поговорить ещё с одним бойцом идеологического фронта. Этот был сообразительнее. Когда он обрушил на меня град вопросов, а я поднял руку в останавливающем жесте, он мгновенно замолчал.

— Каков масштаб вашей работы?

— Мы выпускаем информационный листок «Новости Годунграда» через каждые три дня, три раза в десятидневку. Объём информации обычно два или три стандартных листа, исписанных средним почерком. Таких листков изготавливается от пятидесяти до семидесяти штук, распространяются они разносчиками по домам зажиточных граждан.

— Стоимость листков окупает затраты на их выпуск?

— Нет, конечно. Для сбора информации я содержу десять агентов, потом переписчики, разносчики, затраты на бумагу, приборы для письма, аренду помещения. Ну, и зарплата мне и моему заместителю. Итого, до пяти золотых в десятидневку, а от продажи возвращается только два или три золотых, если продавать по серебряному за экземпляр.

— Ну и как же вы сводите концы с концами?

— Нам доплачивает советник короля. Только я его нигде не вижу уже месяц, поэтому у нас остановился выпуск новостей.

— Ваши главные сюжеты, и какой акцент в них вы делаете?

— Наши сюжеты, это те новости, которые интересуют наших читателей, то есть зажиточных граждан столицы. А акценты нам всегда указывал советник короля, обычно мы критикуем тех, кто подрывает авторитет советников, или самого короля, кто не хочет дружить с Поленским королевством, предлагает отклонять все их предложения или требования. Этих предложений не так уж и много.

— Ну, например, они предложили сделать реконструкцию нашего главного порта в Приморске. Они предлагали сделать полную реконструкцию всех портовых сооружений. Те сооружения, что есть сейчас, не позволяют заходить в порт большим кораблям международных флотов.

— А чьи это флоты?

— Ну, это корабли как Восточного, так и Западного анклавов Поленского корорлевства.

— То есть, поленцы хотели реконструировать наш единственный порт под свои корабли? А зачем это им, как вы думаете?

— Они же хотели торговать с нами!

— Да, конечно, поэтому они пошли на нас войной. И реконструированный порт был бы им очень удобен для переброски войск. Правда, или нет?

— Ну, вы всё утрируете! У Поленского королевства очень широкие торговые связи. Это только мы с ними торгуем в минимальных объёмах.

— Давайте уточним, вы ведь не глупый разумный, можете анализировать и делать выводы, какую задачу ставил советник короля относительно Поленского королевства? Какое мнение у читателей вам нужно было сформировать о Поленском королевстве?

— Да тут и советник не нужен! Всем очевидно, что это самое цивилизованное государство. Любой разумный стремится жить в таком государстве.

— Но ведь они пришли к нам с войной?

— Ну и захватили бы ещё раз нашу территорию, и что? Те, кто живут в Восточном анклаве Поленского королевства, никто не рвётся обратно в Росинское королевство.

— Я назначу вам специального советника по новостям. Без него листок не выпускать!

— А как быть с финансированием, у вас есть казначей?

— А вот финансироваться вы будете исключительно с продаж. Так что ищите ещё переписчиков.

Потом я пригласил Розалию и Ириану, рассказал им довольно подробно о содержании бесед с издателями информационных листков. Особенно подчёркивал, что их выпуск шёл под полным контролем эльфов, советников короля.

— У тебя что, проблем мало, заняться больше нечем, — это княгиня Ириана от чего-то не в духе.

— Ты не хочешь подумать! Скажи, есть польза от того, что мы всё своё население сделали грамотным?

— Ну, кто же спорит, конечно, есть!

— То, что мы сейчас обсуждаем, это не менее важно, это влияние на значительную часть аристократии и купечества через информационное воздействие. Считаешь, что эльфы глупее нас? А они уделяли огромное внимание идеологическому влиянию на население.

— Ты откуда слова-то такие знаешь? — Розалия ехидничает.

— А я в школе учился, а не о женихах мечтал! Давайте похихикаем потом. Девушки, я совершенно серьёзно ставлю вам задачу, найдите мне разумных на эту работу. Те, кто сейчас занимается выпуском информационных листков, это наши идейные враги. Их тут за два десятка лет взрастили, обучил, воспитали. Я говорил только с двумя представителями этой братии. И оба искренне уверены, что нужно было запустить врагов на нашу территорию, и не оказывать никакого сопротивления. Особо настораживает то, что оба хотели бы лечь именно под поленцев. То есть, эльфы целенаправленно формировали в общественном сознании идею, что нами должны руководить поленцы.

— Слушай, какие слова он знает! — у Розалии игривое настроение.

— Бабы, ну-ка заткнулись! Я вам говорю о стратегических задачах, а у вас какие-то закидоны в головах. Не протрезвели, что ли?

Девушки поджали губы, и закатили глазки к потолку.

— Выметайтесь обе! Надумаете работать на благо княжества, приходите! А нет, переезжайте в другое крыло дворца, и там хоть на ушах стойте!

Вот опять меня девушки сильно огорчили. Ладно, может я тоже не прав. Вчера только на свадьбе гуляли, не переключились девушки на серьёзную работу.

Вызвал Амира и командующего армией. Кратко повторил то, что рассказывал девушкам.

— Почему эльфы формировали идею войти в Поленское королевство, а войной пошёл на нас Тройственный союз? Почему краинцы так зверствовали на наших территориях? Это при том, что краинцами руководил хорхар, и у поленцев, я уверен, руководят хорхары. Они что, между собой конкурируют? Мне нужны грамотные разумные, умеющие красиво говорить или писать, готовые работать с этими информационными листками. Все три агентства взять под нас. Кто не хочет менять направление работы, выгонять.

К вечеру у меня в кабинете сидели четыре представителя племени клерков. Все согласились поработать на новом поприще, в средствах массовой информации.

— Выслушайте меня. Начните работать, когда увидите, что не получается, можем встретиться ещё раз. Основное направление информационной политики — сообщать читателям интересные и достоверные новости. А среди них вплетать статьи о наших героях, о тех, кто за наше княжество достойно сражался о том, что у нас идёт борьба с взяточничеством, казнокрадством, унижением простых людей, с ворами и разбойниками. Словом нужно максимально хвалить наше княжество и наших разумных, но всё должно быть достоверно, все новости проверены. Лучше не написать о чём-то громком, чем написать, а нам потом будут тыкать, что это неправда.

— Что касается других королевств, про них тоже писать только правду, но выбирать то, что должно отвратить души наших граждан от этих «идеальных существ». У них ведь много недостатков! А если есть достоинства, то они направлены против нас. Вот это всё и писать.

А Розалия и Ирена больше не пришли. Обидно, я что, для себя, что ли стараюсь?

Дома, куда я попал поздно вечером, меня встретили Анейра и Ирена. Анейра привычно хлопотала возле меня, хотя теперь меня обслуживал целый штат слуг. А Ирена крутилась вокруг, явно желая что-то спросить. Поэтому, окончив поздний ужин, я пригласил их обоих в спальню, чем очень удивил и даже насторожил этих самых близких мне людей. Потом попросил пригласить старших детей. Сейчас, когда Микаэль уехал в своё герцогство, старшими у нас считались Анюта, Мики, Алина и Рондал.

Я им всё подробно рассказал, причём мамочки всё время порывались сказать, что детям рано в это вникать.

— Аня, Ира, мы вот так же оберегали Микаэля, а потом он помчался к мнимой невесте и угодил в западню. Не надо думать, что дети маленькие. Они растут среди взрослых магов, работают и учатся наравне с ними, почему же вы считаете, что они всё ещё думают и мир воспринимают как малыши. Да, я готов делать всё, чтобы оградить их от больших проблем. Но именно поэтому им надо всё рассказывать, чтобы и они со своей стороны тоже стремились избежать этих проблем. А рассказываю я вам всем это потому, что нуждаюсь в ваших советах. Ириана и Розалия, видимо, на меня обиделись, а я не понимаю за что. В моём восприятии мира, это я должен на них обижаться, за то, что они не захотели снять с меня часть задач, не восприняли мои проблемы, как что-то серьёзное.

— И ещё отдельный вопрос, что делать с придворными. Тех, что были при короле, я всех разогнал. Они допустили его гибель, то есть от их присутствия во дворце ни мне, ни вам, ни нашем детям не станет безопаснее, наоборот, тут будет постоянно болтаться куча бездельников. С другой стороны пустой дворец навивает такую тоску, что хоть сноси его под корень. Кстати этот дворец можно отдать подо что-то другое, а нам выстроить свой, какой захотим. Но, чтобы захотеть надо понимать, что здесь будет и кто здесь будет. Вот в Семигорске в нашем дворце куча служб, то есть это не место отдыха нас с вами, это место жизни и работы и нас, и наших помощников. Я думаю, что рабочий дворец должен быть здесь в столице. А в Семигорске должна быть наша вилла. Устали тут от трудов, поехали туда, там, на лоне природы, отдыхать куда лучше. А ещё у герцога Горса, на побережье, построим небольшую, но хорошо защищённую виллу, и будем иногда выезжать к морю.

— Это всё потом порешаем, а сейчас подскажите, что не так я сделал с княгиней Ирианой и герцогиней Розалией.

— Папочка, ты не парься! Они сами не знают, зачем тебя злили. Конечно, нам всем не хватает твоего внимания, но тебе же не разорваться. Как говорит тётя Розалия, максимально делегируй свои полномочия, и бывай с нами почаще. И будет нам всем счастье!

Глава 12. Похищение Анюты

Прежде, чем строить дворец монарха в Годунграде, вызвал к себе архитектора, который строит города в Загорье, Итала де Пронии предложил ему спроектировать новый центр города. Годунград, как и все города этого времени, расположен на берегу реки. Эту реку называют Жёлтой, потому, что в период дождей вода в ней приобретает жёлтый оттенок. Новый центр будет спроектирован совсем не в центре старой застройки, а выше по течению реки относительно исторического центра города. Пришлось сносить целый район трущоб.

Я помню опыт различных расселений из ветхого жилья в своём городе на Земле в начале 21 века. Поэтому в ближайшей части города были выстроены жилые многокомнатные дома, наподобие того казённого дома, где жила Натана де Ролга, ныне графиня де Стрелец, и начали переселять жителей этого района. По критериям земной цивилизации 21 века это почти бараки, только что кухня у каждого своя. Но для жителей трущоб, это было как элитное жильё. Было несколько случаев, когда часть населения трущоб пыталась отказываться переезжать. Я приказал в каждом случае докапываться до организаторов саботажа, и это всегда оказывались какие-нибудь криминальные группировки. Стоило повесить десяток таких «организаторов», и проблем с переездами не стало. Зато, когда начали сносить трущобы, стала понятна причина таких саботажей. Оказалось, что среди развалюх и сараев то там, то тут обнаруживались вполне добротные постройки, которые принадлежали главарям банд этого района.

Вызвал к себе нового начальника Стражи города и мэра города.

— Объясните мне, почему такое оказалось возможным? Вы понимаете, что в части города, вот эти банды, это и есть власть. Не мы с вами, а вот эти банды!

— В эти трущобы лезть, это верная смерть для стражников.

— Уважаемые, это ещё хуже! Это получается, что наша власть боится трогать бандитов, а они обустраиваются в нашем городе, как хотят? Кому нужна такая власть? Мне — точно не нужна! — и продолжил:

— Любой случай нападения на Стражу выжигать калёным железом. Сносите дома, вешайте десятками, но чтобы никто не смел поднять руку на Стражу города. Но и другой крайности не допускать, не допускать террора по отношению к невиновным. Если для наведения порядка нужно какой-то район окружить и прочесать, скажите, будем привлекать армию. Она вашу работу делать не будет, но окружить район и никого не выпускать, пока вы всё не проверите, это вполне возможно. А чтобы стражники не гибли при встрече с бандитами, они должны тренироваться, как обычные солдаты. Увижу хоть одного стражника с большим животом, как у беременной, рожать будет его начальник!

— А самый верный способ подрезать крылья всем этим блатным, это расселить все трущобы, и заставить всех работать, точнее, предоставить всем работу. Это уже ваша забота, господин мэр! Организуйте непрерывные работы на благо города. Уборка улиц, подсыпка и трамбовка дорог, поддержание парков в состоянии красоты и ухоженности, на всё на это нужны рабочие руки. Ну, и платить надо за эту работу. Платить столько, что разумный, честно отработавший на любой из этих работ, должен быть в состоянии прокормить себя и ещё одного разумного. Может это ребёнок, может это больной и престарелый родственник, неважно. Главное другое, если вы не предоставите такой возможности, этот разумный пойдёт воровать, грабить, заниматься проституцией. А там где это есть, всегда найдутся те, кто готов этими несчастными покомандовать. Вот вам очередная преступная группировка.

— Подвожу итог. Пока я не доволен вашей работой. Даю месяц на то, чтобы вы собрали подробную информацию, есть ли в городе ещё такие места, как было здесь до расселения. Сразу готовьте предложения, как ликвидировать эти гнойники.

А тем временем наши строители уже снесли все трущобы в этом районе и прокладывали водопровод и канализацию.

Недавно мне один аристократ заявил:

— Ваше Высочество, не дело это для аристократа вашего ранга, ездить смотреть, как прокладывают какую-то канализацию. Если не достаточно золотарей, назначьте пару клерков из мэрии, путь они проверяют.

— Давайте прямо сейчас проедем к вам домой и посмотрим, куда ходят по нужде ваши домашние, и какие там запахи. Вы хотите, чтобы такие ароматы были возле моего дворца. Вы, уважаемый, или вредитель, или не планируете здесь жить, и вам всё равно, как тут будет пахнуть или даже вонять. Через год приезжайте в этот район, посмотрим, что вы тогда скажете. А смотрю я, не как канализацию прокладывают, там есть специальный, как вы сказали, клерк, только не от мэрии, а от архитектора, а то, как работают маги, и у меня на это есть причины.

Я, конечно, не стал ему говорить, что в числе магов на стройке проходят стажировку наши дети, как студенты университета. Это у них практика по магии Земли. А сносили трущобы они магией природных Стихий, а конкретнее, Воздуха. Это тоже была практика. И проходят эти практики кандидаты на звание полного мага Алина, Рондал, Мики и Роза. Микаэль не сдаёт экзаменов, так как «работает» герцогом, и зовут его соответственно герцог Микаэль де Дрович. Ему пока просто некогда. А Анюта уже сдал все экзамены, проверки и получила диплом полного мага второй степени. Хотя в некоторых вопросах, она и магистрам даст фору, но не будем портить ребёнка, каждый шаг по карьерной лестнице должен даваться с трудом. Ещё у нас есть Влад и Катрин, им по 13 лет, они студенты Университета, но пока учатся на первом курсе.

Ну вот, опять отвлёкся. Архитектору и его помощникам дан приказ спроектировать этот район столицы. Спроектировать так, чтобы его было не стыдно называть центром города. Потом спроектировать дворец монарха, основные площади и скверы. Для зданий, которые будут строить различные богатые жители города в этом районе, сформулировать чёткие требования по размерам зданий и подключении их к водопроводу и канализации. А здания расположенные вокруг площадей и скверов, дополнительно, должны соответствовать требованиям по количеству этажей и внешнему виду фасада, с небольшими допустимыми отклонениями. Кого не устраивают такие жёсткие технические условия на строительство, стройте что хотите, но в другой части города. Часть зданий на улицах третьей и последующих линий должна построить мэрия. Это многоквартирные дома для служилого и мещанского сословия.

Потребовал от Розалии, чтобы она организовала создание музыкального салона.

— Анре с его оркестром «Мы из Холмограда» я тебе не отдам! Ты мне находишь и воспитываешь в нужном ключе хозяйку музыкального салона. Посмотри на графиню де Стрелец, но тебе лучше знать, кто подойдёт для подобной роли. Может даже Талия де Бриль из нашей команды. Ты обязана оставить работоспособный салон в моей столице. А тебе пусть Анре Маревич подготовит новый оркестр из молодых, так сказать, дублирующий состав. Но ты не спеши, как-то нет у меня чёткого видения относительно вас с Сержем. Возможно, вы в этом герцогстве не задержитесь.

— Ты что-то плохое предвидишь?

— Нет, нет! Не волнуйся, просто, может быть, для вас будут переезды в другой город. Пока ничего не ясно, но поленцы что-то опять воду мутят.

А мы тем временем начали строительство нового дворца монарха в Годунграде. На плане сверху здание дворца походило на цифру восемь, или прямоугольник с перемычкой. Подъехав к зданию, как бы с нижней стороны восьмёрки, если смотреть на план, вы оказываетесь перед большой аркой, проехав через неё, вы попадаете в первый двор дворца, похожий на площадь. Проехав этот двор насквозь, вы оказываетесь перед парадным входом во дворец. А второй двор является закрытым, туда въезд только служебный. На территории этого двора разбит сквер, с цветниками, дорожками, беседками, и маленьким озером с золотыми рыбами. А в центре этого сквера неугомонная Роза посадила ещё одно Дерево Жизни.

Знаете, что удивительно, я сам специально бродил под деревом Жизни в Семигорске, и никаких орехов, семян дерева, там не нашёл, и никто другой ни разу не находил, а Роза уже третий орешек нашла.

Словом дворец ещё строится, а Дерево уже на пару метров поднялось. Мы его огородили забором, чтобы никто не сломал, считается, что это дерево — причуда дочери монарха, а о том, что это Дерево Жизни, знает только наша семья.

А международные новости как-то напрягают, не вселяют уверенности в стабильности международной обстановки. Пришли известия, что поленские войска вошли на территорию Краинского королевства в той части, где раньше было Росинское королевство, и ведут планомерный захват этой территории. Краинские войска оказывают некоторое сопротивление, но постепенно оттягиваются на исконно краинские земли.

Я, через послов, договорился с царём гномов Тимуром де Торон Тур о ротации войск. В этом мире, конечно, нет такого слова, что не помешало произвести замену, войска Северного анклава отправились на родину, а на их место пришли войска из царства гномов. Исходя из того, что в Тройственный союз поленцы выставили пятнадцать тысяч солдат, сейчас их армия может составлять столько же или даже больше. Поэтому я запросил у гномов на весь опасный период двадцать пять тысяч воинов. Через месяц производится ротация, чтобы воины в отсутствии войны не чувствовали себя оторванными от дома. В случае опасности, мне вернут всю армию, что воевала против тройственного союза.

Между тем, поленская армия всё дальше продвигалась по землям когда-то Росинского, а ныне Краинского королевства. А мы продолжали мирное строительство на своей территории. Строительство дворца Монарха закончено, идёт насыщение его мебелью, различными вещами необходимыми для жизни и работы. Передняя часть дворца, как было сделано в Семигорске, это рабочая зона. Здесь разместятся различные службы и вспомогательные подразделения. Канцелярия, церемониальный отдел, фельдъегерская служба, служба организации выездов, чего тут только не было. Мои жёны смотрели на это с некоторым ужасом и благоговением, старались вникнуть во все эти тонкости. Ну и слава Сияющему, что есть, кому разгрузить мою бедную голову. Вот хорошо королям, за них эльфы думают, а тут всё сам…

Спросил Ириану, готова ли она продолжать деятельность министра финансов, или сбежит от трудностей на преподавательскую работу. Герцогиня думала целых два дня. Потом запросила выделить ей помощников.

— Ириана, у нас Загорский Колледж служащих мэрии готовит специалистов низкого звена, а Семигорский Университет готовит непонятно кого. Толи министров, то ли их помощников. Вот и набери себе штат и из Университета, и из Колледжа. Посмотри, что они реально умеют, а потом и помощников выберешь толковых, и программы обучения прикажешь откорректировать. А учиться все вы будете по ходу дела. Если опасаешься наделать ошибок, то суммы свыше десяти тысяч можешь согласовывать со мной, но я думаю, что ты и сама справишься. Это у тебя дрожь в коленках, пока не начала делать конкретное дело, а начнёшь работать, сама втянешься.

Когда мы перевезли в сокровищницу дворца то золото, что привезли с побережья, и я привёл свою министра финансов в эту сокровищницу, она сначала просто перестала адекватно воспринимать окружающий мир, потом всё же спросила:

— Ты боялся, что на свадьбу не хватит?

— Ириана, это привезли потом. Это золото отбили у эльфов, если они узнают, будет большая война, на нас пойдут все кроме гномов. Поэтому не надо рассказывать даже твоим подругам. Здесь примерно, на полтора миллиона золотых. Это для всех: и для меня, и для Микаэля, и для Сержа. Остальные подрастут, им тоже свои анклавы поднимать. Так что разлетятся эти денежки, и не заметишь. Ты про них пока забудь, у нас на текущую жизнь пока хватает. А для увеличения доходов нужно производства расширять на всё наше княжество. Для этого мне нужны преданные маги, хотя бы и со слабыми силами. Будешь себе искать специалистов, посмотри и для меня.

Неожиданно в Княжество приехала краинская маркиза, дочь покойного казначея Краинского короля Стасия де Величко. И она рвалась ко мне на приём, что вызывало массу подозрений. Не может же она рассчитывать, что я буду её спасать от поленцев, после всего, что она сделала по отношению к моему сыну. Поэтому встречался я с ней в зале приёмов, где кроме меня была охрана, и находился ещё Марс де Горса, «кавалер» моей дочери. Мы с ним обсуждали перспективы его карьеры.

Стасия была одета весьма скромно, просто несравнимо с тем, что было на ней в её прошлый приезд. И вела она себя, как убитый горем человек. Увидев меня, она бросилась мне в ноги, но охрана остановила её. Девушка начала рыдать, сквозь слёзы произнося слова покаяния и всяческие извинения. При этом она всё время повторяла:

— Они убьют меня, они меня обязательно убьют. Ваше Величество, позвольте мне остаться у вас под вашей защитой. Я согласна на всё. Хотите, буду служанкой, хотите стану вашей любовницей, наложницей. Вам, конечно, тяжело простить меня, я не достойна прощения. Но позвольте мне просто остаться, не обещайте мне ничего, просто не гоните.

— Стасия. Говорят, ваш отец умер. Он был полон сил и здоровья, когда общался с моим сыном, и вдруг умер. Расскажите, как это произошло.

Девушка закрыла лицо руками:

— Нет, нет! Я не хочу это вспоминать. Его убили, кто-то подослал убийц, и его убили отравленной стрелой, — она говорила, заламывала руки, а сама приближалась к моему трону.

Эта экспрессия, её голос, полный горя, всё это настолько отвлекло охрану, что та перестала адекватно реагировать на движение девушки. И надо же, в это время в зал вбегает Влад и движется прямо ко мне.

— Влад, назад, назад! — кричу я и, краем глаза замечая движение Стасии в мою сторон, делаю кувырок в бок и назад, разрывая дистанцию.

Стасия уже около трона и кинжалом тычет в то место, где меня уже нет. Граф де Горса, пытается перехватить её руку с кинжалом, но девушка перехватывает кинжал в другую руку и втыкает его в правый бок графа. Граф захватывает руку с кинжалом, но Стасия вырывает руку, правда уже без кинжала. Она бросается к Владу, и, захватив его в удушающий захват, приставляет к его горлу второй кинжал, который она выхватила из складок одежды, и начинает пятиться к выходу.

Не представляю, что нужно делать. На девушке наверняка куча амулетов, брошенное мной плетение паралича на неё не подействовало. Влад в захвате, и очевидно, что перед убийством она не остановится, Марс свалился на пол и лицо его синеет, видимо кинжал был отравлен. Уже просто от безысходности, достаю жезл от Контролёра и направляю на Стасию. Девушка резко выпрямляется и, словно парализованная, валится на Влада, они оба падают вперёд, и становится видно, что затылок девушки расколот и из него пытался выбраться хорхар, но не успел, умер. Подбегаю к ним, достаю из-под тела Стасии Влада, горло у него немного порезано, но анализ показывает, что яда на этом клинке не было. Бросаю на Влада Малое Исцеление и бегу к Марсу. Но тут я опоздал, да и не смог бы я ничего сделать, отравленный кинжал вошёл в печень, и яд мгновенно разнёсся по всему организму. Граф умер через несколько секунд после получения этого удара.

— Не подходить! Немедленно сюда княгиню Ириану, или Анейру.

Минут через десять появилась Ириана.

— Сможешь определить, что за яд на клинке. Среди знакомых мне ядов от эльфов такого нет.

Ириана осторожно водит рукой возле клинка в боку умершего Марса, а я смотрю на Стасию, черты её лица чуть поплыли, и в них проявилось что-то эльфийское. Ириана тоже не смогла определить, что там за яд.

— Отойди! — и я накрываю Чехлом тело бедного графа.

— Мы не знаем, что это за яд. Он может быть очень сильным, кинжал это одно, но теперь всё тело покойного графа — источник опасности. Предлагаю его сжечь.

— Да это самое правильное решение.

— Стража, сюда княжну Анюту, быстро!

— Зачем? Зачем девушке видеть труп любимого?

— А ты хотела тогда двадцать лет назад увидеть графа де Вулар, прежде, чем его тело предали земле?

— Ну, это же совсем другое!

— Знаешь, что меня удивляет в вас, женщинах? Когда вас не касается, вы такие умные, а как коснётся, так дура дурой!

В зал вбежала Анюта, увидев тела Марса дёрнулась к нему, но я преградил ей путь. Она зажала рот руками и молча смотрела на тело парня.

— Анюта, там смертельный яд, ближе трёх шагов подходить нельзя. Твой друг закрыл меня от убийцы, и удар достался ему. А яд не здешний, ты понимаешь? Его никто не смог бы спасти, он умер секунд за десять. Простись отсюда, нельзя к нему подходить.

Через несколько минут, когда губы дочери перестали что-то шептать, я запустил руну «Домна» и тело хорошего парня графа Марса де Горса исчезло в белом пламени.

— Влад! Туши пол, — и я убрал действие руны.

Пол на месте, где была температура выше 1500 градусов, превратился в горящий уголь, и когда Влад опустил на него сконденсировавшую влагу, затрещал и задымил.

Я уводил дочь к маме, а сам не мог отделаться от ощущения, что что-то сделал неправильно. Надеюсь, мои помощники догадаются забальзамировать тело Стасии в таком изменившемся виде.

Вечером я вызвал Влада. Долго раздумывал, нужно ли говорить это мальчику, в конце концов, решил, что нужно.

— Ты ворвался в Зал Приёмов, нарушив этикет, установленные правила и ещё кое-что. Стоило ли оно того? Что ты хотел?

— У меня получилось создать Воздушное Копьё! Я хотел тебе рассказать и показать!

— Понимаешь Влад, у меня очень серьёзная работа, я руковожу очень многими разумными. Они смотрят на меня, на мою семью. Кто-то может сказать, а почему сыну князя можно нарушить правила, а нам нельзя? Как ты думаешь, они будут правы, в своём возмущении?

— Отец, ты сам говорил, на всех не угодить, ну и пусть возмущаются. Вот станут князьями, и им можно будет что-то нарушать!

— Иди и приведи сюда маму!

— А которую? У тебя же три жены? — и смотрит так это, с ехидцей.

Ой, беда-то какая! Похоже, этого сына я уже упустил?

— А что непонятного в том, что я сказал? Если сказал маму, без имени, значит именно твою маму, у тебя их что, много?

— Ну, мы всех троих мамами называем!

— Быстро Влад! Ты сегодня очень провинился, и ещё пытаешься тут острить. Я жду!

Они пришли вчетвером, он привёл всех моих жён. Я вежливо, но твёрдо отправил Анейру и Ирену из кабинета. Я собрался ругать сына, и тут до меня дошло, что же было неправильно там, в Зале Приёмов. Вызвал секретаря, и потребовал срочно вызвать начальника службы безопасности.

Я повторил Ириане то, что говорил сыну сам, и что он — мне, до решения её пригласить.

— Во-первых, я считаю, что позиция нашего сына говорит о том, что он становится похожим на тех уродов, которые сопровождали принцессу, помнишь? Им тоже было всё можно, потому, что их папы чего-то достигли! Но это папы! И даже если наш сын сам по себе многого достиг, что говорит о его способностях, это не основание для вседозволенности. А он придёт к ней, если продолжит думать так же. А теперь главное, или, во-вторых, Если бы Влад не ворвался в Зал Приёмов с нарушением всех правил, скорее всего, граф де Горса был бы сейчас жив. Ты, Влад, своим внезапным появлением отвлёк всех: меня, охрану, графа, — чем тут же воспользовался наш враг, и напал на меня. Я ещё успел уклониться от удара, а граф пытался меня защитить и сам попал под удар. Если бы ты нас не отвлёк, этого бы не было, и жених твоей сестры был бы жив. Теперь иди, думай, — и проводил сына взглядом.

— А нам с тобой Ириана надо думать, откуда у него это высокомерие, от кого он мог этого набраться?

Когда до меня добрался граф де Стрелец, мне хотелось многое сказать о халатность охраны, самоуспокоенность, про глупые понятия, что аристократка, тем более девушка, не может задумать ничего плохого. Но я ему задал всего один вопрос:

— Как так получилось, что ко мне на приём пришла девица, вся увешанная оружием, причём один из кинжалов был отравлен ядом, от которого никто вылечить не может?

И, поскольку безопасник молчал, не зная, что сказать, отдал приказание.

— Я жив не благодаря охране, а по чистой случайности. А вот жених моей дочери в ту случайность не попал и умер. Будь добр сделать следующее. Войсковой разведкой командует капитан Роман Солдат. Пусть он проверит всех, кто входит в охрану князя и его семьи, на предмет их профессиональной пригодности! Что вскинулся Амир? Ты этот вопрос упустил. Когда на меня кинулась девица с кинжалом, ни один охранник, даже не дёрнулся. Это или отсутствие профессионализма, или предательство. Разбирайся сам. А пока в охрану поставь гномов из лёгкой пехоты. Немедленно, Амир!

Через несколько дней на прием ко мне пожаловал посол Фанского королевства. Оказывается, поленцы заявили ультиматум Фанскому королю. Фанцы должны оставить территорию, занятую в результате войны двадцать лет назад. Вся территория бывшего Росинского королевства должна принадлежать Поленской короне.

— Ваше Высочество, вы не можете не понимать, что поленцы на этом не остановятся. Они будут претендовать на всю территорию Росинского королевства, то есть и на ваше княжество. Наш король выражает уверенность в том, что агрессора нужно наказать, и только вы можете это сделать.

— Уважаемый посол, я ведь только недавно стал высочеством, иносказательный дипломатический язык мне даётся с трудом. Правильно ли я вас понял, что ваш король желает, чтобы я пошёл воевать с поленцами прямо сейчас, пока они у вас не отобрали территорию, когда-то принадлежащую росинцам?

— Ну, вы как-то очень грубо всё представили!

— Вы, вместе с поленцами шли на меня войной всего год назад. Сейчас вы рассорились, и я должен драться с вашим бывшим союзником за ваши интересы. Вы меня за идиота держите? Это оскорбление, господин посол!

— Но соблюдая, так любимый вами дипломатический протокол, отвечу так. Княжество Горное, согласно решению прошлогоднего международного совещания, имеет статус нейтрального государства. И мы намерены этот пункт решения совещания выполнять и в дальнейшем.

Посол поджал гуды и убыл на доклад к своему королю. Вскоре пришла информация, что фанцы оставили указанные территории поленцам и ушли без боя. Но вот зачем это всё поленцам, и чего от них ждать? Неужели погонят население этих территорий в свою армию, а потом на нас?

Я организовал совещание всех военачальников нашего содружества: от княжества, от Северного анклава и от царства гномов. Рассказал о своих сомнениях и о моём виденье ситуации.

— Они год назад получили по зубам, и вот вновь готовятся нападать. Вариантов не много, значит, они на что-то надеются. Они или в разы увеличат число солдат, или привлекут сильных магов. Необходимо организовать разведку, сбор любой информации, анализ этой информации. Готовиться нужно ко всем вариантам, но желательно заранее узнать их козыри. И организовать подготовку войск, тренировки в условиях, приближённых к боевым. Никаких упрощений, нужны деньги на организацию всего этого, говорите. Лучше потратить деньги, силы, время сейчас, чем в боях терять наших воинов. Командующим всех войск назначаю Торона ан Тур, с сегодняшнего дня у него звание — генерал, и титул — граф.

И закрутилось. Армии трёх анклавов усиленно тренировались, экономика анклавов в очередной раз становилась на рельсы подготовки к войне.

Со всем этим в очередной раз надолго отвлёкся от семейных проблем. Вдруг во время очередного совещания с оружейниками секретарь принёс записку от Анейры, всего два слова: «Анюту украли». Поручаю секретарю передать моим замам, что они остаются за меня. Общие вопросы — к герцогу Сержу ан Дрович.

Бегу домой, там Анейра, вся в слезах, рядом офицер охраны. Требую доклад.

Анюта с двумя подругами пошла в храм Святой Анюты, она туда часто ходила в последнее время. За сто метров от храма из переулка выскочили какие-то разумные. Черными болтами из арбалетов положили трёх охранников, а девушек оглушили ударами по голове. Обе подружки дочери остались живы, но когда они пришли в себя, Анюты уже не было.

— Офицер! В городе тревога! Закрыть все ворота! Никого не выпускать!

— Ваше Высочество! Тревога объявлена, только прежде, чем сигнал дошёл до стражи на воротах, через Восточные ворота проскочил отряд из двенадцати всадников. Они конями сбили с ног стражу, даже убивать никого не стали, и умчались.

— Послать отряд по их следам. Скорее всего, их не догонят, но на всех развилках меня должен ждать кто-то, кто укажет дорогу, куда они ушли. Я собираю отряд и выезжаю следом. В гарнизоне объявить построение. Срочно передать капитану Роману Солдату, что мне нужен отряд снайперов и команда головорезов. Службе Выездов, подготовить максимальное количество лошадей под отряд, который будет двигаться одвуконь.

Перед отрядом гномов выступил с вопросом, кто из присутствующих был в команде, штурмовавшей дворец царя два года назад. Вышли трое. У Романа Солдата под рукой оказались шесть снайперов и пять разведчиков. Пока разбирался с бойцами, ко мне подошли наши маги виконт Николь де Борзони и Маркус де Бриль, который тоже стал виконтом.

— Куда это ты, Ваше Высочество без нас?

Через час отряд из семнадцати всадников устремился в погоню за похитителями, но до границы мы их догнать не смогли. У них всё было хорошо продумано, через каждые двадцать — тридцать километров их ждали свежие лошади, на постоялых дворах были заказаны и ждали готовые обеды. Преодолев до темноты расстояние почти в двести километров, они перешли границу, а нас на границе ждал целый полк поленской армии. Когда мы стали разворачиваться к нам выехал один всадник, это был офицер в чине полковника, он знал меня в лицо. Обратившись довольно вежливо, он сказал, что Его Величество Поленский король приглашает меня на аудиенцию в город Росград, который ныне назывался Кракун, гарантировал вежливое обращение в дороге и даже оружие у меня забирать не будут. Я взял время подумать.

Конечно, все меня отговаривали, мол, лезешь в пасть к мрау, и дочь не спасёшь и сам погибнешь!

Выслушав всех, принял своё решение. А им дал команду найти одежду под местных, даже можно под солдат поленской армии, но это, в крайнем случае. Собраться в корчме, что посредине между Росградом и городком Росток. Ждать меня две недели, то есть двадцать дней. Жить не в корчме, там только сигнальщик, остальным быть незаметными, разойтись по лесам и деревням, но быть готовыми к сбору. Если у кого-то возникнет угроза провала, уходить самостоятельно в Росинское королевство. А сам пришил несколько карманов, наложил на них руны Сумки путешественника с максимальным для меня уменьшением массы и объёма предметов, и рассовал по этим карманам всё, что, по моему мнению, могло мне понадобиться в этом опасном путешествии.

Потом я подъехал к границе, и, дождавшись, когда часовые вызовут полковника, потребовал, чтобы он поклялся своей жизнью перед ликом Сияющего, что то, что он обещал, он выполнит, и доставит меня к королю в неприкосновенности, как дипломатическое лицо. Офицер дал такую клятву, и мы поехали в сторону бывшей столицы. Кстати я ехал не на своём коне Ужасе, уж больно он был приметный, и выделялся своей окраской среди всех лошадей.

Не буду описывать, как мы преодолели эти сто километров. Я был на положении пленника, но пленника уважаемого. Без присмотра я даже в туалет не мог сходить, но мне никто не дерзил, не мешал спокойно ехать и думать. Когда мы останавливались в очередной корчме, её окружали военные, всех посторонних удаляли, и только после этого мне разрешали зайти в корчму. А я не капризничал и не устраивал каких-то проблем своим конвоирам. Зачем, они ведь просто выполняют приказ? А вот чего от меня хочет Поленский король? Если просто убить, то уже были возможности у моих конвоиров, но они ими не воспользовались! Как же не хватает информации!

Через два дня мы прибыли в Кракун. Меня поместили в камеру в подвале дворца. Обставлена она была, как номер в дорогой гостинице, что не отменяло запоров на дверях и наличие блокираторов магии. В процессе работы в Университете в роли преподавателя амулетостроения, я задался целью разобраться с этими блокираторами. В чём-то мне помог Алоин Бертальский, но результаты я не рискнул даже ему показывать. Суть того, до чего я смог докопаться сводится к фразе: можно поставить блокираторы на блокираторы магии. Когда обычный маг попадает в зону действия блокиратора, он не может пользоваться магией, а его внутренний источник и все накопители начинают разряжаться до полной потери энергии. Так вот я нашёл или, точнее, составил руну из кусочков других рун и плетений, которая позволяет предотвратить разрядку, как внутреннего источника, так и накопителей. Если вы помните, изначально, у меня был очень слабый внутренний источник, и я оттачивал способность работать с накопителями, как с внутренним источником. Я развил свой источник, сейчас его ёмкость около полутора тысяч единиц, или энергет, как у архимага, но я по-прежнему могу свободно брать энергию, как из источника, так и из накопителей, тем более, что часть моих костей исполняет роль этих накопителей. Кроме того эта руна даёт возможность осуществлять магические действия в помещении, где стоит блокиратор. Правда даётся это с большим трудом, запуск плетения или руны приходится, как бы, продавливать через преграду, и энергии на запуск плетения или руны нужно в разы больше.

Итак, я могу заблокировать действие блокираторов, но если мой источник будет не опустошён после ночи в этой комнате, то это вызовет подозрения. Поэтому внутренний источник оставляю открытым, а все накопители закрываю руной, блокирующей блокираторы. А ещё они у меня закрыты плетениями, не позволяющими видеть другим магам, что у меня в организме скрыты накопители. Эти плетения вложил в мой биокомпьютер — Комп «господин Кошкин» ещё там, на Земле, то есть это технологии другого мира, более развитого в плане магии, поэтому вряд ли кто-то сможет их преодолеть.

Мне принесли ужин, но я в тюрьме кушать не буду, так как не хочу проснуться связанным и голым. Утром мои тюремщики были явно недовольны тем, что я не стал есть то, что мне принесли на ужин. Поскольку, ни воды умыться, ни завтрака мне не предложили, делаем вывод, что они были уверены, что завтрак не понадобиться. Значит, правильно не стал ужинать.

Часа через два за мной пришли, повели по каким-то коридорам, потом предложили пройти по очень узкому тоннелю. И как только я шагнул в этот тоннель, мне в затылок чем-то сильно ударили, наверное, древком копья.

Очнулся я в кресле, слегка похожем на трон. Только сделан был этот «трон» очень крепким и грубым, а мои руки и ноги были примотаны к подлокотникам и ножкам этого «трона». Находился я в помещении, похожем на Зал Приёмов. Кроме меня в помещении находились эльф в одеждах богатого вельможи, и разумный, похожий на поленца, в одеждах, похожих на наряды королей, в которых они прибывали на совещание два года назад. Ещё здесь был полковник, который меня доставил и какой-то генерал. А в стороне, на каком-то ложе лежала Анюта, и около неё хлопотала, служанка, в которой я с трудом узнал девушку из клана убийц, дочь Графа.

В данном помещении так же, как и в моей камере не действовала магия.

— Ваше Величество, пленник очнулся! — это эльф.

А я между тем накладываю на себя руну блокировки блокиратора.

— Ну, здравствуй, князь, — без всякого уважения в голосе приветствовал меня поленец.

— Мы не знакомы, я короля Поленского королевства. Твой дикий взлёт, и победа в войне, заставляют относиться к тебе с уважением. Но это — для простых смертных. А я тебе сразу говорю, пойдёшь под мою руку, дашь клятву верности, будешь жить сам, и твоя дочь будет жить. Могу даже наместником тебя поставить на этой территории. Что ты рожу-то кривишь? Я из-за тебя сам сюда приехал, а ты не ценишь. Я мог дать команду, доставить твою дочь к нам в Поленское королевство, вот бы ты тогда побегал!

Судя по разговору, это и есть Поленский король. Пока он говорил, я отметил фразу: «…для простых смертных». То есть он не простой смертный. Надо доставать жезл, но он, возможно, не сработает при блокираторе магии. А где здесь блокиратор? Не думаю, что в Зале Приёмов будут устанавливать стационарный блокиратор, иногда ведь и хозяевам магия нужна. Ага, недалеко от меня стол, а на столе какой-то кристалл похожий по форме на половинку кирпича, только полупрозрачный, как белый корунд.

А король продолжает пророчествовать

— Честно говоря, мне сильно не нравится твоя дружба с гномами, не люблю я их. Но с другой стороны, ты очень любишь деньги, а это значит, что ты нормальный разумный. Я про тебя знаю почти всё. Ещё десять лет назад ты был простым бароном, а потом подружился с гномами, спёр у них некоторые технологии и быстро пошёл в гору. Разбогател, оказал гномам какие-то услуги, и узнал у них ещё больше технологий. Ну, а дальше они тебя приняли за парня из их легенды, и ты этим ловко воспользовался. Стал главой клана, и они доверили тебе свои войска для борьбы с Тройственным союзом. Дашь клятву верности, я доверю тебе подготовить нашу армию по подобию армии гномов. Говорят, что у них очень эффективный боевой строй со щитами и длинными копьями, ты же ими командовал, всё знаешь, сделаешь так же. А вот наш золотой запас, что ты украл на побережье в городе Приморске, придётся вернуть. У тебя итак неплохие доходы от тех технологий, что ты позаимствовал у гномов.

Пока он разглагольствовал, я преобразовывал структуру верёвок, которыми были примотаны мои ноги и руки к креслу. Не всей верёвки, а только узенькой полоски. Я могу магией укреплять верёвки и нитки, но могу и нарушить их структуру настолько, что они просто распадутся. Именно это я и делал, пока король говорил и говорил. При этом полковник делал вид, что его очень интересуют фрески на стенах, а генерал внимал своему королю с максимальным вниманием, боясь пропустить хоть слово вселенской мудрости. А эльф откровенно морщился, как от чего-то кислого. Причём этот холёный и лощёный «высший» — вор. Мой Сумрак висел у него на поясе, а дага — на поясе генерала. Наконец, я был уверен, что все верёвки, удерживающие меня готовы распасться при малейшем усилии. Я дёрнул руками и ногами, перекатом ушёл к столу, доставая, в движении, копию своей шпаги, только эта была учебная и затуплена. Встал и со всего размаха ударил этой шпагой по кристаллу, что лежал на столе. Он разлетелся на мелкие осколки, и в помещении стала доступна магия. Первым на это среагировал эльф, который был магом, и очень сильным магом. Не знаю, чем он меня приложил, то моя тушка полетела в сторону стены, не касаясь пола. Несмотря на сильный удар, моя голова вполне соображала, и я окружил себя Чёрным куполом, это спасло меня от удара о стену. Я плавно затормозил перед стеной, купол спружинил и я упал вперёд, что спасло меня от очередного удара. Король послал в меня что-то, типа воздушного копья, и это пролетело над моей головой, проникая сквозь мой «непробиваемый» Чёрный купол. От стены полетели осколки, но мне было не до того. Как мог быстро вытащил из потайного кармана жезл Контролёра и направил его на короля, а потом на эльфа. Король предсказуемо дёрнулся и упал лицом вперёд, а из его затылка показался хорхар, а на эльфа жезл влияния не оказал.

Этот эльф подскочил к моему Чёрному куполу и начал наносить удары Сумраком. И купол начал проседать, ещё бы несколько ударов, и он бы его пробил. Я вполне отдавал себе отчёт, что это сильный маг, и мечник, и с учебной шпагой мне его не победить. Но в это время на мага сзади прыгнула девушка служанка, втыкая ему в шею сразу две красные арбалетные стрелки. Он в развороте сбросил её с себя и ударил по ней каким-то плетением. Тут уже я запустил в него три стрелки: сначала в ухо, когда он повернулся ко мне лицом — в один глаз, а когда он закричал — в рот. Потом я прыгнул вперёд и вырвал у него из руки Сумрак, взмах, и его голова отделилась от туловища. И тут я вижу, что хорхар вылезший из затылка короля протянул руки к генералу, и тот сам идёт к нему, берёт его в руки и сажает себе на затылок. Я быстро поднимаю жезл и направляю его на эту композицию. И генерал и хорхар замирают, а я подбегаю к ним и рублю Сумраком сверху вниз, рассекая и хорхара и голову генерала. Этот хорхар не такой, каких я встречал раньше. Те были розовенькие, как младенцы, а этот какой-то серый, голова почти черная, и он крупнее других. Полковник, встаёт на колени и поднимает руки в жесте «сдаюсь». Я бросаюсь к девушке служанке, точнее к дочери главы клана убийц. Эльф направил на неё плетение Серая гниль. У неё уже практически нет ног, и скоро она умрёт.

— Ты сейчас умрёшь. Что я могу сделать для тебя.

— Защити моего сына. Его зовут Росток. Меня зовут Орхидея. Отец называл Звёздочкой. Обещай!

— Клянусь, что возьму твоего сына в свой клан.

Она ещё раз взглянула на меня и рухнула на пол, постепенно превращаясь в лужу серой жижи. Наверное, это мучительно больно. Не дожидаясь постепенной её гибели, направляю на неё плетение Чёрный прах, и всё, что было красивой девушкой и грязной лужей, всё это превращается в чёрный пепел. Накладываю сверху Чехол, чтобы прах не разлетелся.

Смотрю на полковника, он с ужасом смотрит на останки короля и генерала, со страшным карликом на затылке. На всякий случай накладываю на него лёгкий паралич. Вижу, что плетение не проходит, давлю своей волей, на груди у полковника сгорает амулет, тот пытается его сорвать, но наступает паралич, и он замирает. Подхожу, срываю сгоревший амулет, сейчас это горячий кусок золота, так как кристалл рассыпался. А я спешу к Анюте. Она всё также лежит на этом ложе, типа топчана. Суечусь вокруг неё и понимаю, что ничего не могу сделать. Я не знаю плетения, которое на неё наложено.

Я встал рядом с дочерью не колени, готов разрыдаться, но понимаю, что это не поможет. Тогда я кладу руку ей на голову и поднимаю взгляд вверх, в зенит.

— Боги этого мира, если сейчас вы не отзовётесь, я прокляну вас всех!

— «Ты обнаглел смертный, что ты хочешь?» — звучит в моей голове, и сейчас мне не важно, кто мне ответил.

— Вызовите ко мне Контролёра, который лечил Анюту, и которого вызывала Святая Анюта.

В ответ тишина, но я жду. Было бы действительно наглостью требовать, чтобы боги разговаривали со мной вежливо, отвечали корректно, называли по имени или Ваше Высочество! Подобрал меч и дагу, сажусь на топчан, кладу голову дочери мне на колени и баюкаю её, пытаясь достучаться до её сознания. Но у меня ничего не выходит. Потом набрал пепел, что остался от девушки, которая меня спасла, в мешочек из-под монет.

Минут через двадцать, показавшиеся мне несколькими часами, в зале открывается портал и из него выходит боевая тройка Контролёров. Боевик тут же проявляет агрессию.

— Ты, потомок Тура, как ты сумел сбить настройку портала? Ещё раз сделаешь так, я тебя лично уничтожу!

— Заткнись! — я решил, что с хамом надо по-хамски и разговаривать.

— Михаил Александрович! Как это всё понимать? — это Старший контролёр пытается быть вежливым.

— Для вас вон там подарок, а вы, целитель, идите ко мне, — машу рукой в сторону трупика хорхара, а потом призывно машу их целителю.

— Это же Архорхар! — вопит их безопасник, потом Старший контролёр что-то бубнит в переговорное устройство.

А я показываю целителю на Анюту:

— Тут что-то из ваших высших миров, можешь спасти?

Контролёр наклоняется над Аютой, водит рукой вокруг тела девушки сначала спокойно, потом его движения становятся быстрыми и нервными.

— Подожди.

Целитель отходи к своим коллегам, отбирает переговорное устройство у Старшего контролёра, от чего тот приходит в состояние изумления, и начинает что-то диктовать, чётко, жёстко, как будто диктует цифры. От такого афронта, а скорее от содержания того, что диктует Целитель, Старший контролёр бледнеет, и вытирает мгновенно вспотевший лоб. Безопасник вообще сейчас похож на полковника, который застыл под действием паралича. Через несколько минут, открывается ещё один портал, из него выходят две женщины, по крайней мере, я так их определил по фигурам. Обе одеты в облегающие комбинезоны с прозрачными шлемами. Одна из них направляется к хорхару, или Архорхару, и начинает его упаковывать в какой-то контейнер. Вторая подходит к нам, молча сгоняет меня с топчана, и начинает колдовать над Анейрой. Мы с целителем остались не удел, стоим статистами.

— Как вас называть, а то третий раз встречаемся, а как обратиться не знаю?

— Намекаешь, что это не последняя встреча?

— Кто знает, как судьба повернётся?

— Ладно, называй Василием.

В это время Анюта стонет, и начинает шевелиться, открывает глаза.

— Василий, а вы можете нас отсюда отправить в безопасное место? Мы сейчас в центре враждебного государства. Нам бы с дочерью домой попасть.

— Ну, ты наглец!

— А тебе не стыдно? Я вам Архорхара отдал, а вы опять, наглец, наглец…

— Да, уел! Кстати, жезл верни. Раз ты Архорхара убил, больше этих тварей на планете нет.

Отдаю жезл. К нам подходит одна из женщин, та, что упаковывала Архорхара.

— Кто вы?

— Ваш старший контролёр считывал мою память, проще его спросить. Правда, у меня произошли изменения, я сейчас работаю князем, — вот не удержался от ехидства, — С одной стороны, от человеческого анклава я Мики Дрович, князь Горный, а со стороны анклава гномов, я Глава клана Алекс анд Дрович.

Женщина смотрит на меня довольно долго.

— Я Глава этого сектора. У вас есть какие-то пожелания?

— Как бы сделать, чтобы ни одна старшая цивилизация к нам не лезла? Мы наделаем кучу ошибок, но пусть это будут наши ошибки, и мы сами их будем исправлять. У нас есть ещё большой материк, его называют Диким и там все со всеми воюют. Я не знаю почему, и не хочу туда лезть, но возможно и там какая-то внешняя цивилизация воду мутит.

— Какую воду?

— Это поговорка. Мутить воду, значит организовывать беспорядки.

— Какой богатый эмоциями язык! Я вас услышала. Обеспечим невмешательство со стороны.

Она что-то сказала Василию, и он протянул мне продолговатый предмет, похожий на пейджер.

— Это для экстренного вызова, но не злоупотребляй. Хотя должен сказать, зря ты не вызывал.

— Так ты отправишь нас домой?

— Я сама вас отведу. Мне интересно посмотреть как вы живёте, — это глава сектора.

— Тогда скажите, как к вам обращаться, а то придём в наш дом, а я не знаю, как вас представить?

— Называйте Мария Ивановна. Ну что девушка, сама встанешь, или тебя на руках нести?

Анюта неуверенно встала на ноги подумала и сказала:

— Я в порядке, могу сама идти.

— Тогда пошли, — и Мария Ивановна шагнула в открывшийся портал.

Я снял паралич с полковника, воскликнул: «До свидания», — и, взяв дочь за руку, шагнул в портал.

Оказались мы в Зале приёмов. Здесь рядом с троном стояло три кресла, в них восседали три княгини, и шёл приём посетителей, которых было около десятка разумных.

При виде портала, и вышедшей из него Марии Ивановны, многие из присутствующих пали на колени, все стали осенять себя священным кругом.

А тут вываливаемся из портала мы с Анютой. Мои жёны, тут же воспрянули духом и Ириана выдала:

— Смотрите, опять бабу притащил! — от чего Мария Ивановна очень симпатично покраснела, и захлопала ресничками.

— Ну как не стыдно, они нашу дочь спасли от смерти, а вы свои женские козни строите! — теперь уже покраснела Ириана.

— Ирена, где Роза, срочно мне её найдите!

Я повернулся к посетителям.

— Уважаемые господа, вы видите, тут к нам на часок божественные гости заглянули. Давайте приём перенесём на послезавтра. Если что-то не терпит отлагательства, тогда к заместителям, скажете, что у князя форс мажор, он пока не может заниматься проблемами.

— Какие слова знает! — это Ирена язвит по привычке, и выскакивает из зала, побежала вызвать Розу.

— Как у вас тут интересно! Это ваши родственницы?

— Это мои жёны, представляете, как мне тяжко? Одно утешение, дети меня уважают, правда, тоже не все.

— А сколько у вас детей?

— Вот, жён три, а детей всего восемь! Представляете? Нет, чтобы десятка два. А так приходится трястись над каждым, вон за старшей дочерью аж во вражеское государство попёрся!

В эту перепалку вклинивается старшая дочь:

— Мария Ивановна, вы его не слушайте, это он обиделся, что его мамы плохо встречают. Я им потом устрою головомойку. У нас очень дружная семья, правда и очень необычная. Так не принято, чтобы у одного мужа было три жены, но они сами так захотели, потому, что любят. Но из-за этого и ревнуют, а тут вы, такая красивая, да ещё в такой облегающей одежде. У нас это сочтут очень не скромным. Мама, давай твоё зелёное платье оденем на Марию Ивановну!

— Я сейчас, — Анейра бросилась на выход.

— Аня, стоять! Мария Ивановна, каким временем мы располагаем? Час, день, месяц?

Глава сектора этой галактики рассмеялась.

— Нет, нет, не больше двух часов.

— Девушки, кратко показываем гостье дворец, потом я показываю слайды Семигорья и Загорья, потом сходим к Дереву Жизни. Оно хоть выросло?

— Слушай, твои дочери, они прямо колдуньи какие-то, или ясновидящие. Розу от дерева оттащить не могли, говорит, а вдруг папа с гостями приедет, а дерево маленькое. Оно у неё уже выше крыши дворца.

— Ну, значит, всё как я сказал. Анейра веди Марию Ивановну в свой будуар, экипируйте её по здешней моде, а когда будем слайды смотреть, пусть нам сделают перекус.

Тут в зал вбегает Роза.

— Папа, Анюта, вы вернулись, как здорово!

— Роза познакомься, это Мария Ивановна. Она работает старшей богиней среди нескольких десятков миров. Очень устала от такой работы, вот заглянула к нам чуть-чуть отдохнуть. Мамы её сейчас переоденут, потом они пройдут по дворцу, мы покушаем, и ты нас сводишь к своему дереву, похвастаешься!

Женщины увели Марию Ивановну в сторону княжеских покоев, Роза убежала следом, ещё бы, побыть рядом с богиней!

Анюта прижалась ко мне всем телом, а тело у неё взрослой девушки, мне аж дискомфортно стало.

— Папа, а что там было, я ничего не помню? Шли около храма Святой Анюты на нас напали, убили солдат, меня ударили по голове, а очнулась, меня сразу в этот непонятный переход и сюда.

— Тебя выкрали поленцы, на тебе было какое-то плетение, которое я не знаю, пришлось обратиться к богам. Я обратился грубо, рассердил их, но помогли, вызвали Контролёров, это те про кого я тебе рассказывал. Но там ещё кое-какие проблемы нарисовались, и контролёры вызвали подкрепление. Вот прибыла Мария Ивановна, она у них начальник, — потом добавил:

— Чтобы тебе было понятно. Вот приезжаем мы в деревню к деду, у них там простые люди смотрят на нас как на богов, мы ведь парню отрубленную руку прирастили. Да много кого там мамы исцелили, а я там всяких врагов покрошил. Вот и говорю, мы для них, как боги. Вот и эта Мария, и все эти Контролёры, они про себя думают, что они обычные разумные, владеющие магией. Но уровень их магии так высок, что они для нас как боги. Ты сейчас пойди к женщинам, я бы хотел, чтобы вы с Розой подружились с этой Марией, или, хотя бы произвели на неё благоприятное впечатление. Заискивать не надо, будь сама собой. Будет ситуация подходящая, можешь рассказать про себя, про университет, про нашу семью. Хотя нет, про семью ты уже рассказала, этого достаточно.

Анюта тоже убежала. Не знаю, то ли Контролёры ей эмоциональный фон подправили, то ли от всех этих жизненных передряг, но вроде отвлеклась от своего горя — гибели жениха.

Так, переодеться, и направить людей за теми, кого я оставил в Поленском анклаве. Это я сделал быстро. Потом в малой столовой, на белой стене показывал слайды местной природы и нашей жизни. На Марию очень сильное впечатление произвела природа Семигорья. Ещё она приходила в умиление, когда попадались слайды, на которых наши малыши ловили рыбу, тогда я ещё показал давний слайд, как шестилетняя Алина залечивала мне руку.

Потом покушали, и на гостью произвели впечатление свежесть и натуральность продуктов. Подозреваю, что у них, как пишут фантасты, вся пища из синтезаторов.

Завершающим этапом пошли к Дереву Жизни. Видимо в мире Марии Ивановны это чудо природы называется по-другому, потому, что на наши слова «Дерево Жизни» она никак не реагировала, а вот когда мы подошли к нему, Мария встала на колени, и долго гладила ствол дерева, шепча что-то на своём языке. Видя такое отношение к тому, что она вырастила, наша Роза расчувствовалась, и, вытащив из кармана два орешка, преподнесла их Марии. Мы все обалдели от того, что у Розы оказывается, целые запасы этих орешек. А Мария чуть в обморок не упала. Когда Мария брала эти орешки из рук Розы, руки женщины дрожали. Тогда я усадил Марию на скамью в сквере, рядом посадил Розу и сказал, чтобы она проинструктировала, как нужно сажать и выращивать такое дерево. Напомнил, какие ошибки она сама допускала. К ним подключилась Анюта, и они общались почти час.

Когда все вернулись в наши покои, и Мария стала собираться в обратную дорогу, я предложил подарить Марии ту одежду, что на ней была, пусть у неё останется память об этом визите. Портал распахнулся, портал схлопнулся и мы остались только семьёй.

— Ирена, пожалуйста, проконтролируй информационные листки, что они напишут про визит Марии. Никаких чудес, обыкновенная работа у богов, решили проверить, готов ли Князь противостоять поленским захватчикам. Они собираются лезть на нашу землю, вот боги и беспокоятся. Проверили, сказали, что князь всё делает правильно. Хвалить не надо, просто одобрили и всё.

— Майкл, как так можно, ты уже решаешь, что боги сказали, что они подумали, — это Ириана.

На мою защиту сразу встают Анюта и Мики.

— Мама Ириана! Вы не представляете, какие уже разговоры пошли в народе. Население города готово вас всех записать в святые. К вам же запросто боги в гости ходят!

— Папа правильно говорит, надо буйный пафос переводить в рабочее русло, мол, будете всё правильно делать, боги придут, посмотрят и скажут молодцы, продолжайте в том же духе. И не восхваления нужны, не длинные молитвы, а делом надо доказывать богам, что ты хороший. Вот наша семья старается на благо княжества, сколько всего сделали в виде помощи и бесплатно, вот к нам боги и заглянули.

Я молчу, просто смотрю на Ирену. Она не выдерживает:

— Да поняла я, поняла, с утра и займусь.

— Возьми себе помощника, который будет этим постоянно заниматься, и вдалбливай ему или ей, что нужно нашей семье от этих информационных листков. Вот как Мики сказал, не надо нам пафоса. Мы труженики, и хотим, чтобы нам подражали именно в этом, а не в том, что мы драгоценности носим. Кстати, если об этом речь зайдёт, смотри, шесть перстней, но все они не украшения, а амулеты для работы. Магу как без амулетов работать?

Так и закончился этот хлопотный день. Слава Сияющему, дочь удалось вернуть живой и здоровой и сам жив, и отдал распоряжение, чтобы мои помощники выбирались с вражеской территории.

Глава 13. Возвращение Росграда

На следующий день проверил отправку агентов в Поленское королевство, чтобы предупредили членов моей команды, что я уже в Годунграде, и им нужно возвращаться.

— Капитан, нужен какой-то знак, чтобы они поверили, а то ещё подумают, что это провокация, и не захотят возвращаться, будут ждать. А начнутся боевые действия, они могут попасть под общий замес.

Потом мне вызвали Графа, главу клана убийц. Пригласил его в корчму для спокойной беседы. Он пытался отказаться, но я дал слово, что никакой ловушки там не будет.

Я налил вина, но Граф пить не спешил.

— Я похоронил твою дочь. Она спасла мне жизнь. Перед смертью она сказала: «Защити моего сына, его зовут Росток. Меня зовут Орхидея, а отец называл Звёздочкой. Поклянись!», — и я поклялся, что приму её сына в свой клан. Член моего клана, не может быть членом вашего клана!

— Внука не отдам, у меня больше никого не осталось!

— И ты хочешь ему такой же судьбы как сыну и дочери?

— Он будет лучшим, он будет лучше меня, его никто не достанет.

— Граф, его мать, твоя дочь, не хотела ему такой судьбы, она с меня взяла клятву. Я не собираюсь нарушать клятву, данную той, которая спасла мне жизнь. Клятву, данную той, кому я должен, за мгновение до её смерти. Мы с тобой можем стать врагами, если ты будешь прятать от меня внука. Но ты подумай вот над чем. Ты уже и сам не молод, надо как-то устраиваться в жизни, переходить на легальное положение. Если дашь слово, что не возьмёшь больше ни одного заказа, я дам команду, и Стража тебя искать не будет. Опасность может быть только от твоих бывших подельников, или от недовольных клиентов. Тут уже сам выкручивайся. Но проще всего, иди в мою специальную службу, там ты будешь готовить молодёжь, но не в наёмные убийцы, а в специальные войска. Твой внук будет рядом, можешь видеться с ним хоть каждый день. И ему не нужно будет выкручиваться на вопрос, а кто твой дед? А дед — инструктор спецотряда. И трогать тебя никто не решиться. А лет через пять никто и не вспомнит, кем ты был. Только вот по поводу Графа, это просто кличка, или ты и правда, граф по рождению.

— И титул и земли, всё было, только сосед был сильнее и влиятельнее, а я был слишком молод, устроил скандал, вот и пришлось бежать за границу.

— А на чьей территории было графство?

— Недалеко от Росграда.

— Обещать ничего не буду, но своих я не бросаю. Ты можешь и не становиться для меня своим, а твой внук для меня уже свой, благодаря матери, твой дочери. Так что не мудри, подумай о парне, не о себе, а о нём! Приводи его завтра в княжеский дворец перед завтраком. Если сам не хочешь рисковать, пусть кто другой приведёт. А тебе ещё раз предлагаю, иди инструктором в спецотряд. Если решишься, подойди к капитану Роману Солдату, я его предупрежу.

Мальчика привели рано утром, я сам его встретил и повёл на завтрак. По дороге стали разговаривать.

— Как тебя зовут?

— Деда не велел говорить.

— Твоя мама сказала, что тебя зовут Росток. Но тебя под этим именем знают люди, которые нарушают законы. Я бы хотел, чтобы ты взял себе другое имя. Ты знаешь, как называется самый опасный хищник в лесу?

— Мрау, это все знают.

— Да все. Но если тебя назвать Мрау, все будут смеяться, ведь ты ещё ребёнок, какой ты Мрау? Но вот на далёких островах есть такой зверь — лев. Он почти как мрау. А у людей на тех островах этому зверю соответствует имя Руслан. Предлагаю тебе такое имя. Ты согласен?

— А если не соглашусь?

— Тогда давай вместе будем придумывать, предлагай, какое имя ты бы хотел?

Мальчик подумал и сказал:

— Я согласен. Пусть будет Руслан.

На завтраке я познакомил его со всей семьёй.

— Ты не переживай, если сразу не запомнил всех.

— Я запомнил, — уверенно сказал мальчик.

Он был ровесник Катрин и Влада, и я попросил их принять парня в свою компанию. Сказал, что у него слабый источник, потому, что ему никто не помогал развивать магические способности.

— Катрин, Влад, вы уже студенты Университета, а с Русланом только мама занималась и учила его грамоте. Поэтому вы воспринимайте его таким, какой он есть, но помогайте во всех науках. И помогите развить источник. Амулетов и накопителей у вас много, поделитесь.

Потом поговорил с одной Катрин. Сказал, что его мама спасла мне жизнь, а сама погибла. Для меня будет просто позором, если Руслан не уживётся в нашей семье и захочет уйти. Только не надо с ним сюсюкаться как с маленьким. Он жил с очень строгим дедом, поэтому к нем нужно относится просто как к равному. Надеюсь, что с девочкой парню будет проще говорить.

Черед два дня, когда мальчик немного освоился в нашем доме, я вручил ему кошель с прахом матери и пять золотых.

— Сходи к деду. Ему интересно как тебя здесь приняли, как ты теперь живёшь. Но главное не это. Вот в этом мешочке часть праха с места гибели твоей мамы. Я её должен жизнь, но её я спасти не мог, там была применена запретная магия. Вот деньги, на эти деньги прошу сделать её захоронение и поставить памятник, чтобы и тебе и мне была память о ней. Где и какой памятник ставить, решите вместе с дедом. А мне потом покажешь.

— А как она погибла?

Я подробно рассказал, и пока рассказывал, возникла идея памятника.

Много позже, мы с Русланом стояли перед могильной плитой, установленной вертикально, на ней был выбит барельеф: молодая женщина шагнула вперёд, она вся была охвачена огнём, при этом в одной руке у неё был обнажённый кинжал, а в другой арбалетный болт. Надпись на плите: «Орхидеи не горят! Память о тебе будет вечной». И, когда бы я ни заглянул в этот уголок кладбища, на плите всегда лежали свежие цветы, скромные, полевые, но всегда свежие.

Между тем, на поленской территории начали происходить непонятные перемещения войск, и мы выдвинули свои войска к самой границе. В войсках распространили информационный листок о похищении Анюты, о попытках принудить меня служить им, и о помощи богов в том, что мы с дочерью смогли сбежать от поленцев. Поленцам надо отомстить.

Наконец разведка донесла, что поленские войска начали сосредотачиваться в районе Кракуна, бывшего Росграда.

Теперь уже я начал комплексовать, как истинный интеллигент. В прошлой войне мы защищались и воевали на своей территории. А сейчас надо идти в наступление на чужую территорию. Да, двадцать два года назад, это была территория Росинского королевства, Но ведь более двадцати лет она считалась не нашей. Там выросло новое поколение, для которого Росинское королевство не было родиной, они же будут считать нас захватчиками!

Вот такой моральной фигнёй я мучился почти месяц, а потом с поленской территории вышла моя команда. Команда вернулась вся, правда не обошлось без стычек с патрулями, и три бойца были ранены, но их уже подлатали, и они уже в строю. Поблагодарил за службу, наградил каждого простого воина пятёркой золотых, виконтам пообещал отблагодарить позже. А потом они начали рассказывать, что видели на вражеской территории. Поленский король, готовясь к завоеванию фанской части бывшего Росинского королевства, а далее и нынешнего Росинского королевства, пошёл по пути устрашения населения. В свои войска он собрал все остатки краинской армии, и потом проводил набор солдат в основном на территории, которая двадцать лет принадлежала Краинскому королевству. Не могу сказать, с чем это связано, но солдаты с этих территорий отличались жестокостью к населению тех территорий, где они проходили. Грабежи, изнасилования, избиения недовольных, всё это было в порядке вещей, для таких армейских частей.

Один раз мои разведчики наблюдали такую картину. Отряд поленской армии численностью до трёхсот солдат, укомплектованный выходцами с указанных территорий, вошёл в деревню. Это была деревня на территории последние двадцать лет управляемой поленцами. Видя солдат в поленской форме, население вело себя достаточно дружелюбно. Но вот солдаты схватили нескольких девушек, и затянули их в свою толпу. Девушки начали кричать, и местные парни и мужчины попытались их освободить, началась драка. Тогда солдаты достали мечи и начали рубить всех подряд. За несколько секунд они поубивали всех, кто стоял вокруг их отряда, кроме молодых женщин и девушек. Их потащили на площадь, а часть солдат пошла по домам. Они убивали всех, кто, по их мнению, не годился, для потехи: стариков, детей, мужчин, женщин в возрасте. Одновременно с этим они грабили дома. А потом на площади началось массовое изнасилование молодых женщин. Когда потеха закончилась, всех полуживых и истерзанных женщин сбросили в колодец.

Выслушал молча. Потом приказал всё это описать в информационных листках, и зачитать эти листки в воинских частях. В то же день на вражескую территорию ушла разведка по схеме широкого веера.

А на следующий день, с утра наша армия двинулась вперёд, вычищая все мелкие и крупные отряды поленской армии, бродившие в этих землях. В результате пришлось двигаться не единым кулаком, а «растопыренными пальцами». Наша армия двигалась вперёд десятком колонн, поддерживающих между собой связь и держащих общую линия фронта. Это сильно замедляло скорость продвижения, но наш Венный Совет решил придерживаться именно такой тактики. Теперь мы могли быть уверены, что мы не пропустим мимо своего внимания вражеские отряды, которые могли бы ударить нам в спину. Чем ближе мы подходили к Кракуну, тем больше становилось на нашем пути мелких отрядов, превратившихся в натуральные банды, грабивших и убивавших всех, кто им попадался.

Наверное, кто-нибудь назовёт наш проход от границы до Кракуна кровавым, потому, что мы этих бандитов и мародёров не щадили. Самых отъявленных убийц и садистов я приказал кастрировать и вешать. Остальных просто убивали мечами, или арбалетными болтами, и сваливали в кучу. Отдав приказ местным жителям закопать эти останки или сжечь, наши отряды шли дальше. Когда до города осталось двадцать километров, нам навстречу выехали парламентёры с белыми флагами. Собственно выехали они навстречу другому отряду, но уже через час я знал, что парламентёры хотят встретиться именно со мной.

Когда мы встретились, я увидел офицера, бывшего полковника, который участвовал в моей встрече с поленским королём пару месяцев назад, он был уже в форме генерала. Раскланялись, согласно дипломатическому этикету, потом генерал спросил меня.

— Ваше Высочество, вы могли бы нашим маршалам и генералам показать и доказать, что король управлялся каким-то существом.

— Генерал, а вам-то это зачем? Возьмите группу преданных вам людей и вырежьте всех несогласных. Вот, в данный момент мы их убедим, а вернётесь на родину, и они снова начнут сомневаться! Знаете почему?

— Да, знаю. Никто не хочет выпускать власть из своих рук! Но не могу последовать вашему совету. Там на родине партия этих несогласных очень сильна, если мы вернёмся без них, меня обвинят в измене.

— Ну, хорошо, мы их в чём-то убедим! А зачем это мне?

— Я прошу вас дать согласие на то, что наша армия без боя погрузится на корабли и уплывёт в западный анклав.

— Нет! Будьте добры сначала подписать полную капитуляцию. Лично для вас могу сделать следующее. Вы называете мне, кого я должен заставить подписать документы о капитуляции, и он их подпишет, или умрёт вместе с вашими войсками.

— У нас там два маршала, надо чтобы оба подписали.

— Тогда вы их предупредите, или оба подписывают, или на корабли никто не сядет, вам до них надо пройти 50 километров, а у меня двести фаланг, и они все имеют повозки для быстрого передвижения.

Генерал зябко передёрнул плечами, видимо представил себе встречу с нашими фалангами.

— Я прошу дать мне один день, завтра на этом месте прошу поставить большой шатёр, я привезу генералов и маршалов.

Мы выполнили просьбу молодого генерала, но он не смог договориться со своими маршалами. Приехал он, и с ним четыре генерала. Все такие важные, вальяжные, разговаривают через губу, однако подобный вариант я предусмотрел. Подхожу к этим военачальникам, а справа и слева от меня два спецназовца на полголовы выше меня, на полплеча шире меня, а кулаки с мою голову.

— Послушайте, князь! Маршал Люблинус поручил… — это один из генералов решил проинформировать меня, поставить перед фактом, но не успел.

По моему кивку головой правый спецназовец шагнул вперёд и врезал кулаком в лицо наглого генерала. Тот улетел на три шага, сбил своим телом ещё одного генерала, и бессознательной тушкой остался лежать на земле.

— Когда поймёте правила игры, тогда приходите! — мы развернулись, и ушли. Тут же подбежали наши солдаты и сняли наш шатёр, а поленские солдаты на носилках унесли пострадавшего генерала. Через тридцать минут наши войска выстроились в фаланги и пошли вперёд, а поленские войска, что стояли перед нами, в панике, бросая обозы, начали спешно отходить к городу.

Следующая встреча состоялась в трёх километрах от города. Сначала парламентёр, с белым флагом, потом полковник, пытавшийся выдвигать какие-то правила для проведения переговоров.

— Полковник, я понимаю, вы выполняете приказ. Поэтому вам нужно сделать следующее. Вы встаёте перед начальством и громко говорите: «При встрече, князь не стал обсуждать наши предложения, а продиктовал мне свои условия, если разрешите, я дословно повторю его слова. Если не будет ответа, через час его армия пойдёт в наступление».

— А когда вам разрешат, скажете следующее: «Вашим королевством руководили чудовища, которых боги называют хорхарами. Только поэтому я не назначаю всех ваших военачальников военными преступниками. Поэтому, я князь Горный готов предоставить возможность добраться до порта, сесть на корабли и отбыть в Западный анклав старым частям поленской армии, сформированным не позднее, чем три года назад. С этими частями могут убыть все аристократы, являющиеся подданными Поленского короля. Но всё это, при условии полной капитуляции поленской армии. Оружие и всё награбленное должно быть сдано. В обозах оставить только продукты питания. Капитуляцию должны подписать оба маршала, находящиеся в городе Кракун, бывшем Росграде. Если капитуляции не будет, обещаю пленных не брать».

Как узнал позднее, того генерала, который первоначально вёл со мной переговоры, хотели обвинить в государственной измене, мол, идёт на поводу у врага. Поэтому на вторые переговоры прибыл этот полковник.

Вначале на слова «…дословно повторю его слова» генералы и маршалы подняли такой крик, что полковник долго не мог закончить фразу про наступление через час. Когда всё же сказал, ещё больше было крика, даже полковника в измене начали обвинять. Потом всё же разрешили повторить мои слова. После этого все кричали, что капитуляции быть не может только организованный отвод войск.

— Полковник, доложите этому князю, что мы будем обсуждать только организованный отход войск, — это родил один и маршалов.

— Господин маршал! Князь меня не примет. Осталось полчаса, и его войска пойдут в атаку. Говорить он согласен только с вами и только о полной капитуляции.

И тут у одного из генералов прорезалась мысль, видимо вспомнил, как его коллеге разбили лицо:

— А что значит, «обещаю пленных не брать»? — и все уставились на полковника.

— Это значит, что всех убьют!

Как они возмутились таким грубым нарушением правил цивилизованного ведения войны!

— Господин маршал, осталось пятнадцать минут!

— Так чего вы стоите, идите, договаривайтесь о встрече!

Когда эти снобы прибыли снова, но уже вместе с маршалами, я сначала показал им слайды, как хорохары вылезают из головы своего носителя, после воздействия жезла Контролёра. Особо подробно показал, как Архорхар вылезал из головы короля, потом подзывал к себе генерала, и тот сам сажал его себе на затылок.

И тут я сделал промашку. Я показал слайд, как Мария забирает тело Архорхара в специальный контейнер.

Представьте себе, сидят старые вояки, которые уже имеют проблемы в общении с женским полом, а тут фото женщины с идеальными формами, в комбинезоне салатного цвета, который облегает её тело, словно вторая кожа.

— Это кто? — единый выдох всех этих потенциальных женихов.

Если их сейчас переклинит на мысли о женщинах, то все переговоры пойдут насмарку!

— Как кто, Богиня Справедливости. Увидела, что у нас тут непорядок, меня обижают, пришла, порядок навела, труп этого чудовища забрала с собой. Потом меня и мою дочь доставила домой, — тут я показываю Марию в кругу моей семьи, — и улетела обратно, в департамент Сияющего.

Они все были в таком шоке, что не только на слово «департамент» не обратили внимания. Они безропотно подписали все протоколы о капитуляции, которые подготовили мои помощники. Потом убыли к себе, молча согласившись со сроком убытия из Росграда — два дня, и сроком отплытия из страны — четыре дня.

Через час появился знакомый мне генерал:

— Ваше Величество, спасибо вам огромное. Думал уже всё, сделают предателем и казнят. А тут сняли все обвинения и приказали организовывать отъезд.

— Генерал! Мне от вас нужно две вещи. Первое, разоружить всех, кто был в вашей армии. Кто уезжает, они сами сдадут оружие, а вот местные будут сопротивляться. Можете убивать всех, кто откажется сдавать оружие, я даже буду вам помогать. Второе, когда аристократы будут грузиться на корабли, не позволяйте никого загонять на корабли принудительно. Не важно, дворянин, или простолюдин, хочет остаться, пусть остаётся. Мои люди будут следить издалека, и не хотелось бы, чтобы им пришлось вмешиваться. Сумеете это всё обеспечить?

— Не сомневайтесь, Ваше Высочество!

Итак, через четыре дня поленцев на нашей территории не осталось. Армия и вельможи уплыли на кораблях, а народ их не интересует.

Теперь у меня огромная головная боль, а что делать со всей этой территорией? Сейчас в моих руках территория всего Росинского королевства, каким оно было двадцать три года назад, до нападения Тройственного союза.

Почему-то не лежит у меня душа, восстанавливать это королевство. Даже знаю почему, точнее знаю, чего я опасаюсь. Стоит сказать, что Росинское королевство восстановлено, как из всех щелей полезут те, кто считает себя историческим наследником. Найдутся наследники и на престол королевства, и на герцогства, и на самое последнее баронство. А вон нетушки, господа хорошие! Защищать своё наследие не захотели, а как захватчика прогнали, так сразу: «Верните мне моё исконное!» — так что ли?

И ещё целых две мысли у меня, прямо аж тесно от них в моей бедной головушке! Мысль первая о том, что единственная реальная сила, способная сейчас задавить все эти банды из разбежавшейся поленской армии, а потом призвать к порядку всех, кто будет рваться к власти и наследству, это моя армия, состоящая из гномов. Вторая мысль заключается в том, что легенды желательно воплощать в жизнь, тогда её и тебя все поддержат. Мне моя верная боевая подруга Анейра рассказала о той легенде, что поведала им Розалия. Это легенда о том, что вернётся Алекс ан Дрович, и будет гномам счастье.

Я кто, Михаил Александрович! Алексан-дрович, правильно? Осталось обеспечить гномам счастье. Только я считаю, что люди, представители человеческой расы, тоже достойны счастья. Только они почему-то очень часто своё счастье сами в грязь втаптывают.

Значит, что нужно сделать? Нужно перемешать людей и гномов, пусть берут друг у друга хорошее, и помогают изжить плохое. А я этот процесс попробую проконтролировать! И Сияющий мне в помощь, ну и Мария Ивановна, тоже в помощь!

Вот ведь, чёрт, запала в душу эта красавица, не забыть. Нет, нет, нет! Хватит мне трёх моих граций, давайте о делах.

Отправил гонцов по четырём адресам. Сам две недели занимался наведением «конституционного порядка» в городе Росград. Про конституцию, это я прикалываюсь, не созрело здешнее общество для такого документа. Хватает пока законов и указов монарха. А про порядок, это да, занимаюсь плотно и традиционно. Как так по правилам: телефон, телеграф, вокзалы, а уж потом дворцы. Ну, это так было в начале двадцатого века на Земле. А в тридцать шестом веке в этом магическом мире чуть иначе. Начальником Стражи города поставить порядочного человека из местных. Замом ему поставлю кого-то из доверенных лиц правителя, когда решу, кто будет правителем. Город большой, если захочет, пусть ещё замов берёт. Следующее, нормального разумного поставить мэром города, сразу ему команду телохранителей, на первое время. Разобраться, что с гильдией магов? Разобраться с трущобами. Несмотря на войну, город практически цел. Его ведь никто не завоёвывал, сдали без боя, как и двадцать три года назад.

Провожу совещание, тут докладывают о приезде моих жен и герцогов ан Дрович. Приглашаю их всех на это совещание. Здесь у меня мэр с замами, начальник Стражи с замами, Командующий армией.

Всех рассадил, жены пытались пыхтеть, мол, мы с дороги. А вот посмотрите, какие Авгиевы конюшни разгребать приходится! А то всё думаете, что я только по бабам бегаю, а я даже за Марией не побежал! Вот чёрт, опять про эту красотку.

— Итак, господа, с одной стороны всё плохо из-за прошедшей войны, с другой стороны, уже есть наработанный опыт. Главная задача, обеспечить нормальную жизнь в городе.

— Господин Мэр! У вас работы очень много, но она вся понятная. Обеспечить город продуктами. Открыть большое количество продуктовых лавок, и продавать продукты по ограниченным нормам. Ну, три килограмма муки в одни руки, или как-то ещё. Это временно, чтобы никто не голодал. Тех, кто пытается скупать и прятать продукты — вешать. Тех, кто завышает цены, от установленного вами уровня — штрафовать, не поймут — вешать. Обеспечить работой всех, кто хочет заработать. Мести улицы, трамбовать дороги, ремонтировать повреждённые дома, сторожами работать, придумывайте что хотите, но всех, кто хочет честно зарабатывать, обеспечить работой. Свяжитесь со всеми мастерами, кому нужны помощники, и направлять туда.

— После войны у вас много пустующего жилья. Начинайте расселение трущоб.

— Начальник Стражи, ваша задача, при поддержке армии прочесать все трущобы, выявить всех теневых дельцов, кто там командует криминалом, и вешать, вешать и вешать. Но не дай Сияющий, начнёте вешать без проверки, всех подряд. За повешенного невиновного буду вешать того стражника, который этого невиновного отправил в тюрьму и на виселицу. Лучше упустить преступника, чем повесить невиновного. Запомнили? К концу следующего месяца в город приедет команда магов, и снесёт все трущобы. Они должны быть пустыми к тому времени. Это на вас, начальник Стражи и мэр. А магов обеспечите вы княгиня Ирена.

— Начальник стражи! Спрос со стражников должен быть очень высокий, никакого мздоимства, никаких взяток, они служат за жалование. Но жалование выплачивать строго вовремя. А за нападение на стражников, жестокая расплата. Привлекайте армию. Она в трущобы не полезет, но она может окружить какой-то район, и никого не выпускать, а уж шерстить район, это ваша работа. И пригасите армейских сержантов, проводить боевую подготовку с вашими стражниками.

Потом с жёнами и герцогами ан Дрович перебрались в дом, что я для себя выбрал, девушкам дал команду, благоустраивать это жилище, а мне выделить большой кабинет, я его сам обставлю. Набрать слуг, нанять дворецкого.

— Розалия, в этом городе нужен музыкальный салон. Подбирай здание, мебель, нанимай штат.

— Майкл, ты что задумал?

— Вот приедут ваши родственники, тогда и расскажу.

Тут мои дамы попытались, как обычно, зажать меня в угол, мол, никуда не пойдёшь, пока всё не расскажешь.

Могу и не ходить, сел в кресло, расслабился и мгновенно уснул. Проснулся от того, что меня будили Анейра.

— Майкл, что с тобой?

— Просто сплю, устал за эти дни.

— Где тут у тебя спальня, пойдём, — повела меня моя верная боевая подруга на отдых, а когда Ириана попыталась что-то высказать, так глянула на неё, что та сразу замолчала.

— Знаете девочки, а мне уже страшно, не собирается ли он кого-то из нас сделать королевами? — это Розалия пытается прогозировать.

— Нет, я не хочу, мне и княгини лишнего! — Ирена трясёт головой.

— Да, только вот он нас и не спрашивает.

— Розалия, а почему ты-то не хочешь быть королевой, — спрашивает Ириана.

— Я сейчас герцогиня, и у меня уже практически нет личной жизни. А у королевы её вообще не будет. Всё время на виду, на горшок в одиночестве не сходить, представляете? Нет, не хочу. А ты сама хочешь?

— А я с тоской вспоминаю те времена, когда была графиней. Я могла себе позволить даже любовника иметь. А сейчас, как ты говоришь, всё время на виду.

— А меня и не тянет на любовников, я влюбилась в молоденького глупого гнома, он уже герцог, но я его всё равно люблю.

— Да, наши подружки тоже в своём муже души не чают.

— А ты?

— А я не знаю! Иногда вот убила бы за то, что так сильно изменил мою жизнь, а как обнимет, всё плохое сразу забывается. Он когда-то давно сказал: «Любовь зла, полюбишь и козла!» — вот я так его видимо и люблю, считаю козлом, а всё равно люблю.

— А любовников будешь заводить?

— Зарекаться не буду, но пока дети не повзрослеют, не хочу плохой пример подавать.

Через два дня приехали руководители гномов: Глава клана Северного анклава Настал анд Торон Тур и царь гномов Тимур де Торон Тур. И вот мы все сидим в моём рабочем кабинете.

— Милые дамы, уважаемые господа! У нас с вами есть уникальная возможность, ни у кого другого такой нет. Мы сейчас с вами может перекроить карту этой континента, как нам хочется. Росинское королевство восстанавливать не хочу, потому, что сразу найдётся куча претендентов на всё: на трон, на баронства и графства, на титулы и звания. Мол, мы тут сидели, и только на время отошли в сторонку. Даже если назвать королевство по-другому, всё равно будет тот же эффект, может чуть слабее, но тот же. В то же время есть легенды. Розалия, расскажи свою версию.

И когда девушка закончила свой рассказ, попросил главу клана северян рассказать его версию легенды. И что горы были сдвинуты, и что золото в озере утопили.

— А много золота было? Да, его ведь ещё и добывали.

— Сколько легенда не говорит, ну если из-за него войну начали, наверное, много. А прииск те горы и закрыли.

— Ну, горы мы как-бы раздвинули. Дорогу проложили. Если золото действительно утопили, то утопили его в Долине Злого Мага.

Все поражённо уставились на меня.

— Думаю и прииск там же, только вот реки нет, как породу промывать? Ай, ладно, пока и без этого дел хватает.

— Майкл, подожди, если есть возможность добывать золото, то это нужно обязательно сделать, хотя бы на благо твоего княжества, — это царь гномов высказывает своё мнение.

— Ваше Величество, если у вас будет много золота, что вы с ним будете делать?

— Накуплю хорошего железа, у вас в Загорье куплю сталь, стеклокерамику, да много чего нужно купить!

— Эй, сынок, Министр промышленности, а что у нас со сталью?

— Пока была война, никому кроме царства и северян не продавали, так что сейчас имеются большие запасы, но продавать некому, — отчитался Серж.

— Не некому, а князь не разрешает продавать, кому попало! — это Ириана.

— Итак, Ваше Величество, неумный король золото складывает в подвал, — на этих словах Ириану пробило на смех, — умный король на золото покупает железо, а мы с вашим братом, это железо сами производим и продаём. Поэтому добыча золота для нас не актуальна. Дойдут руки, займёмся той долиной. Но пока и без неё обходимся.

— Давайте вернёмся к легенде. Что там должен сделать Алекс ан Дрович?

На эти слова монарх гномов задумался, Настал смотрит на меня с изумлением, Розалия закрыла рот двумя ладошками, её муж, герцог ан Дрович не понимая ситуации крутит головой, Ириана сидит с приоткрытым от удивления ртом, Ирена смотрит на Анейру, а та сидит и улыбается, словно хочет сказать: «Сейчас мой муж вам ка-а-ак врежет!»

— Он должен вернуть величие гномам, ан Дрович, должен. Возникает вопрос, а анд Дрович что-нибудь должен? Помнишь, Настал, ты мне сказал, заселяй Семигорье людьми и гномами, желательно поровну, и будешь главой клана. Сейчас я скажу, что я хочу, не решил, а хочу. Потом вы все подумаете, и завтра примем решение.

— Ты примешь, это твоя война, твоя победа, тебе решать, — Настал, как всегда, категоричен, и, в общем-то, я с ним согласен. Но это завтра.

— Я хочу за собой оставить то, что сейчас называют Княжеством Горным. И ещё немного пригорожу в сторону юго-востока, вот так, — показываю на карте.

— Мне надо будет трёх сыновей на ноги ставить. Вот им тут по кусочку нарежу. А вот эту всю северную, центральную и восточно-центральную часть, а также и юго-восточную с выходом к морю, это всё желаю сделать Княжеством Тура. Или другое название давайте. Князем хочу туда посадить своего приёмного сына, вашего брата и племянника, Сержа ан Дровича. Но тогда он станет князь Серж анд Дрович Тур. Серж, слушай главное условие! Это должно быть княжество, где будет примерно поровну людей и гномов. Проси у брата половину армии, и пусть все солдаты перебираются к тебе с семьями, на постоянное жительство. Человеческое население в твоих владениях сильно проредили краинцы два года назад. Да и сейчас ещё много банд бродит по территории. Я тебе пока оставлю командующим армией твоего родственника, он эти банды подчистит, но потом его заберу, готовь и выращивай своих командиров. Розалия…

— Нет, остальное завтра. Такие решения на трезвую голову не принимаются. Поэтому у нас сейчас по плану обед, плавно переходящий в ужин. Желающие могут встречаться под столом, кто не хочет, слуги унесут в опочивальню, — и дружный смех был мне ответом.

Обед прошёл в «непринуждённой дружеской обстановке». Ну, вот как тут обойтись без штампов?

Так вот, на обеде никто не напился, по крайней мере, под столом никто не встречался, и до ужина мы не просидели.

Мы ушли в семейную спальню. Девушки разложили меня на кровати Ириана села в кресло возле кровати. Эй, вы это о чём подумали?

Да, Анечка и Ира легли мне на плечи, но никто никого не раздевал, и занимались мы не любовными играми, а решали политические и государственные вопросы.

— Ты не слишком много отдаёшь гномам? Уверен, что они это будут ценить, и не попросят однажды подвинуться?

— Ирена, это в тебе расовая неприязнь говорит. Я две войны выиграл, а четыре пятых солдат в моей армии это гномы. Если предположить, что они специально втираются мне в доверие, а потом что-то отберут, то они давно уже могли у нас всё отобрать. Стоит северянам ввести свои десять тысяч воинов к нам в Загорье, и оно будет захвачено без сопротивления, потому, что такой силе сопротивляться бесполезно. Я уверен, пока живы Настал, Тимур и Серж, они нам подлости не сделают. Конечно, попу вылизывать они мне не будут, мы с ними торгуем, а в торговле у каждого свой интерес. Но удара в спину от них не будет. Так что вы, целители, сделайте так, чтобы они подольше жили. Дядю Сержа, Настала, пора бы омолодить, он уже перешагнул пик наилучшего здоровья и физической формы. Зрелый возраст, это хорошо только для того, кто собирается тебя съесть, — на последние мои слова Ириана долго смеялась.

Ирена как-то тихо себя ведёт.

— Ирочка, а что это ты так притихла?

— Представила себя королевой, на троне, в парчовом платье…

— Хочешь быть королевой?

— Нет! Просто представила. Нас тут три княгини, не знаем, как разобраться, а представляете, одновременно три королевы! — и девушки долго и дружно смеялись.

— Девочки, а отпустите меня баиньки, что-то я притомился.

Отпустили меня девушки, и ушёл я спать в свою мужскую спальню.

— Девушки, а что, правда никто не хочет королевой стать?

Все отказались, мол, того, что уже нахапали, не проглотить, куда же ещё?

— Анейра, ну, теперь перестанешь Розалию ревновать, она теперь далеко будет?

— Сильно захочет, и в гости может приехать!

— Тогда тебе и Марию надо ревновать, как он на неё смотрел, помнишь?

— Так это же богиня!

— То есть с богиней ему можно, ревновать не будешь?

— Да ну вас! — обиделась Анейра.

И тут наставница выдала мудрую мысль:

— А ты, воспитанница, смотри на это проще. Ты ведь знаешь, что он нас любит, за любой из нас, как за дочерью, полезет хоть к дьяволу в глотку. Так что ты себе нервы мотаешь. Даже, если и гульнёт где-то, пусть потренируется, потом тебя крепче полюбит!

— Да где уж ему тренироваться, на ногах еле стоит!

На другой день снова сидим в кабинете.

— Давайте, кто что надумал.

— Я не справлюсь, — это Серж решил увильнуть от тяжёлой работы.

— Серж, на это, как всегда, два возражения. Первое, когда я тебе сказал, что у тебя будут владения, что ты сказал? Ты сказал, я с тобой. Вот теперь соответствуй. А второе, тебя никто и не спрашивает. Я вот Розалию ставлю княгиней, она справится. А тебе, как мужу придётся соответствовать, а когда мужчине Сержу станет стыдно, он пойдёт в Университет, подучит экономику, управление и начнёт сам руководить своим княжеством. И тогда его жена будет его не только любить, но и уважать!

— Я же говорю, анд — это не звание, это сердце и душа. Брат, важно не то, что анд тебя усыновил, важно то, что он стал твоим другом. Я рад за тебя!

— Алекс, мы вчера долго сидели, обсуждали. Мало кто решился бы быть столь щедрым, но раз ты решил, мы все согласны. Пусть Серж будет князем, ещё бы как-то сделать, чтобы ты был старшим князем, чтобы он тебе подчинялся.

— Э, нет, Настал, тогда мы уйдём от соответствия легенде. А вам, чтобы объединить северян и царство, нужно чтобы сбылась легенда. Так что это будет княжество равноправное и равноценное всем другим государствам.

После этих слов царь гномов и Глава клана встали и поклонились мне.

— Серж, несколько советов, чтобы ты правильно начинал мыслить. Росград, это твой город, город прямого подчинения князю, со всеми прилегающими графствами, которые здесь называют кормовыми. У тебя есть своё герцогство, называешь его княжеским, то есть своим. Главный порт на побережье, должен быть княжеским. Остальное делишь на пять герцогств, но герцогов назначать не спеши. Пока поставь управляющих. Графства и баронства лучше не перекраивать, и границы не менять. Там, где владетели убиты или сбежали, новых владетелей не назначай. Если кто-то вернётся из бегов, не спеши им возвращать владенья. У нас в процессе войны выявилось очень много достойных людей и гномов. У тебя должен быть ресурс, чтобы их отблагодарить. Кроме того, вот у меня есть достойный человек, у него ещё до той войны богатый и наглый сосед просто отобрал владение, я бы хотел вернуть ему владения рода. Это здесь под Росградом, и такие люди или гномы ещё могут быть. Не спеши в этом вопросе.

— Я провёл некоторую работу по наведению порядка в Росграде, завтра вызывай мэра и начальника городской Стражи. Познакомлю, расскажу, что уже сделал, что желательно сделать. Жену таскай везде с собой, и не считай это чем-то унижающим тебя. Розалия очень умная женщина. Она настолько умная, что не только будет тебе полезные советы давать, но и нигде, никогда не выставит тебя, что ты, как бы, от неё зависишь, или что она умнее. Она тебя никогда не подставит и не опозорит.

Вечером Розалия пришла в нашу семью, сели ужинать. Она какая-то угнетённая, смотрит на меня с какой-то болью во взгляде.

— Розалия, что-то случилось? Ты говори, дети уже взрослые, а от жён у меня секретов нет.

— Мики, у нас перед тобой столько долгов…

— Стоп! Нет, нет! Замуж не возьму.

— Мики, ещё в прошлый раз я вместе с тобой смеялась, а сейчас всё слишком серьёзно.

— Розалия, знаешь, что такое масштаб. Вот, ты включай масштабирование проблем и ресурсов. Всё было бы слишком серьёзно, если бы у меня семья голодала, а я всё равно решил отдать тебе последний золотой. А тут мне стало лень самому тащить на себе всё государство. Я же не могу, как Надий Третий, развлекаться, не обращая внимания на проблемы в государстве. Я ещё в Загорье загрузил всех своих друзей. Как говорит моя дочь, делегировал полномочия. А тут часть проблем свалил на вас с Сержем, а ты ведёшь себя так, будто я вас озолотил, вознёс на небеса. И вы там можете лежать в неге, и поплёвывать на меня сверху.

— Анюта, ну хоть ты ей скажи.

— Тётя Розалия Вы не парьтесь, он нас уже давно княжнами сделал, а мы даже не грустим, потому что бесполезно, он ведь ещё что-нибудь придумает!

Розалия улыбнулась, но до настоящего веселья было далеко.

— Розалия, я твоего мужа загружу проблемами городской Стражи, расселения трущоб. А ты свою проблему помнишь?

— Это музыкальный салон, что ли?

— Правильно, но это первый шаг, а потом будешь организовывать театр.

— А это ещё что?

И следующие два часа я рассказывал Розалии и своим жёнам, что такое театр, ну насколько я сам знаю и помню. Надо сказать, театралом я никогда не был, жена всегда обижалась, что я её не вожу в театр. Так что, много я им рассказать не мог, но очень уж мне хотелось привести в нормальное состояние Розалию. Получилось, её взгляд снова стал лукавым и живым.

Но теперь у меня другая беда. Жёны встали «руки в боки»:

— А когда у нас будет театр?

— Милые мои жёны. Я рассказал про театр вам и жене Сержа. Жена Сержа помчалась организовывать театр. А вы встали тут в позы и ждёте, когда же нехороший муж сделает вам театр? Никогда! Надо — делайте, организовывайте. Я вам всегда подскажу, что знаю. Чего не знаю, придумывайте сами. В любом случае, мне этим заниматься некогда. Я ведь не поручаю вам трущобы расселять, бандитов по лесам ловить. А вы у меня даже информационными проблемами занимаетесь только из-под палки. Будьте добры, всё, что касается культуры, обучения, информации, возьмите на себя.

Вечером вышел проведать Ужаса, его сюда пригнали. Жеребец уже стал сдавать, ему скоро тридцать лет будет. Я ему говорю, ты уже старый, рычит, ну ладно, пожилой, так сиди себе в Семигорье, увеличивай стадо. А он трётся об меня рогом или щекой и молчит, а мне плакать хочется. «Мы в ответе за тех, кого приручили», — как же ты был прав, Антуан де Сент-Экзюпери.

Стоим, а за углом шёпот, сю-сю-сю, вась-вась. Это я так описываю те звуки, что издавала влюблённая парочка. Покашлял, они убежали, взглянул им в след ночным зрением. Ба, так это же моя дочь, Анюта! С одной стороны, я рад, что она снова живёт, не должны погибшие мешать жить живым. А с другой стороны отцовская ревность, как это, какой-то мужик мою кровиночку по углам тискает.

Дома задал вопрос Анейре, с кем это моя дочь шуры-муры водит. Оказывается, это маркиз Юлий де Горса приехал «проведать как дела у тёти Розалии».

— Да он же для неё старик!

— Ты мальчика так работой загрузил, что ему было не до женщин. А Анюта ему всегда нравилась, только раньше она маленькая была.

— Так ты не против, если она за него замуж выйдет? — спрашиваю у жены.

— Майкл, а мы так боялись тебе говорить, думали, ты против будешь.

— Анейра, садись вот сюда, — указываю на кресло, сам сажусь напротив.

— Майкл, ты чего, — женщина вся сжалась.

Чёрт, да они меня что, за монстра какого-то держат.

— Аня, Анечка, любимая моя жена. Ты помнишь, как я тебя ругал, когда ты приняла решение завести ребёнка, а мне об этом не сказала? Помнишь? И ты обещала, что больше такого не будет. И мы с тобой жили много лет, ничего не скрывая друг от друга. А тут вдруг у тебя опять появились темы, вопросы, проблемы, о которых ты боишься мне сказать. А что изменилось Аня? Почему ты от меня опять отдаляешься. Да, я вечно занят, у меня нет времени на вас, на детей. А ты возьми меня за руку и скажи: «Остановись, побудь с нами!» Любовь ведь не живёт сама по себе. Её нужно поддерживать, ей нужно помогать. Помнишь, что я говорил, ради чего эта жизненная гонка. «Я хочу подняться по социальной лестнице настолько высоко, стать настолько сильным, чтобы никто не посмел убивать меня или моих близких ещё раз. И ещё я хочу, чтобы вы все шли не за мной, а чтобы мы шли вместе, шли рядом». Вот, я уже почти поднялся. А вы идёте рядом со мной?

То ли я её напугал, то ли ей стало стыдно, но Анейра заплакала. Как-то надо переключить внимание. Про театр уже рассказал, может сказку, про красную шапочку? Вот, про деревню!

— Анечка, а давай съездим к приёмному отцу, давно у него не были. Большую компанию брать не будем, если только младших детей.

Следующие три дня Арнейра готовилась к поездке, а я помогал Сержу войти в курс управление княжеством. Уговорил его дядю Настала анд Торон Тур побыть здесь в роли пугала для всяких аристократов, пока племянник не научится сам их гонять. А потом, это через пару лет, он приедет к нам в Семигорье, и мои жёны займутся его здоровьем.

Потом мы большим караваном двинулись домой в Годунград. Забрал себе пятитысячное войско, а двадцать остались у Сержа. У него граница и с фанцами, и с краинцами, и со степняками. Кстати, степняки прислали посольство к князю Горному. Очень им хочется покупать нашу оружейную сталь. Поставил им условие, что одновременно они договариваются об обмене посольствами с княжеством Тура. Ну вот, уже засветили на международной арене новое государственное образование!

Прибыв в Годунград, обговорили ближайшие дела, посидел с дочерьми под Деревом Жизни.

— Анюта, как у тебя дела? Мама сказала, ты о свадьбе подумываешь?

— Папа, а ты разрешишь?

— А ты уверена, что ты его любишь? А он тебя?

— Нам Святая Анюта и тётя Мария сказали, что у нас идеальная пара!

— Стоп, с этого места поподробнее! Какая тётя Мария?

— Ну, та, которая нас домой от поленцев приводила.

— А где вы с ней виделись?

— Я не виделась, но Анюта с ней теперь часто разговаривает.

— А я виделась! Она в гости приходила, рассказывала, что у них там оба дерева прижились и хорошо растут! — это Роза с радостью делится информацией.

— А у тебя ещё орешки есть?

— Нет, надо в Семигорье ехать.

— А к кому Мария приходила?

— Ага, папочка попался, она тебе нравится, — это Роза.

— Роза, а ты читаешь только эмоции, или мысли тоже?

— Нет, мысли не получается, эмоции, иногда чуть на опережение что-то чувствую, вот как с тобой и тётей Марией.

Смотрю у Анюты ушки на макушке, вся внимание.

— Роза, ты хочешь, чтобы у меня были неприятности?

— Что ты папочка, нет, конечно!

— Ну, так думай, что говоришь, где, когда? Вот что должна Анюта подумать после твоих слов? Что-то ты там почувствовала про меня и Марию Ивановну. Да, она мне нравится, она очень красивая. Ну, так красивых женщин много, и многие из них нравятся. Мне вот очень нравится тётя Розалия. Но я её воспринимаю как друга. А тётя Мария мне нравится как женщина. Только не нужно это мамам говорить. У нас ведь ничего нет, а мамы будут ревновать, огорчаться, а из-за чего. Я вот люблю на закат смотреть. Так они, наверное, и к закату готовы меня ревновать.

— Просто они очень боятся тебя потерять.

— Ага, и они готовы, из-за этого, сделать невыносимой и мою, и свою жизнь, да?

— Папочка не злись, мы все тебя любим, просто ты с нами редко бываешь. А я всё поняла, буду думать, что и где говорить.

— Анюта, когда выйдешь замуж, не заводи ребёнка пока я тебе кое-что не объясню. Ты же хочешь, чтобы у тебя были одарённые дети?

— Вот, а я вам говорила, — это Роза.

— И что ты им говорила?

— Что мой папочка умеет делать одарённых детей!

— Доченьки мои хорошие. Это очень большая тайна, не надо это ни с кем обсуждать! Хорошо?

Потом мы поехали в деревню. Сначала заехали в Холмоград. Посетил все производства. Никто не заводил разговора о разрыве договорённостей. Видимо, пример тех, кто занимался керамикой, был очень показательным. Поехали дальше. В Дроновке всё тот же патриархальный уклад жизни. Зималы нет, ушла к Сияющему три года назад.

— Вас долго не было, — с упрёком сказал отец. Он сильно постарел за эти двенадцать лет.

— Я отец, готовился и воевал, снова готовился и опять воевал, выиграл три войны. Очень напряженная жизнь была. Не вырваться. Тем более, что были мы далеко. То в Загорье, то у гномов, то в Росграде.

— В Росграде? Так его вроде по-другому называют?

— Отец, ты только не начинай там поклоны бить, ещё какой фигнёй маяться. Просто я сильно вырос в чинах. Но я всё также твой сын. Да, не родной, приёмный. Но вот скажи, ты стал бы родному сыну кланяться, если бы он стал графом, или герцогом?

— Так ты теперь герцог, что ли?

— Нет, я теперь князь Горный.

— Ваше Высочество! — старик попытался встать на колени. Вздёрнул его как куклу и буквально бросил на стул.

— Отец, я сейчас обижусь и уеду. Прекрати эти пляски вокруг титулов. Я могу тебя и всю твою семью забрать в столицу, только вы там не приживётесь. Давай, Аня вас всех подлечит, как сможет, а потом думайте. Если нужна какая помощь, говорите, меня это не затруднит. Если захотите молодёжь в столицу отправить давайте будем обсуждать. Ты на ужин собери всех, только давайте без этого чинопочитания. Вот как раньше нас с Аней встречали, вот так и встречай сейчас.

Но как я хотел, не получилось. Никто из присутствующих за столом не смог говорить с нами по-простому. Все начинали заикаться и величать нас титулами. Даже дядька Резон не смог преодолеть этот синдром преклонения.

Маришина дочь Анюта была замужем за сыном барона, чьё баронство находилось с другой стороны Холмограда. Баронством отца фактически управляла Мариша, и постепенно набирал авторитет молодой барон Митя, ему перевалило за двадцать, это был уже не юноша, а молодой мужчина. Дела в баронстве шли неплохо.

Мы попросили их не рассказывать никому, что их родственник достиг больших высот. Им же от этого будет хуже. Анейра их всех подлечила, дядька и отец, как бы, скинули лет по пять.

— Отец, дядька, вы не смогли принять меня, как родственника. Мой высокий титул, стал для вас непреодолимой преградой. Мне очень жаль! Наверное, я не буду к вам сам приезжать. Если что-то нужно говорите, или пишите письмом. Я буду присылать к вам раз в год или в полгода посыльного. Вот с ним обязательно пишите письмом как у вас дела. Если у вас нужда в деньгах или ещё в чём, обязательно говорите. Могу прислать снаряжение и оружие для дружины. Надо?

— Нет, нет, Ваше высочество, ничего не нужно!

— Ну, тогда мы утром уедем.

Есть такое выражение бремя власти. Вот, наверное, его мы и ощутили в этой поездке. До этого всегда приходилось общаться с разумными близкого социального положения, а здесь колоссальный разрыв по социальной лестнице. И те, с кем хотелось быть в близких отношениях, не смогли перешагнуть этот барьер. Было грустно.

Когда уже ехали в коляске обратно спросил у жены.

— Аня, вот никогда не спрашивал, а вы сами ничего не говорите, а как у ваших родственников дела?

— Никак. У меня родители погибли, отец ещё до войны, а мать сгинула где-то в ту первую войну. У Ирены родители сказали, что у них нет дочери, когда она уехала в Академию. Её поддерживала тётя, но она тоже пропала в первую войну. Про наставницу ничего не знаю, она отказывалась обсуждать тему родственников. Это проблема всех магесс. Мало кто из отцов готов отпустить дочь в свободное плавание. А магессы после окончания Академии начинают ощущать себя независимыми и свободными. Многие говорят про нас гадости и пошлости, мол, после Академии они все развратницы. Но магессы просто не хотят, чтобы ими распоряжались как вещью. Другие женщины тоже не хотят, поэтому аристократки и заводят любовников, чтобы ощутить хотя бы мнимую свободу. А у магесс такая возможность есть, жить, как они сами хотят.

Глава 14. Университет полной магии

Утром, после традиционной разминки принял душ, переоделся и иду в сторону малой столовой. Вот, кстати, душ для меня стал настолько привычным, что воспринимаю его, как бы воспринимал в первой жизни там, на Земле. А здесь душ, это куча технических и магических наворотов, на грани опережения здешней цивилизации.

Приближаюсь к столовой и слышу разговор моих жён.

— А вспомните, как мы жили в Академии, я в Росграде съездила, посмотрела, там почти все здания целы. Здание общаги почти целое, а вот моя комната разграблена, и выбиты двери. Видимо после меня кто-то богатенький вселился, и за его вещами залезли мародёры, — Ирена делится информацией.

— Он не заставит нас ещё и Академию восстанавливать? — это Ириана беспокоится.

— Пусть там Розалия напрягается. Мы ей, конечно, поможем, даже часть преподавателей отдадим, тех, кто не хочет по-новому работать, — ехидничает Анейра, всё-таки, женская ревность сильнее, чем женские мозги.

— А что значит по-новому, — это Ириана немного оторвалась от преподавательской стези.

— Мы готовим проект, по которому у нас будет Университет Полной Магии. Не будет разделения на виды магии. Факультеты муж велел оставить, но ещё сделать общеуниверситетское звено преподавателей, которые будут корректировать обучение студентов так, чтобы у каждого развивались все направления.

— А вы сами?

— Ой, мы то уже давно развиваем все направления. Муж с нас не слезал до тех пор, пока мы не сдались. А что вы так смотрите? Нет не в том смысле. Он нас заставлял до тех пор, пока мы сами не стали заниматься всеми видами магии. У меня вот по целительству степень магистра, а по остальным направлениям маг первого класса. Огонь хуже других даётся, но я его победила, — Анейра горда своими успехами.

Ирена тяжко вздыхает.

— Да, я вообще дурочку включила, типа не даётся мне развитие огненной составляющей. Так муж мне эту составляющую так раскачал, что теперь у меня перекос в сторону огня, в любой момент могу сдать на магистра магии Огня, только не хочу. Вот уж когда остальные сдам на магистра, то придётся и огонь сдавать.

— А зачем? Не хочешь — не сдавай.

— Ириана, пока ты погружена была в экономику, он нам по университету столько задач наставил, ужас! А мне до конца года нужно сдать на полного магистра. Тем самым я должна доказать всем, что не только наши дети могут быть полными магами, но и любой маг, при правильной подготовке, по сути, является полным магом. А ту специализацию, что была, например, у нас в Академии ввели эльфы, чтобы в наших государствах не было полных магов.

— Ты сказала, что он тебе составляющую огня раскачал, а это как?

— А Сияющий его знает. Только как с ним пообщаешься, сама чувствуешь, что внутренний источник растёт, причём, ощущаешь, даже, в какую сторону растёт. И я стала различать цвета внутренних источников.

Тут меня посещает мысль, можно сказать, ударила в голову, от удара чуть не потерял сознание. Это опять земные шутки из меня лезут.

Так вот мысль, а не является ли моим предназначением возврат полной магии в этот мир?

Тогда нужно не только Университет перепрофилировать, но и резко повышать рождаемость магов. Тогда всё что я держу в тайне, надо отдавать в широкие массы. А если я ошибаюсь? Как узнать, с богами, что ли, посоветоваться?

Ладно, иду на завтрак, а там видно будет.

— Приветствую женскую часть нашего семейства.

— А дочерей ты не считаешь женской частью?

— Ну, что ж вы язвы то такие? Нет бы, сказать: «Доброе утро, наш любимый муж!» — или, хотя бы просто: «Доброе утро!».

— Любимый муж, мы тут выяснили, что я совсем отстала от жизни, загонял ты меня! — с возмущением говорит Ириана.

— Отстать ты могла только от жизни в Университете. Ирена, она, наоборот, вся в Университете, а что она знает о финансовых проблемах княжества?

— А у княжества есть финансовые проблемы?

— Конечно, мне вот деньги девать некуда, и никто не хочет мне помочь!

— А вот с этого места поподробнее! — надо же, Анечка у меня выражений нахваталась.

— Девушки, нам нужно Университет выводить на международный уровень. Объявляем набору в двух княжествах, и в царстве. С Университетом царства гномов организуем соревнования, но не бои как мы сражались, а мирные, ну, что-нибудь снести или построить, туннель в горах проложить, болото осушить, дорогу построить. Я ещё не решил, что делать с Долиной Злого Мага. Уничтожать её я не хочу, у меня предчувствие, что она нужна. А вот устроить конкурс, чтобы поймать там пару зверюшек, это было бы демонстрацией умения работать в экстремальных ситуациях. Ну, это всё думать надо. А вот предварительные договорённости можно уже сейчас заключать.

— Потом желательно помочь Сержу и Розалии воскресить нашу Академию, где мы учились. Но это с ними надо говорить, может им не до того. В связи с этим нужно искать способ размножения учебников.

— Пусть сами ищут, — Анечка не равнодушна к Розалии.

— А всяким ревнивым барышням я напомню, что все те учебники, которые у нас есть, в своё время привезла именно Розалия. И вообще, Анечка, заканчивай уже эти глупости. У меня с ней ничего не было, нет, и не будет. Она любит своего Сержа. Вот тебе нужен кто-нибудь из мужчин, кроме меня? Нет? Так и ей никто не нужен, в том числе и я.

— А вообще ставлю вам задачу, напрягите всех наших деток, сами напрягайтесь, нужно, преподавателей подключите, но придумайте, как без больших затрат размножать печатную продукцию. Это и к учебникам относится, и к информационным листам. Формат листов нужно увеличивать, например в четыре раза, и текст размещать на обеих сторонах листа, но в виде узких колонок. Вот увидите, всем понравится. Кроме текста в листках нужно научиться размещать картинки. А в конце листа на задней стороне нужно отвести два места. В одном месте размещать шутки, письменные и рисованные. А во втором — всякие объявления. А кто будет эти объявления размещать, будет за это платить большие деньги. И будьте уверены, и размещать будут, и платить будут.

— Майкл, да кому это надо?

— Например, захочу я продать шахту. Кто об этом будет знать? Только те, кто узнаёт информацию в мэрии. А если я помещу объявление в листке, об этом узнают сотни богатых людей. И предложения уже будут разные, и торговаться я могу, ссылаясь на то, что покупателей у меня много. Да, мало ли случаев, когда нужно привлечь внимание?

— А теперь главное! Ириана, ты сама потихоньку отдаляешься, не в том, что становишься чужой, а в том, что у тебя общение выходит на международный уровень, и рядом тебя не бывает. А иногда очень нужно! Поэтому, позанимайся с Розой, подготовь её как мага ментальной магии.

На эти мои слова Ирена зажала рот рукой с ужасом глядя на меня.

— Ирена, ты не пугайся. Вот кто-нибудь знает, кроме Анейры, что наставница владеет этой магией? Нет? Вот и про Розу никто знать не будет, если вы сами языки распускать не будете!

— Через неделю собрать квалификационную комиссию, будем все проходить проверку на уровень квалификации. Кроме Ирианы, всем сдать на полных магов.

— А сам? Нами командуешь, а сам не занимаешься!

— Ирочка, а на кого мне сдавать?

— А вот стань полным архимагом, тогда я обязуюсь до конца года сдать на полного магистра!

— Ирка, ты дура! — выдала моя верная заступница, — он запросто сдаст!

— Анечка, а ты, хочешь остаться домохозяйкой? Мне есть, кого поставить на факультет Целительства, а вот на общеуниверситетский уровень ставить кроме вас пока некого. Анюта могла бы, только вот выйдет она замуж, и уедет с мужем. Что скажешь?

— С огнём проблема будет!

— Ой, хитрая ты Анна, слышала, что я сказала, да?

Анейра покраснела, то ответила твёрдо.

— Да! Тебе помог, а почему мне не должен помочь!

— Директор Университета, через десять дней идём все на комиссию. Ириана, ты тоже идёшь, сдаёшь все тесты, кроме менталистики. Ирена, а нам надо менталистику в нашем университете?

— Нужно подумать, как-то к ней очень настороженное отношение у всех!

— Если откроешь такое направление, то, как и раньше было, всех менталистов, на строжайший учёт!

— Вот это всех и пугает!

На другой день разговариваю с Розой.

— Мама Ириана с тобой говорила о ментальной магии?

— Да, только у меня не получится, я могу быть видящей, а читающей быть не могу.

— Это кто тебе такое сказал? Мои дети все полные маги. Они могут всё! Просто, раз у тебя есть способности в сторону предвидения, тебе легче освоить ментальную магию, чем твоему брату Мики, или Катрин. Я этой советчице задницу начикаю, чтобы не сбивала тебя с пути праведного.

— А сам говорил, что она богиня! Богине будешь задницу чикать?

— А чем её задница отличается от твоей?

— Она сама тебе попу подставит, если ты её чикать будешь!

— Роза ты это о чём? Ты не мала ещё, чтобы лезть в дебри отношений мужчины и женщины?

— Папочка, мне семнадцать лет, я уже не мала! А то, что у вас будет сын, я видела, только потом голова сильно болела.

— Роза иди сюда, садись, — обнял девушку, прижал к себе.

— Доченька, ты же так сожжёшь себя изнутри. Разве можно так напрягаться. Конечно, вам в области менталистики никто мер безопасности не рассказывал. Завтра маме Ириане скажешь, что я её очень просил, Роза, не приказывал, а очень просил, дать тебе максимум по безопасности в сфере астральной магии.

— А это что, астральная магия? Я такого и не слышала.

— Где эта Мария? Ей ни задницу чикать, а снижение ранга давать надо за безответственность и глупость!

Ещё через пять дней мы всей семьёй, кто был в столице, отправились в Семигорск. А ещё через три дня в университете был большой переполох, на комиссию по проверке квалификации пришли князь и три княгини, причём проверку они проходили по всем направлениям магии. В начале работы князь сказал небольшую речь о том, что ни ему, ни его жёнам не нужно, чтобы им присваивали квалификацию просто из уважения к титулу. Мы хотим знать свой реальный магический уровень, сказал он, и попросил членов комиссии быть объективными.

Сам князь сдал проверку по Целительству и магии Огня на уровень архимага без особых замечаний. А по Амулетостроению и магии Земли члены комиссии заявили, что определить реальный уровень они не могут, так как у сдающего уровень выше, чем у членов комиссии. По результатам проверки князю была присвоена степень Архимага Полной Магии.

Анейра стала Магистром Полной Магии, и при этом Архимагом Целительства. Аналогично Ирена стала Магистром Полной Магии, и при этом Архимагом Природных стихий магии Воздуха. Ириана подтвердила степень Архимага Целительства, а остальные проверки сдавать отказалась. По случаю появления в Княжестве сразу трёх магов высшей квалификации, в университете был объявлен праздничный день, народ гулял и веселился. Жёны встречались со своими подругами, а на следующий день укатили в Загорск, повидаться там со знакомыми, и побывать на фабрике женского белья.

А меня отловила Роза и сказала, что меня хочет видеть Святая Анюта в Храме Всех Святых, при этом так хитренько улыбалась но на вопросы не отвечала.

В храм я попал уже вечером, верующих там уже не было, служки тоже как-то растворились, стоило мне зайти в алтарный зал.

Я подошёл к алтарю, осмотрелся, давно тут не был. Почти ничего не изменилось. Перед скульптурой Сияющего был расположен алтарь, поэтому близко к нему подойти не было возможности. А вот из других скульптур, больше других почитались Анюта — богиня любви и материнства, Хавар — бог Удачи и Счастья, Ариса-богиня охоты и Тоурос — бог ремёсел. Перед этими скульптурами пол был чуть более вытерт ногами посетителей.

Осмотревшись, подошёл и встал на одно колено перед Святой Анютой.

— Ты хотела меня видеть, я пришёл.

— «Да я тебя хотела…» — раздался голос в моей голове, — «Запри входную дверь».

Ну, если богиня велит, я встал, прошёл к выходу, запер большие входные двери, потом обошёл по периметру зал, и проверил все остальные двери. Но все они были уже заперты. И когда я снова подошёл к алтарю, рядом с ним открылся портал, и из него вышла Мария Ивановна. Одета она была в платье, похожее на те платья, в которых нам показывали знатных дам на торжественных приёмах в начале 21 века на Земле. Длинный рукав, но почти вся спина обнажена, облегающий лифт, облегающая средняя часть платья до середины ягодиц, расходящийся к низу и почти до пола подол. Туфли на высоком каблуке, типа шпилек. Она смотрела на меня одновременно грустно и лукаво. Мы стояли друг против друга. Я буквально пожирал глазами эту прекрасную женщину и ничего не мог с собой поделать. Нет, не в том смысле, что на меня оказывали какое-то магическое воздействие. Хотя, если женскую красоту и привлекательность считать колдовством, то значит, я был околдован.

Краем взгляда замечаю какое-то движение. Оказывается это Святая Анюта, в виде фигуры из плотного тумана, вышла из своей скульптуры и подплыла к Марии.

— Я договорилась, нам никто не помешает, и слилась с Марией, словно впитавшись в тело женщины.

Мария подошла ко мне и взяла меня за руку.

— Когда я была у вас, обратила внимание, что все дети — одарённые магически. И Роза подтвердила, что ты умеешь делать так, чтобы ребёнок был одарённым. Я хочу, чтобы мой сын был одарённым. Сделай это для меня.

Как же тяжело мне было сказать:

— Я хочу своих детей воспитывать сам. А ты в другом мире, и я не знаю, что там будет с моим сыном.

Голос женщины изменился, теперь со мной говорила, видимо, Святая Анюта:

— У них развитый мир, но после большой войны у них магия пропадает. Им нужен полный маг. Помоги, я тоже прошу тебя.

Снова женщина заговорила своим голосом:

— Я могу иногда бывать в вашем мире вместе с сыном. Но у тебя очень ревнивые жёны. Может быть им лучше не знать об этом ребёнке?

— Это будут мои проблемы! Анюта, а ты-то что тут делаешь?

— А тоже женщина! Ты бы посидел каменным истуканом лет пятьсот, тогда бы понял.

А потом я оказался на Алтаре с двумя богинями: с одной физически, со второй лишь духовно. Что уж при этом они чувствовали, я не знаю, а про свои чувства и ощущения писать не буду, да и мало что помню, только дикую цветомузыку алтаря, и какие-то красивые музыкальные мелодии, что звучали в храме. Когда я вышел из храма, под фонарём, что висел у входа в храм, стояла Роза. Было видно, что девушке холодно.

— Ты долго.

Я молча снял свой камзол, и накинул его на плечи дочери. У ворот храм была привязана лошадь с коляской. Мы молча сели и поехали домой. Сдав коляску конюху, вошли во дворец, и молча разошлись по своим спальням. Нужно ли было поговорить с дочерью? Наверное, нужно, но я не знал о чём с ней говорить. Девушка взрослая всё понимает, и она ни разу не высказала осуждения в мой адрес.

И я с головой ушёл в работу. Дела Загорья в отсутствие Юлия, нашего управляющего, требовали присмотра. Начал с того, что, вызвав всех помощников Юлия, устроил им допрос с пристрастием. И наконец, решив, кого именно, назначил одного из них, барона Веста де Томбо, исполняющим обязанности управляющего делами герцогства де Брюлен. Потом началась череда поездок по производствам. Были и досадные недоразумения, и явное головотяпство, но в целом дела шли неплохо. Попенял новому управляющему на все эти огрехи, дал время на устранение и на то чтобы поднять весь пласт вопросов управляющего. Вот, например, в Лесогорске одна из мастерских продолжала в спешном порядке изготавливать древки копий, хотя склад продукции был заполнен и её никто не забирал, так как война закончилась, а для мирного времени столько копий не требовалось.

В суете и работе как-то забылись ночные приключения, и когда жёны вернулись в Семигорск, я не стал рвать на груди рубаху и каяться во всех смертных грехах. А потом закрутился ещё больше, нужно было возвращаться в столицу, а здесь ещё куча дел, не завершённых или требующих контроля.

Через месяц мы с Анейрой вернулись в Годунград и с головой ушли в дела. Ирена и Ириана были все в делах, им рано было возвращаться. А дети остались доучиваться. Ещё через месяц к нам заехала Ириана, почтила присутствием супружескую спальню и укатила в Княжество Тура, решать международные проблемы. Ей теперь приходилось совмещать обязанности Министра финансов и Министра Иностранных дел. Ещё через полмесяца появилась Ирена. Она тоже была проездом, по пути в Царство гномов, точнее в Магический Университет царства. Но тут Анейра пришла ко мне в кабинет, дождалась, когда я остался один и сказала.

— Помнишь, ты говорил, что я могу так сказать? Остановись, побудь с нами. Помнишь?

Поцеловал жену тихонько — тихонько, и сказал: «Веди!»

А повела она меня сначала переодеваться, потом мы втроём поехали в музыкальный салон. Розалия всё-таки поставила на него графиню Натану де Стрелец. Хозяйка была здесь и рядом с ней крутились её детишки. Мы были одеты в модное, современное платье, но без всяких регалией, поэтому нас не узнали, тем более, что в этом салоне мы были впервые. Сели за столик, заказали чай и пирожные. Когда заиграла музыка, и многие пары стали танцевать, мы тоже потанцевали. Я старался держаться подальше от оркестра, так как, если кто мог нас узнать, так это именно оркестранты. Потом, постепенно втянувшись в общий ритм спокойного веселья, я расслабился и решил подозвать к себе ребятишек Натаны. С момента нашего знакомства прошло три года, и они заметно подросли. Дети осторожно подошли.

— Я как-то раз видел вас, но вы были маленькие. Тебя звали Мася, а брата Вися. А как вас сейчас зовут?

— Я Маша, а брат Визол.

— А почему он был Вися?

— Ну, дома мы его зовём Визя, — девочка смутилась и спряталась за спину брата.

— У вас есть игрушки, куклы?

— Я уже большой, — сказал мальчик, а девочка отрицательно покачала головой. Тогда я взял со стола серебряный бокал и вытянул металл, постепенно преобразуя его в фигурку куклы, маленького ребёнка. Куколку я протянул девочке, она очень осторожно взяла её, долго рассматривала, а потом прижала к груди. А для мальчика я достал из Сумки путешественника солдатский складной нож.

— Визол, нож настоящий и он острый, смотри не порежься сам, и кого другого не порежь.

Дети убежали к маме, и когда она немножко освободилась, показали ей подарки. Конечно, мама забрала у них подарки и вознамерилась их вернуть.

— Ирена, удержи её от этой глупости. Подарки не возвращают!

Девушки внимательно следили за моим диалогом с детьми, и Ирена среагировала мгновенно. Она перехватила Натану на полпути к нашему столику. А мы с Анейрой в это время пошли танцевать. Не знаю, что Ирена сказала хозяйке салона, но она к нам не подходила, только потихоньку смотрела, когда считала, что мы этого не замечаем.

Отдохнули мы замечательно. На следующий день Ирена уехала, а я рассказал Анейре идею фабрики игрушек. И через два месяца фабрика заработала. Сначала игрушки продавали с лотка, а потом открыли несколько лавок по продаже разных мелочей, в том числе и игрушек. Занимались всем этим назначенные люди, тем не менее, когда на фабрике сделали красивую куклу, я приказал одну отправить маленькой Маше.

Время летело очень быстро. Мы иногда ездили в Семигорск, порыбачить, отдохнуть, пообщаться с друзьями, кто работал в Университете. Правда, часто причиной был вызов по каким-то делам. Меня включили в комиссию по проверки квалификации магов, но приглашали только в особых случаях. Вот, например, сдавала проверку на квалификацию наша Анюта. По результатам проверки получалось, что ей нужно присваивать степень Магистра Полной Магии, но девушке всего двадцать лет, моветон, не принято так в магическом сообществе.

Я не стал требовать, скандалить, гнать, этих ретроградов. Просто скромно попросил присвоить эту степень под мою ответственность.

Роналд и Мики закончили обучение в Магическом университете и постигали экономические науки во второй части университета. Под них готовы два графства, в них есть толковые управляющие, которые будут не просто всё делать за молодого графа, а будут его всему учить. Влад вроде бы немного адекватнее стал воспринимать своё положение сына высокопоставленных родителей. А Катрин сдружилась с Романом, и взяла над ним шефство. Она натаскала его по основным наукам, математике, правописанию, и сейчас они оба учились в Университете. Правда, Катрин училась в группе сильных магов, а Роман в группе студентов с малым магическим потенциалом. Но паренёк упорно занимался, и есть надежда, что года через два, он сможет поступить в группу сильных магов. Дед его работает инструктором. От возвращения ему владения он отказался, и теперь он безземельный аристократ.

Ириана и Ирена иногда показывались на нашем горизонте, но быстро снова исчезали. Так мы и жили.

Я долго не решался сходить в храм и поговорить со Святой Анютой без свидетелей. Но вот всё-таки пошёл. Главное, что мне нужно было выяснить, надо ли раскрывать секрет, что нужно, чтобы дети были одарёнными.

— Здравствуй Анюта, как поживаешь, много ли прихожан тебе молятся?

В ответ тишина.

— Не хочешь говорить, ну, тогда, я пойду.

— «Вот почему вы, мужики таки чёрствые?» — возникло у меня в голове.

— Тебе-то откуда знать?

— «Ты, противный, сделал женщине ребёнка, и ни разу не поинтересовался как у неё дела».

— Хочешь, чтобы у меня в семье был разлад?

— «Ой, да какая там семья? Жёны у тебя вышли в самостоятельную жизнь. Дети, кто уже своей жизнью живёт, кто в Университете, опять же далеко. Вдвоём вы и остались».

— Вот такая сейчас у меня семья, из двух человек. Хочешь её развалить?

— «А ты приведи ко мне свою жену, я ей всё объясню!»

— Нет! Я к тебе по другому вопросу. Он очень важен для меня и весьма важен для этого мира.

— «Ты не хочешь нормально разговаривать, ну и я с тобой говорить не буду!»

— Ты мне скандалы устраиваешь так, как будто это ты моя женщина!

В ответ раздался продолжительный смех.

— «Какие же вы мужики тупые. Ты так и не понял, что у тебя близость была и с Марией, и со мной. Я чувствовала всё, что чувствовала она!»

— Ну, тогда ты должна быть мне благодарна за доставленное удовольствие. Могу я свои вопросы задать?

— «Ты хам и тупица, пошёл вон!» — да уж поговорили.

Пришёл домой, настроение ниже плинтуса. Анейра ничего не сказала, но видимо что-то чувствует. Потом опять закрутился и эпизод почти забылся.

Неожиданно для меня и долгожданно для Анейры приехали дети. У них в университете каникулы. Через день и Ирена приехала. Дом наполнился шумом, суетой, жизнью.

Вечером сижу у Дерева Жизни. Роза подошла, обняла меня за голову и прижала к себе. И как в детстве, когда мама меня так утешала, захотелось заплакать. Вот рву жилы, всё куда-то бегу, а вот счастья нет. А в чём оно для меня?

— А Мария Анюте трёпку устроила, за то, что она тебя выгнала из храма и помочь не захотела. А братик такой смешной. Уже пытается вставать, но пока только сидеть может.

— Как мне его увидеть?

— Тётя Мария собиралась через три дня прийти.

— А куда?

— Сюда. Ей к Дереву легче всего портал открывать. А ты хочешь маму Аню привести, да? Пока не надо! Рано ещё!

Вечером в указанный день, я пришёл к Дереву Жизни, там никого не было. Я грустно подошёл к скамье, и лишь подойдя вплотную, увидел Розу и Марию с ребёнком. Вот это маскировка!

Роза и Мария сидели на разных концах парковой скамьи, а малыш полз от одной к другой, потом возвращался обратно. Вот он в очередной раз дополз до Розы, сел на попу и весело рассмеялся. Я присел перед скамьёй, так, чтобы моё лицо было на уровне его лица. Он сначала удивился, а потом стал трогать моё лицо, как будто хотел убедиться, что ему не показалось.

— Юся. Юся, — медленно, как бы нараспев произнесла Мария.

— Юфя, — произнёс малыш.

— Папа. Папа. Па-па, — произнёс я, а за мной повторила Роза.

Мальчик посмотрел на Розу, на меня, на маму, снова на меня.

— Па, — произнёс он, потом его тело словно поплыло, из него стал выдвигаться туманный контур тела, но тут же спрятался обратно.

— Па-па, — произнёс ребёнок.

Я взял мальчика на руки, он не капризничал, а стал исследовать моё лицо, голову, уши.

— Мария, а что это сейчас было, в нём что, Анюта сидит?

— Майкл, мы сами не знаем. Нет, не сидит, Анюты здесь нет. И ты не сердись на неё, она готова извиниться за свой срыв. А почему у Саши есть туманный облик, мы сами не понимаем. А у Сияющего Анюта спрашивать боится.

— А то он не знает про наши выкрутасы?

— Ну, наверное, знает, только спрашивать она боится.

— А этот туманный облик, это тоже ребёнок, или уже взрослый бог?

— Что ты сказал? Какой бог? Это ребёнок, сын Святой Анюты. Такой же ребёнок, как и мой сын.

— А как к нему обращаться? У него имя есть?

— Они — это единое целое. Я вообще поражена, что ты его заметил.

— А почему назвали Сашей?

— Мне сказали, что у тебя на родине так принято, если папа Михаил Александрович, то сына принято называть Александр Михайлович. Но с именем Алексан-др будет путаница в этом мире, поэтому просто Саша.

— А ты планируешь направить его в этот мир?

— Роза предвидит, что так будет правильно.

— А ты его грудью кормишь?

Женщина густо покраснела, стушевалась.

— Маша, Мария, ты чего это?

— Хава-а-ар! — восторженный вопль Розы напугал малыша, и он вцепился в меня, как в спасательный круг.

Я посмотрел на дочь и вопросительно поднял бровь, только она это абсолютно проигнорировала, а обратилась к Марии:

— Вот, я же говорила, ты для него Маша, то есть очень близкий разумный, а ты не верила!

Чувствую, что я краснею, точнее мы с Марией оба покраснели, а малыш весело засмеялся и потянулся к матери. Я передал ребёнка женщине и наконец-то посмотрел не него магическим зрением. Это было зрелище: его аура была очень яркой, чисто белого цвета, а источник уже сейчас был на уровне мага выпускника университета. Я осторожно обвёл мальчика руками, внедряя в его тело две руны: «Дубль-ауры» и «Затемнение». Первая почти полностью скрыла ауру малыша, то, что осталось на виду говорило о том, что перед нами слабый маг с предрасположенностью к целительству. Вторая руна укрыла почти непрозрачным коконом внутренний источник сына, так, что осталось лёгкое свечение с фиолетовым оттенком. В это время мальчик засмеялся и стал елозить на руках матери, как будто его щекотали.

— Что ты сделал? — на лице матери был ужас.

— Маша, не пугайся, я всего лишь скрыл от посторонних его источник и ауру. Зачем нам светить для всех, что у тебя гениальный ребёнок?

И чтобы убрать панику из её сознания:

— Ты мне так и не ответила, ты его грудью кормишь?

Если перед этим на лицо женщины накатила бледность, то сейчас она снова покраснела, и это она считается неэмоциональной личностью?

— Понимаешь, это конечно не принято, но ты далеко, а мне очень хотелось прижимать к себе кого-то близкого, — женщина потупила взгляд

— Стоп! Мария, это у вас не принято! А в моих мирах это считается великим благом для ребёнка, если мама кормит его грудью до года, или пока зубы не прорежутся. Не красней, не смущайся, гордись тем, что ты хорошая мама для своего сына.

В ответ женщина покраснела ещё больше.

— Роза, а когда можно маме Ане всё рассказать?

— Папа, а ты иди.

— Подожди! Мария, а как вообще вы там живёте, ты обеспеченная женщина? Материальных проблем нет? А как общество реагирует, что у тебя ребёнок неизвестно от кого? У тебя и у сына из-за этого не будет неприятностей? Ему безопасно в вашем мире? А то, вот Розу попросим усыновить его, и пусть он живёт в нашем мире!

— Нет! — женщина тревожно вскинулась, а я поднял ладони в примирительном жесте.

— Материальных проблем у меня нет. Меня пытались свести с одним мужчиной, но теперь он и сам не хочет, а мне это и не надо! Реагируют все по-разному, большинству это безразлично, кто-то ухмыляется, мол, нагуляла от аборигена. Но когда видели его ауру, все начинали завидовать.

— Если сейчас возникнут вопросы, скажи, что, как оказалось, это был остаточный след отцовской ауры. А потом он прошёл, и осталось то, что осталось. А на вопрос, кто папа говори, что он потомок Тура, местного полубога. Вот и был такой остаточный след. А у тебя любовь не с каким-то простым аборигеном, а ого-го с каким.

На эти мои высказывания Роза свалилась под скамейку, хохоча и зажимая живот. Сын с интересом смотрел на неё, а потом стал смеяться вместе с Розой. Я посмотрел на дочь.

— Я правильно понимаю, что Анюта сейчас подглядывает за нами?

— Ну, папа, ну, ей же тоже интересно, это ведь и её сын!

От этих слов я присел на скамью, и мои мозги полностью отключились от окружающей действительности. Если кто не понял, то я тем более не понимаю, как мой сын может быть сыном богини, которая, внимание, есть сущность энергетическая, то есть бестелесная! То, что она из любопытства считывала эмоции Марии, это ещё можно понять, но какое отношение она имеет к моему сыну?

— Мария, а наш сын может носить имя Саша ан Тур?

— У нас имена формируются по-другому. На вашей планете, пусть будет так, я не против.

— Папа, ты уже иди, отдыхай, нам нужно ещё кое-что сделать, — выставила меня «за дверь» моя собственная дочь.

Смотрю в глаза этой женщине из высокоразвитого мира.

— Маша! За-пом-ни! Любые серьёзные проблемы, которые могут коснуться нашего сына, решаем вместе. Ты приходишь, рассказываешь, мы решаем. В любой момент его можно укрыть в этом мире. Если у тебя проблемы по работе, подключим местных богов, или вместе пойдём к твоему начальству. Обещай!

— Я обещаю, — женщина немного потерялась от такого напора, конечно, они же привыкли, что они для аборигенов — боги, а тут такой афронт.

— Я никто, против ваших возможностей, но в любой цивилизации уважают ЛИЧНОСТЬ. Вот с этих позиций я и буду тебе помогать, если это потребуется. Помни! Ты обещала! — и я пошёл, куда меня дочь послала.

Поздно вечером ко мне в спальню пришла Анейра. Присела на краешек кровати и грустно сказала:

— Ну, что, блудливый муж, давай кайся.

— Не буду. Меня почти изнасиловали две богини, но и я сам этого хотел. Сам я бы к Марии не подошёл, а так… А от сына в любом случае не откажусь, родная кровь, это ни от чего не зависит. Сможешь — прости! А попрекать меня этим не стоит.

Встал перед ней на колени.

— Простишь?

— А куда мне деваться? Я то, ведь без тебя жить не смогу…

Мы обнялись, потом долго сидели молча. Потом Анейра сказала.

— А какой у неё замечательный карапуз! Я даже завидую! Представляешь, ему полгода, а в источнике уже больше ста энергетов, почти сто сорок.

— Хочешь, заведём такого же. Наши-то, уже взрослые, даже Катрин уже семнадцать лет — невеста. У Анюты свадьба то будет, или нет?

— Такого же? Конечно, тебе же не рожать! — она говорит с возмущением, а у самой усиленно крутятся мысли в голове.

— Аня, ты у меня красивая, тебе нельзя так сильно задумываться, морщинки появятся, — подкалываю жену.

— Ах, ты! — и меня начинают тузить подушкой.

— Аня, а пойдём, напьёмся! Ты меня окончательно простишь, а я буду чувствовать себя виноватым, и буду стараться быть хорошим мужем.

В малой столовой мы успели выпить только по бокалу вина, как туда ввалились, ещё две жены, и три старшие дочери. Меня заставили выпить ещё бокал вина, в расчёте на то, что я в состоянии опьянения буду более покладист, и начали исподволь заводить разговор, что дочери у нас уже взрослые.

— Алина, а ты его любишь? А он тебя? — изображая пьяного, говорю почти грубо, на жён вообще не смотрю.

От такого игнорирования Ириана и Ирена буквально вскипели.

— Сидеть! Алина отвечай папе! — думаете, это я командую, нет, это Анюта и её поддерживает Роза.

Алина начинает, запинаясь, рассказывать, что он очень хороший, но он меня очень стесняется и боится подойти, чтобы попросить её руки. «А зачем нам кузнец?» — это я уже говорил, но что значит боится?

— А зачем мне трусливый зять? Что с него взять?

Девушка чуть не плачет. Тут вмешиваются старшие дочери, забирают Алину и уводят из столовой.

Смотрю нарочито пьяным взглядом на своих жён. Они начинают наперебой рассказывать мне, что я жизнь поломал своей дочери.

— Милые дамы! А почему вы изменяете своему мужу? Ну, ладно, наставница, она и до нас была взрослая женщина, и имела любовников. А от тебя Ирочка — не ожидал!

Ирена, мгновенно заплакав, убегает из зала, Анейра устремляется за ней.

— Тебе, и правда, безразличны мои приключения?

— Ириана, знаешь выражение «Как собака на сене»? Ты с кем-то завела близкие отношения, то есть тебе кто-то понравился. Я вам сразу говорил, что удерживать никого не буду. Но тебе, оказывается, нужно, чтобы я тебя ревновал, устраивал скандалы! Это вы девушка, зашли не по тому адресу.

— Вот ведь засранец, хоть бы вид сделал что ревнуешь!

— А я что сделал? Вот скоро Аня приведёт Иру, сначала будут на меня наезжать, мол, сам кобель, а потом будут извиняться и мириться!

— Если ты всё наперёд знаешь, так ведь и жить не интересно, а?

— Злые вы, уйду я от вас! Уеду в Семигорье и буду там рыбу ловить и зверюшек из Долины Злого Мага рыбой подкармливать.

— Каких зверюшек, ты что пьяный?

— А ты знаешь куда вода из того озера уходит? Уровень в озере ведь всегда один и тот же! А если воду из озера спустить, то всё золото на виду окажется… — и сделал вид, что засыпаю.

— Майкл, подожди не спи, повтори, что ты про золото сказал!

— А будешь ещё мне изменять? Вот и не скажу, — Смотрю одним глазом на Ириану, и невольно улыбаюсь, слишком уж сильные эмоции её раздирают.

Она медленно выдыхает, словно отпуская все сильные эмоции.

— Ну, вот как с тобой серьёзно разговаривать?

— Ириана, а в чём ты видишь серьёзность? Про золото заговорили, и ты сразу, ах, это серьёзно! Да, тьфу на него! У тебя золота полный подвал, тебе ещё надо? А вот дочь ты ко мне привела, папа пожалей бедного мальчика, он тебя боится! А зачем моей дочери такой муж? Вы кого выбрали в мужья? Гусара, шута горохового, но он никому не кланяется, всего добился сам. А чего добьётся мальчик, который боится идти сватать любимую девушку. Вот хочешь пари: я даю согласие на их женитьбу, но при условии, что Алина лишается всякого наследства. И через два дня от жениха след простынет! Что ставишь?

— Да с тобой спорить бесполезно, как и с Розой.

— Скажи честно, хороший мужчина, сильно нравится? Да не Алине, а тебе, твой любовник.

— Майкл! Ну кто после тебя может нравится? Просто женщине для здоровья, для самоутверждения нужно внимание мужчины, его близость. А с тобой я уже год не была.

— Ну, извини, не подумал! А давайте назначим срок, к этому сроку подготовить заместителей, делегировать все полномочия, а потом устроим себе каникулы. Съездим к морю, де Горса обещал нам виллу на берегу, потом, вернёмся в Семигорье, и попросим у Дерева жизни, чтобы каждому дал по орешку, пусть это будет талисман у каждого. И что-то в Храме давно не были. А ещё вы хотели театр открыть.

Ириана смотрит на меня с подозрением.

— А ты, правда, не знаешь, что мы два театра открыли, один у Розалии, а второй у нас в Годунграде.

— Слушай, а ведь, правда, в листке читал, что дают какой-то странный спектакль, что-то про богиню.

— Этот спектакль написали твои дочери, про такого же гусара, только он был графом. В него влюбилась богиня, и такая сильная у них любовь, что она превратилась в живую женщину, и родила ребёнка.

— А чем всё закончилось?

— Печально закончилось, он погиб, защищая жену и дочь.

— Передай Анюте, срочно переписать сценарий, конец должен быть счастливый. Пусть богиня призовёт божественные силы, и исцелит мужа. И они втроём медленно уходят со сцены и машут зрителям.

— Говоришь, ты не видел спектакля?

— Ириана, у меня, можно сказать, на руках, умирала мать Руслана, Я на войне многих друзей потерял, а дочь богиня помогла спасти, я всё это прошёл в жизни, а не в спектакле. А разумным нравится, чтобы у истории был счастливый конец.

И жена умчалась вдохновлять дочерей на драматургические подвиги. Почему дочерей, да я уверен, что там без Розы не обошлось, когда только учиться успевает?

Вечером мирились с Иреной. Когда она попыталась сказать, что это только… Я её прервал и процитировал Ириану, про женское здоровье и оторванность от мужа. А утром мирился с Анейрой за то, что обидел её лучшую подругу.

На следующий день мы всей семьёй пошли в «турне» по храмам. Ну, собственно мы в два храма ходим: к Сияющему и к Святой Анюте. Я ещё иногда заезжаю в храмы богини охоты, бога ремёсел, бога удачи, и бога войны. Точнее говоря, я эти храмы поддерживаю материально, чтобы в моей столице не было захиревших храмов. А настоятелей утверждают только с моего одобрения.

Ну вот, зашли в храм Святой Анюты, женщины и девушки приблизились к скульптуре, что-то ей коллективно докладывают, а я стою в сторонке, помалкиваю. Вдруг под сводами храма зазвучал голос:

— Отец тебе правильно сказал, это не мужчина, зачем он тебе? Забудь!

Смотри-ка, может быть адекватной.

— «Мне обязательно надо прощенья просить?» — прозвучал голос Святой Анюты в моей голове.

— «Скажи, а что за туманный облик в нашем сыне? Что с ним делать?» — мысленно обращаюсь к богине.

— «Не надо ничего делать. Он просто ещё маленький, подрастёт, будет себя контролировать, никто его не увидит!»

— «Так у меня два сына или один?» — продолжаю спрашивать богиню.

— «А вот не скажу, живи и мучайся!» — и под сводами храма разносится девичий смех.

Жёны и дочери с недоумением смотрят на меня. А я подхожу вплотную к скульптуре и говорю:

— Я вот твоему отцу нажалуюсь, он тебе попу нашлёпает!

Рука скульптуры резко изгибается, как бы прикрывая бедро, но потом возвращается на место.

— «Вот, противный, опозорил перед всеми! И как узнал-то?»

Когда мы пришла в храм Сияющего, здесь было много посетителей, что исключало какие-то действия по сближению с богами. Поэтому женщины просто помолились, а я мысленно обратился к божеству.

— «Прошу прощения за грубый тон, что допустил, когда вы мне Контролёров вызывали, чтобы дочку спасти. И прошу объяснить, что с сыном. Он один или их двое?»

— «А за дочку мою, ты, зятёк, не хочешь прощенья попросить?»

— «Мне не трудно, если считаешь, что я виноват, то прошу прощенья, только она девушка взрослая, сама всё решает».

— «Да какая она взрослая, это надо же, со смертным согрешила! Но, действительно, сама всё решала. А за внука не бойся, он один. Он такой же, как и вы, разумные, только в нём немного божественной сути будет. Это не страшно, просто будет сильным магом».

— «Скажите, Сияющий, нужно ли мне делиться секретом, как делать магически одарённых детей? И надо ли в этом мире утверждать полную магию?»

— «Ты ранее сам всё правильно делал. Секретом можешь поделиться только внутри семьи, а полную магию возвращай в этот мир. Для этого тебя сюда и направили».

— «Выполнил ли я своё предназначение, могу ли теперь я пожить для себя, для семьи?»

— «Ты не сможешь».

— «Почему?»

— «У тебя колючка под хвостом. Ха-ха-ха-ха!»

Блин, ну что за боги? Какие-то совершенно несерьёзные личности.

Получается, что главная задача, это возрождение того, что пытались уничтожить эльфы, или кохарины, с их наездниками — хорхарами, возврат в этот мир полной магии.

А раз так, все хозяйственные вопросы делегируем заместителям и министрам, а сами занимаемся Университетом.

В Университете встречаю декана факультета Амулетостроения магистра де Дуброс. За двадцать лет он так и не поднялся на ступень архимага.

— Ваше Благородие барон де Дрон. Скажите, а ваша Школа ещё работает? Я бы с удовольствием туда вернулся. Тут невозможно работать. Все просто с ума посходили с этой полной магией.

— Уважаемый магистр де Дуброс. Я же просил вас не путать. У нас всё не то, чем кажется. Вот я, например, совсем даже не барон де Дрон, а просто князь Горный, а декан факультета Целительства всего лишь моя дочь княжна Горная. А глава Общеуниверситетского цикла — княгиня Горная, и директор Университета совсем даже не графиня де Лафер, а тоже княгиня Горная. А самое страшно знаете что? Оказывается, не бывает магии Огня, Воды, Воздуха, Земли, есть просто магия. Это как на рыбалке. Есть просто рыбалка. Но одному рыбаку нравиться ловить мирную рыбу, другой специализируется на хищной рыбе, а кто-то ловит раков. Так это вообще не рыбалка, а ловля раков.

Через три года мы добились того, что в нашем университете все студенты выпускались полными магами. У некоторых выпускников был перекос в сторону того или иного вида Магии, но это означало, что у него есть любимый вид магии, который он развивает в большей степени. Подготовленные в нашем Университете преподаватели внедряли наши методики в Университете Магии в Царстве Гномов, и в Академии в княжестве Тура.

А какой визг и вопль подняла «мировая магическая общественность», когда мы объявили, что естественное состояние для любого мага, это именно полная магия, а отклонения, это, как и любые способности у любого разумного: кто-то хорошо поёт, кто-то рисует, а кто-то талантливый плотник, или сталевар. «Это посягательство на основы», «это унижение талантливых магов», и так далее. А в чём унижение, если наш магистр, это более сильный маг, чем их архимаг? Одним словом, в нашем тесном кругу: это царство, два княжества и Северный анклав гномов, — приняты новые правила и определения в сфере магии. Есть магия, и её проявления. Маг — это тот, кого по старой классификации называли «полный маг», а дальше речь идёт о специализации в сфере Огня, Земли, Воды, Воздуха. А амулетостроение, это не вид магии и, даже не специализация, это область применения магии. Вот у нас Лилия — специалист по строительству мостов, это что, магия мостов, нет ведь, это просто такое применение магии. А я делаю амулеты, то есть, применяю магию, для создания этих штучек.

Поленцы собрали «международную» конференцию магов, где приняли решение не признавать нашу магическую науку, наши дипломы. У них дипломы настоящие, а у нас «подделка». Как у нас на Земле, когда Европа против России санкции назначала. Только в жизни, оно как в том анекдоте про иностранца, который говорил, что он по паспорту русский. А ему, мол, бить будут по лицу, а не по паспорту.

В Академии пока наши методики внедрялись с наибольшим трудом. Когда Князь Серж анд Дрович Тур объявил о возрождении Академии, туда потянулись старые преподаватели, выжившие в войнах, а также попытались устроиться преподаватели Королевской школы, оставшейся на месте Школы Дрона. Однако Розалия железной княжеской рукой наводила там порядок. Всех закостенелых ретроградов выгнала без сожаления. И правильно, у нас новая жизнь, значит, и работать надо по-новому.

Почему я говорю, что у нас новая жизнь. Потому, что мы основательно переработали наши законы, и в двух княжествах они практически одинаковые, и порядки мы устанавливаем одинаковые. И даже царь гномов многое у нас перенимает.

Ставка сделана на подъём уровня жизни населения в княжествах. Конечно, никто не отменял принципов капитализма, но очень многие вопросы решает королевская власть в тех отраслях жизни, которые на Земле называли социальной сферой. Введено обязательное начальное образование, неграмотных у нас почти не осталось. Медицинские услуги знахарей весьма дёшевы. Услуги целителей дороже, но тоже в разумных пределах. Роза вырастила Дерево Жизни во дворе дворца Сержа и Розалии. Поэтому и у них, и у нас на княжеские проекты магическая энергия стоит недорого.

В сфере законодательства и исполнения законов главные условия: первенство Закона для всех категорий граждан, абсолютно для всех, без исключений, и преимущество административных законов над церковными канонами. Ах, сколько желающих было и есть, получить хоть маленькую лазеечку, хоть какое-нибудь послабление для отдельных лиц, или категорий граждан.

Потом я ввёл запрет на ростовщичество, всякие «МММ» и биржи. Никаких финансовых пирамид, никаких игр на повышении и понижении акций.

И появился существенный приток населения к нам из соседних государств. В Краинском королевстве введён запрет на переезд в наши княжества, вплоть до репрессий по отношению к остающимся родственникам. А разумные всё равно едут.

И все чаще люди говорят не Княжество Горное и княжество Тура, а просто Семигорье. А князей называют Алекс Тур и Серж Тур. И что удивительно, они оба отзывается на такие имена.

Эпилог

Представьте себе большую, почти круглую долину в кольце гор со снежными вершинами. Ниже снегов голые неприступные скалы и каменные осыпи. Еще ниже — альпийские луга с россыпями цветов и трав. Далее зона кустарников. Ниже зоны кустарников начинаются предгорья покрытые тёмными хвойными лесами, преходящими в ярко зелёные лиственные леса, перемежающиеся с лугами и полями. С гор стекает множество ручьёв и речек, собирающихся в одну реку, протекающую почти по центру долины. Одна из речек, протекающая по предгорьям на восточной стороне долины называется Радужная, или Запрудная. Глава клан Алекс анд Дрович, или князь Алекс Тур, любит ловить в этой речке радужную форель. Вот он сидит на берегу, возле прогорающего костра и жарит шашлык из рыбы. Рядом с ним внучка Катя трёх лет от роду, внук Серж пяти лет, и сын Саша, четырёх с половиной лет.

— Деда, ласкази, ну ласкази…

— Что рассказать, Катя! Мальчики, что с рыбой? Готова? Тогда укладывайте вот в эту корзину. Давайте, закладываем на угли новую порцию рыбы.

— Деда, ласкази про бабу Илияну, ты опессял…

— Хорошо Катя сейчас. Саша, сходи, позови всех женщин, рыба готова.

— Ну, слушай, Катя. Этот рассказ — это дополнение к тому, что был в прошлый раз. Бабушка Ириана была молодой женщиной, и лечила того молодого парня, который потом оказался вашим дедушкой. У него совсем не было памяти, он ничего не помнил. Сначала она восстановила в его памяти родную речь, чтобы он мог говорить и общаться с людьми. Потом она вливала в его память знания о нашем мире и магии, и много ещё полезной информации и ещё ему помогали учиться в Академии магии девушки Анейра и Ирена. Когда они все вместе приехали с эти горы, в Загорье, женщина согласилась выйти замуж за герцога, который здесь правил. Герцог уехал на войну и погиб, а его жена осталась здесь за главную, и помогла открыть школу по обучению магии тех, у кого есть способности. И тогда команда друзей того молодого человека стала командой преподавателей. Им пришлось переезжать с места на место, но они везде делали это, обучали магии тех, у кого есть способности. И разумные были им за это благодарны, и помогали, чем могли. Когда им удалось объединить Загорье и Семигорье, эта женщина стала министром финансов в этом анклаве и помогала главе клана обустраивать анклав и готовить армию к войне. Потом на них напали враги, но к этому времени у молодого человека было много друзей, они помогли ему собрать такую армию, что он разбил всех врагов. И тогда его назначили князем, владетелем этих земель и предгорий. А город Годунград, откуда вы приехали, стал столицей его княжества. А женщина стал не только министром финансов, но и министром иностранных дел княжества. А звали эту женщину Княгиня Ириана де Дрович. А когда их дети выросли и стали мамами и папами, она стала бабушкой Ирианой. Но она, вообще-то, и сейчас Министр Финансов, и Министр Иностранных Дел княжества. Вот такая замечательная у вас бабушка.

Пока дед развлекал внучку рассказом, его жёны вели свой разговор.

— Я у Розы всё узнала, знаете, почему у Марии такой замечательный карапуз. Мария сговорилась со Святой Анютой. И при этом деле она там же была. И в результате всего этого в ребёнке есть частица божественной сути.

— Теперь нужно и нам поговорить с Анютой.

— С нашей? — это Анейра.

— Нет, конечно, со Святой Анютой, она и нам поспособствует. Я попросила твою дочь Анюту, и она поговорила со Святой Анютой. Она согласна, осталось Майкла уговорить!

— Так Майкл же говорил, что будем двадцать лет отдыхать.

— Ну, а это уже, как мы решим. Только, Анейра, если решаем, то все вместе. И ты тоже с нами!

К концу рассказа князя для внучки к костру подошли три княгини: Ириана, Ирена и Анейра, — и две бывшие княжны, то есть дочери князя: Анюта и Роза. Сейчас они замужем и имеют титулы маркиз.

Все уселись на брёвнышки и устроили поедание жареной рыбы на свежем воздухе. Постепенно все насытились и, разбившись на группы по интересам, просто разговаривали.

У воды старшая дочь с младенцем на руках разговаривает с беременной сестрой. Ребята возле их пытаются забрасывать удочки в реку.

— О, как хорошо, дети выросли — можно отдохнуть лет двадцать! — это князь, то есть ваш покорный слуга, пытается спрогнозировать свою жизнь

— Майкл, мы подумали и решили, что нужно, чтобы дети росли вместе с внуками. Поэтому пора новых детишек делать.

— Девушки, да вы с ума сошли. Мы только разгреблись с управлением государством. Детей выпустили во взрослую жизнь. Так дайте хоть чуть-чуть отдохнуть!

Ирена походкой «от бедра» подходит ко мне, прижимается всем телом и, глядя в глаза, мурлычет как кошка:

— Майкл, ты ведь не можешь долго сидеть на одном месте. А дети, они не сразу рождаются, а только через год.

И остальные княгини её поддержали, даже Анечка, моя верная Анечка.

Отошёл от них. Постоял возле внуков. Рыба у них не клюёт, так как детских силёнок не хватает забросить крючок на течение. Показал им, как делать «блинчики» на воде плоским камнем. Но у них и на это сил не хватает.

— Ну, тогда собираемся домой.

Во дворце ушёл в кабинет, и когда княгини пришли туда же, сказал.

— В таком случае, у меня три условия. Первое, вы омолаживаетесь до внешности или до возраста, как там у вас правильно, старших дочерей. Второе, пока дети не повзрослеют, вы все — верные жёны, никаких любовников. Третье, если сможете, омолодите моего коня, Ужаса. Он мне столько раз жизнь спасал, я не могу его бросить.

— Тогда у нас есть встречное условие — кто бы сомневался, конечно, Ириана.

— Во-первых, ты сам омолаживаешься до возраста барона де Дрон, а во-вторых, никаких любовниц, никаких Марий, никаких бо… — и замолчала.

— С Марией не получится, — это неожиданно на мою сторону встаёт Анейра

— Как это не получится, что ли теперь будет четвёртая жена?

— Получается почти пятая, но она не претендует, мы долго разговаривали с ней. Там не разврат, там очень сложно всё.

Короче говоря, привели меня в Храм Всех Святых, и обратились к Святой Анюте. Прямым текстом сказали, что хотят детей, таких же, как сын Марии. И под сводами храма прозвучало сакраментальное:

— Я согласна.

— Уважаемая Анюта, а ты не перестанешь быть святой?

— Говори уж прямо Майкл, не стану ли я развратницей? Я ведь богиня любви и материнства. А ты умеешь детей по-другому делать?

— Ну, это-то запросто, вопрос в другом. Что нам папа скажет на такие твои выходки. Я его уговаривать не буду, говори с ним сама!

У княгинь челюсти упали сначала на грудь, это когда «запросто», а потом ещё ниже, это когда «папа».

Ладно, не буду отвлекаться, на другой день меня попросили прибыть в Храм. Говорили с Сияющим один на один. Под сводами храма грохочет гром:

— Я запрещаю, это Храм, а не вертеп. Хоть ты сам этот алтарь выращивал, но это алтарь, священное место!

— Да я и не настаиваю, это бабы с ума сходят. Хотя, конечно, интересно узнать, а получатся ли остальные дети, такие же, как у Марии сын, с таким же большим потенциалам.

— Да не в Марии дело. Алтарь тебе Драконы отдали, вот от него и таланты у ребёнка.

— Папа! А тебе не надоело сидеть на этой планете?

На обращение «Папа» скульптура Сияющего вздрогнула, мне даже страшно стало, в таких эмоциях сотрёт он меня в порошок и не заметит.

— Что ты хочешь сказать?

— Мама твоего старшего внука — начальник сектора этой галактики. Мы на галактику не замахиваемся, а вот сектор на уши поставить, это как раз по нам…

Ещё помолчали.

— Так сколько ты хочешь сделать внуков.

— По три от каждой из трёх жён.

— То есть девять?

— Нет, десять!

— А ну да, конечно десять. Ладно, скажи этой распутнице, чтобы кроме тебя, больше ни с кем, а то из Пантеона выгоню!

На следующий день снова разговариваю со Святой Анютой.

— Я теперь буду у тебя старшей женой.

— Ты не сбрендила?

— У них будет по три ребёнка, а у нас с тобой по десять.

— Будешь хвастаться, отец тебя гулящей девкой назовёт, и из Пантеона выгонит. Это он так сказал. Сумела урвать кусочек удовольствия, вот и радуйся жизни.

— Смертный ты забываешься!

— Девушка, ну, мы же это уже проходили! Хочешь, уйду и больше не приду?

— И с кем же ты будешь божественных детей делать?

— Ну, вот зачем ты так себя ведёшь, как какая-то стерва! Могу вообще никуда не ходить, пусть будут обычные дети, какие уже были. А могу к богине охоты напроситься в друзья. Вот обязательно такие выяснения нужны?

— Но я же женщина!

— Это не оправдывает и не объясняет. Все женщины разные. У меня жена Анейра ни разу за тридцать лет никаких условий мне не ставила.

Отношения с богиней выяснили, первых трёх детей на алтаре сделали. А потом Роза рассказала или проговорилась Марии, и мне опять претензию выставили. А почему этим женщинам по три ребёнка, а мне только одного? Мне конечно большой разницы нет, десять детей воспитывать или двенадцать. Но я на неё смотрю молча. Очень стушевалась женщина, но держится твёрдо.

— Майкл, ты просто не знаешь ситуацию в нашем секторе, нам очень нужны сильные маги.

— Так ведь пока ещё они вырастут?

— Космические процессы тоже не быстро идут.

— Моё условие. Дети до школы живут у меня. А если ты организуешь создание школы здесь, но по вашим программам, то потом мы сможем вам помочь. Не с моим же Сумраком космические корабли сбивать?

— Это отдельный разговор. Нет никаких космических кораблей. Все перемещения через космос, только за счёт магии. Так что твой Сумрак будет очень востребован. Я на всё согласна, а по поводу школы буду думать.

А самое замечательное было потом, когда женщины смогли старому дряхлому жеребцу вернут силу и молодость.

Мы с Ужасом стоим на склоне холма. В долине пасётся табун голов на двести, все потомки Ужаса. Ужасные потомки, или ужасная порода? Жеребцу очень хочется туда, в табун. Он же молод и полон сил! Рассказываю ему анекдот про молодого и старого быка. И ведь понял, мотает головой, это он так смеётся.

— Ладно, иди, пока для тебя дел нет.

Подхожу к дому, ну, к нашему подъезду дворца, навстречу выскакивают пять женщин: три княгини, и две маркизы, кричат все сразу:

— Майкл! Папа! Майкл! Папа! Майкл! Представляешь у Розалии зеркало в полный рост! Представляешь! А мы что, хуже что ли?!

— О, великий Северный Лис!!!

Конец романа

Оглавление

Пролог

Глава 1. Возвращение в Загорье

Глава 2. Вторая свадьба и большая стройка

Глава 3. Дети, магия, проблемы

Глава 4. Снова в Холмограде

Глава 5. Строим Семигорск

Глава 6. От графства к анклаву

Глава 7. Война в ущелье и встреча с Контролёрами

Глава 8. Взрослеют дети

Глава 9. Опять война

Глава 10. Дела международные

Глава 11. Опять свадьба

Глава 12. Похищение Анюты

Глава 13. Возвращение Росграда

Глава 14. Университет полной магии

Эпилог

Content

Швынденков Михаил Александрович Три шага до магии. Шаг третий. Университет Полной Магии [СИ]