Ольга Романовская

Сбежать нельзя любить

Пролог

Без малого шесть лет назад я на собственном опыте убедилась, что даже тщательно выверенная стратегия может привести к краху. В моем случае — капитальному, по всем фронтам, потому что я умудрилась не только загубить свою репутацию, но и обзавестись недоброжелателем в лице ректора столичной академии. Последнее значило даже больше доброго имени, потому как ставило жирный крест на образовании и карьере. В любом другом случае родители бы только порадовались, но…. Смотри пункт первый — репутация.

Новогодний бал был в самом разгаре, только вот мое настроение больше подходило для похорон. Не своих, разумеется, потому как, потратив кучу времени и денег на выбор платья и прическу у лучшего мастера, умирать я не планировала. Убить — возможно. Например, отвратительную, глупую, безвкусно одетую Бекки Фитч, позарившуюся на чужое. Пусть Эрик Арен не подозревал о том, что ему не следовало флиртовать ни с кем, кроме меня, от ответственности это ни его, ни Бекки не освобождало. Я как раз обдумывала, как привлечь к ней обидчиков. К сожалению, на первом курсе не учили проклятиям, иначе я бы с удовольствием приворожила разлучницу к уборной. Но, увы, оставалось лишь хмуриться и мысленно потчевать Бекки разными нехорошими словами.

А ведь я возлагала на бал большие надежды! Днями напролет зубрила формулы, чтобы стать лучшей на курсе, хоть как-то выделиться. Учитывая мои весьма скромные способности, было крайне нелегко успешно сдать сессию, заставить говорить о себе как о подающей надежды. И все ради Эрика. Ему уже двадцать (целых двадцать!), единственный способ ему понравиться — показать, что я тоже умная, опытная магесса, а не сопливая первокурсница. «Как же, — язвительно мысленно прокомментировала я, сверля взглядом ненавистную Бекки, — тебе совсем другого опыта надлежало набраться! Сомневаюсь, будто пониже спины у нее учебник, и Эрик активно его штудирует».

Ладонь предмета моего интереса действительно сползла с талии Бекки. Та не возражала, продолжала все так же улыбаться, щебетать своим противным голосом о том, как всем повезло, что лорд Арен устроил такой чудный бал. Да я на месте ректора таких, как Бекки, к сыну на километр не подпускала. И на бал тоже. Ой, я не сказала, что Эрик — сын того самого лорда Джеймса Арена, магистра, ректора, знаменитого мага и всякое такое? Ну вот, говорю. И меня угораздило в него влюбиться. Не в лорда Арена-старшего — в Эрика.

Не выдержав пытки, отвернулась.

Зеркало отразило перекошенное от обиды лицо. Со стороны казалось, будто у меня разом разболелись все тридцать три зуба. Точнее, двадцать восемь, потому как зубов мудрости при рождении мне не выдали: дурам они не положены. Да, я дура, так и запишите в дипломе. Сами посудите, прочитала пять томов «Антологии магии», разрядилась в пух и прах, отказалась от парочки заманчивых предложений, чтобы в итоге давиться безалкогольным пуншем под елкой.

Крепко стиснув глазурованную кружку, пожелала Бэкки окосеть. Ну или ослепнуть. Можно все сразу, чтобы она гарантировано отстала от Эрика. Напрасно я пыталась убедить себя, что Арен-младший мне совсем не нужен, вокруг полно чудесных кавалеров, все равно украдкой следила за сладкой парочкой.

В очередной раз бросив взгляд на Бекки, едва не подавилась.

Она положила ему руку на плечо как невеста! Да ей надеяться не на что! Разве только на то, что Эрик отведет ее в уголок и задерет юбки.

Фыркнула.

Подумаешь, постель! Тут гордиться нечем, наоборот, нужно посочувствовать бедняжке. На таких, как Бекки, не женятся.

«Зато тебя Эрик прямо завалил предложениями руки и сердца! — вновь вмешался ехидный внутренний голос. — Ее он хотя бы хочет, а ты для него бесполый предмет. Как… Да как мензурка, вот!»

Ведьмин котел, почему пунш безалкогольный!? Напилась бы сейчас, заткнула противного правдоруба внутри, но, увы, по распоряжению ректора, того самого отца Эрика, крепкие напитки на территории академии запрещены, даже под Новый год мы не могли расслабиться.

Пунш в кружке закончился, отчего чувство обиды лишь усилилось. Я злилась на весь мир и особенно на маменьку. Зачем она постоянно твердила, будто я красавица и составлю счастье любого мужчины? Вот он, мужчина, только свое счастье он видит совсем в другой. Хоть бы раз взглянул! Я тут битых полчаса стою, внимание привлекаю, а он… Может, дело в фигуре? Я ведь плоская как доска, не то, что Бекки, или моя старшая сестра Луиза. Вот ее Эрик бы точно заметил! Судя по всему, ему нравятся глупышки с формами. С глубоким, до пупа, декольте, едва прикрытым тонкой кружевной вставкой. Я понятия не имела, как одевались жрицы любви, но, полагала, они походили на Бекки с ее вульгарно обведенными черным глазами. Сразу видно, не леди и никогда ей не станет.

— Ты чего?

Увлеченная мрачными мыслями, не заметила, как ко мне подошла Монна. Мы с ней странная парочка: дочка дворянина и простого булочника, которые умудрились подружиться.

Проследив за моим взглядом, Монна укоризненно покачала головой.

— Брось, не стоит он того! Знаешь, сколько девчонок на него вешается?

С деланным равнодушием пожала плечами.

— Пусть вешаются, зато полюбит он меня.

Эрик Арен ворвался в мою жизнь свежим порывом ветра. Неординарный, с длинными, против всяких правил волосами и непокорной челкой, вечно падавшей в глаза. Не заметить его было невозможно. Где бы он ни появлялся, Эрик сиял. При этом он всячески скрывал родство с ректором, на людях обращался к нему исключительно «милорд». Лорд Арен-старший его стремление самому выбиться в люди поощрял, не выделял из числа прочих студентов.

Впервые мы столкнулись на пороге библиотеки. Эрик придержал мне дверь, когда я, гордая тем, что поступила в академию, тащила огромную стопку учебников. Пара слов, еще пара случайных встреч, и крепость моего сердца пала. Только вот Эрик первокурсницами не интересовался. Мы для него дети, малявки. Хотя со мной он вел себя иначе, во всяком случае, мне так казалось. Подумать только, Эрик запомнил мое имя! Единственной из группы. А еще как-то помог с домашним заданием и защитил от хулиганов. Словом, я поверила в наличие взаимных чувств и загадала, что в новогоднюю ночь мы станем парой.

Я заранее все спланировала: прическу, платье, макияж. Узнала, каким по счету танцем будет вальс, и вознамерилась пригласить на него Эрика. Знаю, леди так не поступают, но мне надоело ждать. Отказаться он не сможет, а там признаюсь в любви… Только вот Бекки все испортила. Следующий танец как раз вальс, понятно, кого пригласит Эрик.

— Ненавижу ее! — прошипела я. — Чтоб она окривела от счастья!

В голове созрел дерзкий план.

Под лежачий камень вода не течет. Можно и дальше дуться, сожалеть о несбывшемся, а можно действовать.

Быстро оглядевшись по сторонам, нет ли поблизости преподавателей, шепнула Монне:

— Шампанского хочешь?

— Откуда? — удивленно округлила глаза подруга, а потом, сообразив, ужаснулась: — Неужели ты собираешься?..

— Собираюсь, — мрачно подтвердила я и наконец отвернулась от треклятой парочки. Пусть целуются, обнимаются, мне все равно. — Если потребуется, ректорский кабинет взломаю.

Но пока требовалось всего лишь незаметно пробраться в буфетную, где накрыли стол для преподавателей. Они-то не провожали уходящий год безалкогольным пуншем! Только, вот беда, возле дверей торчал непьющий преподаватель физкультуры. Надо как-то его отвлечь. Перебирала в голове разные варианты и остановилась на том, который не вызовет подозрений. Господин Барцель не урод, молодой симпатичный мужчина, накаченный, с играющими под рубашкой мускулами. О нем вздыхали многие студентки, поэтому он не удивится, если Монна пригласит его на вальс. Однако подруга категорически отказалась:

— Сама пригласи! Не желаю краснеть и выслушивать нотации. Вдобавок ты голубоглазая блондинка, Барцель точно не устоит. Взмахни ресницами, и он твой.

Что правда, то правда, я походила на фарфоровую куколку и частенько пользовалась преимуществами своей внешности. Невинный взгляд, легкий румянец на щеках — кто поверит, что внутри притаился бесенок? Именно внешность в свое время помогла мне поступить в академию: приемная комиссия сжались над готовым расплакаться ангелочком. Я ведь не должна была здесь учиться. Девушки моего круга не работают, не занимаются магией — и куча других «не». Если и поступают в какое-то учебное заведение, то чтобы найти жениха. Лениво, с обреченным видом изучают теорию магии и при первой возможности выскакивают замуж. Так поступила моя старшая сестра Джейн. Доротея и вовсе магии не училась, закончила закрытую женскую школу. Меня, самую младшую в семье, родители решили оставить дома. Мол, с таким лицом в девках не засижусь, да и фамилия знатная — Феммор. Батюшка ведь не просто дворянин, а баронет в восьмом поколении. А теперь представьте, как бушевал отец, когда все вскрылось! Маменька и папенька верили, что я езжу к сестре Нейла Морока, которого прочили мне в мужья, а на деле я тайком подала документы, прошла тестирование и собиралась стать… артефактором. Позор для славного рода Фемморов!

Усмехнулась.

Зато сейчас папенька довольно бы кивал головой, даже похвалил. Эрик Арен — прекрасная партия. Сын магистра, лорда с кучей регалий. Куда там Нейлу Мороку, который вдобавок остановил выбор на другой невесте. Но чтобы выйти замуж за Эрика, придется чуточку постараться. Для начала отвлечь внимание Барцеля.

— Хорошо, я пойду.

Всучив Монне пустую кружку, тщательно отрепетировала улыбку перед зеркалом и перешла в наступление.

Преподаватель несколько удивился моей просьбе, но, как пророчествовала подруга, не отказал.

Оркестр заиграл вальс. Наш вальс с Эриком. Ничего, успокоила себя, мы еще станцуем и не раз. И разрежем свадебный торт. Я уже решила, каким он будет, выбрала начинку. Никаких голубков, сердце из мастики и непременно много-много крема!

Улыбнулась сладким мечтам, а Барцель решил — ему. Ах, обмануть мужчину совсем несложно!

Я старательно отвлекала преподавателя разговором. Мол, как сегодня чудесно! И вы так хорошо двигаетесь, где только танцевать учились? Все ради того, чтобы Монна беспрепятственно пробралась в буфетную. И ей это удалось. Прекрасно, скоро в моих руках окажется заветное зелье храбрости.

Убедившись, что Эрик танцевал не с Бекки, а с незнакомой девицей, я и вовсе расцвела от радости. Не могли весомые достоинства в декольте, недостаток ума перевесил.

Казалось, от безграничного счастья меня отделял всего один танец и всего один бокал шампанского. Реальность разбила розовые мечты вдребезги. Не прошло и четверти часа, как я позорно сбежала из светившегося праздничного огнями зала, искренне надеясь, что ни Эрик, ни его отец не смогут меня догнать. Особенно последний, потому как лорд Арен-старший наверняка мечтал меня убить. Или, как минимум, исключить из академии и пригвоздить к доске позора.

На морозе хмель выветрился. Я действительно поступила дурно, но, увы, ничего уже не могла исправить.

Глава 1

Я в недоумении покосилась на секретаря каунтской Высшей школы чародейства. Это какая-то ошибка, зачем ректору понадобилось меня вызывать? Впереди торжественная выдача дипломов. Завтра в полдень мы навеки попрощаемся со студенческой жизнью и упорхнем кто куда. Подумать только, целых шесть лет позади! Ладно, пять с половиной, ведь я переступила порог школы зимой, а не осенью, как положено. Помню, какой выдался скандал! Но я настояла на своем, даже отец смирился, махнул рукой на непутевую дочь.

Многие недоумевали, почему я бросила престижную столичную академию и обосновалась в Каунте. Сюда стекались неудачники. Те, чьих способностей и усердия не хватало для поступления в другие магические учебные заведения. А тут я со своими высокими для подобного места средними баллами. Именно благодаря былой успеваемости ректор в виде исключения подписал приказ о зачислении. Ему хотелось, чтобы в кой-то веки в школе нашлась достойная студентка! Правда, специализацию пришлось сменить на «Практическую магию» и наряду со знакомыми предметами изучать травы, лекарское дело и прочие прикладные дисциплины. Специфика провинции — тут не до узкой специализации. Либо ты теоретик, либо боевик, либо практик-универсал.

После столичной академии местная школа вызывала оторопь. Моя пятая точка еще долго не забудет щербатые скамейки в аудиториях. Да и комната в общежитии оставляла желать лучшего. Когда шел дождь или дул ветер, мы наслаждались всеми прелестями милостей природы. Но, несмотря на все мелкие неурядицы, я была счастлива. Тишина сонного Каунта убаюкивала, постепенно стирала плохие воспоминания.

Однако все же чего от меня хотел ректор? Спросила напрямую, но секретарь уклонилась от ответа и словами: «Минуточку, я посмотрю, на месте ли господин Энлих» направилась к массивной двери с потускневшей бронзовой табличкой. Терзаемая любопытством, последовала за ней, но госпожа Рикки проворно захлопнула дверь перед самым моим носом.

Понятия не имею, о чем они шушукались, но через пару минут секретарь разрешила мне войти. Сама же вернулась в приемную.

Вопреки ожиданиям, ректор не сидел, а стоял, сжимая в пальцах конверт из плотной синей бумаги. Он выглядел встревоженным и немного сконфуженным, словно в очередной раз хотел сообщить о необходимости выйти на «субботник». Нашу школу финансировали по остаточному принципу, поэтому студенты и преподаватели частенько сами чинили мебель и красили стены.

— О, леди Феммор!

Ректор расплылся в фальшивой приветливой улыбке и махнул рукой: садитесь. Видя, что я не тороплюсь опуститься в кресло с потертой гобеленовой обивкой, он настоял:

— Нет уж, присаживайтесь! Как-никак, теперь вы леди, женщина, а не просто студентка. Сердечно поздравляю с дипломом с отличием. Мы занесем ваше имя в список лучших учеников.

Уважив его просьбу, присела.

Подобострастное, преувеличенное восхваление насторожило. Если ректор заговаривал мне зубы, то намеревался сообщить что-то неприятное. Как в воду глядела!

— Вот, ознакомьтесь! — Господин Энлих протянул письмо, которое прежде теребил. — Оно адресовано вам.

— Вы его вскрывали? — нахмурилась я, но конверт взяла.

— Как можно! — возмутился ректор, даже пятнами пошел. — Можете убедиться, печать цела.

Действительно на месте.

Снедаемая дурными предчувствиями, я взломала печать. Пристальный взгляд ректора сверлил темя, что лишь добавляло нервозности. Отвернувшись, стараясь не обращать внимания на ректора, сосредоточилась на чтении. Сдается, господин Энлих уже в курсе содержания письма.

Ведьмин котел!

В сердцах ударив по обивке кресла, я едва не швырнула послание на пол.

Предчувствие не обмануло, из приятного в письме было только сообщение о чеке, который отец выписал на мое имя и обещал прислать с нарочным. Остальное… Хотя на что я надеялась? Отец еще пять лет назад четко обозначил свою позицию.

Тяжко вздохнув, вновь взялась за письмо. Увы, чуда не произошло, ни тон, ни содержание не изменились. Отец в очередной раз напомнил о моей выходке, сильно повредившей репутации семьи, и сухо добавлял: «Однако теперь все в прошлом, мне удалось умаслить лорда Арена». Признаться, после этих слов сердце упало в пятки. Неужели он сосватал меня за Эрика? К счастью, в этом отношении судьба оказалась милостива, но в остальном… Пока я наслаждалась прелестями студенческой жизни, родители подсуетились и договорились о выгодном браке. И вот теперь с дипломом под мышкой мне предстояло вернуться в отчий дом, прямиком на собственную помолвку. Дата назначена, мое согласие заочно дано, платье пошито, оставались сущие формальности в виде моего присутствия.

— Дурные вести? — посочувствовал ректор.

Кивнула и убрала письмо в конверт.

От былого приподнятого настроения не осталось и следа.

Брак. Я несколько раз мысленно повторила это слово, свыкаясь с его скорбным звучанием. Словно воронье карканье! Быть может, если бы я питала к жениху теплые, пусть даже дружеские чувства, отнеслась бы к замужеству иначе, но младший сын виконта Олбани навевал только скуку. Да за него можно выйти только от безнадежности! Сонный, одутловатый, он ничем не интересовался и целыми днями не выходил из дома. Вдобавок Ричарду уже тридцать два, а он ни с кем не был помолвлен. Второсортный жених для второсортной невесты.

Попыталась вообразить себя леди Олбани и не смогла. Лучше пойти работать, чем разрезать свадебный торт вместе с Ричардом! Стоп, а почему, собственно, нет. Увлеченная мрачными перспективами будущей семейной жизни, я совсем забыла о дипломе. Отметки в нем настоящие, знания — тоже. Безусловно, леди не работают, но я ведь в некотором роде уже не леди…

«Решайся! — настойчиво склонял к бунту внутренний голос. — Что ты теряешь? Неужели хочешь каждый день видеть кислую мину матушки, слушать сочувствующие шепотки и хохот за спиной? Или тебе нравится Ричард? Тогда поплачь и собирайся».

— Миледи?

Закашлявшись, ректор привлек мое внимание. Ему явно было неловко. Бедняга несколько раз промокнул несуществующий пот на лысине, а после, решив, что беседовать сидя сподручнее, отодвинул свое кресло.

— Прошу прощения, что вмешиваюсь, но мне кажется, предложение вашего отца в высшей степени разумно.

— Какое еще предложение? — насупила брови я.

Прекрасно, просто прекрасно! Как и полагала, ректор в курсе событий, вдобавок батюшка втянул его в свои игры. Дайте догадаюсь, каким образом. Оплатил ремонт актового зала? Обещал продвижение по службе? Вряд ли предел мечтаний господина Энлиха — заправлять Высшей школа чародейства.

— Вернуться в столицу, — не моргнув глазом, ответил ректор.

— Хм!

Послушаю, что еще мне скажут. Мысленно решение я уже приняла, но не спешила его озвучивать.

— Не стану скрывать, — господин Энлих хрустнул морщинистыми пальцами и сложил их «домиком», — я заинтересован в подобном исходе. Вы уже взрослая, не студентка, поэтому стану говорить с вами на равных. Дела школы в плачевном состоянии. Еще год-два, и ее могут закрыть.

— И что же предложил вам сэр Феммор?

Не в этом ли контексте отец поминал в письме лорда Арена? Ректор столичной академии, заслуженный магистр и прочее, и прочее мог вдохнуть в школу новую жизнь. К примеру, повысить ее престиж, направив сюда в качестве преподавателей пару своих учеников.

— Боюсь, — улыбнулся ректор в седые усы, — это наше частное дело, но участие милорда пошло бы школе на пользу. Мне казалось, за прошедшие годы вы успели к ней привязаться…

Он выразительно глянул на меня, пытаясь загнать в ловушку. Увы, если в восемнадцать подобное могло сработать, в двадцать три уже не действовало. Сделала вид, будто не поняла намека, и промолчала. Разочарованный ректор нахмурился. Он совершил ту же ошибку, что и отец: строил планы, не удосужившись спросить моего согласия. Однако на кону стояли большие перспективы, и господин Энлих продолжил наступление:

— И все же это было бы разумно. Вы леди, ваше место в высшем свете. Повесите диплом в рамочку…

— А вам не приходило в голову, что его можно употребить по прямому назначению? — невежливо прервала собеседника.

Собственно, и так понятно, к чему он клонит. То же самое, пусть и другими словами, мне твердили с самого детства.

— Эээ… Прошу прощения?

Ректор оторопело уставился на меня.

С невинной улыбкой поинтересовалась:

— Как, неужели люди мучаются целых шесть лет ради бумажки в рамочке? Мне казалось, им нужны знания.

Господин Энлих вновь покрылся багровыми пятнами. Если дальше так пойдет, его хватит удар. Подобное в мои планы не входило, и я выглянула в приемную, попросила секретаря принести воды.

— Надеюсь вам лучше, господин Энлих?

Участливо протянула ему стакан и даже предложила побрызгать на лицо. Ректор отказался и заверил: все в порядке. Дождавшись, пока за секретарем закроется дверь, он вернулся к прежней теме.

— Упрямиться глупо! Понимаю, это свойство юности — бороться, мечтать покорить неведомые вершины, но с возрастом приходит мудрость. Идеалы юности видятся нелепыми, а то и вовсе вредными. Мы осознаем свои ошибки, но, увы, не в состоянии их исправить. Родители желают вам только добра, Джейн. Все прошедшие годы они регулярно писали мне, справлялись о ваших успехах, самочувствии.

То есть следили. Предсказуемо!

Выждав немного и не услышав бурных протестов, ректор мысленно выдохнул и спокойно продолжил:

— Сэр и леди Феммор пекутся о вашем будущем. Столица — это большие возможности. Вдобавок вам, как женщине, нет необходимости тяжким трудом зарабатывать себе на жизнь. Для этого существуют мужчины. Уверен, отец подобрал вам прекрасную партию. К сожалению, я не знаю имени того молодого человека, но он, несомненно, принадлежит к одному из лучших родов королевства.

С трудом подавила смешок. Хорош молодой человек! Но со вторым утверждением не поспоришь, Олбани еще из старой аристократии.

— Итак, что мне ответить вашему отцу?

Господин Энлих не сомневался, я сделаю верный выбор. Верный с его точки зрения.

— То, что сочтете нужным, — обтекаемо ответила я.

Мол, понимай, как хочешь. Ректор и понял, принял за согласие стать леди Олбани. Просияв, он с энтузиазмом начал расписывать, сколько всего сумеет улучшить в школе благодаря щедрому пожертвованию сэра Феммора. Отец посулил за уговоры солидную сумму. Очень солидную, что лишь укрепило меня в желании послать Ричарда Олбани к гулям на пикник. С ним явно что-то не так! Стоит при случае выяснить, почему виконт Олбани до сих пор не пристроил своего младшенького. Речь не только о женитьбе, Ричард не получил высшего образования, не заступил ни на гражданскую, ни на военную службу и вечно торчал при папеньке. Даже в игровых домах деньги не спускал, с актрисами не путался.

— Я избавлю вас от хлопот и возьму подготовку поездки на себя, — в заключение пообещал ректор. — Незачем вам добираться на перекладных. Дождетесь поверенного батюшки и спокойно поедете. Я добуду вам рессорный экипаж.

Интересно, у какого здешнего аристократа он его одолжит? За время учебы я успела свести шапочное знакомство с парочкой мелкопоместных дворян на приемах-посиделках. Начинались они с пышного обеда, затем мужчины уходили спорить о ценах на будущий урожай, женщины шушукались о похоронах и свадьбах, ну а молодежь, к которой причисляли всех неженатых и незамужних, дружно стучала каблуками под скрипку и пианино.

— Благодарю за участие, господин Энлих. Вы так добры! — со светской улыбкой пропела я, мысленно прикидывая, как сбежать из Каунта до приезда поверенного и, главное, куда.

Может, Каунт и глубокая провинция, но почтовый двор здесь имелся. Немаленький по местным меркам. А где почтовая служба, там и почтовые дилижансы, которые брали пассажиров за умеренную плату. Нужно сегодня прогуляться, выяснить, куда они отправляются в ближайшие дни. Место купить сумею: кое-какую стипендию успешным ученикам все же платили. Тратить ее было решительно не на что, так что я сумела отложить немного на черный день.

Но прежде выясним важную деталь:

— А когда прибудет поверенный? Отец ничего не писал вам?

Мысленно скрестила пальцы. Только не завтра, только не завтра! Уфф, в конце недели.

Я покинула кабинет ректора в смешанных чувствах. С одной стороны, сердце грел план спасения от незавидной участи стать леди Олбани. С другой, он пока был писан вилами по воде. Стоит отцу узнать о моем побеге, объявить вознаграждение… Кто ж меня приютит и не выдаст, пока я мыкаюсь в поисках частной практики? И тут меня озарило. Мне нужно поступить на государственную службу! Одно дело, если ты дочка сэра Феммора, и совсем другое, когда ты ценный молодой специалист. Без лишней скромности к посредственностям я себя не относила. Оставалась самая малость — найти подходящее место.

* * *

На почте царило оживление: только что прибыл дилижанс, а с ним письма и последние новости. С трудом протиснувшись ко входу, нырнула к доске объявлений. Увы, маги никому не требовались. Искали помощницу, сиделку, сезонных рабочих — кого угодно, кроме травников и артефакторов. Приуныв, на всякий случай выяснила расписание дилижансов. Я уже собралась уходить, когда краем глаза зацепила обведенное рамкой объявление на последней странице газеты. Ее держал мужчина в дорожном костюме, явно не местный. Газета тоже не каунтская: наша называлась «Северным вестником», а тут какой-то «Обыватель».

— Можно?

Я указала на газету.

— Пожалуйста! — в недоумении кивнул мужчина и протянул свой экземпляр. — Она мне больше не нужна.

Поблагодарив, отошла в сторонку и еще раз, внимательнее перечитала то самое объявление: «В связи с вновь открывшимися вакансиями службе магических дел требуются специалисты разного профиля. Опыт работы необязателен. Обращаться в департамент города Сура». В переводе с казенного языка на обычный Сур нуждался в выпускниках магических академий, то есть во мне.

— Когда хочешь, всегда находишь возможности, — свернув газету в трубочку, довольно улыбнулась я.

Вот тебе и деньги, вот тебе и работа, жилье, способ спрятаться от неуемных матримониальных планов папеньки. Разумеется, чуть позже, когда он остынет, я дам о себе знать, приеду повидаться, но пока лучше остеречься.

Итак, для начала найдем тот самый Сур. Прежде я о нем слыхом не слыхивала.

В книжной лавке нашелся атлас нашего славного королевства Ромния. Покупать его не стала, для вида прихватив еще пару книг по землеописанию — якобы не могу определиться, которую взять, — устроилась у окна и отыскала Сур. Не так далеко, каких-то пятьдесят километров от Каунта, пусть и в другой области.

Сверилась с расписанием дилижансов. Вроде, через Сур проходит один, ходит дважды в неделю. Можно выкупить место… и угодить прямиком в руки отцовского поверенного. Сомневаюсь, будто почтовые служащие устоят перед блеском золота, не сдадут меня, так что мы поступим иначе.

Зашуршала страницами атласа, попутно сверяясь со своими записями.

Хм, завтра, после обеда, отходит дилижанс в Орию. Это крупный город, третий по величине в стране. Каждый день через его почтовый двор проходит тьма народу, меня никто не запомнит. Доберусь туда и, не задерживаясь, сразу в Сур. Пусть папенькины люди побегают по Ории. Пока поймут, что меня там нет, я уже стану государственной служащей. Главное, чтобы ректор отдал диплом и никого ко мне не приставил. Вдруг деньги папеньки перевесят этические принципы?

Для отвода глаз полистала остальные книги и с наигранным сожалением вернула все три продавцу — не то. Вот в Комберге было издание… Можно выписать из столицы? Спасибо, не надо. Скоро сама вернусь в Комберг, куплю.

— Ах, столица! — мечтательно протянул продавец, убирая книги на полки. — Как я вам завидую! К жениху? — полюбопытствовал он, блеснув толстыми стеклами очков.

Активно закивала:

— Жду не дождусь встречи!

Ну вот, теперь весь Каунт убежден, что я примерная девочка и никуда не денусь. Как в любом провинциальном городе, сплетни здесь разлетались мгновенно. Словоохотливый продавец наверняка не раз завистливо помянет выпускницу, которая вскоре отбудет в Комберг, столицу нашей славной Ромнии. А ведь, не будь письма отца, я действительно бы вернулась домой. Но сейчас не время, не время…

Кстати о времени. Его у меня не так много. Нужно подготовиться к бегству.

* * *

В силу плачевного состояния общежития студенты стремились проводить в нем как можно меньше времени. Я тоже при первой возможности сбегала из мрачной клетушки, больше походившей на камеру, нежели жилую комнату. Диву даюсь, как у меня не развилась клаустрофобия вкупе с нервным расстройством! Зато я совершенно бесплатно избавилась от страха перед насекомыми. Когда ты каждый день гоняешь шваброй паука в углу, забываешь, что леди положено визжать и падать в обморок.

Словом, я не сомневалась, что без лишних глаз соберу свой нехитрый скарб. Да, в поспешных решениях тоже есть свои плюсы. Если бы я покидала столицу, как положено, обзавелась бы уймой шляпных картонок, целой гардеробной нарядов и горничной для поддержания порядка. А так мои пожитки умещались в чемодан — пустяки для леди.

На всякий случай решила проверить, не увязался за мной «хвост». Хуже нет, когда в самый последний момент тебя подхватывают под белы рученьки и сажают в экипаж людей отца. Но то ли господин Энлих оказался порядочным, то ли у папеньки не хватило денег на соглядатаев, по пути мне попадались только бывшие товарищи по учебе, никаких закутанных в плащи незнакомцев.

Вчерашние студенты радовались долгожданной свободе, предлагали вместе отпраздновать начало взрослой жизни. Подозрительно! Резвившаяся мания преследования нашептывала, что хитроумный ректор подговорил их напоить меня и выпытать всю правду. Если так, его план с треском провалился: от радушных предложений я вежливо отказывалась. Мол, устала, давайте завтра, после вручения дипломов. Если оно состоится. Разыгравшееся воображение рисовало господина Энлиха заправским интриганом. Узнай он, какие хитроумные комбинации я ему приписала, раздулся бы от гордости и потребовал министерский портфель.

Словом, ничего удивительного, что, собрав вещи, я провела бессонную ночь. То мерещились люди в черном, то ректор за дверью. Важную церемонию в жизни каждого студента спасла косметика. Была покойница трехдневной давности, а стала симпатичная девушка.

Ну вот, нацепим радостную улыбку, и вперед, за дипломом.

Церемония выдалась на редкость занудная. Переминаясь с ноги на ногу, боролась с искушением лишний раз бросить взгляд на часы. Если ректор продолжит в том же духе, мой дилижанс уйдет! А, может, он этого и добивался? Мысленно цыкнула на себя. Хватит, Джейн! Господин Энлих обычный зануда, только и всего.

Но вот поток ректорского красноречия иссяк. Судя по лицам остальных выпускников, не одна я не оценила речь о важном новом этапе в нашей жизни. Когда вынесли дипломы, кто-то даже радостно воскликнул: «Наконец-то!», чем выразил общую, коллективную мысль.

И тут новая напасть — заветные документы выдавали в алфавитном порядке! То есть я оказалась в самом конце!

С завистью провожала взглядом получивших дипломы сокурсников.

До отхода дилижанса полтора часа, час…

Но вот заветный документ оказался у меня в руках.

На праздничный банкет, я разумеется, не осталась, хотя обещала прийти. Обменялась поздравлениями и была такова, довольная и счастливая, тряслась по ухабистой дороге в Орию.

Глава 2

Резкий толчок вырвал меня из объятий сна.

Как, неужели Сур? Кучер обещал, мы прибудем туда утром. Только вот утро — понятие растяжимое, под него одинаково подходила и предрассветная хмарь, и полуденное солнышко.

Сцедив зевок в кулак, покосилась на мирно спавших спутников, затем судорожным движением проверила, на месте ли кошелек. У меня там не миллионы, но сейчас каждая монетка на счету. Уфф, целехонек! Серьги тоже из ушей не выдернули. Каюсь, я дурно думала о попутчиках. К примеру, храпящий как целая рота солдат косматый дедок сошел бы за предводителя разбойников. Компания вообще подобралась пестрая, разношерстная. Во-первых, женщина с уткой какой-то редкой породы, раз ее нужно было тащить из Ории в глухомань. Во-вторых, то ли монашка, то ли старая дева, которая попеременно спала и читала книгу в потертой обложке, не проявляя ни малейшего желания вступить в беседу. Наконец пара ребятишек под присмотром матери и землемер. С последним мы разговорились, оттуда я и знала его профессию. Вернее, без устали болтал только землемер, а я лишь вовремя поддакивала.

Постепенно наши ряды поредели, остался только бандит и монашка.

Утро там или нет? Сквозь старое оконце в двери сложно что-либо рассмотреть, волей-неволей пришлось выбраться наружу.

Свежо!

Дрожа спросонья, немного прошлась, чтобы размять ноги и согреться.

Недавно рассвело. Над тихой площадью провинциального городка стоял густой туман. Сквозь него, будто призраки, проступали очертания домов. Сур это или нет? Нужно найти кучера, спросить. Я обнаружила его возле лошадиной поилки. Он о чем-то беседовал с мужчиной в плаще. Сердце екнуло, и я поспешила спрятаться в дилижансе. Однако любопытство пересилило тревогу. К тому же от судьбы не убежишь. Если человек в плаще по мою душу, он достанет и в дилижансе.

У страха глаза велики! Я переоценила возможности отца — с кучером общался вовсе не детектив. Блеснувшие в мозолистой ладони монеты — тоже не плата за мою хорошенькую головку.

Сговорившись с новым пассажиром, кучер вместе с ним вернулся к экипажу, открыл деревянный короб для багажа на запятках.

— Эй, барышня, — буркнул он, заметив меня, — вы сходите или нет? Если нет, полезайте обратно, я ждать не стану.

Видимо, в голове у меня что-то перемкнуло, потому как ни ничем, кроме помутнения рассудка, объяснить свои дальнейшие действия я не могла. И ведь даже не удосужилась уточнить, Сур это или не Сур, забрала вещи и потопала прочь, через площадь. Когда очнулась, было уже поздно. Дилижанс укатил, оставив меня неизвестно где.

— Вот ведь дура!

Я со всего размаха опустила чемодан в пыль и чихнула.

Молодец, устроилась на работу! А все кучер виноват! Если бы не он, через пару часов оказалась бы в Суре. Надо жалобу на него написать, наверняка не я одна пострадала от действий коварного субъекта.

Отыскав виноватого, я немного повеселела, с любопытством огляделась, благо туман постепенно рассеивался, позволял оценить местные красоты.

До бегства в Каунт провинция ассоциировалась у меня с идиллическими пейзажами, пикниками и прочими воскресными загородными развлечениями. А тут… Какая идиллия — разруха! Вместо тротуара — обычные доски, некоторые дома и вовсе деревянные. Не город, а деревня! Даже в Каунте, а, по моему мнению, городишко хуже вообразить сложно, нижние этажи каменные, опять-таки в центре мостовая. Тут… Да я пары шагов не сделала, а уже во что-то вляпалась.

Ладно, поищем плюсы. Например, смешные флюгеры над остроконечными крышами очень милые, оригинальные: разные петушки, лошадки, русалки. Много цветов. Не на клумбах — в обычных горшках, подвешенных под окнами. Один из выходивших на площадь домов и вовсе наполовину оплел вьюнок.

Не Сур, но тоже сойдет. План тот же, только детали поменялись. Это даже хорошо, что я сошла не в Суре: окончательно запутала следы. Диплом при мне, обаяние — тоже, а молодые специалисты везде нужны.

Преисполнившись энтузиазма, расправила плечи и летящей походкой направилась к гостинице. Вывеску я заприметила издали — три короны и заветные девять букв, обещавшие кров и еду. Увы, летящей походка стала в буквальном смысле. Оступившись на рытвине, я самым позорным образом хлопнулась на землю. Будто этого мало, чемодан больно стукнул по ноге. Вот ведь!.. И не выругаешься: леди, мы таких слов не знаем.

— Надо же, прежде я полагал, что хорошенькие девушки на дороге не валяются! — насмешливо прокомментировал кто-то.

Словно солдат по команде, подскочила и одарила незнакомца гневным взглядом. Хорош кавалер! Помог бы, а не потешался!

— Чемоданчик не забудьте, воздушное создание! — не унимался хам.

— Вы вообще кто?

Уперев руки в бока, уставилась на наглеца, жалея, что не умею убивать взглядом. Увы, поза тоже ожидаемого эффекта не возымела. Да и тяжело его произвести, если все лицо в пыли, а под глазом и вовсе… Мамочки, это козья какашка?!

— Вот, держите!

Незнакомец протянул носовой платок. В уголке красовался вышитый вензель «Н.Р». Прекрасно, он еще и аристократ!

— Ваших гувернеров следовало уволить! — буркнула я и, отвернувшись, принялась энергично тереть пострадавшее при падении лицо.

— Боюсь, я уже вырос из того возраста, когда они требуются, — философски заметил мужчина.

— Вам так только кажется, — парировала я и вернула платок.

Да, так не принято: он грязный, но сам виноват, не я первой нарушила правила приличия.

Грубиян недоуменно поднял брови, но платок забрал, сунул в карман брюк.

Хм, а мужчина-то симпатичный. Пусть я на него сердилась, глупо отрицать очевидное. Шатен с едва заметно вившимися шелковистыми волосами, которые так и тянуло потрогать, мягкой линией рта, округлым подбородком и высокими скулами. Нос тоже не подкачал, аккуратный такой. Серые глаза с хитринкой — настоящий герой романа, если бы не два жирных «но». Первое — его поведение. Второе — одежда. Заляпанные грязью и навозом высокие сапоги, мешковатые серые брюки, расстегнутая до ключиц потная рубашка. И после этого он аристократ?! Да ни один уважающий себя дворянин не осмелился бы показаться на людях в таком виде. Раз так, врет наш сивый мерин и не краснеет. Украл где-то платок, а теперь красуется, пыль в глаза пускает. Или платок и вовсе подарок любовницы — слышала, некоторые дамы предпочитали мужьям конюхов. Это как раз в навозе, явно при лошадях служит.

— Вас что-то не устраивает? — ворвался мои размышления вопрос незнакомца.

Напрасно он рассчитывал на мою скромность!

Кивнула:

— Да. Вы. А еще качество дорог и отсутствие ванной.

— Ну, одна из этих проблем разрешима, остальные, увы, — мужчина развел руками, — мне не под силу.

И ни крупицы раскаяния! Хотя чего я хочу, большинство простолюдинов напрочь лишены манер.

— Проводите меня до гостиницы, и распрощаемся, господин-хорошие-манеры, — с высоты своего положения обронила я.

Может, я и дружила с Монной, но это вовсе не означало, что любой представитель третьего сословия может строить мне глазки. А он строил — будто я не замечала!

— Меня зовут Натан, — в продолжение моих мыслей широко улыбнулся собеседник.

Напрасно старался. Первое впечатление можно произвести всего один раз, и свой шанс он уже упустил.

— Да хоть Кристофер! Вы ведь не думаете, будто я собираюсь с вами знакомиться?

— Вы уже познакомились, — возразил Натан.

Пикировка его забавляла, тогда как меня она уже изрядно утомила. Аристократ он там или конюх, неважно. Всего хорошего и всякое такое.

Буркнув неразборчивое прощание, в одиночку продолжила путь к намеченной цели. Если в городе перевелись мужчины, женщинам приходится таскать тяжести самостоятельно. А они, определенно, перевелись, потому как недавний знакомый даже из вежливости не предложил донести чемодан. Шагал следом, заложив руки в карманы, ухмылялся и молчал. Ничего, я сильная. И чемодан донесу, и не обернусь. Больше точно ни разу! И даже не стану листать записи с лекций зельеварения. Может, только одним глазком, в качестве чтения на ночь. Скажем, главу о белладонне.

Я вломилась в гостиницу словно медведь в кондитерскую, спиной ощущая взгляд Натана. Если бы могла, придушила! Но я не могла, поэтому, подавив бушевавшую внутри злобу, направилась к пустовавшему регистрационному столу возле лестницы. Раз входная дверь открыта, хозяин уже встал, я никого не потревожу.

Гостиница напоминала лавку древностей. Потрескавшийся пол безбожно скрипел от каждого шага. Массивный стол явно выбросили при ремонте какого-нибудь присутственного места. Сукно по краям протерлось, некогда полированные ножки потемнели. От нечего делать пробежала по столу глазами. Стопка бумаг прижата масляной лампой, справа, у самого края, лежит книга посетителей в кожаной обложке. Воспользовавшись моментом, заглянула внутрь: ничего, единственный постоялец отбыл на прошлой неделе. Прекрасно, значит, с ночлегом проблем не возникнет.

— Прощу прощения?

Застигнутая на месте преступления, вздрогнула и обернулась на голос. На пороге некого служебного помещения стоял плотный мужчина с полотенцем через плечо и пристально смотрел на меня.

— А-ааа… Э-эээ?

Занервничав, я потеряла дар речи. Прежде мне не приходилось путешествовать одной, даже в Каунт меня сопровождал слуга, который занимался решением всех бытовых проблем. Как же принято снимать комнаты? Наверное, нужно предъявить документы. Или сначала выяснить цену, поторговаться?

— Вам нужен номер? — положил конец неловкой ситуации хозяин.

— Да! — энергично закивала я. — На неопределенный срок.

И гордо добавила:

— Я собираюсь у вас работать.

— Работать? — изумленно переспросил хозяин и, обойдя меня, сел за стол. — Учительницу нашли на той неделе, разве вам не сказали?

— А я не учительницей, я маг.

Регистрационная книга выскользнула из рук хозяина и с шумом упала на пол. Он и не заметил, продолжал пялиться на меня словно на привидение.

— Вас что-то не устраивает? — с вызовом поинтересовалась я, предвидя очередную лекцию на тему женского пути.

— Нет. — Хозяин моргнул и, кряхтя, поднял книгу. — Если у вас имеются деньги, меня все устраивает. Только, боюсь, работы для вас в Брекене нет. Хотя…

Он на мгновение задумался.

— Точно! — прищелкнул пальцами хозяин. — Старина Ник искал помощницу. Он начальник местной магической службы. Как, девица, пойдете помощницей?

И я пошла. Только сначала поела, умылась и переоделась. Может, тут и глушь, но истинная женщина всегда заботится о своем внешнем виде.

* * *

Как вы представляете себе службу магических дел? Уж точно не как пару комнат в пристройке со входом со двора. Я намотала десяток кругов вокруг здания муниципалитета, пока добрая душа не подсказала, куда идти.

Грядки с овощами, выложенная битым кирпичом клумба, деревянное крыльцо под жестяным навесом… Я в сомнении уставилась на табличку. Увы, местные не соврали, служба магических дел именно здесь.

— Не суди по обложке! — напомнила себе древнюю истину. — Вдобавок откуда в Брекене взяться мраморным статуям и особнякам в четыре этажа? Сомневаюсь, будто этот городок даже на карте обозначен.

До того, как вернуться сюда к началу рабочего дня, я обошла Брекен вдоль и поперек. На все про все хватило часа. Да и на что тут смотреть? Из достопримечательностей только ратуша и старая башня на окраине. Она наполовину обвалилась, а местные активно спешили довершить дело, растаскивали камни для своих нужд. Что еще? Аптека, школа и книжная лавка. Последнюю явно открыли для нужд школьников. Само собой, мелкие магазинчики с продуктами: мясника, зеленщика, молочника, ну и крытый рынок, который, как гласило объявление, работал трижды в неделю до полудня. Словом, я получила то, что искала — дыру, и собиралась добровольно здесь задержаться.

Прижав к груди выстраданный диплом, постучалась. Надеюсь, маги трудятся ежедневно, а не последовали примеру рынка. Мне никто не ответил, и я забарабанила сильнее.

— Нет нужды поднимать столько шума, я уже здесь, — ворчливо заметили за спиной.

Посторонившись, пропустила пожилого мужчину. Тот, кряхтя, поднялся по ступеням и отпер дверь странным ключом, больше походившим на отмычку.

— Прошу!

Мужчина гостеприимно махнул рукой. Наверное, передо мной тот самый Ник, то есть Николас. К сожалению, хозяин гостиницы не назвал его фамилии. Неудобно как-то обращаться к человеку, который годится тебе в дедушки, по имени.

— Ну, что у вас? Мавки белье таскают, домовые распоясались?

Николас распахнул шторы, попутно подняв облако пыли. Мамочки, тут когда-нибудь убирались? Столы погрязли в бумагах. Они стопками лежали на подоконнике, даже на полу. Со шкафа глазами-блюдцами следило чучело совы. Кто и зачем его туда поставил — загадка.

— Нет. Я совсем по другому поводу.

Чихнув, наметила первым делом провести влажную уборку и запоздало уточнила:

— А что, мавки тут буйные?

Предупрежден — значит вооружен.

Николас только рукой махнул:

— Отродясь у нас не водились!

Еще один шутник. В Брекене все ненормальные?

Хвостиком прошмыгнула вслед за Николасом в общую рабочую комнату, а затем — в кабинет начальника местной службы.

— Вам нужна помощница, я готова! — скороговоркой выпали в лицо владельцу пыльных угодий, когда он остановился и повернулся ко мне.

— Вот диплом, — отметая возможные возражения, протянула Николасу «корочку».

Он хмыкнул, повертел бумагу в руках и зачем-то понюхал.

— Надо же, настоящая! Печать тоже? — недоверчиво уточнил Николас и пробежал глазами отметки. — Еще и не «троечница»… Так вы в помощницы ко мне ходите?

Он вернул диплом и ненадолго отвлекся, чтобы полить цветы.

— Хочу! — с замиранием сердца подтвердила я.

Мысленно сжала кулачки.

Ну давай же, ну!

В самый ответственный момент, когда Николас, как мне казалось, собирался решить мои проблемы с замужеством, то есть принять на работу, хлопнула входная дверь. Раздались быстрые шаги, и в кабинет ворвался запыхавшийся мужчина средних лет.

— Там опять! — не обращая на меня внимания, выпалил он.

Николас задумчиво почесал подборок.

— Ладно, сейчас приду.

Он с явной неохотой поставил лейку и посетовал:

— Ничего-то вы без меня не можете! Надоело, уйду на пенсию, пусть с вами новый начальник нянчится.

Сообразив, что Николас сейчас улизнет в неизвестном направлении, запаниковала:

— А как же я?

Мне нужна эта работа, очень нужна! Не тащиться же в Сур в надежде, что место еще не занято, а папенькины люди не вышли на след.

— А вы приняты. Можете пока разобрать бумаги, — распорядился новоиспеченный начальник и предрек скорое поражение: — Все равно надолго не задержитесь. Знаю я вас, девиц!

Он удрученно покачал головой.

— Я задержусь! — Во мне заговорил дух противоречия.

Ладно, не только он: надо ж где-то переждать грозу? Батюшкин гнев за пару недель не уляжется, торчать мне здесь до зимы.

Дерзкие слова заставили второго, пока незнакомого сотрудника службы таки заметить лишний элемент интерьера.

— А это кто?

Он невежливо ткнул в меня пальцем. Мог бы руки помыть для начала, а то все в масле.

— Наш новый младший специалист, юная выпускница Высшей школы чародейства, — отрекомендовал меня Николас.

— А, из Каунта! — Мужчина одарил меня фунтом презрения. — По контракту?

— Добровольно, — обиделась я.

Он решил, будто я недобрала пару баллов при поступлении, и меня взяли по контракту, с условием отработать на государство три года после успешной защиты диплома. Давненько меня так не оскорбляли!

— Добровольно в нашу дыру только почтальон забредает, — усмехнулся мужчина и протянул мозолистую ладонь. — Ладно, не куксись! Мы тебе и работу дадим, и жениха подыщем. Не здесь, так в Суре. Хотя и в Брекене кадры имеются, сливки, а не кадры!

Скорчила гримасу. С одним таким «кадром» я уже познакомилась, больше не хочу, а вот на других, из Сура, так и быть, взгляну. Выходит, центр департамента недалеко, я чуть-чуть не доехала.

— Рональд, — представился коллега.

— Джейн, — я предпочла пока обойтись без фамилии.

В дипломе она указана, при желании посмотрит. К счастью, там не отмечено мое дворянское происхождение. Представляю, какой фурор оно бы произвело! Нет уж, я временно просто Джейн Феммор, никакого отношения к сэру Феммору не имею.

— Артефакт, — потеряв ко мне всякий интерес, поторопил начальника Рональд. — Если часы снова не пойдут, мэр с нас голову снимет. А как они пойдут, если кто-то опять кристалл спер!

Фи, что за словечки — спер! В приличном обществе… И тут же поправила себя: привыкай, до ближайшего приличного общества километров двадцать.

— Скорей бы на пенсию! — с тоской протянул Николас. — Даже не знаю, как вынесу оставшиеся две недели. Зато после вам пришлют молодого и борзого. Уж при нем вы попляшете!

Спохватившись, что мы официально не оформили мое зачисление, он попросил написать заявление.

— На столе оставьте. Вернусь, подпишу. Если кто придет, примите и запишите в журнал. Найдете там, в приемной. К нам со всей округи ездят, — гордо добавил Николас, — в Суре со специалистами беда!

Да, я заметила, в приемной не протолкнуться.

Глава 3

В столице мое утро начиналось со сладкого потягивания и стакана какао в постель. Даже в академии — богатым и родовитым студентам не запрещалось иметь прислугу. В Каунте аппетиты пришлось умерить. Положим, на мягкую перину я еще могла рассчитывать, зато за чашкой бодрящего кофе приходилось идти в столовую. В Брекене же я проснулась оттого, что замерзла. Несмотря на лето, в комнате было прохладно, а тот кусок ткани, который по ошибке называли одеялом, не согрел бы и кошку.

Сдается, хозяин меня обдурил. Не могла эта комнатенка без удобств стоить так дорого. Не думала, что когда-то это скажу, но я очень сильно ошибалась, называя конурой свое пристанище в Каунте. С тамошними пауками я в конечном итоге поладила, а вот с ветром и сквозняками запросто не разберешься. Увы, будущих практиков учили делать ловушки для крыс и тараканов, а не повелевать стихиями. В итоге стихия повелевала мной, грозя по осени обернуться нескончаемыми простудами.

Со вздохом свесила ноги и уставилась на собственное отражение. Интересно, кто старше: Брекен или это зеркало? Сдается мне, его передавали по наследству со времен сотворения мира.

Показавшиеся миленькими в день приезда желтые обои в цветочек теперь вызывали приступ морской болезни. А ведро в подсобке. Так что приступ дурноты отменяется, подъем!

Свесила ноги с кровати и поморщилась от скрипа половиц. Спасибо, помимо меня, в гостинице постояльцев нет, а то бы шагала на работу с квадратной головой.

Ладно, не все так плохо. Вон окно имеется, выходит во двор. Можно часами стоять, смотреть, как рубят дрова, ловят кур и колотят по ободу колеса. Или закрыть ставни и не смотреть. И кое-какие удобства в номере тоже есть: кувшин с водой, небольшой рукомойник. А ванна там, отхожее место — это излишества, да и пахнет дурно. Сомневаюсь, будто в «Трех коронах» большой штат слуг, чистки труб пришлось бы ждать до старости.

Ну вот, Джейн, плюсы уже перевесили минусы. Выше нос!

Правда, на работе мое настроение вновь забилось в крысиную нору под плинтусом. С тем же успехом я могла остаться в гостинице, не давиться подгоревшей яичницей на завтрак, а постараться раздобыть что-нибудь съедобное. Готовить я не умела, но стряпня супруги хозяина подталкивала научиться.

Уставившись в потрескавшийся потолок приемной, с тоской вспоминала былые дни. Совсем не так мне виделись будни юного специалиста! Первые дни на новом месте напоминали отбытие наказания за студенческие проказы. Моими верными спутниками стали не магические справочники, а ведро и тряпка. Словно заправская уборщица, я старалась привести местную службу магических дел в приличный вид, потому как она напоминала склад, хлев — что угодно, только не место, куда можно обратиться за профессиональной консультацией. Собственно, сюда никто, кроме почтальона, и не заглядывал. Он приносил газеты и, заодно, делился различными сплетнями, которые в Брекене гордо именовали новостями.

О, легок на помине! И сразу поделился, что Николас слег с ревматизмом.

— Совсем сдал, старик!

Почтальон сочувственно цокнул языком и с интересом покосился на меня. А, может, на мою юбку — я как раз стояла на табурете, протирала пыль со шкафов. Увы, ничего пикантного взгляду не открывалось, хотя, кто знает этих провинциалов, вдруг полоска черного, даже не шелкового чулка для них верх эротизма?

Засевший с часовым артефактом Рональд оставил брошенную вскользь фразу без внимания. Но почтальон не отчаивался, надеялся-таки получить свою минуту славы.

— Не удивлюсь, если беднягу раньше срока снимут, — заметил он и льстиво добавил: — Рад за вас, мастер Урд!

— Да мне-то чему радоваться? — не отрываясь от работы, буркнул Рональд.

— Как же? — опешил почтальон. — Разве вас не?..

— Разве не. — Рональд тыльной стороной ладони убрал упавшую на лоб прядь. — Повышение мне не светит, на попойку не рассчитывайте.

Почтальон тяжко вздохнул и потер широкий нос. Хм, понятно почему за глаза его звали Сливой. Жестоки, жестоки местные жители! С другой стороны, пьянство — сомнительная привычка, не грех ее высмеять.

— Жаль, жаль! И кого же назначат?

Если не удастся выпить, надо хотя бы разжиться новой сплетней.

— Николас толком не говорит, но какого-то молодого хлыща.

Судя по тону, Рональд заранее не жаловал будущего начальника.

Глаза почтальона просияли в предвкушении скандала. Он юркнул мимо меня к столу Рональда и возбужденно шепнул:

— Поди, сослали за неприличную историю!

— Без понятия! — сухо ответил Рональд, ясно дав понять, что сеанс задушевных разговоров закончен.

Раздосадованный почтальон попрощался и ушел.

— Джейн, газеты просмотри!

В мои обязанности входила не только тряпка и ведро, но сбор последних новостей. Я не жаловалась, наоборот, считала эту часть должностной инструкции особо полезной. Не хватало, чтобы заметка о моей пропаже попала в руки того же Рональда! Отношения у нас сложились ровные, то есть он не замечал меня, а я — его, поэтому ничего не мешало коллеге уважить сэра Феммора и заодно улучшить свое благосостояние.

Крамолы на страницах «Обывателя» не нашлось. Продавали борзых щенков, искали кухарку с проживанием, набирали писарей в департамент Сура, и ни слова о пропавшей девице. Последнее не могло не радовать: я запутала следы! А ведь батюшка всегда посмеивался над женским умом — умишком, как он его называл. Над моим желанием учиться — тоже. Положим, в отношении последнего он был частично прав: в академию я поступила не от любви к науке. Мной двигали природное упрямство и нежные чувства к человеку, который с треском провалил вступительные испытания. Теперь, спустя много лет, я не могла понять, что в нем нашла. Ладно, Эрик Арен, но Ролан! Не иначе, мне просто хотелось отбить кавалера у Доротеи, моей средней сестренки. Увлечение не продлилось и пары месяцев, я забыла Джеймса еще до эпохальной встречи на пороге библиотеки и с чистым сердцем поздравила затем с бракосочетанием. Не на моей сестре, а совсем на другой женщине.

Отрапортовав: «Никаких магических происшествий!», вернулась к вытиранию пыли. Я как раз добралась до самого дальнего шкафа, куда складировали финансовые отчеты пятисотлетней давности, когда за спиной вновь резко задребезжал колокольчик. Кто пришел, я не видела: балансировала на шатком табурете спиной ко входу. Наверняка кто-то из местных — к Рональду частенько заходили поболтать на отвлеченные темы. Или неугомонный зеленщик явился строить глазки. Бедняга перепутал меня с коровой и рассчитывал прельстить букетами из петрушки. Однако я ошиблась. Нетерпеливое покашливание заставило отложить тряпку и обратить внимание на посетителя. Точнее, посетительницу.

— Я по адресу? Мне требуется магическая консультация.

Женщина не походила на торговку или фермершу. Опять же кружевные митенки и зонтик от солнца выдавали в ней аристократку. Подумать только, в Брекене и такие имелись! До недавнего времени я полагала, что ближе Сура дворян не сыскать.

Несмотря на погожий летний день, женщина отдала предпочтение темным, осенним цветам. Может, не хотела выделяться, может, считала все яркое вульгарным. Одежда, несомненно, пошита на заказ, но фасон давно устарел.

— Проходите, пожалуйста, присаживайтесь!

Торопливо вытерев руки о подол, поспешно слезла с табурета и открыла журнал записи — все, как учил Николас.

Сердце ухало в груди. Неужели мое первое настоящее дело! Рональд занят, Николаса нет, а больше посетительницей заняться некому.

— Ну и дыра!

Дама неторопливо прошлась по приведенной моими стараниями в надлежащий вид приемной.

Промолчала: чего не вытерпишь ради сладкого слова «жалование»! Увы, сбережения стремительно таяли, и я не имела права хамить и прекословить.

Итак, приступим!

— Позвольте узнать ваше имя и цель визита?

— Нет уж, сначала я хочу убедиться, что вы достаточно компетентны, — высокомерно возразила дамочка.

С трудом подавила саркастический смешок. Интересно, компетентна для чего — для ведения записей в журнале? Ну да, без диплома о высшем магическом образовании буквы в графы верно не запишешь.

Привлеченный звуком голосов, в приемную выглянул Рональд и, состроив сочувствующую гримасу, быстро ретировался обратно. Мол, сама-сама, а он занят до три тысячи восьмого года. Понятно, посетительница проблемная. С другой стороны, Джейн, это работа. Настоящая работа, о которой ты грезила, разбирая бумаги и моя полы.

— Диплом с отличием лежит в сейфе. К сожалению, предъявить его прямо сейчас я не могу, но, если угодно, господин Тренберг…

— Мне угодно, чтобы меня выслушали, а не перебивали, — отрезала посетительница.

В нашем случае все с точностью наоборот, но кто я такая, чтобы спорить?

Дамочка подозрительно изучала единственный свободный стул. Но либо он, либо табурет, на который вставали ногами. Выбор был очевиден, и она его сделала.

— Итак, не знаю, как вас называть…

— Джейн. — Обойдемся без фамилий.

— Итак, милочка, — мое имя она благополучно проигнорировала, зачем только спрашивала, — мне нужна консультация. Грамотная консультация профессионала. В наследство от деда мне перешла одна вещь, и я хотела бы ее оценить.

— Боюсь, вам надлежит обратиться к ростовщику, — развела руками я.

Дамочка так на меня посмотрела! Одни угли остались.

— Я прекрасна знаю, что мне нужно! Так вы в состоянии проделать элементарную манипуляцию или нет?

Сосчитай до десяти, Джейн! А еще лучше сразу до тысячи.

Эх, почему я не некромант! Очень хотелось прикопать дамочку без шума и пыли — спасибо, заново все вытирать не желаю. Хотя посетительница прекрасно справиться с собственным убийством. Если она и дальше продолжит задирать нос, сломает себе шею.

Представляю, какой удар бы ее хватил, узнай дама о моем происхождении! Но я существо миролюбивое, даже Эрика только шампанским облила. Впрочем, ничего не мешало немного поиграть на чужих нервах.

— Раз работа элементарная, вы прекрасно справитесь сами, — невинно захлопала ресницами.

Мол, я не хамила, я действительно считаю, что посетительница смастерит артефакт вечной жизни на коленке.

Дамочка открыла и закрыла рот. Потом снова закрыла — и так несколько раз. Наконец достойный ответ нашелся:

— Вам за это платят!

Тягостно вздохнула:

— Увы, пока только обещают.

И смилостивилась:

— Но давайте, я попробую.

Надо помогать ближнему, даже если хочется его утопить.

Посетительница пошарила в ридикюле и выложила на стол непонятное нечто. При ближайшем рассмотрении оно оказалось деталью некого механизма.

— Боюсь, это не артефакт. — Внимательно все изучив, я вернула вещицу. — Здесь ни капли магии.

— Меня не волнует, есть ли здесь магия, я хочу знать, за сколько смогу это продать.

Дамочка раздраженно барабанила пальцами по столу.

Держись, Джейн, держись! Мысленно надень ей мешок на голову, улыбнись и…

— К сожалению, я ничем не могу вам помочь. Приходите, когда в вашей вещи появится магия.

— Грубиянка! — Посетительница в сердцах швырнула предмет раздора обратно в ридикюль. — Вы еще не знаете, с кем связались!

— Так откуда мне знать-то? Вы не представились.

Кровь стремительно закипала, а вместе с ней улетучивалась моя вежливость.

— Я — вам?

Дамочка истерично расхохоталась.

Да кто она такая? Непризнанная королева в изгнании, жрица всех культов сразу? Судя по метавшему молнии взгляду, дочь Всевышнего, не меньше. Только вот в моей семье придерживались официальной версии сотворения мира и портретов дочерей, жен и племянниц Бога не держали.

И тут во мне взыграло.

— Впрочем, вы совершенно правы. — Я захлопнула журнал и убрала перо на место. Все — с достоинством, медленно. — Зачем мне забивать голову бесполезными именами? Через год я уеду в столицу, а вы так и останетесь в своей провинции. Мы никогда больше не встретимся.

Сказала, и на душе сразу хорошо стало, даже искренняя улыбка на губах расцвела.

Как же тяжело не иметь возможности поставить таких дамочек на место! А ведь мне еще терпеть… Не три года уж точно! Виконту Олбани наверняка доложили о моем побеге. Сомневаюсь, будто он до сих пор не разорвал помолвку младшего сына. Дома мне, безусловно, достанется, зато к зиме я вновь стану леди.

— Грубиянка! — Раскрасневшаяся посетительница метнула на меня убийственный взгляд. — Хорошо же воспитывают нынешнюю молодежь! Учтите, — палец с короткими, явно постриженными второпях ногтями ткнул, нет, не в меня, а отчего-то в журнал записи, — я так это не оставлю! Сегодня же наведаюсь к мэру и, будьте уверены, работу вы потеряете.

Увы, ее слова не произвели ожидаемого эффекта. Я не ужаснулась, не стала умолять простить глупую девицу, а равнодушно пожала плечами:

— Ваше право. Уеду на месяц раньше.

Дамочка уставилась на меня, словно прогульщик на экзаменационный билет. Похоже, я только что сломала ее восприятие мира.

— Да кто вы такая?! — немного придя в себя, взвилась она, да так громко, что Рональд в очередной раз выглянул в приемную и погрозил мне пальцем.

А я что? Я ничего, сижу тихо, молоко в мясной лавке купить не пытаюсь, скандалов по этому поводу не закатываю.

— Во второй раз повторяю: вы тоже не представились. С какой стати мне делать это первой?

Завязавшаяся перепалка забавляла. После летаргической скуки ежедневной рутины жутко хотелось эмоциональной встряски.

Из горла посетительницы вырвался странный булькающий звук. Признав свое безоговорочное положение, она опрометью ринулась вон, едва дверь с петель не сшибла. Наверное, прямиком к мэру направилась. Или на рынок, свою шестеренку продавать. Если поторопится, успеет до закрытия.

Хихикнула, представив госпожу-великое-эго в роли зазывалы. Подходите, дрожащие твари, деритесь за право купить у госпожи неведомое нечто! А кто откажется, тот дурак и грубиян, напишу на него кляузу ректору… тьфу, мэру. Пусть поставит в угол за плохое поведение.

— Напрасно ты с ней так! — ожидаемо пожурил Рональд.

Кто бы сомневался, стоило проблеме на ножках исчезнуть, как коллега мигом забыл о важной работе.

— Понимаю, Марианна гадкая, но кое-какие связи у нее действительно имеются.

— Судя по одежде, сугубо местного масштаба, — фыркнула я.

— А что не так с одеждой? — не понял Рональд.

Сразу видно: мужчина. Среди них, безусловно, тоже встречаются модники, но обычно они не замечают разницы между свободным кроем и мешком из-под картошки. О любви ко всякой «вульгарщине» и вовсе молчу.

Закатила глаза и снова взялась за тряпку. Буду покорять высоты полок, если карьерных мне не видать.

— Она безнадежно устарела. Лет на десять. В столице такое не носят.

— Откуда тебе знать, что там носят? — поддел Рональд. — Сама ты хоть раз в Комберге была?

Ответ вырвался прежде, чем успела прикусить язык:

— Да я там родилась!

О-хо-хо, Джейн, что же ты делаешь, собственными руками могилу роешь!

Требовалось срочно сменить тему, чтобы неосторожные слова забылись, и я в невпопад спросила:

— Почтовый дилижанс сюда часто заезжает?

— По средам и пятницам. Но если очень нужно, можно лорда Рурка попросить, он часто в Сур ездит. У него свой экипаж.

— Лорда Рурка? — заинтересовалась я. — А как его найти?

Неужели в Брекене завелись аристократы? Настоящие, а не вроде не к ночи помянутой Марианны. Я бы с ними с удовольствием познакомилась. Обсудили бы литературу, а не сорта картошки.

— Не надо никого искать, лорд Рурк уже здесь. К вашим услугам! — перекрыв звон колокольчика, бойко отозвались со стороны двери.

Обернулась, да так и застыла.

Он издевается?! С порога во все тридцать два зуба улыбался наглец, который издевался надо мной в самое первое утро. Только теперь он не походил на конюха, приоделся, даже побрился. Но воспитание осталось прежним, то есть никаким. Настоящий лорд не стал бы пялиться на мои ноги и то, что выше.

— Чем обязана?

Аккуратно развернувшись на табурете, постаралась придать лицу зверское выражение лица. На щеках стремительно расцветали пятна краски.

— Осторожнее, вы можете упасть!

Натан шагнул ко мне и протянул руку. Я ее проигнорировала и покосилась на Рональда — мол, подстрахуй. Увы, коллега с места не сдвинулся, продолжал строить непонятные гримасы. Ему бы в театр, а не в маги. Пантомимой он уже овладел, глядишь, и роли со словами бы освоил.

— Как, — Натан патетично прижал руку к груди, — вы отказываетесь принять помощь лорда? Ах, прекрасная незнакомка, я этого не переживу!

Только в обморок не хлопнись! Пол не очень чистый, а сюртук новый, жалко. Этот-то явно не в Брекене пошит — у меня глаз наметан. С виду простой, но на деле — все мое жалование, а то и не за один месяц.

— Уж как-нибудь, некромантов нет.

Отчаявшись дождаться помощи, кое-как спустилась сама и недоверчиво уточнила:

— А вы правда лорд?

— Правда! — словно в страшном преступлении признался Натан. — В восьмом или десятом поколении, я запамятовал.

— К слову, что вы сделали с несчастной Марианной Барет? — с лукавой улыбкой полюбопытствовал он. — Она чуть с ног меня не сбила, вылетела со двора как ошпаренная кошка. Все грозилась кого-то уволить, в порошок стереть.

Не видела смысла скрывать:

— Не кого-то, а меня. И ничего такого я не сделала, всего лишь объяснила разницу между нашей службой и лавкой старьевщика.

— Ааа…

Судя по понимающему взгляду, Марианна успела достать даже Натана. А ведь это нелегко, его ничего не берет.

— Собственно, милая леди, — Натан фамильярно оперся ладонью о стол в непосредственной близости от моей руки, — я зашел к вам по делу. Магическому, не личному, — пресекая возможные возмущения, уточнил он. — Справитесь, или мне сразу к Рональду?

Во мне взыграю задетое самолюбие.

— Справлюсь!

В голове же крутилось: лорд, да еще из старого рода, если не врет. А по виду не скажешь! В столице дворяне разительно отличались от мещан. Они соревновались в роскоши, передвигались исключительно верхом или в рессорных экипажах. Натан же месил грязь в видавших виды сапогах, да и теперь его сюртук и серые брюки слишком скучны, дешевы для лорда в восьмом поколении. Такой бы выбрал мягкий бархат и узорчатую парчу.

— Тогда вот.

Порывшись в карманах, Натан выложил на стол странную вещицу. На первый взгляд она походила на оплавившийся осколок стекла, но на второй…

— Где вы это взяли? — изумленно выдохнула я, оторвавшись от увеличительного стекла.

— Нашел в овчарне. Решил сам проверить, кто по ночам режет овец. Грешил на волка, но теперь сомневаюсь.

Нахмурившись, аккуратно переложила пинцетом осколок на чистый лист бумаги. На нем запеклась капелька крови. Наверное, овечья. Вроде, ничего такого — работники распили бутылочку, а метавшиеся в страхе животные ее разбили, но что-то меня настораживало.

— Больше вы ничего не находили? Следов жертвоприношения, магического ритуала, например.

В голове всплыли строки учебника о запретных ритуалах, кровавых артефактах. Для них обычно использовали животных, но не брезговали и людьми.

— Никто не пропадал? С людьми ничего не случалось?

Натан задумался и кивнул.

— Находить не находил, а вот один работник утверждал, будто на него напал некий зверь в человеческом обличии. Огромный, метра два, не меньше, черный, с горящими глазами.

— Ну вот видите! — всплеснула руками я. — Демон! Кто-то вызвал его, натравливает на овец, людей. Нам срочно нужно к Николасу! Сообщить в Сур и…

— Эй, придержи коней! — вмешался Рональд. — Переполох, начальство — последнее дело, сначала нужно во всем разобраться. Подумаешь, кровь! Если кто-то порезался при бритье, тоже на демона спишешь?

Он без спроса забрал находку и вместе с Натаном удалился в кабинет начальника. Там хранилась парочка полезных реактивов и мощный микроскоп.

Я же осталась стоять, задыхаясь от несправедливости.

Подумаешь, мне двадцать три, подумаешь, я только-только получила диплом, но я способна отличить магию от не магии.

Схватив тряпку, принялась яростно драить пол.

Я им не девочка с косичками, я такой же полноправный сотрудник, как Рональд, имею право присутствовать при обсуждении. Если кого и надо выставить, так это Натана. И я это сделаю, прямо сейчас. Однако эффектно ворваться в кабинет я не успела. Только собралась с духом, как мужчины уже вернулись.

— Начнем с того, что нет тут никакой крови.

Рональд беспечно швырнул стекляшку на стол. Та завертелась волчком, ловя солнечные блики.

— То есть, по-твоему, я слепая?

Молчать не собиралась. На меня уже пригрозили написать жалобу, от второй ничего не изменится. Просто… Просто что Рональд, что Николас бесили. Они с первого дня считали меня дурой. Даже не так — дурой с дипломом, что в намного обиднее. К нормальной работе не подпускали, а тут представился шанс и…

— Вы просто поторопились с выводами. — Снисходительная усмешка Рональда никуда не делась. — Да и увеличительное стекло старое, мутное.

И его выдали мне. Без комментариев просто!

— А, во-вторых, — коллега продолжил вбивать гвозди в гроб моего профессионализма, — никакой демон ни на кого не нападал. Я знаю того парня. Пьяница он, сказочник еще тот! Работы постоянной нет, в поденщиках ходит. Так что вы, милорд, — почтительно, не так, как ко мне, обратился Рональд к Натану, — его не слушайте, собака его покусала. Полез по чужим дворам в поисках съестного и нарвался. Ну а вам сказочку наплел, чтобы разжалобить, на работу не выходить.

— Спасибо, что успокоили, — кивнул лорд.

— Всегда пожалуйста, всегда к вашим услугам, — поклонился коллега.

У, ненавижу! Обоих.

Крутнувшись на каблуках, поспешила во двор, проветриться, и краем уха уловила странные слова Натана:

— Ничего, скоро ее мысли займут совсем другие вещи.

Глава 4

Что бы там ни писали в дипломе, я никогда не считала себя ни ведьмой, ни природным магом, ни артефактором. Факультет выбирала путем наименьшего сопротивления. Во-первых, никто не требовал прямо во время вступительного экзамена сотворить розу, разрубить дракона на части или поднять нежить. Будущие артефакторы ограничились банальным тестированием на наличие дара. Если он превышал определенную планку, тебя включали в число соискателей, если нет, сразу отправляли домой. Во-вторых, артефакторы не ездили на ежегодную полевую практику, сидели в теплых помещениях, пока остальные мерзли на полигоне. В-третьих, чтобы там была магия. Скучная теория меня не прельщала, в глубине души я таки жаждала приключений. И вот оказалась там, где даже самая скучная лекция по лингвистике показалась бы развлечением.

Увы, никакие захудалые магические курсы в Брекене отрывать не собирались, пришлось самой озаботиться профессиональным досугом. И я надумала сделать ведьминский лабиринт. На словах звучало грозно, по факту — всего лишь садик с лекарственными растениями. Я не питала иллюзий насчет местного аптекаря. Уровень познаний у нас примерно одинаковый — лечу по справочнику, но своим собственным средствам доверяешь больше. Если не сработают… Ну сам себя наказал, винить некого.

По науке сделать не получилось, хотя я честно заглянула на кухню и попросила немного яичной скорлупы и гнилой картошки, которыми надеялась заменить необходимые для компоста стебли и корневища из-под настоев. Их мне скрепя сердце выдали, но стоило робко заикнуться о забродившем яблочном мякише, как кухарка, по совместительству супруга хозяина гостиницы, вытолкала меня вон.

Второе фиаско я потерпела при работе с лопатой. Со стороны казалось, нет ничего проще, воткни да вытащи. Уж не знаю, из чего земля в Брекене, но мне потребовалась неделя, чтобы кое-как вскопать намеченный для садика участок позади конюшни. Я схитрила, понадеялась, что хозяин за меня щедро разбросал навоз по пустырю: надо же его куда-то девать?

Зато с семенами проблем не возникло. Я не планировала выращивать Колокольчики мертвеца или Рог единорога, поэтому вручила кучеру проезжавшего через город дилижанса денежку и через пару дней на обратном пути получила свою мяту, мелиссу, базилик и шалфей. Тимьян выкопала местный, его хватало возле разрушенной башни.

Вооружившись колышками и мотком веревки, с азартом принялась за дело. Перво-наперво обозначила границы будущего лабиринта ветками, аккуратно расчертила его на тридцать шесть клеток. Затем, перемазавшись в грязи, занялась посадками и прокладкой дорожек.

Видел бы отец мою довольную рожицу! Дочь баронета переквалифицировалась в садовницу, из первого сословия рухнула в пропасть третьего. Но мне действительно нравилось. И теплое солнышко, ласкавшее кожу — «Джейн, немедленно раскрой зонтик! Ты испортишь цвет лица». И душистые травы. И отсутствие правил, бесконечных наставлений. Не иначе меня покусала тряпка, которой я вытирала пыль на работе — прежде я за собой тяги к физическому труду не замечала.

Но вот лабиринт был готов. В каунтской школе его оценили бы на «отлично», в столичной академии — на слабое «удовлетворительно». Увы, во мне напрочь отсутствовал дар садовода, поэтому, как ни старалась, клетки вышли кривыми, а растения торчали хаотично: то густо, то пусто. Дорожки я посыпала песком. Сначала думала выложить камушками, по науке, но каменоломен в окрестностях не наблюдалось. Оставалось только собирать булыжники на улицах или попробовать расшатать стены башни, чего я, по понятным причинам, делать не собиралась. В итоге пару раз сходила к реке, принесла серого грязного песка. Словом, замысел и реализация не сошлись, но я ни капельки не расстроилась. Мой сад, как хочу, так и делаю.

Осталось прочитать заклинание.

Открыв старую потрепанную тетрадь, напустила на себя серьезный вид и принялась бормотать: «Священная земля — котел возрождения. Ветром и дождем излечена боль…» Дурацкое заклинание, между нами. Возможно, настоящие ведьмы считали иначе и прикопали бы меня в лабиринте в качестве жертвы Матери-Природе, но не любила я пафос. Лучше прочитаю другое:

Из смерти в жизнь. От темноты к свету. Из того, что было, вырастает то, что будет. Как я хочу, так тому и быть.

Последнюю фразу повторила трижды: очень уж она мне нравилась.

Ну вот, садик готов. Надо не забыть его пропалывать и исправно поливать. Заодно на законных основаниях сбегу от назойливого зеленщика. Он сменил тактику и теперь звал поужинать в таверну. Лучше бы петрушку, как прежде таскал, все приправа. Увы, еда в гостинице по-прежнему оставляла желать лучшего, зелень пошла бы ей на пользу. Однако, несмотря на упорные уговоры сменить казенную обстановку гостиницы на домашний уют какой-нибудь сердобольной вдовы, съезжать я не собиралась. Советчики никогда не были в моей шкуре, да что там, они поголовно мужчины и замужние дамы, а не девица на выданье. В гостинице за мной никто не следил, не лез в душу и читал нотаций на тему «нехорошо жить одной», так что ничего, потерплю. Сейчас и вовсе огородик завела. Если травы приживутся, посею немного зелени. Этак к концу года и вовсе превращусь в ведьму. Или в образцовую хозяюшку, что почти одно и то же.

— Вас уволили со службы, и вы заделались фермершей? Увы, это чужая земля, придется срыть свои грядки.

Вот ведь!.. Тут полагалось выругаться, но я ограничилась убийственным взглядом. Увы, с Натана как с гуся вода, живучее таракана! С последними мне приходилось бороться (фу, мерзость какая!), так что проверила опытным путем.

Разумеется, Натан застал меня в «наилучшем» виде: без какашек на лице, зато по уши в земле, с растрепанными, кое-как собранными в кичку волосами и грязью под ногтями. Да, на моем фоне Натан смотрелся членом Сиятельного совета, вдобавок побрился, начистил сапоги. Готовился, зараза, чтобы сразить на контрасте!

— И все же чем вы тут занимаетесь?

Заинтересовавшись, Натан подошел ближе, многозначительно хмыкнув, осмотрел лабиринт и вынес вердикт:

— Криво!

Состроив зверскую гримасу, отвернулась.

Сам догадается, или послать?

Любой воспитанный человек воздержался бы от оценок, не открыл рот, когда его не спрашивают, но где образование и местный цвет дворянства! Одна страдает слабоумием и полным отсутствием вкуса, второго воспитывали овцы.

— Выращиваете травы на продажу? — не унимался Натан.

Шел бы по своим делам, мне грядки полить надо. Не сомневалась, если возьму лейку, Натан помогать не станет. Отпустит очередную шуточку, но с места не двинется. А корячиться перед ним, нагибаться… Может, я и в Брекене, но все еще леди Джейн Феммор.

— Серьезно, королевство так мало платит, что вы занялись огородничеством?

Сам напросился, я долго терпела.

— Нет. — Я обернулась и одарила нахала пленительной улыбкой виверны. — Всего лишь надумала провести эксперимент. Вот, не хватало первого встречного в качестве добровольца, вы удачно подвернулись. Что предпочитаете, — обвела рукой лабиринт, — похоть, несварение желудка или изгнание злых духов?

Разумеется, ни одна из посаженных мной трав для этого не подходила, но откуда Натану это знать? Он чабер от чабреца не отличит.

— Спасибо, я как-нибудь сам.

Натан закашлялся и испуганно попятился.

— Зря! — сокрушенно покачала головой я. — У вас овец много, баранов наверняка не хватает…

— Эм, вы меня бараном считаете или предлагаете этим самым бараном поработать? — деловито уточнил собеседник.

Густо покраснев, загремела лейкой.

Вот как, как!.. Словом, три-ноль в его пользу.

— Удачи в садоводстве! — напутствовал крайне довольный собой лорд. — Если хотите, могу поискать вам клиентов.

— Спасибо, не надо! — буркнула я и хлопнула задней калиткой.

* * *

Не иначе, Натан что-то наплел, раз на меня начали подозрительно коситься. Пара человек и вовсе демонстративно при моем появлении перешла на другую сторону улицу. Настырный зеленщик тоже скрылся в тумане. Последнее меня только порадовало, а вот остальное — не очень.

Начать с того, что мой скромный лабиринт пытались уничтожить. Правда, каким-то очень уж специфическим способом — обложив по периметру чесноком. Последний я собрала и отнесла хозяйке. Реакция у нее была… странная. Сдается, именно Стеша его туда и притащила.

— Руки у вас не чешутся, глаз не дергается?

Она не спешила забирать трофеи и пристально разглядывала мои ладони.

— Нет. А должны?

Положила чеснок на разделочный стол и собралась уходить, когда Стеша уложила на обе лопатки диковинным предположением:

— Но вы же темная ведьма, они чеснока боятся.

Вот те раз! Какое я, однако, многоликое создание!

— Увы, — сокрушенно вздохнула, — из темного у меня только комната. Может, окна помоете, а то действительно брошу все и уйду в услужение тварям Хеля.

— С такими вещами не шутят! — поджала губы Стеша.

Окна она мыть, разумеется, не планировала. Я и не надеялась, к слову пришлось.

— Да маг я! — сжалилась над бедной женщиной. — И травки там безобидные, осенью с ними чай заваривать буду.

Стеша промолчала. Надеюсь, поверила, иначе мне придется ночевать в конторе.

Однако вечером ко мне пожаловал не владелец гостиницы с настоятельным пожеланием съехать, а какая-то незнакомая женщина. Она перехватила меня у крыльца, когда я вешала на дверь службы магических дел массивный амбарный замок.

— Я к вам по важному делу.

Женщина боязливо огляделась и перешла на шепот:

— Мне нужно овдоветь.

— И?

Пока я не улавливала сути.

— Ну как же, вы ведь можете… Чтобы человек выпил — и нет его.

— Так вы яду хотите? — догадалась я.

— Тише! — зашипела незнакомка и потащила меня в густую тень дровяного сарая. — Нужно, чтобы естественно, никто не догадался.

Яд — и естественно? Интересная у нее логика!

— Боюсь, — сокрушенно развела руками, — я подобными вещами не занимаюсь.

— Я хорошо заплачу! — не унималась несостоявшаяся вдова, даже потрясла увесистым кошельком в кармане. — Вы только капельки дайте… Люди говорят, у вас много чего за конюшней Корон растет.

— Такого точно нет, — заверила я.

Настроение стремительно портилось. Совсем не о такой репутации я мечтала! Хотя… Право, Джейн, это хоть какая-то слава, но никого травить я все равно не стану. Даже за большие деньги.

— А если проклятие? — Вот настырная! — Посмотрите на него недобрым глазом, плюньте под ноги.

— Вот вы и гляньте. Если очень сильно желать человеку смерти, точно получится.

— Разве? — усомнилась женщина. — Я же не ведьма.

— Ведьма, самая настоящая ведьма! — с авторитетным видом заверила я. — Просто у вас способности скрытые, пока дремлют. В полнолуние выйдите в чистое поле, трижды проблейте козой, покрутившись на одной ноге, и дар откроется.

— Спасибо! — просияла несчастная и унеслась прочь.

Наверное, репетировать.

Проводила ее сочувственным взглядом. Уж не знаю, за кем она замужем, но есть же законные способы, развод там… Так нет, сразу травить! Правда, боюсь, после моего совета повод для развода появится у ее супруга: несчастную признают сумасшедшей. С другой стороны, желание незнакомки исполнится, а как — детали, мелочи.

Но шутки шутками, а пора провести с брекенцами разъяснительную работу, иначе ко мне не иссякнет тропа алчущих покалечить ближнего. За фасадами улыбок порой прячется такое! Лучше не ворошить.

Однако одно дело решить, другое — претворить свой замысел в жизнь. Не ходить же по домам, размахивая дипломом и справочником по лекарственным травам! Мне необходим союзник. Достаточно авторитетный, чтобы одним словом положил конец сплетням. На ум приходили только коллеги, причем Николас предпочтительнее. Нужно заманить его в мой лабиринт, а потом спровадить на кухню Стеши. Не сомневаюсь, новости оттуда разлетались быстрее королевских курьеров. Только вот Николас стар, плохо ходит…

Раздумывая, как же мне быть, направилась к гостинице.

Может, срыть этот лабиринт — и дело с концом? Но жалко. Я столько сил в него вложила, мозолей… и денег. Нет и еще раз нет! При мысли о том, что придется в буквальном смысле выкинуть в компостную яму десяток монет, я укрепилась в желании отстоять свой ведьминский огород. Пусть шепчутся, пусть подбрасывают чеснок под дверь, за бесплатно могу только лопатой огреть, ни единого растения не выкопаю. Со временем им надоест (надоест же?), все желающие попрыгают голыми при луне для открытия третьего глаза, четвертого уха и пятой руки — или чего там еще ждут от ведьм.

Неприязненный взгляд царапнул затылок. Сначала подумала, это давешняя просительница раскусила мою шутку и вернулась высказать наболевшее, но, оглянувшись, никого не увидела. Вот собака терзает мозговую кость, вот горожане спешат в таверну после трудового дня. Женщина выбивает половик. Не моя, другая. Мечтавшая овдоветь была молодой, а эта походила на сморщенное яблоко. Вдобавок она смотрела вовсе не на меня, бранилась с соседкой, чей возраст и вовсе стремился к цифре «сто».

Показалось, бывает. Или слава темной ведьмы дала о себе знать.

Свернула в Косой переулок, чтобы сократить дорогу.

Снова тот же взгляд!

Мне стало не по себе. В переулке никого, разве только где притаилась крыса, однако ощущение чужого присутствия не покидало. Не на шутку перепугавшись, побежала. Оставаясь невидимым, некто упорно следовал попятам. Отстал он только у самой гостиницы, будто растворился в воздухе. Но ведь не бывает такого, не бывает! Пора тебе, Джейн, заварить чайку с мятой, а то нервишки расшалились.

В холле гостиницы царило небывалое оживление. Хозяин покрикивал на сынишку, чтобы тот скорее натаскал наверх горячей воды. Досталось и супруге — от Стеши требовалось подать сытный ужин. Разумеется, тоже побыстрее. Сначала решила, что владельцы опомнились и надумали-таки облизать единственную постоялицу, но быстро убедилась, блага цивилизации предназначались вовсе не мне — Брекен почтил присутствием некий важный господин.

Сердце кольнуло. Неужели отец? Нашел, выследил… Кто еще мог добровольно остановиться в Брекене?

Знала бы, не молила Мироздание помочь! Оно прислушалось и исполнило желание в своей, издевательской манере. Теперь все станут шептать о сбежавшей невесте, никто и не вспомнит о злосчастном лабиринте за конюшней.

Самое поганое, я пока не готова была выдержать бой, не заготовила контраргументы. В моих мечтах встреча с отцом состоялась бы зимой, когда я бы закрепилась на службе, заработала авторитет. А сейчас что я ему скажу? «Все хорошо, батюшка, я чудесно устроилась. Жалования пока не выдали, зато я лучше всех управляюсь со шваброй». Да меня первой же почтовой каретой отправят домой, Николас и Рональд на прощание платочком помашут.

Все еще надеясь на чудо, осторожно расспросила хозяина о постояльце, мол, любопытно мне. И ведь судьба смилостивилась, не ослеп же хозяин на оба глаз! С его слов, гость вовсе не походил на баронета Феммора. Но, памятуя о господине Энлихе, я не спешила радоваться. Золото способно сделать человека слепым, глухим, немым и тупым. Нужно самой взглянуть на человека, которого хозяин из-за специфического саквояжа принял за врача или ученого. Правда, с этим вышли проблемы. Гость категорически отказывался появляться на глаза, заказал ужин в номер. Не застала я его и завтраком. Создавалось впечатление, будто его и нет вовсе — из комнаты не доносилось ни звука. Однако Стеша подтвердила, он не уехал, исправно опорожнял тарелки, которые носил ему маленький Рикки.

Как приехал? Да так же, как и я, почтовой каретой, только не из Ории, а другого города. Сказал, ему нужно отдохнуть, просил без нужды не беспокоить. Так как гость подкрепил просьбу двойной оплатой, хозяева только плечами пожали. У каждого свои причуды.

Рикки тоже толком ничего сказать не мог. Он даже не видел постояльца, натаскал воды и ушел. С едой так же — постучал, вошел и оставил, пока гость занимался чем-то за ширмой.

Словом, призрак какой-то, а не человек! Но так как он не добавил проблем, наоборот, перетянул на себя внимание общественности, я успокоилась. Мало ли что у него случилось. Может, тоже прятался от родных, а то и от закона. Чем меньше знаешь, тем крепче спишь. И я действительно не жаловалась на сон, потеряв всякий интерес к таинственному постояльцу.

Глава 5

Кто-то тщательно выбирает маршрут, чтобы не встретиться с назойливым поклонником, я же бегала от сердобольных свах. Почему-то всех чрезвычайно волновал мой статус девицы. Складывалось впечатление, будто других незамужних в королевстве не осталось, а мне лет сто, не меньше, нужно скорее устроить свою судьбу, пока не закрылась крышка гроба. В итоге я освоила избирательную глухоту. Стоишь, киваешь и думаешь, взять тебе яблок или груш. В книжной лавке я занималась тем же. Не выбирала груши, разумеется, а старательно не замечала попыток меня осчастливить. Добро пытались причинить директор местной школы и его розовощекая супруга. Мы столкнулись возле полки с новыми поступлениями — по случаю первого жалования я решила побаловать себя. Увы, не поваренной книгой, как советовали доброхоты. Может, она и привлекала женихов, но становиться феей поварешки я не планировала. Да и какая из меня фея с ведьминым лабиринтом! Он рос себе, радовал глаз, а чай с мятой не раз спасал после встреч с желающими осчастливить замужеством. Может, это не у меня, а у женихов срок годности истекал, иначе откуда желание бежать за кольцами сию же минуту?

— Вот, чудесный дамский роман.

Хозяин лавки с улыбкой протянул мне томик с тисненой розой на обложке.

— Новинка, — с гордостью добавил он. — С большим трудом достал, специально для вас.

— Спасибо.

Взяла в руки томик и отошла к окну.

Главное, чтобы без стихов. Терпеть не могу поэзии! Зато обычные любовные романы читаю в охотку. Удивлены? Напрасно! Несмотря на нежелание срочно связывать себя брачными узами, я верила в любовь и надеялась когда-нибудь ее повстречать, а пока читала книги. В основном на работе. Увы, делать там по-прежнему было решительно нечего, не по десятому же разу пыль протирать!

Неплохой роман, возьму.

Осторожно выглянула из-за стеллажа, выискивая директорскую супружескую чету. Ушли. Слава Всевышнему, можно спокойно расплатиться и пойти по своим делам. Однако не успела я положить томик на прилавок, как за спиной раздалось вежливое покашливание. Обернувшись, я увидела незнакомую даму в траурном платье. Позади нее робко переминались с ноги на ногу две девушки-подростка.

— Леди Джейн? — официально обратилась ко мне дама в черном.

Собственное имя в сочетании с положенном по рождению обращением резанули слух. За последний месяц я успела забыть об этикете.

Вопросительно подняла брови:

— Простите?

Пусть гадает, ошиблась или нет. Но дама, похоже, твердо знала, к кому обращается.

— Меня зовут Элеонора Гиней. Возможно, вам уже говорили обо мне.

Она сделала паузу, давая возможность осмыслить свои слова.

Напрягла память. Элеонора Гиней… Что-то знакомое.

— Я вдова королевского окружного судьи, — любезно подсказала Элеонора. — В свое время мой муж был удостоен личного дворянства. Прежде мы проживали в Суре, но, овдовев, я предпочла перебраться в более тихое место.

Кивнула:

— Очень приятно познакомиться, леди Гиней!

Пусть мы с ней не ровня, но пожалованный супругу титул давал ей право называться леди. А вот ее дочери на подобное обращение претендовать уже не могли.

И все же интересно, почему Элеонора и меня величала леди? Из вежливости, ткнула пальцем в небо или?.. Надлежало все осторожно прояснить. Впрочем, Элеонора сделала это сама.

— Не обижайтесь на меня, старую женщину! — Она по-матерински взяла меня под руку и отвела в сторонку. — Любопытство — всеобщий порок. Вот и Марианна не удержалась…

Стоп, это та самая, которая грозилась натравить на меня мэра?

Настроение стремительно портилось. С той полоумной сталось бы уведомить батюшку, где я. Вдруг Ричард Олбани все еще числился моим женихом? Нет, до зимы в столицу возвращаться не стоит!

Вспомнился таинственный постоялец. Уехал он или еще здесь?

Да ну, вздор, какой из него шпион! Хотя… Следил же за мной кто-то в день его приезда! С другой стороны, ничего такого после я не замечала. Вдобавок никто не справлялся обо мне у Николоса или Рональда. Те бы молчать не стали, с радостью при первой возможности избавились от балласта в моем лице.

— Так вы будете? — прорвался сквозь пучину хаотичных мыслей вопрос Элеоноры.

Судя по крайнему возбуждению в глазах, леди рассчитывала на положительный ответ.

Виновато улыбнулась:

— Просите, я задумалась. Не могли бы вы повторить?

— Ах, молодость! — с легким укором покачала головой Элеонора. — Некогда и я думала только о платьях и прекрасных юношах!

А я вот о том, как отделаться от жениха и обмануть родителя.

— В среду мы устраиваем скромный прием. Только избранные, местный высший свет. Очень надеюсь, что вы осчастливите нас своим присутствием. Будут танцы, — подмигнула Элеонора. — Настоящие, с оркестром.

Последнее стало решающим аргументом. Давненько я не веселилась!

Пообещала:

— Да, конечно. Я обязательно приду, леди Гиней.

— Как чудесно! — просияла Элеонора, едва ли не захлопала в ладоши. — Я пришлю вам приглашение. Вы ведь остановились в «Трех коронах»?

* * *

Как вы представляете себе светский прием? Если бы речь шла о столице, воображение нарисовало бы десятки разодетых в пух и прах людей, решавших самые разные задачи. Кто-то хвастался мастерством портнихи, кто-то — выгодным замужеством и, как следствие, бриллиантами на пальцах, увесистыми изумрудами в ушах. Для кого-то прием — шанс напомнить о себе, устроить свою судьбу или судьбу своих дочерей. Все непременно под тихую приятную музыку и изысканные яства. Никакого обжорства — фуршетный стол. Мы же не варвары какие! Но чем дальше в провинцию, тем мельче бриллианты. На долю Брекена их и вовсе не перепало. Не удивлюсь, если отчаянно пытавшиеся подражать высшему обществу местные дамы красовались стекляшками. Ну не верю я, будто жена лейтенанта внутренних войск, все время оправлявшая платье не по размеру, одолженное по особому случаю, могла позволить себе камни с перепелиное яйцо. Я искренне жалела бедняжку. Она с такой тоской косилась на накрытый в соседней комнате стол! Зато ее супруг ел и пил без всякого стеснения. Он не корчил из себя лорда и азартно спорил с мэром насчет зимней рыбалки. Они никак не могли решить, на какую приманку лучше клюет рыба.

Интересно, сколько здесь настоящих аристократов? Может статься, я одна-одинешенька, хотя всего-то дочка баронета. Это выше обычного дворянина, но ниже того же лорда. Кстати о последних, что-то не видно Натана! Не то, чтобы я расстроилась, совсем наоборот, просто Элеонора его непременно бы пригласила. А раз среди гостей его нет, то Натан на пару с Рональдом вешали мне лапшу на уши. Кто бы сомневался! Стал бы настоящий лорд таскаться по загонам для скота! У него другие заботы, для хозяйственных дел существуют слуги.

— Вы кого-то ищете, милая?

Элеонора на правах хозяйки вызвалась меня опекать. Вот и теперь, стоило мне сбежать от стайки девиц, обсуждавших свадебное платье счастливицы-подружки, поспешила на помощь.

— Боюсь, — мягко улыбнулась в ответ, — я ни с кем здесь не знакома.

И не устройся я на работу, вряд ли познакомилась бы.

Прием походил на постановку во второсортном театре. Дворян раз два и обчелся, причем все мелкопоместные, без титулов. Остальные — рядившиеся под первое сословие учителя, зажиточные торговцы и фермеры. Они понятия не имели о моде и этикете, но очень хотели походить на завсегдатаев столичных гостиных. Дамы манерничали и глупо хихикали, обмахивались веерами из индюшачьих перьев, мужчины, многие с большим трудом, облачились в узкие лосины, длинные сюртуки и расшитые жилеты, место которым в ярмарочном балагане. Каунтское общество на фоне брекенского казалось образцом вкуса. Там хотя бы шили наряды по выкройкам двухгодичной давности, а не выдумывали фасоны из головы.

— О, это легко исправить! — заверила Элеонора и, на время скрыв нас от посторонних веером, шепнула: — Вдобавок я сама хотела познакомить вас с одним человеком. Уверена, он вам понравится.

Судя по лукавому виду хозяйки, речь шла о молодом человеке. Ну а чего ты хотела, Джейн? Если до двадцати трех тебе еще дозволялось блажить, то теперь пора остепениться. Опять же работаешь — непростительно! Всем известно, учатся ради учебы и работают ради денег только страшные ликом и характером бесприданницы.

— Вы не подумайте, — продолжала шептать Элеонора, — он отличная партия. Когда Марианна рассказала, кто вы, я сразу подумала: вот она, его будущая жена!

Ну вот и подтвердилась моя теория. Леди Барет постаралась, отомстила на славу!

— И почему же это чудо природы до сих пор не женато?

Сдается, речь об очередном Ричарде, а то и вовсе женихе третьей молодости — мы как раз направлялись к группке почтенных отцов города.

Украдкой пробежалась взглядом по лицам. Кто же из них? Неужели мэр? Вроде, он вдовец. Браво, Джейн, какой успех, какая головокружительная карьера! Станешь первой дамой Брекена.

— Увы, он жуткий упрямец! — развела руками Элеонора. — Хотя может себе позволить. Он ведь, — с придыханием добавила она, — самый знатный дворянин в наших краях, вдобавок богатый. Когда неожиданно обосновался в наших краях, да заехал к нам познакомиться, у меня чуть сердечный приступ не случился! Будет, о чем внукам рассказать.

Надеюсь, не о приступе, а таинственном важном мужчине.

— Хм!

Элеоноре удалось возбудить мое любопытство. Разумеется, выходить замуж за владельца несметных богатств я не планировала, а потанцевать, пофлиртовать — почему бы и нет? Общаться с людьми своего круга приятно. Не подумайте, тот же владелец книжной лавки милый, но… Словом, я соскучилась по дворянам.

— Если не секрет, — в глазах Элеоноры зажегся хитрый огонек, — что заставило вас сбежать из столицы? Несчастная любовь?

Сама того не желая, она угодила прямо в цель. Стоило большого труда сохранить лицо и отшутиться:

— Захотела сменить обстановку. Все эти балы, нескончаемые фейерверки так утомляют!

Элеонора заглотила наживку и сменила тему. Она оживленно принялась расспрашивать об увеселениях столицы. Вскоре вокруг нас образовалась толпа страждущих узнать, какие балы дают во дворце, модно ли сейчас белить лицо или, наоборот, нужно придать ему румянца. Собравшимся было невдомек, что того самого дворца я не видела больше пяти лет. Впрочем, мода и нравы в Брекене отстали лет на десять, поэтому мои сведения для них стали откровением.

Затем логично перешли к обсуждению моей особы.

Местные кумушки дали бы фору любому некроманту! Они перемыли мне все косточки и торжественно пообещали позаботиться о моем скорейшем успешном замужестве. Надеяться на милость судьбы не приходилось. Пока из праздников в Брекене только свадьбы и похороны, из цепких лап свах мне не вырваться, разве только последовать примеру таинственного постояльца и забаррикадироваться в номере. Особенно отличились Элеонора и седовласая дама с морщинистым, словно печеное яблоко лицом, мелкая помещица, владевшая скобяной лавкой.

Мое мнение, по традиции, никого не интересовало. Да и какое мнение, когда специально для меня от сердца оторвали, приготовили такого жениха! Послушать местных кумушек, отказаться от него могла только слепоглухая, вдобавок немая дура. Но я не сдавалась. В борьбе все средства хороши, поэтому обмолвилась о женихе, том самом, от которого сюда и сбежала. Но тут глухими прикинулись окружающие.

— Ах, — восторженно закатила глаза офицерша, попутно в очередной раз подтянув лиф платья, рисковавший обнажить ее скромные прелести, — мы осенью справим роскошную свадьбу! Ваш батюшка останется доволен. Не всякой графине такой жених перепадет!

— Просто чудо, — вторила ей незнакомая мне особа, увешенная крупными безделушками, словно цыганка на ярмарке, — что его не охомутала какая-нибудь охотница за титулом! Никак Всевышний для вас берег.

Скорчила гримасу. Ну да, очередного Ричарда припас, никому не давал. Спасибо, не надо! Если сначала мне было любопытно взглянуть на «господина совершенство», то теперь я окончательно убедилась, что он, опять-таки совершенно, мне не подходит.

Пока дамы наперебой нахваливали потенциального жениха, хозяйка дома ненадолго отлучилась. Вернувшись, она верно оценила ситуацию и, сжалившись, предложила мне взглянуть на зимний сад.

— Он, конечно, не так хорош, как столичные, — заранее извинилась Элеонора, — но пару интересных растений я выписала. Вдобавок там есть уютная скамья, можно спокойно посидеть, отдохнуть.

О последнем я мечтала последние полчаса, поэтому радостно приняла приглашение полюбоваться горшками. Грешным делом, даже подумала, не воспылать ли любовью к ботанике и не остаться ли в зимнем саду до конца вечера. Если кумушки еще раз заведут разговор о браке, я выйду в окно.

— Ну вот и он!

Элеонора толкнула двустворчатые стеклянные двери и посторонилась, пропуская меня первой.

— А тут мило!

С интересом огляделась и заметила мужчину, который спиной ко мне с задумчивым видом изучал лимонное дерево.

Обернувшись к Элеоноре, заметила:

— Кажется, мы кому-то помещали. Наверное, лучше зайти попозже.

— Вовсе нет, — хитро подмигнула она, — мы зашли в самый раз. Приятного знакомства!

Прежде чем я успела сообразить, что она задумала, Элеонора с небывалой прытью заперла двери. Вот ведь!..

— Откройте!

Я в отчаянье барабанила по стеклу, в сердцах пнула двери каблуком. Бесполезно!

Раскрасневшаяся от возмущения, развернулась к мужчине. Значит, это ему меня сватали. Пусть даже не надеется на ласковый прием!

На миг промелькнула шальная мысль: вдруг это Ричард Олбани? Промелькнула и растворилась в пучине бурлящего гнева. Я отлично знала организовавшего свидание вероломного мужчину. Никакой он не первоклассный жених, а несносный, наглый…. Словом, Натан Рурк. Лорд Рурк, если верить ему на слово.

— Я не собираюсь за вас замуж! — прежде, чем Натан успел открыть рот, выпалила я и для пущей убедительности приняла грозную позу, скрестила руки на груди. — Можете морить меня голодом, пытать козьим навозом, даже Марианной Барет — никогда!

— Да я и не собирался предлагать вам руку и сердце, — равнодушно пожал плечами Натан. — Право, не знаю, что вы себе вообразили!

Едва не задохнулась от неслыханной наглости. Так открыто признаться в преступных намерениях! Да он не просто хам, он… Я даже слов таких не знала.

Пошарив взглядом по сторонам, схватила лейку и пригрозила:

— Еще шаг, и вы пожалеете! Живой я вам не дамся!

Натан удивленно уставился на меня. Не верит, будто я способна ударить человека? Очень даже способна и охотно это продемонстрирую.

Увы, я промахнулась, причем капитально: вместо головы Натана вдребезги разбила горшок с карликовой розой. Ничего, сейчас исправлюсь. Злодейка Элеонора не обеднеет, если лишится вот того фикуса.

— Вы сумасшедшая! — Натан предусмотрительно спрятался за лимонным деревом. — Нужны вы мне! Я не собирался никого трогать, просто леди Гиней…

Тут он осекся и хлопнул себя рукой по лбу.

— Ах вот оно что! Так вы моя невеста!

Горшок с фикусом выскользнул у меня из рук. Треснул немного, но в остальном не пострадал. Розе пришлось гораздо хуже.

— Никакая я не невеста! И уж точно не ваша.

Первая, самая сильная волна гнева улеглась, но я по-прежнему злилась. Может, Натан и не собирался меня насиловать, зато согласился участвовать в балагане со сватовством. Я и он — более нелепой пары не вообразить! Любой другой мужчина это сразу бы понял, извинился и выломал проклятую дверь. Натан же на что-то надеялся, раз продолжал изначально бессмысленный разговор.

— Не моя. — Хоть в чем-то он со мной согласен! — Я, знаете ли, жениться вообще не планировал, тем более на вас.

Тем более?!

Если Натан хотел меня задеть, ему это удалось.

Шумно засопев, я шагнула к обидчику, полная решимости высказать все, что о нем думаю.

— Вознамерились придушить, раз проломить голову горшком и лейкой не вышло? — насмешливо поинтересовался Натан.

— А можно? — с надеждой поинтересовалась я.

Нет Натана, нет проблем. А он и вовсе одна большая проблема.

— У меня найдется предложение получше.

Натан наконец оставил в покое несчастное лимонное дерево — не хотелось бы, чтобы оно пострадало из-за мужлана сомнительного происхождения — и шагнул мне навстречу.

Остановилась, приподняла брови. Слушаю, мол, чем порадуете?

— Скажем Элеоноре, что не сошлись характерами. Я вам не нравлюсь, вы мне тоже, о браке речи быть не может.

— Вы действительно надеетесь успокоить стаю местных кумушек, жаждущих куска свадебного торта? — в сомнении покачала головой я. — Сдается, подобный аргумент их не удовлетворит, вы должны оказаться минимум двоеженцем.

Натан пожал плечами.

— Прежде мне как-то удавалось избавляться от сомнительных невест. Вы не первая и не последняя, кого мне сватают. В определенном возрасте, уж простите, женщины одержимы только детьми и чужими браками. Надеюсь, вы понимаете, я имею в виду вовсе не вас.

— Еще как понимаю! — вздохнула я, постепенно успокаиваясь. — Я тут всего месяц, но готова волком выть. То зеленщик, то фермер, теперь вот вы…

— А теперь представьте, какого мне. Я здесь не первый месяц, да и незамужних девиц всегда больше, чем неженатых мужчин. Как думаете, — подмигнул Натан, — может, нам основывать совместное общество «Против брака»?

Улыбнулась:

— По-моему, неплохая идея.

И надо же было именно в этот момент вернуться Элеоноре!

— О, вижу, вы поладили! — довольно проворковала сводня, вызволив нас из временного заточения. — Полагаю, милорд уже завтра напишет сэру Феммору, и милая Джейн до осени примерит свадебный наряд.

Мы в ужасе отпрянули друг от друга. Натан на всякий случай даже руки за спину спрятал. Лицо его обрело непривычно жесткое выражение.

— Если мне не изменяет память, — отчеканил он, обращаясь к Элеоноре, — мы давно закрыли данный вопрос. Прекратите ставить себя и девушек в глупое положение. Я не нуждаюсь в невестах, а если вдруг надумаю жениться, найду кого-нибудь знатнее дочери баронета. С моей родословной это несложно. Мне неприятно напоминать о ней, равно как и о пропасти между нами, но ваша фамильярность и небывалая настойчивость вынуждают.

Хозяйка дома застыла с широко распахнутыми глазами.

— Хорошо, милорд, — побледнев, пролепетала она, — я больше не буду…

— Прекрасно!

Натан удовлетворенно кивнул, будто все в порядке, будто бы он только что не макнул меня головой в грязную лужу. Я ведь не рвалась замуж, не предлагала себя Натану, а он… Это в сто раз хуже, чем с Эриком!

— Вот и женитесь на собственной родословной на радость местной общественности! — зло процедила я и, подхватив юбки, ринулась к выходу.

Меня душили слезы обиды, но Натан их не увидит.

На полпути остановилась, обернулась и добавилась:

— На танец со мной не рассчитывайте. Никогда!

Похоже, повторять Натану «никогда» скоро войдет у меня в привычку.

Глава 6

Немыслимо!

Я практически задыхалась от возмущения.

Отвергнуть меня! Положим, я тоже не собиралась замуж за Натана, ни за какие коврижки, но сам факт!.. Какой-то сомнительный лорд с воображаемой многовековой родословной из королей и графов, которых никто в глаза не видел, отверг дочь баронета. Да еще как! До сих пор помню его взгляд. Он ведь решил… Повторять нелепо! Сначала подумал, будто мы с Элеонорой в сговоре, и я прилетела в сад на крыльях любви. Тьфу, на листах будущего брачного договора. Разыграла спектакль, строила глазки. Прозреть помогла лишь лейка. После нее до умника дошло, что я не планировала вешаться ему на шею, тратить его баснословное состояние из овец и грязи на модные платья.

Видите ли, найдет невесту получше! Интересно, какую? Одну из дочек Элеоноры? Что-то в Брекене не видно принцесс! Даже захудалой герцогини, чтобы удовлетворить потребности Лорда-Большое-Я. Впрочем, драконов в окрестностях тоже нет, а без них всяким Натанам рассчитывать не на что. Вот соверши он подвиг, спаси прекрасную деву из башни, тогда да, получай в награду титулованную особую. А коли драконов нет, не взыщите! Короли и герцоги давно отписали своих кровинок таким же королям и герцогам, на долю лордов из грязи ничего не осталось.

Эмоции требовали выхода, и я от души ударила кулаком по стене. Подумала, и стукнула еще раз. Все же хорошо лишиться репутации: истинной леди полагалось с вежливой улыбкой поблагодарить Натана за оскорбления и предложить ему чаю. С мышьяком. А я… Я упоенно молотила кулаками по стене, представляя на ее месте напыщенное лицо Натана.

Обидно, до чертиков обидно, что я не попала! Надо было попробовать еще раз, и плевать на цветочные горшки! Элеонора бы поняла и простила: женская солидарность как-никак.

Но ничего, я тебе устрою! Обеспечу неликвидность на брачном рынке! Умное словечко я в свое время подслушала у отца. Речь шла о деньгах, каких-то убыточных бумагах, но ничего, для человека тоже сойдет.

— Полно, дорогая!

На мое плечо легла рука встревоженной Элеоноры. Думала, она поможет, вступит в ряды партии «сотрем Натана с лица земли», но хозяйка оказалась ренегаткой, решила, будто я горюю из-за отказа, и поспешила утешить:

— Все еще образуется. Я сумею переубедить его.

С трудом поборола желания прокричать: «Не надо!» и вежливо поблагодарила за заботу.

— Полно! — Она приняла все за чистую монету. — Кому как не нам, прожившим долгую жизнь, заботиться о счастье других. Будь моя воля, одиноких людей бы вовсе не осталось.

Какое счастье, что желания Элеоноры не котировались на небесах! С ее представлениями о подходящей партии лучше сразу утопиться.

Однако она может снова взять меня в оборот. Вдруг вон за тем фикусом ждал своей очереди еще один жених, классом пониже, второго сорта? Надо скорее убираться подальше от оранжереи, пока меня не обручили с каким-нибудь фермером или отставным капралом. Помогло извечное женское: «Мне надо попудрить носик».

Уфф, выбралась! Как оказалось — вляпалась.

Наверное, местные кумушки на досуге практиковали коллективную телепатию, как иначе объяснить, что весть о моем грандиозном провале разлетелась по всему дому? Меня провожали сочувственными взглядами, наперебой, чтобы ободрить, заводили разговор о собственных мужьях, которые сначала их не замечали, зато потом… Кивала, улыбалась сквозь зубы и мечтала скорее очутиться в тишине своего номера. Но, увы, пешком до гостиницы не добраться: Элеонора обосновалась за городской чертой, в небольшом имении, окруженном яблоневыми садами. Страшно представить, во что превратятся мои атласные бальные туфельки, если я вздумаю прогуляться до Брекена! Да и мало ли, что может случиться с одинокой девушкой ночью? Вокруг ни души, только тянется вдоль дороги беленая ограда сада…

И не надо напоминать, что я маг. Отчего-то большинство людей в упор не видят разницы между теми же бытовиками и боевиками. Раз ты маг, значит, и артефакт на коленке смастеришь, и легким пасом отправишь грабителей в дальние страны, и ураган властным словом остановишь. Увы и ах, у каждого своя специализация. Я ведь не прошу, чтобы пекарь сшил мне платье. Хотя… Не удивлюсь, если Марианна ходит за свежими булочками в кузню. Там ведь тоже огонь есть, неужели трудно испечь?

Словом, никаких пеших прогулок! Побуду еще немного и, сославшись на недомогание, попрошу заложить экипаж — дребезжащую двуколку, которая меня сюда и доставила.

Уши уловили первые такты кадрили. Танцы! Всевышний, неужели?..

Настроение резко поползло вверх, ноги сами собой начали притоптывать в такт.

Но почему меня никто не приглашает? Неужели из-за проклятого Натана я превратилась в прокаженную?

Воображение живо нарисовало безрадостное будущее: необъятная от увлечения сладким талия, перемазанный в креме рот… Я дофантазировалась до треснувшего от обжорства платья, когда над ухом раздался бархатный баритон:

— Позвольте пригласить вас на танец, миледи.

Неужели Натан явился загладить свою вину? Ну сейчас, голубчик, я тебе выскажу!

Резко крутнулась на каблуках и, покачнувшись, едва не упала.

В груди защемило. Мне не хватало воздуха.

Казалось, время повернулось вспять. Контуры гостиной Элеоноры поплыли, сквозь них проступили очертания празднично украшенного актового зала академии.

Он совсем не изменился. Вру, Эрик Арен стал еще обаятельнее. Моя решимость забыть его таяла с каждой минутой и наконец мутной лужицей растеклась по полу.

Эрик улыбался. Мне, а не Бекки. Единственный из всех присутствующих во фраке, в безупречно накрахмаленной рубашке, он казался пришельцем из другого мира.

Незаметно ущипнула себя за левую руку. Это сон, на самом деле Эрика здесь нет. Я читала, от духоты и переутомления случается помутнение рассудка. Резкая боль опровергла спасительную гипотезу. Эрик реален. Но что он здесь делает?

— Вспомнила?

Воспользовавшись моим смятением, Эрик взял меня под руку, и увлек в круг танцующих.

— Допустим, — буркнула в ответ. — Дальше что?

Пусть не надеется на мою приветливость. Решил: примчится сюда, и все, дева пала к его ногам? Дудки! Раньше надо было суетиться, Эрик Арен. Мне двадцать три, у меня диплом и совсем другие планы на будущее.

От Эрика пахло гвоздикой. Не пряностью, а цветком, приглушенным, едва уловимым. Мужчины традиционно предпочитали хвою и мяту, но Эрик привык выделяться.

И волосы не остриг, только от челки избавился. Совершенно напрасно: она придавала ему особый шарм.

«Не смотри на него, не смотри!» — безуспешно взывал к разуму внутренний голос. Поздно! Былые, казалось, навеки похороненные чувства вспыхнули с новой силой. Еще минуту назад меня переполняла решимость заморозить, испепелить вероломного возлюбленного, и вот я оказалась в его власти. Как, сама не поняла, просто раз — и утонула в невероятных карих глазах с едва заметными зелеными крапинками.

От волнения ноги стали ватными. С трудом присела, приветствуя остальные пары, образовавшие одну фигуру с нашей.

— Смотрю, колючки никуда не делись, — добродушно рассмеялся Эрик и попенял за прошлое: — Ну и учудила ты тогда!

Мог бы и помолчать. Обязательно, чтобы это слышали остальные? Мы как раз, взявшись за руки, образовали общую фигуру.

— Сам виноват!

Напоминание о новогоднем вечере вернуло контроль над мыслями. Образ Эрика померк, хотя сердце рядом с ним по-прежнему билось слишком часто.

— То есть это я предложил тебе поджечь академию? — удивленно поднял брови Арен-младший.

Спасибо, пары уже разошлись, никто не слышал подробностей моих столичных приключений. Хотя услышать хотели, не зря гости, рискуя заработать косоглазие, дружно тянули шеи в нашу сторону.

Фыркнув, поправила:

— Это был несчастный случай.

— Как и вылитое на меня шампанское, испорченное платье и ожоги Фелиции? — перейдя на шепот, лукаво подмигнул Эрик.

Потупившись, промолчала. Ну да, гадко вышло. Догадываюсь, каких трудов отцу стоило замять тот случай. Не зря ректор запрещал подавать студентам спиртные напитки! Всего один бокал — и такой финал.

Фелиция пострадала случайно. Признаю, розу с ее платья я сорвала намеренно, а вот остальное… Кто же знал, что она неудачно упадет, прямо на канделябр! Но факт оставался фактом, толкнула ее именно я. И шампанским облила Эрика тоже. И академию подожгла. Тоже случайно, само собой, когда убегала. Запнулась о подол собственного платья, опрокинула пару светильников. Пол в актовом зале паркетный, портьеры длинные… Словом, лорд Арен-старший счел мое отчисление само собой разумеющимся. Не забрала бы документы, сам вышвырнул. До сих пор помню его лицо. С таким — только в атаку идти, причем на нежить. А ведь ректор — мужчина стойкий, но я сподобилась, довела.

— Ладно, я не сержусь! — Эрик дружески похлопал меня по плечу. — А вот Фелиция наверняка тебя прокляла.

— Она полный ноль в магии, могла бы не утруждаться.

— Это точно, — согласился Эрик. — Ее потом отчислили.

— Дай угадаю! Она и в этом меня обвинила?

— Нет, это случилось через полгода, по результатам тестов. Жаль, что ты уехала! Целых пять лет в Каунте! — Он брезгливо поморщился. — Как ты умудрилась выжить? Того городишки даже на карте нет!

— Очень даже есть, — обиделась за былую альма-матер. — И раз уж мы заговорили о дырах, то что ты тут делаешь? Брекен не столица, тут министерские портфели не раздают.

Действительно странно. Эрик в курсе, где я училась, явился на бал к Элеоноре весь такой импозантный, надушенный. Шесть лет назад решила бы, что он одумался, понял, какая я вся распрекрасная, и нашел, чтобы покаяться. Тогда, но не теперь. Молчание Эрика лишь усиливало подозрения. Я напряженно огляделась по сторонам: не притаился ли где отец в компании Ричарда Олбани? С папеньки бы сталось обратиться за помощью к Эрику, ловить рыбку на живца. Одному польза, другому забава.

— Работать приехал, — наконец ответил Эрик. — Не тебе же одной озарять светочем знаний провинцию.

Ни на мгновение не поверила:

— Ври убедительнее!

Пары вновь объединились, и словесные пытки пришлось отложить.

На нас по-прежнему косились. О, я обеспечила брекенцев темами для разговоров на ближайшие два, а то и три месяца! Эрик — и вовсе на полгода. Его появление произвело фурор среди женской части населения. Хотя мужчины тоже были не прочь выяснить, каким ветром сюда занесло утонченного и явно небедного красавца. Пожалуй, только Натан взирал на него недоверчиво, с легким презрением. Вопреки моим предположениям, высокомерный лорд не уехал. Может, все деньги ушли на покупку родословной, а на экипаж ничего не осталось? По мне, лучше бы отправился играть в карты, чем стоял истуканом у стены и пялился на танцующих. Еще и руки демонстративно на груди сложил. Мол, не подходите ко мне, я недотрога. Сжалился бы, пригласил младшую дочку Элеоноры. Или из-за одного танца тут положено жениться?

Однако очередной ответ Эрика напрочь выбросил Натана из головы. Пусть дуется сколько угодно, у меня проблемы похуже.

— Насчет работы я не соврал, но это лишь следствие, а причина… Причина, — Эрик загадочно улыбнулся и мимолетно скользнул пальцем по моему запястью, — в другом. Вы снова наделали шума, а сэр Энтони этого жутко не любит! Он и от прошлого-то скандала едва отправился, а тут сорванная помолвка…

Арен-младший многозначительно посмотрел на меня и отпустил мою руку: танец закончился. Еще несколько минут назад я испытала бы горькое сожаление, напросилась бы на следующий, но теперь близость Эрика отступила на второй план.

Шестеренки в голове пришли в движение. Если я верно поняла… Ведьмин котел, Джейн, это должно было когда-нибудь произойти! Не сейчас, так через неделю.

— Он здесь? — стараясь не выдать волнения, поинтересовалась я.

Пальцы впились в шуршащую ткань платья, рискуя оставить заломы.

Но почему судьба так жестока? Красивый мужчина, ставший наконец-то приятным вечер… Зачем было все испортить? Я бы флиртовала с Эриком, простила бы его прежние прегрешения. Он бы незаметно поглаживал мою спину, перебирал пальчики. Это так приятно! Даже сейчас, когда я давно с ним порвала, прикосновения Эрика горячей волной расходились по телу. Но как же, Всевышний решил, что я обязана страдать. Будто Натана мало!

— Кто — он?

Эрик притворился, будто ничего не понимает, и увлек меня к стульям для отдыха. Спасибо ему, а то я бы до сих пор стояла посреди комнаты.

Спину сверлил неприязненный взгляд Натана. Да что ему от меня нужно?! Избавился от невесты, пей и радуйся!

— Отец, разумеется.

Я устало опустилась на стул возле стены и благодарно приняла из рук Эрика стакан холодного лимонада. Мне требовалось остыть, в прямом и переносном смысле этого слова: кадриль — чрезвычайно энергичный танец.

— Ну, — Эрик оперся ладонью о спинку моего стула и, бросив вызов правилам хорошего тона, повернулся спиной к гостям, заодно частично заслонил меня от них, — полагаю, баронет уже в пути. Но я тревожусь не из-за него, а из-за Ричарда Олбани. По моим сведениям, он в Брекене.

— Ричард? — недоуменно переспросила я.

Об одном и том же человеке ли мы говорим? Тот Ричард, о котором я слышала, с крайней неохотой появлялся даже на семейных праздниках и уж точно не потащился бы за мной невесть куда. Да и как он планировал меня найти, если мы друг друга никогда не видели? К примеру, я о будущем женихе знала только со слов родных. В свое время за него прочили подругу Доротеи, и старшие сестры активно шушукались о недостатках и скромных достоинствах Ричарда. В итоге до помолвки не дошло, все осталось на уровне слухов. И тут я. Подумать только, первая официальная невеста!

— А что вас так удивляет, Джейн? Разве вы не стоите того, чтобы бросить свет и примчаться за вами на белом коне?

— Что-то я не заметила в Брекене ни одного белого коня, — скептически заметила я, — даже белой кобылы.

— Значит, он выбрал рыжую или гнедую, а то и вовсе прибыл в экипаже, — Эрика было невозможно смутить.

За это он мне и нравился — за умение выйти победителем из любой ситуации. Ну, на самом деле, не только за это. Те же его глаза… Ведьмин котел, неужели я вновь поддалась обаянию Аренов! Словно и не было тех шести лет, словно я и не уезжала из столицы.

Промелькнула мысль: а вдруг это шанс, вдруг теперь, со второго раза у нас все получится? Но даже если так, Эрику придется изрядно постараться. Глупышка Джейн стала умнее и не подарит сердце за поднятые учебники. Пусть ухаживает, осыпает цветами и комплиментами, а я погляжу.

— У вас сомнительное чувство юмора.

Допив лимонад, поискала глазами, куда бы поставить пустой стакан. В итоге вручила его Эрику.

— Поговорим начистоту. — Теперь я могла смотреть ему в глаза, прямо, твердо, без глупого румянца на щеках. — Вас подослал отец. Что ж, передайте ему, по закону родители не распоряжаются совершеннолетними детьми. Я не выйду за Ричарда Олбани, и мне абсолютно все равно, что папенька пообещал виконту. Ну или виконт ему. Образование не пустой звук. Знаете, я даже благодарна вам, Эрик. Если бы вы меня не отвергли, я бы осталась хорошенькой глупышкой, одной из тех, которая вместо диплома обзаводится в академии мужем. Теперь же у меня имеется должность, заработок…

И долги, на погашение которых ушло почти все жалование. Но папеньке и Эрику о них знать не следует. Для бывших знакомых я самодостаточная женщина, купаюсь в роскоши и уважении коллег, ни в чем не нуждаюсь.

Эрик усмехнулся. Неужели успел навести обо мне справки? Убью Рональда и компанию! Вот наступит полнолунье, распущу волосы и нагой соберу Колокольчики мертвеца и яд гадюки. Все перемешаю и от души напою целебным чаем благодетелей.

Несмотря на бушевавшую внутри бурю, снаружи мне удалось сохранить преисполненный достоинства королевский вид. Именно такой я сотни раз рисовала себя в воображении во время встречи с Эриком, только ладони предательски вспотели, а сердце билось чаще, нежели хотелось бы.

Да что же это такое! Почему проклятый Эрик Арен, ветреный, с дурным вкусом, раз не польстился на образчик красоты, ума и прочего в моем лице, волновал меня больше разгневанного отца и заочно отвергнутого жениха? Со мной явно что-то не так.

Покосилась на стакан в руке Эрика. Не мог он подлить туда приворотного зелья? Или не он, так Элеонора в надежде свести с Натаном. Откуда ж ей было знать, что моим партнером по танцам станет другой мужчина!

— Что с вами, Джейн?

От Эрика не укрылся мой пристальный интерес к посуде.

— Да так… Там немного еще осталось, можно?

Понимая, насколько нелепо все выглядит, заполучила стакан обратно, тщательно осмотрела, обнюхала. Ничего! Может, я и не ведьма, но кое-чему училась. Если бы в лимонад что-то подмешали, на поверхности бы осталась маслянистая пленка.

— Безусловно, качество воды в провинции порой оставляет желать лучшего, но вряд ли хозяйка планировала заразить нас холерой.

Эрик, посмеиваясь, наблюдал за моими действиями. Выходит, не догадался. Вот и славненько, только шуточек про приворот мне не хватало! Достаточно того, что никаких чар нет, и я снова влюбилась в Эрика. Как глупо и как не вовремя! Ничего, я сильная, быстро выкину его из сердца.

— Вы закончили? — покашлял над моим ухом виновник душевного переполоха.

— Да, стакан чистый. — Невинно улыбнувшись, поставила посуду на пол, под стул. — За этой прислугой глаз да глаз, вечно норовят немытый подсунуть.

— В таком случае, — хмыкнул Эрик, — перейдем к обсуждению других насущных вопросов. Например, вашей работы. Благо с некоторых пор я имею к ней самое прямое отношение.

— То есть? — наморщила переносицу я.

— А, — меня посетило озарение, — вы собираетесь пожаловаться в сурскую службу магических дел и потребовать моего увольнения!

— Мимо!

Эрик занял освободившийся рядом стул.

Какая у него ослепительная улыбка! И сам он тоже ослепительный.

— Ваш начальник… — Эрик нахмурился, припоминая имя. — Николас Тренберг, если не ошибаюсь? Так вот, он уходит на пенсию, а его место займет молодой энергичный руководитель, то есть я, Джейн.

Если бы сейчас обрушился потолок, это стало бы достойным финальным аккордом.

Наплевав на то, что обо мне подумают, подскочила и, раскрасневшись, выпалила:

— Ты врешь! Ты все врешь!

Сын лорда Арена никогда не опустился бы до Брекена. Попасть сюда — наказание. Вряд ли Эрик убил кого-то на дуэли, участвовал в заговоре или разрушил академию до основания. С его специализацией с бумажками и часовыми артефактами не возятся. Эрику прямой путь в министерство магии, а то и в личную охрану его величества.

— Что, снова устроишь сцену и сбежишь?

Хлесткий, ядовитый комментарий привел в чувства.

Фыркнув, чинно опустилась обратно на стул. Вот так, никуда я сбегать не собираюсь, даже не надейтесь, Эрик Арен!

— Раздумала. Гораздо интереснее вас послушать. За какие такие грехи ректор засунул любимого сыночка в гости к кикиморам? Подожгли принцессу, облили шампанским наследного принца?

Не так-то это трудно, достаточно перебороть первый, самый острый эмоциональный порыв, и в голову придут нужные слова.

— Нет. — Вопреки ожиданиям, Эрик не смутился. — Наоборот, отец всячески меня отговаривал, просил изменить опрометчивое решение, но я настоял на своем. Понимаю, тебе, — он окончательно перешел на «ты», как в студенческие времена, — в это сложно поверить, но я попал в Брекен по собственной воле, вдобавок дал взятку, чтобы в приказ вписали мое имя.

— Но зачем?

Трепещущее сердце болезненно сжалось. И Эрик не подвел, озвучил самую романтичную причину из всех:

— Чтобы спасти тебя.

Помолчав, он посмотрел куда-то в сторону, нахмурился и добавил:

— Причем прямо сейчас.

Проследив за его взглядом, судорожно сглотнула. Отец!

Глава 7

Зажмурившись, посмотрела снова, надеясь, что химера исчезнет. Увы, сэр Энтони Феммор не желал струйкой дыма вознестись к потолку. Из плоти и крови, он стоял на пороге комнаты и высматривал меня — кого же еще?

На мгновение показалось, Эрик все подстроил. Именно он привел сюда батюшку. Сейчас вероломный красавчик отойдет в сторону и громко крикнет: «Ату ее!» Но Эрик поступил благородно, как мог, спрятал меня от орлиного взора родителя. Неужели действительно хотел спасти, бросил перспективное место, лишь бы я не досталась Олбани? Ох, что же ты делаешь, Эрик, я же могу влюбиться!

Но пока я трусливо пряталась за спиной Арена-младшего. Пальцы с такой силой сжимали его фрак, что еще немного, и материя треснула бы.

— Успокойся, не привлекай внимания! — не оборачиваясь, шикнул Эрик и нервным движением высвободился.

Поздно: отец не произнес ни слова, а все догадались, за кем он приехал, предвкушали скандал. Даже оркестр умолк и бросал косые взгляды на юного специалиста и перспективную невесту в одном лице, которая на поверку оказалась не таким уж специалистом и такой уж перспективной.

Судорожно вздохнув, расправила плечи.

Хватит прятаться, Джейн! Лучше сразу объясниться и покончить со свадебным фарсом. Ты подожгла академию, неужели не совладаешь с собственным отцом?

И я решительно поднялась, вышла из-за спины Эрика.

Мне не десять лет, мне двадцать три. Я имела полное право ответить жениху отказом, уехать куда-угодно, не спрашивая разрешения родителей.

Однако при взгляде на отца доводы рассудка разлетелись вдребезги. Мной снова овладел страх. Нет, баронет Феммор не отрастил крылья, не плевался ядом, даже не освоил метание молний. Роста тоже остался прежнего, на пол-ладони ниже Эрика. Ни отряда суровых телохранителей за спиной, ни короны на голове — батюшке этого не требовалось. Достаточно было его присутствия, чтобы фантазия и чувство вины (неприятно признавать, но я действительно заставила родителей волноваться) вынудили сердце биться где-то в желудке.

Отец явился на бал с дороги, не успев переодеться. Забрызганные грязью высокие сапоги и полы плаща сомнительной чистоты диссонировали с нарядами местных модников. Прибавьте к этому насупленные брови, квадратную челюсть и недобрый прищур — получите идеального бандита. Гости старались держаться от него подальше. Словно море во время отлива, они отхлынули от дверей, разбились на группки и испуганно перешептывались. Кое-кто предпочел и вовсе сбежать через заднюю часть дома. Одна Элеонора не спасовала. С величием королевы она направилась к незваному гостю и потребовала объясниться.

— Вы ворвались в чужой благородный дом. Тут офицеры, одно мое слово — и вас выставят вон, — пригрозила она.

Вот тебе и вдова личного дворянина! Даже отец опешил от такого напора. Правда, быстро спохватился и, сменив выражение лица на благожелательное, потянулся к руке хозяйки дома. Теперь в замешательство пришла Элеонора. Судя по румянцу на ее щеках, рук ей давно не целовали.

— Прошу покорнейше простить, миледи. Я ни в коей мере не хотел мешать вашему увеселению. Позвольте представиться: сэр Энтони Феммор, баронет, отец вот той, — он кивнул в мою сторону, — беглой невесты.

Желание слиться со стеной, а еще лучше — провалиться сквозь пол стало нестерпимым. Покусывая губы, я каким-то чудом сохраняла внешнее спокойствие.

Вот уж Натан порадовался! Наверняка сто раз поздравил себя с прозорливым отказом. Куда он, к слову, подевался, почему не спешит обеспечить баронету ночлег и одолжить лошадей для транспортировки беглянки в столицу?

Повертев головой, убедилась, несостоявшийся жених пропал. Только что дулся в углу вместо того, чтобы танцевать, и испарился. Не иначе, бегал отцу дорогу показывать, предводитель дворянства хренов! Ведь если не подсуетится, не сплавит меня Ричарду, брекенские свахи не отвяжутся. Они упорные, по себе знаю. Ты их за дверь, а они — в окно.

Злость помогла встряхнуться. Я больше не ощущала себя загнанным в угол зверем.

Отец напрасно старается, я никуда не поеду. Потребуется, устрою очередной скандал. Хоть десять! Заодно окончательно погублю свою репутацию и смогу спокойно пожить для себя. Надоело бесконечное сватовство!

Эрик незаметно стиснул мои пальчики.

Ну вот, с его поддержкой я окончательно готова разрушить мир до основания.

— Доброго вечера, батюшка!

Невозмутимо шагнула вперед, в центр стихийно образовавшегося пустого пространства. Словно на ристалище!

Отец кивнул. И тебе здравствуй.

Ладно, предоставляет слово мне, выскажусь.

— Позвольте прояснить некоторые аспекты. Боюсь, вы неверно обрисовали ситуацию. Я не обручена.

— Полагаю, наши семейные дела не для чужих ушей, — резко оборвал мои откровения отец. — Продолжим разговор в гостинице.

Однако я твердо знала: уходить нельзя. Если Ричард Олбани действительно в городе, он мог сговориться с нотариусом, и пиши пропало! Но вступать в открытую конфронтацию тоже чревато. Словом, думай, Джейн!

На помощь пришел верный рыцарь. Как и положено прекрасному принцу, Эрик ринулся в бой с драконом:

— Простите, милорд, но, боюсь, вопрос брака Джейн вышел за рамки чисто семейных дел.

Арен-младший встал рядом со мной, ясно дав понять, на чьей он стороне.

Сердце затрепетало. Щеки залились румянцем.

Я боялась и жутко хотела сейчас взглянуть на Эрика. Мой спаситель! За сегодняшний вечер я готова была простить ему все, даже вульгарную Бекки и навязчивую Фелицию. Они целовались там, в уголке, когда, распаленная выпитым на голодный желудок шампанским, я собиралась пригласить Эрика на танец. Но все в прошлом. Люди меняются, вот и Эрик осознал свои ошибки.

Мир перед глазами вновь ненадолго поплыл. Мне грезилось, как мы, держась за руки, прогуливаемся вдоль реки, как я закрываю глаза, губы Эрика накрывают мои…

— Лорд Арен-младший? — ворвался в сладостные мечты ледяной голос отца. — Вот уж не ожидал!

Он не скрывал неприязни. Еще бы, ведь, по мнению родителей, Эрик тоже виноват в случившем шесть лет назад. Мог бы вести себя строже, сдержаннее, а не возиться с впечатлительной первокурсницей.

— Взаимно, милорд.

Эрик не стушевался, держался с ним на равных — позаимствовал манеру поведения у собственного отца. Лорд Арен-старший напоминал айсберг. Никто и ничто не могли заставить его спуститься с устоев магического величия. Ну, почти никто. Скромно не стану показывать на себя пальцем.

— Так вот, — Эрик вернулся к животрепещущей теме, — леди Джейн не может выйти замуж. Первую причину я озвучу прилюдно, о второй умолчу. Я уважаю вас, ваше семейство и не желаю новых слухов. Прошлые с трудом удалось замять.

Отец аж воздухом поперхнулся. Под кожей вздулись желваки, кожа побелела от гнева. Но баронет Феммор не опустился до прилюдной свары. К тому же Эрик для него всего лишь дерзкий юнец, препирательства, а тем более ссора с ним унизительны, поэтому он промолчал.

Я уловила разочарованный вздох за спиной. Похоже, кто-то рассчитывал на бесплатное развлечение — бои аристократов без правил. Еще бы тотализатор организовали, ставки принимали.

— Господа, — крутнувшись на каблуках, Эрик окинул взглядом присутствующих, — вам известна моя фамилия, титул, но не должность. Увы, при виде прелестной дочери баронета я позабыл озвучить цель своего приезда. Итак, я тот самый выскочка, скучающий проныра и все прочие эпитеты, которыми вы заочно награди нового начальника службы магических дел.

Гости в изумлении ахнули, даже отец удивленно моргнул. Выходит, он не знал.

— Увы, — развел руками Эрик, наслаждаясь коротким бенефисом, — господин Тренберг совсем плох. Он подал в отставку на прошлой неделе, министерство магии ее удовлетворило. И вот я здесь, готов принимать дела, выслушивать жалобы и пожелания.

Всего за пару минут акции Эрика взлетели до небес. Совсем недавно он был просто симпатичным дворянином, а теперь превратился в дворянина с карьерой. А ведь брекенцы еще ничего о его папеньке не слышали! Сдается, они бы дружно грохнулись в обморок при имени магистра Арена. «Того самого магистра», как его обычно называли за глаза. Даром, что лорд, Джеймс Арен регулярно завтракал с королем, пока министры маялись в приемной. Столичная академия магии — это ведь оплот… Чего именно, запамятовала, на посвящении в студенты говорили. Словом, абы кого ректором не назначат.

Обо мне и отце дружно забыли. Местные кумушки быстро прикинули, как далеко Эрик продвинется к сорока годам. Перспективы вырисовывались радужные, посему они принялись дружно отдавливать ноги незамужним дочерям. Мол, не хлопаем глазками, переходим к активным действиям!

Когда же с придыханием прозвучало имя Джеймса Арена, армия невест ринулась в атаку. Если бы девицы скооперировались, похитили бы несчастного Эрика и разыграли между собой в орлянку, но в брачных играх каждый сам за себя, поэтому в ход шли иные, мирные средства. Кто-то кокетливо улыбался, кто-то обмахивался веером, старательно демонстрируя, как тесно груди в платье. Спасите, помогите, милорд, не дайте умереть, расшнуруйте корсаж в темном уголке! А там и маменька с папенькой благословить подоспеют. Парочка особо экзальтированных особ и вовсе грохнулась в обморок. Одна чуть ли не на руки Эрику, пришлось ее поднимать.

Воспользовавшись суматохой, отец ухватил меня под локоток и потащил к выходу. На все мои аргументы и протесты у него был всего один ответ: «Я так решил!» К счастью, Эрик сумел отбиться от первой волны девичьего безумия и перехватил нас в прихожей.

— Мы не договорили, милорд.

Рискуя заработать вызов на дуэль, он вырвал мою руку у отца и заступил ему дорогу. К счастью, батюшка дерзкую выходку проигнорировал.

— Свадьбу придется отложить. По контракту Джейн обязана проработать в Брекене три года.

Покосилась на Эрика. Он это серьезно?! Решить, будто меня против воли отправили в Брекен, отрабатывать бесплатную учебу!.. Нет, положим, я не светоч магии, но все оценки честно заработала. Отличные оценки, между прочим, с которыми бы любую другую с распростертыми объятиями взяли. Ладно, без объятий, но и принудительно трудиться в глуши бы не заставили. Эх, мало я на тебя шампанского вылила, Эрик Арен, ох, мало! И напрасно простила.

— Хорошая попытка! — покачал головой отец. В отличие от меня он Эрику не поверил. — Только моя дочь не бездарь. Для рода Аренов — возможно, зато каунтский ректор отзывался о Джейн исключительно в превосходной степени. Он же помог мне ее найти.

Ах ты!.. Мысленно пожелала вероломному господину Энлиху погореть на аудиторской проверке. Ну, конечно, с его связями несложно было установить, что некая Джейн Феммор заступила на службу в Брекене.

Эрик нахмурился. Его задел намек отца. Ничего, переживет. Тут я с батюшкой солидарна: с некоторых нужно сбить корону.

Однако Эрик продолжал упрямо стоять на своем:

— Все равно я не подпишу прошение об увольнении. У меня нет замены. К тому же на мою сотрудницу оказывается давление.

— Аннулируйте запись о приеме, и дело с концом. Все равно Джейн надолго бы здесь не задержалась. Что давления, то сотни девушек ежегодно выходят замуж. Не вижу в этом ничего страшного.

Эрик промолчал. Аргументы против закончились.

— Пойдем, Джейн! — Отец положил руку мне на плечо. — Лорд Арен, окажите любезность, попрощайтесь от нашего имени с хозяйкой. Передайте, что все было прекрасно, Джейн благодарна за чудесный вечер.

Он шагнул к двери, уверенный, я последую за ним, но просчитался. Младшая дочь вновь взбунтовалась, не сдвинулась с места.

— Не стоит заставлять жениха ждать, — попытался воззвать к моей совести родитель. — Он и так проявил благородство, согласившись умолчать о твоем недостойном поведении.

И тут меня прорвало. Не я обещала Ричарду Олбани жить с ним долго и счастливо, пусть между собой разбираются.

— Хорошо благородство! — прошипела я и отступила к лестнице на второй этаж, подальше от выхода. — Он в курсе, что моя подпись поддельная? Если нет, я охотно его просвещу. Вы можете обещать что угодно и кому угодно, но «да» за меня сказать не в состоянии. Потребуется, устрою голодовку, чтобы меня ничем не опоили. Вы так боитесь скандала, так готовьтесь к самой скандальной свадьбе года!

Тяжело дыша, уперла руки в бока.

Сердце билось о ребра.

Я рисковала, очень рисковала. Ничто не мешало отцу влепить мне пощечину, ухватить подмышки и, извинившись перед Эриком, утащить в счастливое будущее. Вся надежда на его принципы. Батюшка ненавидел огласку. Именно поэтому мне в свое время удалось перевестись в Каунт — что угодно, лишь бы о Фемморах перестали шептаться. И вот ситуация повторялась. Пусть сегодня я никого не подожгла, положение скверное. Оркестр по-прежнему не играл, мои крики слышали многие. Вдобавок науськанные матерями девицы робко выглядывали из гостиной, дожидаясь удачного момента, чтобы выпросить у Эрика танец. Словом, свидетелей хватало, и к утру Брекен оплела бы паутина слухов. А там и до столицы бы докатилось.

— Полагаю, подобные… хм… меры не потребуются.

Отец грозно покосился на девиц, и те, ойкнув, отпрянули, скрылись за дверной портьерой.

Мне бы порадоваться отмене казни, но я, наоборот, насторожилась. Слишком уж отец спокоен! Где злость, требование немедленно вернуться в гостиницу? Определенно, он что-то задумал. Мимолетная ухмылка, скользнувшая по его лицу, лишь подтвердила худшие опасения.

— Признаю, я немного поторопился, но, уверен, познакомившись с лордом Олбани, ты найдешь его приятным во всех отношениях человеком. Он так за тебя тревожился!

— С чего бы? — фыркнула я, заранее наметив пути к отступлению.

Дом не мой, но в некоторых случаях не до этикета. Спрячусь в чьей-нибудь спальне, туда отец зайти не посмеет. А потом… Немного остыв, сообразила, Эрик выдумал про отработку, желая меня спасти. Оставалось надеяться, к утру его пыл не угаснет. Не прятаться же мне вечно под чужой кроватью!

— Ты пропала без вести. С тобой могло приключиться что угодно! Мы сообща искали тебя, если бы не господин Энлих, твоя матушка и сестры провели бы еще немало бессонных ночей. Ты о них подумала, Джейн?

А вот и нотации.

Безусловно, мне жалко матушку и сестричек, даже пустоголовую Луизу, кичившуюся своим старшинством, но не настолько, чтобы стать леди Олбани.

— Твой жених здесь, в Брекене, — почувствовав мою слабину, продолжал увещевать отец. — Зайди к нему завтра, поздоровайся. Он остановился в той же гостинице, что и ты.

Ну да, другой просто не существует.

— Просто поздороваться? — недоверчиво уточнила я. — Без нотариуса и обручения?

— Просто. Можешь прихватить лорда Арена, если боишься.

Я никак не могла взять в толк, в чем состояла коварная задумка отца. Чашка чая и разговор с третьим лишним замужество не приблизят. Или батюшка надеялся, что я проникнусь заботой и неземной красотой Ричарда Олбани? Увы, на фоне Эрика он в любом случае смотрелся бы бледно.

— Так ты зайдешь? — вкрадчиво поинтересовался отец.

Пообещала. На первый взгляд, все безопасно. Засвидетельствую свое почтение, объясню ситуацию, и распрощаемся. Если лорд Олбани адекватный человек (а умалишенных не женят), он все поймет и не станет настаивать. Тридцать два года прожил без жены и еще проживет. Вдобавок мне казалось, что свадьба — инициатива виконта. Надоело ему содержать младшего сыночка, вот и заставил посвататься.

— Я рад, Джейн. Ты поступила правильно, благоразумно, — удовлетворенно кивнул отец. — Что ж, веселитесь, дети мои, бал в самом разгаре. Я бы остался, но, увы, годы! Я ехал без остановок от самой Ории и нуждаюсь в отдыхе. Джейн, как зовут хозяйку дома?

— Леди Элеонора Гиней, — рассеянно ответила я.

Мысли крутились вокруг слишком доброго отца. Как бы выяснить, что он задумал? Хоть ночью под дверью подслушивай! Надеюсь, отец снимет не смежный со мной номер, не станет контролировать каждый вздох.

— Пойду извинюсь перед ней, заодно поблагодарю за то, что она взяла тебя под свое крыло. Твое исчезновение так всех нас напугало, дочка!

«Дочка»… Так непривычно! За всю мою жизнь отец едва ли сказал мне пару ласковых слов. Еще бы, ведь от меня одно расстройство! То магией занялась, то в сына ректора влюбилась, то сбежала. Дочка для него Луиза — образец женственности по-фемморски. Красива, мила, в меру учена, в меру глупа и всегда советуется с мужем и маменькой. Доротея — так, серединка на половинку, слишком засиделась в старых девах и порой остра на язык.

— Чем ты опять недовольна, капризная девчонка?

Воспользовавшись тем, что мы ненадолго остались одни, Эрик приобнял меня.

Э, нет, подобной благодарности ты от меня не дождешься! Шесть лет назад тебе представился шанс, новый нужно заработать. За героическую оборону, конечно, спасибо, но мог бы стараться активнее и придумать что-нибудь другое, не называть меня бездарью.

— Напоминаю, ты мой начальник. И заодно чей-нибудь жених.

Высвободившись, сама не знаю почему, направилась в сторону злополучного зимнего сада. Эрик последовал за мной.

Все внутри пело. Подумать только, сам Эрик Арен отныне моя тень!

От его близости кружилась голова. Чуточку, самую малость. Не настолько, чтобы пасть в объятия Эрика. Нет, сначала я изобрету что-нибудь очень важное, меня делают магистром и пригласят выступить в столичной академии. И вот после моей заумной речи в духе Джеймса Арена… Дофантазировать не успела: налетела на стеклянные двери.

— Ты в порядке? — встревоженно спросил Эрик.

Потерла ушибленный лоб и кивнула.

Как глупо вышло! Почему я такая несуразная? Профессиональная неудачница! Едва не разбила нос, на лбу наверняка будет шишка, вдобавок побаливало колено. Какие теперь танцы, сидеть в номере и носа не высовывать.

— Ну вот, теперь скажут, что я тебя избил! — пошутил Эрик и протянул мне платок. — Я его охладил, должно помочь.

С завистью ощупала ледяную ткань. Для Эрика подобные фокусы — пустяк, а я без огнива огонь не разведу. Поэтому он начальник, а я протираю пыль.

— Послушай, — нерешительно начал Эрик, — мне показалось… Словом, будто я видел Натана Рурка.

Замерла с прижатым ко лбу платком.

Немыслимо, Эрик знал лорда-из-конюшни!

С деланным равнодушием пожала плечами:

— Да, есть тут такой.

— Тебе лучше с ним не общаться, — предостерег Эрик.

Я ожидала продолжения, но новоявленный начальник не собирался ничего объяснять. Пришлось спросить самой.

— У него сомнительная репутация.

Лед помог, шишка не вскочила. Теперь бы аккуратно задрать юбку, не показав лишнего, приложить платок к колену, иначе весь оставшийся вечер я проведу на стуле.

— Отвернись! — потребовала я и быстро проделала манипуляции с коленом.

— Так что лорд Рурк? Тоже сбежал от невесты? — легкомысленно предположила я, разрешив Эрику повернуться.

— Хуже. Он дрался на дуэли и убил человека.

Так вот почему… Теперь все встало на свои места: и затянувшийся статус холостяка, и любовь к провинции. Натану велели не высовывать из Брекена под страхом тюремного заключения, наверняка лишили основного титула и части состояния. И здешние свахи еще считали его завидным женихом!

Кстати о женихах…

— А что ты скажешь о Ричарде Олбани?

Мы болтали словно в былые времена. Но на людях придется сдерживаться, иначе поползут слухи, причем самого гадкого свойства. Ладно, если ты отказала жениху, но если ты слишком тесно общаешься с человеком, который на тебе жениться не собирается, вдобавок с начальником…

— Да ничего не скажу, — озадачил Эрик. — Человек-невидимка какой-то! В последний раз его видели в свете… — Он задумался, припоминая. — Да никогда на моей памяти. Так что ты станешь первооткрывательницей Ричарда, заодно мне расскажешь.

— Обязательно, — пообещала я, возвращая платок. — Но потом. А пока я хочу танцевать. Не беспокойся, — рассмеялась, припомнив наше несостоявшееся воссоединение, — обойдусь без любви и поцелуев. Остальные кавалеры словно молью потрачены, ты единственный нормальный.

Эрик протянул мне руку и подмигнул:

— Давай покажем Брекену настоящие танцы!

Глава 8

— Ну и дыра! Придется за вас основательно взяться, чтобы довести это место до ума.

Первые же слова Эрика, произнесенные в новом кабинете, сулили неприятности. Новая метла планировала реформы, хуже которых, как известно, только переезд. Даже не пожар, потому что, сдается, Эрик как раз собирался спалить нашу контору дотла.

Интересно, нервный срыв при виде перемен сойдет за уважительную причину для отказа? Очень уж мне не хотелось сегодня ужинать с Ричардом Олбани. Право, мы договаривались только о знакомстве, а тут свечи, вино… Продолжение логического ряда в виде кровати выстраивалось само собой, только зачем отцу мое бесчестие? Разве только… Ну конечно! Если Эрик планировал не оставить камня на камне от нашей сонной конторы, то батюшка собирался поступить точно так же с моей репутацией. Она, стойкая какая, еще котировалась среди местных свах, зато после романтического вечера мне будет одна дорога — замуж. Ну или в речку, но пока до нее дойдешь, сто раз передумаешь топиться.

Увы и ах, я собиралась разыграть совсем другую пьесу. Родитель сколько угодно мог надеяться на «долго и счастливо», в моих же планах значились монолог (Ричарда), пара вспышек безумия (мои) и громкий финал (совместный). После по моим расчетам несостоявшийся жених должен был спешно покинуть Брекен и наотрез отказаться близко подходить к девицам по фамилии Феммор.

Но пока было еще утро, и, как вы догадались, выдалось оно недобрым.

Новая метла, простите, начальник, выстроил нас в шеренгу перед столом Николоса и прочел пламенную речь о том, как сделает из нас магов. Учитывая его специальность, стало страшно. Я даже огляделась в поисках пары скелетов. С Эрика сталось бы притащить их с кладбища для украшения интерьера и поддержания физической формы коллектива.

— Это никуда не годится! — Покончив с теоретической частью, Эрик перешел к практической и с брезгливой гримасой ткнул в шкаф. — И это тоже.

Его палец указал куда-то за спину Рональду. Он его имел в виду или все же картину? Последнюю подарил Николасу местный художник. Увы, от слова «худо», но бывшему начальнику абстракция нравилась. Эрик же счел ее грязным пятном на теле службы магических дел и приказал выбросить.

В конечном итоге проверку взыскательным вкусом не прошел ни один предмет. Досталось и нашему внешнему виду.

— Господин Урд, — старательно копируя властные интонации отца, Эрик указал на рубашку коллеги, — государственному служащему недопустимо являться на работу без галстука.

Сам он был при параде, даже пиджак прихватил. Последний, правда, пришлось снять и повесить на спинку стула — начало августа выдалось жарким.

Против воли залюбовалась высокими скулами и твердой линией подбородка Эрика. Ему бы во дворец, а не в захолустный город, там бы его оценили! Зато новоявленный начальник не забыл оценить меня:

— Леди Феммор, вас это тоже касается. Легкомысленное платье в цветочек мало походит на форму.

— Форму? Какую форму? — недоуменно моргнула я. — Разве мы в учебном заведении?

Стоявший рядом Рональд беззвучно прыснул в кулак. Та-а-ак, похоже, от меня кое-что скрыли, и Эрик сейчас всыплет по первое число. Ну Рональд, даже не надейся на помощь! Забудь про чай по утрам и пирожки, которые я приносила на обед, сам бегать за ними будешь!

— На первый раз делаю вам устное замечание и советую ознакомиться с уставом.

Тут Рональд резко перестал улыбаться. Заподозрив неладное, Эрик нахмурился:

— Здесь ведь есть копия устава?

Рональд развел руками.

Ясно, заставят приобрести за свой счет. С Эрика станет и экзамен по уставу устроить — истинный сын своего папеньки! Как только я могла влюбиться в такого! Хотя… Хотя в лорда Арена-старшего ведь влюблялись. Шептались, будто на День всех влюбленных под дверью его кабинета неизменно вырастала гора сердечек. Одна студентка и вовсе специально провинилась, чтобы ее вызвали к ректору, и подарила ему то ли кольцо, то ли букет — тут версии разнились. Но, по мне, Эрик гораздо привлекательнее отца. Разумеется, когда не пытался унизить, а именно этим он сейчас и занимался. Только вот я издевательств не терпела, Эрику стоило бы об этом помнить.

— Вы закончили?

Не догадываясь, что его ждет, Арен-младший кивнул.

Рональд дернул меня за рукав, но поздно, я собиралась высказать все, что думаю.

— Позвольте и мне дать вам совет. Приберегите гонор для столицы, господин Перспективный Маг. — Теперь вместо слез и шампанского я хлестала по щекам словами. — Или подаваемые надежды оказались пшиком? Как, лорд Арен, признавайтесь, завалили выпускные экзамены и обставили все как жест доброй воли? Принц на белом коне, несчастная дева и бла-бла-бла. Или тоже с невестой напортачили? Сочувствую, но срывать на себе злость не позволю.

Эрик нахмурился и метнул на меня грозный взгляд. Ха, напугал! Если бы не Рональд, показала ему язык.

— Да я прямо в точку! — победоносно развила опасную тему. — Где же прокололся принц столичных грез? Да так, что всесильный папочка не помог.

— Его отец, — пояснила Рональду, — лорд Джеймс Арен, магистр, ректор столичной академии магии.

— Из которой тебя попросили, — мстительно добавил Эрик.

— Но-но! — протестующе замахала руками. — Я сама ушла. Чтобы больше не видеть некоторых.

До сих пор мало что понимавший в нашей перепалке Рональд просиял.

— Так вы бывшая пара? — в нарушение всякой субординации выпалил он.

— Нет! — почти хором выпалили мы.

Надеюсь, мой взгляд был достаточно красноречив, Эрик прочитал в нем зашифрованное послание: «Расскажешь о бале в академии, сдам на опыты леди Элеоноре Гиней!» Судя по тому, как Арен-младший моргнул, понял. Вот и хорошо, хватит мне одного жениха в анамнезе.

— Так что там с внешним видом по уставу? — с невинным видом полюбопытствовала я и чуть слышно, чтобы слышал только Эрик, вкрадчиво добавила: — У леди Гиней две дочери на выданье пропадают, могу познакомить.

Новоявленное начальство переменилось в лице и расстегнуло верхнюю пуговицу рубашки. А как же устав? Или сам себе штраф выпишет?

— К Темному устав! — сдался Эрик и, спохватившись, пригрозил: — Но чтобы форму купили! В Сур в таком ездить нельзя.

— А я езжу, — меланхолично заметил Рональд и, устав стоять по стойке смирно, прислонился к шкафу.

В итоге сошлись на том, что обойдемся без формы. Эрик сбережет нервы, мы — деньги. Правда, в отместку начальник потребовал журнал записи обращений и папки с последними делами. Рональд выразительно покосился на меня: мол, твоя стихия, отдувайся, и сбежал работать. Артефакт он так и не доделал, возился который день. С некоторых пор мне начало казаться, что и не доделает. Так, фикция, имитация бурной деятельности, заодно весь день чем-то занят. Пыль ведь протирала я, не займи себя Рональд артефактом, пришлось бы плевать в потолок.

Ладно, журнал, так журнал.

Сходила в приемную и принесла оттуда тонкую книжицу.

— А папки где? Если тяжело, могу помочь, — услужливо предложил Эрик.

— Да я как-нибудь, — фыркнула, пряча смешок, — сама.

Даже не знаю, как такую тяжесть нести!

— Это что? — нахмурился Эрик, уставившись на лист в моих руках.

— Папки с делами.

Торжественно положила лист на стол подле журнала и отошла. Изучай!

Эрик с сомнением покосился на бумагу.

— Я ее ничем не мазала. Честно!

Это на тот случай, если он опасается волдырей и экземы. Все же рассерженная ведьма… Ладно, не ведьма, а практик широкого профиля. Настолько широкого, что я умела все в общих чертах и ничего в частности.

— Ну и шуточки у тебя! — покачал головой Эрик и начал с журнала.

Судя по выражению лица, он только сейчас осознал, в какую глушь занесла его судьба.

— Как, это все?

На изучение записей ушла ровно минута.

Кивнула.

— Угу, только часы на ратуше и ложное обращение леди Барет. В июне фермера домовой донимал, могу по нему бумажку принести.

— Не надо! — тяжко вздохнул Эрик и вновь погрузился в чтение журнала.

Упорный! Все еще надеялся отыскать в Брекене магию.

— Ага, вот же! — победоносно прищелкнул пальцами он, обнаружив запись о визите Натана.

Понимаю, какими мотивами бы ни руководствовался Эрик, отправляясь в Брекен, его кипучая натура требовала действия. Но, увы, демонов не подвезли. Вурдалаков тоже.

— Да там пьяные батраки постарались, — жестоко вернула Эрика с небес на землю. — Калитку не закрыли и… Рональд все проверил — никакой магии. Это мне по неопытности ритуал привиделся.

— А почему всеми проверками занимается Рональд? Разве больше некому?

Кивнула. Да, Эрик, подчиненных у тебя всего двое, привыкай к местным реалиям. Я тоже сначала пришла в ужас, а потом ничего, даже обшарпанных стен и покосившегося крыльца не замечала.

— Давай немного прогуляемся? — неожиданно предложил Эрик и признался: — Если я проведу еще час в душном кабинете, начну плеваться огнем в мух.

— Газета надежнее, — с видом знатока посоветовала я. — И безопаснее. Мебель, может, и старая, только новую никто не купит. А прогуляться я согласна, все равно я пыль вытерла. Не хочу опять книгу читать! Вдобавок в голову полезут разные мысли о треклятом ужине с Ричардом. Накручу себя и точно заколю его вилкой.

Эрик рассмеялся:

— Смешная ты! Мир?

— Мир.

Ссориться с начальством я не планировала, он первый начал.

* * *

Эрик предложил пройтись вдоль границы владений Натана. То ли чтобы оценить его состоятельность, то ли чтобы окончательно убедиться в естественных причинах смерти злосчастных овец. Оставалось надеяться, в овчарню он не полезет. Не хватало еще претензий со стороны Натана! Мол, отвергнутая невеста вместе с бывшим поклонником собирались из мести среди бела дня украсть моих баранов.

По дороге болтали об общих знакомых. Я подумать не могла, что так соскучилась по столице, замучила бедного Эрика вопросами. В итоге он не выдержал:

— Приезжай на Новый год, сама все посмотришь. Вместе доберемся, с комфортом.

То, каким тоном он произнес последнее слово, заставило усомниться, не поседею ли я от страха. Как в воду глядела! Эрик собирался запросить портал.

— Ни за что! — замахала руками я и на всякий случай отпрянула от спутника, опасаясь, как бы он прямо сейчас не закинул меня в черную бездну.

Ни в академии, ни тем более в школе порталы не изучали. Ими пользовалась исключительно магическая элита, которая предпочитала не афишировать свои способности. Впрочем, один портал я в своей жизни видела: на памятном балу ректор прибегнул соткался из снежного вихря по мою душу. К счастью, я успела спрятаться, разминуться с гневом лорда Арена-старшего. Ему на открытие порталов разрешения не требовались, магистр как-никак. Эрик — другое дело. Правда, подозреваю, портал ему сотворит именно папочка — еще одна причина, по которой я предпочту неделями трястись по заснеженным дорогам. Никакой волк, никакой буран не сравнится с магистром в плохом настроении!

— Да что ты как маленькая! Это абсолютно безопасно.

Сомнительное утверждение! Статистика гибели магов не велась, вдруг каждый пятый застревал где-то между мирами?

— Зря! — укоризненно покачал головой Эрик, но уговаривать перестал.

Вдобавок впереди наконец показались лента реки и старая мельница. Возле нее начинались угодья Натана. Приставив ладонь к глазам, различила смутные контуры замка. Отсюда далеко, но, должно быть, большой. Так что я поторопилась, лорд у нас настоящий, с родовым гнездом.

— Начнем с мельницы? — предложил Эрик, указав на неторопливо вертящееся колесо. — Любимое место русалок, между прочим.

— Надеешься закрутить необременительный роман?

Свернув с дороги, скинула туфли и босиком прошлась по траве.

Видел бы меня папочка!.. А, наплевать! Надоело быть хорошей воспитанной девочкой. И каблуки тоже надоели, без них так хорошо.

Мерный плеск воды, пение птиц и скрип мельничного колеса убаюкивали, тянули прилечь на травку и следить за полетом облаков. Но мы пришли сюда работать, надо хотя бы для вида осмотреться, сделать запись в журнале: вдруг его потом проверит большое начальство из Сура?

Пока я размышляла, какими заумными и, главное, магическими словами описать нашу прогулку, Эрик опустился на четвереньки и принялся водить пальцем по земле. Со стороны казалось, будто он сошел с ума. Окликнула его, но Эрик цыкнул, велел не мешать. Ладно, не стану. Однако забавно работают боевые маги! Я-то думала, они мечами машут, а не по-собачьи ползают.

Предоставленная сама себе, обулась и поплелась к мельнице.

Да, с приходом Эрика ничего не изменилось. А я-то, наивная, надеялась, он начнет привлекать меня к делам. Хоть замуж за Ричарда выходи, пока не умерла со скуки!

В тени от мельничной крыши царила прохлада.

Я задумчиво скользнула ладонью по рассохшимся доскам и ради порядка дернула за увесистый амбарный замок на двери. Конечно, она заперта. Каково же было мое удивление, когда дужка замка легко выскользнула из паза! Пару минут я в недоумении таращилась на нее, а потом решилась зайти, проверить. Если Натана обворовали, надо сообщить внутренним войскам.

Мешки с мукой никто не тронул. Они спокойно лежали на полу у противоположной стены. Немного, но пшеница еще не поспела, до жатвы пара недель. Пока перемалывали старое, озимое зерно.

Чихнув, шагнула к запыленному оконцу, глянула через него на реку. Красиво!

А это еще что такое? Лесенка?

Любопытство толкнуло занести ногу на нижнюю ступеньку, и тут я увидела его. Яйцо. Оно лежало среди мешков с мукой, наполовину прикрытое каким-то сором. Серое, в легкую коричневую крапинку.

— Ну и куры же здесь!

Яйцо во много раз превосходило те, что мне доводилось видеть на рынке, больше моей головы. Какая же птица его снесла? Или это не яйцо вовсе, а камень? Внутри темно, я могла перепутать.

Спрыгнув с лестницы, склонилась над нежданной находкой.

Нет, действительно яйцо, скорлупу ни с чем не спутаешь. Тяжелое и холодное. Бедный птенец! Мать бросила его на произвол судьбы, он никогда не родится. Зато у меня будет прекрасный сувенир из Брекена. Не сухоцветы же отсюда везти!

Кое-как затолкала яйцо в сумку. Верхушка предательски торчала. Ничего, нарву цветов, прикрою.

Закинув сумку на плечо, тут же скособочилась.

Не, сама не понесу, отдам Эрику.

Стояло помянуть начальника, как он дал о себе знать, окликнул. Интересно, зачем я ему понадобилась? Устал ползать, решил передать мне эстафету?

Оказалось, Эрик что-то нашел. Надеюсь, не разъяренную курицу-мутанта, которой не понравилось наше вторжение.

— Вот!

Эрик ткнул куда-то перед собой.

Сначала я ничего не заметила. Ну былинка, ну камешек… Стоп, камешек. Да это же запонка!

— Ну и? — Я по-прежнему не понимала, что ценного в находке. — Натан обронил. Он часто по полям бегает, работников проверяет.

И тут до меня дошло, что заносчивый дуэлянт с дурными манерами запонок не носил. Или тщательно это скрывал, надевал «свою прелесть» сугубо на одинокие ужины в фамильном замке. Эрик тоже отпадает, тогда чьи они? Ричарда Олбани, отца? Только вот обоим совершенно нечего делать возле мельницы.

— Она не простая.

Эрик предельно осторожно, кончиком ногтя перевернул запонку.

— Она из другого мира, Джейн.

— Как — из другого мира? — нахмурившись, переспросила я и поправила врезавшийся в плечо ремень сумки.

Вот ведь, и про яйцо сразу забыла, и не тяжело.

В Каунте нам обзорно рассказывали об Изнанке, мире теней и мертвых, и пугающем Хеле, где высился дворец Темного, построенный из человеческих костей, но все казалось сказками. И тут вдруг Эрик утверждает… Такого просто не может быть!

— Пока точно не скажу, но такой камень можно раздобыть только там. Видишь крошечные прожилки?

Кивнула, по-прежнему ничего не понимая. Ну точечки и точечки, как на моем яйце.

— Это пламя. Ледяное пламя.

Вот тебе и Натан-фантазер! Вот тебе и Рональд-профессионал!

Безусловно, существовала вероятность, что Эрик ошибся или вовсе пошутил, но тогда он дурак, и правильно его сюда назначили.

Несмотря на погожий летний день по телу пробежала стайка мурашек.

— И что же нам делать? — растерянно пробормотала я, уставившись на пугающую находку.

— Доложить куда следует.

Эрик аккуратно завернул камешек в носовой платок и убрал в карман.

Мне бы его невозмутимость! Особенно в преддверии ужина с Ричардом.

— А у тебя чего? — Эрик наконец обратил внимание на торчащее из сумки яйцо.

— Тоже нашла. Потом покажу. Сейчас уже некогда.

Что верно, то верно. Вечер подкрался незаметно. Пора было возвращаться в гостиницу, прихорашиваться. Или и так сойдет? Я бы и вовсе намазалась ваксой, но, уверена, отец обязательно проверит, как я накрасилась и во что нарядилась. Придется отказаться от образа городской сумасшедшей.

Интересно, когда приехал Ричард, почему мы сегодня не столкнулись за завтраком? Наверное, он спал до полудня, как и все аристократы. Хотя тот же папенька поднялся рано, позавтракал вместе со мной. Он смотрел букой, я — в стену. Словом, славно провели время!

— Волнуешься? — участливо поинтересовался Эрик.

Выходит, он знал, что ужин именно сегодня.

Промолчав, отвернулась.

— Ты не обязана выходить за него! — с неожиданным пылом произнес Эрик и стиснул мою ладонь.

На мгновение мне показалось… Ну да, именно показалось, потому что ничего такого в лице Эрика я не заметила. Он просто тревожился за давнюю знакомую.

— Я и не собираюсь.

Высвободила руку и в задумчивости прошлась вдоль берега, пнула носком туфельки камушек. Несколько раз подпрыгнув, он плюхнулся в воду. Словно мое сердце. Сравнение обожгло, встревожило. С чего вдруг оно пришло на ум? Предчувствие? Вздор! Я всего лишь разволновалась из-за запонки, вдобавок зла на отца и заранее ненавижу жениха. Но неприятное чувство никуда не делось, ворчливым псом крутилось внутри.

Ладно, Джейн, хочешь ты того или нет, а пора знакомиться с Ричардом Олбани. Утешь себя тем, что станешь чуть ли не единственной, кто видел его вживую.

Глава 9

В некоторых случаях родители хуже чумы и демонов Хеля, или что там наведалось в гости в Брекен? Увы, узнать это мне предстояло с запозданием, потому как меня саму почтил вниманием отец. Как я и предполагала, он надумал лично проконтролировать блудную дочь, потому как очередного позора репутация семьи бы не пережила.

— Где ты ходишь? — налетел на меня в холле родитель, будто я опоздала на добрых два часа.

На самом деле до ужина времени оставалось достаточно. Я нарочно тащилась обратно нога за ногу, но городок оказался слишком мало, чтобы растянуть прогулку до завтрашнего утра. Может, явившееся в Брекен существо сжалится и заберет с собой Ричарда? Я бы не возражала, даже затолкать в портал помогла.

Фыркнула в ответ:

— Я работаю, между прочим.

И потопала наверх, в свою комнату.

— Скоро мы исправим это недоразумение, — пообещал отец.

Я бы исправила другое: мою помолвку, но скромно промолчала. Сейчас я пай-девочка, нельзя, чтобы родитель заподозрил неладное.

Планом «изведи Ричарда и живи счастливо» я озаботилась заблаговременно, благо Эрик, несмотря на весь свой энтузиазм и горячее желание сотворить из нас образцовую контору, явился руководить лишь к полудню. Утро я провела с пользой — за чтением. Безусловно, лучше бы побеседовала с местным врачом, расспросила о признаках безумия, но тогда бы сбылась батюшкина мечта, к работе меня и близко не подпустили. Пришлось действовать хитро — с помощью художественной литературы.

Все же образование — это не только диплом в рамочке. К примеру, мне оно помогло вспомнить название романа, которому предстояло стать настольным пособием начинающей сумасшедшей.

Нормальные читатели сочувствовали герою и героине, я же с воодушевлением читала о его чокнутой жене.

Роман популярный, не новый, достать его в лавке не составило труда. Чего не скажешь о выбранной роли. Прежде я и подумать не могла, что сойти с ума — так сложно. Особенно, если на самом деле остаешься в здравом рассудке.

Отец увязался следом. Он не собирался бросать подготовку судьбоносного события на самотек. Право, неужели папочка так уверен в обаянии Ричарда? Или надеется пробудить во мне совесть? Увы, я уродилась на редкость эгоистичной и покрывалась сыпью при слове «самопожертвование».

— Мне не нравится твое поведение, Джейн.

Пока я прикидывала, чтобы надеть (будто в моем распоряжении десятки вариантов!), отец пристроился на единственном стуле и с брезгливой гримасой осмотрелся.

— И комната эта тоже не нравится, — помолчав, добавил он.

Мне тоже, но выбора нет. Ричарда как альтернативу я не рассматриваю.

— И? — в некоторых случаях я предпочитала отвечать вопросом на вопрос.

— Перестань строить глазки Эрику Арену. Я видел вас вместе.

Отец произнес это так… Словом, будто видел совсем другое, от которого рождались дети.

— И что же вы видели? — на всякий случай уточнила я и бросила сумку на пол.

Тяжелая-то какая, будто не яйцо, а обломок скалы! Надо бы занести его в контору, презентовать Рональду. Ладно, завтра сделаю, сегодня не успела. Или не сделаю, оставлю себе. Сколько же яичниц можно приготовить из моей находки! С моим финансовым положением грешно отказываться от дармовых продуктов.

— Это его?

Палец отца ткнул в выглядывавшее из сумки яйцо.

Сделав вид, будто не понимаю, пожала плечами.

— Понятия не имею. Может, и вовсе ее.

— Выброси! — категорично потребовал родитель. — И впредь не таскай домой всякую гадость! Для этого существуют другие.

— Менее знатные, я полагаю.

А на вопрос про Эрика не ответил… Ну да, потому что ответить-то нечего, мы даже за руку не держались.

— Именно. А насчет Арена-младшего я серьезно. Остановись, пока все не зашло слишком далеко!

— Не беспокойтесь, — заверила я, наконец определившись с вечерним образом, — на этот раз никто не пострадает.

— Никто, кроме тебя. — Отец деликатно отвернулся, так что впредь я общалась с его затылком. — Пойми, лорд Арен-старший никогда не одобрит ваших отношений, да и сам Эрик рассчитывает на необременительную интрижку. Я желаю тебе добра, дочка, и, если потребуется, причиню его насильно.

Последнего я и опасалась.

— Тоже мне новость! Вы терпеть не можете Эрика.

Зайдя за ширму, я ополоснула в тазу лицо и грудь, разделась до корсета. Снять бы его!.. Но надо, наоборот, затянуть еще туже, чтобы придать телу неестественную бледность и худобу. Свобода требует жертв. Главное, чтобы она не закончилась обмороком. Да и ребра мне пока еще дороги, хотелось бы сохранить полный комплект.

— Ты юна и глупа.

Закатила глаза. Начинается!

— Именно так, Джейн, упрямство застит тебе глаза, иначе ты давно бы поняла, что Эрик Арен не про твою честь. Или ты планировала окончательно растоптать имя Фемморов, превратиться… Нет, мне даже слово это произнести стыдно!

Судя по скрипу половиц, отец поднялся. Прекрасно, может и вовсе уйти, если не умеет обращаться с крючками и петельками.

— Ты не станешь любовницей Эрика Арена. И точка!

Ошибаешься, папа, запятая.

— А я и не собиралась ей становиться.

Пыхтя, кое-как затянула корсет и стащила с ширмы платье. Отказывать — так с музыкой! Тьфу, с декольте.

— Он не женится на тебе, — продолжал упорствовать родитель.

— Это мы еще посмотрим! — фыркнув, поправила грудь.

То ли я поправилась, то ли уже вошла в роль любовницы — сдается, прежде вырез был мельче. Наверняка Эрик тайком пролез в комнату и поработал ножницами. Надо же оправдать темные пророчества отца, наставить меня на путь истинный? Да и не соблазнять же скромницу в глухих платьях?

— Несносная девчонка! — Родитель в сердцах ударил по столу. — Хоть немного подумай о своей семье! Ты хочешь пустить нас по миру, хочешь смерти своей матери от разрыва сердца?

— Эээ… Нет.

Осторожно выглянула из-за ширмы.

Отец был мрачнее тучи. И зол как все обители Хеля вместе взятые. Даже когда я сбежала в Каунт, он и то держался, гневался, как положено аристократу, а тут… Бедная чайная ложка восстановлению не подлежала, батюшка умудрился ее согнуть. Урок тебе, Джейн, впредь не ленись и сразу уноси посуду на кухню.

— Тогда забудь об Арене. Тем более у него уже есть невеста.

Слова отца подействовали как ведро холодной воды. Окончательно позабыв о хороших манерах, я, раскрыв рот, в изумлении уставилась на него.

Эрик помолвлен? Не может быть! Он обязательно бы сказал, отец все выдумал!

— Врете! — отмерев, смело двинулась в атаку, как была, в неглиже и с кулаками.

— Спроси у него сама, — криво усмехнулся батюшка и строго приказал: — Прикройся! Провинция дурно на тебя влияет, дома ты не позволяла себе подобного. Даже твоя мать в моем присутствии…

Знаю, знаю, тем удивительнее, что в аристократических семьях рождались дети. Если следовать этикету от и до, шансы на их появление равны нулю.

А с Эриком я поговорю, выясню, что кроется за его приездом в Брекен. Если действительно другая женщина… Хотя почему бы не свести ее с Ричардом? Счастливые к счастливым, брошенные к брошенным. В том, что Эрик не питал любви к невесте, если она вообще существовала, даже не сомневалась. Раз так, тревожиться не о чем. Хотя бы потому, что я тоже не влюблена в Эрика. Ни капельки!

Выпустив пар и немного успокоившись, продолжила подготовку к операции «Отвадить жениха». Отец придирчиво следил за каждым моим шагом и, кажется, остался доволен результатом:

— Ну вот, теперь ты похожа на леди!

Из зеркала смотрел невинный цветочек, этакая полевая ромашка, которая собиралась обернуться коварной мухоловкой. Не мудрствуя лукаво, я надела розовое бальное платье — самый девчачий цвет. Волосы распустила, губы чуть тронула медовым бальзамом, чтобы блестели. Даже надушилась — из прошлой жизни у меня остался аромат жимолости на дне флакончика. Я берегла его для торжественных случаев, будем считать, сегодня один из них — почетные проводы жениха.

— Мне нужен этот брак, — в который раз повторил отец и протянул мне бархатный футляр.

— Что это?

Подозрительно покосилась на бархатный прямоугольник, до поры оставив при себе возражения по поводу замужества.

— Колье твоей матери. Надень! Я не могу допустить, чтобы моя дочь выглядела как замухрышка.

Тогда туфельки лучше прятать под юбками. Я не стала надевать бальные, осталась в тех же, в которых бегала по полям.

— С чего вдруг маменьке разбрасываться драгоценностями?

Предположения были, но хотелось послушать папеньку.

— Это свадебный подарок, — не моргнув глазом, ответил родитель и застегнул на моей шее замочек жемчужного ожерелья.

Оно было очень красиво, вдобавок давно мне нравилось, но не настолько, чтобы сказать «да» первому встречному.

— Право, еще слишком рано, — я тщательно подбирала слова, чтобы не спровоцировать очередную ссору, — еще ничего не решено…

— Сегодня решится, — без тени сомнения заверил отец.

В некотором смысле он прав, хотя рассчитывал на другой исход.

Бережно коснулась жемчужин. Они достались матушке от бабушки. Сколько себя помню, она надевала их на каждый бал и вот теперь так легко рассталась…

Подкуп. Слово упрямо вертелось в голове вместе с другим — «ловушка». Испробовав кнут, отец переключился на пряник. Сначала эти разговоры о любви к родным, теперь жемчуг… Поневоле задумаешься, что брак с Олбани — нечто большее, чем просто брак. Отец напоминал утопающего: умрет, но не выпустит доску под названием «брачный договор».

Но почему именно я? Доротея тоже не замужем. Я, как честная младшая сестра, не стала бы перебегать ей дорожку, от души пожелала бы счастья с Ричардом Олбани. Положим, на лицо она не такая хорошенькая, зато репутация кристальная. Подумаешь, маленько старовата — так женихи пошли разборчивые. Сестренка бы никому не отказала, прилагался бы к предложению руки и сердца титул, земли или должность. Хотя бы что-то из этого.

Опять же на нашей семье свет клином не сошелся, нашлась бы сердобольная, которая отогрела и вывела Ричарда в люди. Кстати, о людях…

— А почему лорд Олбани не заехал с тобой к леди Гиней? Там бы и познакомились. Танцы сближают.

Отец отвел глаза.

— Он слишком устал с дороги и посчитал это неуместным.

Угу, зато запыленный, обляпанный грязью папочка — самое то на чужом празднике жизни. Темните, ох, темните!

— Он косой? Одноглазый?

Существовала же причина, по которой Ричард избрал путь затворника? Что логичнее — завести светскую беседу за чашечкой утреннего кофе, но жених упорно прятался в своем номере. Я прислушивалась: тихо. Отец вечно ходил, бурчал, скрипел половицами, а этот словно умер. Ричард занимал комнату в конце коридора, ту самую, в которой некогда обитал еще один молчальник. Жаль, они разминулись, а то бы наверняка подружились.

— Джейн! — возмущенно одернул меня отец.

— Что — Джейн? — капризно передразнила я.

— Ничего, — тут же стушевался родитель и мельком глянул на карманные часы. — Тебе пора.

Смирившись с неизбежным, тяжко вздохнула:

— И куда?

В глубине души теплилась слабая надежда, что ради будущей невесты Ричард изменит своим принципам, хотя бы спустится вниз, в обеденный зал, а то и выберется в местную таверну, но увы! Меня ожидал компрометирующий ужин наедине с мужчиной, который в моей среде мог завершиться только свадьбой. Однако я собиралась сломать традицию и выйти из номера Ричарда незамужней девушкой.

Ладно, от судьбы не сбежишь. Полюбуемся на чудо природы.

Жених караулил меня на пороге комнаты и сразу взял в оборот, окружил заботой. Позвольте поцеловать вам ручку, отодвинуть стул. Вот вода с розовыми лепестками, можете ополоснуть ладони. Безумно рад с вами познакомиться — и это с невестой, которая от него сбежала! Однако на этом странности Ричарда не заканчивались. Он оказался… нормальным. Да, не смейтесь, я ожидала увидеть урода, а не обаятельного мужчину. Приятное овальное лицо, умные карие глаза, темные, модно подстриженные волосы. Гладко выбрит, надушен, без горба — ведьмин котел, почему этот мужчина до сих пор не женат! Подумала и спросила, прямо в лоб, потому что не собиралась кокетничать и жеманничать.

— Так вышло, — мягко улыбнулся Ричард и налил мне вина. — Все не складывалось. Сначала казалось: еще успею, а потом возраст… Я мужчина, поэтому могу смело говорить на такие темы. Когда мне минуло тридцать, обеспокоенный отец взял дело в свои руки и выбрал вас. Так что в некотором роде, — он рассмеялся, — мы коллеги по несчастью. Я в курсе, что вы не желаете становиться Олбани.

Щеки покраснели. Стало стыдно. Выходит, его использовали точно так же, как меня.

— Родители иногда бывают настойчивы, перегибают палку, особенно когда речь идет о будущем их детей, — тем же доверительным тоном продолжал Ричард. — Вы согласны?

Решительно все шло не по плану. Я должна была спорить, а не соглашаться с ним! Он обязан был быть настойчивым, гадким, утираться скатертью вместо платка, но передо мной сидел воспитанный, образованный мужчина без недостатков. Ричард даже соблазнить меня не пытался! Вел себя естественно, по первому требованию накладывал то одного, то другого. Он действительно такой или притворяется?

— Послушайте, — я со звоном опустила вилку на тарелку и придала лицу, как надеялась, убийственное выражение, — можете не стараться. К чему вся эта галантность?

Ричард пожал плечами.

— Я не притворяюсь. Вы мне действительно понравились. Или это запрещено?

Очередная улыбка тронула его губы. Она искушала, заманивала в брачные сети. Тяжело изображать сумасшедшую, когда тобой восхищаются. Ричард умудрялся делать комплименты так, что они не казались вымученными. И, чем окончательно пробил брешь в моей обороне, он не настаивал на свадьбе, наоборот, советовал обождать.

— Я против насилия. Мы совсем не знаем друга, не вижу причин для спешки. Вдруг с вашей стороны не возникнет симпатии? Я не желаю тешить гордость батюшки ценой вашего счастья. Именно поэтому не прошу многого — всего лишь шанса завоевать ваше расположение.

Ричард с надеждой посмотрел на меня. Я колебалась. Выпитый для храбрости бокал вина не помог — ответить решительным отказом не получалось. Приходилось отчаянно тянуть время, цепляться за любую возможность уличить Ричарда в корысти.

— Это вам тоже батюшка велел? — Указала на богато уставленный стол.

Еду явно привезли издалека, из какого-то ресторана. Серебряная посуда, устрицы, фрикасе… Вино тоже дорогое, в Брекене такого в глаза не видели. Здесь люди питались просто, но сытно, устроенный же Ричардом удин услаждал вкус и берег фигуру.

— Что именно? — Он сделал вид, что не понял.

— Проложить путь к сердцу женщины через желудок.

Следовало заявить, что я не голодна или изобразить припадок, как и собиралась изначально, но жалко было еды. Скинуть такое на пол, так и не попробовав… Оказывается, я жутко соскучилась по некоторых вещам!

— Боюсь, — смутился Ричард, — дело в моем собственном желудке. Он не справлялся с местной пищей. Вот я и подумал, что ваш… тоже.

Вот и разгадка, Джейн! Ты выдумала невесть что, а Ричард страдал банальным расстройством. Какие уж там визиты и светские разговоры, когда в животе крутит?

— О, да, — рассмеялась в ответ, чтобы сгладить неловкость, — тут обожают жирное!

— Тогда нам обоим нужно воспользоваться шансом поесть без вреда для здоровья. Попробуйте вон ту рыбу. Ее доставили из Ории.

Золотой, однако, выдался ужин! Но рыба действительно выглядела аппетитно, и я протянула тарелку, чтобы получить кусочек. И тут заметила странное. Нахмурившись, я пристально изучила руку Ричарда. Вроде, рука как рука, но, если приглядеться… Так и есть, бокал, тарелки, даже вилки отбрасывали тень, а она нет. Моргнув, проверила еще раз и убедилась: показалось.

— Уфф, привидится же такое! — чуть слышно пробормотала я, успокоившись.

Просто переутомилась. Если дальше так пойдет, начну видеть хороводы фейри.

— Все в порядке? — заботливо поинтересовался Ричард. — Вы на миг напряглись, побледнели…

Он привстал, и, поддавшись наваждению, я вновь проверила, на месте ли тень. Имелась. Кто бы сомневался, Джейн!

— Да, спасибо, всего лишь легкая дурнота. Лорд Арен-младший крайне требователен к подчиненным, с утра ничего не ела, — я сопроводила ложь обворожительной улыбкой.

Ну вот, я уже кокетничаю с Ричардом! Надо срочно заканчивать, Джейн, если тебе не нравится фамилия Олбани.

— Тогда вам просто необходимо расслабиться. Забудем на время о работе и желаниях наших семей. Расскажите мне о себе. Что угодно, любую чушь. Взамен обещаю поделиться самыми постыдными страницами собственной жизни.

Искуситель добился своего, крепость пала. Кусок за куском, глоток за глотком, и вот я уже запросто, словно со старым приятелем, болтала с Ричардом. Казалось, ему было интересно абсолютно все, любая мелочь. Этим он и подкупал. Родители и сестры неизменно отмахивались, когда я лезла к ним «со всякими глупостями», Ричард же впитывал мои слова как губка. Правда, несмотря на всю доброжелательность и словоохотливость, о себе он говорил мало, обо всем и ни о чем, старательно обходил тему образования и личной жизни. Ну да его право. Я тоже сердечными тайнами не делилась, дипломом в нос не тыкала.

Словом, ужин прошел в теплой, дружеской обстановке. Я даже обещала как-нибудь погулять с Ричардом, познакомить с местным обществом, но прежде, о чем ему знать не полагалось, провести разъяснительную работу с брекенскими свахами. Надеюсь, они не упустят жирный кусок в виде младшего сына виконта. С чистой совестью верну маме ожерелье, разведу руками перед отцом. Мол, что могла, мужчины те еще ветреники!

Глава 10

Вот так собираешься на вечер превратиться в чудовище, а в итоге оказываешься милой феечкой в розовом платье, разливающей чай. Правда, в моем случае вино разливал Ричард, да и невинности мне явно не хватало. Все декольте! Потенциальный жених его тактично не замечал, а мне… поддувало. Увы, провинциальные гостиницы на то и провинциальные, что приятная летняя прохлада здесь обеспечивалась за счет естественной вентиляции. Спасти ситуацию могло бы обилие свечей, но тогда, боюсь, все окончательно превратилось бы в романтическое свидание с продолжением в виде криков «Горько!»

— Я представлял вас немного другой, — заявил в конце ужина Ричард.

Вот так десерт для десерта! Последний, к слову, мне понравился. Настоящие меренги! Я не ела их… Столько не живут!

Хихикнув, подумала, что идея стать толстой, не пролезающей в двери старой девой неплоха. «Такой» Ричард меня точно не представлял. Зато у меня будет в достатке всякой всячины.

В отличие от многих других барышень, я не блюла фигуру. Может, поэтому и сошлась на первом курсе с Монной. Любительница булок и дочь булочника — идеальная пара! Но, право, меня тошнило от необходимости питаться одним салатным листом в день ради сомнительной перспективы вознестись на самый верх иерархической лестницы. Лучше и, главное, продуктивнее вздыхать об Эрике, чем мнить себя принцессой. Даже если вдруг его величество поскользнется в ванной комнате и из страха скорой смерти организует отбор невест, места на нем раздадут не по обхвату талии, а по размерам родословной. Предъявишь рулон в полтора метра — проходи. А нет, так даже бледная кожа с синюшным оттенком и вес в сорок килограмм не помогут. Поэтому я ела. Ну а что, я же на принцев не претендую, мне можно.

Кстати, неплохо бы выяснить, какие претензии накопились у идеального Ричарда. Я все ждала, когда этот положительный до зубовного скрежета мужчина проколется. И дождалась.

— Какой же, позвольте узнать?

Говорить с набитым ртом!.. Знаю, знаю, отвратительно, невежливо, леди так не поступают и тому подобное, но, когда конкретная леди не собирается замуж за конкретного лорда, грех не показать отвратительные манеры.

— Ну… — Ричард на мгновение задумался. — Более… Менее… Словом, девушкой с дурной репутацией. А вы такая милая.

Это ты отцу расскажи, он не согласится.

— Кхм…

Хмыкнула, гадая, что на такое ответить.

Раньше я не задумывалась, что болтали обо мне в столице: собственные переживания заглушали голос общественности. Теперь же представился случай выяснить степень своего падения в чужих глазах. А то вернусь домой, а вместо приветствий станут плевать в спину. Надо хоть зонтиком заранее обзавестись.

— И что же обо мне говорили?

Оставив пустую тарелку, откинулась на спинку стула. Эффектно, но не безопасно, потому как местная мебель норовила потерять равновесие при первом удобном случае. Обошлось, а то вышел бы конфуз! Взметнуть юбками перед Ричардом и откинуться на спину после вопроса о репутации… М-да, тут и отвечать ничего не нужно, все наглядно. Снимайте исподнее, дорогой лорд, буду благодарить за вкусный ужин.

— Много чего, — спрятав улыбку в уголках губ, тактично ответил Ричард.

— И все же? — наседала я.

— Что вы дурно воспитаны, что у вас вспыльчивый характер, что вы психически неуравновешенны и волочились за Эриком Ареном.

От души рассмеялась:

— И вы собирались жениться на подобной девушке?

Да я сущее чудовище! Только ни за кем я не волочилась. Подумаешь, вздыхала, смотрела, собиралась пригласить на танец. Та же… «Стоп! — мысленно осадила себя. — Вдохни и выдохни. Дурость какая — ревновать Эрика к тем девицам. Все в прошлом, они для тебя ничего не значат».

Зато Эрик в настоящем. И я выведу его на чистую воду! Батюшка мог соврать, чтобы разозлить меня, толкнуть в объятия Ричарда, поэтому не надо слепо верить в существовании невесты. С другой стороны, его назначение сюда, ссора с собственным отцом…

Мотнула головой и сосредоточилась на Ричарде. Так что у него там с мотивацией?

— Родительская воля — закон, — жених показания не менял.

— Видите ли, — чуть замялся он, даже смутился, — я залежалый товар. Обычно подобное говорят о женщинах, но…

Забарабанив пальцами по стулу, Ричард замолк и уставился в пространство. Ну а я — на него, поэтому заметила… Нет, не пропажу тени — изменившееся выражение лица. Всего на мгновение оно стало другим, исчезла мягкость, обходительность, уступив место чему-то звериному, жесткому. И так же быстро пропало. Может, мне и вовсе привиделось — к тому времени, стараниями Ричарда, я достаточно выпила, была не совсем трезва.

— Словом, — развел руками собеседник, прервав затянувшееся молчание, — отец не соизволил объяснить свой выбор. Ваш, полагаю, поступил точно так же. Думаю, там что-то династическое. Не смейтесь, подобные браки устраивают не только в королевских семьях.

— А ведь вы правы!

Мой папочка точно не отказался бы присвоить какому-то из дочерей фамилию Олбани. Это древний, вхожий ко двору род, об одном Олбани даже в учебниках писали. Он доблестно командовал армией при каком-то там короле или герцоге, я запамятовала. После представителям славного рода частенько доставались сладкие должности, тот же нынешний виконт — член Сиятельного совета, совещательного органа при монархе. Помимо него там еще человек тридцать, но сам факт! И тут какие-то Фемморы с дворянством всего в пятом поколении. Вот и ответ на все вопросы, Джейн: ты для отца — билет в другую жизнь. Не сомневаюсь, он наши с Доротеей портреты всем знатным лордам показывал и вот ухватил удачу за хвост.

— Однако время позднее, — спохватился Ричард и поднялся из-за стола. — Благодарю за чудесный вечер… Джейн. Надеюсь, вы позволите себя так называть?

Чуть поколебавшись, кивнула. Обращение по имени к согласию на брак не приравнивают.

— В таком случае еще раз благодарю вас.

Ричард потянулся к моей руке и облобызал воздух над кистью. Все, как положено, никаких вольностей.

— Позвольте мне проводить вас до комнаты.

Снова кивнула.

Он будто рыцарь из куртуазных романов, все «благодарю» да «позвольте»! Вероятно, этим и распугивал девушек. Вежливость и воспитание хороши, но до известных пределов. После от них сводит зубы.

В номере меня поджидал сюрприз. Я бы даже сказала, сюрприз с большой буквы «С».

— Это что такое? — Я ткнула пальцем в раскрытый на полу чемодан, куда в беспорядке перекочевало содержимое моего шкафа.

— Твои вещи, — невозмутимо отозвался отец и без малейших следов раскаянья на лице потянулся за ридикюлем, чтобы смести туда флакончики с туалетного столика.

Подобной катастрофы я допустить не могла и раненой тигрицей ринулась наперерез.

Уф, успела!

Если бы отец видел цены на эти баночки и флакончики, обращался бы с ними бережнее. Но мужчины: а) не интересовались «дамскими штучками»; б) считали их взаимозаменяемыми. То есть зачем тебе крем для лица, если есть крем для пяток? А духами ты и перед балом побрызгаешься, и лицо вместо лосьона протрешь.

— Что это такое? — грудью встав на защиту туалетных принадлежностей, грозно повторила я.

— Мы уезжаем.

— Не мы, а вы, — поспешила развеять чужие заблуждения. — Мне и в Брекене хорошо.

— Жених тебе понравился, не вижу смысла дальше упорствовать.

Ах ты!.. Об отце так не говорят, но очень хотелось.

— Вы подслушивали!

Щеки мои пылали, грудь норовила вывалиться из декольте от возмущения.

Рванув за шнуровку, подарила себе долгожданный воздух. К кикиморам модную бледность, мне с отцом предстоит воевать.

— Разумеется. Неужели ты думала, что я не проконтролирую твое поведение? Хватит упрямиться, лучше собирайся. Я не намерен провести еще одну ночь в этом дрянном городишке.

— Зато я ничего против Брекена не имею.

Уперев руки в бока, красноречиво дала понять, с места меня сдвинет только стихийное бедствие.

— Джейн!

И не надо супить брови и взывать к моей совести, все это мы проходили. Не пойду на алтарь семейного счастья. Точка! Осталось только в доступной форме донести это до батюшки… Эх, легче вызубрить за ночь «Антологию магии»!

— Я твой отец.

Ну да, когда не осталось аргументов, напоминай о родственных связях. Только вот…

С победоносной улыбкой извлекла из тайника удостоверение личности и потрясла им перед носом отца:

— Двадцать три.

Абсолютно по всем законам совершеннолетняя.

Родитель насупился. Видимо, мой возраст не понравился.

— Хватит спорить, Джейн! Ты стольким людям доставила проблемы!

Закатила глаза и начала загибать пальцы:

— Дайте-ка подумать… Вам, ректору, виконту, Фелиции, Эрику… Впечатляет, не спорю, но вы не думали подсчитать, сколько проблем доставили мне? Ах да, это же блажь, дурость.

С каждым словом я непроизвольно повышала голос, под конец и вовсе перешла на крик. Постояльцев в гостинице с гулькин нос, все не спят, а хозяин потерпит. Недовольство подспудно копилось годами, сбор вещей за моей спиной стал последней каплей, я больше не могла молчать.

— И никуда я с вами не поеду. Ни сегодня, ни завтра, ни вообще никогда. И в гостинице не останусь. Надоело! Можете на пару с Ричардом выпить с горя, все равно живете по соседству.

— Ну и куда ты собралась? — насмешливо поинтересовался отец.

Судя по его тону, он не сомневался, деваться мне некуда. Грозно зыркнула на него и сухо поблагодарила за собранные вещи.

— Рад, что ты образумилась, — довольно кивнул отец.

Только вот до благоразумия в его понимании мне было очень далеко…

Решено, ни на минуту здесь больше не останусь!

Бережно оберегаемые ранее склянки скопом полетели в ридикюль. Туда же я кое-как затолкала яйцо. Показалось, или за пару часов стало еще больше, теперь из сумки торчала добрая половина. Подхватив чемодан, с ридикюлем в другой руке я направилась к двери. Сообразив, что дочка не шутит, отец окликнул меня. Не удостоив его взглядом, с ноги распахнула дверь.

Внутри клокотала злоба.

Меня до сих пор считали несмышленым ребенком! Но ничего, сейчас я всем покажу, какая взрослая: и отцу, и Ричарду, и местным свахам. Кончилась прежняя Джейн, я заставлю себя уважать.

— Ты сдурела? Ночь на дворе!

Шумно выдохнув через нос, ненадолго остановилась передохнуть и язвительно напомнила:

— Аристократы так не выражаются. Это моветон, папенька.

После, подгоняемая раздражением и обидой, начала неравный бой с лестницей. Она так и норовила подставить подножку, сломать мне шею или лишить предмета гардероба, но я упрямая, не сдалась и благополучно добралась до холла.

— Ричард, прошу, задержите ее! — донесся сверху встревоженный голос отца.

Ага, сейчас!

Зажав под мышкой ридикюль, обеими руками вцепилась в чемодан и ускорилась. Главное, вырваться из гостиницы, а там… Насчет «там» я пока не думала, но не сомневалась, без крыши над головой не останусь. Вдобавок сэкономлю на желудочных микстурах. Если еще пару недель поем завтраки Стеши, точно заработаю несварение.

В итоге я успела первой и победоносно захлопнула дверь перед носом Ричарда. Для верности еще и подперла ее плечом. Ну и чемоданом. Жених оказался смышленым, не полез под горячую руку, ограничился стандартными увещеваниями и затих. Убедившись, что он не горит желанием хватать меня в охапку и тащить пред светлые очи папочки (моего, не своего), выдохнула и крепко задумалась. Сбежать, положим, я сбежала, обратной дороги нет. А вот идти мне действительно некуда.

С тоской уставилась на темное небо, будто надеясь прочитать на нем ответ. Разумеется, Всевышний мне помогать не спешил, либо я не замечала его знаков.

Итак, что мы имеем?

Проще всего вернуться и повиниться перед батюшкой, но это означало полный провал и стопроцентный завтрашний отъезд домой с последующим принудительным бракосочетанием. Может, Ричард и неплохой парень, но не герой моего романа. Нет уж, если сказала «а», то говори и «б». То есть либо ты вся такая взрослая и самостоятельная, баба-кремень, либо истеричная размазня. Судьба дамы «с яйцами» меня не прельщала, но манную кашу вместо людей я любила еще меньше, так что выбор очевиден.

С тоской покосилась на окна гостиницы, подхватила вещи и, пошатываясь, побрела в неизвестность.

Злость улеглась, осталась только обида.

Хороши мужчины, бросили одну одинюшеньку в ночи! Могли бы пойти на примирение, так бы моя гордость не пострадала. Они ведь сильный пол, им и решения принимать. Но нет, отец с Ричардом благополучно легли спать, а я волоку чемодан по буеракам. Надеюсь, хоть в этот раз не упаду и не вляпаюсь в говно.

Непривыкшая к физическим нагрузкам, я сдалась на другом конце площади и устало оседлала чемодан.

Над головой тускло мерцали звезды. Изредка налетал ветерок, щекотал шею растрепанными волосами.

Одно за другим в гостинице погасли окна: одно на первом, другое на втором этаже. Хозяина я таки разбудила… Ну да он не расстроится, за комнату я заплатила за месяц вперед. Экая неосмотрительность! Обязательно потребую вернуть остаток.

Зевнув, перебрала в уме немногочисленные варианты для ночевки: либо контора, либо напроситься в гости к Эрику. У обоих существовали свои плюсы и минусы. Хоть монетку бросай! В итоге выбрала контору: она ближе. Да и вряд ли меня правильно поймут, если я заявлюсь в гости к молодому мужчине посреди ночи. Вдобавок мне пришлось бы перебудить половину города, потому что я смутно представляла, где устроился Эрик.

— Предатели!

Погрозила кулаком мирно спавшим в гостинице мужчинам.

И ведь совесть не тревожит, а я тут мучаюсь. Увы, пока я преуспела только в этом, потому как ни работа, ни личная жизнь не клеились. Не удивлюсь, если лет через сто жители Брекена станут почитать святую Джейн. Но пока они лишь жаловались, что я мешаю им спать. Лучше бы ночлег предложили! Или, раз звук шкрябающего, бьющегося о стены чемодана так нервирует, избавили бы девушку от тяжкой ноши, донесли до муниципалитета.

По моим ощущениям, прошло часа три, не меньше, пока я, наконец, добралась до заветной арки. Ввалившись в знакомый двор, словно портовый грузчик, я недоуменно уставилась на тускло мерцавшую в окне кабинета начальника свечу. Неужели нас грабили? От души посочувствую преступнику. Жалование выплачено, а иных денег в стареньком сейфе отродясь не водилось. Николас хранил там запасной зубной протез и старый землеописательный справочник. Сомнительная добыча! Или вору нужны вовсе не деньги? Меня вдруг осенило: это папенька нанял кого-то, чтобы выкрасть мой диплом! Нет бумажки — нет работы, ничто не мешает замужеству.

Бросив вещи посреди двора, на цыпочках, стараясь не привлекать внимания, прокралась ко входу. Кое-как взобравшись на крыльцо, отдышалась и с громким криком: «Попался!» распахнула дверь. Следом полетел дымный шар — одно из немногих подвластных мне заклинаний.

Я ожидала, что вор выбьет стекло, в страхе покинет место преступления, но вместо этого получила обидное: «Дура!» И не от кого-то там, а от Эрика. Закашлявшись, он распахнул окна и проветрил контору.

— Что ты тут делаешь?

Опершись поясницей о стол в приемной, я подозрительно посматривала на Эрика. Вдруг это не он, а злоумышленник, принявший его облик?

— Могу задать тебе тот же вопрос. Да еще посреди ночи!

— Я из дома ушла. Тьфу, из гостиницы. С отцом поругалась. А ты?

— Заработался.

Интересненько: Эрик тайком сунул в карман письмо. Так и подмывало спросить, не невесты ли, но я не собиралась лишаться ночлега со всеми удобствами, поэтому смолчала.

— Может, — я постаралась выдавить самую обольстительную и невинную из всех своих улыбок, — у тебя найдется уголок? Всего на одну ночь! Мне и коврик на кухне сойдет. Действительно идти некуда, думала тут на стуле спать.

Эрик страдальчески засопел и махнул рукой:

— Хель с тобой!

Это он на что сейчас намекал, на то, что я обуза, лучше не связываться?

— Утром поищем тебе благочестивую вдову, а пока добро пожаловать в мою холостяцкую берлогу! Места много, я бы предложил остаться, снимать на двоих, но…

— … но один жених у меня уже есть, вполне достаточно, — закончила за него я.

Люди, они такие! Не видели, свечку не держали, но все про всех знают.

Ладно, посмотрим, где устроился Эрик, проверим, мягкие ли в том доме постели. Последнее сейчас волновало меня даже больше девичьей чести: как-никак завтра на работу.

Глава 11

Ох, поднимите мне веки, осушите мне реки!

Я с трудом разлепила глаза и пошарила рукой рядом с собой. Разумеется, никакой воды.

Надо меньше пить! А еще лучше не пить вовсе, но почему-то не получается. На том злосчастном ужине с Ричардом я явно перебрала.

Стоп!

Прервав нравоучение на полуслове, оторопело уставилась на кровать, определенно, не мою. Заржавевшие шестеренки в голове со скрипом пришли в движение, пытаясь восстановить ход событий. Тут помню, тут не помню. Не воспоминания, а черная дыра какая-то! Главное, чтобы меня в нее не засосало.

Проведя рукой по волосам, зацепилась рукавом за съехавший замочек ожерелья. Прекрасно, я его не сняла! Спасибо, не порвала. Ведь не порвала же? С надеждой ощупала каждую жемчужинку и с облегчением выдохнула. Казнь отменялась, мамино украшение цело. Чего не скажешь о моем платье.

Резко сев на постели, за что едва не поплатилась извержением желудка, убедилась: лиф расшнурован, а подол в грязи. Этот Ричард Олбани извращенец? Откуда в кровати земля? Или он?..

Кровь отлила от щек.

Мамочки, а вдруг мы уже вступили в брачные отношения?

Так, спокойно, Джейн! Ни с каким Ричардом ты не переспала, просто сбежала из гостиницы. Ну вспоминай же!

Правда, легче от прояснившейся памяти не стало. Я по-прежнему полураздетая, лежу в чужой постели… Вдобавок оставила потомкам свой портрет на подушке. Усмехнулась, разглядывая пятна от пудры и помады. Необычно, свежо. Может, запатентовать новое направление в искусстве? Но в зеркало до умывания лучше не смотреть: испугаюсь.

Не успела я разобраться с одной проблемой, как громкий протяжный женский крик: «А-ааа!» возвестил, что не у меня одной не задалось утро. Интересно, что случилось? Та женщина в отличие от меня отважилась взглянуть на свое отражение?

Наскоро зашнуровавшись, я подошла к двери и осторожно выглянула в коридор. Ни отца, ни Ричарда — уже хорошо. Нотариус тоже мимо не пробегал — просто замечательно!

Тело и разум наконец-то пришли к согласию, и я без особых проблем добралась до лестницы, с площадки которой мне предстало воистину эпическое зрелище.

Если бы не уверенность, что в Брекене зомби в качестве прислуги не держали, я списала бы все на неумелого некроманта, который задал своему творению команду, а сам благополучно отправился завтракать. Растрепанная, покрытая пятнами всех цветов радуги, у подножья лестницы нарезала круги женщина. Периодически рот ее открывался, чтобы выдать очередное протяжное: «А-ааа!» Но постановщику неведомой пьесы этого показалось мало, он вложил в руки женщины поварской нож. Размахивая им, словно знаменем, она отбивалась от… Больно ущипнула себя, но творение похмельного мозга никуда не делось, муха-переросток по-прежнему походила на дракона. Маленького, размером с крупную кошку, но факт оставался фактом!

— Ну и дела!

Я со всего размаха плюхнулась на пятую точку.

Оставалась слабая надежда, что все это мне привиделось, но прежде я галлюцинациями, вдобавок такими яркими не страдала.

Но откуда в Брекене дракон? Симпатичный такой, золотистый, с бледно-красными крылышками. Даже не так — откуда дракон в Ромнии? Сомневаюсь, будто у самого лорда Арена нашлось бы полноценное чучело крылатого ящера, не говоря о живом экземпляре. Драконы издавна украшали картинки детских книжек, но в природе, увы, не встречались. До сей поры.

— Что здесь происходит?

Обернувшись, увидела Эрика с полотенцем на плече. Судя по внешнему виду, начальник только что выскочил из ванной, даже халат для приличия накинуть забыл. Спасибо не голый, хотя там все неплохо угадывается.

Тактично отвела взгляд (хотя очень не хотелось) и заранее предупредила:

— Это не я!

— Разберемся, — пообещал Эрик и смело спустился вниз.

Я тенью поспешила следом: интересно же! Вдобавок вряд ли мне когда-нибудь представится шанс вновь увидеть дракошу — на полноценного дракона он пока не тянут, как и я на магистра магии.

— Что случилось, Анна?

Не обращая внимания на радостные кульбиты крылатого ящера над головой, Эрик ловко обезоружил женщину. Правильно, а то либо сама порежется, либо кого-то убьет.

— Оно!.. Оно!..

Бедняжка булькала словно рыба и все тыкала пальцем в крыластика. А тот, завидев меня, вдруг радостно заорал: «Мама!» и ринулся в мою сторону.

— Никакая я тебе не мама!

Уклонившись от объятий новоявленного родственника, спряталась под лестницей.

— Мама, мама! — продолжало упорно твердить крылатое существо.

Где только человеческий выучило! И лучше бы сразу забыло, потому что теперь я превратилась в центр всеобщего внимания.

Женщина перестала голосить и, нахмурившись, уставилась на меня. Эрик тоже подозрительно прищурился.

— Я, по-вашему, ящерица, как я могла это родить? — попыталась объяснить очевидное.

— Это вылупилось из ее яйца! — Обвинительный перст ткнул в мою грудь. — Я взяла его, хотела приготовить омлет… Вот что, милорд, — суровая владычица кухни скрестила руки на груди, — я подобного не потерплю. У меня приличный дом! Сначала вы приводите среди ночи девицу, потом это… Положим, на девицу я бы еще закрыла глаза, я ее хотя бы знаю, но магических тварей в моем доме нет и не будет. Выбирайте: или они оба уйдут, или вы съезжаете.

— Можно мы уйдем по отдельности? — внесла рациональное предложение я.

Но квартирная хозяйка была непреклонна:

— Оба!

Тяжко вздохнув, покосилась на дракончика. Теперь понятно, откуда он взялся — со старой мельницы. То есть не совсем понятно, потому что я пока не выяснила, кто и откуда туда яйцо принес, но в моем случае детали неважны.

— Ну и что мне с тобой делать? — вопросила я важно усевшегося на пол неподалеку дракона.

— Любить! — без тени сомнения ответил новоявленный питомец.

Наглости ему не занимать. Сначала мамой назвал, теперь любви требует. Он вообще-то хорошенький, вроде, добродушный, но не кошка и не собака. Как за таким ухаживать? И, самое главное, кто с таким возьмет на постой? Для многих квартирных хозяев даже декоративная мышка — проблема, а тут целый дракон. Он ведь будет расти, не останется на всю жизнь карликовым.

— Что-то мне уже страшно, Джейн!

С опаской поглядывая на чистившего крылья дракона, Эрик присел рядом со мной на корточки.

— Где бы ты ни появлялась, случается катастрофа.

— Не наговаривай! Сейчас, к примеру, все обошлось без жертв. И, если на то пошло, пострадавшая сторона именно я. Меня же только что вышвырнули из дома, мне же придется жить в конторе.

— Держи, жертва!

Добродушно улыбнувшись, Эрик протянул мне полотенце.

— Пачкай на здоровье, — видя, что я колеблюсь, подначил он. — Считай, мстишь за дурное обращение.

Обращение действительно вышло так себе. В лицо с тобой здороваются, улыбаются, а потом называют девицей сомнительного поведения — иные ночью на улице не оказываются. Однако факт оставался фактом: жить мне негде. Нет, можно, конечно, наступить на горло гордости, подкинуть дракона первому встречному, вернуться в гостиницу, повиниться перед всеми скопом. Написать заявление об увольнении, получить в награду еще какую-нибудь мамину драгоценность и с кислой миной резать торт на собственной свадьбе. Но это попахивало неуважением к себе. Если борешься, борись до конца.

— Эрик, может, она передумает и накормит меня завтраком? Хотя бы с собой что-нибудь даст?

Бурчащий от голода живот — не лучший союзник. А мне еще на работу. Да, службу еще никто не отменял.

— Накормит, конечно. Анна отходчивая. Только куда девать дракона? Может, усыпить?

Крыластик отреагировал мгновенно и крайне эмоционально:

— Я тебе усыплю, сам себя усыпи!

Прыснула от смеха. Мелкий наглый пискля! Взрослые драконы наверняка басят, а у этого пока фальцет.

— Ваши варианты? — склонив голову набок, Эрик обратился к дракону как взрослому.

Хм, надо бы расспросить Арена-младшего о крылатых ящерах, он явно разбирался в их психологии больше меня.

— Тоже накормить, — подмигнул дракон, на мгновение спрятав янтарный глаз за перепонкой третьего века.

Мы с Эриком переглянулись. Юных девственниц и благородных рыцарей на заклание не имелось — именно ими, по приданию, питались драконы. Вернее, кандидаты наличествовали, но категорически не желали становиться пищей.

— Ему нужно за город. Там фрукты…

— … овцы, — поддакнула я.

Словом, богатый выбор и обильный рацион. Пусть сам выберет еду, а я, так и быть, оплачу расходы. Подняла же то яйцо, никто за руку не тянул.

С тоской представила, что останется от моего скудного жалования после его пиршества. Дракон меня по миру пустит! Кстати нужно его как-то назвать, отучить считать себя мамой и мягко намекнуть, что пора отправляться в вольное плаванье. Мол, ты уже взрослый, друг мой, лети, познавай мир.

* * *

— Это что?

Странно было бы ожидать от Рональда радушного приема.

— Это кто, — поправила коллегу и с облегчением плюхнулась на рабочее место.

Как была, при полном параде, даже с жемчугом на шее. Но без косметики. Нечего людей пугать, им дракончика с лихвой хватило.

Увы, договориться вести себя смирно и не высовываться с егозой не получилось. Он отказывался прятаться под юбками и активно лез знакомиться. Люди столь же активно разбегались.

— Где ты это взяла? — не унимался коллега.

Подумать только, столько внимания! Порой Рональд головы до полудня в мою сторону не поворачивал, а тут околачивался в приемной. Боялся за важные документы? Совершенно напрасно! Крыластик мог сжечь их все, никто бы не всплакнул, наоборот, избавились от бесполезной макулатуры.

— Где взяла, там уже нет. Начальство в курсе, — на всякий случай добавила я.

Слова подействовали на Рональда магически. Морщинки на лбу разгладились, из чудища, подлежащего уничтожению, дракон мгновенно превратился в мешавшую работе юркую собачонку.

— Ты хоть привязала бы его! — вернувшись к себе, буркнул коллега. — Смотри, все, что он уничтожит, запишу на твой счет.

Надеюсь, крыластик будет вести себя смирно… А, напрасно надеялась!

Подняв скинутые со шкафа папки, пригрозила:

— Сдам Эрику на опыты!

Сама невинность, дракон уставился на меня умильными глазками и смирно устроился на подоконнике. Мол, ты меня с кем-то перепутала, я вовсе не шалопай.

— Как бы мне тебя назвать?..

Убедившись, что никого не шокирую голыми пятками, скинула туфли и забралась на табурет, ставить папки на место.

Понятия не имею, какие имена давали своим сородичам драконы. Наверняка что-то зубодробительное. Я ломать язык не стану и назову его… Хихикнув, покосилась на дверь кабинета начальника. Эрик и Ричард сбесятся! Ну да сам виноваты.

— Дик. — Для дракона я выбрала производное от имен обоих поклонников. Ричарда и вовсе так звала маменька в детстве. — Тебе нравится имя Дик?

Крылатый питомец задумался, совсем как человек, почесал когтем широкий нос, и кивнул.

— Решено, станешь Диком. А я Джейн. Не мама, но друг.

— Мама Джейн! — радостно заверещал Дик.

Застонав, чуть не свалилась с табурета. Послало же мироздание ребеночка!

— Всемилостивые небеса, оказывается, вы прятали от нас прелестное дитя! — послышался за спиной насмешливый голос Натана.

— И вам доброго утра, — радуясь тому, что лорд не видит моей гримасы, буркнула я.

Вот зачем притащился? Складывалось впечатление, что Натан прятался за дверью и дожидался удобного момента, чтобы полюбоваться на мои ножки. Так или иначе, он объявлялся именно тогда, когда мог разглядеть их во всей красе. Учитывая его отвращение ко мне как к женщине, попахивало патологией.

— А если серьезно, то где вы его взяли?

Натан подал мне руку, помогая спуститься, и сделал вид, будто не заметил, как я торопливо засунула ноги в туфли.

— На вашей мельнице. И как, почем драконы, есть ли на них спрос? Выгоднее овец?

Мне удалось озадачить Натана, а это дорого стоило. Маленькая победа, крохотная месть за пережитое унижение.

— Это первый, опытный экземпляр, так что пока не знаю, — наконец отшутился он и поинтересовался: — Лорд Арен-младший у себя?

Испытав легкое разочарование, кивнула. Не то чтобы я надеялась, что Натан пришел ко мне…

— А он симпатичный.

Натан с интересом мазнул взглядом по Дику. Дракон тоже пристально изучал его, словно раздумывал, укусить или отпустить восвояси.

— Я слышал, вас попросили из гостиницы…

— Вовсе не попросили, я сама ушла, — гордо фыркнула я и с удвоенным усердием занялась заправкой чернильного пера. — Не сошлась характерами с родственниками.

— Да, характер у вас как у кикиморы! — рассмеялся чванливый лорд.

На себя бы посмотрел, сосланный в провинцию владелец десяти томов родословной! Но опускаться до споров с ним я не собиралась, просто пожала плечами:

— Какой есть.

Думала, Натан уйдет, но он продолжал торчать в приемной. Медом тут намазано, что ли? Или надумал приударить в качестве извинений? Спасибо, месячный план по романтике выполнен, в поклонниках не нуждаюсь.

— И все же вы могли бы вести себя… — Натан задумчиво возвел глаза к потолку, словно ожидал подсказки свыше. — Ну не знаю, любезнее, что ли.

— С кем? С вами?

— Можно и со мной.

Показалось, или титулованный хам обиделся? Ну нет, это моя прерогатива, я без боя роль не отдам.

— С вами уж точно не собираюсь. С остальными — по обстоятельствам. Недоброго утра, песка в сапоги и сбежавших баранов!

Оставалось только проклясть, но я посчитала, что пары сердечных пожеланий на первый раз хватит. Если собеседник попался недогадливый, вытащу травник из ножен, уложу на лопатки корнем горечавки. А что, я девушка сентиментальная, рукодельничать люблю, почему бы не подарить отвергнувшему меня мужчине саше с плевком и приворотом на прощание? Останавливало только одно, и вовсе не тюремное заключение. Видеть Натана каждый день, тонуть в ворохе букетов, признаний и шоколада… Если вы не в курсе, как выглядит Хель, это он и есть.

— Дик, — щелчком пальцев привлекла внимание дракончика, — проводи его…

Очень хотелось сказать «в болото», но пришлось — «к начальнику».

Крыластик встрепенулся, и утренний гость поспешил ретироваться. Правильно, может, Дик заразный. В городе драконьего врача нет, а я не спец по болезням фантастических тварей.

— То есть кров вам не нужен? — уже занеся ногу через порог, полюбопытствовал Натан. — Жаль! А я как раз нашел место для вашего огорода, да и питомцу было бы где порезвиться. Но раз кто-то в Брекене согласен вас приютить, так даже лучше.

Паршивец добился своего: взволновал и привлек внимание.

Я колебалась всего пару мгновений и позорно сдалась.

— Вы действительно собирались предложить мне жилье? — подозрительно уточнила я.

В доброту Натана верилось меньше, чем в прошлогодний снег.

Лорд не ответил, только уши навострил. Издевается! Отпустить бы колкое замечание, натравить на него дракона, но жить мне действительно негде, на постой с Диком точно никто не пустит. Можно, конечно, избавиться от крылатого питомца, но больно он хорошенький! Да и я не убийца, не живодер, наоборот, нас учили любить природу, даже если она с клыками и крыльями.

Когда молчание затянулось, соляной столб все же заговорил:

— Да, я согласен пустить вас пожить в моем замке. Временно, — подчеркнул Натан.

Будто мне самой захочется там задержаться!

— На каких условиях? — живо уточнила я.

— Да безо всяких условий, бесплатно. Разве только репутация пострадает, но насколько мне известно….

— Насколько мне известно, ваша тоже далека от совершенства, — ядовито напомнила я. — Иначе бы вас здесь не было.

Натан помрачнел. Пальцы его сжались в кулаки. Удар попал в цель, но лорд оказался достойным противником.

— Как и вы, — широко улыбнулся он. — Мы одного поля ягоды, леди Феммор.

— Только лежим в разных корзинках.

Это чтобы Натан ничего себе не нафантазировал.

— Разумеется! — поразительно легко согласился он. — Этот вопрос мы давно прояснили. Раз так, соглашение достигнуто, я заеду за вами после работы. Не только у леди Гиней есть свой экипаж.

Да я это уже поняла, фанфарон несчастный! Чувствую, за бесплатное жилье мне придется заплатить душевным здоровьем.

Глава 12

Проводив взглядом нежданного благодетеля, — он таки зашел к Эрику, не обманул — крепко задумалась. Даже на дракончика покосилась: вдруг тот знал ответ? Увы, нежданно обретенный питомец участвовать в мозговом штурме не желал. Вот ведь еще одна проблема на мою голову! Складывалось впечатление, что мой демон-антихранитель спустя пять лет пробудился ото сна и теперь спешно наверстывал упущенное.

И все же зачем Натану потребовалось делать столь широкий жест?

Я тоже хороша — согласилась на предложение малознакомого холостого мужчины! Чего только на эмоциях не сделаешь! Само собой, вечером никуда не поеду. В гости — пожалуйста, но с ночевкой… Понимаю, я в глазах Натана ноль без палочки, а с нулем, как известно, не церемонятся, только я вот себя оценивала гораздо выше. Не на уровень «отдайся первому встречному» или «твой последний шанс — Ричард». Осталось только придумать, как вежливо отказаться от столь щедрого жеста. Вовсе не из-за уважения к Натану. Как я успела убедиться, в провинции верили слухам больше фактов. Очень не хотелось бы проснуться и выяснить о себе что-нибудь новое.

— Ну и что ты о нем думаешь? — вопросила я Дика.

Вместо ответа чешуйчатое недоразумение уставилось на невесть как залетевшую в помещение муху и ловко отправило ее в увлекательное путешествие по желудку. Брр, что-то мне нехорошо! Это он пока маленький мухами балуется, а когда вырастет? Попыталась прикинуть, поместится ли в брюхе взрослого дракона человек. Расчеты не порадовали. Оставалось надеяться, что своих он не ест. Правда, я для него своя до первого голода…

— Есть хочу! — капризно заявило плотоядное существо и для наглядности указало когтистым крылом на рот.

Еще бы понять, что ты ешь… Надеюсь, не людей.

Однако вопрос кормления крылатого ящера пришлось отложить. Увлеченная разгадкой доброты Натана, я упустила из виду других мужчин, активно хозяйничавших в моей жизни. И если Ричард до поры сошел со сцены, то батюшка, наоборот, энергично на нее запрыгнул. Убедившись, что дура-дочка в гостиницу не вернется, в канаве тоже не валяется, он наведался по месту ее службы и с порога перешел в наступление.

— Ты с ума сошла?!

К чести отца, кричал он шепотом. Да, так тоже можно, особенно если в соседней комнате к разговору активно прислушивается Николас. Вдоволь понаблюдав за ним, я пришла к выводу, что коллега большей частью имитировал рабочую деятельность. Вот и сейчас на столе лежал тот же часовой артефакт, который он чинил во время достопамятного визита Марианны. Не спорю, ничего вечного в мире нет, он мог снова сломаться, но не через месяц же!

— Не замечала.

Шепнув восседавшему на шкафу дракончику, чтобы не показывался и слился с пейзажем, надумала заварить чаю. И мне полезно, и отцу для успокоения нервов не помешает.

— А это еще что? — прищурившись, родитель ткнул пальцем в ящера.

Заметил-таки! И не испугался вымершего вида. Узнаю знаменитые папенькины нервы! Ему хоть дверь в Хель открой, захлопнет и продолжит меня распинать.

— Не что, а кто, — важно поправил дракон и, выпятив грудь колесом, представился: — Дик.

— Нет, ты окончательно сошла с ума! — сокрушенно покачал головой отец, но от чая не отказался. — Назвать это пугало именем жениха!

Дракон обиделся, даже выпустил из ноздрей тонкую струйку дыма.

— И вовсе я не пугало! — пробурчал он и, спланировав со шкафа на стол, в упор уставился на батюшку. — Имя тоже мое собственное, а не какого-то там жениха. Его дала Джейн. Когда я вырасту, она станет жить со мной.

Тут мы оба: я и отец, — дружно поперхнулись. Я побледнела, отец позеленел, только Дику хоть бы хны, как был золотым, так и остался.

— Что?!!

От вопля родителя задрожали стекла. Я даже испугалась, что его хватит удар. Глаза того и гляди из орбит вылезут, бешено вращаются.

— Джейн, ты собралась выйти замуж за дракона?!

Отец осел на вовремя подставленный стул и обмахнулся моим журналом — все какая-то от него польза. Подумать только, я довела баронета Феммора! Он едва не лишился чувств от перспективы стать драконьим тестем.

— Ну… — решив немного поиграть на чужих нервах, задумчиво почесала кончик носа и подала знак дракончику молчать. — Я рассматриваю данный вопрос. Выбор будущего мужа — дело серьезное, тут же почти идеальный кандидат. Во-первых, — начала загибать пальцы, — не пьет, не курит. Во-вторых, богат. В-третьих, воспитаю под себя, не придется подстраиваться под чужой дурной характер. Как видишь, кругом одни только плюсы.

— Но он дракон! — практически взвыл родитель.

— Должны же у Дика найтись хоть какие-то недостатки, — философски заметила я. — Зато ему плевать на мою репутацию.

— Ясно, ты опять шутишь, — успокоился отец, пусть и неокончательно.

Мол, дочка бедовая, с нее станется сменить ориентацию с людей на животных.

Хихикнула, представив, что стало бы с сестрами, нашими знакомыми, целым светом, если бы я явилась на прием с выводком драконят! Столица бы опустела в самый разгар сезона, а с полок аптек смели бы нюхательную соль и сердечные капли.

— Все никак не повзрослеешь! Сначала сбегаешь, потом ночуешь неизвестно где и с кем, теперь и вовсе…

— Но-но, без всяких — «вовсе»! — я поспешила восстановить остатки девичьей чести. — Это шутка. Дик ко мне привязан, не спорю, но ничего такого у него на уме нет.

— Главное, чтобы у тебя не было, — пробурчал папочка. Судя по тону, пик гнева миновал, меня ждала рядовая, головомойка. — Откуда он вообще взялся? Ограбила очередную академию? Ну так поблизости, вроде, ни одной нет.

— Нашла.

— Вечно ты находишь одни неприятности! — посетовал родитель и вернул многострадальный журнал на место.

— Вообще-то, — самое время перейти в наступление, — это вы во всем виноваты.

Чистая правда, между прочим. Вернулась бы себе спокойно в столицу, без драконов и предложений ночлега от всяких мужчин, если бы отцу не приспичило найти мне жениха.

— Вот как? — иронично поднял брови родитель. — То есть это я разрушил твою репутацию? Может, это я ночевал с мужчиной или…

— Стоп! — Выставила перед собой ладонь. — Вношу поправку: мы ночевали в разных, даже не соседних комнатах.

Ну квартирная хозяйка Эрика, ну змея! Не сомневаюсь, это ее рук, то есть языка дело. Растрезвонила по всему Брекену, что мы любовники, а то и вовсе строим веселый союз втроем с драконом.

— То есть ты отрицаешь, что провела ночь в постели Арена-младшего?

— Конечно, отрицаю!

Лицо пылало от смеси гнева и стыда. Вот уж не думала, что отец усомнится в моей нравственности, решит, будто за ночлег я готова… Неужели все так обо мне думают? И Натан? Кажется, теперь я знаю, что сказать при нашей следующей встрече. Вернее, сделать. Влеплю пощечину всем его предкам одновременно и посоветую искать любовницу в другом месте.

Залпом выпив заварку (не до чая уже), даже не почувствовала ее горечи. Столько всего хотелось сказать, но из горла вырывалось только бессвязное бульканье.

— Да я… Да я… Да я девушка! — наконец смогла выдавить из себя и, хлюпнув носом (вот уж нашла время!), отвернулась.

На глаза навернулись слезы обиды. Почему все в жизни так?! Чем я прогневала Всевышнего?

— Не плачь, мама Джейн!

В лицо ткнулось что-то гладкое и прохладное — мордочка Дика. Обняв его за чешуйчатую шею, несколько раз судорожно вздохнула.

Сейчас как соберусь и покажу всем: и отцу, и старой карге…

Догадливый Дик умудрился выудить когтем носовой платок и заботливо протянул мне. Может, не такая уж бредовая мысль — стать женой дракона? Он заботливый, понимает меня. Ну а то, что ящер… Судя по книгам, женщины как-то эту проблему решали.

— Так ты едешь? — как ни в чем ни бывало поинтересовался отец.

Извиниться? Это не к баронету Феммору! К тому же я нелюбимая дочь, нечего передо мной распинаться. Причину подобного отношения я прекрасно понимала: последний, неудавшийся шанс обзавестись наследником, мой пытливый ум, интерес к магии, своеволие и любвеобильность. Мальчишке бы такое простили, но не девочке.

— Нет.

По-моему, я еще вчера все доходчиво объяснила, но отец не понял.

— Хватит ребячиться! Взбрыкнула, показала характер и хватит.

— Нет!

Я заново насыпала чай в заварник. Следовало бы скрестить руки на груди и застыть в величественной позе, но тогда бы я не смогла позавтракать, а поесть очень хотелось. Спор с отцом пробудил поистине зверский аппетит. Хорошо, в столе со вчера припасен сдобный пирожок. А что вы хотите, не везет в любви, набираешь килограммы. Хотя, сдается, свои излишки я благополучно сожгла.

— То есть тебя все устраивает? — Отец зашел с другой стороны. — Эта жизнь, городишко, общество… Ты совсем не скучаешь по столице, старым друзьям, балам?

Скучаю, еще как скучаю, но ни за что не признаюсь.

— Бросай эту дыру и возвращайся к жизни.

Усмехнулась:

— Да я и сейчас не мертвая!

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я!

Отец снова терял терпение. Не обращая внимания на подозрительно притихшего Дика, он отобрал у меня чайник и закинул в ящик журнал записи.

— Все, ты здесь больше не работаешь! Идем завтракать, а после уезжаем. Ричард Олбани согласился подождать с обручением до конца августа. Как раз успеете узнать друг друга, хотя взаимная симпатия и так имеется. Ты ведь отказываешься из природного упрямства. Будто я не знаю, как прошел ваш совместный ужин!

Только я набрала в рот побольше воздуха, готовясь объяснить разницу между «нравится» и «хочу замуж», как нас самым бессовестным образом прервали, причем, оба моих несостоявшихся жениха сразу. И, что характерно, оба были на моей стороне, неодобрительно посматривали на отца.

— Прошу прощения, сэр Феммор, но Джейн состоит на государственной службе, вы не можете никуда ее забрать, — напомнил Эрик. — Существуют определенные правила…

— Так увольте ее, и дело с концом! — раздраженно отмахнулся родитель.

Развернувшись всем корпусом в сторону собеседника, он вдруг замер, во все глаза уставился на пока безмолвствовавшего Натана. На лице сменился целый калейдоскоп эмоций, среди которых я с удивлением заметила страх и подобострастие. Но отец быстро спохватился, надел на лицо светскую маску.

— Рад снова видеть вас, милорд. Надеюсь, вы, ваш отец и прочее семейство пребывают в добром здравии?

Навострила уши. Выходит, этот Натан действительно крупная шишка — узнаю папенькин тон для общения с высшей аристократией. Все эти вопросы, фальшивое беспокойство за здоровье незнакомых людей… Отец явно опасался вызвать неудовольствие Натана, будто настроение того могло ему как-то навредить. Однако я не помнила, чтобы лорд Арен попадался мне на балах. А ведь в столице я ни одного не пропустила, не могла прозевать человека, превосходившего в знатности или должности лорда Арена-старшего.

— Благодарю, стараниями Всевышнего.

Натан удостоил собеседника едва уловимым кивком головы. Он держался подчеркнуто надменно, но, странное дело, отец не роптал. Только не говорите, будто лорд-фермер — внебрачный сын короля! Наш монарх, как и многие мужчины, не отличался верностью покойной супруге, вполне мог как-то ночью зачать род Рурков, заодно передать по наследству спесь и сказ про десятки поколений предков.

— Я слышал, — Натан оттер Эрика плечом и встал между мной и отцом, — что вы притесняете леди Джейн, силой выдаете ее замуж.

— Боюсь, вашу… — Под тяжелым взглядом собеседника родитель проглотил конец обращения. — Боюсь, вас дезинформировали, — скомкано закончил он фразу.

— Ой ли? — покачал головой Натан и оперся ладонью о край стола в опасной близости от дракончика. — Вы говорили достаточно громко, сложно было не расслышать.

Задумалась: стоит ли предупредить лорда об острых когтях ящера. А, он взрослый мальчик, в случае чего не умрет от пары царапин. Да и разговор больно интересный, жаль прерывать. Дик, очевидно, придерживался того же мнения, слушал, а не пытался укусить, оцарапать или поджарить нарушителя личного пространства.

— Так или иначе, это семейное дело, — оправившись от бурного натиска, отец занял глухую оборону.

— Я знаю младшего Олбани, — будто не слыша его, продолжил Натан. — Не лучшая пара для девушки!

Родитель метнул на меня короткий взгляд с красноречивым вопросом. Состроила кривую рожицу. Какая там помолвка! Милорд мной брезгует, пока дюжиной новых именитых предков не обзаведусь, могу не беспокоить.

«Но тогда какой у него интерес?» — продолжил наше молчаливое общение родитель.

— Вот у него и спросите! — утомленная комедией в десяти актах, вслух раздраженно ответила я и отправилась на рынок, за едой для Дика.

Сегодня как раз среда, он открыт.

* * *

Спустя пару минут в обществе увязавшегося следом дракончика я осознала, что не создана для материнства, даже если ребенок сразу ходит, разговаривает и разумен. Дик напоминал профессора, всеми силами старающегося завалить студента на экзаменах. А еще старую деву, лет двадцать прожившую в полном одиночестве на краю света и теперь неожиданно попавшую в люди. «А это что?», «а это почему?» сыпались из дракона ежеминутно. Попутно он умудрялся пугать прохожих и делиться ценными, с его точки зрения, замечаниями. Немудрено, что к моменту, когда я, наконец, добралась до рынка, я всерьез подумывала продать его бродячим артистам. К счастью для Дика, они не спешили разбить балаган на окраине Брекена, зато на прилавках нашлось то, что это чудовище ело. И, главное, когда ело, оно молчало!

Надо отдать должное продавцам, они не полезли под прилавки, не выгнали меня вон и спешно не перенесли рынок в другой город. Все же хлипкие нервы у домохозяйки Эрика! Подумаешь, дракон! Маленький же, не плотоядный. Да-да, мои кровожадные подозрения не оправдались, Дик, курлыча, набросился на фрукты, а вовсе не на мясо. Так же ему по вкусу пришлись перепелиные яйца и почему-то мед. Банку последнего он умял за считанные минуты. Эх, плакали мои денежки! Все жалование уйдет дракону под хвост. Но избавиться от него рука не поднималась. Отдать его другим… Нет, лучше сама убью, если крыластик доконает. Или он меня, что более вероятно. Это пока мы в равных весовых категориях, я даже выигрываю, но скоро превращусь в глазах Дика в докучливого комара. Так что шутки шутками, а пора задуматься о будущем, пока будущее не задумалось обо мне. В мире людей дракону явно не место, не в Брекене точно.

Нагрузив полную корзину еды, пожалела, что не одолжила у кого-то из торговцев тележку. Но ничего, провинция на то и провинция, что даже лорды работают конюхами, а леди — грузчиками. Прикупив заодно обед для себя, едва ли составлявший пятую часть от общей поклажи, мужественно двинулась в обратный путь и по закону подлости столкнулась с той, кого предпочла бы не видеть и не слышать. Видно, кухарка приболела, слуги в один день уволились, раз сама Марианна Барет надумала почтить рынок своим присутствием.

— Веди себя смирно! — цыкнула на дракончика. — А еще лучше спрячься, пока злая ведьма не скроется из глаз.

— Может, ее лучше сжечь? — внес рациональное предложение Дик.

Над плечом стало подозрительно тепло — не иначе, практиковался.

Эх, соблазнительная картина — горстка пепла вместо доставшей даже Рональда Марианны! Выбросила бы останки дамочки по-тихому в бочку с дождевой водой, но нельзя. Марианна при всей ее склочности — дворянка, за ее убийство наказание полагается. Может, для всех я уже падшая женщина, но точно не нуждалась в украшении в виде петли на шее. Посему растянем губы в улыбке и постараемся, чтобы она не походила на оскал.

— Нельзя! — вздохнула я и, поискав глазами укрытие для Дика, указала на груду ящиков из-под фруктов: — Туда!

Крыластик послушно упорхнул, разминувшись со спешившей ко мне со всех ног, словно на пожар, Марианной.

— Ах, милая Джейн, чудом вас нагнала!

Запыхавшись, она поправила шляпу с крашенным петушиным пером и задумчиво покосилась на небо. Там, вроде, все то же: солнце, облака.

— От жары, наверное, привиделось, — пробормотала Марианна. — Будто какая-то огромная птица над вами кружила.

— Да, тепло сегодня, — поддакнула я.

Пусть и дальше думает, что ей голову напекло.

— Я так вам сочувствую, прямо от всей души!

Мигом позабыв о Дике, Марианна набросилась на новую жертву, то есть меня. Картинно приложила ладонь к груди, добавила в голос патоки, едва не прослезилась. Ясное дело, нельзя упустить шанс поглумиться над дочкой баронета, которая отняла у нее трон самой-самой в городе. Будь воля Марианны, она втоптала бы меня каблучками в землю и придавила могильной плитой, чтобы не выбралась. Но окончательные похороны моей репутации тоже сойдут. Вон как глаза блестят, злорадно, в предвкушении.

— По поводу? — притворилась, будто не понимаю, о чем речь.

— Ваш отец уезжает. Лорд Олбани тоже наверняка не задержится. Жаль! В Брекене еще остались невесты, нашлось бы, из кого выбрать.

Это она на себя намекает? Ишь, приосанилась!

С трудом сохранила серьезное выражение лица, вообразив Марианну Олбани в свадебном платье. Боюсь, ей придется напоить и изнасиловать бедного Ричарда, иначе женить его на себе не выйдет.

Не дождавшись от меня покаянного ответа, Марианна принялась шарить по мне взглядом: выискивала клеймо грехопадения. Я не сомневалась, заговорить со мной ее подвигла пущенная по городу грязная сплетня. Что характерно — пущенная в узком женском кругу, потому что встречные мужчина здоровались и улыбались мне как обычно. Отец не в счет, ему рассказали «по секрету», чтобы усилить эффект.

— Да, тяжело вам придется!

Так и не обнаружив клейма, Марианна выразительно покосилась на мою корзину.

— Физические упражнения полезны. Или вы хотите помочь? Я была бы крайне признательна…

Марианна испуганно отшатнулась. На лице ее застыло брезгливое выражение. Она — и помочь? Фи, не дворянское это дело!

— Скажите мне по секрету, обещаю сохранить тайну, — не унималась Марианна, — это правда? Именно поэтому ваш отец и жених спешно покидают город?

О, так Ричард в итоге не собирается, а тоже уезжает? Чудесная новость, ради нее стоило вытерпеть этот бессмысленный разговор.

— Что — правда? — устало уточнила я и опустила корзину на землю.

Плечи ныли, ладони покраснели — сельская романтика.

— То, что вы сбежали посреди ночи и утешились с прелестным лордом Ареном-младшим.

Глаза Марианны горели ярче праздничного фейерверка. Уж теперь-то дочка баронета посрамлена!

Покачала головой:

— Боюсь, вы начитались любовных романов! Меня никто не утешал, уж тем более лорд Арен-младший.

— Но ведь даже сам баронет подтвердил… — растерянно пробормотала Марианна.

Она так надеялась вогнать жертву в краску, а та стоит себе, преисполненная достоинства, все отрицает и ни капельки не волнуется.

— Право, это уже не смешно, леди Барет! — Пора заканчивать этот балаган, забирать Дика и возвращаться в контору. Мужчины наверняка уже переговорили, осталось выяснить, к какому единогласному решению они пришли. — Какая-то кухарка пустила гнусную сплетню, а вы ей поверили! Подумайте сами, если все было бы правдой, если бы баронет, мой отец, действительно считал, что лорд Арен-младший меня обесчестил, то разве бы он просто уехал? Дворяне так не поступают. Последовал бы вызов на дуэль, публичная пощечина.

Окончательно вогнав собеседницу в ступор, я поспешила ретироваться с поля боя. Однако если день задался, то это надолго: Дика среди ящиков не оказалось. Гадая, куда мог подеваться крыластик, обшарила все переулки возле рынка и в завершении бед, зазевавшись, едва не угодила под колеса экипажа. В последнюю минуту успела увернуться, вдобавок корзинку не выронила. Хоть в чем-то повезло!

Проехав еще немного, щегольской экипаж остановился.

— Эй!

В окне показалась бледная изящная ручка, нетерпеливо прищелкнула пальцами.

Нашла подавальщицу!

Подняв выпавшее яблоко, зашагала прочь, продолжая высматривать Дика. Да куда он подевался?! На пять минут нельзя одного оставить!

— Любезная, не подскажете, где я могу найти лорда Натана Рурка? — полетел вслед вопрос хозяйки экипажа.

Вспомнила-таки о манерах. Тогда и я тоже вспомню.

Незнакомка была хороша, вдобавок одета по последней моде. Я с завистью посматривала на ее треугольную шляпку с черной вуалеткой, на повязанный на мужской манер бант из тончайшей газовой ткани на шее, идеально сидящее зеленое платье. На упругие, собранные в затейливую прическу каштановые локоны. Пикантную родинку над верхней губой. Глаза, которые поэт сравнил бы со спелыми вишнями. Впрочем, женщиной любовалась не я одна, вся улица, включая Марианну, таращилась на невиданное в Брекене чудо. У нее наверняка туфельки из мягкой козьей кожи, шелковые чулки. Сглотнула слюну, пытаясь избавиться от соблазна заказать себе такие же. Мне это не по карману, мне это не по карману…

— Так где мне найти лорда Рурка? — чарующим голосом переспросила незнакомка.

А глаза холодные, надменные. Собственно, их взгляд и разрушил всю магию. Право, что это я! Не в землянке росла, на придворных балах танцевала. Вернусь в столицу, заведу и чулки, и кареты.

— Он только что заходил в службу магических дел. Если хотите, я могу вас проводить, как раз туда направляюсь.

— Буду премного благодарна.

Дверца экипажа распахнулась, обдав облаком цветочных духов. Я не я, если в Брекен пожаловала не какая-нибудь герцогиня! Интересно, кто она Натану: родственница, любовница? Зато очень кстати новый слух подоспел. Не сомневаюсь, о моем мнимом грехопадении давно забыли, весь город обсуждал роковую красавицу.

Увы, Натана в конторе мы не застали. Он ушел, оставив записку: «Все в силе». Зато отец терпеливо дожидался моего возвращения. Пыл его заметно угас, баронета хватило лишь на то, чтобы буркнуть: «Поступай, как знаешь!» Марианна не солгала, он действительно покидал Брекен. А вот с Ричардом она обманула — он оставался. Олбани понравились ему эти края, он хотел побродить по лесам и полям, сделать пару набросков. Странно, во время знакомства Ричард не упоминал о своем увлечении живописью. Ни холстов, ни красок в его номере я тоже не видела. Но жалко мне что ли, пусть рисует, как раз достойная муза появилась. Она, правда, крайне разочарованная, укатила куда-то, полагаю, в тот самый родовой замок Натана, но кто ищет, тот всегда найдет. Вдруг дорожки этой парочки пересекутся, и меня пригласят на свадьбу в качестве гостьи, а не невесты?

Глава 13

— Красотка! — присвистнул вслед прекрасному видению Рональд. — Эх, мне б такую!

Ну да, кому «козья морда» отца, а кому мечты о столичной фее. После нее в конторе остался легкий флер совсем не легких духов.

Но Рональд хорош, замахнулся! Видимо, кривое зеркало отразило с утра принца, р раз он предположил, будто «такая» на него взглянет. И ведь действительно не взглянула.

Собственно, а почему она вдруг «такая», чем я хуже некоторых? Подумаешь, без модных туалетов, зато красота, фигура в наличии, только мне коллега почему-то комплиментов не делал. А тут вошла — и все к ее ногам. Может, дело в дипломе, вдруг он уродует женщин в глазах мужчин? Мы не замечаем, а они сразу видят бородавки, рога и волосатые ноги. Кажется, я придумала новую тему для кандидатской: «Влияние образования на женскую внешность».

Да нет, рогов у меня нет, иначе давно сломала бы о них расческу.

— Ну и чтобы ты с ней сделал? — во мне проснулось любопытство.

Заняться все равно нечем, разве только наплевать на обязанности и продолжить поиски Дика. Я бы так и поступила, но Эрик… Старый знакомый в любой момент мог преобразиться в строгого начальника, а выговор мой бюджет не потянет, мне бы, наоборот, премию.

Рональд покосился на меня, как на недоразумение природы.

— Шла бы ты работать! А то шляешься невесть где посреди бела дня.

Ну да, кому комплименты, а кому — работать…

— У меня дракон, между прочим, пропал. Помог бы найти. Считай, тоже работа. А что? Он магическое существо, у нас служба магических дел.

— Пропал и хорошо, — жестокосердно заметил Рональд и поплелся к своему столу, возиться с артефактом. — Надеюсь, навсегда.

— А я — нет!

Остервенело вонзила зубы в яблоко — лучше него, чем в коллегу. Вот что за человек! Ему говоришь: беда, а у него одни женщины на уме! И, главное, реально думает, будто любая радостно кинется ему на шею. Поражаюсь мужской самоуверенности! Мы, женщины, упорно ищем в себе недостатки, а сильный пол их столь же упорно игнорирует.

Дожевав яблоко, а следом — все, что припасла на обед, еще раз, будто там что-то изменилось с утра, проверила журнал записи и с чистой совестью отправилась на поиски Дика. Не хочет Рональд помогать, не надо, сама справлюсь. Эрику потом совру, отца провожала. Это, конечно, тоже — не такая я плохая дочь, чтобы на прощание платком не помахать, не пожелать счастливого пути.

Судя по тому, что жизнь в Брекене текла своим чередом, дракон к прохожим не приставал, не показывался им на глаза. Ума ни приложу, куда он делся, не ветром же сдуло! И ведь не спросишь: «Вы дракона не видели?» Эх, надо было кошку заводить, а не странные яйца в сумке таскать.

Вот ведь неугомонное существо! Недавно родился и уже пустился в путешествие! О том, что самое большое приключение ожидало меня, а вовсе не Дика, старалась не думать. Главное, чтобы повзрослевший ящер не унес меня на крыльях в тюрьму. К сожалению, я понятия не имела, разрешено ли содержание подобных животных. В Ромнии они не водились, а раз нет проблемы, то нет законов и распоряжений. Дик станет прецедентом. Ох, как бы его к живому оружию не причислили! Тут до обвинения в покушении на короля недалеко.

Разбушевавшееся воображение живо представило газетные заголовки: «Поджигательница людей взялась за старое», «Мать дракона: как дочь добропорядочного баронета пошла по наклонной», откровения знакомых по столичной академии: «У нее с самого начала наблюдалась нездоровая страсть к огню». В итоге я так увлеклась рисованием своего преступного будущего, что потеряла связь с реальностью и со всего маха налетела на прохожего.

— Простите! — потирая ушибленное плечо, извинилась я.

Вечно ты в облаках витаешь, Джейн, вот тебе дракона и послали.

— Ничего страшного, с кем не бывает! — отозвалась жертва моей невнимательности. — Тем более я как раз вас ищу.

Меня?

Только сейчас я удосужилась взглянуть на того, кого чуть не впечатала в стену. Ричард! Надо же, при свете дня, не в гостинице… В лесу явно сдохло что-то большое. Надеюсь, не Дик.

— Эмм?

Наверное, следовало напрячься и выдавить из себя членораздельный вопрос, но бесконечные споры исчерпали на мой словесный запас.

— Мне нужно серьезно поговорить с вами, Джейн. Насчет одного предложения.

— Кажется, — нахмурилась я, — мы уже все обсудили.

Даже отец сдался, уехал, а этот все еще надеется.

Зыркнув по сторонам, убедилась в отсутствии сплетниц. А то Ричарду ничего предлагать не придется, местные все за него сделают, заодно за меня согласятся и подпись поставят.

— Я совсем о другом предложении, — успокоил лорд Олбани. — Не руки и сердца.

— Каком же?

Заинтригованная, я на время забыла о Дике.

Что, если он признается, что давно тайно влюблен в другую, и они поженились? А, может, Ричард попросит замолвить за него словечко перед Доротеей. Мол, с младшей сестрой не вышло, он согласен на среднюю. Знаю, Дора уже не первой свежести, вдобавок не благоволит к Олбани из-за подруги, но замуж ей хочется. Еще бы, столько поклонников, разговоров о скорой помолвке, а до дела ни разу не подошло. Я бы помогла, с удовольствием стала их феей любви.

— Не здесь!

Ричард подхватил меня под локоток, видимо, чтобы еще кого-нибудь ненароком не сбила, и повел в сторону гостиницы. Отлично, заодно попрощаюсь с отцом. Хотя бы с третьей попытки должно выйти нормально.

Знаю, глупо, но я все же проверила, не превратился ли прекрасный принц днем в чудовище. Увы и ах, ничего демонического в нем не оказалось, даром я выдумала пропавшую тень. Обычный мужчина, презентабельно одет, даже не забыл воспользоваться одеколоном. Эх, столичными манерами Ричард разобьет не одно женское сердце! В Брекене от большинства мужчин с утра пахло потом и лошадьми, а то и вовсе вчерашними возлияниями.

— Речь о лорде Рурке, — продолжал интриговать Ричард.

Выглядел он на редкость мрачно, что наводило на мысли об очередной сплетне. Неужели и лорда мне в любовники записали? Вот так спишь себе, похмельем маешься, дракона ищешь, а у тебя уже целый гарем.

— Согласитесь, незамужняя девушка и неженатый мужчина в одном замке…

Ах вот оно что!

Мгновенно повеселев, легкомысленно отмахнулась от его слов:

— Но не в одной же комнате! Кроме того, я никуда переезжать не собираюсь, переночую и вернусь. Интересно же — замок. Вдобавок лорд — человек порядочный.

Ни как жена, ни как любовница я Натана не интересую, тут все безопасно, но этого Ричарду знать не следует. Пусть немного поревнует — не всем же на меня крыситься и дурой обзывать. Комплимент и кошке приятен, а соскучившейся по мужскому вниманию девушке — вдвойне.

— Вы никуда не поедете! — В голосе Ричарда прорезалась сталь. Спохватившись, он тут же сменил тон, вернулся к прежней доброжелательной манере общения. — Увы, люди не станут разбираться и припишут вам все грехи мира. Я тревожусь за вас. И вовсе не потому, что наши родители хотят нас поженить. Я не хочу, чтобы вам плевали в спину, уволили с работы. Здесь, в провинции, с особым трепетом относятся к соблюдению негласных правил, морали.

Помолчав, Ричард, понизив голос, добавил:

— Если дело в вашем бедственном финансовом положении, не беспокойтесь, я с радостью оплачу вам номер в гостинице.

— С чего вдруг такая щедрость, милорд? — подозрительно прищурилась я.

— Вы мне нравитесь, — бесхитростно ответил Олбани.

Ну вот и как такому отказать? Он ведь от чистого сердца, бескорыстно… А отказать надо, потому как родители однозначно расценят любое наше сближение. К тому же для чего я устраивалась на службу, если по-прежнему живу на деньги мужчин? Не то чтобы я придерживалась взглядов радикально настроенных дамочек, которых периодически высмеивали в газетах. Бить по рукам при попытке помочь выбраться из лужи — это одно, а зарабатывать деньги своим умом — другое. Правда, мой ум пока не оправдывал ожиданий, но я планировала это исправить. Займусь самообразованием, поступлю… Нет, к лорду Арену-старшему пока рано. Пусть доблестный ректор окончательно забудет Джейн Феммор. Хорошо бы еще фамилию сменить, чтобы наверняка. Только как это сделать, не выходя замуж? Может, Ричард согласится на фиктивный брак? А что, всем одни только плюсы. Родители довольны, я свободна, от Ричарда тоже все отстали. Дальше не сошлись характерами — и женись, выходи замуж за кого хочешь.

— Джейн?

Оказалось, я снова уплыла в неведомые дали. Может, в писательницы податься, раз меня так манили грезы?

— Простите, — сконфуженно пробормотала я, сообразив, как глупо выглядела со стороны.

Вдобавок на нас косились. Еще бы, девица с блаженной улыбкой на губах, повисшая на руке мужчины.

— Ничего страшного.

Однако в улыбке Ричарда сквозило напряжение. Странный он какой-то сегодня!

— Так что насчет гостиницы?

— Обещаю подумать, — обтекаемо ответила я.

На всякий случай категорично отказываться не стоит. Может статься, что приехавшая к Натану дамочка не пустит меня на порог. И правильно сделает: нечего порядочным девушкам у малознакомых мужчин делать! Хочешь полюбоваться архитектурой — поезжай в город. Картинами — в музей. Однако поиск пансиона — дело не быстрое. Как выяснилось, многие хозяева против крылатых питомцев. Но в гостиницу насовсем снова не хотелось. Сразу по многим причинам: из-за Дика, близости Ричарда, дрянной стряпни Стеши… Да, и денег тоже. Не стоила моя комната столько, сколько за нее просили.

— О чем тут думать, соглашайтесь! — продолжал настаивать Ричард. — Не хотите брать деньги в подарок, возьмите в долг.

Только вот когда меня так усердно уговаривали, неизменно добивались противоположного результата. Отец это уже понял, пора бы понять и Ричарду. Ему явно что-то от меня нужно — к примеру, свадебные колокола. Решил поманить пряником, раз папочкин кнут не сработал.

И я уже открыла было рот, чтобы озвучить свои предположения, как увидела Натана. Лорд притаился за пивными бочками возле задней двери таверны и знаками подзывал к себе. При этом он выразительно косился куда-то позади Ричарда. Меня разобрало любопытство. Не хвост же Натан там увидел! Украдкой глянула Ричарду за спину — ничего, даже крыса дорогу не перебегала. Но раз лорд по-прежнему туда таращится, оно там есть. И я посмотрела снова, надеясь, что Натан внезапно не помешался и ему везде не мерещатся невесты. Может, объявился Дик? Проказник способен забраться в любую щель. И тут, кажется, я поняла… Не исключаю, что Натан видел совсем другое, а я перегрелась на солнышке, но тень Ричарда опять куда-то исчезла. Все остальные предметы исправно ее отбрасывали, а он нет. Пора в тенек. Например, в проулок, к Натану. Может, он и хам каких поискать, но зато я леди, нельзя заставлять человека столько мучится. Вдруг у него что-то важное?

— Простите, я на минутку! — высвободившись от ладони Ричарда, виновато улыбнулась я.

— Только на минутку, Джейн, — нахмурился он. — Вы рискуете разминуться с отцом.

— Разумеется. Не беспокойтесь, я успею!

Ричард с неохотой согласился подождать меня у аптеки. Он тоже заметил Натана и явно не обрадовался моему желанию с ним полюбезничать. Я даже испугалась, когда перехватила хищный оскал, которым Ричард наградил потенциального соперника. Ну да Натан тоже не восторге от заезжего лорда, активно уговаривал отца от него избавиться.

После залитой солнцем улицы проулок, в который выходила задняя дверь таверны, казался райскими кущами. Из-за постоянной тени здесь царила приятная прохлада.

Привалившись спиной к кирпичной кладке, блаженно вздохнула. Целую вечность бы здесь простояла! Но ладно, чего там от меня хотел Натан?

Начал он с вопроса, на который приличная девушка бы не ответила:

— Что у вас с Ричардом Олбани?

Подняла брови:

— Ревнуете?

— Нисколько! — буркнул лорд и уселся на одну из бочек.

Понятливо улыбнувшись, последовала его примеру.

Ладно, сделаю вид, что поверила.

Настроение мое стремительно поползло вверх. Неужели за какой-то час разлуки Натан успел влюбиться в меня без памяти? Или я изначально ему понравилась, но родословная на пять томов не давала признаться?

Целых два поклонника! Ммм, мы еще поспорим, кто главная красотка Брекена, заезжей конкурентке придется потесниться. Сердце грело то, что Натан предпочел ей меня. Иначе что он здесь делал? Не прятался от навязчивой поклонницы!

— Вам действительно нужно замуж, — с легким раздражением заметил Натан. — Все мысли только о любви!

— За вас? — легкомысленно предположила я, заранее зная ответ.

Свой тоже, потому как говорить «да» Натану я не планировала. Пофлиртовать — быть может, но замуж!..

Лорд шумно выдохнул воздух через нос и с опаской покосился на улицу, будто действительно опасался встречи с роковой шатенкой.

— Это серьезный разговор, Джейн, — наконец вновь заговорил он. — Гораздо серьезнее, чем выбор подружек невесты и составления списка гостей на свадьбу. Если не предпримите меры прямо сейчас, вы рискуете и вовсе до нее не дожить, — сделав небольшую паузу, мрачно добавил Натан.

Приятная прохлада тенька на мгновение сменилась январской стужей.

Передернув плечами, я исподлобья глянула на собеседника и уточнила:

— С чего вдруг?

Если Натан вздумал шутить, то вышло у него скверно.

— Тому есть причины… — Натан барабанил пальцами по бочке, только взвинчивая напряжение. Если он сейчас же не прекратит, я его ударю! Не могу больше выносить этот противный звук! — Веские причины, Джейн. Но перед тем, как я вам расскажу, обещайте не падать в обморок и хранить все в тайне.

Кивнула:

— Обещаю!

Тем более падать все равно некуда: позади стена, я сижу на бочке. Максимум, картинно взмахнув рукой, уроню голову на грудь. Подружек я здесь тоже не завела, сплетни в надежде снискать минуту славы не распускаю — у тайны Натана нет ни единого шанса стать общественным достоянием.

Лорд пожевал губы и наконец перестал барабанить по дереву.

— Даже не знаю, как начать…

— Давайте с начала. И, если можно, покороче: меня ждет лорд Олбани.

При звуке его имени Натан стал мрачнее тучи. Выходит, речь о Ричарде. Могла бы догадаться, а не хихикать, воображая, будто Натан надумал признаться в любви.

— Боюсь, с самого начала не выйдет. В те годы я еще не был знаком с Ричардом Олбани. Однако вас должно насторожить то, что виконт, его отец, долгое время держал его взаперти.

— То есть? — не поняла я.

— Целых семь лет под домашним арестом. Ричард не рассказывал вам об этом?

— Нет, — растерянно покачала головой.

Ричард вообще не обсуждал со мной свое прошлое.

— Но я не стану обсуждать то, чему не был свидетелем. Поговорим о событиях недавнего прошлого. Лорд Арен-младший уже в курсе, но я счел своим долгом так же предупредить вас. В окрестностях Брекена творятся очень нехорошие вещи. Помните моего сезонного работника, того, на кого якобы напал демон? Так вот, теперь я ему верю.

— Я тоже люблю сказки, но Рональд проверил: там ничего.

— При всем уважении к вашему коллеге, боюсь, это не сказка, — покачал головой Натан. — А если и сказка, то страшная. И главная роль в ней отведена вашему жениху.

— Вношу поправку! — запротестовав, подняла вверх указательный палец. — Я девушка свободная от обязательств.

— Да мне все равно, свободная вы или нет, меня волнует Ричард Олбани.

— А меня, вот незадача, он совсем не волнует.

— Я заметил, — ухмыльнулся Натан. — То-то вы прогуливаетесь с ним под ручку!

Шумно засопела. Еще одна сваха!

— Ближе к делу или я ухожу!

Право, надоело блуждание вокруг да около! Если не придумал, что сказать, сначала придумай, а потом зови.

— Вы тоже не видели у него тени?

— Ну… — замялась я. — Пару раз показалось, но это какой-то оптический эффект.

— Может, и оптический, зато ритуал мне точно не привиделся. Лорд Арен-младший обещал взглянуть. Уж его-то мнению вы доверяете, не посчитаете умалишенным.

— Я и вас им не считаю.

— В таком случае, Джейн, будет вам страшная сказка. И не поручусь, что она началась сейчас, а не еще в начале лета: слишком много совпадений. Доказать я ничего не могу, но, по моим сведениям, Олбани-младший покинул столицу еще в начале июня. Спрашивается, где он столько времени пропадал?

— Не обязательно же в Брекене! — резонно возразила я.

О связях лорда, позволивших столь быстро навести подобные справки, спрашивать не стала. Если он действительно ссыльный отпрыск аристократической семьи, легко справился бы.

— Зато обязательно подле вас. — Натан смутил, заставил потупиться тяжелым немигающим взглядом. — До июня в Брекене царили тишь да благодать.

— А потом появилась я и все испортила?

Знакомая картина!

— Не только вы. Просто кто-то мог последовать за вами и… Словом, слушайте. Будем оперировать фактами, а потом проверим домыслы про овец, запонки и прочее.

Выходит, Эрик ему рассказал…

Сказка действительно выдалась страшной, я даже на всякий случай уточнила, не читал ли Натан перед сном новомодных авторов книг с привидениями. Увы, лорд даже не пил. Возвращался за полночь пешком от знакомого в городе, благо ночь выдалась теплая, ясная, и увидел то, что мечтал развидеть.

— Вы уверены, что это Ричард Олбани?

Встревоженно обернулась: вдруг Ричард незаметно подобрался к нам и сейчас распотрошит, как ту курицу?

Натан кивнул:

— Увы, я отчетливо видел лицо лорда Олбани, когда он выбрасывал куриную голову.

Гулко сглотнула и отвернулась. Съеденное в конторе резко запросился наружу.

— Выбрасывал куда? — сдавленно уточнила я, мужественно борясь с приступами тошноты.

Вот зачем он рассказал мне это рассказал! Если Ричард действительно преступник, следовало обратиться во внутренние войска, пусть его арестуют. Хотя, если честно, я сомневалась в правдивости рассказа Натана. Слишком много жути он нагнал! Его послушать, так Ричард Олбани — посланник Темного на земле! Сдается, все гораздо проще: лорду Рурку не понравилось, что Ричард обхаживал забракованную им невесту, вот он и стремился очернить его в моих глазах. Выдумал про домашний арест, темный ритуал, тень клыкастого чудовища с огромными крыльями, которое лорд Олбани якобы напоил куриной кровью.

— Понятия не имею! — почувствовав мое недоверие, ощетинился Натан. — Сами у него спросите. Мне как-то не до того было.

— Понимаю! — Вернула ему многозначительную ухмылку. — Ночь, кобылки, навоз…

Кадык лорда болезненно дернулся, но он промолчал. И правильно сделал, а то пришлось бы признаваться в грехопадении элитного жениха с потасканной селянкой, от которой он вполне мог возвращаться пешком.

— А спросить я спрошу. — Посчитав разговор оконченным, я соскользнула с бочки. — Напугали! Прямо сейчас. Заодно тень проверю. Вдруг нам обоим голову напекло? Водички выпейте, — заботливо посоветовала напоследок, — а то вы все в бегах. То за Олбани шпионите, то от гостей прячетесь.

— Каких гостей? — не понял Натан.

— Разыскивала тут вас одна… Не чета мне, можете смело жениться.

И, довольная собой, летящей походкой поспешила к аптеке.

Глава 14

Ведьмин садик — это не только красота, но и польза.

Я сжевала не один листик мяты и теперь плотоядно посматривала на мелиссу, однако желанное спокойствие все никак не наступало. Да и откуда ему взяться, если вокруг творятся непонятные вещи! Вдобавок Дик так и не нашелся. Если прежде я списывала все на шилопопость дракончика, то теперь пришла к выводу, что его украли. Кто и как — загадка! Дик совершенно бесполезен в хозяйстве. Наоборот, он даже опасен, потому как разнесет его по черепкам и щепкам. Вдобавок не каждый выдержит чешуйчатого болтуна дольше нескольких минут. Однако факт оставался фактом — дракон пропал.

— Ну и что мне теперь делать? — вопросила я мироздание и таки потянулась за мелиссой.

— Очевидно, подтянуть свои знания, потому как травы измельчают и заваривают, а не жуют как коровы, — с пренебрежительной насмешкой прокомментировали за моей спиной.

На платье упала пара снежинок.

Мама, роди меня обратно! Так вот почему внезапно похолодало! А я-то думала, ветер сменился или меня от нервов знобит. Хотя знобить точно будет. Пускай температура снова вернулась в норму, не поможет даже самое толстое пуховое одеяло.

— Здравствуйте, лорд Арен, — проблеяла я, совершенно не готовая к встрече с папочкой Эрика.

Она рисовалась мне совсем при других обстоятельствах, через много лет, когда бы я стала успешной и знаменитой. Ну или хотя бы сменила фамилию.

Ректор столичной академии издал неопределенный смешок, который в равной степени сошел бы за ответное приветствие и констатацию моих низких умственных способностей, и окинул взором остатки лабиринта:

— Недурно для девицы на выданье!

Смиренно проглотив очередное оскорбление, осмелилась спросить, что он здесь делает.

— Вас надо спросить, леди Феммор.

Такие же темные, оттенка жженого кофе глаза, как у Эрика, остановились на моем лице.

Лорд Арен-старший ничуть не изменился с момента нашей последней встречи, разве только не жаждал меня убить и исключить из академии, неважно в какой последовательности. Магистр магии, победивший время. Наверняка под стенами его кабинета вздыхала очередная влюбленная студентка. Точеные черты лица, волосы без признаков седины, неизменно аккуратно расчесанные, гладкие, шелковистые, чуть короче, чем у сына. Небольшая челка тоже имелась, но, увы, игривости она Джеймсу Арену не добавляла.

По летнему времени магистр оделся просто, обошелся без строгих жилетов и душащих сюртуков. Издали он даже сошел бы за беззаботного горожанина на лоне природы. Вблизи же… Нацепи лорд Арен даже розовый халат с поросятами, и в нем остался бы властной ледышкой.

— Меня? — удивленно переспросила я, на всякий случай припоминая все прегрешения на новой работе.

Вот ведь, магистр давно мне не ректор, а привычка осталась!

И надо бы встать, а то неприлично, неудобно.

Словно прочитав мои мысли, лорд Арен подал мне руку. Я отшатнулась от нее словно от гремучей змеи и неуклюже вскочила.

Ведьмин котел, да у меня губы в мяте! Аккуратнее надо было есть, Джейн!

Украдкой смахнула остатки листьев с губ и зачем-то со страху сделала книксен.

— Я всерьез опасаюсь за ваше здоровье! — покачал головой магистр. — Вашему отцу следовало бы не готовиться к свадьбе, а искать врача.

— Я… я просто растерялась, милорд.

Краска стыда залила меня с головы до пят. Прекрасно, Джейн, ты приложила все усилия, чтобы произвести на лорда Арена-старшего неизгладимое впечатление! Теперь, чтобы вернуться в столичную академию, тебе придется менять внешность.

— Это ваше привычное состояние: поддаваться порывам чувств, не думая о последствиях.

Да сколько можно напоминать мне о том злосчастном бале!

— Прошу прощения, милорд, я действительно сожалею. — Может, после извинений он успокоится? — Я была юна, глупа…

— Но теперь-то вы стали умнее.

И вновь скрытая насмешка.

Сдув с лица щекотавшую щеку прядь, постаралась вернуть наш разговор в прежнее русло:

— Так что насчет вашего неожиданного приезда?

— Телепортации, — механически поправил магистр и принюхался: из конюшни при гостинице потянуло навозом.

— Вы сказали, это как-то связано со мной.

Мне вдруг пришло в голову, что армия местных сплетниц-завистниц могла отрядить бойца с доносом на «ту самую Феммор», положившую глаз на Эрика. Основания для слухов имелись. Мы танцевали, гуляли, работали вместе, весело болтали. Эрик мне по-прежнему нравился, чего я не думала скрывать. Вот его папочка и прилетел на снежных крыльях положить конец этому безобразию.

Магистр кивнул и предложил прогуляться до службы магических дел:

— Понимаю, рабочий день уже закончен, но это важно. Вдобавок в качестве бонуса я могу вернуть вам вашу зверушку.

Так Дик у него?

От удивления я превратилась в ожившую комическую маску: огромный распахнутый рот, такие же глаза. Да, такой девице лорд Арен точно своего сына не отдаст!

— Взамен покажете место, где вы его обнаружили. Эрик писал, это где-то за городом, на какой-то мельнице, но я предпочитаю первоисточники, то есть вас.

Однако магистра мое лицо волновало меньше прошлогоднего снега. Сомневаюсь, будто он вообще заметил мою гримасу.

Видимо, чтобы ускорить дело, магистр подхватил меня под руку и уверенно повел в нужном направлении. Не сомневаюсь, лорд Арен заранее изучил карту Брекена и его окрестностей. Он такой: обстоятельный, готов к любым поворотам судьбы, его не подловишь каверзным вопросом. Кстати о вопросах… Кажется, у меня найдется один.

— Эрик вам писал?

Нагло сместила пальцы магистра чуть выше: неудобно.

— Разумеется, — невозмутимо кивнул лорд Арен. — Я в курсе всего, что происходит в Брекене.

Помолчав, он нанес сокрушительный удар:

— Эрик здесь по моему заданию.

Споткнувшись, я едва не упала, второй раз за день повиснув на руке мужчины. Готовить надо к таким новостям, если не хочет ловить бездыханное девичье тело.

Ну Эрик, ну жук! Спасать он меня приехал, с папочкой повздорил!

Не в силах совладать с эмоциями, отвернулась, пряча гримасу досады. Не то чтобы я собиралась замуж за Эрика, вовсе нет, магистр может не беспокоиться, но обидно. Зачем было врать, почему нельзя было сказать все, как есть! Выходит, Эрик мне не доверял.

От обиды на глаза навернулись слезы.

Как я могла! Дважды вляпалась в одного и того же Арена. И дважды же опозорилась перед его папочкой. Вон он стоит, смотрит. Молчит, но и так понятно, о чем думает. Дура Феммор возомнила, будто Эрик примчался в глухомань ради ее прекрасных глаз. Взмахнул мечом, убил дракона, тьфу, Ричарда Олбани, прибавил жалование и унес на радужном единороге на облако.

Почему, почему я такая наивная дура?!

Если бы не деликатное покашливание магистра, я продолжила бы сеанс самобичевания до утра.

— Платок нужен? — неожиданно безо всякого сарказма предложил он и, не дождавшись ответа, протянул батистовый квадрат с вышитой монограммой. — Вы до сих пор влюблены?

Вопрос я оставила без ответа, но платком воспользовалось: зареванной перед Эриком я не покажусь. Пусть он трижды козел, хочу выглядеть хорошо.

— Зато он активно интересовался вашей судьбой. — Лорд Арен мягко потянул меня за руку, понуждая продолжить путь. — Признаюсь, я не считал нужным его присутствие в Брекене, с заданием справился бы любой другой, но раз уж так совпало… Скажите, леди Феммор, как вы умудряетесь вечно оказываться в эпицентре событий?

Пожала плечами. Само выходит. Да и пока совершенно непонятно, о каких событиях речь. Вылупление Дика? Не спорю, его существование — сенсация для научного мира.

— Надеюсь, — строго поинтересовался магистр, — вы переберетесь в замок Рурк? При всем уважении к каунтским коллегам, я не оставил бы выпускницу их школы один на один с возможным преступником.

Вроде, вежливо, а будто помоями облили. Лорд Арен умел.

— Милорд говорит загадками. — И мне это порядком надоело. — Каким таким преступником? Ричардом Олбани? Так лорду Рурку привиделось, голову напекло. И вообще, у него личное. Я ему отказала.

Дело было немного не так, мы взаимно друг другу отказали, но моя версия звучала эффектнее.

Магистр фыркнул:

— Ох уж эти женщины! Зачем вам знания, магия, если вы не способны применить их на практике. Выходите замуж — вот ваше предназначение. Лорд Натан Рурк — уважаемый человек, сын еще более уважаемого человека и не станет шутить подобными вещами. Именно из-за него я здесь. Думаете, мне нечем больше заняться во время летних каникул? Так отдыхаете только вы, студенты, а руководство академии решает кучу финансовых и административных проблем.

Мне бы промолчать, тон и выбранные собеседником выражения красноречиво на это намекали, но разум упорно не поспевал за языком.

— Да уж, лорд Рурк — уважаемый человек! — пренебрежительно фыркнула я. — Лишен титула и сослан сюда за убийство.

— По крайней мере он здесь по уважительной причине. В отличие от вас, — иронично заметил лорд Арен. — Или в Каунте вы тоже кого-то убили? Ради разнообразия отравили или снова подожгли?

В этот раз я была краткой:

— Нет.

— Жаль! — протянул магистр. Не удивилась бы, если бы он всерьез огорчился. Еще бы, преступница не оправдала ожиданий, не пошла по наклонной. — Надеюсь, за первую свою выходку вы извинения принесли или трусливо сделали вид, будто ничего не случилось. Не мне, не мне, Феммор, — предупредил он мои возражения. — Вашей жертве.

Прогулка до конторы окончательно превратилась в жестокую расправу. Вместо ножей лорд Арен ловко орудовал словами. Верно говорят: прошлое никуда не девается. Оно нагнало меня после получения диплома, ударом под дых отправило назад, в кабинет грозного ректора. Тогда, шесть лет назад, мне удалось избежать знакомства с раскатами гнева лорда Арена. И вот теперь я, вновь притихшая, пристыженная студентка, оказалась наедине с вершителем судеб. Мнилось, будто город исчез. Стены домов угрожающе надвинулись, небо скрыл сводчатый потолок старой башни, а за спиной захлопнулась дверь, отрезав меня от счастья и света.

— Да! — в некоторых случаях лучше соврать. — Я… Я очень изменилась, милорд, я больше так не поступаю!

Магистр в сомнении покачал головой. Сколько бы лет ни прошло, в его глазах я по-прежнему поджигательница и скандалистка. Не знаю, чем бы закончилось наше общение, если бы Эрику не вздумалось выйти навстречу отцу.

— Я думал, ты откроешь портал прямо в контору.

Широко улыбаясь, он протянул родителю руку. Тот пожал ее — все как полагается среди взрослых, равных мужчин.

— Да вот решил взглянуть на плоды трудов твоих подчиненных.

Магистр указал на меня и наконец отпустил.

— Ты был там? — Разговор из непринужденного родственного мгновенно превратился в деловой.

Эрик кивнул.

— Боюсь, порадовать тебя нечем. Следов жертвоприношения я не нашел.

Так и подмывало воскликнуть: «Я же говорила!», но разум уже забрал бразды правления у языка, поэтому предпочла послушать.

— Но что-то же там есть, верно, иначе бы милорд не просил о помощи.

Нахмурившись, лорд Арен сверлил глазами лицо сына.

Эрик снова кивнул и протянул отцу… еще одно драконье яйцо.

— Хм!

Магистр повертел его в руках, постучал пальцем по пятнистой скорлупе и зачем-то поднес к уху.

— Мертвый! — с сожалением констатировал он и вернул яйцо сыну. — Что-то еще?

— Сущая безделица — запонка и следы присутствия нежити.

Бум!

Я со всего размаху плюхнулась на пятую точку. Учитывая, что падать пришлось высоко, никто стула не подставил, ушиблась.

Ну, Эрик, ну остряк! Безделица — нежить! Надеюсь, не высшая. Хотя мне и какого-нибудь зомби хватит для того, чтобы раз и навсегда забыть об одиноких прогулках.

Мужчины даже не заметили потери бойца: настолько их увлекло безрадостное открытие.

— Не мне тебя учить, нежить из ниоткуда не появляется. — Лорд Арен нервно почесал переносицу. — Без ритуала уж точно. Выходит…

— Выходит, кто-то успел замести следы. Либо мы не там искали. В любом случае я намерен допросить Ричарда Олбани, для этого и вызвал тебя. Твой авторитет… — Эрик несколько смутился. — Он не посмеет отказаться.

— Он-то не посмеет, — пробурчал магистр, — но меня волнует другое: ты опять прячешься за мою спину.

— Ну знаешь!

Эрик вспыхнул и полоснул отца взглядом из-под насупленных бровей.

— Остынь! — миролюбиво протянул лорд Арен. — Мне нравится тебя дразнить, а ты каждый раз поддаешься на провокации. Обещаю больше не позорить перед подчиненными.

* * *

— Вы с ума сошли! Это чей-то глупый розыгрыш!

Ричард перевел взгляд с одного Арена на другого, но не нашел на их лицах и следа улыбки.

— То есть вы серьезно? — нахмурился он и заерзал на колченогом стуле, который водрузили посреди кабинета Эрика, как в дешевом бульварном романе. — Вы обвиняете меня, — с каждым словом его голос крепчал, поднимался на одну октаву, — сына виконта Олбани в колдовстве?

— Чернокнижии и некромантии, — педантично поправил магистр.

— Но это бред!

Ричард рывком поднялся на ноги, но легшая на плечо ладонь лорда Арена заставила его опуститься обратно на стул. Глаза лорда Олбани подозрительно забегали, он явно нервничал. Характерно — боялся не Эрика, а его отца.

— То, что я… Словом, мое прошлое не дает вам права обвинять меня на пустом месте, — чуть успокоившись, продолжил он. — Да, признаю, — Ричард с вызовом посмотрел на бесстрастного лорда Арена, затем почему-то на меня, скромную зрительницу в углу, которой поручили запротоколировать допрос, — в юности я был глуп, связался с дурной компанией, за что и поплатился. Но прошло много лет. Свое наказание я отбыл и уж точно не собираюсь возвращаться к прошлому. С чего вдруг вы решили, будто тот человек — я? Да и вы сами подтвердили, следов жертвоприношения не нашли.

— Я найду, — самоуверенно пообещал магистр.

Я ему верила. Уж лорд Арен откопает их даже под землей!

— Вот когда найдете, у нас появится предмет для разговора. Пока все писано вилами по воде и слишком похоже на оговор. Леди Феммор подтвердила, между ней и лордом Рурком случился конфликт на брачной почве. — Тут Эрик громко фыркнул, но оставил комментарии при себе. — Да и мой отец тоже мог… Словом, в интересах лорда Рурка всеми правдами и неправдами вернуться в столицу, вот он и выбрал самый простой способ — оболгать меня.

— Виконт Олбани — давний оппонент герцога Шерпского в совете, — специально для меня пояснил магистр.

Правда, никакой ясности этот факт не принес, наоборот, все еще больше запутал.

— Он его отец, — смилостивился над прогуливавшей уроки генеалогии Эрик. — Ну, герцог — Натана. Я сам недавно узнал, — развел руками он, — думал: дальний родственник, оказалось — младший сын.

Мир перевернулся и со всего размаху ударил меня по голове. Бум! Зато теперь стало понятно, почему Натан отнесся ко мне в оранжерее с таким презрением. Не пара мы, не пара. И почему отец так перед лордом Рурком пресмыкался, тоже поняла. Вот тебе и королевский бастард! Шерпские — это… Да почти принцы! И со старшим братом Натана я знакома: он стоял в одном углу бального зала, я — в другом, слушала, как Доротея с подружками вздыхает по женатому наследнику райских кущ. Уверена, младшему тоже много перепадет: герцог очень богат.

— Милорд ввязался в нехорошую историю из-за женщины, — закончил экскурс в историю Арен-старший. — Убил человека и, как недавно изволила метко выразиться леди Феммор, лишился титула и поселился в дальнем родовом имении. Жаль! Молодой человек строил неплохую карьеру на дипломатическом поприще, а прежде — на ниве внутренних дел.

Механически записывая дальнейшие вопросы и ответы, пыталась остудить превратившуюся в кипящую кастрюлю голову.

Я-то думала, что он лорд сам по себе, а это, оказывается, титул учтивости, как у Ричарда. Младших сыновей герцогов, маркизов и виконтом традиционно именовали лордами, тогда как их старшие братья с рождения становились графами, виконтами и баронами. Со временем, выпорхнув из гнезда, и старшие, и младшие обзаводились своими собственными коронами на гербах. Кому они отходили по наследству, кому, как следовало из намеков лорда Арена, доставались потом и кровью.

Заерзав, исхитрилась выглянуть в окно.

Ну где там экипаж Натана? Или после нашего дневного разговора он забрал свое слово назад? Эх, а я только настроилась! Когда еще удастся побывать в родовом замке Шерпских, послушать достойную пера романиста историю любви? Наверняка убитый оскорбил даму сердца Натана, и тот, презрев увещевания отца, вызвал его на дуэль. И теперь возлюбленная нашла лорда, приехала скрасить будни вынужденной ссылки.

Женское сердце — темный предмет. Совсем недавно практически ненавидела Натана, а теперь питала к нему противоположные чувства. Большинство на его месте выбрали бы карьеру, а он — женщину. Вот бы и мне такого рыцаря! Он бы победил папеньку, Ричарда… Стоп, а что там с Ричардом? Я так увлеклась мыслями о лорде Рурке, что окончательно упустила нить допроса. Глянув в блокнот, убедилась, упустила капитально, так как вместо слов уже рисовала цветочки.

Оказалось, события так и не сдвинулись с мертвой точки. Ричард признавал грехи молодости, но категорически отказывался брать на себя новые. Словом, следствие зашло в тупик, да так бы там и осталось, если бы не появление Натана. Он не забыл про данное обещание, приехал сам и удачно оказался в гуще событий.

— Милорд, — тут же напустился на него изрядно взвинченный Ричард, — можете ли вы перед ликом Всевышнего поклясться, будто видели именно меня? Что мои руки обагрились кровью птицы, что я скормил ее… Тьфу, гадость какая! Что я призывал демонов и тварей Хеля? Если да, я готов немедленно драться с вами, чтобы доказать свою невиновность.

Присутствующие, я в том числе, замерли. Никто не ожидал подобного поворота событий.

— Я бросаю вам вызов! — продолжал распаляться Ричард. — Если мне не верят, собственной кровью восстановлю справедливость.

«Натан — один лучших фехтовальщиков Ромнии», — шепнул мне Эрик. То есть шансов у Ричарда нет. Самоубийство. Однако он ни капельки не боялся, смело смотрел в глаза оппоненту.

Полагала, Натан попросит Эрика и его отца стать секундантами, но тот неожиданно отказался от дуэли.

— Я не стану с вами драться. Равно как не стану присягать перед ликом Всевышнего, что видел именно вас, — отведя взгляд, глухо произнес лорд и, крутнувшись на каблуках, вышел прочь, даже не попрощавшись.

Мы с Эриком недоуменно переглянулись. Что это было, неужели Натан струсил? А как же дворянская честь? Так или иначе без показаний лорда Рурка обвинение рассыпалось как карточный домик, и Ричарда пришлось отпустить. Последнее меня порадовало. Может, мы и не жених и невеста, но Ричард хороший человек, он не мог перерезать курице горло. Натан же… Еще недавно он был прекрасным принцем, а теперь упал с невидимого пьедестала на землю, превратившись в обычного трусливого лгуна.

— Верни Дика! — всучив Эрику блокнот с небрежно составленным протоколом, потребовала я. — А еще потрудись объяснить, как он оказался у твоего отца. Это ты его украл?

И плевать на тихий смешок магистра за спиной, пока его сынок все не расскажет, не выпустит несчастного крыластика, из конторы не выйдет. Я маг и чуточку ведьма, я такие приемы знаю!

Глава 15

— Да, я грешен! — повинился Эрик.

Многообещающее начало!

Подперев голову кулаком, приготовилась выслушать скорбную повесть, а заодно выпить чаю: плохие новости лучше принимать на сытый желудок. Хотела предложить чашечку и лорду Арену, но тот испарился прежде, чем успела открыть рот. Не в буквальном смысле, без порталов, просто ушел, сразу вслед за Ричардом. Куда и зачем, разумеется, не сказал. Ну да, кто мы такие: сын, какая-то очень бывшая студентка…

— Хочешь? — подвинула свободную пустую чашку Эрику.

Не пропадать же!

Но Арен, похоже, диагноз: Эрик тоже отказался. Специально понюхала банку с чаем, внимательно осмотрела чашку со всех сторон, даже на просвет. Нормальные. Ни сколов, ни яда, даже жучки не завелись. Брезгуют. А я привыкла. В Каунте и не такую бурду приходилось пить.

— Ну давай уже, грешник, облегчай душу! — рассмеялась я и хлебнула терпкого напитка.

На самом деле смешно мне не было. Страшно подумать, что могли сотворить изверги с маленьким Диком! Он даже огонь изрыгать нормально не научился, а они… Все равно что с ребенком воевать.

— Эмм… — Эрик явно тянул время и все посматривал на дверь в поисках спасения.

Не дождется!

— Дракон, — решила я чуточку помочь кающемуся. — Магистр сказал, он у тебя.

— У него, — ошарашил собеседник. — Не здесь, в столице.

Досчитала до десяти, за неимением воды вновь хлебнула чаю и только тогда тихо поинтересовалась:

— Как он там оказался?

Второй вопрос «зачем» оставила на сладкое.

Эрик засопел, виновато отвел глаза. Темнит, темнит моя первая любовь!

— Ну… Я ему рассказал, он велел… Но с драконом все хорошо! — поспешил заверить Эрик, заметив, как напряглись мои пальцы, сжимавшие чашку.

— Надеюсь, — мрачно пробормотала я.

В сохранности Дика я сильно сомневалась. Нет, я безумно уважала лорда Арена-старшего, признавала его заслуги перед наукой, но одновременно знала, на что он способен пойти ради науки. А тут единственный дракон в королевстве… Определенно, Дика надо было спасать, причем немедленно.

— Послушай, ты решил пойти по стопам лорда Рурка? — Прежде за Эриком робости не наблюдалось, а теперь он цедил слова в час по чайной ложке. — Боюсь, до его пьедестала ты не допрыгнешь. Сомневаюсь, будто с ним отныне станут здороваться.

Что верно, то верно, отказом драться Натан нанес сокрушительный удар по своей репутации. Куда уж мне со своими поджогами и побегом! Трусость — непростительная черта в делах чести. Тут же Натан и вовсе оклеветал Ричарда, вдобавок не захотел отвечать за свои слова.

— Или ты тоже с позором избежал дуэли, а в отместку отец приказал тебе добыть дракона?

Спросила в шутку, а ответ получила абсолютно серьезный.

— Типа того, — кисло кивнул Эрик. — Только это не наказание, а поручение. Словом, я не ради тебя сюда приехал.

Таковы все прекрасные принцы! Еще недавно они кружат тебя на балах, шепчут, что костьми лягут, но не отдадут всяким Ричардам, и вот ты уже побоку.

— А ради кого?

Вспомнились слова отца о невесте Эрика. Может, таковая тоже имелась.

Не мужчины, а одно сплошное разочарование! Хоть бы один нормальный нашелся.

— Видишь ли, — Эрик на всякий случай запер дверь, — это секретная информация.

— Обещаю молчать. Или ты сомневаешься, будто я способна держать язык за зубами?

Эрик, видимо, не сомневался, потому что сразу заговорил бойчее, без налета пафосного трагизма.

— Отец ищет проход в другие миры. Возле Брекена слой материи истончается… Ну да тебе это не интересно, — пропустил он нудную теорию. — Словом, мы предполагали, что тут может что-то случиться. Оно и случилось. Поступил сигнал, а тут как раз освободилось место начальника местной службы…

— … и лорд Арен подсуетился, запихнул тебя сюда, — насупившись, подытожила я.

Теперь понятно, кому и что строчил Эрик по вечерам. О Дике папеньке тоже доложил и, пока я болтала с Марианной, нагло спер, порталом закинул в лабораторию. Она рисовалась мне чем-то вроде пыточной камеры, с разнообразными пилами, щипцами, реактивами и жуткими приспособлениями для причинения боли. Бедный мой Дик! Представила его трогательную мордочку и едва не расплакалась.

— Дракона верни, изверг! — жестко потребовала я. — Иначе отравлю. Обоих. Или нет. — Надо выбрать что-то более мучительное. — Посконником напою, а все ведра и тазики спрячу.

— Беру свои слова насчет вашего образования обратно. Основы ведовской магии в вашу голову вложили. — Увлекшись выяснением судьбы Дика, мы пропустили повторное явление лорда Арена. Разумеется, запертая дверь не стала ему преградой. К тому же замок там хлипкий, даже я шпилькой взломаю. — Но на будущее советовал бы в отношении мужчин другое средство. Нет ничего хуже неразделенного плотского влечения. Добиться его просто: достаточно смешать одну четверть…

Хвала Всевышнему, магистр заметил мои красные уши и замолчал. А так бы, уверена, весь рецепт продиктовал, еще подробно расписал стадии его воздействия.

— Спасибо, учту, — буркнула я и спрятала волнение за чашкой чая.

И применять на нем не стану, а то внезапно проснусь беременной. Лорд Арен — это вам не Ричард, это намного хуже и точно надолго. Да и где гарантия, что он тоже меня чем-то не напоит?

— Эрик, ты уже ей сказал? — Магистр обратил пристальный взгляд на сына.

— Почти, — обтекаемо ответил он.

— Боишься ранить чувства дамы?

— Нет никаких чувств! — чувствуя, что становлюсь бордовой, как свекла, пискнула я.

Вышло так, будто я по уши влюблена в Эрика.

— Тем лучше. Надеюсь, вы так же не питаете их к Ричарду Олбани. — Теперь препарирующий взгляд лорда Арена обратился на меня. — Эрик здесь именно из-за него. У меня есть основания подозревать, что Ричард Олбани крайне опасен для общества.

— Но ведь лорд Рурк солгал, иначе… Он ведь струсил, не принял вызов.

Магистр укоризненно покачал головой:

— Не судите о том, в чем не разбираетесь. Лорд Рурк поступил верно. Ему нельзя было драться.

Я ожидала услышать продолжение, но его не последовало. Магистр сменил тему и принялся выспрашивать меня о женихе. Мол, не замечала ли я за ним странностей.

— Да нет, — задумчиво почесала нос, припоминая. — Обходительный, гостиницу хотел оплатить…

— Тень не отбрасывает и куриц режет, — ехидно продолжил за меня Эрик.

Пары вины благополучно выветрились, и он превратился в прежнего самоуверенного Арена-младшего.

— Не отбрасывает тени? — напрягся магистр.

И почему-то уставился на меня. Спрашивается, как почувствовал, что я тоже знала, но смолчала?

— Голову напекло, показалось. И вообще, — устав от глупого допроса, огрызнулась я, — если вы его подозреваете, арестуйте. Меня вот ругаете, но сами не лучше, — в конец осмелев, бросила камушек в огород лорда Арена. — Драконов воруете, сплетни собираете.

— Как, — изумился магистр, — Эрик до сих пор не вернул его? Занятный экземпляр — Draco aurea parva. Один из самых миниатюрных видов, так что, если захотите оставить в качестве домашнего питомца, проблем не возникнет. Высота в холке не превышает четырех метров у мужских особей и трех у женских. Основная фаза роста приходится на первый год жизни, поэтому не удивляйтесь стремительным переменам. Травояден. Разумен, но, как всякое существо, без твердой руки вырастает капризным и своевольным. Справитесь?

Лорд Арен в сомнении покосился на меня. Кивнула. Даже если не справлюсь, дракон вырастет на природе, а после можно его и в другой мир вернуть. Эрик говорил, тут материя тонкая, сделаю еще одну дырку и засуну обратно.

— Чудесно! — довольно кивнул магистр и пожаловался: — А то ваш питомец срывает подготовку к новому учебному году. Надеюсь, — прищурился он, — это не вы научили его ругательствам?

— Скорее, Эрик, — хихикнула я, представив, каких трудов стоило Арену-младшему затолкать Дика в клетку.

— Он жутко кусался, — развел руками пристыженный горе-учитель.

— Кого я ращу? — задался скорбным риторическим вопросом лорд Арен. — Пора, пора всерьез заняться нравственным воспитанием студентов!

Нет, пожалуй, с возвращением в академию я повременю, дождусь, когда воспитательный пыл ректора немного угаснет. Зная лорда Арена, он может заставить изъясняться высокопарным языком бабушек и сечь по субботам за каждое, даже безобидное сквернословие.

— Между тем я обнаружил нечто занятное, — как ни в чем не бывало продолжил магистр. — Неподалеку от вашего сада, Джейн.

Внутри меня все похолодело. Занятным для лорда Арена могло быть только нечто-то ужасное. И ведь угадала!

— След от портала? — часто заморгала я. — Не вашего?

Магистр промолчал, но во взгляде читалось: «По-вашему, я свой портал не отличу от чужого?»

— И куда он ведет?

Зябко повела плечами и обняла уже остывшую чашку.

Хм, Эрик исчез. Наверное, пошел за Диком.

— В Комберг.

— Комберг? — недоверчиво переспросила я.

Признаться, я ожидала услышать: «На просторы Изнанки», а то и вовсе в Хель, а тут всего-то столица.

— Точнее не скажу: в последний раз порталом пользовались с месяц назад. Вы жили в гостинице, скажите, никто из постояльцев?..

Встрепенулась:

— Был один! Странный такой. Никогда к завтраку не спускался, днем из номера носа не высовывал. Но там ведь ничего, никаких ритуалов? — встревоженно уточнила я.

— Новых — нет.

Магистр задумчиво потер переносицу, насупил брови.

— А старых?

Вот тебе и тихий городок! Да я всю свою жизнь столько потустороннего не видела, как здесь! Ладно, пока только слышала, но раз лорд Арен-старший говорит: есть, оно точно есть.

— Я нашел то место. На излучине реки, чуть выше старой мельницы. Немного не совпадает с координатами, которые предоставил лорд Рурк, но он мог ошибиться, в темноте это несложно. Кто проводил ритуал, не скажу, вопреки мнению обывателей, — тут магистр презрительно хмыкнул, — подписей чернокнижники не оставляют. Призыв нижнего уровня. Полагаю, той самой нежити, которую милорд Рурк по незнанию принял за демона. Более ранние следы Эрик обнаружил у мельницы. Правда, в тот раз никого не призывали, просто совершили обмен: драконьи яйца на что-то важное для существа из другого мира. Но, увы, вы его опередили, забрали дракона. А вот, кстати, и он!

Лорд Арен живо обернулся к двери, за которой слышалась возня.

— Свободу драконам! — скандировал Дик.

Судя по приглушенным ругательствам Эрика, в промежутках между выкриками дракон пытался приготовить из него яичницу.

Мне бы рассердиться, а я раздулась от гордости. Растет, растет, мой крыластик, уже такой сильный, самостоятельный!

— Вот, держи!

Растрепанный, бесплатно получивший новую экстравагантную стрижку Эрик с облегчением водрузил на стол клетку с Диком. Примечательно, при виде лорда Арена проказник присмирел, даже хвост поджал. Все в Ромнии боялись страшного и ужасного магистра магии.

— Сколько шума! — укоризненно цокнул языком тот и, бесстрашно просунув палец между прутьев, коснулся алого гребня на спине.

Перепонка третьего века Дика дрогнула. Предатель, ему нравилось!

— А лорд женат? — окончательно обнаглела крытая скотинка. — Мама Джейн могла бы…

Отчаянно замотала головой. Мол, я ни сном ни духом, это он сам! Но лорд Арен и не подумал обвинить меня в корыстных матримониальных планах.

— Женат и даже обзавелся потомством, — он кивнул на Эрика. — Так что твоей Джейн придется искать кого-то другого.

Задобрив натерпевшегося питомца сочным яблоком, отпустила его полетать. За окном стемнело, примут за галлюцинацию. Сама же задумалась, где провести предстоящую ночь. Снять комнатку с пансионом я не успела, Натан вместе с экипажем растворился в закатных лучах солнца, в гостинице небезопасно. Вот если бы за стенкой поселился магистр, я бы не паниковала, но тот наверняка остановится у сына. Да и не спрашивать же у него о планах на ночь, неправильно поймет, особенно в свете болтовни Дика.

— Вас проводить? — вопрос лорда Арена застал меня врасплох.

— Куда? — чуть заикаясь, уточнила я.

— Лорд Рурк был столь любезен, что согласился приютить нас обоих.

— Но…

Одна девушка и один мужчина — это разврат. А одна девушка и двое мужчин — уже групповой разврат в глазах общественности. Тут проще прямиком в Хель прыгнуть, чтобы не мучиться.

— Полагаю, Эрик тоже может составить нам компанию, — будто издевался магистр.

Хотя почему — будто, судя по едва блуждавшей усмешке, он прекрасно знал, что говорит.

— Раз уж вы такая ведьма, могу показать действенный рецепт. Подопытные тоже имеются, на любой вкус. У меня, правда, иммунитет, но да я вам и не интересен, верно?

— Отец, полно! — укоризненно глянул на него Эрик. — Джейн не такая. Она действительно изменилась, хороший специалист, а не охотница за мужьями. Хватит над ней издеваться!

— Я только начал, но раз хватит, то хватит, — пожал плечами Арен-старший.

Огонек внутри его глаз потух, они сделались прежними, холодными, оценивающими.

— Насчет лорда Рурка я абсолютно серьезно. Пока все не решится, пока я не найду нежить, не развею свои сомнения, вам придется пожить у него. Насчет моральной стороны вопроса не волнуйтесь. Я сегодня же напишу баронету Феммору и все ему объясню. Опять же мое присутствие станет гарантией вашей чести. Не надо хмыкать, леди Феммор, — насупил брови магистр. — Не знаю, какие слухи распускали обо мне в общежитии обиженные девы, но их внимание мне не льстило, а досаждало. И не одна не добилась даже поблажки на экзаменах, не то что взаимности. Под ней я понимаю любое проявление внимания, а не только романтические чувства.

Да я и не сомневалась. Любить лорда Джеймса Арена — заранее безнадежное дело. Десять из десяти, что ты окажешься на улице с приказом об отчислении, а не в его постели. Так что, может, я поторопилась, и магистр сумеет положить на обе лопатки местное общественное мнение. Хорошо бы и квартирную хозяйку Эрика припечатал. Наябедничать? Покосилась на лорда Арена, подумала и решила: не стоит. Лучше новый садик разобью, специально для нее. Заодно можно внезапно воспылать любовью к кулинарии и щедро одарить всех своих доброжелателей пирожками с начинкой по эксклюзивному рецепту.

* * *

— Я боюсь!

Может смеяться, издеваться, но ноги моей в портале не будет!

— Это безопасно, — в стотысячный раз повторил магистр.

Поражаюсь его терпению! Другой бы давно послал, накричал, а тут образцовый педагог.

Помотала головой и сделала шаг назад, к спасительному крыльцу конторы.

На коляске поеду, на телеге, шарабане, хоть пешком — порталом нет.

— Даже не любопытно? — зашел с другой стороны лорд Арен.

Ну… Самую малость. Но не настолько, чтобы подвергать свою жизнь опасности.

— Решайся, Джейн! — проворковал устроившийся на плече Дик.

И он туда же, предатель!

Сдавшись перед превосходящими силами противника, тяжко вздохнула, мысленно попрощалась с жизнь и закрыла глаза. Все, разрывайте меня на снежинки!

— Маги не должны бояться магии, — ворчливо заметил магистр.

Его рука накрыла мою. Теплая ладонь — холодную.

— Ближе. Еще ближе! Вот так. Теперь просто стойте и не дергайтесь. Когда скажу сделать шаг, шагайте.

Аааа!

Меня словно засунули в ледник, предварительно ударив чем-то тяжелым по голове. Однако насладиться всеми прелестями тошноты и окоченевших конечностей я не успела. Жаловаться тоже раздумала, вместо этого во все глаза уставилась на замок Натана. Даже после сегодняшнего рассказа о происхождении лорда я представляла его небольшим, старым и обветшалым, а тут… Да я могу неделями играть с Натаном в салочки и не догнать его.

— Впечатляет?

Вместо ответа издала нечленораздельное мычание и стряхнула снежинки с плеча.

— Родовое гнездо Шерпских, — вместе со мной любуясь грандиозным строением, протянул лорд Арен. — Давно забытое, покинутое, но… Странно, — он стрельнул глазами по моему лицу, — что вы, дочь баронета, не слышали о замке Рурк.

— А должна была? — спросила, но уже знала ответ.

Девице моего положения положено с пеленок разведать и вызубрить назубок имущество потенциальных женихов.

Магистр не ответил и подтолкнул меня к обвитой плющом арке — остаткам внешней стены. Со временем то ли за ненадобностью, то ли из-за ветхости ее разобрали. Подозреваю, что камни осели на многочисленных фермах в округе. Ров тоже засыпали. Вместо него разбили яблоневый сад — получилось необычно и красиво. Представляю, какой аромат витал здесь весной!

— Поторопитесь! Не желаю пропустить ужин.

Однако не пропустили мы совсем другое.

— Я, кажется, предельно четко выразился: не желаю вас больше видеть, — прогремел голос Натана.

Сначала я решила, что речь обо мне, даже заготовила речь, но потом сообразила, лорд Рурк меня не видел. Он стоял спиной к нам, прислонившись к одной из яблонь. Приглядевшись, заметила в сгущавшихся сумерках давешнюю красотку. Она успела переодеться и щеголяла в легкомысленном муслиновом платье в цветочек.

— Ах, как же быстро вы переменились, Натан! — всплеснула руками шатенка. — А ведь совсем недавно клялись мне в любви…

Нахмурившись, лорд Арен потянул меня за рукав. Мол, подслушивать нехорошо. Но если этим не брезговал папочка, то и мне можно. Тут заодно и Дик подоспел, численный перевес оказался на нашей стороне, и магистр вынужден был признать поражение, стать пятым лишним в ссоре влюбленных.

Вытянув шею, я отчаянно боролась с желанием подобраться ближе. Интересно же, в кого там влюблен младший сын герцога. Наверное, в баронессу или графиню. Вроде, Натан дрался из-за этой красотки на дуэли… Взгрустнулось. А ради меня никто и пальцем не пошевелит. Не подумайте, я не хотела ничьей крови, но хотя бы мелкий подвиг совершить можно? Эрик вот, вроде, совершил, а оказалось — по заданию отца.

События между тем стремительно развивались и все меньше походили на разговор влюбленных.

— О чем теперь крайне сожалею. — В голосе Натана не было ни толики тепла. — Я был крайне неопытен, вы завлекли меня в свои сети… Как я только мог верить вам! — сокрушенно покачал головой он. — На ваших руках кровь, не на моих.

— Но тот человек оскорбил меня, вы сами видели!

Незнакомка явно нервничала, то и дело поправляла ленты шляпки.

— Я видел лишь то, что вы хотели, — возразил Натан. Отлепившись от дерева, он вплотную подошел к шатенке, взял ее двумя пальцами за подбородок. — Какая красивая оболочка и какое гнилое нутро! Мне обо всем известно, Синтия, хватит ломать комедию! И о письмах, и об истинном характере отношений с покойным Валердом, о роде вашего интереса ко мне. Хотя правильнее будет сказать, интересе к моему отцу и членам совета. Ну и бумагам, которые проходили через мои руки. Кое с чего вы успели снять копии.

— Все это грязная ложь, наветы клеветников! Милый, дорогой, единственный, — пылко зашептала Синтия и всем телом прижалась к будто окаменевшему лорду, — я приехала сюда, к вам, разве это не лучшее доказательство моей невиновности?

Она мягко отвела его руку от лица, попыталась поцеловать, но Натан оттолкнул ее и быстро зашагал прочь. К счастью, он направился не в нашу сторону, иначе плакал бы ночлег лорда Арена!

— Высокие отношения! — прокомментировал Дик.

— Да куда уж выше! — пробормотала я, пристально наблюдая за Синтией.

Сначала она смотрела вслед удаляющемуся Натану, выглядела потерянной и раздавленной, а потом, словно сбросив змеиную кожу, зло прошипела:

— Ты еще пожалеешь!

Растерянно оглянувшись на магистра, убедилась, что он склонен донести до лорда Рурка последнюю реплику дамочки. Так, на всякий случай. Может, она задумала пустить обычный грязный слушок, а, может, подкараулит с ножиком в темном переулке. Как известно, обиженная женщина — самое страшное и непредсказуемое оружие.

Глава 16

— Ну что же вы, проходите!

Натан рассеянно смотрел мимо меня и магистра, мыслями витая где-то далеко. Хотя почему где-то — его занимала вполне конкретная дама, затерявшаяся в дымке яблоневого сада. Она пронеслась мимо нас словно вихрь, задела меня плечом и даже не извинилась. И лицо было такое… Злое. Словом, я оставила замечания о дурном воспитании при себе.

Показалось, или лорд Арен узнал Синтию? Он и головы не повернул ей вслед, но выражение лица вдруг резко изменилось: на нем застыло презрение. Я слишком хорошо знала, что скрывалось за поджатыми губами и окаменевшими скулами. Как не оправдавшая ожиданий, я регулярно удостаивалась подобной гримасы от родителей. Чаще от папеньки, реже от маменьки.

— Надеюсь, вы не откажете в гостеприимстве не только мне, но и леди Феммор с ее питомцем?

Словно школьницу, магистр чуть подтолкнул меня за плечи, понуждая выйти вперед.

— Эмм, я совсем не настаиваю… — проблеяла я.

Вряд ли Натану понравится, что свидетельница его позора поселилась тут же, под боком. Он ведь уехал тогда — выходит, аннулировал прежнее приглашение.

— Зато я настаиваю, — подал голос Дик и, проигнорировав мое грозное шиканье, встал на крыло. — Мне здесь нравится: просторно.

Дракончик описал пару кругов под высоким потолком старинного холла и приземлился на каменный щит с гербом владельцев замка. Ну все, сейчас нас обоих вышвырнут прямо в пасть нежити, никакой лорд Арен не спасет.

Молитвенно сложила руки:

— Слезай немедленно!

Какое там! Словно издеваясь, Дик прошелся по кромке щита и опробовал когтем геральдический завиток, поскреб, проверяя, крепкий ли.

— Это не терновник! — авторитетно заявил крылатый паршивец и наклонился, прикидывая, как бы исправить оплошность резчика.

— Откуда тебе знать! — Во мне взыграло раздражение. — Ты вообще никогда терновника не видел!

Вот ведь егоза крылатая, вредитель иномирный, он сейчас каменной крошкой нас осыплет! А если щит не выдержит, упадет? Прикинула высоту, скорость полета… Мамочки, это же целых три трупа! И если мой вряд ли кого-то опечалит, то за два других, весьма ценных и полезных для общества, выставят счет. С Дика взять нечего, скотинка недееспособная, пусть и дракон, выходит, взыщут с отца. То есть опять Джейн виновата, даже умереть нормально, без скандала и потерь для репутации семьи не могла.

— Я знаю, — стоял на своем Дик. — У него другие ягоды, вот такие.

Раз, и гербу был нанесен непоправимый удар. Хвостатый скульптор вместо долота пользовался когтями и закреплял результат обжигом драконьим огнем.

— Я сейчас, я…

В отчаянье всплеснув руками, кинулась к лестнице, по дороге прихватив зонтик, столь любезно оставленный дворецким или кем-то еще в специальном держателе.

Перепрыгивая через ступеньки, я взобралась на площадку между вторым и третьим этажом.

— Кыш, кыш оттуда!

Орудуя зонтиком, словно шваброй, я перегнулась через перила, пытаясь достать мелкого пакостника. С тем же успехом могла грозить звездам. Дика происходящее только забавляло, а вот Натана — не очень.

— Осторожнее, Джейн, вы упадете! Спускайтесь!

Ну уж нет, пока не спасу фамильный герб Шерпских, не успокоюсь.

И я с удвоенным азартом принялась тыкать в дракона зонтиком. И доигралась.

Сама не поняла, как все произошло. Наверное, в пылу азарта я потеряла равновесие, может, слишком умная голова перевесила, но так или иначе ноги оторвались от пола, и я полетела вниз. Испугаться толком не успела. Неловко взмахнула руками, словно крыльями. Бесполезно, пол стремительно приближался. Сообразив, что вот сейчас, именно сейчас, будет очень больно, прикрыла глаза, но почему-то не превратилась в яйцо всмятку.

Сначала я решила: это штучки магистра. Лорд Арен вполне мог владеть левитацией. Однако треск платья на спине и громкое оханье мужчин внизу убедили, отец Эрика к моему спасению не причастен. Да и вряд ли меня подбрасывало бы, как на колдобинах, то вверх, то вниз. Большей частью вниз, что мне совсем не нравилось.

Платье затрещало сильнее, грозя порваться. Сдается, если это случится, яйцо всмятку таки получится.

Отважившись открыть глаза, увидела каменный пол холла, ту самую подставку для зонтов, замершего посреди первого пролета Натана с белоснежным лицом, напряженного, то ли перебирающего в голове заклинания, то ли высчитывающего траекторию моего падения магистра… Косой взгляд на злополучный геральдический щит убедил, в воздухе я парила благодаря Дику. Отважный крыластик покраснел от натуги, но не сдавался.

— Дик, миленький, плавно снижайся. Давай!

Лишь бы силенок хватило, лишь бы платье выдержало! Я понимала, надолго Дика не хватит, молила только об одном, чтобы он опустился чуть ниже, тогда я отделаюсь синяками. А вот если упаду с этой высоты, обязательно что-нибудь сломаю.

— Давай сюда, я поймаю! — неожиданно выставил перед собой руки Натан.

Он пришел в себя, больше не пугал нездоровым цветом лица.

— Рискованно! — покачал головой лорд Арен.

Натан хотел что-то ответить, но не успел. Злополучное платье порвалось, и я полетела вниз.

Либо прямо на зонтики, либо на руки Натану. Либо на пол, либо он меня поймает.

Ох!

Лорд Рурк покачнулся, едва не полетел вниз, но исхитрился остановить мое падение. Во многом благодаря Дику, который в последний момент успел толкнуть меня в бок, прямо в руки к спасителю. В итоге мы с Натаном все же упали, но не с лестницы, а на лестницу, что не одно и то же, но все равно больно. Пусть мы прокатились всего пару ступенек, плечи болели.

— Как вы меня напугали!

Натан поднялся первым, отряхнулся и помог встать мне.

— Зачем вы это сделали? — напустился он на меня, будто это я, а не Дик осквернила память его предков. — Вы не маленькая девочка…

— Вам-то какая разница? — огрызнулась я и потребовала немедленно меня отпустить: — Хватит обнимать, я вам не невеста!

И Натан действительно отпустил, но для того… чтобы ощупать.

— Что вы себе позволяете?!

Покраснев, словно переспевший корнеплод, я влепила нахалу звонкую пощечину. Думала, извинится, а он как ни в чем ни бывало кивнул магистру:

— Кости целы, сознание не нарушено.

После этого Натан потер пострадавшую щеку и, демонстративно игнорируя мое сопение, спустился к лорду Арену.

— Хороший мужик! — прокомментировал устроившийся неподалеку на перилах Дик.

— Нет в нем ничего хорошего, — буркнула я, массируя ушибленное плечо. — И он не мужик, а младший сын герцога.

* * *

Несмотря на разногласия по вопросам воспитания, мне любезно предоставили ночлег и стол. Дику тоже простили выходку с гербом. Видимо, обновленный терновник нравился Натану больше прежнего, а, может, он и вовсе не заметил изменений.

Прежде мне никогда не приходилось бывать в замках. Наш род, пусть и благородный, свил родовое гнездо в обычном особняке. Было еще загородное поместье, куда мама периодически ездила поправить здоровье — тоже обычный дом, только очень большой, с запущенным садом и площадкой для игры в мяч. Тут же содержимое полностью соответствовало внешней оболочке. Уже по дороге в свою комнату, я поняла, что о привычном комфорте следовало забыть. Наверняка в замке не было водопровода, а ванну наполняли по старинке, ведрами в огромной лохани. По идее, в гостинице так же, но… Все же от колыбели грозных Шерпских я ожидала большего.

Отмокая перед ужином от дневных передряг, изучала трещинки на потолке. Какая там позолота, росписи — все незамысловато. Беленые стены, темная мебель, кажется, из дуба. Из необычного — резные ножки стульев, кровать под пологом, больше походившим на пылесборник, и подсвечники. Ну и в качестве украшения я, самая прекрасная дева в замке. Уж красивее тех, кого я мельком видела в крытой галерее. Белые чепцы, ленты под подбородком… Крупным, замечу, массивным, больше подходящим мужчине. Странно, как при таких предках Натан уродился нормальным. Будете смеяться, но я словно только сегодня его разглядела. Прежде меня волновало поведение, манеры, а тут вдруг обратила внимание на его лицо — симпатичное, открытое. Видимо, от нервного потрясения в мозгах что-то перемкнуло.

Дракончик тоже изволил купаться. Фыркая, он выдувал носом мыльные пузыри.

Интересно, как быстро растут крылатые ящеры? Мой, по-моему, за сутки чуточку вытянулся. Точно, теперь бы он в свое яйцо не поместился.

— Дик, зажги, пожалуйста, свечу, а то темно.

Чем хорошо быть владелицей дракона, так тем, что при тебе всегда живое огниво.

— Мы с тобой словно молодожены! — хихикнула я и блаженно потянулась от кончиков пальцев рук до пальцев ног. — Свечи, ванна…

— Вообще-то бадья, — покашляв, поправили за спиной. — И для совместного купания лучше выбрать мужчину. Хотя в данном конкретном случае я бы не советовал: бадья мелкая, для одного.

Ведьмин котел!

Я рывком села и судорожно прикрылась полотенцем. Надеюсь, он ничего не видел, потому что, если видел, количество жертв дуэли за прекрасную Синтию увеличится ровно в два раза.

— Вы всегда без стука врываетесь к женщинам и предлагаете им разные похабные вещи? — напустилась я на тактично изучавшего потолок Натана и на всякий случай, как была, в полотенце, по подбородок ушла под воду.

Пена густая, от свечи мало проку, но мужчины глазастые! Насильники тем более. И защитник мой молчит… Предатель! Может, хозяйку сейчас чести лишат, может, даже несколько раз, а он по-прежнему мыльные пузыри пускает!

— Вы забыли закрыть дверь, я подумал…

— Что именно вы подумали, я прекрасно знаю. Мол, репутация у дочки баронета и так не ахти, она и не заметит.

— Что — не заметит? — Натан старательно прикидывался невинной овечкой.

— Того, что вы там собирались сделать, предлагая присоединиться.

Если бы могла, тоже исторгла бы поток пламени. Такого от Натана я точно не ожидала! Ну и где там магистр, обещавший оберегать мою честь? В коридоре стоит, следит, чтобы нам не мешали? Хотя лучше пусть стоит там, чем здесь. Двое мужчин на одну голую меня — явно перебор, даже если одного из них девичьи прелести не волнуют.

— Я — предлагал?

Натан изумленно взглянул на меня и, спохватившись, тут же отвернулся.

— Простите, нехорошо вышло, — пробормотал он. — Я… Я вас не разглядывал и даже не думал. Просто вы пошутили про молодоженов и… Глупо! Хотите, я вам сухое полотенце принесу?

— То есть вы соврали и кое-что видели?

Воспользовавшись предоставленной возможностью, вылезла из ванной. Убедившись, что насильник струсил и даже не подсматривает, избавилась от мокрого полотенца и кое-как нацепила сорочку. Она тут же облепила меня как вторая кожа, пришлось следом накинуть халат и затянуть пояс так, что моей осиной талии позавидовали бы феи.

— Совсем немного, — неохотно признался Натан. — Так что с полотенцем?

— Спасибо, я уже закончила с водными процедура. Вдруг вы еще что-то увидите?

Смущенный лорд опустил голову.

— Я, собственно, на ужин позвать вас хотел и вовсе не думал… Вы в следующий раз пойте и дверь запирайте, мало ли?

— Мало ли вы меня с Синтией спутаете? — язвительно уточнила я. — Так мы не похожи: я блондинка, она шатенка.

— Вас невозможно спутать совсем по другой причине.

Натан шагнул к двери и положил ладонь на бронзовую ручку.

— Одевайтесь спокойно, я подожду снаружи. И примите мои глубочайшие извинения. Я не собирался вас смущать.

Дверь за ним закрылась, а я все стояла возле лохани, босая, в мокрой сорочке и теплом халате. Поразмыслив, пришла к выводу, что лорд Рурк действительно не собирался тереть мне спинку и другие части тела. Пусть мои познания в чувственной сфере ограничивались многоточиями в любовных романах, насилуют гораздо решительнее и уж точно не уходят в самый подходящий момент.

Зато меня, как никогда, тревожила Синтия. Та самая, которая, по словам Натана, на меня совсем не похожа. Кто она, чем таким провинилась, и, главное, кто тот человек, которого из-за нее убил лорд. Можно было бы просто ранить, а он не стал.

Натан сдержал слово, терпеливо дождался, пока я осмыслю происходящее и наряжусь для ужина. Хотя наряжусь — это громко сказано, потому как у меня имелось всего одно платье, в котором лорд Арен перенес меня сюда. Стараниями Дика оно едва не превратилось в лохмотья, спасибо, служанка любезно предложила зашить, пока я отмокала в ванной. Вон оно, лежит на кровати. Вышло так себе, но не голой же идти! Зато я постаралась соорудить праздничную прическу: не каждый день сидишь в замке герцогов. Дик, правда, заявил, что на голове у меня гнездо, но что он смыслит в моде!

— Вы великолепны! — Натан отвесил мне дежурный комплимент.

Мог хотя бы взглянуть для правдоподобности.

— Подлизываетесь?

Я надула губки и подставила локоток. Однако Натан предпочел идти впереди, под руку не взял.

— Ничуть! — фыркнул он. — Вы сами виноваты. Да и кто поручится, что вы все специально не подстроили, чтобы принудить меня жениться.

— Опять?! — Я страдальчески закатила глаза. — Да не хочу я за вас замуж! И за Ричарда Олбани тоже не хочу, — добавила на всякий случай.

Я и прежде не горела желанием, а теперь и вовсе не стала бы связываться с мутным типом, которого подозревал магистр. Не сомневаюсь, Ричард не чернокнижник, но это отличный повод окончательно закрыть вопрос с Олбани.

— А за Эрика Арена? — лукаво поинтересовался Натан.

Вот привязался, репей!

— Нет! — вспыхнув, выпалила я и нанесла удар: — А вы отчего не желаете жениться на Синтии? Она вас так любит, бросила свет ради брекенской грязи.

О том, что любимая грозила сжить Натана со свету, я пока умолчала. Ему и так магистр скажет. А если нет, будем считать местью за вторжение. Все строители замка виноваты, нет, чтобы ванную комнату построить! Тогда бы не пришлось бы в комнате мыться, будоражить фантазии некоторых.

— Не судите о том, о чем не знаете, — разом ощетинился Натан.

— То есть она просто так приехала, поздороваться? — не унималась я. — Вы дрались из-за нее на дуэли, мне лорд Арен сказал.

— Тогда пусть он вам и расскажет… — в сердцах начал лорд Рурк, но внезапно замолк, будто обессилив, провел ладонью по лбу.

— Да, я дрался из-за Синтии, убил человека, о чем теперь сожалею, — глухо продолжил он. — Между мной и той женщиной больше ничего нет. Я дорого заплатил за свою ошибку. Мог бы еще дороже, если бы не отец. Мой вам совет: не связывайтесь с Синтией. Она способна погубить не только мужчину.

Смеясь, возразила:

— Меня не волнуют женщины.

Натан поднял брови:

— Разве я говорил только о чувствах и постели? Синтия из тех женщин, которая причиняет зло даже младенцам, если они встанут на ее пути. Именно так она погубила беднягу Олафа Валерда, погубила моими руками, чтобы выйти сухой из воды. Вам, вероятно, ни о чем не говорит эта фамилия?

Я покачала головой.

Сначала Натан удивился, нахмурился, а потом спохватился:

— Ну да, вы же учились в Каунте! Вряд ли там интересовались дипломатами сопредельных государств. Валерд был первым консулом посольства Фестфалии.

Так вот почему лорда так строго наказали! Проткнуть на дуэли консула сопредельной страны — это не дырочек в местном бароне наделать, могла разразиться война.

— Сочувствую! — Право, не знаю, что принято говорить в подобных случаях.

— Именно из-за той дуэли я не принял вызов лорда Олбани. Король выразился однозначно, чем грозит мне любой мало-мальски серьезный проступок — изгнанием. И неважно, кто или что послужило бы тому причиной, я обязан держать себя в ежовых рукавицах.

Промолчала, да и вряд ли лорду требовался мой ответ. Он перенесся в прошлое, сумрачный, словно грозовая туча, замер посреди коридора, не видя и не слыша ничего вокруг. И простоял бы так до утра, если бы не Дик. Бесцеремонный дракон постучал крылом по плечу Натана и, убедившись, что его заметили, указал на свой рот:

— Есть хочу!

Лорд с легкой улыбкой покачал головой и привел меня, наконец, в столовую, которую я без посторонней помощи искала бы неделю, не меньше.

Магистр, вальяжно устроившись на стуле для почетного гостя, дожидался нас за огромным столом. Его явно не смущали объемы помещения, непредназначенные для интимных трапез. Пока мы с Натаном ссорились и выясняли детали его прошлого, лорд Арен заморил червяка фруктами из серебряной вазы и с нетерпением ждал основного блюда.

Мой несколько экстравагантный вид магистр не одобрил:

— В следующий раз пользуйтесь услугами камеристки.

— Зато живенько, — парировала я, не желая напоминать, что камеристки, парикмахеры и модистки в стенах замка мне не полагались.

— Ну если живенько, то ладно. — Лорд Арен спрятал снисходительную усмешку. — Гораздо хуже, если мертвенько. Кстати о покойниках, — обернулся он к Натану, — как тут с охраной? Или мне проконтролировать?

— Лучше, — не стал выделываться хозяин и занял высокий стул во главе стола.

Я скромно устроилась слева, чуть в отдалении, чтобы избежать неусыпного ока магистра в своей тарелке. Не сомневаюсь, он и так станет меня контролировать, но хотя бы не ежеминутно. Хотя кто этих магистров магии знает, вдруг у них глаза особенные, способны смотреть в разные стороны.

Дик и вовсе уселся прямо на стол. Вот он я, главное блюдо дня. Прекрасно, вот блюдо и получит, то самое, с фруктами.

Убедившись, что дракончик занят, смачно чавкает, позабыв о манерах, прислушалась к разговору. Обсуждали не нежить, даже не Ричарда, я ушам своим не поверила — бал.

— Что вы чахнете здесь, милорд? — тщательно пережевывая пищу, увещевал магистр. — Понимаю, ссылка не сахар, но не стоит хоронить себя раньше времени. Уверен, вскоре его величество остынет, обстоятельства окончательно прояснятся, и вы вернетесь ко двору. А пока соберите вокруг себя молодых людей, девушек…

— Ага, — кисло поддакнул Натан, наколов на вилку кусок буженины, — чтобы наутро проснуться обрученным. Вам хорошо, вы женаты, а мне прохода не дают разного рода невесты и их матушки.

Лорд Арен почему-то посмотрел на меня. Главное, не Натан, а он! А ведь совсем недавно намекал, будто я за Эриком бегаю, определился бы.

— Уверен, — улыбнулся магистр, — вы успешно избежите брачной ловушки. Кроме того, — раскрыл он самую коварную часть своего плана, — бал поможет усыпить бдительность Ричарда Олбани. У меня нет доказательств, только подозрения, возможно, после праздника они рассеются или, наоборот, подкрепятся.

— Ну хорошо, — неохотно согласился Натан, — будет вам бал! Только за последствия отвечаете вы.

— Разумеется, — кивнул лорд Арен. — Я всю жизнь отвечаю за последствия чужих поступков.

И снова посмотрел на меня.

Глава 17

Определенно, место не соответствовало наполнению.

Запрокинув голову, я изучала остатки росписи на потолке бального зала: какие-то сосуды, венки, девицы, то ли феи, то ли героини мужских фантазий. Все пристойно, хотя снизу не рассмотреть, прозрачные на них одеяния или нет. Чего не скажешь о публике, толпившейся возле столика с шампанским. Их намерения были кристально ясны: влить в себя побольше алкоголя и затолкать побольше пирожных за чужой счет. Лица все те же, да и откуда взяться новым? Разве вон та парочка мне не знакома. Впрочем, не поручусь. На приеме леди Гиней я больше думала о женихах (именно так, во множественном числе), чем о местных сливках общества.

Поправив самодельный цветок из тафты (Всевышний, до чего же я докатилась!), покрутила головой в поисках Ричарда Олбани. Натан выслал ему приглашение, но вдруг он не придет? На месте Ричарда я бы так и поступила. Лорд Арен, впрочем, придерживался иного мнения. Собственно, только его стараниями брекенцы радостно притоптывали на полу замка Рурк. Глядя на их оживленные лица, слушая их смех, начинала сомневаться в страшилках магистра. Вряд ли неведомый чернокнижник соорудил персональную нежить для Натана и компании, кто-нибудь да обязательно ее встретил. Расспросами о погоде дело не обошлось бы, по городу поползли слухи, а то и застучал молоток гробовщика, но ничего.

— Ах, тут так чудесно, леди Феммор!

Ко мне подплыло розовое облако, в котором я признала жену лейтенанта внутренних войск. Пока ее муж отдавал дань спиртным напиткам, она решила завести полезные связи. Может, надеялась, что моими стараниями супруга произведут в капитаны. А, может, среди ее родни тоже имелся холостой и очень перспективный мальчик лет двадцати пяти.

— Я так вам благодарна, прямо слов не нахожу! — продолжала щебетать офицерша, норовя поймать мою руку. Я упорно не давалась. — Уговорить лорда Рурка пустить нас сюда, устроить чудесный бал… Выходит, вы с ним помирились?

Она замолчала и обратилась в слух в ожидании ответа.

— Эмм, да мы с ним и не ссорились, — пробормотала я. — И никакой моей заслуги здесь нет, прием в честь лорда Арена.

— Жаль! — без всякого сожаления отозвалась собеседница и стрельнула глазами по беседовавшему с Натаном Эрику.

Будто этого мало, еще и бюст поправила. Увы, как и прежде декольте и жена офицера плохо уживались вместе. Вот и сегодня скромные прелести дамы норовили выйти в свет, даже специально нашитое кружево не спасало. С другой стороны, вдруг все так и задумано? Недаром же она пожирала глазами Эрика! Собеседница ведь решила, что под «лордом Ареном» я имела в виду его, а не его отца.

— Увы, в Брекене так мало развлечений, лорду Арену, наверное, жутко грустно, — вздохнула она и наконец отвела взгляд от предмета своих грез.

— Как и вам, полагаю, — усмехнулась в ответ.

Офицерша вспыхнула и отпрянула от меня как от чумной. Сама виновата, не надо было прозрачными намеками разбрасываться.

На счет Эрика я не волновалась, интрижка с замужней провинциалкой средних лет — последнее в списке его развлечений. Втайне я вообще надеялась, что он обойдется без подружек. Несмотря на попытки лорда Арена и моего собственного отца убедить меня, что мы не пара, я пока не теряла надежды построить с ним крепкие отношения. Не спорю, истинная причина приезда Эрика изрядно попортила его светлый образ, но сердиться мне особо не на что. Спасение от постылого брака, словесный бой с моим папенькой не были постановочными. Выходит, Эрик что-то ко мне чувствовал. И то, как мы вдвоем гуляли у старой мельницы… Улыбнулась, ощутив приятную волну тепла, разлившуюся по телу.

Я буду с ним танцевать. Много-много раз! Если потребуется, приглашу сама, теперь-то можно. Мы станем болтать о всякой чепухе, ведь у нас так много общего.

И никакой свадьбы! Мне больше не восемнадцать, чтобы сразу рисовать в голове образ белого платья и розовощеких детишек, выдумывать новую подпись: Джейн Арен. Отношения — вещь серьезная, могут не получиться, но я обязательно попробую. Пусть для дипломированного специалиста это непростительно, я верила в фатум, в то, что каждое событие в человеческой жизни не случайно и…

Спохватившись, отошла в сторону и стерла с лица глупую улыбку. Но она упорно возвращалась снова, стоило мне взглянуть на Эрика.

Решено, прямо сейчас подойду и потребую первый танец! Совру, будто хочу обсудить рабочие вопросы. По правде, мне действительно полагалось не веселиться, а бдительно посматривать по сторонам, но, как я уже говорила, я не особо верила лорду Арену. Да и нечестно — все смеются, танцуют, а я как прокаженная. Если магистру нужно, пусть сам патрулирует зал. А он уехал, еще днем испарился через очередной портал. Может, убедился, что ритуалов никто не проводил, и сбежал, чтобы над ним не смеялись?

Прислушиваясь к музыкантам, заканчивавшим настраивать инструменты, кружась, направилась к столику с шампанским. Игристое для игривого настроения. На последнее я действительно не жаловалась. Местные свахи потеряли ко мне интерес, охотились за Натаном и Эриком. Они мужественно отбивались от их напудренных, затянутых сверх меры протеже. Когда становилось невмоготу, сбегали в курительную. Барышни туда не заглядывали: не положено. Курить мужчины не курили, просто отдыхали от повышенного внимания. Вот и сейчас они куда-то подевались. Ничего, к танцам вернутся.

— Джейн? — несмело окликнули меня со спины.

Развернувшись, увидела Ричарда. Сконфуженный, явно чувствовавший себя не в своей тарелке, он переминался с ноги на ногу с двумя запотевшими бокалами веселящего напитка.

— О, Ричард! Я как раз вас искала.

Лицо бедолаги дернулось, но Ричард быстро взял себя в руки и протянул мне бокал.

— Полагаю, — он не стал притворяться, будто не понимает повышенного интереса к своей особе, — речь о недавних событиях. Я тоже искал вас, приехал сюда только для того, чтобы объясниться. Разумеется, — чуть помолчав, сумрачно добавил несостоявшийся жених, — если вы захотите со мной разговаривать.

— Очень даже захочу. Я не лорд Арен, всегда выслушаю других.

— Лорд Арен, я не вижу его здесь, — нахмурился Ричард. — Он отбыл в столицу?

Пожала плечами:

— Полагаю.

— И прямиком направится к моему отцу, чтобы пустить очередной гнусный слух, — тяжко вздохнул Ричард. — Увы, не первый и не последний.

Заинтригованная, послушно последовала за собеседником в дальний угол огромного зала, где бы нам никто не мешал. Бояться не боялась. Право, если бы Ричард надумал расчленить меня и скормить нежити, увел бы в сад, хотя бы в пустую комнату. А тут светло, многолюдно.

— Я не стану притворяться. — Начало рассказа ошеломило своей прямотой. — Я мог бы солгать, что абсолютно все слова обо мне лживы, но в сложившихся обстоятельствах предпочитаю горькую правду.

Ричард глотнул шампанского, словно набираясь сил, и напряженным полушепотом продолжил:

— Вы наверняка задавались вопросом, почему в мои годы я ни разу не был помолвлен. Все просто: никто не желал отдавать за меня сестер и дочерей. До недавнего времени меня и вовсе считали опасным.

— Опасным? — нахмурилась я и сделала полшага назад, оглянулась на разбившихся на пары в ожидании первого танца дам и кавалеров.

— Освидетельствование производил лорд Арен-старший, — будто не слыша меня, уставившись в одну точку, продолжил Ричард. Пальцы его болезненно стиснули ножку бокала. — Его стараниями меня в свое время посадили под домашний арест на целых семь лет. Я не таю зла. Годы, проведенные в одиночестве, заставили меня многое переосмыслить. После, когда наказание отменили, я и сам не захотел покидать свою обитель. Если бы не отец, — напряженно усмехнулся он, — я и сюда бы не приехал. Я ведь сам себя ненавидел, Джейн, считал чудовищем.

Ричард сокрушенно покачал головой и вновь хлебнул шампанского.

— Что же вы сделали?

Во рту у меня пересохло, собственный бокал пришелся как никогда кстати.

— Я действительно увлекался чернокнижием, связался с дурной компанией. Глупый был, совсем юноша, — горько улыбнулся Ричард и отважился взглянуть на меня.

Не заметил на лице брезгливости или осуждения и явно испытал облегчение.

— Такое часто случается в многодетных семьях. Есть любимый старший сын, а остальные растут как трава. Я и вовсе рос хилым, негодным для великих Олбани. Отец спровадил меня с глаз долой в закрытую школу, а затем такой же колледж. Сами понимаете, тамошние порядки строги, частенько порождают протесты. Наш кружок тоже был своеобразной формой протеста. Глупые мальчишки, мы собирались вызвать демона.

— И как, получилось? — живо поинтересовалась я.

Воистину, я такая же дефективная, как и Ричард, раз в ужасе не отшатнуться после рокового признания.

— Почти, — после долгой паузы неохотно ответил собеседник.

Тема была явно ему неприятна.

— И какой он? Правда, что они черные, мохнатые и рогатые?

— Не рассматривал: не до того было. Он едва не утащил в Хель нашего товарища. Мы с трудом его отбили, но он сильно пострадал. Разумеется, провели расследование, всех нас наказали. Мне еще повезло, Ингмара и вовсе отправился за решетку. Собственно, вот и все мои тайны, Джейн. Клянусь Всевышним, со временем колледжа я и близко не подходил к магическим книгам! Что доказал бы всем и каждому, если бы лорд Рурк принял мой вызов. Вы ведь мне верите?

Он с надеждой заглянул в мои глаза, и я кивнула. Правда, оставалось еще одно…

— Вы вскользь упомянули слухи, которые якобы распускает лорд Арен…

— Меньше всего на свете мне хотелось бы это обсуждать, но раз вы настаиваете, придется. Магистр Арен пристрастен ко мне. Всем известно его убеждение, что преступник не может раскаяться. Он уверен, что, раз соприкоснувшись с чернокнижием, я продолжу грязные опыты, опущусь до жертвоприношений. Вместе с тем лорд Арен-старший прагматик до мозга костей и не упустит своей выгоды. Только не смейтесь, до недавнего времени таковой выгодой считался я.

— Вы?

Я аж шампанским поперхнулась.

— Фамилия много значит, не так ли? — подмигнул Ричард. Пальцы его немного расслабились, ножке бокала больше ничего не грозило. — Браки по расчету — удел всей аристократии. Уверен, лорд давно присмотрел невесту для своего сына, а пока надеялся пристроить племянницу. Она всем хороша, кроме врожденного дефекта. Что-то там не так пошло с родами, как мне говорили, пуповина обвилась вокруг шеи. В итоге племянница лорда Арена… как бы помягче… не очень умна и плохо ходит. Но если второе можно как-то пережить, то первое…

Собеседник сокрушенно развел руками.

— Я отказался. Наотрез. Даже после угроз магистра превратить мою жизнь в будни Хеля.

Пораженная, я не двигалась, не в силах поверить в услышанное.

Так вот почему Ричард! Ну, конечно, если бы лорд Арен-старший действительно обладал доказательствами его вины, мы бы с младшим сыном виконта сейчас не разговаривали. Но Натан, как он согласился участвовать в грязной истории?! Надеялся скорее вернуться в столицу, получить прощение? И Эрик… Упрямо замотала головой. Нет, Эрик не мог, Ричард лжет!

— Мои слова легко проверить, — спокойно продолжил Олбани. — Спросите Эрика Арена, есть ли у него кузина-калека, ездил ли его отец в наш дом около года назад и в каком настроении вернулся.

— А ритуал, пуговица, курица с перерезанным горлом, драконье яйцо? — Версия Ричарда упорно не укладывалась в голове. — Лорду Арену слишком многих пришлось бы подкупить, чтобы сфабриковать доказательства против вас. К тому же кое-что я видела собственными глазами.

— Я не сомневаюсь, что все эти вещи существуют, что нам всем угрожает опасность. В последнее время я полюбил гулять и тоже видел… Может, я больше не чернокнижник, но кое-что помню. Да и ваш дракон, он явно не фантазия. Поэтому я рад, что оба Арена занялись этим делом. Плохо лишь то, что магистр из-за личной обиды не желает искать настоящего преступника.

— То есть лорд Рурк лжет? — подытожила я его мысли.

Ричард неопределенно пожал плечами.

— Нам необходимо точно выяснить, что он видел или не видел. Хотя, полагаю, тут тоже дело в личной выгоде. Вам наверняка уже сообщили, что Олбани и Шерпские на ножах? Возможно, герцог пытается провести через совет некий документ, а мой отец ему мешает, вот он и попросил сына пошатнуть позиции оппонента. Я слишком удобное орудие, чтобы им не воспользоваться.

— Однако, — встрепенулся собеседник при первых тактах вальса, — что мы все о грустном! Это бал, тут положено веселиться. Позвольте вас пригласить, леди Джейн?

Поставив опустевший бокал на пол, он чопорно протянул мне руку.

— Позволяю, — рассеянно кивнула я, проделав то же самое со своим бокалом.

Мне срочно требовалось проветриться, разложить мысли по полочкам. Если продолжу думать о словах Ричарда, голова взорвется!

Никому нельзя верить на слово. Истина упорно ускользала, но я не теряла надежды до нее докопаться, пусть ради этого придется допросить весь Комберг.

Случайно повернув голову вправо, я нахмурилась и сбилась с шага.

Блистающая в прямом смысле этого слова Синтия нежно льнула к груди Эрика и что-то шептала ему на ушко. Все бы ничего, только пальцам Арена-младшего полагалось быть на несколько сантиментов выше, танцевальная позиция не предусматривала ладоней на обтянутых тканью округлостях партнерши.

Продолжая буравить парочку взглядом, в пол-уха слушала Ричарда, говорившего дежурные комплименты. Перед глазами стояла ладонь Эрика, довольное лицо Синтии, ее вызывающее платье. Куда там офицерше с ее примитивными уловками в виде выпадающей груди, Синтия показала себя рыбаком экстра-класса! Где только достала эту напоминавшую рыбную чешую ткань? Пока дамы потели в корсетах и пышных юбках, она обтянула себя платьем словно чулком. Формально все пристойно: глухой воротник, подол в пол, никаких разрезов, ради чего юбку от бедра пришлось чуть расширить, но по факту… Уверена, поголовно все мужчины в зале захлебнулись слюной, а женщины позеленели от зависти.

Синтия не прятала свои формы. Пожалуйста, любуйтесь ее грудью, пятой точкой. Ведьмин котел, ткань лифа топорщилась так, словно… Она не надела нательную рубашку, под тонкой тканью ничего?! Надеюсь, хотя бы панталоны на месте.

С трудом отвела взгляд от бесстыжей парочки.

Вот змея! Я-то думала, она собралась отравить Натана, обнародовать какие-то документы, а она… Недаром лорд Рурк ее бросил. И Эрик тоже хорош! Так-то он прятался от невест! Не удивлюсь, если успел свою рыбку полапать.

Внутри закипала злоба. Хотелось отомстить Эрику, больно отомстить. Дело даже не в том, что он не выбрал меня… Хотя и в этом тоже. Он так смотрел на Синтию! Похотливо, не скрывая своих планов на вечер. И если в восемнадцать я утешала себя тем, что, удовлетворив потребности тела, Эрик кинется в мои объятия, то теперь я в этом сомневалась.

— Что с вами, Джейн? Вам нехорошо? У вас лицо перекошено, — забеспокоился Ричард.

— Нет, спасибо, все в порядке. Хотя…

Демоненок пробрался в чертог моего разума и принялся раскачиваться там на качелях.

А что, если?..

Бросив очередной взгляд на воркующую парочку, хищно улыбнулась. Пусть они обнимаются, целуются, я тоже могу, вот и кандидат имеется. Порадую батюшку, отомщу и Эрику, и Натану разом.

Мужчины как дети! Полагают, будто это они выбирают, а мы, женщины, если нас отвергли, навеки заперлись в лаборатории и разливаем слезы по пробиркам. Ждем, пока кавалеры одумаются, хороним свою молодость. Бородавка вам на нос, а не мои слезы! Вот возьму и закручу деревенский роман с Ричардом Олбани. Попользую и брошу. Как тебе, Эрик? Вы под одним кустом милуетесь, мы под другим. И все довольны.

— Поцелуйте меня! — наклонившись к Ричарду, жарко шепнула я.

— Простите?

Олбани явно принял меня за сумасшедшую.

— Ладно, — немного облегчила задание, — хотя бы обнимите крепче, улыбайтесь, шепчите разное на ушко.

— Что шептать? — вконец опешил он.

— Да что угодно! — в сердцах выкрикнула я, позабыв, где нахожусь.

Ну вот, теперь все на нас смотрят. Остолоп Ричард тоже пялится, руку отпустил. До чего же недогадливый!

Желание досадить Эрику никуда не делось, и я заметалась взглядом в поисках более понятливого и, главное, престижного кавалера. Не с торговцем же мне изменять! О, Натан! И без партнерши. Хоть бы никого до конца танца не пригласил. Я бы прямо сейчас бросила Ричарда, но невежливо, придется потерпеть. Да вдруг Эрик к окончанию вальса разочаруется в Синтии? Она же насквозь фальшивая, а тут я, чистая, непорочная, в своем пристойном новом (в долг сшила) голубом платье с дурацким цветком на груди…

Не заметил. Даже не взглянул в мою сторону.

После вальса поглощенная исключительно друг другом сладкая парочка направилась к стульям у стены. Ну а я — к Натану, даже с Ричардом не попрощалась.

— Вы мне очень нужны! — задыхаясь, пока не передумала, выпалила я. — Будьте моим поклонником! Можно и любовником, но только просто с поцелуями.

Даже ради святой мести я пока была не готова была отдаться первому встречному.

К чести Натана, он не вылупил глаза, только недоверчиво уточнил:

— С чего вдруг? Помнится, вы меня ненавидели.

— Не преувеличивайте! — отмахнулась я и покосилась на Эрика и Синтию: на месте. — Между нами был небольшой конфликт, теперь он исчерпан, и вам ничего не мешает пригласить меня на танец.

— И только?

Серые глаза лорда хитро блеснули. Кажется, он раскусил мой коварный план, потому как посмотрел в верном направлении.

— Не совсем, — отведя взор, чуть покраснела я. — Притворитесь, будто я вам нравлюсь.

— Вы и нравитесь, — парировал Натан. — Мне и притворяться не надо.

— Ага, очень-очень, до зубовного скрежета! — Я нетерпеливо потянула его за руку. — Ну же, перерыв скоро закончится, мы должны успеть!

— Должны — значит успеем, — не стал противиться лорд и на всякий случай уточнил: — Надеюсь, мне не нужно приставать к вам не глазах у всего Брекена?

— Нет, но можете позволить себе более близкую позицию в танце, чтобы они поверили.

— Посмотрим! — лукаво подмигнул Натан и подал мне руку.

Эх, надо было его сразу привлечь, а я понадеялась на Ричарда. Хотя кто же знал! Прежде лорд Рурк подобной сговорчивостью не отличался.

— Так? — вопросительно поднял брови он, положив мне руку на талию. — Похоже на поклонника?

Четыре пальца на месте, а мизинец чуть ниже. По сравнению с Эриком — сущий пустяк!

Вместо ответа кивнула.

Что-то жарко стало, и сердце часто бьется…

Грянули первые звуки танца, и мы поплыли над каменными плитами. Видя, что я нервничаю, Натан вернул мизинец на место.

— Напрасно он! — Лорд осуждающе покосился на Эрика. — Синтия наверняка хочет подобраться к его отцу, поэтому и напялила на себя эту безвкусицу.

— Вам тоже не нравится ее наряд? — просияла я.

Хоть кому-то! Остальные мужчины только рады предаться сладким фантазиям.

Вместо ответа Натан состроил брезгливую гримасу.

— Но если ей нужен Арен-старший, то зачем ей Эрик?

— Затем, что она профессионалка и всегда находит слабые места. Магистр ей не по зубам, а вот его сын — легкая добыча. Ну да это его дело, — помрачнев, глухо добавил он, ставя точку в обсуждении Синтии. — Я предупреждал, оттаскивать, как маленького, не стану.

Оказалось, если Натана не осаждают свахи, а рядом нет чемоданов, которые надо донести, он очень милый. Я быстро позабыла про Эрика и его рыбку, целиком и полностью сосредоточившись на своем кавалере. До того, как осесть в Брекене, Натан много путешествовал по делам службы и теперь очаровывал рассказами о дальних далях.

— О, вы и в Каунте были! — удивилась я и, запыхавшись после энергичной джиги, нашего второго совместного танца, попросилась на воздух, немного остыть.

— Приходилось проездом.

— И как?

Спорим, назовет Каунт дырой.

— Есть пара достопримечательностей, — дипломатично отозвался Натан.

За разговором мы пересекли зал, миновали буфетную и вышли на открытую галерею, выходившую в небольшой внутренний сад.

— И одна из них — магическая школа? — рассмеялась я.

— Верно! — подтвердил Натан и помог мне спуститься по заросшим мхом ступенькам.

— Я здесь с прошлой весны, — извинился он, — толком замком не занимался. Думал: ненадолго, но вот как все обернулось.

— Ничего, так даже романтичнее, — улыбнулась я и сразу пожалела об этом.

Вот зачем это «романтичнее», Натан ведь решит… Но он не решил или сделал вид, что не решил. Убедившись, что колких шуточек не последует, я отважилась спросить о Ричарде — надо же прояснить картину. Начала издалека, усыпляя бдительность:

— Вы, наверное, всех в столице знаете…

Натан неопределенно хмыкнул. Он шел впереди, прокладывая дорогу в буйстве трав между клумбами, я следом за ним.

— И об Алфее Арен, наверное, слышали. Мне говорили, бедная девочка не здорова…

— Мягко сказано! — фыркнул спутник. — Только она не Арен, а Бофас, по первому мужу матери.

— Понятно…

То есть Алфея действительно существует. Может, и остальное правда?

— А с чего вдруг такой интерес?

Натан остановился и обернулся ко мне, стремясь различить в слабом ночном свете выражение моего лица.

— Невесту брату подруги ищу, — соврала первое, что пришло в голову.

— Не советую. Да и старовата она, тридцать три минуло…

Выходит, Алфея старшая в семье.

— А остальные дети тоже девочки? — наугад спросила я.

Раз уж притворилась свахой, играй до конца.

— Все давно замужем. Придется брату вашей подруги поискать кого-то еще.

Выдавив из себя притворный вздох сожалела, гадала, как подступиться к самому главному вопросу — вражде герцога с виконтом. От него протянуть бы ниточку к ночи, когда Натан якобы видел Ричарда с ножом в руке.

— Джейн!

Я не сразу поняла, почему Натан внезапно переменился в лице и толкнул меня в бок. Больно приложившись о какой-то корень и расцарапав щеку, я собиралась накинуться на него с обвинениями, когда вдруг увидела тень. Слова застыли на языке. Горло сковал спазм. Окаменев, я не моргая следила за тем, как тень обходит нас, разрастается, превращается в…

— Бежим!

Сообразив, что я плохо соображаю и вряд ли способна двигаться самостоятельно, Натан ругнулся и закинул меня на плечо.

Аааа!

Моя голова болталась у него за спиной, и я хорошо видела, что расстояние между нами и жутким, тошнотворным созданием стремительно сокращается. Еще немного, и его когти вопьются в меня, кишащий червями череп сожмет челюсти на горле. Я практически слышала хруст ломающихся костей, ощущала удушье, нестерпимую боль…

— Пошла прочь, зараза!

Натан исхитрился подхватить с земли какую-то палку и метнул ее в нежить. Та на мгновение опешила, видимо, не ожидала от жертвы подобной наглости. Короткой заминки хватило, чтобы Натан со мной на руках влетел по лестнице на галерею. Нежить ринулась следом, но, будто натолкнувшись на невидимую стену, отлетела, завыла. В воздухе запахло горелой костью.

— Чары магистра сработали, — отдышавшись, пояснил Натан и поставил меня на каменные плиты.

Сотрясаемая крупной дрожью, я вцепилась в основание ближайшего столба, в ужасе наблюдала за тем, как мечется, безуспешно пытаясь проникнуть на галерею нежить. Убедившись, что нас оно не достанет, потустороннее создание затерялось во мраке, там, откуда и возникло.

Глава 18

Да уж, в тихом городке толстые зомби водятся! Не могу утверждать точно, я не специалист, понятия не имею, как точно называлась та жуткая тварь, которая чудом не устроила себе обед из двух блюд. И знать не желаю. Всемилостивые небеса, можно мы никогда больше не встретимся! Ромния большая, в ней достаточно укромных уголков и плохих людей, которых можно затащить в Хель, обеспечив себя пищей на всю загробную жизнь. Почему именно Брекен? И откуда она вообще вылезла? Нет, в теории я понимала, но на практике…Не иначе, какой-нибудь Марианне после смерти в гробу не лежалось, вот она и поднялась, охотно приняла участие в травле несогласных с ее величием.

— Спасибо!

Дрожащей рукой я приняла из рук Натана стакан с напитком цвета жженого сахара. От него подозрительно резко пахло алкоголем, но крепкая выпивка — именно то, что мне сейчас требовалось. Нам обоим.

Мы сидели в кабинете Натана. Следовало бы вернуться, особенно с моей репутацией, но плевать! Пусть думают, что я пустилась с Натаном во все тяжкие. Учитывая время, которое мы отсутствовали, наверное, неоднократно пустилась — пока я понятия не имела о данной стороне жизни. Любовные романы либо стыдливо обходили ее стороной, либо описывали столь мудрено, что позавидовали бы авторы учебников по метафизике. А уж метафизика, заверяю, самая зубодробительная вещь на свете. К счастью, в Каунте ее не жаловали. Преподаватель сам смутно понимал, что есть что, поэтому и нас особо не мучил. Он любил повторять, что этой наукой владеют только магистры магии, а раз мы не магистры и таковыми стать не планируем, дружно получим зачет просто за посещаемость.

В нерешительно приблизив стакан ко рту, еще раз принюхалась.

— Бурбон, — подсказал Натан и налил себе того же напитка, только вдвое больше. — Я подумал, шампанское после такого не подействует.

— Правильно подумали, — кивнула я и решилась.

Ну, ведьмина удача мне в помощь! С одного стакана я ведь в пьяницу не превращусь.

Бурбон сразу ударил в голову и напрочь сжег горло. Закашлявшись, я поискала глазами воды, чтобы потушить внутренний пожар, но тут неприятные ощущения сменились живительным теплом в желудке.

Хм, не так уж и плохо! А, главное, уже не так страшно.

Протянула Натану пустой стакан:

— Еще!

Я собиралась довести себя до кондиции, когда нежить станет восприниматься дурным сном.

Лорд нахмурился.

— Не думаю, что это хорошая идея, — укоризненно заметил он.

— Так предложите идею получше!

Убедившись, что Натан не собирается мне наливать, он и свой бурбон-то еще не выпил, мусолил стакан в пальцах, решительно потянулась к бутылке.

— И предложу. Вы останетесь здесь до конца расследования. С вашим начальником я договорюсь.

Увы, надежда в первый раз в жизни напиться с треском провалилась. Натан проворно отобрал у меня бутылку и запер в баре. Ну и как мне сегодня заснуть, спрашивается? И где, собственно, заснуть, прямо здесь?

— Вы меня в кабинете на ключ запрете?

Настроение стремительно портилось. Хотелось рвать и метать. Крайне опрометчиво со стороны Натана оставить меня в помещении с кучей бумаг и мелких вещиц. Вдруг я надумаю устроить прицельную охоту на нежить из окна?

— Почему в кабинете? — недоуменно переспросил лорд и поставил нетронутый стакан на стол. Спрашивается, зачем было наливать, если не собирался пить? — У вас есть комната, там и поживете. Запирать вас на ключ я тоже не планирую. Вы ведь не малое дитя, понимаете, чем грозит повторная встреча с нежитью.

Увы, пока я мало что понимала, пришлось Натану растолковать:

— Замок Рурк — самое безопасное место в окрестностях. В надежности чар магистра мы с вами убедились воочию. Я не могу гарантировать, что нападение было случайным, что цель не вы, но даже если так, опять-таки не позволю вам рисковать.

Скорчила гримасу.

— Сплошное «я», «я», «я»! Игрушка я вам, что ли? Младшая сестра? По какому праву вы вдруг вздумали меня опекать, решать, что для меня лучше?

Выпитый бурбон будоражил кровь. Я не собиралась сдаваться, подчиняться какому-то лорду Рурку, будь он хоть трижды сыном герцога. Да и не поздно ли спохватился? То «пойдите прочь!», то «я стану вашим верным рыцарем». А ведь ничего не изменилось, я все та же дочь баронета, никаких дивидендов его папочке не принесу.

Натан тяжко вздохнул и отодвинул тяжелое кресло у камина:

— Сядьте, пожалуйста!

Демонстративно отвернулась.

— И не подумаю! Как вы верно заметили, у меня есть начальник. Я прямо сейчас доложу ему о случившемся и приступлю к исполнению своих непосредственных обязанностей.

Высокопарная, канцелярская фраза далась с трудом, но я ее выговорила. И как — с выражением, гордо, важно, будто не секретарь в затрапезной службе магических дел, а минимум проверяющий инспектор.

— Обязанностей! — пренебрежительно повторил Натан.

Ну да, каждый в Брекене знал, чем я занималась, но это вовсе не значило… Ведьмин котел, я не позволю ему так с собой обращаться! Думал, если я согласилась пойти с ним в сад, то… Фанфарон, индюк несчастный!

Подмывало выпалить в его высокомерное лицо, что танец и все остальное — игра, Натан просто под руку подвернулся. Мол, если бы Ричард оказался смелее, подпирал бы лорд стенку и дулся на весь свет. Но я не стала: девичья гордость помешала. Признаться, что я бегаю за Эриком, — еще хуже, чем недосвидание с Натаном. Но и молчать я тоже не собиралась.

— Да, у меня есть обязанности. Вас это удивляет? Если вы не в курсе, я даже жалование получаю. Не от отца или начальника — от государства. А еще у меня есть диплом и знания в голове. Показать?

— Что именно? — усмехнулся Натан. — Диплом или знания?

— Могу то и другое. Так что пейте свой бурбон и не мешайте работать профессионалам.

Я победоносно зыркнула на лорда. Тот пожал плечами. Мол, представление не произвело на него должного впечатления, но, если я хочу поиграть в мага, он не возражает. Это лишь сильнее раззадорило. Почему меня упорно не воспринимали всерьез? Сейчас окончательно успокоюсь и покажу всем, нежить голыми руками поймаю. Как смастерю крутой артефакт, сварю особое зелье!..

— Мое предложение все еще в силе, — напомнил Натан. — Обращайтесь!

И любезно, опередив, распахнул передо мной дверь.

Фыркнув, с горделивой осанкой процокала мимо.

Надейся и жди! Обращусь я к тебе за помощью, как же! Герцогский сынок на белом коне!

У, как я теперь сожалела, что из всех мужчин выбрала именно Натана для глупой мести. А ведь поначалу он казался таким милым… Ну да, будто люди меняются! Вспомни оранжерею в доме леди Гиней. Натану просто нравится покровительствовать напоказ. Мол, посмотрите на меня, какой я благородный. Напыщенная ходячая родословная, жук навозный!

Торопливо спускаясь вниз по лестнице, я мысленно выкрикивала ругательство под каждый шаг, представляла, как топчу каблучками раздутое эго Натана. Меня ведь оскорбило вовсе не предложение крова, защиты — то, что он считал меня красивой рамочкой от диплома. Вспомнился каунтский ректор. Помнится, он тоже намекал, пусть и не так явно, что диплом — всего лишь бумажка, которая женщине не пригодится. Неужели все мужчины одинаковы, убеждены, будто наша доля — украшать помещение? Что у нас нет мозгов и вообще… Да это мне положено оберегать покой Натана, а не наоборот. Доказать самой себе, наконец, что я не зубрила, не баловень удачи, а полноценный молодой специалист. Не хуже Рональда уж точно.

Немного успокоившись, сбавила шаг, потом и вовсе остановилась.

Нужно, чтобы кожа остыла. Если я ворвусь в зал такой, раскрасневшейся… Ой, страшно представить! От меня даже Ричард откажется, а отец упечет в монастырь с особо жестким уставом. В Ромнии таковых не осталось, но специально ради меня откроют. Вдобавок я заблудилась. Вроде, помнила, куда идти, а побежала — и заплутала.

— Ничего не делай на эмоциях, Джейн! — со вздохом назидательно заметила я и тяжело опустилась на ступени. — От эмоций одни проблемы.

Перечислять последствия спонтанных решений пальцев не хватит, но я упорно, с каким-то нездоровым удовольствием наступала на одни и те же грабли.

Ладно, у меня есть выбор. План А: ждать у моря погоды, то есть помощи от живых и не очень существ. План Б: подумать и выбраться самой. В свете недавних событий гласные я не любила.

— Ты свернула налево! — перебирая в памяти недолгий маршрут, я обнаружила роковую ошибку.

Возвращаться не хотелось: вдруг столкнусь с Натаном, но и сидеть тут, на холодных камнях в бальном платье… Оно для подобного времяпрепровождения не предназначено, тут бы панталоны с начесом, а я еще лучше рейтузы из козьей шерсти. Зимы в Каунте были холодные, поэтому я быстро обзавелась подобными неэстетичными вещами. Флиртовать не с кем, а так хотя бы не звенишь костьми на занятиях. Аудитории только номинально считались закрытыми помещениями, по факту в них свободно гулял ветер.

Разумеется, закон подлости заставил Натана выйти из кабинета в ту самую минуту, когда я собиралась быстро проскочить мимо двери и свернуть в нужную сторону. Лорд притворился слепым, чем заработал мысленное «спасибо».

На этот раз обошлось, и я благополучно добралась до бального зала.

Праздник был в самом разгаре. Воодушевившись шампанским за чужой счет, гости щедро посыпали пол пылью со своих башмаков. Некоторые и вовсе вошли в раж, кружили своих партнерш так, что юбки обнажили каркасы из ивовых прутьев и кружево панталон. Женщины визжали, мужчины довольно улыбались — словом, всем было весело.

Интересно, кем из них полакомится нежить? Не спеша выйти из тени, я обвела взглядом зал, выискивая подходящую жертву. Я бы выбрала кого-то тучного и неповоротливого.

Может, поймать нежить на живца? Знаю, знаю, этика и всякое такое, но далеко не всех из присутствующих я любила. К примеру, если бы нежить заглотила Синтию (надеюсь, платье бы выплюнула, зачем давиться?), не пролила бы ни слезинки. Прилипала по-прежнему вилась вокруг Эрика, спасибо, больше не лапала, вспомнила о приличиях. Ничего, сейчас я нарушу вашу идиллию, голубки!

Заранее смакуя кислую физиономию Синтии, я с самым невозмутимым видом пробралась сквозь ряды танцующих и окликнула начальника:

— Эй, ты как, работать собираешься?

Эрик резко замер на месте, отчего Синтия, охнув, налетела на него.

Улыбнулась как оскалилась. Один ноль в мою пользу, дешевка столичная!

То, что Эрику тоже досталось, хорошо. Колено поболит и перестанет, зато пропустит кадриль.

— Джейн, ты чего? — не выпуская руки партнерши, удивленно уставился на меня Эрик.

— Действительно, женщина, что вам нужно?

Синтия мысленно испепелила меня и развеяла пепел по ветру.

— Положим, женщина тут вы, а я девушка незамужняя, вдобавок при исполнении. — Все внутри пело: ишь, как ее перекосило! — Я младший сотрудник службы магических дел, Эрик — кивнула на Арена-младшего, — ее начальник. А вот вы простой обыватель, поэтому обождите в сторонке, пока мы обсудим секретные дела.

Бросив быстрый косой взгляд на Эрика, Синтия неохотно отцепилась от него и поплелась заливать горе шампанским. Впрочем, переживала она недолго, минуту, не больше, пока не нашла себе нового кавалера. Таких, как Синтия, в Брекене не видали, у стеночки она не застоится.

Подумать только, а ведь совсем недавно я ей завидовала! Ее нарядам, экипажу…

— Что ты творишь? — прошипел Эрик и силой потащил меня к буфетной. — Позоришь на глазах всего города!

— Всего города! — передразнила я, с трудом поспевая за ним. — Столичная академия и то больше. Вдобавок я действительно по делу, а не за тем, о чем ты подумал.

— И что же я подумал?

Остановившись, Эрик пытливо заглянул в мое лицо.

— Ну… — Зардевшись, отвернулась. — Всякую чепуху.

И, поставив жирную точку в треугольнике «я-Эрик-Синтия», скороговоркой перешла к делу:

— В саду замка нежить. Она напала на нас с лордом Рурком, когда…

Губы Эрика тронула понимающая улыбка, и я, вспыхнув до корней волос, поспешила ее стереть:

— … когда мы с ним не целовались, не обнимались и даже не держались за руки. Представь себе, с мужчиной можно разговаривать.

— Представляю.

Однако улыбка никуда не делась. Вот дурак!

— Эрик, — прищелкнула пальцами у него под носом, — там нежить! Не священник, не любовный роман, а страшное существо, о котором говорил твой отец. Вот и лорд Рурк, — боковым зрением заметив входящего в зал Натана, обрадовалась я. — Не веришь, сам у него спроси.

— Милорд! — окликнула я. — Расскажите, пожалуйста, лорду Арену-младшему о неприятной встрече в саду, а то он мне не верит, считает фантазеркой.

Если в отношении меня у Эрика был шанс списать все на пылкое воображение, но Натан своим рассказом уложил его на обе лопатки.

— Что же делать? — Сумрачный начальник хмурил лоб. — Нужно немедленно сообщить отцу.

— Не нужно, — встряла я и, понизив голос, объяснила: — Он лицо заинтересованное, лучше разобраться во всем самим.

И кратко пересказала то, что услышала от Ричарда.

Натан при нашей дальнейшей беседе не присутствовал. Обязанности хозяина требовали от него, по возможности, уделять внимание всем гостям, он и так долго отсутствовал.

— Вот твоего Ричарда и нужно проверить первым, — заметил Эрик. — Он вполне мог приревновать тебя к лорду Рурку и натравить свою зверушку.

— Вовсе он не мой, — насупилась я. — И ревновать там совершенно не к кому.

Не Ричарду уж точно.

— И все же надо его допросить, — настаивал Эрик. — Выяснить, где он был.

— Пожалуйста!

Если он думал, что я стану возражать, то сильно просчитался. Меня и Ричарда абсолютно ничего не связывало. С моей стороны, потому как лорд Олбани все же предпринимал попытки мне понравиться, оправдать ожидания отца и вернуться в столицу с невестой.

А вот выяснить насчет другой несостоявшейся невесты не помешает. Натан — это хорошо, а сын первоисточника — лучше. Само собой, лорд Арен-старший притворится глухим, а то и вовсе отправит меня высиживать драконьи яйца в Северных горах, если я заикнусь о калеке Алфее, зато Эрик нездоровыми наклонностями папеньки пока не страдал.

— Алфея? — Арен-младший крепко задумался. — Я как-то не вникал в теткины дела, с кузинами мы и вовсе не общались. Тем более с Алфеей.

Он скорчил брезгливую гримасу. Будто девушка виновата в своем уродстве!

— Но такое могло быть? — наседала я и кратко пересказала то, что поведал Ричард.

— Могло, — неохотно признал Эрик. — Сама понимаешь, содержать такое сокровище до старости никому не хочется. Словом, убедила. Отцу я пока ничего не скажу. Главное, чтобы лорд Рурк тоже не проболтался.

— Так запрети. Или сыновья герцога тебе не по зубам?

Я знала на чем играть. Самолюбие — больное место всех Аренов. Зато теперь магистр гарантированно не получит ненужных писем.

— Ну что, — подмигнул Эрик, — пойдем допрашивать чернокнижника-рецидивиста? Вдруг с первого раз попадем в яблочко?

Кивнула и потребовала в качестве моральной компенсации за пережитое расстройство:

— А после ты со мной потанцуешь.

Думала, откажется, но Эрик беззаботно пожал плечами:

— Не вопрос!

Нежить, Ричард, Натан, магистр — все временно отошло на второй план. Я улыбалась от уха до уха.

Какая ж я дурочка! Синтия — это так, игрушка. Все дело в платье. Не нужна она Эрику. О том, нужна ли ему я, пока не думала: не желала портить миг крохотного триумфа.

Я ожидала отыскать Ричарда в буфетной, подавленного, угрюмого, но брошенный жених и не думал скучать. Кадриль забросила его в противоположный конец зала, где он задорно отплясывал в кругу местной знати. Тактично решив не тревожить Ричарда до конца танца, мы с Эриком тоже наскоро влились в ряды танцующих.

Увы, версия о ревнивом поклоннике рассыпалась как карточный домик. Я пристально следила за лицом Ричарда, пока Эрик задавал ему коварные вопросы — не похоже, чтобы лорд Олбани лгал. Он отнесся к допросу с пониманием и заверил, что не выходил из зала. После того, как мы расстались, Ричард перебросился парой слов с лейтенантом и его супругой, выпил шампанского, пригласил на танец старшую из дочерей леди Гиней, потом Марианну и, наконец, дочь школьного учителя. Последняя стояла неподалеку и подтвердила его слова. То же самое затем сделала Арина Гиней. К Марианне мы даже подходит не стали — это осиное гнездо лучше не трогать. Да и зачем, если Ричард все время был на виду, даже если сбежал куда-то между двумя партнершами, точно не призывал тварь из Хеля: в то время мы с Натаном уже лечили нервы бурбоном в его кабинете.

— А что случилось? — запоздало поинтересовался Ричард. — Какой-то ритуал?

По его лицу пробежала тень — смесь испуга и напряжения.

— Да так… — Эрик уклонился от прямого ответа и посоветовал: — Будьте осторожны! А лучше переночуйте сегодня в замке. Это всех касается. Я договорюсь с лордом Рурком, он поймет.

Да, представляю, как Натан обрадуется ораве постояльцев в его уединенном оплоте! Но Эрик прав, рисковать даже жизнью Марианны мы не могли. Оставалось надеяться, к завтрашнему утру тварь уберется восвояси, желательно в другой город, а лучше — другую страну. Или вовсе с голода покончит жизнь самоубийством.

Глава 19

Праздник закончился, а проблемы остались. Плохо пахнущие, с дурными намерениями и опасными гастрономическими пристрастиями. Разумеется, их надо было как-то решать.

— Устроим охоту.

Распределив гостей по спальням, собрались в кабинете Натана. Изначально мужчины намеревались обсудить все в тесном кругу, возможно, выпить, но я настояла: имею полное право участвовать. А где я, там и Дик. Бедняжка и так настрадался, столько часов провел взаперти! Надеюсь, не сердится. Ну а что я могла поделать, выпустить его в бальный зал? Боюсь, вид маленького дракона положил бы конец замку Квик. Там же море свечей, дотла бы сожгли, заметавшись в панике. А то и навредили Дику. Вдруг бы тому же лейтенанту вздумалось попытаться его убить? Нет, рисковать чужой жизнью я не могла, поэтому пошла на крайние меры.

— Я немедленно пошлю за Рональдом, — с воодушевлением продолжил Эрик и натолкнулся на насмешливый взгляд Натана.

— То есть моих слуг вам не жалко?

Начальник стушевался:

— Я как-то не подумал…

Зато у меня с мыслительной деятельностью обстояло гораздо лучше.

— Господа! — прокашлявшись, обратила на себя внимание. — У нас есть дракон. Почему бы нам не?..

— Нет! — Эрик зарубил мою инициативу на корню. — Никаких драконов! И вообще, — прищурившись, он недобро покосился на Дика, — тебе пора понять, крылатый ящер не игрушка, задуматься о его дальнейшей судьбе. Ты же не собираешься оставить его здесь, жить с ним?

— Вообще-то твой отец счел его безопасным, — напомнила некоторым. — И вернул. Или ты возомнил себя умнее магистра магии?

Знаю, нехорошо, я поступила гадко, но Эрик сам виноват. Зачем он прицепился к Дику? Или наивно полагал, что я соглашусь передать его для опытов?

Любовно почесала горлышко внимательно прислушивавшемуся к разговору крыластику. Холодные чешуйки переливались, на стыках чуть царапали кожу. Какой же он красивый!

Эрик с тихим стоном закатил глаза.

— Джейн, дело не во мне. И даже не в том, опасен он или нет. Как, как скажи мне, ты собираешься содержать четырехметрового дракона?

— Найду мужа с замком. — Очень хотелось высунуть язык или хотя бы щелкнуть Арена-младшего по носу. — И нет проблем!

— Теперь понятно, почему дракон к тебе прицепился, — отвернувшись, пробурчал Эрик. — У вас один уровень интеллекта.

— Мама Джейн, — подал голос до этого безмолвствовавший Дик, блеснул бусинками глаз, — а он всегда такой дурак?

Прыснули двое. Эрик логично обиделся и притворился глухим.

— А я вот считаю идею леди Феммор здравой. — Неожиданно я обрела союзника в лице Натана. — Вы недооцениваете возможности дракона. Даже голуби, и те справляются с почтой, а тут — разумное существо.

— Спасибо!

Дик важно расправил крылья, явно красуясь.

Ох!

Я чудом спасла от гибели одну из статуэток на каминной полке. Боюсь, если бы Дик разнес ее вдребезги, Натан уже не считал бы его хорошим мальчиком.

— Хорошо, пошлем дракона, — Эрик сдался превосходящему по силе противнику и тут же мстительно нанес контрудар: — Но после вы оба отправитесь спать и носа из комнаты не высунете. Оба — это Джейн и дракон, — на всякий случай уточнил он, хотя и так понятно, не Натана же он собирался запереть.

— Но…

Вздох разочарования повис в комнате.

Состроив кислые мины, мы с Диком переглянусь.

— Это несправедливо! — выразила совместное мнение я.

— Не обсуждается.

Эрик обернулся к Натану в поисках поддержки и ожидаемо ее нашел. Глупо было полагать, что за минувшие час-два лорд вдруг передумал.

— Там слишком опасно, Джейн, — мягко уговаривал Натан. — Уверен, вы отличный специалист, — ага, помнится, прошлым вечером я им еще не была, — но тут понадобятся несколько иные навыки: сила, умение обращаться с оружием…

— И отличное зрение, — упрямо встряла я. — Драконье, например.

— Поверьте, мы справимся. Спите спокойно.

То есть Натан на охоту собирается.

И, как спрашивается, я могу спокойно спать, когда их всех могут убить? Положим, некоторым не помешала бы пара царапин, шрамы украшают мужчину, но нежить могла отгрызть тому же Эрику голову, а зачем он мне без головы? Руки-ноги тоже не лишние. Опять же Натана жалко, недавно в человека начал превращаться. Словом, никакого спать, я иду с ними, но мужчинам об этом знать не положено.

Притворившись, будто смирилась с уготованной участью, принялась расспрашивать о деталях операции. Старалась не проявлять излишнего любопытства, чтобы не навлечь на себя подозрения. Увы, Эрик ограничился туманным: «Прочешем окрестности замка» и отправил спать, будто мне шесть лет. А Дика оставил. Несправедливо!

Потоптавшись немного перед дверью кабинета, устроилась на ближайшем подоконнике с видом на юго-восток, на затерявшийся за полями Брекен.

Вот блеснула в воздухе золотая искорка — Дик улетел разыскивать Рональда.

Пора и мне готовиться к охоте.

* * *

— Ты уверен?

Я в сомнении покосилась на Дика и поправила постоянно сползавшую с плеча сумку.

Со стороны мы смотрелись забавно: дракон-недоросток и размалеванная девица. Обожавшая разного рода романы, я попыталась воспроизвести боевой раскрас первобытных племен, заодно замаскировала свой запах. Правда, по мнению Дика, теперь от меня воняло. Ну да, полагалось ведь взять помет зверя, а какой у нежити помет? Какую землю нашла, той и намазалась.

— Абсолютно! — активно закивал дракончик. — Они на север пошли.

Значит, мы отправимся на юг. И не шутите про женскую логику. Если я потопаю вслед за Эриком и компанией, то меня обнаружат, отчитают и поставят в угол. Так что идти нужно в противоположном направлении.

Какие же, оказывается, вилы тяжелые! Я позаимствовала их на конюшне и намеревалась при случае использовать в качестве оружие. Хотя главное мое оружие вот, крыльями машет.

— Давай еще раз уточним, — пробежалась по своему нехитрому плану. — Ты летишь впереди, высматриваешь бяку. Как найдешь, подаешь знак и поджариваешь ее. Там и я подоспею, добью угольки.

Все гениальное дерзко и просто. Я решила не прибегать к ритуалам, не копошиться с артефактами, а просто пойти и убить пакость.

— Огонь-то выпускать умеешь?

Надо проверить, вдруг главный драконий талант у Дика пока в зародыше. Да, он слегка поджарил Эрика, но для нежити потребуется гораздо больше усилий. Напрасно сомневалась, за последние дни крыластик окреп не только физически — яркая струйка пламени вырвалась из пасти. Прекрасно, у нежити нет шансов.

— А теперь давай тихо! Если нас поймают, тебя снова посадят в клетку.

Возможно, и меня в соседнюю.

Дик кивнул и взмыл повыше в небо. Правильно, там, в облачной ежевичной хмари его примут за пробивающийся сквозь тучку свет одинокой звезды.

Потерять Дика не боялась: с его-то зрением он меня даже в Брекене разглядит. А вот другие лучше бы не видели.

Замок полнился гостями — десятками потенциальных стукачей. Надеюсь, всем одинаково хорошо спится, никому не придет в голову выглянуть в окошко или выйти на свежий воздух.

Тревожно прислушалась и сделала шаг, затем второй. Входная лестница осталась позади, зато я превратилась в отличную мишень посреди двора. Спасибо, чары Арена-старшего реагировали только на нежить — я опасалась, они не выпустят из замка. Обошлось. Из окошка тоже никто не выглянул, не попытался остановить, и я благополучно выбралась из замка.

Как же мне повезло, что часть стен в свое время снесли! Мучилась бы сейчас с воротами, искала отмычку. А так раз — отомкнула изнутри засов и выскользнула наружу. Мужчины ушли через боковую калитку, заперли ее снаружи, а я, словно королева, покинула замок через центральный вход под гербом.

Ночной ветерок обжигал щеки. Тихо шумели, шелестели листвой яблони.

Поначалу казалось, будто каждая тень — нежить. Сейчас примерится, прыгнет… Но потом я более-менее приспособилась к скудному освещению, начала различать, где просто тень, а где тот же пенек.

— Дик! — чуть слышно позвала я.

Все же с драконом спокойнее.

Крыластик мигом опустился на плечо, придавил к земле. О-хо-хо, раскормил его магистр!

Так мы и двинулись прочь от замка.

Чтобы немного отвлечься, не свихнуться от постоянной тревоги, мурлыкала незатейливую песенку. В ней говорилось о девушке, которая никак не могла купить башмаки:

Эти жмут. Тут нос большой. Упаду, сломаю ногу. Нубук слишком дорогой, Короли купить лишь могут…

В итоге, как вы понимаете, разборчивая красавица оставалась без обновки.

Пела, но не забывала прислушиваться, приглядываться. И все равно прозевала. К счастью, не нежить.

— Что вы здесь делаете? — прошипел Натан.

Он словно из-под земли вылез, может, выполз из какой-нибудь барсучьей норы, в которой прятался, простите, сидел в засаде. И Дик не предупредил… Попеняла ему и получила в ответ:

— Ну так он не нежить.

Не поспоришь.

— Повторяю вопрос.

Лорд оказался настырным. Заступил мне дорогу, сложил руки на груди. Но меня грозной позой не проймешь.

— Вам тоже здесь не место. Отбились от товарищей?

— Вас искал.

О как! Наверное, вернулся в замок, увидел приоткрытые ворота и догадался: пташка упорхнула.

— Считайте, нашли. Спокойной ночи!

Попыталась обойти Натана — куда там! Он оказался проворным и сильным, вцепился в руку как клещ.

— Это еще?

Разглядев мой боевой раскрас, лорд отчего-то помянул Изнанку. Подумал, и присовокупил Хель.

— Вы в болото упали?

— Нет тут никакого болота. — Какие же некоторые недогадливые. — Это для нежити. Маскировка.

Натан поперхнулся, потом, кажется, снова выругался.

— Напрасно вы так, — насупилась я и с важным видом добавила: — Книжки надо читать! Тогда бы вы знали, что племена раоев покрывали лица экскрементами животных для удачной охоты.

— Надеюсь, это просто земля, — с тяжким вздохом пробормотал лорд.

Судя по всему, он не был в этом уверен, поэтому принюхался.

— Ну да, — оправдывалась я, — экскрементов нежити я не нашла.

— И хвала Всевышнему! Хватит с вас вил, — покосился он на мое средство обороны от потустороннего.

— А к ним-то какие претензии?

Воткнув вилы в землю, придирчиво их осмотрела, даже проверила крепление металлического черенка к рукоятке — надежно, в самый ответственный момент не выпадет.

— Может, вам больше по душе лопата?

— Больше, — обескуражил Натан и самым наглым образом отобрал оружие, я даже рта открыть не успела. — Хотя закапывать останки нежити тоже не женская работа.

— Напоминаю, — я предприняла безуспешную попытку вернуть себе вилы, — у магов пола нет.

— У магов, может, и нет, — поставив точку в споре за сельскохозяйственный инструмент, лорд воткнул его в землю и накрыл обеими руками, — а вы для меня не бесполая. Джейн, не дурите! Это не шутки! Я по вашему хитрому лицу в кабинете все понял, что вы непременно ввяжетесь в авантюру и…

Что скрывалось за «и», мне, к сожалению, узнать не удалось. Натан вдруг резко замолчал, а потом со всей силы толкнул меня в бок:

— Бегите!

Одновременно с ним заверещал, привлекая внимание, Дик.

Небо озарилось вспышками драконьего огня, и я увидела нежить. Гораздо ближе, чем желала бы видеть. И расстояние это неуклонно сокращалось…

В мыслях все было просто, на практике мой блестящий план рассыпался. Едва не потеряв сумку с уксусом и прочими дедовскими средствами от потусторонних сил, позаимствованные на кухне, бросилась наутек. Впрочем, я быстро остановилась: проснулась совесть. Та самая противная, с голосом господина Энлиха и лицом лорда Арена-старшего. Она смачно разорвала мой диплом и посоветовала податься в торговки на рынке, чтобы не позорить магов.

За моей спиной, между тем, было жарко, как в прямом, так и в переносном смысле. Дик атаковал нежить с воздуха, пытаясь приготовить из нее рагу, Натан мастерски дырявил тварь моими вилами. Сбоку, на поясе, у него болталась шпага, но лорд пока не спешил пускать ее в дело.

Хрясть!

Ручка вил сломалась, железный трезубец остался торчать в груди нежити. А той хоть бы хны! Посторонние предметы внутри ее не смущали, только раззадоривали.

Вонь стояла… Представьте, смесь выгребной ямы и подгорелого мяса. Но маг обязан стойко сносить любые неприятности, поэтому я завязала желудок узлом и потянулась к сумке. Сейчас проверим, какие народные средства работают, а за использование каких с почестями хоронят на кладбище.

— Осторожно! — предупредила Натана, когда нежить вознамерилась лишить его руки.

Прыткая какая! Лорд Рурк, лучший фехтовальщик Ромнии, и то с трудом справлялся.

Казалось, нежить нападала одновременно со всех сторон. Моргнешь — а она уже сбоку. Вздохнешь — сзади. И никакой возможности подобраться, плеснуть в нее уксусом. Кидать бутылочку издалека опасалась: попала бы в Натана.

— Преисподняя! — ругнулся лорд и подозрительно ухватился за левое плечо.

Приглядевшись, убедилась, что его рубашка выше локтя распорота, по ткани расползается бурое пятно.

Запах крови пьянил нежить, придавал сил, с каждой минутой Натану становилось все труднее обороняться. Он мог полноценно задействовать только правую руку, жалящим клинком шпаги старался удерживать противника на безопасном расстоянии, но сколько так продлится? Рано или поздно Натан устанет и тогда…

«Действуй, а не размазывай сопли!»

Дала себе мысленно пинка и выкинула бесполезную сумку. Все эти бабушкины средства — что мертвому припарки, ты прекрасно знаешь, Джейн, поможет только магия.

Огонь, мне нужен огонь. Много огня. Шар или нечто в этом роде. Дик маленький, почти выдохся, зато я большая и дипломированная, справлюсь.

Вот уж не думала, что когда-нибудь оценю совмещение разных специальностей на одном факультете ради экономии! Зато теперь к моим услугам была сила земли. Еще бы верно установить с ней контакт…

— Бегите, Джейн, бегите! — не оглядываясь, крикнул мне Натан. — Я ее задержу.

Ну да, ценой собственной жизни, что меня категорически не устаивало. А еще я терпеть не могла дамочек, что живых, что мертвых, которые мешали жить другим. В сполохах драконьего пламени теперь точно стало ясно: нежить — это она. Хотя по мне, хоть оно!

Итак, преступим!

Самое сложное — абстрагироваться от нежити, Натана и крови на его рубашке.

Глубокий вдох. Еще один, еще, пока сердцебиение не выровняется.

Опустившись на корточки, я положила обе ладони на землю, постаралась почувствовать ее. Щекотно! А еще чуточку страшно от вибрирующего гула, наполнившего уши. Но бояться нечего, земля не причинит мне вреда.

Оставалось самое сложное: с помощью дара впустить в себя неведомое, первобытное.

Для того, чтобы все прошло гладко, разулась.

Желанная связь все не желала устанавливаться. Нервничая, я повторяла снова и снова, пока, наконец, не ощутила заветное тепло в ладонях. Есть, получилось! Теперь добавим основы общей магии, попытаемся слепить огненный снежок для нежити.

Медленно, очень медленно я оторвала ладони от земли, выпрямилась, бросила взгляд на Натана и… Сердце подпрыгнуло в груди и застряло в горле, перекрыв дыхание, — нежить повалила его! Плохо соображая, что делаю, я со всей дури метнула в нее заготовкой заклинания. Даже не поняла, что вышло, не до того. Следом таки запустила огненным шариком, увы, не таким большим, как хотелось бы, и бросилась к Натану, спасать. Но лорд и сам неплохо справился. Мои заклинания дезориентировали нежить, вдобавок немного подпортили ее комплектность: оторвали руку. Пинком ноги Натан скинул с себя полусгнившую поклонницу и ударил, нет, не шпагой, та по-прежнему валялась в траве, а главным оружием мальчишек — обыкновенным булыжником. Оказалось, он вполне эффективен в борьбе с мертвыми дамочками, особенно, если бить в сочленение головы с шеей.

Победную точку в затянувшемся поединке поставил Дик. Набравшись сил, он наконец-то смог прицелиться и превратил нежить в горстку вонючего пепла. Драконий огонь — это сила, он даже артефакты плавил.

— Живы?

Я подскочила к Натану и наскоро ощупала.

— Вы заделались врачом? — усмехнулся тот и шумно сцедил воздух сквозь зубы: больно.

Ничего, хуже если бы вообще ничего не болело — живые вечно на что-нибудь жалуются.

— Сегодня да.

В травах я смыслила больше боевых заклинаний, поэтому в успехе не сомневалась. Перво-наперво почищу раны, вытравлю яд, потом сделаю специальную припарку, а утром, глядишь, и мазь подготовлю. Будет у меня Натан снова первым женихом в округе.

— Лучше бы вы сегодня играли в затворницу, — проворчал лорд.

И это вместо благодарности!

Пожала плечами:

— Пожалуйста! Могу прямо сейчас затвориться… — Повертела головой. — Да вон в той рощице.

— Боюсь, — уже иначе, по-доброму рассмеялся Натан, — это мне придется там затвориться. До замка я, наверное, не дойду.

И, помолчав, неожиданно извинился:

— Простите, я не хотел вас обидеть. В моей жизни все складывается слишком… непросто, поэтому порой видишь вещи не в том свете, по привычке.

— Прощаю! — великодушно отпустила чужие грехи.

— И про родословную глупо вышло, — не унимался Натан. Он сидел на земле, сгорбившись, баюкая раненую руку, избегая касаться опять же раненой ноги — нежить разодрала ему бедро. Насколько серьезно, пока не знаю, надеюсь, просто царапина. — Следовало сразу объяснить. Просто мне показалось… Словом, нормальная у вас фамилия.

— Но жениться на мне вы все равно не собираетесь? — хмыкнула я, прикидывая, какие травы мне понадобятся.

— А разве вы хотите за меня замуж? — сразу напрягся Натан.

— Нет, — успокоила его и, попросив поменьше двигаться, в сопровождении Дика отправилась на «тихую» охоту.

Она оказалась не менее успешна, но гораздо безопаснее. Мне даже удалось добыть мышиный помет. Не смейтесь, ценный ингредиент в умелых руках. Ведьмы вообще те еще затейницы! То курдючный жир добавят, то крысиные хвосты, то крылья летучей мыши. Но ведь главное результат, верно, а о составе лекарства пациенту можно приврать.

— Всегда мечтала заночевать под открытым небом!

Чтобы как-то разрядить атмосферу, вытеснить мысли о нежити, пока разводила огонь, непринужденно болтала.

— Ловко вы! — восхитился Натан, когда оранжевые языки пламени облизали хворост.

Чуть смутилась.

— Так это просто: трут и щепотка магии.

В основном трут, потому что с огненной магией, как показала практика, у меня не очень.

— А не боитесь остаться тут, с мужчиной?

Взгляд Натана отвлекал, буравил между лопаток. Спрашивается, что у меня там, последний выпуск сурской газеты?

Пошутила:

— А у вас на меня какие-то планы? Вернее, на мою репутацию. Боюсь, придется их отложить. Тяжело насиловать девушку, когда истекаешь кровью.

— Что вы! — вспыхнул Натан. — Я вовсе не собирался!

— Тогда зачем глупые вопросы задавали?

— Просто не мне вам объяснять, люди неправильно поймут… Существуют правила…

— До замка я не дойду: устала. Вы — тем более. Значит, ночуем тут. Я вас перевяжу, а дальше, — хихикнула, — можете всем говорить, что распутная леди Феммор вас изнасиловала и отказалась взять в мужья. В нашем случае подобное развитие событий более вероятно.

Думала, Натан отчитает за неприличную шутку, но он от души рассмеялся и пообещал представить меня самой развратной и ненасытной особой на свете.

— Ну раз я ненасытная, снимайте брюки.

— Как же вам не терпится, Джейн! Я надеялся на некую прелюдию, хотя бы один поцелуй, но раз сразу снимать, что ж…

Натан тяжко вздохнул и потянулся к ширинке. Глаза при этом лукаво блестели.

— Да я не… Вы не о том подумали! — Покраснев, отвернулась. — У вас рана на бедре, надо осмотреть.

М-да, как-то я не подумала. Натан без брюк… Не голый, но… Или голый? Откуда мне знать, носят мужчины белье или нет? Но перевязать рану все равно надо, придется хоть одним глазком глянуть.

Пока я собиралась с духом, чтобы частично расстаться с девственностью, Натан благородно нашел решение проблемы:

— Давайте я сам. Зачем вас без толку смущать? Приготовьте бинты, мазь, а я все сделаю.

— Спасибо!

Убедившись, что брюки все еще на месте, я послала ему самую светлую и искреннюю из всех улыбок.

Глава 20

— Надеюсь, вам уже лучше?

Неловко переминаясь с ноги на ногу в спальне Натана, я мечтала скорее уйти. Во всяком случае до того, как окончательно испорчу свою юбку. Увы, занять руки было решительно нечем — настой я поставила на прикроватную тумбочку, о чем теперь крайне сожалела. Пальцы безжалостно сминали ткань платья. К счастью, не того самого, в котором я парила под потолком и отбивалась от нежити. То платье пало смертью храбрых и восстановлению не подлежало. Вдвойне обидно было бы испортить второе за три дня!

— Благодарю, вашими стараниями.

Натан полулежал на подушках и выглядел поразительно румяным для раненого. Если бы я своими глазами не видела его той ночью, приняла бы за симулянта.

— Рада, что лечение помогло.

Поразмыслив, я прошла в комнату и поискала глазами стул. Увы, на нем лежала одежда, пришлось аккуратно опуститься на край кровати. Само собой, нервозности это не умерило. Я ощущала себя героиней любовного романа. И все бы хорошо, ведь в конце по воле автора паре было уготовано «долго и счастливо», но мне хотелось самой вершить свою судьбу.

— Вы молодец! — прервав затянувшееся молчание, оседлала прежнего «конька» — бой с нежитью. — Так лихо снесли ей голову!

— Да вы тоже не подвели, — усмехнулся Натан. — Без вашей помощи еще неизвестно, что от меня осталось бы.

Взгляд его чуть прищуренных серых глаз нервировал. Невольно закрадывалась мысль, будто лорд действительно принял меня за книжную героиню, надумавшую навестить возлюбленного. А я зашла из вежливости. Ну и еще спросить, не нужно ли чего купить в Брекене. Может, моя репутация и оставляла желать лучшего, но азы хороших манер мне привили. Раз уж живу в замке Натана, должна проявлять элементарное внимание. Хотя бы за то, что он пострадал по моей вине.

Как обычно, осознание поступков наступает уже после их совершения. Вот и я поутру, когда топала по рассветной росе к замку, поняла, куда вляпалась и чем все могло закончиться. Умственной работе в нужном направлении способствовали затекшие мышцы и нывшая шея. Врут безбожно поэты, ночевка под открытым небом — самая настоящая пытка! Половину ночи я готовила снадобья, перевязывала, дезинфицировала, стирала. Вторую половину ворочалась, отбивалась от муравьев и комаров. Потом ненадолго задремала и окунулась в детство, то есть проснулась мокрой от росы.

Само собой, нас хватились. Еще бы, цельный владелец замка пропал! Я тоже существо шумное, вдобавок с драконом, сложно не заметить отсутствия.

Эрик наорал, пригрозил наябедничать отцу. Сдается, своему, для большего устрашения. Я в стороне не осталась, и после милых, душевных препирательств мы отправились за Натаном. Вот уж кому отлично спалось на свежем воздухе! Или после махания шпагой лорд заснул бы и стоя?

Натана увезли, а мы с Эриком задержались: нужно было осмотреть останки нежити. Но пепел на то и пепел, что толку с него никакого. Повздыхав о том, что я уничтожила ценную улику («Не могла иначе убить!»), начальник милостиво разрешил пару дней не ходить на работу. Первый день я проспала, на второй наведалась к Натану и теперь ощущала себя товаром на ярмарке невест.

— Так вам что-нибудь нужно?

Я заерзала на кровати, мечтая скорее сбежать. Дурная была идея — сунуться сюда без Эрика!

Ну вот, еще и кончики ушей покраснели.

Разозлившись на саму себя, оторвала взгляд от сложенных на коленях рук. Надо хоть осмотреть обитель греха. Я в первый раз оказалась в спальне мужчины — самом страшном месте, куда только может угодить незамужняя девица. Даже хуже Хеля, если верить словам гувернантки. Последнюю бы хватил удар, увидь она меня сейчас. К счастью, госпожа Даффл отошла от дел и сейчас третировала собственных племянников — своих детей у нее не было. И я догадывалась почему. Сложно их заиметь, если шарахаться от мужчин и их спален.

— Что-то не так? — От Натана не укрылся интерес, проявленный к обстановке комнаты.

Да абсолютно все! В ней не оказалось ничего греховного, разве только стопка чистой одежды на стуле. Так, брюки, рубашка, чулки. Видимо, слуга подготовил, чтобы переодеть господина. В остальном спальня напоминала мою, разве только больше. Та же кровать под пологом (снять бы его, а то Натан рисковал задохнуться от скопившейся за века пыли), резные столбики, антикварная мебель, камин с потертым экраном. На нем какие-то узоры… Впрочем, нет, цветы. Я разочарованно отвернулась. А где же драконы, рыцарские поединки? На потолке тоже что-то невразумительное. Вдобавок краска местами облупилась. Зато кресло у камина изумительное. Я бы с удовольствием в таком посидела. Массивное, набитое конским волосом, глубокое. К креслу прилагалась гора подушек и скамеечка для ног.

Пожала плечами:

— Просто смотрю.

— У вас такой растерянный вид. И поза скованная.

— А какой вы ожидали? — Лучшая защита — это нападение. — Раскованной? Кофе в постель, кружевной пеньюар и всякое такое?

— Вообще-то, — рассмеялся Натан, — я ожидал увидеть девушку, которая отчитывала меня за неправильную повязку, а не ее распутную сестру.

Больных надо беречь, но это не тот случай.

Бац!

В Натана полетела одна из подушек. Ради такого случая я исхитрилась совершить прыжок от кровати до кресла. Метательный снаряд угодил в цель, но никакого урона не нанес, Натан как смеялся, так и продолжал хохотать.

— Ну вот, — отфыркиваясь от смешинок, заметил он, — такой вы мне больше нравитесь.

— О, какой прогресс, уже нравлюсь!

Подбоченившись, я, надеюсь, грозно замерла у кресла, прикидывая, не метнуть ли в лорда вторую подушку.

— Да сколько можно повторять, — нахмурился Натан, — я отказал вам не из-за внешности или характера.

— Вы не могли отказаться, потому что вам ничего не предлагали, — напомнила я и подула на выбившуюся из прически прядь. — Женщины мужчин в ратушу не зовут.

— И хвала Всевышнему! — возблагодарил небеса лорд, даже пальцы молитвенно скрестил.

Это он напрасно! Если прежде мне хотелось ему помочь, то теперь я испытывала противоположное чувство. Руки чесались довести настой до ума, превратив его из укрепляющего в слабительный, но я сдержалась, с ледяным достоинством обронила:

— От меня бы вы все равно ни полслова не услышали.

— Газета.

Я не сразу поняла, о чем речь, Натану пришлось пояснить:

— Вы спрашивали, не нужно ли мне чего в городе, так вот, газету. Что найдете, то и купите. Хочу быть в курсе последних новостей.

— Посмотрим! — буркнула я и, не прощаясь, хлопнула дверью.

Как только сиделки справляются? Безумно сложная работа! Я и пяти минут не выдержала.

* * *

— Веди себя тише! — в который раз шикнула на Дика, прекрасно сознавая утопичность этой затеи.

Превратить дракона, пусть и маленького, в обычную кошечку, даже птичку не получится. Вечно держать в небесах — тоже жестоко, вот и приходилось гадать на кофейной гуще, кто из горожан окажется более стрессоустойчивым, по какой улице пройти, а по какой лучше не стоит.

Стараниями Натана до города добрались с комфортом: лорд предоставил экипаж в мое полное распоряжение. Оставив его у конторы, я решила пройтись, размять ноги. Вдобавок не уподоблюсь Синтии, чей экипаж мешал пешеходам. А вот и она, легка на помине!

Синтия напоминала райскую птицу, по ошибке выпущенную в курятник. Ощущала она себя, видимо, так же: брезгливое выражение не сходило с хорошенького личика. Мы встретились возле книжной лавки — единственного места в Брекене, где можно было раздобыть газеты.

— Доброе утро! — первой поздоровалась я и, посчитав долг вежливости выполненным, толкнула дверь.

В глубине лавки тут же задребезжал колокольчик, предупреждая о моем появлении.

— Значит, так, — шипящим шепотом дала указания подозрительно притихшему Дику, — ничего не трогать, никуда не лезть, молчать и прикинуться чучелком. Ясно?

— Скучно! — разочарованно протянул проказник.

— Зато безопасно, — отрезала я. — Снова хочешь в клетку?

Дик явно не хотел, но и чучелком прикидываться не собирался. Надеюсь, станет просто вертеть головой, ничего не испортит. Положим, ценным в лавке не торговали, но с учетом размера моего жалования даже маленький погром выльется в гигантскую финансовую дыру. Этак я никогда из замка Натана не съеду! А я собиралась. Гостеприимство — хорошо, а свой угол — лучше.

Колокольчик за моей спиной снова звякнул.

Живо обернувшись, Дик прокомментировал:

— Красотка!

— Благодарю за комплимент, — Синтия отреагировала на редкость спокойно. — Какой галантный у вас зверек! — обратилась она ко мне. — Можно потрогать?

Я в сомнении покосилась на дракончика и кивнула. Ну если ей так хочется…

Не снимая кремовых кружевных перчаток, Синтия осторожно коснулась блестящей чешуи, почесала Дику горлышко. Ренегату понравилось! Да он от моих прикосновений так не млел! Ишь, крылья расправил, грудь колесом выпятил… Мужик!

— Простите, я забыла поздороваться, — виновата улыбнулась Синтия. — Задумалась. Ах, милейшая леди Феммор, после замка Рурк местная гостиница просто ужасна, спишь на ходу, — пожаловалась она.

Вынужденно согласилась:

— Да, гостиница здесь не очень.

— А вы, смотрю, — стрельнула глазами Синтия, — остались в замке на правах гостьи.

— Скорее сиделки, — усмехнулась я и, видя, как нахмурились хорошенькие бровки, пояснила: — Я по образованию чуточку ведьма, а лорда Рурка угораздило простыть, вот и пичкаю его всякими снадобьями.

Посовещавшись, мы пришли к совместному выводу, что лучше списать нездоровье Натана все на банальную простуду, иначе пришлось бы выдумать разного рода нелепицы, вроде понатыканных в поле кольев, на которые он напоролся: не рассказывать же о нежити! Нападение — тоже не вариант. Местный судья и внутренние войска принялись бы рьяно разыскивать злоумышленника. Так что болезнь — самое лучшее.

— Ясно, — процедила Синтия, кажется потеряв к теме всякий интерес. — Ему следовало бы меньше гулять на свежем воздухе.

Пожала плечами и развернулась к прилавку.

Так, привезли ли последние номера «Обывателя» и «Сурской пчелки»? Ввиду того, что почтовый дилижанс заглядывал в город редко, кучер привозил сразу несколько, за пару недель, а то и за месяц.

— Политикой интересуетесь?

Вездесущая Синтия по-прежнему маячила за спиной.

— Совсем не интересуюсь, — не оборачиваясь, буркнула я и отложила нужные газеты.

— Напрасно! Всегда нужно быть в курсе событий.

Рассмеялась:

— Я и так в курсе. Мимо службы магических дел ни одна сплетня не проходит.

— Тяжело, наверное, жить среди тех, кто даже танцевать толком не умеет. — Синтия взяла «Обыватель», лениво пролистала и положила на прилавок мелкую монету. — На балу я не знала куда деться, пришлось почти все танцы отдать лорду Арену-младшему. Это какой-то кошмар! Высшее общество без капельки манер! Вам жутко повезло, что лорд Рурк и лорд Олбани опекали вас вечер. Три нормальных кавалера на целый зал!..

Она сокрушенно цокнула языком и обмахнулась газетой.

— А дам, дам еще меньше! Представляете, я спросила у местной учительницы, просто чтобы поддержать разговор, какую повязку для сна она предпочитает: шелковую или батистовую, так она так на меня посмотрела! Всевышний, если бы я завела речь о шляпке куазет, меня бы и вовсе признали сумасшедшей!

— О да, я тоже с трудом выношу местное общество, — против воли призналась я.

Вот ведь, совсем недавно я ненавидела Синтию, считала ее чуть ли не злом во плоти, особенно после слов Натана, а теперь смеялась над ее колкими, меткими замечаниями. Да и события минувших дней предстали в ином свете. Синтия не стремилась поразить мужчин, она просто оделась, как привыкла в столице, а тут… Ну и что ей оставалось делать, если кавалеры норовили отдавить ноги? Сидеть в углу и отвечать на все приглашения отказом? Тогда и вовсе не стоило приезжать. Эрик просто пожалел бедняжку. Лапал тоже по собственной инициативе, собственно, не ее первую и вряд ли последнюю.

И вовсе Синтия не заносчивая, разве только самую малость. Я сама тоже поначалу вела себя в Брекене не лучшим образом.

— Я была бы вам очень признательна за небольшую ознакомительную прогулку. Рассказали бы, что здесь и как, куда можно заходить, а куда не стоит. После мы могли бы вместе пообедать. Разумеется, если в местной таверне нас не отравят. Или лучше отправиться в Сур, тут ведь недалеко?

Синтия болтала без умолку. Сегодня она нарядилась по-деревенски: муслиновое платье в зеленый горошек, соломенная шляпка с лентой в тон. Духи тоже выбрала иные, легкие, цветочные. Подозреваю, Синтия привезла в Брекен не только желание помириться с Натаном, но и кучу нарядов на каждый день года.

Пожала плечами:

— Наверное.

Я так и не доехала до Сура, по ошибке сошла раньше. Но раз Рональд там регулярно бывает, то до него действительно пара часов с резвой упряжкой.

— Прекрасно! — ударила в ладоши заметно повеселевшая Синтия и, будто по секрету, понизив голос, призналась: — Я все еще надеюсь на благосклонность лорда Рурка, иначе бы давно сбежала отсюда. Но и проводить целые дни в гостинице… Ах, милая леди Феммор, вы станете моим спасением!

Скептически фыркнула. Уж чего-чего, а спасать красотку я не собиралась, равно как принимать участие в ее планах мести. Сначала я полагала, речь пойдет о чем-то страшном, но все оказалось банально. Напрасно мужчины сгущали краски, Синтия надеялась привлечь внимание Натана тем же способом, что и я, то есть закрутить роман с другим мужчиной, и теперь спрашивала совета, кого же выбрать. Я уже собиралась ответить, что все заняты (Эрик уж точно), а потом вспомнила о Ричарде. Вот уж удачная возможность избавиться от обоих! Может, ревность моя и поутихла, но я все равно считала Синтию опасной соперницей.

— Сын виконта Олбани, говорите? — изумилась собеседница. — Здесь, в Брекене?

Не стала скрывать правду:

— Мой несостоявшийся жених. До сих пор надеется, но… Словом, он ваш.

И езжайте, голубки, в столицу. Чем скорее, тем лучше.

Синтия задумалась, отчего между бровей у нее залегла глубокая морщинка.

— Полагаю, в поездке нам потребуются сопровождающие. Раз уж лорд Рурк болен, возьмите лорда Арена, а я постараюсь уговорить лорда Олбани. К сожалению, мы не представлены, но раз он поселился в той же гостинице, что и я, свести знакомство не составит труда. Отправимся… — Она снова задумалась. — Да прямо сегодня. Нет ничего прекраснее, чем возвращаться после чудесного ужина в отличной компании под звездами!

* * *

— Что за дурацкая идея — ваша поездка! Нам работать надо, — бурчал Эрик, впрочем, без особого сожаления запирая кабинет на ключ.

От меня не укрылось, что при имени Синтии он заметно приободрился. Утихший было огонь вновь вспыхнул в моей душе. Может, поэтому я мстительно умолчала, что четвертым лишним станет Ричард.

— Ничего, потом поработаешь. Надо же и отдыхать.

— Да у вас тут и так сплошной отдых! — вздохнул Эрик и, проходя мимо, покосился на Рональда.

На мгновение мне показалось, что он спросит, чем тот занят, и коллеге придется признаться в имитации бурной деятельности, но обошлось. Эрик смыслил в артефактах не больше, чем я в боевой магии. Рональд, судя по всему, тоже. Я как-то, разумеется, втайне от него, повертела многострадальный артефакт и быстро обнаружила поломку. Рональд не видел ее уже неделю. Впрочем, если бы он починил артефакт, пришлось бы заняться чем-то другим, что в его планы не входило.

— Спасибо, я бы лучше поработала, чем еще раз отдохнула на балу!

При воспоминании о той ночи мороз пробегал по коже. Как хорошо, что нежить мертва, а другой с того света на призывали!

Эрик недовольно засопел, но не стал в десятый раз отчитывать: надоело.

— Завтра пойдешь со мной. В отместку за увеселения. Будем искать…

— Наверняка что-то интересное? — вклинилась в нашу беседу Синтия.

Она вновь переоделась и напоминала большое зефирное облако. Губы приветливо улыбались, но глаза… В очередной раз поймала себя на мысли: с ними что-то не так. Ощущение, будто ты в театре, Синтия тщательно играет роль, а сама думает о том, как в гримерной наконец-то скинет туфли.

— Отнюдь! — развел руками Эрик и с готовностью облобызал протянутую ладонь. — Рабочая рутина.

— О, не наговаривайте на себя! У вас жутко интересная работа!

Синтия ловко завладела его локтем, оттеснив меня назад, в арьергард небольшой компании. Нахмурилась. Помнится, мы совсем не об этом договаривались. Для Синтии — Ричард, для меня — Эрик. А тут она чуть ли не клешнями вцепилась в Арена-младшего. Не удивлюсь, если действительно всучит мне какую-нибудь корзину и, словно служанку, отправит отнести в экипаж.

Не мудрствуя лукаво, пристроилась слева от Эрика. Двор широкий, втроем точно разойдемся. Если Синтия заметила мой маневр, то не подала виду. Она активно расспрашивала Эрика о работе. Тот сначала отвечал неохотно, но потом разговорился.

— Подумать только — другие миры! — восхищенно всплеснула руками Синтия и подала знак кучеру, чтобы тот остановил экипаж у дворовой арки муниципалитета. — Нам о собственном-то толком ничего неизвестно. Пожалуйста, лорд Арен, — она просительно уставилась на Эрика, — разумеется, если это возможно, безопасно и разрешено законом, возьмите меня с собой! Обещаю стоять тихо-тихо, не жаловаться на усталость и подчиняться всем вашим приказам.

От последнего — подчиняться всем вашим приказам — у меня волоски на руках дыбом встали. Синтия так чувственно это произнесла, будто речь шла вовсе не об инструктаже по безопасности.

— Обещаю подумать, — неопределенно ответил Эрик, но по выражению его лица я поняла: согласится.

Вся надежда только на Ричарда, иначе все последующее лето Синтия с Эриком станут ворковать на ромашковом поле, а я — дуться и в одиночку искать чернокнижника. Зато если лорд Олбани поедет, есть шанс, что Арену-младшему это сильно не понравится. Во всяком случае он не станет делиться рабочими моментами с той, которая тесно общается с подозреваемым.

Напрасно, ох, напрасно я поверила дамочке! Синтия еще та штучка, легко обводила людей вокруг пальца.

— И все же до сих пор не могу поверить: сын самого Джеймса Арена!

Синтия таки исхитрилась вновь оттеснить меня на задний план, первой шмыгнула под арку. Втроем под ней не пройти, поэтому пришлось уступить. Надеюсь, мерзавке хотя бы икалось от моего взгляда!

— Я ожидала встретить вас в коридорах какого-нибудь министерства, но никак не здесь. — Лесть продолжала щедрым потоком литься из хорошенького ротика.

— Возможно, когда-нибудь встретите, — снова нагнал туману Эрик.

Он приосанился, распустил невидимый хвост. Было бы перед кем!

— Какого же? — оживилась Синтия и кивком головы поблагодарила за распахнутую дверцу экипажа.

— Министерства магии, разумеется. Брекен — это так, временно. Выполню задание и вернусь.

Ой дура-ааа-ак! Но кто я такая, чтобы затыкать рот начальнику, особенно когда он не затыкается.

— Ах, вы непременно станете таким же великим, как ваш отец!

Восторг Синтии вышел чересчур наигранным, но ослепленный чесанием фамильного эго Эрик этого не заметил. Спасибо, что обо мне вспомнил, а то с парочки сталось бы захлопнуть дверь экипажа перед моим носом.

— Как бы я хотела познакомиться со знаменитым магистром! Это возможно? — продолжала щебетать Синтия.

— Разумеется. По возвращению в столицу я вас обязательно представлю, покажу академию магии…

— … и фамильный сейф, — буркнула я, в нетерпении посматривая в окошко.

И Дика все нет, и Ричард куда-то запропастился. Оставалась робкая надежда, что мы подхватим лорда Олбани по пути, но и она растаяла, когда кучер хлестнул коней, увлекая нас прочь из города.

— Джейн! — сверкнув глаза, одернул меня Эрик.

— Ничего страшного, я не обиделась, — заверила Синтия и перебралась ближе к Эрику.

Зато я обиделась, но кого это волнует?

Уткнувшись в угол кареты, старалась не замечать воркование парочки.

Какая же я дура! Похоже, эта поездка станет худшей в моей жизни. И непременно стала бы, если бы не Дик. Проказник таки объявился, помахал крылом в окошко: вот, мол, я, успокойся. И я действительно немного успокоилась. По крайне мере, теперь у меня было, кому следить за роковой Синтией.

Глава 21

— Полагаю, в сложившейся ситуации мне лучше всего уехать.

Ричард нервно барабанил пальцами по столешнице и едва ли прикоснулся к еде. Он прислал записку, попросил отобедать с ним в городе. Я согласилась, хотя благоразумная девушка предпочла отказаться. Да что там, на всякий случай развернула бы записку в перчатках, а после сожгла. Но, как известно, я благоразумием не отличалась, поэтому заработала не нервное расстройство, а обед за чужой счет.

— Понимаю…

Впервые за много лет я не знала, что сказать. Ни этикет, ни учебная программа не рассматривали поведения в столь сложных обстоятельствах.

Зато Дику было легко. Пользуясь случаем, он нагло таскал куски из тарелки Ричарда. Умрет ведь от обжорства!

— Что-нибудь уже известно?..

Не чувствуя вкуса, я отправила кусок в рот, прожевала.

Вся эта ситуация: Ричард, Эрик, Синтия, — тяготила. Вдобавок я жила на птичьих правах у Натана, что тоже не добавляло оптимизма. Ездила каждое утро на службу в чужом экипаже, так же возвращалась, причиняя всем кучу неудобств. И, в первую очередь, себе. Но, увы, мои мечты о съемном уголке разбились о суровую реальность. Меньше надо было сорить деньгами в самом начале! И, строя планы побега, поинтересоваться жалованием. Теперь же, после счета за гостиницу, многочисленных трат и появления Дика, который, пусть и дракон, не желал питаться воздухом, о пансионе пришлось забыть. Мой удел — коморка с клопами или роль приживалки. А ведь люди умудрялись годами как-то выживать на подачку от государства! И ладно бы женщины, они хотя бы могли выйти замуж, но мужчины!..

— Нет, все так же. — Ричард без труда понял, что я имела в виду. — Но Арен просто так не отстанет.

— Даже если вы женитесь на Алфее?

Цыкнула на Дика. Хватит уже воровать! У самого брюхо надулось словно барабан, скоро дымом начнет отрыгивать, а Ричард ни крошки пока не съел.

— А вы бы женились? — горько усмехнулся собеседник.

Требовалось проявить женскую солидарность, но я без колебания ответила:

— Нет.

Бедняжка, безусловно, не виновата в своих дефектах, но жестко связывать с ней здорового человека узами брака. Я ведь тоже не желала выходить за Ричарда, хотя он умственно полноценный, симпатичный, обаятельный. А там… Не испытывать никаких чувств, мучиться, терпеть и молиться о скорейшей смерти жены.

— То-то и оно! — тяжко вздохнул лорд Олбани и наконец взялся за вилку.

Обед уже остыл, вдобавок все самые аппетитные кусочки съел крылатый проказник, но Ричард не замечал ни того, ни другого. Казалось, подай ему жареную подошву, он бы и ее проглотил.

Меня вдруг осенило:

— А если вы найдете ей жениха?

— Как вернусь в столицу, сразу же отправлюсь по тюрьмам, — пообещал Ричард и отмахнулся от вертевшегося рядом Дика.

Он вообще воспринимал дракона как повседневную данность, мышь там или крысу. Ну летает, ну разговаривает — эка невидаль! Прежде я удивилась бы, но бывшего чернокнижника крылатыми ящерами не удивить. Эх, вот бы кто пригодился нам в поединке с нежитью! Хоть Ричард клялся, что давно не занимается темной магией, наверняка бы вспомнил пару заклинаний, тогда бы Натана не ранили.

— Зачем — по тюрьмам? — не уловив чужой мысли, нахмурилась я.

— Спасать от казни ценой «долго и счастливо» с Алфеей Бофас.

От души рассмеялась. Ричард тоже улыбнулся, разрядив тягостную атмосферу.

Вот ведь, ни в чем не виновата, а отвожу глаза, чувствую себя не в своей тарелке из-за его отъезда.

— Как я понимаю, — промокнув губы, уточнил Ричард, — у нас все?

— Я могла бы писать вам письма.

Разумеется, спрашивали о другом, но я предпочла притвориться дурочкой. И вообще, подобные разговоры при детях не ведут.

— Кыш!

Я выпроводила Дика на свежий воздух. Пусть растрясется, заодно подавальщица из-за стойки вылезет. Хозяин и так на меня волком смотрит: дракон отпугивал посетителей, лишал выручки. А так всем польза. Дик, правда, считал иначе, но кто его спрашивал!

— Ну вот, — с облегчением выдохнула я, спровадив крылатое недоразумение, — так-то лучше!

И пожаловалась:

— Я снова будто перенеслась в детство: ни шагу без сопровождения, вечные вопросы. Только теперь я в роли гувернантки.

— И как, справляетесь?

В глазах Ричарда блеснули задорные искорки. Наконец-то, а то как на похоронах!

— Частично, — приукрасила свои педагогические успехи.

На самом деле я не справлялась. А ведь это дракон, не ребенок! Правильно, рано мне пока замуж, а, может, и вовсе не надо. Вдруг мои будущие отпрыски разгромят целый город? С такой-то наследственностью легко!

— Не прибедняйтесь! — Вздрогнула, когда Ричард коснулся моей руки под столом, несмело пожал ее. — Вы отлично справляетесь. Говорю, как человек немного знакомый с драконами. В теории, разумеется, — быстро поправился он и убрал пальцы. — Только по картинкам. А идея с письмами хорошая. Я был бы рад, если вы посвящали меня в свои маленькие горести и радости. Мне кажется, между нами возникла некоторая симпатия…

Замолчав, он пристально посмотрел на меня.

— Э-эээ…

В нужные моменты я не отличалась красноречием.

— Она может стать прологом чего-то серьезного.

Пожала плечами:

— Может. А может и не стать.

— Но все же я предпочел бы надеяться.

Ричард вновь перехватил мою руку, но на этот раз поднес к губам и поцеловал. По-настоящему. Совсем по-настоящему.

Через меня будто стадо мурашек пропустили. Да-да, они бегали там, внутри. Колени задрожали, щеки покраснели. Я испытала непонятное жаркое чувство, когда Ричард, словно ненасытный вампир, впился в кожу снова, не отрываясь от нее, переместился чуть выше, к запястью. Но я не любила его, точно не любила! Когда есть, с чем сравнить, видишь отличия. Тогда что со мной?

Нет, я не падшая женщина, я не могу!.. Это случается после свадьбы, только с любимым и уж точно не от целования рук! Тем не менее ладонь я вырвала и, надувшись, попросила Ричарда больше так не делать.

— Почему?

Он не выглядел смущенным, скорее довольным.

Ответила первое, что пришло в голову:

— Люди смотрят.

— Люди всегда смотрят, — философски заметил Ричард, но развивать тему не стал. — Вы проводите меня?

— Разумеется. Прямо сейчас?

— Нет, вечером, когда пройдет почтовая карета. Вот уж никогда не думал, — с горькой усмешкой покачал головой он, — что когда-нибудь стану путешествовать с торговцами и курами!

— Главное, прикинуться статуей, — посоветовала я. — И побольше спать.

Ричард вновь улыбнулся и, подозвав подавальщицу, расплатился за обед.

На выходе из таверны меня перехватил Эрик. Судя по выражению лица, и. о. папочки был крайне недоволен, но хотя бы поздоровался с Ричардом. Тот был куда приветливее, но с тем же успехом мог беседовать со стеной. Эрик трепетно следовал принципу избирательной глухоты и слепоты, в конце и вовсе уволок меня прочь, якобы по неотложному делу.

— Простите, Ричард, — успела крикнуть я, — служба! Но я обязательно приду.

Попытаюсь прийти, если Эрик не запрет меня в темнице и приставит Дика охранять.

— Ну и какие такие срочные дела у тебя вдруг возникли?

Я обозрела сонную контору. Даже пыль, и та старая. Все мухи убиты, в журнале записей пустота.

— Просто не хотел, чтобы ты с ним общалась, — признался Эрик.

Он до сих пор хмурился, смотрел так, будто я совершила преступление мирового масштаба.

Фыркнула:

— В обязанности начальника не входит право распоряжаться личной жизнью подчиненных.

Эрик не стушевался:

— Личной жизнью следует заниматься во внерабочее время. Ты и так задержалась на обеде, нам в обход пора. Если ты не забыла, — ядовито напомнил Арен-младший, — у нас тут порталы в иные миры, чернокнижник и прочая бесовщина. Или решила, раз твой разлюбезный Олбани нежить не вызывал, а сама она мертва, можно расслабиться, забыть?

Изумленно присвистнула:

— Да ты ревнуешь!

— А ты ведешь себя как мальчишка на голубятне.

— Ревнуешь, ревнуешь!

Хлопая в ладоши, я закружилась по комнате и едва не врезалась в шкаф. Спасибо, вовремя заметила, а то меня погребло бы под грудой папок.

— Не смешно! — насупился Эрик. — Бери блокнот и идем! Про обход я не шутил.

И первым вышел за дверь.

Покачала головой. Ох уж эти мужчины, вечно сбегают от ответственности!

Но обход, так обход, отлынивать не стану. Прихватила блокнот, карандаш и толкнула входную дверь… чтобы врезаться в Дика. Ох, ну и твердый же у него лоб! Таким орехи колоть можно. Крылатому-то что, а у меня наверняка синяк на всю пятую точку. И карандаш куда-то закатился… Словно старая бабка, кряхтя и охая, встала на колени. Куда ж он подевался?

— Мама Джейн охотится на мышей? — отреагировал на мою возьню Дик.

Вот ведь я дура, а! Заполучила фамильяра в единоличное пользование и сама полирую пол.

— Мы сейчас! — крикнула в приоткрытую дверь Эрику и плюхнулась на пятки.

Приказала Дику:

— Ищи!

И он нашел. Все, что угодно, кроме карандаша. Оторванные пуговицы, фрагменты старых личных дел, какие-то газеты — Дик складывал все к моим ногам, словно величайшие сокровища мира. При этом смотрел так предано, так умильно, что ничего не оставалось, как благодарить и чесать за ушком.

— Вот!

Потерявший терпение Эрик сунул мне в руки запасной карандаш.

— Теперь мы можем идти? — ворчливо поинтересовался он. — Или ты затеяла генеральную уборку?

— Спроси у Дика, — покосилась на полного энтузиазма крыластика, осваивавшего неизведанные углы и полки.

— У вас одна голова на двоих?

— Не смешно! — обиделась я и первой покинула контору.

Пусть запирает и догоняет.

Шум крыльев подсказал, что Дик увязался следом. Очень сильно бы удивилась, если бы он променял приключение на послеобеденный сон. Хотя лучше бы спал, право слово! От еды у Дика развязался язык, и он не затыкался до самой окраины. На фоне драконьей болтливости мы с Эриком даже помирились, потому как слушать пересказ городских сплетен в интерпретации крыластика было невыносимо.

— Как тебе идея продать его какой-нибудь газете? — шепнул начальник.

— С каждой минутой кажется все притягательнее.

Мы с Эриком шли рядом, практически соприкасаясь руками, и мне казалось: вот оно, большое светлое чувство. Ровно до того момента, как Дик, прервав свой увлекательный рассказ о буднях зеленщика, завопил:

— Едет, едет!

Словно застигнутые врасплох школьники, мы прыснули в разные сторону.

Через минуту в клубах пыли, а, может, в языках пламени, что подошло бы ей гораздо больше, явилась Синтия. И, разумеется, сразу намертво прилипла к Эрику: мол, какая чудесная погода, не подвезти ли вас? Сдается, начальник бы согласился, если бы не мое зверское лицо. Осознав, что мое терпение достигло критической отметки еще в Суре, он вежливо отказался.

— Тогда я дождусь вашего возращения в конторе, — прощебетала Синтия.

Мрачно усмехнулась. Долго придется ждать, паутиной покроешься. Если прежде я не горела желанием таскаться по окрестностям Брекена, то теперь приложу все усилия, чтобы мы обшарили каждый уголок.

Послав Эрику легкомысленный воздушный поцелуй, Синтия укатила.

— Ну, с чего начнем? — с показным энтузиазмом потерла руки я.

Ответ не удивил:

— Со старой мельницы.

Через пару часов беспрерывного хождения и ползанья месть Синтии уже не казалась блестяще идеей. Ноги гудели от усталости, я согласилась бы даже на ужин с Ричардом при свечах, лишь бы только наконец-то отдохнуть.

Бросив короткий взгляд на солнце, убедилась, несостоявшийся жених уже уехал. Нехорошо вышло! Обещала проводить и не пришла, даже толком не попрощалась. Ничего, потом в письме все объясню. Батюшка с удовольствием даст адрес.

— Ладно, присядь пока, — сжалился надо мной Эрик.

Или над собой, потому как из помощницы я превратилась в балласт.

— Хорошенько охраняй ее! — то ли в шутку, то ли всерьез приказал он крыластику.

Дик кивнул и выпустил струйку пламени, едва не подпалив Эрика.

— Эй, что ты делаешь?! — отпрыгнув, возмутился тот.

— Тренируюсь, — важно ответил крыластик. — Вдруг на маму Джейн нападут, а огонь не выдувается?

— Вот, на камнях тренируйся!

Эрик ткнул пальцем в груду валунов и вдруг замер, будто сам превратился в осколок скалы.

— Джейн? — тихонько позвал он.

— Что? — таким же шепотом, боясь пошевелиться, ответила я.

— Ты это видишь?

Ну камни и камни. Чего Эрик так испугался?

— Я, конечно, могу ошибаться, — пробормотал Арен-младший, — но это жертвенник.

Так, похоже, кто-то перегрелся на солнце.

— Не хочу тебя расстраивать, но жертвенник выглядит иначе.

— Не хочу тебя расстраивать, — передразнил Эрик, — но ты ничего не смыслишь в иных мирах. Дик, — поманил он пальцем дракона, — мне нужна твоя помощь.

Заинтригованная, я позабыла об усталости, заковыляла за парочкой, рысцой направлявшимся к валунам.

При ближайшем рассмотрении камни оказались необычными. Они не хаотично валялись на земле, как показалось сначала, а выстроились четким пятиугольником. Пространство внутри геометрической фигуры оставалось свободным. Когда-то здесь росла трава, но верхний слой земли сняли, а остальное тщательно выровняли.

— И?

Не спорю, место не обычное, но явно не алтарь.

Дик забавно выпучил глаза:

— Тебя никогда не приносили в жертву, мама Джейн?

Закашлялась.

— К счастью, не доводилось.

— Сюда, — дракон чиркнул крылом по пространству внутри пятиугольника, — кладется приманка. Ее забирают, а взамен дают много денег. Мой дядя, — Дик горделиво расправил щетинки на хребте, — с помощью пятиугольного алтаря целое состояние сколотил. Мама рассказывала, пока я в яйце сидел.

Теперь я поперхнулась.

— И что тебе еще мама рассказывала? — осторожно поинтересовалась я. — Может, ты и диплом еще в утробе, то есть в яйце получил?

— Зачем мне диплом, я и так умный. У нас, драконов, родовая память.

Вот так, Джейн, добро пожаловать в самый низ интеллектуальной цепочки. Даже маленький дракон образованнее тебя.

— Это древнее и, если так можно выразиться, намоленное место. — Эрик с опаской, стараясь лишний раз не прикасаться к камням, опустился на колени и простер ладони к площадке между ними. — То самое, которое мы с отцом долго искали.

— Иди ты!

Я плюхнулась на пятую дочку и обняла Дика: как-то не по себе стало от близости Хеля. Не иначе с нервов, стало казаться, будто похолодало, потянуло вековым холодом.

— Как только твой отец не заметил! — злорадно подметила я.

Подумать только, сам магистр Арен оплошал!

— У него банально не хватило времени, — ожидаемо бросился на защиту отца Эрик.

— Так давай тоже банально все здесь разрушим, и дело с концом.

Решение проблемы виделось простым и логичным. Нет жертвенника — негде проводить ритуалы.

— Для этого мне и нужен твой дракон. Или предлагаешь ломать камни голыми руками? Драконий огонь — лучшее средство.

Следующий час, а, может, и больше мы провели в поте лица. Бедняжка Дик выдохся, охрип, пытаясь расплавить валуны. Эрик активно помогал ему, откалывал куски крохотными молниями. Я знанием подобных заклинаний похвастаться не могла, поэтому поддерживала парочку морально.

— Ну вот, готово!

Утерев пот со лба, Эрик уставился на плоды совместных трудов в лучах закатного солнца. Неведомому чернокнижнику придется изрядно постараться, чтобы склеить свой жертвенник из оплавленных обломков. Вдобавок Эрик поработал на магическом уровне, что-то там нарушил. Словом, мы хорошо потрудились и заслужили награду. Еще бы кто ее выписал!

Обратно возвращались в обнимку, уверенные, что все самое страшное позади. Нежить мертва, жертвенник уничтожен, дело оставалось за малым — отыскать чернокнижника и отправить билетом в один конец в иные миры. По словам Эрика, он все продумал, установил хитрую ловушку возле осколков камней.

И ведь все было действительно хорошо, чуть ли не самый лучший день в моей жизни, ровно до того момента, как я услышала капризный голос Синтии:

— Я вас заждалась, лорд Арен!

Ведьмин котел, я совсем забыла про эту прилипалу! Может, попросить Дика и ее поджарить?

Глава 22

— Пожалуй, из вас вышла бы неплохая ведьма, — задумчиво обронил за завтраком Натан.

Вот уже четверть часа он вместо газеты рассматривал меня и наконец озвучил свои выводы. Странные, надо признать. Пожав плечами, сочла сказанное за комплимент, но все же уточнила:

— Почему?

За прошедшие две недели лорд почти оправился от ран и с нескрываемой радостью покинул склеп — так он именовал свою спальню.

— По многим причинам. — По губам его скользнула ироничная улыбка. — Полагаю, часть из них вам не понравится, поэтому озвучу только приличные.

— Нет уж, — играя в морской шторм в тарелке с жидкой овсянкой, потребовала я, начните с неприличных.

— Хм, — Натан покосился на восседавшего на спинке моего стула Дика, — я несколько опасаюсь. Двое против одного… Боюсь, Всевышний не наградил меня крыльями и острыми когтями, а вступать без них в дискуссию с вами смерти подобно.

— Зато вы прекрасно владеете языком. Он не менее остер, чем ваша шпага.

Чем дольше я жила в Брекене, тем больше практиковалась в чуть ли не главной светской науке — умении наделать в собеседнике дырок без ножа. Или просто сказывался возраст? Наступила та прекрасная пора, когда на прежние «нельзя» смотришь с сарказмом, а новые еще не появились.

Глаза Натана задорно блеснули.

— Предлагаете устроить поединок?

Кивнула:

— Если король не запретил вам словесные дуэли, почему бы и нет?

Все лучше, чем изображать наслаждение кашей. Сегодня кухарка приготовила завтрак так, словно ее бросил целый гарем мужей, и она в моем лице решила отомстить всему женскому роду. И заодно взялась за мою фигуру, которую я чуточку запустила. Ладно, не чуточку, но единственное развлечение в Брекене — это еда. Ему я с успехом придавалась трижды в день, иногда даже больше. Появление же в моей жизни дракона, партнера по обжорству, и вовсе поставило крест на талии как у тростинки. Зато ветром не сдует.

— Необязательно ему говорить, — подмигнул Натан и неожиданно поинтересовался: — А что Ричард Олбани? Мне говорили, он уехал.

— Уехал, — охотно подтвердила я и, отодвинув тарелку, потянулась за сдобной булочкой.

Эх, прощай молодость, прощай фигура! Подвиньтесь, старые девы, иначе задавлю телесами.

— Скучаете? — продолжил странный допрос лорд.

Выражение его лица изменилось, стало предельно серьезным. С другой стороны, именно он в свое время обвинил Ричарда в проведении ритуала, а тот вызвал его на дуэль. Я вдруг подумала, что, пусти лорд Олбани слух в столице, это могло бы изрядно навредить Натану. При желании Ричард мог обставить все в самом худшем свете, а то и выставить инициатором дуэли Натана. Оставалось надеяться, младший сын виконта довольствуется возней с Аренами. Кстати, что-то давно нет вестей от магистра, притих. Нашел ли он доказательства вины Ричарда или извинился перед ним за клевету? Надо попытать Эрика.

— Нет.

Разрезав булочку пополам, я щедро сдобрила ее маслом.

— Но ведь теперь вам не с кем танцевать, — не унимался Натан.

— Теперь мне не за кого выходить замуж — это самое главное. А танцы… В конце концов, у меня есть вы. Или в Брекене запрещено танцевать с девушкой без намерения жениться?

— Запрещено, но мы попытаемся нарушить традицию. — Лорд снова улыбнулся. — Обещаю устроить ради вас грандиозный бал.

— Умерьте пыл, милорд, мне хватит и обычного. Тем более не следует называть его в мою честь.

— Вы суеверны? — В глазах Натана плясало драконье пламя.

— Скорее недостаточно тщеславна. Вдобавок хочу тихой, размеренной жизни.

— Вы? — не поверил Натан.

— Да, именно я. Полагаю, вы в курсе моих приключений? — Лорд кивнул. — В таком случае должны понимать, их с лихвой хватит до конца жизни. Вот хочу попробовать стать настоящей леди.

— Боюсь, — лорд с трудом сдержал ироничный смешок, — пока выходит лишь ведьма. И не нужно морщить лоб, примите горькую правду. Вы же пичкали меня всяческими микстурами, а они, заверяю, были мерзкими на вкус.

— Ладно, давайте вашу горькую пилюлю, — смирилась я.

Даже интересно, что родним меня с мастерицами заговоров и проклятий.

— Итак, — Натан прокашлялся, неторопливо размял пальцы, будто собирался не произнести пару слов, а приступить к долгому кропотливому занятию. — Как истинная ведьма, вы рушите упорядоченную жизнь, кидаетесь цветочными горшками, жонглируете колкостями, ищете и находите неприятности. А еще делаете отличные мази. Местный врач ими крайне интересовался, просил рецепт.

— Боюсь, — я с трудом сдерживала смех, — у него нет главного секретного ингредиента.

Казалось бы, следовало обидеться на сомнительную характеристику, а мне хотелось растянуть губы от уха до уха. То ли старею, то ли глупею, может, то и другое сразу.

— Какого же?

Сделала эффектную паузу, подогревая градус любопытства, и все же улыбнулась:

— Меня. А еще крыльев летучей мыши, слез девственниц и паучьих лапок. Нет, серьезно, — я с удовольствием налила себе еще кофе, — ничего сверхъестественного я не делала, все строго по учебнику, потрепанному, старому и тысячу раз дополненному настоящими ведьмами. И характер мой тоже не так плох, как вам кажется.

— Откуда вам знать, что мне кажется? — поддел Натан. — Или вы на досуге изготовили ментальный артефакт?

Фыркнула:

— Я работаю над этим. Как только, так сразу на вас испытаю.

Шутки шутками, а задуматься есть о чем. Я не о ментальном артефакте. Недели бегут, диплом устаревает, а я по-прежнему сижу в приемной, перебираю бумаги. Единственный раз применила магию при защите Натана и то не артефакторику. А ведь еще в июне казалось… Выходит, прав господин Энлих, для девиц диплом — всего лишь пыльная бумажка за стеклом. Неважно первая ты ученица или последняя, знаниями не пользуешься, ничего ценного не создаешь.

— Что-то вы приуныли! — Натан промокнул губы салфеткой и поднялся из-за стола. — Предлагаю немного развеять вашу хандру, а заодно повысить квалификацию.

— Неужели на ратуше вновь сломался часовой артефакт, а Рональд в отъезде?

Быстро затолкала в рот сдобную булочку, единственно съедобное во всем завтраке, и запила ее кофе. Лучше подавиться, чем умереть от скуки. Подумать только, я уже начала искать поводы не ходить на службу!

— Ну зачем же лишать вашего коллегу единственной радости в жизни! Нет, у меня к вам просьба иного рода, пусть и по магическому профилю. Однако лучше один раз показать, чем сто раз рассказать. Поднимемся наверх?

Через пару минут я уже стояла в знакомом кабинете Натана.

— Вот!

Он отпер верхний ящик стола и достал нечто, бережно завернутое в носовой платок.

— Надеюсь, — нахмурилась я, не торопясь разворачивать ткань, — это не с места ритуала?

— Нет. Этим со мной расплатился один из фермеров. Сначала думал сдать в ломбард, но затем засомневался.

Дракоша, конечно, егоза крылатая, больше всех ему надо, проворно спланировал на стол.

— Дик! — встревоженно окликнула я.

Поздно: любопытный крыластик подковырнул когтем платок прежде, чем я успела его остановить. Ох, лишь бы ничего не оторвало!

Пригнувшись и на всякий случай заложив уши, мы с Натаном не спешили подниматься, спрятались по обеим сторонам стола.

— Эй, вы чего? — Дик по очереди заглянул в лицо каждому. — Это всего лишь астролябия. У нас такая в каждом доме.

— У нас? — отгоняя нехорошее предчувствие, переспросила я и, медленно выпрямившись, глянула на стол.

На платке лежал шарик размером с человеческий кулак. При детальном рассмотрении оказалось, он не цельный, а состоит из множества частей, тщательно подогнанных друг другу. Непонятная вещица поблескивала кристаллами, походившими на бриллианты. Саму ее выполнили из непонятного темного металла, я такого прежде не встречала.

— Я не знаю точного названия, мама Джейн. Если бы вылупился у мамы в гнезде, сказал бы, в каком из темных королевств.

— Хель? Изнанка?

Нехорошее предчувствие уже вопило во весь голос, тыкало ножиком под ложечкой.

— Изнанка, конечно! — обиделся Дик. — Я тебе демон?!

— Ну прости, — развела руками, — в человеческих академиях подобным тонкостям не обучают.

— Чему вас вообще только учат! — горько посетовал крыластик. Мог бы, глаза закатил, а так только зрачки до тонкой ниточки сузил. — О драконах ничего не знаете, складной астролябии не видели, даже жертвенник определить не можете.

— Жертвенник? — впился в меня взглядом Натан.

Шикнула:

— Потом!

Сначала с драконьей внутриутробной учебной программой разберусь.

— А можно ее взять?

Робея, словно перед Ареном-старшим, я указала на шарик.

— Даже нужно, — воодушевился крыластик. — Такой бам будет!

— А можно без бама? — с надеждой спросила я.

Кто темных знает, вдруг у них астролябии для создания вселенной предназначены? Вот и заготовки под звезды в виде бриллиантов имеются, недаром же камушки по всей поверхности рассыпаны.

— Можно, но это так скучно!

— А мы с леди Джейн старые, обожаем скуку, — подмигнул Натан и покосился на меня.

Активно закивала. Мне тут взрыв мирового масштаба не нужен, в демиурги не записывалась.

Дик окончательно погрустнел и ловко когтем привел в действие скрытый механизм. Никакого взрыва не последовало. И хвала небесам! Шарик распался на две половины, явив вполне привычный астрономический механизм. Правда, не совсем в обычном исполнении. Жители Изнанки видели звезды иначе, да и предпочитали объемное изображение. Словом, вышла эффектная вещица, над которой ломали бы умы многие ученые.

— Увеличить? — обернулся ко мне Дик.

Кивнула, надеясь, что места в кабинете хватит. Хватило.

Астролябия подпрыгнула. На мгновение ее заволокло едким дымом. Когда он рассеялся, мы с Натаном дружно выдохнули: «Ух ты!» Да это же не просто астрономический прибор, это еще и проекция звездного неба. Все движется по орбитам, блестит, переливается — мечта ленивого студента. Ничего не надо высчитывать, покрутил, навел на нужную звезду, и готово.

— Откуда астролябия у обычного фермера?

— Сам хотел бы знать, — почесал затылок Натан. — Сначала я принял это за часы, потом — за артефакт, но и подумать не мог…

Лорд замолчал, а потом решительно направился к двери.

— Джейн, вы со мной? Если получится, мы сегодня найдем проход в другой мир.

Я колебалась не больше мгновения. Ну ее, субординацию, постфактум Эрику обо всем доложу. Заодно сбылась моя мечта — можно на законных основаниях не плестись в контору.

Попросив Дика сложить астролябию, прихватила ее с собой и, перепрыгивая через ступеньки, обогнала Натана, первой спустилась в холл.

— Какое похвальное служебное рвение! — улыбнулся он.

Лорд не торопился: боялся потревожить раны. Я же изнывала от нетерпения. Могла бы, закинула бы его на плечо и несла до самой фермы.

Ехали в экипаже — опять-таки из-за соображения здоровья Натана. Хотя, по мне, на ухабах трясло не меньше, чем в седле. Во всяком случае я раз пять прикусила щеку и набила десяток новых синяков. Натан же, если и испытывал какие-то неудобства, мужественно держал лицо.

— Осторожно! — предупредил он, когда мы остановились у низенькой беленой ограды. — Тут грязно.

Натан первым выбрался наружу, оценил масштаб катастрофы и предложил:

— Давайте я донесу вас до дома?

Отказалась… и лишилась еще одного платья. Не поручусь, что трясина вдобавок не засосала единственные туфельки.

— Я предупреждал! — укоризненно покачал головой Натан.

Ему-то хорошо, в штанах, высоких сапогах, а мне?

— Могли бы предупредить еще в замке! — насупилась я, лишая сложную дилемму: ступать по грязи или продуктам животной жизнедеятельности. — Тогда бы не пришлось изображать героя. Знаете же, вам нельзя поднимать тяжести.

— Вы совершенно правы, — согласился нахал, — не такая уж вы красавица, не стоите подвига.

— Запустить в вас коровьей лепешкой? — прищурилась я.

— О, вы начали разбираться в сельском хозяйстве! — продолжал потешаться лорд.

— Руку дайте! — буркнула я. — А лучше обе.

Нечего и думать выбраться самой, только сильнее увязну.

Ох, представляю, как от меня воняет. Сколько же мыла я изведу, пока не верну себе аромат леди!

Натан со страдальческим вздохом, то ли наигранным, то ли настоящим, подхватил меня подмышки и перенес на безопасное место.

Туфельки стойко выдержали испытание, остались на ногах. Есть в жизни счастье!

— Вы как? — Может, я чуточку сердилась на лорда Рурка, но помнила о его ранениях. — Крови нет, не болит?

— А должно? — Натан вздумал играть в стойкого каменного стража.

Но я-то видела, как он украдкой помассировал левую руку.

— Смотрите, — пригрозила я, — вскроются раны, найду вам самую страшную сиделку в Ромнии. Вдобавок совру, что вы без памяти в нее влюблены.

— Ответной мести не боитесь? — приподнял брови лорд. — Ричарда Олбани всегда можно вернуть, обнадежить…

— Сплюньте! — переменилась в лице я.

Может, и письма Ричарду лучше не писать, мало ли? Девушки — существа ветреные, пообещала и забыла.

— Ладно, — посерьезнел Натан, — шутки в сторону. Говорить с Джеком буду я. Вы слушайте и помалкивайте. Ваш дракон пусть тоже молчит, а еще лучше подождет нас в экипаже.

Представила картину «Явление фермеру дракона». Парной к ней стала бы «Смерть фермера от сердечного приступа». Так что действительно, друг любезный, посиди в экипаже. Мы тебе потом все подробно расскажем.

Сначала Джек отпирался, врал, будто вещица перешла к нему по наследству от деда, но потом признался: нашел, согласился показать где. Полагала, мы отправимся к старой мельнице, не раз радовавшей предметами из другого мира, но путь наш пролегал среди полей, на границе со смешанным лесом, клином врезавшимся в пастбища.

— Вот тут!

Джек остановился в, на первый взгляд, неприметном месте и ткнул пальцем под осинку. Дерево как дерево, только кривое. Очень кривое, в форме теты. И тут в голове щелкнуло: пора звать Эрика. Тебе даже подсказку повесили, вход обозначили. Тета — одна из букв демонического алфавита. Точнее, самая первая.

— Спасибо, вы нам очень помогли, — сбивчиво поблагодарила я.

После торопливо пожала руку сконфуженному Джеку и послала обратно к коровам и уткам. Ферма в жутком состоянии, ему работать надо, а не глазеть, как другие трудятся в поте лица.

— Пожалуйста, последите за Диком, — убедившись, что Джек ушел, дала Натану практически невыполнимое поручение.

А вдруг справится? В случае чего виноват лорд, не я.

— Сами полезете? — догадался Натан.

Вздрогнула, аж до мурашек.

— Спасибо, мне и тут хорошо!

— Напрасно! — Натан снова вздумал надо мной потешаться. — Там женихи отменные, сильные и сразу рогатые.

— А я девушка верная, не люблю лишнюю растительность на голове.

И смело шагнула к осинке.

Вау!

Стоило мне приблизиться, вытянуть руку, как из воздуха соткалась полупрозрачная арка. Она напоминала мыльный пузырь, переливалась всеми красками радуги. Сделала шаг назад — дверь пропала. И все — без единого заклинания!

— Хм, — задумчиво почесала кончик носа, не решаясь еще ближе познакомиться с проходом в иные миры, — а, может, запустить туда Дика? Он ведь вернется?

На последнем вопросе голос дрогнул. Я опасалась, что родовая привязанность пересилит нашу хрупкую связь. Порадоваться бы возможности избавиться от питомца, а я чуть ли не слезы лью.

— Давайте кинем туда ветку, — предложил Натан.

— Ага, и получим этой самой веткой по голове от рассерженных аборигенов, — обрисовала я сомнительную перспективу знакомства двух миров и, покрутившись вокруг осины, смирилась с необходимостью присутствия Эрика.

Не хватало моего образования для подобных вещей, да и специальность не та.

В итоге разделились: мы с крыластиком остались сторожить проход в другие миры, Натан уехал за Эриком.

Начальник примчался не один — с Синтией. Вот кого бы я без зазрения совести кинула в призрачную дверь, еще бы камушком подперла, чтобы не вернулась. Но, увы, двуличная штучка растворятся в воздухе не желала, зато Натан вернулся в замок. Он сообщил Эрику новость, предоставил свой экипаж и посчитал свою миссию выполненной. Не могла его винить: лорд до конца не выздоровел, вдобавок таскал на себе разъевшуюся леди.

— Стойте возле экипажа! — крикнул спутнице Эрик и быстрым шагом приблизился ко мне.

— Обязательно было ее, — указала подбородком на Синтию, — с собой тащить?

— Ну, — чуть смутился начальник, — мы вместе ели пирожные, неудобно как-то бросить даму. Вдобавок она интересуется магией, давно просила…

Фыркнула. Ему видней, но Синтия — явно чужеродный элемент, равно как и ее пирожные. Я бы остереглась их есть, вдобавок от сладкого полнеют. К мужчинам тоже относится, как бы они ни утверждали обратное. Но дело Эрика. Странно, чем ближе он сходился с Синтией, тем меньше я его ревновала. Потому как глупо ревновать идиота, променявшего умницу и красавицу на чужую отставную любовницу. В глубине души, конечно, надеялась: Эрик одумается, но с каждым днем все меньше верила в наше совместное будущее. В одну реку не входят дважды.

Внимательно все осмотрев, даже зарисовав, Эрик сообщил: можем возвращаться.

— А как же?

В растерянности покосилась на осинку. Мы просто так все бросим, не запечатаем?

— Нужно дождаться приезда отца, без него лучше ничего не предпринимать. Хотя, сдается, яйца со старой мельницы, запонка и прочее отсюда родом. Чернокнижник использовал ее как перевалочный пункт.

— А как же жертвенник?

— Одно другого не исключает. Вероятно, с помощью жертвенника заключались сделки.

— Не проще ли передать все из рук в руки? — покачала головой я.

— Нет. Видишь ли, демоны и прочие существа просто так общаться с людьми не станут, их нужно призвать.

— И если договоришься об условиях, они откроют портал, — догадалась я.

— Именно, — подтвердил Эрик. — Поэтому сначала пентаграмма, ритуалы и жертвы, а только потом гостинцы из других миров.

— После того, как магистр тут все осмотрит, спалит, сотрет — или как там уничтожают порталы, ты уедешь?

Помрачнев, отвернулась. Может, я и не рассчитывала на свадебные колокола, но без Эрика в Брекене станет тоскливо.

— Но ведь и ты тоже здесь не задержишься, — ушел от ответа Арен-младший.

Заметив, что Синтия нарушила указания, выбралась из экипажа, он прикрикнул:

— Мы так не договаривались, леди, ну-ка назад!

Синтия виновато потупилась и повиновалась.

— Я всего на минуточку: интересно же! — оправдывалась она.

Хм, Синтия что-то спрятала в складках юбки. Кажется, планшет. Да ну, вряд ли! Сомневаюсь, будто Синтия приказала сшить платье с огромным потайным карманом. Наверняка это обыкновенная сумочка. И никуда она ее не прятала, просто положила на колени.

Глава 23

Доброе утро — это настолько редкий зверь, что встречавшим его людям впору выдавать медаль. Мое не заладилось с самого начала.

— Вот ведь!..

С тоской обозревала пятно от кофе, бесповоротно отправившее очередное платье в разряд «тряпка». Мелочь, чепуха? Возможно, вот только после полетов в холле замка Рурк у меня осталось три повседневных платья. Теперь и вовсе одно, потому как навоз с фермы не отстирался. Не при полном параде же пыль в конторе плодить! И это ведь я перевезла в замок вещи — уступила Натану, согласилась жить у него. Безвозмездно. Тем и подкупил, а не титулом и перспективами. Когда у тебя буйно растущий организм в лице дракона, проедающий жалование до того, как ты его получишь, забываешь о приличиях и согласишься жить даже в гареме, лишь бы кормили, поили, дарили кров и приставали в меру. Натан в этом отношении вообще идеален — не приставал вовсе.

— Может, удастся вывести?

Со вдохом промокнула пятно платком и отодвинула чашку. Мало мне кофе за завтраком было, не допила, соня!

Ладно, платье выбрасывать не стану. Вот выйду за короля, сошью ворох нарядов, тогда сразу в помойку, а пока соорудим из подручных средств брошку. Цветы и ленты всегда найдутся. Можно, конечно, сшить новое, но я и так сильно потратилась. Хватит, до осени больше никаких платьев, сорочек и прочих приятных женскому взору вещей.

— Эй, есть кто! Маги, ау!

Так барабанить в дверь мог только почтальон.

Повезло, что чашку отодвинула, а то бы второе пятно посадила. Тогда точно платье в помойку: две брошки ведь не приколешь.

Зевнув, неохотно поплелась открывать. Формально рабочий день еще не начался, но Натану понадобилось куда-то срочно уехать, и он оставил меня у дверей конторы ни свет ни заря. Собственно, поэтому день и не задался, даже не из-за кофе. Может, потребовать виновника оплатить новое платье? Я и на готовое согласна, не по меркам, самое простенькое. На что оно потянет, на поцелуй? Как девушка практичная, сознавала: дареные наряды накладывают обязательства. Стоп, я ведь понятия не имела, как Натан целуется. Вдруг плохо? А, обойдусь без платья!

— Доброе утро!

Расплывшись в широкой улыбке, посторонилась, пропуская почтальона. Наверное, почтальона, потому как глаза упорно закрывались, приходилось ориентироваться только на звуки.

— Что это вы так рано, Джейн? — Зато Питер Тул был бодрее всех живых. — Обычно самой последней приходите.

Протиснувшись мимо меня, попутно обдав запахом застарелого перегара и чеснока, которым он надеялся замаскировать любовь к спиртному, почтальон заглянул в соседнюю комнату.

— А дракон ваш где?

— Рональда тоже еще нет, — заранее ответила на следующий вопрос и вернулась за стол, к кофе. — Дракон летает.

С некоторых пор Дик превратился в местную достопримечательность. Пугающую достопримечательность, к которой, вместе с тем, относились уважительно. Еще бы, с момента вылупления он изрядно подрос и не собирался останавливаться на достигнутом. Ростом с крупного пса, в скором времени Дик грозил обогнать меня и перестать помещаться в комнатах замка. Грешным делом, я надеялась попросить магистра отправить его обратно, на родину. Там у него память предков, родня, да и комнаты наверняка с тронный зал каждая. Только вот несмотря на все трудности содержания, расстаться с ним будет нелегко.

— Жаль! — вздохнул почтальон и опустился на свободный стул. — Я вам тут письмецо принес. От отца. И второе, лорду Арену. Передадите?

Кивнула:

— Конечно.

Думала, Питер встанет и уйдет, но он не спешил, кряхтел, барабанил пальцами по коленям.

— Давайте уж! — не выдержала я.

Вижу же, ему не терпится что-то рассказать. Помимо того, что Питер Тул пьяница, он еще и жуткий сплетник.

— Да вот письмецо одно мне в руки попало. Я таких и не видал прежде.

Порывшись в сумке, он извлек помятый голубой конверт. Штемпель незнакомый, корона не ромнийская. Может, фамильная — многие аристократы запечатывали письма собственными гербами.

— И обратного адреса нет, — продолжал загадочно вздыхать почтальон.

Брать чужое нехорошо, но когда тебе его дают прямо в руки…

— Адресовано Синтии, — растерянно пробормотала я, прочитав имя получателя.

— То-то и оно! — цокнул языком Питер. — Какой такой воздыхатель ей пишет! Надо бы лорда Арена предупредить, деликатно так. Вдруг барышня ему рога наставила? Она видная, самая настоящая королева!

Почтальон мечтательно улыбнулся, явно вообразив себя на месте возлюбленного Синтии.

Презрительно фыркнула. Нашлась королева!

— Вы тоже ничего, красивая, — смилостивился Питер, — но она… Не обижайтесь, но аристократку издалека видно. Отличная пара выйдет!

Я аж проснулась от такого заявления.

— Вообще, — с чувством оскорбленного достоинства напомнила некоторым, — перед вами дочь баронета, а о происхождении Синтии мне вообще ничего не известно. Даже ее фамилия. И какая такая пара? Если их пару раз видели вместе, это ничего не значит.

Все внутри меня клокотало. Если Питер продолжит в том же духе, к полудню я превращусь в дракона.

— О, так вы ничего не знаете! — встрепенулся почтальон.

Письмо он не забрал, оно так и манило осколком небес на столе, соблазняло. Что же это за герб такой — ласка, кусающая собственный хвост.

— Ну, и чего же я не знаю?

Я обреченно отправилась делать вторую чашку кофе — Питеру. Напрасно людская молва приписывала исключительно женщинам склонность к неконтролируемому словоизвержению. Наш почтальон — прекрасный пример того, что мужчину заткнуть невозможно. Особенно, когда можно на халяву выпить. Если не горячительного, то хотя бы кофе. Эх, знала бы, не брала зерна с собой! Кофе я выпросила у кухарки Натана в качестве средства первой помощи от недосыпа.

— Никогда не видел, как магия работает!

Питер вытянул жилистую шею, наблюдая за моими действиями. Было бы за чем! Так, обычное бытовое заклинание, третий курс, первый семестр.

— А огонь где? — не унимался он, буравя взглядом чайник.

Нет уж, обойдемся без огня! Я хотела нагреть воду, а не спалить контору. Огненные заклинания — сложные, для них надо хотя бы выспаться, а лучше и вовсе воспользоваться огнивом. Это я на публику могла попробовать, в обыденной жизни не рисковала.

— Он и так подогреется, — заверила я.

— Плохое утро, да?

Почтальон таки углядел пятно на моем платье.

— Новая мода, — соврала я. — Индивидуальное окрашивание. Последний писк в столице.

Судя по усиленной работе мысли на лице, Питер принял все всерьез. Ну все, теперь ждите модниц в пятнах от чая и супа.

— Вы с милордом Рурком живете? — не унимался почтальон.

— Мы отдельно живем, сами по себе.

Моему терпению позавидовали бы святые. Вместо того, чтобы выставить любопытного служащего за дверь, я не только мирилась с бестактными вопросами, но и молола Питеру кофе! Чего только не вытерпишь ради новой сплетни! Эрик со мной не откровенничал, мы вообще практически не виделись, поэтому я понятия не имела о роде его отношений с Синтией. Не хотелось бы, чтобы та застала врасплох, предложив стать подружкой невесты.

— Зато лорду Арену есть, с кем делить свой кров, — подмигнул Питер и сально улыбнулся. — Я бы ради такой малышки тоже новую кровать заказал.

Закашлявшись, пробормотала:

— Заказал и заказал, вам-то какое дело?

— Никакого, просто вдруг вам интересно?

— Вовсе мне не интересно. Я скажу Рональду, что вы заходили.

Настроение окончательно полетело в ледяные чертоги Хеля. С шумом стукнув дверцей шкафчика, я красноречиво дала понять: кофе отменяется.

Питер несколько раз тяжко вздохнул и, невнятно попрощавшись, поплелся прочь.

— Письмо! — запоздало напомнила я, но почтальона и след простыл.

Ладно, передам Эрику, раз они с пассией живут одним домом.

Мысль о столь скором сближении с Синтией раздражала. Но если раньше неприязнь носила личный характер, ведь в глубине души я метила на титул леди Арен, то теперь лейтмотивом моих чувств стало: «Как он мог так продешевить?!» Умный мужчина далеко не пятнадцати лет прельстился красивой оболочкой, за каких-то три-четыре недели позволил себя увлечь. А ведь ни я, ни Эрик ничего толком не знали об этой особе! «Вот у тебя и появился шанс узнать, — встрял искуситель-внутренний голос. — Письмо».

Закусив губу, уставилась на голубой конверт.

Соблазн велик! Я могу аккуратно вскрыть его, выяснить, с кем переписывается Синтия. Если вдруг сломаю печать, свалю все на Питера. Наш удалый почтальон и не на такое способен! Он не раз ронял свою сумку, путал адресатов. А все из-за тесной дружбы с зеленым змием!

Нет, я выше этого. Сейчас уберу письмо в ящик и прочту адресованное мне. Если бы! Через минуту я уже тревожно вглядывалась во двор: не идет ли Рональд. Эрика не ждала — начальство, как и положено, всегда опаздывало.

— Ну, Рональд, это на твоей совести! — вернувшись за стол, пробормотала я. — Пришел бы вовремя, не толкнул на преступление.

Позабыв о кофе и испорченном платье, я гипнотизировала взглядом голубой конверт и, наконец, решилась. Сначала глянула на просвет. Хм, там не просто листок бумаги, там еще что-то. По форме похоже на каталожную карточку. Придется вскрывать.

Каждая девушка в душе немного взломщик. Недаром даже профессионалы преступного мира уважают шпильки. Но в конкретном случае я предпочла проволоку. Сбегала, взяла немного со стола Рональда и ступила на кривую дорожку беззакония.

— Нет, так дело не пойдет!

Я быстро убедилась, что вскрыть письмо традиционным способом, не повредив печать, не выйдет. И ладно бы чуть-чуть, я ее на мелкие кусочки раскрошу.

Тогда вот так.

В дело пошел обыкновенный нож. Задержав дыхание, я разрезала письмо по месту бокового сгиба. Потом склею.

Есть!

Воровато прислушавшись, тряхнула конверт. Из него выпал сложенный вчетверо лист бумаги и какая-то металлическая пластина, которую я изначально приняла за каталожную карточку. Тонкая, словно картон, вместе с тем она оказалась гибкой и прочной. Повертев ее в руках, на время отложила в сторону и сосредоточилась на письме.

«Все должно быть сделано в срок, — писал неизвестный. — Вы проделали хорошую работу, Е. И. В. доволен. Ваши рисунки чудо, как хороши! Надеемся, вы не уйдете из дома А. без подарков. Полагаю, мальчишка расщедрится и возьмет на себя расходы дамы. Его судьба нас не волнует, действуйте смело. Если достанете красную книжицу, можете рассчитывать на титул графини».

Я несколько раз перечитала письмо. Сначала оно показалось несуразным. Какие-то подарки, расходы, титул… Но потом медленно начала соображать, в чем дело. Может, Высшая школа чародейства и не растила магистров, но она учила мыслить логически, работать с источниками. Главное, найти зацепку, тогда распутаешь весь клубок. Ей стали обещания неизвестного. Просто так, за эффектную внешность, титулы не раздают. Вдобавок пожаловать их может только король. Собственно, о нем в письме и говорилось — то самое «Е. И. В» — Его Императорское Величество. Выходит, Синтия оказала короне некую услугу, выполнила самую «хорошую работу». В письме говорилось о живописи, о каком-то А, красной книжке…

И тут в голове моей щелкнуло, будто кто-то зажег в чулане свет.

Императорское величество! Мальчишка, расходы! Ромния не империя, фамилия Эрика — Арен, а книжка… Ох, наверняка что-то важное.

Засунув злополучное письмо в карман, понеслась в гостиницу. Если повезет, раздобуду лошадь, нагоню Натана. Знать бы еще, куда точно он направлялся! Увы, я помнила только направление.

Дверь запирать не стала, все равно у нас красть нечего.

Мне нужно, жизненно необходимо показать ласку с печати Натану. Больше никто в Брекене не скажет, кому принадлежит этот герб. В том, что он ему известен, даже не сомневалась, как и в том, что милейшая Синтия заманивала Эрика в ловушку.

Хозяин гостиницы крайне удивился моей просьбе и на всякий случай уточнил: дамских седел нет. Но когда меня останавливали подобные мелочи!

— Дик! — Пока седлали видавшего виды мерина, я отчаянно звала крылатого питомца.

Ну что за ящер такой! Вечно нет, когда он нужен, и вечно крутится под ногами, когда хочется отдохнуть. А, поеду без него! Драконьи глаза — хорошо, но язык и уши тоже неплохо. Поспрашиваю прохожих, отыщу неуловимого лорда Рурка. Как оправился от ран, так сразу начал наверстывать упущенное.

* * *

В число пыток следовало бы включить верховую езду на кляче. Я на кратких уроках анатомии столько о строении собственного тела не узнала, как во время этой сомнительной прогулки. У меня болело даже то, что болеть не могло, а ведь я отъехала от Брекена всего на пару километров! Страшно представить, что будет дальше, не иначе, я развалюсь на части. Будет Дик летать и собирать по кусочкам. Как вариант, седло сотрет меня в порошок. Надо проверить, не стали ли мои ноги короче, на месте ли голени.

Ну и в авантюру я ввязалась! Дело даже не в поисках Натана, а в том, что в седле я сидела… в третий раз в жизни. В мужском так и вовсе в первый. В свое время, как принято в аристократической среде, я взяла пару уроков верховой езды и быстро убедилась: мы не созданы друг для друга. То, что казалось красивым со стороны, оборачивалось шишками и ссадинами. Теперь я и вовсе рисковала натереть кровавые мозоли на бедрах и до конца дней пугать людей походкой кавалериста. В подобных обстоятельствах замужество мне точно не грозило, придется купить трубку, дымить и хлестать шампанское из бутылки.

Тревожно вглядывалась в линию горизонта. Меня волновала свинцовая туча. Она коварно стелилась над лесом, будто затаилась, выжидая удобного момента, чтобы напасть.

— Думай, Джейн, думай! Вспоминай, что он говорил за завтраком.

Однако думать было тяжело. Сразу по нескольким причинам. Во-первых, голова у меня полноценно заработала только после кофе в конторе. Во-вторых, сейчас ее занимало только, как удержаться в седле. Спасибо, мерин попался понимающий, не протестовал против тесных объятий и клоков выдранной гривы. Он меланхолично перебирал ногами, игнорируя мои визги. Временами и вовсе останавливался, чтобы пощипать траву.

Коварная туча между тем не дремала. Покинув наблюдательный пункт над ельником, она с поспешностью безмерно скучавшего близкого родственника ринулась мне навстречу. Блеснула молния. Не иначе со страху, центр тяжести во мне сместился, избавив мерина от мучений. Хорошо бы и мне тоже избежать незапланированного купания и поджаривания на вертеле.

Заприметив трубы какого-то дома, может, постоялого двора, может, одинокой фермы, а то и вовсе приюта мелкопоместного дворянина, ударила мерина по бокам и включилась в азартную игру в салочки с тучей. Та грозила лиловыми тенями, ругалась глухими раскатами грома.

Добраться до вожделенной крыши до дождя не успела.

Первые крупные капли ударили в спину, быстро сменившись самым настоящим ливнем. Я мгновенно промокла до нитки. С носа капало, волосы напоминали сосульки. А ведь я столько времени потратила, чтобы их расчесать!

— Надеюсь, Натана там нет, — пробормотала я, наконец свернув к запримеченному издали домику.

Им оказался постоялый двор посреди небольшого виноградника. Надо же, раньше мне казалась, эта ягода здесь не растет. Впрочем, сейчас было не до ботаники. Хотелось скорее в тепло, обтереться и выпить горячего чаю.

Увы, элегантно слезть с седла не получилось — я с него съехала, окончательно распрощавшись с очередным повседневным платьем. Тут никакие брошки не помогут, суглинок вперемежку с навозом не отстирывается. И ровно тогда, когда я смачно плюхнулась на землю, окончательно довершив образ страшилища из сказок, взгляд зацепил край знакомого экипажа. Лошадей распрягли, а его загнали под навес.

— Ну почему, когда я по уши в грязи, рядом обязательно оказывается Натан? — с тоской вопросила я мироздание из той самой грязи.

Вцепившись в коновязь, попыталась встать, но разъехавшиеся ноги заставили принять очередную незапланированную лечебную ванну.

— Соберись, тряпка! — усилием воли подняла себя на ноги.

Намек поняла, осознала, но можно мне все-таки внутрь? Разумеется, если меня туда пустят. На месте хозяина я бы оставила себя под дождем, чтобы смыть целебную маску.

— Апчхи!

Ну вот, в довершение всего я еще и простыла. А все Синтия! Как обычно, без виновных в моей жизни не обошлось.

С третьей или четвертой попытки я успешно поборола грязь и кое-как привязала мерина к коновязи. После с обреченным видом потопала к крыльцу, приготовившись к порции насмешек. Дверь оказалась не заперта, но войти я побоялась, постучав, мялась на пороге.

— Эй, кто там? — послышался голос из глубины дома. — Заходи, не плоди сырость!

Ну вы сами предложили, не виноватая я.

Топ-топ. Шлеп-шлеп. Кап-кап. Так и брела по потемневшему сосновому полу к вожделенному очагу. Там на вертеле готовился барашек. Но меня волновала не еда, а возможность обсохнуть. Тогда и грязь отвалится. По сторонам старалась не смотреть. Да и чего я там не видела? Натана? Зато такой меня он видел впервые. Еще бы, ведь я переплюнула наше памятное знакомство!

— Всевышний, Джейн, вы ли это! — всплеснул руками лорд.

Натан устроился неподалеку от очага и дегустировал вино — вряд ли он просто так заказал все эти бокалы. Интересно, для какого события выбирал напиток лорд Рурк? «Твоих проводов из замка», — ехидно ответил внутренний голос.

— Так, — быстро оценив масштабы бедствия, Натан обернулся к хозяину, — нам нужна чистая одежда. Любая. Мужская тоже подойдет. И горячая вода, чтобы привести леди в порядок.

— Не вода ей нужна, а моя настойка, — усмехнулся собеседник.

— И ее давайте, — согласился лорд.

Хоть бы у меня спросил!

— Что вы здесь делаете? — воспользовавшись тем, что хозяин временно оставил нас одних, нахмурился Натан.

— Вас искала.

Я зажмурилась, подставив ладони вожделенному огню. Целую вечность бы у очага простояла! Но кто ж мне позволит…

— Меня? — удивился Натан и протянул носовой платок. — Знаю, это вряд ли поможет, но хотя бы лицо утрите.

— Ну да, хотела выяснить насчет одного герба. Знаете, там ласка…

— Т-ш-ш! — приложил лорд палец к губам. — Хозяин вернулся.

И верно, подобные вещи лучше обсуждать без посторонних.

Горячая вода и душистое мыло сделали свое дело, вниз я спустилась уже человеком. Правда, штаны и рубашка хозяина были мне безнадежно велики, не спасал даже ремень, но все лучше, чем мое платье. Скрепя сердце, я разрешила его выбросить: Натан ведь довезет меня до Брекена? А если нет, пусть женится. Публичная прогулка в таком виде хуже бесчестья.

— Ну вот, совсем другое дело! — довольно кивнул лорд и помог мне дойти до стола.

Большое ему спасибо, а то я рисковала упасть, запутавшись в штанинах. Увы, женщин в доме не было, на винодельне трудились только мужчины. Заговор небес какой-то!

— Хм, такой вы даже мне нравитесь! — оценив мой экстравагантный вид, задумчиво произнес Натан.

Зябко повела плечами:

— Жалкой и мокрой?

— Вовсе нет. Впрочем, вам не понять. Держите!

Лорд протянул мне рюмку с сомнительной жидкостью и посоветовал:

— Лучше залпом!

— Только после вас. И что же мне не понять?

— Выйдите замуж, узнаете, — подмигнул Натан и попросил у хозяина еще одну рюмку.

— А все-таки? — не унималась я.

Немного разомлев после теплой воды, я расслабилась. Вдобавок озорные смешинки в глазах лорда не давали покоя. Что у него на уме? После выпитой совместно наливки (у меня от ее крепости едва глаза из орбит не вылезли) и вовсе поняла: не отстану, пока не выясню, что такого привлекательного в моем нынешнем облике.

— Нет ничего эротичнее женщины в мужской рубашке, обнажающей плечи. Хочется поскорее ее снять со всеми вытекающими.

Если Натан надумал смутить, ему это удалось, но не настолько, чтобы я потеряла дар речи.

— О, — выпитая наливка делала свое дело, — какой прогресс! Я добралась до фантазий милорда. Помнится, прежде, я вас что в одежде, что без одежды не волновала вовсе.

Лорд с легкой усмешкой покачал головой:

— Прежде вас мои фантазии не волновали, да и я не видел повода ими делиться. Итак, герб, — напомнил он. — Покончим с делами и вернемся к обсуждению вашей шикарной фигуры.

— Только обсуждению! — захмелев, погрозила пальчиком я. — Потому что вы ничего не увидите. Ни-че-го!

В подтверждение своих слов я исхитрилась застегнуть рубашку на самую верхнюю пуговицу. Неудобно, зато некоторые воздержатся от фантазий.

Адресованное Синтии письмо практически не пострадало — удивительно, при условии тех передряг, которые выпали на мою долю. Вместо долгих объяснений я просто протянула его Натану. Стоило лорду взглянуть на герб, как лицо его потемнело. Короткое послание и вовсе заставило вскочить с места.

— Ваш приятель в опасности! Нужно срочно предупредить его и магистра Арена.

— Так что за герб-то?

Я поднялась следом за Натаном.

Ответ заглушил громовые раскаты:

— Советника Его Императорского Величества Максимилиана Второго, правителя Ларнии. Точнее, его сестры, от имени которой, известной модницы и ветреницы, он ведет переписку со своими агентами. Алина вечно в движении, много путешествует, вдобавок обладает умением находить нужных любовников, чтобы ее письма не вскрывали. Сама в интригах не участвует, только покрывает брата.

Ошеломленная, ухватилась за край стола. Кровь шумела в ушах. Нет, я предполагала всякое, но до конца не верила.

— Та дуэль… И после… Вы узнали?

Губы Натана плотно сжались, но, переборов себя, он кивнул:

— Именно поэтому я советовал держаться от Синтии подальше. Она шпионка и, похоже, выбрала себе новую жертву. Арен-младшему грозит тюрьма, и это он еще легко отделается.

Оставался всего один вопрос:

— Та пластина, она для чего? В ней ведь нет магии.

И я подробно описала вещицу, оставленную в столе.

Натан брезгливо скривился.

— Для подобных дел магия и не требуется. С помощью таких открывают тайники.

Глава 24

— Ты вообще головой думал или что там у тебя вместо головы?!

Раскатистый голос лорда Арена-старшего разносился из кабинета Эрика по всей конторе. Мы старательно пытались делать вид, что ничего не слышим. Получалось плохо. Пожалуй, тут не спасли бы даже затычки для ушей. Даже блудный Дик, и тот испуганно забился под стол. С трудом, но сумел. Все — чтобы оказаться подальше от магистра в гневе.

— Он хуже дракона! — авторитетно заявил из своего укрытия крыластик.

Сложно не согласиться. Только Арен-старший огнем не ограничился, сначала он нас всех заморозил.

Натан взялся сообщить магистру сомнительную весть, справедливо рассудив, что с его комментариями письмо станет весомее. И оно стало, настолько, что ледяной вихрь портала закружился в Брекене на следующее утро. Уж не знаю, какой особой почтой воспользовался Эрик, но дурные новости быстро достигли нужных ушей.

Явление магистра окончательно и бесповоротно погубило мой второй завтрак. Чай застыл, пирожками! Но мечты на то и мечты, что их рушат все кому не лень.

— Доброго утра, милорд! — кисло поздоровалась я и смела со стола снежинки.

Ну вот, вдобавок журнал придется на солнышке просушить! Магистр постарался, засыпал снегом половину приемной.

— Доброе? — скептически уточнил Арен-старший.

Ну да, не совсем утро, около полудня уже, и вовсе не доброе, судя по выражению лица магистра.

Очень захотелось под стол, к Дику, который, почуяв открытие портала, мгновенно юркнул в укрытие, но нельзя: должность секретаря обязывала с улыбкой встречать любых посетителей.

— Может, чаю? — робко предложила я и покосилась на подернутый инеем заварник.

Ничего, на улице тепло, холодненькое не помешает. Растоплю снегу, подогрею чуток…

— Где. Мой. Сын?

От обманчиво спокойного вопроса волоски на теле встали дыбом. На месте Эрика я бы уже сверкала пятками в сторону границы.

— Там! — сглотнув, ткнула пальцем в сторону кабинета начальника.

— Хорошо, — удовлетворенно кивнул магистр. — А она?

На всякий случай прикинула пути спасения из обрушившегося флигеля — судя по зверскому выражению лица, Арену-старшему хотелось крушить и убивать, вздохнула:

— Не знаю. Я ее со вчерашнего дня не видела.

Солгала. Вчера я Синтию не видела вовсе, потому как сначала разыскивала Натана, а затем лечилась от простуды. Все же хорошие у лорда Рурка слуги! Ни одного вопроса не задали, ни одного косого взгляда не бросили. Подумаешь, эка невидаль, господин каждый день привозит всклоченных девиц в мужской одежде не по размеру.

Словом, вчерашний рабочий день я безбожно прогуляла. Поджав ноги, сидела на диване в гостиной на половине Эрика, пила глег, заедая его хлебом и сыром, и слушала печальную повесть о дуэли.

Воистину, мужчины слепы! Вот и Натан в свое время очаровался прелестями Синтии, какой несчастной, очаровательной и наивной. Он даже подумывал жениться, ввел ее в высший свет. Там Синтия развернулась, закрутила парочку мимолетных романов, разумеется, втайне от «жениха», а потом его же руками избавилась от фестфальского дипломата. Обставила все так, будто он оскорбил ее. На самом деле Синтия делала ему авансы, с его помощью проникла в посольство. После ей велели избавиться от ставшего опасным Олафа Валерда: тот обнаружил пропажу важных бумаг. Прямых доказательств вины Синтии не было, но назревал скандал, и шпионка поспешила подставить Олафа под шпагу Натана. К счастью, ссылка на многое раскрыла Натану глаза, да и товарищи не бездействовали, собрали досье на «невесту». Именно поэтому надеявшуюся на продолжение ценного романа Синтию ожидал столь холодный прием.

И вот теперь Эрик, новая жертва.

Интересно, что такого ценного хранилось в тайниках магистра? Сдается, в «красной книжице» речь не о государственных секретах, а о не менее секретных зельях, артефактах и формулах заклинаний. Оставалось надеяться, Синтия до нее не добралась — пластина и письмо ведь у Натана.

Лицо лорда Арена на миг окаменело. Пальцы скрючились, как у хищной птицы. Вокруг магистра стремительно концентрировалась магия.

Покосилась на стол. Может, Дик потеснится, и я там тоже помещусь?

— Спасибо, — наконец сухо поблагодарил лорд Арен.

Витавшая в воздухе тревога рассеялась. Магия, чуть потрескивая, испарилась, оставив после себя свежий привкус грозы.

— Пожалуйста, не беспокойте нас и никого не пускайте, — распорядился магистр и шагнул в сторону кабинета Эрика.

И вот уже целый час начальник терпел бедствие, сражаясь с девятибалльным штормом.

— Как думаешь, — тревожно переглянулся со мной Рональд, по такому случаю снизошедший до меня с высот своего возраста и опыта, — он его не убьет?

Звуки из кабинета действительно заставляли усомниться в будущем Эрика.

— Не должен, — неуверенно ответила я.

С одной стороны, Эрик единственный наследник, с другой, у лорда Арена-старшего свой кодекс чести. Может, для него служение Отечеству важнее сына. А тут и вовсе конфуз — Эрик связался с отпетой шпионкой, на которой клейма ставить негде. Позволил зарисовать портал в иные миры, все рассказывал и показывал. Лучше бы он в спальне таким ретивым был, а за ее пределами превращался в стесняшку! Хотя, судя по намекам почтальона, наш пострел везде поспел.

— Ой дурак! — сокрушенно покачала головой я. — Ой дурак!

И пояснила специально для Рональда:

— Целибат придумали мудрые люди. Я бы его на всех мужчин до брака распространила. И жениться разрешала бы по специальной справке, подтверждавшей принятие решения мозгами, а не иными частями тела. А то у вас при виде хорошенькой женщины фантазии глаза застилают. Радостно тащите в постель все что ни попадя, вот результат.

— Тебе бы эту справку точно не выдали, — усмехнулся коллега и выразительно глянул на меня. — Сдается, и Синтия попалась только из-за попрания целомудрия одной воинствующей особой.

— На что это ты там намекаешь! — нахмурилась я.

— Тебе видней, — подмигнул Рональд и вздрогнул от очередного раската грома в исполнении лорда Арена-старшего. — Но кое-кто видел, в каком виде ты вылезала из кареты лорда Рурка.

Вот тебе и слуги без страха и упрека!

Нет, я могла бы начать оправдываться, краснеть, бледнеть и ругаться. Толку-то! Сплетня пущена, обратно в рот не засунешь. Посему:

— Завидуй молча!

И демонстративно отвернулась.

Все, тема моей личной жизни закрыта. Жаль, яркая и фееричная она только на словах. Наверное, Брекен на меня так подействовал, а, может, роман Эрика с Синтией, вечные разговоры о браке со всех сторон, но мне захотелось романтики. Хотя бы на одно свидание сходить! И не по приказу, а по собственному желанию. С тем же Натаном. Жизнь под одной крышей нас сблизила, изменила мои представления о лорде Рурке. Когда он хотел, Натан был очень милым, умным, начитанным, благородным. Опять же спас меня от нежити. Правда, столь же быстро он мог превратиться в хама и грубияна.

Эх, как же быстро я сдулась! Еще в июне горела энтузиазмом, думала свернуть горы, а сейчас грежу о свиданиях. Может, карьера действительно не для женщин, пора объявить брачную охоту? Кто не спрятался, я не виновата. Уверена, слабая на словах, но сильная на деле половина Брекена мне поможет. Правда, результат вряд ли оправдает ожидания. С тем же успехом могла я выйти за Ричарда.

Ричарда…

Что-то я еще не сделала, что-то, связанное с бывшим женихом. Точно! Я ведь так и не прочитала письмо отца. Бросила в ящик и поскакала на лихом коне спасать Эрика.

Доносившийся из кабинета начальника шум стих.

Приподнявшись, прислушалась. Надеюсь, Эрик жив, как он там, дышит?

— Рональд, — робко позвала я, заключив перемирие с любителем сплетен, — глянь…

Однако ни на что глядеть не потребовалось. Дверь с треском распахнулась, явив палача и его пристыженную жертву.

Лорд Арен-старший — сама невозмутимость. Эрик же весь в пятнах, глаза бегают.

— Ты знаешь, что делать, — напутствовал его отец.

Эрик кивнул и поплелся к выходу. Думала, магистр последует за ним, но он задержался. Цепкий взгляд обежал нашу убогую контору, остановился на столе Рональда.

— Сомнительный способ заработка для мужчины, — поджал губы Арен-старший и ткнул пальцем в многострадальный артефакт, который коллега чинил вот уже второй месяц. Не часовой, с тем он кое-как сладил, июльский. — Родители настояли, чтобы вы стали магом, но способностей не хватило?

— Что?

Пришло время Рональда краснеть.

— Джейн, — поманил меня магистр, — взгляните! Заодно выясним, чего вы стоите. Помнится, — он едва заметно улыбнулся, — вы отчаянно пытались убедить меня в собственных знаниях. Не стану скрывать, Каунт — дыра и дырой останется, однако раз вы когда-то поступили в мою академию, у вас были мозги.

Ого — комплимент из уст самого Джеймса Арена! Да я крутышка!

Осторожно приблизилась и кинула взгляд на странный механизм, отдаленно напоминавший часы. Только стрелок у него не было.

— Ну! — поторопил магистр.

Он выпустил пар, превратился в строгого преподавателя.

— Мне потребуется увеличительное стекло.

По кивку Арена-старшего таковое мне выдали.

Склонившись над артефактом, постаралась абстрагироваться от взглядов мужчин. Я только что на свою никчемность сетовала, пришло время ее доказать или, наоборот, опровергнуть.

— Это лечебный, — наконец вынесла вердикт я. — Вот сюда, — указала на крошечное отверстие в корпусе, — наливают эфирные масла или какую-то другую жидкость, запускают, и он генерирует пар и вибрации.

— Или убивает, — мрачно добавил магистр и засунул артефакт в карман. — Ему все равно здесь не место.

— Так он рабочий? — спохватился он.

Проверка ведь еще не закончена.

Покачала головой.

— Одной детали не хватает. В сердцевину подобных артефактов вплавляют птичье сердце. Тут его нет, всего лишь заготовка.

Судя по лицу Рональда, он это знал, осознанно имитировал бурную деятельность. Напрасно магистр его отчитывал. Меня тоже не похвалил, одного раза достаточно, ограничился скупым:

— Верно.

И все, свободна, Джейн, больше ты великого и ужасного Джеймса Арена не интересуешь. Не больно-то и хотелось!

— Он ушел?

Дик робко высунулся из укрытия, повел носом.

Выглянув в окно, кивнула. Магистр уже почти у арки, вряд ли вернется.

— Дик, будь другом, подай письмо! Оно в верхнем ящике.

Поэксплуатирую немного труд драконов.

— Любовное? — полюбопытствовал Рональд.

После окончательного разоблачения собственной лени он с чистой совестью развалился на стуле.

Состроила гримасу.

— Очень!

Я даже не предполагала насколько…

Настроение стремительно провалилось в глубины Хеля. И я вместе с ним.

Раз за разом перечитывала скупые строки, надеясь на обман зрения, но смысл упорно не желал меняться. Отец лишал меня наследства. Он пришел в неописуемую ярость после моего окончательного разрыва с Ричардом, вдобавок услужливые птички напели ему о мнимых оргиях в замке Рурк, где я на пару с Синтией сношалась со всем мужским населением королевства. В итоге меня поставили перед выбором: скорейшее замужество или отказ от фамилии Феммор.

— Какие-то проблемы? — встревожился Рональд.

Видимо, лицо у меня было совсем постное, раз даже он проникся сочувствием.

Не ответила и ухватилась за голову.

Но почему, когда все наконец налаживается, судьба наносит удар под дых!

Замуж категорически не хотелось. Тем более отец требовал не просто замужества, а достойного рода Феммор. То есть первый встречный не подойдет, сначала он должен получить одобрение родителя, а лишь потом меня восстановят во всех правах. До тех пор же мой единственный дом — Брекен, единственный доход — государственное жалование, а положение — где-то там, после дочерей дочери леди Гиней, если не еще дальше, в самом конце списка местных дам.

А уж как меня будут травить!

Первой, конечно, подтянется Марианна. За ней остальные под видом сочувствия начнут тыкать вилкой рану. Новый начальник тоже подольет масла в огонь. Я вдруг осознала, что после отъезда Эрика (а он не за горами) меня тоже попросят на выход. Помню ведь, с каким скепсисом отнесся ко мне Николас. Прибавьте к этому дурно пахнущий шлейф репутации, и во всех красках вырисовывалась исключительно постельная карьера. Нет, нужно срочно что-то делать!

— Выйди замуж.

Вздрогнув, покосилась на Дика. Пока я предавалась унынию, проказник уволок письмо и ознакомился с его содержанием.

Многообразие способностей крыластика поражало. Интересно, грамоте и иностранным языкам его тоже в утробе матери учили, на стадии формирования яйца?

— Замуж? — услышав знакомое слово, оживился Рональд. — Таки согласилась?

Хоть бы притворился, что не мечтает меня скорей спровадить.

Хм, шутки штуками, а это идея! Сам того не понимая, коллега подарил великолепный способ угодить и нашим, и вашим — фиктивный брак с Ричардом. Его кандидатура не вызовет нареканий. Папочка с радостью нас благословит, еще и половину состояния на меня перепишет. Я, конечно, ничего не возьму, да и жить вместе с Ричардом не стану. Так, для отвода глаз потерпим друг друга пару лет в разных спальнях и тихо разведемся. Отец, конечно, начнет бухтеть, но поздно, птичка упорхнула из гнезда. Замужняя женщина, даже разведенная — особа самостоятельная, родные ей не указ. Главное, чтобы Ричард согласился! Ему наверняка тоже не сладко: с одной стороны лорд Арен-старший, с другой — отец-виконт. И обоим брак подавай, только с разными девицами. Мы друг друга не любим, откровенно обо всем поговорили… Словом, вариант рабочий.

— Все может быть, — с таинственным видом улыбнулась я и предупредила: — Я подарки сломанными артефактами не беру, придется раскошелиться.

Вот так еще пять минут назад ощущала себя на дне, а теперь сидишь на вершине условной горы, сочиняешь письмо будущему фиктивному мужу.

«Дорогой Ричард…» Нет, слишком фамильярно. «Глубокоуважаемый лорд Олбани…» Слишком официально. Так я всю писчую бумагу изведу и не продвинусь дальше первой строчки. Ладно, попробуем иначе: «Доброго дня, милорд». Идеально! «Надеюсь, мое письмо застало вас в добром здравии». Угу, а дальше прямо в лоб: «Не хотели бы вы понарошку на мне жениться?»

В разгар моей эпистолярной эпопеи, увеличившей количество мусора в корзине ровно в два раза, вернулся Эрик. Одно взгляда на него хватило, чтобы понять, взбучка от отца была лишь цветочками.

— Что случилось?

Отложив письмо, я на правах старой знакомой залезла начальнику в душу.

Он оказался лаконичен:

— Синтия пропала. Уехала пару часов назад, сразу после того, как я отправился на службу.

Сдернув с шеи галстук (Эрик единственный носил его в Брекене ежедневно), Арен-младший попросил воды и залпом выпил целых три стакана.

Мы понимающе молчали, даже Дик не лез с комментариями. Да и чего тут комментировать? Запахло жареным, и дамочка сделала ноги. Если она действительно такая крутая шпионка, то пронюхала, что мы перехватили письмо. Тут и стараться не надо, достаточно встретить Питера. Почтальон непременно бы поинтересовался, передала ли я послание. Дальше даже младенец сообразил бы, чем все закончится.

— Я не знаю, что мне делать!

В первый раз я видела Эрика таким потерянным. Он словно поблек. Куда только делся тот самоуверенный юноша, некогда помогавший мне с книгами!

Взгляд Эрика метался по приемной. Плечи его поникли, спина сгорбилась.

— Отец меня убьет! — сокрушенно пробормотал он и рухнул на стул. — И если бы только отец! Я перечеркнул все, Джейн, абсолютно все, я теперь ничтожество.

Эрик закрыл лицо руками. Ох, надеюсь, он не плакал!

— Ничего, — робко коснулась его плеча, — еще можно все исправить. Ты ведь не успел?..

Окончание вопроса повисло в воздухе. Я не хотела обсуждать подобные вещи при Рональде. Он и так коршуном кружил рядом, вынюхивал, выслушивал.

— А пойди ты… За сидром! — нашла повод спровадить коллегу.

Тот, разумеется, уходить не желал, но Джейн Феммор в некоторых случаях хуже драконов и нежити вместе взятых. В итоге я выставила упирающегося Рональда во двор, вдобавок дверь за ним заперла. Вот так, теперь нас никто не потревожит. Эрик раздавлен, в жутком состоянии, пока не придет в себя, никаких посетителей!

— Ты была права, Джейн, так права! — словно в бреду, повторял Арен-младший. — Натан тоже предупреждал, но я, дурак, думал, вы оговариваете Синтию из ревности. Вдобавок она так страдала…

— О да, — хмыкнула я и налила ему еще воды, — Синтия очень страдала! Разве только от желчи и скуки. Она охотница за мужчинами, от нее за километр веет опасностью. Но ты ж привык, что женщины от тебя млеют, вот и получил щелчок по лбу.

— Только ты не начинай! — взмолился Эрик. — Отец два часа мне мозги полоскал. Он сейчас ее ищет, проход в Изнанку проверяет. Между прочим, — Арен-младший поднял голову, заглянул мне в глаза, — отец не против, если я на тебе женюсь. Он сказал, ты изменилась.

— Вот именно, Эрик, — сочувственно улыбнулась я, — изменилась. Прости, но любовь осталась в прошлом. Не спорю, когда ты приехал, я испытала… Но все прошло, прошло и не вернется. Так что предлагаю дружбу и помощь в поимке коварной змеи. Подключим к поискам Натана. Он в курсе повадок Синтии, поможет просчитать ее шаги.

Вот только письмо быстро допишу.

Не раздумывая над формулировками, описала Ричарду ситуацию, кое-как сложила лист, запечатала. Главное, не забыть отправить с вечерней почтовой каретой. Хотя так и так придется наведаться на главную площадь. Хотя бы для того, чтобы перерыть номер Синтии, расспросить конюха и хозяина гостиницы. Пусть последние дни шпионка провела в гнездышке Эрика, свои секреты она наверняка прятала в другом месте. Вдруг нам повезет, и в спешке Синтия оставила какую-нибудь зацепку?

Глава 25

— По-моему, это не лучшая идея, — заметил Дик.

Он нагло уселся на моем плече, придавив всеми своими возросшими килограммами, и не менее нагло читал мою почту. Вернее, одно единственное, но чрезвычайно важное письмо.

— У тебя есть другие? — кисло осведомилась я.

Перспектива пусть фиктивного, но все-таки брака с Ричардом не вызывала радости, но, сколько я ни билась лбом о стену отцовской непреклонности, иного выхода не находила. Увы, не вышло из меня современной женщины, я по-прежнему зависела от мужчин. Эх, если бы государство платило чуточку больше!.. Ну или я тратила чуточку меньше. Понятия не имею, куда разлеталось все мое жалование. Я умудрялась потратить его за считанные дни. Вот и теперь, только получила из рук Эрика, так уже спустила. А ведь дала себе слово экономить! Впрочем, тяжело сидеть на строгой финансовой диете, когда ты молода и обременена драконом. В отличие от детей он пусть и не требовал игрушек и конфет, зато отменно питался и не запрещал покупать ленты, кружева и вон то платьице в Суре. Наоборот, зараза комплиментами поощрял мое транжирство. Мог бы хоть раз соврать, будто платье меня полнит! Или хотя бы родиться не таким разумным и говорливым не по годам.

— У меня нет, но он мне не нравится.

Закатила глаза.

— Можно подумать, для меня Ричард — предел мечтаний! Но я же понарошку выхожу замуж, нам даже жить вместе не придется.

На самом деле, я ничего еще не решила, до очного разговора с Ричардом — уж точно. Встретиться, как заправские разведчики, мы договорились на нейтральной территории. Хотя меня терзали смутные сомнения, что Ричард банально хотел сбежать от гнева папеньки. Он тоже не обрадовался расторжению помолвки, главным образом потому, что пришлось возвращать фамильные драгоценности, предназначавшиеся будущей леди Олбани, и в очередной раз повторять: «Нет, мой сын все еще холост, невеста его отвергла». Ну и так, по мелочи, расторгнуть различные соглашения, отозвать обратно замолвленные за несостоявшегося родственника словечки. Немудрено, что мой собственный отец столь бурно отреагировал на мое своеволие. Ричард не знал подробностей, но речь шла о некой придворной должности. Да, после такого любой бы отрекся от дочери!

Приехать в Брекен Ричард тоже не мог: не желал попадаться на глаза лорду Арену-старшему. Теперь ничего не мешало ему вновь попытаться пристроить свою племянницу. Вдобавок магистр был зол как все обитатели Хели разом. Я сама предпочитала с ним не встречаться — Синтия ведь уплыла с концами. Напрасно лорд Арен задействовал свои связи, шпионка добилась своего и, судя по всему, отбыла в сторону ларнийской границы, предварительно укрывшись плащом-невидимкой.

Бедный Эрик! Отец на него даже кричать перестал, просто игнорировал. Если дальше так пойдет, в полку бесфамильных прибавится.

Дик наконец-то слез с меня и перебрался на стол.

— Выходи за меня, мама Джейн! — неожиданно предложил он и распушил чешуйки на спине.

Покачала головой:

— В Ромнии браки с животными запрещены.

— Тогда за Натана, — продолжил перечислять кандидатуры крыластик.

В отличие от человеческих женихов, мой отказ его ничуть не смутил.

Вдохнув, представила себе эпический разговор. Я, вся такая красивая, надушенная и размалеванная — словом, неотразимая женщина врываюсь в кабинет Натана с криками: «Возьми меня замуж!» Если лорд Рурк в ту же минуту не обгонит Синтию, то я не Джейн Феммор.

— Нет, за Натана можно только по-настоящему…

Сомневаюсь, будто мужчина с такой родословной, пусть и подпорченной роковой дуэлью, согласится на авантюру с фиктивным браком. У него тоже влиятельный папочка имеется, похуже лорда Арена. И как потом ему в глаза смотреть и, главное, откуда? У аристократов фантазия богатая, могут отправить обманщицу-невесту птичьи яйца на дальнем севере высиживать. А что, с драконом справилась, с олушами тоже поладит, заодно освежится, уяснит степень своей несознательности.

— Так выйди! — Дик был непробиваем. — Хоть раз поем нормально, — ворчливо добавил он.

То есть я его еще и в черном теле держу? Просто замечательно!

Оставить без наказания откровенный поклеп я не могла, поэтому в ход пошла диванная подушка. Разумеется, дракон легко увернулся и нанес свой удар, словесный:

— Вы и так живете вместе.

Пора, пора съезжать, раз даже Дик превратился в сваху! Интересно, найдется в Брекене хотя бы один человек, за исключением нас с Натаном, разумеется, который не приписывал мне страстный роман с младшим сыном сиятельного герцога?

— Ты тоже с ним живешь, — напомнила я. — Вот и женись на Натане. Совет вам да любовь!

Дик недовольно засопел, выпустил струйку пара. Почему-то самому крыластику распрекрасный жених не нравился. Ладно, хотя бы сватать меня перестал.

Убедившись, что ценных указаний больше не последует, внимательно перечитала письмо Ричарда, прикинула, за сколько смогу добраться до указанного им места. Несостоявшийся жених поправлял здоровье на водах: не иначе, открылась язва после выволочки отца. Мне бы тоже не помешал отдых. Страшно подумать, в последний раз я бездельничала… Да вот сегодня. Пришла с утра в контору, отсидела положенные часы и ушла, вечером подушками в Дика кидалась. Но все не то. Хотелось смены впечатлений, прежней беззаботной жизни. Риман в этом отношении подходил идеально. Пускай до него трястись с двумя пересадками (я уже выясняла), зато там я обрела бы ясность мысли. Может, и за Ричарда выходить не пришлось. Брекен не подходит для внезапного озарения, то ли дело термальные источники Римана!

Вообразила себе прозрачную теплую воду, то, как она пузырьками ласкает кожу. Ммм, хорошо! Пускай Арены ищут шпионку, у меня отпуск. Подумаешь, я проработала всего пару месяцев, зато каких! То замуж выдают, то бездельем мучают, то наследства лишают.

— Как думаешь, — обратилась к Дику, — мне пойдет соломенная шляпка с цветочками?

Отчего-то казалось, что на курорте все поголовно носят такие.

Соломенная шляпка, летящее платье, зонтик от солнца… Стоп, Джейн, притормози! Ты на перекладных туда собираешься, чуть ли не последние деньги тратишь, какие шляпки! Погуляю, подышу целебным воздухом, встречусь с Ричардом. Если условия устроят обоих, составим контракт. Как истинная дочь баронета Феммора, я собиралась досконально прописать права и обязанности каждого из супругов в фиктивном союзе. И не просто прописать — заверить у нотариуса. Вдруг Ричард передумает, вдруг родня начнет давить? Нет, лучший оберег от неожиданностей — бумажка с государственной печатью.

Словом, я решилась. Дело оставалось за малым — сбежать из Брекена.

Тем же вечером я аккуратно завела с Натаном разговор насчет будущего отъезда. Он, в отличие от обоих Аренов, — вещь постоянная, не летающая по всей Ромнии в поисках шпионки. Того же Эрика в конторе не застанешь. Если попытаюсь оформить отпуск по правилам, никуда не уеду, а так Натан все передаст, объяснит. Вдобавок так мне гарантированно не откажут: я ведь уже уехала.

Пока я, лениво ковыряясь в тарелке, подбирала выражения, Натан заговорил первым.

— Что-то вы сами на себя не похожи все эти дни! Неужели так переживаете из-за Синтии?

Скептически хмыкнула. Мне-то что, не я же секретной информацией с ней делилась. А мужчины… Кто ж виноват, что они так кичатся своим умом, но отчего-то им не пользуются.

— Да вы, похоже, на ее стороне! Еще немного, и злорадно улыбаться начнете.

— Начну, не начну, но слезы лить точно не стану. Пусть Арены хоть раз окажутся в шкуре мальчиков для битья.

— Понимаю, — подмигнул Натан. — Обычно они вас распекали?

Закатила глаза:

— Еще как! Тут тоже отмахивались, как от докучливой мухи. В итоге я права, а они рвут на себе волосы.

— Тогда почему вы переживали? Ходили хмурая, словно туча, только сейчас начали улыбаться. Боялись, Эрик Арен женится на Синтии?

Спросил и уставился на меня. Право, нельзя так! У меня и без того аппетит немногим лучше покойника, а тут еще Натан в рот… ладно, в глаза смотрит. Спрашивается, что он там нашел?

Дернула плечиком:

— Задавать такие вопросы бестактно!

Натан рассмеялся:

— Ну мы с вами давно выяснили, что я крайне аморален. Так что же?

— Так ничего! — огрызнулась я.

Когда же он прекратит смотреть! А еще — бить прямо в цель. Моему исцелению от болезни под названием «рецидив первой любви» и двух недель не исполнилось, зачем провоцировать, вдруг случиться рецидив? Думала, а сама знала: не случится, но все равно неприятно. Мои чувства — это мои чувства. Я даже с сестрами ими не делилась, а тут какой-то Натан!

— Спешу вас обрадовать: он бы не смог.

Перехватив мой вопросительный взгляд, Натан выдержал театральную паузу и с самым скорбным видом пояснил:

— Эрик Арен практически обручен. Хотя помолвка официально не состоялась, все ждут этого события, даже я в курсе. Правда, в свете недавних событий…

— Видимо, в свете недавних событий Эрик снова свободен, раз лорд Арен-старший рассматривал меня в качестве невестки, — равнодушно закончила за собеседника.

Он опоздал, известие о невесте Эрика (пусть даже бывшей) меня не огорчило. Ничего, найдет себе кого-нибудь. Может, не такую знатную и перспективную, но точно в холостяках не засидится.

— Джейн тоже абсолютно свободна, — встрял в беседу Дик и выдал так выдал: — Женитесь на ней! Ей муж нужен. А вы очень даже симпатичный, вдобавок ей нравитесь.

Я едва не подавилась шпинатом, который, несмотря на отчаянные попытки лорда оставить меня голодной, сумела затолкать в рот. Натану пришлось хуже: он закашлялся и выплюнул вино, которое столь не вовремя пригубил.

— Никто мне не нужен! — напустилась я на дракона. — И никто мне не нравится! Не слушайте его, Натан! — с виноватым выражением обернулась я к лорду Рурку. — У него язык без костей и голова без мозгов.

Вот болтунья крылатая, всю операцию сорвет! Я тут врать собралась, болезных родственников выдумала, а он правду-матку режет! Причем со своей колокольни, потому как явно собирается женить всерьез. Еще и про симпатию к Натану выдумал. Положим, мое отношение к лорду Рурку действительно потеплело, но чтобы нравиться… Да если и так, о таком молчат, а не орут на всю столовую. Куда мне теперь со стыда глаза девать?

— Нужен. Ты сама говорила, — не унимался Дик. — И про то, что лорд образованный, обходительный.

Ведьмин котел, если он сейчас не заткнется, я сама его заткну! Возможно, колюще-режущими предметами.

Привстав на стуле, пригрозила крыластику кулаком. Убью! Тот, наконец, сообразил, прикинулся мебелью, но поздно.

— Как быстро вы сменили убеждения! — насмешливо заметил Натан, своим неуемным вниманием окончательно лишив меня аппетита. — Позвольте полюбопытствовать, для чего вам вдруг понадобился супруг?

— За надом! — На зло некоторым я вновь подцепила шпинат и принялась усиленно жевать. — Другие зачем-то заводят, чем я хуже?

— И на меня глаз положили? — не унимался лорд.

Обиделась:

— Ничего я на вас не клала! Это все Дик!

— Я тоже ничего не клал! — испуганно заголосил крыластик. — И жениться не хочу.

— И что еще сделал Дик? — Подперев щеку ладонью, Натан гипнотизировал серыми омутами глаз.

Мужчинам нужно запретить иметь такие, чтобы не совращали девушек с пути карьеры и науки!

— Ничего. — Кажется, я резала один и тот же кусок по второму кругу. — Это все чушь, так… Он ведь маленький, глупый.

— То есть я вам не нравлюсь? — резюмировал Натан.

Промолчала и сосредоточилась на шпинате, который моими усилиями стремительно превращался в пюре.

— Джейн? — Лорд попался упорный.

— Вам в каком смысле? Если в обычном, человеческом, то нравитесь. А если выйти замуж, то я не согласна. Вот и Дик тоже, — неудачно пошутила я, наконец отложив многострадальные нож и вилку.

— Я ему и не предлагал.

Похоже, Натана единственного из нашей троицы не пугало слово «брак». В теории, потому как на практике лорд отбрыкивался от него всеми конечностями.

— Вот видишь, — обратилась я к Дику, попытавшись окончательно перевести все в шутку, — никто на твою честь и свободу не посягает.

— А на вашу?

Упрямый Натан упорно не желал закрывать тему. Лорду же хуже!

— Хотите попробовать? — Отодвинув тарелку, я тоже пристально уставилась ему в глаза. — Предупреждаю, понадобится подвиг.

— Один я уже совершил.

Глаза Натана смеялись. В отличие от меня, он явно не испытывал душевных терзаний. Вот уже минут десять моей тайной мечтой было придушить Дика. Его кто-то просил лезть? Он животное, я человек. Спрашивается, кто умнее, кто главный? Так нет, крыластик упорно лез со своими представлениями о жизни и счастье, причем, почему-то моем, а не своем.

— А нужно два. Так что увы и ах, придется вам поискать другую невесту.

Нарочито беззаботно рассмеялась. Думала, Натан улыбнется в ответ, но он с угрюмым видом уткнулся в тарелку. Правда, тучу быстро унесло, когда лорд вновь поднял глаза, выражение лица стало прежним, разве только он держался чуть отчужденно, словно в зимнем саду леди Гиней.

Собравшись с духом, перешла к главной цели ужина. Вопреки ожиданиям, вранье давалось труднее, нежели я полагала. Может, тому виной меланхоличное настроение Натана? Он, вроде, слушал, но мыслями витал где-то далеко.

— Конечно, поезжайте, — выслушав побасенку о больной тетушке, которую некому сопроводить на воды, кроме как младшей племяннице, кивнул Натан. — О лорде Арене не беспокойтесь, я все улажу. В каком отеле вы остановитесь?

— Ээээ… Ууу… — Я заерзала на стуле. — Я пока не знаю.

— Непременно сообщите. Я приеду и заберу вас. Вы ведь не собираетесь проторчать там до конца лечения, поедете на месяц, не больше?

Натан устремил на меня пытливый взгляд. Отвернувшись: лгать под таким решительно невозможно, невнятно пробормотала:

— Нет. Не знаю.

— Так, Джейн, — лорд Рурк промокнул губы салфеткой и отодвинул тарелку, — мне это решительно не нравится!

Он застал меня врасплох, но я выпуталась. Вообразила, будто мне действительно предстояло скрашивать досуг тети Петунии, и выдала:

— Мне, представьте себе, тоже. Или вы полагаете, что общество сварливой старухи — чудесное развлечение? Но такова расплата за грехи. Я не вышла за Ричарда Олбани, теперь отдуваюсь.

Тетушка и отец — одного поля ягоды. При всей любви к обоим, я предпочитала лишний раз с ними не общаться. Тетя Петуния и вовсе тяжелый случай. Дед с бабушкой обладали специфическим чувством юмора, раз они надумали назвать дочь в честь прелестного цветка. Уж не в курсе, какой она была в молодости, но в старости могла уморить кого угодно. Час в одной комнате с ней, и можно выносить бездыханное тело. К счастью, у тетушки имелись собственные дети, ни мне, ни сестрам не грозило сопровождать ее на воды. Но это знала я, не Натан. Вряд ли он углубленно изучал мое генеалогическое древо.

— Странное упорство! Насколько мне известно, Ричард Олбани не королевских кровей, да и вы не засиделись в невестах, чтобы так настаивать на свадьбе.

Развела руками:

— Должность, положение в обществе. Я для батюшки товар, средство попасть в Сиятельный совет.

— Не вижу смысла. Мой отец состоит там — ничего особенного.

«Ничего особенного!» — мысленно передразнила я. Конечно, легко оттопыривать нижнюю губу, когда ты рос на норковых пеленках. Дворяне дворянам рознь, то, что обыденность для герцогов Шерпских, — голубая мечта для баронетов Фемморов.

— Да, ничего особенного, — в ответ на мою гримасу чуть громче повторил Натан. — Уж точно не повод продавать свою дочь.

Тут я взорвалась:

— Уж кто бы говорил!

И так обидно стало: за себя, за отца, тетушку…

Мрачный лорд молчаливо терзал пальцами салфетку, и я продолжила:

— Только не надо лгать, будто вы и ваш брат женитесь по любви!

— Кристиан уже женат.

— И? — Мне не терпелось подтвердить свою теорию.

— Свадьба состоялась в начале этого года. Он выбрал Ливию Фестфальскую, младшую дочь короля от второго брака. Она четырнадцатая в очереди на престол, так что Кристиан вряд ли примерит корону, зато удалось окончательно уладить… — Тут он запнулся. — Назревавший конфликт. Вдобавок Ливия подходящая партия для будущего герцога Шерпского. Отец рано или поздно умрет, его место займет Кристиан.

— Вот вы и снова подтвердили, что для вас важнее генеалогия, а не девушка. Помнится, во время неудачной попытки нас познакомить вы говорили…

— Мало ли, что я говорил! — неожиданно вспылил Натан. Я даже испугалась, не запустит ли он в меня чем-нибудь, и на всякий случай пригнулась. — Вы тоже десятки раз меняли убеждения. Или это другое, и далее по списку?

— Какому списку? Нет у меня никакого списка! — растерянно пробормотала я.

Право, что на него нашло? Словно демон вселился!

— Уезжайте! Можете не писать, не обижусь. И вообще я вас не держу, вы вольны в любой момент съехать. Равно как и я жениться, на ком захочу, без вашей указки.

Натан залпом осушил остатки вина в бокале. Подумал и налил себе еще. Видимо, спиртное подействовало, потому как следующий вопрос он задал спокойно:

— Как называется курорт?

Поколебавшись, ответила правду:

— Риман.

Не отправится же он за мной следом!

— Риман, — задумчиво повторил Натан, словно запоминая. — Добираться туда неудобно, возьмите мой экипаж.

— А как же вы?

Всему есть предел, наглеть я точно не собиралась.

Лорд Рур кисло улыбнулся:

— Мне запрещено покидать окрестности Брекена. Уж как-нибудь доберусь до города пешком. Словом, берите смело. Я дам денег… Не отказывайтесь, Джейн, это в долг, я не оскорблю вашу гордость. Зато относительно комфортная дорога и возможность побаловать себя какой-то безделицей скрасит ваши унылые будни подле старой тетки.

Бедняга так тревожился за меня, искренне сочувствовал, что я испытала приступ жгучего стыда. Хотелось все отменить, вежливо извиниться перед Ричардом, но сама судьба толкнула меня навстречу авантюре.

Наше уединение прервал слуга. Он передал мне письмо, в котором черным по белому сообщалось, что я должна в течение месяца погасить все свои долговые обязательства, в противном случае мне грозило судебное разбирательство. Увы, с недавних пор я спускала деньги в Суре, не подозревая, что совсем скоро лишусь финансовой подпитки от родителей. Я-то рассчитывала одолжить немного в счет жалования и спокойно лечила душевные раны от романа Эрика с Синтией покупками в кредит. И вот наступило время расплачиваться…

— Все в порядке, Джейн? — забеспокоился Натан, когда я смяла счет и запустила им в камин.

— Да, — через силу улыбнулась я. — Всего лишь мелкие неприятности.

Настолько мелкие, что, если Ричард на правах будущего супруга не ссудит мне нужную сумму, я угожу в долговую тюрьму. Одно бальное платье, сшитое взамен розового, стоило жалования за месяц.

Сославшись на нездоровье, я ушла спать. Краем глаза видела, как Натан поднял, развернул счета. Какой позор! Уеду завтра же рано утром: не желаю объяснений за завтраком, не хочу осуждающих взглядов. Только не от него! Вдобавок я не желала причинять Натану очередные неприятности — с него станется предложить жениться, чтобы вытащить меня из финансовой дыры. Нет уж, я уберегу лорда от ужесточения наказания за скоропалительный, пусть и фиктивный союз без высочайшего разрешения. Ему тоже уготована какая-нибудь маркграфиня, подобрана с колыбели и утверждена отцом, если не самим королем.

Глава 26

У меня затекло все тело. Страшно представить, во что бы оно превратилось, не воспользуйся я щедрым предложением Натана, наверное, рассыпалось на кусочки. Хихикнула, гадая, стал бы Ричард его собирать. На пассажиров почтовой кареты не надеялась бы, те сгребли бы прах веником в уголок, а то и вовсе выбросили в окошко.

Зевнув, порадовалась, что за окном вечер, в густых тенях, да еще за окошком экипажа не видно, как грубо попираются нормы поведения настоящих леди. Те самые, где они не производят никаких звуков, а если вдруг, по недосмотру, то из соответствующих частей тела вылетают бабочки.

Экипаж неспешно катил по улицам Римана к гостинице — Ричард заранее сообщил название той, в которой остановится. Странное он выбрал местечко: на левом берегу сонной Римы, далеко от терм. Ну да ему видней. В конце концов, мы замышляли не совсем законное дело, глупо совещаться о фиктивном браке у всех на виду.

Дика, к сожалению, пришлось оставить в Брекене. Он сопротивлялся, даже прикинулся одним из чемоданов, но я была непреклонна: ящерам на курорте не место. В итоге крыластик неохотно согласился, но в качестве моральной компенсации потребовал привести сувениры. Пообещала, хотя смутно представляла, что можно купить растущему дракону. Да и компенсировать ему нечего, это я мучилась телесно и душевно, а он ел, спал и резвился во владениях лорда Рурка.

Ох, как в ночь перед отъездом я боялась настойчивого стука в дверь! Пришлось бы наброситься на Натана с поцелуями, сверяясь с книгами, уморить в постели, лишь бы только не обсуждать неприятную тему. Тяжело, знаете ли, признавать, что от тебя отказались родители, а мозгов на достойную жизнь не хватает. И очень легко оказывать благодеяния — не вам же унижаться. Но обошлось, Натан сохранил мою невинность и душевный покой. Хотя какой там покой, я за ночь глаз не сомкнула.

После Брекена Риман поражал пестротой нарядов. Отдыхающие как раз вышли на вечерний променад, и я в полной мере осознала, как отстала от жизни. Это я-то смеялась над брекенцами? Да меня саму здесь засмеют! В привезенных нарядах я сойду разве только за кухарку.

— Эх, мода, госпожа Браль! — с мечтательным вздохом помянула свою столичную портниху.

В последний раз я шила у нее платье… Да в прошлой жизни, шесть лет назад.

Ведьмин котел, а вдруг у меня провинциальный говор появился? Нужно скорее возвращаться в столицу, а то превращусь в Марианну или кого-то похуже.

Риман в полной мере оправдывал звание модного курорта. Никаких нищих, улицы убраны, чуть ли не вылизаны до блеска. Повсюду беседки с целебными минеральными водами, где любой желающий может повернуть вентиль и наполнить принесенный с собой сосуд. Белоснежные, выполненные из мрамора, они навевали мысли о королевском дворце.

А какие в Римане гостиницы! Я видела парочку, с красными дорожками, важными швейцарами, инкрустированными поделочными камнями фасадами, и боялась представить, во сколько обошелся бы номер в подобном великолепии. Может, по этой причине Ричард обосновался в «Гусином пере»? Бассейн, собственный дворецкий — это хорошо, но жить на что-то надо.

Самым шикарным сооружением были, конечно, термы. Сначала я приняла их за королевскую резиденцию, но, прочитав указатель, убедилась, что ошиблась. Представьте себе площадь. Посреди — фонтан со все той же целебной водой. С одной стороны площади жилые дома, с другой — аркада, ведущая к монументальному зданию с колоннами. Обязательно прогуляюсь сюда завтра, окунусь в источники, немного поплаваю.

Но вот манящий огнями центр остался позади. Справившись у прохожего, кучер свернул на мост, затем на тянувшийся перпендикулярно набережной бульвар. Здесь тоже гуляли, но большей частью пили, благо рестораций хватало. В воздухе витал запах жареного мяса. Его готовили прямо на открытом воздухе, на специальных жаровнях.

Еще один поворот, кривая, петляющая улочка, и мир развлечений окончательно остался позади. В жилых кварталах царила практически полная тишина. Лишь изредка ее нарушал стук ставень или чей-то смех.

Улицы стали заметно уже. Дома плотно жались друг к другу, тянулись ввысь: земля в Римане стоила дорого. Обшарпанные фасады, закрытые до завтра лавочки на первых этажах — в прыгающем свете фонарей все казалось нереальным, декорацией к какому-нибудь спектаклю. Перед одним таким неприметным зданием экипаж остановился.

— «Гусиное перо», — доложил соскочивший с козел кучер.

Распахнулась дверца экипажа, обдав меня ночной свежестью. После духоты кареты я не сразу привыкла к чистому влажному воздуху, словно выброшенная на берег рыба, сделала пару судорожных вздохов.

— Вы уверены?

Я не торопилась вылезать. Здание совсем не походило на гостиницу. В окнах темно. Нет привычных цветов на подоконниках или в подвесных кадках. Штукатурка местами полностью отвалилась, обнажив кирпичную кладку.

Кучер сходил к крыльцу, проверил и подтвердил: точно так, «Гусиное перо», вот даже вывеска имеется. Вопреки обыкновению, ее повесили не над входом, а на углу здания.

— Если хотите, поищем другую гостиницу, — уловив мое настроение, предложил кучер.

— Вот что… — Я на мгновение задумалась. — Сходите узнайте, остановился ли здесь Ричард Олбани. Если да, я останусь. Нет — поищем другой ночлег.

Кучера не было несколько минут, показавшихся мне целой вечностью.

Сон слетел. Я жалась к обивке кареты, мучимая не на шутку разыгравшейся фантазией. Вдруг это притон, вдруг хозяин дешевыми ценами заманивал наивных постояльцев и убивал их? Или продавал в рабство, на опыты. Лежит сейчас где-то в подвале бездыханный Ричард, а его драгоценности спешно переплавляют в золотые слитки. В реальности переплавлять было нечего, да и опыты на людях не ставили даже в Ларнии, но буйное, напитанное книгами воображение упорно игнорировало логику и факты.

Не знаю, до чего бы я додумалась, наверное, до какой-нибудь секты чернокнижников, если бы не вернулся кучер.

— Точно так, миледи, лорд здесь и ждет вас.

Следом с фонарем в руке появился Ричард, здоровый и невредимый. Чуточку нервный, но я сама выглядела много хуже.

— Понимаю, — извинился будущий фиктивный муж, помогая мне выбраться из кареты, — гостиница сомнительная, но разгар сезона, мест нет.

— Ничего, я потерплю, — примирительно улыбнулась я. — В Брекене бывало и хуже. К тому же мы здесь ненадолго.

Я уловила тень смятения на лице Ричарда. Похоже, кое-кто рассчитывал на полноценный медовый месяц. Увы, мы проведем его порознь. Обсудим детали, составим контракт. Если обе стороны все устроит, зафиксируем сделку у нотариуса, а затем в ратуше. Короткий поцелуй — и разлетелись, чтобы осенью по почте подписать бумаги о разводе.

— Отнесите, пожалуйста, вещи леди в холл и свободны, — не оборачиваясь, распорядился Ричард.

— Но… Я получил четкие указания от хозяина: привезти и увезти леди, — воспротивился кучер.

— Вы и отвезете. Вам ведь тоже надо где-то устроиться, накормить лошадей. Увы, в Пере нет конюшни. Пришлете запиской адрес, и я своевременно извещу вас об отъезде леди.

Кучер покосился на меня в поисках одобрения.

Кивнула:

— Ступайте! Отдохнете немного, и через неделю домой.

Подозреваю, слуга предпочел бы вернуться в замок прямо сейчас, бросив навязанную хозяином любительницу путешествий. Что поделаешь, в жизни полно моментов, когда вместо «хочу» выбираешь «надо». В моей тоже как раз наступил один такой. Хотя судьба могла бы и смилостивиться, не вываливать воз неприятностей разом.

— Осторожнее! — предупредил Ричард, когда я занесла ногу на ступеньку.

Напрасная предосторожность — я и не думала спотыкаться или запинаться о порог и вскоре благополучно оказалась внутри гостиницы.

Хм! Даже не так — ХМ. Иных слов для выражения мыслей у меня не было, а ведь я повидала дно провинции!

— Надеюсь, в комнате с потолка не капает, клопов нет?

В таком месте можно всего ожидать.

— Это гостиница третьего класса, но постель чистая.

Хотя бы что-то, луч плюса в кромешном царстве минусов. Сырость, отклеивающиеся обои, «убитая» конторка… и серая кошка. Кошка тоже плюс: она милая, сидит, намывает гостей у двери в кухню.

Приглушенно рассмеялась:

— У меня теперь все третий класс!

— Ничего, — Ричард на краткий миг ободряюще коснулся моей руки, — скоро вы вернетесь в первый.

Уж как я об этом мечтала! Самостоятельная взрослая жизнь оказалась тернистой. В мыслях я видела себя перспективным молодым специалистом, на деле же жила и ела за чужой счет. Сейчас вот имя себе тоже за чужой счет верну.

— Проголодались? — участливо поинтересовался Ричард и краем глаза проследил за тем, как кучер внес мой нехитрый багаж.

В Риман я отправилась практически налегке, с одним саквояжем, слуга не надорвался.

— Спасибо, любезный.

Ричард вложил в руку кучера мелкую ассигнацию.

— Доброй ночи, леди! Доброй ночи, милорд!

Заметно повеселевший слуга откланялся, ну а мы с Ричардом решили поужинать. Я не особо хотела, но он настаивал, мол, неподалеку есть приличное местечко. Приезжих там не бывает, поэтому блюда дешевые, но качественные. Ничего такого по дороге я не припоминала, но харчевня могла притаиться в одном из многочисленных переулков, а то и вовсе затерялась среди рестораций на бульваре, который мы проезжали. В итоге я согласилась: надо сделать будущему мужу приятное, а то жениться откажется. Поклюю чего-то для вида, выпью бокал вина и баньики. Глядишь, при свете дня «Гусиное перо» не покажется таким страшным.

Ричард не соврал, таверна действительно имелась — десяток столиков внутри и три снаружи. Все максимально просто, даже скатертей нет.

— Прошу!

Ричард предложил расположиться на улице. Усадив меня на стол по соседству с закрытой бакалейной лавкой, он скользнул внутрь харчевни, сделать заказ. Огляделась. Кроме нас здесь ужинали еще несколько человек. Соседний столик занимала влюбленная парочка. Поглощенные друг другом, они больше ворковали, чем ели. Третий уличный столик пустовал, зато внутри, возле барной стойки, запивали горячительным нелегкий день четверо мужчин. Трое явно пришли вместе, один держался особняком. Все — крепкие представители второго сословия. Еще бы, дворяне в подобной харчевне даже собаку водой бы не напоили, а я вот собиралась поесть.

— Тут нет меню, приходится выбирать из того, что сегодня приготовили, — вернувшись, сообщил Ричард. — Надеюсь, вы не против, что я сделал заказ за двоих?

— Нет, конечно! Скоро, пусть и формально, у нас все будет только на двоих. Собственно, — почесала переносицу и вновь украдкой зевнула, — я хотела бы сразу обсудить данный вопрос. Не поймите меня превратно, лорд Олбани, но, если у нас возникнут неразрешимые противоречия, нет смысла идти в ратушу.

Ричард со мной согласился:

— Я сам предпочитаю как можно скорее покончить с формальной частью.

Принесли выпивку — что-то вроде крепкого сидра. Он мне не понравился: слишком кислый. Ричард предложил добавить в него немного пряностей, вновь скрылся внутри харчевни и вернулся с небольшим холщовым мешочком.

— Настоящее колдовское варево! — пошутила я, наблюдая за тем, как спутник ловко помешивает сидр большой деревянной ложкой — ее он тоже прихватил с кухни.

После усовершенствований кислинка пропала, и я честно выпила всю свою пинту.

Попутно обсудили будущий брак.

Ричард оказался на редкость покладист, на все мои условия отвечал согласием и признался, что тоже таким образом обретет свободу:

— Отец при жизни выделит мне часть наследства, и я смогу уехать.

— Куда?

Сытное рагу в горшочке и крепкий сидр делали свое дело, я все чаще зевала, больше слушала, чем говорила.

— Пока не решил, но подальше от столицы. Сами понимаете, с моим прошлым…

Ричард печально замолчал и, кинув на меня взгляд, спохватился:

— Да что же это я! Вы устали, скоро сидя заснете. Сейчас я расплачусь…

Дальнейшее потонуло в сонном тумане. Подтвердив свою славу бракованной леди, я самым позорным образом заснула, положив голову на столик.

* * *

Пробуждение выдалось странным. Все раскачивалось, словно я внезапно очутилась на корабле. Вроде, и выпила вчера немного… Ну, конечно, дело в усталости и нервном напряжении. Стоило ограничиться водой, а не хлестать сидр.

Какие же узкие и жесткие в гостинице кровати!

Пошарила рукой вокруг себя и убедилась, подо мной обычный топчан, поверх которого кинули набитый соломой матрас. Справа глухая стена, колючая, шершавая — доски. Слева — пустота. Темно и сыро. Наверное, еще рано, не рассвело.

Неудобно как вышло! Ричарду пришлось нести меня до гостиницы, укладывать в постель. Стоп, он ведь и номер оплатил, это уже ни в какие ворота! Деньги я верну. Может, в моем кошельке дыр больше, чем ассигнаций, но одно из правил фиктивных отношений — каждый сам за себя.

Сев на узкой койке, напомнившей мое ложе в каунтском общежитии, попыталась нашарить босыми ногами тапочки. Обнаружились ботинки — тоже неплохо.

Ладно, где тут ванная и уборная? Раз уж проснулась и снова вряд ли засну, приведу себя в порядок и полюбуюсь пробуждающимся городом. Есть что-то прекрасное, поэтичное в рассвете, а уж в рассвете летом!.. Заодно на свежую голову оценю третьесортную гостиницу, в которой мне предстояло провести пару дней в Римане.

Каким жестоким было разочарование!

Я растерянно уставилась на ведро за занавеской. Как, это и все? Да это не третий класс, а десятый. Немедленно съеду из этой дыры! Сомневаюсь, будто во всем городе не найдется ни одного пансиона со свободной комнатой.

В этот момент комнату снова качнуло. Перепугавшись, я замерла, упершись руками в стену. Сердце билось часто-часто. Землетрясение? Ох, тогда надо скорее выбираться отсюда, пока гостиницу не сложило как карточный домик.

Да что за номер такой, даже окна нет! Зато понятно, почему так темно. Спасибо, масляную лампу и огниво оставили, иначе бы потонула в кромешном мраке.

Кое-как одевшись, с лампой в одной руке и ридикюлем в другой поспешила к двери. Ха, не тут-то было, она оказалась заперта! Я пинала и толкала, барабанила что есть мочи, кричала — ничего.

— Вот ведь!..

Хотелось выругаться, но, увы, матерных слов я не знала.

Обессилив, прислонилась спиной к двери, смирившись с неизбежной смертью от землетрясения или еще какого-нибудь катаклизма. И тут выход из моего узилища распахнулся. Не удержав равновесия, я плашмя плюхнулась на пол, прямо под ноги к Ричарду.

— С добрым утром, Джейн!

Он помог мне подняться, однако решительно загородил проход, не позволяя выйти:

— Не так быстро! Сначала мы пересечем границу, тогда, может, я выпущу вас на прогулку.

— Границу, какую границу?

Ричард бредит? Ну, конечно, бредит! Ударился головой и несет околесицу.

— Самую обыкновенную. — Ричард плечом затолкал меня обратно в комнату и запер дверь. — Мы в пути уже пять часов, к завтрашнему утру выйдем в открытое море. Тогда и нагуляетесь. Пока же вам придется немного потерпеть. Я слишком долго ждал, слишком многое поставил на карту и не могу рисковать.

— Мы на корабле? — все еще не веря, переспросила я.

Ричард кивнул.

Так вот почему комната качалась!

— Послушайте, — я с самым грозным видом двинулась на Ричарда с твердым намерением немедленно сойти на берег, — ваша глупая шутка затянулась. Разумеется, отныне ни о каком фиктивном браке и речи быть не может.

— Мы уже поженились, — хищно оскалился собеседник и продемонстрировал кольцо. Точно такое же, только меньшего размера, украшало мой палец. — Без свидетельства о браке вас бы не выпустили.

— Но как?

Растеряв былой пыл, я рухнула на топчан.

— За деньги можно все, — равнодушно пожал плечами Ричард.

Он поднял мою лампу и поставил на небольшой стол в торце каюты.

Я же, холодея от ужаса, уставилась на пол.

Тени не было! И если прежде я списывала все на десятки причин, то теперь начала сознавать, куда вляпалась.

— Да, она иногда пропадает, — перехватив мой взгляд, спокойно пояснил Ричард. — Сущие мелочи по сравнению с тем, что я получил бы от сделки с демонами. Увы, — с досадой добавил он, заставив меня вжаться в стену от страха, — ваш дружок и его отец, Арен-старший, помешали. Еще и этот лорд вздумал гулять по ночам! А как все хорошо начиналось — чудаковатый постоялец, который спит днем и работает по ночам. На самом деле я искал проход в другие миры. И нашел. Ваш дракон оттуда.

— Но зачем вам дракон?

Мои зубы отбивали мелкую дробь. Я, дипломированный специалист, магесса, ощущала себя жалкой и беспомощной. Прав в итоге оказался ректор, мой диплом годился только для украшения гостиной, теперь я окончательно в этом убедилась.

— За тем же, что и вы. Он состоит из моря ценных ингредиентов: зубов, когтей, чешуи. К сожалению, мне принесли яйца, пришлось импровизировать. Зато вы никуда не делись. Кровь девственницы, ее тело, увы, ничем не заменить. Я превращу вас в отличный артефакт, Джейн, остальное отдам на съедение жителям Хеля. Увы, — цинично добавил Ричард, — быстрой смерти не обещаю. Чернокнижие — точная наука, требующая внимательности и терпения. Там нельзя кое-как перерезать горло или пырнуть ножом, только зря материал испортишь. Да и что толку в одной крови, когда столько ценных органов закопают?

Маска спала, сейчас я видела настоящего лорда Олбани. Как он ловко лгал, как умело изображал жертву!

— Напрасно вас выпустили! — только и смогла сказать в бессильной злобе.

— Я просто умел ждать, а еще не пыжился от собственной значимости, как магистр Арен. Слава застила ему глаза, он тоже поверил, будто я стал нормальным. Еще бы, ведь Арена невозможно провести!

Ричард презрительно усмехнулся.

— Но зачем вам брак? Не проще было бы похитить какую-нибудь нищенку?

Гадко, но собственная жизнь казалась мне более значимой, чем жизнь какой-то бродяжки.

— Мне нужна девственница, — напомнил Ричард и, поколебавшись, забрал мое огниво, сунул в карман. — Гарантированно здоровая, ладная, симпатичная. А вы вздумали предлагать мне товар с душком! Нет, я мог получить в безвозмездное пользование девственницу, только женившись на ней. Брак — чудесная штука! Он предполагает свадебное путешествие. Двадцать четыре часа наедине с мужем, всякое может случиться. И вовсе не по его вине. К примеру, жена отправилась прогуляться перед сном и не вернулась. Упала в пропасть, поперхнулась вишневой косточкой — мало ли! Разумеется, все со слов мужа, ведь они с супругой уединились от всего света, чтобы ежечасно наслаждаться обществом друг друга. И вот безутешный вдовец возвращается из-за границы один. Вдобавок законы Фестфалии, которую я выбрал для свадебного путешествия, не так строги к магам. Ни у кого не вызвали бы подозрения мои книги, перетертые минералы и прочие составляющие моего будущего триумфа.

— Мерзавец!

Я набросилась на Ричарда с кулаками. Он играючи оттолкнул меня, больно приложив головой о стену.

— Послушай ты, ничтожество! Я не позволю тебе испортить то, что я готовил долгих двенадцать лет.

Пальцы лорда Олбани впились мне в горло. Оно мгновенно налилось жаром. Я судорожно задергалась, словно кукла на веревочке. Лицо Ричарда оказалось напротив моего, так близко, что я ощущала его дыхание, видела бушевавшие в глазах синие языки ненависти.

— Надеюсь, ты еще девственница? Учти, я проверю, если нет, ты очень горько пожалеешь, что отдалась кому-то из своих дружков, сама запросишься под нож.

Я испуганно замычала, опасаясь, что Ричард меня придушит. Он был страшен! Настоящий безумец.

— Да, в первый раз у меня не вышло. Я был глуп, и меня поймали. И то я сумел обставить все так, будто кружком руководил другой, а я всего лишь пешка. — Железные пальцы все сильнее впивались в кожу, выбивая из легких последние крупицы воздуха. — Но главное все же свершилось — я продал душу одному из высших демонов, именно поэтому у меня периодически пропадает тень.

Смилостивившись, Ричард отпустил меня, позволил забиться в угол кровати и продолжил свою исповедь:

— Отец посадил меня под домашний арест, оборвал все связи с миром, однако что он мог против демона? Тот исправно снабжал меня книгами, подпитывал знаниями. Потом, изобразив исцеление от былых предпочтений, я подкинул батюшке идею с женитьбой. Он заглотил крючок, искренне верил, будто это его желание. Я же старался не выказывать излишней заинтересованности и терпеливо ждал, пока отец уладит формальности с твоим семейством. Ты идеальная жертва, Джейн: не слишком знатная, с подмоченной репутацией, нелюбимая родными. Однако вместе с тем не тронутая мужчиной, что важно.

— Откуда вы знаете? — хрипло спросила я.

Горло словно натерли наждачной бумагой. Оно одновременно першило и горело изнутри. Во рту пересохло, так бы я смочила его слюной.

— Уж поверь мне, — усмехнулся Ричард, — до твоего бегства в Брекен я был в курсе твоего здоровья, этой его части в том числе. У тебя не было шансов, Джейн. Не лиши тебя отец наследства, я все равно нашел бы способ заключить брак до Дня магического равноденствия. Он скоро, через каких-то полторы недели. В этот день ты умрешь, ну я получу, наконец, то, чего заслуживаю.

Глава 27

Времени на раздумья у меня было предостаточно, благо в тесной каюте все равно нечем было заняться, разве только шататься из угла в угол и призывать на Ричарда кары небесные. Но Всевышний не спешил поражать коварного чернокнижника молниями, посылать чудищ с речных или морских глубин, даже самый простенький сердечный приступ организовать отказывался. То ли из вредности характера, то ли в качестве жизненного урока. Мол, взрослые люди отвечают за свои поступки, вот и ты изволь. А мне хотелось снова стать маленькой, чтобы за меня все решили. Не складывалась у меня взрослая жизнь, откровенно не складывалась.

Где-то я читала или слышала, что в сложной ситуации человек проходит пять стадий, только, сдается, я перепутала их местами. Отчаянье уже было, пришло время неприятия. До смирения доходить не собиралась: хорошо писать о нем тем, кого не нашинкуют на амулеты! Так что, вдоволь побившись головой о стену, выплакав годовую норму слез, я надумала действовать. Собственно, существовало всего два способа выбраться из ловушки: ум и насилие. Проблема состояла в том, что обоими предметами я владела на «троечку»: и Ричарду хорошенько по голове не настучала, и обаять не обаяла.

Снова на помощь пришли прочитанные книги, не зря же я их с детства обожала.

Этот совет давали соискателям, мужчинам, разумеется, но в моем случае тоже сгодится. Нужно, сесть, успокоиться, сделать дыхательную гимнастику, а затем на листочке выписать все свои достоинства, даже самые пустяковые. Бумаги у меня не было, чернил тоже, да и спокойствие не соизволило посетить даже после двадцатого «ха-ааа», но я попыталась. Для начала прислушалась: не притаился ли коварный Ричард за дверью? Вдруг он велел положить в коридор тюфяк и сторожит каюту как верный пес? Вроде, тихо. Никто не шуршит, в замочную скважину не дышит. Да ну, Джейн, ты для него сломлена и разбита. Пьет сейчас вино в кают-компании, празднует успех.

— Легкая жертва. Дура. Нелюбимая дочь. Никто искать не будет, — раззадорила себя обидными, но, увы, правдивыми словами.

Тут хоть плачь, хоть ядом плюйся, все верно.

Искать помощи у Ричарда, тайком ехать к нему, не насторожиться при виде гостиницы, вдобавок выпить невесть что! И ты после этого гордость Высшей школы чародейства? Однако мои мысли опять утекли в неправильном направлении. Самокритичность — хорошо, а свобода — лучше.

— У тебя есть магия, — озвучила самый жирный свой плюс.

Только толку с нее!.. Я не стихийник, даже не боевик.

Стоп!

Резко выпрямилась на кровати и от души стукнула себя по лбу.

— Практическая магия! — с придыханием произнесла название своего факультета.

Я тут на судьбу жалуюсь, а у самой диплом по решению проблем. Хотя нет, одна проблема таки останется — я сама. Потому как применять практическую магию на практике мне еще не доводилось. Ведьминский лабиринт не в счет, он баловство, для красоты. Ну и чтобы не повеситься в Брекене от скуки. Надеюсь, его поливают — жалко все же. И меня тоже неплохо бы покормить. Или Ричард приказал морить меня голодом? Мол, двойная польза: и не убежит, и убивать легче. А то связывай, магию трать, деньги…

Словно в противовес моим мыслям в дверь постучали. Затем в замке дважды провернулся ключ, явив… Нет, не исчадье зла в лице Ричарда Олбани, а одного из его головорезов. Право, чтобы принести мне скудный обед не стоило обвешиваться оружием с ног до головы. Пусть я запоздало вспомнила, что маг, справиться с крепким матросом, чьи плечи полностью перекрывали дверной проем, не могла. Что такому заговоры! Прокляни, он отряхнется и дальше пойдет.

Зыркнув на меня, матрос кивнул кому-то за спиной и вошел в каюту, не забыв притворить за собой дверь.

— Дернешься, прирежу! — вместо приветствия пригрозил он.

Сдается, Ричард зафрахтовал не просто суденышко, а самый настоящий пиратский корабль. Лампа, конечно, безбожно чадила, того и гляди погаснет: масло кончится, но даже при таком скудном освещении рожа визитера вызывала желание спрыгнуть за борт. Представляю, какие эмоции она вызывала при дневном свете! Что там демоны, разбегутся, забаррикадируются в Хелле, если такого увидят. Да у него шрамов больше, чем у человека ребер!

— Не прирежешь, — покачала головой я, но всякий случай замерла.

— Почему? — озадаченно глянул на меня детина.

— Лорд Олбани очень огорчится. Ты на роль девицы не сгодишься, где ж ему новую взять? Останется только с горя сойти с ума и всех тут убить.

Понятия не имела, что знали пираты и знали ли вообще. Может, Ричард им даже своего настоящего имени не назвал, надеялся, зареванная жертва тоже промолчит. Наивный! Я хоть и плакса, но мстительная, а еще говорливая. Вот возьму и на его род занятий намекну. Даже интересно, как пираты отреагируют. Деньги не пахнут, или, братва, полундра, чернокнижника за борт? Я бы прямо сейчас сказала, но опасалась, что составлю компанию Ричарду. Хрен редьки не слаще, но лучше уж пойти на сырье для артефакта, чем на рыбий корм.

— А ты языкастая! — широко улыбнулся детина, обнаружив отсутствие верхнего клыка. — Мне такие нравятся. Может, того-этого? — Он выразительно покосился на кровать. — И тебе приятно, со здоровым умелым мужиком вместо бледного дохлятика.

Ну вот, договорилась, еще и изнасилуют. А где один, там второй — и привет, дом терпимости с единственной труженицей в штате. Так что нравственность надо блюсти, причем действовать деликатно, чтобы не оскорбить.

— Я бы с радостью, но нельзя мне: болею. Только сунешь — нос отвалится.

Матрос тут же потерял ко мне интерес, а я порадовалась своим не дворянским наклонностям. Может, в провинции, вращаясь среди второго и третьего сословия, я и растеряла хорошие манеры, зато приобрела ряд полезных знаний. Упоминать о них в светских гостиных нельзя, а тут — милое дело. Никто не ужаснется, не напомнит, что леди должна патетично воскликнуть: «Как вы смеете!» и понадеяться на богобоязненность насильника.

— Масло у тебя почти закончилось, заменить надо.

Водрузив поднос с одиноким горшочком на столик, матрос указал на лампу и, спохватившись, снова напомнил:

— Ты это, смирно сиди, а то!..

— Да смирно я сижу, смирно, дай поесть! — буркнула в ответ и потянулась к горшочку.

Содержимое его напомнило стряпню Стеши, хотя мяса в похлебку она клала больше. Тут же какой-то жир, картошка, морковь…

— А ложка где? — справедливо возмутилась я.

— Не графья, через край похлебаешь, — гоготнул матрос и скрылся за дверью.

Дверь снова запер: куда ж без этого?

Еще раз понюхала содержимое горшочка, наклонила, поднесла ко рту. Бу-э! Но другой еды нет, Джейн, глотай, для магии нужны силы. Отчаянно борясь со спазмами желудка, кое-как затолкала в себя треть сомнительной похлебки, даже платье не испачкала.

Вернувшийся матрос заправил лампу, проверил фитиль: не потухнет ли, и забрал у меня еду. Взамен оставил кувшин с водой.

— До завтра, красавица! — подмигнул он и, насвистывая, скрылся из виду.

То есть это все, до завтра я ни кусочка не получу? Определенно, Ричард начал готовить меня к ритуалу, постепенно убивал плоть. Зато дух был живее всех живых и надумал обратиться за помощью к неожиданному союзнику.

По рассказам я знала, кораблей без крыс не бывает. Эти вездесущие бестии умудрялись на каждом свить гнездо. Самая я жутко боялась грызунов, но ради достижения цели надо перебарывать мелкие страхи.

Я надумала применить на практике ведьминский блок знаний. Артефакторика тут не поможет, не из чего механизмы на коленке мастерить. Огненный шар полезнее, но шумно, сбежится вся команда. А мне категорически нельзя привлекать внимание, по возможности лучше вообще с людьми не пересекаться, потому как магия магией, но на всех ее не хватит. К тому же огонь на корабле — сомнительная затея. Вдруг именно я вытяну проигрышный билет и пойду ко дну?

Подперев лицо кулаком, уставилась на коптящую лампу с толстыми стеклами и с тоской вопросила мироздание:

— Ну где же мой принц? Куча знакомых мужчин, даже один дракон, а мне договариваться с крысой! Что я за принцесса такая, на мышином хвосте.

Крысу как объект воздействия я выбрала не случайно. Они существа умные, юркие. Да и выбор-то невелик, не тараканов же с червями дрессировать!

— Спасение утопающих — дело рук самих утопающих, — процитировала избитую истину и принялась за дело.

Начала я с… самовнушения. Мол, крыса — это вовсе не страшно, не надо визжать, и вообще от них не только вред, но и польза. Вот магистр Олаф держал ручного крыса, гладил его, кормил, а ты даже поговорить не можешь?

Ну вот, в полезности и безопасности грызунов я себя убедила, осталось эту самую крысу где-то раздобыть. Изначально я полагала, что хвостатая помощница появится сама, ведь какой любовный роман ни возьми, везде они допекают бедных узников и узниц. Но то ли дело было в том, что мы на корабле, а не в замке злодея, то ли я недостаточно страдала, а посему не заслуживала высочайшего визита. Так или иначе крыса не объявилась. Я терпеливо ждала, а затем, устав, решила принять меры. Увы, пособием «Как вызвать крысу» меня не снабдили, пришлось понадеяться на познания в ведьминском ремесле. Заодно и узнаем, чего стоил мой диплом с отличием.

— Крыса! — робко позвала я.

Ноль внимания, даже не пискнула.

— Эй! — повторила уже громче. — Посмотри, что у меня для тебя есть.

Не было ничего, но откуда крысе об этом знать? Однако, видимо, она обладала телепатическими способностями, раз по-прежнему не спешила в мою обитель.

— Какое падение! — сокрушенно покачала головой, готовясь применить принуждения. — Сначала в качестве фамильяра дракон, теперь — крыса.

Тему животных-спутников мы проходили вскользь: класс заведения не тот, да и из нас не готовили профессиональных ведьм. По правде, никого профессионального в Каунте вообще не готовили, недаром его выпускники школы работали по контракту, а не открывали частную практику. Но, как книжная девочка, я углубилась в предмет, даже в свое время писала реферат на тему взаимосвязи магов и животных. На втором курсе, но писала же! К сожалению, тогда я еще прибывала в раздрае из-за Эрика, поэтому лишние знания в моей голове не задерживались. Пришло время выяснить, посчитал ли мой разум призыв животных важными сведениями.

Обычно фамильярами ведьм становились черные коты, вороны, летучие мыши и, не смейтесь, лягушки. Ладно, коты, вороны, но остальные претенденты явно участвовали в конкурсе «Самый уродливый спутник года». Ни уважения к себе, ни брезгливости — держать в руках, целоваться с лягушкой! Хотя целовать — это из другой сказки, про принцев, а пока мы сами себе принцессы.

Устанавливать прочную, многолетнюю связь я не планировала, всего лишь добиться расположения, временной симпатии.

И все же симпатия лягушки… Фу!

— Итак, — размяла пальцы и крякнула, — дар у меня слабый, духов призвать не могу. И то хорошо, с драконом-то не справляюсь. Оставим пентаграммы Ричарду, все равно я в каллиграфии не сильна. Да и чем рисовать-то, пальцем? Посему используем визуализацию.

Медитировать, запертой на корабле с сумасшедшим чернокнижником, — задача трудная, вечно то мысли посторонние в голову лезут, то нога затечет. Я уже отчаялась достигнуть просветления, когда оно наконец снизошло.

Крыса приди!

Крыса приди!

И она пришла. Вылезла из ниоткуда и вылупилась на меня бусинками-глазками.

Тут я едва все не испортила, вовремя зажала рот ладонью. Прокусила язык, но по сравнению с острым ножиком Ричарда это сущие мелочи.

Крыса повела носом и проворно забралась по ножке стола. Умница какая, собирается вступить в контакт.

Пару минут мы молча смотрели друг на друга, причем во взгляде крысы явно читалось: «Ну, и зачем звала?»

— Эм, ты меня понимаешь?

Прежде мне не доводилось беседовать с животными, поэтому начала с дурацкого вопроса.

Крыса пискнула. Примем за «да».

— Мне нужны ключи. Выйти отсюда. Понимаешь?

В ту минуту я сомневалась, кто из нас двоих: я или Ричард, — сильнее тронулся умом. Крысу я не рассматривала, у нее-то все в порядке.

Грызун шевельнул хвостом и снова пискнул. Кажется, недовольно. Мол, еще чего тебе принести?

— А я тебе… Я тебе головку сыра дам. Потом, если выберусь.

Я бы на предложенные условия не согласилась, но она животное, вдруг?

Крыса горестно взглянула на меня. Совсем болезная ведьма! И, потеряв всякий интерес, принялась намывать мордочку.

— Пожалуйста! — взмолилась я. — Тебе трудно, что ли? Или матросы — твои лучшие друзья, вдоволь кормят и поят?

Похоже, пираты обходились с крысой отвратительно, раз она проворно скрылась из виду. Или, тоже вариант, сделка не состоялась.

Развела руками:

— Ну я хотя бы попробовала. Не вернется, подожгу дверь.

Но крыса вернулась и не одна, с добычей.

Я успела задремать — сказывалось нервное перенапряжение, когда в мой сон ворвалось недовольное сопение. Что-то холодное и мокрое ткнулось в щеку. Неохотно разлепив глаза, вжалась в стену. Мамочки, крыса! По мне бегает крыса!

Зверек в который раз укоризненно глянул на меня, пощекотал длинным хвостом и слез на пол. Проследив за крысой, убедилась, она выполнила мою просьбу: вожделенный ключ приглушенно поблескивал на полу.

— Спасибо, спасибо тебе огромное!

Пританцовывая от радости, подхватила грызуна на руки и поцеловала. Крыса возмущенно запищала, задергалась. Мол, что за фамильярности! Тут же ее отпустила, и серый хвост скрылся в углу.

Теперь дело оставалось за малым: отпереть дверь изнутри, осмотреться и тихонько спрыгнуть за борт. Плавала я хорошо, недаром родители с сестрами ежегодно возили на море, до берега доберусь. По моим расчетам корабль еще бороздил Риму, не вышел на открытую воду.

Задачка оказалась не из простых. Пришлось немного помочь себе, аккуратно поколдовав с замком, но недаром я училась на артефактора, сумела. Ключ повернулся, из замочной скважины повеяло свободой. Чуть помедлив, прислушалась и осторожно приоткрыла дверь узилища.

Так вот как выглядят корабли изнутри! Признаться, я была разочарована. Узкий коридор, какие-то канаты, бочки, балки. Впереди — смутные очертания лестницы. Она вела наверх, к приоткрытому люку.

Громкий звук справа заставил вздрогнуть, нырнуть обратно в каюту, но я быстро сообразила: это всего лишь храп. Тот самый детина, который приносил мне обед и предлагал вступить в интимные отношения, мирно посапывал в гамаке в противоположном конце коридора. Видимо, ему поручили сторожить меня, а он заснул.

Сняла обувь и засунула туфли в декольте: шуметь мне категорически нельзя. Если вдруг матрос проснется, туфли послужат оружием. Каблук там невысокий, но острый.

Вдох-выдох, Джейн, и вперед!

Моля Всевышнего, чтобы дверь не скрипела, мучительно медленно, практически не дыша, выбралась в коридор. Бросила беспокойный взгляд через плечо — спит. Я понятия не имела, день сейчас или ночь, сколько человек бодрствует в каютах по обеим сторонам коридора, а сколько дежурит на палубе, положившись на судьбу, я на цыпочках кралась к заветной лестнице. Возле нее перевела дух, позволила себе пару судорожных вздохов и начала подниматься. Сердце колотилось в горле. Мерещилось, будто храп прекратился, матрос пристально наблюдает за мной, сейчас вскочит, закинет на плечо… Обошлось.

Ночь. Прямо передо мной сквозь вату облаков пробивалась какая-то звездочка.

Люк пришлось открывать буквально по сантиметру: ржавые петли не вызывали доверия. Он и так чуть поскрипывал, слишком громко, на мой взгляд, но плеск волн, шелест парусов и потрескивание такелажа прикрыли мой побег.

Подтянувшись, выбралась на палубу и распласталась на ней.

Так, нужно сориентироваться.

Я примерно посредине палубы. Впереди — судовой колокол, нос корабля, позади корма с надстройкой-ютом, где сейчас почивают капитан и Ричард, штурвал. А где штурвал, там и кормчий, поэтому правильно, что не выпрямилась во весь рост, и дальше лежи, сливайся с палубой.

Ну мерзавцы, в трюм меня засунули! Спасибо не в грузовой — к команде.

Однако я выползла не для того, чтобы сетовать на небрежение к ценному чернокнижному ингредиенту. Нужно выбираться с корабля, причем, как можно скорее. Вдруг Ричард надумает меня проведать, или детина обнаружит пропажу ключа? Да и на палубе тоже должен быть пересменок, вахта, по-корабельному. Хотя бы ночь безлунная, есть шансы благополучно перевалиться за борт. Только вот вахтенный обязательно услышит плеск. Да и мало ли какая коряга встретит на речном дне?

«Кто не рискует, тот не пьет шампанского, — ободрил внутренний голос. — В прошлый раз ты сначала пила, попробуй сделать наоборот. Да и лучше смерть от коряги, чем от ножа Ричарда. Пусть ему ничего не достанется».

И то верно, если умру, то хотя бы планы чернокнижника расстрою. Он вряд ли успеет обзавестись новой девицей. Ричард привередливый, ему красотку-девственницу с хорошими манерами подавай. Пока ищет, мое исчезновение обнаружат, выйдут на него.

Эх, как бы сейчас пригодился Дик! Желательно подросший на годик-другой. Но чего нет, того нет. Вперед на подвиг, Джейн, исправляй свою очередную глупость! И завязывай с авантюрами, а то в следующий раз сердобольной крысы не найдется.

Поколебавшись, решила прыгать с палубы в носовой части: там лететь меньше. То есть мне надо доползти до края срединной надстройки и желательно не кубарем спуститься по очередной лестнице. Ах да, надо еще ее найти и не попасться на глаза команде. Если справлюсь, потребую себе медаль за боевые заслуги.

И я поползла, стараясь не думать о кормчем. Хорошо хоть впередсмотрящий на носу, а то бы плакала моя боевая операция.

Я содрала себе все, что только можно содрать. Юбка задралась выше всех приличий, одна туфля потерялась по дороге, но я смогла! Вот она, лестница. И никто не орет: «Свистать всех наверх!» Спускалась по возможности споро. Пусть надстройка частично скрывала меня от глаз кормчего, но он мог заметить туфлю, заинтересоваться, что за посторонний предмет на палубе.

Ага, вот и впередсмотрящий, замер в своем «гнезде». Ну и сиди там, внизу нет ничего интересного.

По-пластунски, благо навострилась, добралась до правого борта и, осмелев, выпрямилась.

Я не ошиблась в расчетах, мы еще не вышли в открытое море, тащимся по Риме. Вот и огни какие-то виднеются…

Давай, Джейн, на раз-два-три! Быстрее спрыгнешь, больше форы. Тебя все равно заметят, главное, чтобы не догнали. А так пока спустят лодку на воду, я вон до того островка доберусь. Их тут много — видимо, мы уже в устье реки.

Плюх!

Зажав нос рукой, смело сиганула за борт. Вода ударила по ногам, на миг дезориентировала, оглушила. Больно! Вдобавок юбка намокла, камнем потянула ко дну. Что есть силы рванула ткань и, отчаянно работая конечностями, устремилась наверх. Вынырнув, откашлялась от попавшей в рот воды и погребла к берегу. Назад не оборачивалась, хотя слышала: вахтенный поднял тревогу. Колокол надрывался, созывая всех на палубу.

Страх подгонял. Избавившись от остатков обвивавшей ноги юбки, ускорилась. Тяжелое дыхание резью отзывалось под ребрами.

Ну же, ну!

Я не утону, не дамся в руки команде! Повторяла это как молитву и гребла, гребла…

Всевышний оказался милостив ко мне: выбившись из сил, я рухнула на вожделенный берег. Позволила себе чуточку отдохнуть, восстановить дыхание и продолжила гонку со смертью. Мало добраться до острова, Джейн, нужно уйти от погони, оказаться в том самом городе, огни которого ты видела с корабля.

С острова на остров под прикрытием тростника и рогоза.

Словно загнанный зверь, я петляла, путала следы. Руки-ноги стали неповоротливыми, одеревенелые мышцы сокращались только силой воли. Но я не сдавалась. Лучше утонуть, чем достаться Ричарду.

Вот и долгожданный берег. Твердая земля, а не очередной остров. Из последних сил, цепляясь за выступающие из осыпавшегося склона корни деревьев, забралась наверх и рухнула в зарослях кустарника. Не могу больше! Найдут, так найдут.

Глава 28

За каких-то три месяца я сделала головокружительную карьеру от солидной невесты до всеми презираемой нищенки. Меня до сих пор не сдали внутренней страже только потому, что все мирно спали, да и я не стучалась в двери в поисках ночлега. Всклокоченная, одетая по последней моде утопающих, попирающая нравственность отсутствием юбки (жалкий лоскут почти ничего не прикрывал), я идеально подошла бы на роль преступницы, сумасшедшей и дамы сомнительного поведения одновременно. А еще была слишком приметна, не хватало только таблички «Сбежавшая собственность Ричарда О.»

Ночью, мне неимоверно повезло. Осознание пришло позже, а тогда я плыла, ползла и лежала по направлению к мечте — неизвестному портовому городку. Там, свив гнездо в рыболовных сетях, я выспалась, а затем задумалась о жизни. И мысли выходили сплошь печальные.

Проще всего решить, будто пираты беспечные идиоты. Подняли переполох, спустили шлюпку на воду, поплавали между островков и махнули рукой. Мол, утонула девчонка. Посоветовали недовольному Ричарду усерднее молиться о ниспослании новой жертвы и доставили его в дальние дали, туда, куда и договаривались. Но я склонялась к другому варианту. Не тот человек Ричард, чтобы смириться. Он не успокоится, пока матросы не предъявят мое бездыханное тело. И плыть дальше тоже не позволит. Чернокнижник — это серьезно, даже серьезнее ножичков. Начертит такой пентаграмму, призовет демона и получит корабль в единоличное пользование. Так что уходить надо, прятаться, только куда уйдешь без юбки?

— Я все верну, честно! — убеждала себя, беззастенчиво грабя рыбацкую семью, чьими сетями воспользовалась ночью.

Хозяйка небольшого беленого домика опрометчиво развесила сушиться белье на заднем дворе — ничем не огороженном пятачке позади лодочных сараев. Убедившись, что собаки она не держит, отважилась пробраться туда спозаранку и пополнить свой гардероб серой юбкой в пол и белым чепцом. Последний — вещь волшебная, кого хочешь изуродует. Подумав, дополнила новый образ фартуком, чтобы прикрыть лиф платья. Получилась этакая смесь фифы и селянки, для провинции сойдет. Ну вот, теперь можно выйти в свет.

Эх, еще ботинки бы у кого стянуть!.. Если дальше так пойдет, превращусь в профессиональную воровку, но опять же только волей обстоятельств. Туфельки мои сгинули: одна валялась на палубе, вторая ушла на речное дно. И если по земле и песчаному берегу я кое-как передвигалась босиком, то на мостовой сотру себе ноги по колени. Но, увы, рыбачка не пожелала выставить за порог любимые туфли.

Ничего, Джейн, испытания закаляют, а от боли лучше мыслишь.

Походкой каракатицы — сказывалось отсутствие опыта босоногой жизни, пугаясь каждого шороха побрела к проступившим на фоне оранжевого рассветного неба городским окраинам. Пока шла, поняла: мне придется устроиться на работу. Еда сама себя не купит, опять же туфли нужны, место в почтовой карете. Можно, конечно, просить милостыню, но тогда мне пришлось вдобавок бегать от стражников. Так что первый вариант предпочтительнее, и впереди меня ждал увлекательный новый опыт работы прачкой или поломойкой: на что-то другое без бумажек рассчитывать не приходилось. Ничего, пару недель потерплю, накоплю нужную сумму и уеду. Заодно Ричард меня не найдет: ему и в голову не придется сунуться в королевство пара и грязных простыней.

Однако я рисковала не добраться до места исполнения грандиозных планов.

Каждый шаг превращался в пытку. Изнеженные ступни дочери баронета упорно не желали обзаводится мозолистой броней мастеров дальних пеших переходов. Вдобавок злобные горожане повсюду разбросали камушки, горшечные черепки и прочий мусор, который так и норовил впиться в нежную кожу.

— Что за свиньи здесь живут! — в очередной раз наступив на какую-то гадость, прошипела я.

Покосившийся почтовый столб сообщал, что никакие они не свиньи, а штротцы, но, во-первых, название города почти стерлось, его сто раз могли поменять, а, во-вторых, ничего не мешало им быть и свиньями, и жителями Штротца одновременно.

Возле того самого столба я и присела, позорно проиграв схватку с дорогой.

— Не связывайся больше с мужчинами, Джейн! — массируя бедные ножки, отчитывала саму себя. — Они до добра не доводят.

Правда, связи с женщинами были запрещены законом, да и меня прельщал исключительно сильный пол, поэтому вопрос моего личного счастья оставался открытым.

— Может, все-таки нищенкой?

Глянула через плечо на покосившийся сарай, затем на дорогу, на обочине которой я столь вольготно пристроилась. Вытянула руку и состроила скорбную мину:

— Пода-а-айте на пропитание!

Вышло фальшиво, надо тренироваться.

Солнце между тем вынырнуло из-за горизонта, а вместе с ним… Не спорю, прыжки за борт и экстремальный водный заплыв не полезны для здоровья, но для галлюцинаций их недостаточно. Там, в небе, в ореоле солнечного света, сверкая, будто золотой слиток, парил Дик!

— Эй!

Пересилив боль и налитые свинцом мышцы, подскочила и отчаянно замахала руками. Крыластик заметил и, сделав эффектный разворот, приземлился на край таблички с названием города. Это стало последней каплей в ее тяжкой судьбе. Гвозди не выдержали, дерево треснуло, и Дик рухнул на землю. Табличка, разумеется, вместе с ним.

— Упс!

Дракон виновато покосился на дело лап своих и тут же изобразил, что он здесь ни при чем. Ладно, не скажу! Да и кому? Пока мы тут сидим в гордом одиночестве.

— Плохо выглядишь! — придирчиво осмотрев меня, выдал Дик. — И это совсем не курорт.

— Не курорт, — согласилась я. — И я могла бы выглядеть еще хуже, если бы не сбежала.

Лучше с ободранными ногами, голодной, уставшей, чем разлететься по кускам по разным мирам.

— А мы тебя ищем.

Дику не давала покоя совесть, и он оттащил злосчастную табличку в кусты. Нет тела, ой, дощечки, нет дела.

— Кто — мы?

В душе затеплилась надежда. Если Дик здесь, то осталось потерпеть самое большее час, и кошмар закончится. Даже прослезилась от радости, сгребла протестующего дракона в охапку, уткнулась в шершавую чешую и с чувством прошептала:

— Как же я рада тебя видеть!

— Я тебя тоже, Джейн, но сморкаться лучше в платок.

Дик завозился, распушил крылья, пришлось его отпустить.

Эх, платка у меня нет, куда же поплакаться бедной девушке?

— Натан ищет. И тот, другой, который меня тебе вернул.

Магистр Арен, значит. Представляю, какой он мне счет выставит! Лучше бы денежный — так нет, расплачиваться придется ментальным здоровьем.

— Но как?.. Как вы узнали?

На языке вертелся десяток вопросов, хотелось узнать все и сразу.

— Кучер Натана сообщил, а дальше твой лорд поднял всех на уши, нашел магистра и велел закинуть нас в Риман.

Какое счастье, что я попросила кучера зайти, оставить адрес гостиницы! Он и зашел, только меня в «Гусином пере» не оказалось. Ричарда, впрочем, тоже. Молодец, кучер, быстро связал два и два! Только как весточка умудрилась так быстро добраться до Брекена? Почтовые кареты не торопятся, сто раз можно умереть и воскреснуть, пока письмо получишь. Подробностей Дик, разумеется, не знал. Он вообще увязался в портал против воли остальных участников спасательной экспедиции, пригрозив в случае отказа разгромить весь замок.

— Ладно, лети к ним, скажи, где я.

Понятия не имею, далеко ли от Штротца до Римана, но, подозреваю, Натан и лорд Арен-старший уже напали на след пиратов и где-то неподалеку. Не просто так ведь Дик нарезал круги над моей головой.

Дракончик важно кивнул и скрылся в отблесках слепящего солнца.

Преисполненная новых сил, тоже поднялась и потопала по грунтовой дороге. Спасение спасением, а потребность в еде и питье никуда не делась. Вчерашний сомнительный обедо-ужин ее не утолил. Ничего, возьму в руки тряпку, начищу до блеска какой-нибудь трактир, взамен получу сытный завтрак — неизвестно, сколько там Натана и компанию ждать придется.

По сердцу разлилось приятное тепло. Вовсе не из-за предвкушения пищи. Недавно я сетовала на мужчин, утверждала, будто все они обманщики, и вот прекрасный принц в лице лорда Рурка спешит мне на помощь. А ведь кто я ему? Даже не добрая знакомая, а приживалка. Грублю, хамлю, объедаю, мешаю спать. А он магистра нашел, уговорил открыть портал… Самого Джеймса Арена! Представляю, какие выражения использовал!

Зато Эрику все равно. Какое счастье, что я прозрела, а то по-прежнему сохла бы по тому, кто ни капельки меня не любит.

— Положим, — напомнил внутренний голос, — Натан тебе тоже в любви не признавался.

— Больно надо! — вступила с ним в активный диалог. — Мы с ним просто приятели.

— Ага, — не унималась ехидна, — то-то в улыбке расплылась!

— Ну а что мне, козью морду корчить? Мол, подавайте другого спасителя, этот не подходит.

Хотя в глубине души мне было приятно, что именно Натан не бросил меня в беде. Я и прежде замечала ростки его заботы, помнила, как самоотверженно он бился с нежитью, как принял Дика, заботился о нас обоих, когда мы остались без крова. На любовь это не тянуло, а на дружбу — вполне. И пусть книги утверждали, будто отношений без постели между мужчиной и женщиной не существует, я собиралась опровергнуть этот тезис. Вот только выберусь отсюда, так сразу опровергну. Поцеловать ведь Натана можно? Это обычная благодарность, ничего более. Мы же не собираемся… Да и не в губы — так, в щеку.

А если он поцелует меня в ответ? И не в щеку…

По телу прокатилась волна тепла, тогда как кончики пальцев, наоборот, чуть подрагивали.

Я представила, как Натан берет мои ладони в свои, не отрывая взгляда от моих глаз наклоняется… Гневно оборвала видение. Я тут дружить собралась, а воображаемый Натан с поцелуями лезет. Хотя один раз я бы попробовала, из научного интереса.

Надежда окрыляет. Я уже не морщилась от боли, а бодро вступала в новую жизнь. Пока она сильно походила на Брекен, только вдобавок пропахла рыбой и тиной — река неподалеку.

Дома наседали друг на друга, щедро посыпали землю штукатуркой. Выстроенные кто во что горазд, тем не менее, они казались все на одно лицо. Выкрашенные в зеленый или красно-коричневый цвет ставни. Бочки для сбора дождевой воды, неизменные подоконники с цветами, огороды, стыдливо скрытые от глаз покосившимися заборами. Ближе к центру стало чуть солиднее: никаких тебе грядок, но все равно убого.

Несмотря на ранний час, Штротц уже проснулся. Впереди толкал свою тележку молочник, слева, на набережной раскладывали улов торговцы на самодельных прилавках. Рыба, рыба и еще раз рыба. Какие-то улитки или устрицы — я не разбиралась в моллюсках, сушеные водоросли.

Опершись о перила ограждения, поискала глазами пиратский корабль. Вроде, в порту его нет, но ничего не мешало команде бросить якорь чуть выше или ниже по течению.

Будь осторожна, Джейн, будь осторожна!

Вопреки опасениям, на меня не обращали внимания. Тут таких чумазых, босоногих тоже хватало. Рыбаки — народ небогатый, но частенько обзаводились большими семьями, на всех добротной одежды и обуви не напасешься.

Рядом с рыбным рынком расположились овощные ряды. Они пока пустовали: фермерам не было нужды приезжать в город с рассветом, их продукты не стухнут к полудню.

Покрутившись вокруг рынка, еще раз убедилась: знакомых лиц нет, подозрительных шлюпок тоже, и отправилась на поиски завтрака. Но, для начала, трудотерапии. Будем превращать леди в человека.

На подходящее заведение наткнулась быстро. Кто бы сомневался, горожане любили не только рыбу, но и выпить. Таверна с пятью-шестью столиками снаружи расположилась на первом этаже углового жилого дома. Один фасад выходил на набережную, другой — на короткий проулок. Работники как раз отворяли ставни, вытаскивали мебель. Не особо надеясь на удачу, я обратилась к одному из них с деловым предложением.

— Ты — полы мыть?

Он окинул меня презрительным взглядом.

— А что, для этого особый диплом нужен? Раньше рук хватало.

Голодная женщина — упрямая женщина, шансов у собеседника просто не было.

— Ладно, — смирился он с неизбежным, — топай в подсобку! Я потом гляну, если никакой пыли, грязи, так и быть, попрошу хозяина налить тебе вчерашней похлебки.

Надеюсь, не той, которую собирались дать свиньям, но после моего явления передумали.

Леди работы не боятся. Напрасно нас считают белоручками. Разумеется, я о магессах благородного происхождения, а не об особах, вроде моих старших сестер. Волшебник должен уметь все, и я собиралась это с блеском продемонстрировать. Так, где тут тряпка, ведро? Нашла и принялась попой кверху елозить по щербатому полу.

— А вам идет, даже аппетитно!

Вздрогнув, я выронила ведро.

Нет, нет и еще раз нет, только не это!

— Хотя я предпочел бы видеть вас в ином месте, — задумчиво добавил мужчина за спиной.

И речь шла вовсе не «о голенькой в постели», а о «голенькой на алтаре», потому как по мою душу пожаловал Ричард Олбани собственной персоной. Чтоб его русалки на дно утащили!

Оправившись от первоначального потрясения, подтерла образовавшуюся лужу и отжала тряпку. После обернулась и, стараясь не выказывать страха, предупредила:

— Я закричу!

— Кричи, — равнодушно пожал плечами Ричард. — Я к крикам привыкший. К тому же мою команду, — по его знаку в таверну ввалились два плечистых мужика, — заводят горячие женщины. Удовольствие можно доставить разными способами, Джейн, не обязательно терять девственность.

По спине стекла капелька ледяного пота.

Затравленно оглядевшись, прикинула, смогу ли добраться до кухни. До окна не выйдет — схватят. Шансы есть, главное — действовать быстро. Метну в Ричарда ведро, переверну пару стульев и забаррикадируюсь на кухне. Там ножи, сковородки — на любой вкус, как-нибудь продержусь до Натана. Он ведь успеет, спасет? Ну пожалуйста!

Однако минута утекала за минутой, но долгожданная помощь не спешила. Надежда таяла, расплавленным воском стекала на пол.

— Вижу, ты уяснила. — Заметив мой бегающий взгляд, удовлетворенно кивнул Ричард. — Не дури и идем со мной. Нет, конечно, если хочешь, выкини один из твоих трюков, но тогда ребята вдоволь с тобой позабавятся. Начнут здесь, продолжат на корабле. Если не жалко себя, подумай о твоих работодателях. Твое упрямство может стоить им жизни.

Как, неужели они схватили того парня и девушку — работников таверны?!

— Сволочь!

Я от души плюнула на пол — плевать уже на чистоту.

Ричард усмехнулся. Еще и за комплимент принял.

— Свяжите ее, затолкайте в рот кляп — и на корабль, — распорядился он. — А тех двоих заприте в подсобке.

Один из пиратов, поигрывая пеньковой веревкой, двинулся ко мне, но тут в моей жизни наконец-то объявился принц. Двадцать три года бегал, скрывался и вот явился, правда, без коня, зато с драконом. Возник в дверном проеме, знаками давая понять: все будет хорошо, Джейн, тебя не порежут на шнурки для обуви.

На глазах навернулись слезы. Шмыгнув носом, сжала кулаки. Давай, распиши их под орех!

— Не по-дворянски, не находишь?

Натан обдал Ричарда ледяным презрением. Сложив руки на груди, он сверлил взглядом мерзавца, обещая тому все прелести Хеля. За плечом Натана маячил Дик, а еще дальше… Одарила Ричарда убийственной улыбкой. В Штротц наведался сам магистр, конец чернокнижнику и его банде!

Ричард нахмурился: совсем не так должна вести себя жертва при численном перевесе стороны зла. Остановив приспешника, примеривавшегося, как бы побольнее заломить мне руки, он обернулся и тоже заметил лорда Арена.

Ишь, как лицо перекосило! Лучше б и вовсе парализовало.

Пираты, недовольно сопя, переминались с ноги на ноги. По поведению Ричарда чувствовали: что-то не так, лучше в чужие разборки не соваться. Сомневаюсь, будто они прежде видели Джеймса Арена и сознавали, куда вляпались, хотя чем демоны не шутят! Магистр — личность известная, его слава могла докатиться и до преступного мира.

— Помнится, — губы Натана изогнулись в жесткой усмешке, — не так давно вы бросили мне вызов. Ответа я не дал, уж простите за задержку, зато теперь я целиком к вашим услугам.

Стянув с руки перчатку, он бросил ее под ноги Ричарду.

Приглушенно охнула:

— Вам нельзя!

И не только из-за королевского запрета — раны только-только затянулись.

— Послушайте, лорд Рурк, — встал на мою сторону магистр, попытался образумить благородного рыцаря, — оно того не стоит. Вам грозит…

— Плевать я хотел на то, что мне грозит! — сверкнул глазами Натан. — Я хочу продырявить эту скотину, а дальше хоть на рудники.

Ричард колебался. Было видно, что он боится. Еще бы, ведь Натан лучший фехтовальщик королевства! Однако наконец морщины на его лбу разгладились, лицо обрело безмятежное выражение.

— Хорошо, милорд, — кивнул он, — я весь к вашим услугам. Полагаю, обойдемся без секундантов? Лорд Арен станет порукой тому, что все пройдет честно, по правилам. Деремся до первой крови?

— Насмерть, — покачал головой Натан.

— Что ж, меня это устраивает. Только, окажите любезность, отпустите господ. — Ричард указал на пиратов. — Они люди подневольные, за что заплатили, то и делают.

— Посмотрим, — вместо лорда Рурка ответил магистр. — Но я бы предпочел, чтобы они нам не мешали.

Слова отца Эрика редко расходились с делом. Змейка заклинания сползла с его пальцев, и захудалая таверна совершенно бесплатно обзавелась двумя статуями. Если передвинуть к двери, будет смотреться эффектно.

* * *

По дороге к будущему месту дуэли — мужчины не стали драться посреди города — упрямо гнала от себя панические мысли, но снова и снова возвращалась к страшному «насмерть». Меня не покидало ощущение, что Ричард что-то задумал. Слишком уж он спокоен, уверен к себе. Однако помешать ему я могла. Догадывалась, он в курсе ранений Натана и попытаться бить по больному, в прямом смысле этого слова. Зато никто не мешал мне пристально наблюдать за каждым его вздохом, вдобавок привлечь к слежке Дика. Дракон не человек, у него и глаза зорче, и реакция быстрее, если Ричард действительно задумал какую-то каверзу, помешает.

— Как, вам подходит?

Натан указал на пустырь позади какого-то склада.

— Вполне, — пожал плечами Ричард.

Он даже не взглянул на место поединка, лишь укрепив мои мысли о наличии подлого замысла.

— Встаньте, пожалуйста, здесь, в сторонке.

Магистр развернул меня за плечи и указал на кирпичную стену. Покорно поплелась к месту ссылки. Дик, разумеется, со мной. Лорд Арен остался. Пристально осмотрел площадку и дал добро. Ну хотя бы порталов в иные миры здесь нет.

— Может, у вас найдется запасная шпага? К сожалению, я не захватил свою.

Ричард неторопливо стянул легкий сюртук и кинул его на траву. Затем размял кисти рук, попрыгал. Он излучал само спокойствие, словно ему и не грозило погибнуть через считанные минуты. Какое там, Ричард был уверен, что не пострадает. Это читалось в каждом его жесте, каждом действии, слове. С какой пренебрежительной усмешкой он рассуждал о шпаге! Предупредить бы Натана, заставить остеречься, но поздно.

Кусая губы, молила: «Пусть все обойдется, пусть магистр ему помешает!»

— Выбирайте любую.

Натан кивнул лорду Арену, и тот ловко, словно фокусник, извлек из-под плаща продолговатый ящик. Внутри оказались две шпаги. Ричард подошел, взвесил в руке каждую, оценил заточку и сделал выбор:

— Вот эта.

Лорд Рурк кивнул и забрал оставшуюся.

Дрожа от напряжения, впилась взглядом в мужчин, замерших в стойке друг напротив друга. Белые рубашки полоскались на ветерке словно флаги.

До смерти. Я точно знала, кого хотела бы уложить в гроб, но согласятся ли со мной небеса?

— Готовы? — по очереди обратился к каждому дуэлянту магистр.

Противники кивнули.

— Да восторжествует справедливость!

Лорд Арен накрыл ладонями, будто соединяя, сжимавшие шпаги руки, замер на мгновение, то ли молясь, то ли просто задумавшись, и поспешно отступил на безопасное расстояние. Дуэль началась.

Прежде мне доводилось видеть несколько поединков, но ни один из них не походил на этот. То были учебные, где студенты дурачились, упражнялись в сложных финтах, большей частью красуясь. Тут все иначе. Никакого салюта шпагами, патетичного «Я имею честь напасть на вас». Клинки сразу пришли в движение, скрестились, зазвенели.

Рваные движения. Пыль, застилающая глаза. Тяжелое дыхание.

Нанести удар, отступить, атаковать. Отбиться, в последний момент уйти от клинка, и так снова и снова, без передышки. Молча, без громких слов и проклятий, сосредоточившись друг на друге.

Даже несведущей в фехтовании особе, вроде меня, быстро стало понятно, на чью сторону клонится чаша весов. Натан наступал, Ричард большей частью оборонялся. На фоне противника он двигался неуклюже, тяжело, однако умудрялся отбивать все выпады. Наносил и свои, обычно предсказуемые.

— Не беспокойтесь, — заметив мое волнение, успокоил подошедший ко мне магистр, — это скоро закончится.

Поглощенная смертельным танцем, не ответила. Всем телом подавшись вперед, охая при каждой неудаче Натана, преисполняясь надежды с каждым новым его ударом, я потеряла связь со временем и пространством.

— Кровь!

Ликуя, захлопала в ладоши, когда кончик шпаги лорда Рурка наконец проткнул плечо противника. Напрасно я боялась, раны не вскрылись, а Ричард, пусть и пытался, все не мог достать ни его плеча, ни бедра.

Близость победы пьянила. Казалось, самое сложное позади. Ричард быстро выдохнется, раненая рука отвлечет, не позволит успешно отбивать удары. О, как же я просчиталась! Магу надлежало верить предчувствиям, они никогда не подводят.

Ричард Олбани не собирался играть по правилам. Глупо ожидать следования законам чести от того, кто попрал их много лет назад. Он ловко заставил всех нас поверить, что добро победит зло, показной беспомощностью заманивал Натана в ловушку. После очередного удара Ричард покачнулся, ухватился за якобы раненый бок и вытащил нож.

— Натан, осторожно! — в ужасе крикнула я, но, поздно.

Лорд Олбани верно рассчитал, что противник, сочтя врага беспомощным, попытается его добить, нанося колющий удар, на миг откроет корпус.

Только не в живот, только не в сердце!

Но Всевышний уберег: в последний момент Натан заметил коварный маневр Ричарда. Нож все-таки вспорол ткань рубашки, но не причинил серьезного вреда.

— Один-один, — осклабился Ричард и голосом, от которого меня бросило в дрожь, добавил: — А теперь приготовьтесь к смерти.

Рука лорда Олбани метнулась к вороту рубашки с явным намерением дернуть за шнурок амулета — подарка того самого демона, которому он отдал свою тень.

Сердце мое остановилось.

Ни я, ни даже магистр не успевали ничего сделать. Пусть он неподалеку, нахмурившись, собирался вмешаться в поединок, невозможно сплести заклинание за долю секунды. О, как я хотела бы ее растянуть! Впиться ногтями в лицо Ричарда, выцарапать ему глаза! Но все это я могла сделать только после того, как бездыханное тело Натана рухнет на землю. Даже маг не выжил бы после столкновения с магией Хеля.

Но удача все-таки вспомнила о моем существовании и отвернулась от Ричарда. Не стоило ему просить новых потусторонних друзей принести драконьи яйца! От вылупившегося из одного из них шилопопика он и принял смерть.

О Дике абсолютно все забыли, а он не дремал, тенью кружил за спиной Ричарда. В поединок не вмешивался, но в нужный момент покарал лорда Олбани за нарушение правил. Что ему доля мгновения, для драконов время течет иначе.

— Отменный удар! — похвалил Натан, склонившись над поверженным противником.

Дик выпятил грудь колесом и важно заметил:

— Это что, вот когда я вырасту!..

Зашлась в нервном смехе. Подумать только — убить чернокнижника булыжником!

Напряжение отпустило, и я рухнула на землю как подкошенная. Зубы отбивали дробь, из глаз текли слезы — в кой-то веки радости.

— И все же, с вашего разрешения, милорд, я предпочту подстраховаться.

Лорд Арен заслонил от меня тело Ричарда, засучив рукава, склонился над ним.

Воздух прорезала короткая молния, запахло озоном.

— Хотите, я его сожгу? — не на шутку раззадорился Дик.

Он ощущал себя героем, ходил гоголем.

— Нет. Нужно предоставить тело как доказательство, немедленно…

Магистр осекся и, покосившись на меня, раздумал:

— Хотя можно и позже. Перевяжите раны своему герою, Джейн. Я пока прогуляюсь, поищу путную гостиницу. Я скоро вернусь.

И, скрывшись в снежном вихре портала, отец Эрика оставил нас вдвоем. Ладно, втроем, потому как Дик никуда не делся.

— Вот, давайте руку.

Избегая встречаться с Натаном взглядом, рванула рукав рубашки Ричарда. Она ему уже не понадобится, а рану лорда нужно перевязать. Заодно чем-то займу себя, а то так и простоим в неловком молчании до возвращения лорда Арена. Догадываюсь, никаких таких дел у него нет, магистр специально все подстроил, чтобы я гарантированно не вернулась в его академию.

— Спасибо!

Натан поблагодарил меня теплой улыбкой.

— Это вам спасибо, — покраснела я и занялась раной. — Вы жизнью ради меня рисковали. Теперь король вдобавок разгневается…

— Мне плевать, Джейн. Пусть наказывает, пусть гневается, хоть в кандалы закует, лишь бы вы были живы и здоровы.

Ну вот, теперь мои щеки стали цвета свеклы.

— А как ваш кучер сумел?.. Ну так быстро?

Мысли путались, руки дрожали. Вдобавок теперь полыхали не только щеки, но и шея. Я дышала так, словно вновь плыла через реку, спасаясь от погони. Но тогда было проще, я четко знала, что делаю, когда это закончится, а теперь… Если он не перестанет так на меня смотреть, я задохнусь!

— У семьи Шерпских свои секреты, — приглушенно рассмеялся Натан и тут же сцедил воздух сквозь сомкнутые зубы: я нечаянно задела локтем рану. — Члены Сиятельного совета не пользуются обычной почтой. Я воспользовался именем отца и задействовал их. Не в первый раз. Помните Синтию?

Кивнула.

— Я точно таким же образом связался с магистром Ареном. А потом… Несмотря на то, что вы так поспешно уехали, я заранее дал кучеру необходимые указания, снабдил письмом с личной печатью. Даже в ссылке я еще чуточку Шерпский.

— Понятно…

Сделав последний узел, выпрямилась, не зная, что делать дальше.

И лорда Арена все нет…

Ненавижу подобные ситуации! Ни шампанского, ни актового зала, который можно было поджечь, как в прошлый раз.

— Вернетесь в Брекен или сразу в столицу? — деликатно пришел мне на помощь Натан. — Полагаю, после случившегося отец охотно вас примет.

— Не знаю. Я пока не решила.

Включившись в игру, я тоже делала вид, будто ничего не происходит, мы ведем самую обычную светскую беседу.

— Уволитесь?

Виновато вздохнула:

— Не вышло из меня годного работника! Да и не мое это.

Натан промолчал. Его пристальный взгляд буравил макушку, рождая панические мысли о бегстве.

— Да прекратите на меня смотреть! — в сердцах выкрикнула я и впервые за все это время отважилась заглянуть ему в лицо, непривычно серьезное, напряженное.

— Тогда можно я вас поцелую? — озвучил мои недавние мысли Натан.

Прежняя Джейн запротестовала бы, но новая…

— Целуйте!

Закрыв глаза, я запрокинула подбородок и вскоре ощутила вкус его губ на своих губах. Это было… Потрясающе! Будто ты поступила в Королевскую академию, сшила десяток новых платьев, заполучила самого лучшего кавалера на балу. Нет, все не то, мелко!

Я вдруг поняла, что нуждаюсь в Натане, что не хочу его отпускать. То было совсем другое чувство, не имевшее ничего общего с юношеской влюбленностью в Эрика. О последнем я окончательно забыла, не могла понять, с чего вдруг возвела на пьедестал. Ну да не его первого, но точно последнего. Я прекрасно видела недостатки Натана, пусть не надеется, ни громкая фамилия, ни даже совершенный подвиг не превратят его в моих глазах в полубога. Впрочем, это и не нужно, любить надо обыкновенных людей, а не идеалы в своей голове.

Привстав на носочки, осторожно, чтобы не потревожить рану, обняла Натана и неумело ответила на поцелуй. Но это не экзамен, тут оценки не ставят, а я потом научусь, не сомневаюсь, лорд Рурк окажется терпеливым и опытным наставником.

— Горько! Совет да любовь!

Неохотно оторвавшись от губ Натана, пригрозила кулаком крылатому чудовищу. Такой момент испортил! Туман в голове рассеялся, и я горечью осознала: а ведь действительно не будет. Так, интрижка, мимолетный курортный роман, потому что между мной и Натаном пропасть. Прежде я была дочерью баронета с подмоченной репутацией, а он — младшим сын герцога. Теперь я все та же дочь баронета, но с восстановленной репутацией, а он ссыльный без права проживания в Ромнии. Натан ведь нарушил запрет, ввязался в очередную смертельную дуэль. Сомневаюсь, будто родители разрешат отправиться вслед за ним. Подыщут очередного жениха…

— Почему вы вдруг задумались? И лицо потемнело.

— Да так…

Отвела взгляд, не желая делиться своими грустными мыслями.

— Переживаете за меня? — без труда догадался Натан и вновь привлек меня к своей груди.

Его сердце билось под моей ладонью, такое горячее, быстрое.

— Не надо, Джейн. Для меня это чепуха. Гораздо важнее, — в его глазах заплясали демонята, — согласится ли леди дать мне еще один шанс? Бывший сын герцога, необразованный конюх и жуткий хам очень хочет ей понравиться.

— А как же дюжина томов с родословной? — против воли улыбнулась я.

Невозможно смотреть на него и не улыбаться.

— У меня ее теперь нет, так что надобность в вашей тоже отпала. Так как, Джейн? — Он крепко-крепко сжал мои пальцы, — вы дадите мне шанс?

— Дай, дай! — заверещал крылатый сводник.

Может, Натан ему заплатил, что он так за наш союз ратует?

— А как же наказание, ваш отец? — растеряно уточнила я.

Лорд Рурк открыл было рот, чтобы в очередной раз заверить: для него это чепуха, но вмешался вернувшийся магистр. Он застал нас врасплох, на месте любовного преступления, довольно хмыкнул и заверил, что все устроит.

— Полагаю, с учетом помощи милорда в поимке опасной шпионки и не менее опасного чернокнижника опалу с него снимут.

— Как, — изумилась я, — разве Синтия не сбежала?

Она ведь скрылась с ценной информацией в Ларнии, наверняка уже получила из рук императора жалованную грамоту графини.

— С помощью друзей милорда перехватили. Так что, заверяю, его не только не накажут, но и наградят. Что же до ваших сердечных дел, то герцог Шерпский не страшнее меня, леди Феммор, — неожиданно подмигнул лорд Арен. Не ожидала от этой ледышки подобного ребячества! — Если уж я считаю вас подходящей парой для Эрика, да-да, до сих пор считаю, то он и подавно согласится на такую невестку. Только кольцо с пальца снимите, а то как-то нехорошо…

Точно, я совсем забыла о кольце Ричарда. С удовольствием запустила им в лоб вероломного чернокнижника. Ну вот, теперь я снова свободна.

— Милорд, — наглеть так наглеть, — запись о браке ведь можно аннулировать?

Не желаю иметь с лордом Олбани ничего общего даже после его смерти.

— Разумеется, — кивнул магистр. — Она уже недействительна. Вас выдали замуж силой, в бессознательном состоянии, служащий ратуши подтвердил. Он под следствием, дорого заплатит за свою любовь к деньгам.

— Так как, Джейн? — снова обратил на себя мое внимание Натан. — Давайте попробуем…

— … сходить на свидание. Вдруг мы через пять минут общения без Ричарда и его нежити поубиваем друг друга?

Магистр укоризненно покачал головой, пробормотал: «Молодежь!» Ему бы только замуж меня выдать! Да не сунусь я в столичную академию, не переживайте. Поняла уже, что магия — это призвание, а еще ответственность, терпение и много чего еще. Не стоит поступать в академию ради славы, в поисках жениха или чтобы доказать что-то родителям.

— Спасибо вам! — расчувствовавшись, поблагодарила лорда Арена.

— За что? — немного опешил тот.

— За то, что меня исключили. За то, что считали глупой и вздорной. Если бы не вы, я бы так и искала принцев, мнила о себе невесть что.

— Всегда пожалуйста, — хмыкнул магистр и, покосившись на Натана, добавил: — Но принц вам все равно достался. Или вас сын герцога не устраивает, нужен обязательно отпрыск его величества?

Промолчав, покачала головой. Меня абсолютно все устраивало.

А теперь самое время лорду Арену удалиться, отправиться решать очередные важные государственные дела, потому что мне безумно, до чесотки, хотелось снова обнять и поцеловать Натана. Надо же проверить, вдруг он губы приворотным зельем намазал. Мой надменный, грубый, несносный… и самый любимый на свете.

Эпилог

— Наконец-то ты нашла достойного жениха! — ворчливо произнес отец.

Мы сидели в ресторане одной из лучших гостиниц Римана, пили охлажденное вино из хрустальных бокалов, лакомились устрицами — и все за счет Натана. Немудрено, что батюшка описал его эпитетом «достойный». На его месте я бы младшему сыну герцога оду сочинила и декламировала ее каждый вечер возле терм. Я как-то попыталась осторожно узнать, во что обошлось все это великолепие, но Натан лишь отмахнулся. Он денег не считал. И ладно бы тратил только на восстановление своего здоровья! Некоторые чешуйчатые прекрасно обошлись бы без личной ванны. Я же как-то обходилась без роскошных платьев, обходилась скромными, вписывающимися в бюджет. Ах, бюджет, он, наконец, у меня снова появился! Танцевала от радости, когда вместе с письмом отца специально прибывший по такому случаю в Риман поверенный вручил мне чек. Взглянув на сумму, я вновь убедилась, что государство не ценило молодых специалистов, даже нелюбимым младшим дочерям больше платили за красивые глаза. Поэтому я без зазрения совести уволилась. Хватит, сыта по горло Брекеном. Вот радость-то для Рональда! Можно весь день спокойно потягиваться и ничего не делать, потому как вместе с моим заявлением наверх улетело прошение Эрика, и брекенская Служба магических дел временно осталась без начальника.

— Между прочим, — фыркнула я, — Ричарда вы тоже называли достойным. Мечта поэта, а не мужчина.

Отец шумно втянул воздух носом. Возразить ему было нечего.

— Надеюсь, этого ты не упустишь, — пробурчал он, сделав глоток молодого, искрящегося солнцем и легкими пузырьками вина.

Пожала плечами:

— Я никого не держу. И Натан Рурк мне не жених. Мы просто хорошие знакомые.

Отец с покровительствующей усмешкой покачал головой.

— Лорд Арен утверждает иное.

— Младший или старший? — уточнила я.

Кто бы сомневался, батюшка прознал о нашем начавшемся в Римане романе (чего только на радостях от освобождения из брекенской ссылки не сделаешь!) и прилетел, чтобы в самом зародыше задушить любовь узами брака. При упоминании фамилии «Рурк» лицо его светилось ярче всех золотых запасов Ромнии. Уверена, он уже предвкушал, как будет гордо вышагивать по проходу ратуши, а потом встанет рядом с самим Аланом Рурком, на правах родственника заведет с ним беседу. Слово за слово, и баронет превращается в барона, а то и вовсе взлетает в начальники какого-то королевского департамента.

— Старший, разумеется. — Отец бросил на меня укоризненный взгляд и, подозвав официанта, велел принести мороженого. Не для себя — «для дамы». А то захмелею, опозорю без пяти минут свата герцога Шерпского. — Младшему не до тебя. Похоже, — с легким злорадством добавил он, — его карьера застопорилась. Наверху очень недовольны близостью Арена-младшего с той шпионкой, халатным отношением к делу. Помолвка тоже не состоится. Сама понимаешь.

Уж я-то понимала, как никто другой.

Вот ведь судьба: теперь я завидная невеста, а Эрик — бракованный экземпляр.

После смерти Ричарда нас с Натаном закрутило стремительным круговоротом событий, на свидание с трудом удавалось вырваться. То дача показаний, то репортеры, то встречи с важными сановниками, иногда настолько секретными, что никто не знал их имен. Всех интересовало одно и то же: Синтия и Ричард. Помешательство какое-то! Только заберешься в воду, расслабишься, как из соседнего бассейна в термах лезет чья-то голова, а следом за ней карандаш с блокнотом. У меня язык отсох повторять одно и то же.

Но главное испытание ждало впереди. Когда Натан показал мне письмо, я чуть в обморок не хлопнулась. Его вызывали к королю! Правда, и магистр, зачастивший в Риман не столько для общения с нами, сколько для лечения душевных ран, нанесенных сыном, и родственники Натана в один голос заверяли: лорда Рурка собирались наградить, и вовсе не железными браслетами.

— Лорд Арен-старший — сплетник.

Терпеть не могу, когда вмешиваются в чужую жизнь! То есть мы с Натаном еще не решили, серьезно ли у нас, а у них уже совет да любовь. Вдруг нам целоваться разонравится, тогда что, разводиться? И снова Джейн плохая, опозорила род Фемморов.

— Джейн!

Ну вот опять…

Подперев подбородок ладонью, выдала глубокомысленное:

— И?

— Веди себя прилично, — насупился отец. — Люди смотрят!

Люди действительно смотрели, но не на меня, а друг на друга.

Не знаю, к чему бы мы пришли, может, снова поссорились, если бы с очередного допроса-совещания не вернулся Натан. Приветливо помахала ему и предложила сесть рядом. Пусть отдохнет, расслабится. Человека на дуэли ранили, а никому и дела нет.

Сдержанно поприветствовав моего отца, Натан лукаво попросил:

— Джейн, можно вас на минуточку?

Ни о чем не догадываясь, последовала за ним наверх и угодила в брачную ловушку.

— Это что?

Насупившись, я подозрительно рассматривала кольцо. Из белого золота, с яркими глазками камней, оно манило взять его с бархатной подушечки, но я стойко сопротивлялась соблазну.

— Кольцо, — обескураженно пояснил Натан и, собравшись, на одном дыхании выпалил: — Выходите за меня замуж!

— Эээ… Я…

Как обычно, в нужный момент красноречие меня покинуло. Я попеременно таращилась то на кольцо, то на потенциального жениха, поставив нас с Натаном в неловкое положение. Дверь номера отрыта, любой может пройти мимо, увидеть… Только на колени становиться не надо!

— Я подумаю! — чтобы избежать картинного жеста, покрывшись алыми пятнами, выпалила я.

— Ну и дура! — вставил свой грошик Дик: мы его разбудили. — Чего тут думать, соглашаться надо.

— Дракон дело говорит, — улыбнулся Натан. — Такими женихами не разбрасываются.

— Я и не бросаю.

Просто очень не хочу прямо сейчас принимать решение. Натан застал врасплох, нужно все взвесить, выписать плюсы и минусы. Я же не отец, не за фамилию замуж собираюсь, а за человека.

— То есть вы согласны, — просиял лорд и ловко, будто много лет специально практиковался, окольцевал свою добычу.

— Ну вот, — усмехнулся он, — теперь вы никуда от меня не денетесь!

— Это мы еще посмотрим! — привыкая к новой детали образа, возразила я.

— Эй вы там, целуйтесь уже, — вновь вмешался в беседу крайне деликатный дракон. — И проваливайте: я спать хочу.

Сначала хотела напомнить Дику, что спальня не его, что не надо было всю ночь где-то шляться, а потом раздумала. Поцелуй — пожалуй, неплохая идея. И кольцо мне нравится. Натан тоже. Пожалуй, обрадую батюшку, только надо осторожно, чтобы его от счастья удар не хватил. Но сперва…

Быстро коснувшись губ новоиспеченного жениха, строго заметила:

— Но стоять в стороне, пока дама таскает багаж, я тебе не позволю! Учти, благосостояние мое улучшилось, поэтому чемоданов стало больше, и они тяжелые.

Content

Ольга Романовская
Сбежать нельзя любить

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Эпилог