Алексей Соколик

Луна насекомых

Пролог

Жужу нашла на чердаке во время большой уборки дальних закромов матушка Мушильда. Забавная полосатая пчёлка, закутанная в синюю простынку, лежала в большой люльке и, весело улыбаясь, хлопала глазами по сторонам.

— Жу! Жа! Жу! Жа! — громко вскрикивала маленькая пчёлка.

Матушка Мушильда обежала всю округу, вызнавая, чье дитя, пытаясь найти родителей, но никто не признал потерянного малыша. Оно и понятно: окна там, наверху, давно зияли пустыми провалами, и чердак считался буквально проходным местом. Там дневали и ночевали все те, кто приходил или прилетал в старый дом по своим насекомым делам, там бурлил разноцветный и громогласный базар, там были разнообразного толка лавки и заведения, а должного надсмотра за порядком не наблюдалось.

Оказалось, что пчёлы очень редкие гости в ДОМЕ. Жили они далеко в полях и лесах, а если и появлялись в пределах видимости, то разве что в саду. Закончив собирать пыльцу, они сразу уносились вдаль и ни с кем не разговаривали. Пчёлы вообще жили очень обособленно и были вполне самодостаточны. Матушка Мушильда, конечно же, сумела подловить в саду нескольких пчёл и показать найденное дитя, но, коротко глянув, те бурчали, мол, не наша, и уносились восвояси. Повздыхав и поохав, Мушильда вернулась. Как-никак, ДОМ был приютом для множества разнообразных насекомых.

Дом был очень стар. Даже не просто дом, а особняк, но все привыкли называть его именно так: ДОМ, каждая буква заглавная. Он стоял тяжестью всех своих трёх этажей на пригорке в нескольких километрах от последней деревни, кичился двумя серыми замызганными греческими колоннами у входа, и людьми заселен не был. Давно в этом большом доме обитала крепкая и дружная семья насекомых, даже не семья, а целое государство, располагаясь на всех трех этажах, в подвале и продуваемом всеми ветрами чердаке. На каждом этаже были свои порядки, а кое-где их и вовсе не было.

Самое крепкое управление держала Муравьиная Королева на первом и втором каменных этажах, у которой и служила поварихой матушка Мушильда. В подвале правил Слизень Наместник, на третьем деревянном этаже вовсю командовала Комариная Генеральша, ведя бесконечную и довольно бесполезную войну с упрямыми жуками древоточцами. На чердаке была вольница. Особняком выделялись Библиотека, находящаяся на первом этаже, в которой по праву распоряжался господин Книжный Червь, и соседствующий с ней Зимний сад, в котором проживали насекомые от науки, разбавляя своей высокомудрой отрешённостью от мира простые и приземленные фермерские хозяйства, ставшие продовольственной базой ДОМА.

Матушка Мушильда взяла Жужу к себе и растила как родную дочь, то есть в любви, но строгости. С первых дней, как Жужа встала на ножки, она помогала Матушке в кухонных делах и поварских премудростях, а потом ещё и школу посещала. Только к позднему вечеру освобождалась она от разнообразных обязанностей. Тут уже оставалось совсем немного времени на свои дела — ведь завтра вставать ранёхонько, а выспаться надо крепко, так как ни матушка, ни учителя рассеянности да отлынивания от дел не признавали и ругались — жуть!

И всё-таки Жужа каждый вечер, надев любимую полосатую шубку, успевала выбраться на козырек, прикрывающий нелепые греческие колонны и, если погода располагала, полюбоваться луной и звездами. Каждый раз при этом сердце сжималось от сладостной тоски. Какая же красивая она. Луна!

— Я обязательно, обязательно попаду на Луну, я буду жить в этом красивом месте из жемчуга и хрусталя, светиться миллиардами волшебных искорок и летать на теплых ветрах с запахами терпкого сахара и лимонной цедры! — Так размышляла Жужа, прижимая руки к груди, жмурилась и спускалась обратно на первый этаж в их с матушкой небольшую и уютную квартирку, пристроенную прямо к кухне, где ложилась в кроватку из фисташковой скорлупки, укрывалась шелковым одеялом и мгновенно засыпала. Сны продолжали носить Жужу по волшебным лунным пейзажам, и она счастливо улыбалась во сне. Время летело чуть ли не быстрее несущейся в лунных ветрах пчёлки, но мечта о Луне никак не покидала её.

Глава 1

Как-то днем матушка Мушильда отправила Жужу за семенами тмина на базар, расположенный у площади в Большом Зале, и по пути велела занести гостинцы деду Пауку Привратнику. Когда Жужа попеняла на слишком большой туесок — такой, что лететь с ним невозможно, матушка пояснила:

— Много там чего, ох-хо-хо… Да не суй ты туда нос! — прикрикнула она, — Ишь, любопытная! Ну иди, иди уже…

Спустя некоторое время с тяжелым туеском Жужа подошла к некогда роскошной, а теперь почти целиком скрытой паутиной большой парадной двери старого особняка и, задрав голову вверх, закричала, не стесняясь оборачивающихся на неё прохожих:

— Дедушка Паук! Дедушка Паук, меня матушка к вам с гостинцами отправила!

— Так подымайся! Что кричать-то… — проворчал недовольный голос из верхнего угла дверного проема, затянутого старой как мир паутиной. — Нешто крылья отвалились у тебя?

— Так туесок большой и неудобный, подняться с ним в воздух не могу! — звонко прокричала Жужа, ни капельки не обижаясь на ворчливый тон Паука. Он только на словах вредный, знала Жужа, а так — добрейший старикан!

— А ведь молодая совсем! А еще на Луну собралась! Силенок на высоту двери затащить малюсенькую коробочку не хватает, — пробурчал паук и тут же резко упал вниз на тонкой блестящей нитке. Мгновение — и он уже внизу. Вжууух!!! Хоть и стар, а проворен Привратник. Жужа отскочила, когда черная тень, мягко спружинив, материализовалась рядом, а холодные, но умные глаза с озорной искоркой уставились прямо на нее.

— Тьфу, на вас, почтенный вроде паук, а пугаете…

Старик довольно закхекал и потянул лапы к туеску: — Ну, чего там у тебя? Давай!

Жужа передала ему тяжелую ношу и возмущённо заявила:

— Вы опять про МОЮ ЛУНУ ворчите?! Ну и что, — она попыталась спародировать голос старика и особенно противно заскрипела: — «собрала-ась», это же всё мечты! Ох, зря я вам свои самые тайные мысли рассказывала, когда маленькой была: теперь вот потешаетесь надо мной. Глупая я была и наивная. Я же взаправду верила, что на луну попаду!

— А сейчас ты взрослая и умная? — проворчал паук. — На что она тебе, луна эта?

— Я уже в последний учебный класс хожу! Больше многих взрослых понимаю! Ваше поколение, как говорит наш учитель Таракан Акакиевич, школы отродясь не видывало! А почему именно луна — да потому, что просто красивая она! Самая лучшая! Самая-самая! И жить там хорошо, легко и весело. Да что уж теперь… Поняла я недавно: не подняться так высоко никому и никогда!

— Что так? — спросил паук, копошась в открытом туеске, что-то там перекладывая и цокая языком.

— А пробовала я вверх лететь! Пробовала!

— Неужто? — посмотрел на нее паук, отвлекшись на мгновение от туеска. — Прям сама?

— Сама, — понурила голову Жужа, — на высоту пяти деревьев поднялась, когда поздно-поздно уже, когда стрижиного контроля нет и совсем темно; а вниз глянула… Всё! Не видно дома! Тут еще ветер закружил… Только чудом назад воротилась. Страху натерпелась!

— А днем? — ухмыльнулся дед.

— А днем только в жару и получится проскочить мимо птиц. А когда жарко, тяжко лететь и куда — совсем не видно, солнце слепит. Луна вообще днем прячется, а как дожидаться её на высоте и вовсе непонятно. Это сколько же сил потребуется! Ещё и ветер куда унесет…

— Это хорошо, что ты думаешь сначала, а потом действуешь! — важно похвалил паук.

— Я еще у других поспрашивала, так вот: никто почти, кто на луну улетел, не вернулся! Кто не долетел и обратно повернул — такие были, но говорят об этом неохотно, просто отмахиваются и всё. Комар один, гусар, говорят, был на Луне, да только со мной говорить отказался. Важный такой ходит, подчиненные к нему не подпускают совсем…

— Знаю я этого комара, — махнул лапой дед. — Он же военный! Сильный, тренированный, не чета тебе, девке кухонной… Ладно, пойду я. Бывай, полосатая, — улыбнулся Паук и стал подниматься по тонкой паутине вверх, не забыв закинуть на спину туесок.

— Матушке спасибо передавай!

— Пока, дедушка паук!

— А на луну попасть, если очень-очень сильно захочешь, можно, — раздался сверху тихий почти неслышный голос старого паука.

— Как? Дедушка Паук? Как?

— Ай, ну тебя! — отмахнулся тот и исчез в паутине.

— Как? — не унималась Жужа, — как?!

— Отстань! — сварливо произнес паук сверху. — От Книжного Червя слышал — такой умный и мудрый учёный, как он, пустых слов не произносит.

— Спасибо, дедушка, спасибо огромное! — звонко прокричала Жужа и полетела в сторону Библиотеки, забыв про матушкин наказ и весь тмин на свете.

Старый паук Привратник смотрел сверху вниз на улетающую Жужу и жалел о том, что разболтался:

— Эх, старый ты пень, совсем не думаешь, что говоришь! Погубит её эта страсть к луне, погубит… Ах ты старый комок пыли! И так какие-то странные дела вокруг начинаются… Ай-ай! Тьфу! Пусть бы девка спокойно себе на кухне работала, — плюнул себе под ноги старый Привратник и полез в дальний угол, продолжая вполголоса себя ругать…

Жужа неслась к библиотеке не разбирая дороги, перепрыгивая через работников мурашей; когда пролететь не было возможности, ползла, распихивая локтями жучков в узких местах щелей, не слушая гневные окрики и ругательства. Вот он, путь к Луне! Теперь-то она навсегда покинет это пыльное место и переберется не в какой-то там свободный, но полный страхов лес, не в сытые и богатые, но жутко опасные места, где иногда встречаются люди и куда стремятся попасть многие авантюристы, жаждущие быстрого обогащения или надеющиеся на теплое и укромное местечко; нет — она попадет на ЛУНУ! Там и только там место, где насекомые могут стать по-настоящему счастливыми! И она — Жужа — непременно окажется там! Теперь главное узнать у мудрого Книжного Червя, как туда попасть, и дело в шляпе! Все просто!

Но всё оказалось совсем не так просто, как представлялось маленькой пчёлке.

Глава 2

Вход в Библиотеку охраняли двое стражников-муравьев. Это были не молчаливые и по сути своей добрые и простецкие мураши работяги, это были крупные и крепкие воины. Неразговорчивые, гордые и быстрые на расправу, случись что им не понравится.

— Куда? — рявкнул один из них.

— К господину Книжному Червю, — отступила на шаг Жужа.

— Не положено!

— А? А как? А кому положено?

Муравьи молча пялились вдаль и делали вид, что не замечают стоящую перед ними пчёлку. Попробовать их обойти или как-то еще проскочить мимо не имело смысла — мигом пристукнут. Пикнуть не успеешь. Это Жужа знала наверняка. Ни раз она приносила муравьям-войнам горячий Обед на дальнюю заставу у выхода в сад и видела, как они тренируются. И даже сражаются! Приходила она конечно не одна, а с целой командой поворят. Катили полевую кухню, расставляли стол, устраивали раздачу, выдавали и собирали посуду. Находилось время и на вылазки в запретные территории. Однажды она с подружкой мухой застала самую концовку битвы этих ловких молодцов и крупной саранчи. Жуткое зрелище, лучше и не вспоминать! Подружка тогда и вовсе влюбилась в одного муравья по уши. Глупая.

— Так, а как же? Мне очень-очень над, — попыталась разжалобить муравьёв Жужа, но те стояли как статуи и никак не реагировали. Пчёлка от такого неожиданного поворота даже растерялась и стала хлюпать носом. Обидно, когда ты настолько никто.

— Как же мне попасть в библио… к госодд дд… ину Черв…в…вю? — проныла она, и видимо этим окончательно раздосадовала одного из стражников.

— Кыш! — рявкнул муравей и топнул ногой.

Жужа, словно ветром подхваченная, сорвалась с места и отлетела подальше, прислонилась к стене за углом и тут уже полноценно заплакала.

Вдруг совсем рядом с ней стена заволновалась, зашевелилась и с шелестом отслоилась. Пораженная пчёлка увидела, как от обшарпанной стены отклеилась, совсем на ней до того незаметная, бабочка.

— Здравствуй, девочка, — мягким и вкрадчивым голосом проговорила она, — почему ты плачешь?

— Удивленная Жужа похлопала глазами и неуверенно проговорила:

— Не пускают меня в библиотеку, а мне очень, очень надо…

— Слышала я, — улыбнулась бабочка, — я рядом пряталась, — а зачем же тебе так надо с Червём Книжным поговорить? — вновь, улыбаясь, спросила она.

— Надо мне… — пробормотала Жужа, прекратив реветь. Не нравилось ей как говорит эта незнакомка. Сама улыбается, а глаза колючие и холодные…

— Ладно, пойду я.

— Постой, — шевельнула своим волшебным крылом бабочка, — я могу тебе помочь!

— Как же?

— Я проведу тебя Жужа. Тайно!

От этого слова «тайно» Жужу пробрал озноб. Как-то неправильно это. Зачем тайно, зачем прятаться от кого-то? Тут же, всем известно, не лес, не сад — никого опасаться не надо, и люди тут не появляются. Все дружно живут, все друг друга знают, ну или хотя бы видели раз другой, а вот бабочку эту Жужа никогда раньше не встречала в ДОМЕ.

— Нет! Тайно не надо! — Решительно заявила Жужа и, отвернувшись, пошла в сторону своей кухни. Лучше спросить у матушки о том, как можно поговорить с Книжным Червем, чем тайны всякие разводить с незнакомцами.

— А как вас зовут? — опомнилась она и обернулась, но позади никого уже не было.

— И откуда вы меня знаете? — но вопрос растаял в пустоте.

Домой Жужа шла в расстроенных чувствах. Рассеянно спотыкалась обо всё подряд и не смотрела по сторонам.

— Смотри куда прешь! — зло гаркнул клоп слепняк и нехорошо пахнýл, когда она задела его плечом.

— Извините, пробормотала Жужа и подумала:

— Странные дела вокруг происходят: библиотеку закрыли и никого, как раньше, не пускают. Какая-то незнакомая личность какие-то подозрительные предложения делает, и откуда-то знает моё имя. Туесок как никогда объёмный был, тот, что Пауку Привратнику принесла, раньше такого не бывало…

Вдруг кто-то схватил Жужу за руку и потянул.

— Я же извинилась! — всплеснула она руками.

— Это я! — за руку её держал Прыга блошачок — друг детства, участник всех игр и соратник во всех приключениях, даже таких, о которых знать взрослым совсем и не надобно.

— Бежим скорее со мной! — он потянул её в сторону рассохшегося комода, в котором, всем известно давно никто не жил. — Нельзя тебе домой, — продолжал он тащить упирающуюся Жужу, — Ищут тебя! Приходили к Матушке твоей Бронированные Мокрицы из подвальной службы, всё вверх дном в кухне и комнатах ваших перевернули. Матушку увели, а тебя дожидаться двух Клопов Комиссаров оставили. Ищут тебя!

— А что я? Я же ничего! — вскричала Жужа.

— Что ты натворила?! — грозно и требовательно не спросил, а скорее заявил блошачок, но жужа совсем спала с лица и ничего не ответила. Тогда Прыга потащил её дальше, куда-то вверх. Когда друзья спрятались в старой рухляди верхнего ящика этого старого комода Прыга сделал серьезное пресерьезное лицо и по-деловому начал расспрашивать растерянную Жужу:

— Так! Говори! Зачем ты Брюху понадобилась?

«Брюхом» называли, за глаза конечно, господина Слизня Наместника, правившего в подвале и ведущего помимо дел государственных-королевских и делишки темные, холодные и опасные, как и вся его вотчина. О том все знали и шушукались по углам, но тихо-тихо, одна Королева видимо только о том не ведала, хотя его тёмные интересы распространялись даже на чердак. Ну, так говорили…

— Да не знаю я! Ничего я не понимаю! — вскрикнула растерянная Жужа и вновь заплакала, уткнувшись в ладошки, прижалась спиной к стенке и сползла вниз. Ей стало обидно за всё вокруг, ей стало страшно за матушку. Они же никогда ничего плохого даже и в мыслях не думали! Есть куда больше таких, кто достоин внимания службы безопасности, а прицепились к ним!

Жужа распалила саму себя и от того и вовсе отчаянно разрыдалась. Долго, протяжно, навзрыд. Блошачок сначала просто стоял и смотрел на неё, не зная, как себя повести, потом сжал кулачки, собрался, расправил плечи и подошел к подруге, положил руку ей на плечо и сказал особым торжественно-дружественным твёрдым голосом:

— Не переживай! Я с тобой! Мы обязательно во всем разберемся! Вместе! Я обещаю!

Жужа посмотрела на него снизу-вверх, притихла, потом всхлипнула разочек и робко улыбнулась:

— Честно?

— Честно-пречестно!

Когда Жужа рассказала всё, что с ней сегодня произошло, упомянула все странности и подозрения, Блошачок принялся расхаживать взад-вперед, заложив руки за спину и вслух рассуждать:

— Значит что-то было в гостинцах для деда Привратника! Ведь не зря же мокрицы чего-то искали!?

— Да! И матушка сказала не смотреть в туесок, а просто как есть тащить, — добавила Жужа и неожиданно для себя невольно улыбнулась. Очень уж расхаживающий Блошачок напомнил ей их старого учителя Таракана Акакиевича, который, увлекшись нотациями, мог точно таим же образом ходить, наверное, часами, пока не замечал, что в классе никого нет и все уже сбежали.

— Значит Нам надо найти то, что нужно Брюху. И он освободит матушку Мушильду!

— Наверное. Надо к деду Привратнику идти. Поговорить с ним.

— Это да! Это первое! — Блошачок воздел палец кверху и вытаращил левый глаз, прикрыв при этом правый.

Тут Жужа не выдержала и рассмеялась — ну вылитый Таракан Акакиевич!!!

— Чего ты? — опешил Прыга.

— Да посмотри на себя, — смеялась Жужа, — ты же как Акак… каки Акаки… евичь, — и еще пуще принялась смеяться.

Блошачок опомнился, опустил палец и тоже расхохотался.

Когда друзья успокоились, Жужа спросила:

— А второе-то что?

— А второе, это та странная незнакомая бабочка! Надо узнать кто она и чего хочет!

— А как такое узнать?

— А… — блошачок начал, замолк, вновь начал что-то говорить и вновь умолк. Потом и вовсе стушевался:

— А я не знаю.

— Ладно! Будем решать задачки по мере их появления! — Бодро сказала Жужа и добавила, — только я есть очень хочу!

— Ну, так кто лучше тебя кухню знает? Пошли, подкрепимся и, за одно подслушаем, что там клопы говорят, которых в засаде оставили.

— Ага! А потом сразу к деду Привратнику!

На кухне царил жуткий беспорядок. Клопы расселись за боковым столом, на который натащили всё что смогли отыскать, и жадно жрали. Периодически они прикладывались к бутылке с цветочным вином, громко рыгали и портили воздух. Друзья смотрели на них сверху вниз из короба старой вентиляции и зажимали носы, пытаясь уловить крохи информации, что звучали между чавканьем и бульканьем.

— Тут славно всё устроено, — проговорил один — кухня, вона, ломится от запасов, приготовлено все вкусно и красиво даже — он воткнул палец в середину пирога, украшенного витыми косичками из теста.

— Ага, — поддержал второй — Жалко! Такую повариху и в подземелье!

— А думаешь не выпустят её?

— Ну, коли отдаст то, чего Пузу надобно — то может и выпустят…

— А не отдаст?

— А тогда я кашеварить буду! — заржал клоп и бросил остатки пирога в кастрюлю с супом. Второй поддержал его хриплым хрюкающим смехом и приложился к бутылке с вином.

— Королева вас самих в супе сварит! — пробурчала Жужа и поползла по коробу обратно. Прыга полез за ней.

Набрав незатейливых продуктов и прихватив фляжку с водой, друзья тихонько выскользнули из кухни и отправились в сторону Парадной Двери, грызя по пути семечки.

— А, может, сразу к Королеве пойдем? — предложил Прыга.

— Ага, так тебя и пустили! — ответила Жужа и, задумавшись, добавила: — А может Королева и сама приказала арестовать Матушку. Пузо — то на неё работает… ну вроде как…

Глава 3

Разглядывая из-за угла пространство перед большой Парадной Дверью и все владения Привратника, Жужа и Прыга старались углядеть любую опасность или какие-то изменения, но все было, как всегда. Обыденно. То и дело проходил кто-то по своим делам, никак не показывая заинтересованности, никто нигде не стоял без дела, не прятался вдоль стен или по щелям.

— Ну что, пошли? — предложила Жужа!

— Идем!

Когда Друзья подошли к большой Двери и задрали головы, чтобы позвать Деда Привратника, на них сверху метнулась черная тень, схватила и с вжиканьем затянула наверх, в самую глубину паутин. Друзья даже не успели испугаться. Дед Привратник, зажав их под мышками, быстро скакал по одному ему ведомым дорожкам паутинного лабиринта в сторону самого дальнего и темного угла потолка.

Когда они оказались в достаточно светлой и уютной паучьей норе, дед поставил их наземь и умчался назад. Через несколько мгновений вернулся и буркнул:

— Нет никого. Никто за вами не следил.

Привратник почему-то принялся поправлять светильники. Он вновь двигался как старик, шаркал лапами, неуверенно держа лучину, кряхтел и не смотрел в их сторону. Ловок, только когда надо, старый паук.

— Здравствуйте, — робко прервал тишину Прыга.

— Припёрлися! — проворчал в ответ Паук и уселся в круглое кресло из напёрстка, — присаживайтесь уже, — указал он на лавку рядом со столом.

Опять повисла неловкая тишина.

— Не прошло и пол дня… — всё же укоризненно произнес старый паук в сторону Жужи.

— А я чего? Я ничего! — оправдалась она.

— Аай, — махнул он лапой — Чего уж теперь. Я уже всё знаю! Сами мы с Мушильдой виноваты. Аай!

— Рассказывайте всё! — степенно проговорил Прыга и заложил ногу на ногу.

Дед издали дотянулся своей длиннющей лапой и отвесил ему подзатыльник: — поумничай мне еще, малявка! — И, повздыхав немного, покряхтев, начал рассказывать:

— Этот дом не всегда был нашим. Насекомые здесь, сперва, были гостями, вернее даже пленниками, и только гораздо позже стали полновластными хозяевами. Именно так. Мы жили в специальных аквариумах и хитро задуманных шкафах в подвале.

— И вы тоже, дедушка Паук?

— И я. Хозяином дома был известнейший ЭНТОМОЛОГ!

— Кто? — открыл рот Прыга.

— Ученый, который изучает нас — насекомых. Он сотрудничал со всевозможными организациями и институтами. Готовил нас для особых заданий, изучал наши повадки и умения. Разные инженеры советовались с ним при создании роботов, станков, машин и летательных аппаратов. Он изучал всё, что мы производим от паутины и шелка до слизи и инфразвуков…

— Инфра-чего? — вновь прервал его Прыга.

— Звуков! — недовольно гляну на него дед. — Сейчас это не важно. Так вот: мы жили с ним и наблюдали. Не все конечно, но были и такие, кто старался понять окружающий мир, что-то узнать и чему-то научиться. И над нами тоже проводились некоторые эксперименты, но не будем об этом.

— И вы были одним из них? — удивлённо протянула Жужа.

— Почему это был?! — возмутился паук — я и сейчас есть! — и сделал вид, что хочет отвесить подзатыльник ей. — Хватит меня перебивать! Просто сначала послушайте, даже если чего не понимаете. О чем это я? Ах да! Ученый этот однажды сидел за компьютером…

Прыга хотел вновь что-то спросить, но Жужа вовремя толкнула его локтем в бок. А Паук продолжал:

— И стало ему плохо. Схватился он за грудь, потом стал звонить по своему смартфону, и поковылял к выходу из лаборатории. Только успел вызвать помощь, как упал в проходе и замер, телефон из руки его выскользнул и под один из стеллажей закатился. Все мы тогда сильно перепугались, те, кто понимал больше других, так как жизнь наша от него целиком и полностью зависела.

Жужа сидела, прикрыв ладошкой рот, а Прыга прижался к её боку и обхватил за локоть. Видно было, что старому пауку тяжело вспоминать те события.

— Приехала помощь не скоро — продолжил, вздохнув дед. — Дом-то далеко от мест проживания людей находится. И увезли его.

Паук довольно долго молчал и смотрел в пустоту. Друзья не решались его тревожить.

— Не вернулся он. — Выдохнул дед. — И никто не пришел тогда в лабораторию. Ни через день, ни через неделю, ни через год… Оно и понятно — ученый был очень нелюдим и родственников не имел. — Дед потер лапами виски.

— Как мы тогда выжили. Как сумели выбраться из аквариумов и шкафов — это уже совсем другая история. И довольно страшная история. Но выжили! Далеко не все! Аай… Очень мало нас выжило тогда. А когда пришли в себя — стали разбираться — как жить дальше, где, с кем и какими силами.

Дед потряс головой и встал. — Давайте чайку, что ли… — И принялся доставать кружки и ставить чайник.

— Совет держать стали. Оказалось у нас несколько лидеров, каждый из своих шкафов и аквариумов, — более жизнерадостно продолжил дед, накрывая на стол и доставая разные угощения. — Среди членов совета оказались тогда: Муравьиная Королева, Комариная Генеральша, Слизень Наместник (это сейчас он наместник, тогда просто Слизень был), Книжный Червь, Золотая Оса и я.

Старый паук разлил чай по кружкам, уселся за стол и жестом показал друзьям брать угощения:

— Решили мы в доме жить остаться. Тогда, собственно, его и стали так называть ДОМ, по особому, с гордостью и уважением! Управление доверили Королеве — опыта у нее больше. Слизняк правда против тогда выступил, считал, что и он не хуже справится, но за королеву больше насекомых было, а Слизняку, чтобы не обидно было — вторую по важности должность определили — Наместник и отправили в подвал. А это вовсе даже и не зазорно — там же, кроме овощехранилища и коммуникаций всяческих, ещё и та самая лаборатория, в ней много всего полезного да интересного. Войсками командовать поставили Генеральшу, а как без этого — ведь дом без людей — лакомый кусок для любого насекомого братства. Надо было всем показать, что он наш! Что мы в силе! Что за него постоять можем и никому тут безобразничать не позволим!

— А как же жуки древоточцы? — вскинулся Прыга.

— Аай! — махнул лапой дед, — не всё ладно получается… Так вот: Знания наши особые сохранить и полнить взялся Книжный червь. Он, кстати, все школы-то ваши и организовал! Золотая Оса у нас за внешние связи отвечать стала, торговыми делами командовать и начала строительство Замка-Улья. На чердаке её хозяйство располагалось. А я всегда власти сторонился… Особенно после того как выжил в своем аквариуме — таких дел там натворил. Аай! Вспоминать не хочется. Устранился, короче говоря, я от всяких дел государственных и присел на должность чисто номинальную — Привратник. Дверь то никому открывать не надо! Скорее наоборот — следить что бы она больше никогда не открылась! — Закхекал паук, — А для этого не только заколотить, замазать и замотать в паутину надо — для этого главное — что бы люди не вернулись! Вот наша основная и главная на то время задача была и определена.

Дед начал уже с увлечением рассказывать про старые времена, даже лапой по полу притопывать:

— Когда все как-то расселились и устроились, когда жизнь кое-как упорядочилась и сама крутиться стала — собрались мы и решили узнать — что с домом дальше будет. С момента пропажи Ученого уже полгода прошло, а никто не появлялся. Решили тогда на самотек это дело не оставлять, а во всем хорошенько разобраться.

— Как же такие вопросы решать-то? Людские дела — насекомым не по силам! — Произнесла Жужа важно.

— Это вас в школе тому учат, и правильно делают. Нечего к людям соваться! Но у нас тогда выбора не было — мы свой мир спасали! — И дед продолжил:

— Вытащили мы тогда из-под стеллажа смартфон учёного. Знали, что всё-всё он через него делал, вопросы решал и информацию в нем хранил. И про себя, и про нас! Золотая Оса смогла зарядить аппарат, а Книжный Червь и Слизень шибко хорошо в этом аппарате разбираться умели, еще во времена научных исследований по нему не раз ползали. Слизняк смог отпечаток пальца ученого скопировать с кружки, которая так и стояла на рабочем столе. Прямо телом своим! И так мы его разблокировали.

Дед посмотрел на друзей, будто впервые увидел, опомнился и, крякнув, сказал:

— А что это я вам всё рассказываю? Много лишнего говорю… Незачем вам!

— Говори, говори, дедушка, — Запросили ребята, — очень интересно! Хоть и не понятно многое, но мы поймём!

Дед усмехнулся и продолжил:

— Сделали мы, короче говоря, так, чтобы ДОМ нашим навсегда остался! Что-бы люди сюда не приходили. А чтобы изменить или переиначить никто ничего не смог решили смартфон уничтожить.

Дед немного помолчал и продолжил, вздохнув:

— Да взмолился тогда Червяк: — много там всего полезного и нужного, говорит. Грех такое уничтожать! Слизень его поддержал. Аай! И я тогда против уничтожения высказался, — дед пожевал губу, — А зря, теперь думаю. Проголосовали мы тогда четверо против троих. Оса тоже хотела смартфон оставить — почему не озвучила. И решено было разделить его — что бы каждая важная часть кому-то досталась и, если что, только вместе собравшись смогли мы его включить. И поклялись тогда все, что ни при каких обстоятельствах ни одна из частей не покинет ДОМ. Страшно поклялись, на том, что в лихие годы творилось поклялись. Эту клятву даже Слизень нарушить не смог бы.

Дед начал разламывать большой пряник на кусочки, будто разбирая смартфон и раскладывать в рядок:

— Батарейка ему досталась. Сим карта — Комариной Генеральше. Флэшка с памятью — Золотой Осе, сам аппарат у Королевы остался, зарядный кабель у меня, а графический ключ и разные пароли зарисовали на бумаге и на хранение Книжному Червю отдали.

Дед внимательно посмотрел в глаза Жуже:

— И вот только тут начинается связанная с тобой история… — Немного помолчал и продолжил:

— Мушильда нашла тебя не во время уборки. Она нашла тебя во время поисков, которые организовали после того как пропала Золотая Оса. Осы тогда покинули свой недостроенный замок-улей и отправились на поиски своей царицы. С тех пор больше их никто и не видел. А мы все принялись за поиски карты памяти. Оса не нарушила бы данной клятвы никогда и карту из ДОМА ни за что бы не вынесла! Каждый привлек своих знакомых и подчиненных, как смог. Ведь кто нашел бы флэшку — никому бы не отдал! А то вон какие страсти происходят!

Паук сложил два кусочка пряника в стопку:

— В итоге нашел её я! Точнее не я, а Мушильда. И была эта Карточка в люльке рядышком с тобой крохой! — Дед опять прервался, раздумывая, что говорить дальше, — потому мы тогда тебя всем показывали и на реакцию окружающих смотрели. Никто себя никак не проявил. А о том, что карту памяти нашли — никому говорить не стали. И страшно было и просто жалко её кому отдавать. На себя надёги больше… — улыбнулся как-то кисло дед паук. — Но и себе я её оставить не мог. Я ведь хранитель зарядного кабеля! — Дед опять поцокал, пожевал губу, продолжил:

Вот Мушильда эту флешку до сегодняшнего утра и хранила, а потом ты её мне принесла. А что дальше происходить стало — тебе уже известно.

Дед постучал лапой по столу:

— Кажется мне, что Слизень знает про Флэшку, или сильно о том подозревает… Ну а раз Мушильда у него, он всё узнает. Он умеет узнавать то, что ему надо любыми способами!

— Так надо отдать ему флэшку и всё! — ахнула Жужа.

— Не так просто, — пробормотал дед… — Аай… не так просто всё…

— А бабочка кто такая? — вдруг пропищал Прыга.

— Какая бабочка — повернулся к нему Паук, — рассказывайте всё подробно! — обратился он уже к обоим.

И Жужа всё рассказала.

Еще во время ёе рассказа паук принялся ходить по своей норе туда — сюда, а под конец и по стенам лапами водить начал, но как-то задумчиво, а не так, будто испугался, что бабочка-невидимка тут.

— Слышал я о том, что Слизень какими-то тайными делами промышлять начал… вот и шпионы какие-то появляться тут у нас стали… — Задумчиво говорил Паук — Уж очень подозрительная личность эта ваша Бабочка.

— Не наша она вовсе! — возмутилась Жужа.

— Аай, — махнул в её сторону лапой паук, не прекращая ходить по норе. Потом остановился, постучал по стене три раза и произнес:

— А давайте-ка мы её споймаем!

— А со Слизнем-то чего и с Матушкой? — спросила Жужа.

— А со Слизнем всё только понятнее после разговора с бабочкой станет! Пока соваться к нему — смысла нет. Флэшку я ему не отдам, а по-другому как Мушильду освобождать — подумать ещё надо… И к Королеве с пустыми словами не пойдешь… — Паук посмотрел на ребят и подытожил: — Нам нужна эта шпионка!

— И как мы будем её ловить? — пискляво спросил Прыга.

— А вот на тебя — живца, и будем! — Хитро улыбнулся паук.

— Я не хочу живцом. — Попятился блошачок.

— Не бойся! — мигом оказался рядом и крепко обнял его старый паук, — не бойся, блоха! Завтра ты станешь Героем! А теперь спать! Утро вечера мудренее!

Паук устроил их в углу на диванчике, не отпустив просившегося домой блошачька.

— Ничего, — сказал, — мамке твоей я что надо сам расскажу и подготовлю кое-чего еще для завтрашней охоты, а вы спите! — и умчался, закрыв за собой дверь в нору на замок.

Ребята лежали молча. Вроде бы столько всего можно было обсудить, но говорить не хотелось. Слишком много разом навалилось информации. Жужа думала, что она не сможет уснуть, когда вокруг ТАКОЕ, когда с Матушкой приключилась беда, а по стенам таятся шпионы, но незаметно для себя провалилась в густой и темный сон без сновидений. Она даже не чувствовала, как рядом ворочается суетливый блошачок, но и тот со временем нашел-таки удобное положение и засопел.

Друзья спали крепко и не услышали, как вернулся паук, не видели, как долго он на них смотрел, принимая какие-то одному ему ведомые решения, как, видимо что-то решив, удалился в противоположный угол и, немного там пошуршав, затих.

Глава 4

На следующее утро Паук Привратник поднял их рано, наказал Жуже завтрак на всех приготовить, а блошачку начал втолковывать:

— Твоя задача — пройтись от кухни Матушки Мушильды до Библиотеки, приставать ко всем и выспрашивать про Жужу. Где она, куда запропастилась?

— А когда живцом становиться? — удивленно спросил Прыга, — и как это делать?

— Аай, на тебя, — махнул лапой паук, — не надо живцом!

— Это хорошо! — обрадовался блошачок — я живцом не хочу! Так что? Мне просто ходить и спрашивать, да?

— Да, Прыга — просто спрашивать. — Улыбнулся дед и подтолкнул к столу. — Давай завтракать.

Когда завтрак был съеден, Жужа вопросительно посмотрела на деда паука.

— Ты оставайся тут. Никого не впускай, никого не выпускай, обед готовь! — сказал Дед, подмигнул ей и, обняв лапой, Прыгу направился вместе с ним к выходу. Прыга немного упирался, но дед словно не замечал этого.

— Тут кроме меня никого и нет. — Посмотрела по сторонам Жужа.

— Вот себя и не выпускай! — улыбнулся паук и захлопнул дверь.

Жужа прошлась по норе из стороны в сторону и зачем-то заглянула в шкаф. Увидела там какие-то бумаги и чертежи. В другом шкафчике нашлись разные веревки, проводки и склянки, в третьем обнаружились иглы, ножи, топорики и еще какие-то непонятные штуковины с цепочками и крючками. Флэшки нигде не видно… Да и как она выглядит — неизвестно. Жуже стало неловко и она вернулась в кухонный уголок, где принялась чистить на обед крупные семена.

Когда обед был готов, время и вовсе потянулось жутко медленно:

— Я тут прячусь от всех и вся, а матушка в сыром подземелье… Наверно ей страшно и холодно. Может быть даже Слизень делает с ней какие-то нехорошие вещи… — Накручивала она себя, и вот уже собралась было встать и пойти самой во всём разбираться, как остановилась и понимала, что просто не знает, что делать. Что вообще делают в таких ситуациях? Потом, через некоторое время, вновь было собиралась тщательно поискать эту злополучную карту памяти, но в итоге постеснялась рыться в вещах деда паука. Неправильно это. А просто сидеть и ничего не делать было и вовсе невмоготу.

Еще через неимоверно долгий час дверь наконец-то распахнулась, и в нору ввалились очень довольный собой блошачок и нагруженный свертком паутины дед паук.

— Вы пока тут сидите, а я скоро. — Сказал дед и, открыв до того вовсе незамеченную Жужей дверь в стене, удалился со свертком в другое помещение. Сверток мычал.

— Она? — спросила напряженная Жужа, проверяя пальцем почти невидимый шов тайной двери в стене.

— Она! — гордо заявил Прыга — Споймали! — и затараторил дальше, дико жестикулируя руками: — Я когда обратно уже от Библиотеки шёл… А до этого туда, тогда у тлей поспрашивал, а там еще ругачий такой клоп слепняк был, ну и он «видел», говорит, и «отстань» говорит, а потом воины-муравьи там стояли, это у библиотеки уже, я и у них спросил, а они прогнали меня, а я обратно шёл, как вдруг Стена заколыхалась и появилась ОНА!

И тут я заорал изо всех сил. Неожиданно как-то бабочка появилась. Она, мне кажется сама испугалась моей реакции и даже успокаивать меня пыталась, мол тише, тише, а я ору. Не могу остановиться. Бывало у тебя такое?

И прыга замолчал, склонив голову, ожидая ответа на свой дурацкий вопрос.

— Тьфу, на тебя, Прыга! С бабочкой-то что дальше? — всплеснула руками Жужа.

— А! Так тут сверху дед-паук откуда-то спрыгнул и давай её заматывать. А я так и орал, пока он мне подзатыльник не отвесил… — блошачок потер затылок — потом сюда сразу и пошли, а дедушка тащит сверток, как ни в чем не бывало. На него прохожие оглядываются, а он внимания не обращает, будто половик какой несёт свёрнутый на плече и тыкает в него лапой иногда. «Не мычи» — говорит. Так и пришли себе спакойненько.

Тут открылась потайная дверь, оттуда выглянул паук и приглашающе махнул лапой:

— Заходите. Будет она говорить. Всё расскажет. — И, недобро так, улыбнулся.

Помещение оказалось очень светлым и целиком белым. Половину отгораживали белые же ширмы и что за ними — рассмотреть никак не получалось. Хоть от любопытства аж ладошки зачесались. Бабочка сидела на проволочном табурете в ближней половине помещения, а больше вокруг ничего и не было. Всё интересное, видимо, скрывалось за ширмами.

Паук расположился у стены позади вошедших ребят рядом со входом и произнес, обращаясь к пленнице:

— Рассказывай кто ты.

— Я бабочка Шутиха. Серая Шутиха. Это мой вид. Зовут меня Мимикриша. Я выполняю специальные поручения для Наместника Слизня и для…

— А вот этого не надо — прервал её паук.

Бабочка кивнула и продолжила:

— У господина Слизня давно были подозрения, что Господин Паук — она посмотрела на Привратника — скрывает какую-то тайную вещь, но следить за Пауком не представляется возможным, по крайней мере, мне. Это очень опасно.

Друзья обернулись на старика, но тот и виду не подал, стоял, не шелохнувшись и не изменившись в лице.

— Поэтому, — продолжила бабочка, — было принято решение понаблюдать за его ближним кругом. Вот так я и попала в вашу семью, — посмотрела она на Жужу, — и проводила с вами достаточно много времени.

Жужа прижала руки к щекам. Это оказалось очень неприятно, когда за тобой тайно наблюдают. Это же страшно представить, сколько всего могла увидеть эта подозрительная личность, чего видеть никому не стоило. Это же ужас какой-то. Жужа закрыла ладошкой рот и спросила:

— Вы прямо всё-всё видели?

— Это моя работа — холодно улыбнулась бабочка, но я не сумасшедшая. Всё-всё мне не интересно.

— Дальше рассказывай! — прервал их паук.

Довольно скоро я поняла, что матушка Мушильда имеет какую-то тайну. — Бабочка пошевелила крыльями — Позавчера вечером Мушильда говорила с Сеноедом — работником библиотеки, который является правой рукой господина Книжного Червя и после этого засуетилась. Стала очень внимательной и подозрительной. Близко к её кухне подойти я не могла, а утром ты, Жужа, понесла довольно громоздкую посылку господину Пауку. И хоть я и предупредила господина Слизня, что начались активные движения, он выслал группу перехвата слишком поздно. Ты разминулась с ними буквально на несколько минут. — Бабочка говорила тихим и спокойным голосом, будто писала скучный отчет о проделанной работе. — Я проследила за тобой до Парадных Дверей, но близко не подходила, опасаясь господина Паука, а потом и до библиотеки, где наблюдала твой диалог с Войнами-муравьями.

— Почему же ты решила со мной заговорить? — вежливо спросила Жужа.

— Жест отчаянья, — пожала плечами бабочка. — Мне нельзя было возвращаться с пустыми руками к господину Слизню, и я решила, что, если смогу помочь тебе, ты сможешь помочь мне. Но ты довольно резко отказала, и пришлось попытать счастья в Библиотеке. Не с самим Червем, так хотя бы с господином Сеноедом.

— Проникнуть туда у тебя, конечно же, получилось — вставил слово паук.

— С некоторым трудом, но да, — все так же спокойно продолжила бабочка, - и там я услышала довольно интересный разговор господина Червя с его помощником. Разговор касался Королевы.

— Интересно, — произнес паук, — но этого детишкам, наверное, слышать не стоит.

— Там же я поняла, что скрывала матушка Мушильда и еще некоторые интересные моменты.

— Расскажи, зачем тебе опять понадобилась Жужа, раз ты принялась её искать, а «интересные моменты» расскажешь позже мне наедине. — Прервал её паук.

— Я узнала информацию, которую смогла бы обменять у неё, — она посмотрела на пчёлку и произнесла, пристально посмотрев ей в глаза, — обменять на Флэшку.

— Флэшку ты не получишь! — отрезал паук.

— Это я уже поняла, — спокойно сказала бабочка, — поэтому я хочу обменять её на свободу.

— Это должна быть очень полезная информация, — проговорил паук.

Бабочка продолжала смотреть Жуже в глаза и спокойно говорить:

— Я знаю, как тебе, маленькая пчёлка, попасть на луну! И это правда!

Паук дернулся, но потом махнул лапой, произнеся своё «Аай»…

Жужа застыла, прикрыв ладошкой рот. Потом собралась, посмотрела на паука, тот кивнул, и тогда она опять посмотрела на бабочку и произнесла:

— Он отпустит тебя! Но ты покинешь ДОМ!

— Не волнуйся, — улыбнулся паук — у неё не только здесь есть куда пойти…

Бабочка никак не отреагировала на эти слова и продолжала смотреть на Жужу:

— Тогда слушай: в смартфоне ученого есть координаты места, где происходит сбор насекомых для того что бы отправлять их для исследования в космос. В том числе и на луну.

— Космос? — спросила Жужа.

— Я потом тебе подробнее объясню, — вставил своё слово паук. Это такое небо «высокое».

— И это очень непросто, — продолжила бабочка, — тебе понадобится включенный телефон. Собранный и заряженный. В нем должны быть все элементы. То есть и флэшка, и сим-карта, помимо заряженной батареи. Там же ты найдешь информацию, если раздобудешь конечно пароль для входа, имя акауната и прочее, на основе которой сделаешь определенные выводы, и, боюсь, они тебе не понравятся! Всё что я рассказала — чистая правда, а как с ней поступить — решать тебе. Теперь отпустите меня.

— Идите, дети, — начал настойчиво выталкивать их из помещения Паук, — а мы еще поговорим с этой любительницей чистой правды.

Когда дверь за ними закрылась, Жужа прижалась ухом к двери и еле-еле расслышала, что сказал паук: «Уж больно много ты знаешь, Мимикриша, не та ли ты бабочка, которая…» Потом в двери что-то щелкнуло, и больше ничего услышать не получилось.

— Ты ей веришь? — спросил тихонько блошачок.

— Верю, — пробормотала Жужа.

— И всё равно хочешь отправиться на луну?

Жужа не ответила, молча развернулась и пошла к диванчику, на котором сегодня ночью они ночевали.

Через некоторое время дед-паук вывел из комнаты Бабочку, и они вышли из его норы, закрыв за собой дверь. Блошачок сидел на лавке и качал ногами. Он молчал и не лез с расспросами к Жуже, которая лежала на диванчике, отвернувшись к стене и согнув коленки. Через пять минут вернулся старый паук и прошел к ней. Присел на краешек дивана и погладил её лапой по голове:

— А я говорил — ни к чему хорошему твое неуёмное стремление попасть на луну не приведет.

— Что такое «космос», дедушка паук? — спросила Жужа, не поворачивая головы.

— Это Начало и Конец. Это всё и ничего. Это неизмеримый мир, в котором мы — насекомые равны людям. Так же ничтожны. И там нет воздуха. И на луне нет воздуха. Там холодно и один только песок.

— А как же все эти сказки, что рассказывала мне матушка, как же все сказки всех насекомых мира? Ведь многие утверждают, что этот прекрасный мир существует, что Луна ждет нас и что в него попадают самые лучшие, самые честные и справедливые, что там пахнет сахаром и лимонной цедрой, что там можно искриться и летать в нежных ветрах, не знать холода и голода, как же всё это?

— Этот мир тоже есть, но для тех, кто взрослеет, он становится все более и более недостижимым. Прозрачным.

— Но ведь это несправедливо! — развернулась к нему Жужа, приподнявшись на локте.

— Это жизнь. Надо пройти её как путь к луне, то есть быть самым лучшим, самым честным добрым и справедливым и тогда в конце этого пути ты и попадешь на ЛУНУ! На нашу ЛУНУ. ЛУНУ НАСЕКОМЫХ!!!

— Я так и не поняла, что такое «космос», — тихо произнесла Жужа.

— Это самое высокое небо. В нем и находится луна. Туда самостоятельно не долетит ни один из представителей мира насекомых и даже ни одна из птиц. Туда может долететь только человек с помощью своих сложных машин.

Жужа отвернулась обратно к стене. Она молчала, а блошачок, напротив, принялся расспрашивать деда о том, чего не понимал, а лишь догадывался, выведывал подробности о том, что же такое компьютер и смартфон, как они устроены, чем заряжаются, и прочее, прочее, прочее. Дед отвечал по возможности просто, иногда радуясь любознательности «современной молодежи», иногда наоборот ворчал о том, что много знать вредно, но многие вещи стали понятнее и от этого, как показалось Жуже, вопросов становилось только больше. В конечном итоге дед встал и пошаркал к своему креслу, отмахнувшись от неуёмного паренька, где тоже замолчал, как и Жужа, сверля её взглядом и о чем-то напряженно размышляя.

Когда Прыга понял, что больше ответов не будет, то решил, видимо, разложить у себя в голове всё по полочкам и, закрыв глаза, тоже затих. Молчали около получаса. Потом старый паук вскочил, и направился к столу:

— Хватит хандрить, полосатая! Вставай! Давай — что ты там наготовила! Прыга — а ну к столу! — он принялся расставлять тарелки и нарезать хлеб — Надо хорошо питаться, ведь нам нужны силы! Мы должны спасти ДОМ! И без вас я не справлюсь! А когда мы его спасем — никто не сможет отказать тебе в исполнении желания! — подмигнул он оглянувшейся Жуже. — А ну к столу! — вновь крикнул старик и хлопнул в ладоши.

Все ели да стреляли друг в друга глазами. Это было начало приключения! Хотя почему начало — они уже давно по уши в нем! Сейчас пообедают, и будут спасать мир!

Глава 5

Во время обеда дед никак не реагировал на разнообразные вопросы, а лишь загадочно ухмылялся и частенько кивал самому себе, явно размышляя над тем, что стоит рассказывать, а о чём умолчать. Закончив трапезу, старый паук всё же сжалился над умирающими от любопытства друзьями и произнёс:

— А ну доедайте! — оглядел он их тарелки, — Прикинул я тут, что и как вокруг происходит и мнение моё таково: Слизень не вытерпел-таки своего подчиненного положения и решил всю власть над ДОМОМ себе прибрать! А для этого ему надо кое-что добыть у Книжного Червя и показать слабость Королевы.

— Как это? — открыл от удивления рот Прыга.

— А так! Вступил он в сговор с внешними врагами. Бабочка рассказала, когда я сильно-сильно настоял, что Королева Красных муравьёв из Леса, что начинается сразу за каменным забором, решила ДОМ захватить!

— А Слизню какой в этом толк? — спросила задумчивая Жужа, — зачем ему менять одну королеву на другую?

— А и незачем вовсе! Стравит он их и обеих изничтожит! По крайней мере, так всё из рассказов Бабочки выходит. Слизень, видимо, устал добиваться своего мирными способами, — пробормотал скорее для самого себя старый паук, но дети его услышали и Прыга тут же спросил:

— Чего это такого Слизень добиваться устал?

— Всё то вам любопытно, — проворчал старик, но ответил, — взгляды на то, каким должен быть ДОМ, у них с Королевой всегда были разные, а последнее время и вовсе ничего общего не осталось.

— А каким он должен быть, наш ДОМ? — немного удивленно спросила Жужа, — ведь итак всё хорошо, зачем что-то менять?

— Аай, — в сердцах взмахнул лапой паук, — ДОМ сильно отличается от всего вокруг! Сильно! Одна этого, будто бы не понимает и пытается жить как все, а второй слишком вперёд торопится!

— В смысле? — не понял Прыга.

— Королева считает, что насекомые должны жить традиционным укладом, пусть и немного измененным из-за особенностей, которыми нас наделила лаборатория ученого, Слизень же с самого начала говорил о том, что мы должны как можно быстрее развиваться, прогрессировать, меняться сами и менять мир вокруг!

— Но в школе говорят, что прогресс он опасен! Он, как и все человеческие дела, до добра не доведет! Что жить надо просто и по возможности быть похожим на предков. Что мы должны брать пример с простоты насекомых Леса! — парировал Прыга.

— Теперь ты понимаешь, кто редактирует вашу учебную программу, — заметил паук и добавил, — как бы Книжный Червь не стремился развивать науку, ему всё время мешают! Он, кстати, во многом поддерживает стремления господина Слизня, о чём не раз заявлял на советах, но, в отличие от него, гораздо спокойнее ко всему относится и считает стремительный прогресс опасным, — паук вздохнул, отмахнувшись от неприятной, видимо, ему темы: — ладно, что это мы в такие диспуты погружаемся, будто сам в совете ДОМА, наше дело сейчас в своих проблемах разобраться.

— А откуда такие сведения у этой бабочки, а? — вернулся к их делам Прыга.

— Она на самом деле Красной Королеве служит. Видать после изгнания из ДОМА чем-то этой Королеве обязана…Такой вот двойной агент получается, — задумчиво пробормотал паук, — а ведь была приличными насекомым когда-то, правда еще до смутных времен…

— А как так, господин Пузо обеих королев изничтожит? — спросил поразмышлявший и, видимо, не нашедший решения Прыга!

— Вот для этого ему и нужна флэшка! Там в подвале, в лаборатории много чего хранится. Есть там и баллоны с разными хитрыми смесями. Не всегда наш бывший хозяин-учёный добрыми для насекомых делами занимался. Есть такой дым, — который только на муравьев «действует», — при этом старый паук показал будто душит себя лапами, — а любым другим насекомым, вроде как безобиден… Хотя я сомневаюсь… На этой флэшке имеется, помимо всего прочего, и расшифровка обозначений, нанесенных на баллоны. Ведь где-то там есть и такие смеси, что касаются слизней, — тут дед задумчиво постучал лапой по столу, — или пауков, или всех вообще…

Друзья испуганно замерли, а старый паук спохватился, вскочив, принялся расхаживать по норе, ругая себя обидными словами.

— Извините, — успокоился он, — Аай! Это я чего-то совсем не того ляпнул…

— А Книжный Червь тут при чём?

— Без его паролей ничего не получится, сдаётся мне, только они и нужны Слизню, а раз у него есть такие шпионы-невидимки, он вполне уже мог заполучить необходимое… Наша бабочка паролей никаких не нашла, но кто может поручиться, что нет других таких же, или, что она действительно говорит всю правду.

— Но ведь смартфон у королевы!

— Думаю я, нашёлся другой способ прочитать информацию с этой карточки памяти, — потер подбородок старый паук и вдруг замер, прижал к полу все лапы: — у нас гости!

Через несколько мгновений снизу послышался крик:

— Выходите, господин Привратник! С вами желает говорить его величество наместник Слизень!

Паук выскочил из норы, но вскоре возвратился назад:

— Там целых пять бронированных мокриц и столько же клопов. Может статься, что флэшку придется всё же обменять на жизнь Мушильды! Не думал я, что всё так серьёзно закручено.

— Как же быть, дедушка? — испуганно проговорила Жужа.

— Я вам лаз один покажу, — вы сможете выбраться прямо в большой коридор.

— Но ходить внутри стен по закону запрещено! — ошарашенно заметил Прыга.

— Иногда приходится поступиться некоторыми правилами, дорогой друг, — потрепал его по голове паук, — это хорошо, что ты чтишь закон. Это правильно, но сейчас я бы посоветовал вам не попадаться в руки приспешников господина Слизня. Надеюсь никто о вашем маленьком незаконном путешествии не узнает, а я никому не расскажу, — и он вновь улыбнулся.

— Потом пойдете в Зимний Сад, — продолжил прерванный рассказ Привратник, — там живет Сеноед — помощник Книжного Червя — он товарищ надежный, я его знаю. Всё ему расскажите и пусть он вас в библиотеку проведет. Думаю, ему муравьи не откажут! Ну а когда вы всё, что знаете, самому Червю расскажете — уж он-то Королеву обо всём предупредит!

— А если не застанем господина Сеноеда? — спросила Жужа.

— Дождитесь! — Оглянулся паук, когда снизу вновь раздались уже более злые крики посланников Слизня, — я вас потом сам найду.

Он очень быстро разобрал какой-то хлам у стены (лапы мелькали, словно серые молнии) и указал лаз, а потом повернулся и по-стариковски поковылял к выходу:

— Да иду я, иду! Аай! Чего вы от старой развалины ждёте? Ползу я!

Лаз был в некоторых местах настолько узок, что даже Прыга там проползал с усилием, а Жужа опасливо придерживала крылышки. Зачем, спрашивается, такой мог понадобиться старому Привратнику — не пролезет же… или пролезет? — очень уж ловок он, когда хочет.

Выбрались друзья на самом деле недалеко от большого зала из какой-то заваленной хламом щели. На площади зала царила обыкновенная насекомая жизнь. Кто-то шел по своим делам, кто-то летел и полз по своим. Никому и дела не было до двух товарищей, суетливо оглядывающихся и спешащих в сторону Зимнего Сада.

Уже третий час друзья сидели в кустах и наблюдали за красивым домиком из глиняного горшка. Как утверждали местные жители — в нем и жил «этот буквоед» Сеноед. Жужа все никак не могла найти себе места и постоянно срывалась куда-то бежать и что-то делать. То она к Королеве прорываться намеривалась, то бежать навстречу по предполагаемому пути движения Сеноеда и опять в библиотеку ломится, то ринуться спасать Матушку Мушильду самостоятельно. Прыга только и успевал, что новые отговорки придумывать, да хватать её за руки. Но вот, наконец-то, из-за угла показался господин Сеноед. Степенной походкой он прогуливался по родной улочке, постукивая лакированной тростью, раскланиваясь с соседями и кивая прохожим, чем буквально разозлил непоседливую пчёлку:

— Да как вы смеете так медленно ходить! — выскочила она из кустов прямо перед ним.

— Я… — опешил Сеноед, — по-другому не умею… А вы собственно кто такие? — указал он тростью на Жужу и вылезающего из кустов Прыгу.

— Простите, нас, господин Сеноед — заискивающе начал блошачок, — мы просто вас давно ожидаем! — задвинул Жужу себе за спину, — Нас Господин Привратник к вам с важным сообщением послал!

— Ну, раз так, — протянул Сеноед, — проходите в дом, важные дела на улице не делаются! — и указал на дверь. — Поговорим обстоятельно, чего уж тут…

Когда Жужа раскрыла рот, чтобы сразу все рассказать, он остановил её жестом и, задрав нос кверху, проследовал к дому.

— Как же медленно он всё делает, — ворчала Жужа, пробежавшая уже к двери и дергая её за ручку.

— Минуточку, — степенно произнес Сеноед и начал искать ключи, медленно хлопая себя по бокам, по заду и по груди.

В доме он расположил друзей на диванчике и, не слушая никаких возражений, удалился мыть руки. Когда он вернулся и медленно-медленно опустился в кресло напротив, Жужа уже провертела на диване дырку.

— Надо обязательно мыть руки по возвращению домой! — важно воздел он палец к верху. — Ну, что там велел передать вам господин Привратник? — разрешающе повел он ладонью в сторону Жужи.

Когда пчёлка выложила всё как на духу, Сеноед надолго задумался. Потом проговорил:

— Да, дело важное! Можно сказать — не требующее промедления! Что же вы сразу-то не сказали! — и принялся медленно подниматься из кресла: — Самому мне к Королеве, конечно же, обращаться не считается правильным, но начальнику своему всенепременно сообщить сие обязательно следует! И немедленно!

Жужа захотела укусить себя за локоть, сжала зубы от возмущения, но молча принялась помогать Сеноеду подняться. Когда она буквально тащила его к выходу, тот принялся оглядываться в поисках куда-то запропастившейся трости, но Прыга, слава богу, уже протягивал её господину.

— Скорее, скорее, — продолжала настаивать пчёлка, но хоть как-то особенно ускорить степенного помощника библиотекаря не смогла.

К Библиотеке они добрались уже к сумеркам и, когда охраняющие вход муравьи, дернулись было остановить друзей, Господин Сеноед важно произнес:

— Они со мной! По важнейшему делу!

Муравьи сделали шаг назад и вновь превратились в неподвижные статуи.

— Королева велела закрыть доступ в библиотеку для посторонних. Вроде как обнаружился какой-то важный документ, — пояснил он детям, — или потерялся, я не совсем в курсе. Высокие дела! — Задрал он палец кверху. — А патрон-то против закрытия был! — И пробурчал себе под нос, еле слышно, — такие слова о Королеве говорил, что я даже испугался… хотя правильно! Нечего свет знаний от народа закрывать!

Библиотека, с тех пор как Жужа была тут в последний раз, вовсе не изменилась. Всё такие же уходящие в высоту книжные шкафы по кругу, а в центре заваленные свитками и бумагами два полукруглых стола с перегородкой посередине. За время правления насекомых библиотека превратилась в целый лабиринт как в ширь, так и в высоту из стопок книг, раскрытых и закрытых, помеченных множеством закладок и плотно составленных одна на другую так, что открыть самую нижнюю, наверное, никогда уже не получится. Какие-то развернутые свитки переплетали этот бумажный город, а какие-то казались подпирающими колоннами. Множество разрозненных бумаг были разложены поодиночке и стопками. Только в Читальном зале для насекомых, который как раз под одним из столов и находился, было непривычно пусто. Жужа привыкла видеть тут множество разных насекомых — от малюсеньких паучков до медленных огромных гусениц. В ДОМЕ принято было читать, и многие любили учиться даже после того, как покидали школьную или студенческую скамью. Закончив свои насущные дела, насекомые приходили сюда развлечься новым романом или найти что-то интересное, полезное или нужное в жизни и работе. С недавнего времени даже было принято решение выдавать книги на дом, но пока далеко не всем.

И во всем этом, конечно же, непререкаемая заслуга самого господина Книжного Червя. Именно он научил сотню книжных блох копировать человеческие книги в более удобном для насекомых формате и принимал большое участие в их редактуре. Именно он по-особому систематизировал знания и создал Школы насекомых. Даже начало образовываться в последние годы некое высшее учебное заведение, гордо именуемое Университет!

Конечно же, у Книжного Червя появилось множество помощников и ассистентов, но начал он всё в одиночку, разве что с небольшой помощью в самом начале от королевских муравьев и гусар Комариной Генеральши. Теперь и для всех них начальное образование в ДОМЕ стало обязательным — не важно, солдат ты или гусеница-белошвейка. Отдельно в особом помещении библиотеки проводились научные советы, касающиеся как агрономии, так и военного дела.

Жужа, размышляя обо всём об этом, даже и не поняла какими такими коридорами и переходами в книжных развалах вышли они к этому самому закрытому залу, который, как известно, соседствовал с личным кабинетом господина Книжного Червя.

Червь, конечно же, был дома. Да, жил он в своем кабинете. По слухам, он не покидал пределов библиотеки почти с самого основания ДОМА.

Сеноед вежливо постучал и, жестом остановив двинувшихся было за ним друзей, с поразительной для него ловкостью проскользнул за дверь. Друзья стояли, растерянно оглядываясь по сторонам. За столами секретарей, целыми четырьмя, уже никого не было.

Тут дверь приоткрылась и выглянул господин Сеноед:

— Проходите, дети!

Господин Книжный Червь выглядел очень-очень старым, но среди множества морщинистых складок его лица горели пронзительные умные глаза:

— Приветствую вас, друзья мои! — голос у него был очень тихим и вкрадчивым, но в нем чувствовалась сила и способность завораживать. Этот спокойный и уверенный голос мог звучать ярче любого другого хоть в рыночной суете, хоть в зале Большого Совета.

— Господин Сеноед вкратце рассказал мне о вашем деле, но мне хотелось бы услышать всё от вас. Подробно, с самого начала, и… — он выделил паузой важность момента — отвечать правдиво и максимально подробно на все мои вопросы, что появятся по ходу разговора! Приступайте! Я думаю говорить должна Жужа, а Прыга — он кивнул маленькому блошачку — поможет. — Червь указал ребятам на мягкие креслица напротив столика для гостей и внимательно улыбнулся.

Жужа рассказывала обо всём. О странности гостинцев деду пауку, о своей встрече с незнакомкой-бабочкой, о том, как они с Прыгой пробрались на кухню и подслушивали клопов. О своих мыслях по поводу всего этого и о вероятных решениях проблем, о том, как они пришли к дедушке Привратнику и его страшных, но интересных рассказах, обо всём — обо всём, даже о том, что казалось бы, сама позабыла, или на что не обратила внимания. Вкрадчивый голос Книжного Червя словно магнит действовал на её память, вытягивая все самое нужное и ненужное. Жужа горячо говорила о том, что Королева как можно быстрее должна всё узнать и о том, что Матушку Мушильду нужно выручать любой ценой. Конечно же, мечта о ЛУНЕ тоже была озвучена, как и надежда о помощи в её достижении, но это выведал своими наводящими вопросами господин Червь, самой мушке стыдно было говорить о своих делах, когда вокруг творится такое и может произойти страшное!

Всё время, пока Жужа рассказывала, а Книжный Червь уточнял необходимые моменты, господин Сеноед расхаживал туда-сюда по кабинету, всплёскивал руками, охал и цыкал языком, периодически что-то ронял и поднимал обратно. Под конец истории его суета стала слишком заметной, и Книжный Червь велел ему сесть на диван и успокоится.

Когда всё было рассказано, библиотекарь успокоил ребят:

— Вы молодцы, что пришли ко мне и всё честно рассказали, жаль, что мой хороший друг Привратник не пришел с вами, ну да ладно. О его способности выкрутится из любой ситуации, я знаю не понаслышке! — Червь подполз к сидящему на диване Сеноеду, положил кончик хвоста ему на плечо и поглядел на ребят:

— Но мой хороший друг господин Сеноед здесь, и он всенепременно позаботится о вас! — Червь направился к выходу из кабинета — Я сей час же направляюсь к Её Величеству и обо всём ей поведаю, а вы останетесь здесь! В полной безопасности! — он оглянулся на вскочившего с диванчика Сеноеда, — так ведь?!

— Можете на меня положиться! — вытянулся тот в струнку, словно солдат.

— Хорошо! — сказал червь и жестом успокоил, поднявшуюся было с кресла Жужу: — Сидите тут! Я не прощу себе, если с вами что-то случиться! Как я смогу смотреть в глаза своему другу Привратнику?! Всё! Я так решил! Ждите здесь! — он вновь прервал жестом попытавшуюся что-то сказать Жужу и добавил: — А про ЛУНУ я тебе позже всё расскажу. Это правда — на неё можно попасть!

Когда червь выскользнул за дверь, раздался глухой щелчок замка.

— Он нас запер! — воскликнул Прыга.

— Для нашей же безопасности! — потряс тростью Сеноед и принялся расхаживать по кабинету туда-сюда, но уже словно солдат в карауле, поглядывая по сторонам и строя хмурые рожи, будто откуда ни возьмись, появится предполагаемый неприятель. Довольно неуклюжий и неторопливый, надо сказать, солдат.

Жужа опустилась обратно в кресло и прикусила губу. Опять от неё ничего не зависело! Опять приходится просто ждать. А это хуже всего!

Глава 6

Буквально через пару минут от вынужденного безделья у бедной пчёлки жутко зачесалось всё тело. Она вскочила и подбежала к расхаживающему Сеноеду. Схватила его за Трость:

— Постойте, постойте пожалуйста! Расскажите зачем вы приходили к Матушке! Что вы тогда ей сказали?

— А? Что? — замер на месте сеноед.

— Ну, бабочка рассказала, что вспустя несколько мгновений Жужаы встречались…

— А, это… Ну, тут дело такое, — он замялся, — тут дело-то вовсе и не детское…

— А мы уже взрослые! — вскочил на кресло Прыга, стараясь вытянуться как можно выше.

— Мы уже всё равно втянуты во все эти события, — умоляюще добавила Жужа, вновь потянув Сеноеда за трость.

— Ладно. — вздохнул тот, — и впрямь вы уже многое знаете… — Он аккуратно вытянул трость из ладошки Жужи и прислонился спиной к шкафу, у которого стоял:

— Это дело мне поручил господин Книжный Червь. Мой патрон, стало быть. Так…

— Ну же… — поторопила его пчёлка.

— Прекратите меня торопить! — возмутился Сеноед — я с мыслями собираюсь! Так вот: велел он мне заново опросить всех участников тех давних событий, когда исчезла Золотая Оса и пропала та самая флэшка, вокруг которой, как я понимаю, и началась вся эта кутерьма! — Сеноед трагически вздохнул и потряс разведенными в стороны руками.

— Я уже вторую неделю как обходил всех и подробно расспрашивал, — продолжил он, — и у комаров побывал, и у гусениц, и у муравьев. Многие тогда принимал участие в «большой уборке» — крякнул Сеноед, — а то бишь — в розыске пропажи. И не сразу я к госпоже Мушильде отправился, а оно вона как…

— А почему господин Червь решил именно сейчас вновь заняться этим делом? — уточнил Прыга, вновь заложив руки за спину и вытаращив глаза, но, зашатался на подушке кресла, и чуть было не упал.

— А вот это мне не ведомо! И вам в дела таких высокоуважаемых господ лезть не стоит! — укоризненно посмотрел он на ребят, — и так много чего лишнего уже знаете!

— Хорошо-хорошо, — успокоила его Жужа, — а что вы такого сказали-то матушке, что она решила флешку отдать дедушке пауку?

— А ничего особого и не сказал. Как и всех спрашивал: где тогда она поиски проводила, с кем и кого видела, али заметила, чего подозрительного?

— Меня она тогда заметила, — понурила голову Жужа.

— А ведь верно! — встрепенулся Сеноед, — как я раньше-то не догадался! Всех же тогда, кто принимал участие в поисках, не по разу досматривали и опрашивали, и только Мушильда что-то с чердака вынесла…

— Люльку со мной она вынесла, — вставила Жужа.

— Да-да-да… И ведь никто и подумать не мог! Ай, Привратник, Ай молодец! Вон как хитро всё придумал! — покачал головой Сеноед. — Пока мы все о дитятке горемычном охали да ахали, пока родичей искать принялись… Ай молодец! — стукнул он тростью о шкаф.

— Тук. — послышалось в ответ. Сеноед удивительно проворно отскочил от шкафа, развернувшись в воздухе, и вытянул вперед трость, словно меч. Все замерли. Потом вновь раздался какой-то скрип и шкаф весь целиком поехал в сторону. Вот приоткрылась щель и оттуда высунулась черная когтистая лапа. Жужа и Прыга попятились назад, а Сеноед, надо отдать ему должное, лишь удобней перехватил свою трость. В мгновение ока шкаф отлетел в сторону, и из черного провала тайного прохода выскочила черная оса, зажимая в когтистой лапе желтый кинжал. С её страшного изогнутого оружия что-то капало, а в красных глаза отражались блики светильников.

— Это Чёрная Оса! Убийца… и у неё ЖАЛО! — пробормотал вмиг побледневший господин Сеноед и крикнул: — бегите, дети! Я её задержу!

Жужа и Прыга бросились в сторону большого стола для совещаний, а Сеноед, размахивая тростью, отступил к книжным стеллажам. Оса бросилась на него, посчитав более опасным противником, и быстро замахала крыльями, создавая еще большую неразбериху и подняв в воздух множество разложенных тут и там бумаг. Сеноед удивительно ловко отпрыгивал от её выпадов и размахивал тростью. Удачно отпрянув от прямого колющего удара убийцы, он повалил на неё один из стеллажей, но не тут-то было: оса с легкостью перескочила препятствие и вновь ринулась в атаку.

Жужа с Прыгой замерли под большим столом и наблюдали за невероятной схваткой.

— Надо ему помочь! — ринулась в атаку Жужа и Прыга, не раздумывая, кинулся за ней. Ребята стали кидать в осу всё, что подвернется под руки и тем самым на мгновение отвлекли от храбро защищающегося Сеноеда. Он не упустил момент и, потянув за собой тяжеленные книжные шкафы, ринулся навстречу убийце. Желтый кинжал воткнулся ему в живот, но отпрыгнуть оса не успела — Сеноед обхватил её лапами и крепко прижал к себе, и тут их завалило громко скрипящими падающими шкафами. Перед ребятами лежала груда книг и частей поломанных шкафов, вокруг летали листы бумаг и кружила вековая пыль. Из-под завала послышался пронзительный визг черной убийцы и хриплый голос Сеноеда:

— Бегите! Я её задержу на сколько смогу! Бегите через тот лаз, откуда она пришла! — он закашлялся, — быстрее!!!

Груда книг зашевелилась, и вновь раздался пронзительный визг осы. Дети сорвались с места и, не оглядываясь, побежали в темноту тайного прохода. Сзади раздавался истошный визг, и они неслись, не разбирая дороги, поворачивая неизвестно куда, пробираясь под какими-то завалами и не обращая внимания на бесконечные повороты и развилки. Было темно и страшно.

Только когда сил и вовсе не осталось, Жужа приникла к стене и сползла наземь. Прыга рухнул рядом. Они тяжело дышали и, казалось, больше не могли пошевелиться. Страшный визг уже некоторое время не преследовал ребят, и они понемногу успокоились.

— Она выбралась? — тихонько спросил Прыга, — она преследовала нас? Ты видела, — вопросы посыпались из него с неудержимой силой: — Кто это такая? А господин Сеноед жив? Она нас найдет? — у блошачка начиналась истерика.

— Успокойся — подсела к нему Жужа и обняла. — Давай вместе успокоимся. Мне тоже страшно, но давай тише. Давай послушаем.

Ребята сидели в темноте и полной тишине, пытаясь выделить среди немногих звуков опасности. Что-то где-то капало, где-то гудел ветер, что-то скрипело и, видимо, раскачиваясь, постукивало, но звуков преследования слышно не было. Так в тишине они просидели не менее получаса и, наконец-то успокоившись, решили попробовать двигаться дальше. Искать выход. Их «маленькое незаконное путешествие», как назвал их первый проход внутри стен паук Привратник, грозило перерасти в большое.

Кромешной темноты не было. Света вполне хватало для того что бы спокойно ориентироваться в петляющем коридоре. Свет будто проникал отовсюду и сумерками стелился по стенам и потолку.

— Как ты думаешь, где мы? — прервал тишину Прыга.

— Наверное, в междустенном пространстве, — сказала Жужа, — или в межэтажном… — Они продвигались вперед, и создавалось ощущение, что подымаются все выше и выше.

— По сути, мы движемся куда-то вверх, — произнесла Жужа.

— Давай уж лучше вверх, я вниз точно не пойду, — опасливо глянул назад Прыга и крепче сжал потную ладошку подруги.

— А что с господином Сеноедом, как думаешь? — Спросил он.

— И подумать боюсь, — ответила Жужа. — Я теперь вообще всего боюсь. И куда податься не знаю, — остановилась она и посмотрела на Прыгу как-то очень растерянно.

— Ну, для начала, выберемся хоть куда ни будь, — успокоил он её, — и отправимся к Королеве. Теперь-то уж куда еще? А там, как она решит.

— Наверное, ты прав. — Согласилась пчёлка и уверенней пошла вперед.

Вскоре они оказались у старенькой лестницы в тупике, ведущей в провал наверху и, недолго думая, начали подыматься. Первым Прыга, Жужа за ним. Потом они оказались еще перед одной лесенкой, потом еще и еще и вскоре просто потеряли счет этим разнообразным кривым лестницам, упрямо ведущим их вверх, каждая из которых отличалась от предыдущей и, при том, было абсолютно такой же. Наконец-то утомительный подъем прекратился, и друзья оказались на большом свободном пространстве. Это очень походило на межэтажный пролет, а между какими этажами, понять было невозможно. Вокруг возвышались холмы пыли и старого утеплителя, валялись древние тряпки, камни и росла какая-то то ли плесень, то ли трава, то ли мох. Невдалеке виднелся лес тонконогих бледных грибов, и Жуже показалось, что они светятся.

— Я о таком месте в ДОМЕ и не слыхивал, — Удивленно глазея по сторонам, сказал Прыга.

— Я тоже, — поддержала его Жужа и оглянулась. Сзади виднелась темнота перекладин и дыра в полу, из которой они только что выбрались.

— Ну, что поделать, — другого пути нет — указал Прыга на еле виднеющуюся под ногами тропку, ведущую в сторону грибного леса. Если тут кто и ходил, то было это очень-очень давно.

— Идем! — вновь взяла его за руку Жужа, и они осторожно пошли вперед.

— А давай этот лаз — указал он рукой назад, — камнем каким завалим!

— Давай — поддержала его подруга, и они принялись бродить по округе в поисках подходящего булыжника, но камни были либо слишком малы, либо неподъёмно велики, и друзья, отряхнувшись, вернулись к тропе.

— А идея была хорошая! — уже более бодрым голосом произнесла Жужа, когда они вновь пошли вперед.

— А то! — сильнее замахал их сомкнутыми руками Прыга — у меня этих идей хороших — завались!

В грибном лесу стало и вовсе светло как днем. Пасмурным, но днем. Грибы на самом деле издавали бледное свечение. Вскоре друзья пошли медленнее, а потом и вовсе стали еле переставлять ноги. Суматошный день и сумасшедшее бегство давали о себе знать. Сил у обоих почти не оставалось.

— Надо бы найти место для ночлега — пробормотал Прыга.

— Я уже тоже еле иду, — поддержала его Жужа и указала на просвет чуть в стороне от тропинки: — Давай посмотрим, что там!

Это оказалась уютная полянка с мягким мхом, а по середине рос толстоногий невысокий гриб с широченной коричневой шляпкой. Он отличался от других грибов леса и более приятным запахом.

— Вот и наш ночлег — весело произнес Прыга!

— И ужин, — принюхиваясь добавила Жужа. — Этот гриб съедобен, я знаю. Просто таких огромных никогда не встречала. Его даже можно просто так есть, — отломила она кусочек и положила в рот.

Как знак доброго к ним расположения, полянка порадовала и небольшой лужицей с довольно чистой водой. Друзья поужинали и улеглись под грибом, прижавшись друг к другу.

— Как ты думаешь, — тихонько спросила Жужа, — всё будет хорошо?

— Хорошо! — сонно промычал Прыга, сжал её ладошку своей и добавил: — обещаю!

Жуже стало легче от такой наивной уверенности маленького, но смелого друга и она уснула.

Всю ночь во сне Жужа убегала от страшной осы по золотым лунным пескам, потом пробовала улететь в волшебных лунных ветрах, пахнущих терпким сахаром и лимонной цедрой, но чёрная оса летела за ней. «Как же так?!» — возмущалась Жужа, — «что делает здесь — на ЛУНЕ эта во всех отношениях нехорошая личность? Как она сумела сюда попасть?!»

Возмущение на столько сильно закипело в ней, что она перестала убегать, развернулась и закричала: «Прочь! Уходи! Тебе нельзя здесь!» Страха не было, только праведный гнев и был он настолько силен, что оса растворилась в нем, исчезла совсем, остался только истекающий ядом кинжал. ЖАЛО. Жужа с опаской подошла к нему, наклонилась, чтобы прикоснуться, но он сам вспорхнул и ринулся на неё, она отскочила, завертевшись волчком и тогда проклятая железяка отмахнула ей правое крыло! Жужа вскрикнула и проснулась. Она была вся в холодном поту и принялась судорожно обнимать себя, нащупывая крылышки за спиной.

— Что с тобой — тут же вскинулся Прыга.

— Сон, — зябко поёжившись, сказала Жужа и стала подыматься. Прыга встал следом и направился к лужице умываться:

— Непонятно, сколько мы проспали… тут вообще, похоже, нет ни дня, ни ночи — всегда эти грибы одинаково светятся…

— Неприятное место, — подтвердила Жужа, — надо выбираться отсюда скорее.

Пока она умывалась, Прыга наломал в дорогу кусочков съедобного гриба, и когда Жужа вернулась, друзья направились к тропинке. Сколько еще продлится этот лес и чем он закончится было неизвестно.

Глава 7

Тропинка петляла по лесу как сумасшедшая, обходя непролазные грибные заросли, темные провалы в земле и нагромождения какого-то непонятного мусора. Вот за одной из таких куч друзей и поджидал неприятный сюрприз. Дорогу им перегородили четверо жучков, обвешанные всяческими нитками, бусами и перьями. Их разукрашенные в яркие цвета морды скалились в жутких гримасах, а руки, увитые множеством браслетов и шнурков, потрясали примитивными копьями, снабженными наконечниками из разнообразного острого мусора. Выглядели они достаточно грозно. Жужа, схватив Прыгу, ринулась назад, но там тоже невесть откуда появились такие же дикие жучки.

— Это воины жучков древоточцев, — проговорил Прыга, прижимаясь к подруге.

— Мы попали! — резюмировала Жужа.

Жучки Древоточцы наотрез отказывались вести цивилизованный образ жизни. Они обитали на третьем деревянном этаже и скрывались в основном в междустенном и межэтажном пространстве. Уклад их жизни, конечно же, разнился с тем, который был принят вне ДОМА: в лесах, полях, садах и других заброшенных постройках, но и от привычного уклада всех остальных жильцов ДОМА сильно отличался. Жучки жили Кланами и отрицали любой прогресс, развитие и культуру. Как эти воинственные даже между собой кланы находили общий язык, и умудрялись вести достаточно слаженные военные действия, было неизвестно. Жучки вели постоянную войну за территорию всего деревянного этажа и не шли ни на какие переговоры и уступки. Они готовы были гибнуть сотнями и даже тысячами, но оставались все так же упрямы и непоколебимы. Надо отдать им должное — войнами они слыли отменными.

Война с переменным успехом длилась с самого основания ДОМА, но особого сдвига в чью-то пользу не наблюдалось. Противостояла им Комариная Генеральша, которая держала ответ лишь перед самой Королевой. Главное было удерживать постоянные плацдармы, через которые проходили пути на чердак и обратно, особое внимание обращалось на неприкосновенность несущих колонн всего этажа, основных перекрытий пола и потолка. Ранее на других этажах кланы жучков замечены небыли, но патрули ежедневно проходили по всем деревянным силовым конструкциям дома. Эти патрули хоть и состояли в основном из муравьев, но подчинялись так же непосредственно Комариной Генеральше.

Основная военная сила ДОМА состояла, конечно же, из Муравьев-солдат, но на третьем этаже нес свою неусыпную стражу Эскадрон Гусар Летучих!

Жужу и Прыгу связали по рукам и быстро куда-то повели. На любую попытку заговорить, или помешать движению их грубо тыкали пятками копий и рявкали что-то на непонятном наречии. Друзьям ничего не оставалось, как молча бежать вперед и смотреть под ноги, так как скорость передвижения сильно возросла, а руки были связаны. Прыга один раз упал и его достаточно болезненно взгромоздили на ноги, наподдав древком копья по спине так, что он даже взвизгнул. Жужа бежала вперед из последних сил и была уже готова рухнуть наземь, как сумасшедшая гонка прекратилась. Они оказались у какого-то изрытого ходами-окнами холма, заваленного разнообразным мусором (хорошо хоть не вонючим). Видимо это было одно из поселений жучков. Из норок-окошек стали высовываться любопытные морды по-разному разукрашенные и причесанные. Из украшенной особо яркими перьями, обрывками фантиков и бумажками норы вышел чрезвычайно длинный жучок с таким же чрезвычайно длинным носом и смерил долгим внимательным взглядом пленников. Своим нарядом он сам напоминал кучу мусора, очень пеструю кучу.

— Мы из библиотеки — попыталась начать разговор жужа, но её вновь грубо прервали тычком в спину. Длинный жучок наклонился над Жужей, очень хмуро на неё посмотрел, потом так же хмуро глянул на Прыгу, подергал обоих за одежку, повертел так и сяк, что-то неразборчиво промычал и указал длинной рукой стоящим рядом войнам в сторону дальней норы, куда их тут же и увели. Проведя друзей по неглубокому ходу, конвоиры распахнули решётку на одном из отнорков и, не церемонясь, забросили их внутрь. Потом так же молча и быстро удалились.

Когда Жужа и Прыга поднялись на ноги и начали трясти решётку, сзади раздался весёлый голос:

— Рад приветствовать, васс в моей, теперь не такой уже одинокой, темнице!

Друзья резко развернулись и увидели раскланивающегося комара-гусара.

— Я извиняюсссь за ссвой вид, — поправил он разодранный мундир и показал смятый кивер, которым и размахивал, приветствуя новых пленников, — но, привессти ссебя в порядок в этой норе, не имею никакой возможности! Оссобенно прошу прощения у дамы — и он вновь поклонился, умудрившись при этом цокнуть каблуками.

— Здравствуйте, протянула Жужа.

— Ага, — подтвердил Прыга, — Здравствуйте!

— Ну что, — указал комар на копну сена у стены — прошу! Распологайтесс! Эта решетка досстаточно крепка! Я пробовал! — он улыбнулся и, кажется, даже подмигнул друзьям.

Жужа и Прыга устроились у стены, а комар расположился напротив. Двойное, а то и тройное «с» в его манере говорить казалось немного смешным, но и прибавляло какого-то непонятного благородства, что ли…

— Разрешите предсставиться — поручик Уссс! — и комар закрутил свои великолепные загнутые кверху усы.

— Я пчёлка Жужа, а это Прыга блошачок — мой лучший друг! — кивнула она и неуклюже, так как сидела, изобразила книксен.

— А почему вы такой веселый, — подозрительно спросил Прыга и прищурился.

— А я вссегда такой! — отрапортовал гусар и улыбнулся. Потом опустил голову и добавил: — я не ссумасшедший. Я проссто не хочу, что бы они видели что я ссломлен! — И тихонько добавил: — Даже ессли никто не ссмотрит…

— А мне нравится, что вы веселый, — ободряюще сказала Жужа! — это говорит о силе духа! А нам всем нужно быть сильными, что бы выбраться отсюда!

— Вссецелосстно васс поддерживаю!!! — весело сказал гусар и крикнул в сторону решётки, потрясая кулаком:

— Чтоб вам пуссто было!!!

Расскажите нам как вы сюда попали, — попросила Жужа.

— Да, — добавил Прыга, — и куда это «сюда»?

Из рассказа комара следовало, что они находятся в поселении Клана Сосны где-то недалеко от Второй Несущей Колонны третьего этажа, рядом с которой происходило сражение, после которого он и попал в плен.

— Я осстался прикрывать отсступление ссвоей роты. — Комар начал рисовать пальцем прямо на грязном полу, разъясняя положение противодействующих сил. — Мы попали в хитрую ловушку, которую усстроили эти недалекие с виду дикари, когда стали пресследовать один из их малых отрядов.

Гусар постучал по изображенной им каракуле противника:

— Они часстенько усстраивают дерзкие молниеноссные налеты на охранение несущих колонн. Надо ссказать, эти жучки досставляют немало неприятносстей вссем нашим отрядам! — Комар воздел палец кверху, — Войны они досстойные, ничего тут не попишешь. Оссобенно клан Сосны! Будь на их мессте какой ни будь клан Ели или Берёзы — я бы ни за что не попал в плен! Они конечно тоже вессьма опассны, но не как эти сумассшедшие!

— Вы так эээ… — Прыга подобрал-таки слово, — «неплохо» о них отзываетесь… А они же ваши Враги!

— А врага уважать надо! Оссобенно такого ссильного как они. Иначе победы тебе не видать! — комар ткнул пальцем Прыгу в грудь, — Глуп тот командир, что ссчитает противника глупее ссебя, и мудр тот, что во враге сспособен углядеть не только равного, но и более ссильного, более хитрого и умелого, — тут уже его палец направился вверх, обозначая важную истину. — Тогда и дейсствовать будешь с умом и оссторожностью! Запомни это, малыш!

Комар некоторое время помолчал, потом добавил:

— И знаешь ещё что, мой юный друг Прыга, уважение к врагу — это не только залог уважения к ссебе, но и неотъемлемая чассть воинсского кодексса чессти!

— Я запомню, стушевался блошачок. Не ожидал он от лихого развеселого гусара таких мудрых речей.

— Ладно, чего это я, — сменил серьезный тон комар на вой обыденно-веселый, — вы мне поведайте как тут оказалиссь! Небоссь решили ссами жучков воевать! — комар лихо крутанул ус, улыбнулся и продолжил: — а то вылавливаем мы периодичесски таких вот молодчиков, что пробираютсся к линиям фронта за сславой! Насслушаются вссяческой патетичесской ерунды, что вам в школе рассказывают и бегут ссюда геройсствовать, так ссказать… — тут его веселость снова пропала, — И не вссех ведь перехватить получаетсся. Хорошо, когда при обмене пленными потом такие детки находятсся, а ведь некоторых и не сыщешь уже никогда… Вссё таки тут, — он сделал паузу и медленно по слогам произнес, — война…

— Плюсс у нас один, — добавил он бодрым голосом — Кланы вссегда обменивают пленников на ссвоих. И насс, рано или поздно обменяют!

— А мы, — начал говорить Прыга, — так сказать, с другой стороны. Мы долго-долго бродили в междустенном пространстве, долго подымались наверх, потом бродили по лесу светящихся грибов, пока нас не поймали. — Прыга глянул на Жужу, мол, рассказывать дальше или нет. Она кивнула, и он продолжил:

— Мы снизу пришли — с самой библиотеки!

— Вот те на! А я и не знал, что тут проходы такие имеютсся! — удивился комар. — А раз вы прошли, то и кланы дорожку знают?

— Не знаю, — ответил Прыга, но мы жучков только тут уже встретили — в грибном лесу.

— Но вссе равно, — задумался гусар, — информация полезная… А зачем вы в такой сстранный путь отправилиссь, ессли не ссекрет?

Прыга вновь посмотрел на Жужу и дальнейший рассказ продолжила уже она. Все подробности пчёлка сообщать не стала, но о том, что узнали они вместе с дедом пауком о готовящемся нападении Красных муравьев, рассказала. Поведала она и о том, что им пришлось разделиться, и друзья отправились сообщить о беде господину Книжному Червю, о том, что он им поверил и кинулся все рассказать самой Королеве, а их запер, что бы они остались в безопасности. Запер вместе с господином Сеноедом, только с помощью которого им, собственно, и удалось попасть на прием к Червю, а после, опять же, лишь благодаря которому удалось убежать от осы-убийцы. Рассказ получился скомканный, так как Жужа не хотела рассказывать всего и комар это, конечно-же, понял, но придираться и требовать подробностей не стал.

— Значит из кабинета ссамого госсподина Книжного Червя вы попали ссюда, — уточнил комар. — Из тайного хода, что ведет в его личный кабинет!

— Ну да, подтвердила Жужа.

— Из того, где васс заперли, что бы никто не причинил вам вреда?

— Ну так, — произнесла Жужа, — а что вы хотите этим сказать?

— Да такс, потер подбородок гусар — ничего, ссобственно. Проссто размышляю всслух.

— А вы знаете, что это за оса? — подался к нему Прыга.

— Догадываюссь, — произнес комар и вновь задумался на некоторое время, а потом продолжил, — это осса-наездник. Чёрная осса. Такие как она, хоть и не имеют ссобственного жала, являются опасснейшими противниками. Они пользуются оссобыми кинжалами сс ядом, называя их ЖАЛО! — комар особо выделил это страшное слово.

— А как вы думаете, что стало с господином Сеноедом? — спросила Жужа.

— Боюссь тут нечем мне васс порадовать, друзья. — Вздохнул комар, — Ессли у Оссы было ЖАЛО, то даже маленький порез таким оружием заканчиваетсся ссмертью.

— Почему же она напала на нас, когда проникла в библиотеку? — спросил Прыга.

— Думаю именно за вами она и приходила, — вновь задумчиво проговорил комар, покручивая ус.

— А она выбралась из-под завала, как вы думаете?

— Сс ней не так-то проссто справиться. Противник она ссерьёзный. У госсподина Ссеноеда не было ни шанса.

Жужа заплакала. Прыга обнял её и тоже захныкал. Комар наклонился к ним вперед и приобнял за плечи:

— Он погиб как герой! Досстойнейший госсподин, досстойнейший!

— А она ищет нас? — всхлипнула Жужа, когда комар отстранился и прислонился к стене напротив.

— Может быть ищет, а может быть и нет. Вполне вероятно, что упусстив вас в библиотеке, она какое-то время вела пресследование по лабиринтам переходов, но упусстив, отправилассь докладывать ссвоему нанимателю о провале операции. — Комар твердым, серьезным взглядом посмотрел в глаза сперва Жуже, а потом Прыге и добавил, — А там дальше уже много как могло вссё повернутьсся, но я бы на вашем мессте не расслаблялся.

— А почему вы уверены, что её кто-то нанял, — спросила Жужа, поёжившись.

— Черные оссы — известные наемники. Вопросс кто?

— И кто же? Слизень?

— А вот в этом я не уверен, — вновь задумчиво проговорил комар и довольно резко добавил: — Так! Хватит на сегодня сстрашных иссторий! Всем сспать!

Через некоторое время дети успокоились и, похоже, стали клевать носом. Комар подгрёб к ним побольше соломы и накинул сверху свой китель:

— Посспите, ребята. Утро вечера мудренеес! — а сам подошел к решётке, облокотился на неё и произнес, глядя в темный проход: — Интерессные дела происходят… Интерессные!

— А вы знаете того комара, что на ЛУНЕ был? — послышался сзади сонный голос мушки.

— Знаю. Завтра расскажу, сспи, крассавица!

Через мгновение друзья уже дружно сопели, а комар еще долго не спал, то усаживаясь у стены и поглядывая на таинственных новых знакомых, то вставая и выглядывая в проход за решёткой. Он бродил туда-сюда и думал, думал, думал, но вскоре начал зевать и всё же улегся, заложив руки за голову. Спустя секунду он уже спал — великое солдатское умение — засыпать по собственному приказу!

Глава 8

Утром им принесли воды и каких-то лепешек. Да, морить голодом пленников тут не собирались.

— Мы для них ресурс! — подтвердил комар.

— А когда нас обменивать будут? — спросил потягивающийся Прыга.

— Не переживай, думаю скоро. Последнее время жучки стараются как можно быстрее вернуть своих воинов обратно в кланы, — комар наводил утренний марафет как мог: слюнявил пальцы и накручивал усы, продолжая рассказывать, а протяжное «с» в его речи уже не замечалось, хоть и продолжало звучать, видимо сроднившись, слившись с его образом воедино и внимания на себя больше не обращало:

— Кстати — тенденция последних пары недель, раньше такой спешки не наблюдалось. Бывало месяцами на контакт не шли, а теперь сами переговорщиков засылают и неравноправные обмены устраивают. — Комар пригладил растрепанную прическу и принялся выстукивать сморщенный кивер, — странные дела…, а в виду новой, — он указал пальцем на ребят, — открывшейся от вас информации, и вовсе требующие тщательного анализа. Надо поскорее попасть в штаб!

— Вы мне еще про Комара, который на луну попал, рассказать обещали, — напомнила Жужа.

— Ах да, а зачем тебе?

— Очень надо! Я тоже на ЛУНУ хочу!

— Так ты из этих, что ли?

— Из каких, — удивилась Жужа.

— Из верующих! — ухмыльнулся комар! — Я, если честно, во всё это не верю!

— Но ведь тот комар там был?

— Ну не он, — это мне доподлинно известно, а дед его. — Гусар заговорщицки подмигнул Жуже и весело продолжил, — этот привирает, так сказать, но не сильно! У нас, у солдат — вполне в рамках приличий! — вновь хохотнул он. Все мы мастаки приукрасить. А вот дед его — тот был. Так что, вроде как, и не совсем ложь получается! — и комар весело рассмеялся.

— А почему тогда вы не верите в ЛУНУ?

— В саму луну я верю, — не слепой, поди, — продолжал веселиться комар, — а вот про то, как там распрекрасно — нет! Чего ж тогда тот дедок вернулся? — комар поскреб затылок — хотя, говорят, он по работе туда летал, в те времена дело было, когда наши предки в лаборатории внизу жили…Но всё равно — не верю! — подвел он итог и щелкнул каблуками.

— А? — начала было Жужа.

— О! Это за нами, — прервал её гусар.

К решетке подошли четыре воина клана Сосны, разряженные в свои шнурочки-бусины и принялись отпирать.

Пленников вывели из норы и привязали к общей веревке. Кроме них в караване было еще четверо. Два гусара-комара, которым кивнул Усс, муравей-работник и, непонятно как тут оказавшаяся, несчастная моль. Охранники сразу погнали всех вперед, но не так споро, как до этого. Всё же связанных пленников много — спешка тут может закончится кучей-малой. Все сохраняли молчание, видимо тоже были научены горьким опытом, и колонна двигалась в тишине, только охранники перекрикивались редкими гортанными криками.

Двигались недолго. Примерно через пол часа марша колонна вышла к лазу наверх, и поручик Усс шепнул Жуже:

— Знакомые места. Скоро будем у Второй Колонны.

Жужа кивнула и стала ждать своей очереди на подъем.

Обмен прошел быстро и как-то обыденно. Семерых пленников передали в руки напряженных гусар, которые хоть и были при оружии, но его не доставали и даже не трогали. В ответ гусары отпустили столько же пленных. Судя по всему, всех из одного клана, такие же увешанные браслетами и амулетами. «Хотя кто их разберет. Надо будет потом поспрашивать поручика, если получится…» — подумала Жужа.

Как только оказались у своих, комар Усс развил бурную деятельность. Он сразу отделил Жужу и Прыгу от остальных, увел в отдельную палатку, где наказал ждать и умчался. К палатке, кстати, был приставлен караульный. Вскоре пожилая муравьиха в заляпанном переднике принесла друзьям две большие кружки ягодного компота и сахарную кральку. На вопросы про их дальнейшую судьбу ответила коротко:

— Ожидайте! Поручик Усс скоро всё вам расскажет! — и вышла.

Долго ждать на самом деле не пришлось. Как только закончилась кралька, снаружи послышался знакомый веселый голос и полог палатки распахнулся. Перед ошарашенными друзьями предстал во всей красе поручик Эскадрона Гусар Летучих Усс.

Он сверкал черными начищенными сапогами и такими же блестящими и завитыми вверх усами. На нем был новый изумрудный мундир с позолоченными пуговицами и кивер с длиннющим султаном. Сбоку свисала тяжелая сабля в изукрашенных ножнах.

— Друзья! Прошу следовать за мной! — картинно уперев руки в бока и выпятив грудь, громко объявил Усс.

— Вау! — произнесла Жужа. Прыга просто широко раскрыл рот и так замер.

— Знаю, — наклонился к ним комар, — я впечатляю! — Подмигнул и улыбнулся. — Идемте. Я обо всем договорился. Нас ждет сама Генеральша. Надо спешить!

В составе одной из рот, следовавшей от расположения Второй Колонны, где их обменяли, они двигались в сторону основного военного гарнизона. Продвижение в составе колонны с вооруженной охраной не вызывало ни малейших хлопот. Крупные черные тягловые муравьи тащили телеги с совершенно тупыми мордами и не произносили не звука. Друзья ехали на облучке телеги с каким-то провиантом в компании старенького мураша, который жевал жутко вонючий табак и постоянно плевался, но при этом был вполне приветлив. На разнообразные вопросы Прыги о солдатском быте, войне и прочих интересующих его делах отвечал вполне охотно и весело. Например, он рассказал о тягловых муравьях, что они очень недалёкие и совершенно ни на что не годны, кроме как таскать грузы. Даже в военных действиях от них никакого толку, без специально обученных наездников, слишком трусливы и глупы, хоть и обладают огромной силой. Но и склад характера у них очень дружелюбный. Они рады своей простой работе и совершенно не переживают ни по какому поводу.

— Плевался бы поменьше, вообще хорошо было бы, — подумала о говорливом мураше Жужа, и вновь стала глядеть по сторонам с открытым ртом. Особенно её восхищали стройные комариные эскадры, проносящиеся ровными колоннами над головой то в одну, то в другую сторону. Они все сверкали оружием и сапогами, кичась друг пред другом длинной и крутостью усов. Поручик Усс носился по своим делам и к ребятам даже ни разу не подошел, пока не добрались до конечной точки.

К обеду колонна достигла гарнизона и у всех вокруг сразу появились дела. Комар спикировал к Жуже с Прыгой, помахав кому-то на прощанье, и целенаправленно повел к зданию штаба, выстроенному из большого старого серванта. Там их уже ждали. У проходной их встретил пожилой муравей в капитанском чине и провел на самый верх к кабинету. Муравей прихрамывал, и от того при подъёме по ступенькам, смешно вращал задом. Друзья даже немного похихикали в кулачки. Комар заметил их усмешки и тоже от души улыбнулся, заговорщицки подмигнув.

— Госпожа Генеральша просит вас немного обождать. Присаживайтесь — указал пожилой муравей на вычурные кресла с завитушками, стоящие напротив пустующего в данный момент адъютантского стола, — Вас вызовут. — Щелкнул каблуками и удалился.

Комар встал напротив усевшихся в кресла друзей и принялся их инструктировать:

— Запомните, госпожа Генеральша не любит лишних слов, не терпит сюсюканий и неуверенного мычания. Лучше сначала сформулируйте мысль, а потом говорите. Нужно показать себя спокойными и уверенными, тогда ваши слова будут восприняты правильно. В данном случае, — он указал на дверь кабинета и немного наклонился к ребятам, — очень важен не только сам материал, но и его подача!

— Я постараюсь, — кивнула Жужа.

— А я помолчу, — добавил Прыга.

— Вот и правильно! Вот и славно! — выпрямил спину поручик и проверил хорошо ли закручены усы.

Еще буквально через несколько минут дверь кабинета распахнулась, и молодой остроносый комар предложил им пройти. Генеральша поднялась из-за своего, заваленного бумагами стола, и подошла к визитерам. Она была высокой сухой и старой, но при этом в ней чувствовалась сила, а в холодных глазах светился ум. Чем-то неуловима она была похожа на старика Привратника, на такого, каким он бывал в те моменты, когда переставал притворяться старой развалиной. Одета она была в мужской гусарский китель, разве что аксельбантов было побольше и небрежно расстегнута, словно говоря этим: «Я тут главная — мне можно!»

Поручик Усс вытянулся в струну и отрапортовал:

— По вашему приказанию прибыл! Двое детей, владеющих новой информацией, доставлены!

— Вольно, поручик, — отмахнулась от него генеральша и пристально уставилась на Жужу, лишь мельком скользнув взглядом по блошачку. Жужа стояла ровно, не зная куда деть руки, а генеральша продолжала на неё глазеть. Потом приблизилась и задрала её шубку, глянула на талию, далее схватила Жужу за подбородок и покрутила голову из стороны в сторону. Хмыкнула и отступила.

— Я Комариная Генеральша, — спокойным голосом представилась она.

— Пчёлка Жужа и блошачок Прыга.

— Присаживайтесь и рассказывайте всё, что вам известно, — Генеральша указала на длинный стол посреди кабинета с множеством стульев вокруг, на котором были разложены какие-то карты и чертежи. Сама осталась стоять, как и оба присутствующих комара. Усс и молодой остроносый комар встали по бокам от Генеральши и также пристально смотрели на ребят. Усс улыбнулся и тихонько кивнул, мол «начинай».

Жужа поерзала на высоком для нее стуле и начала говорить. Её рассказ был более подробным и начинался с того момента, как она понесла загадочную посылку пауку Привратнику. Когда пчёлка упомянула бабочку-шпионку, Генеральша её прервала и велела длинноносому пригласить начальника разведки полковника Бзыка. Когда секретарь умчался за полковником, Генеральша вновь хмыкнула и спросила:

— Ты та самая пчёлка, которую нашла Мушильда?

— Да.

— Понятно. — Потом обернулась, — поручик не маячьте у меня за спиной, приземлитесь, — и указала на стул рядом с Жужей.

— Никак нет! Не могу при стоящей даме!

— Я не дама, я солдат! Сядь, поручик! — грозно ответила та.

— Так точно! — отрапортовал комар и присел. Жуже показалось, что он опять веселится. Даже здесь, даже в такой ситуации. Генеральша вновь хмыкнула и обошла стол, усевшись напротив гостей. Жуже показалось, что у поручика и Комарихи были какие-то особые отношения, но тут в дверь постучали и она отвлеклась от своих размышлений. Получив разрешение, вошли два комара. Остроносый секретарь и Старый седой Комар с жутко пушистыми усами и бакенбардами.

— По вашему приказанию прибыл, — щелкнул последний каблуками и чуть склонился перед Генеральшей.

— Садись, Бзык, послушай. Интересные вещи ПЧЁЛКА, — это слово она как-то особенно выделила голосом, — рассказывает.

Комар уселся и Жужа продолжила рассказ. Прерывали её редко, уточняли некоторые моменты и просили продолжить. Жужа рассказывала все подробности, ни о чём не утаив и не умолчав. Комар Усс тоже услышал много нового. Жужа видела, как он вновь задумался, складывая что-то у себя в голове. С того момента, как дети встретились в темнице с пленённым гусаром, рассказывал уже он.

Когда рассказ завершился на том, что они решили явиться к Генеральше лично, Усс попросил разрешения высказать свои мысли на счет всего происходящего, но та его остановила.

— Сперва мы ответим девочке, — указала она на суетливо вертящуюся на стуле Жужу, робко тянущую руку, совсем по школьному, прося слова. В глазах пчёлки так и плясало любопытство.

— Неужели вы не в курсе нападения? — Вскочила со стула Жужа, — ведь господин Червь давно уже должен был сообщить Королеве, а она — вам! Вы ведь командуете всей армией!?

Генеральша хмыкнула в обычной своей манере и как-бы разрешающе повела рукой, посмотрев на поручика.

— Нам никто ничего не сообщал, — начал тот и посмотрел на разведчика. Бзык согласно кивнул и сложил руки на животе.

— Я считаю, что господин Червь во всём этом деле замешан, и играет далеко не последнюю роль! — Продолжал Усс, глянув на Генеральшу. Та вновь как-то неоднозначно хмыкнула и промолчала. — Кроме всего прочего, он явно пытался от вас избавиться, не пожалев даже своего сотрудника, который видимо, слишком многое узнал и вполне мог о чем-то догадываться.

Генеральша вновь хмыкнула, а Бзык кивнул. Жужа так и стояла, замерев, словно соляной столб, а Прыга по обыкновению раскрыл рот.

— Кстати, — после недолгого молчания Генеральша перевела взгляд на Усса, — Вы можете поручиться, что наши маленькие друзья говорят правду и это не какой-то злой розыгрыш?

— Я считаю, что они не лгут! — Усс вскочил и щелкнул каблуками, — клянусь честью!

— Тогда, — Генеральша обернулась к остроносому адъютанту, — срочно начните подготовку к вероятной атаке и усильте все патрули. Первая степень готовности! — Подайте мне бумагу!

Комариха написала несколько приказов и одно отдельное послание, которое лично запечатала в протянутый адъютантом гербовый конверт, пометила собственной печатью и велела срочно доставить Королеве.

Остроносый мигом умчался выполнять распоряжение, а Генеральша обратилась к седому начальнику разведки:

— Что ж ты так сплоховал, старый солдат?

— Я не смел строить таких категоричных предположений! — Вскочил тот и вытянулся в струнку. Виноват!

— Давай, начинай оправдываться, — хмыкнула Генеральша и откинулась на спинку стула. Глаза у неё блестели, она вся словно напряглась и собралась, хоть и прибывала в расслабленной позе. Спрятанная пружина.

Жужа смотрела на Генеральшу и думала, что та сильно изменилась за последние минуты. Словно помолодела на несколько лет. Если простых обывателей приближающаяся война пугала, то на старую Генеральшу явно оказывала тонизирующее воздействие. Генеральша была рада. Может даже счастлива.

— По нашим данным, — рапортовал старый комар, — усиление Красных Муравьев не происходило. На границах сада у каменной стены всё как прежде, на базаре их торговые караваны появляются с той же периодичностью и не вызывают подозрений. За ними следят и каких-то сторонних контактов с кем-то из жильцов ДОМА не замечено, кроме деловых, конечно.

Генеральша жестом велела полковнику присесть обратно за стол и тот продолжил:

— Наша разведка, конечно, заметила усиление их присутствия в Лесу, но это обычное дело, — они всё время с кем-то да воюют. — Полковник сомкнул пальцы и добавил, — ни один из наших агентов за все эти годы из их муравейника так и не вернулся. Но вы это знаете.

— Контактами у них занимаются невидимки, как мы узнали — глянула на Жужу Генеральша, — поэтому вы их не замечали.

Старый комар опустил голову.

— А не замечала ли разведка жучков на других этажах, кроме третьего? — спросил у старика Усс, попросив разрешения говорить у генеральши взглядом и дождавшись ответного кивка.

— Были такие моменты, — произнёс полковник, — но как это связано с Красными муравьями?

— С ними связан, как оказалось Слизень, а тот, как мне известно, — тут комар глянул на генеральшу и, дождавшись медленного разрешающего кивка, продолжил, — единственный, кто когда-то смог найти с ними общий язык и вел тёмные делишки.

— А из какого клана были те жучки, что появлялись там, где быть не должны, — продолжил спрашивать у недовольного полковника Усс.

— Из Осин.

— Я так и думал! — хлопнул ладонью по столу гусар, — Именно с ними и водился раньше Слизень. Эх, состоит нам ожидать неприятного союза жучков с Красными Муравьями! Клянусь усами!

— Откуда такие, сведения! — возмущенно вскричал старый полковник, — я, конечно извиняюсь, но что у вас за недомолвки? — посмотрел он на переглядывающихся поручика и Генеральшу, — я чего-то не знаю?

— Это старые тайны, — успокоила его Генеральша. — О них мало кто знает.

Поручик и Генеральша внимательно наблюдали за реакцией полковника. Тот попыхтел, пожимая руки, сложенные на животе, но успокоился. Принял всё как есть.

— Как мы узнали от наших маленьких путешественников, — продолжил говорить комар и указал на друзей, — есть неизвестные нам проходы с первого этажа на третий. И сколько таких неизвестных лазеек можно только догадываться. — Комар многозначительно помолчал и продолжил, накручивая ус, — Вероятно, что Красные появятся в неожиданных местах в самый неподходящий момент! Все наши старые перекрытия — ерунда!

Жужа и Прыга непонимающе следили за разговором военных, забравшись обратно на свои стулья и помалкивали.

Генеральша задумчиво постучала пальцем по столу и обернулась к старому разведчику:

— Что об этом скажешь?

— Я срочно этим займусь! — старый комар вновь вскочил.

— Займись немедленно!

А что с предполагаемой газовой атакой делать? — Чуть склонился вперед полковник.

— Этим займутся другие. У тебя сейчас дел невпроворот! Ступай!

Старый комар спешно удалился, а Генеральша повернулась к поручику Уссу:

— Тебе и решать эту задачку. Подумай, кого возьмешь с собой, кроме известной нам с тобой особы.

— Есть решать задачу! — Вскочил тот и выпрямился в струнку.

— Ну иди, поручик. Через час у меня с докладом. Если меня не будет — по своему усмотрению! Необходимые бумаги я тебе подготовлю.

Комар выскочил из кабинета, а Генеральша повернулась к друзьям и произнесла тихим голосом:

— Пчелка, пчёлка… Я тебе сейчас такое расскажу…

Жужа напряглась и принялась внимательно слушать, подрагивая прозрачными крылышками. Генеральша наклонилась к ней через стол и произнесла:

— Ты вовсе не пчёлка, Жужа! Ты Золотая Оса!

Прыга снова распахнул рот, а Жужа закрыла глаза руками и, казалось, застыла. Генеральша же, как ни в чем не бывало, спокойным голосом продолжила свой рассказ:

— Мой особый разведывательный отряд, в котором, кстати, служил один известный вам поручик, — в те времена, когда произошли те памятные события и нашли тебя, следил за подозрительными действиями жучков клана Осины. Именно этот клан виноват в пропаже флэшки и исчезновении Золотой Осы.

Жужа открыла глаза и прижалась к спинке стула. Прыга нащупал ее ладошку и крепко сжал.

— Воины жучков были замечены в необычных для них местах, чем и привлекли внимание нашей разведки. А именно в районе подвала и первого этажа. Посовещавшись, мы решили не препятствовать их передвижениям и скрытно за ними следили. И это принесло свои результаты. Надо сказать, довольно неожиданные. — Генеральша отодвинула свой стул от стола и закинула ногу на ногу. — Мы видели, как они встречались с мокрицами и клопами, которые служили Слизню и что-то обсуждали. Подробности их переговоров выяснить не удалось, да и не понадобилось, так как вскорости всё прояснилось, само собой.

Генеральша встала и подошла к столу, тяжело опёршись на него руками:

— Мы тогда могли предотвратить трагедию, но не успели, — она грустно хмыкнула, — мы не приняли всерьез небольшой отряд клана Осины, который в полном вооружении направился как-то ночью на чердак. Мы даже подумать не могли, что они способны атаковать Улей. Поэтому за ними выслали небольшой отряд наблюдателей. Всё в принципе как обычно. Отряды кланов часто шастают в районе чердака, но никогда никого не трогают, совершая свои «тайные» — тут она показала пальцами кавычки, — обмены с некоторыми купчишками и торгашами. Всем всегда что-то да нужно, и даже гордецы и ортодоксы не могут жить в полной изоляции.

Генеральша вновь хмыкнула и отошла от стола. Обойдя стул, она теперь тяжело оперлась на его спинку.

— Их снабдили необычным оружием. Я думаю, вы догадываетесь кто. Они применили какие-то непростые дымовые шашки, забросав входы в недостроенный Улей, и проникли внутрь. Хоть Золотые Осы и считаются одними из сильнейших насекомых, они ничего не смогли поделать в дыму. Они падали и ползали по своему улью как слепые козявки.

Комариная генеральша вздохнула, грустно хмыкнула и продолжила:

— Наш отряд разделился и занял позиции у всех выходов из Улья, отправили гонца за подмогой, а несколько бойцов во главе с одним смелым и бесстрашным муравьем ринулись в улей на подмогу. Кстати, это он вас встретил и проводил ко мне.

Генеральша вновь обошла стул и села на него, заложив ногу на ногу. Жужа видела, как старая Комариха не находит себе места. Переживает. Считает себя виноватой. Мается.

— Они вернулись почти сразу, поддерживая раненную Золотую Осу. Царицу этого улья. Её воины тоже держались из последних сил, но тут появился еще один отряд клана Осины и напал на оставшихся воинов. Сражаясь плечом к плечу наши разведчики и осы смогли сдержать натиск разбушевавшихся жучков, отчаянно рвущихся к царице. Наш лекарь быстро смог привести Золотую Осу в относительный порядок, и она смогла улететь, сжимая в руках свои сокровища. — Генеральша вновь горестно хмыкнула и посмотрела Жуже прямо в глаза, — тебя и проклятую флэшку.

Её преследовали, хоть и по земле, а оставшихся воинов связали боем. Далеко ли она смогла уйти неизвестно, но спустя некоторое время мы нашли очевидца, который видел, как раненная, истекающая кровью оса покинула ДОМ. И он клялся, что в руках у неё ничего не было. Мы решили вообще никому не рассказывать, что видели в руках Золотой Осы наследницу. Поклялись. Слишком тяжелая была-бы потеря, а наша вина и вовсе — неподъемная!

— Но потом, когда Мушильда меня нашла, вы же обо всём догадались? — Вскинулась Жужа, — Почему промолчали?

— А зачем? Мы бы только подвергли тебя лишнему риску. Паук и Мушильда тоже сразу поняли кто ты, но решили скрыть информацию от других. Тебя защищали. Я думаю, все мы просто ждали, когда ты вырастишь, держали тебя как козырь в рукаве. Политические игры — штука опасная и непредсказуемая, никогда не знаешь, что и когда может пригодиться!

Комариха как-то зло хмыкнула и раздосадовано рубанула воздух рукой:

— Сколько горя от этого куска человеческого пластика! От информации, которая спрятана в нём…

Жужа и Прыга переглянулись. Жужа попыталась что-то сказать, но лишь невразумительно мыкнула и замолчала. А что тут скажешь?

— Через некоторое время жучки отступили, — продолжила рассказ о тех событиях Комариха, — утащив тела своих поверженных воинов. Все, кто остался жив не могли им помешать, да и не до того было. Помогали раненым. Усс тогда чудом выжил. — Голос старой генеральши стал совсем тихим, — когда подошли наши основные силы, было уже поздно.

Генеральша встала и прошла за свой рабочий стол. Уселась на стул с высоченной резной спинкой и продолжила:

— Сразу начались поиски. Искали Золотую Осу все. И мы, и Королева со своими приближенными, Мокрицы и чешуйницы Слизня, старый хитрый паук Привратник со своими товарищами, — Генеральша выразительно глянула на Жужу, — и сами осы, но узнав о том, что царица улетела, немедленно покинули ДОМ. Им нельзя было находиться в нем без царицы. Такие у ос правила. Ни Золотую Осу, ни всех её подданных с тех пор никто не видел. — Генеральша подалась вперед, устремив взгляд своих блестящих глаз прямо в душу Жуже, — Улей будет стоять пустым, пока в него не вернется старая царица. Или не придёт новая!

— Как? Как так? — Наконец-то смогла что-то выдавить из себя Жужа.

— Как только о наследнице станет известно — осы вернутся! — генеральша покатала на языке следующую фразу, видимо пробуя на вкус, — а осы — это сила! Золотые Осы — это большая сила! В данный момент она особенно нужна ДОМУ!

Жужа смутилась и принялась теребить свою мохнатую шубку. Прыга, наконец-то захлопнув рот, стал смотреть по сторонам и, увидев графин с водой на серванте, вопросительно глянул на Генеральшу. Та махнула рукой, и он бросился пить. Конечно, если так долго держать рот открытым, можно и вовсе целиком высохнуть…

Когда блошачок утолил жажду, то смутившись своей невнимательности, налил два стакана Жуже и Генеральше, но Комариха оказалась, сказав, что предпочла бы сейчас чего покрепче и нервно хмыкнула.

Жужа жадно выпила стакан воды и спросила:

— А почему об этом нападении никто ничего не знает?

— Понимаешь, дорогая моя, — спокойно ответила Комариха, — во-первых мы показали себя далеко не с лучшей стороны, во-вторых мы просто испугались реакции обитателей дома.

— А?

— А зачем всем сообщать о своей слабости? О том, что из-за нас ДОМ остался без поддержки такого сильного народа как осы. Кому надо и так всё знают, а другим… Другим жить спокойней, под защитой победоносного Эскадрона Гусар Летучих! — Тут генеральша совсем обидно для самой себя хмыкнула.

— А сейчас, — выдавил Прыга вопрос, — сейчас вы сильнее?

— Сейчас да. Мы умеем учится на своих ошибках. Правда, как оказалось, разведка у нас всё же хромает… Но нам есть что противопоставить и кланам, и Красным агрессорам! Есть и новые военные разработки, но сейчас не о том.

— А о Пузе, в смысле о Слизне тоже все, кому надо всё знают?

— Думаю да, — произнесла генеральша, просто поделать ничего не могут. Мне ввязываться во всю эту политику некогда, пусть уж это остается на совести Королевы. Тем более, что новинки в военной сфере только от него и поступают. Из подвальных лабораторий. Господину Пузу, — она хмыкнула, глянув на Прыгу, — нужен был чердак, он получил чердак. Это не мои заботы. Я вмешиваться без особого распоряжения не буду.

— Но почему королева всё это позволяет? — возмущенно вскинулась Жужа.

— Это ты у неё спроси, — хмыкнула Генеральша.

Жужа опустила голову. Да, в такие дела ей соваться рано. И тут она поймала себя на этой мысли. «Рано» — зацепилась за свою же дерзкую мысль Жужа. Я подумала «рано»!!! Значит, вскоре может стать в самый раз! Неужели я хочу сама повлиять на эту несправедливость. Неужели я имею на это право? Неужели я собираюсь это сделать? Пока хоровод буйных мыслей кружил в её голове, плечи сами собой распрямились, а подбородок стал задираться кверху, подымая тяжелую, привыкшую смущаться и стесняться голову.

— Правильно! — рассмеялась Генеральша, с интересом наблюдавшая за трансформацией девочки, — Правильно мыслишь, Жужа. Или уже госпожа Жужа? — И вновь рассмеялась.

Маленькая оса посмотрела на веселящуюся старую Комариху и озадаченно спросила:

— Но что мне делать?

— Покажи им силу! Покажи всем, на что ты способна! Иди и спаси их всех! — Генеральша поднялась и указала куда-то в сторону выхода из своего кабинета.

Жужа вопросительно глянула в ту же сторону и вернула взгляд на генеральшу. Та улыбнулась и добавила:

— Я не имела ввиду прямо сейчас. Успокойся. Присядь. — Хмыкнула и сама уселась обратно на свой генеральский стул, — вскоре явится Усс, вот с ним и отправитесь на задание! Я думаю не одну легенду потом сложат про этот великий поход, — вновь засмеялась она.

Отсмеявшись, генеральша поправила китель и подняла со стола медный колокольчик, мелодично в него позвонив. Тут же дверь её кабинета распахнулась, и появился остроносый адъютант. Скорее всего, он давно уже исполнил все поручения и просто не смел тревожить начальство.

— Как там всё завертелось? — Широко повела рукой Генеральша по кругу, показывая как-бы всю свою армию целиком.

— Исполняем! — отрапортовал остроносый, — Но требуется ваше непосредственное участие, — он коротко глянул на притихших гостей, — в некоторых, так сказать, моментах!

— Ясно, — хмыкнула, подымаясь генеральша, — всё как всегда! Ох и неповоротливая же махина эта наша разномастная армия… — ворчала она, подвязывая к ремню висевшую до того на стене рядом с рабочим столом изукрашенную золочёную саблю. — Вон как шустро у жучков всё… — И, по обыкновению хмыкнув, подошла к сидящим за общим столом ребятам.

— Вы дожидаетесь поручика здесь и поступаете в его распоряжение. Я ему вполне во всем доверяю и вам советую! — Наставительно и серьезно произнесла она и положила руки на плечи вставшей из-за стола Жуже, — Удачи тебе, девочка! Надери им всем зад!

Старая Генеральша тряхнула Жужу пару раз, так и не решившись на что-то большее, кивнула Прыге, развернулась и стремительно вышла из кабинета.

— На меня можешь всегда и во всем рассчитывать! — обернулась она в дверях и удалилась. Остроносый следовал за ней.

Вновь друзья оказались одни. Прыга немного помялся и спросил:

— Как тебе быть Золотой Осой?

— Пока не знаю, — улыбнулась Жужа, но скоро выясню!

Прыга сделал неловкую попытку обнять подругу и остановился, но Жужа сама шагнула вперед и крепко обняла друга.

— Не переживай, я такая же как всегда! Твоя лучшая подруга!

— И я! — Невпопад ответил Прыга, и они засмеялись.

Глава 9

Долго ждать поручика не пришлось. Он явился в компании хромого муравья, который их сюда проводил, и сразу перешел к делу:

— Знакомьтесь, — капитан Урр!

— Мы знаем, вы герой! — Тут же сказал Прыга.

— И смешно кручу задом на лестнице, — улыбнулся в ответ муравей и все рассмеялись. Громче всех хохотал усатый гусар. Он снова был в деле!

— Так, идемте за мной, нечего тут ошиваться в генеральских палатах, нам и попроще место найдётся. — Он буквально вытолкал друзей и пожилого муравья за дверь и стремительно повел вниз, размахивая руками и рассказывая о том какие штуки он им всем покажет, чем накормит и во что хотел бы всех нарядить.

Комар привел всю компанию на один из воинских складов и провел в небольшое помещение, где располагался импровизированный штаб одного из развед-отрядов.

— Тут находится наш старый штаб. Когда-то я, Урр и еще несколько бравых парней проводили тут дни и ночи, планируя операции и готовясь к вылазкам на вражескую территорию! Эта комната помнит молодого капитана, он указал на хромавшего вдоль стола муравья, ласково ведущего ладонью по старой протертой столешнице, — и молодого безусого меня! Где, если не здесь мы лучше всего подготовимся к нашей операции? — Широко улыбнувшись гусар обвел помещение взглядом, подошел к высокой ширме из грязно-зеленого сукна, отодвинул её в сторону и показал три простые двухэтажные койки, спрятанные за ней, — тут же можно и отдохнуть.

Комар задвинул ширму обратно и, развернувшись к ребятам добавил:

— Парни, которые сейчас тут живут временно переселились на один из блокпостов, и мы им не помешаем. Я тут всё подготовил для предстоящей операции, так что располагайтесь!

В центре комнаты стоял стол с шестью стульями, к стене прижимался еще один, заваленный тюками того же грязно-зеленого цвета, а вдоль противоположной стены стояли однообразные закрытые шкафы. В противоположном от входа углу притаилась дверь в санузел.

— Тут найдется всё необходимое практически для любой спецоперации! — Поручик похлопал ладонью по столу, — присаживайтесь!

Капитан Урр подошел к одному из шкафов и с деловым видом принялся вытаскивать на стол свитки с картами и папки с какими-то материалами. Усс решительно развернул одну из карт и указал ребятам на конкретную точку в карте:

— Мы сейчас здесь. Эта одна из подробнейших карт третьего этажа. — Усс посмотрел на внимательно следящих за его пальцем ребят и продолжил, — наша задача выяснить где и когда будет осуществляться газовая атака! Основной план мы с капитаном конечно уже наметили. Теперь давайте обсудим его вместе.

— Логично предположить, — начал муравей, — что раз основная цель супостатов муравьи, при чем муравьи обеих сторон, то газ будет распыляться на месте их сражения.

— Логично, — подтвердил Комар. — Но мы можем только предполагать, где оно состоится. Для него вполне подходят несколько мест: от сада у каменной стены, до центральной площади первого этажа в Большом Зале, если Красные проникнут в дом. — Тут он поднял палец вверх, — А это, как мы знаем, вполне вероятно. Скорее всего основные пути прорыва Красных уже намечены.

— Мне думается, газа не так много, чтобы наш злодей, — капитан ехидно улыбнулся всем присутствующим, — позволил себе потратить его впустую.

— Я тоже так считаю, — подтвердил комар, склонившись над картами этажей.

— Тогда либо существует подготовленное место, — этакая ловушка, либо разработан способ доставки отравы до нужного места! — Капитан распрямился и посмотрел на вопросительно уставившегося на него Прыгу. — Либо баллон на колесах, либо какие-то шланги или трубки приготовлены.

— Как-то сложно всё это… — Предположила Жужа.

— Отчего же? — Усомнился гусар, — коли в помощниках у Слизня есть жучки, то в междуселенном, подпольном и межэтажном пространстве его помощники вполне мобильны. Кроме того, что мокрицы и чешуйницы чувствуют себя там как дома, — еще и такое военное прикрытие со стороны клана Осины.

— А на мощностях подвальной лаборатории и мастерской вполне возможно изготовить любую повозку для любых баллонов — добавил капитан Урр. — Уж в инженерах Слизень не нуждается. Там в подвале давно царит технологический рай. Слизень давно научился использовать мозги и, — муравей посмотрел на ребят, — и электричество!

— Я думала, что это всё небылицы, которые создаются прихлебателями Пуза, что бы прославлять его среди насекомых — произнесла Жужа, а на деле он вовсе не так умен, как его хвалят…

— Я тоже считал, что подвал — это темное и мокрое местечко, — подтвердил Прыга.

— Отнюдь, — вздохнув продолжил муравей, Слизень на самом деле очень неглупый правитель, а то, что подвальные живут в темных пещерах и вовсе досужие домыслы. Просто почему-то так принято считать. Дело в том, что наша Королева достаточно старомодна, да и мы, старики, стараемся сохранить обычный уклад простых насекомых. Живем в ритме светового дня, не пользуемся большинством человеческих благ, так как считаем, что это не приведет ни к чему хорошему. У нас есть всё что нужно для спокойной и счастливой жизни. Мы не привлекаем к себе ненужного внимания ни со стороны людей, ни со стороны обычных жителей Леса и Сада.

— ДОМ и так достаточно самобытен и необычен, — вставил Комар, — и это не нравится большинству окружающих нас насекомых. Если ДОМ будет использовать электричество и водопровод, если ДОМ будет издавать шум и светится в темноте, то рано или поздно либо люди нами заинтересуются, либо насекомые Леса, Поля и Сада решат избавиться от нас.

— О чём-то подобном говорил дедушка паук, заметила Жужа.

— Совет давно решил, что электричество не покинет подвала, — вставил старый муравей, — и хоть Слизень и Книжный Червь этим были недовольны, но и они согласились с мнением большинства. Это один из основных Законов! Электричество не покидает подвала!

— А почему об этом никто не знает? — спросил блошачёк.

— А зачем? — Улыбнулся Комар, — меньше знаешь, лучше спишь!

— И в подвале не темно и сыро? — уточнила Жужа.

— Не везде, — хохотнул комар, — хотя и такие норы встречаются, но местами там светлее и суше чем у нас! Например, в Лаборатории! Но влажность они любят, поэтому там много сырых мест, но совсем не темных и холодных.

— Отмечу, что и уклад жизни там другой — вставил муравей, — там все живут по расписанию. Ходят строем. Питаются только в служебных столовых в четкое время, всегда ложатся спать и встают в определенны часы. И очень уважают господина Слизня! Даже дружно поют гимн трижды в день, в котором упоминается их господин! Именно Слизень создал для них такие шикарные условия!

— Тепло светло и влажно! — перебил его комар и весело добавил, — прямо подземные тропики!

— Это как на дальнем юге? — вспомнил уроки географии Прыга.

— Ага, — веселился поручик, — только прямо тут! То-то наши мокрицы самые большие и жирные!

— И чешуйницы гораздо крупнее и сильнее чем любые другие в наших местах, — подтвердил муравей, — и слизни и черви довольны!

— Сам господин Пузо вчетверо превышает любого слизня из Сада — вновь хохотнул комар.

— Отмечу, что недовольных его порядками сначала было достаточно много. Особенно его склонностью к технологиям и модернизации окружающего мира, но теперь в подвале почти не осталось недовольных, — заметил Урр.

— Еще бы! — веселился комар, — ККшники любят свою работу!

— Кто? — Спросил Прыга.

— ККшники! Две буква «КК» у них на шевроне. Клопиные Комиссары! Они занимаются внутренним порядком в подвале. Всех недовольных извели!

— Они мне порядочными не показались — заметила Жужа.

— Что бы следить за порядком, самому необязательно быть порядочным — вновь хохотнул комар, — тем более дорвавшись до королевской кухни, — и вовсе рассмеялся поручик.

— Ну да ладно, — остановил жестом веселье капитан, — мы отвлеклись! Давайте о нашем деле!

— Да, простите, — щелкнул каблуками комар, — я тут заслал своего знакомца из разведчиков пробежаться по всем развед-отрядам, которые по службе часто бывают в интересных нам местах и отделениям, что несут службу в блокпостах несущих деревянных конструкций ДОМА. Он поспрашивает о необычных моментах, которые встречались за последнее время, может что и прояснится. Парень он сообразительный и сам сможет сложить два плюс два. Жду его вскорости с отчетом.

— Я тут пометил вероятные места, — начал разворачивать карту сада пожилой муравей и указывать позиции, — если армии будут находиться здесь — он обвел неведомо откуда взявшейся у него в руке указкой поляну в саду, то баллон с газом, в зависимости от ветра, — будет либо тут, — он указал обозначение северного куста крыжовника, — либо здесь, — он указал на кусты сирени, — либо здесь — он постучал кончиком указки по метке развалин сарая. — Других удобных мест нет!

— Правильно размышляете, капитан — уже совершенно серьезно подтвердил комар, — в таком случае нужно будет отправить в эти места наблюдателей, но наша задача предотвратить доставку баллона!

— А если он уже спрятан где-то там? — вставил Прыга.

Все посмотрели на него. Комар хмыкнул в лучшей манере Генеральши и произнес:

— Верное замечание!

— Эх, — бросил указку на стол старый муравей, — слишком много неизвестных в нашем уравнении. И это только одно из вероятных мест в саду!

— Давайте дождемся разведчика, — предложил комар, — нужно действовать поэтапно и не распалять силы! Пока предлагаю перекусить!

— Вот и принесите нам ужин, — проворчал пожилой муравей, — а мы пока проработаем ещё варианты вне ДОМА. И поторопите своего разведчика!

Комар не стал реагировать на раздражение капитана и удалился, подмигнув Жуже. Прыга с муравьем начали двигать карты, что-то на них рисовать и помечать некоторые моменты в тетради, а Жужа, хоть и делала вид, что следит за происходящим, задумалась:

— Нападение скорее всего произойдет в доме. Так проще гарантированно уничтожить королеву и её приближенных. Скорее всего Красных муравьёв проведут небольшими отрядами жучки, но на втором этаже это нереально. Там основной город с замком-муравейником и все подступы хорошо охраняются. На третьем этаже хорошо организованная и всегда готовая к нападению Комариная Эскадрилья, значит самое вероятное место нападения — первый этаж. И самое логичное!

Жужа вытащила карту первого этажа ДОМА из-под карты сада, над которой корпели Прыга и капитан Урр, и принялась её подробно разглядывать.

Тут у нас всего два места вероятной ловушки: Либо большая площадь в Большом Зале, либо территория Зимнего Сада! — она постучала пальчиком по чертежу зимнего сада на карте, — но в Зимнем Саду слишком неудобная местность для полноценного генерального сражения, которое и требуется отравителю. Тут бои разделятся на множество отдельных стычек в низинах дорожек и возвышенностях грядок, вокруг кустов и плодовых деревьев, кроме всего прочего сад наполнен работающими фермерами и незаметно подготовить ловушку заранее было бы затруднительно. Значит Большой Зал! — Жужа постучала пальцем по плану первого этажа в районе площади и продвинула пальчик к Парадной Двери, — тем более Старого Привратника сейчас нет на месте. Самое удобное время, чтобы устроить ловушку.

Жужа продолжала увлеченно размышлять, не заметив, что Прыга и пожилой муравей внимательно смотрят на неё и молчат, прекратив свои стратегические разработки:

— Слизень и Червь наверняка уже в курсе, что мы бежали из кабинета в библиотеке. Я бы на их месте поторопилась и ускорила нападение. Пока паук задержан, подготовить ловушку, затем организовать нападение Красных Муравьев на первом этаже в разных местах и постепенно продвигаться к центру этажа, где расположена основная лестница наверх. Как раз к Большому Залу. Там их и встретят Королевские муравьи. Самое время для подлой атаки газом! Но что бы всё получилось — нужно связать боем Эскадрон Гусар Летучих, иначе с их поддержкой генерального сражения не понадобится, ведь их эскадры при поддержке с земли небольшими королевскими отрядами справятся и так. Значит до проникновения отрядов Красных Муравьев произойдет массированное нападение кланов по всем фронтам на третьем этаже!

Жужа вскочила и её взгляд прояснился. Пожилой муравей пристально посмотрел ей прямо в глаза:

— Рассказывай! — Велел он.

И Жужа всё рассказала.

— Ну ты даёшь! — восхитился после её размышлений Прыга.

— Царская кровь! — подтвердил капитан Урр и кивнул головой, выражая уважение.

Дверь распахнулась и вошли два комара: Усс с корзинами, из которых шел волшебный запах горячей еды и мелкий вертлявый комар с бегающим взглядом и скривленным влево носом.

— Прошу любить и жаловать, — представил его Усс, — поручик Верть! Самый пронырливый малый из всех, что я знал! Давайте поужинаем и послушаем, что он нам расскажет.

— Нам тоже есть, что тебе рассказать, — заметил пожилой муравей, указав на Жужу.

— Догадываюсь! — весело сверкнул глазами поручик, — Но давайте уже перекусим! Потом всё расскажете! Есть хочу просто жуть! — он буквально разбросал еду по столу, уселся сам и велел своему кривоносому попутчику, — ты давай рассказывай, потом в казарме поужинаешь!

Поручик Верть будто состоял из шарниров, он не мог стоять на месте спокойно, всё время меняя свое положение, подрыгивая ногой, пританцовывая или вертя пяткой на месте, будто у него что-то чешется, но говорить это ему не мешало:

— Если собрать разрозненные данные из разных отрядов, — начал он свое повествование на удивление низким голосом, — то вырисовывается следующая картина: «подозрительно»!

— Подробности! — Жуя, потребовал Усс.

— В междустенных и межэтажных пространствах в последнее время неоднократно были замечены жучки клана Осины и небывалое количество бронированных мокриц с чешуйницами. Странно, что на вопросы о жучках, те делали вид будто ничего не понимают. Словно не видят они этих жучков вовсе. Некоторые разведчики неоднократно замечали, что мокрицы, чешуйницы и жучки контактируют, но нам, после прямых вопросов, всегда доказывали, что это невозможно, будто мы слепые. Мол, нет тут никаких жучков! Кроме того, мокрицы и чешуйницы неоднократно были замечены с разным строительным оборудованием и материалами. Мы видели несколько мест, где проходы были расширены и укреплены, выстроены достаточно широкие переходы над провалами и натянуты страховочные тросики. Говорят, мол, для того что бы им самим удобнее было передвигаться, но создается ощущение, что готовят проходы для кого-то другого. Вскоре нас и вовсе перестали подпускать с расспросами к мокрицам и чешуйницам Клопиные Комиссары, уверяя, что сами решат все подозрительные моменты со своими подопечными.

— С ККшниками понятно, а встречались ли какие-то шланги или трубки? — уточнил пожилой муравей?

— Никак нет, ничего подобного, — отрапортовал комар.

— А каких ни будь подъемных механизмов, или чего-то подобного?

— Вроде нет, такого не видели, хотя припоминаю, как один из наших подслушал разговор чешуйниц-инженеров о системе то ли противовесов, то ли балансиров, которые выдержат большой груз, но когда эту тему уточнили, оказалось, что дело в плановом ремонте одной из люстр, которая висит над…

— Большим Залом — вставила тихим голосом Жужа.

— Да, подтвердил Комар, — над Большим Залом.

— А она нуждается в ремонте? — Уточнил поручик Усс.

— Да вроде нет, там всё в порядке. По мне так еще сто лет провисит… Но ведь я не инженер… И люстр там этих пять штук, так что ничего конкретно утверждать не берусь.

— Какие-то еще странности замечены были?

— Кроме активности подвальных и, якобы несуществующих, жучков клана Осины, нет!

— Можете тут на плане указать место, где находится та подвесная система? — пододвигая один из планов спросил Муравей.

— Я нет, но могу прислать того самого разведчика.

— Спасибо, идите, поручик, — поблагодарил вертлявого комара Усс и добавил, — Срочно пришлите того малого.

— Есть, — отсалютовал Верть и Удалился.

— Ну, что там у вас? — Улыбнулся задумчивой Жуже Усс.

Жужа вновь поведала о своих размышлениях, а комар, вовсе не удивившись, подтвердил, что думает так же.

— Нужно в том месте побывать самим. Там будет интересно, клянусь усами, — провел по ним пальцами, залихватски закручивая, комар.

— И непременно сегодня, — подтвердил муравей. — Что думаешь о вероятном массовом нападении кланов?

— К этому мы уже готовы, и тут на самом деле ничего не попишешь, придётся основные силы держать тут — на третьем! Королева уже в курсе всех событий и, думаю, сможет принять все необходимые меры для защиты первого этажа.

— Да, подтвердил муравей, мы в отличие от Красных не привязаны ко времени суток. Можем действовать когда угодно, а они, если и нападут, то только с рассветом. У них с этим строго! По крайней мере раньше так было.

— А почему только мы занимаемся вопросом газовой атаки? — Задала давно тревожащий её вопрос Жужа, — Ведь если королева в курсе, то она должна выделить больше сил на решение этого опасного вопроса? Тут ведь прямая угроза ей самой!

— Не хотел тебе говорить, — смутился Усс, — Я встретил Генеральшу, пока вы ждали меня в её кабинете, и так совпало, что в это время ей принесли ответ от королевы. Как госпожа Генеральша и предполагала, в газовую атаку и предательство Королева не поверила, но, слава свету, согласилась серьезно отреагировать на угрозу нападения Красных. Уже хорошо. В конце концов, Королева знает Червя и Слизня давно и привыкла им доверять, а о тебе она слыхом не слыхивала. Без серьезных доказательств и слушать ничего не будет. — Комар улыбнулся и подмигнул Жуже, — но главное, что сама Генеральша нам верит и дала разрешение действовать так, как мы посчитаем нужным. При этом велела всем оказывать нам посильную помощь. Поверь, в таких делах много народу и не надо. Мы справимся!

Жужа кивнула как-то растеряно, но быстро успокоилась. На самом деле, кто она для королевы? По крайней мере пока!

Убрав со стола остатки ужина и грязную посуду обратно в корзины, отряд специального назначения принялся готовиться к ночной вылазке на предполагаемое место установки газового баллона. Поручик раздал всем рюкзаки с оборудованием разведчиков и черно-серые пятнистые накидки. Сам он тоже переоделся в неброский темный костюм и перевесил саблю за спину. Лететь с ней при этом не очень удобно, но им, скорее всего, придется ползать внутри перекрытий. Капитан Урр взял тяжелый топорик и выволок из-за шкафа большой квадратный щит, ловко повертел его в руке, перекинул пару раз из руки в руку и остался доволен. Муравьи действительно очень сильны. Рюкзак он брать не стал, ограничившись небольшой веревкой и всякими мелочами, которые распихал по карманам. Жужа и Прыга тоже сняли свои яркие и уже достаточно грязные одежки и натянули темные невзрачные обтягивающие костюмы, которые совершенно не сковывали движения. Поверх накинули пятнистые серо-черные накидки. Прыга оценил, какая тонкая у Жужи талия, пока она не запахнула плащ, раньше под её полосатой шубкой этого видно не было. И вправду — осиная талия!

— Прощай навсегда, любимая полосатая шубка, — произнесла про себя Жужа и прикрыла глаза.

— Как вы, ребята? — Спросил, накидывая такую же накидку комар, — не сильно устали? Хватит сил на ночную вылазку?

— Думаю да, — подтвердил Прыга, — мы справимся.

Жужа согласно кивнула и обернулась на стук в дверь. Это вернулся разведчик Верть. Он рассказал, что тот парень, который им нужен сейчас на задании и поговорить с ним не получится, но он сам примерно понимает где находится то самое место и готов их проводить, как только уладит пару дел. Так же он рассказал о том, что на двух детей — Жужу и Прыгу поступила ориентировка от Службы Клопиных Комисаров, в которой содержится требование срочно их задержать и доставить в Службу Безопасности ДОМА. О том, что они являются как минимум важными свидетелями по делу гибели господина Сеноеда, а то и вероятными подозреваемыми.

— Не знаю сколько в этой ориентировке правды, — тихо произнес кривоносый комар, но таким способом вас всех могут задержать на неопределенное время. Обсуждать приказы у нас не принято. Задержат, как пить дать! Уходить вам нужно тайно и как можно скорее. Идти через посты теперь точно не вариант. Кроме того, говорят, прибыл особый отряд ККшников и скоро они поспрашивают окружающих и будут прямо здесь.

— Из этого склада мы готовы уходить прямо сейчас, а вот куда дальше, это не так-то просто решить с бухты-барахты! — Произнес поручик и задумчиво закрутил ус.

— Мы можем пройти через межэтажное пространство, — ответил пожилой муравей, — но я там давно не ходил, а жучки сейчас сильно активизировались.

— Я тоже давно не занимался разведкой, — попенял гусар, — выручай Верть!

— Конечно, Усс, — положил ему руку на плечо вертлявый комар, — мы своих в беде не бросаем! А бывших разведчиков не бывает! Подходите к северному посту ровно через двадцать минут, я вас проведу, а дальше доберемся до одного из наших тайных лазов и вниз!

Комар поблагодарил своего боевого товарища и тот убежал по своим делам.

— Итак, до северного поста отсюда закоулками десять минут ходу, так что торопится пока не будем. Давайте лучше уберем всё лишнее, если вдруг ККшники сюда заявятся, — принялся собирать бумаги со стола поручик и сортировать. Некоторые он складывал в свой рюкзак, а остальные прибирал обратно в шкаф, — выходим через семь минут!

Пожилой муравей прошелся по комнате туда-сюда проверяя не забыли ли чего и всё ли прибрали за собой, оценил, как друзья переоделись, что-то им поправил, а потом усадил всех за стол.

— Дело нам предстоит важное и опасное. Вы, ребята еще молоды и неопытны. Прошу вас во всем слушаться нас, старых солдат и на рожон не лезть. — Он похлопал руками по своим коленям и произнес, — Ну, свет с нами! Посидели на дорожку и в путь! И помните, спешка в делах разведки ни к чему хорошему не приведет. Идем со скоростью хромого старика и внимательно смотрим по сторонам!

Старый муравей протянул ребятам по широкому кинжалу на ремнях, молча кивнув, мол «надо-надо», закинул на спину свой большой щит и первым вышел из помещения. Комар показал, как висит такой же кинжал у него на поясе под плащом, поправил саблю на перевязи за спиной и вышел следом. На ходу, застегивая свое первое в жизни оружие, друзья переглянулись и тоже кивнули друг другу. Теперь они готовы. Теперь и они стали воинами!

Глава 10

Компания из комара, пожилого муравья и двух невысоких субъектов в низко накинутых капюшонах стояла у серой стены барака недалеко от пропускного пункта. У десятого поста суетилось много народа. Сказывалась тревога первой степени и усиленные меры контроля. Пропускали всех медленно, внимательно досматривая каждую повозку или большой мешок. Верть выскочил из толпы и поманил группу товарищей пальцем. Все тут же подошли к нему.

— Идемте! Накиньте капюшоны и вы, — указал он на старших товарищей, — и следуйте за мной след в след.

Когда их компания подошла к шлагбауму для большегрузов в стороне от основного потока, то двое постовых, несущие тут службу загородили собой обзор со стороны основного потока насекомых, а, а третий быстро махнул рукой, показывая, чтобы разведчики поднырнули под шлагбаумом. Их пропустили без лишних вопросов, не проронив ни звука, будто ничего и не случилось.

— Эти ребята легко умеют закрывать глаза, если и ты на некоторые их делишки глаза закрываешь, — пояснил Верть, когда компания скрылась за поворотом. — Скоро мы окажемся у одного тайного лаза, которым пользуются, — он попытался подобрать слово, — эээ…торговцы, особыми грибами, растущими только в Светящемся лесу.

— Знаем, мы таких «торговцев» — недовольно глянул на вертлявого комара пожилой муравей, — «Барыги» они называются и разносят эту заразу по всему ДОМУ.

— А мы были в этом лесу, — встрял в разговор Прыга, — что это за особые грибы такие? Мы же ели там грибы, правда — посмотрел он на Жужу.

— Это был хороший гриб, — возмутилась Жужа, я прекрасно помню его запах. Мы с ним на королевской кухне часто пироги делали.

— Есть там и другие грибы, — пояснил Урр, — хорошо, что вы их не отведали, а то хохотали бы как ненормальные и сны наяву видели.

— Ух ты, а как это? — заинтересовался Прыга.

— Плохо это! — сердито буркнул муравей, — от них с ума сходят рано или поздно. Плохие это грибы! — Потом обратился уже к вертлявому поручику, — А ты откуда про них знаешь? И не на них ли вы, там на посту, все глаза закрываете? А?

— Успокойтесь, капитан, — вклинился в неприятный разговор Усс, — поручик хороший малый! А знать всякие такие дела — его работа!

Верть отмолчался, постреливая глазами по сторонам и нетерпеливо приплясывая на ходу:

— Вот за той раздвоенной деревяшкой и будет спуск. Поторопимся.

Муравей продолжал недовольно смотреть в спину удаляющемуся кривоносому комару, а Усс хохотнул, хлопнув пожилого товарища по плечу:

— Забудь ты… Всё равно отвертится! — и улыбаясь двинулся следом.

Спуск без помощи знающего насекомого было бы не найти. Обычная полянка мха между старых деревяшек, торчащих в разные стороны, но если под кочкой ухватить край веревки и с силой потянуть, то в сторону отъезжает приличный кусок дерна, открывая удобный спуск. Кто-то постарался сделать достаточно пологие лестницы и крепкие перила. Муравей лишь недовольно ворчал, разглядывая все это нелегальное безобразие:

— Наши, вон, и то хуже этих «торговцев» делают!

— Радуйтесь, что не пришлось враскоряку ползти, — веселился Усс.

Верть улыбаясь пропустил вперед муравья и гусара, помог неловкому Прыге и вежливо придержал за руку Жужу. Потом спустился сам, потянул за другую веревку и проход закрылся. Муравей вытащил из кармана длинную сухую тростину и принялся её мять, вскоре она засветилась бледным голубоватым светом.

— Похоже на свет от грибов в том лесу, — сказал Прыга.

— Из них и делают, — пояснил муравей и, подняв светящуюся тростину повыше, начал спускаться. Глаза быстро привыкли к полумраку и света вполне хватало всем. Больше зажигать огоньки не стали.

Спуск оказался долгим, так как был очень пологим, но вскоре закончился. Компания собралась внизу и Верть сразу предложил сойти с натоптанной тропинки и двигаться в сторону Светящегося Леса скрытно, обходя известные маршруты, прячась в кустах, за комьями пыли и старого утеплителя. Света вполне хватало. Глаза быстро привыкли к полумраку, никаких огоньков не нужно.

— Я уйду чуть вперед и буду головным дозором. Усс с ребятами идут по моим следам, замыкает капитан. У него всё равно щит на спине, — ехидно улыбнулся кривоносый. Все, кроме муравья заулыбались и двинулись в путь. Спорить с разведчиком никто и не собирался. Раз просили его провести отряд, то в пути он старший.

Они шли уже около получаса, когда чуть виднеющийся впереди Верть поднял руку вверх. Поручик тут же присел и притянул ребят за собой. Муравей тоже замер, опустившись ниже. В стороне послышался глухой топот множества ног. Дозор Жучков по обыкновению быстро несся по каким-то своим делам.

— Они бегут в сторону спуска, по которому мы пришли, — неведомо каким образом оказался уже рядом Верть.

— Думаешь нам это чем-то грозит, — зашептал в ответ Усс.

— Если найдут свежие следы, — могут преследовать.

— Мы вроде особо не следили.

— Это да, но если они покрутятся вокруг спуска, то найдут.

— А зачем им там крутится? Дозор ведь. Глянули и дальше побежали.

— Может и так, — пожал плечами Верть, — но давай правее свернем, там дальше мох такой пружинистый, что ни одного следа не оставляет. По нему к Лесу и двинем.

— Добро! А никак нам Лес не обойти? Больно уж он мне не нравится.

— Никак. Он никому не нравится. Жучков там тоже мало. Лучше там идти.

Поручик кивнул и Верть стелящейся походкой двинулся вперед и вправо. Отряд двинулся следом.

Когда впереди показалось зарево Светящегося леса, Прыга не выдержал и зашептал Жуже:

— Такой мох прикольный, так и хочется попрыгать на нем! Я бы, наверное, до потолка распрыгался!

Жужа глянула на потолок перекрытия. Достаточно высоко, в царящем вокруг полумраке и вовсе просто кажется, что над головой темное небо.

— Тише! — Шикнул сзади муравья.

— Да я тихо, — ответил Прыга.

— Да нет, — поднес руку к уху тот, — слушайте!

Все остановились и прислушались. Сначала ничего не было слышно, потом проявился звук капающих где-то капель, какие-то шорохи, шелест чуть заметного ветерка и непонятное перестукивание. И тут отчетливо стало ясно, что сзади нарастал какой-то скрип.

Все разом посмотрели под ноги и закачались вверх-вниз. Раздался похожий упругий скрип, только громче.

— Сзади бегут! Много! — тут же выдал Верть! — Скорее! Побежали! — И все ринулись вперед. Теперь скрип раздавался из-под них.

— Догонят — поравнялся с разведчиком Усс, — надо что-то придумать! — Он обернулся и увидел, что ребята и хромой муравей сильно отстают. Остановился, выхватил саблю:

— Примем бой!

Верть остановился рядом и тоже начал вытягивать свою узкую саблю из-за спины. Их догнали Муравей с ребятами.

— Жужа, улетай! — Произнес пожилой капитан, доставая щит и выхватывая топорик.

— Вот ещё! — возмутилась она, — Давайте лучше спрячемся! — И стала крутить головой по сторонам. Никаких особых укрытий не было. Тут и там виднелись развалы камней и пыли, росли невысокие кусты какого-то ветвистого мха, к потолку тянулись подпорки перекрытий, на которых росли широкие древесные грибы и стекала какая-то белая слизь.

— Туда, — указала Жужа на широкую площадку гриба, росшую почти на высоте двух третей от пола на покрытой белой слизью толстой подпорке.

— По этой слизи не забраться, — скользкая, — сказал Верть. Все поняли, что бросать пожилого муравья никто не собирается. — Да и если затащим всех, то шум жужжащих крыльев сразу укажет на наше местоположение. Окружат. Надо будет и заберутся, пользуясь кинжалами. Могут и просто измором взять, — продолжал быстро обрисовывать сложившуюся обстановку разведчик.

— А мы тихо заберемся! — сказал Прыга.

— Как? — все уставились на него.

— Я вас «запрыгну»!

— Да ну? — Не поверил Верть.

— Нечего рассусоливать, — прошипел, подталкивая всех к колонне Усс, — попытка того стоит!

— А чего терять-то? Попробуем, — уже бежал к колонне муравей. Все молча бросились догонять.

У колонны Прыга остановился, скинул плащ, скомкав, затолкал в рюкзак и бросил его поручику Уссу, затем пару раз переступил с ноги на ногу, попрыгал на месте. Хорошенько, вытянув вперед руки присел до хруста в коленях, затем сделал шаг к белесой колонне, прыжок, второй, а третьим, буквально выстрелил собой вверх, скрывшись на выступе древесного гриба. Еще через мгновение он опять уже был внизу, погасил приземление перекатом, и сказал:

— Нормально. Очень мох этот помогает. Получится.

Все стояли, разинув рот. Первым спохватился Усс:

— Сперва капитана! Мы сами, если что…

Прыга схватил Муравья за руки, поставил лицом к колонне, на нужном ему расстоянии от видневшейся вверху площадки древесного гриба, обхватил опешившего муравья за бока и сказал:

— Прыгайте со мной! Раз! Два! Триии!!!

Комары и Золотая Оса смотрели со стороны, как на «раз» Прыга вместе с пожилым ошарашено глядящем на него муравьем прыгнул на обычную высоту спиной вперёд, как на «два» они подпрыгнули уже на высоту роста муравья и на «три» буквально улетели ввысь. Жужа успела заметить, как с гудением распрямились сильные ноги Блошачка, издавая какую-то стальную вибрацию и унесли обоих ввысь. Прыга спиной вперед, а муравей, открыв рот, вперед растопыренными руками и ногами.

Через мгновение Прыга уже был внизу и поднявшись после переката подскочил к Жуже:

— Чуть не раздавил меня там, — ухмыльнулся он, указывая на гриб, откуда выглядывало до сих пор ошарашенное лицо муравья. — Теперь ты! — И в одно мгновение, одним прыжком унес Жужу наверх. Следующим был разведчик и последним завершил аттракцион «неимоверный попрыгун» поручик Усс.

Когда все оказались наверху, Жужа открыла было рот, чтобы выразить свое восхищение другу, но мгновенно оказавшийся рядом гусар успел закрыть его ладошкой. «Тише» — показал он общепринятый жест.

Внизу, чуть в стороне от приютившей их колонны с древесным грибом рывками двигалась группа жучков, голов в двадцать. Некоторые отделялись от основного отряда и обегали подозрительные места, заглядывая в кусты, ямы и провалы, осматривали столбы колонн, нет ли где следа стертой слизи и мчались дальше. Все это происходило в тишине, сопровождаясь редкими гортанными вскриками, тоже негромкими. Жучки умело вели преследование.

Когда группа противников пропала из виду, так и не обратив внимания на их укрытие, Жужа всё же обняла Прыгу и произнесла:

— Ну ты даешь! Я и не знала, что ты на такое способен!

— Силен, — поддержал её муравей, уважительно потрепав смутившегося Прыгу по плечу.

Поручик Усс загадочно улыбаясь подмигнул герою, а сидящий на корточках Верть произнес:

— Не хотел бы я, что бы меня такой ножкой пнули.

Все устроились поближе к основанию колонны. Тут, над грибом слизи уже не было. Муравей сидел на земле, положив на колени свой широкий щит, на него и разложили нехитрые припасы. Сухие галеты и баночку паштета. Все тихонько жевали. Верть при этом монотонно раскачивался, продолжая сидеть на корточках, вниз — вверх, вниз — вверх.

— Да прекрати ты уже, — рявкнул смотрящий на него муравей.

— Оставь ты его в покое, вступился за товарища Усс, — он не может прекратить, — и улыбнулся. Разведчик, казалось, вообще не обращал на них внимания.

— Что дальше, поручик Верть? — обратилась к нему Жужа.

— Подождем пока, — спокойно ответил тот, — понаблюдаем. Повертятся, повертятся и уйдут.

— Они нас искали, как думаете?

— Они следы нашли, значит искали кого-то, это точно. Может быть и «торговцев», — выделил он это слово, посмотрев на пожилого муравья, — а может и снующий поблизости один из наших отрядов.

— Смотрите, — привлек их внимание Прыга.

На приличном отдалении появился отряд жучков с корзинами за спиной. Они остановились у одной из колонн и расселись на земле.

— Ждут кого-то, — прокомментировал Верть.

— Понятно кого, — проворчал пожилой капитан.

И действительно, через некоторое время появился еще один отряд, но достаточно необычный. В нем были не только жучки. Усс и Верть, так же как и ребята прищурились, пытаясь разглядеть в подробностях что происходит на месте встречи. Только муравей поглядывал по сторонам, непосредственно вблизи их укрытия. Для таких расстояний он был слеповат.

Во втором отряде, кроме шести сопровождающих жучков клана были еще восемь путников, все они были укутаны в темные плащи. Пятеро, пониже ростом принесли на спине какие-то баулы.

— Это барыги, — подтвердил догадку муравья Усс.

— Но не все, — заметил Верть.

Пятеро в плащах передали свои баулы ожидавшим их жучкам, и, взвалив корзины с контрабандой, в сопровождении доставившей их сюда шестерки воинов двинулись в обратном направлении. Трое новоприбывших остались в компании встречающих, которые тут же принялись копошиться в баулах.

Еще через некоторое время к ним подошел небольшой отряд из четверки воинов, и троица в плащах отошла с ними в сторону. Сначала они спокойно разговаривали, но потом стали спорить, размахивая руками. Даже до сюда, на гриб, долетали отголоски возмущенных криков. Вдруг одним неуловимым движением самый высокий в плаще схватил одного из жучков за шею и поднял в воздух. Одной рукой. Жучек схватился за держащую его руку и дрыгал ногами. Оставшиеся трое вскинули свои копья, но троица в плащах, казалось, совсем этого не испугалась. Жучки, которые копались в баулах похватали копья и двинулись к спорящей компании и только тогда высокая фигура в плаще выпустила сучащего ногами жучка. Тот упал на задницу и стал отползать спиной вперед. Потом встал, развернулся к спешащим на помощь собратьям и стал их успокаивать.

Через некоторое время общий язык, видимо, был достигнут и жучки с баулами ушли. Тот жучок, что так позорно повисел в воздухе, снял со своей шеи какие-то шнурки и протянул троице в капюшонах.

— Это пропуска. — прошептал Верть, — они пишутся узелками. Это позволит гостям находится на территории кланов и избавит от множества проблем.

— Его нужно было придушить, что бы он выдал пропуска? — Поинтересовался Прыга.

— Торговались, — спокойно прокомментировал Верть, — нормальное дело. Силу они уважают.

Главный в капюшоне всё равно оставался чем-то недоволен и тогда невысокий жучек, немного помедлив, с явным неудовольствием привязал к предложенным шнуркам еще по три ярких пёрышка.

— А это и вовсе редкость, — прошептал Верть, — это право руководить отрядами клана. Сам бы не увидел — не поверил бы. Ладно еще один клан разрешает другому руководить своими войнами, но чтобы чужакам…

— Дела… — подтвердил его удивление Усс.

Тем временем все трое приняли протянутые шнурки и откинули капюшоны, чтобы повесить пропуска себе на шею. Жужа и Прыга отшатнулись к стене. Жужа даже перестала дышать. Самой высокой оказалась та самая Черная Оса, а двое пониже теми клопами, что ожидали её на кухне, казалось бы, уже сто лет назад.

— Вы знакомы? — посмотрел на друзей Верть. Ребята не отвечали.

— Они знакомы, — подтвердил Усс, тоже отползая от края гриба. Троица в капюшонах, тем временем удалялась куда-то на юго-запад в сопровождении той самой четверки жучков.

— Значит искали именно вас. — произнес Усс, и стал рассказывать о том, что они увидели вопросительно смотрящему на них муравью.

А из какого клана были те четверо, что пришли на встречу к… этим? — поинтересовался у комаров муравей.

— Не знаю, — ответил Верть, — все жучки, которых я сегодня видел были без клановых отличий. Это странно. Такого я раньше тоже не видел.

— Я видел, — севшим голосом произнес пожилой муравей. — Один раз и очень давно. Это значит, что кланы выбирают старший клан!

— Зачем, — уже догадываясь какой ответ услышит, спросил Верть.

— Что бы объединиться для Великой Войны!

— Ну вот и началось, — подытожил Усс и потрепал по плечу Жужу. — Эй, как ты? Давай, очухивайся уже.

— Это была она! — произнесла Жужа испуганным голосом.

— И что? — стараясь бодрым голосом подбодрить девчонку, ответил Усс, — подумаешь, Черная Оса! Наемница без роду без племени…

— Ты-то Золотая Оса, — поддержал его муравей, — Ты ни капли не уступишь ей ни в силе, ни в ловкости, — потом, помявшись, добавил, — ну… когда вырастишь, конечно.

— А пока мы с тобой, — бодро вставил Усс, — Вместе мы гораздо сильнее!

— Но с ней Клопиные Комиссары! — Вставил Прыга, — указывая пальцем в направлении, куда ушла компания в капюшонах.

— И что, — насмешливо хмыкнул Усс, — они сильны лишь за спинами бронированных мокриц, а сами по себе трусливые подлецы!

— Но они же официальные служащие! За ними вся сила ДОМА! — не успокаивался Прыга.

— Это еще ничего не значит! Ну подумаешь, комиссары! На чьей стороне правда вы и сами знаете! И пока мы имеем возможность её отстаивать, никакие ККшники нам не указ! Тем более они тут явно не с официальным визитом! Да и в компании такой личности! Черная Оса не может состоять на службе ДОМА!

— А вот тут, боюсь, ты не прав… — перебил его муравей, — мне думается, вполне может. Наместник вполне законно мог устроить её на любую должность. Нет никаких запретов на вид и род насекомых, желающих защищать интересы нашего ДОМА.

— Ну ладно, это я не подумав ляпнул, но жучки им помогающие, точно не могут! Правда-то за нами!

— Это да, — поддержал его муравей. — И мы вовсе не беспомощны! Так что дети, не вешать нос! Давайте лучше думать что дальше…

— А за ними пойдем! — Предложил Верть. — А как возможность появится опередим или обойдем. Думаю, что они нас ждать будут где-то у выхода с межэтажного уровня. Желательно опередить, конечно…

— Точно, я бы на их месте там засаду устроил! — Поддержал его Усс. — Они, имея пропуска, напрямик пройдут, не петляя и не прячась от дозоров кланов, потому точно уверены, что опередят нас.

— Ну раз решили, — пожилой муравей принялся разматывать веревку для спуска, — тогда идём!

— Обойти, это еще просто сказано, — тихо проворчал себе под нос обычно молчаливый Верть.

Глава 11

Продвигаться по следам ушедшей вперед компании «капюшонов», как назвал их Прыга, оказалось достаточно трудно. Всё время приходилось прятаться и таиться. Очень оживленное движение началось на уровне. Отряды жучков стягивались с разных сторон и собирались в колонны, которые неспешным маршем, несвойственным этим постоянно бегающим войнам, двигались в ту сторону, откуда пришли друзья. Действительно, начиналась мобилизация. Готовилось крупное наступление на позиции Эскадрона.

В Светящемся Лесу жуков не было, поэтому его пересекли относительно быстро. Верть пояснил, что свет от грибов очень не нравится древоточцам и они стараются как можно меньше времени в нём, находится. От этого бледного свечения у них болит голова и портится зрение.

— Даже можно особо не прятаться, — говорил он, — с расстояния десяти шагов не разглядят, по крайней мере мы точно их заметим первые, если вдруг и пересечемся. — Поэтому группа значительно ускорилась.

В Светящемся Лесу друзья так никого и не встретили. Довольно скоро они вышли к поляне бурого мха, откуда вели дорожки к местам спуска на второй этаж. Конечно в целом, спусков с третьего на второй было несколько, но этот был самым удобным и располагался в безопасном от кланов месте. Логично предположить, что мы двинули бы именно сюда. И следы отряда «капюшонов» подтверждали, что они рассуждали так же. Следы, кстати, были едва-едва заметны, явно их профессионально заметали, и без особых навыков разведчика Вертя, друзья ни за что бы их не определили и попали в приготовленную ловушку.

— Они там, за развалом спрятались, — указал себе за спину Верть, вернувшись из разведки и прижавшись спиной с большому камню, загораживающему обзор на спуск, — Трое в капюшонах сидят в норе неподалеку, явно не умея находиться в засаде и неподвижно ждать, а двое жучков прямо у спуска затаились. Еле разглядел. Она рядом с колючими кустами шипастого мха. Так что троица на их свист мигом рядом окажется. Где еще парочка — понятия не имею. Эти прятаться умеют… Но не у спуска — точно.

— Как будем прорываться? — обеспокоенно спросил Прыга?

— Не будем прорываться, — заметил Усс, — надо хитрее как-то.

— Мы их уведем, — предложил муравей, — а вы проскочите. — Да ведь? — Обернулся он к разведчику. Тот молча кивнул.

— Но…

— Подожди, — прервал он жестом возмутившуюся Жужу, — мы с Вертем накрутим из мха тюки, нарядим в ваши плащи и на себя повяжем, будто тащим вас на себе. Вы же дети малые, — устали, это нормально. Подойдем ближе к спуску, и, будто увидев засаду, рванем обратно, к Светящемуся Лесу. Они за нами. Вы с Уссом к спуску и проскочите! Только сперва поближе подползете незаметно. Есть куда? — вновь обернулся он к разведчику. Тот вновь молча кивнул. — Ну вот! Мы по лесу их погоняем и удерем обратно к своим или, сделав кругаля, за вами последуем, а вы уже далеко!

— Думаете я поверила? — кисло улыбнулась муравью Жужа. — Думаете я такая наивная? Тем более конечный пункт нашего пути только поручик Верть знает.

— Я думаю он всё может Уссу разъяснить…

Кривоносый комар кивнул, а Жужа задала прямой вопрос муравью:

— Вы сможете от них убежать?

Муравей молчал, делая, как ему казалось, нормальные глаза, а на деле выпучил из, словно боялся моргнуть и нервно поглаживал свой топорик.

— Вы сможете от них убежать? — Уже у разведчика спросила Жужа.

Тот молча кивнул. Жужа прищурилась, сжав губы в ниточку и тогда Верть отрицательно покачал головой. Жужа вернула взгляд капитану.

— Я пытался, — всплеснул тот руками, вздохнул и потупил взгляд.

— Еще варианты? — Спросила маленькая Золотая Оса у всех остальных?

— До другого спуска пол дня пути, можем не успеть вовремя, — наконец сказал хоть что-то Верть.

— Тогда, если вариантов нет, будем прорываться! — Медленно вытаскивая свой кинжал сказала Жужа.

— Погоди, воительница, — задумчиво произнес Усс, нажимая своей рукой на достающую кинжал руку Жужи, задвигая его обратно в ножны. — Есть одна задумка…

Он покрутил свой ус, посмотрел по сторонам и наконец стал говорить:

— Капитан Урр хорошо придумал, только мы немного его план подкорректируем! Если нам устроили ловушку, то почему бы не ответить взаимностью?! — Поручик весело заулыбался. — Давайте устроим ловушку им! Когда они бросятся преследовать капитана и разведчика, нагруженных вашими чучелами, нужно завести их в такое место, где мы сможем с ними разобраться, заранее устроив засаду, либо в такое, откуда они не смогут выбраться.

— Это интересно — воспарял духом муравей. — Надо всё тщательно проработать!

— Ловушку надо устроить в лесу, там жучки плохо видят, и летать не так просто, если что, — начал рассуждать Усс…

— Можно вырыть… — Начал говорит муравей, но отвлекся на вопрос, который задал Прыга поручику Вертю:

— Где, интересно, еще два жучка? Как вы думаете?

— Скорее всего пошли вперед, в спуск, обстановку проверить, либо обходят нас и вскоре могут зайти сзади.

Все невольно обернулись, пытаясь разглядеть что там у них за спиной, как со стороны спуска послышался лихой свист, который могут издавать только жучки. Вся компания быстро, но аккуратно выглянула из-за камня в тот самый момент, когда из дыры провала выскочил один из разведчиков жучков, а за ним следом вырвалась большая черная тень и с силой долбанула того в спину. Несчастный улетел далеко вперед, пропахав головой землю и больше не поднимался, а двое его товарищей, затаившихся у спуска, выпрыгнули из укрытия и ощетинились копьями в сторону появившегося противника.

Жучки тут же засвистели, зовя на помощь, но не отступили, а принялись ловко атаковать страшного незнакомца. Из прохода на второй этаж выскочил Паук Привратник. Он умело укорачивался от быстро снующих копий жучков и лихо размахивал четырьмя лапами, в каждой из которых была зажата дубинка с поперечной ручкой. Такими вооружались сотрудники внутреннего порядка, служившие под началом Слизня. Как минимум четверо чешуйниц или даже мокриц остались без своих тонф.

Вот паук неуловимым движение достал одного жучка резким ударом в голову и тот рухнул, лишившись сознания, и принялся теснить второго, как из недалёкой засады подскочила троица в капюшонах. Двое клопов сходу атаковали паука короткими широкими мечами, а Черная Оса принялась быстро, но плавно перемещаться вокруг сражающихся, стараясь зайти к Привратнику сзади, поигрывая своим желтым кинжалом. Паук успевал достаточно ловко отбиваться от троих нападающих и при этом пристально наблюдал за высокой убийцей, кружащей вокруг. Стараясь не выпускать её из виду, он начал ошибаться и лишь в последний момент отбивать многочисленные удары. Долго он так не продержится.

Жужа, гусар Усс, капитан Урр, Прыга и поручик Верть разом ринулись на помощь старому пауку. Они подоспели вовремя. Паук встретил подлый выпад Черной Осы скрашенными дубинками, а удар копья, который мог пронзить его бок, прошел мимо, так как поручик Усс с разбегу врезался в нападающего на паука жучка и снес того с ног. Они вместе покатились под уклон в сторону от схватки и скрылись в густом кустарнике колючего мха. В это время муравей снес как тараном своим щитом обоих клопов, обернувшихся на новых противников, но те, устояли пропахав в земле борозды упирающимися ногами, и тут они вовремя сориентировались, ещё немного проскользили назад, сносимые муравьем, сгруппировались и раскатились в стороны. Капитан, упав на щит грудью прокатился немного вперед и, ударившись головой в неудачно подвернувшийся камень, затих. Одного из клопов, не дав ему даже подняться проткнул саблей, подскочивший поручик Верть, а второго неловко тыкая и махая кинжалами теснили к высокому камню Жужа и Прыга.

Схватка закипела с новой силой. Паук кружился в смертельном танце с ускорившейся Черной Осой, Усс шуршал где-то в кустах, а Верть, быстро разобравшийся со своим противником, оглянулся в сторону Жужи и Прыги. Клоп, которого они теснили быстро пришел в себя. Сперва ошарашенный неожиданным появлением новых противников он ушел в глухую защиту, но поняв, что нападающие полные неумехи атаковал сам. Вот он выбил кинжал у Жужи и ударом ноги отправил в полет маленького Прыгу.

— Не такими уж и плохими они оказались бойцами, как о них говорил поручик, — зажмурившись успела подумать Жужа, смотря на летящий в неё острый кончик блестящего оружия. Но тут, неимоверным прыжком, её вышиб из-под удара подскочивший Верть. Широкий клинок скалящегося клопа вошел разведчику в живот, но и он успел вонзить свою саблю в бок противнику. Клоп отшатнулся назад, оставив торчащий в животе комара меч и попятился, широко раскрытыми глазами смотря на вошедшую ему в левый бок саблю, выглядывающую острым концом в районе правой подмышки. Сделал еще пару шажков и замертво рухнул на спину.

Жужа, не подымаясь подползла к опустившемуся на землю разведчику и обхватила того за плечи:

— Держитесь, — прошептала она, — держитесь, — и оглянулась в сторону деда паука и Черной Осы.

Оса летала над пауком, подняв тучу пыли и резко атаковала под невероятными углами, старый Привратник был очень быстр, но стало заметно, что он начал уставать, спотыкаться и не так уверенно отпрыгивать от ловкий и быстрой осы. Черная убийца то взлетала вверх, то подныривала снизу под уворачивающегося паука, нанося свои смертельные от единственного попадания удары. Вдруг в голову Осы прилетел небольшой камень, она оступилась, резко крутанула головой в сторону обидчика, и, зло зыркнув красными глазищами на попятившегося Прыгу, пронзительно рявкнула. Из её открытой пасти брызнула слюна. Старый Паук успел воспользоваться секундной задержкой страшной убийцы. Он долбанул дубинкой ей под коленку, одновременно с этим подпрыгнул вверх и, закрутившись волчком вокруг своей оси, обрушил три четких удара всеми дубинками по очереди. В руку с кинжалом, плечо и шею. Раздался хруст. Черная Оса Скривилась, дернулась и завалилась в сторону подбитого колена. Её глаза медленно затухали, слюна вытекала из перекошенного рта, а крылья обмякли, мгновенно потеряв свою жесткость.

Паук поднялся с колен и, кряхтя поковылял к смотрящей на него Жуже. Та сидела, баюкая на коленях голову разведчика, лежащего в луже крови. Из его живота так и торчал вверх широкий меч Клопиного Комиссара. Старый паук присел рядом с ней:

— Я же говорил, что найду тебя, — устало улыбнулся он Жуже и перевел взгляд на смотрящего в пустоту комара на её коленях. Протянул лапу и закрыл ему глаза. Потом резко выдернул меч и отбросил в сторону.

— Он мертв, — произнес Привратник и аккуратно переложил голову комара на землю. Жужа продолжала молчать, а из её глаз текли слёзы.

В кустах раздался треск, на который все мгновенно обернулись, но это оказался весь исцарапанный поручик Усс. Он оглядел поляну сражения и чуть прихрамывая подошел к распластанному на щите муравью. Присел и коснулся окровавленной головы капитана, тот застонал и сразу попытался подняться, но комар удержал его, помогая перевернуться и сесть:

— Посиди, приятель…

— Кто это меня так? — бубнил тот, качая головой. Ему никто не ответил, да это и не требовалось.

Прыга, держащийся за отбитый бок, подошел к Жуже и положил руку ей на плечо. Гусар посмотрел в сторону Светящегося Леса и произнес:

— Жучек, с которым я сцепился в кустах, вывернулся и убежал. Я долго выпутывался из колючек, склонил он исцарапанную голову, посмотрел на погибшего товарища и добавил, — я не успел… Прости, Верть…

— Спасибо, комар — повернулся к нему старый Паук, — ты спас меня!

Поручик никак не отреагировал на его слова.

Старый Привратник еще раз обвел всех взглядом, положил лапу на плечо лежащего на земле разведчика:

— Вы все спасли меня!

— Надо бы уходить, — пробормотал капитан Ур, придерживая голову руками.

— И побыстрее! — Поднялся Усс и помог подняться муравью.

— Вы же двигаетесь вниз? — Спросил у поручика Паук. Тот чуть помедлил, но, решив, что раз дети пауку доверяют, то и он может, — всё же ответил:

— Вниз. К одному месту у Большого Зала идем. Правда это место точно знал только погибший, но думаю на месте разберемся…

— Идите за мной, подробности обсудим в более безопасном месте, — встал на лапы Привратник и, крякнув, закинул тело погибшего разведчика себе на плечо, — Давай, же полосатая! Вставай! Надо спешить!

Прыга подобрал свой и Жужин кинжалы, рассовал по ножнам и помог подняться впавшей в ступор подруге. Он повел её к спуску, где уже подавал одну из лап спускающийся паук. Жужа спускалась молча. Плакать она перестала, но так и продолжала молчать.

Поручик Усс, оглядел поляну, присел у тела жучка, которого долбанул по голове паук, потрогал того и отметил: «жив».

— Это хорошо… — произнес себе под нос комар и быстро связал бессознательного противника куском жгута, вытащенным из рюкзачка. Он оставил его лежать где есть и, подойдя к шатающемуся муравью, довольно грубо отобрал у того щит, чтобы пресечь ненужные споры. Поручик еще раз огляделся, задержав взгляд на Светящемся Лесу и, подтолкнув капитана в сторону ушедших товарищей, подошел к телам клопов и Черной Осы. Сдернув с их шей шнурки-пропуска, комар выдернул саблю друга из тела комиссара, быстро вытер мхом и последним спустился в темноту спуска.

Паук провел всю компанию за собой, свернув не к удобному спуску вдоль стены, а в какой-то одному ему известный лаз, который должен был вывести их в пространство между кирпичной кладкой несущих стен. Паук шел первым, за ним Прыга, потом задумавшаяся Жужа, пришедший наконец-то в себя муравей и замыкал процессию лихой поручик Эскадрона Гусар Летучих Усс.

Жужа вытерла слезы и плотно сжала губы в тонкую нить:

— Вот уже из-за меня погиб второй хороший насекомый, — механически перебирая ногами, думала она, — неизвестно еще что с матушкой и что будет с остальными дальше. И ведь обратно ничего не вернуть. Случилось страшное, а может случится и вовсе кошмарное событие. Могут погибнуть все муравьи, — она глянула на угрюмо идущего чуть позади капитана Урра, трогающего гигантскую шишку на макушке. — И предотвратить всё это предстоит мне. Точнее нам. — Она посмотрела на то и дело трогающего бок Прыгу, который, перехватив её взгляд попытался улыбнуться, но получилось как-то кисло, посмотрела на прилаживающего за спиной вторую саблю Усса, которому мешал здоровенный щит, и он всё время поругивался. Таким серьезным, простым, и даже раздраженным он мог быть только считая, что его никто не видит. И действительно, почувствовав её взгляд, он перехватил его, подмигнул и улыбнулся, расправил плечи и стал казаться сильнее и даже выше. Жужа посмотрела на несущего на плече тяжелый во всех отношениях груз старого Привратника. Очень непростой, как казалось раньше, старикан со своими тайнами и недомолвками. Жужа даже стала его опасаться. Она будто видела перед собой совершенно другого незнакомого ей паука, а не того мило-ворчливого дедушку, к которому частенько ходила пить чай и слушать сказки. Но изменился ли паук? Нет, он такой был еще задолго до неё. Изменились обстоятельства, изменилась жизнь, изменилась и она сама. Жужа крепко сжала кулачки и вновь твердо решила для себя быть смелой, сильной и довести это дело до конца. До победы!

Компания выбралась на свободное пространство какого-то перекрытия внутри кирпичной стены и паук, уложив тело погибшего разведчика, обратился к подтянувшимся друзьям:

— Отсюда мы можем незаметно и быстро спуститься к межэтажному проходу между первым и вторым этажом, — пояснил он, — а то больно уж суетно стало на втором. Королевская гвардия явно ждет неприятностей и спокойно пройти нам не дадут.

— Тем более детей объявили в розыск — добавил Поручик Усс.

— Аай, слышал уже, — отмахнулся Привратник, потому, собственно, я и бросился навстречу.

— Что с матушкой? — тут же спросила Жужа.

— В безопасности.

— А как вы знали… — начал Прыга, но Паук резко его прервал:

— Погодите с расспросами! — Он повернулся к Уссу и спросил:

— Как тот жучок, я видел ты подходил к нему?

— Жив, ответил комар, — я его связал. Мы не убили ни одного война кланов и, думается мне, они оставят преследование. Тем более те, кому это было надо, уже… — он неопределенно покачал ладонью и закончил, — им уже ничего не надо.

— Я тоже так думаю — мы с кланами не кровники, — подтвердил Паук, — тем более второго, встреченного мной в лазе, я тоже обезвредил аккуратно. Я его сейчас сбегаю отпущу. Получается у нас с кланами мести нет?

— У кого как — пробормотал Усс, глянув на тело друга… — Но вы правы, сейчас нам лучше с ними не связываться. И по пути через их земли мы тоже никого не тронули.

— Это хорошо, у них, думаю, у самих теперь дел невпроворот, чтобы за нами гоняться без приказа от ставленников Слизня. Похороните пока друга в стене. — Паук указал на осыпавшиеся ниши в кирпичной кладке. — Я быстро.

Паук умчался в обратном направлении, а компания друзей поревела взгляд на щербатую и шероховатую кирпичную стену. Действительно, можно было оставить разведчика здесь, уложив в трещину стены и заложив лежащими у основания осколками кирпича и камня. Потом, когда не будет такой спешки, но это всё потом…

Завершив грустное дело, все сказали по нескольку хороших слов, коснулись заложенной стены рукой и отошли к центру площадки.

— Надо перекусить, сказал муравей, скидывая рюкзак и, отобрав у комара щит, начал выкладывать на него нехитрую снедь.

— Неохота, — произнесла Жужа.

— А надо! — ворчливо отрезал пожилой капитан и сунул ей лепешку — силы еще понадобятся! Ешь, давай! — и сунул еду Прыге. Поручик улыбнулся, схватил самый большой кусок и жуя произнес:

— После горевать будем, пока некогда! Вот закончим миссию и посидим вместе где ни будь, вспомним всё, обговорим, помянем, а пока, — тут он толкнул в плечо угрюмого муравья, — доставай Урр аптечку, какая у тебя есть, замотаем твой гигантский фонарь, а то скоро все жильцы ДОМА сбегутся посмотреть, что тут так сияет!

Муравей пихнул его в ответ, но за аптечкой полез. Прыга улыбнулся незамысловатой шутке, Жужа поддержала, а Усс изобразил руками, как у него на голове что-то моргает. Тут уже и старый капитан хмыкнул, а дети и вовсе рассмеялись.

К завершению импровизированного то ли очень позднего ужина, то ли слишком раннего завтрака вернулся паук и сходу доложил:

— Все в порядке. Отпустил. Сказал, что мы никого из них не убивали и, что бы и дальше так оставалось, преследовать нас не смели!

— И что тот ответил? — спроси Прыга.

— Да ничего. Только ноги освободились — умчался как ошпаренный!

— Думаю не будут преследовать, — вновь заметил Усс, — но я назад буду поглядывать.

— Правильно, — поддержал Урр и протянул лепешку пауку.

Паук от еды отказался, глянул на заложенную камнями стену и произнес:

— Хорошо. Теперь рассказывайте, куда это вы так целенаправленно двигаетесь, что у вас в планах и какие мысли по поводу всей этой, — он повел лапами вокруг, — кутерьмы у вас крутятся?

— Что с матушкой? — упрямо повторила опрос Жужа.

— Я вызволил её… Она жива, но ранена. Я спрятал её у одних знакомых, они помогут.

— Как ранена? Что случилось? — Жужа нервно сжала одну ладонь другой.

— Ничего страшного, — паук положил лапу Жуже на плечо. — Я не мог отдать Слизню флешку, и его подручные эээ… — Паук с трудом подбирал слова, — сделали ей больно…

— Как ты мог?! — вскрикнула Жужа, сбрасывая его лапу с плеча.

— Думал могу, — хрипло произнес паук, — но оказалось что не могу… Аай, в итоге я отдал им эту треклятую карточку.

— Но ведь если бы ты отдали её сразу она бы не страдала! — притопнула ногой Жужа и сжала кулачки.

— Я не мог отдать… — тихо повторил паук и понурил голову.

— Да как ты мог! — вновь вскрикнула Жужа и попыталась стукнуть кулаком в плечо паука, но тот перехватил её руку и поднял взгляд. Его глаза были прищурены и холодны:

— Ты забываешься, пчелка! — зло прошипел он. Паук будто раздулся, превратившись в сгусток мрака, его голос был страшен. Все даже невольно попятились назад, но не Жужа.

— Я Золотая Оса! — выдернула она свою руку и блеснула глазами, — И ТЫ об этом знаешь лучше всех!

Паук резко отступил и как-то сдулся. Он ошарашено посмотрел на Жужу и вновь опустил голову.

— Прости, — тихо произнес он.

— Что с ней? — жестко спросила Золотая Оса.

— Ей прижгли пятки, но всё будет хорошо, — уже спокойно произнес дед.

Теперь он будет говорить с ней как со взрослой, поняла Жужа, она больше не обычная беззаботная школьница и даже не ребенок, попавший в сложную ситуацию, она последняя из клана Золотых Ос, по крайней мере в ДОМЕ, которая взвалила на свои плечи немалую ответственность за жизни других и уже, к великому сожалению, оступившаяся на этом тернистом пути. Теперь вокруг неё, может быть даже из-за неё, будут страдать и погибать насекомые. И паук тоже это понял и спокойно принял.

— Я отнес её к семье молей. Они за ней проследят, подлечат и скроют от лишнего внимания, — продолжил паук.

— А мои там как, вы не слышали? — тихонько спросил Прыга.

— Прости, парень, положил ему лапу на плечо паук, — некогда было к ним забежать, но я просил молей весточку твоим передать, рассказать о том, что ты ни в чем не виноват, и что я помогу всем чем смогу. Думаю, они её получили. — Паук виновато повел плечами и отошел к комару.

Прыга опустил голову. Жуже стало стыдно за себя, а ведь из-за неё теперь неприятности будут у семьи блошачка. Да не просто будут, а наверняка уже имеются, а она думает только о себе! Жужа подошла к другу и приобняла его за плечи. Она хотела ему что-то сказать, но не нашла слов. Что тут скажешь? И она молчала.

— Вас так легко отпустили, когда вы отдали то, что им нужно? — Спросил Усс у паука.

— Почему же легко? — криво усмехнулся тот, — нас вообще не хотели отпускать. Думаете откуда у меня эти четыре хорошеньких дубинки?

— Что с флэшкой? — вклинился в разговор Урр.

— Флэшка теперь у Слизня. Но, когда я тайно вернулся в надежде забрать свое имущество и «поговорить» с оставшимися палачами, я увидел интересные приготовления в одном из рабочих залов подвала. Собирали и раскладывали какую-то подвесную систему, с кольцами и перетяжками. Туда по прикидкам очень хорошо вставился бы продолговатый цилиндр немалого веса…

— У нас есть информация, что баллон с газом будет подвешен на одной из люстр в Большом Зале, а оттуда будет спущен во время сражения и распылен, — рассказал поручик.

— Что-то подобное мне и рассказала одна не очень смелая чешуйница из инженеров, она же поведала о том, что натворили дети недавней арестантки Мушильды. О том, что они злостные рецидивисты, убийцы, нарушающие все мыслимые и немыслимые законы, спокойно перемещающиеся в запретном междустенном и межэтажном пространстве контрабандисты и прочий, разросшийся с помощью любителей сплетен бред. О том, что их вот-вот поймают на третьем этаже и состоится «честный» суд.

— Мы никого не убивали, — тихо пискнул Прыга.

— Я знаю, — успокоил его паук и продолжил:

— Позже, благодаря наводке этой болтливой чешуйницы, я перехватил двух Клопиных Комиссаров, которые при очень «вежливом» расспросе — тут он зло скривил губы, — поведали мне о том, что «дети-рецидивисты» уже обнаружены, что они скрылись в межэтажном пространстве кланов, куда был направлен спецотряд, чтобы их, — тут он показал будто кого-то душит, — точно не удалось взять живыми. Эта парочка двигалась вам навстречу. Так я и узнал, куда идти, — ответил он на ранее заданный вопрос блошачка.

— Ууу… — протянул Прыга, подойдя, и взяв за руку, успокоившуюся Жужу.

— И я поспешил на помощь. — закончил рассказ Старый Привратник.

— Спасибо, — пробормотал Прыга. Жужа не смогла этого сказать, до сих пор злясь на паука за матушку. Какая-то тень пролегла между ней и Привратником и что с этим делать Золотая Оса не знала. Кроме того, к старику имелось очень много новых вопросов, задавать которые сейчас было бы не вовремя и неуместно.

Жужа заметила, как паук стал на неё смотреть. По-другому. Точно не так, как смотрел раньше на веселую полосатую девчушку, с которой можно ворчливо зубоскалить и, беззаботно переругиваясь по чем зря, обсуждать всякую ерунду за чашкой чая. Он будто не мог решить, как себя с ней вести, как теперь к ней относится, и кем всё же её считать. Стало понятно, что без задушевного разговора им не обойтись. Им нужно выяснить отношения раз и навсегда, но когда это сделать?

Она наконец-то поймала его бегающий взгляд и собиралась уже было задавать вопросы, но старый паук мотнул головой, словно подтверждая её мысли: «не сейчас», и Жужа отступила. Паук кивнул и стал вести себя как обычно. Он повернулся к поручику Уссу и продолжил разговор:

— Теперь Пузо прочитает маркировки баллонов и останется только доставить нужный на место и закрепить.

— Скорее всего это делается прямо сейчас, ведь им нужно успеть до сражения, — вставил капитан Урр.

— А когда???? — вопрос Прыги потонул в густом вое сирены. Раздалось три последовательных сигнала. На ДОМ напали.

Глава 12

Сирена гудела три раза. Это могло обозначать только одно: на дом напали другие насекомые. Система оповещения была известна всем жильцам ДОМА с ранних лет. Один гудок — раз в неделю — проверка системы, двойной гудок — учебная тревога, тройной гудок — нападение на дом со стороны других обитателей окрестностей — диких, как привыкли называть их жильцы ДОМА, и самое страшное: четыре коротких обрывистых гудка. Четыре — ЛЮДИ! Слава Свету, последнего ни разу не случалось!

— Нужно спешить! — встрепенулась Жужа.

— Аай! За мной! — Крикнул Паук и бросился в сторону провала в перекрытии из которого торчала ржавая труба. Отряд побежал следом.

— Я знаю, как быстро оказаться в Зимнем Саду, а оттуда побежим к Большому Залу. Пробираться по дорогам общего пользования нам сейчас слишком опасно, свои же повяжут до выяснения обстоятельств. Внутри стен — долго и путано, да и там за каждым углом сейчас закрываются многочисленные перекрытия, по схеме безопасности.

Еще после первых нападений насекомой вольницы все внутристенные проходы были оборудованы крепкими перекрытиями, способными задержать любого врага и не дать распространятся по ДОМУ незаметно, заставляя тех выбираться на открытые пространства, где муравьиная армия при поддержки Комариной Эскадрилья легко расправлялась с супостатами. Да и от жучков дополнительная защита.

— В Саду просто бежим через поля! — продолжал паук, — лететь думаю не получится, раз напали организованные войска Красной Королевы, то будут стрелять.

Все знали, что основные враги быстро переняли некоторые военные хитрости, бывшие когда-то преимуществами исключительно продвинутых в воинском деле и науках выходцев лаборатории. Теперь Красные Муравьи легко метали заточенные шипы акации с помощью вумер, — нехитрых примитивных приспособлений и достигли в этом немалых успехов. Жужа узнала о копьеметалках от увлекающегося оружием, как и все мальчишки, Прыги, но раньше никогда не задумывалась о таких вещах как прогресс. Сейчас же её мысли выстраивали логичную картину мира: ДОМ распространял свое влияние вокруг себя, изменяя привычный мир, сам того не желая, просто пытаясь выжить, эволюционируя, развиваясь и, соответственно, вынуждая так же поступать тех, кто решил с ним бороться. А такие, к сожалению, появились, опять же благодаря самому ДОМУ.

Она еще многого не знала. Очень многого. О том, почему они живут не так как другие насекомые, о том, что решали и делали те, кто выбрался из лаборатории в самые первые дни становления ДОМА, о том, что после того как выжившие собрались была еще одна война за ДОМ, внутренняя, о том, что те, кто проиграл — бежал в Лес и Поле, где нашли поддержку и сторонников. Сумели уговорить и хотят вернуть ДОМ себе. О том зачем им это. О том, что одну из них она встречала лично. О том какие тайны хранит старый ДОМ. О том сколько всего знает старый паук и о том какие тайны хранит Привратник.

Мысли Золотой Осы метались в голове не хуже рассерженного роя и никак не хотели прийти к какому-то выводу. Она даже стала сомневаться хочет ли она вообще знать что-то большее чем знает сейчас. Наверное, всё же хочет. Она понимала, что если будет Золотой Осой и дальше, то тайны рухнут на неё со всех сторон, пытаясь раздавить или, заставляя прогнуться. Но всё это потом! Жужа потрясла головой, сейчас некогда было копаться в себе, пора просто действовать!

В заваренной наглухо трубе, уходящей в бетонное перекрытие Привратник отыскал тайный люк, который был достаточно искусно загримировал наслоениями ржавчины.

— Этим путем мы мигом окажемся в Зимнем Саду, — прокричал он, пропуская вперед Муравья, — только берегите руки. Замотайте чем сможете — паутинная дорога не для всех!

В полной темноте люка поблёскивала тонкая нить паутины. Муравей опасливо заглядывал в темноту и лезть внутрь не торопился.

— А если я свалюсь с твоей верёвочки? Лучше обычными дорогами бежать! Много ли толку от нас, если мы все расшибемся почём зря!

— Аай, не расшибетесь! — подбодрил его паук, подталкивая к черноте люка, — там мягко внизу! Ты плащом паутинку обмотай и катись себе нездоровье. Главное на раскорячивайся по пути, а то застрянешь и придется тебя пропихивать. И щит свой здоровенный тут бросай, с ним точно застрянешь где ни будь. Труба не очень широкая…

— А может она и не очень прямая?

— И такое имеется, ну ты лезь, лезь, чего всех задерживаешь! — Нажимал паук.

— Не брошу я щит! Уж лучше в обход побегу.

— Да скоро вы там? — возмутился Усс, — Давайте я первый полезу!

— Он уже прыгает, — обернулся к поручику старый Привратник и, неожиданно подхватив муравья, зашвырнул того в дыру люка. Из дыры послышался удаляющийся вой на неожиданно высокой ноте.

— Хорошо пошёл, хмыкнул паук и потянулся к Прыге.

— Я сам, отстранился тот, потом вскарабкался на стенку трубы, обмотал плащом паутинку, взялся за импровизированное утолщение, закинул одну ногу, потом другую и неожиданно быстро умчался в низ. Далеко не скоро послышался его удаляющийся вопль.

— Не сразу дошло, — пояснил улыбающийся паук оставшейся парочке.

— Комар намотал свой плащ на паутинку и предложил Жуже, но та от помощи отказалась и с каменным лицом произнесла:

— У меня свой плащ имеется. Я следом.

Комар посмотрел на паука. Потом на неё, потом вздохнул и умчался вниз. Через несколько секунд послышалось веселое «эгегей» и «УАУ»!

— Ну хоть кому-то весело, аай, — пробормотал Привратник.

— Дедушка паук, — произнесла Жужа тихим голосом, — ты мне всё потом расскажешь?

— Обещаю, полосатая, — тепло улыбнулся тот в ответ.

Жужа забралась на край, улыбнулась пауку в ответ и помчалась на своем плаще вниз по тонкой паутинке. Она летела вниз, а на душе становилось легче. Паук, кем бы он ни был, для неё навсегда останется добрым дедушкой, и это хорошо. Тени которые стали сгущаться между ними начали отступать, хватило всего лишь честной проникновенной улыбки. И это было началом. Началом новых, пусть других, но всё равно дружеских отношений. Ведь это родственников не выбирают, а друзьями только так и становятся. Только пройдя через беды и невзгоды. И Паук пришел за ней. Он не бросил ни её ни матушку, пусть все сделал по-своему, но ведь не бросил. И не бросит впредь, поддержит и поможет. Жужа ему верила. Она не могла по-другому. Не могла и всё тут.

Полёт в темноте трубы захватывал дух. Плотно прижавшись, обхватив руками и ногами обматывающий паутину плащ, Жужа испытала ощущение полета, но какого-то другого, не того привычного, когда сама работаешь крылышками, выбирая направление, силу и поток, а что-то похожее на свободное падение. Иногда создавалось ощущение что она совершает мертвую петлю, иногда, будто бы, немного пролетает по изогнувшейся трубе вверх, иногда замедляясь, а иногда буквально выстреливая вниз. Иногда рядом появлялась теплая тень, и Жуже казалось, что её спуск регулирует невидимый паук, как и спуск всех остальных, иногда она была в этом уверена, когда голоса друзей раздавались то сверху, то снизу, то с одного края, то с другого. В один момент она услышала хлопок, будто пробка вылетела из горлышка бутыли кваса, скрежет дерева и металла, громкую ругань муравья и последовавший за эти хохот старого паука.

Приземление оказалось на удивление плавным. Она спустилась из широкого зева вентиляционной трубы Зимнего Сада на сено прошлогодней хлеб-травы рядом с кривым сарайчиком, которые повсеместно строили из чего попало рабочие многочисленных ферм. Почти одновременно с ней, так же плавно, спустились Прыга и донельзя довольный Усс, а следом с громким криком свалился Муравей, сжимающий свой драгоценный щит. Он рухнул плашмя в грязную лужу, а не на солому и произнес очень нехорошее слово, потом опомнился, глянув на улыбающуюся Жужу, извинился и поднялся на ноги, отряхивая грязь. Тут сверху грациозно спланировал паук Привратник и отряхнул лапы, словно после мытья рук, или игры на сложном музыкальном инструменте. Жужа видела такой во дворце, когда обслуживала какой-то званый ужин у королевы. Моль, игравшая на нем тоже после каждой сложной партии подобным образом отряхивала руки. Арфа, вроде… или Виолончель…

— А как так? — Обратился к довольному пауку Прыга, — мы ведь прыгали по очереди, а капитан и вовсе первым?

— Если то, что тебя швыряют, как кусок… — неразборчиво проблеял отряхивающийся муравей, — называется спустился…

— Это Паучий путь! — вставил слово Усс, — я слышал рассказы о нем!

— Брехня! — Заявил Привратник, — никакого Паучьего Пути не существует, просто я немного помог вам в темноте: где подтянул, где придержал… — Паук хитро подмигнул Прыге, который слушал комара раскрыв рот.

А кое-кто, — продолжил паук и, улыбнувшись, глянул на капитана, заботливо сдувающего несуществующую пыль со своего драгоценного щита, — всё-таки застрял!

— Где мы? — Сменил тему Усс.

— По моим прикидкам в первой трети Сада, — ответил паук, — нам туда! — он указал в сторону густых ровных зарослей хлебной травы. — тут должно быть недалеко!

— Слышите? — Навострил уши Прыга и в мгновении ока оказался на сарае. — Там бой, — указывал он в сторону. Из подкопа лезут красные муравьи, а работяги еле отбиваются. Им нужна помощь! — Потом он посмотрел в другую сторону: — и там тоже прорыв, но тут уже подоспели войны!

Прыга резко прыгнул вверх, а комар и Жужа залетели на крышу сарая. Прыга умудрился прокрутиться в воздухе вокруг своей оси пару раз, прежде чем опустился вниз:

— По всему Зимнему Саду сразу несколько стычек с красными! Из некоторых подкопов колонны прямиком движутся в сторону зала и Библиотеки.

— Мы должны быстрее всех добраться до Большого Зала! — крикнул Усс, — и нам стоит двигаться очень быстро!

Слева зашуршало. Все посмотрели на сминающуюся стену хлебной травы. Оттуда выскочили шестеро красных воинов и принялись обстреливать шипами представляющих собой прекрасную мишень стоящих на сарае товарищей. Муравья с пауком тоже вниманием не обделили.

Усс схватил друзей в охапку и спрыгнул вместе сними с обратной стороны строения, избежав смертельных попаданий, а муравей прикрыл щитом паука, и они отступили следом. За сараем состоялось очень короткое совещание:

— Туда?

— Туда!

— Бежим?

— Бежим! — И они рванули.

Путь до Большого зала оказался непростым. В Зимнем саду, Прыга то и дело высоко подпрыгивал вверх и заранее показывал безопасный путь, один раз его чуть не подстрелили, и подлетать стал Комар, лихо отбивая редкие, но меткие выстрелы саблей.

У Прохода в Библиотеку возводились серьезные баррикады. В них приготовились обороняться очень злые муравьи и большая часть работников ферм. Пробегающим мимо товарищам помахали, приглашая укрыться в баррикаде, но они поспешили дальше.

У двойных арочных дверей, где коридор соединял Зимний Сад с домом, собрались основные силы обороняющихся во главе с офицерами Муравьиных Войск, они грамотно готовились встречать нападающих и не особо разглядывали разрозненную толпу беженцев, спасающихся от захватчиков, при этом разделяя её на потоки и не допуская неразберихи.

Друзья, накинувшие изгвазданные в грязи плащи, не особо отличались от общей массы, так как спрятали оружие под щитом, который муравей швырнул на прихваченную по пути тачку и поволок перед собой, что есть сил расталкивая зазевавшихся беженцев, закидав сверху бесхозными мешками с пожитками и прочей рухлядью. Офицер, приставленный следить за потоком беженцев лишь скользнул по ним взглядом и пропустил без слов, особое внимание уделив группе слишком уж крупно выглядевших работников-муравьев, с ног до головы измазанных грязью, с накинутыми капюшонами и подозрительно выпирающими из-под хламид палками. Эту группу остановили, а что было дальше разглядеть не удалось, так как друзья стремительно продвигались вперед. Судя по крику и лязгам оружия, задержали лазутчиков.

В Коридоре толпа рассеивалась и разбегалась в разные стороны. Паук потянул всю компанию в сторону своей вотчины — к Парадной Двери.

— Идемте за мной! — там у меняя удобные пути к потолку проложены, к плинтусам с лепниной пройдем, а в них есть дорожки, там я думаю мы и проберемся к Большому Залу. Эти пути не многим известны и заграждений там быть не должно. Есть пара, их обычно во время тревоги я и закрываю, но даже если кто-то позаботился о них в мое отсутствие, я справлюсь.

— Главное, чтобы на этих дорожках не прятались те, о ком я думаю… — проворчал муравей.

— А топорик ты для красоты носишь? — парировал паук. Тот в ответ лишь возмущенно хрюкнул и ускорил свой дерганый шаг.

Казалось, паника царила по всему дому. То и дело кто-то проносился мимо, завывая от ужаса, кто-то метался туда-сюда, потрясая то вилами, то топором, кто-то куда-то тащил свой драгоценный скарб, а кто-то может и не свой, так как крики «ограбили» тоже нет-нет, но звучали.

— И зачем, спрашивается, проводились все эти учения по защите от нападений? — думала Жужа, — Но если присмотреться повнимательней, то становилось понятно, что армия действовала слаженно, организованных групп жителей встречалось больше чем беспорядочно бегающих, все они куда-то целенаправленно двигались, что-то несли, были серьезны и сосредоточены. Конечно же, всё не может быть идеально, и паникеры просто громче всех кричат, чем обращают на себя больше внимания, хитрецы, желающие воспользоваться неразберихой поддерживают их в своих корыстных целях, а дураки, они просто дураки, они всегда найдутся.

У Парадной Двери уже стоял небольшой гарнизон воинов-муравьев и, как только друзья подошли, старший офицер тут же подскочил к старику Привратнику и отдав честь, отрапортовал:

— Разрешите представиться: Майор Эрр! Гарнизон прибыл в ваше распоряжение, господин Привратник! Мы не могли вас сразу найти, поэтому я взял на себя смелость самостоятельно расставить бойцов по местам, отправил группы перехвата вдоль косяков и усиленную Клопиными Комиссарами к потолку, туда где окна, смотрящие на козырек! На колоннах было замечено большое количество противника!

— Молодец, майор! — похлопал того по плечу старый Паук. Ты всё правильно организовал. Меня задержали важные дела, и они ещё не завершены. — Паук подвел к одной из паутинных лестниц свою небольшую компанию и велел подыматься, указав направление.

— Я скоро догоню, сказал он Жуже и вернулся к Майору муравью. Усс повел ребят вверх. Замыкающим лез капитан, закинув щит за спину.

— А почему, раз муравьи теперь подчиняются Пауку, он просто не направит отряд по нашему делу? — Спросил у пыхтящего за спиной муравья Прыга.

— Да кто он им! — буркнул Муравей, а Усс, свесившись сверху пояснил:

— Он, как бы это сказать, — на настоящий командир для них. Просто так принято, что старший офицер ставит в курс главного на том объекте или в том месте, где будет действовать его воинское подразделение. В Библиотеке, он отрапортовал бы господину Книжному Червю, в Зимнем Саду, обратились к старейшинам фермерских хозяйств. Это помогает наладить общий язык с местным населением, да и просто дань традиции. А глава, соответственно, должен тут же в вежливой форме передать всю власть военному обратно. Традиция…

— Я так и сказал, — вновь буркнул пожилой капитан и подтолкнул под зад притормозившего Прыгу. — Он им никто!

— Принимай командование подразделением Входной Группы на себя, Господин майор! — Послышался снизу бодрый ответ Привратника, но дальнейший их разговор расслышать у поднимающейся компании не получилось.

— Что известно о положении дел в общем? — спросил старый паук у майора.

Муравей Эрр растерянно помялся, но ответил:

— Основной прорыв случился в районе Зимнего Сада и, кроме того, множество достаточно крупных частей противника напали в разных местах дома одновременно. И на первом этаже, в задних частях дома и даже на Втором. Наши силы в данный момент сдерживают несколько очагов. У нас тут пока относительно спокойно.

— Что сообщают сверху?

— Комариная эскадрилья связана боем с небывалым по силе напором кланов. От них помощи ждать не стоит. Так, пара-тройка отрядов присоединилась. Командование Основными силами взяла на себя сама Королева, оставив разбираться Генеральшу с жучками.

— Королева?

— Ну, так говорится, — понизил голос Эрр, — на самом же деле армией от её имени руководит господин Слизень! Именно поэтому его комиссары присутствуют на всех основных направлениях, а усиленный отряд бронированных мокриц и чешуйниц организовал личную защиту королевы.

— У королевы же есть особый гвардейский отряд!

— Это первый круг! Они защищают лично саму королеву, а Мокрицы создали второй круг! Ну так я слышал, — опять неуверенно произнес майор.

— Какие распоряжения отдала Комариная Генеральша, перед тем как удалиться на свой фронт? — спросил Привратник.

— Она организовала сбор высшего офицерского состава, которому делегировала полномочия вести военные действия с Красными, но вскоре появился особый отдел и нас всех срочно разослали по направлениям наиболее вероятной атаки противника. С тех пор связь со штабом происходит в основном через прикрепленных к каждому отряду клопиных комиссаров, и мушки-вестовые, как мне кажется, сперва докладывают им, что никак не укладывается у меня в голове, — растерянный майор начинал злиться.

— Аай! Мда… ну и дела, — поскреб подбородок паук. Неуверенность и растерянность муравья была ему понятна — такого раньше не бывало, что бы в управление муравьиной армией вмешивался особый отдел Слизня. А что-то сообразить офицерам высшего командования просто не дали. Их быстро разделили, и разослали по разным концам дома, что и понятно, раз нападения так многочисленны, Комариная Генеральша, которой они привыкли безоговорочно доверять и беспрекословно подчиняться была устранена и её место тут же занял господин Слизень, у которого, кто бы что ни говорил, прекрасные отношения с Королевой, или он просто умеет ей манипулировать…. Офицеры выполняют приказы, как, собственно их и учили, а от кого они исходят это уже дело второе, главное, что они подтверждены именем королевы, а задумываться и сомневаться некогда. Война.

К офицеру подлетел мушка-вестовой и, получив разрешение говорить начал докладывать:

— Из королевского штаба пришло распоряжение организованно отступать в сторону большого Зала, где будет дано Генеральное Сражение!

— Но мы удержим их и на подступах! — Вспыхнул офицер.

— Вы перечите приказу королевы? — послышалось за их спинами. Паук и Муравей обернулись и увидели подходящего Клопиного Комиссара в сопровождении двух с ног до головы вооруженных чешуйниц. Клоп грозно смотрел на Майора и, зло зыркнув, на Привратника, добавил:

— Тем более сама королева уже выдвинулась непосредственно в Большой Зал, чтобы собственным присутствием поддержать силу и дух Армии!

Майор открыл рот и удивленно-распахнутыми глазами посмотрел на посыльного, тот лишь кивнул в подтверждении слов комиссара. Такого не бывало со времен основания дома, что бы королева покидала пределы второго этажа!

Паук понял, что-теперь-то уж точно все муравьи прибудут в Большой Зал как миленькие. Этот ход Слизень просчитал заранее.

— Господин Привратник, — холодно обратился комиссар к пауку, — пройдите, пожалуйста со мной!

Чешуйницы синхронно двинулись к пауку, но тот схватился за одну из висящих рядом паутинок и произнеся, — «позже, я занят» — умчался ввысь.

Он нагнал Друзей у входа в одну из многочисленных нор в паутинном переплетении потолка входной группы.

— Следуйте за мной! — сказал паук и устремился вперед, петляя в своем лабиринте без каких-либо проблем. То и дело справа и слева раздавались голоса снующих по лабиринту воинов-муравьев, которые были отправлены сюда с целью охранять подступы к козырьку подъезда, но безнадежно заблудились. Паук на собирался им помогать, хотя те, судя по их перекличкам, вовсе не искали небольшой отряд, а всего лишь пытались добраться до места назначения. Снизу раздался сигнал отступления, и муравьиная братия, ругаясь почем зря, ломанулась в обратном направлении. По крайней мере они так думали.

Если Комиссар и организует преследование, что вряд ли, так как это дело бесполезное, то отряду друзей всё равно ничего не угрожает во владениях старого паука. Тут, наверное, даже он сам не всегда знает куда идет.

Но это оказалось не так, потому что довольно скоро они достигли прохода за потолочный плинтус, разукрашенный лепниной, но так густо умотанный в многолетнюю паутину, что этого просто было невидно. Вообще весь потолок входной группы, особенно ближняя к Парадной двери часть был, казалось, погружён в густое белое облако, опускающееся на добрую половину самой двери и боковые стены.

В пространстве за плинтусами бежать оказалось гораздо проще, чем по паутинному лабиринту и друзья ускорились. Привратник открывал и закрывал за собой немногочисленные заслоны и уверенно вел отряд в нужную сторону.

После поворота в коридор, ведущий к большому залу друзья встретили первую группу противников. То, что это противники, стало ясно сразу, так как три жучка кланов, две чешуйницы и бронированная мокрица на сражались друг с другом, а мирно стояли рядом, опустив оружие и, видимо охраняли один из заслонов.

— Пузо позаботился перекрыть подступы к потолку Большого Зала, — произнес комар, выхватывая сабли из-за спины.

— Он о многом позаботился, — перехватив за край свой здоровенный щит, — кряхтя произнес капитан Урр и, крутанувшись, запустил им, словно галькой над водой в сторону только-только заметивших их появление противников. Щит с грохотом отлетел от успевшей свернуться в шар мокрицы, но, по удачному стечению обстоятельств, отскочил в сторону шушукающихся о чем-то нос к носу чешуйниц и вырубил обеих, припечатав к стене.

Муравей, выхватив топорик ринулся на жучков, ощетинившихся копьями, догоняя первым скакнувшего на них комара, а паук, сходу выхватив дубинки принялся долбить начавшую разворачиваться мокрицу. Она тут же свернулась обратно, чего видимо тот и добивался, так как бросил свое оружие и принялся скоро заматывать её паутиной, перекатывая туда-сюда на месте. Вскоре мокрица превратилась в стонущий от натуги белый шар, который безрезультатно попытался разжаться, но, поняв бесплотность своих усилий затих.

Поручик Усс и капитан Урр уже расправились с троицей жучков, достаточно быстро и жестоко. Опытные воины кланов были сейчас на линии атаки, там на третьем этаже, тут же, скорее всего, оставили молодых и неопытных, либо просто слабейших. Прятаться в засаде или сидеть в караулах, поджидая немногочисленного противника, или проводить тайными тропами отряды красных агрессоров много сил, опыта, да и ума не надо.

— Это война, — пожал плечами комар, — посмотрев на немного опешившего Прыгу, который, все же, успел достать кинжал и стоял позади. Тот лишь кивнул и убрал своё оружие. Жужа и вовсе не извлекала кинжала, логично рассудив, что справятся и без неё и глупо, как в прошлый раз, соваться на профессиональных воинов в открытую. Паук тем временем замотал начавших приходить в себя чешуйниц и подошел к белому шару мокрицы, тихонько постучав по нему дубинкой.

— Кто там? — раздался глухой голос из глубины шара, и все тут же рассмеялись, сбрасывая напряжение боя, немного нервно, конечно же.

— Свои, — отсмеявшись, ответил Паук.

— Это хорошо, — раздался обиженный голос из шара, — но чего вы смеётесь то?

— Неважно, — отрезал, посерьезневший вмиг старик и резко спросил:

— Нас ждали?

— А вы те, кто хочет помешать потравить муравьев? — по-простому спросил глухой голос.

— Да, — подтвердил улыбающийся Усс.

— Тогда я не должен с вами говорить, а только задержать и, если понадобится убить!

— Тебе так приказали?

— Так!

Усс наклонился к пауку и шепнул: — парень, по-моему, простоват, да? Паук кивнул, и покрутил пальцем у виска.

— Тогда, раз ты не смог нас убить, может ответишь на несколько вопросов? — продолжил веселым голосом Усс.

— Не буду! — Упрямо сказал шар.

— Тогда мы прокатим тебя до дыры в плинтусе и сбросим вниз.

Мокрица некоторое время молчал, видимо размышляя что тогда произойдет, потом вздохнул и сказал:

— Ладно, — спрашивайте!

— Много впереди еще таких засад?

— Нет, не много, — произнес тот и замолчал. Поручик провел ладонью по лицу и спросил подробнее:

— Сколько.

Одна еще, и большая группа у подъемного механизма.

— Где вторая засада?

— На пересечении с ходом из Библиотеки.

— Я знаю, как обойти это место — вставил Привратник, но мы тогда выйдем на открытый карниз вдоль всего Большого Зала.

— Там может быть расставлено много стрелков, — заметил Усс.

— Нет, — по-простецки встрял в разговор мокрица, — туда не выйти, все выходы перекрыты и завалены намертво. Мы вчера весь день этим занимались.

— Значит на карнизах никого нет? — уточнил у него комар.

— Нету.

— Странно, там отличное место для обстрела противника.

— Все муравьи должны быть на площади! — Видимо повторил чьи-то слова мокрица, так как произнес это более писклявым голосом.

— Это кто сказал?

— Командующий тайной операцией «КУДаЗдраК» комиссар Уфф!!!

— Какой операцией? — удивленно переспросил Усс.

— Тайной! — подтвердил глухой голос из шара.

Комар опять провел ладонью по лицу и уточнил:

— Что за операция такая?

— Расшифровывается «Король Умер, Да Здравствует Король»! — Это такое известное выражение из книги какой-то, только у нас имеется ввиду: «Королева Умерла, Да здравствует Король!». Это значит…

— Мы поняли, — прервал его Усс!

— Давайте быстрее уже! — поторопил всех капитан Урр, приладивший свой щит за спину и нетерпеливо переступающий с ноги на ногу.

— Сколько бойцов у подъемного механизма? И как планируется выпустить газ? — Резко спросил паук, тыкнув в белый шар дубинкой для острастки.

— Если я расскажу, дядя будет мной очень недоволен! — промямлил мокрица.

— Кто твой дядя? — уточнил Усс.

— Комиссар Уфф!

— А! — восторженно воскликнул комар, — теперь мне понятно, как такой умный боец попал в спецотряд!

Все улыбнулись, а мокрица вкрадчиво заметил:

— Вы надо мной смеётесь, да? Я знаю, что меня нельзя назвать умным…

— Ну, раз ты так говоришь, то всё не так плохо, как могло показаться — хохотнул поручик и повторил вопрос:

— Так сколько бойцов-то?

— Ведь если вы меня сбросите вниз — дядя тоже расстроится, да?

— Даже сильнее! — поддержал его переживания Усс, — Сколько?

— Пять жучков, три мокрицы, две чешуйницы и дядя. Должны еще подойти два комиссара и Черная Оса, но они задерживаются.

— А как будут распылять газ?

— На самом баллоне, прямо на вентиле сидит еще одна Черная Оса. Она, когда подадут сигнал, выбьет клин, который удерживает уже ославленный вентиль и газ пойдет сам, все быстрее и быстрее. От этого баллон раскрутит и накроет всех, кто на площади.

— Кто…? — решил уточнить комар, но мокрица упрямо его прервал:

— Подождите, я еще не все рассказал. Если Оса не сможет, то дядя отпустит подъемный механизм и баллон упадет вниз, от чего клин сам вылетит и газ выйдет…

Мокрица рассказывал бы и дальше, но паук его грубо прервал:

— Кто и как подаст сигнал?

— Сам господин Слизень. Он будет моргать фонариком через глаз картины деда ученого.

В большом зале, на правой стене висела гигантская картина деда ученого. Они были очень похожи, разве что ученый не носил бороды и такой нарядной одежды. Если нужно было обозначить какое-то место, все просто говорили, например: «в лавке, что под «дедом ученого», и становилось понятно где это.

— Итак, поспешим! — обратился ко всем Паук, — сейчас пробежим еще чуть вперед и свернем в сторону, короче, за мной, я покажу. Все ринулись за ним, а сзади раздался тоскливый голос мокрицы.

— Освободите меня!!!

— Чуть позже, крикнул ему Усс и ускорился.

Поплутав по перекрытиям и каким-то запыленным настолько, что вздохнуть порой было невозможно ходам группа товарищей вышла к несущей стене, за которой и располагался Большой зал, но пройти её насквозь, казалось было невозможно. Паук попросил всех ждать на месте и бросился ощупывать стену то тут, то там. Останавливался, задумывался и перемещался в другую сторону. Вскоре он радостно произнес своё «Аай!», хлопнул себя по лбу и, отобрав молоток у муравья, начал сдирать куски штукатурки один за другим. Вскоре один из кусков подался и уже совместными усилиями его удалось выковырять. За ним показался темный прямой лаз.

— С той стороны тоже придется выбивать, но надеюсь это не привлечет ненужного внимания.

Буквально пять секунд стремительного бега сквозь хитро спрятанный за штукатурной заслонкой туннель, пробивающий несущую стену насквозь, и они оказались у тупика. Муравей с пауком сходу принялись долбить стену, и она довольно легко поддалась. Пласт штукатурки начал вываливаться наружу, но в последний момент Привратник зацепил его передними лапами, раскорячившись остальными в стены. Ему тут же помогли комар, Прыга и муравей, им удалось не уронить его вниз и как-то сдвинув чуть вперед, прислонить к стене рядом. Наконец то они оказались над тем самым Большим Залом, к которому с таким трудом пробирались всю ночь, прямо на уступе широкого карниза с затейливой, растительного орнамента, лепниной, украшающей весь потолок по периметру, откуда открывался прекрасный вид на все что происходит внизу. Этот же узор окаймлял все шесть панно над свисающими вниз люстрами, одного большого по середине и четырех поменьше на равном удалении друг от друга.

Большой Зал сверху выглядел как огромная площадь с постаментом по центру, на котором периодически проходили всякие представления, зачитывались указы и происходили общественные суды. На площади проходили парады, общие празднества и всё чаще и чаще — научные выставки под патронажем Книжного червя и ученых-изобретателей подвала.

По краям этой площади в двух, местами трех метрах от стен начинался форменный бардак. Разнообразные торговые ряды базара, всяческие склады неизвестно чьего барахла, какие-то натащенные со всей округи коробки, банки, деревяшки, ящики и много чего еще образовали целые складские и жилые кварталы, в которые последнее время стали селиться те, кто связывал свою жизнь с торговлей, с тех пор как базар на Чердаке приобретал всё более и более криминальный характер, превращаясь в вольницу и не защищая никого ни от чего. Тут же всё проходило под пристальным вниманием королевской стражи, которая чуть ли не ежедневно отвоевывала у настырных торговцев саму площадь. Торговые ряды, лавочки и просто лотки с навесами упорно пытались продвигаться к центру огромной площади, но безжалостно сгребались бравыми и молчаливыми воинами муравьями обратно.

Множество дорожек со всех сторон пролегали к центральной площади, но только три считались официальными и так же защищались от попыток торговой застройки. Самая широкая соединяла площадь с коридором, ведущим от Парадного Входа и Зимнего Сада с Библиотекой, вторая, поменьше, соединяла с кухонным крылом особняка, а третья выводила к лестничному маршу, ведущему на второй — королевский этаж.

Когда все выбрались и огляделись, стало понятно, что их появление на карнизе осталось незамеченным. Внизу бурлила подготовка к сражению. Из лавок и торговых палаток создавались баррикады. Стоял грохот молотков, визг пил и сигналы передающих друг другу сообщений военных.

Центральная люстра была на месте, как и три поменьше, а вот одна оставшаяся, в правой части потолка была спущена на цепях вниз, точнее она уже медленно поднималась вверх, издавая еле слышный скрип и была затянута какой-то марлей или бумажной ширмой.

Несколько крупных мокриц откатили в сторону от того места, где она была опущена замысловатую конструкцию в виде телеги с ремешками и зацепами и принялись споро её разбирать, раскидывая части в разные стороны. В общей кутерьме строительства баррикад её части просто-напросто растворились, не оставив и намека на бывшую когда-то хитрой конструкцию телеги.

— Наверное эту штуку я и видел в подвале, — указал вниз паук.

В этот момент на дороге, ведущей с королевского этажа раздались гулкие протяжные завывания гвардейских Труб. Приближалась Муравьиная Королева.

Глава 13

Впереди стройными шеренгами двигались несколько колонн отборных воинов муравьев, первые ряды которых несли огромные ростовые щиты, а следующие за ними были вооружены длиннющими пиками, далее за ними двигался ряд бронированных мокриц с какими-то коробами, закрепленными на спинах, за которые держались невысокие коренастые тли, затем вновь шеренги воинов муравьев отборной пехоты и несколько рядов лучников. Затем показался, видимо, тот самый «второй круг» состоящий из особо крупных мокриц в блестящих металлических панцирях и такие же блестящие чешуйницы в многосоставных латах, затем черные с золотом мундиры королевских гвардейцев и закрытый паланкин, в котором восседала собственной персоной муравьиная Королева.

Муравьиная армия выглядела как никогда грозно и очень внушительно, вновь инженеры подвала выставили какие-то новинки. Жужа раньше ничего не слышала ни о каких коробах, что крепились на спины бронированных мокриц, да и Прыга, особо интересующийся всякими военными мальчишескими штуками ни о чем подобном не слышал. Даже поручик Усс и капитан Урр удивленно поглядывали на оружейное новшество.

— Это мортиры, — пояснил Паук, — Они выпускают облако стальных шипов и поражают достаточно обширную поверхность. Одноразовое оружие. Бабахнул и выбрасывай. Видимо решили провести испытание боем. Эти штуки не разбирают своих и чужих, так что, надеюсь в дело их пускать необдуманно не будут…

Со всех других сторон ДОМА стекались к площади целые толпы беженцев, за которыми организованно двигались отряды муравьёв, грамотно прикрывая гражданских от обстрела наступающих красных агрессоров. По специально выделенным коридорам обычные жители ДОМА пробегали за спины профессиональных воинов и двигались дальше к проходу на второй этаж, туда где находился Замок-муравейник, по сути весь второй этаж представлял собой усиленный, особо защищенный оплот ДОМА, в котором можно укрыться. Жужа подумала, что где-то там, в этой суетливой испуганной толпе может быть и матушка Мушильда с приютившими её молями и семья Прыги, и все её знакомые, и друзья. По крайней мере она на это надеялась. Может быть кому-то удалось спрятаться и забаррикадироваться на местах.

Сопровождающие беженцев солдаты грамотно вливались в основную армию, группируясь по центру и рассредоточиваясь по флангам. Офицеры громко трубя перегруппировывали свои части, тут и там раздавались резкие свистки младших офицеров-старшин и десятников, которые завершали бурление стекающейся со всех сторон армии, превращая её в ровные словно на параде расставленные ряды. В Центре собиралась основная сила, выстраиваясь в крепкий квадрат, а по краям растекались чуть изогнутые крылья широких флангов. Сверху муравьиная армия постепенно приобретала форму квадратной птицы с прямоугольниками крыльями в тылу которой вырос командный шатер, трансформировавшийся из королевского паланкина. Королева на виду так ни разу и не появилась.

Красные муравьи, преследуя отступающих, в бой с головой не бросались, предпочитая изредка постреливать издалека, скорее для острастки, чем с целью поразить противника и тоже организовывались. У входа в Большой Зал, стекаясь со всех сторон каплями красной ртути, они собирались в неправильные формы озеро с постоянно меняющимися очертаниями и явно чего-то ожидали.

Воины противника отличались чуть большим размером, чем муравьи ДОМА, имели четко выраженный красный оттенок хитина и не носили никаких одежд и доспехов. Каждый воин Красной Королевы имел одинаковое вооружение. Они сжимали примитивные обожженные копья и небольшие круглые щиты, а поперек груди у каждого болталась большая связка шипов акации. Прилагающаяся к ним металка у кого-то была в руке, а кто-то, больше предпочитая орудовать копьем, оставил её болтаться на поясе. Хоть они и выглядели сущими дикарями по сравнению с армией Дома, менее страшно от этого не становилось. Скорее даже наоборот, от них веяло первобытной стихийной силой, неумолимой и какой-то бездушной.

— Ну что же, — спокойно произнес паук, — наше дело остановить диверсию, а их дело, — он указал вниз — сражаться и победить.

— Я очень примерно представляю, где находится то помещение, где сейчас спецотряд господина Пуза поднимает люстру, — осматривая стены Большого Зала произнес поручик Усс.

— Жаль, что разведчика с нами больше нет, — грустно вздохнула Жужа.

— Верть объяснял, что у каждой люстры цепи и ролики механизма подъема прячутся в ближнем к ней углу, но цепь той самой, к которой монтировали дополнительное оборудование, была перецеплена куда-то, пока к ней собирали специально подобранный противовес. А в межэтажном пространстве, над потолком зала всё в перекрытиях и усиленных фермах, которые залиты бетоном, так что бродить там можно годами, упираясь в тупик за тупиком. Цепи от люстр проходят каждая в своих желобах и весь механизм у них находится по углам. У каждой по отдельности. В своем помещении каждая, чтобы красоту зала, видимо, этими цепями не портить. Как-то так Верть объяснял. Он знал, как можно пройти к нужному нам, но надо было двигаться внутри противоположной стены, а не тут, где мы вышли. Или внизу, но там теперь точно не пройти.

— А центральная люстра? — спросил Прыга.

— Что центральная? — не понял комар.

— Ну где её механизм?

— А, да его вообще нет. Она по частям демонтируется, если надо, с помощью строительных лесов, а обслуживается со специальной здоровенной стремянки! Да при чем тут это вообще? — возмутился поручик.

— Просто интересно, — пробормотал Прыга, понимая всю неуместность своего вопроса.

— Значит нам туда, — указал в сторону почти поднявшейся на прежнее место люстры муравей, недовольно глянув на блошачка, — по этому карнизу доберемся споро, хотя наверняка будем замечены и обстреляны, раз своих на карнизе не ожидают.

— Да, наверняка кто-то да наблюдает за карнизом, и этот кто-то наверняка умеет летать, — вставил свое мнение Усс.

— Как нам попасть внутрь стены — тоже вопрос! — Заметил Прыга.

— Да и Черную Осу на самой люстре не стоит оставлять без внимания, — поддержал паук.

— Хорошо бы и вовсе не дать Слизню подать сигнал, — заметила Жужа, и более решительным тоном подвела итог всему сказанному: — У нас три цели. Люстра, механизм и глаза деда ученого на той картине, — она указала в направлении старого полотна, — а нас пятеро, и только двое могут летать. Значит придется разделиться.

— Тихо, тихо, — остановил её рассуждения паук, — с той компанией, что собралась у механизма нам и всем вместе не справится…

— Кажется я знаю, что тут можно сделать, — тихонько заявил Прыга и все разом на него посмотрели, от чего он еще сильнее стушевался.

— Так говори, уже! — , вскрикнул Паук, когда молчание со стороны блошачка затянулось.

— Надо заклинить цепь прямо в том месте, где она выходит из потолка, — затараторил тот, потом по той же цепи спуститься к Черной Осе, а сперва просто завесить чем-то или замазать глаза на картине, что помешает подать сигнал.

— А ведь это звучит лучше, чем… э, чем… — начал подбирать слова Комар, и закончил так: — ну чем то, что мы вообще ничего не придумали!

— А еще, что бы нас не заметили, ну или почти не заметили, — продолжил Прыга, — надо измазаться в известке, и мы станем белыми на белом.

— Вообще гений! — хлопнул его по плечу комар и весело осмотрелся.

— А ведь дело говорит, — заметил муравей и провел рукой по куску штукатурки, которым они загородили выход на карниз. Рука стала белой.

Паук дружески пихнул смутившегося Прыгу лапой и принялся обтираться о стену. Муравей снял свой плащ и принялся ему помогать, Жужа Усс и Прыга тоже скинули свои плащи и убрали в рюкзаки, принявшись мазать друг друга известкой, обтирая ей с ближайших стен. Буквально через пару минут вся компания была белой, словно полинявшие чешуйницы.

— Теперь потихоньку, стараясь прижаться как можно ближе к стене, по возможности приседая и максимально укрываясь выступом карниза движемся к картине. — проинструктировал всех паук и двинулся первым.

— Ты можешь не приседать, — повернулся к Прыге Усс и подмигнул. Прыга распрямился и всё равно оказался ниже, согнувшихся попутчиков. Показал спине комара язык и двинулся дальше.

Все двигались с максимальной осторожностью, плавно, спокойно, но при этом не слишком медленно, поэтому, когда, спустя несколько минут оказались на карнизе, нависающим над той самой картиной, никто их не заметил. Они подождали еще минуту, озираясь по сторонам и поглядывая вниз, но, видимо, на самом деле никакого лишнего внимания не привлекли.

События внизу разворачивались следующим образом: основная армия Красных уже собралась, потоки красных ручейков со всех сторон иссякли, а в их тылу организовалось свободное пространство, которое заняли десять особо крупных муравьев с гигантскими щитами, образовав что-то на подобии шатра. Видимо внутри пряталась Красная Королева и её неведомые консультанты-помощники. В этот шатер то и дело забегали красные муравьи и, получая какие-то приказы, уносились в разных направлениях.

В лагере муравьев ДОМА все движения прекратились, передние шеренги выстроились в стену щитов из которой торчали острые пики. Казалось, что они расставлены четко по линейке, и от того выглядели более сильными, спокойными и уверенными в победе, нежели постоянно колыхающаяся армия красных муравьев, которая, в свою очередь вызывала иррациональный животный ужас. Они казались единым живым организмом, монстром пришедшим за жестокой данью.

Ощущалось буквально осязаемое гудение, вибрация и всё нарастающий гул. Вот-вот армии, между которыми оставалось свободное расстояние порядка двух метров, двинутся навстречу друг другу, выясняя, кто будет править ДОМОМ после.

— Я спущусь осторожно за картину и проверю, как там обстановка. — Отвлек Жужу от страшных, завораживающих наблюдений голос паука, — Ждите и будьте готовы, если понадобится спустится на помощь. Аай!

Паук и скрылся за краем карниза, примотав паутину одним ему ведомым способом к завиткам лепнины карниза, всяческим трещинкам и неровностям стены.

Глянув вниз, Жужа увидела, как старый Привратник спускается в темноту провала за картиной. Картина висела чуть наклонившись сверху вниз, видимо для того, чтобы грозный взгляд деда ученого еще сильнее подавлял всех находящихся в зале, будто мало его горделивой надменной позы. Дед ученого был изображен на ней в полный рост, он стоял на фоне этого самого особняка в парадной военной форме, выпятив грудь с медалями и недвусмысленно сжимал рукой рукоять золотой сабли.

Картина была огромной и крепилась к стене двумя здоровенными цепями по верхним углам, а внизу упиралась в стену, видимо чем-то там намертво прикрученная или прибитая. На сколько знала Жужа, за картиной раньше проживал целый клан тараканов, но последнее время их имение стояло пустым. Она не ведала по какой причине.

Когда паука в темноте провала различить уже было невозможно, она перевела взгляд на площадь, где события пока никак не развивались. Напряжение, повисшее в воздухе, становилось всё сильней и сильней, казалось, что от вибрации и гудения муравьиных армий стал пульсировать весь дом. Армии продолжали нагнетать обстановку, красная бурлила, черная замерла, будто замороженная, но никто не делал и шага на встречу друг другу. В воздухе так же не происходило никакого движения, хотя летающие отряды, пусть и небольшие, имелись у обоих армий. Видимо они числились в резерве.

Жужа буквально заставила себя не смотреть на происходящее внизу и, дернув так же застывшего с открытым ртом Прыгу за руку — указала ему на край, за которым скрылся паук. Усс и Урр, переминались с ноги на ногу, находясь в возбужденном нетерпении. Конечно, старые солдаты вынуждены наблюдать за всеми событиями со стороны и, от части, чувствуют за это свою вину, ведь им положено находиться там — внизу с соратниками и братьями по оружию, но война, как стало понятно Жуже буквально недавно, — это не только сражение армий. Не только сила на силу, и поэтому солдаты нужны не только на поле боя.

Война — это хитрость, расчет, обман и подлость. Это заранее спланированные действия одних лиц против других. Это действия спецотрядов, подлые союзы, и предательства. Это героические действия со стороны тех, кто может хоть как-то изменить вероятное страшное будущее, действия простых солдат и гражданских, которые, может быть, изменят жуткий итог, которые поменяют историю в лучшую сторону, пусть даже пожертвовав ради этого своими жизнями. В данном случае геноцид всего муравьиного народа. Может быть Жужа не знала таких жутких умных слов, но понимала, что задумал Слизень и готова была сделать всё от неё зависящее, чтобы ему помешать.

Жужа размышляла, поглядывая то вниз — в темноту щели за тяжелой картиной, где скрылся старый паук, то на Прыгу с вояками, которые тихонько, но очень увлеченно делились мнениями о предстоящем сражении и пыталась не заострять собственное внимание на ужасно навязчивой попытке понять почему все сложилось именно так, как сложилось, ведь толку от этого никакого, — пустые переживания. Лучше думать о том, что еще предстоит, чем в пустую гонять по голове эти бесполезные вопросы. От этого только настроение портится. Прыга, вон, идеи всякие выдает и все по делу, а она… Зачем пилить опилки?

Спустя несколько мгновений Жужа поняла, что она засыпает и резко встряхнула головой, прогоняя невесомый морок. Страшно подумать, как давно последний раз она спала. Кажется, в темнице клана Сосны, но это ведь было так давно, что уверенности не внушало.

В этот момент из-за края карниза выбрался довольный паук и обратился к Прыге:

— Ваше задание выполнено! — шутливо отдал ему честь и добавил, обращаясь уже ко всем, — мне, аай, какой я молодец, на самом деле удалось на некоторое время задержать подачу сигнала!

— Что там? Как там? — подались все вперед.

— Там на уровне глаз смотровая площадка смонтирована, а к ней ведет небольшой мостик от потайной дверцы. На площадке никого не было, так я этот мостик разломал, как смог и дверь дубинками заклинил. Она наружу открывалась, теперь её так просто не открыть, выбить конечно можно, но надо постараться, да и мостика больше нет, и на смотровую площадку я бы не вставал, — ухмыльнулся довольный собой дед, вот только дубинки жалко — все четыре для надежности использовал.

— Я тебе саблю дам, — тут же предложил комар.

— Мне больше топорики нравятся, — посмотрел на оружие пожилого капитана паук, но тот свой драгоценный топор ладошкой прикрыл и отодвинулся, буркнув:

— Нету свободных!

— Ладно, саблю давай, — махнул лапой на муравья паук и пристроил протянутое оружие у себя на поясе, — лучше, чем ничего. Что там у нас дальше?

Все посмотрели на Прыгу, а он посмотрел на люстру с дурацкой маскировкой, в которой скрывался страшный баллон.

— Двигаться будем по прямой, — сказал паук, проследив за взглядом блошачка и указал в направлении ближайшей люстры, — и старайтесь махать крыльями осторожней, посмотрел он на Жужу и комара, — а то всю маскировку сдуете! Надо бы еще немного намазаться, кстати. Кто по потолку ходить не особо умеет — держится за паутину — я протяну.

— Я как охромел, — тихо произнес муравей, — по потолкам больше не лазаю. Да и до этого не особо получалось.

— Я вообще не умею, — поддержал его Прыга. — А прыгать тут не получится — потолок близко, вдаль скакну, могу промахнуться.

Бегать по потолку дано далеко не всем насекомым, как считают многие, рассуждала Жужа. В школе не раз устраивались целые негласные соревнования «кто дольше провесит на потолке» или «кто дальше пробежит по потолку», но она в них никогда не учувствовала, как и её одноклассница муха Жанна, которой это просто напросто было неинтересно в силу врожденных особенностей. Мужи умеют приклеиваться лапками к потолку, остальные же просто используют природное альпинистское снаряжение, такое как крючки и зацепы на лапах, но любая неловкость или отпавший слой штукатурки, или какой-то шаткий камешек может отправить ползуна вниз.

— Давайте тогда так — я первый бегу, протягивая паутину, потом вы парами, один летит, второй на паутине. Думаю, нас не очень-то разглядишь снизу, но если что… Комар — отобьешь стрелу?

— Справлюсь! — ответил поручик.

— Муравей?

— Прикроюсь сам, так что меня опекать не надо. Ты, девочка лети как можешь быстрее. — он посмотрел на Жужу, которая вытащила кинжал и пробовала махать им в воздухе, словно отбивая несуществующую опасность. — Я серьезно!

Жужа кивнула и убрала кинжал на место. Паук продолжил:

— Значит за мной переправляются Муравей с Жужей, а потом вы с нашим гением!

— Хорошо! — улыбнулся комар, а Прыга опять смутился.

— Что мудрить с акробатикой, — заявил Усс, обратившись к Прыге, — ты легкий, я тебя перенесу! Обнимешь меня спереди руками и ногами покрепче, как бедующую жену хотел бы обнимать и всё! Я даже саблей смогу орудовать!

Прыга смутился еще больше, но ничего не ответил.

Старый Привратник резко, без предупреждения сорвался с места, поднялся в два прыжка от карниза к самому потолку, там в только ему видимом месте где-то на лепнине поколдовал с зацепом паутинки и метнулся в сторону люстры, как-то по-особому широко расставив лапы. Уже буквально спустя несколько мгновений, он сидел на краю широкого кольца ближайшей люстры, наматывая на неё паутину. Люстра состояла из пяти опоясывающих центральный стержень колец, сужающихся книзу и на каждом таком кольце висели сотни хрустальных подвесок. Привратник расположился на самом верхнем, самом широком кольце.

— А ловок, старый паук! — заметил поручик Усс и Жужа быстро закивала, подтверждая, что и сама так думает.

— Ну, свет с нами, — сказал муравей, закрепляя поудобней на руке свой измазанный известкой щит и пару раз отмахнулся им от предполагаемой опасности.

Паук ослабил паутину, комар поймал её, обрезал с запасом и протянул край пожилому капитану. Тот намотал паутину на свободную руку, подергал для верности, глянул на показывающего разрешающий жест паука и прыгнул. Жужа тут же метнулась в сторону люстры, стараясь пролететь как можно быстрее, чтобы помочь пауку затягивать муравья наверх.

Когда она приземлилась рядом с Пауком и попробовала ему помочь, тот лишь молча отпихнул её в сторону и продолжил затягивать тяжёлого муравья наверх. Тот же, как только перестал раскачиваться, ловко перебросил щит за спину и принялся подтягиваться наверх. Несколько секунд и тяжело дышавший капитан забрался на кольцо люстры, усевшись рядом с так же тяжело пыхтящим стариком Привратником.

— Старая гвардия еще «ОГОГО»! — весело произнес опускающийся рядом комар, ехидно улыбаясь. На нем висел намертво вцепившийся блошачок и, казалось, не причинял никаких неудобств. Комар посмотрел вниз:

— Кажется наш цирк никто не заметил.

— Ага, — пробормотал так же разглядывающий события внизу муравей.

— Началось! — тихо сказала Жужа. Прыга сполз с комара и пристроился на краю, как и все завороженно разглядывая то что происходило внизу.

Глава 14

А внизу было на что посмотреть: Сначала зарокотали дикие барабаны красных муравьев, им ответили медные трубы войска Дома. «Мы готовы вас разорвать» — угрожали барабаны, «Мы вас не боимся» — отвечали трубы.

Первыми не выдержали гнетущего ожидания красные. Они потянулись к монолиту черных разно-широкими стремительными щупальцами, и принялись пробовать стену щитов на прочность. Громкие дикие крики атакующих смешались с грохотом ударов железа о железо, многоголосым воем поющей и летящей смерти пронзили воздух шипы и стрелы, переругивались дикие барабаны и медные трубы сорвавшихся в смертельную пляску войск, пронзительно вскрикивали свистки десятников, стонал и гудел под множеством бегущих ног старый паркет. Скрип ломаемых баррикад, грохот молотов и топоров, глухой стук не нашедших живой цели стрел и шипов, и страшно-радостный крик нашедших, всё слилось в ужасающую и пробирающую до самого нутра симфонию боя.

И еще появилось, будто бы далеко-далеко, басовитое гудение. По крайней мере Жужа четко его ощутила, выделив среди общего шума, но особого значения не придала.

Черная армия удерживала свои позиции, лишь в паре мест красному щупальцу стремительной атаки удалось проникнуть за первую стену щитов и пик, но в тех местах сразу же собирались дополнительные силы, которые свободно перемещались по заранее оставленным коридорам и выталкивали нападающих обратно, залатывая пробоины новыми бойцами. Но это не вселяло уверенности в силах защищающихся, так как красная армия, казалось, не уменьшалась от потери нескольких щупалец, а всего лишь играючи пробовала стену на прочность, что бы нащупав слабину, ударить туда мощнейшим тараном и разорвать противника на куски, поглотив каждый по отдельности.

— Хватит! Хватит смотреть! — кричал сквозь шум войны Привратник, отвлекая внимание своих товарищей от жутких событий внизу. — Хватит! Нам нужно поторопиться. Как только армии смешаются Слизень нанесет свой удар!

— Я думаю он дождется, когда кто-о начнет одерживать верх и только тогда сделает свой подлый ход, — парировал Усс.

— Какая разница, когда это случится, если это случится буквально вот-вот! — прокричала Жужа. Нам нужно торопиться!

И тут в дело вступили летающие отряды.

Буквально под самыми люстрами проносились небольшие летучие эскадроны Комариной Эскадрильи Гусар Летучих, которых все же сумела направить на помощь королеве Комариная Генеральша и летающих воинов леса, среди которых тоже, чаще всего встречались комары, только выкрашенные в красный цвет. Красная королева тоже научилась собирать под свое крыло разные виды насекомых, но обязательно заставляла тех покрывать себя красной краской. Этот инстинкт: свой-чужой проявлялся у неё сильнее всего, и, если ты ей присягнул, будь добр стать красным. Отряды вступали в скоротечные ожесточенные схватки друг с другом, не отвлекаясь на помощь своим соратникам внизу, иногда проносясь сквозь сами люстры и устраивая замысловатые виражи вокруг.

— Надо быть осторожнее, — нас могут сбить и свои, и чужие в такой-то неразберихе. Тем более мы вообще белые, — заметил муравей.

— Поспешим! — крикнул Усс и побежал по кольцу люстры, выхватив саблю первым.

До укутанной в белую бумагу люстры осталось пройти через большую центральную и всё. Теперь стало понятно, что бумага не только маскирует, пусть и так нелепо, баллон, но и защищает от случайной атаки, прячущуюся там Черную Осу.

Оббежав люстру, комар подхватил бегущего за ним Прыгу и тут же полетел вперед, стремясь как можно скорее добраться до центральной громадины, состоящей аж из десяти колец, одно шире другого и свисающую вдвое ниже своих хрустальных соседок. Перелёт прошел без эксцессов, но вот по приземлении на верхнем кольце, поручик был атакован двумя красными комарами, неожиданно выскочившими из-за внутреннего края кольца и сжимающие в руках короткие копья с хитиновыми наконечниками.

Прыга соскользнул с комара вниз, чем немало удивил напавших противников, они так и не поняли, что это за белое существо такое, которое распалось прямо перед ними на два неравных фрагмента, как нижний фрагмент ударил одного комара ногами в грудь, да с такой силой, что тот улетел далеко вперед спиной, ударившись головой о потолок и рухнул вниз, а второй был безжалостно зарублен верхним, у которого в руке оказалась вполне обычная, но от того ни менее смертоносная сабля и тоже упал вниз. Тут же к ним подлетела Жужа, а сверху спрыгнул пробежавший по потолку Паук, протянул комару паутинку и крикнув: — я побегу вперед, тащите муравья, — умчался по широкой дуге кольца на другую сторону люстры.

Только успел комар перекинуть через кольцо паутинку и затянуть петлю, как она натянулась под весом повисшего на ней капитана. Усс передал обернутый край Прыге и перехватив паутину у спуска, упёршись ногами в противоположный край кольца, опасно нависая над пропастью, изо всех сил стал затягивать её наверх. Жужа слетела вниз и упираясь в щит на спине свисающего капитана принялась помогать его подымать. Муравей страшно ругался, но продолжал затягивать себя на верх гораздо быстрее. Очень быстро они оказались наверху и Урр тут же высказал Жуже:

— Ты что? Зачем так рисковать! А если бы тебя атаковали!

— Я верткая и по сторонам смотрела, — примиряюще сказала та и, отвернувшись, побежала, закончив этим разговор, в сторону следующей, последней переправы. Покачав головой, муравей двинулся следом, за ним Прыга, а комар полетел чуть над ними, внимательно поглядывая по сторонам, чтобы предупредить вероятную угрозу.

Пока бежала, Жужа вновь обратила внимание на странное далёкое гудение, оно будто бы усилилось, или приблизилось что ли… Когда все достигли противоположного конца и увидели закрепленную для муравья пауком паутинку, она обратилась к Прыге:

— Ты слышишь, будто гудит что-то?

— Да тут всё гудит! Вон шум какой вокруг! Наверное, это летающие отряды круги нарезают друг за другом.

— Не то, — тихо пробормотала Жужа.

— Что?

— Ничего, не обращай внимание. Надо спешить!

Все посмотрели на хрустальную люстру, висящую впереди, нелепо перекошенную из-за тяжелого кокона внутри. Хрустальные подвески местами были поломаны, а кое где и вовсе отсутствовали. Люстра чуть раскачивалась, поднявшись на свою максимальную высоту.

— Смотрите! — указал поручик на то место в потолке, куда уходила цепь. В темной нише скрылся паук Привратник.

— Куда это он один? — изумился Прыга, но Усс его успокоил:

— Не переживай, старый хитрец не будет делать глупости, скорее всего он на разведку.

— Смотрите туда, — вскрикнула Жужа, указывая в сторону. К ним приближался, выстроившись в атакующий клин, отряд Комариного Эскадрона.

Воины в изумрудных мундирах с саблями наголо были полны решимости разобраться с неведомым противником, непонятно с какой целью забравшимся на самую верхотуру. Они бы просто смели всю компанию с наскока, если бы не вовремя подскочивший муравей, который успел встать на самом острие атаки и выставить свой широченный щит. Комары прянули в стороны, избегая столкновения с тяжелым противником и, чтобы атака не прошла даром, попытались достать странных белых противников по бокам, нанеся резкие хлесткие удары саблями, волчками, закрутившись вокруг своей оси. Но с одной стороны атака была отбита, с другой же прошла мимо, так как невысокие незнакомцы успели-таки рухнуть вниз, распластавшись на площадке широкого кольца люстры. Неудачный налёт ни капельки не расстроил профессиональный сработанный отряд бравых гусар и они, сделав изящный разворот, заходили на новую атаку, избрав другую тактику — разделились и нападали со всех возможных сторон одновременно, парами по бокам и один сверху. Но вместо того, чтобы сгруппироваться и приготовиться к атаке, странные незнакомцы стали махать руками, а один, похожий на комара поднял своё оружие плашмя над головой и спокойно пошел вперед.

Белые незнакомцы всем своим видом показывали, что не хотят вступать в схватку. Самый крупный из них, муравей скорее всего, укрыл двоих невысоких товарищей своим огромным щитом, присев над ними и остался на месте, второй же, явно проявляя дружелюбие, спокойно шел навстречу. Он и вовсе убрал саблю и теперь показывал определенные знаки, которыми пользовались в гусарском войске, когда следовало соблюдать тишину, а разведчики и вовсе использовали этот язык жестов постоянно, забывая иногда, что они не на задании и общаясь таким образом даже в столовой.

Тогда и без того, приостановивший атаку ротмистр и вовсе дал отбой, сбавившим темп подчиненным, которые тут же развернулись и взяли всю группу в кольцо, зависнув в воздухе по периметру и контролируя ситуацию вокруг. Спустившись навстречу белому комару, он, между тем не стал убирать сабли и был готов к любым неприятностям.

— Я поручик Эскадрона Гусар Летучих Усс, выполняю особое поручение госпожи Генеральши, — протянул припрятанный до поры во внутреннем кармане документ, произнес комар четким и громким голосом.

— Ротмистр молча взял документ, не особо придирчиво его изучил и вернул обратно, щелкнув каблуками:

— Исс, ротмистр седьмой ударной! Прикреплен к Королевскому войску особым распоряжением. Ведем возможную защиту воздуха. Вижу вам рекомендовано оказывать посильное содействие, но извините, поручик, сейчас каждая сабля нужна в воздухе.

— Прошу поспособствовать хотя бы в переправе. Нам необходимо попасть на ту люстру — указал он на перекошенную конструкцию с белым коконом внутри.

— Занятно! Имеется четкое распоряжение от Клопиного Комиссариата не обращать внимания на эту… эээ, — он подобрал-таки слово, — позицию!

— Вы подчиняетесь Службе Безопасности?

— Ни как нет! — скривил лицо ротмистр, — клопам я еще не кланялся, но лезть в их дела не хотелось бы…

— Все клопиные дела плохо пахнут! — подтвердил Усс и Исс улыбнулся, подтверждая его правоту, но вы не успеете вляпаться, лишь перекиньте нашего капитана, — указал он на мрачного муравья, прикрывающего с любопытством лезущих вперед Прыгу и Жужу, — а дальше мы сами!

— Добро! — Исс развернулся к своим и гаркнул:

— Корнет, Дудка и Сиплый — хватайте капитана и тащите на ту люстру, Певец, мы с тобой прикрываем!

Всё произошло быстро. Муравья, безрезультатно попытались лишить громоздкого щита, но в итоге, кряхтя и схватив как попало, доставили на злополучную люстру, под прикрытием ротмистра и какого-то Певца, которые успели отбить одну хлипкую атаку не организованных красных комаров, которые, почему-то, предпочитали подлые нападения парами, вместо того, чтобы собраться хотя бы в небольшой рой. Они, видимо, углядели, что гусары заняты каким-то грузом, выскочили из-за укрытия хрустальной подвески, неуверенно метнули по шипу и, поняв, что тех охраняют, пустились наутек, петляя в хрустальных подвесках и запутывая следы, но никто бедолаг не преследовал.

Прыга так же повис на поручике и перелетел с ним, а Жужа первой метнулась к основанию люстры, под самый потолок, где наткнулась на вылезшего из дыры паука. Они вместе спустились на верхнее кольцо люстры к уже поджидавшей их компании.

— Спасибо, Исс, — поблагодарил неожиданных помощников Усс.

— Спасибо, буркнул капитан троице, перетащившей его, — но мундир порвали! — Те только улыбнулись, разведя руками и взлетели, ожидая пока их старший закончит разговор.

— Мы тут покрутимся вокруг, будем за вами присматривать. — Протянул ротмистр Исс руку поручику, — свисти, если что, — он достал из кармана и протянул пронзительный свисток десятника, которым пользуются старшины муравьев, — чем сможем — поможем.

— Спасибо, щелкнул каблуками Усс и повесил свисток себе на шею! — Удачной охоты!

— И вам, — козырнул в ответ гусар и умчался в сопровождении своего отряда куда-то вниз и влево.

— Кто это были? — спросил подошедший паук, — помогут?

— Вряд ли, но обещали быть неподалеку.

— И то хлеб… Ладно, теперь о наших делах: Там наверху чуть ли не целый клан жучков обретается. Они слоняются вдоль цепей, лазают везде где могут и явно сами не в курсе зачем их сюда пригнали.

— Странные дела. — отметил Усс, посматривая на плотный кокон, закрепленный внизу под верхним кольцом люстры на котором они стояли.

— Я тоже не особо понимаю, чего они там ждут, но такое ощущение создается, что именно ждут. Не очень организованно ждут, по-дикарски, по-своему — кто-то копья вострит, а кто и похлебку на мху разогревает. Некоторые даже спать завалились, будто и не война вокруг…

— Клан, говоришь? — подал голос капитан Урр.

— Клан. Клан Осины. Бусы, шнурки особой вязки, перья, цвета, — короче, точно Осина.

— А другие все жучки клановые различия поснимали, — заметил Усс. — Там наверху все, кого мы встречали были без клановых обозначений.

— Либо эти не в курсе событий наверху, что вряд ли, либо у них какие-то свои интересы во всём этом мероприятии. — Сказал Урр.

— Либо, — вставил слово Прыга, — Старший клан уже выбран и это клан Осины…

Все вновь молча уставились на блошачка.

— Ну ты как скажешь, — заметил Усс, но потом продолжил, — а ведь…

— Нет! — жестко сказала Жужа. Осина слишком выделяется на фоне других кланов и, как я поняла, давно уже имеет общие дела с другими насекомыми. Со Слизнем, например. Их бы не выбрали!

— Если только у этого клана нет того, что смогло бы заставить остальных им подчиниться, — продолжал гнуть свою линию Прыга.

— А если они работают со Слизнем, — поддержал его паук, — у них вполне могли появиться инструменты давления на остальных.

— Мне кажется, что они тут оставлены для того, чтобы, как только всё случится, именно их сделать крайними. Будто-бы во всём виноват клан Осины, — заметил пожилой капитан.

— Возможно, — протянул паук, — но если они теперь Старший клан…

— Чего гадать-то? — Возмутился Усс! Старший, не старший, — главное, что они мешают нам!

— А может быть, они нам наоборот помогут! — хитро улыбнулась Жужа.

Все внимательно посмотрели на неё и Усс тихо произнес:

— Рассказывай.

— Мы представимся теми самыми ставленниками Слизня, которым они подчиняются!

— Слишком рисково! — тут же заметил Урр.

— Ничего другого не остается! — Тут же подхватил идею Усс и достал из рюкзака шнурки-пропуска. — Ты гений, Жужа! Не такой гений как Прыга, конечно, но думаю со временем подтянешься…

Комар опять веселился, блошачок смущался, а все остальные просто испытали облегчение. Стало немного понятнее что делать дальше и от этого стало легче. Напряжение нужно иногда рассеивать, и именно это сейчас и произошло. Пусть рискованно, пусть это чистой воды авантюра, но ведь может сработать, а это хоть что-то.

— Да дайте же мне закончить! — возмутилась Жужа.

— И так понятно, — отмахнулся развеселившийся комар, примеривая на шее архаичный пропуск, — заставим их заблокировать эту треклятую цепь!

— Да, но как?

— Экспромт, мой юный гений, экспромт! Это моё любимое оружие!

— Как ты жив-то до сих пор? — проворчал пожилой муравей.

— Я везучий, — усмехнулся комар!

— Не забываем еще и о нашей Черной Наезднице — напомнил всем паук, постучав лапой по плоскости кольца, на котором они стояли и улыбки стали гаснуть.

Вопрос с Черной Осой оставался открытым. Кроме того, оставалось неизвестным одна она в коконе, или с группой поддержки. Всецело доверять рассказам не очень смышленой, надо сказать, мокрицы — это полная ерунда.

— Я быстро! — Крикнул Комар, убрал шнурки пропуска обратно в рюкзак и аккуратно спустился на бумажный кокон. Распластался на нем, приложил ухо, послушал, пополз дальше, скрывшись за поворотом.

— Гудение слышите? — спросила у всех оставшихся Жужа и попыталась тут же объяснить: — Оно какое-то особое, более живое что ли и оно пока далеко, но приближается.

— Это страшная песня войны, — философски протянул муравей, но паук отреагировал иначе. Он будто бы понял, что имеет ввиду молодая Золотая Оса.

— Я ничего такого не слышу, — вновь подтвердил Прыга.

— И я не слышу, девочка, — подошел к ней паук и положил лапу ей на плечо. Его слышишь только ты. Это способна услышать только Золотая Оса. Это должно тебе помочь. Слушай РОЙ!

— Какой РОЙ?

— Я слышал, что Золотые Осы в момент опасности способны использовать знания и способности всего своего роя. Есть такая теория. Что-то о генетической памяти, которая может проснуться в нужный момент, или её нужно специально пробудить, чуть ли не насильственным образом. Вроде как бросить в воду, чтобы научить плавать, или как-то так. Не знаю точно, эти псевдо-ученые домыслы любимое дело Книжного Червя, а я так — просто понахватался кусочками: тут одно услышу, там другое.

— Ты сейчас наговоришь всякой дряни! — пихнул паука пожилой муравей, — Оставь девчонку в покое! В воду он её кидать собрался! А ну охолони!

Муравей даже стал отталкивать паука от Жужи, но та его остановила и сказала спокойным голосом:

— Оставь его, капитан, он что-то верное говорит. Я ведь именно что-то подобное и чувствую. Будто бы мне пора сделать решительный шаг и тогда я пойму нечто большее, даже стану какой-то другой. Я чувствую. Я теперь даже знаю.

Паук молчал, как-то хитро улыбаясь, будто бы игрок, по задумке которого происходит вся партия и он вновь и вновь уверяется в своих предсказанных заранее ходах, посмеиваясь над ничего не понимающим противником, а вот муравей, наоборот сильно расстроился и запыхтел, надулся, не находя выхода своему возмущению, но тут появился бравый гусар и всех отвлёк:

— Она там одна! Бдит! Глядит по сторонам и готова действовать. Крупная, раньше не встречал, кинжал при ней! — Он всё это выпалил на одном дыхании, словно отрапортовал начальству, потом заметил изменение в настроении окружающих:

— Что у вас тут?

Все нормально, — заявил паук.

Муравей возмущенно молчал, Прыга быстро переводил взгляд то с паука на Жужу, то с Жужи на хитрого паука обратно и тоже не произносил ни звука, затаив дыхание в ожидании.

— Я приняла решение! — твердым голосом заявила Жужа: — Я разберусь с Черной Осой.

Прыга выдохнул.

— Вот те здрасьте, — возмутился комар, — мы все вместе с ней разберемся!

— А если, почуяв неладное, она откроет баллон, не дожидаясь сигнала? — поддержал Жужу Прыга, заслужив её одобрительный взгляд, — или, увидев такую толпу, она просто перестрахуется и откроет его заранее? И ВСЁ! — поставил он точку.

— Тут надо действовать тоньше, — произнес Привратник и тоже посмотрел на Жужу. Та кивнула и произнесла решительным тоном:

— Я пойду одна!

— Что ты! — ахнул муравей, хватая её за руки, — я, когда говорил, что ты ей не уступаешь, не то имел ввиду. Ты же совсем неопытная еще…

— Я пойду одна, — упрямо повторила Жужа с нажимом и тогда никто больше не посмел ей перечить. Во-первых, было понятно по стальному звону в голосе, что она не передумает, во-вторых ничего другого по крайней мере пока придумать не получалось.

— Я подстрахую тебя, как смогу, — тихонько начал говорить Прыга, боясь, что она просто откажется от его помощи, — а если, ну когда ты её отвлечёшь, я проникну внутрь, незаметно и, может, смогу баллон закрыть или ещё что… — совсем стушевался он.

— Это было бы здорово! — улыбнулась ему Жужа. Ну а вы, — она посмотрела на бравого гусара, озабоченно кусающего губы пожилого муравья и на тепло улыбающегося дедушку Привратника, но её перебил комар:

— А мы покомандуем кланом! — бодро произнес тот и раздал шнурки с яркими перышками старикам.

— Я в тебя верю! — мягко произнес Паку Жуже, быстро приобнял её и, удаляясь, добавил — Нам еще много о чем надо поговорить. Скоро увидимся!

— Будь осторожней, — пробурчал муравей, и, видимо из-за сильного расстройства чувств, резко развернулся и похромал за пауком, двигаясь как-то слишком дёргано и нервно.

— Ты способна на гораздо большее, чем тебе кажется, — улыбнулся поручик Усс и неожиданно щелкнул её в нос. Жужа опешила, проморгалась и увидела уже только спину комара, подымающегося к проему в потолке, как всегда прямую и несгибаемую.

— Что это было? — спросила Жужа у Прыги, потирая ладошкой нос.

— Надо ли говорить, что поручик со странностями? — улыбнулся тот и они просто рассмеялись.

Когда последним в тёмном проеме потолка, куда уходит цепь люстры, скрылся пожилой муравей Жужа сказала:

— Ну что же, и нам пора!

Прыга молча кивнул и двинулся следом за спускающейся к бумажному кокону Золотой Осой.

Белая бумага была неровно намотана вокруг растянутой между кольцами люстры проволокой и проникнуть внутрь особой сложности не было. По всему периметру на нижней полусфере, буквально через каждые три шага, были проделаны смотровые отверстия, что бы у сидящей внутри наемницы оставался необходимый обзор на происходящее снаружи, как по бокам, так и снизу, как бы люстра не повернулась при подъеме. Внутри кокона к центральному, усиленному арматурой стержню люстры примотали разнообразной проволокой баллон, расположив его носом вниз и дополнительно закрепили железными хомутами, затянув те с помощью немаленьких болтов. Действительно, если баллон и рухнет, то только вместе со всей этой конструкцией и самой люстрой. Вместо барашка винта на клапане была нажимная скоба, вокруг которой была намотана целая куча напряженных резинок, способных сжать ручку в одно мгновение, выпустив тем самым смертельное содержимое на волю, не будь они хитро растянуты на «П» образной стальной скобе, распертой простым деревянным клином. Выбей его и резинки мигом согнут скобу, она даже, скорее всего, выстрелит, улетев в сторону, и тогда ручка сожмется. И тогда ВСЁ, как недавно заметил блошачок!

Черная Оса по-простецки сидела прямо на бумажном полу кокона на равном удалении от окошка в котором видна была картина деда ученого и скобы, распертой клином, поигрывая большой деревянной колотушкой. Иногда она вертела головой по сторонам, реагируя на особо резкие или близкие звуки, хватаясь за страшный кинжал ЖАЛО, убранный в чехол за спиной, но лишний раз его не доставала.

Воздушный бой, преимущественно, проходил в стороне от этой Люстры. Оно и понятно, как оказалось, Слизень наказал не приближаться к конструкции не только воякам ДОМА, но и бойцам нападающей стороны. Скорее всего и для них была придумана подходящая сказка, так что имелся во всем этом и некий плюс: никто неожиданно прийти на помощь Черней Осе не должен.

Жужа не стала рисковать и появляться перед наемницей неожиданно, чтобы не спровоцировать на удар по клину, поэтому просто выглянула в окошко перед ней и сказала:

— Здравствуйте! Разрешите войти?

Оса, это было видно, просто опешила. То ли от неожиданности, то ли от наглости небольшой измазанной в известке девчушки.

— Занято. — произнесла она, Жужа хмыкнула, залезая в окошко, а чёрная тут же поправилась:

— В смысле нельзя сюда, я тут должна быть одна, — было видно, что она смутилась своей нелепой фразе, но быстро пришла в себя, — Это секретный объект! Убирайся!

Наемница бросила колотушку и вскочила, выхватывая из-за спины свой страшный желтый кинжал, с которого тут же принялся капать яд. Она показала его Жуже во всей красе поворачивая так и эдак, как бы намекая на серьезность своего заявления.

— Ты одна? — озираясь спросила Черная Оса.

— Да. И я знаю, что это секретный объект. Я пришла что бы помешать вам сделать задуманное господином Слизнем. Вы знаете, что в этом баллоне?

— Я смотрю ТЫ очень много всего знаешь, — парировала оса, медленно приближаясь к стоящей у окошка, через которое она сюда и залезла, Жуже.

— Может быть вы не в курсе, что содержимое баллона убьёт всех муравьев поблизости?

Оса довольно улыбнулась и кивнула, все так же медленно приближаясь, подтверждая, что она в курсе. Жужа стала тихонько пятиться, стараясь держаться на достаточном удалении от вооруженной наемницы и продолжала говорить:

— А вы не подумали, что господин Слизень найдет баллоны и для Черных Ос и для кого угодно, если ему это понадобится?

Судя по изменившемуся лицу Черной Осы, она об этом раньше не задумывалась. Она остановилась на мгновение, потом хмыкнула, как бы соглашаясь что такой вариант в принципе возможен, но потом вновь начала приближаться к нежданной гостье:

— Будем решать задачки по мере их поступления, — произнесла она, скорее самой себе, чем отвечая Жуже.

— Вы тоже учились у Таракана Акакиевича?

Этим Жужа вновь ввела Черную Осу в ступор. Та замерла на месте и опустила кинжал:

— Да, а какое отношение ТЫ имеешь к Детям Надежды?

— К кому? — искренне удивилась Жужа.

— Вот и ответ! — вскрикнула наемница и резко прыгнула вперед, стараясь достать кинжалом болтливую замарашку.

С тех самых секунд, как Жужа решилась и переступила импровизированное окошко кокона, начав разговор со страшной наёмницей, гул в голове стих. Скорее даже так: он достиг её и просто в ней растворился. Каким-то неведомым ранее чувством Жужа знала, как движется Черная Оса сейчас и на что она будет способна в любое мгновение. Жужа знала какое расстояние нужно держать между ними, чтобы гарантированно оставаться в безопасности во время разговора, и сдвинулась с места только в нужный момент. Она даже почувствовала, буквально за мгновение до того, как убийца прыгнула, что та сейчас прыгнет, поэтому просто сделала шаг в сторону, развернулась лицом к спине нападающей и вновь отпрянула назад. Ровно настолько на сколько нужно, не больше ни меньше.

Промахнувшаяся Оса развернулась, зло сверкнула своими большими красными глазами и пронзительно заверещала.

Жужа, вместо того что бы испугаться, как непременно случилось бы раньше, просто поняла, что таким образом Черные Осы переходят в боевой транс, не только оглушая противника, но и ускоряясь в несколько раз. Откуда у неё появились такие знания, сейчас было неважно. Стоило принимать решение: попытаться ли уговорить наёмницу отступить, или убить. Да. Так просто. Третьего варианта не дано. В данный момент, в этой ситуации. Это тоже было понятно, благодаря неизвестному чутью, которое утверждало, что обезвредить профессиональную, взрослую и опытную, в отличие от неё Черную Осу у неё не получится, так как просто не хватит ни сил, ни опыта. В данной ситуации серьезно ранить чтобы обездвижить профессиональную убийцу смогла бы только не менее хорошо подготовленная Золотая Оса, да и то при удачном стечении обстоятельств, а ей, как более слабой, остается только быстрое, расчетливое и точное решение, которое тоже в немалой степени будет зависеть от удачи.

Жужа выхватила свой кинжал и принялась вертеться волчком, прыгать и прогибаться, парировать удары и сливать их по лезвию, перекатывая их за спину или вбок, чудом избегая смертельных касаний. Яд капал уже и с её клинка, но сталь, надо отдать ей должное, знаменитому ЖАЛУ не уступала, хотя пару раз отчетливо жалобно звякнула, получая заметные зазубрины. Удивляться своим способностям тоже было некогда, но не тренированные мышцы уже гудели, пугая возможностью неожиданного спазма или, не дай свет, судорогой.

Спустя несколько мгновений сумасшедшей пляски вокруг баллона Черная Оса решила сменить тактику и принялась быстро махать крыльями, не только создавая упругие, мешающие двигаться потоки воздуха, но и переведя бой в иное пространство, паря и зависая под любым нужным ей углом, хоть вниз головой, хоть параллельно полу. Тут Жуже пришлось подстраиваться с новой силой, так же ожесточенно заработав крыльями, но этого оказалось недостаточно. Всё-таки, какими бы волшебными знаниями в голове ты не обладал, как бы не предвидел события, этого всего недостаточно, если тело твое не имеет необходимой подготовки. Прыгнуть выше или пробежать быстрее с помощью одной только силы мысли невозможно. Тут либо мысль заранее создает необходимые для таких задач механизмы, либо при неимении таковых грубо и жестоко задействует скрытые резервы, оставляя последствия на суд времени. Все возможные скрытые резервы Жужа, видимо, уже исчерпала и очередной разворот вокруг своей оси произошёл слишком медленно, из-за чего вся верхняя часть правого крыла была срезана сильным размашистым ударом ЖАЛА Черной Осы и Жужа, нелепо кувыркнувшись, упала вниз и откатилась к бумажной стене.

Черная оса, поняв, что она победила, не бросилась сразу добивать соперницу, а тяжело дыша опустилась напротив сидящей у стены Жужи и сказала:

— Ты Золотая Оса! Как я сразу не поняла! Не ожидала такой встречи. Ты достойно сражалась, несмотря на то, что еще очень мала и неопытна. Я ненавижу Золотых Ос так же, как вы ненавидите нас, но убивать тебя сейчас будет большой ошибкой. Думаю, кое-кто хотел бы о многом тебя расспросить! — Черная оса убрала своё страшное оружие за спину и потянулась к ручке большой деревянной колотушки, которая лежала рядом на земле, но тут люстра качнулась, а сверху раздался противный скрип. Видимо это были последствия того, что её друзьям всё-таки удалось каким-то образом закрепить люстру, пронеслось у Жужи в голове. Черная Оса устояла на ногах, удержав равновесие, но колотушка откатилась ей за спину.

Оса, не отпуская пронзительного взгляда Жужи, сидящей у стены и продолжающей сжимать свой клинок присела и стала нащупывать рукоятку не глядя. Рукоятка никак не попадалась. Вдруг Черная Оса заметила в глазах побежденной соперницы какой-то проблеск надежны и, не мешкая, отпрыгнуть в сторону.

Немного не успела. Сильный удар колотушки пришелся ей в бок, но она, охнув, всё же крутанулась на месте, сбив напавшего на неё сзади противника с ног и выхватила ЖАЛО. Прыга рухнул буквально рядом с верткой наемницей, и колотушка выпала из его рук. Страшный желтый кинжал был уже занесен над маленьким блошачком, когда он со всей возможной силой распрямил свои гуттаперчевые стальные ноги. Черная Оса, словно выпущенная из катапульты отлетела назад, но, к сожалению, с гулким звоном ударилась прямо в баллон, а не вылетела сквозь бумагу наружу. Она рухнула вниз рядом с конструкцией запуска, зашипела, схватившись за живот, но нашла в себе силы и подтянулась к скобе, удерживающей напряжение сотни резинок, уперлась в неё шеей, вытягиваясь изо всех сил, выгнулась, задрав подбородок протянула руку еще немного дальше и, победоносно хрюкнув, достала-таки до деревянного клина. Дотянулась! Принялась с сумасшедше-радостным, мстительным кряхтением и бульканьем его раскачивать.

Прыга попытался что-то крикнуть, но не успел. Клин вылетел, скоба выстрелила, снеся голову Черной Осе, которая даже не успела понять, как глупо она погибла. Черная убийца даже не задумалась о том, что стоит подумать, как поведет себя эта пресловутая скоба, упирающаяся ей в шею и мешающая хохотать, а, ведомая лишь жаждой совершить это жуткое массовое убийство, тупо шатала деревянный клин.

Но думать о нелепой иронии судьбы было некогда. Шипение жуткого газа, пробившего дно бумажного кокона, заставило Прыгу сорваться с места и в один прыжок оказаться рядом с сотней сжимающих ручку клапана резинок. Он выхватил свой кинжал еще в полёте и приземлившись принялся судорожно их перерезать. Одна. Две. Три. Слишком медленно! Но тут рядом появился ещё один кинжал и дело пошло быстрее. Прыга, продолжая работать лезвием, посмотрел на подползшую и принявшуюся сосредоточенно работать ножом Жужу и попытался ей улыбнуться. Она постаралась улыбнуться в ответ.

Слава свету, чем меньше оставалось резинок, тем легче резались остальные, натягиваясь распрямляющейся ручкой баллона и вскоре шипение прокатилось. Ручка встала на место, перекрыв ход ядовитому газу.

Прыга устало опустился рядом с сидящей на плотной бумаге подругой и взял ей за руку. Кинжалы были отброшены.

— Как ты? — тихо спросил он.

— Нормально.

— ЖАЛОМ задела?

— Хм, задела! Да она мне крыло отмахнула!

Прыга посмотрел на рану подруги. Из жилок крыла сочилась кровь. Не сильно, но это означало, что яд точно попал в тело. Он горестно вздохнул, но сдержал слезы, так как Жужа сама не плакала. Она просто смотрела вперед и улыбалась.

— Мы справились! Ну, как смогли. — произнесла она, — баллон шипел совсем недолго, думаю не всех потравил…, - тут она скривилась и стала всхлипывать, — посмотри, а?

Прыга поднялся и подскочил к одному из окошек.

— Тишина внизу, — прошептал Прыга, — но кто-то шевелится…

— Там же не только муравьи были, — все чаше всхлипывая произнесла Жужа и всё же разревелась.

В противоположной стороне от окошка, в которое выглядывал Прыга послышался треск разрываемой бумаги и в расширившееся пространство валился паук, а за ним и муравей, втягивая свой массивный щит. Прыга обернулся, отмечая их появление и вновь уставился в своё окошко. Привратник мигом оказался рядом с Жужей и начал, аккуратно касаясь, рассматривать срез её крыла.

— ЖАЛОМ?

— А... ага, — всхлипнула Жужа.

— Ну ничего, и без Крыла проживешь! Царицам и вовсе много летать не положено! А яд на таких как ты не действует!

— На каких таких? — продолжала плакать Жужа.

— На тех, кто ревет много! Он со слезами выходит из организма и всё!

— Ты издеваешься? — всхлипнув еще раз и вытирая слезы спросила Золотая Оса.

— Да на Золотых Ос! Он из осиного яда и создается! А у вас на своё иммунитет. Уснешь и всё.

— Что с муравьями? — озабоченно спросила Жужа, разом позабыв о том, что собиралась умирать.

— Поручик полетел разбираться, но, думаю, что ничего страшного. Доза маленькая была… Посмотри вон, — и он указал на храпящего прямо там, где влез в кокон, пожилого капитана, заботливо положившего себе под голову щит и мирно спящего. Его грудь вздымалась и опускалась в спокойном, умиротворяющем ритме.

— Как вылезли из проема, его сразу повело, стало в сон клонить. На одних пощечинах до сюда дотащил. Спит, видишь!

— Вижу, — ласково улыбнулась Жужа. — Значит мы справились?

— А то! Давай раны обработаю, пока ты еще хоть что-то соображаешь. — и паук принялся сноровисто заматывать обрубок её красивого крыла паутиной.

— А теперь ты слышишь гудение? — всё так же ласково улыбаясь, спросила Жужа.

— Теперь слышу! — встрепенулся паук, оборачиваясь к окошку от которого пятился Прыга.

Жуже стало так хорошо и спокойно, как не было очень давно. Наверное, с тех самых пор, как её прижимала к груди мама. Почему-то она совершенно четко вспомнила тот момент. Она поняла, что это именно воспоминание, а не морок. Она увидела, как мама подходит к её уютной люльке, тихо напевая приятную неуловимую мелодию и берет её на руки, как прижимает к себе и шепчет ласковые непонятные слова. А справа от мамы появляется кто-то еще, такой же родной и близкий, и мама передает её ему на руки. Тот тоже что-то непонятно-ласковое бормочет, прижимает её к себе крепко-крепко, но при этом нежно и аккуратно и куда-то несет. Стало хорошо-хорошо, тепло-тепло и очень приятно.

Жужа засыпала и, сквозь сон видела, словно смотрела на происходящее со стороны, как большой и сильный Золотой Трутень поднимает её и несет к широкому проему, сделанному в бумажном коконе, как его окружают другие Золотые Осы и Трутни, они все смотрят на неё, стараются по возможности прикоснуться, но отстраняются, по безмолвному велению несущего её силача. Он улетает, унося её на руках, а они летят вокруг. Это её новая старая семья, понимает Жужа. Это её Рой.

Глава 15

Пробуждение вышло неприятным: кроме того, что ужасно хотелось пить, каждая мышца в теле жутко болела, каждая связка ныла, локти колени и ладони саднило, а голова раскалывалась.

— Свет, свет, свет, — произнесла Жужа, точнее промямлила, еле разлепив слипшиеся губы, — я точно не на ЛУНЕ!

— Это верно, — послышался знакомый ворчливый голос старого паука, а в руки вставили кружку с водой. Жужа пила долго, потом еще одну кружку, потом еще, а потом больше не лезло, но пить всё равно хотелось.

— Долго я спала? — прошептала она вслух, а в голове вопросы посыпались как бисер из перевернутой банки, так же перескакивая друг через друга, раскатываясь во все возможные и невозможные стороны и сверкая, один другого важнее: Как муравьи? Кто победил? Где Прыга? Это мне приснилось? А это? Где я сама, в конце-то концов, и в жива ли королева? Что с поручиком? Она попыталась произнести хотя бы один, но голос пропал, и она только захрипела.

— Ты пока очень слаба, всё-таки отрава есть отрава, да и ранение… — закряхтел старый паук! — Ты успокойся, я всё тебе расскажу, но сперва тебе надо выпить лекарство, поесть как получиться, короче, привести себя в порядок, а то смотреть неприятно.

Конечно же старик лукавил в своей обычной ворчливой манере, но Жужа действительно чувствовала себя отвратительно.

Вот, кстати микстура от назойливой Зеи, это твоя новая через чур заботливая родственница, считающая себя лучшим лекарем на свете. Она сказала, что эта штука поставит тебя на ноги быстрее любой другой, а вот от этой боль отступит, — и протянул еще какой-то порошок в конвертике. — Пей, говорю!

Паук переставлял еще какие-то склянки на тумбочке, продолжая рассказывать:

— Я их еле вытолкал из твоей комнаты, а то решили толпой навалиться. Рожи хитрые, всё лучше всех знают! Все Золотые Осы такие! — он внимательно посмотрел Жуже в глаза и продолжил, — Но я считаю тебе сперва приятнее со знакомой рожей пообщаться. С моей и осклабился.

Жужа глянула на запертую дверь и кивнула Привратнику.

— Вот и правильно. Успеете еще все перезнакомиться.

Жужа безропотно приняла лекарства, разрешила проверить повязку на обрубленном крыле и, уставшая даже от такой малости, без сил откинулась на заботливо поднятую пауком подушку. Наконец-то осмотрелась по сторонам.

Помещение было небольшим и каким-то плавным, что ли. Тут вообще отсутствовали прямые углы и хоть какие-то выступы. Всё закругленное, всё нежно-кремового цвета, даже кровать, шкаф и тумбы были сделаны из такого же материала, что стены и потолок. Только белье было шёлковым и кресло, в котором сидел паук было явно не отсюда. Слишком оно было нелепое и угловатое. Паук проследил за её взглядом и сказал:

— А мне оно понравилось! Я его во дворе нашел. Тут у вас с нормальной мебелью вообще беда.

— Где это тут? — тихонько прошептала Жужа.

— Аай! Не поняла еще, что ли?

— Поняла. Мы в улье. Не всё, что мне приснилось — приснилось.

— Ну, как-то так, — улыбнулся Привратник и откинулся в своем жутком кресле, принявшись раскачиваться с мерзким скрипом. Жужа поморщилась и он, нехотя, прекратил.

— Всё тут какое-то круглое, — передернул он плечами и сделал кислое лицо.

— А мне нравится! — голос у неё становился всё сильнее и сильнее, видимо подействовало какое-то лекарство.

— Ну ещё бы!

— Дедушка паук! Хвáтит меня ерундой всякой забалтывать! — попыталась вскрикнуть возмущенная Жужа, но у неё получилось лишь пустить петуха на слове «хватит», а остальное так и осталось обычным шепотом.

— Аай! Ладно!

Паук встал и начал прохаживаться по комнате, заложив лапы за спину. Молчал. Жужа следила за ним и начинала злиться, но не проронила ни звука, лишь заерзала на постели, устраиваясь поудобнее.

— Аай! Не знаю с чего начать! — сказал он и остановился.

— С нашими всё хорошо?

— Если ты о нашем спецотряде, то да. Все целы и невредимы, даже этот ненормальный весельчак.

Жужа вопросительно подняла бровь.

— С его любовью совать голову в пасть жабе, это действительно удивительно!

— Как муравьи? Кто в итоге победил?

— Самого страшного не произошло, а остальное так просто не расскажешь…

— Сейчас всё зависит от того нужно ли нам куда-то торопиться, — заметила Жужа спокойным рассудительным голосом, — думаю, от этого будет зависеть важность остальных вопросов.

— Торопиться не стоит. — Паук серьезно на неё посмотрел, — А ты, я смотрю, сильно изменилась, недавно только пищала про всякие сказки…

Жужа промолчала и Паук, — Аайкнув по обыкновению, спросил:

— С чего же тогда начать?

— Тогда с того момента, ка вы с капитаном и ненормальным весельчаком полезли наверх к жучкам.

Паук ухмыльнулся, вернулся в кресло и начал свой рассказ под монотонный скрип. Он, видимо не мог не качаться.

— Как только мы забрались по цепи наверх, этот ненормальный запрыгнул на самый высокий камень и давай орать, чтобы ему позвали главного. Слава свету, его не проткнули копьями сразу, а решили разобраться, взяв нас всех в кольцо. Разглядев наши особые шнурки, жучки опустили всё же оружие и через несколько мгновений подбежал их командир. Он плохо говорил на общем, поэтому как строился их диалог, я так и не понял, комар, надо отдать ему должное, неплохо умеет находить с ними общий язык. В итоге Усс выяснил где находятся «наши коллеги», имея ввиду приспешников Слизня и, узнав, что конкретно тут их нет, а появиться они могут лишь с двух направлений, отправил нас с капитаном к тем местам караулить, взявшись руководить основной работой сам. С помощью дикого войска он отыскал-таки подходящую железяку, и, хоть она и была длинной и тяжёлой смог заставить жучков поднатужиться и допереть её до люстры. Там они всей толпой умудрились просунуть её в одно из звеньев цепи.

Паук кивнул улыбающейся Жуже и продолжил:

— Как он объяснил необходимость таких маневров их главному и каким образом, мне неизвестно. Дело решилось и, слава свету! Отозвав нас с капитаном с постов, он поблагодарил жучков за помощь, наобещав их главному всяческих наград и велел дальше оставаться на месте. Бдеть и ждать. Тут баллон зашипел. Жучки сразу активизировались, попытались спуститься вниз, кричали и размахивали копьями. Не знаю какая у них была установка на сработавший баллон, но Усс с трудом уговорил их не вмешиваться, а мы, тем временем, готовы уже были защищать спуск от их назойливого внимания, как шипение прекратилось. Только тогда Усс смог их развернуть и куда-то даже отправил, не знаю, надо было спешить. Мы поторопились спускаться и увидели, как армии засыпают. Все муравьи с обеих сторон остановились, растерянно зашатались, ослабли и опустились наземь. Тут и Урр стал заваливаться, я с трудом помог ему до кокона добраться. Поручик, увидев, что с капитаном я справлюсь полетел вниз, а я к тебе.

Жужа прикрыла глаза и произнесла:

— Я не смогла её победить…

— Смогла! — Паук протянул лапу и коснулся её руки, — Смогла, Жужа. В итоге ты справилась и спасла всех муравьев. Вы спасли.

— Где Прыга?

— С ним тоже всё в порядке.

— Сколько же в итоге прошло времени?

— Ты очнулась на второй день, после тех событий. Когда появился РОЙ, они тебя раненую сразу забрали. Я решил не вмешиваться. Тебе действительно нужна была помощь.

— Я их почувствовала. Даже раньше, чем они появились. Это они помогли мне сражаться с Черной Осой, помогли как-то прямо в моей голове, — она не могла объяснить словами и тогда попробовала помочь себе руками, пытаясь выразить мысль, как-то их выкрутила, но Привратник просто кивнул.

— Я понимаю. У РОЯ есть общая память и общий разум. Это ваша особенность. Думаю, подробнее тебе расскажет кто-то из твоей новой семьи. У муравьев тоже есть что-то подобное, но не так явно выраженное, и у Пчёл, говорят, есть, но они эту тайну охраняют особо. К тому же с ДОМОМ не дружат.

— Ты очень много всего интересного знаешь, дедушка.

— Много, но понемногу — улыбнулся он.

— Ты обещал мне всё рассказать, — напомнила Жужа.

— И я расскажу.

— Что было дальше? — вернула его к событиям того дня Жужа.

— Я успел пообщаться с Золотым Трутнем, который тебя забрал. Его зовут Изо, он был главным, пока не нашли тебя, ну среди тех, кто продолжал держаться вместе. Изо пригласил нас в Улей, в который тебя унесли. Он знал, что я, Прыга, Усс и Урр тебе очень дороги и ты захочешь всех нас увидеть сразу, как очнёшься. — тут дед недовольно крякнул — Он, я так понял, хорошо умеет обращаться с вашей особой памятью и ничего ему объяснять не пришлось. Он прочитал тебя как книгу, влёт! — тут паук скривился и добавил, — Мне бы такое не понравилось, с этим надо быть осторожнее! Советую, как можно быстрее разобраться с гостями в твоей голове, девочка!

Жужа улыбнулась ворчливой заботе старика и пообещала обязательно разобраться. Дед еще побурчал, но вскоре продолжил:

Аай! Ладно. Дальше: когда тебя забрали, я успокоил Прыгу и тут вернулся комар. Он тоже сильно за тебя переживал. Только удостоверился, что муравьи живы и обратно. А тут РОЙ! Его не пускали, он орал! Потом, когда вы улетели он успокоился, высказав всё недовольство почему-то мне и принялся будить капитана. Бесполезно.

— Как дальше разворачивались события внизу?

— Ну… — дед явно не хотел рассказывать и это очень сильно насторожило Золотую Осу.

— Говори всё как есть!

Дверь распахнулась и вошел высоченный крупный трутень. Первым делом он опустился на одно колено и склонил голову, произнеся неожиданно мягким и ласковым голосом:

— Рад видеть вас в добром здравии, Ваше Высочество!

Жужа подобралась, притянула одеяло повыше, но не нашлась что ответить.

— Пока, господин Привратник, ничего говорить не стоит, — тем временем обратился к пауку Изо.

Жужа сразу поняла, что это он, тот самый Изо, который принес её в Улей.

— Я попросил бы нас оставить, — добавил тот.

Старик посмотрел на Жужу и, лишь когда она неуверенно кивнула, произнес:

— Я буду рядом.

— Подожди, окликнула его Жужа, — что-то известно о судьбе матушки?

Старик остановился, пожевал во рту какую-то мысль и сказал:

— В порядке. Она в порядке, — и вышел.

Изо подошел к кровати, улыбаясь склонил голову набок и сказал:

— Я постараюсь организовать вашу встречу, как только смогу!

— Спасибо! Спасибо огромное!!!

— И еще, Ваше Высочество, теперь, когда мы вас нашли, я обязан первым делом заботиться о вашем здоровье и вашей безопасности. Как моральной, так и физической.

— Что-то может угрожать моей моральной безопасности? — с удивленным возмущением произнесла Жужа.

— Пока да! И нашей!

— Не поняла?

— Вы только-только познакомились с «разумом» РОЯ, а он с вами. Сильные эмоциональные воздействия могут повлиять на обе стороны.

— Я не очень понимаю, о чем вы говорите, — задумчиво произнесла Жужа, — но уверена, что вы всё делаете правильно.

— И с чувствами «РОЯ» вы тоже пока мало знакомы, как и с возможностями.

— Я знаю, мне нужна помощь…

— Разрешите, я буду вашим наставником!

Жужа уже хотела согласиться, но он остановил её жестом:

— В таком случае я должен вас предупредить, что некоторое время вам придется следовать моим советам, наставлениям и порой даже запретам, хоть вы и являетесь царицей!

Жужа думала недолго. Она УЖЕ доверяла этому здоровенному трутню и причины поступать по-другому не только не видела, но и не чувствовала, если можно так выразиться, точнее она просто знала, что может ему довериться целиком и полностью. Вопрос в другом: совпадут ли её дальнейшие интересы и интересы РОЯ? Ладно, раз решила становиться Золотой Осой, то надо становиться!

— Я согласна!

— Тогда начнем с того, что вам необходимо поесть, затем совершить гигиенические процедуры, а потом лечебный сон. Он же будет и первым уроком.

Изо посмотрел на дверь и в неё сразу же вошли две Золотые Осы, опустились на колени и склонили головы.

— Это наша лекарка Зея и твоя личная служанка Зоя.

— Встаньте же с колен! — подалась Жужа вперед. — Что вы все кланяетесь, я к такому не привыкла, вы смущаете меня! Мне как-то не по себе от всего этого…

— И быть царицей вам тоже предстоит научиться, — мягко сказал Изо.

— Если я царица, то буду такой, какой захочу, а не такой какой надо! — возмущенно подумала про себя Жужа, а произнесла другое:

— Вы прямо точно-точно уверены, что я и есть ваша царица?

— Мы уверены! — смотря ей прямо в глаза произнес Изо, но его рот при этом не двигался. Он говорил в её голове! Мыслями!

Жужа, наоборот разинула рот от удивления и тут ей стало немного стыдно за бунтарские детские мысли секундой ранее. Она поняла, что он их слышал. Изо улыбнулся, но его лицо опять оставалось неподвижным. Он улыбнулся мыслями? Или чувствами?

— Правильные вопросы, — произнес уже вслух трутень, — мы быстро во всем разберемся! — Он поклонился и вышел из комнаты.

Зея и Зоя подошли и принялись помогать ей выбираться из постели, потом одна осматривала её крыло, сняв повязку (паутины, что намотал паук уже не было), а вторая раздевала. Они обе что-то спрашивали и рассказывали, потом её мыли в принесенной кадушке, потом опять лечили, потом кормили, но для Жужи все это происходило фоном. Её мысли были погружены в новый мир, такой интересный и родной, такой простой и естественный, но при этом таинственный. Тёплое золотое облако будто бы укутало всю её целиком, оно было и внутри, и снаружи. Создавалось такое чувство, что ей вернули что-то естественное, то самое, что всегда было и должно было быть с ней. Как крылья! Это как уметь летать, потом разучиться, а потом снова научиться! Тут она вспомнила, что именно летать она теперь не сможет и стало грустно. Грустно сразу стало и обеим Золотым Осам, присутствующим рядом. Потом Зоя рассказала что-то нелепо-смешное и стало весело. Тоже всем! И это было гораздо круче, чем если бы они просто вместе посмеялись. Это было что-то более широкое и высокое.

Вскоре её уложили обратно в кровать, и она была уверена, что не заснет, пока не разберется в своих чувствах, но она уснула. Её кто-то убаюкал настойчиво, и нежно. Ладно! Во сне тоже обещали что-то интересное!

Жужа ждала от этого обещанного сна-урока какой-то конкретики, что ей кто-то, скорее всего новообразовавшийся учитель Изо станет что-то объяснять и рассказывать, может даже усадит за парту и станет показывать картинки, графики, рассказывать истории или даже показывать формулы и уравнения. Она думала, что во сне её будут наставлять, говорить что делать, а чего делать не стоит, как разговаривать мыслями и пользоваться памятью всего РОЯ, объяснять и даже давать самостоятельные задания, четко следя за их выполнением и, при необходимости поправлять. Думала, что после задания, возможно, Изо её похвалит, а может быть и отругает, назвав бестолочью, но всё оказалось совсем не так.

Учебный сон оказался проще и сложнее одновременно. Словно густая, многогранная информационная сеть, находящаяся сразу во всех плоскостях одновременно просто наложилась и отпечаталась на ней самой. На её душе. И стало сразу видно и ясно, что она тоже густая, многогранная и присутствует во всех плоскостях одновременно. Её будто бы дополнили. Она была тетрадным листом с тремя, ну может быть с пятью заштрихованными клеточками одного стандартного синего цвета, а стала листом, где заштрихована каждая клеточка, при чем разными цветами. При этом она осталась тем же самым листом.

Жужа многое поняла. Например, что это очень удобно и немного нечестно по отношению к другим. И что к этому нужно относится спокойно. Она такая какая есть. Мухи, вон по потолку ходят, муравьи самые сильные, а пауки самые хитрые. Каждому своё.

Жужа теперь знала, что это информационное поле всегда было с ней, с самого рождения, просто она его не использовала. Его нужно было включить.

В поле хранится и множится информация от поколения к поколению и доступ к ней теоретически возможен, надо только научиться её извлекать. В большинстве своем обитатели РОЯ используют лишь чувственную и эмоциональную сторону поля, и этого вполне достаточно, но кто-то способен использовать и его особые возможности, такие как мысленная речь, заимствование знаний и умений, возможность использовать его энергию, трансформируя её под свои цели и задачи. Чем-то подобным и воспользовалась Жужа во время памятного сражения с Черной Осой, просто грубо, на инстинктивном уровне.

Таких ос очень мало. Развить способность работать с полем можно, но это очень трудно и всё равно есть непроходимые ограничения. Полноценная работа с полем доступна лишь по рождению. Ос в рое может быть тысяча, но только представители царской семьи обладают сильным даром. Поэтому, потеря царской крови — это великая трагедия, а находка пропавшей наследницы — неимоверный подарок судьбы.

Кроме того, поле доступно далеко не всем, и даже в семье РОЯ встречаются те, кто его не ощущает, но таких очень мало. Например, новая оса, вступив в семью со временем включится и в общее поле, если ей это дано, а может и нет, но за это её не прогонят. Скорее всего она сама уйдет искать тот РОЙ, в котором почувствует единение с другими, в унисон с которым гудит её душа, в котором не будет чувствовать себя немного ущербной. А может и не уйдет. Не всем надо что-то особое чувствовать, многим хватает и просто жить, особенно если вокруг друзья или любимый.

Кроме того, кто-то умеет пользоваться полем, а кто-то нет, каждый воспринимает его по-своему и для каждого оно принимает особую, индивидуальную форму, кто-то старается и развивает свои навыки, а кто-то делает все интуитивно. В целом ИНФОПОЛЕ это великий дар осам, это великое благо и его нужно беречь.

В РОЕ поле помогают включить ребенку с тех самых пор, как происходит его самосознание и сразу же учат с ним обращаться. До этого РОЙ как бы не видит маленькую осу, а она не может чувствовать поле РОЯ. Ей же потребовалась стрессовая ситуация, что бы оно включилось само. Именно в тот момент её сразу же почувствовали другие члены семьи. Сейчас Жужа сама ощущала их присутствие. Почти все они были рядом, в улье, а двое находились подальше. Если сосредоточиться, то они откликнутся и покажут где конкретно находятся, но это лишь при необходимости. Именно так РОЙ и нашел её в бумажном коконе злополучной люстры. Будь они ближе, успели бы помочь справиться с Черной Осой, будь слишком далеко, то и вовсе бы не услышали. Просто получилось так, как получилось. Они уже знали, о том, что она где-то в ДОМЕ и двигались в его сторону. Сообщения, разосланные Комариной Генеральшей во все возможные края, нашли своих адресатов.

Жужа продолжала познавать необыкновенное информационное поле Золотых Ос и некоторые тонкости его моментов. Например, не принято пытаться узнать через него что-то о другом члене семьи без его разрешения, как собственно и о любом представителе РОЯ, но тут дело личной порядочности. Изо, например, при желании мог прочитать мысли любого представителя РОЯ, кроме равных, то есть опять же семьи. Можно научиться закрываться от внимания других, вплоть до исчезновения с «радаров», но для этого нужно обладать сильным даром. Такой был только у Изо, с которым она уже познакомилась, у его брата Азо, его жены Зиры и предполагался у их маленькой дочки у, которая пока была еще совсем несмышленой.

Если дар у девочки подтвердится и окажется настолько же сильным как и у её родителей и если в нем будет семя нового поля, то она получит право на создание собственного РОЯ. Только дар царицы может стать аккумулятором поля РОЯ, тем ростком, которое дает жизнь лесу, той основой, вокруг которой появляется вся сила и всё волшебство информационного поля. Только родившись с таким семечком в груди можно создать новый РОЙ и новое инфополе. Ибо инфополе есть РОЙ, а РОЙ, есть инфополе. Если у малышки оно будет, тогда она сможет со временем отделится и все желающие последуют за ней.

Если говорить об образовании этого конкретного Роя, то его основала мать Жужи, а отцом был, погибший во время нападения жучков Клана Осины брат Изо. Получается учитель Изо является еще и её дядей. Будь у него жена и роди они девочку с даром, они, возможно, основали бы свой РОЙ и тогда в ДОМ никто бы не вернулся, но Изо был одиночкой и предпочитал служить, а не править. Когда он почувствовал смерть Царицы, то был уверен, что и Жужа погибла. РОЙ покинул ДОМ, так как не имел права оставаться на месте Великого Позора. Золотые Осы перестали существовать. Постепенно они разделились. Кто-то смог прибиться к другим диким собратьям, кто-то предпочел обособленное существование, но, когда Изо наткнулся на весточку, в которой Комариная Генеральша утверждала, что царица нашлась и что ей нужна их помощь, он бросился собирать всех кого смог. Если царица жива, то и позор можно покрыть новой славой. Если старая история не завершилась, то и продолжать ей надо на старом месте и нужно вернуться в ДОМ. В недостроенный Улей!

В тот памятный день набралось только пятьдесят девять представителей бывшего РОЯ но их сил вполне хватило что бы не только спасти царицу, занять старый недостроенный Улей и навести в нем хоть какой-то порядок, но и помочь Комариной Генеральше в урегулировании конфликта с неуемными кланами, золотым серпом пройдясь вдоль линии фронта и заставив их пойти на мирные переговоры. Как известно, больше всего жучки уважают силу! Кроме того, с чердака были выгнаны все криминальные и подозрительные элементы, которых удалось найти, ибо забились они в свои норы знатно, вместе с ними отправили обратно в подвал и всех представителей Клопиного Комиссариата, не слушая никаких угроз и объяснений.

И вот уже второй день прибывали старые представители семьи, которые были где-то дальше, или до которых новость дошла только сейчас. С ними прилетали и новые осы, раньше не состоявшие в Золотом Рое. Осталось только встать с кровати и поприветствовать свой народ! Золотые Осы вернулись!

Когда Жужа попыталась узнать информацию о войне муравьев, её мягко отстранили, она возмутилась и попыталась надавить на преграду, за которой просвечивала необходимая информация, но ей не дали. Её просто разбудили, и она поднялась на кровати, пытаясь поймать испаряющиеся мысли, как бывает с попытками поймать таящий выскальзывающий из памяти сон.

— Извини, — произнес своим ласковым голосом Изо, — некоторую информацию лучше узнавать от кого-то, а не вычерпывать из поля. Без опыта можно захлебнуться, если она окажется неожиданно холодной, солёной или красной, понимай как знаешь…

— Я поняла. — Жужа осмотрелась, в комнате она была одна.

— Пусть кто-то хорошо знающий тебя, поведает тебе всё что ты хочешь узнать. Так будет лучше, поверь.

— Верю.

— Но перед этим я должен научить вас основам — как сдерживать свои эмоции и как скрывать их от других, научившись этому, вы также поймете, как закрываться самой, что бы никто не смог прочитать вас.

— Старый паук будет в восторге!

Изо улыбнулся.

— У вас очень сильный дар, если вам будет больно, другие тоже это почувствуют, некоторые не смогут закрыться, и вы им навредите. Как видите, наше поле не только дар, но и ответственность!

— Я понимаю. И пожалуйста, дорогой Изо, милый дядюшка, прекрати уже мне выкать!

— Хорошо! Я постараюсь.

— А, кстати, какое моё настоящее, осиное имя?

— Жужа. — Вновь улыбнулся Изо, — понимаешь, у Золотых Ос имя дается в момент включения в инфополе, а это происходит не с момента рождения а, когда ребенок начинает себя осознавать как личность, у всех в разное время. Пока ребёночек маленький он либо «мальчик», либо «девочка». ТЕБЕ тогда, как и дочке моего брата сейчас, еще не успели дать имя. Традиция.

— А если у него нет способностей, такое ведь тоже бывает?

— Тогда ему просто дают имя. Как всем, совершенно обычно, — он наклонился к ней и произнес заговорщицким тоном, — многие девочки с ранних лет уже знают, как будут звать их сыночка и дочку, так ведь?

Жужа немного смутилась и улыбнулась. Она уже давно решила, как будут звать её детей. Это точно!

— Я же говорю, это просто традиция.

— Понятно.

— Тогда ложись и засыпай.

— Опять сон-урок?

— Урок-сон. — и Изо вновь улыбнулся. — Так проще.

— Может быть вы просто по-другому не умеете?

— Ты очень похожа на старого паука, — вновь улыбнулся Изо, но это правда — я действительно по другому не умею. Засыпай!

— Ладно!

— Последнее слово всегда должно быть за тобой?

— Я же царица!

Изо рассмеялся, но ничего больше не сказал.

Сон-урок, или урок-сон, как больше нравилось дядюшке, оказался достаточно простым. На примере все той же улыбки он учил её скрывать это чувство, или же заставлять почувствовать мимолетную радость другого, вызывая сначала тень обычной улыбки, потом и радость. При этом оперировать нужно было не образами, а чувствами. Короче, к утру Жужа разобралась и стала тренироваться, заставляя Изо угадывать о чем она думает, просила вызвать какую-то эмоцию и закрывалась, сама транслировала ему то радость, то печаль, то с нажимом в лоб, то из под тешка и с оттяжкой. Принцип стал ясен, остальное дело техники. Время во сне тоже не подчинялась обычным мирским законам, поэтому занятия, проходившие, казалось бы, неделю, а то и две подряд, в итоге свернулись в несколько часов. Вот такая вот магия сна!

— Если ты не против, я подстрахую твои эмоции во время завтрашнего разговора, — в завершении обучения произнес Изо.

— Я не против, но мне уже страшно от того, что ты это говоришь.

— Прости.

Утро было тяжелым. Голова и крыло болели, хотя мышцы и сухожилия уже отпустило. Так же давила тяжесть ожидания. Наверняка сказалась и учёба.

Приходила Зея, смотрела крыло, поила своими микстурами, после которых стало легче. Боль ушла, а сознание прояснилось. «Надо будет узнать, чем таким она меня поит» — сделала отметку для себя Жужа.

Когда лекарка удалилась в дверь тихонько постучали и, когда Жужа разрешила, Вошла Зоя, поклонилась, молча отошла в сторону и пропустила двух Золотых Ос покрупнее, несущих на руках матушку Мушильду. Они усадили её в кресло и, склонившись, удалились. Всё так же молча Зоя вышла следом.

— Матушка! — бросилась ей на шею Жужа и не отпускала несколько минут. Мушильда гладила её по спине, старательно избегая касаться поврежденного крыла и говорила всякие милые глупости. Она говорила о том, как скучала, как переживала за неё и о там, как была рада новостям, что всё обошлось… Она старалась говорить только о хорошем, но понимала, что этого недостаточно и рано иди поздно придется отвечать на вопросы.

Так и случилось. Жужа, наобнимавшись уселась на краешек кровати, стараясь находиться как можно ближе к матушке принялась её расспрашивать:

— Расскажи, как там в подземелье? Страшно?

— Конечно страшно! Ох-хо-хо! — не стала скрывать матушка, — меня схватили, сграбастали словно какую воровку, ничего толком не объяснили и бросили! Да! Бросили в самую темную дыру! — Надо отметить, что матушка всегда была склонна к оханью и преувеличениям, которых можно было бы избежать. — Они трясли меня и трясли, выведывая не пойми что!

— Я всё знаю про флэшку.

— Ох-хо-хо! Ну и правильно! Ну и хорошо! А что ты еще знаешь?

— Что ты нашла меня вместе с флэшкой, и что вы решили скрыть ото всех, кто я такая.

— Да ты, как бы не по боле моего знаешь? Ох-хо-хо!

— Да уже, пожалуй, слишком много… Ты же никогда не летала к пчёлам?

— Как не летать — летала! Паук требовал достоверности! Просто завалила тебя в люльке пирогами и вроде как их и предложила! А сказала, что не признали тебя! Пчёлы бы признали в тебе осу, как пить дать! Еще, глядишь и пристукнули бы! Они с осами, с вами, то есть, не очень!

— Прям ребенка бы и пристукнули?

— Как пить дать! Стуканули бы что, ох-хо-хо, как шибко!

Жужа сейчас с удовольствием и некоторой грустью вспоминала, как работая на кухне матушка могла часами болтать, не замолкая ни на минуту, в такой вот своей особой приувеличительной манере. И порой, казалось, сама в это во всё верила, хоть и понимала, что её несет. Жужа быстро научилась пропускать эти оханья и перегибы и только улыбалась, не споря и не заостряя внимания. Наоборот даже, иногда специально подначивала, переспрашивая и тогда Мушильда аж руками трясла и ногами топала, охая да ахая, уверяя в какой-либо нелепости маленькую девчонку. А потом они вместе весело смеялись. С матушкой никогда не бывало скучно, это точно!

А сейчас, видимо, она будет о ней скучать — поняла Жужа. Вряд ли они смогут жить вместе дальше.

— Останешься ли ты со мной?

— Нет! Ты же понимаешь! Да и ты со мной не вернёшься на кухню. Всё! Разошлись. Раскатились наши дорожки, ох-хо-хо!

— Уж прям? — улыбнулась Жужа в ответ.

— В разные, в разнёханькие стороны! Кому ввысь в золотую, а кому и в яму сыру!

— Матушка! — вскрикнула Жужа, — в какую яму!

— Я кухню свою имела ввиду! Клопы, слышала, там клоаку огненную устроили!

— Ну ты как скажешь, — прыснула Жужа. — А ко мне на кухню не пойдешь?

— Что? С Осами? Да видно ли где такое, ох-хо-хо, чтоб Золотые Осы с кем дружбу водили?

— А как же я?

— А ты оса неправильная! Потому что мною правильно воспитанная! С тобой вон, все дружить хотят. А остальные Золотые Осы — все наперечёт — проштампованные высокомерными пробами гордецы. Места нет ещё одну поставить! Нос воротят! Не пойду и не зови! Я свою кухню лучше старой вычищу!

— Мы будем видеться?

— Я всегда рада тебе! Хоть сейчас со мной уходи! Но ты же не пойдешь?

Жужа подтвердила, просто покачав головой:

— Теперь тут мой дом.

— Иди сюда! Обниму крепче всех! Я рада за тебя! Очень.

Жужа вновь с удовольствием прильнула к груди Мушильды и та на ушко ей добавила:

— Ты со старым этим хитрым комком пыли поосторожнее!

— Обещаю! — тоже прошептала Жужа в ответ. И добавила:

— Как он тебя, кстати, хорошо устроил? Домой когда вернешься?

— Ой, хорошо! Да не он устроил, а принес куда сказано было! Сама я себя устроила! И Марьинка рада, это моль, помнишь её? Всё мы с ней разговоры разговариваем, правда муж её стал чаще где-то пропадать… Ох-хо-хо! Да это после войны работы много, вот и трудится. А мы с Марьинкой хорошо живем! Ругаемся иногда, но как без этого! Я пока у неё еще поживу, пока ноги не заживут.

— Как, ноги-то? Извини, что сразу не спросила.

— Ох-хо-хо! Ноги мои ножульки! — начала она как заведенная, а потом резко прекратила и сказала спокойным голосом, — да нормально. Думаю через неделю смогу уже ходить. А эту песню я мужу Марьинки завожу, а то занамекался уже…

Жужа посмеялась, жалея бедного моля. Если и Марьинька такая же как матушка, то ему не позавидуешь.

— Сама-то как? Тоже ведь пострадала! — спросила Мушильда вкрадчивым голосом, — Покажи! Ох-хо-хо… Лететь получиться?

— Нет. Но я держусь. Не будем об этом. В остальном — всё отлично.

— А слышала сама-то, какие сказки о тебе по ДОМУ теперь ходят! Ох-хо-хо! Одна невероятнее другой.

— Как вспомню, так самой кажется, что всё это сказка, — пробормотала Жужа.

— Они конечно в основном хорошее говорят. Редко глупости встречаются, но и такое я слышала! — Мушильда хохотнула, вспомнив смешной, как ей казалось момент, — представь, есть и такие. Кто утверждает, что ты здоровенная, с шестью крыльями и саблями размахиваешь. Вишь, как образ паука, комара, господина Изо и твой воедино сплелись в голове у сплетников! — она вновь хохотнула.

Жужа не знала, что ей ответить и просто вежливо улыбнулась. Смешно ей совершенно не было.

— Ты не переживай, продолжила уже серьезным и более тихим голосом матушка, — просто ты из грязи, как говорится в князи…

Жужа аж опешила.

— Я не так сказала, рот мой поганый, — пошлёпала себя по губам Мушильда, — я имела в виду что ты же из народа и в царицы. Много чего болтают. Ведь твоя история тема номер один уже который день. Откуда всё всем известно стало, диву даюсь!

— Мне вообще не нравится, что обо мне говорят, — тихо произнесла Жужа, — особенно, когда говорят такое.

— Ох-хо-хо. Кому ж такое понравится? Говорят. — признала Мушильда, — Что ж не говорить то? Язык ведь он часто злой бывает. От зависти особенно… Но в основном тебя просто полюбили. Честно! — и видя, что Жужа начала кривить губы, Мушильда буквально подалась вперёд и горячо заговорила серьёзным голосом, — Честно! Я от всей души, правдой тебе говорю! Полюбили тебя. Ты настоящий герой для многих. Ты своя. Ты спасла тысячи муравьёв, а через это и всех остальных! Скрывалась, пробиралась, сражалась и победила! В тебя дети уже играют!

— Не я победила! — возмутилась Жужа, — Мы все вместе были, и я не так-то уж много и делала. И не победили, а всего лишь сделали что смогли…

— Ох-хо-хо! Не скромничай, — махнула рукой Мушильда. — Я тобой горжусь и гордится собираюсь до самой смерти!

— Ну вот, опять! Какой такой смерти! Жить и радоваться нужно! ДОМ победе радуется!

— А просто если подумать, что недавно буквально происходило! Все и позабыли! А я помню! Ведь то смерть над ДОМОМ кружила. Смертушка! Да ведь никто от неё, гадины не укроется! За всеми следит, проклятая. А я муха старая…

— Хватит! — неожиданно резко прервала обычные в общем-то стенания матушки Мушильды, Жужа и сама этого смутилась.

Какая-то неловкость образовалась, и ни одна из них не знала, что с этим делать. Раньше матушка не задумываясь отвесила бы ей подзатыльник и посоветовала слушать, когда взрослые умные вещи говорят, будь они даже сто раз ни сколечко не умными и продолжила болтать дальше, легко перепрыгивая с темы на тему. Теперь такое казалось уже невозможным. Обе это понимали.

Они посидели с минуту молча разглядывая друг друга, а потом Мушильда заявила:

— Ладно! Зови своих Золотых! Пусть меня обратно снесут.

— Ты уже? — встрепенулась Жужа.

— Да что мне своим квохтаньем тебя от дел отвлекать! Наговоримся еще! У тебя дел, небось невпроворот?

— Я бы хотела с тобой еще посидеть.

— Насидимся! Обещаю! Сейчас мне пора! Я хоть и не ходячая, — но повариха! Обед пора готовить!

— Я рада, что все хорошо закончилось, матушка, — вновь обняла её Жужа!

— И я. А у тебя все еще только начинается! Поверь старой сплетнице! Всё только, ох-хо-хо, начинается!

Жужа попробовала мысленно позвать Зою, и та вскоре постучалась. Когда осы вынесли матушку, Жужа остановила уходящую следом служанку и спросила:

— Ты услышала меня?

— Нет, ваше высочество, я просто почувствовала, что пора прийти. Я не умею разговаривать в поле.

— Спасибо за матушку!

— Это господину Изо нужно говорить. Он всё организовал. Я скоро вернусь и подам завтрак.

Жужа просто кивнула и вернулась к кровати. Матушка была всё такой же шебутной, как и раньше, но в уголках её глаз спрятались морщинки страха и боли. Она настрадалась. Ох уж этот проклятый Слизень! Если бы добралась до него, так сразу бы его и пристукнула! Жужа заметила, что вновь, как и бывает после общения с матушкой, заразилась ей напускной, показушной агрессивностью и стало не так грустно. Есть такие личности, от которых можно чем-то заразиться: манерой говорить, например, или даже думать. Матушка была из таких.

Через некоторое время вернулась Зоя и помогла умыться, покормила завтраком, и началось: она приволокла неудобное тяжеленое золотое платье с огромной юбкой и с трудом в него запихнула несчастную Золотую Осу. Платье оказалось мало. Она извинялась и обещала подобрать что-то подходящее, но Жужа настояла на простом льняном, которое с детства привыкла носить на кухне, только это было обшито золотой тесьмой и не имело сверху рабочего сарафана. Просто платье. Зоя заламывала руки, стараясь принарядить свою царицу с помощью того, что нашлось в Улье, было собрано или прикуплено по округе или даже снято с кого-то из семьи. По крайней мере Жуже так казалось. Еще она натащила каких-то украшений. Жужа смилостивилась и что-то всё-таки нацепила, Зоя решила, что этого мало и тогда Золотая Оса прогнала назойливую служанку, поняв, что самостоятельно та не успокоится. Но, спустя буквально пару минут, Зоя вернулась с какими-то золотыми жакетами и сумасшедшими головными уборами. Обуви натащила похоже со всего чердака, где только нашла. Кстати одни ботиночки оказались ничего, но их не удалось отвоевать. Зоя напентерила на обреченно застывшую в позе уныния царицу, развалившуюся в нелепом кресле паука золотые туфельки. Ладно!

— Официальной коронации не было! Отстань! — то кричала, то просила Жужа и в итоге победила. Зоя ушла.

Тут же появился Изо, такой же огромный как всегда. Он где-то раздобыл золотой сюртук. Выглядел он в нем внушительно и по-королевски!

— Спасибо, ваше высочество! Вы опять открыты как настольная книга.

— Тьфу, это всё Зоя!

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, не шевельнув ни одной мышцей лица.

— Лучше, отмахнулась Жужа, если бы еще не эти дурацкие наряды!

— Постарайся говорить со мной мысленно.

— Луч-ше! — произнесла Жужа мысленно, страшно вытаращив на Изо глаза. Он горестно покачал головой, и добавил:

— Было бы хорошо, если бы сегодня за ужином вы предстали перед вашей семьей. Будут только самые близкие. Первый круг. Это те немногие, кто непосредственно руководит РОЕМ, или занимает особо значимые роли. Они, скажем так, голова РОЯ.

Жужа неожиданно испугалась, и Изо это почувствовал. Она тут же «закрылась». Огромный трутень лишь послал в ответ волны спокойствия и объяснил:

— Это далеко не коронация. Нужно просто показаться. Вечером. Ничего говорить не нужно. Хватит лишь улыбнуться и транслировать эту улыбку всем, конечно если она будет искренней. Попробуй!

Жужа подумала о том, что у неё наконец-то есть большая семья, о том, что они ради неё собрались со всех сторон света и что они верят в то, что Золотые Осы вновь обретут дом. Она поняла, что сделает всё что от неё зависит, лишь бы их не разочаровать. Она улыбнулась. Так улыбаются, вспоминая лучшие моменты жизни, вспоминая о друзьях и о семье и отправила это чувство Изо.

— Великолепно! — произнес он, ни капельки не покривив душой. — Ты молодец! Ты всё делаешь правильно!

Жужа смущенно поправила свое платьице и посмотрела в глаза великану, для этого пришлось задрать голову вверх:

— Спасибо, что вы у меня есть!

Она говорила обо всех сразу, и он это понял. Учитель отступил к двери, поведя ладонью в сторону прохода:

— Идемте, в малую гостинную, её наконец-то привели в порядок. Вас ожидают ваши друзья!

— Ура!!! - закричала царица и бросилась вперед, проскальзывая на поворотах. Расположение Улья она знала, как свои пять пальцев, конечно же из памяти поля. Это уже казалось нормальным.

Изо покачал головой, — «всё-таки она еще совсем девчонка», — сказал он самому себе и спокойно пошел следом.

Глава 16

В малую гостиную Жужа ворвалась словно ураган, распахнув двустворчатые двери и прокатившись по полу несколько шагов, пока не встретилась с ковром, о который чуть было не запнулась. Первым делом она заключила в объятья поднявшегося с диванчика ей на встречу Прыгу и замерла, зажмурившись. Рядом щелкнул каблуками вытянувшийся в струнку Усс, он опять готов был впечатлять своим идеальным внешним видом. Когда Жужа оторвалась от друга и обратила не него внимание, поручик попытался склониться, но она просто шагнула к нему навстречу и обняла. Несколько мгновений комар не решался обнять её в ответ, но потом всё же обнял. После Жужа шагнула к стоящему рядом с креслом, на которое он опёр свой здоровенный щит, муравью, который тоже не мог решить, как себя вести, но Жужа мигом развеяла все его сомнения, просто прыгнув в объятья. Он подхватил её, четь приподнял и прослезился.

— Я так рад, девочка что с тобой всё в порядке! Так рад! — прошептал он ей на ухо.

Привратник, так и не поднялся из своего кресла, стоящего через столик от того, перед которым стоял пожилой капитан. Жужа, усадив муравья обратно просто подошла к деду пауку и вполоборота устроилась на подлокотнике его кресла, пригласив Прыгу и Усса обратно присесть на диванчик. Паук по-отечески похлопал её по коленке и откинулся на спинку.

— Я очень рада, что с вами всё в порядке! Не знаю, что бы со мной случилось, если бы с вами хоть что-то произошло. — Улыбаясь произнесла Жужа, — Хоть я и обрела новую семью, вы мне стали очень дороги, вы стали моей семьей еще раньше!

В ответ никто из компании не проронил ни звука, то ли не знали, что сказать, то ли просто это не имело смысла, ведь по их открытым, счастливым улыбкам всё было понятно без слов. А может быть они смущались, огромного Золотого Трутня, закрывшего за собой двери и замершего недалеко от входа, изображая статую.

— Это мой… — Жужа подумала, как лучше представить своего дядю, и сперва решила представить так: — Мой наставник господин Изо! - потом помолчала, что-то обдумав и добавила, — Кроме того он мой дядя, друг и первый министр! — выдала она разом всю информацию, решив что незачем что-то скрывать от друзей.

Изо всем тепло улыбнулся, чуть кивнул, и вновь застыл.

— Вы не обращайте на него никакого внимания. — попросила Жужа, — он мне нужен в данный момент. Он помогает мне с моими некоторыми новыми способностями. Мне на самом деле нужна его помощь, поймите!

— Тогда не смущай нас, Изо, — по-простому обратился к нему старый паук, — а сядь куда ни будь, расстегни еще пару верхних пуговиц и, желательно, закинь ногу на подлокотник кресла!

— Да, дядя, ты можешь быть проще? — немного извиняющимся тоном поддержала паука Жужа., - а то и мне не по себе от твоего… официоза.

Слов в голове тоже стало намного больше, благодаря информационному полю. Это случилось само, как с расположением комнат в Улье.

Изо, глянув на Привратника проверил воротник, убедившись, что на самом деле ни одна из пуговиц не расстегнута, и прошел к столику, занятому вазой с цветами, который стоял в трех шагах от входя у стены с двумя вычурными стульями по краям. Развернул один из стульев и сел на него, с прямой спиной, сложив руки на коленях. Теперь это была сидящая статуя. Все продолжали на него смотреть, а Жужа даже немного нахмурилась, тогда он закинул ногу на ногу и откинулся на спинку стула, потом, спустя мгновение, видимо решил что этого недостаточно и закинул локоть на столик. Ваза качнулась и упала на пол, разбившись и разбросав цветы. Изо не дрогнул. Просто сделал вид, что ничего не произошло.

— Нннууу, ладно, — отвернулся от него Паук и спихнул хихикающую Жужу с подлокотника. Она тут же юркнула к Прыге и поручику, втиснувшись между ними на диванчике. Поручик подмигнул недовольно глядящему на него трутню и приобнял Жужу за плечи. Прыга сжал ее ладошки в своих.

Когда молчание чуть было не затянулось, и Золотая Оса готова была возмутиться, Привратник начал рассказ:

— Когда осы тебя унесли, мы все спустились вниз. Все муравьи погрузились в сон. Продлись действие газа хоть на несколько мгновений дольше, никто из них не проснулся бы уже никогда. Даже удивительно, как такое малое количество смогло произвести такой эффект! На самом деле — это страшная вещь. Минута в его облаке гарантированно убила бы муравьев, но вы сумели предотвратить трагедию.

— У меня голова раскалывалась целые сутки, после того кошмарного сна, — заметил капитан Урр, — как и у всех выживших. Никакие микстуры не помогали.

— Выживших? — тут же подхватила Жужа.

— Да, выжили, к сожалению, не все, — сказал капитан. — Те, кто был ослаблен боем — погибли. Да и…

Привратник жестом остановил муравья и продолжил сам:

— Как ты знаешь, не только муравьи были в армиях, и вот тут-то и произошла беда:

— Королева Жива? — подалась вперед Жужа.

— Подожди! — сурово ответил паук, — всё по порядку!

Он мотнул головой и продолжил:

— В армиях были и другие насекомые, — как я уже говорил. В нашей, кроме летающих отрядов был и отряд ополчения из тех граждан ДОМА, которые решили встать не его защиту, а это много разных видов. С ними ничего не произошло. А вот у армии Красных муравьев, опять же, не считая малочисленных летучих отрядов были…

— Эти жалкие пискуны нам далеко не ровня, — тихо пробурчал Усс. Паук недовольно глянул на поручика, и продолжил:

— Так вот, были у Красной Королевы жуки Рогачи, которые аналогичны, если можно так выразиться, в уровне нашим бронированным мокрицам, и четыре здоровенных саранчи, противостоять которым могли на должном уровне лишь отряды наших черных тягловых муравьев, которые без опытных наездников ничего из себя не представляют как военная сила, собственно, как и саранча у Красных. Но когда муравьи уснули, некому было остановить сбрендившую, испугавшуюся, что её наездники попадали вниз, саранчу. И она пошла вразнос, уничтожая своих и чужих, а рогачи сумели направить эти четыре машины для убийства в сторону спящей армии ДОМА. И резвилась бы эта гадость на наших спящих солдатах, но, помнишь тех здоровенных мокриц с мортирами?

— Да!

— Они выступили навстречу и дали залп. Девять залпов, — четыре разорванных саранчи. По гигантам пришлось бить дважды. Тли оказались неплохими наводчиками. Один раз промахнулись и выкосили целую просеку в рядах красных, которые в этот момент давно уже спали. И началось…

— Это как-то через чур… — произнес поручик Усс, — Одно дело в честном бою, другое — вот так — убивать спящих, беззащитных…

— С одной стороны я понимаю: это война! — тут же продолжил Привратник, — и саранчу нужно было остановить — и тут они молодцы, а вот что увлеклись… Увидели просеку после промаха и, видимо, одурели от крови и безнаказанности. Это уже перебор, согласен!

Жужа закрыла глаза, а поручик сильнее прижал ей к себе.

— Мокрицы, чешуйницы и даже осмелевшие тли вырезали большую часть армии Красных. Как носились страшные железные колеса свернувшихся мокриц… Ужас! Они уничтожили Красную Королеву и всех её приближенных. Когда закончились залпы мортир, чешуйницы и мокрицы продолжили убивать всех вручную. Уйти из ДОМА смогли лишь бежавшие в ужасе Рогачи, летучие отряды и буквально несколько отрядов красных муравьев, которые были далеко в тылу, прятались где-то с отрядами жучков клана или задержались в Зимнем Саду, занимаясь грабежом, пока их товарищи сражались.

— Выжили трусы, хитрецы и слабейшие, которых держали в тылах, — произнес Урр и горестно добавил, — а сильные, честные, доблестные и умелые войны погибли! Бесславно погибли!

— Хоть они и враги, — поддержал его Усс, — но мне их жаль. Воин не должен умирать во сне, если только не в старости и в своей постели… Страшная смерть!

— Кошмар! — шепотом протянула Жужа, прикрыв глаза, — Ужас! Ужас! — Почему же их никто не остановил?

— Некому было — извиняющимся тоном произнес комар. Я первым же делом, как мы спустились, собрал все оставшиеся летающие отряды. Набралось нас всего около тридцати, кто еще мог летать. Пригодился тогда свисток, оставленный ИИРИ., земля ему пухом. — Тут он помолчал, а Жужа вновь закрыла глаза.

— Как старший из оставшихся, — продолжил он тихим голосом, — сперва попытался прорваться к королевскому шатру, но заградительный отряд из бронированных мокриц нас не подпустил. Нам велели проследить за отступающими, что бы они по пути не набедокурили. И мы улетели.

— Я думаю, господин Слизень сразу понял, что его задумка с отравлением не удалась, и он просто пытался переиграть, выставив всё таким образом, что это военная хитрость. Жуткая, но очень действенная военная хитрость. — продолжил повествование паук, — Усыпить и уничтожить. Именно он отдал приказ, судя по ведущемуся расследованию, на уничтожение армии Красных, и, видимо, таким образом планировал выкрутиться…

— А как он будет оправдываться, что опасности подверглись и наши воины? — возмущенно вскочила с диванчика Золотая Оса, — А как он объяснит, что его отряды помогли красным попасть в ДОМ? А союз с жучками? А все его наемники и убийства?

— Никак, Жужа. Никак. — спокойно сказал Привратник. — Слизень и несколько его приближенных Клопиных Комисаров были убиты.

— Как так? — села обратно Золотая Оса.

— Их всех нашли мертвыми спустя пол часа после того как завершилась резня. Все они были в штабе, расположенном за той самой картиной деда ученого, выход из которой на смотровую площадку к глазам я так мастерски заклинил. Стоящие на карауле с внутренней стороны — в междустенном пространстве, говорят что никто не входил и не выходил…

— Кто их убил? Как?

— Это пока неизвестно. Они все были заколоты. Мастерски. Один удар на каждого и всё. Я не знаю, кто на такое способен, учитывая, что особых следов борьбы нет. И вообще следов никаких нет. Значит либо они его, или их знали, либо это был невидимка… Показания караульных тоже какие-то мутные… Рано судить — паук махнул лапой, — расследование еще ведется. Я выясню всё, что смогу!

— Ты ведешь расследование? — спросила Жужа.

— Нет. Я его курирую. Я вернулся в совет.

Жужа распахнула рот от удивления. Она столько раз слышала от старика, что он терпеть не может политику и не собирается в ней учувствовать.

— Кто-то же должен позаботиться о ДОМЕ в сложные времена, — развел руками Привратник, — ты бы видела, какую жалкую картину стала представлять из себя служба внутренней безопасности. Пришлось, пользуясь авторитетом и поддержкой некоторых знакомых, спешно её возглавить. Там дел — невпроворот! Надо всё менять! Та система, которою создал Слизень работала лишь на страхе и культе его личности… Подвал нужно приводить в порядок, как и мозги всех там обитающих.

— Что же всё-таки с королевой? — спросила тихим голосом Жужа, уже подозревая нехорошее.

— Она тоже мертва.

— Как же! — ахнула Жужа и приложила ладошки к щекам, совсем как раньше, совсем как маленькая девочка.

— Она и все её приближенные не проснулись. Все, кто был в командном шатре уснули в тот день навсегда. Почему только они, тоже пока непонятно.

— А как же Червь? Его связь со Слизнем?

— Червь отрицает все обвинения. Он член совета и его помощь в тяжелой сложившейся ситуации нам просто необходима. Нет доказательств того что он как-то был связан со Слизнем! Никаких!

— Но он же не сообщил королеве о заговоре!

— Почему ты так решила? Он просто на просто не собирается ни в чем оправдываться, и имеет на это полное право. А уж были у них с королевой разговоры или нет, на какие темы и всё такое прочее — вообще можно только догадываться!

— Но…

— Спросить у Королевы, как ты понимаешь не получится!

— Но…

— Всё! Хватит, Жужа! Ваши с комаром домыслы, всего лишь домыслы! У нас и без того много сложных задач, а он один из тех, кто может и умеет их решать. Теперь только Книжный Червь способен разобраться в научных делах подвальных. Только он!

— А Генеральша?

— Что генеральша?

— А её домыслы?

— Не знаю о каких таких домыслах ты рассуждаешь, я слышал от неё лишь её любимое хмыканье и тишину. Зыркает еще, словно прожечь насквозь мечтает!

— А где она сейчас?

— Она, как и прежде в совете! Бои прекратились.

— Значит с ней всё хорошо?

— Да что с ней будет-то? Кремень — баба!

— Но-но, — заметил поручик, — нельзя так о даме! — И оба с пауком рассмеялись.

Жужа не поняла, как и остальные. Комар извинился и потупил взгляд.

— Знала бы ты, Жужа, какой бардак сейчас твориться, когда ДОМ, можно сказать обезглавлен! В подвале не знают кому подчиняться, в муравьиной армии тоже всё шиворот навыворот…

— Ну не так уж… — вставил пожилой муравей, — но согласен — не просто!

— ККшники вообще в большей своей массе подали в отставку, — продолжал жаловаться Привратник, — либо не в курсе никаких дел вообще! Бардак!

— И что же делать?

— Ну и вопросики! — всплеснул лапами паук, — Решать задачки по мере их поступления! Главное решать, не пускать всё на самотёк, особенно после той кровавой бани, что произошла на площади Большого Зала.

— Непонятно еще, как на весь этот ужас отреагируют соседи ДОМА, — пробурчал муравей.

Все глянули на него, но никто не стал его слова комментировать.

— Я тебе вот что скажу, дорогая моя, — внимательно посмотрел Жуже в глаза паук и тон его стал серьезным, — побыстрее приходи в себя, коронуйся по-быстрому и ждем тебя в совете!

Жужа опешила и не смогла выдавить ни слова, лишь молча встав с дивана и подойдя к пауку наклонилась к его уху:

— Я же маленькая еще…

— Не говори глупости! — громко ответил тот и отмахнулся. Ты способна на большее, чем тебе кажется!

— Паук прав, — послышался мягкий голос Изо от стены.

— Вечером мы еще раз встретимся, уже наедине и поговорим. Я помню про наш особый разговор!

— Хорошо, — тихо ответила Жужа.

— Всё! — вскочил Привратник из кресла и направился к выходу — у меня еще гора дел!

У выхода он повернулся к трутню и спросил:

— Когда её ждать в совете?

— Думаю послезавтра!

— Ждем! — и паук вышел, захлопнув за собой двери.

Жужа опустилась в освободившееся кресло и закрыла лицо руками. Она просидела так с минуту, но потом все же стряхнула с себя навалившуюся тяжесть и уже бодрым голосом спросила у Прыги:

— Ты как, попрыгун?

— Если не считать шока, от увиденного В Большом Зале, то я в порядке.

— Ты нашел своих?

— Нашел! Они заперлись в схроне, у нас дома такой имелся еще с тех пор как были совершены первые нападения диких, и переждали все события. Выбрались, только когда я сам вернулся домой и до них достучался. Долго еще уверял, что опасность миновала, но мама так и не решалась покинуть схрон, пыталась и меня туда затащить еще денька на три-четыре, ты же её знаешь! Трусиха та ещё!

Жужа улыбнулась в ответ, никак не комментируя услышанное. Она лишь заметила, что маленький Прыга, наоборот вырос очень храбрым и рассудительным, хоть и умело скрывал это за неуверенностью. Просто ему нужно поверить в себя, и тогда он перестанет колебаться, превратившись в сильного лидера! Буквально тут-же её мысли подтвердил Усс. Неужели она интуитивно считала это из инфополя?

— Я взял Прыгу к себе! Теперь он служит в Эскадроне Гусар! Пока еще курсант, — он хлопнул товарища по плечу, — на особых условиях и с особым наставником, но его ждет головокружительная карьера! Клянусь усами! Не пройдет и полгода, как уже я буду ему подчиняться — хохотнул комар, а Прыга, вместо того что бы по обыкновению смутиться, поддержал его радостной улыбкой.

Кто бы мог подумать! Это удивило Жужу, и она внимательней рассмотрела маленького друга. Он был в простом темном, явно военного образца костюме, не таком как у Гусара, а скорее похожем на форму муравья. На ремне висел короткий меч в потертых ножнах. Он изменился, и далеко не во внешности тут дело. Что-то сильно его изменило. Видимо тот ужас, что он пережил на поле брани в Большом Зале. Он должен был сломаться, но наоборот закалился, стал жёстче, увереннее и спокойней. Тут не обошлось без помощи комара. Было видно, как тянется к нему маленький прыгун, как он его ценит и уважает. Так можно смотреть на любимого отца, или кумира.

— Да! — продолжил Прыга, — мы теперь в составе военного спец-отдела по инциденту с газом! Расследование взяла под личный контроль Комариная Генеральша, а руководителем назначила майора Усса!

— Майора? — уважительно переспросила Золота Оса.

— Да! Представьте себе! Через два звания скачем! — похвалился гусар и вытянулся, расправив плечи.

— Поздравляю! От души поздравляю! Вас давно должны были повысить!

— Ой, не надо о грустном, — махнул рукой тот и уселся обратно на диван.

— Его столько раз уже повышали, а потом понижали, — не удержался от едкого комментария капитан Урр, — тот еще разгильдяй!

— Вы то как? — обратилась к пожилому муравью Жужа.

— Да неплохо, в целом! Пытаюсь навести порядок в королевской армии. Там сейчас тяжело. Обезглавили армию, супостаты!

— Скромничает, — влез в разговор теперь уже майор Усс, — он теперь подполковник!

— Не по заслугам, а потому, что опытных офицеров мало! — наставительно заметил муравей.

— А здоровье как?

— Ну… голова прошла, как уже говорил, а вот нога нет — так и хромаю, — грустно пошутил он, — в целом нормально. Устаю сильно — дел невпроворот. Для меня этот визит к тебе — прямо отдушина!

Жужа поднялась, подошла к муравью и крепко его обняла.

— Нам уже пора, — заметил со вздохом муравей! — Дел теперь у всех очень много!

— Да, — встал с дивана майор и потащил за собой Прыгу. — Нам нужно идти!

Муравей с кряхтением поднялся. Жужа ему помогла.

— Я оставлю свой щит тебе. Это подарок. Да и надоело мне его таскать.

— Подарок? Я думала, что вы с ним неразлучны… Да и странный какой-то подарок… Он же с меня размером.

— Это подарок от Комариной Генеральши.

Жужа непонимающе посмотрела на щит, потом снова на муравья. Тот лишь подмигнул и прошел следом за ушедшими вперед гусаром и курсантом. Прыга и Усс никак не отреагировали на подарок Урра и, дождавшись товарища, стали раскланиваться, но молодая царица просто еще раз всех обняла и осталась у выхода из малой гостиной. Изо, тут же оказался рядом, отворил двери и передал товарищей в руки слуги, чтобы тот помог найти выход. Улей имеет очень хитрую архитектуру.

Когда дверь за друзьями закрылась, Жужа плюхнулась обратно в кресло и посмотрела на своего первого министра, как недавно сама его окрестила.

— И нам пора, — мягко улыбнулся тот и подошёл, протягивая ей руку — Пойдем!

— Ну вот… Я так хотела просто посидеть в одиночестве…

— Кстати, что вы планируете делать с сим-картой?

Жужа сначала не поняла, а потом резко повернула голову и уставилась на щит, так и стоящий прислоненным к креслу неподалёку:

— Так вот, что за подарок от Комарихи… — Жужа всё же приняла предложенную руку и позволила себя поднять, — ты бы мог поместить его в надежное место?

Изо в ответ лишь кивнул.

Они вышли из малого зала встреч и пошли в сторону кабинета, который, как недавно стало известно, уже подготовили для царицы. Пора начинать править, а править приходится в основном в кабинете, а не на троне. Жужа даже не представляла на сколько она права.

— Хорошо, что я присутствовал, — немного повысив тон, сказал Изо — вы совсем забыли, что надо закрываться. Весь Улей натерпелся бы вместе с вами за последний час!

— Простите.

— Не нужно оправдываться. Нужно быть внимательней и принять тот факт, что вы царица, что вы обладаете сильным даром и способны на многое, а это требует контроля! Сила требует контроля! Учитесь контролировать эмоции! Вы уже не ребенок! Учитесь спокойствию и взвешенности. Контроль над эмоциями очень способствует развитию дара! Кроме того, старайтесь быть готовой к любому повороту событий заранее! Держите некий эмоциональный буфер, некоторый запас времени на реакцию. Думаете просто так, нас — Золотых Ос, считают холодными и отстраненными гордецами? Не в высокомерии и спесивости дело! Совсем нет! Мы на самом деле гораздо более чуткие и ранимые создания! Нам нельзя без панциря! Мы все эмпаты!

Жужа поняла, что это за слово, автоматически «считав» его из поля. С каждым разом это становилось всё легче и легче.

Изо с ученицей уже давно прошли мимо кабинета, нарезая круги по улью. Видимо трутню нравилось говорить на ходу, а Жужа нисколечко не возражала, радуясь возможности прогуляться. Она успевала крутить головой по сторонам, рассматривая многочисленные переходы, арки, залы и коридоры улья. Рабочие, которые во всю старались привести родной дом в порядок заранее освобождали дорогу и на глаза парочке высоких особ старались не попадаться. Тут и там, Жужа краем замечала, как кто-то завернул за угол или скрылся за дверью, плавно её прикрыв, чтобы через несколько мгновений, когда Жужа и Изо пройдут, вновь выйти и продолжить заниматься своем делом.

— Именно поэтому! — продолжал Изо, — Мы, в большинстве своём, обладая даром управлять информацией, силой, которую можем заимствовать из своих же резервов и эмоциями, просто обязаны быть несколько отстраненными. Так кажется со стороны, но на деле мы чувствуем и улавливаем колебания инфополя всего окружающего мира гораздо лучше и сильнее других видов. Ты еще поймешь это. Научишься. Ты поймешь, почему иногда тебе вдруг становилось грустно или весело, казалось бы, просто так, а всё дело в том, что ты просто интуитивно улавливала чьи-то сильные эмоции, проходя мимо помещения или дома, где случилась радость или горе.

— Что-то такое сегодня было, когда я говорила с друзьями.

— Вот-вот! Я знал, что твой дар — особенный!

— А пчёлы?

— Что пчёлы?

— Как у них обстоят дела с полем?

— Это отдельная, сложная и довольно щекотливая тема. Мы к ней обязательно вернемся, но не думаю, что скоро.

— А смогу ли я общаться мысленно с другими насекомыми, не с Золотыми Осами?

— Нет. Как-то влиять на чужие эмоции, а через это на их поступки и решения, ты со временем научишься. Сильные представители нашего РОЯ способны на такое. Как ты понимаешь — это наш страшны секрет.

— Да уж, никому бы не понравилось, узнать, что ими управляют…

— Невозможно управлять!

— Да поняла я…

Изо опять мягко улыбнулся, как умел только он:

— И ещё, раз уж я начал читать вам нотации, — учитесь не слушаться кого бы то ни было, не смотря даже на авторитет этого насекомого, какое бы не испытывали к нему доверие. Дурная привычка для власть предержащего — делать так, как говорят другие! А от дурных привычек следует избавляться!

Жужа сразу поняла, что это камень в огород Привратника, но Изо не заострял на этом внимания и она не стала поднимать щекотливый вопрос.

Трутень, завершив наконец-то урок-прогулку, остановился у кабинета:

— И пора бы уже научиться приказывать! Сегодня ночью проведем урок, в котором вы будете создавать информационно-эмоциональный буфер вокруг себя. Это поможет вам абстрагироваться от всех ваших привычных суждений, необдуманных спонтанных действий и поступков! Вся сила в контроле!

— Хорошо. Слушайте мой первый приказ: прекратите мне выкать, хотя бы пока мы наедине! Я уже просила, но вы иногда сбиваетесь.

Изо улыбнулся и кивнул, распахивая дверь.

В кабинете чувствовалась какая-то завершенность. Он будто бы идеально подходил именно для неё.

— Это кабинет вашей матери! Тут постарались оставить всё точно так, как и было, заменив испорченное и сделав уборку. Из схронов вернули книги и даже некоторые бумаги, которые удалось найти. Вы можете с ними ознакомиться!

— Они лежат в ящиках стола, — закрыв глаза произнесла Жужа, — а за этим шкафом — она указала вправо — ход еще в какую-то комнату.

— Вы меня поражаете!

— Пойдем?

— Конечно!

Тайная комната оказалась той частью кабинета, в которой можно было не только отдохнуть — тут была удобная на вид кушетка и платяной шкаф с бельем и всем таким прочим, но еще и поработать над какими-то особыми, личными или совсем тайными делами. Тут стояло низкое кресло прижавшись боком к особому книжному шкафу, в котором хранилось всё только самое ценное и редкое, и небольшой секретер, со множеством ящиков, ящичков, отделений и ниш с простым удобным стулом.

— Я будто вижу свою мать, — оглядывалась по сторонам Жужа, я её чувствую.

— Оставлю вас на некоторое время одну.

— Спасибо! Хватит выкать!

Изо удалился, а Жужа принялась всё трогать. Книги, кушетку, секретер, стул. Все было для неё и новым и давно знакомым одновременно. Она присела в кресло и полистала несколько книг. Наткнулась на одну очень интересную. В ней описывался весь мир, совсем просто. Книжка была для детей, но почему-то в школьной программе её не было. Им учителя описывали окружающий мир просто: он вокруг, он большой! Внизу земля, вверху небо, там заветная Луна, Солнце и звезды. Жужа уже знала от паука, что там еще и космос, в котором все эти небесные тела и находятся. В книжке как раз и говорилось о космосе и о том, что наша Земля — планета, которая тоже в нем, и он том, что космос бесконечный. Надо же! Наша земля, как и Луна круглая! Есть и другие планеты. Короче, интересная книжка — нужно изучить. Она поставила её на своё место в шкафу.

Жужа пробежалась взглядом по комнатёнке и остановилась на ящиках секретера. Дотянулась до верхнего, для этого даже не пришлось вставать из низкого кресла, и достала тетрадь. Нет, это был рабочий дневник. Многое в нем было непонятным, а кое-что привлекало внимание, какими-то пока неясными, но близкими к пониманию моментами. Вот так — всё на ощущениях и домыслах. Вдруг взгляд зацепился за знакомое словосочетание «Дети Надежды» и Жужа попыталась разобраться. Она поняла только, что это какое-то сообщество, или тайное общество, или организация, и то, что её мать хотела о нём поговорить на встрече в какое-то старое, ни о чем ей не говорящее число с кем-то из членов совета. А вот это уже интересно.

Жужа провела в этой комнатке, наверное, не один час, листая журналы, тетради и заметки её матери, подолгу размышляла, откинувшись в удобном кресле, как вдруг почувствовала, что в большой кабинет кто-то вошел. Она сначала осознала только присутствие, а потом и распознала Зою. Та оглядывалась, не понимая почему господин Изо велел искать царицу здесь и немного сердилась.

Зоя вообще сердилась на Жужу, что не смогла найти её и покормить обедом, искала избегав весь Улей вдоль и поперек. Изо в поисках не помогал, сославшись на дела, а молодая царица будто бы специально спряталась. Так, собственно и было. Не найдя царицу в её рабочем кабинете, она умчалась куда-то дальше.

Жужа попадаться ей на глаза не собиралась, и, довольная своими успехами в наблюдении за служанкой через поле, бросила-таки её отслеживать и вышла из тайной комнаты, предварительно убрав дневник на место, который её так заинтересовал и до сих пор лежал на секретере, раскрытым на заметке о Детях Надежды. Нужно обязательно поговорить с дядюшкой об этом интригующем обществе.

Решив, что пора и объявиться, она просто потянулась мысленно к Изо, и тот отозвался:

— Вы уже идёте?

— Нет, нас не нашли! — Жужа мысленно расплылась в довольной предовольной улыбке.

— Хватит баловаться! На Ужине ты должна быть при параде. Мы представляем тебя семье! Напоминаю, не всей, а только самым близким. Первому кругу, но это не значит, что ты должна выглядеть как… Найди Зою и позволь ей тебя принарядить.

Жужа смирилась.

Когда Изо и разодетая Жужа в вошли в обеденный Зал, там еще никого не было, точнее уже никого. Ощущалось незримое присутствие прислуги, готовой по мановению мысли приступить к своим обязанностям. Жужа чувствовал, как они нервничают за дверью в кухню, как трепетно относится к первому обеду царицы повариха и перепроверяет все по сотому разу. Юные трутни-официанты в черных ливреях в золотую полоску поправляют друг другу воротнички и сдувают невидимые пылинки.

Зал был и прост, и непрост одновременно. Вот такой вот странный архитектурный подход. Всё немного фривольно-плавное, но при этом строгое, на стенах в шестиугольных рамах какие-то картины, приятные и уместные, но внимание на них не задерживалось. И стол! Конечно же стол — сердце и хребет этого зала. Огромный, массивный, золотого дерева, с двадцатью двумя стульями вокруг, один из которых, тот что с правого торца, имел более высокую чем у остальных спинку, и на этом все его различия с братьями заканчивались. И просто, и непросто одновременно.

А на потолке тоже были люстры. Целых три. Жужа осознала, что она больше не любит люстры. Причудливо свитые из того же материала, как и почти всё в Улье, они светились приятной желтизной матовых шаров.

Это было не электричество.

— Это специальные грибы из Светящегося Леса в слюдяном пузыре, — сказал, задравшей вверх голову царице, Изо.

— Без пузыря они светятся мерзко!

Тот вопросительно на неё посмотрел.

— Да бывала я в этом лесу, — отмахнулась она и Золотой Трутень еще выше задрал брови, — потом как ни будь расскажу!

Зоя постаралась. Она нарядила Жужу в золотое полу-платье с открытым передом, черные чулки с золотыми полосками и золотые же туфельки, а на плечи накинула элегантный золотой жакет. Жужа до сих пор не могла разобраться, нравится ей или нет, и поэтому решила не обращать на такие глупости внимания. Сейчас она впервые увидит кого-то из РОЯ, коме Зеи, Зои и дядюшки. Это было волнительно.

— Теперь давай выйдем, — беззвучно произнес Изо вон в ту маленькую незаметную дверцу и вернемся сюда уже через парадные двери, когда все соберутся. Я просто решил показать тебе зал, что бы ты понимала, чего ожидать, что бы ты с ним познакомилась, ведь в знакомой обстановке всё воспринимается спокойней.

— Их будет двадцать, — просто посчитала она, — вот и всё что я поняла!

Но Изо поправил:

— Восемнадцать. Двое сейчас заняты неотложными делами.

Сливающаяся со стенами дверца и вправду была незаметна с первого взгляда. Они шли какими-то узкими коридорами, пересекая помещения похожие на склады или хозяйственные отсеки. Опять кружили по Улью.

— Видимо это любимое занятие Золотого Трутня. — размышляла оса, — Наверное только этим и занимается, кружит, кружит при любой возможности, словно заводной…

Изо вновь озадаченно-вопросительно посмотрел на Жужу, видимо уловив некоторые отголоски её размышлений, но та сразу спросила:

— На сколько большой Улей?

— Большой. И мы продолжаем его строить.

— Сколько нас?

— Трутень задумался, будто подсчитывая:

— Сейчас триста восемнадцать. Ожидается еще, как минимум, столько же. Мы пока всем рады. Нас мало. Попробуй сама всех почувствовать.

— Жужа остановилась, сосредоточилась и решила незримо охватить всё облако РОЯ целиком. Стало тепло и приятно. Она представила Улей, висящий в золотом облаке. Потом решила рассмотреть в этом облаке Изо и сразу его нашла, потом Зою — вот она, следом Зею, а рядом с ней были еще четыре осы, а вот и зал, где они были, зашли шестеро, а за ними идут пятеро и за дверцей притаились три повара, нервная повариха и шестеро официантов. Таким образом, спустя минуту или две, Жужжа сосчитала всех в Улье. Их было двести пятьдесят шесть.

— Двести пятьдесят шесть!

— Верно, только двести шестьдесят пять, ты не почувствовала двоих лишенных дара, шестерых малышей и одну личинку. У одной осы скоро появится ребёночек. Ни личинок, ни маленьких ос, ни тех, кто лишен дара, почувствовать мы не можем, пока они не включились в поле РОЯ. Скоро ты научишься «видеть» тех, кто рядом с обладателями дара и кого видят они. Смотреть как-бы их глазами, понимать их чувства.

— Какая прелесть, зажмурилась Жужа. Эта оса сейчас сидит рядом с кроваткой, в которой личинка и кормит её, а рядом её муж и свекровь. Свекровь уже любит ребеночка, но не любит молодую маму.

— Осторожней, не залезай так глубоко, — они могут почувствовать, ты еще неопытная. Им будет неприятно, что на них смотрят. Видишь, у тебя всё легко получается!

— Хорошо, я не буду их смущать.

А почему я не чувствую малюток ос? Они же уже не личинки?

— Такова природа. Поле не стразу приходит к нам. Да и не ко всем к сожалению. Тех, кто лишен дара ты тоже не почувствуешь, хоть они и гораздо старше тебя. Такое случается. Редко. Это ущербные осы, но мы относимся к ним с пониманием. Дикий РОЙ таких обычно прогоняет.

— А тех, кто обладает даром я всегда и везде смогу «найти»?

— Я чувствую всех остальных. Попробуй узнать где они, для этого…

— Жужа попыталась расширить облако вдаль от Улья и тут же у неё сильно заболела голова.

— Стой! — подхватил, качнувшуюся царицу трутень. — Не так! Нельзя расширять поле. Дослушай, сперва, что я тебе говорю, а потом действуй. Я уже говорил, что силы у тебя много, а опыта ноль! Саранча в посудной лавке!

— А как надо? — проморгавшись, и придя в себя спросила Жужа, вытирая сопли, потекшие из носа.

— Надо слушать, что говорят опытные учителя! Ладно, потом продолжим. Нам пора. Все уже собрались.

Трутень протянул царице платок и покачал головой, поясняя:

— Надо искать своих в другом поле. Ты уже знаешь, что поле, как таковое, есть везде, просто это, как тебе объяснить… огромный пузырь с разными пузырниками внутри. У ДОМА тоже есть поле, и оно тебе доступно.

— А потом у Леса! А потом у всей округи, а потом… — Жужа сперва решила повредничать, передразнивая Изо, но наткнулась на ошарашившую её мысль: — У всей планеты есть поле!

— Мало того, как Рой — пузырь в пузыре ДОМА, так и наша планета, всего лишь пузырь в пузыре…

— Космоса! — восторженно продолжила за него Жужа.

Изо кивнул, взял из руки царицы платок и сам утер ей сопли.

— Ты всё правильно поняла.

— И я смогу…?

— Подожди! Всё! Мы идем ужинать!

Глава 17

В зал они вошли порознь. Первым вошел весь из себя важный Изо и громко произнес, обращаясь к стоящим, каждый за своим стулом, золотым родственникам:

— Разрешите вам представить: Наследная Царица Роя Золотые Осы Жужа!

В ответ раздалось гудение одновременно заработавших крыльев. Этот звук уже был знаком молодой осе. Именно его она слышала в некоторые особые моменты. Именно этот звук пробудил в ней память РОЯ, именно он помог ей погрузиться в информационное поле, раствориться в нем и растворить его в себе. Он ассоциировался с силой и мудростью поколений, с родным домом, с РОЕМ, с Ульем, с той семьёй, которая всегда придет на помощь!

Жужа вступила в обеденные зал с улыбкой, и так же открыто, с надеждой, с небольшим смущением и привкусом неуверенности, транслировала ее в поле РОЯ. В ответ к ней пришли одобрительные, радостные и успокаивающие эмоции от всех, кто в данный момент находился в зале. Её приняли, её признали, ей рады. Только в этот момент Жужа смогла наконец-то расслабиться окончательно, только теперь поверила во всё происходящее до конца и успокоилась. Только в этот момент исчез тот неприятный привкус неуверенности. Она дома! Всю свою прежнюю жизнь она чувствовала себя не на своем месте, именно поэтому и мечтала сбежать на луну, в другой мир. Так и вышло. Вот она — её ЛУНА! Гудение стихло.

Изо был счастлив. Он транслировал это всем вокруг и получал ответные эмоции от родственников. Жужа тоже приняла этот водоворот чужих эмоций и поняла, что счастлива не меньше. Они нашли её, а она нашла их!

Когда Изо проводил её к стулу с самой высокой спинкой и помог усесться, все остальные остались стоять. Золотой Трутень обошел стол и сел с торца, напротив. Только тогда опустились все остальные. Тут же распахнулась дверь кухни, и официанты принялись сновать туда-сюда, расставляя блюда, наливая напитки и помогая по необходимости удобнее устроиться или приспособить салфетку.

— Другие не притронутся к еде, пока ты не начнешь, и это, собственно весь этикет, который у нас существует. Дань традиции. — мысленно обратился к ней Изо.

Жужа взяла кусочек хлеба и откусила краешек.

— Давай я начну тебе представлять родственников и немного о них рассказывать, — так же мысленно продолжил он, — Некоторые захотят тебя поприветствовать, или даже немного пообщаться, ты не отказывай, по возможности удели толику внимания всем. Это будет правильно.

Изо начал есть, как и многие другие и при этом продолжал говорить:

— Справа от меня мой брат Азо, слева его Жена Зира, а их малышку, понятное дело, мы на ужин знакомства не пригласили.

— Здравствуйте ваше Величество, — хлебая суп, приветствовал её Азо.

— Я счастлива видеть вас — произнесла, откусывая кусочек хлеба Зира.

— А это ужасно удобно — подумала Жужа, принимаясь за свою тарелку супа, — вот так вот есть и при этом говорить! Здорово!

В обеденном зале стояла тишина, не считая естественных звуков принятия пищи и шороха одежд официантов, обслуживающих гостей. Со стороны действительно могло показаться что это сборище холодных снобов и высокомерных зазнаек, а на самом-то деле за ужином звучал веселый разговор, с шутками и смехом, историями и рассказами, обсуждались насущные дела и даже просто глупый пустой треп давно знакомых и близких насекомых.

Здорово! Жужа быстро приспособилась и довольно скоро нашла общий язык как с Азо так и с тётушкой Иззи, смешно говорящим кузеном Зоко и ворчливым дедом Зурабом. Сама не заметила, как увлеклась глупыми сплетнями Зиры и поперхнулась, от неуместного словечка со стороны солдафона Зига, некрасиво забрызгав стол перед собой. Но никто не придал этому ни малейшего значения, все общались как большая настоящая семья, со своими радостями и ссорами, с довольно вольными допущениями и не оглядывались на какие-то глупые условности и этикет. Так могла ужинать обычная семья работяг мурашей на одной из ферм Зимнего Сада, но уж точно не королевская семья. Жуже как-то пришлось прислуживать на званом обеде Муравьиной Королевы — так вот, там все было совсем не так! Хотя, семейный обед у них конечно тоже отличался от званого ужина с посторонними гостями, но не на столько. Всё-таки столько лет на королевской кухне… Жужа знала, что там все чопорные и унылые, с надуманными манерами и ненужным следованием непонятно кем и когда выдуманным правилам. Слава свету, что тут всё оказалось не так! Слава свету! Стало немного грустно за Королеву, но эта грусть быстро развеялась. Было много интересного вокруг здесь и сейчас.

Изо представил присутствующих в обеденном зале и Жужа честно постаралась всех запомнить. Кое-что она не поняла, но обратила внимание на профессии и сферы деятельности того или иного родственника. Дед Зураб, например, отвечал за финансы РОЯ и выпросить у него лишнюю монетку было практически невозможно, солдафон Зиг, как Жужа и предполагала, заведовал военными делами РОЯ, тётушка Иззи отвечала за культурно-историческое наследие, и как раз именно она готовила предстоящую коронацию с соблюдением всех правил и традиций. Отсутствующий в данный момент Азамат занимался таким интересным делом как разведка, внешняя и внутренняя безопасность, а жена деда Зураба Зулейка была в некотором роде завхозом. Ох уж и прижимистая парочка. Изо представил всех, и Жужа поняла, что со многими вопросами ей можно обращаться напрямую к родственникам, не тревожа самого первого министра.

Если не обращать внимание на быстро рассеявшуюся неловкость, то ужин удался на славу!

Через некоторое время Жужа обратила внимание, что некоторые закончили есть, но при этом не учувствовали в беседах, создавалось ощущение, что они чего-то ждут. Юная царица вопросительно посмотрела на Изо.

— Скажи: «спасибо», и этого будет достаточно.

Всё-таки какие-то элементы этикета присутствуют, и это тоже хорошо. Иначе никакого порядка не будет.

Жужа встала, и сердечно поблагодарила всех за великолепный ужин, не забыв упомянуть искусных поваров и официантов. Буквально на несколько мгновений работники кухни вышли в зал, коротко поклонились и тут же вновь исчезли в своих владениях. Сразу некоторые родственники, коротко раскланявшись, отправились по своим делам, а оставшиеся сбились в группы по интересам. Официанты предлагали десерт и разнообразные напитки, включая цветочное вино. Жужа предпочла травяной чай и, разглядывая замысловатое пирожное на тарелочке, обратилась к Изо, когда их оставили наедине:

— Сегодня вечером, думаю уже скоро, мне предстоит разговор с Привратником. Я бы хотела, чтобы вы присутствовали. Возможно некоторые моменты вы смогли бы мне пояснить, что-то добавить? Некоторые вопросы, которые я бы хотела задать ему, вы могли бы, скажем так, проконтролировать… точнее подтвердить искренность ответов…

— Думаю не стоит. Господин Привратник отнесется к этому негативно. Если вам нужны будут пояснения, любые, я всегда рад их дать, но позже. Присутствовать мне не стоит, и общаться с вами через поле параллельно тоже. Он это заметит, и будет недоволен. Очень недоволен. Думаю, вам пора выработать свою, индивидуальную линию поведения со старым опытным… хит… пауком, — всё-таки вовремя поправился Изо. — Я ничего не буду вам советовать, полагаясь на ваш ум.

— Вот так сразу?

— Да. Начинать лучше всегда сразу, иначе вообще никогда ничего толком начать не получится. По крайней мере толкового! — довольный своим каламбуром, улыбнулся Изо.

— А как же наставничество? Опыт в управлении РОЕМ? Вся эта политика? Просто опыт, в конце концов?

— Опыт, каждый должен получать свой. Поверь мне, чужого опыта всегда недостаточно. Кроме того, у тебя есть разум РОЯ. Доверься ему, и он подскажет.

Трутень потер лоб, задумавшись на несколько мгновений и продолжил, начав снова выкать:

— Вы обладаете памятью поколений, так учитесь этим пользоваться. Интуитивно, инстинктивно, если хотите, но сами! Я подсказывать могу лишь в технических моментах.

— Как можно взять и просто доверить управление РОЕМ девчонке? — возмутилась Жужа, но трутень её резко прервал:

— Царице! Царице РОЯ! Думаете мы дураки, которые слепо следуют традициям?

— В сказках цари часто бывают дураками! — парировала Золотая Оса.

— К сожалению, не только в сказках, но такие царства долго не живут, — вновь со своей мягкой улыбкой произнес наставник. — Но поверь, РОЙ знает, что ты царица и этого достаточно.

Жужа задумалась, погрузилась мыслями в себя, потом ещё глубже, и осознала простую истину. Она хочет быть царицей. Это как понять, чего же тебе всё время не хватало и найти это. Разрозненные части сложились в целое. Это призвание. Значит надо быть царицей!

Изо только кивнул и подозвал Зоко. Когда молодой смешливый трутень подошел, он сказал:

— Это твой личный телохранитель. Он же будет учить тебя защищать себя. И атаковать других, при необходимости.

— Я рад служить вам, ваше величество! — юный трутень встал на одно колено.

— Это вовсе не нянька, — мысленно добавил Изо, видя, что Жужа начала надувать губы, — ему самому нужна нянька. Просто вы оба молодые и каждому есть чему у другого поучиться. Он отлично дерется, но вот рассудительности в нем ни на грош…

— Хорошо, — произнесла Жужа, обратившись к юному трутню и жестом позволяя ему подняться, — я рада! Только одно правило — не выкать! Быть проще. Как ровесник с ровесником. Ты всего-то чуть-чуть меня старше!

— Лады!

Жужа хихикнула, а Изо задрал бровь.

— Ладно, сами разберетесь, — вставая произнес он и пошёл в сторону дядюшки Зураба, активно критикующего ремонт и строительство Улья.

— Свалим? — сразу предложил Зоко.

— Куда?

— В арсенал! Надо тебе кинжал подобрать, или даже… ну там посмотрим…

— У меня скоро важная встреча!

— Да мы быстро, а потом сразу в кабинет. Если что, паукан подождёт.

— Кто?! — возмутилась и удивилась одновременно Жужа.

— Ну, мы так Привратника называем.

— Мне не нравится. Он для меня дедушка.

— Лады. Буду звать дедушка.

Жужа попыталась понять серьезно он это сказал, или нет, но у неё нечего не вышло. Слишком невозмутимым был этот простой и открытый парень. Трутень уже тянул её к выходу.

— А ты откуда, кстати, знаешь, что у меня с ним встреча?

— Так меня Изо с утра к должности приставил и уже проинструктировал. Я же твоя охрана, значит должен знать и расписание, и всё такое. Да я нормальный охранник. Гарантирую! Всё будет чики-пуки!

Жужа вновь прыснула, не ожидала как-то подобных выражений от телохранителя.

— Я, это… — тут же смутился и посерьёзнел Зоко, — могу и как надо — правильным быть! — Он явно заметил некоторую оторопь в глазах молодой царицы — Я действительно с детства обучен мастерству телохранителя. Меня учили и тому как нужно себя вести. Ты только скажи. Я напрягать не хочу.

— Да ладно, будь собой! Только повежливей, я же девочка! — Жужа сделала дурашливый книксен, растянув юбку широко в стороны.

— Лады.

Зоко был невозмутим. Да, он молодой, но в нем чувствовалась какая-то упругая сила, даже так: первобытная, дикая и жестокая сила. Он был страшен, как противник, каким-то чутьем понимала Жужа, но при этом беззаветно верен РОЮ и уже безоговорочно верен ей лично. С черной Осой он бы справился без проблем, это точно. За ним она почувствовала себя как за каменной стеной, хоть при этом он и казался балбесом, по крайней мере он им выглядел, шел же он грамотно, на автоматизме посматривал по сторонам, старался держаться чуть впереди у поворотов, и так далее и тому подобное. Жужа поняла, что этот молодой парень знает, что делает, и при необходимости, в какой ни будь опасной ситуации послушалась бы его безоговорочно. Она почувствовала, что это будет правильно. Она теперь просто знала.

Зоко привел её в арсенал, где несколько Золотых Ос что-то делали с разнообразным оружием. Они тут же как-то незаметно разошлись, будто растворились и Жужа даже тряхнула головой, будто бы они ей померещились.

— Зоко, почему меня все избегают? — спросила она у спокойно отреагировавшего на всё это трутня, который целенаправленно прошел в левый угол и снял со стены прямую узкую саблю, похожую на чуть изогнутую палку, потому что никакого перекрестия у неё не было. Сабля была в очень красивых лакированных ножнах цвета янтаря. Так же переливалась и играла лучиками света, привлекая внимание какой-то медовой теплотой.

— Мы с Изо гуляли — так же было, — добавила Жужа.

— А, да это, как бы тоже традиции, или скорее непонятки. Типа как обращаться к царице и как себя правильно вести до коронации. Ты же Царица, но некоронованная. Вроде как и принцесса, но уже и не принцесса. Вот и обходят неловкость, как могут. Тут им неловко скорее больше, чем тебе. Как-то так.

— Ты мастер объяснять!

— Зато я могу воткнуть этот меч в ту колоду, у себя за спиной. Не оборачиваясь. Чисто по памяти!

— Она же шагах в деся…

Не успела Жужа договорить «ти», — как с глухим стуком меч воткнулся в центр колоды и задрожал. Зоко же, положил зажатые в левой руке ножны себе на плечо и продолжил:

— Я говорить не учился… Хотя учился, конечно… но у меня как-то криво всегда выходит. Ага. Типо как вот сейчас. — При этом он был совершенно невозмутим. — Говорилку тебе тоже назначат. Думаю, это будет Зира.

— Зачем?

— Секретарем, типа.

— Но она, как я поняла, сплетница.

— Вот и отлично. Будешь знать всё и обо всех. Даже против воли, — тут он всё же улыбнулся, но мгновенно вернул своему лицу невозмутимость.

— Хочет казаться взрослым — поняла Жужа, но одной невозмутимости мало, — говорит, всё равно как подросток. Скорее всего этой своей напускной невозмутимостью он кому-то подражает. Наверное, своему учителю. И тут же Жужа вдруг поняла, что его обучал Азамат. Мастер, которого не было на обеде. Он по каким-то делам отсутствовал. Вот так самопроизвольно сработала память РОЯ. Жужа не уставала этому удивляться. Она попыталась узнать так ли это на самом деле, и как молодой трутень относится к своему учителю, но сразу почувствовала, что Зоко закрылся.

— Извини, — сказала Жужа, — я еще неопытная.

— Норм. Смотри, — он протянул ей еще один немного изогнутый меч, который висел под тем, который он метнул в колоду. — Это сёто. Короткий меч. В колоде сейчас воткнут дайто — длинный меч. Они Дайсё, — то есть пара. И тебе нужно будет с ними подружиться.

— Моя мама хорошо с ними обращалась, — принимая в руки сёто уверенно сказа Жужа. — я это почувствовала.

— Да! Она очень хорошо владела дайсё. Думаю, это семейное. Ты быстро освоишь технику.

— У них совсем нет… Как это?

— Гарды. Да. Что бы ими управляться — нужно особое умение. Тренировки начнем завтра прям с утра, а пока возьми их с собой. Вам нужно как бы переночевать вместе. Может вы еще не подружитесь. Так бывает, да.

— Подружимся, — уверенно заявила Жужа и протянула руку за ножнами дайто. Она сама прошла к колоде и не без труда, но вытащила воткнутый в неё меч. Ей даже показалось, на мгновение, что она использовала силу РОЯ. Наверное, так и было, потому что Зоко уважительно кивнул. Мечи ей сразу понравились. Когда она спрятал дайто в ножны и пристроила его рядом с сёто у пояса, то поняла, что не знает, как и куда их подвесить, но держала оба слева.

Зоко молча протянул ей элегантную перевязь из рыжей, почти золотой кожи: — Вот видишь, ты сама почувствовала, что они должны висеть рядом — с одной стороны. Хотя наверняка видишь их впервые.

Жужа кивнула ему, закрепляя перевязь вокруг пояса, тут же понятным стало почему такой короткий жакет и разрезанная спереди юбка. Что бы ничего не сковывало движений.

— А почему ни ты ни Изо не носите оружия?

— Мы же дома! В Улье не принято носить оружие. Традиция! Мы надеваем его, лишь выходя из дома. С оружием ходят лишь те, кто к нему привыкает, да стража на входах.

А Жужа подумала про себя, чуть было, не произнеся вслух:

— Вот поэтому вы и оказались в таком дурацком положении, когда напали жучки клана Осины. Ну ничего, я эту традицию поправлю. Не будем повторять старых ошибок. Но вслух произнесла:

— Я хочу, чтобы ты всегда при мне носил своё оружие. — Сказала она это так просто и твердо, что Зоко даже не подумал спорить, а склонил голову и ответил:

— Я понял. Я буду.

— Ладно, — закончив с мечами, сказала Жужа уже другим, не командным голосом, — мне пора в кабинет. Скоро дедушка придёт. Я хочу подготовиться к разговору.

— Я провожу, а потом буду рядом.

Жужа просто кивнула, и они пошли. Тени жителей Улья буквально материализовывались за их спинами, превращаясь в обычных Золотых Ос и принимались за свои дела. Это начинало уже нервировать. Не стоит тянуть с коронацией.

За одним из поворотов их встретил один из трутней, он уже стоял склоненным и протягивал идущему чуть впереди Зоко перевязь с двумя клинками. Зоко кивнул, принимая оружие и молчаливый посыльный тут же удалился. Жужа так и не смогла его рассмотреть, он буквально юркнул за в ближайший коридор. Зоко сразу приспособил оружие на поясе и, как ни в чем не бывало пошёл дальше. Он, кстати, носил одинаковые клинки, чуть короче её длинного меча на поясе по разным сторонам. Всё это заняло буквально несколько мгновений, Жужа даже не остановилась. Шла, как и шла.

Оперативно, оценила Жужа, никак не прокомментировав произошедшее. А Зоко молодец, он, видимо, сразу же с кем-то связался и попросил, чтобы ему принесли его оружие. Жуже понравилось, что приказ, а это был именно он, был исполнен максимально быстро и без пререканий. Это был её первый настоящий приказ, она попыталась как-то осмыслить этот момент, но тут же прекратила бессмысленную само рефлексию. Надо привыкать к тому что для неё это теперь естественно. Приказы — неотъемлемая часть её работы. А то, что быть Царицей — это работа, Жужа поняла еще тогда, казалось бы, давным-давно в кабинете Комариной Генеральши.

У рабочего кабинета Зоко мысленно попросил её мгновение обождать, зашел вперед, огляделся, и тут же вышел, встав у стены слева. Он улавливал напряженное настроение Жужи и даже не пытался как-то проявлять свою индивидуальность. Он стал незаметной тенью. Частью пейзажа. Это была его работа, и он, как действительно оказалось, умел её выполнять. Жужа всё это осмыслила уже войдя внутрь и тут же забыла. Нужно подумать, как построить разговор с дедом Привратником. То, что он хитрит и многое скрывает она поняла уже очень давно и сегодня собиралась вывести его на чистую воду. По крайней мере постараться узнать максимум из того что знает он. А это наверняка огромное количество информации. А Привратник совсем не похож на того, кто привык рассказывать что-то за просто так. Дедушка оказался ой как не прост. Но раз она ему нужна, раз он желает видеть её в совете и, наверняка имеет на это какие-то свои определенные планы, то и ему придется пойти ей на встречу и многое рассказать. Ответить на все вопросы.

Жужа вновь огляделась. В прошлый визит сюда она не обратила должного внимания на сам кабинет как таковой, отдав предпочтение потайной его части. Напротив двери, через которую она вошла была точно такая же, за которой располагалась приемная, в которой был секретарский стол, дальше зал совещаний, малый приемный зал и далее, далее, далее… Улей уже был огромен, но всё еще продолжал строиться. Кабинет сочетал в себе элементы натурального дерева и всё того же материала, из которого тут состояло почти всё. Этот материал назывался осиный пергамент и в его основе лежал выделяемый только самими осами секрет. Целые бригады профессиональных строителей РОЯ с его помощью создавали буквально все что угодно. Это вновь была информация из поля РОЯ. Жужа уже спокойней относилась к подобным откровениям, еще чуть-чуть и научится вообще не обращать внимания. Знает и всё.

Стол был из натурального дерева и покрыт лаком. Сосна, скорее всего, и вся остальная мебель тоже была из того же материала. Золотая мебель. Но при этом простая, не режет глаз, и хорошо гармонирует с бежево-серым пергаментом. Стулья не вычурные — скорее даже очень простые. Всё плавное, округлое. Жуже нравилось. Привратнику не понравится. Она сосредоточилась и тут же почувствовала, что он уже в Улье. Идет сюда. Встречать его за столом — как-то глупо. Жужа решила, что они устроятся в этих одинаковых креслах, что стояли посередине кабинета вокруг столика. Чаю бы… Сосредоточилась на просьбе, адресуя её Зое и через несколько мгновений поняла, что чай будет.

Сначала Жужа села в кресло и попыталась удобно расположить оттопырившиеся мечи, потом встала, огляделась и увидела на стене рядом с рабочим столом специальную полочку, которая как раз для мечей и была приспособлена. Логично. У её матери ведь тоже были дайсё. На точно такой же, только черной они лежали в арсенале. Пристроив оружие, царица вновь потянулась мыслью к Привратнику и «увидела» его совсем рядом. Он шел по коридору в сопровождении стражи и уже видел стоящего перед дверью кабинета Зоко. Жужа вернулась в кресло, потом встала, сделала шаг к двери, вернулась и снова села в кресло, принявшись ругать себя за нелепое поведение.

Дверь распахнулась, и старый паук вошел в кабинет твердым решительным шагом. Он пристально посмотрел на поднявшуюся всё же из кресла Жужу и произнес:

— Хорошо выглядишь! Я рад тебя снова видеть, полосатая! — и улыбнулся.

Сразу стало как-то легче. Жужа подошла, обняла его и пригласила к столику с креслом.

— Ты перестал притворяться старым и немощным, — отметила она.

— Теперь я в совете. Никому не нравятся старые и немощные. Все хотят видеть, крепкого и ясного умом члена совета, — он легко опустился в кресло.

— То есть ты опять притворяешься?

— Аай! К сожалению, старым мне притворяться не приходится, — улыбнулся он в ответ и добавил, — чайку бы!

Жужа, довольная совпадением, повела рукой в сторону двери, и та распахнулась, впуская Зою с подносом. Паук деланно удивился, но, расплывшись в улыбке, ничего не сказал. Служанка оставила поднос на столике и удалилась. Жужа сама разлила чай и подвинула вазочку с медовыми пряниками к старику.

— Ты, я смотрю, всё больше и больше обживаешься.

— Мне тут хорошо, — немного смущаясь произнесла Жужа.

— Все в порядке. Это твой дом, а не та квартирка при кухне. Всё правильно!

Старик будто читал её мысли.

— Вот и расскажи мне, как эта квартирка стала моим домом, — тут же парировала Золотая Оса, — и почему?

— Аай! — махнул лапой паук и принялся пить чай. Долго. Глядя поверх чашки на Жужу, но чай всё-таки закончился.

— Да! Это я решил твою судьбу подобным образом. И несколько об этом не жалею! — он со стуком поставил пустую чашку на поднос, — Я думаю, что спас тебя тогда от гораздо более страшных последствий. РОЙ не оставили бы в покое, а ты была слишком молода, чтобы править. Рой без Царицы быстро распадается, и тебя бы, скорее всего, этот Изо куда ни будь увалок. Далеко-далеко! И никогда не вернулся обратно! И погибли бы вы все там наверняка! Аай!

Паук набрал полную грудь воздуха и продолжил свою исповедь:

Мы особые, мы все! Пойми! Мы можем жить только в ДОМЕ. А ДОМУ нужен РОЙ! И я служу ДОМУ! Я один из тех, кто его создал и сделаю всё возможное, чтобы он жил и процветал. Когда бы ты вошла в силу, я непременно помог бы тебе создать РОЙ заново, собрать всех! Да ты и сама видишь, что РОЙ собрался, как только все это, — он покрутил пальцем в воздухе, — произошло! Аай! Чего уж теперь! Все случилось так как случилось! Приключения сами тебя нашли и ускорили весь процесс…

Паук выдохнул и замолчал.

— Но в РОЕ я бы вошла в силу гораздо раньше! И…

— И что?

— И… ну не знаю!

— И жила бы ты в другом месте, а скорее всего уже бы и не жила, и была бы ты совсем другой даже и не Жужей, а наверняка какой ни будь Зузей! Эта ваша обязательная «З» в имени! Ну что за вздор! Аай! Тебя еще не заставили сменить имя?

Жужа опешила, от резкой перемены темы и ответила:

— Нет… Даже не предлагали.

— Еще предложат! Аай! Помяни моё слово!

— Подожди! Ты меня не путай, дед! Ты знаешь, как погибла моя мать?

— Нет! Тебя и флэшку, действительно нашла Мушильда. Никто, кстати, не знал, что ты родилась. Рой вел очень скрытный образ жизни. Кто ты такая стало понятно лишь после истории, рассказанной Комарихой о нападении клана Осины на Улей. Эту историю, кстати говоря, только избранным генеральша рассказала, большинство до сих пор не знают, почему РОЙ покинул ДОМ.

— К клану Осины у меня имеются особы счеты — тихо и как-то зло произнесла Жужа, а паук, сделав вид что ничего не слышал, взял в лапу пряник, но не надкусил, а стал его вертеть, словно игрушку:

— Так вот: только из её рассказа о том, что тебя видели на руках Царицы вместе с флэшкой я и сделал окончательные выводы, кто ты такая на самом деле. Догадывался конечно и раньше, делая выводы из того, что в твоей люльке лежала эта треклятая карта памяти, но до конца не был уверен.

— Так что же случилось с моей матерью, ты так и не ответил!

— А твоя мать погибла, скорее всего, когда, спрятав тебя и флэшку, уводила преследование. Иначе она бы вернулась. Обязательно. Я уверен!

— Это я понимаю. Всё произошло из-за флэшки?

— Аай… И да и нет…

Жужа нахмурилась.

— Знаешь, дорогая, я не хочу тебя обманывать и скажу все как есть! Твоя мать была не самой приятной в общении особой! У неё был скверный характер и тяжелая рука, которая не задумываясь использовала дайто или сёто! — Тут он глянул на полочку с Жужиными клинками.

Жужа продолжала хмуриться.

— Не надо на меня так смотреть! — вытянул в притворной защите лапы перед собой Привратник. — Это правда! Неприятная, но правда!

— Ты хочешь сказать, что на РОЙ напали из-за её характера?

— Из-за политики, которую она вела!

Жужа не знала, что сказать и просто ждала что же ей еще расскажет старый паук.

— Твоя мать, в купе с Муравьиной Королевой, пусть земля им обеим будет пухом, — намеревались превратить ДОМ в примитивное, замкнутое самодостаточное общество! Они не понимали, что прогресс, которым нас заразили по неволе не остановить! Они считали, что стоит прекратить исследования, сжечь книги и заткнуть рты всем думающим насекомым. С огромным трудом Червь, Слизень, я и даже индифферентная обычно ко всему кроме драки Комариная Генеральша отстаивали нашу самобытность. Скатится в примитивность очень просто! Пара тройка поколений и всё! Аай! И мы опять простые насекомые!

— Плохо ли это? — тихонько спросила Жужа.

— Не знаю, как считают те, у кого есть инфополе, общий разум и всё такое прочее, но всем остальным измененным уже нет пути назад! — Он успокоился, откинулся на спинку кресла и продолжил: — может быть я просто не понимаю, да и не смогу, наверное, понять — как это быть частью общего разума, может быть этого вполне достаточно для счастья, но как быть остальным?

— То есть флэшка ни при чём?

— Да конечно при чём! Она всегда и всем была нужна. Там много разной информации!

— И тебе?

— И Червю, и Слизню и Генеральше и тебе наверняка пригодится.

— Нашли её, кстати?

— Пока нет. Но если найдём — она твоя.

— Но ведь напали с целью похитить флэшку!

— Напали с целью уничтожить РОЙ. И только во-вторых — что бы похитить флэшку.

— Неужели РОЙ так кому-то мешал?

Ну… Рой был не на очень хорошем счету, аай, после некоторых событий, а тут ещё Царица и Королева решили, что ДОМ двигается не в ту сторону. Что нужно быть проще.

— Моя мать хотела остановить прогресс? И королева?

— Да! Они искренне считали, что он мешает простому счастью. По-своему, они хотели лучшего для всех!

— Они хотели, — тихо произнесла Жужа, — что бы поле РОЯ и поле КОЛОНИИ создали что-то новое. Они хотели создать особое поле ДОМА. Я улавливаю что-то обо всем этом из той общей памяти, что мне доступна, но многое просто не могу понять. И уж точно не могу объяснить.

— Это очень интересная сторона наших изменений. Ваше поле РОЯ тоже претерпело изменение и преобразилось во что-то другое нежели обычное поле дикого РОЯ. Та же история, как я думаю и с полем, или как его ещё называют общим разумом у муравьев. Это очень интересно, и именно тебе разгадывать эту тайну! Аай! — паук наклонился к Жуже вперёд, — Только надо быть более гибкой, надо уметь слушать других. Твоя мать не умела. — Он стукнул о столик пряником и тот треснул, — Она хотела силой сделать всех счастливыми, как и Слизень в своем подвале, но другими путями. Но насильно счастливым стать невозможно! Это утопия!

— То есть РОЙ помешал Слизню?

— Думаю всё же да. Именно он имел контакты с кланом Осины, именно он мечтал прибрать себе и чердак. Убрав из уравнения РОЙ, как одну из сил, влияющих на решения в ДОМЕ, он обеспечил лояльность Муравьиной Королевы к наукам и прогрессу, которым он так озабочен. Без влияния Золотой Осы, Муравьиная Королева отпустила вопрос о самобытности на самотёк.

— Почему никто ему не предъявил обвинение?

— В чём? В нападении дикарей? А отношения с Королевой всегда у него были хорошими. Муравьиная королева, как та, кто живет в менее обособленном обществе, была более открытой в этом плане. Она легче соглашалась на прогресс, на то что его двигают в массы. Особенно после того, как твоя мать перестала на неё влиять. Она ведь хорошо общалась со всеми видами, потому и считалась главой совета ДОМА.

— А моя мать плохо находила со всеми общий язык?

— Ну… наверное можно и так сказать. РОЙ в те времена сильно замкнулся на себе. Еще высокомерие…

— Ты не поймешь — это не высокомерие.

— Аай! Ладно, не будем об этом. — Паук сложил лапы на груди и продолжил другим тоном:

— Муравьиная Королева была ближе ко всем остальным видам, может быть поэтому Книжный Червь даже школы организовал… Но ты и сама видела, в последнее время всё равно начался регресс. Всё постепенно катилось в пропасть… Во тьму невежества. Убрав Золотую Осу, отношение Королевы к развитию удалось лишь замедлить, но не остановить.

— Да. Нам всё это подавали как «человеческое», не подходящее насекомым, ложное знание. Я только недавно стала это понимать. Я помню насколько интересной была учеба в первые годы, а в последних классах мы в основном какое-то мастерство изучали, или пели и физической подготовкой занимались. Да, тьма побери, нам даже банального устройства мира не рассказали. Я только от тебя про космос услышала, а о планетах узнала из книжки уже тут.

— Библиотеку, кстати, в которую тебя тогда не пустили, закрыли как раз для очередного рейда цензоров. Вашу программу, аай, нещадно резали и кроили. Чудо, что детей всё еще грамоте и счету обучают. ДОМУ нужны сильные, здоровые, желательно верующие и тупые жители. Такое мнение у Королевы. Было, по крайней мере. Твоя мать вообще считала, что знания позволительны только некоторым видам, и то их элите.

Тут паук пристально посмотрел Жуже в глаза и хотел было что-то спросить, но она его опередила:

— Я не моя мать. Я думаю по-другому. И память РОЯ меня не изменит. Не так сильно, что я превращусь в кого-то другого.

Паук понимающе кивнул и, как показалось Золотой Осе, облегченно улыбнулся.

— Но и твоей марионеткой я не стану. Не знаю, дедушка на что ты рассчитывал, выращивая карманную Царицу Золотых Ос, но я намерена действовать самостоятельно.

— Ты удивительно быстро повзрослела, дорогая моя, — вновь улыбнулся паук. — И как же ты собираешься действовать?

Жужа задумалась и ответила не сразу:

— Я имела ввиду, что не буду поступать необдуманно, стараясь в чьих-то интересах, или поддерживать в чем-то таком, что мине не нравится. Я решилась стать Царицей исключительно с целью помочь ДОМУ. Его жителям. Всем. Если для этого потребуется изменить РОЙ, я изменю РОЙ!

— Я рад это слышать, полосатая. Ты говоришь правильные слова.

— Еще скажи, что именно ты меня такой и сделал?

— Ну, эту тайну мы никогда не узнаем… — рассмеялся дед и добавил: — когда вернешь мои книжки?

Жужа поняла, что он имеет ввиду и тоже улыбнулась:

— Верну. А прислушаться совета старого мудрого и всей душой любящего ДОМ старого паука я всегда рада. Главное, чтобы этот совет совпадал с моими интересами.

— Ты-то как относишься к прогрессу? — тут же пошел во банк Привратник.

— Сначала я бы хотела понять, что ты под этим понимаешь?

Паук, хитро улыбаясь молчал, и она добавила:

— Сначала я вообще хотела бы многое просто понять.

— Воот! — протянул паук и начал:

— Нас, насекомых множества видов, изменили. Это были долгие, длящиеся десятилетиями изменения, затрагивающие не одно поколение. Чего хотели люди в конечном итоге, толком до сих пор непонятно. Среди людей, а среди ученых особенно, вообще часто встречаются очень увлекающиеся индивиды. Червь, кстати, тоже из той породы. — Паук развел лапы в стороны:

— Они начинают двигать науку ради самой науки и перестают оглядываться по сторонам. Аай, такие безобидные, казалось бы, с виду создания, как ученые уже не раз и даже не два чуть не доводили мир до полного уничтожения. Я дам тебе потом свои подборки и про расщепление атома, и про Большой адронный коллайдер.

Жужа непонимающе на него посмотрела, а он махнул лапой. Потом встал и принялся разливать из чайника новый, пусть уже и поостывший чай. Молча втиснул Жуже в руку пряник.

— Теперь люди играются с разумом. Они упорно создают искусственный интеллект, хотя существует множество вполне заслуживающих уважения теорий, что на планете не могут существовать несколько существ, обладающих разумом, но при этом разного вида. — Тут он указал на Жужу носиком чайника и спросил:

— Что ты думаешь по этому поводу?

— Ну… Я… Я пока только…

— Правильно, — прервал её старик и уселся обратно, — тут сразу не разберешься. Скажу тебе так: Мнения разделились. И у людей, и у нас.

— Когда появились мы?

— Мы, как разумные насекомые, появились буквально недавно, даже по человеческим меркам, аай, как недавно. Лет сорок назад.

— Ого? Так это же сколько поколений?

— Вот в том-то и дело, что наша жизнь корче человеческой, и развиваться мы стали гораздо быстрее. Тот ученый, у которого мы жили, как мне кажется начал только-только догадываться что он натворил, но было уже поздно. Как я уже говорил…

— Прогресс не остановить! — закончила за него Жужа.

— Верно! У него были все шансы одуматься и просто нас уничтожить. Один человек обладал силой уничтожить тысячи разумных разом! Пусть он даже и не собирался этого делать, но риск стал слишком велик. Мы это осознали. А кое кто даже начал действовать!

— Дети Надежды… — тихо проговорила Жужа.

Паук выронил из рук чашку, и она с дребезгом разбилась о край столика, белыми осколками затанцевав на полу. В дверь тут же заглянул Зоко, оценил обстановку и исчез. Привратник этого даже не заметил. Паук беззвучно открыл рот несколько раз, но никак не мог издать хоть какой-то звук, потом всё же справился с немотой и воскликнул:

— Ты не устаёшь меня поражать, полосатая. Аай! Откуда ты это знаешь?

— Это лишь разные обрывки информации, что-то тут, что-то там, вот и сложилась такая мысль…

— Как у тебя всё хорошо всегда складывается! Золото, а не ребенок!

— Я уже не ребенок!

— Ребенок, ребенок! По крайней мере для меня! — И он так по-доброму улыбнулся, что Жужа не смогла не ответить такой же улыбкой. Она мысленно попросила у Зои новый чай и даже крепкого медово-полынного настоя для паука. Она видела как-то початую бутыль такой настойки у него в норе и подумала, или почувствовала, что он будет рад.

— Это именно они отравили ученого. Я в этом уверен, хоть и не могу ничего доказать. — заявил Паук.

— А ты, дедушка, можешь мне рассказать кто же такие эти Дети Надежды? — вкрадчиво попросила Жужа.

— Паук кхекнул, поерзал в кресле и задумался. Он постучал лапой по ручке кресла и, видимо решившись, ответил:

— Тогда придется рассказать и про нашу гражданскую войну. Про ту, что случилась после того как мы освободились. Мы воевали друг против друга уже после того, как покинули подвал и расселились, после того как создали ДОМ. Но, до того, как был создан совет и до того, как решили проблему с тем что люди сюда больше не вернутся.

— А как вы её решили?

— Аай! Я же говорил, — это отдельная история и я расскажу её не сейчас. — он хлопнул ладонью по подлокотнику, ставя этим точку., - Так вот! Была короткая, но страшная война, в процессе которой один из видов, пошедший против всех проиграл и покинул ДОМ.

Тут в комнату вошла Зоя и споро накрыла на стол по новой, быстро убрав осколки разбитой чашки и успев протереть пролитый чай. Дед радостно встретил бутыль настойки и, как только служанка покинула кабинет, сорвал крышку и налил в специально принесенный широкий стакан. Стаканов было два, но паук девочке не предлагал, да и Жужа не в коем случае бы не согласилась. Гадость!

— Они были умнее и сильнее нас, — вытянув лапы и довольно потянув спину, продолжал старый паук, — Но мы сплотились и смогли устоять. Мы прогнали их из ДОМА, но некоторым разрешили остаться. Хотя недавно последний их клан тоже куда-то запропастился. Этот вопрос у меня пока из важнейших, на ряду с… Ладно, это текущие дела. Итак, остались единицы и за ними всегда был и будет особый пригляд.

— Тараканы! — поняла Жужа.

— Точно! Один из них, кстати, твой учитель.

— Что же такое они натворили?

— Они просто решили, не все из них, кстати, но большая часть, что они единственные достойны стать новым народом планеты. Что остальные достойны лишь прислуживать им, а в идеале сложить свои головы в их войне за новый мировой порядок.

— Как нацисты? — Слово и образы опять подкинула ей общая память РОЯ.

— Ты меня снова удивляешь! Представь себе, да! Как нацисты!

Мы, как я уже говорил смогли их выгнать и постарались стереть все эти события из памяти ДОМА. У нас вроде бы даже получилось. Но некоторые их идеи не пропали в туне, они проросли в головах других и снова начались проблемы.

— Это ты имеешь ввиду Слизня и его подвальное общество?

— Да. Идеи господства всегда приводят к большой крови. Так получилось и в этот раз, так случится и в следующий.

— Думаешь…

— Непременно!

— А почему именно «Дети Надежды»?

— А! Аай! Да просто это имя их первой матери. Основа, на которой и была построена их идея о господстве над другими видами. Надежда была самкой рыжего таракана, побывавшая в космосе на беспилотном космическом аппарате и ставшая первым земным животным, оставившим зачатое во время космического полёта потомство. После возвращения с орбиты Надежда успешно произвела на свет тридцать трёх тараканов. Дети Надежды росли и развивались быстрее нормы, их умственные и физические способности разительно отличались от всех остальных, а исследования над другими насекомыми базировались именно на этих экспериментах в невесомости. Потом добавилось какое-то излучение и так далее и тому подобное. Излучение, кстати, действует до сих пор и распространяется на всю округу. Его эпицентр в ДОМЕ, и оно действует достаточно далеко, именно поэтому все отгружающие дом насекомые тоже стали, скажем так, умнеть и развиваться… Тут правильно рассказать мог только Слизень, ну а сейчас только Книжный Червь. — Паук задумался на несколько мгновений, и решил тему не развивать, продолжив разговор на другую тему:

— Суть в том, что тараканы были первыми. Они используют как символику цифру 33 и скандируют лозунг «Мы первые и мы последние».

— Жуть какая!

— Аай, а ты тоже хотела в космос! — не к месту пошутил Привратник, сам это понял и смутился. Жужа лишь скорчила кислую рожу в ответ, но промолчала.

— Извини, — буркнул тот, — но добавил, — Твоя Мать, кстати, единственная кто их сперва поддержал, но потом, видимо поняла, что они рано или поздно возьмутся даже и за союзников и переметнулась на нашу сторону. Это и есть тот момент, о котором я недавно упоминал, что Рой был не на лучшем счету.

— Я поняла. Что там с тараканами? Почему некоторым позволили остаться?

— Не все из них фанатики. Акакиевич, например, вполне разумный и достойный член общества. Неоднократно получал звание «лучший учитель ДОМА». Мы, в отличие от них не судим по цвету хитина.

— Черная Оса, которая, ну… отхватила мне крыло, что-то как раз говорила про него и про Детей Надежды. Что она его ученица, я так поняла и что она одна из этих самых Детей Надежды, хоть и не тараканиха.

— Это интересно. Это нужно проверить. Спасибо за информацию! Детьми Надежды теперь могут быть кто угодно! Со временем, все их сторонники, неважно какого вида, но поддерживающие идею господства первых, то есть тараканов стали себя так называть. Где и что еще ты о них слышала?

— В блокнотах матери есть записи. И там упоминается Слизень.

Паук задумался, постукивая лапой по подлокотнику и произнес:

— Знаешь, у меня есть теория, что Слизень продолжает контактировать С Детьми Надежды. В смысле продолжал, а тот тараканий клан, что жил за картиной Деда ученого куда-то к нему в подвал и перебрался. Надо бы обсудить эти моменты с Червем. Надо бы полистать твои блокнотики…

— Я сама полистаю, — буркнула в ответ Жужа.

— Ой да сколько можно дуться на Червя!

— Я не дуюсь на него, я на него злюсь! Мы с Прыгой из-за него чуть не погибли! А господин Сеноед?

— Сеноед как раз единственный, кто мог бы дать против Червя внятные показания.

— Да и так всё понятно! Червь и Слизень были в сговоре!

— Они оба занимались научными исследованиями и поэтому достаточно плотно сотрудничали. Это всё, что можно предъявить Книжному червю. Да никто ничего предъявлять ему и не собирается!

— Я собираюсь!

— Да успокойся ты, неугомонная. Кто по-твоему возглавит теперь всё это научное сообщество в подвале? Ты? Он один из основателей ДОМА и признанный лидер!

— Но…

— Да пойми ты, он сейчас очень нужен ДОМУ, и это главное! Весь ДОМ трещит по швам, кругом одни угрозы!

— Может быть это именно Червь всю эту жуткую историю задумал, а Слизень действовал по его указаниям!

— Что теперь разводить теории! И такое может быть, но я не думаю. Просто дело в том, что Книжный Червь, при всех его немалых талантах, имеет одну очень неприятную черту — он трус. Далеко не дурак, но трус.

— Трус, как ты правильно заметил, не значит дурак. Как я понимаю, тогда, поговорив с нами, он просто отправился прямиком в подвал, к своему коллеге, где сразу сдал нас с потрохами! — Уверенно заявила Жужа.

— Да, политика Королевы, его давно не устраивала, а Слизень всегда шел ему на встречу, — поддержал рассуждения Жужи старый паук, — предоставлял лаборатории, ставил для него опыты и всячески помогал в разных исследованиях. Я бы на его месте тоже выбрал Слизня. Вроде как есть прямой туннель прямо из Библиотеки в подвал. Слышал я об этом, тем более известно, что Червь не покидал пределов Библиотеки очень давно, а некоторые моменты он не доверил бы ни одному помощнику. Надо в этом разобраться, — постучал он вновь лапой, — Ладно — это дело техники. Выясним. Но, опять же что это доказывает?

— А то, что избавиться от Королевы ему вполне было на руку, ну или на хвост в его случае, не доказательство?

— Это повод, не спорю, но не доказательство. Общение со слизнем вообще не доказательство. Я тоже часто с ним говорил… То, что Книжный Червь не бросился к Королеве, как обещал, так о том только вы с Прыгой и знаете. — Паук добавил себе настойки и немножко отхлебнув, продолжил:

— Вряд ли он подсылал к вам убийц, скорее всего просто рассказал Слизню, а тот…

— Это тоже самое.

— Ну да, — согласился паук и добавил, — и от сотрудника, который слишком много знал заодно избавился… Да, ему это было выгодно.

— Ну вот видишь!

— Всё равно доказательств нет. А то что он темнит я давно знаю. Тот еще интриган!

— Но относится к нему с осторожностью мы обязаны!

— Уж что-что, а это первое правило в отношении Червя. Я-то давно знаю. Знала бы ты о его глобальных планах, в обморок бы грохнулась.

— То есть ты предлагаешь делать вид, что ничего не произошло, и постепенно искать ему замену?!

— Уж это врят ли. Такого не заменишь. Я предлагаю относиться к нему с осторожностью и просто использовать его таланты на благо ДОМА. А остальное — как получится.

— О его глобальных планах и моём обмороке? Что это ты имел ввиду? — не успокаивалась Жужа.

— Об этом позже, сейчас давай продолжим наш предыдущий разговор, пока я не сбился. Хотя всё это связано, как не крути. — Он залпом выпил содержимое стакана и поморщился.

Жужа немного растерянно на него посмотрела, и он ответил:

— Вот суть: ДОМ в опасности! Ему угрожают внутренние враги — шпионы Детей Надежды, бунтари вроде Слизня и его команды, безумные ученые с замашками Левиафана, эти ненормальные Кланы и всякое неуправляемое отребье на чердаке.

— С этим Золотые Осы разберутся! Будь уверен. Думаешь я позволю вокруг моего дома устраивать всякие тайные делишки? Это мой Этаж!

Паук по-особому посмотрел на Жужа с уважением, но и с долей иронии и продолжил свои рассуждения:

— А враги внешние? Ты посмотри сколько их: это те же тараканы, думаешь они не хотят вернуть себе ДОМ? Армии диких, ну и люди, как самые страшные и неотвратимые противники. Если люди о нас узнают, нам конец. Это сто процентов. Кстати, дикие, ужаснувшиеся от содеянного Слизнем на площади Большого Зала, хотят объединиться и стереть нас с лица земли! Как тебе такая новость? Это последние известия от нашей с тобой общей знакомой, которая теперь работает на меня.

— Ты пустил в ДОМ Мимикришу?

— А что? Она отличная шпионка.

— Но как можно ей верить?

— Я и не верю. Так тоже можно. Ты поймешь еще. Она хороший специалист, и это главное. А я не брезгливый. Запомни: можно и нужно использовать всё и всех ради достижения цели. Мы оберегаем ДОМ!

— О чем, кстати, вы тогда с ней шептались, когда ты выставил нас с Прыгой за дверь?

— Да просто во время той войны с тараканами былом много моментов непонятных, которые только невидимками и объяснишь… Кто-то сливал информацию и нам и им. Бабочки эти — невидимки, очень редкий вид… Вот и уточнял, кто она. Одну такую же поймали тогда на горячем, она для тараканов шпионила и казнили. Слизень сказал, что казнили. Так что сама понимаешь…

— Это может быть она? Ты её узнал?

— Да как её узнаешь? У них способности тоже сильно усилились и, думаю она не только с фоном сливаться умеет, может и себя менять… это догадки, конечно… Все мы какие-то свои особые способности усилили. Вы, вон, чуть ли не мысли читаете…

— Ничего мы не читаем! — возмутилась Жужа.

— Да, да! Так я Золотой Осе и поверил!

Жужа склонила голову набок:

— Ты бы, дедушка, еще язык мне показал.

И он показал. Жужа махнула на него рукой и спросила:

— Призналась Мимикриша?

— Говорит, что не понимает, о чем я.

— А что за разговор между червем и Сеноедом она тогда подслушала в библиотеке? Ну, сказала еще что о королеве, а ты её прервал, типа не при детях, и всё такое…

— А! Да просто Червь клял по чем зря нашу монаршую особу, касательно её очередного цензорного рейда… А детям не стоит терять уважение к членам совета.

— Но Сеноед упоминал какой-то потерянный документ. О чём он говорил?

— Я ничего такого не знаю. Ни о каких документах. Я могу отвечать только за свои слова, а что там кто-то другой когда-то говорил, это всяко повернуть можно.

— Всё равно мне кажется, что ты не всё мне говоришь! Вроде как всё, а чувствую, что о многом умалчиваешь!

— Всё разом и не расскажешь! Да и я старый опытный паук со своими тайнами и любимыми секретами. Чего это я буду всё-всё рассказывать! Я, между прочим теперь Глава Службы Безопасности! Мне по чину положено умалчивать! Тем более ты пока не член совета. Ты согласна, кстати?

— Согласна.

— Тогда нечего тянуть. Коронуйся завтра же! И сразу в совет.

— Но это не от меня зависит.

— А от кого? Давай, вещай мыслями своему министру, как вы там умеете, — паук показал волнообразное движение лапой у своей головы — что ты готова уже завтра! Надо торопиться!

— Но…

— Я вот что придумал: Народ сейчас у нас в шоке от всего произошедшего, всякую ерунду говорят, настроения панические, авторитета власти не хватает… ККшники эти набедокурили, Жучки опять шевелятся, да и в колонии муравьёв, а она, как власть, была основой ДОМА, — полный бардак. С наследниками там вообще беда! Аай! — он опять приложился к настойке, а потом не сразу продолжил, будто потерял мысль, — А! ДА! Мы тебя коронуем на площади! При всём ДОМЕ! Это нам сейчас очень нужно! Сама подумай! Какой будет подъем настроения! Это отличная идея!

Жужа молчала.

— Ну что же ты, бедующая царица и член совета ДОМА, давай, помогай решать накопившиеся вопросы! Я тебя еще хочу к диким на переговоры заслать! А, да! И Золотые Осы заменят собой службу ККшников! В смысле будут внутренней безопасностью заниматься!

— Мне опять захотелось на луну, — в ответ на всю эту тираду простонала Жужа, откинувшись и сползая вниз по спинке кресла, а паук рассмеялся. Похоже он уже был «навеселе». На сегодня разговоров достаточно. Но какая-то незавершенность висела в воздухе густым туманом.

— Надеюсь мы выяснили отношения? — спросил через некоторое время паук, явно намереваясь подняться из кресла.

— Наверное, — остановила его жестом Жужа, — я только никак не могу понять, как мне теперь к тебе относиться? Как к дедушке, которого я всегда любила и уважала, или как к хитрому манипулятору, использующему меня в каких-то своих, пусть и благородных целях?

— Наверное тебе придется это решить самой. Спасибо за хитрого манипулятора! — паук, вновь откинулся обратно, отставив пустой стакан и продолжил:

— Я со своей стороны скажу так: Ты мне по-прежнему внучка, но, при всём при этом, я осознаю, что ты царица Золотых Ос, признаю твоё право на самостоятельность. Очень надеюсь, что наши отношения останутся по-прежнему доверительными.

— Я тоже. Ведь и действовать дальше мы будем в общих интересах, правда?

— Я за ДОМ!

— И я. Для меня главное его жители!

— А для меня сам ДОМ. Для меня это не просто жители, особый уклад или даже новый разумный вид. Для меня ДОМ — это дом. Он мой, и я буду его защищать. Мне, по большому счету, плевать на то, что происходит за его стенами, пока это не касается безопасности ДОМА, но, к сожалению, сейчас именно внешние факторы ему и угрожают, поэтому придётся заняться внешними угрозами. Серьезно заняться!

— И как ты это видишь? — уже догадываясь, что ответит паку, спросила Жужа.

— Я вижу тебя на этом месте. Я считаю, что внешней безопасностью нужно заняться тебе. Тебе с РОЕМ. Я же буду заниматься внутренней и помогу всем чем смогу. — Жужа в ответ промолчала. Паук протянул лапу и покрутил пустой стакан, потом, видимо передумав, оттолкнул его и продолжил:

— А все внутридомовые, хозяйственные, судебные и прочие вопросы, которые решала Королева, теперь должен решать кто-то другой. Я не потяну. А она не оставила наследников.

— Кто?

— Есть несколько кандидатов… Но это мы обсудим на совете.

— Ты же раньше уже состоял в совете?

— Давно. Теперь пришлось вернуться.

— Кто ещё состоит в совете?

— Да всё те же… Хотя ты права, теперь из старых членов совета, кроме меня, осталось лишь двое: Комариная Генеральша, да…

— Книжный червь?

— Конечно.

— Он…

— Он всегда хотел заполучить себе подвал, лабораторию и все научные наработки Слизня и теперь они его, как и весь подвал, собственно. Думаю, в библиотеке останется верный ему помощник, тут волноваться не стоит. На абы кого он свое сокровище не оставит. Толку от него в совете много, чтобы ты там себе не напридумывала, Червь любит дом не меньше чем я, это точно, и сделает всё возможное для его защиты. Правда некоторые его идеи, как бы это сказать… — безумны, что ли…

— Расскажешь?

— Он сам тебе расскажет. Да-да! Не хмурься. Вам придётся общаться и уж точно стоит поговорить. Сгладить, так сказать, углы.

Жужа в ответ лишь морщилась, но хотя бы уже не спорила, и то прогресс.

— Завтра, я думаю тебе стоит посетить совет, все уже и так прекрасно понимают, кто ты, так что коронация — лишь дань традиции. Нужно действовать как можно быстрее. Дикие это немалая угроза. Да и других вопросов накопилось множество, а без тебя действовать уже как-то неправильно, в конце концов, — за тобой целый этаж и немалая сила. Плюс поддержка народа. Да — да — да! Ты не слышала, но истории о вашем спасительном походе уже бродят из уст в уста. Ты же целую муравьиную армию спасла, а, если копнуть дальше, то и весь ДОМ!

— Не я, а мы! Ты то это понимаешь! От меня толку было немного! Я вообще…

— Ты себя недооцениваешь! — прервал её довольный паук, — И нам нужен герой! Почему бы не воспользоваться сложившейся ситуацией?

Жужа смутилась и не знала, как реагировать, поэтому по старой, привычке закрыла ладошками лицо. Потом посмотрела сквозь пальцы на буквально светящегося от удовольствия, улыбающегося паука и, вздохнув убрала руки. Паук лыбился. Жужа показала ему язык. Он сделал вид что в шоке, а потом резко поднялся:

— Ну что ж. Хватит на сегодня! — вскочил он ловко, будто пружиной его вытолкнуло, но остался стоять перед Золотой Осой. Та поколебалась буквально мгновение, а потом поднялась и обняла старого друга. Всё хорошо. Они всё еще друзья. Паук тоже улыбался, обнимая Золотую Осу.

— До завтра, дедушка.

— До завтра, полосатая! Дай задание своему министру устроить коронацию на площади в Большом Зале при всех жителях. Дому сейчас действительно нужен герой и лидер. Я уверен, они тебе будут рады! Они будут рады и РОЮ, особенно когда ты покажешь, что вы вместе с ДОМОМ и за него горой!

— Я подумаю. Это ты все эти геройские слухи обо мне в ДОМЕ запустил?

— Не понимаю о чём ты.

— И комаром от всего этого тоже пахнет…

— Если комаром пахнет, надо помыться! — банально отшутился Привратник.

— Вы даже со мной не посоветовались…

— Аай! — Паук отстранился, махнул на неё лапой и удалился.

Может быть Привратник и прав. Теперь выяснять откуда начались в ДОМЕ разговоры о героической молодой царице нет никакого смысла. Может быть и стоит подбодрить этой глупой церемонией жителей ДОМА, которые сейчас на грани паники. Это принесет спокойствие. Это принесёт уверенность, это полезно и РОЮ, который слишком закостенел. Традиции это хорошо, но они мешают прогрессу. А Жужа верила в прогресс и его необходимость.

Перед тем как выйти из кабинета, она не забыла взять дайсё. Пусть РОЙ привыкает ходить с оружием. Потом, когда ни будь, когда мы победим всех врагов, дайто и сёто лягут отдыхать на свои полочки может быть навсегда. Это будет так же здорово, как незабываемый полёт во сне сквозь розовую пыльцу на обожаемой ЛУНЕ! Жужа грустно улыбнулась своим мыслям и пошла спать. День вымотал до предела. Спать!

— Ах ты, тьма, во сне же ещё будет урок! — Жужа даже немного разозлилась, но потом поняла, что это неправильно и прогнала крамольные мысли. Она должна быть сильной! Молодая оса попыталась понять откуда появилась эта неосознанная злость. Усталость раньше никогда не была такой. Раньше Жужа уставала руками, ногами или спиной, эта усталость была скорее приятной и просто помогала расслабиться гудением и звоном в мышцах, убаюкивая и принося исключительно положительные эмоции. Уставать от раздумий ей никогда ране не приходилось. Особенно от неприятных. Школа никогда не давала подобной нагрузки, а обычные дни были наполнены простыми и понятными событиями. Теперь же всё гудело по-другому, и гудело не в мышцах и сухожилиях, гудело в голове, путалось и погружалось в зыбкий и неприятный туман, оставляющий послевкусие назойливой недоделанности. Буквально в воздухе висело ощущение того, что она что-то где-то упустила, не поняла, не закончила не смогла или даже не осознала. Надо научиться с этим справляться. Для начала нужно попытаться осознать, что же так сильно тревожит, неужели память РОЯ не поможет ей в этом? Жужа сосредоточилась и тут же пришло простое решение: Нужно разложить всё по полочкам. Навести в мыслях порядок. Расставить всё по местам! Это так же просто как навести уборку в кладовой. И Жужа создала в своей голове кладовую, которая удивительно быстро обрела форму, будто кто-то помог ей, точнее, будто бы она создала её по готовым чертежам, воспользовалась готовой формой, всего лишь наполнив её содержанием. Рой опять помог.

Зоко проводил её до спальни молча и, как оказалось, остался в соседней комнате. Теперь он всегда будет неподалёку. Работа у него такая.

Глава 18

Урок по созданию информационно-эмоционального буфера вокруг себя и самоконтролю прошел на удивление легко и лаконично. В немалой степени помогла и недавно созданная в разуме кладовая, в которой нашлось место и для эмоций. Их было проще различать и контролировать, раскладывая по полочкам. Они совершенно иначе воспринимались, когда Жужа «брала их в руки» и рассматривала. Молодая царица обратила внимание и на тот самый момент, о котором говорила недавно матушка Мушильда, а именно о выражении лиц Золотых Ос. Контролируя эмоции, Жужа отключила от них своё физическое тело и её обычно подвижное, любопытно-вдохновенное лицо приобрело холодное надменное выражение, как у снежной королевы из сказки, которую однажды читал ей старый Привратник, посмеиваясь, как ей тогда казалось, в неуместных местах. Ну, старый юморист, я тебе покажу! Специально нацеплю на себя эту ледяную маску при общении с тобой — посмотрим, как ты тогда запоёшь! Наверняка испугаешься! Жужа порадовалась задуманной шутке, но наоборот попробовала придать своему лицу в момент «отключения» доброе и располагающее выражение, чуть добавив «располагающей улыбки» и шире раскрыв «доверчивые глаза», потом завершила свой новый образ «непонимающим морганием» и вполне осталась им довольна. Вот с таким лицом она завтра и прибудет на совет!

Урок, о котором она сперва подумала с таким неожиданным для самой себя раздражением, наоборот оказался очень интересным и безусловно полезным. Теперь у неё появился еще один удобный и полезный инструмент, которым, конечно же, нужно уметь пользоваться. Ну что же, продолжим совершенствоваться! И Жужа углубилась в тонкости, которые продолжал показывать Изо, направляя её в нужном направлении, останавливая, если она заходила куда-то не в ту сторону, подсказывая, регулирую и разъясняя моменты.

Вскоре Изо вновь признал что она очень быстро и легко всё воспринимает и честно похвалил. Когда Жужа рассказала ему о своей находке — о кладовой, он немного удивился, заявив, что сложное структурирование разума — это следующий этап, к которому он её только-только подводил, но раз она уже готова — то следующий сон-урок они посвятят именно этому интересному и очень полезному инструменту.

— Пространственная мнемоника на интуитивном уровне — это очень хорошо! РОЙ получил достойную царицу!

Изо, как показалось Жуже, даже немного прослезился. На этом их урок завершился, и молодая оса даже успела сладко выспаться. Чудо, а не школа! Вот бы всем так! И в этот момент Жужа уловила недовольство РОЯ: «Всем так не нужно! Это наше! Это только наше!» Но Золотая Оса стряхнула это недовольство, как ненужный сор с рукава и подумала, настойчиво подумала, что она будет менять РОЙ. Ответа, слава свету, не последовало, а то это уже стало напоминать какое-то сумасшествие…

Жужа проснулась.

Тут же она почувствовала вежливый вызов Зоко и ответила. Он приглашал на тренировку, сразу после того как она умоется и приведет себя в порядок. Зоя, готовая во всём помочь была уже за дверью, как и Зея со своим лекарским долгом.

Помогая Жуже одеваться, Зоя щебетала обо всяких глупостях, большую часть которых Жужа пропускала мимо ушей, но отметила про себя некоторые полезные менты.

— Не служанка, а утренняя передовица, — улыбнулась про себя молодая царица. За пять минут она уже узнала, что завтракает теперь тоже в общем зале со всей семьёй, и что по времени завтрак чётко не регламентирован, что в обеденный зал можно прийти как с самого раннего утра, так и ближе к обеду и всегда найдется что перекусить и непременно получится застать кого-то из первого круга. Четкого времени завтрака не соблюдает никто, кроме деда Зураба. Так же Жужа узнала о том как боится своего первого дня в роли личного секретаря Зира и что ей испортили уже второе платье, так как она никак не соглашалась на… Тут Жужа отключилась. Вскоре и Зоко поторопил на тренировку, после которой вновь придётся приводить себя в порядок, прежде чем показаться на завтраке. Это минус, но что поделаешь. РОЙ это семья. Хватит прятаться в своей комнате.

Тренировка прошла в свеже отреставрированном, но не доделанном пока до конца тренировочном зале, расположенном недалеко от арсенала. Часть его была затянула в прикрывавшие строительные леса занавески, но это не мешало вволю носиться летать и скакать во всех направлениях в свободной его части. Купол тренажерного зала уходил ввысь, где проходили тренировки, в которых применялась техника полета, зависания в воздухе и прочее, ныне недоступное Жуже. Это сильно испортило настроение, но унывать Золотая Оса не стала, погрузившись в «извлечение», как выразился Зоко, боевой техники из памяти РОЯ и подготовке к этому мышц и сухожилий.

— По моим прикидкам, я смонстячу из тебя годноту месяца за два… Неа, за три, — продекламировал на своем ломанном подростковом Зоко и ухмыльнулся.

— Смотри… Я умею удивлять! — дерзко ответила Жужа.

— Забьёмся?

— Лады! — ответила она, сымитировав голос Зоко с удивительной точностью.

— Да ну, на! — удивился тот, но тут же смутился своей грубости. — Извини. Давай забьемся!

— Если я достигну «годноты» раньше, чем за два месяца, то ты должен мне желание! Только без жульничества!

— Лады! А если нет?

— Тогда желание с меня!

— Это слишком… эээ… щедро для царицы…

— Ну так как?

— Замётано! — И они пожали друг другу руки.

Привести себя в порядок без помощи Зои Жужа бы, наверное, не смогла. Уж не переоценила ли она свои возможности, когда решила поспорить с этим неукротимым и невероятным насекомым? Зоко, казалось, вовсе не знаком с усталостью или слабостью. Машина. Быстрая и смертоносная машина, не знающая усталости и законов физики. Жуть!

Но, как оказалось, Зоя знала расслабляющий и тонизирующий массаж, благодаря которому вернула Жуже веру в себя и в завтрашний день. А ведь и сегодняшний только начинался! Да, скучно ей больше не будет никогда! Хотя, если по-честному, ей и до этого никогда скучно не бывало. Умной и деятельной личности не может быть скучно, считала Жужа и была в этом права на все сто!

На завтраке Жужа появилась достаточно поздно и некоторых из родственников не застала. А ей нужна была именно тетушка Иззи, которой как раз не было. Тогда молодая царица просто попросила общего внимания, и когда все внимательно посмотрели на неё заявила о том, что коронация будет публичной и произойдет на площади Большого Зала. Потом просто прошла за своё место и принялась завтракать. Никто не произнес ни звука.

Решение Жужа приняла еще во время тренировки. На самом деле плюсов для ДОМА было гораздо больше минусов для неё лично. И РОЮ пора становиться частью ДОМА, а, не как прежде, быть некой отстранённой непонятной силой, на которую смотрели конечно с уважением, но уважением вызванным скорее страхом, чем пониманием роли Золотых Ос. Это нужно исправить. Жужа решила сделать так, что ДОМ и Золотые Осы будут ассоциироваться как нечто единое, как муравьиная колония и ДОМ ранее, до недавних событий и смерти Королевы. Пора позаботится о ДОМЕ самой, не дожидаясь что решит совет. Что там, кстати, говорил Привратник о наследниках Королевы?

— Это недопустимо! — фурией ворвалась в обеденный зал тетушка Иззи, а следом молча вошел Изо и встал у входя, прислонившись к стене и сложив руки на груди.

— Наблюдает, как я справлюсь с ситуацией, — подумала Жужа, кивнув и улыбнувшись конкретно Дядюшке. Тот кивнул в ответ и продолжил наблюдать. А тетушка Иззи продолжала возмущенно восклицать, носясь по обеденному залу и обращаясь ко всем, кто присутствовал, видимо рассчитывая на поддержку:

— Этого не может быть! Это событие для РОЯ, а не для всех остальных! Мы семья и нам незачем пускать в свою семью всех подряд! Да где это видано! Да с самого основания РОЯ существуют незыблемые правила и устои! — тётушка сама не заметила, как поднялась в воздух и стала парить в воздухе с сердитым гудением, — Мы всегда были особой единой и нерушимой силой! В этом наша уникальность! Рой это семья! Мы не можем уподобиться муравьям! Посмотрите, посмотрите, чем это закончилось! Они распалили свои силы на всех и где теперь колония? — Иззи опустилась рядом с молодой царицей, которая просто поднялась из-за стола и молча наблюдала за возмущенной родственницей, опершись руками о край стола. Иззи посмотрела прямо в глаза Жуже и произнесла суровым голосом:

— Где теперь Королева?

— Я объясню своё решение так, — обратилась не к тётушке, а ко всем Жужа, транслируя свои слова и в поле РОЯ одновременно, что бы её услышали и те из первого круга, кого нет поблизости в данный момент, только они, остальные узнают позже: — РОЙ, который существовал до этого чуть не погиб. Он почти перестал существовать, почему — это отдельная история, свидетелями которой вы были сами. Теперь РОЙ будет другим. Я уверенна в том, что РОЙ не сможет без ДОМА, а ДОМ без РОЯ. Значит надо их объединить. РОЙ станет сильнее, как и ДОМ. Отныне для меня они едины! Если вы считаете меня своей новой царицей, то вы примите моё решение. Если нет, — то я покину РОЙ.

Тишина повисла в обеденном зале, как и в поле роя. Вскоре Жужа почувствовала первое одобрение, которое пришло от Азамата — разведчика и безопасника РОЯ, потом одобрение с мягкой улыбкой, как умеет только он, от Изо, от Зоко, от Зига, от Азо и Зиры, и слилось в единый поток согласия и понимания от всех остальных. Ответа не пришло только от Зураба и Зулейки. Они молчали.

— Я понимала, что грядут перемены, но не ожидала, что так скоро. — произнесла тетушка Иззи и продолжила: — я принимаю ваше решение, ваше Величество! Она склонила голову — я всё подготовлю.

— Вам нужна какая-то помощь?

— Теперь, думаю, необходима.

— Думаю Азамат вам поможет.

— Я помогу! — прозвучал ответ от так и не виденного пока ни разу руководителя службы внутренней и внешней безопасности дома. Тетушка Иззи удалилась, как показалось Жуже немного смущенная своим поведением. Чуть было до истерики дело не дошло. Довольный Изо прошел к своему месту и, как ни в чём не бывало, принялся завтракать.

— Доброе утро, — поприветствовала его Жужа, усаживаясь обратно за стол, — сегодня я приглашена на совет ДОМА…

— Доброе! Твое расписание у Зиры. Она уже в приёмной, ждёт тебя. — и принялся намазывать масло на хлеб.

Жужа обвела взглядом обеденный зал и не встретилась ни с кем взглядом. О своей позиции она заявила, теперь нужно доказать, что она способна всё это осилить. Есть как-то сразу перехотелось, но вспомнились слова матушки Мушильды о том, что завтрак — главная пища дня и все силы в нём. А сил ей понадобится много. И Жужа принялась за кашу. Для неё понятие семья на самом деле было гораздо шире, чем у любого представителя РОЯ: дед паук, матушка муха, брат блошачок, родные с недавнего времени дядька комар Усс и еще один дедушка муравей Урр, да и множество друзей абсолютно всех видов начиная с самого детства. Золотым Осам только предстоит это понять, принять или не принять, а она уже считает весь ДОМ своей семьей.

— Почему ты никак не комментируешь произошедшее? — обратилась Жужа к спокойно жующему первому министру.

— А зачем? Ты сама теперь способна принимать решения и притворять их в жизнь.

— А как же твои слова про то что первый круг — это голова РОЯ? Неужели мне не нужно с ними советоваться или обсуждать свои решения?

— Как мы только что все убедились — нет. Ты царица роя и тебе решать, как он будет жить дальше. Ты поняла это и сама. Интуитивно. Именно поэтому приняла такое достаточно серьезное решение и заявила о нем как уже о свершившемся факте. Ты признана РОЕМ, значит никто не будет с тобой спорить. — Изо продолжал меланхолично жевать, — Твоя мать, например, вообще никогда не считала нужным что-то кому-то объяснять. Первый круг — это всего лишь способ разгрузить царицу, распределить обязанности, но ты имеешь полное право решать и делать всё сама. — Изо закончил с первым блюдом и принялся цедить из маленькой чашечки горький кофе. Он посмотрел наконец-то на Жужу и, увидев что она ждет продолжения, добавил:

— Наш первый круг сложился сам собой и никогда не перечил решениям царицы. Последнее время, надо признать, мы немного расслабились, привыкли принимать решения сами. Поэтому всё, что случилось только что стало хорошим примером. Скажем так, проверкой, и ты её прошла. Думаю, теперь никто не посмеет перечить. По крайней мере пока ты ведешь себя разумно. Азамат, кстати, первый это признал и подал пример как себя вести всем остальным. Он всегда был сторонником жесткой иерархии и, как мне показалось, вполне доволен тобой, наблюдая пока со стороны.

— Я не услышала одобрения от деда Зураба и его жены Зулейки.

— И что? Оно тебе необходимо?

Жужа задумалась на мгновение и поняла, что поступила бы так как решила в любом случае. Постаралась бы, по крайней мере. И она ответила:

— Нет.

— Вот и славно. А мы все, хоть и часть РОЯ, но всё же личности со своим мнением и мыслями. Зураб не согласен с тобой, и что из того? Он, надо признать, вообще редко с кем когда соглашается. Хорошо, что это не мешает выполнять ему его обязанности с достойным уважения усердием.

— Да, я слышала, что он неохотно выделяет средства…

— Он жуткий скупердяй, именно поэтому те, кто пробьется через его «стену» действительно нуждаются в том, чего просят, а если кто решил вопрос по-другому, ну что ж… Значит можно было и по-другому. — Изо улыбался.

— Надеюсь у меня не возникнет с ним проблем.

— Это, опять же, зависит только от тебя. Он верен РОЮ. Как собственно и все в первом круге.

— А остальные?

— Я же уже говорил — все мы личности, как не крути.

— Понятно. А какая тогда роль теперь у тебя? Я так понимаю, ты был кем-то вроде меня, пока я не появилась.

— Грубо сказано, но суть правильная. Теперь я твой наставник. И чем меньше я буду вмешиваться, тем лучше.

— Я думаю, что и свою роль первого министра в Улье тебе не стоит забывать. Мне теперь придётся много внимания уделять ДОМУ.

— Я это понял. Я согласен.

— Спасибо, Изо. Я вчера говорила с Привратником и узнала много… много разного. Мне хотелось бы услышать твое мнение о некоторых моментах.

— Почему бы и нет. Что говорит тебе чутьё? Что подсказывает память РОЯ?

— Что Привратник не до конца откровенен, или о чём-то умалчивает, но в основном его рассказ это неприятная, но правда.

— Да. РОЙ был другим. И, наверное, спасибо что ты его меняешь…

— Наверное?

— Всё пока слишком неоднозначно, но я верю, что перемены к лучшему. Пойдём, я провожу тебя до кабинета.

Они встали и под ручку вышли из обеденного зала. Зоко шел чуть впереди. В след им никто не обернулся. Словно и не было несколькими минутами ранее целого представления.

— РОЙ воевал против всех остальных вместе с тараканами? — тихонько и конечно же мысленно спросила у своего наставника Жужа.

В ответ он лишь по-особому мягко и душевно улыбнулся, что было достаточно непонятно. Через несколько мгновений Изо всё-таки соизволил ответить:

— Тут тоже всё не так однозначно.

Жужа вопросительно посмотрела на своего первого министра и тот, вздохнув пояснил:

— Это была отличная идея. Не все достойны разума…

Жужа нахмурилась.

— Я уже в третий раз за сегодня обращаю твое внимание, что мы все имеем собственное мнение и точку зрения на окружающий нас мир. Достаточно новый мир и потому достаточно дикий и жестокий. Все молодые миры отличаются жестокостью и категоричностью суждений.

— Это ты про наш мир, про разумных насекомых?

Изо вновь мягко улыбнулся и кивнул.

— РОЙ до сих пор как-то связан с Детьми Надежды?

— Да.

Изо ответил спокойна, а Жужа дернулась и даже отпустила руку наставника, отстраняясь от него на пару шагов.

— Можно подробнее? — потребовала возмущенная царица.

— Не нужно делать вид, что происходит нечто страшное. С Детьми Надежды, так или иначе, связаны все.

— Но они же враги ДОМА!

— И при этом они враги нашего общего врага, а значит союзники!

— Но люди пока нам не враги, а только предполагаемая угроза.

— Люди нам, как неоднократно доказано множеством расчётов и проведением подробнейших исследований их истории и поведения в подобных ситуациях, самые страшные враги, хоть пока, слава свету, и теоретические.

— Почему все так уверены, что люди нас уничтожат, если узнают, что мы разумны?

— Я бы мог сказать: «поговори об этом с Книжным Червём», но я так понимаю, вы еще успеете наговориться и потому отвечу сам коротко и ясно. Это убедило меня, так что надеюсь убедит и тебя, хотя тебе придется принимать своё собственное решение! Придётся!

Они достигли двери кабинета с той, внутренней стороны, которая не проходит через приёмную и вошли внутрь, расположившись в тех же самых креслах, в которых беседовали на подобные темы совсем недавно с дедом Привратником. Зоко, быстро всё осмотрев, прошел в приемную к разговаривающей с кем-то в приемной Зире. Секретарша давно уже была на своём рабочем месте.

— Так вот: люди уничтожают всё, пусть даже теоретически, способное угрожать им. — продолжил Изо, — Именно поэтому их вид занял главенствующее на планете положение. Однажды они уже уничтожили другой разумный вид на этой планете, и это только одна подтверждённая теория. Кроманьонцы истребили неандертальцев. Думается мне, что были и другие разумные виды, просто о них не сохранилось даже упоминания. У людей, по сути, всё достаточно просто: не понимаешь чего-то — уничтожь, боишься чего-то уничтожь, предполагаешь хоть малейшую угрозу — уничтожь! Мы учимся у них! Этому мы должны научиться в первую очередь!

— Но тараканы тоже хотят уничтожить нас!

— Уже нет. Они сперва погорячились. Как и твоя мать. Думаю, их можно и нужно простить. Тем более, покинув ДОМ, они довольно серьезно проникли в мир людей и закрепились там.

— Как?… — Жужа полная энтузиазма и любопытства даже приподнялась из своего кресла.

— Об этом поговори с Азаматом. Он лучше и подробнее всё расскажет. — осадил её Изо, — А мне пора. Есть некоторые дела, связанные с нашей старой библиотекой…

— Хорошо. Спасибо.

Изо Уходя вновь просто мягко и так по-доброму улыбнулся, что Жужа расслабилась. Вот ведь улыбочка у него. Успокаивающе действует…

— Можно? — тут же прожурчал в голове весенним ручейком голос Зиры.

— Да. Жужа поднялась из кресла, и понесла на полочку свои мечи, которые на автомате сняла, усаживаясь в кресло и всё это время держала в руке. Зира вошла, как только Жужа устроилась за рабочим столом и тут же положила перед ней несколько бумаг.

— Доброе утро, ваше высочество. Это предварительные отчеты по финансовым, — она продолжила перечислять, выкладывая бумаги перед сосредоточившейся Жужей стопочкой, — строительным, кадровым, производственным вопросам, отчёты по снабжению, персоналу и военной структуре РОЯ, отдельно в красной папочке, — она положила её в стороне — вопросы, требующие немедленного решения. Отчёты по медицине и образованию еще не сформированы.

— Подожди, подожди. Я же не имею во всём этом опыта! Как так сразу я смогу в этом во всем разобраться! Помогите!!! — про себя, слава свету, только внутри своей головы прокричала Жужа, а на деле лишь прихлопнула стопочку ладошкой, а потом ловко вытащила снизу самый первый отчёт — финансовый.

— Это от Зураба?

— Он первый предоставил. Еще позавчера. Вот, — она вытащила из папочки лист, — утром доставили актуальные обновления.

— Грамотно. Могу ли я лично поговорить с ним?

В ответ Зира сделала какое-то кислое лицо и неуверенно промямлила:

— Наверное да, но надо ли…

— А что? Что-то не так?

— Ну… настроение с утра портить… В финансах-то всё хорошо… Лучше прочитать… Так на самом деле лучше будет, а вот личное общение с ним, скажем так, немного эээ…

— Понятно. Спасибо за совет. Моё сегодняшнее расписание?

— Сейчас! — Зира ловко перехватила папку из стопки в руках и на лету её раскрыла, — После отчётов обед и встреча в совете ДОМА. Всё уже готово. Маршрут проложен и проверен.

— А где?

— Как всегда — в Муравейнике — на втором этаже.

— Понятно. Слушай, Зира, давай дружить!

Секретарша вопросительно подняла бровь, а Жужа пояснила:

— Я в этом всём пока совсем-совсем неопытная, вообще ни сколечки не опытная.

Зира кивнула, как бы соглашаясь, но не проявила инициативы. Жужа решила объяснить прямо:

— Ты мне по-простому всё расскажи, что как, кто какой в общении, ну что бы не вышло как с дедом Зурабом. Может мне с кем-то проще поговорить и не читать все эти отчеты? И все такое прочее. Короче, давай посплетничаем на рабочие темы. Присаживайся! — Жужа указала ей на стул. Зира сгрузила с рук стопку папок и уселась с очень прямой спиной. Она до сих пор не поняла, как себя вести. Жужа решила, что давить не будет и просто достала отчет по строительству, развернула его и спросила:

— Вот с твоим Мужем, с Азо, мне может быть проще поговорить несколько минут и всё? Не обязательно же читать отчёт? Еще и предварительный?

— Ну… Нет, читать-то все равно придётся, хотя что бы понять…

И они начали понемногу разгребать все папки на столе. Жужа даже увлеклась. Зира со временем разошлась и начала сыпать лишней информацией, но быстро поняла кашель-намек и вернулась в прежнее рабочее русло. Так и начали складываться их особые, деловые отношения, которые отличались от дружеских и семейных, но при этом такими оставались. Вот такие вот особенности…

К обеду Жужа поняла, что проголодалась будто это была усиленная тренировка, а не разбор предварительных отчетов. Кстати, картина мира, а точнее РОЯ, стала еще более понятна и прозрачна. Они вместе с Зирой и Азо, который зашел за женой, проследовали в обеденный зал, и даже обсудили некоторые вопросы касаемо размещения вблизи Улья насекомых другого вида, но принявших решение сотрудничать с РОЕМ. Жужа поняла, что весь чердак теперь уже безоговорочно контролируется Золотыми Осами и на повестку встает вопрос глобального характера, а именно заделка продуваемых всеми ветрами разбитых окон. В тонкости она погружаться не стала, как это произойдет, но согласие на такие маневры Азо дала и в совете ДОМА обсудить обещала. Тут без инженеров подвала не обойтись.

Кстати, по поводу того, что она буквально скоро попадет на совет ДОМА она не переживала. Не было никакого мандража или неуверенности в своих силах и способностях, скорее даже наоборот, ощущалась какая-то озорная злая уверенность в том, что она покажет себя хозяйкой. Царицей. Царицей ДОМА.

Content

Алексей Соколик
Луна насекомых

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18