Анна Князева

Чудеса и кошмары

Пролог

Современность, XXI век: наша жизнь — это большой полигон, полный опасностей, приключений и событий, большую часть которых мы не замечаем и даже в большинстве случаев не осознаём даже сам процесс жизни. «А зачем? Итак, все хорошо» — живём, наслаждаемся, испытываем эмоции на пути жизненных иллюзий и довольствуемся этим, даже не понимая, что в конце всех одинаково ждёт их неизбежный крах. Почему иллюзии, которые не осуществились, терпят крах? Потому что, если мы не сделали их реальными, настоящими и они остаются ложью, то лишь помогают жить пока мы их осуществляем, а затем неизбежно вновь становятся теми же иллюзиями. Тем не менее, в борьбе за своё существование и в процессе поиска правды каждый человек независимо ни от чего имеет шанс на выживание. Он есть абсолютно у любого, так как любой человек в один прекрасный день или даже миг может все потерять, и не только материальные ценности и блага, а вообще все… даже его мечты и то, во что он верил, если он это хотя бы себе не доказал.

Зима. Улицы небольшого города кипят жизнью. Кто-то идёт на работу, уставший и не выспавшийся, переполненный недовольством жизнью с большими кругами под глазами, полопавшимися сосудами на глазах; кто-то, напротив, радостно встречая новый день, мчится туда на любимом автомобиле и уже по дороге планирует вечер понедельника с любой женщиной. И… таким вот образом, каждый житель города имеет свою историю. Все мы имеем историю. Чьи-то истории маленькие, скудные, представляющие собой рутину, наполненную самым элементарным смыслом; чьи-то похожи на уже готовый сюжет интересного фильма с элементами боевика и фантастики. У кого-то это мелодрама, драма, трагедия, психология и экшн, у кого-то повседневность с элементами комедии, романтика, но все же, самый редкий жанр нашей жизни, что очень хорошо, — это мистика, ужасы и триллер. Если говорить о детективе, то он, в принципе, тоже достаточно редок для простых обывателей. Тем не менее, все эти жанры живут в нашей жизни и все мы главные герои своей собственной истории длиной в 60–90 лет по обобщённой статистике касательно нашего жизненного срока. А конец у всех у нас один — все мы там будем.

С одной из таких людей будет связана эта замечательная и поистине волшебная история. Ей 24 года. Она была дома в обычный субботний вечер и как раз в этот момент к ней ехала её мама с работы.

Мать девочки была сильной женщиной, воспитанной в хорошей среднестатистической семье. Она пережила развод и воспитала двоих дочерей в одиночку. Работала она администратором в театре, занималась организацией концертов фортепиано и театральных спектаклей. Бабушка нашей героини работала врачом, а её супруг был обычным рабочим завода и гордился своей работой.

Во время дороги мать читала новости на сотовом телефоне, как и большинство людей в автобусе, который тоже был наполнен живыми людьми, читавшими новости, анекдоты, играющими в игры и переписывавшимися с друзьями, знакомыми и близкими в месседжерах своих телефонов. Внимание матери привлекла новость о катастрофе, случившейся с гонщиком формулы 1, который во время гонки слетел с трассы и находился в критическом состоянии. Она ощутила, что очень переживает за его состояние, но не поняла почему — ведь она не интересовалась гонками ранее.

В тоже самое время девушка сидела на коричневом диване возле камина в комнате с хорошим ремонтом, стенами бежевого цвета и обделанным зеркалами шкафом-купе прямо за диваном. Шторы на окнах мать подобрала под цвет дивана, комната хорошо освещалась и с левой стороны большого окна у самого края занавески стояло небольшое комнатное растение.

Она думала: «Ну мама скоро приедет. Надо до конца дописать» — после чего продолжила писать стихотворение. Через 15 минут кропотливого труда она закончила свой стих и оценивающе посмотрела на него. Потом посмеялась и сказала: «Нет, не пойдёт. Никто не поймёт что я этим хотела сказать». И тут девушка услышала звук открывающейся двери в коридоре — пришла её мама. Девушка тут же подошла её встретить.

— Ну как ты тут без меня, Аврора, не скучала? — спросила мать девушку.

— Нет, мам, я стихотворение написала. Хочешь послушать? — спросила девушка.

Снимая зимнее пальто в прихожей, мать сказала:

— Я послушаю конечно, но не понимаю зачем ты тратишь своё время на это. Время нужно тратить продуктивно, а ты не только выбрала специальность финансиста, которых сейчас пруд пруди, так еще даже возлюбленного себе не нашла. Дочь, тебе 24 года, как ты собираешься жить? Я не вечная. Тебе или нужно начинать своё собственное дело или выходить замуж, ты в своём нынешнем положении не сможешь одна жить, по крайней мере, на твою текущую заработную плату. Лучше бы ты этим занялась.

— Мам, я хочу достичь успеха в своей профессии, а замуж просто так я не хочу. Я хочу влюбиться и быть счастливой. Зачем ты меня торопишь? Тем более мне хватает моей нынешней зарплаты, а начальница мною довольна. Многие вообще без работы. Всегда ты недовольна, мам. — сказав это, девушка решила не читать матери своё стихотворение — а где Ава?

Ава сестра Авроры. Работала она дизайнером, моделировала компьютерные объекты для сайтов и очень хорошо зарабатывала, даже больше чем их мама, поэтому на счет судьбы своей младшей дочери Антонина Родионовна не беспокоилась.

— Она звонила мне. Сначала едет на переговоры с директором сети цветочных бутиков по поводу продажи 3D объектов на его сайт, потом с друзьями в кино. Лучше бы ты с неё пример брала — видишь, человек всегда чем-то занят полезным.

Девушка вернулась в комнату и села на диван возле камина, в то время, как её мать пошла хлопотать на кухню. У неё в голове крутились мысли: «Многие люди говорили мне, что в жизни нужно быть оптимистом и всегда во всем видеть только светлое. Может это правильно, но ведь моя мама тогда получается в моём отношении пессимист. Да и я, ведь если я буду оптимистом в своих финансовых расчётах, фирма может обанкротиться. Так где же правда? Жаль, что люди редко об этом задумываются. Ведь тогда они бы поняли мое стихотворение». Девушка начала про себя читать то, что сама же написала:

Тупик иль наваждение?

Удача или невезение?

Ответ или вопрос?

Где просто спор и где абстрактный парадокс?

И за дилеммой следует дилемма.

Подобная у множества имеется проблема.

Закручивая все в сюрреализм

В себе мы ищем смело оптимизм.

Тот лучик света что вперёд нас все толкает.

Но правда ли нам в жизни это помогает?

Ведь если розоватым бликом будем мы на мир смотреть,

То так возможно и с улыбкой просто умереть.

Однако действия не будет,

Успехов тоже не прибудет.

Нужна холодная война!

Так начинается борьба.

Холодным логики мечом разрубим крест дилеммы

И в этом заключается решение проблемы.

Дилемма слово непонятное,

Удача есть понятие абстрактное,

Радушно принимаем мы гостей,

А хочется нам отдохнуть скорей.

Как сделать все дела, а время утекает?

И в жизни не успеть всего, что самолюбие ласкает!

«Все равно мне нравиться! Оставлю его себе, пожалуй. Оно будет просто фотографией моей души на данный момент времени» — подумала девушка, после чего отнесла тетрадь со стихами в свою комнату и отправилась на кухню помогать матери.

Она не заметила, как упал лист комнатного растения, рядом с левой занавеской окна… Да и к чему ей это замечать? Она не хотела замечать мелкие детали сельской обыденности из своего высокомерия. Это высокомерие было ей ахиллесова пята.

— Не совсем трезвая ты в полёте твоих мечтаний, мам, — сказала матери Аврора, кушая пряники с чаем.

— Молчи, когда ешь, — ответила ей строго её мать.

О многом люди мечтают, видя постоянно уже свершёнными кем-то своими сокровенные мечты. Часто людям кажется, что на этом всё законченно они проиграли в некоей конкуренции. Это не так. Никогда в это не верьте. Конкуренция — это всегда иллюзия от другого человека, который вам во всех случаях физически играет соперничество просто собираясь на вас напасть, но чаще всего этого не делает, травя этой возможностью. Шантажисты, смельчаки, немезиды своего быта.

Будут ли все они счастливы в условиях намеренного разрушения обыденного вокруг?

Длина пути человеческого на самом деле ограничена, что не делай, но условно Аврора считала его бесконечным от скуки и постоянных трений, испытаний и амбиций с множественными хлопотами и опасностями столь страшными, что самые близкие друзья на инстинкте покидают тебя умирать. Власти островами создавали амфитеатр своего имиджа и Аврора смотрела о них передачи. Фантастика телевизора и мужчины с женщинами.

Наступила ночь и Аврора размышляла перед сном. Кто она в сути своей? Героиня? Трусиха? Кому она нужна? Кто её любит? Непьющие? Она поймала себя на этой мысли, что непьющие явно любят её больше по факту их собственных слов, чем пьющие мужчины. Статистика совпадала: женщины пьют чаще меньше мужчин и всё получилось логично. Аврора заснула и ей приснились Боги, которые не вкушали вино.

Аврора была во сне им любимица, но двое Богов её видели соперницей и лишь один из них её любил. Дни обыденности сна напоминали схему спирали: они пьют воду день, они пьют воду второй день, они пьют воду третий день и так и живут, потому что денег у них четверых не было в этом сне, а логика не дала мечту о бесплатных вещах даже здесь.

Непьющие парни во сне начали искать деньги, но никто им их не давал, так как никому ничего не нужно и никому их тоже не давали те, кто их печатает, а жили они уже на это заграницей, выслушивая, что русские товары интеллигентны и им нужны рабы вместо них, подразумевая в России товаром только самого человека. Последний запас даже во сне Авроры лежал только в магазинах, и никто не мог его купить и даже украсть, потому что все верили в Богов. Парни смекнули это, и Аврора уже ходила и представляла их Непьющими Богами алкоголикам. Любовь непьющих Богов при их игре алкоголикам на гитаре стала им верной выручкой, так как алкоголики зарабатывали на стройке. Непьющие Боги хотели тоже работать на стройке, но их принудили играть там на гитаре строителям, так как тоской переполняло сердца всех. Непьющие Боги отнеслись к ним радушно и так Аврора и парни там работали весь её сон. Аврора проснулась среди ночи и пошла, грустная и одинокая пить воду, обмахиваясь от столь напряжённого сна, где ей снова… пришлось… работать…

«Всё это мои непрочтённые стихи… — возмутилась Аврора, — всё это то, что я ещё не попробовала сделать».

Глава 1

Вторник. Зима. Все как обычно спешат по своим делам и пока героиня нашей истории на работе считает финансы организации мы посмотрим историю одного иностранца, посетившего этот небольшой город России в это же самое время. Бекеле, хоть и был эфиопом, но хорошо знал русский и, прогуливаясь по городу, наконец-то выбрал юридическую фирму для оформления необходимых документов. Город ему очень понравился, несмотря на небольшую величину этого городишки: улицы были широкими, трассы города полные машинами, а сам город показался ему живым и радостным. Придя к решению посетить все местные достопримечательности он решил оформить РВП именно здесь[1]. Оставалось полтора часа до конца рабочего для, как у сотрудников этой фирмы, так и у нашей главной героини.

Бекеле отлично говорил по-русски и легко объяснил сотрудникам офиса, что ему нужно и сотрудник начал работу над его запросом. Иван Андреевич был отличным юристом, часто выигрывал сложные дела в суде в качестве адвоката как по вопросам имущества, так и по вопросам уголовной ответственности, а здесь он просто подрабатывал. Он отлично знал процесс перевода паспорта Эфиопии на стандарты России, и уже в скором времени закончил.

— Почему вы решили именно у нас оформить РВП? Почему не в более крупных городах или столице? — спросил Иван заинтересованно у эфиопа.

— Мне понравился ваш город — ответил Бекеле восторженно, — я чувствую, что большинство людей здесь добрые и хорошие, как сама атмосфера вашего города. Мне спокойно здесь, поэтому я и принял это решение, и вы отлично работаете! Вы мне все документы за пятнадцать минут оформили!

— Я еще не закончил, — с улыбкой сказал Иван, — еще нужно сходить к нотариусу заверить. Подождите меня здесь.

* * *

Иван покинул кабинет. Бекеле начал все подробно изучать, оставшись один в кабинете юриста. Он не мог не обратить внимание, на большой жидкокристаллический телевизор, висящий на стене. «Дорогой, наверное» — подумал Бекеле и продолжил осматривать помещение. Стены кабинета были белые, как и деревянный пол, покрытый белой краской. На белом диване рядом с дверью лежали лиловые подушки и шаль для украшения. Перед диваном стоял круглый небольшой стеклянный столик, а на нём белый цветок. Остальное пространство кабинета занимали наполненные бумагами полки и рабочее место, на котором стоял дорогой компьютер. Бекеле отвлекся осмотром кабинета и положил свою сумку на стул возле компьютерного стола.

В тот же момент, когда Бекеле остановил свой взгляд на компьютере, в кабинет вернулся Иван.

— Вот ваши документы, можете принимать, — сказал Иван с улыбкой.

Бекеле радостно взял бумаги из рук Ивана и, поблагодарив его, покинул помещение направившись оформлять себе РВП.

Этим зимним вечером до конца рабочего дня остается один час.

В кабинете офиса, в котором трудится Аврора, хороший и недешёвый ремонт и яркое освещение. Ярко-коричневый паркет из натурального дерева, бежевые однотонные обои, бледно-коричневый диванчик с двумя декоративными подушками для посетителей, бежевый недорогой коврик под интерьер офиса, а на стене две картины с изображением неизвестных мужчины и женщины. По обе стороны широкого окна, затворённого горизонтальными жалюзи, стоят рабочие места Авроры и её коллеги Аглаи Митрофановны Стрельцовой. Иногда в процессе работы им хотелось посмотреть в окно, но положение их рабочих мест не позволяло сделать это, не отрываясь от работы, так что во время перерывов они подходили к нему и любовались видом расположенного рядом парка со второго этажа. Ближе ко входной двери в кабинет и рядом с Авророй расположилась начальница финансового-экономического отдела Аделаида Викторовна Элиот, которая была самой красивой и умной женщиной отдела, заслужившей свой пост начальника по праву и справедливости. Аврора занимала должность финансиста и выполняла общий финансовый анализ деятельности фирмы как текущий, так и долгосрочный, оформляла отчёты и запросы руководства; Аглая же работала экономистом и составляла плановые показатели деятельности по аналогичному принципу — так в общих чертах и проходила их работа.

Аглая немного расслабилась в конце рабочего дня и заговорила с Авророй:

— Что-то ты сегодня угрюмая какая-то. У тебя что-то случилось дома?

Автора сразу же уверенно ответила:

— Спасибо за заботу, но нет, все нормально — просто настроение не очень. Лучше расскажи, что у тебя интересного, ведь всегда интересные истории находишь.

— Ты слышала, что украли картину Куинджи «Крым» из Третьяковской галереи? Вот, как думаешь, кому это нужно?

— Ха-хах — рассмеялась на это Аврора, — тогда картину Верещагина «Курильские острова» стоит тщательнее охранять, пожалуй.

На это замечание Авроры по поводу кражи обе собеседницы от души посмеялись. У нас удивительная страна. При неимении возможности или времени отдохнуть в Крыму наши люди решили просто украсть тематическую картину и плевать им и на риск, и на свою совесть.

Тем временем, в офисе юридической фирмы, Иван обнаружил, что Бекеле, оформлявший РВП у него в конторе, забыл свою сумку. Через какое-то время Бекеле вернулся к нему в офис и профессионально матерился по-русски. Иван невольно признал, что так изощрённо даже он не смог бы на Великом и Могучем выражаться.

— Что стряслось? Вы, кстати, забыли свою сумку — вот она, — Иван протянул Бекеле его сумку.

— Представляете, там какой-то азербайджанец не хотел пропускать меня! — сказал Бекеле, после чего опять начал материться, взяв в руки свою злосчастную сумку.

Иван, услышав это, едва сдержал смех, но все же в душе он очень смеялся. Внезапно настольная лампа у него на столе замигала и разорвалась со звуком «дзынь» и параллельно с этим раздался звук грохота, как будто в комнате упал огромный и тяжёлый предмет, однако ничего на самом деле не падало. Бекеле и Иван молча смотрели друг на друга и ничего не говорили минут десять, потому что пытались понять, что это было. Затем Бекеле спросил:

— Это лампа этот звук издала? И что с ней вообще?

— Не знаю, — обронил Иван, который уже внимательно изучал то, что было настольной лампой — видимо бракованная, но у меня истекла гарантия. Осколки потом уберу, пожалуй. Я собираюсь уходить. Куда вы направитесь?

— Я думаю остановиться на какой-нибудь недорогой квартире, — сказал Бекеле.

— Я как раз сдаю одну. Не хотите посмотреть? — спросил Иван.

— Конечно — возбуждённо ответил ему Бекеле, который, безусловно, был рад этому предложению, — когда можно посмотреть?

— Да хоть сейчас — сказал Иван, тоже заинтересованный, так как давно пытался сдать эту квартиру в пользование, но по неизвестной ему причине все едва поселившись там съезжали через месяц. Никто ни на что не жаловался. Он продолжил: «Там хороший ремонт и все условия: раздельный санузел, кухня, небольшой бар… Думаю, что вам подойдёт».

— Сколько там комнат и какова цена аренды?

— Квартира однокомнатная. Беру тоже недорого. Пятнадцать тыс. рублей без учёта оплаты коммунальных услуг — часть вы будете платить самостоятельно, а отопление я оплачу сам.

— Идеально! С радостью посмотрю, — сказал Бекеле.

— Ну, тогда поехали. Я на машине, подвезу как раз.

— Благодарю.

На этой ноте оба мужчины покинули офис и пока они в пути, у Авроры как раз наступил конец рабочего дня. Девушка радостно собиралась домой, слушая указания своей начальницы Аделаиды Викторовны, которая усердно перечисляла отчеты необходимые руководству.

— После того, как ты с Аглаичкой закончите, выполняйте ежедневную отчётность, к тому же скоро ревизия. Вам все ясно?

— Конечно, — в унисон ответили девушка с женщиной.

— Очень хорошо. Тогда отлично вам потрудиться. Я в командировку на два дня и, если что, мой телефон у вас есть. Не подведите меня.

Закончив наставления, Аделаида подождала, пока все покинут помещение и выключила свет, закрыв дверь. В пустующем кабинете свет включился снова, но Аделаида того уже не увидела…

По пути на автобусную остановку женщина с девушкой обсуждали события более тысячелетнего срока давности, а именно историю о том, как святые Кирилл и Мефодий создали славянскую письменность. Разговор об этом первой завела Аглая, потому что это было одно из любимых её увлечений. Она обожала русский язык и мечтала преподавать его в школе, но жизнь сложилась так, что она не сдала практику и пошла учиться на экономический, продолжая изучение любимого языка и его истории отдельно от учёбы.

— Ты знаешь, что каждый символ нашей словесности не только имеет за собой целую историю, но и обладает определённой силой? — увлечённо задала Авроре Аглая наводящий вопрос.

— Конечно нет, а какой? — заинтересованно поддерживала Аврора беседу.

— Это особая сила слова. Все начинается со звука. Учёные доказали, что звук влияет на наше сознание и нервную систему так или иначе. Каждый символ русского языка — это слияние соответствующего звука и сокрытого в нём смысла или даже смыслов! Более тысячи лет назад люди свято верили в силу слова и не злословили, потому что считали, что свою жизнь мы строим нашими словами. И ведь они были недалеки от истины. Слова человек может превратить как в проклятье, так и в благословение; как в молитву, так и в богохульство. Одно и то же слово нашего языка может иметь несколько смыслов в зависимости от контекста предложения. Ну пойми, Аврора, это потрясающе. Ведьмы и колдуны на Руси верили в силу слова и произносили заклинания. Слово — это волшебство!

— Это, конечно, удивительно и я тоже восхищаюсь многогранностью нашего языка, но, если честно, я не верю в то что он волшебный, Аглая. Тем более, каждый язык удивителен. Я так же читала в Библии, что до всемирного потопа человечество было представлено одним народом, говорившем на одном языке, но люди начали строить Вавилонскую башню, чем разгневали Бога и он заставил их начать разговаривать на разных языках. Они перестали понимать друг друга и не смогли закончить строительство. Если этому верить, то получается язык лишь формальность? Или же все языки волшебные? — с увлечением парировала Аврора.

— Это все глупости! Аврора, нельзя Библию понимать буквально, когда читаешь её! Об этом и учёные пишут. К тому же, ты же её на русском языке читала, не так ли? — не унималась Аглая.

— Да — ответила Аврора — на русском.

— Вот и пойми, что по сути ты чаще сначала говоришь или пишешь, а потом делаешь. Если ты не говоришь и не пишешь, то ты так же мыслишь на русском языке. Слова в любом своём проявлении формируют твою жизнь. Разве это не является доказательством того, что они имеют силу и вес в твоей жизни? — продолжила дискуссию Аглая.

Женщина с девушкой добрались до остановки и в ожидании транспорта продолжали увлекательную беседу. Аглая настойчиво пыталась доказать Авроре волшебство слова, а Аврора настойчиво это опровергала и когда спор зашёл в тупик, Аврора в шутку предложила ей:

— Тогда докажи мне. Мы уже 7 минут ждём автобус, а он не приезжает. Попробуй словом его поторопить. Если у тебя получится, то мне будет нечего сказать.

— Хорошо! — ответила Аглая с азартом, — автобус сейчас будет! Я сказала это, а значит он будет!

Аврора посмотрела на дорогу и действительно показался автобус. Она сказала спокойно:

— Совпадение.

— Отнюдь! — с гордостью и величием победителя сказала Аглая.

— Не зазнавайся.

Автобус подъехал к остановке, отворил свои двери и женщина с девушкой отправились по домам.

Тем временем, Бекеле осматривал квартиру Ивана. Ремонт превзошёл все его ожидания. Небольшая кухня отделялась от жилой комнаты изящной барной стойкой; новый дорогой холодильник, кухня в бело-бежевых тонах, современная обделка; белый и широкий угловой диван, который можно разложить в двуспальную кровать; отличный туалет и ванная, — всё в отличном состоянии. На кухне и в жилой комнате по одному окну с изящными бархатными коричнево-алыми занавесками и белыми тонкими шторами. Пол паркетный, а перед диваном изящно расстелен белый коврик. На противоположной от дивана стене висит тонкий небольшой телевизор. Ничего лишнего и все самое нужное на месте.

— Отлично, я согласен. Могу сразу заплатить аванс на месяц. Квартира, думаю, будет мне нужна на три месяца, а дальше посмотрю куда и что.

— Хорошо, — согласился Иван и взял у Бекеле деньги, — тебе нужна временная прописка?

— Пока что нет, — отказался Бекеле, — я планирую пока что осмотреть достопримечательности города, а дальше я посмотрю. Если что, через месяц я её оформлю, чтобы найти работу, а если нет, то поживу еще два месяца и вернусь домой. Я еще не решил.

— Хорошо, — Иван не стал расспрашивать Бекеле и, попрощавшись с ним, оставил эфиопа в одиночестве.

Бекеле, оставшись один, нашёл постель и, разложив диван, начал готовиться ко сну.

Аврора покинула автобус на своей остановке и пошла домой. По дороге она посмотрела на небо — звёзд не было видно. Она мечтательно шла по дороге и в душе, глядя на небо, грустила, что не видно звёзд — лишь луна мерцала в одиночестве.

Вскоре Авроре наскучило смотреть на небо, бредя по вечерней улице. Разок-другой она осмотрела улицу, по которой шла домой, но тут не было ни людей, ни животных, ни даже птиц.

«Как-то безлюдно и пусто, — подумала Аврора, — самое время по закону жанра выскочить монстру из тёмного переулка или говорящему дракону с неба.»

Но, что вполне естественно, никто не выскочил. Пусто. Она шла и размышляла, не позвонить ли ей сестре или матери, не побежать ли ей, чтобы как можно скорее покинуть эту пустоту; мысли её текли быстро и хаотично — от подобного безлюдья и тишины ей стало не по себе. Конечно, если она позвонит родным или побежит ей станет легче, но стоит ли поддаваться страху? Это же просто страх! Ничего опасного нет.

Вдруг мимо проехала иномарка с яркими фарами. Увидев идущую в одиночестве девушку, водитель притормозил рядом с ней и, опустив стекло, выглянул к ней:

— Здравствуйте, я заметил, что вы идёте одна по темной улице, а это не есть хорошо. Вас подвезти, может быть?

Конечно, ничего удивительного в том, что молодой человек остановился помочь девушке в подобной ситуации не было. Правда, потом молодой человек произнёс:

— Вы никуда не опаздываете?

Аврора восприняла обычным этот вопрос. (Вспоминая об этом после она пришла к выводу, что стоило бы удивиться, но на тот момент ей это показалось достаточно логичным.) Когда молодой человек пригласил её сесть в машину, подобно рыцарю в её воображении, девушка почувствовала себя прекрасной принцессой и тут же села туда. Её тут же осенило: ведь никогда раньше она не видела столь красивого молодого юношу, пусть даже он на не столь дорогой машине! Сгорая от любопытства и желания с ним познакомиться, она завела с ним типичный разговор, объясняя куда ехать, в процессе ей даже повезло заполучить его визитную карточку и только успела заметить, как они уже подъехали к её дому.

— Ну, визитку я тебе дал, Аврора. Звони если понадоблюсь. Я каждый день езжу домой этой дорогой, так что нам по пути.

— Хорошо, я позвоню тебе, спасибо.

И с некоторой грустью на сердце Аврора лицезрела уезжающий автомобиль.

Зайдя в подъезд, Аврора быстро поднялась на третий этаж по лестнице и позвонила в звонок. Мать ей тут же открыла:

— Ну вот ты и пришла. Ты быстро. Как отработала?

— Все хорошо, мам.

Аврора зашла в квартиру и стала снимать верхнюю одежду и обувь в коридоре. Мать тут же пригласила её к столу, и семья Эддингтон провела типичный домашний вечер.

— Как у тебя дела, мам?

— У нас, как обычно, конфликты и распри по поводу концертов. Ты ешь.

— Я встретила такого симпатичного молодого человека на машине! — сказала Аврора, попивая чай.

— Подвёз?

— Да.

Летели буквы их слов при трапезе, а когда они закончили, и вся посуда была вымыта, Аврора отправилась отдыхать и спать, так как ждал следующий рабочий день.

Глава 2

В современном мире каждая девушка принцесса. Неважно по рождению ты принцесса или же нет — все мы являемся таковыми. И Аврора, после знакомства с молодым человеком вчерашним вечером, собиралась на работу одухотворённая и счастливая. Этот молодой человек был для неё счастьем, озарившим её сердце неведомым ранее чувством глубокой и нежной любви на фоне достаточно однотонных серых рабочих будней.

Аврора, как обычно по утрам, собравшаяся, взяла свою сумку и вышла в коридор:

— Мам, я поехала.

С большой комнаты раздался голос:

— Давай, солнышко. Хорошего тебе рабочего дня.

Попрощавшись с матерью, девушка спускалась по лестнице и подумала о сестре. Её сестра по утрам спала, потому что основную часть своей работы делала дома и именно в это время суток Аврора волей-неволей ощущала небольшую зависть. Ведь просто огромное счастье иметь возможность не вставать по утрам и работать по своему собственному графику, к тому же дома.

Спустившись по лестнице Аврора открыла дверь подъезда и вдохнула свежий зимний воздух. Солнце ещё не взошло, и девушка отправилась на автобусную остановку. А пока она шла и размышляла о различных вещах, мечтала вновь встретить того молодого человека, давайте узнаем, как дела у гостя нашей удивительной страны.

Бекеле провел спокойный вечер на новом месте и решил выйти прогуляться. На улице было пасмурно, дворники усердно чистили снег во дворе, рядом с пустующей детской площадкой. Он медленно пошёл на главную улицу. Достигнув нужного места, он лицезрел торопящиеся на работу машины с сонными водителями внутри, а также множество пешеходов, спешащих по своим делам. Смешавшись с потоком людей, он побрёл вдоль улицы, размышляя о своей родине и сравнивая её с Россией, которой не мог не восхититься. Внезапно его сбили с ног два лица кавказкой национальности и даже не извинились. Поднявшись, Бекеле обнаружил, что его сумка пропала и быстро побежал за двумя мужчинами. Злоумышленники забежали в ближайший переулок, где Бекеле их благополучно нагнал и увидел в руках одного из них свою сумку.

— Верни мне её пожалуйста — попросил спокойно Бекеле кавказца.

— Ты что не панимаишь, она мая. У меня такая же сумка, вали давай, — прогоготал на ломанном русском кавказец, державший в руках сумку.

— У тебя не было сумки в руках, а я все прекрасно видел. Просто отдай мне сумку, — попросил Бекеле еще раз, но уже с явной угрозой в голосе и взгляде. Он был далеко не слаб физически и легко мог постоять за себя в схватке даже против троих среднестатистических мужчин, а кавказцев было лишь двое.

— Что ти вапше тут забыль?! Вали обратно в Африку, обезьяна! — завопил Кавказец и замахнулся на Бекеле кулаком, стремясь нанести тому удар в челюсть. Другой кавказец, тем временем, зашёл Бекеле за спину.

Завязалась драка. Бекеле отпрыгнул от удара кавказца и ловко треснул ему по челюсти с ноги. Потом сделал прыжок и, перевернувшись в воздухе, ударил правой рукой, сжатой в кулак, кавказца, стоявшего сзади него, который уже подался вперёд, чтобы схватить его за плечи. Злоумышленники попятились немного в ошеломлении, но сдаваться не думали.

И вдруг эту ожесточённую схватку увидела проходившая мимо старушка и завопила:

— Милиция! Тут дерутся в общественном месте хулигаааааны!

Это нечасто бывает, но, когда не нужно, полиция Российской Федерации реагирует моментально. И вот, два кавказца испуганно пустились в бегство, но сбежать от полиции не смогли, а Бекеле вообще не стал убегать. Всех повязали и повезли в районное отделение полиции.

А теперь мы вернёмся к Авроре, которая уже подходила к остановке и внезапно к ней подъехала знакомая иномарка. Стекло на правой двери опустилось, и знакомый молодой человек обратился к ней:

— Ну привет, принцесса. На работу?

— Д-да — ответила Аврора, не веря своим глазам.

— Где работаешь? — спросил молодой человек.

— 1-й Диагональный переулок, там еще двухэтажка рядом с парком, — начала объяснять Аврора.

— Какое совпадение! — радостно воскликнул молодой человек, — я работаю в бизнес центре, который находится с другой стороны от этого парка. Если идти прямо через этот парк от него, там находится небольшая фирма, ТрубЭкспо. Это же она?

— Да, — радостно подхватила девушка.

— Ну тогда поехали, к принцессам же должно быть особое отношение, — пригласил молодой человек Аврору, галантно улыбаясь.

В тот миг Аврора юркнула в машину, не думая о том, что знает этого человека менее суток.

Дорога сначала шла прямо, ровная, словно ковёр, а потом вдруг показался крутой поворот. Машину занесло. Не успела Аврора и глазом моргнуть, как почувствовала головокружение и обнаружила, что не сидит, а висит, прицепленная ремнём безопасности к переднему сидению, которое рядом с водительским. У неё внутри все сжалось, словно она падала в глубокий колодец.

И вот, на улице уже начало светать, 10:30 часов утра. Бекеле привезли вместе с двумя кавказцами в районное отделение полиции.

— Вот, Михалыч, принимай. Какую-то драку на улице устроили, — отчитался полицейский дежурному, после чего тот начал всех осматривать. После подошли еще два полицейских в ожидании его указаний. И только он собирался решить заданный ему вопрос, как ему позвонили на стационарный. Он взял трубку и начал разговаривать.

— Лейтенант полиции Антоний Михайлович, слушаю вас, — начал он разговор, изрядно крича.

Полицейским заключённые читали тихонько стихи, так как всем здесь было скучно, а допрос давно завершили и только ждали решение высших чинов.

Переговорив, Антон Михайлович ещё раз обвёл компанию взглядом и начал решать, кого определить в камеру, а кого выкинуть обратно на улицу на все четыре стороны. Он отдал команду:

— Черных — в камеру!

Два полицейских схватили хачиков и потащили в КПЗ[2], дежурный внимательно наблюдал за процессом. Тут Бекеле в недоумении тихонько дёрнул его за рукав и тот обернулся. Бекеле спросил:

— Эм, если они черные, тогда я кто?

Дежурный рассмеялся и спросил Бекеле:

— Сумка твоя?

— Моя — ответил Бекеле.

— У тебя отличное чувство юмора, хвалю. Как звать?

— Бекеле.

— Документы покажи.

— Пожалуйста, — сказал Бекеле, достав из сумки документы и протянув их полицейскому.

— Хм, значит ты тут на полгода? Занятно. И как тебе у нас? — спросил дежурный с интересом.

— Мне у вас очень нравится, вот, как раз гулял и они у меня сумку выхватили, а там документы… — начал было Бекеле.

Дежурный похлопал его по плечу:

— Да ты не переживай, я сразу понял, что ты защищался. Взгляд у тебя слишком честный. Надеюсь, твоё мнение о нашей стране не испортится из-за этого.

— Да ничего, они ведь сами приезжие, — ответил немного смущённо Бекеле.

— Ладно, не хочешь дать против них показания? Они все-таки на тебя напали, — предложил дежурный.

— Да, думаю, что так будет лучше, если они ответят по закону вашей страны за подобное, — сказав это Бекеле отправился за дежурным писать заявление.

При такой громкой интриге старушки всё равно о Бекеле говорили то, что им было удобнее. Выйдя из полицейского участка он уже оказался местным наркодельцом у них и откупился за большие деньги. Люди слепы к правде от того, что больше любят интриги. Бекеле искал среди этих людей помощника взлететь, как и они вреди друг друга, но на этом сложном пути бесплатно уже никого нет. Зато взлёт для обрушения в болото долгов был всюду. Весь день Бекеле изучал банковские предложения кредитов.

10:30 утра. Среда. На улице пошёл снег. Аглая Митрофановна уже полтора часа ждёт Аврору, которой след простыл: «Почему же она недоступна? Неужели что-то случилось? Обычно она вовремя приходит. Еще и Аделаида Викторовна в командировке. Что же мне делать? Если не сдадим отчёты будут проблемы». Внезапно раздался звонок с её айфона: «Это Аврора звонит! Ну слава Богу!» — сказала Аглая и ответила:

— Алло.

— Здравствуйте, Аглая Митрофановна? — раздался в трубке мужской голос.

— Да это я. А вы кто? И почему вы говорите с чужого телефона? — возмущённого налетела на мужчину женщина.

— Я врач скорой медицинской помощи, ваша подруга сообщила мне пароль от своего телефона до того, как потеряла сознание от головокружения. У неё сейчас сильное сотрясение. Она ехала на переднем сидении RAVON R2 с Шумахером Иваном Андреевичем. Вы с ним знакомы?

— Вы шутите что ли? Какой Шумахер?! Какая подруга? — удивилась Аглая фамилии мужчины. Ведь несколько дней назад попадал в аварию известный гонщик с такой же фамилией.

— Я сам удивился, но по его паспорту он Шумахер, — сказал врач тихонько посмеявшись, — он был за рулём, но машину занесло и в результате она перевернулась на крутом повороте. Машина еще подлежит восстановлению, но вот водитель ударился сильно головой и вывихнул плечо. У девушки — Авроры Адриановны Эддингтон — тяжёлое сотрясение и есть подозрение на хлыстовую травму шеи, но это будет ясно после КТ[3].

— Вам еще и смешно?! — возмутилась Аглая, — вы же врач! Как вы можете смеяться? Люди же пострадали! Я позвоню её матери и сообщу. В какую больницу вы их везёте?

— В Больницу №52, отделение реанимации и интенсивной терапии. Благодарен вам, за то, что берётесь сообщить матери девушки печальную новость. До свидания. — сказав это, мужчина положил трубку.

Подумав, Аглая набрала номер из журнала с данными сотрудников.

— Алло, Антонина Родионовна? — спросила она мать Авроры.

— Да, это я, — ответила Антонина.

— Ваша дочь в 52 больнице в тяжёлом состоянии. Мне сообщил об этом доктор с её телефона.

— Хорошо, я подъеду туда, — мрачно ответила Антонина Родионовна.

Совиные крики звучали Этим утром Среды. Далеко за городом раздавались лягушачьи крики. Никто не видел врача Авроры, что тоже любил писать прекрасные стихи о дикой природе. Всё случал он молотком по коленям своих пациентов, постоянно мучая этот город, словно криминальный авторитет. Каблуки его туфлей только и делали, что стучали по полу больниц, но никаких изменений в сторону увеличения живых по его усилию особенно не происходило, так как даже один выживший был огромным горем для тех, кто отмывал на людях деньги. Башмаки врача, тем не менее, были рванными, так как он всё же достигал единицы успешных выживших. Возвращаясь беспечным с праздников, он думал лишь о том где опять заработать хоть что-то. Работа и праздник — это весь его день, при сладком лепете ночью жене о любви.

— Ну совсем нелегко бросить пить, но я брошу… любимая… — обещал он вновь.

Снова в этот день он покупал бутылку и с ними пил и ночью вновь купил её, пообещав перед этим бросить. Непутевые и улыбчивые малые были его друзья. Между стаканами и приятными разговорами мужчины просто наслаждались напитком. Для них бросать пить — это великое проклятие унижением. Все эти мужчины тоже искали седло своего коня удачи, словно цари великий пьедестал. Не волновало его ночью вообще здоровье Авроры. Сама виновата.

Этой ночью мужчинам искренне не спалось и шагами они нарушали тишину на улицах, мешая часто кровожадным убийцам. Непьющие у них все были просто неженками, словно женщины.

Вопли и стоны паяных мужчин заполонили ночные улицы городка. Орды ночных птиц покрякивали им, так как готовились к отлёту позднее.

— Налей, — просил товарища врач днём и муж ночью. Он ждал лишь ночь с пятницы на субботу, чтобы потом ещё и выспаться.

Улетели журавли при этих холодах. Как не отметить событие?

— В России живём, ребята! — кричал мужчина навеселе, — Мы благородные мужланы и пьём много? Кто со мной?

— Гуляем! — поддержали его друзья.

В момент приближения утра тоска становилась роем мух, что мешали наслаждаться выпитым. Не вяжут в наши дни мужчины шерстяные носки, но даже в прошлом столетие это делали бабки. Так и они весь остаток ночи до утра плакали о бабках, так как не было на большее у них…

Глава 3.

Получив от Аглаи Митрофановны печальное известие, Антонина Родионовна бросила все дела и поехала к дочери в больницу. Дорога была была, как стая белых мух в лицо, а Антонина Родионовна всю дорогу плакала.

Приехав, Антонина Родионовна ощутила всю полноту убогости российской больницы. В воздухе парили «амбрэ», в которых чувствовались насыщенные нотки стерильных бинтов, хлорки, омерзительно ихтиоловой мази и еще чего-то непонятного, но знакомого еще с детства. Старая треснувшая плитка навивала в сердце щемящую тоску, а окрашенные дешёвой голубой краской стены словно наваливались на неё, не позволяя вдохнуть полной грудью царивший в помещении смрад. Тусклые лампочки над входом палат были вкручены, похоже, при Царе-горохе, и были уже не в состоянии осветить длинный и темный коридор. Мрачный сумрак словно сквозил через давно немытые стекла окон, на которых едва заметно колыхалась выцветшая грязно-серая занавеска. Её проводили к Авроре в палату и, увидев дочь, лежавшую в бессознательном состоянии, она расплакалась. Антонина подумать не могла, что её ещё утром радостная безалаберная дочка через каких-то три часа окажется в подобном состоянии. Вопросов по поводу случившегося Антонина Родионовна не стала задавать в больнице, потому что ей уже всё объяснила по телефону Аглая. Она села рядом с дочерью, сжала её руку и продолжала плакать до тех пор, пока к ней не подошёл врач, следивший за состоянием Авроры.

— У неё сильное сотрясение, которое и послужило причиной потери сознания. Мы уже делали КТ головного мозга и позвоночника — в результате удара нет ни гематом в головном мозге, ни повреждений позвоночника. Вы можете быть спокойны. Она придёт в себя, — уверенно говорил врач о состоянии Авроры.

— Хорошо, но даже так, поймите меня. Мне очень больно видеть в таком состоянии моего ребёнка, — Антонина Родионовна немного успокоилась, услышав от врача результаты обследования, но слёзы остановить она не смогла.

Врач покинул её, а она продолжала сидеть рядом с дочерью, крепко сжимая её руку.

Бекеле получил известие о травме своего арендодателя через два часа после описанных событий от того же самого врача, который звонил Аглае Митрофановне. Тот позвонил ему, потому что его номер телефона был первым в списке недавних вызовов в мобильнике Ивана. Естественно, он сразу же поехал проведать Ивана, уточнив все необходимые сведения у звонящего информатора. Он предполагал, что его не пропустят к больному, поэтому купил продукты и вещи: халат, тапочки, носки и зубную щётку — все что необходимо. Бекеле не знал об Иване многого и приедет ли кто его навестить. Не знал он ничего о его жизни и семье, но все-таки решил привезти всё необходимое — ведь этот человек предоставил ему жильё в чужой стране и это меньшее, чем он мог помочь ему в беде.

Зайдя в больницу, Бекеле был поражён ужасными условиями здесь. Ведь даже у него на родине больницы, организованные иностранцами, были гораздо более приемлемыми, хоть и были многим недоступны, а здесь он увидел крайнюю нищету, антисанитарию и почувствовал от первого попавшегося на его глаза врача позыв: «Проваливай отсюда!». В общем, он был крайне поражен. Он подошёл в регистратуру к медсестре и спросил:

— Здравствуйте, я к Шумахеру Ивану Андреевичу. Он лежит в отделении реанимации и интенсивной терапии.

Медсестра удивлённо посмотрела на Бекеле, потом порылась в компьютере и ответила ему:

— Он в тяжёлом состоянии и посещение разрешено только родственникам.

Бекеле не мог не спросить её:

— А вы его родным хоть сообщили?

Медсестра спокойно объяснила:

— У нас на данный момент нет никакой информации о них, а сам он без сознания, — и добавила, — Я тебе что, Шерлок Холмс?

Бекеле, сдержав искреннее возмущение, передал ей вещи и продукты:

— Тогда передайте ему это, пожалуйста.

Медсестра фыркнула:

— Сам отнесёшь. Отдашь врачу в отделении. Тебе по лестнице через второй этаж до конца. Там спустишься опять на первый — это и есть отделение реанимации и интенсивной терапии.

— Хорошо, — ответил Бекеле и отправился в указанное место.

Преодолев подобие лабиринта, он спустился по лестнице в конце второго этажа и оказался на месте. Там было темно, так как лампочки едва освещали помещение. Основное освещение было отключено, так как электричество сильно экономят. Бекеле тут же был замечен проходившей мимо медсестрой, и она спросила его:

— Вы к кому?

— Здравствуйте, я Бекеле, приехал друга навестить. Его зовут Иван Андреевич Шумахер.

— Он в тяжёлом состоянии… — начала было медсестра, но Бекеле перебил её.

— Я в курсе, что его посещать можно только родственникам. Я снимаю у него квартиру и вообще недавно с ним познакомился, но случайно узнал об этом происшествии и купил для него все необходимое. Передайте ему, пожалуйста.

Медсестра подумала и сказала:

— В принципе обход уже был и врач занят другими делами, а с его родными до сих пор нет возможности связаться. Можете пройти взглянуть на него, а вещи с продуктами положите в тумбочку.

— Хорошо, — с благодарностью сказал ей Бекеле и прошёл за ней в палату Ивана.

Иван выглядел гораздо хуже Авроры: на лбу огромный синяк, а под глазами отёки и вывихнутое плечо было зафиксировано прочной повязкой из лейкопластыря. Сам Иван в сознание после удара головой не приходил. «Вот несчастье же» — подумал Бекеле и, положив в тумбочку продукты с необходимыми Ивану вещами, покинул палату.

Выйдя из палаты, Бекеле обратился к медсестре:

— Он долго так будет?

Медсестра пожала плечами:

— У него серьёзная травма головного мозга — эпидуральная гематома. Неудивительно, что он пока без сознания.

— Понятно. Я буду навещать его периодически, — сказал Бекеле, рассчитывая на помощь медсестры.

— Если глав врач будет занят, я вас пропущу. Приходите в это же время, когда он на оперативке, — ответила медсестра солидарно.

— Хорошо, — сказал Бекеле и покинул отделение.

Зима. 13:00. Обеденный перерыв во всех организациях страны. Аглая Митрофановна была не в силах не рассказать Аделаиде Викторовне о случившемся с Авророй.

— Очень плохо, — разочарованно и томно ответила начальница, — ты сделала за неё отчеты? Вы должны заменять друг друга, это важно.

— Да, я сделала уже работы по её части, мне ничего другого не оставалось, — ответила Аглая, что еще более разочаровало Аделаиду, которая только вздохнула равнодушно. В этот момент Аглая возмутилась, что девушка в реанимации, а женщину, с которой она говорит по телефону, волнуют больше отчеты, а не здоровье её подчинённой.

— Ты молодец, что не подвела фирму. Отправляй все мне, а я проверю и перешлю руководителям. Если через месяц она не оправится, то после выхода на работу попроси её написать заявление об увольнении. Мне не нужны сотрудники, которые будут постоянно болеть и подводить организацию, — холодно огласила Аделаида свой жестокий приговор.

— Хорошо, — со скорбью в сердце и понимаем жестокости современного общества ответила Аглая Митрофановна.

Это типичная ситуация, ведь несмотря на все аспекты законодательства начальство не имеет прав уволить сотрудника лишь во время болезни, но нигде не сказано, что его нельзя уволить в тот сложный период, когда он выписан, но еще не до конца оправился от болезни. В этой ситуации Аделаида Викторовна понимала, что ей проще найти нового сотрудника, нежели возиться с тем, у кого, возможно, серьёзно подорвано здоровье.

Это типичная ситуация из реальной жизни — никогда не опускайте руки в каком бы вы не были состоянии, либо рассчитывайте только на своих родных, потому что в наши дни большинство людей поступят с вами в беде так же, как Аделаида Викторовна поступила с Авророй и все мы это понимаем. И даже более… Заболей серьёзно сама Аделаида и её руководство тут же освободило бы от занимаемой должности. Это не плохой поступок конкретного человека, а норма, сформировавшаяся в современной России.

Возвращаясь из больницы, Антонина Родионовна, как обычно, читала новости на мобильном, пока она находится в дороге. Суть новостей была такова: «Жили-были на свете правительство и президент нашей большой России. И президент очень хотел во всех аспектах жизни своего государства опередить Соединённые Штаты Америки и стать новым мировым лидером — это было его мечтой. Для достижения этой цели он сделал многое — и все не помогало — становилось лишь хуже: население беднело, воры начали красть друг у друга под предлогом борьбы с коррупцией, а налоговых доходов государственному бюджету на все нужды не хватало средств. И вот решил президент убить двух зайцев одним ударом, а правительство оказывало ему поддержку. И ввели они новый налог — назывался он «Экологический налог». Самое забавное, что для того, чтобы население не взбунтовалось против очередного налога, величать было велено сей налог «неналоговым платежом квазиналогового характера». То есть, мол, не относится он к налогам. Его суть такова, что мол, портишь ты матушку природу — плати мне деньги за это. Но не волновала президента природа — ему денег не хватает на великие свершения».

— Ну что за очередная ерунда опять, — невольно выругалась Антонина Родионовна, неудовлетворённая полученной новостью. А тем временем, маршрутка подъехала к остановке и, покинув её, женщина направилась домой.

По дороге домой женщина размышляла об этой новости, лишь бы отвлечь себя от переживаний о дочери. По сути, этот налог на практике не помогает ни от загрязнения воздуха, ни уменьшению потребления бензина. Вот если бы за каждый проданный литр бензина с каждого водителя дополнительно брали 10 рублей это значительно улучшило бы и экологию, и помогло бюджету.

Затем переживания за дочь все же взяли верх, и Антонина Родионовна вновь почувствовала в сердце тревогу. Она словно чувствовала, как ей плохо и болела вместе с ней. И этого червя, пожиравшего её сердце в этот момент, она не могла не достать, не успокоить. «А если бы у меня не было детей, была бы я счастливее?» — подумала женщина, но тут же морально ударила себя по щеке за эту мысль. Дойдя до дома, она поднялась на третий этаж по лестнице и стоя у двери собственной квартиры обнаружила, что дверь ей незнакома. Она так же поняла, что не может вспомнить, как зашла в подъезд. Ну не могла же она просто оказаться на лестнице.

Оставив странное ощущение в стороне, женщина открыла дверь и зашла в уже знакомую собственную квартиру. Ава была дома и тут же вышла на звук открывшейся двери. Увидев младшую дочь, женщина снова заплакала и крепко обняла своего второго ребёнка. Ава понимала, как больно матери, и тоже сильно беспокоилась за сестру, поэтому она не стала ничего спрашивать. Пока мать с дочерью плакали в коридоре, в гостиной затрещало пламя камина…

Глава 4

То ли яма была очень глубока, то ли падала Аврора очень медленно, но у неё имелось достаточно времени, чтобы подумать, что же её ждёт дальше. Она помнила лишь то, что сидела рядом с Иваном, когда машину занесло и помнила, как едва передала айфон врачу, заглянувшему в окно перевернувшейся машины, и сообщила ему код-пароль. Затем, девушка попыталась разглядеть, что же ждёт её внизу, но там было темно, словно простиралась бескрайняя бездна, и она ничего не увидела. Только были слышны человеческие вопли, наполненные бескрайним страданием. Тогда она принялась оглядываться по сторонам вокруг своей оси. Стены бездны были уставлены шкафами и книжными полками, забитыми множеством книг и папок; кое-где висели на гвоздиках сертификаты с незнакомыми именами, которые обычно людям дают за особые заслуги и навыки, и файлы, набитые неизвестными документами. Пролетая мимо одного из шкафов, она уцепилась за него и успела взять одну книгу. На очень толстой книге было написано «Налоги для сохранения природы народностей четверти координатного квазиусечённго пространства», но увы! Все что было написано ниже она прочитать не смогла, так как таких букв она нигде не видела. Ей стало интересно, и она открыла книгу, продолжая при этом падать вниз, как ни в чем не бывало. На первой странице книги было что-то наподобие классификатора, представлявшего собой кружок с вариантами выбора, он напоминал барабан из известной передачи поле чудес, только маленький, находящийся прямо по центру первой страницы книги. Сверху было написано: «Данная книжка очень умная. Она сама умеет определять, на каком языке ты лучше всего читаешь. Здесь собрана информация о всех налогах, которые ввели, чтобы сохранить природу. Выбери интересующую тебя планету и страну и наслаждайся, однако если тебя интересует страна, расположенная на планете за пределами четверти квазиусечённого пространства, то бери второй том». «Что за четверть квазиусечённого пространства?» — заинтересовалась девушка и перевернула страницу. Там она увидела оглавление. Оно представляла собой название галактики, после которого по иерархии шли звёздные системы, а следом по иерархии планеты, каждая из которых так же включала в себя множество государств. У авроры разбежались глаза от незнакомых названий, и она решила найти свою страну. Спустя 15 минут, как ей показалось, она, продолжая при этом падать вниз, нашла в оглавлении знакомую галактику, при том, что никогда до этого не задумывалась даже, в какой галактике она вообще живёт: «256. Млечный путь». «Так, наконец-то я нашла галактику. Не думала, что их столько! Даже их названия не понимаю, хоть и на русском написано! Теперь посмотрю, есть ли тут Солнце» — подумала Аврора, продолжая изучать оглавление на лету, в результате, она нашла его «256.258 Солнце». В этом разделе была указана только одна планета «256.258.1 Земля», однако стран было множество и все в алфавитном порядке, так что Россию она нашла достаточно быстро «256.258.1.176 Россия», а затем для интереса нашла ещё одно знакомое государство «256.258.1.204 Соединённые Штаты Америки». Сначала она решила открыть США, там описывалось много налогов на достаточно понятном слоге даже для тех, кто экономику не изучал. Прочитав в течение 20 минут по диагонали о них, она поняла, что в США экологические налоги взимаются в основном с потребителей, так как именно у них присутствует фактор спроса на бензин, например, и логично, что для сокращения потребления бензина обществом подобный налог необходим. Тем не менее, взимается налог с потребителя, при факте заправки автомобиля, например, а уже уплачивает сам налог бухгалтерия фирмы. Затем она открыла Россию, где объяснение схемы уплаты налога было ещё и на графике обосновано. Аврора увидела по сути тоже самое, что и в США. Но с другими целями сбора. Налоговое бремя всегда ложится на ту часть рынка, которая более эластична. Поэтому в России акцизы на бензин фактически оплачиваются потребителями и являются косвенным налогом, то есть налогом, который платят потребители, а не производители. Подустав от этой книги Аврора закрыла её, но побоялась просто бросить её вниз — упадёт ещё кому на голову! На лету она ухитрилась засунуть её в какой-то книжный шкаф.

Иван пришёл в себя на зелёном поле. Ярко светило солнце, иногда встречались редкие, полные жизни, деревья, на которых радостно птицы пели свои серенады. Но эта прекрасная картина его так огорчала, так огорчала, что и сказать нельзя… «А где я вообще?» — задумался юноша. Он начал вспоминать: «Так, я был за рулём, потом не успел сбавить скорость на повороте и машину перевернуло. Это я помню… Так… Потом боль в голове была, значит я ударился обо что-то головой… Но если так, я как минимум должен очнуться в машине или в больнице, а где я? И почему мне так грустно? Я умер или что?». Размышления молодого человека прервал похожий на клоуна старик. Старик был что-то среднее между клоуном и шутом. Половина его костюма шута были красного цвета с чёрными пуговицами и бубенцами, левая же половина была фиолетового цвета с жёлтыми бубенцами и застёжкой на молнии. Обувь была иной расцветки — тапочки с зайчиками на левой ноге и красными пуговицами черного цвета вместо глазок, тряпичным носиком; на правой ноге фиолетовый зайчик с желтыми пуговками-глазами. Лицо старика было раскрашено белилами и нарисованы красные слёзы на левой щеке и чёрные на правой. Иван опешил от одного вида этого старика. Допустим это просто клоун, но что он тогда делает на зелёном солнечном поле? Затем старик подошёл к нему и спросил:

— Ты мертв? Или ты жив, молодой человек?

Ивана тут же пробрали мурашки от осознания того, что он не мог ничего ответить. Стоя на месте он легонько задрожал.

— Хех, видимо ты ещё не умер, раз можешь меня бояться. Молодец. Но зачем ты здесь тогда? Ты хоть знаешь где ты? — сказал с насмешкой старик.

— Нет, я не знаю. Я вообще мало что сейчас понимаю. Если знаешь, объясни мне — сказал Иван, сдерживая сильное желание закричать.

— Вообще, по закону жанра, я тебе должен бы и ответить, но не буду. А-ха-ха-ха — сказал старик и начал весело делать сальто через себя.

Иван опешил от этого бреда. Он не знал, куда идти и не знал, что ему делать дальше. Старик перестал потешаться и снова заговорил с Иваном:

— Я тебе вот что скажу, ты сейчас лежишь в больнице и у тебя очень сильный удар головой. Твою жизнь можно было бы и спасти, но врачи тебя добьют скорее, чем спасут А-ха-ха-ха. Вот ирония! Вы люди, такие глупые. Если вы не можете лечить, чтобы спасти, зачем лечить? А ты так надеялся! А-ха-ха-ха — сквозь сумасшедший смех старика Иван увидел, что у того из глаз пошли слёзы — красные как кровь из левого и черные как чернила из правого. Это напугало его. Он понял, что старик ему даже и не врет.

— То есть, я, что, умираю? — сказал молодой человек пошатываясь.

— А-ха-ха-ха. Я ж сказал, ты то не умираешь! Это врачи тебя убьют. Ты сейчас в больнице без сознания. Останься ты в машине, ты лишился бы руки, но был бы жив, а теперь умрёшь со здоровой рукой! А-ха-ха-ха. У тебя в мозге сформировалась гематома и врач назначил операцию, но он убьёт тебя, и ты умрёшь! А не делал бы ты выжил бы! Представляешь? А-ха-ха-ха. Какая ирония! А ты так близок был к тому, чтобы сохранить жизнь! — старик продолжал плакать и смеяться — насколько будет эффективна в твоём случае операция по удалению гематомы? Да эффективней некуда был ты жив и стал мертв! А-ха-ха-ха-ха.

И тут у Ивана сдали нервы, от насмешек старика. Он подался вперёд и взял того за горловину костюма, яростно прошипев тому:

— Заткнись! Лучше скажи, как мне выжить, чем насмехаться надо мной!

— Ну тебе для этого нужно попросить кого-нибудь сильного здесь переубедить того врача делать тебе операцию. В этом случае ты выживешь. А кто здесь сильный? А-ха-ха-ха-ха — продолжал старик насмехаться.

— Ты сможешь? — спросил умоляюще старика Иван.

— Я?! — удивился старик — Я?!

— Да, ты — юноша уже перешёл на крик, так как пришёл к пониманию ситуации.

— Ты в курсе, что смерть — это не так уж и плохо? Вот сейчас, например, у тебя все шансы попасть в лучший мир, да и душа на месте. А если я помогу тебе, будет ли так в следующий раз? Хе-хе. Давай так. Если ты ответишь на мой вопрос я тебе помогу бесплатно, если же нет — я дарую тебе два любых желания в обмен на твою душу. Как тебе сделка? — сказал старик с нотками безумной радости в голосе.

— Хорошо, я попробую ответить на твой вопрос, но, если я не смогу, я не желаю продавать тебе свою душу. — на отрез отказал старику молодой человек.

— Ну-ну. Ты не торопись. Ладно. Я задам тебе вопрос, но, если что ты только крикни «Арлекина, Арлекина, явись ко мне, скотина!» и я приду. Хе-хе-хе.

— Я не скажу этот бред даже шёпотом — полным неприязни тоном сказал Иван.

— Ладно, вот твой шанс. Вопрос: «сократится ли твоя жизнь после моей помощи?» Если угадаешь, я тебе помогу. А-ха-ха-ха-ха. — дико ржал старикашка.

Иван разъярился и сказал:

— Я даже отвечать тебе не буду. Отстань от меня сумасшедший, я ухожу.

После этого молодой человек побрёл уже было в произвольном направлении посреди красивого пейзажа, но старик догнал его:

— Милок, ты думал, что если у вас там, у живых, все платно, то тут будет бесплатно? А-ха-ха-ха. Бесплатно только в одном месте, и если найдёшь его, то ты счастливчик. — посмеялся старик.

Не сбавляя шаг Иван спросил:

— И где это место?

— Давай, удачи! Если за это время ты умрёшь, тебе хоть будет чем заняться! А-ха-ха-ха-ха. Молодец. Ты умеешь сбежать от скуки. Скука страшная вещь. Я еще навещу тебя — сказав прощальные слова старик убежал в противоположном направлении на нечеловеческой скорости, что Ивану показалось жутким, но мужчина не дрогнул и просто продолжил идти.

15:00. Тот же день. Ава, успокоив мать и успокоившись сама вернулась в свою комнату. В комнате Авы полу были обделаны красивым фигуристым паркетом, который отлично смотрелся на фоне шоколадных обоев и бежевых занавесок. Телевизор стоял на столике в стиле 60-70-х годов, обделанном золотистыми пирамидками, за телевизором располагалось небольшое углубление в стене, в котором и располагался как столик, так и телевизор, которое по краям было обделано специальным пластиком белого цвета, а в самом углублении обои переливались темно-золотистым звездным блеском. Ближе к левой стороне окна, расположенного по длине дальней стены комнаты и занавешенного ажурно-золотистыми шторами располагалась белая бра на стене. По центру комнаты висела большая черная люстра с множеством маленьких светильников, размещённых на ней, в близком к эпохе античности стиле. Прямо под бра и стоял компьютерный стол, сам компьютер и удобное кресло, где Ава и творила свои работы. С правой стороны стены висел кондиционер, ближе всего к окну, по оба края стены ниже самого кондиционера комнату украшали две чёрно-белые картины, по центру правой стены комнаты располагался золотистый диван с однотонными подушками, на котором Ава и предпочитала отдыхать. И между стеной и входом в комнату располагался небольшой круглый столик из темно-коричневого дерева с обычной стандартной лампой на нём в абажуре. По центру комнаты был расстелен жёлто-золотистый ковёр, расшитый узорами. Сама комната Авы была достаточно небольшой, но все вышеперечисленное гармонично в ней сочеталось. Ава дала сама себе обет, что она не бросит любимую сестру ни при каких обстоятельствах и решила, после того, как закончит работу ещё раз к ней съездить.

Час спустя Ава закончила дизайнерский проект, получившийся в черно-белых тонах, что для неё являлось весьма необычным. Она созвонилась с заказчиком, отправила ему работу и отправилась навестить сестру, несмотря на свой плотный график, составленный на сегодняшний день.

Весь остаток дня Ава провела рядом с сестрой.

Глава 5

17:00. Тот же день.

Бекеле приехал к своему дому, по дороге посетив прядильные цеха без прях, что стали музеями.

Стоя напротив своего дома он с улыбкой вспомнил разговор.

В дороге он искал в автобусе место и, увидев таджика, сидящего на две трети двухместного сидения и что-то увлечённо читавшего в телефоне. Он сказал ему:

— Подвинься, черножопый!

Тот подвинулся и Бекеле тут же сел рядом. Таджик посмотрел на Бекеле и обиженно сказал:

— Слюшай, по сравнению с твоим лицом моя жопа Снегурочка!

Бекеле улыбнулся и спросил:

— Как тебя зовут?

Таджик приветливо ответил:

— Я Абдуллох, а тебя как зовут?

— Я Бекеле. Ты давно в России?

— Уже два года как тут живу, у меня любимая тут живёт. Я к ней сюда приехал.

— У тебя тут семья? — удивился Бекеле.

— Она ещё токя ждёт рибенка, но можно считать, что да. А сам я работаю на стройке в другой части города. Платят харяшо так что живём. — рассказал таджик. Таджик ещё много рассказывал о том, как ему нравится жить с его женщиной, вплоть до того момента, как Бекеле дождался свою остановку и вышел из автобуса.

«А ведь он хороший семьянин» — помянул Бекеле добрым словом таджика и отворил дверь подъезда перед собой.

В доме Бекеле осенние свадьбы зимой. Невеста в фате и муж выходили ему навстречу. Невеста смотрела на всех в ожидании брачной ночи горящими глазами, что Бекеле увидел ироничным.

Дом. Бекеле, вспоминая эту невесту так и размышлял пол дня о том, как все женщины иногда напоминают собак в своей верности и даже предательстве, что может стать их преданностью.

А в глубокой яме Аврора продолжает лететь прямо вниз:

«Вот это падаю, так падаю! — подумала Аврора. — теперь упасть со второго этажа для меня пара пустяков. А наши решат что я или сумасшедшая или ужасно смелая. Да свались я даже с крыши, звука бы не обронила».

«У них родилась девочка!» — раздался из неоткуда радостный мужской голос. Вполне возможно, что так оно и было где-то, но Аврору больше волновало, чем закончится её падение.

Аврора все падала и падала.

После 18:00 Аглая Митрофановна, которая ужасно переживала за Аврору, поехала к Антонине Родионовне. Женщина была с ней хорошо знакома и проявила к ней гостеприимство. На кухне Антонина Родионовна заварила чай, достала сладости и две женщины начали разговор:

— Неужели этому не будет конца? — спросила Аглая — Она не очнулась?

— Да до сих пор не очнулась. Мне Авушка с больницы звонила уже, — сказала печально Антонина, — врачи её обследовали, говорят, сотрясение не очень серьёзное, а когда она очнётся не говорят.

— Я не понимаю, — озадаченно сказала Аглая, — прошло уже больше семи часов. Она еще вчера со мной радостно общалась про русскую словесность. Как же так?

— Аврора вообще отзывчивая девочка, — начала вспоминать свою дочку Антонина — но судьба у неё нелёгкая. Я ведь знала, что иметь ребёнка от иностранца нелегко, но, все равно, я так хотела детей. У меня ведь их так долго не было. Когда она родилась у меня, я была так счастлива, как и её отец. Мы такие крестины ей устроили, по тем временам. Приехали все мои и его родственники — мы позвали всех, кого только смогли позвать, а её крёстный отец является одним из самых лучших священников. Говорят, его молитвами спасаются даже больные раком.

— Так обратитесь к нему, Антонина Родионовна! — оживилась Аглая, — Я тоже о нём слышала. Вы же про отца Антония! У моей подруги были сильные головные боли, и он ей смог помочь.

— Я ему уже позвонила, но он пока что занят. Обещал завтра к ней приехать, — ответила Антонина, — я попробую все, что только могу попробовать, чтобы спасти мою дочь.

— Кстати, а ведь есть поверие, что ребёнок от родственников наследует по одному достоинству и добродетели. У тебя и у твоего мужа есть сестры или братья? — поинтересовалась Аглая, пытаясь сменить тему и отвлечь женщину от тяжёлых переживаний.

— У меня есть сестра и брат, но они живут далеко, а вот насчёт мужа я не знаю. Даже во время нашей совместной жизни он мне рассказывал только о родителях, а про остальных родственников я даже не интересовалась, — смущённо ответила Антонина Родионовна.

Женщины изрядно пили весь день и в итоге под столом валялась Антонина…

Тем временем Аврора все ещё продолжала падать вниз.

— У меня уже спортивный интерес просыпается пролечу ли я расстояние, превышающее диаметр Земли? — произнесла Аврора вслух, — Вроде как, мне не становится жарко, а значит это вообще не поддается объяснению. Ведь, чем ближе я к центру Земли, тем более должна возрастать температура воздуха. Да о чём я вообще?! Странно что тут вообще воздух есть! Если подумать… Расстояние от поверхности до центра Земли равно вроде 6371 км…

Понимаете, Аврора очень любила читать о природе и о нашей планете в свободное время помимо поэзии и, даже при том, что в подобной ситуации не самое подходящее время использовать подобные познания — любой другой на её месте боялся бы достичь дна — она предпочла вслух рассуждать подобным образом.

— Точно, правильно, я правильно сказала, — продолжила Аврора. — Но интересно, в какой же точке Земли я тогда падаю?

Если говорить предельно честно, Аврора не имела даже понятия как это определить, если бы находилась на поверхности Земли, но она всегда мечтала научиться. В данной ситуации ей это было так необходимо!

Помолчав, Аврора снова начала:

— Ну, даже чисто логически, есть законы физики. Я же не могу пролететь планету насквозь? Есть же точка гравитации! Хотя я не понимаю до конца, почему так, но так должно быть! А если бы так не было. Что меня выбросило бы в открытый космос?! Интересно, а что есть в космосе кроме пустоты? Водород, кажется…

Аврора искренне порадовалась, что никто не слышал её, потому что этот монолог навевал что-то не то.

— Другая версия, допустим. Я выживаю после падения и там внизу древняя всеми забытая цивилизация. А вдруг там будут на другом языке говорить? Как же я тогда узнаю, как называется их государство. А может это вход в Атлантиду? «Простите, я в Атлантиде?» — наверное как-то так это прозвучит.

И она, вообразив, что действительно приветствует местного, в воздухе помахала рукой невидимому собеседнику. Вы можете себе представить человека, падающего с огромной высоты, при этом не отрицающего факт своей кончины внизу, но рассуждающего о том, куда он падает? А вы бы смогли в подобной ситуации быть так спокойны?

— И всё-таки они так ничего не поймут… они же на другом языке там разговаривают. Нет, я вообще ничего не буду никому говорить! Может, у них язык похож на русский и я смогу просто прочитать!

А Аврора все падала и падала. Ей стало скучно и, помолчав, она опять начала рассуждать вслух:

— Кстати, а что сейчас делает моя мама!? А Аглая меня уже, наверное, ищет! Она же не знает, что я здесь и, наверное, беспокоится!

Все помнят, что Аглая Митрофановна работает с Авророй в одном офисе.

— Надеюсь, она поймёт, что я не приду и сделает мою часть работы… Ах, Аглая, как же я в такие моменты жалею, что тебя нет рядом развеять мою скуку своими беседами. Правда, в подобной обстановке, беседы не к месту, зато весьма проблематично сдвинуться с места! Только вниз лететь. Интересно, если бы у меня было хотя бы одно крыло, я бы это смогла?

Тут Аврора услышала звон в ушах и почувствовала головокружение. Она понимала, что если потеряет сознание, то это ухудшит и без того плачевное положение, потому вяло шептала:

— Будут ли крылья? Будут ли крылья?

Порой у неё выходило произнести: «Будут ли крылья?»

Аврора не знала, как отвечать ни на один из своих вопросов, а потому в большей степени произносила это, чтобы остаться в сознании. Она чувствовала, что медленно, но верно его теряет. Ей уже казалось, что она идёт рядом с Иваном по зелёному полю и спрашивает его:

— Ответь, Иван, ты видишь мои крылья?

Тут раздался звук разорванной ткани, потом снова, снова и снова — и так ещё три раза. Аврора упала на висевшее по ширине бездны плюшевое одеяло, плотно прикреплённое крюками к стенам, которое сорвалось под инерцией её падения и окутало её, словно она была в мягком коконе, а за ним ниже таким же образом висело ещё шесть одеял, которые, учитывая инерцию её падения, тоже были благополучно сорваны и так же её закутали.

Она совсем не ушиблась, но вот выпутаться из кучи мягкой ткани в семь слоёв для неё оказалось непростой задачей. Тем не менее, приложив огромное количество усилий, она это сделала и рассмотрела одеяла. Все одеяла были из мягкого и приятного на ощупь толстого плюша, их было семь и все были разных цветов. На каждый цвет радуги по одеялу — красное, оранжевое, жёлтое, зелёное, голубое, синее, фиолетовое. Аврора посмотрела наверх — там царила непроглядная темень. Перед ней шёл длинный, но не слишком широкий тоннель, а в его конце виднелся свет. Нельзя было медлить и Аврора зашагала к свету. Она слышала звуки праздничной музыки. Достигнув выхода из тоннеля, Аврора увидела большой замок, окружённый высоким, украшенным виноградными лозами из золота решётчатым забором, а входом за его пределы служили живописные ворота, словно они вели в рай — даже визуально, при взгляде на них создавалось именно это впечатление. Подойдя ближе к воротам, Аврора увидела охрану — двое красивых мужчин, одетых в странные одежды и ничего общего с рыцарями. Это даже немного ввело её в ступор — вроде замок, а охраняют его словно люди из будущего. Их одежда была похожа на современную, но отличалась тем, что на ней были неизвестные кнопки — на рукавах длинных чёрных пиджаков с капюшонами и ещё множество кнопок на поясе. Ещё Аврора обратила внимание, что в самой ткани пиджаков охранников были узоры, сделанные из неизвестного ей материала, которые мерцали синим светом, словно по ним шло электричество.

Охранники с интересом начали изучать Аврору и вдвоём по очереди воскликнули:

— Ого, а вы странно нарядились, сударыня! Ого, интересный фасон!

— Вроде женщины прошлых веков носили такое!

Подойдя к воротам, Аврора надеялась увидеть, что происходит внутри замка, поэтому спросила:

— А я могу так пройти?

— Вход только для почётных гостей, — ответил ей первый охранник, но второй его поправил, — ты что слепой? Не видишь, что на ней одежда, которая фактически антикварное сокровище? Простите нашу грубость, сударыня. Вы можете пройти. И перед Авророй открылись прекрасные ворота, а ведь она даже не успела ничего придумать. Спроси её сейчас охранник о том, кто она и откуда, она бы не смогла ответить.

Пройдя через прекрасный сад, Аврора подошла к главным воротам дворца. Пройдя через них, Аврора оказалась в длинном широком зале, освещённом золотыми люстрами, свисавшими с потолка.

В центре зала стояло множество праздничных столов и все люди под звуки музыки кушали и веселились — никто не обращал на неё особого внимания. Аврора подошла и попробовала еду сначала за первым столом, потом за вторым, но убедившись, что еда совершенно обычная, она разочарованно побрела по огромному залу, соображая, что ей делать дальше.

Вдруг среди множества столов она увидела самый роскошный стеклянный стол с золотыми ножками и действительно интересными угощениями. За этим столом сидело всего лишь десять человек — две женщины пожилого возраста с явно каким-то особым статусом, судя по их одежде и поведению и ещё три, близкие по возрасту к Антонине Родионовне и Аглае. Судя по одеждам трех женщин бальзаковского возраста и чуть младше Аврора предположила, что они того же статуса, что и две пожилые; одна девушка возраста Авы или Авроры, социальным положением явно не уступающая всем вышеперечисленным, и ещё одна совсем девочка 12–14 лет — как такая кроха смогла добиться высокого положения?! Ещё за этим же столом сидел мужчина в золотых одеяниях и статным видом, который тоже был уже зрелого возраста, возможно, даже старше Антонины Родионовны немного, женщина с грудным ребёнком в руках, одетая в белый брючный костюм, расшитый серебром, и бедно одетая бабушка в лохмотьях, совсем старая. Перед семью особами женского пола в особых одеяниях разложили изысканные столовые приборы из платины. Их одеяния представляли собой брюки с переливающимися узорами разнообразных цветов, рубашками и длинными (даже длиннее чем у охранников на входе) лёгкими плащами с капюшонами. На рукавах их блузок так же присутствовали странные кнопки. Мужчина в золотых одеждах что-то сказал и достал из кармана золотой ключик. Затем все сидевшие за стеклянным столом повернули головы и пристально посмотрели в сторону Авроры. Повисло молчание, которое нарушали шумы людей, веселившихся за обычными столами. Аврору пробрал озноб, но почему-то она не сдвинулась с места. Мужчина сделал рукой жест и прислуга принесла и поставила напротив каждой из семи особых женщин по одной шкатулке из литого золота — в результате перед каждой женщиной в необычном одеянии лежала золотая шкатулка, тарелка, ложка, вилка и ножик. Мужчина поманил рукой Аврору к столу. Аврора подошла. Первое, что ей приглянулось, это как переливались ложки, вилки и ножи из платины на столе, лежавшие перед загадочными дамами. Подойдя ближе к столу, она так же смогла разглядеть получше золотое одеяние мужчины, которое было просто усыпано алмазами и рубинами.

— Вы только посмотрите! — восторженно воскликнула самая старшая особенная гостья банкета — это же настоящее платье! Ещё к тому же не броское такое! А фасон какой старинный!

— Да, я похожее только в музее видела! Хозяин так и не согласился мне продать его, но такое я вообще никогда не видела! Прелесть! — воскликнула вторая особая пожилая гостья, помоложе.

— Я тоже заинтригован, где вы взяли подобную диковинку. Может присядете с нами и расскажете нам, сударыня? — вежливо пригласил мужчина Аврору к столу. Делать нечего — Аврора присоединилась. Она металась между двумя вариантами — признаться честно, что она сюда непонятным образом рухнула неизвестно откуда или придумать историю приобретения этого платья. Но тут мужчина сказал:

— Я придумал. Давайте она сама и попробует выяснить, от чего этот ключ. Что скажете, барышни?

Семеро загадочных мадам задумались, и самая младшая сказала:

— Я согласна. Обосную — у неё есть платье — самая редкая вещь в наши дни. Раз она ухитрилась её раздобыть, то она очень умна и, возможно, сможет справиться.

— Поддерживаем — хором ответили остальные шестеро.

— Вот, держи, — мужчина поднял ключ со стола и протянул его Авроре.

Взяв ключ, Аврора подумала и решила, что это ключ от одной из этих шкатулок, но увы! — то ли замочки этих шкатулок были слишком малы, то ли ключик был слишком велик, да вот ни к одной из семи шкатулок он не подошёл, как она не пыталась. Тогда Аврора, получив одобрение мужчины в золоте, встала из-за стола и ещё раз прошлась по залу, увидев обыкновенную и ничем не примечательную занавеску. Она поняла, что не замечала её ранее, и за ней увидела неизвестную дверь. Аврора вставила ключ в замочную скважину — и, к её величайшей радости, он подошёл!

Она вернулась к мужчине в золотом одеянии и девяти женщинам:

— Этот ключ от двери за той занавеской.

— Аха-ха-ха-хах — рассмеялись мужчина и девять женщин.

— Я и забыл об этой двери. Спасибо вам, сударыня, — с искренней благодарностью сказал мужчина.

— Я прошу вас к столу, — любезно пригласила Аврору женщина в бело-серебристом одеянии.

За столом уже были поданы блюда и за едой все познакомились с Авророй. В ходе разговора Аврора узнала, что имена двух пожилых дам в отличающейся от остальных одежде — Адриана и Аида — однако, своё отчество они не озвучили и, так как Аврора ничего не знала об этом месте, она и не стала любопытствовать. Ещё три женщины, близкие по возрасту с матерью Авроры — Дайгуль, Лайсель и Алёна — все они очень любили цветы и в ходе знакомства многое об этом ей рассказывали. Дайгуль, например, обожала дельфиниум и у неё был собственный садик, усаженный им. Лайсель и Алёна же занимались любимым хобби в королевской оранжерее, а король разрешал им ухаживать за розами, растущими у него в саду. Девушка, по возрасту близкая к Авроре — Салеста. И её хорошая маленькая подруга, пользующаяся особым уважением в перечисляемой компании — Алла. Две самые младшие в ходе разговора сознались, что увлекаются какой-то неизвестной Авроре карточной игрой, наподобие покера. И, что самое главное, все эти семеро женщин имели особый статус просвещённых. Аврора сделала вид, что знает, что те имеют ввиду, чтобы никто не заподозрил чего в её отношении. Однако, в ходе разговора она приблизительно поняла, что в этом месте просвещёнными считались люди с особыми способностями души и психики. Поняла она это после того, как Алла, которая была ещё девочкой-подростком, легко взяла и телекинически стала играться со столовыми приборами, однако старая Адриана сделала ей замечание, и та угомонилась. Тем не менее, Аврора этим зрелищем была искренне поражена. Затем, все продолжили своё знакомство с гостьей — мужчина в золотой, усыпанной драгоценными камнями одежде представился после семерых особ — он являлся императором этого государства. Однако, для семерых девушек и женщин это как будто не имело никакого значения, потому что они себя вели с ним как с близким другом — не соблюдая формальностей и этикета в общении. Аарон Шпиллер III — так звали Его Величество Императора этой страны, а женщина в расшитом серебром белом брючном костюме являлась императрицей этой страны и его женой, её имя Жальфия, но ни фамилию, ни своё отчество она не стала озвучивать, как и остальные женщины за столом. Аврора подумала с облегчением, что она правильно поступила, озвучив только своё имя, иначе на общем фоне это выглядело бы странно. Грудной ребёнок в руках императрицы — будущая наследница страны — Амира Шпиллер.

Самая старая и самая бедно одетая старушка продолжала умолять о чём-то императора и остальных, но они то игнорировали её, то пренебрежительно меняли тему разговора, а то и вообще грубили и просили подождать, однако обращались к ней почтеннейшая, при этом не называя её имени.

— Почтеннейшая, вы самая старшая и должны понимать, зачем мы тут собрались. Гостья ведь даже не в курсе, может у неё есть решение вашей проблемы, — вежливо постаралась сгладить ситуацию Аида.

— Моей проблемы?! — яростно взревела старушка, — Моей?!

Ударив кулаком по столу, который, однако, не шелохнулся от удара, она продолжила:

— Вы меня вообще сюда не пригласили! Я понимаю, что вы не имеете ко мне никакого уважения и могу ещё смириться, но вот то, что это проблема стала Моей меня уже ни капли не радует! Эта проблема императора, а не моя! — покашливая громко ругалась старушка.

Внезапно, младшая из просвещённых рассмеялась и дерзко высказала старушке:

— Не будь эгоисткой! Ты более столетия не покидала свою башню! Её уже давно все считают твоей могилой и тебя из уважения и не пригласили, пойми, почтеннейшая. Все считали тебя мёртвой.

А пока девушка со старушкой спорили, император приказал принести приборы и почтеннейшей. Однако ей принесли обычные столовые приборы, а не платиновые, как остальным. Аврора заметила, что золотой шкатулки ей тоже не принесли, хотя у остальных семерых такие были и она даже пыталась их открыть золотым ключом. С обиженным видом старушка продолжила:

— Раз вы не хотите меня слушать добровольно, раз не желаете внимать моим предостережениям, то я просто не буду ничего делать! И это точно не моя проблема.

Все присутствующие люди за столом посмотрели на старуху уже без капли уважения к ней во взглядах. В них отражалось сочувствие и пренебрежение. Почтеннейшая подумала, что все они бескультурные и глупые люди. Она поняла, что эту проблему никто из них не будет решать и плевать им, что может случиться с императором. И, отодвинув кубок с тарелкой подальше от себя она сквозь зубы прошипела что-то нехорошее, но что именно Аврора расслышать не смогла. Алла, которая сидела к старушке ближе всех, все прекрасно расслышала и, испугавшись, что старуха нашлёт на кого-нибудь из императорской семьи проклятье ненароком, встала из-за стола и ушла в сторону императорского трона, где благополучно спряталась, потому что тот, за кем последнее слово всегда побеждает в споре. Она сделала это, чтобы, когда все просвещённые будут благословлять императора и его жену с дочерью, её очередь настала в самом конце.

И вот, когда все закончили трапезу, Аврора лицезрела церемонию благословления императорской семьи, которая традиционно проводилась в этой стране, после появления на свет первого наследника императорского престола. Все люди начали вставать из-за столов и выстраиваться вокруг трона, который располагался на возвышении в самом конце огромного зала. Туда же проследовал император со своей семьёй и семь просвещённых. Император и его семья расположились на троне и рядом с ним, а просвещённые встали напротив них, Аврора встала с остальными зрителями церемонии и внимательно наблюдала. Зрители большой толпой окружили просвещённых и императорскую семью и тоже с интересом наблюдали. Аврора поняла из услышанного ей, что эти просвещённые что-то вроде монахинь этой страны и в тоже время они возглавляют военные силы, то есть их власть была самой весомой после императорской семьи и они честно исполняли клятву защищать императора и его род ценой даже собственной жизни. Просвещённые начали по очереди произносить благословения. Салеста вышла благословлять императора и его семью первой. Его дочери она пожелала женской красоты по достижении ей совершеннолетия, императору благости к подданным своим, а его жене она пожелала оставаться такой же прекрасной, как в этот знаменательный день. После произнесения благословения, она нажала одну из кнопок на своём рукаве и вокруг всех членов императорской семьи промелькнуло красное рубиновое сияние, которое в течение двух секунд тут же исчезло. Авроре очень понравилось это зрелище и она поняла, почему все остальные люди так увлечённо это смотрят. За ней настала очередь Алёны. Она пожелала новорожденной девочке доброты в её душе и доброту от других людей по отношению к ней, а императору быть всегда оберегаемым Богом и его жене великой женской мудрости. Повторив действия Селесты, она нажала одну из кнопок на рукаве рубашки и семью окутало оранжево-золотистым блеском. Далее благословлять вышла Лайсель: «Будь талантлива и способна на все» — сказала она дочке императора, — «Ты же будь смел и доблестен, а твоя жена пусть верна и чиста совестью останется. Когда ваша дочка достигнет совершеннолетия, то каждое её движение будет вызывать у других людей восторг, потому что будет движение её прекрасно и грациозно. Обязательно обучите её танцам — она будет превосходно танцевать» — сказала она императору наставление в завершение своего благословения и нажала кнопку на рукаве. Желто-лимонные звезды кружили вокруг императора и его семьи. Затем Дайгуль благословила семью императора, послав им Ангела, который одарил их дочку волшебным ангельским голосом, дающем ей власть над любым смертным человеком во время пения. Этот Ангел должен был помогать императору добросовестно властвовать над людьми и давать мудрые наставления, а его жене служить хранителем тела и души. Ангел выпорхнул из её рукава и вселился в маленькую девочку, а затем стал между императором и его женой. Женщина откланялась, не став нажимать кнопку на своём рукаве, так как преподнесла дар более великий. Казалось, Дайгуль уже никому не превзойти, но вышла благословение давать Аида и сказала: «Пусть же любой музыкальный инструмент в руках дочери вашей, как любое оружие, в руках императора и как любая написанная рукой человеческой книга в руках императрицы станут великим помощником и хранителем вам. Дочь ваша будет на всех музыкальных инструментах играть искуснее любого маэстро, а музыка будет столь чистой, что все зло, что есть в человеке от него развеяно будет, но не в ней самой. В руках ваших, Шпиллер, оружие станет мощнее небесной молнии, даже будь то деревянная палка, а жена ваша любую книгу сможет освоить, да так, словно сама писала её. Вот вам благословение моё, и треть своей жизни вложу я в него» — сказав это, женщина нажала кнопку на рукаве и голубое сияние окутало семью. В глазах Аарона читалась искренняя благодарностью по отношению к пожилой женщине. Адриана, видя искренность Аиды, не стала ждать своей очереди и воскликнула: «И я четверть жизни своей отдам, дабы поддержать сиё благословение!» — и нажала кнопку на рукаве. Синий свет окутал императорскую семью и Адриана добавила: «Это усилит благословение, и оно будет работать даже против тех, кто является чистым и опасным злом во плоти. Берегите себя!». Обе пожилые женщины поклонились императору и освободили место для благословения. И вот, настала очередь той самой старушки в лохмотьях, которая, как оказалось, была старейшей и сильнейшей из всех просвещённых. Её простые люди боялись больше, чем самого императора. Она сказала: «За неуважение ко мне и пренебрежение к словам моим не стану отводить я от тебя и семьи твоей беду, потому что Бог заслуженно покарает тебя. И да придёт к дочери твоей смерть позже всех твоих родных, ибо случайной смертью от руки небрежного будет она убита, который даже мысли злой не будет иметь к ней, — покашляв, старуха продолжила злое пророчество, — сам ты умрёшь смертью мучительной от руки любящих тебя, а жена твоя убьёт себя сама». Все люди в зале опешили от неожиданности и атмосфера радости и торжества словно была сожжена у всех на виду. Все молчали, сам император побледнел. Старуха сказала: «И не суди меня за правду, мною сказанную тебе, я лишь не стану ничего делать — все что я сказала Бог вам сам воздаст». Сказала старуха и ушла — никто не дерзнул ей помешать. Все боялись.

Проходя сквозь толпу к выходу из дворца, старуха задумчиво посмотрела на Аврору и пошла дальше. Аврора от взгляда старухи почувствовала, словно её душу пронзило копьём. Когда старуха, которая была больше похожа на злую колдунью, чем на просвещённую, хлопнула огромной дверью выхода из дворца, все так и вздрогнули от осознания её пророчества. Кто-то из простых людей даже не сдержал слёзы, но тут из-за трона выскочила самая юная их просвещённых — Алла, — и сказала, стоя прямо рядом с императором и его родными: «Любое проклятье может обернуться великой удачей, даже если сам Бог проклинает вас. Это будет вам моё благословение» — и нажала кнопку на рукаве, окутав себя и императорскую семью фиолетовыми бликами, похожими на птиц. «И услышьте же моё пророчество — нет такого будущего, которое нельзя было бы исправить себе в угоду, как нет такого зла, которое не принесло бы пользу кому-нибудь. Вы сможете выжить, если найдёте в себе силы понять мои слова и, если шансы ваши и жены вашей не столь велики, то ваша дочь поймёт и в худшем случае она лишь будет в состоянии глубокого сна от травмы головы, но это будет не смерть. И чем раньше врач найдёт её, дабы спасти, тем раньше она оправится, но до тех пор быть ей в состоянии комы. А жизнь её будет в ваших руках до тех пор, пока жители этой страны и слуги дворцовые вас не бросят в почитании» — сказав последние слова, Алла откланялась, видя, что со слезами на глазах император благодарит её. Так церемония подошла к завершению, и все начали расходиться, чтобы подремать от усталости.

Ночь, 2:00. Этой ночью Бекеле снился, как всегда, привычный уже для него сон, в котором он гуляет по зелёному полю, где изредка встречаются деревья. Бекеле, как обычно, побрёл в произвольном направлении и смотрел на небо. «Ладно хоть тут облака есть, а то было бы совсем тоскливо» — размышлял он. Деревья этой местности Бекеле использовал ориентирами и знал всю местность уже от и до, потому что этот сон видел каждой ночью.

Бредя по полю, он вспоминал и анализировал свои впечатления от стран, в которых уже побывал за время своего путешествия. Сначала он был в США и был там не долго — не более трёх месяцев. Во-первых, потому что жизнь там для него была очень дорогой, а хоть сам Бекеле в Эфиопии не считался бедным, а скорее даже наоборот, потому что у него там были свои земли, где производились такие продукты как чай, кофе, цветы, овощи, сахарный тростник и различные специи. На доходы от продаж урожая Бекеле и путешествовал, однако те, кто работал на его земле не могли себе этого позволить. Он разрешал своим работникам работать и на участках других собственников, потому сам не мог платить им больше. В США он понял как тяжко жить тем, кто работает на его земле. Здесь он мог позволить себе только самую дешёвую и разваливающуюся на глазах квартирку в Нью-Йорке, не потому что у него не было денег, а потому что жить в отеле было все-таки дороговато, учитывая, что он планировал путешествовать не меньше года на имеющиеся у него деньги. Нормальную квартиру ему отказывались сдавать просто потому что он чёрный и не американец. И даже впечатления от американских небоскрёбов, ухоженных улиц и архитектуры великолепного города не сгладили этот осадок. Приехав же в Россию, несмотря на множество недостатков, Бекеле был удивлён относительному гостеприимству к себе, а вот кавказцев называли чурками и избегали. Бекеле не мог не поинтересоваться почему и как-то спросил одного москвича. Тот ему и объяснил, что ни представители негроидной расы, ни эфиопы в России чурками никогда и не считались. И даже более уроженцы ближнего востока и Азии тоже не считаются в России чурками. Затем москвич объяснил Бекеле, кого же считают русские чурками: «Это в основном выходцы с Кавказа чурки у нас, да и то не все, а те из них, кто уже морально человеческого облика лишён стал. Так что ты не удивляйся». В Москве Бекеле видел и посещал, помимо вокзала и метро, где и завёл с москвичом о чурках короткую беседу, множество мест: Красную площадь, Московский Кремль, Храм Василия Блаженного и Большой Театр. Из всех этих мест Кремль ему приглянулся больше всего. Он представлял собой крепость в центре Москвы с золотыми куполами, а те, что конусообразные были с красными звёздами на самой верхушке понравились ему больше всего. В центре располагались огромные здания с более поздней архитектурой. Бекеле насчитал двадцать башен совершенно разной архитектуры, но внутрь он не заходил, потому что немного неловко почувствовал себя, ловя на себе косые взгляды некоторых русских.

Воспоминания Бекеле прервал парень лет шестнадцати, шагающий во встречном по отношению к нему направлении по тому же зелёному полю. Бекеле был удивлён: «Вижу этот сон более двух лет и ни разу не встречал здесь людей!» — он побежал навстречу к юноше. Юноша тоже шел навстречу к Бекеле, а когда они оба подошли друг к другу он сказал ему: «Отлично. Тебя я и искал. Ты знаешь мужчину по имени Иван?». Бекеле удивился ещё больше: «Да, я его знаю. А ты собственно кто?». Юноша немного попятился и произнёс: «Да я просто программист и ищу проход в Главный Центр, а тут этот недотёпа бродит. Горит, мол, ищу отсюда выход. Может ты ему поможешь, раз вы знакомы?» — юноша, сказав это, почесал затылок. Одет юноша был просто — спортивное трико, белая рубашка и толстовка, да и сам по себе худощав. Бекеле спросил: «Где ты его видел?». Естественно, у Бекеле было ещё множество вопросов к этому пареньку, однако, вполне осознавая, что это сон, он не стал спрашивать ничего больше. Юноша начал показывать направление: «Он идёт прямо там. Иди прямо в этом направлении, не сворачивая никуда и встретишь его». Так как Бекеле было все равно, в какую сторону ему идти по чистому зелёному полю в собственному сне, он поблагодарил юношу и пошёл.

Когда все гости стали расходиться, император поманил Аврору к себе, и она подошла к нему: «Не хотите ли, сударыня, увидеть, что находится за той дверью?» — спросил он её радостным тоном, словно он и не слыхал злого пророчества от той старухи. Сначала Аврора и хотела было проявить вежливость и отказаться, но любопытство захлестнуло её, и она радостно согласилась на его предложение. Он посмотрел на жену и, получив её одобрение, повлёк Аврору к той самой двери.

Он открыл дверцу, и Аврора увидела за ней коридор с ещё одной дверью. Император жестом пригласил Аврору внутрь и та, конечно же проследовала туда — подойдя к следующей двери. Аврора заметила, что нет на ней ни замков, ни задвижек. Дверь представляла собой золотую решётку, сквозь которую была видна тропа в сад невиданной доселе ею красоты. Она потянула на себя дверь — НЕ ОТКРЫВАЕТСЯ! Аврора попыталась ещё несколько раз — но нет, словно невиданная сила держала эту дверь закрытой, а ей так хотелось выбраться из дворца и побродить между фонтанами, полными чистой воды, деревьями и ёлками, пышущими жизнью и красотой; цветочными клумбами, мерцающими всеми цветами радуги! Но она не могла сдвинуть с места эту проклятую дверь.

Она вернулась к императору и тот ей сказал: «вот и я не смог её открыть, а у моего отца получалось. Не хочешь погостить у нас немного? Я не стану закрывать замок. Если сможешь открыть её, то я буду тебе признателен, сударыня, и данной мне властью сделаю для тебя все, что ты захочешь».

«Ничего мне не надобно, я постараюсь пробраться туда — сказала Аврора вслух и подумала — почему же я не сильна как Супермен из американских фильмов? Я бы выломала её и все. А был бы мне нужен этот сад, будь я такой сильной? Ну почему я не могу её выломать! Если бы я была умной, как Архимед, я бы, наверно, сумела».

Император велел слугам подготовить для Авроры комнату и все необходимое, что ей надобно, а сам начал обдумывать себе, как себя и свою семью уберечь от предсказанного старой злой просвещённой несчастья. Аарон дал официальный указ на строительство особой башни с единственным входом. Дверь у этого входа в башню была особенная — она считывала эмоции входящего в неё и по указу императора на неё были установлены ограничения — любой, кто хоть самую малость его любил в сердце своём не мог туда войти. Там император планировал вести государственные дела, чтобы отгородить себя от любящих его и избежать от их руки смерти, согласно пророчеству старухи. К дочери императора была приставлена охрана и одна из старейших и мудрейших просвещённых — Адриана. В их обязанности входило защищать и оберегать принцессу все время, дабы предотвратить её смерть от руки небрежного. В случае неуспеха, хоть Адриане ничего и не грозило, охранников принцессы император велел казнить, чтобы быть уверенным в том, что в этом деле они небрежными не будут. Насчёт императрицы никто не волновался, покуда жив император и его дочь.

Иван все шёл и шёл по чистому зелёному полю, мучимый ожиданием исхода собственной участи. Он был словно в зелёной темнице в ожидании собственной смерти и в этот момент ничто более вопроса собственного выживания в реальности его не заботило. Он видел перед собой только зелёное поле и в своих мыслях нервничал и ужасно сквернословил, проклиная это место. Так и шёл он несколько часов, по его ощущениям времени, хотя сколько прошло с тех пор, как он начал свой путь он не знал. И тут он увидел человека впереди и инстинктивно ринулся к нему. К его удивлению человек махал ему рукой и что-то кричал, но что именно Иван не мог разобрать. Так Бекеле наконец-то нашёл Ивана в этом странном мире. Иван был удивлён и спросил:

— Неужели это ты, Бекеле? Я правильно понял, что это что-то вроде мира умирающих? Так что ты делаешь здесь?

— Я каждую ночь попадаю сюда, когда сплю, но то что это мир для умирающих я впервые слышу. Может ты и прав — ведь я попадать сюда во сне начал после того, как однажды чуть не утонул и пролежал без сознания четыре дня. Все возможно, — Бекеле был рад найти Ивана, так что не придал особого значения тому, что тот ему сказал.

— Помоги мне, Бекеле! Ты же проснёшься! Точно! Время ещё есть! — прокричал Иван, — ты моя последняя надежда!

— Что стряслось? Конечно я помогу, чем смогу, — недоумевающе ответил тот.

— Мне необходимо, чтобы ты пришёл ко мне в больницу и любыми средствами убедил поменять мне нейрохирурга! Если тот, которого мне назначили сделает мне операцию, я умру! Бекеле, я прошу тебя! Я встретил странного старика, и он сказал, что так оно и случится! — в глазах Ивана ясно читалось отчаяние и испуг.

Что мог сделать Бекеле? Он пообещал помочь и убедить врачей, но сам не был уверен в успехе — кто станет в чужой стране слушать его, когда речь идёт о жизни их соотечественника? На этой самой мысли Бекеле проснулся и посмотрел на часы — было шесть часов утра. Его ожидает количество нетрадиционных тостов с соседями.

В неизвестном мире тоже наступило утро. Аврора проснулась в шикарной спальне и, приведя себя в порядок, покинула свою комнату. Вчера было столько удивительный происшествий и новых впечатлений, что Аврора действительно начинала верить в то, что в мире нет вообще ничего невозможного.

Аврора посмотрела на открытую дверь за занавеской и решила, что пытаться открыть проход в сад смысла нет, потому пошла бродить по замку. Она шла по различным богатым коридорам, увешанным картинами, по пути любуясь ими, как увидела открытую дверь и вошла в неё — там она увидела посреди зала тот самый стеклянный стол, за которым сидели император, его семья и просвещённые. На столике лежал серебряный ноутбук. Аврора подошла ближе и похлопала себя по щекам, закрыла глаза, встряхнула голову и ещё раз посмотрела на столик — ноутбук никуда не делся. Она ожидала увидеть что угодно — ещё один ключ, волшебное зелье, золотые украшения, мечи, книги колдовства… Однако присутствие подобного в этом мире её удивило.

— Значит в этом месте есть и компьютерная техника! Удивительно! Но кто его тут оставил?! — сказала про себя Аврора.

К ноутбуку был приклеен стикер, а на стикере большими курсивными буквами было написано: «ВЗЛОМАЙ МНОЙ!»

Это, конечно, смешно выглядело, однако Аврора не знала, что это за ноутбук, а потому не торопилась даже прикасаться к нему.

— Прежде всего надо убедиться, что он не чей-нибудь, а иначе я все-равно что украду его, — сказала она.

Видите ли, Аврора была фанаткой всяких удивительных блогов и статей о том, как нормальные люди решаются пойти по кривой дороге и совершают преступления, и все это происходило с ними потому, что они наотрез отказывались слушать собственную совесть, которая всегда твердит людям о том, что хорошо, а что плохо: если политик выписывает себе премиальные по цене превышающие стоимость пентхауса в центре Москвы, в конце концов его не изберут на дальнейшую службу в госаппарате; если грабитель крадёт из карманов простых людей, рано или поздно его поймают за руку; если взять вещь, лежащую без присмотра, может объявиться её хозяин и наречь тебя вором. Последний зов совести Аврора слушала твёрдо.

Аврора осмотрела устройство и не нашла никаких пометок. Решение открыть его и посмотреть стоит ли хотя бы пароль взяло над ней верх, но ноутбук, будучи включенным выдал ей сообщение на русском языке: «Здравствуй, дорогой хакер! Я научу тебя нашему ремеслу. Сейчас происходит мой первый запуск — не выключай меня» — затем произошла стандартная загрузка системы, похожая на всем знакомый Windows, но вместо стандартной системы выскочило незнакомое Авроре диалоговое окно и одновременно с этим открылось нечто напоминающее дисковод современного компьютера. Вместо отверстия для диска там лежало нечто похожее на пару беспроводных наушников. Затем на экране высветилось окно с сообщением: «Для управления устройством наденьте нейропсихические сенсоры». Аврора немедленно воткнула в уши подобие беспроводных наушников и почувствовала связь с этим ноутбуком, словно он был её вторым телом. «Выбирайте команду» — вышло следующее сообщение, и Аврора почувствовала в своём сознании список возможных команд и функций. Так же она поняла, что этот ноутбук действительно предназначен для взлома сложнейших охранных систем, при чём, вероятно, он сработал бы и в нашем мире. Аврора выбрала запуск программы обучения и прослушала курс до конца, но уже у себя в комнате. Многие слуги видели у неё в руках этот ноутбук, и никто ни слова не сказал, ни возмущённым взглядом не одарил её. Она поняла, что этот ноутбук точно не принадлежит никому во дворце, да и если есть у него владелец, он явно не дорожил этим устройством, ровно, как и не использовал.

֎ ֎ ֎ ֎ ֎ ֎ ֎ ֎ ֎ ֎ ֎

֎ ֎ ֎ ֎ ֎ ֎ ֎ ֎ ֎

֎ ֎ ֎ ֎ ֎ ֎ ֎ ֎ ֎ ֎ ֎

— Это потрясающе! — воскликнула Аврора. — Я, должно быть, смогу использовать этот ноутбук, если мне попадутся электронные замки. Кстати, нужно ещё раз изучить ту дверь!

И не ошиблась: прибыв к зловредной двери она обнаружила, что сбоку едва заметно сияет подобие отверстия для пальца и, если присмотреться к проёму между дверью и дверной аркой, было заметно, что её удерживает мощным магнитом. Она уже вообразила, что теперь легко пройдёт сквозь эту дверь в чудесный сад, чему очень обрадовалась. Но сначала на всякий случай она проверила, нормально ли работает ноутбук, ей нужно было убедиться, что взлом замка пройдёт успешно. Вероятность неудачи избранного способа проникновения слегка тревожила её.

— Если я вдруг потерплю неудачу при попытке взлома системы, — сказала она про себя, — кто знает, что будет. Вдруг вылезет лазер, и я сгорю, как уголёк! Интересно, насколько я тогда почернею?

И она постаралась представить себе, как выглядит истлевший уголь после того, как он выгорел. Насколько ей помнилось, целым его она никогда не видала.

Подождав немного и убедившись, что лазера нигде не видно, она тотчас же решила приступить ко взлому магнитного замка, а точнее системы, генерирующей его функционирование. Бедняжка! Запустив устройство, она обнаружила, что необходимо ввести номер чипа, который должен располагаться чуть выше магнитного устройства и, начав его искать, поняла, что его кто-то исцарапал и теперь его не разобрать (он был выгравирован на замке). А ведь верхушки букв, которые она теперь прекрасно понимала, так как они были очень похожи на русские, она видела так чётко. Она попыталась методом исключения подобрать возможные варианты этих букв и цифр (римских), но их было так много. Устав от напрасных усилий, бедная Аврора села на пол и побледнела, а из глаз её пошли слёзы.

— Ну, довольно! — строго приказала она себе немного времени спустя. — Слезами делу не поможешь. Я просто должна перестать сию же минуту!

Она всегда мыслями была на правильном пути, а вот следовала им весьма нечасто. Порой же начинала ругать и оскорблять сама себя настолько беспощадно, что её глаза наполнялись слезами и возникало дикое желание себя ударить. А однажды она даже попыталась ударить себя по голове за то, что некачественно сработала в течение года, а в конце года бухгалтерский баланс и её отчеты движения денежных средств никак не желали сходиться. Аврора очень любила созданный ей образ жестокой и сильной девушки, из-за чего она и любила притворяться двумя разными девушками сразу — это помогало войти в нужный образ в нужное ей время.

«Но сейчас это при всём желании нереально! — подумала бедная Аврора. — Меня на себя настоящую-то кое-как хватает!»

Тут она увидела недалеко от двери на левой стене какие-то символы. Она присмотрелась к ним и решила попробовать ввести их, после на экране вышла надпись:

«ПРОЦЕДУРА ЗАПУЩЕНА!»

— Что ж, — сказала Аврора, — я так рада хотя бы этому. Если верить инструкции он должен сейчас подбирать возможные варианты нужной сигнальной комбинации электромагнитных импульсов, которые, если совпадут с закодированными в памяти чипа, открывают дверь, а если нет, то чип должно вывести из троя. В принципе, и замок сломается совсем. Мне бы только попасть в сад, а будет цела дверь или нет — все равно!

Она ещё немного понаблюдала за ходом процесса взлома и подумала: «Определил или нет? Определил или нет?»

Руку Аврора при этом держала на клавише ввода, словно пыталась подбодрить машину, почувствовать её состояние. Но, к величайшему её удивлению, не произошло ни то, ни другое. Конечно, так всегда и бывает, когда ждёшь окно загрузки программы, особенно, когда загружаемая программа или выполняемая машиной процедура для тебя очень важна, но Аврора не работала программистом или инженером, а потому не успела привыкнуть к тому, что и машины умеют издеваться; её эмоциональное напряжение из-за машины показалось ей скучным и глупым, в то время как программисту все показалось бы вполне обыденным. Она несколько раз нажала продолжить и вскоре комбинация была подобрана.

Глава 6

Антонина Родионовна взяла несколько дней отгула на работе по причине болезни дочери и уже в восемь утра была рядом с ней, а Ава поехала домой спать. «Так гадко, когда моя доченька болеет. Ужасно!» — подумала Антонина Родионовна в ожидании долгожданного момента, что её дочка вот-вот придёт в себя. Палата была одиночной, но бесплатной с соответствующими условиями, которые оставляли желать лучшего будущего российской медицине. «Что вот, ремонт не могут сделать в палатах?!» — возмущённо подумала женщина. Вдруг в коридоре послышался крик медсестры: «Вам же сказали покинуть учреждение!» и в ответ ей что-то бубнил какой-то мужчина. Антонине Родионовне стало любопытно и она открыла дверь палаты, прошла в тёмный коридор и… оказалась перед дверью собственной квартиры…

Антонина Родионовна почувствовала в своём сердце сильную тревогу и панику, а лицо её побледнело. Она точно стояла перед дверью собственной квартиры, но последнее, что она помнила — это то, что она выходила в дверь коридора из палаты Авроры. Женщина огляделась по сторонам — подъезд и лестничная клетка. Никакого намёка на дверь в палату дочери. Женщина почувствовала, что теряет чувство реальности и, хлопнув себя по щеке, осознала, что она без своей шубы. Она тепло одета, да, однако, как она вообще попала сюда, не выходя при этом на улицу в столь лютый мороз? Женщина решила взять другую верхнюю одежду в квартире и вернуться в больницу. Достав из кармана кардигана ключ от квартиры, она открыла дверь. Она обмерла — там были лишь бетонные стены без обоев, словно в тюрьме. Она зашла внутрь и заметила, что окон нет вообще, как и мебели, однако планировка та же. Она услышала глухой стук из гостиной — самой большой комнаты их дома, — словно кто-то бегал с нечеловеческой скоростью туда-сюда и врезался в стены. Женщина хотела было валить куда подальше, но не тут-то было. Дверь позади неё исчезла. Лишь бетонная стена была перед ней…

Ава проснулась в 10:00. Дома не было ни души. По обыкновению, сонная девушка почистила зубы, привела себя в порядок, позавтракала и села за работу. На этот раз она разрабатывала 3D шоу про нефтяные месторождения России для крупной нефтедобывающей компании. Естественно, учитывая то, что недавно произошло с её сестрой, ей было очень сложно работать сосредоточенно и соответственно, так как она тратила больше времени на свою работу, чем обычно. Внезапно Аве послышалось, что по гостиной кто-то бегает. «Показалось» — подумала Ава и продолжила работать, не обращая внимание больше ни на что…

Что может быть страшнее, чем минимальный размер оплаты труда по российскому законодательству? Это конечно, безусловно страшно, полноценно работать, а получать заработную плату, которой хватает только на коммунальные услуги, минеральную воду и хлеб с майонезом. Но все-таки посмотреть в окно и увидеть там полную черноту без следов чего-либо вообще гораздо страшнее. Так Ава с открытым ртом и посмотрела случайно в окно, подумав, не отключить ли ей лампу в комнате. В гостиной звуки бега по комнате туда-сюда только усиливались и усиливались и, когда даже по частоте топота стало ясно, что скорость бега этого нечеловеческая, Аву затрясло и ей захотелось запереть дверь, но вот незадача — в России у нас в комнатах не принято делать замки внутри квартиры. Нет слов о том как Ава жалела об этом, когда почувствовала, что из гостиной это что-то бежит к ней…

Бекеле приехал в больницу весь вспотевший и попросил аудиенции лечащего врача Ивана. Естественно, ему отказали. Бекеле не сдался, он вспомнил, что когда он приезжал к Ивану около 12:30, врач был на оперативке, а это значит, что он может его застать прямо там! Приняв решение, он промелькнул мимо зловредной медсестры прямо к палате Ивана…

Почти подойдя к палате Ивана, Бекеле даже не успел зайти внутрь, как его окликнула медсестра:

— Вы кто?

Бекеле явно почувствовав исходящее от неё недоброе намерение ответил:

— Мне нужно встретится с вашим главврачом. Он лечит Шумахера Ивана Андреевича и должен сделать ему в скором времени операцию.

— А вы ему кто? Очевидно, что вы другой национальности, а значит не являетесь ему родственником и по вопросам его лечения обсуждение с вами смысла не имеет. Немедленно покиньте учреждение.

Внезапно Бекеле увидел мужчину, покидающего процедурный кабинет и по внешнему виду, понял, что это, возможно тот, кого он ищет и, в попытке помочь Ивану хоть чем-нибудь, он проигнорировал медсестру и бросился к мужчине. Та крикнула ему вслед:

— Вам туда нельзя! Вам же сказали покинуть учреждение!

Пробегая мимо палаты, в которой лежала Аврора, Бекеле ответил спокойным тоном и негромким голосом:

— Мне срочно нужно с ним обсудить этот вопрос!

И пробежав две палаты, минуя палату Авроры, Бекеле и спешащая за ним следом медсестра остановились. Между ними сама по себе распахнулась дверь палаты Авроры, внутри которой не было никого…

Бекеле воспользовался моментом и схватил мужчину в белом халате за руку, сказав:

— Простите меня, мне очень срочно нужно с вами поговорить!

Врач, увидев серьёзное намерение и страх в глазах эфиопа решил послушать, что тот скажет:

— Я вас слушаю.

— Шумахер Иван Андреевич, который лежит в 16 палате. Вы ему делаете операцию завтра?

— Да, я. А вы кто ему, простите?

— Я его квартиросъемщик. Зовут меня Бекеле, я из Эфиопии. Я очень прошу вас, откажитесь от него. Не делайте ему операцию. Я вас умоляю.

Врач удивился и одновременно с этим возмутился:

— Это почему?

— Мне известно, что вы потерпите неудачу и он умрёт от вашей руки.

— А вы, сударь, ещё и хамить умудряетесь? Понаехали, значит — врач оскорбился — я такие операции делаю по несколько раз в квартал и никто не умирает, а ваш товарищ, значит, особенный и умрёт. А точнее, я его убью. Сударь, вам медсестра даст валерьянки, посидите, успокойтесь и покиньте учреждение.

Врач обратился к медсестре, стоявшей прямо за Бекеле:

— Дай ему валерьянки и проводи к выходу из отделения. А ещё лучше проследи, чтобы он не заблудился.

Бекеле с этого момента понял, что это полный провал. Он ничем не смог помочь…

Иван надеялся на Бекеле и, так и бредя по зелёному полю, даже немного воспарил душой. Он не слишком удивился, встретив юношу в спортивной одежде по дороге — тут и не такое бывает. Он это чётко понял для себя. Внезапно на его пути появился мужчина с очень типичными, но немного женственными чертами лица и, несмотря на то, что он очевидно был не старше 32 лет, его волосы были платинового цвета, а глаза голубые. Одет он был тоже странно — черные кожаные брюки, с которых свисала зачем-то серебряная цепь, длинный кожаный пиджак, суженный в области талии и белая рубашка. На руке часы в серебристой оправе. Иван, приблизившись к нему вздрогнул, потому что от него веяло чем-то странным, вызывающим глубокое чувство непонятного страха. Так как Иван не знал, чего тут и от кого ждать, он уже было подумал послушать свою интуицию, кричащую ему: «Беги, дебил!», но мужчина заговорил с ним первым:

— Ну вот и пришёл — с холодным выражением лица и загадочной улыбкой произнёс он — чего радостный такой?

— Я скоро смогу очнуться. Вот я и рад, — ответил Иван дрожащим по непонятной ему причине голосом. Он невольно подумал: «Да кто это такой?!»

— Рановато тебе умирать. Жить хочешь? Твой товарищ не смог тебе помочь. Я твоя последняя надежда и ты нашел меня, радуйся, смертный, — неизменно спокойным и холодным тоном, не содержащим в себе вообще никаких эмоций, произнёс мужчина.

Иван опешил — он надеялся на Бекеле, а потому, услышав слова мужчины, пребывал в замешательстве.

— Почему он не смог?

— Ну ты сам посуди. Приходит в больницу к тебе эфиоп и просит врача тебе операцию не делать. Ты сам бы на месте врача как поступил? — сказав это, мужчина посмотрел на Бекеле, как на очень недалёкого собеседника и с таким же высокомерным видом продолжил.

— Не переживай. Я тебе помогу — просто так. Просто так надо и не задавай мне вопросов глупых. Просто следуй за мной. Потеряешься и считай, что ты труп, — сказав это, мужчина повернулся и пошёл вперёд.

Иван подумал и пошёл за ним за неимением другого выбора. Мужчина шёл впереди Ивана статной походкой, напоминавшей про существование класса аристократии, но при этом плавно и грациозно переступая с ноги на ногу. Иван же молча брёл за ним, по-прежнему чувствуя необъяснимый страх.

Через какое-то время они пришли к зданию полностью сделанного из металла, навивавшего Ивану ощущение, что он попал в будущее. Перед входом в здание простирался металлический сад, по периметру которого цветы заменяли различные механические устройства и техника неизвестного назначения, а по бокам от входа были установлены две огромные нефтяные вышки. Все было чистым и сияло металлическим блеском. Как только Иван прошёл за мужчиной по металлической дороге, и они вместе уже стояли у входа, двери сами отворились им, раздвинувшись в разные стороны и Иван понял, что они автоматические с подобием встроенных тепловых сенсоров, но тут его размышления прервал холодный голос его проводника:

— Ты неверно думаешь, что это другая технология. Даже близко не то, — сказав это, мужчина гордо проследовал внутрь, приглашая Ивана за собой.

Иван вошёл в помещение, которое было целиком обделанное хромированным металлом. Пройдя коридор с множеством металлических дверей, он остановился перед той, что в самом конце коридора. Голубоглазый бледный мужчина спокойно постоял перед ней, и она сама распахнулась:

— Входи.

Иван проследовал его приглашению прошёл внутрь. Мужчина вошёл следом за ним и дверь за ними затворилась. В центре комнаты стояла огромная металлическая конструкция шарообразной формы из черного металла, а рядом с ней что-то наподобие металлического контейнера цилиндрической формы, расположенного по отношению к полу помещения вертикально. Мужчина указал рукой на металлический контейнер и сказал Ивану:

— Залезай туда.

Иван не мог не спросить:

— Зачем?

Мужчина холодно ему сказал:

— Я просил не задавать мне глупых вопросов. Ну ладно, ты сам не догадаешься. Это устройство для межпространственных скачков и его главное предназначение — переместить тело и душу пользователя в определённую, либо же случайную точку пространства и времени. Если бы ты был сейчас в своём теле, я бы смог отправить тебя в любую точку нужного тебе измерения, времени и пространства, которая нужна тебе, но ты же валяешься без сознания там — поэтому тут будет иметь место консолидация тебя, как объекта, то есть целью будет слияние твоего тела и души из определённых точек пространства и времени в совершенно случайной. То есть, я не могу тебе сказать где, когда и в каком измерении в принципе ты окажешься в данном случае, но то, что ты останешься в живых я обещаю тебе точно, а твоё тело просто исчезнет из больницы, в которой оно сейчас и находится. Ты понимаешь?

— Да, — сказав это Иван проследовал в контейнер, который автоматически открылся перед ним и точно так же закрыл его изнутри.

Минут через пять мужчина с платиновыми волосами закончил настройку устройства. Процесс был запущен и контейнер загудел. Металлическая шарообразная конструкция начала вращаться. Иван начал медленно исчезать, но страха он больше не чувствовал, потому что находиться рядом с тем мужчиной ему было страшнее. Мужчина прокричал ему вслед:

— Мы ещё встретимся. Не забывай меня. Знакомство со мной очень полезно.

На этой ноте Иван закрыл глаза и открыв, обнаружил, что стоит неподалёку от какой-то деревеньки за которой виднеется неизвестный ему большой дворец, однако не слишком роскошный по его мнению. Только он собирался сделать шаг, как у него закружилась голова и он увидел, что его рука обмотана, а сам он в одних брюках. Он осознал, что мужчина не соврал ему и его тело соединилось с душой в случайной точке пространства и времени случайного измерения, но все болело, особенно голова. Иван сделал пару шагов и потерял сознание, рухнув на землю.

В это же самое время император Аарон Шпиллер III со своей женой и дочерью отправлялся в загородный дворец, расположенный в загородном доме. С момента событий, происходящих с Авророй, прошло уже 15 или 16 лет. Они подъезжали к деревне, как увидели полуголого Ивана, рядом с дорогой, лежащего перебинтованным с окровавленной повязкой на голове.

Императрица вышла из кареты и, осмотрев Ивана, обратилась к мужу:

— Он при смерти — что с ним могло случиться?

— Добрые дела делать мне не впервой, — сказал император и обратился к охране, — занесите его к нам в карету, а я поеду рядом с кучером.

Охранники выполнили приказ, а император, не забывший пророчество старухи и опасавшийся любящих его по сей день, сел рядом с кучером на облучок, зная, что тот его терпеть не может. Он потому его и назначил везти экипаж. Никто за эти годы не забыл злых слов почтеннейшей. Карета поехала дальше.

Когда императорская семья прибыла на место, Ивана передали лекарям, чтобы те позаботились о его травмах, используя регулирующее внутренние ткани излечение (РВТИ) — последнее слово медицины этого мира. Эта технология была похожа на звуковые вибрации сверхвысокой частоты, которая заставляла клетки живых существ возобновляться быстрее, тем самым любые раны заживали, разорванные сосуды приходили в норму, а гематомы естественным путём рассасывались без летального исхода. Эта терапия использовалась практически для любых болезней и ранений, а рака в этом измерении у людей не было вообще. Если же болезнь была вирусного происхождения и представляла для организма сильную опасность — тогда уже обращались за помощью к просвещённым, обладавшим даром исцеления практически любой болезни.

Юная Амира Шпиллер так же прибыла в замок с семьёй. Император, убедившись, что об Иване позаботятся, решил прогуляться по провинции, так как он за годы уединения в башне замка пробыл в изоляции от любящих и уважающих его людей и очень истосковался по своему народу. Он подумал, что в этой тихой провинции люди не очень его знают, а значит и не любят. Он спокойно может прогуляться. Император дал охранникам указание позаботиться о безопасности дочери и покинул замок, следуя в ближайшую деревню, что находилась неподалёку от семейного замка.

Амира Шпиллер была в восторге от замка, но не было слов как сильно ей надоели охранники, следовавшие за ней везде и всюду почти с самого рождения. Говорить с ними было бесполезно — они очень боялись казни в случае несчастья с ней и не поддавались ни на какие уговоры. Амира решила тихонько от них улизнуть, отпросившись в туалет. За ней они не пошли и оттуда она вылезла уже через окно. Затем, обойдя замок, она зашла внутрь с другой стороны и решила его исследовать. Амира никогда не была здесь прежде. Родители в течение 15–16 лет никуда не выезжали в страхе перед проклятьем и она была словно в тюрьме, так что её радость текущему моменту свободы и одиночества словами описать невозможно — это поймут только люди, побывавшие в реальном заточении где-либо, а если вам не понять — радуйтесь. Слово «Горько» почти всегда начало напастей, так как охранники в отсутствие Амиры с ними пили за здоровье невест сыновей.

Амира бегала из комнаты в комнату, периодически встречая на пути недоумевающих слуг, но в страхе, что её поймают, она продолжала бежать до тех пор, пока не добралась до вершины одной из башен дворца, которых было всего три в этом крыле. Там она увидела мальчика лет двенадцати. Пусть он не был её ровесником, но ей стало интересно кто он. Амира с ним познакомилась. Его звали Авраам, а фамилии у него не было, потому что у него не было родителей. Бросили они его и безвестно скончались. Амира поняла, что ему нелегко живется и спросила:

— А чем ты у нас занимаешься?

Мальчик спокойно ответил:

— Я ткач и технолог. Видела у охраны одежду? Я её сам тку, шью, потом мастерю энергетические чипы, к которым мне просвещённые сюда приносят энергетические кристаллы. Чипы распределяют энергию этих кристаллов по материи ткани и выпускают её, если нажать на кнопку. А вот как просвещённые их делают я не знаю, но Алла обещала, что, когда я сделаю чип, способный усиливать энергию кристаллов хотя бы десятикратно, то она меня научит. Пока что я сделал лишь чип, обеспечивающий семикратное усиление распределяемой энергии. Мне ещё расти и расти.

Амира поразилась. Такой маленький мальчик, а сколько уже в таком возрасте умеет. Даже самые великие мастера таких чипов были способны сделать лишь чип на пятикратное увеличение энергии кристалла и их по пальцам можно было пересчитать. Перед ней сидит гений, способный их всех превзойти! Девушка с восхищением попросила его:

— А сделай мне такой плащ! Как у просвещённых!

Мальчик отказал. Тогда Амира ему сказала:

— Я тоже талантлива и способна на всё! Я хочу плащ или пиджак с таким чипом и кристаллами! Если ты не хочешь сделать сам — ты покажи мне как. Я уверенна у меня тоже выйдет неплохо.

— Ну, — пораздумал мальчик, — хорошо, я возьму коротенький пиджак и встрою в него два кристалла и двукратно усиливающий его чип, на нём ты сможешь начать учиться. Подожди меня здесь, я принесу.

Он ушёл за пиджаком и Амира начала рассматривать тот плащ, над которым он работал все время их беседы. Она поразилась — это действительно семикратно усиливающий чип! А сколько энергетических кристаллов встроено в сам плащ! Какие утончённые проводниковые энергетические узлы обеспечивают проход энергии от чипа к кристаллу и обратно, представляют собой сияющие синими молниями узоры на ткани, какие Аврора и видела в самом начале у охранников, охранявших замок императора ближе к столице! Амира не удержалась и примерила плащ — он словно на неё и был сшит. Она покрутилась по комнате весело что-то напевая, но тут вернулся Авраам и возмутился.

— Зачем ты его надела? Он не для тебя и не закончен ещё! К тому же он слишком мощный — не вздумай запускать. Я его не закончил ещё, он не сбалансирован.

— Да ладно, мощный! — девушка с горящими страстным блеском глазами нажала кнопку на рукаве плаща…

Её громадным потоком энергии выкинуло прямо головой в противоположную стену помещения, которая вместо того, чтобы течь по узлам плаща, что не были закончены, выплеснулась прямо в сторону Авраама и сшибла его с ног, ударив в стену. Плащ был не дезактивирован, а Амира потеряла сознание. Так её тело и метало по всей комнате: от стены к потолку и от потолка к полу, а после обратно к стене…

Авраам побежал звать помощь и минут через двадцать Алла, которая несла туда кристаллы рванула быстрее пули на вершину башни и остановила несчастную, поймав в воздухе и дезактивировав плащ. Авраама трясло, а Алла разрыдалась. Девушка была жива, но все конечности, шея и позвоночник у неё были сломаны, а по ранам на голове и стекавшей со лба крови было очевидно, что в головном мозге серьёзное кровоизлияние. В панике Алла и Авраам на руках понесли несчастную вниз, лишь бы быстрее найти лекарей, которые были на первом этаже каждой башни… Император позаботился обо всем, только бы его семья выжила. Никто не мог даже предположить, что принцесса окажется при смерти по столь глупой причине — даже она сама…

Ещё до того, как принцесса успела получить травму, император без охраны в простой одежде гулял по деревеньке, наблюдая за жизнью местных жителей. Как раз шёл какой-то фестиваль. В этот день все жители собирались в центре деревни, где стоял его памятник и отдавали по одному слову чести и уважения в сторону своего правителя. Это был особый праздник местного характера о котором он не знал, но весьма был заинтригован настолько, что страх перед пророчеством старухи как рукой сняло. Он смешался с толпой и начал слушать, что о нём говорят люди. Первым вышел старик и сказал:

— Я первым выскажу слова чести и уважения в сторону нашего правителя. Я слышал, что он со своей семьёй посетил нас и очень рад этому. Мой доход самый малый и живёт моя семья очень бедно. Я благодарен ему, что он пытается сделать нашу жизнь лучше и мне жаль, что он заточил себя и боится нас. А мы так его любим.

Второй вышла пожилая женщина и сказала:

— Пока наш император был со своим народом как хорошо мы все жили. Я так хочу рассеивание проклятья на его семье и чтобы он перестал бояться собственный народ. Моя дочь умерла от перелома шеи, когда несла дрова и споткнулась, потому что мне не хватило денег попросить лекарей помочь ей. А если бы императора не прокляли, то он бы, как и, раньше следил за провинциями и простым народом. Я знаю это, и я верю в это.

Далее выходили простые люди и приверженцы класса неквалифицированного труда — без высшего образования. У всех были похожие истории трагического направления. У каждого своя. Каждый в конце выражал свои надежды на то, что проклятье с императорской семьи будет снято. Тут кто-то, не признав императора в простой одежде, вытолкнул его произносить слова уважения и чести. Аарон посмотрел на собственную статую и ощутил себя полным ничтожеством и подонком. Он понял, что лучше бы без страха смерти он защищал тех, кто его так любит, а не бросал их судьбы на самотёк. Гнев на самого себя завладел им, и он поднял камень с земли, швырнув его прямо в лоб собственной статуи. Все жители деревни посмотрели на него в недоумении, а он без страха произнёс со слезами на глазах:

— Да, Ваш император трус из трусов! Вы страдаете, умираете от голода и болезней! Не жалуетесь, не бунтуете, не держите на этого подонка злобы. А что он для вас сделал? Он просто спрятался в башне от тех, кто так его любит — НИЧТОЖЕСТВО! Я искренне желаю ему смерти!

В этот момент, разгневанная толпа налетела на него… Все стремились покарать еретика, пошедшего против их любимого правителя, благословлённого просвещёнными и самим Богом. Кто-то просто бил его, кто-то топтал ногами, кто-то отрывал от него в гневе куски мяса, кто-то выворачивал ему шею, а кто-то бил по голове и выворачивал конечности. Когда гнев монстра с сотней голов утих, толпа разошлась, оставив на асфальте рядом с памятником гнить отделённые друг от друга кости и ошмётки человеческого мяса, которые и были когда-то Аароном Шпиллером III…

Амиру поместили в РВТИ, а лекари корректировали положение её тела, состояние и процесс заживления ран, костей. Рядом были просвещённые Салеста и Лайсель, которые применяли на ней свои способности к исцелению, чтобы вылечить её головной и спинной мозг. Охранников принцессы трясло, а Авраам вообще плакал, не зная, что с ним за это сделает император, когда вернётся. Алла успокаивала его, обещая, что не допустит худого в его отношении. Императрица посмотрела на свою дочь и, подумав о чём-то, отправилась в свои покои ничего никому не сказав. Да и не до неё сейчас всем было!

Иван пришёл в себя, будучи под наблюдением одного из лекарей. Он обнаружил, что лежит в каком-то контейнере и что его рука зажила, а голова больше не кружится. Лекарь увидел это и обрадовался про себя: «Ну хоть кто-то сегодня не умер, а напротив, ожил. Слава небесам!».

Глава 7

Не будем забывать о главной героине нашей истории. Вернёмся на 15–16 лет назад в этом же мире.

— Все страньше и страньше! — вскрикнула Аврора. Она была в таком восторге, что и забыла, как нужно это слово правильно произносить. — Теперь комбинация подобрана и, если мне лазер в случае неуспеха по ногам выстрелит, то будет очень худо. Прощайте ноги!

В эту минуту она как раз нажала на клавишу запуска ввода выбранной комбинации в систему, записанную на чипе, чтобы фальсифицировать процесс сканирования сенсором отпечатка пальца пользователя. В тоже время из стены действительно вышло лазерное устройство. Ещё мгновение — и она узнает подошло или нет.

— Бедные мои ножки! А если лазером попадёт мне в голову? Как я буду жить без головы? Лучше уж без ног, без головы то я не смогу не понимать, не видеть в каком направлении иду, а с выжженными ногами я смогу доползти на руках… Придётся мне научиться обходиться без ног.

Тут она призадумалась.

— Все-таки надо быть с ногами поласковее, — сказала она про себя, — а то ещё так и случиться на самом деле, как я фантазирую. Ну ладно! Каждый новый год буду покупать новые боты без каблука, чтобы они не мучились больше.

И она принялась строить планы.

«Может попытаться уйти от лазера подальше? Так я спасу свои ноги, но он поворачивается в мою сторону постоянно, — думала она, — вот будет смешно! Ноги сделают сальто и я, как Нео из «Матрицы», выйду с целыми ногами! Ой, а тогда голове придётся прощальное письмо отправлять!

На место остатков головы.

(Расплескавшиеся на стене мозги не в счет).

Госпоже.

Остаткам бывшей головы.

— С наилучшими пожеланиями от Авроры.

Да что за бред я несу!»

В этот момент она попятилась от нацеленного на неё лазера к стене коридора и ударилась затылком о стену: ведь ей действительно стало немного страшно. Раздался щелчок и магнитный замок перестал работать — комбинация подошла.

Бедная Аврора! Только она хотела подойти ближе к двери и лазер выстрелил прямо перед ней. Она едва успела отступить назад. Разве она могла теперь пройти к двери? Ей удалось лишь посмотреть сквозь решётку на сад мельком, но прилично отойдя назад. Надежды на то, чтобы пройти к двери, не было никакой. Она уселась на пол на корточки, и снова начала тихо плакать. Она не знала где она. Она не знала, что произошло. Место, в котором она видела для себя какую-то сумрачную надежду было для неё недосягаемо. С самого момента этой идиотской аварии Аврора жутко устала от всего этого. Ей так хотелось вновь привычной обыденности.

— Стыдись, — сказала себе Аврора немного спустя, — такая взрослая девушка (тут она, безусловно, была права) и плачешь! Сейчас же прекрати это! Слышишь?

Но слёзы лились ручьями. По необъяснимой для неё причине воздух в помещении сильно увлажнился и ей стало душно, словно она не в коридоре между двумя дверями, а в тропическом лесу. Влажный воздух достиг лазерный излучатель.

Немного времени спустя раздался небольшой взрыв. Аврора торопливо вытерла глаза и стала ждать. Дверь калитки открылась и оттуда вышел Иван. Он был одет в похожий на одежду охранников костюм, но узоры, переливающиеся электрическими бликами, были расположены на его костюме реже, а в правой его руке большой веер. Он посмотрел на Аврору и тихо пробормотал про себя:

— Ах, боже мой, что мне мерещится! Она, то есть, находится здесь, но если учесть время и я все правильно посчитал с момента той аварии прошло 16 лет, а ей все 24?! Да я просто в яростном сумасшествии, наверняка так! И сказал Авроре вслух.

— Тебе не кажется, что ты немного опоздала?!

Аврора была в таком отчаянии, что готова была обратиться за помощью к кому угодно. Когда Иван поравнялся с нею, она робко прошептала:

— Прости меня…

Иван резко развернулся, бросил веер и пиджак на пол, метнулся обратно через дверь и тут же исчез в темноте прекрасного сада. Видимо, была ночь.

Аврора подняла веер и пиджак. В коридоре было жарко и она стала обмахиваться веером.

— Нет, вы только подумайте! — говорила она, — какой сегодня день странный! А вчера все шло как обычно, если сравнить с этим днём. Может это я изменилась за ночь? Дайте-ка вспомнить: сегодня утром, когда я встала, я была в одежде, будто в больнице, хотя ложилась спать в сорочке. Я это была или не я!? Кажется, уже не совсем я! Но, если это так, то кто же я в таком случае? Все так запутанно…

Аврора принялась перебирать всех своих знакомых девушек, что с ней одного возраста. Вдруг она стала одной из них?

— Во всяком случае, я не Анжела! — сказала она решительно, — у неё щёки более выпуклые и волосы кудрявые, а у меня нет! И уж, конечно, не Анна! Я столько всего знаю, а она совсем ничего. И вообще, она это она, а я это я. Как все непонятно! А ну-ка, проверю, помню ли я то, что я знала или же нет. Значит, так: график спроса и предложения помогает анализировать экономические процессы рынка труда и для этого необходимо показать на нём заработную плату, занятость рабочих и безработицу для анализа — это помогает наглядно увидеть его состояние и проанализировать в дальнейшем уже платежеспособность населения и выяснить степень прочности рынка… Так я до налоговой нагрузки никогда не дойду! Ну ладно, анализ рынка труда это не важно. Попробую глубже прояснить. Если показать сумму заработной платы, которая выплачивается неквалифицированным рабочим, то мы увидим насколько высок или низок уровень жизни населения данного региона… Аврора принялась чертить график в уме… Нет, все не так, все неверно. Должно быть, я превратилась в Анну… Попробую предположить последствия предложения министром труда увеличения минимального размера оплаты труда…

Она сложила руки на коленях, словно была на экзамене, и начала. Но голос её звучал как-то странно, будто кто-то другой хрипло произносил за неё совсем другие слова:

Вот министр предложил повысить зарплату людям,

Которые не угодны всем политикам и судьям,

Любящим себя до предела,

Вот так вот, такое-вот дело.

И безразличны бедных людей им терзания

В результате их крайнего незнания.

Ведь судьям нужны только деньги,

Чтоб жёнам купить дорогущие серьги.

Да и эти судьи министра осудят,

За то, что хотел бы повысить зарплату он людям.

А потому министр, трезвея,

Вышел на улицу, запускать воздушного змея…

— Почему вместо того, чтобы рассуждать, я сочинила стих? Да и смысл совсем не тот, — сказала бедная Аврора, и глаза её снова наполнились слезами, — значит, я все-таки Анна! Придётся мне теперь менять работу. И денег теперь у меня совсем не будет. Зато пахать продавщицей в супермаркете мне придётся в поте лица. Ну что ж, я приняла решение: раз я Анна, останусь здесь навсегда. Пусть попробуют вернуть меня отсюда назад силой! Прыгнут за мной, и, если не разобьются, найдут меня и скажут мне: «Идём, лапушка, с нами!» А я на них лишь брошу взгляд и отвечу им: «Сначала ответьте мне, кем вы меня в данный момент видите! Если меня устроит ваш ответ, то я пойду с вами, а если нет, то останусь здесь, пока не обернусь каким-нибудь другим человеком!»

Тут у неё из глаз пошли слёзы.

— Почему я вообще здесь? Где здесь вообще выход? Как же мне здесь надоело! Хоть тут и есть люди, я не знаю их, я тут совсем одна!

С этими словами Аврора опустила голову вниз и, к собственному удивлению, вспомнила, что пока говорила, надела на себя пиджак Ивана.

«Точно, наверное, у меня получится, — подумала она, — видно он увеличит мою скорость движения и я смогу промчаться мимо вышедшего из троя лазера. Так же он послужит мне защитой от опасностей, если они будут».

Аврора глубоко вздохнула и пробежала мимо лазера, нажав кнопку на рукаве пиджака. Судя по всему, её скорость стала колоссальной и она бы могла продолжать ускоряться, но расстояние между местом, где она стояла и дверью в сад было слишком маленьким. Затем Аврора опомнилась: «Какого я там вообще несла стояла?». Вскоре она поняла, что виной тому веер, который она держала в руках, и тут же швырнула его на пол. И хорошо сделала, а то могла бы и вовсе потерять себя.

Ава судорожно забилась в угол за диваном и перебирала в голове различные мысли. Её трясло, а топот по квартире становился все более жутким, все более настойчивым. Сначала её сестра попала в аварию, потому лежала без сознания в больнице с какой-то хренью. В больнице Ава всю ночь была рядом с ней и слышала странные звуки в коридоре, но от сестры не отходила даже в туалет. Она переживала за неё. А что теперь? Теперь она в своей комнате в полной кромешной темноте, а за окном должен быть день, но она вообще не поняла, что там увидела, а по квартире ходит непонятно что или кто! Кто это? Что это? Она одно понимала точно — выпрыгивать в окно определённо не вариант. Ава спряталась за диваном, однако, если оно её тут отыщет, то ей конец, потому что она в неудобном положении там сидит и сбежать оттуда от твари не сможет. Тут дверь комнаты распахнулась со стуком об стену и что-то стало ходить по комнате: «Топ-топ… Прыг-Стук… Топ-топ… Шмяк…». Словно оно начало биться о стену комнаты. Ава зажала рот и не дышала, хоть сердце бешено билось, а организму был необходим кислород. «Плюх» — упало что-то мягкое на пол и «шурх-шурх» — начало ползать по нему. Ава тихо заплакала, но не смела ни всхлипнуть, ни пикнуть, ни шмыгнуть, так как понимала, что это может стать последним, что она сделает в своей жизни. Немного постояв на одном месте, не издавая не звука, хитрое нечто выжидало, будет ли движение, но Аву от страха парализовало. Она и двинуться не посмела. Существо пошло искать по квартире дальше, а девушка так и сидела за диваном, жадно глотая воздух, но как можно тише. У Авы не было смелости выйти из укрытия в подобной ситуации вообще. Если она и выйдет, то за окном чёрная пустота. Куда ей бежать?! А время все шло…

Антонина Родионовна начала задыхаться, увидев отсутствие выхода перед собой. Как в помещении без окон? Темно, наверное? Наверное, Фреди Крюгера во сне предпочтительней встретить, чем оказаться с чем-то бьющимся о стены и бегающим туда-сюда в бетонной абсолютно закрытой коробке. Как мечтала до этого момента Антонина Родионовна дожить до восстановления экономической ситуации в России, когда размер минимальной заработной платы в нашей стране будет выше уровня равновесной заработной платы по рынку и люди будут жить в достатке. Как она мечтала о счастье своих детей и таком будущем, но сейчас все это угасло и единственное, чего ей хотелось — это появление двери в этой проклятой стене. Внезапно нечто в гостиной остановилось, а глухие удары о стены прекратились, словно оно исчезло. Антонина Родионовна начала громко дышать. «топ»……..«Топ»………«Топ»… Это побрело в её направлении, прямо на звук её дыхания. Женщина упала на пол, прижавшись спиной к стене, и замахала руками, крича, уливаясь слезами и ожидая скорой своей смерти: «Ааааааааа! Что я такого сделала! Ну что я такого сделала! ААааааа!» Женщина подняла голову и едва-едва, но разглядела очертания этого, так как оно было чернее темноты в закрытой бетонной коробке без окон. Это был женский силуэт, весь обгорелый, с длинными чёрными волосами, без лица — не было даже намёка ни на нос, ни на глаза, словно это изначально без него и было, а с тела свисали куски слезающей кожи и мяса — тоже черные. И когда оно шло, оно подавалось то влево, то вправо торсом, словно собираясь свернуть, но нет — оно… шло… именно… к ней! Словно пытаясь отгородиться от этого невидимой стеной, женщина махала руками, пытаясь молиться Богу, пыталась и кричать, разворачивалась к стене и скребла её ногтями — но все это было тщетно. Тварь почти подошла к ней. Когда тварь уже была от неё на расстоянии ещё двух шагов Антонина Родионовна всей душой, связками, сердцем, горлом и, наверное, всем чем обладает человек вообще, всем своим существом заверещала: «Господи помоги! Господииии! АААААА!». Тварь сделала к ней шаг и оставалось ей сделать ещё один. В эту же секунду возник перед ней кудрявый мужчина в лохмотьях, который светился, словно солнце. Она видела только его спину и длинные кудрявые волосы чуть ниже плеч. Мужчина начертил перед тварью в воздухе крест и все что окружало Антонину Родионовну стало исчезать. Она в этот момент морально умерла уже и потому могла только всхлипывать, ничего не понимая от страха. Так и очнулась она, сидя в коридоре своей пустой квартиры, где осталась только она, прислонившись спиной к входной двери. Квартира была уже с окнами, мебелью и всеми удобствами. Женщина пощупала дверь за собой и от счастья опять зарыдала, мысленно говоря Спасителю «огромное спасибо» от всей своей души и сути. А растение в большой комнате к тому моменту полностью пожелтело и завяло…

Глава 8

Покинув больницу, Бекеле отправился на автобусную остановку. По пути к нему подошла толпа из шести хачиков, двоих из которых он узнал — те самые, что отбирали у него сумку. Бекеле остановился и посмотрел на них. Те поманили его за собой. Бекеле решил пойти и послушать, что они ему скажут, так как был уверен, что постоять за себя он сможет. Они вместе шли две улицы, пока не достигли типичной забегаловки с табличкой «Бар». Все зашли. Заняв большой стол в заведении, хачики заказали себе выпить. Бекеле тоже заказал пиво — слишком переживал за Ивана и плевать ему было, что они его могут побить. Немного пообщавшись, они познакомились. Первого, который по-видимому в этой компании был первым лицом, звали Абиг и ещё трое из них: Авет, Аветик и Аветис — их звали практически одинаково, так как все три имени на армянском языке означают благосвет или священное знание. Ещё двое отбирали как раз у него сумку — Агаси и Азат. Все они приехали в Россию вместе и крепко держались друг за дружку в чужой стране, что только укрепляло их дружбу. Абиг держал небольшую закусочную с армянскими блюдами, Авет, Аветик и Аветис работали на стройке, а Агаси и Азат промышляли чем могли, потому что с работой им не везло, вот и докатились уже до уличного воровства. Суть их предложения, что было адресовано Бекеле, заключалась в открытии с ними совместного дела — организация проката животных с Кавказа и Эфиопии. Однако, Бекеле им, естественно, не доверял.

— Ты не хочешь с нами организовать подобное? Я думаю с животными твоей страны у нас в этом случае проблем не возникнет и ты будешь получать неплохую долю прибыли с этого — сказал Абиг.

— Нет, — наотрез отказался расстроенный проблемами Ивана Бекеле.

— Почему? Мы действительно извиняемся всей нашей семьёй за тот инцидент, прошу тебя, подумай, — начал было убеждать его Абиг.

— Поймите, дело не в этом. Мой друг умирает в больнице, — Бекеле рассказал армянам о случившемся с Иваном.

— Хирург, который будет делать ему операцию по удалению гематомы очень неумел. Я уверен — этот врач его угробит, однако он настойчиво хочет ему делать операцию.

— Какие проблемы, друг, — это решаемо. Тебе известно как зовут этого врача? — похлопал по плечу Бекеле Абиг.

Бекеле начал вспоминать имя и вспомнил: «Адам Шоу Эрвинович! Его так зовут!»

— Ах, так этот тип и не русский ещё. Это вообще все упрощает. Значит так, покажи нам только ту больницу. Остальное — его внешность, место жительства и прочую информацию мы сами выясним. И не переживай, он не будет в состоянии сделать операцию твоему товарищу, — коварно пообещал Бекеле армянин.

Бекеле засомневался: «Но операция уже завтра!»

— Ничего. Сегодня начнём и завтра утром его до нужной кондиции и доведём, — заверил Абиг Бекеле. Бекеле все-таки решил довериться им. Дальше они договорились о сроках в которые Бекеле сможет перевезти из Эфиопии нужных животных и на этом друг с другом попрощались.

Для тех, кто не знает. В Эфиопии фауна очень богатая. Наиболее распространенными видами животных в Эфиопии являются шакалы, гиены и лисицы. В саваннах встречаются львы, леопарды, гепарды, слоны, жирафы, антилопы, обезьяны, гиппопотамы, бегемоты, носороги и крокодилы. В горных районах обитают эндемичные обезьяны гверецы (колобусы). Бекеле собирался в основном попросить своих сотрудников оформить перевозку обезьян и лисиц, так как остальных — наиболее крупных — вряд ли получится сдавать в прокат любителям животных. В конце концов они же не зоопарк открывают.

Так Бекеле и шесть армян и решили помочь друг другу.

Ава продолжала прятаться от твари. Пока она сидела в своём укрытии она размышляла, как ей выбраться, но ничего не могла придумать. Спустя, как ей показалось, несколько часов, она все-таки решила покинуть своё укрытие и тихонько проследовала на кухню, чтобы взять нож в надежде эту тварь хотя бы ранить. Ава тихо шла на кухню по темному коридору собственной квартиры и, пройдя на кухню, она взвыла. Тварь стояла там и начала на неё набрасываться. Тварь была похожа на азиатку небольшого роста, на первый взгляд обычная бы девочка, но её шея вытянулась и рот открылся неестественно широко. Она начала втягивать в себя воздух… Ава отбежала от твари в произвольном направлении и все же добралась до ножей, а тварь, воя и шипя бежала за ней — и Ава пронзила её ножом…

Антонина Родионовна, отойдя от шока, отправилась на кухню и увидела свою младшую дочь, которая бросилась, лишь завидев её на утёк и схватила нож. Антонина Родионовна бросилась к дочери, спрашивая её:

— Что с тобой, родная? Что случилось?

И Ава убила её, пронзив ножом прямо в горло. Через 15 минут Ава опомнилась, посмотрела на мёртвую мать, лежавшую в обильной луже крови на полу и, обмякнув, села на пол и заплакала…

В этот момент, отец Антоний, уже знающий о болезни Авроры от Антонины Родионовны подъехал к их дому и открыл дверь их квартиры, так как Антонина Родионовна, пережив шок последних приключившихся с ней событий не заперла её. Ава поняла, что если тот, кто вошёл в квартиру увидит тело её матери, то все пропало, а потому она просто пошла его встретить.

— Здравствуйте, — приветливо сказала Ава священнику.

— Здравствуй, славная ты моя. Как выросла. А Антонина Родионовна дома? — с улыбкой и кроткостью сказал священник с длинной седой бородой.

В этот момент Аву прошибла незримая, но сильная и пронзающая тело дрожь, словно ей в этот момент самой воткнули нож в спину и убили её, однако, что-то помогло ей взять себя быстро в руки и она приветливо ответила.

— Мама сейчас у сестры в больнице. Вы туда собираетесь?

— Да. Я вот принёс ей свечи, которые она просила. Положи куда-нибудь, а я тогда туда прямо и поеду, — ответил Антоний.

— Конечно, — сказала Ава, взяв свечи. Её руки так хотели затрястись, но не могли. Священник, откланявшись, покинул квартиру…

— Уф! Это было очень близко! — сказала Аврора, испуганная такой переменой характера, однако, она была очень рада, что вовремя все осознала. — А теперь — в сад!

Она подбежала к двери. Однако! Иван, пройдя через дверь назад в сад, захлопнул её и магнитный замок снова начал функционировать.

«Снова и снова проблемы! — подумала бедная Аврора, — такого глобального разочарования у меня ещё не было ни разу! Плохо моё дело! Хуже некуда…»

Тут у неё закружилась голова и — бух! — она упала на пол. В комнате была к тому времени уже настоящая парилка. Даже стало видно туман, однако откуда в закрытом помещении водяной пар? Сначала она думала, что этот пар залетел из сада, в который она никак не могла попасть, но посмотрев через решётчатую дверцу она увидела, что пара там не было.

«В таком случае, — подумала она, — он должен скоро выйти из троя или можно попробовать сделать проём в решётках самой двери».

Аврора всего раз в жизни делала подобное — когда они ещё в школьные годы гуляли с друзьями вечерами и, чтобы пробраться в расположенный рядом с местами их прогулок детский садик, они делали проёмы в решётках, раздвигая их в стороны.

Однако попробовав это сделать самостоятельно, она поняла, что ей это не удастся. Её сил не хватало их раздвинуть. Решётки были с золотым покрытием, но сами, как оказалось, не из золота.

«Ах, зачем я так сильно потянула!» — подумала Аврора, посмотрев на ссадины на руках. Она так сильно старалась их раздвинуть, что из них пошла кровь.

— Вот глупо будет, если из-за повышенной концентрации влажности в этом коридоре магнитный замок выйдет из троя и дверь сама откроется. И это будет здорово! Конечно, это было бы очень странно и маловероятно. Впрочем, в этом мире все странно и маловероятно! Даже люди владеют чем-то вроде магии.

По этой причине Аврора решила оставить данную ситуацию такой, какая она есть на данный момент времени, потому что она предположила, что дверь из-за состояния воздушного пространства коридора рано или поздно будет открыта. Сперва ей стало любопытно посмотреть, где именно живёт та самая старуха, проклявшая семью императора. Аврора отправилась в башню замка, которая и была отведена этой старухе на проживание. Она поспрашивала дворцовых слуг и узнала, что старуха живёт на самой вершине этой башни. Поднявшись на самую вершину этой башни, она увидела обычную добрую старушку, которая преспокойно хлопотала за полуавтоматической швейной машинкой и что-то шила. Как это не странно, старушка на неё сперва даже не посмотрела. Даже после того, как Аврора захлопнула за собой дверь и зашла в комнату она не окинула её своим взором.

— А что вы шьёте, бабушка? — спросила Аврора, которая видела в этом мире уже множество необычных вещей. Это были и длинные рубашки, и пиджаки с кнопками выплеска и активации потока от энергетических кристаллов. Вдруг старушка шьёт что-нибудь такое, что она ещё не видела?

— Я просто шью брюки с тремя встроенными цепями проводников энергии. Туда же будут после встроены три энергетических кристалла, которые, после их активации увеличат скорость ходьбы и длину в прыжке того, кто их носит. Но я ещё не закончила их. Хочешь взглянуть?

Старушка узнала Аврору — девушку, которая ещё во дворце сначала привлекла её внимание, а потом встретилась с ней взглядами. Старухе было интересно, почему Аврора решила посетить её, но вопроса ей она не задавала, просто немного мельком её оглядела и все.

— Конечно я хочу взглянуть, — ответила Аврора, — ведь это так интересно.

— Почему тебе это интересно? — спросила старуха с сомнением во взгляде.

— Ну как почему? — Аврора уже собиралась было ей рассказать все о том что она из другого мира, что ей все здесь в новинку, но не стала. Что-то неведомое, но до боли знакомое не позволило ей и она решила промолчать и не говорить старухе об этом. Ведь старуха была сильнейшей из просвещённых и могла спокойно её убить безнаказанно. А кому нужна человеческая жизнь? В мире, откуда Аврора именно так. Человек — это просто трудовая единица и не более для современного общества. Любое общество сложной эпохи, за исключением доисторических периодов, когда людей было просто меньше, заключало в себе данную проблему. Аврора здесь не работает, да и в замок её приняли буквально по счастливому случаю. Что ей делать, если она узнает? И она сказала:

— Я давно ищу что-нибудь подобное, а то надоел мне всякий антиквариат.

Аврора сказала так. Она вспомнила, как все отреагировали на её платье. Ведь в этом мире платья шили очень редко, а бедные слои населения носили только простые брюки и майки. Некоторым посчастливилось приобретать себе и пиджаки. Даже императрица носила расшитые серебром брюки. Даже ей не шили платья. Аврора, естественно, поняла, что платье — это для данного измерения настоящее богатство. Почему она не знала.

— Видимо, живёшь ты богато. Я тебя не встречала здесь и выглядишь ты немного не так, как принято. Это странно. — ответила старуха с подозрением и некоторым слабовыраженным презрением в её глазах.

— Простите, я хотела спросить. Я была на церемонии, когда вы проклинали императора Аарона и его семью. Скажите, за что вы это с ним сделали? Он же не плохой человек. Или в вашем мире он считается плохим? — спросила Аврора у старухи интересующий её вопрос.

Старуха посмотрела на Аврору с подозрением и, подумав, ответила ей следующее:

— То, что я ему сказала не было проклятьем. Проклятье — это если бы я лично желала ему смерти и использовала для этого свои возможности. В данном случае имеет место быть то, что называется злым роком. Просто роковое стечение обстоятельств убьёт его и его семью. При этом, моей целью было даровать ему возможность это избежать, однако он отнёсся ко мне неуважительно и я решила просто сказать ему об этом, но не помогать ничем. Я же имею на это право?

— Конечно, но разве просвещённые не приносят клятву верности императорской семье и её защите? — Аврора слышала об этом от людей, когда стояла в толпе и наблюдала за церемонией.

— Я стала свободна от этой клятвы уже после того, как он назвал моё предупреждение «моей проблемой», потому что эту проблему должен решить он сам.

В этот момент Аврора, несмотря на добрый тон старухи, после брошенного на неё презрительного взгляда, увидела в ней нечто жуткое и непонятное для себя. Словно та явно говорила ей правду, но только не полную, а обрезанную таким образом, чтобы собеседник не понимал её истинной роли в обсуждаемом инциденте.

— Но меня интересует ещё кое-что. Вы не могли бы сказать мне, бабушка, как открыть дверь в главном зале дворца в красивый сад? Она находится за занавеской, по левой части помещения, — я никак не могу через неё пройти, потому что там постоянно какие-то препятствия: то лазер стреляет, то замок не открывается, даже при том, что я его уже взламывала и открыла. Он случайно снова захлопнулся из-за чего я не могу открыть его. Может быть вы знаете другой способ его открыть?

— Да, знаю. Ты ранее сказала, что взламывала замок. Ты для этого использовала портативный автоматический компьютер? — спросила старуха уже с серьёзным лицом, не отражающим презрения.

— Да, я нашла его в одной из комнат замка и научилась им пользоваться самостоятельно. Однако, даже при том, что у меня все получилось я все ещё не могу попасть в сад, — ответила Аврора старухе.

— Есть магнитный ключ, принадлежавший Адаму Шпиллеру, предыдущему императору этой страны. Этот ключ должен подойти к двери. Обычно он открывал, прикладывая свой указательный палец к сканеру отпечатков на замке, но его супруга использовала эту магнитную карточку.

— А где мне её найти? — спросила Аврора.

— Она находится в первой башне левого крыла в самой верхней комнате. Там много всякого старья, однако туда кого-попало не пускают. Думаю, тебе следует спросить разрешения у самого императора, а уже потом туда идти.

Аврора обрадовалась тому, что нашла дополнительный вариант преодоления треклятой решётчатой двери в сад, после чего отправилась назад в свою комнату.

Отдохнув, она пошла искать магнитный ключ о котором ей рассказывала старуха. Затем она достигла башни и пошла прямо туда. Достигнув вершины башни, она оказалась в небольшом помещении, похожем на чердак, в котором были разбросаны вещи, расставлены сундуки и старая мебель, прикрытая от пыли белыми простынями.

Аврора решила осмотреть все сундуки по порядку и найти его. В первом сундуке она наткнулась на множество фотоальбомов и удивилась. Ведь если есть фотоальбомы, значит в этом мире есть и фотоаппараты и нецифровые. Она начала смотреть фотографии. На них были как незнакомые ей люди, так и те, с которыми она уже успела познакомиться. На одной из фотографий она увидела отца императора Аарона — того самого Адама Шпиллера. Он выглядел как весьма статный мужчина средних лет с бородой, и, хотя одежда не была такой же роскошной и покрытой алмазами и рубинами, как у его сына, впечатление о его состоятельности у неё сложилось аналогичное. На следующей фотографии он был изображён со своей супругой, одетой в белое платье, однако не создававшее о ней богатое впечатление. Платье было расшито платиновыми нитями, но в меру, а потому не выглядело слишком броско. У неё были чёрные длинные волосы и немного смуглое лицо, весьма хорошая фигура. «Интересно. — Подумала Аврора с лёгкой улыбкой, — значит мама у императора смуглая, а он, как и его отец, совершенно не смугл». Так она просмотрела все фотографии и наткнулась на какую-то шкатулку. Она была похожа на золотые шкатулки, которые император пожаловал просвещённым, в момент, когда они вместе с Авророй сидели за стеклянным столом, но только она была не из золота, а из обычного дерева с очень интересными узорами, вырезанными умело, которые были похожи на развивающиеся в разные стороны спирали. Каждая спираль скручивалась в своём направлении. На этой шкатулке был замочек, так что Аврора отложила её в сторону и стала искать ключ, потому что ей стало интересно, что находится внутри. А вдруг там эта злосчастная магнитная карта от двери в сад. Перебирая вещи в сундуке дальше, она нашла ещё много интересного — те самые кристаллы, которые вшивались в одежду охранников и прочих участников особых классов общества мира в который она неведомым ей образом попала. Различные книги о вещах, которые она не знала, и множество различной одежды и тканей, но достаточно простых. По сравнению с одеждами императорской семьи они выглядели достаточно скудно. Ткани были разнообразных цветов, а среди одежды Аврора не увидела ни одного платья. Платья в этом мире были редкостью.

Под этой грудой одежды она наконец-то нашла ключ от шкатулки. Ключ был изготовлен из меди, но был очень необычной красивой формы у своего основания, изготовленного в форме живописного узора, напоминавшего виноградные лозы. Аврора открыла шкатулку, но магнитного ключа там не оказалось. В шкатулке оказалось множество записок с разными названиями каких-то веществ и лекарств, однако Аврора никогда бы не поняла, что это лекарство, если бы там это не было указано. Так как язык этого мира был очень похож на русский, то с горем пополам, она сама смогла разобраться в его закономерностях. «Интересно, зачем эти лекарства и для чего все эти вещества? Жаль, что я не могу сейчас ни у кого спросить. Возьму эти бумажки с собой и потом выясню» — подумала она. Далее она пошла искать магнитный ключ дальше. Она перебрала все тумбочки и шкафы — но там были лишь вещи, похожие на те, что находятся в сундуке, — она не акцентировала внимания уже на их подробностях, потому что в этом не было особого смысла. Времени уже прошло достаточно много, пока она осматривала сундук. Она увидела в углу занавеску бордово-коричневого цвета за которой стоял маленький круглый столик, похожий на кофейный, а может это и был кофейный столик, но ведь в этом мире он может быть использовался не так как там, откуда она пришла, поэтому она и подумала именно подобным образом. И на этом столике наконец-то она нашла магнитный ключ, принадлежавший отцу императора, которым в основном пользовалась его супруга.

Найдя магнитный ключ, Аврора вновь отправилась к двери в сад.

Теперь перенесёмся в ту временную точку, в которой находится Иван Андреевич. Иван оделся и осмотрелся вокруг, придя в себя окончательно. Все крутились и хлопотали вокруг да около принцессы Амиры, которая хоть ещё и была при смерти, но уже не настолько летально, а раны продолжали заживлять. РВТИ периодически открывали врачи, чтобы протереть её лицо, шею и плечи от пота и испарины, потому что процесс регенерации в этом контейнере был весьма болезненным даже для человека без сознания.

В помещении было около семи капсул, подключённых к РВТИ, в одной из которых и лежала принцесса в окружении лекарей. Стены были сделаны из камня, как в типичном сказочном замке, однако присутствие в подобном мире высоких технологий немного его удивляло, но все же не казалось совершенно необычным. Почему-то Иван даже не сомневался, что по сравнению с тем, что его ожидало бы, это лучшее стечение обстоятельств — он был просто рад, что выжил. Он был просто рад, что не умер той нелепой смертью, которую предрекал ему таинственный старик в парадоксальном мире, представляющим собой практически сплошное зелёное поле. Он немного попытался понять, кто это был такой, но так и не смог понять. Иван знал одно — человек не может двигаться с такой скоростью, а значит он не являлся человеком и кто это ему неведомо.

Иван продолжал наблюдать, как отхаживают принцессу и раздумывал о том, что ему делать дальше. Он в незнакомом месте. Непонятно, когда и где именно. Радость переполняла его сердце, потому что он просто радовался факту собственного выживания.

— Вы уже лучше себя чувствуете, — подошёл и спросил его один из лекарей.

— Конечно, а что это за место? — поинтересовался Иван у него.

— Это замок императора и мы сейчас в одной из провинций, а сам этот замок расположен в некотором отдалении от деревни. Деревенька весьма простая, с хорошими людьми. Можете прогуляться. Кстати, а вы сами откуда? Вас нашли император и императрица неподалёку от дороги, по которой они ехали в замок на карете и вы были без сознания с травмированной головой и рукой. Хоть опасность для вашей жизни и не была слишком сильной, вы вполне могли умереть при небольшой на то вероятности. Скажите, что с вами приключилось?

Иван, стоя как прежде, в брюках без рубашки, решил не рассказывать о том, как он здесь оказался. Иного объяснения тоже не имел. Немного впав в ступор, он все-таки придумал и ответил.

— Я путешественник и просто со мной совершенно внезапно случилось несчастье, — на меня напали какие-то люди и ограбили меня, но я не помню остального, — ведь я был в совершенно другом месте в момент нападения. Возможно, они меня перетащили на дорогу.

— Видимо, у этих бандитов есть немного сострадания, — ведь ваша рука была грамотно перевязана, а голова перебинтована, — они все-таки вас не желали убить.

— Да, пожалуй, вы правы, — ответил Иван, испытав небольшое облегчение, видя, что лекарь поверил в его историю.

— Ну что ж, вам нужно переодеться, — об этом попросите слуг. Они вам предоставят все, что вам потребуется. Будьте пока у нас гостем, даже невзирая на несчастье, которое произошло. Я думаю, когда император вернётся, он с вами лично побеседует.

— Конечно, ну тогда я пошёл прогуляюсь по деревне, как вы мне и предложили, — ответил Иван и отправился в деревню.

Идя по дороге, Иван осматривал окрестности. Вокруг было множество различных растений: кусты, трава, деревья с какими-то незнакомыми ему цветами, которые, хоть и были ему незнакомы, но ничего необычного в них он не увидел. Да, красивы! Да, разнообразны! Но не было в них каково-то глубинного очарования. Не было какой-то таинственности, загадки. Просто красивые и все. Цветы росли на деревьях. Дойдя до деревни, Иван посмотрел на людей и на все, что, они делали, просто прогуливаясь — кто-то торговал, кто-то занимался производством весьма необычной одежды, кто-то общался, дети играли с какими-то кристаллами, которые создавали блеск в расположенном рядом с ними пространстве, показывая им различные чудеса. Это выглядело прямо как волшебство для Ивана. В своём мире он такого не видел никогда, однако это все же отдалённо напомнило ему телевизор. Побредя немного, Иван раздумывал о том, что с ним было. Он вспоминал, как шёл один по зелёному полю в ожидании собственной смерти и его пробирала холодная дрожь. Вроде бы ничего страшного, однако нечто пугающее было в той пустой однообразности, дополненной чувством ожидания Иваном собственного рокового конца в совершенно другом месте и в другое время. Бродя по улице, он дошёл до статуи императора и обомлел. Его пробрал некий ужас от этой картины. На асфальте, рядом со статуей он увидел кучу ошмётков человеческой плоти. Иван не подозревал даже отдалённо, что эти ошмётки могут принадлежать Аарону Шпиллеру III, который его спас, когда он лежал без сознания на дороге. От подозрения этого факта холодный ужас его не покидал.

Что за общество живёт в этом месте, если они спокойно проходят все мимо подобного трупа. Иван перевёл взгляд на людей. Их глаза были спокойны на труп, лежавший на асфальте. Никто даже не смотрел. Он сомневался и боялся, но все-таки решился спросить лысого старика, торгующего овощами неподалёку от этого места.

Иван подошёл к лавке и спросил его, до ужаса проникшись безобразием данных обстоятельств: «Скажите, а что это?». Ивану хотелось задать этот вопрос по-другому, однако что-то внутри него ощутило страх даже от вопроса по этому поводу. Его объял страх, что он сольётся с этой безумной толпой в своём безразличии к этому трупу.

Иван показал старику на труп. Старик совершенно спокойно посмотрел в сторону ошмётков, которые были когда-то человеком и ответил: «А ты не знаешь, что ли? Это был еретик, который пошёл против нашего императора и осмелился его на празднике оклеветать, назвав ничтожеством. Естественно, мы не выдержали подобного отношения к нашему правителю, который столько для нас делает и убили его».

— А почему труп никто не убирает? — спросил Иван.

— Ну труп никто не убирает, просто. Его никто не хочет трогать. Все решили, что он пока полежит, чтобы все помнили о том, что их ждёт в случае оскорбления нашего правителя. Ведь тот человек не смог бы лучше править нашей страной. Он наверняка понимал, что всем нелегко сейчас жить и что император не может из-за угрозы проклятья сделать для нас большее. Он дерзнул пойти на его оскорбление.

Ивана ответ старика поверг в глубокий шок и он задал ещё один вопрос с тревогой в сердце: «Но как такое вообще допустимо? Ведь человек только сказал своё мнение относительно правления вашего императора! Разве это повод разрывать человека на куски? Посмотрите на тот труп! — Иван не сдержал скупых слёз от ужаса. Говоря дальше он даже не всхлипывал, а скорее сдерживал из последних сил свой гнев и возмущение, — это же было человеком! Как вы так спокойно даже рядом с этим трупом торгуете? Почему никому нет дела? Это же невозможно?! Вам действительно все-равно?».

— Успокойтесь, молодой человек, — спокойно ответил ему старик, — в этом нет ничего странного. Ведь он был еретиком, который мог начать среди нас панику, а мы все свято верим, что император преодолеет своё проклятье и своей семьи и наладит нашу жизнь. Что плохого мы сделали, убив это проявление зла и защитив нашего императора от предзнаменования проклятья?

Иван удивился: «Какое предзнаменование? Вы видели в этом человеке какое-то предзнаменование?»

— Да. Было дело. В нашей деревне есть учёный, к которому император часто обращался. Он изучал вопросы существования аспектов мироустройства в её различных проявлениях и интерпретациях. Это слишком сложно для меня понять, конечно, однако именно такими словами он это называл. Именно он сказал нам, что если появится среди нас те, кто встанет против императора, то остальные смогут снять с императора проклятье, убив его. Поэтому он нам сказал проводить этот праздник и формировать к нему одинаковое отношение, чтобы никто не относился к нему плохо, но понимал, что его не устраивает в текущем положении жизни. И это не только в нашей деревне — это везде по стране такой праздник есть, только в разные дни проводится.

Иван решил остановиться на этом и не задавать больше вопросов. Он попрощался с лысым стариком и пошёл дальше прогуливаться по улицам деревни, которую после увиденного посчитал кошмаром. Иван немного удивился, что при таком ужасе, он тоже медленно, но верно, начинал испытывать к этому безразличие, просто чтобы успокоиться и не впасть в панику, что медленно к нему начинала подступать от осознания факта жестокости людей, живущих в этом мире…

Глава 9

Бекеле, обсудив все с армянами вернулся в квартиру, которую сдал ему Иван. Он был очень обеспокоен их выполнением обещания травмировать врача до проведения операции. Бекеле не терял надежду, что они смогут его травмировать и операцию Ивану сделает другой врач. Немного отсидевшись на диване и успокоившись, он решил пойти прогуляться по городу. Бекеле вышел на улицу из подъезда и вдохнул свежий морозный воздух, почувствовав облегчение. Пройдя на улочку вблизи автомобильной трассы, он начал оглядывать массу людей, проходящих мимо. Бекеле держал путь в музей древней истории, о котором прочитал в интернете через свой мобильный. Люди были одеты по-разному. Кто-то достаточно просто и неброско, а кто-то достаточно богато и элегантно. Каждый по-своему оригинально. Бекеле чувствовал в этой массе людей при внешнем разнообразии их одежды совершенную безликость. Просто толпа, каждый из которых идёт по своим делам, безразличная даже друг другу. Его это мало волновало или интересовало — для него было интересней на данный момент времени отвлечься от своей тревоги за судьбу Ивана и пойти в музей осмотреть его достопримечательности. Музей находился достаточно далеко, но Бекеле решил прогуляться пешком. Слишком он нервничал и жаждал развеять свои переживания. Бекеле задумался: «Неужели эта безликая толпа никогда не хотела даже попробовать друг друга понять?» Да и сам он практически такой же. У себя на родине он все-таки видел большую живость в людях, работающих на плантациях и невольно сравнивал их с русскими, которых видел сейчас проходящими мимо него. Они живут в одной стране, но словно незнакомы друг другу и никто ни за кого не переживает.

Бекеле снова вспомнился тот врач, который должен был оперировать Ивана. Он не поддался думам о том, что армянам предстояло сделать, однако стал вспоминать его взгляд и осознал, что взгляд этого хирурга ничем не отличается от холодного взгляда убийцы. Этот взгляд был знаком Бекеле, потому что на его родине в принципе были убийства, однако не все убийцы носили похожий взгляд. Один из рабочих на его плантации обладал именно таким. Взгляд, словно бы ему просто позволено было убить.

Этот мужчина стал работать у Бекеле на плантации, убив своего предыдущего хозяина за то, что тот изнасиловал его мать у него на глазах. Естественно, если бы Бекеле не помог ему и не взял работать к себе, то у него не было бы будущего, так как даже в Эфиопии убийцы получают наказание от общества, но связи Бекеле очень помогли ему избежать наказания за это.

В отличии от взгляда мужчины с его плантации, взгляд этого хирурга был таким по совершенно другой причине. В первом случае человек совершил убийство, преступление против себе подобного из жажды возмездия, чтобы отомстить за свою мать, а этот врач носил на себе подобный взгляд, потому что у него нередко случались неудачные операции и он убивал людей своими руками просто потому что не получилось их спасти. Такие два типа убийц Бекеле увидел: одного на своей родине и одного в этой стране.

Бекеле дошёл до музея и вошёл внутрь, оплатив вход. Музей был посвящён литературному искусству и живописи. Там было много вещей, принадлежавших великим писателям региона, в котором находился данный городишко. Бекеле начал внимательно осматривать стенд за стендом и задумался о каждом объекте в этом музее, что принадлежал человеку, внёсшему что-то своё в мир, сердца и разум людей. Каждый из них, используя определённый вид искусства, мог изменить какую-то частичку жизни общества и это Бекеле в тот момент показалось удивительным. Он словно бы постиг, насколько это удивительно, что есть люди способные на это, но в этот же момент задумался и о другом типе людей — тех, кто постоянно стремиться раскритиковать и разрушить то, что делают другие. Неведомо Бекеле было по какой причине у людей возникает это желание лишь первые несколько секунд, а потом его вдруг осенило, что в основном причиной является зависть.

Зависть — это иллюзия. Зависти не существует самой по себе и Бекеле это понимал, а желание разрушить что-то существующее возникает из-за того, что это причиняет определённый моральный вред. Например, объяснить причину возникновения жажды революции и желания разрушить существующий порядок общества и правительства. Это достаточно просто. Человек увидел в другом обществе, либо сам осознал возможность того, что этот порядок не является для него приемлемым относительно того, что он увидел и возникает желание это изменить. После осознания невозможности изменения существующего на данный момент времени порядка он начинает желать его разрушения в надежде построить то, что он хочет.

Бекеле задумывался и о моральном вреде подобного сравнения. Человек видит что-то, что считает более приемлемым для него или наоборот неприемлемым, но не понимает этого — возникает моральный вред. При понимании определённого объекта или явления — это явление принимается и теряет возможность навредить морально, даже если речь идёт о чём-либо страшном и аморальном. Именно в этот момент оно и разрушается. Если речь идёт о материальном объекте — разрушается заблуждение о нём, если речь про какую-либо идею — разрушается её неправильное понимание.

Увлечённо размышляя, Бекеле отправился в следующий зал музея. В этом зале уже были различные картины и изделия из гипса, однако даже при том, что изучать все это ему было скучновато, он все равно продолжал, чтобы просто убить время. Разрушает горечь полёт от мечты, если на что-то не отвлекаешься.

Ава осталась дома одна. Естественно, первое о чём она подумала — это то, каким образом она убила свою мать. Она точно помнила, как она бежала к ней и пронзила её горло ножом, после чего все вокруг развеялось, а на полу лежал лишь труп её матери. В этот момент у неё все внутри раздвоилось и словно неведомо как она взяла себя в руки, ощутила в себе холод, наврала священнику, чтобы он не узнал, что она её убила, потому что страх некоей глубокой её части был сильнее. Осознав, что она натворила она не заплакала. Ава решила спрятать тело, чтобы об этом никто не узнал. Она взяла тело своей матери и спрятала в шкафу прямо в её комнате — ведь туда вряд ли кто-то зайдёт. Так же, перед тем, как засунуть тело в шкаф, она достала несколько одеял и аккуратно обернула труп. После Ава спокойно убрала на кухне с пола кровь. Она оделась и пошла дальше делать дизайнерский проект, который должна была уже давно закончить. Дела откладывать нельзя.

Делая проект, она ощутила, что вдохновение её покинуло. Это уже была не она и в тоже время она. Словно бы глубоко спрятанная внутри неё часть вышла наружу. Цвета, линии, объекты — все у неё получалось по-другому, но не хуже, а просто иначе и Ава не испытывала, как раньше, удовольствия от процесса своей работы. Закончив проект, она стала ощущать озноб. Естественно, что она не могла долгое время подавлять свои глубинные чувства и заплакала с горьким выдохом: «Всё это так непросто…»

Аврора уже спустилась с чердака прямо в зал, где находилась дверь за занавеской, ведущая в коридор с лазером и дверью. В тот самый сад императорской семьи, в котором она так хотела прогуляться. В этом зале она увидела одного из слуг, но выглядел он не так, как остальные слуги, которых она часто встречала в замке. Он был одет более официально в костюм с чёрной бабочкой, расшитый такими же узорами, какие она видела у охранников замка с одним единственным отличием: кристалл на его одежде был только один, что означало, что он явно имел пост выше остальных. Как у всех дворцовых слуг мужского пола у него присутствовал черный галстук-бабочка. Женщины обычно носили типичные фартуки или же рабочие кардиганы, что являлось знаком отличия их деятельности во дворце. Они выполняли организаторскую деятельность, помимо обязанностей по уборке и обеспечению потребностей императорской семьи.

«Заговорить с ним или нет? — подумала Аврора, — Выглядит он немного необычно, но взгляд у него какой-то отстранённый. Во всяком случае, узнаю, что он здесь делает. Обычно в этом зале никого нет, за исключением празднеств».

И она решила попытаться с ним заговорить:

— Простите! А не подскажите ли вы мне, что вы тут будете делать? Неужели намечается какой-то праздник, о котором я не знала? Подскажите мне, будьте уж любезны.

— Не… — завершил их начало разговора новый для Авроры человек.

Аврора считала, что обратиться к нему следует именно так, потому что боялась случайно нагрубить ему, выражая эмоционально предвзятость в его отношении, которую она по отношению к этому человеку не испытывала, однако в подобной ситуации часто даже в повседневном общении все мы с этим сталкиваемся. Мы боимся случайно проявить не те чувства, которые испытываем на самом деле. К тому же, у неё было мало опыта общения в подобных ситуациях. В современном настоящем мире, из которого она прибыла не было настолько весомой социальной иерархии, а здесь она присутствовала и Аврора считалась во дворце богатой гостьей, хоть это было и не так на самом деле.

— Хотя… созвездие над… да, подскажу. Здесь состоится церемония обращения императора к важным влиятельным лицам соседних государств.

— Понятно, — ответила Аврора и пошла к двери за занавеской.

Постоянно здесь все твердят о государстве.

По дороге к цели, Аврора видела большим рядом кресты на фоне рисовки небес, чтобы они смотрелись летающими. Сначала это ей показалось романтичным, но с другого ракурса на них взглянув она увидела, что это не что иное, как отражение погостов. Пахло глазурью испечённого торта и откуда-то слышался храп отлынивающих от работы поваров.

— Беги быстрее! Скоро обеденное открытие! — торопил её кто-то.

— Пять минуток, — ответила Аврора и пробежала пьяных слуг, что шептали: «Налей!»

Все её услышали, но она уже бежала к дверям. Некая Зина составила ей компанию при прогулке, провожая ей к этим дверям.

— Утоли жажду, — предложила Зина Авроре выпить, — вьюга за окном.

Аврора отказалась, сожалея, что она не журавль и не может улететь к Югу в этот ветреный день.

Аврора прошла к тому месту, где лазер уже не работал, а влажность в коридоре необъяснимым образом стала невыносимой. Она подошла к двери с магнитным замком и провела ключом — дверь, однако не открылась, а из проема в стене отворился тайник, а в замке открылась перегородка с панелью набора символов местного языка. В тайнике лежал лист бумаги с записями некоей задачи.

Глава 10

Аврора читала лист с задачей из тайника. Ответ этой задачи должен был быть комбинацией из пяти символов местного языка, а каждый символ был зашифрован следующим образом:

«1 — эффект, отторгающий основное вещество;

2 — эффект взаимного притяжения веществ;

3 — эффект преобразования одного вещества в другое;

4 — концепция получения результата химического процесса;

5 — объектное представление структуры».

И ниже было написано: «Необходимо выявить слова, зашифрованные в каждом термине каждой строки и комбинация символов составляется из символов полученных ответов в следующей последовательности: 6, 2, 4, 1, 4. Так же ответ на каждый пункт задачи должен содержать не более одного слова».

Аврора начала ломать голову над задачей, чтобы подобрать шифр к замку. Однозначно она поняла, что задача была химическая, но она не то что бы хорошо разбиралась в химии.

«Итак, что же может быть эффектом отторжения основного вещества? Эх, если бы я не прогуливала в школе химию. Даже на ум ничего не приходит. Даже на душе какой-то осадок от того, что я не знаю ответ даже на первый пункт этой задачи. Стоп! Точно! Это осадок! Да! На первый вопрос ответ будет такой!» — Аврора набрала на ноутбуке первый ответ, а на второй вопрос данной задачи она самостоятельно ответить не смогла, как не старалась, как не напрягалась, как не думала… Она решила попросить помощи у слуги, которого видела в большом зале. Аврора прошла обратно в зал из коридора и увидела его, протиравшим столы. Слуги более низкого статуса ему помогали. Аврора внимательно на него взглянула и осторожно поманила его в свою сторону рукой. Он практически сразу откликнулся на её жест и подошёл к ней. Слуга спросил: «Чем я могу вам быть угоден?». Аврора слегка замешкалась (его тон показался ей слегка дерзким), но потом ответила: «Мне необходима ваша помощь в решении задачи. Это нужно, чтобы выполнить просьбу императора и открыть дверь в сад. Надеюсь, у вас получится» — Аврора протянула ему листок с задачей. Слуга в процессе ознакомления с информацией на листе не сказал ни слова, а затем ответил: «Я легко могу подсказать лишь два пункта, на счёт остальных давайте подумаем вместе».

— А какие именно? — спросила Аврора, ожидая его ответ.

— Ну, второй пункт задачи — это явно магнетизм, потому что эффектом взаимного притяжения обладают только магниты разных полярностей, а третий пункт данной задачи подразумевает химическую реакцию, значит нужный ответ — это реакция, думаю данная версия наиболее подходящая, так как других слов, которые лучше описывают преобразование одного вещества в другое просто нет.

— А остальные ответы? Например, пункт 4, где нужно одним словом охарактеризовать концепцию результата химического процесса вводит меня в ступор. Я ведь не очень сильна в химии. Я бы ответила, что это реакция, однако ведь этот ответ уже вами использован в третьем пункте. Тогда какой же будет?

— Давайте разберёмся сначала, что является химическим процессом. Что по-вашему это такое?

— Здесь я, наверное, в силах порассуждать, — ответила Аврора задумчиво, — наверное, когда одно вещество вступает в реакцию с другим веществом, то это и есть химический процесс, однако это ещё не результат. Ведь результат наступает тогда, когда процесс подходит к концу.

— Совершенно верно, — ответил слуга, — однако, сам результат химического процесса можно назвать по-разному, поэтому здесь необходимо выявить определённую общность. При конце процесса два вещества могут образовать одно, могут образовать два вещества при условии, что одно выпадет в осадок. Могут образовать при таком же подходе даже больше, особенно если при этом образуются пары. Вот она общность! Оказание определённого взаимного эффекта веществами друг на друга. Поэтому я могу предположить, что ответом на данный вопрос является эффект.

— Отлично! — воскликнула Аврора, — а как же объектное понимание структуры? Я понимаю, что это может быть воображение, мечта, мысль, понимание, но вот если речь идёт о рисунке — это же представление, потому что, когда я что-то рисую, я сначала это представляю. Так что же из этого больше подходит?

— Здесь просто. Вы фактически уже нашли ответ, — сказал спокойно слуга, — воображение и мечта — это наиболее сложные формы объектного представления, потому что человек редко представляет в своих мыслях один единственный объект, когда мечтает или фантазирует. Как у нас появляются мечты мы до конца не понимаем, а потому это не подходит. Мысль — это простейшая форма представления. Она несёт в себе глубокий смысл, однако сама по себе является простейшей, потому что, не обязательно представляется в нашем сознании в виде конкретного вещественного объекта. Мысли бывают разными и имеют самый разнообразный смысл и значение, так что все это не подходит. Я считаю, что нужный ответ на данный вопрос — это представление, так как данный термин отражает возможность представления в самых различных формах, а о каких конкретно объектах идёт речь в данном вопросе мы не знаем.

— Значит нужная комбинация к замку «какэд»! Странно звучит, однако надеюсь, я на этот раз открою дверь.

— Удачи вам, — ответил ей слуга и пошёл заниматься дальше уборкой зала с остальными, а Аврора направилась к двери за занавеской.

Только Аврора подошла к двери за занавеской, как к ней подбежала служанка с другого конца большого зала и начала что-то невнятно мямлить, задыхаясь. Аврора спросила у неё:

«Вам плохо? Я вас не понимаю, — Аврора, сказав это, подумала про себя, — Может, ей нужна помощь? Я совершенно не могу понять, что она от меня хочет в данный момент».

— Я вот все интересовалась, сударыня, вы у нас в замке уже три дня как гостья, однако никому даже неизвестно, откуда вы родом. Не могли бы вы ответить мне на этот вопрос. Простите, я не настаиваю, если вы изволите скрывать это от нас намеренно, мы вас не заставляем. Просто нам стало это почему-то любопытно, ведь вы одна из единиц женщин в нашей стране, что носят платья и всегда ведёте себя весьма статно. Видно, что вы не из простых людей.

Аврора сперва сильно растерялась. Она действительно скрывала, что она из другого мира просто из осторожности, так как боялась реакции местного человечества на своё появление в этом мире. Люди могли сделать что угодно с ней, если бы узнали откуда она. Самая лучшая реакция — это если бы местные люди её просто приняли, как свою. Аврора понимала, что быть и реализму, хотя этот мир выглядел для неё фантастическим и местные могут просто её убить, расценив её появление здесь как угодно. Даже вторжением в их мир, а может они бы посчитали её демоном или чудовищем от испуга. Сейчас ей нужно было что-то ответить и она попыталась вспомнить хотя бы одну провинцию страны этого мира, в которой она будто бы жила. Она придумывала свою легенду в быстром темпе. Напряжённо думая она наконец-то вздрогнула от того, что у неё в голове вспыхнуло едва заметное воспоминание о разговоре с одной из служанок, которая говорила, что она родом из провинции Элиот, названной в честь её первейшего основателя. Вспомнив хотя бы это, она ответила:

— Я из провинции Элиот, а сюда приехала по приглашению за свою кузину, так как она не смогла посетить вас из-за проблем со здоровьем. Платье у меня с собой лишь это, но дома у меня их достаточно много, — ответила Аврора, скрывая своё волнение и остерегаясь, что её обман будет замечен со стороны служанки. Та немного поморщилась и радостно ответила:

— Арабелла тоже из этой провинции! Какое совпадение! А у вас там большое поместье? Вы плавали на корабле по пути сюда? Это, наверное, чудесно! Я вот никогда на корабле не плавала.

Аврора немного обрадовалась, что ей поверила зловредная любопытная девушка, однако решила поддержать разговор, чтобы утвердить свою историю:

— Да, я плавала, — ответила Аврора, вспоминая, как плавала на теплоходе в своём мире, потом в зоопарке, который был по пути она видела крокодилов и прочих земноводных, однако крокодилы её заинтересовали больше всего, потому что показались ей очень красивыми животными. Они никому не нравились, но ей просто почему-то они казались очень притягательными, а форма их тела элегантной и даже в чем-то приятной для глаза.

— Плавание на корабле, — продолжала Аврора, — Будто бы спали какие-то оковы и появились крылья, а свежесть морской воды дополняет это ощущение и иногда мне очень хотелось нырнуть в это море прямо с корабля. Я утонула бы с моими навыками плавать. Если бы я была профессионалом в плавании… Я бы наверняка не сдержалась.

Хоть Аврора гордилась тем, что она имела возможность в своё время прокатиться прямо на теплоходе, она в этот момент по-настоящему глубоко задумалась о том, где она здесь и сейчас. Воспоминания, которые она использовала для этой лжи были так далеки от той реальности, в которой она находилась. Ей иногда казалось даже, что время путается и она не всегда до конца понимала, что и когда здесь происходило, особенно после появления Ивана перед дверью в сад. Для неё на тот момент это было сродни попаданию в пространственно-временной вакуум, а в добавок при этом она начинала забывать кто она есть. Веер она выкинула вовремя. Внезапно служанка спросила её:

— А вы знаете какие-нибудь иностранные языки?

Это вполне нормально, что она задала Авроре подобный вопрос, потому что в этом мире, как и в нашем, в эпоху средневековья выходцы из богатых и знатных семей иностранные языки изучали для общения с представителями богатых родословных других государств.

Аврора, хоть и знала английский, не могла этим похвастаться здесь. Она вообще даже не знала названия местного языка, но понимала, что то, что она говорит по-русски и её местные понимают означают либо то, что её родной язык похож на местный, либо же она возможно говорит, как привыкла, а в реальности говорит на их языке. Она этой возможности не исключала, а потому решила, не говоря о том, что это английский, попробовать продемонстрировать свои знания, а вдруг её служанка услышит на другом языке, соответствующем английскому данного мира?

— Do you like cats? — спросила она у служанки в качестве ответа на её вопрос.

Она просто любила кошек, а потому спросила на английском простейший вопрос из учебника за первый класс. Служанка внезапно замолчала и в её взгляде промелькнул ужас.

Аврора даже растерялась, заметив это и спросила:

— Что-то не так?

Служанка тихонько взяла её за руку и отвела подальше в угол зала, чтобы никто не услышал их дальнейшего разговора и спросила у неё, нося на лице все тот же испуганный вид:

— Кто вас научил этому языку? — спросила служанка у Авроры.

Аврора поняла, что что-то тут не чисто и растерявшись прокричала:

— Простите! — как можно быстрее Аврора решила взять ситуацию в свои руки, понимая, что гримаса ужаса на лице служанки промелькнула не с проста и, возможно, у неё из-за этого могут возникнуть проблемы, — Я учила этот язык с наёмным преподавателем, но никогда не была в этой стране. А зачем меня ему учили я не знаю.

— Как имя вашего учителя? — спросила служанка с явным недоверием.

— Айдар Шмидт — ответила Аврора имя своего настоящего учителя английского, так как не знала уже что ей ещё придумать, чтобы избежать роковых последствий своей ошибки.

— Это просто язык страны, с которой наша находится в состоянии крайней вражды и на территории нашего государства он является запретным по указу императора. Это государство, как вы уже, наверное, знаете называется Толерон, — с неприязнью уже ответила служанка, — это хорошо, что вы его только учили, однако странно, что вы смогли найти преподавателя толеронского на территории нашего государства. Если бы кто-нибудь узнал в нём гражданина этой страны, то его бы тут же казнили самым жестоким образом.

— А почему ваши государства враждуют? — поинтересовалась Аврора, но потом её прошиб холодный пот — ведь этим она себя выдала, хоть и косвенно. Она быстро дополнила свой вопрос, — Я просто не учила историю нашей вражды с Толероном, но сейчас с ваших слов меня заинтересовала данная тема и я хотела бы восполнить пробел в собственных знаниях.

Служанка на это слегка рассердилась — она просто уже не понимала, кто такая Аврора на самом деле и не шпионит ли она у них во дворце, однако она сдержалась и ответила ей:

— Двадцать лет назад мы с ними хорошо вели торговые отношения, однако Толерон возомнил себя более сильным государством чем мы и решил за поставку необходимых ресурсов требовать с нас дополнительные взносы в огромных суммах, которые нам платить не было смысла, а потому наша страна разорвала с ними торговлю. Спустя год Толерон начал с нами войну и много людей погибло, среди которых был и мой дедушка с отцом. Вот скажите, вы все ещё удивляетесь моей реакции на ваше знание их языка? Можно ли их за это простить?

— Возможно, я могу понять, — попробовала наладить ситуацию Аврора, — я конечно знаю этот язык, но сердитесь на меня пожалуйста за это. Я в нашей то стране не во всех провинциях побывала, что уж говорить о Толероне. Мне кажется, что мир между нашим государством и этой страной вполне возможен. Ведь на, то есть две причины: во-первых, оба государства нуждаются в торговле друг с другом, а во-вторых, когда нет взаимной вражды и обстановка спокойная жители этих государств имеют возможность жить спокойно без волнения о завтрашнем дне.

— Я не знаю, я не являюсь императором, а потому не имею определённого мнения на этот счёт. Однако одно я знаю точно. Будь я достаточно сильна я бы их генерала утопила в солёной воде собственными руками за то, что двадцать лет назад на этой войне погибли мои родители, — прорычала служанка с бешеными глазами, едва сдерживая гнев.

— Что ж, я поняла вас. Я ещё раз прошу прощения за то, что произнесла фразу на запретном языке. Я просто не знала, что у вас такая злоба на эту страну.

— Почему ты считаешь, что только у меня? Многие жители нашей страны ненавидят Толерон и не признают его господство. Так почему я должна ещё мечтать о мире с этой гадкой страной?

— Конечно, — решила завершить разговор Аврора, — что ж, я пойду.

Аврора решила отложить вопрос проникновения в сад на потом и отправилась в зал для гостей посидеть у камина и расслабиться.

С момента начала этой истории прошло уже пять дней. Аглая Митрофановна по утру сидела на работе и составляла отчёты волей-неволей размышляя о судьбе своей коллеги. Она обдумывала в основном вопрос: «Почему же так случилось? Почему, как только человек попадает в неприятности он обязательно теряет все в нашем обществе?». Её действительно это мучило, потому что она осознавала, что человек попал в аварию и по идее должен получить помощь как от общества, так и от начальства организации в которой он работает, а вместо этого она получает указание в случае её болезни сроком более месяца попросить её написать заявление. Это просто с её точки зрения являлось бесчеловечным поступком, несмотря на то, что в современном обществе это вполне нормальная тенденция бросить человека с неполноценным здоровьем на произвол судьбы без средств к существованию.

Аглая посмотрела на часы. Время подходило к 14:00, и она решила пойти пообедать. Она вошла в небольшое кафе и села за стол, который стоял рядом с окном, ощутив некоторое напряжение, так как все ещё думала об этой проблеме. Решить в одиночку проблему целого общества она не могла, как не могла она и просто закрыть глаза на неё. Размышления её не останавливались. Она посмотрела в окно на улицу, по которой продолжали радостно идти прохожие. Ей стало не по себе от осознания того, что она одна из немногих, кто это понимает, а остальным на это наплевать. Общая картина общества в её глазах на тот момент вырисовывалась с небольшим отличием от животного мира. Разница между общественным устройством людей и животных была ею выявлена в следующей формулировке: как в природе больные животные и звери отправляются подальше от своей стаи умирать в одиночку, так и в собственном обществе она это увидела в ситуации Авроры, попавшей в аварию. Все, кроме её семьи, уже были морально готовы её бросать подобным образом, несмотря на то, что она знала о том, что её травмы были не столь серьёзны. Аглаю коробило это осознание и она чувствовала из-за этой сильной неуверенности как у неё из-под ног и стула, на котором в тот момент она сидела, уходила Земля. К ней подошла официантка и она заказала латте и картошку с сэндвичем, слегка успокоившись и начала есть, поменяв тему своих размышлений.

Аглая верила, что надежда, подкреплённая твердым словом, может изменить даже самые плачевные обстоятельства и решила поговорить с Аделаидой Викторовной, чтобы попытаться убедить её не увольнять Аврору, идя при этом наперекор общественной тенденции. Она сказала негромко:

— У меня получится! У меня обязательно получится это сделать, — сказав это она набрала номер. Аделаида Викторовна тут же взяла трубку. Она уже вернулась к тому моменту с командировки, но была на выезде в другую организацию, где проводила переговоры относительно дальнейшего сотрудничества.

— Алло, я вас слушаю, — раздался голос Аделаиды из динамика мобильного.

— Алло, здравствуйте, Аделаида Викторовна. Это Аглая беспокоит. Не могли бы вы уделить мне немного времени?

— Конечно. Вы успели оформить ежедневную отчётность?

— Да, но я звоню не по этому вопросу. Я на счёт вашего решения относительно Авроры. Я понимаю, что это не моё дело и что решение ваше у меня нет права оспорить, но не могли бы вы подумать об этом ещё? Ведь её не стоит так сгоряча увольнять из-за какого-то сотрясения. Она хороший сотрудник и ещё долго у вас проработает. Ведь проще дождаться выхода старого сотрудника с больничного, чем искать нового и неопытного, — Аглая произнесла все это спокойным официальным тоном, стараясь не разозлить начальницу.

— Я удивлена, что вы решились на это, — сказала Аделаида холодным тоном, — вы решились за неё заступиться по вашей душевной доброте или потому что вы не хотите работать за двоих? Лень — это знаете тяжёлый порок. Вам необходимо все-таки понять, что я своё решение менять не буду. Она уже получила травму, а значит будет постоянно уходить на больничные и мне, как её руководителю, это не выгодно. Я всего лишь поступаю в соответствии с интересами фирмы.

— Хорошо, но я буду верить, что вы передумаете, — сказала Аглая с некоторой печалью в голосе, — что ж, спасибо за уделённое мне время.

Аглая понимала, что вероятность изменения Аделаидой Викторовной своего решения невелика, однако она сказала своё слово, а потому решила верить в наилучший исход ситуации и снова тихонько пояснила:

— Я верю, что даже если тебя уволят, ты найдёшь хорошую работу, Аврора.

Сделав неудачную попытку помочь коллеге, Аглая решила заехать к ней в больницу после работы. Закончив есть, она вернулась назад в офис и продолжила скучный рабочий день. Она работала не замечая ничего, сконцентрировав внимание на мониторе. Свет включался и выключался сам по себе с высокой скоростью. Казалось, что он просто иногда мигает. Аглая покраснела от страха и выбежала вон. Так ей хотелось жить!

Абиг, Авет, Аветик, Аветис, Агаси и Азат отправились выполнять обещание, данное Бекеле и травмировать хирурга, который должен был делать операцию Ивану. Абиг был смуглым мужчиной с круглым лицом, чёрными достаточно длинными усами и толстыми бровями, а стрижка у него была стандартной и предельно короткой. Авет, Аветик и Аветис по иронии судьбы были тройняшками и очень похожи друг на друга внешне, словно клоны. Все трое были кудрявые и начисто побритые, а волосы, естественно, как у всех армян, были черны как смоль, но при этом, в отличие от остальных своих товарищей они все как один обладали достаточно смазливой внешностью. Агаси выглядел достаточно обычно для армянина, — обычный представитель своей национальности, но иногда его взгляд становился несколько безумным и агрессивным, содержа в себе некую глупость и отстранённость. Это было его особенностью. Ещё он любил носить шорты.

Азат был, в отличие от остальных, низковат ростом и вообще выглядел нежным и хрупким, словно он не мужчина вообще. Он был женственным.

Армяне притаились возле главного входа в больницу и ждали когда врач выйдет, чтобы проследить его маршрут до дома. Они ждали порядка двух часов и наконец долгожданное лицо проследовало от главного входа больницы к своей машине. Армяне проследовали к своим автомобилям и тихонько поехали за ним следом. Сама больница с каркаса здания выглядела очень мрачно, словно особняк с привидениями из фильмов ужасов. Зелёные кустарники, высокие деревья и аккуратный ландшафт освежали общий пейзаж перед этим мрачным зданием. Отъехав от этого здания, компания армян так осторожно и следовала за хирургом вплоть до его дома. Затем они оставили машину, не доезжая до того места где врач остановился. Он не заметил слежки и спокойно вышел из машины. Когда человек дошёл до своего подъезда и собирался было открыть дверь, его сильно ударили сзади по затылку и что-то в нём хрустнуло. Это Авет подбежал к нему сзади и ударил его бейсбольной битой, да так сильно, что позвонок в шее хирурга вылетел и он заметил это, услышав характерный хруст. Остальные видя, что тот упал замертво, но ещё был жив, просто ничего не стали больше делать и поманили Авета назад к машине.

Убивать этого мужчину не было их целью, а целью являлось создать ему травму, достаточную для того, чтобы он не был в состоянии оперировать Ивана. Армяне уехали с холодными глазами и никто не засвидетельствовал это, а несчастный хирург так и валялся у подъезда полумёртвый и парализованный до тех самый пор, пока не вышла какая-то женщина средних лет и не нашла его. Она, увидев его лежащим у подъезда, сначала подумала, что он пьяный и пнула его небрежно ногой, чтобы он встал, однако мужчина даже пошевелиться не мог, но начал приходить в сознание и все понимать. Она взглянула на него, слегка наклонилась и проверила пульс. Сердце билось, однако она поняла, что он явно не в лучшем состоянии и спросила:

— Что с вами? Вам плохо? Можете встать? Вставайте! Здесь нельзя лежать, — начала она ворчать, но двигать с места его не стала, так как интуитивно чувствовала, что с ним что-то не так.

Он слышал её, однако не мог ни слова сказать и только что-то хмыкнул, и простонал. Она тут же поняла что к чему и вызвала скорую…

Глава 11

Иван вернулся в замок уже успокоившись от увиденного в местной деревеньке. Он узнавал про Амиру.

Амира все ещё проходила лечение в РВТИ и в сознание не приходила. С момента катастрофы, которая случилась с принцессой, прошло уже более 8 часов. Все ожидали, что император вернётся к этому времени, но его и след простыл. Чиновники немного заволновались, не имея понятия где он и отправили несколько стражников на его поиски. Императрица, отправившись в свои покои, так и не выходила оттуда более 9 часов.

Иван почувствовал жуткую усталость и обратился к слуге с просьбой показать ему его комнату. Пока слуга его провожал, Иван осматривался. Он в этом замке оказался совершенно недавно и ему было интересно что это за место.

Как ему теперь отсюда попасть обратно в свой мир? Его впечатление об этом замке было хорошим, а от того, что он имел возможность осмотреть в коридоре картины, которые являлись бы очень ценным предметом живописи в его собственном мире, его настроение только повышалось от лицезрения подобной красоты. На одной из картин был нарисован синий горный хребет. Оттенки синевы на нём были разнообразны и все это на фоне бледно голубого неба с редкими слоями облаков. Эта картина показалась ему до боли знакомой. Он не смог вспомнить где видел её ранее и, ещё немного поломав голову над этим вопросом, просто прошёл мимо за слугой.

Получив положительное впечатление от прогулки по богатым коридорам, Иван пришёл к своей комнате, к которой был сопровождён слугой. Зайдя внутрь, он обнаружил небольшой камин в углу, двуспальную кровать с золотистым покрывалом и подушками, а возле камина стояло небольшое кожаное кресло темно-коричневого цвета, отливающего бордово-красным блеском. Возле кресла стояли большой светильник в чёрном абажуре и с другой стороны кресла небольшой стеклянный кофейный столик, обделанный светлым неизвестным ему деревом. Он почувствовал себя усталым, переоделся и упал на кровать. Лежа размышлял Иван о произошедшем с императорской семьёй. Он ещё по возвращении пораспрашивал слуг и лекарей в процессе собственного лечения, но никто не знал ничего ни о том, куда же исчез император, почему его дочь получила столь сильную травму и почему императрица внезапно закрылась в своей комнате. Вспоминая свой страх перед смертью, когда он шёл по однообразному миру в виде зелёного поля, Иван ощущал собственное бессилие, даже более. Ему порой казалось невыносимым отражение собственной убогости и трусости, потому что он не мог понять, как он мог испугаться того, что возможно и не произошло бы в реальности. Ведь неизвестно, правду ли ему сказал тот старик в костюме шута на зелёном поле, действительно ли он бы умер. Иван не знал ответа. Перед страхом смерти все убоги.

Ощущая на тот момент, что он никогда не покинет этот мир, в котором лишь зелёные поля, его пробирал страх и дикий ужас от осознания того, что в реальность он никогда больше не вернётся. Он умрёт и навсегда останется там. С этими мыслями он спокойно заснул…

Настало время, когда армяне прозвонились Бекеле и сообщили о том, что выполнили его просьбу.

Бекеле прошёлся по магазинам и купил немного продуктов для Ивана, после чего отправился к нему в больницу. Приехав в больницу, Бекеле обратился к уже знакомой ему медсестре и невзирая на прошлый инцидент она его пропустила к Ивану. Добравшись до палаты, Бекеле и сопровождавшая его медсестра были в глубоком шоке, так как при том, что все вещи и гостинцы Ивана были на своих местах, сам Иван словно канул в лету. Нигде его не было видно, а ведь сегодня ему должен был делать операцию другой врач!

Замешкавшись и растерявшись, медсестра сказала:

— Я пойду его поищу, а вы пока можете подождать в коридоре.

— Хорошо, — ответил Бекеле и вышел в коридор. Пока она ушла, он случайно услышал разговор двух медсестёр возле ресепшена:

— Адам Эрвинович в реанимации, ты слышала?

— Да, я слышала об этом. Его сначала хотели положить в больницу по его месту жительства, однако Асия Алановна подключила связи и его положили к нам. Его случай какой-то нестандартный.

— А что необычного такого в случае его заболевания?

— Он жалуется на перелом второго и третьего шейных позвонков с повреждением спинного мозга, но ему сделали КТ и по его результатам все в порядке. Вероятно на него кто-то напал. На том месте, где его нашли, подобную травму получить иным образом просто невозможно. Я могу предположить, что его чем-то по затылочной части ударили с недюжинной силой, но я сомневаюсь, что это перелом.

Медсёстры продолжили обсуждать инцидент. Бекеле внимательно слушал до тех самых пор, пока не услышал номер палаты реанимации. Он проследовал туда, так как медсестра, ушедшая искать Ивана, так и не вернулась. Пройдя в палату, он увидел лежащего с переломом бледного мужчину, мучимого дикой адской болью. Перед ним стояла врач и говорила ему:

— Что вы разлеглись? Вставайте! Пришли результаты КТ и, согласно им, у вас нет никакого перелома. У вас не может ничего болеть. Вставайте. Встаньте и идите, перестаньте притворяться.

Мужчина взвыл, но не смог и двинуться, несмотря на настойчивость врача. Он посмотрел на неё умоляющим взглядом, желая при этом повернуть голову, но не мог. Его голову словно проткнули тысячами иголок прямо в мозг без обезболивающего. В тот момент он чувствовал не только полное нежелание его организма умирать, но и каждая клеточка его организма от этой боли погибала и при этом боролась за жизнь с этой болью. Даже при такой боли он не терял рассудка. Адам Эрвинович все понимал, хотя и говорил еле-еле. Врач же была неумолима и, думая, что он продолжает притворяться, словно одержимая в бешенстве подошла к нему и взяла за голову, скинув с кровати. Мужчина в агонии рухнул на пол и закричал, будучи не в силах двинуться. Ничего больше сделать он не мог. Бекеле, завидев эти обстоятельства, просто не смог сдержать свой гнев и злобу на подобное поведение врача, не говоря уже о том, что он сам был виноват в его травме и просто потеряв самообладание он бросился к этой твари, врезав ей в морду с правого кулака. Почувствовав облегчение, словно у него с сердца сняли огромный камень, Бекеле просто сгорал от стыда и мук собственной совести, потому что для того, чтобы спасти одного человека он окончательно разрушил жизнь другого человека, который не был совершенно виноват.

Он не делал Ивану операцию на тот момент, когда по просьбе Бекеле армяне на него напали и не знал даже, что этой операции суждено быть столь роковой. Бекеле пришёл к осознанию, что, возможно, ему не стоило так с ним поступать, а армяне с его точки зрения, прослыли окончательно жестокими зверями. Если бы Бекеле сам был на их месте, он бы просто разбил ему нос или сломал руку, но позвоночник — это бесчеловечно. Если этому человеку гипотетически суждено стать убийцей, то всё равно он такое не заслужил.

Бекеле поднял мужчину с пола и положил его обратно на кровать, а тот все ещё продолжал истошно стонать и вопить от дикой адской боли. Бекеле спросил у него:

— Вы как? Чем вам помочь?

Адам Эрвинович ничего ему не ответил, так как боль не позволила ему даже осмыслить то, что он его уже видел.

К тому времени очухалась врач, которая ранее схватила его за голову и бросила на пол. Её щека опухла и раздулась, однако ещё не покраснела. Она схватилась за место удара и прокричала в сторону Бекеле:

— Что за произвол вы тут творите? Вы вообще в своём уме? Я сейчас охрану позову.

— А вы в своём? Человек не может двигаться, а вы занимаетесь рукоприкладством! — закричал Бекеле, — поступать так с инвалидом это даже страшнее, чем любой другой бесчеловечный поступок. Зачем вы с ним так поступили?

Тупая женщина на это высказывание окончательно взбесилась и закричала в ответ:

— Да у него все нормально! Он здоров! Я стою здесь с результатом КТ его позвоночника! Вы хоть в курсе, что он просто притворяется? Зачем вы меня ударили? Что я сделала плохого?

Бекеле от этого аж позеленел и сказал:

— В смысле притворяется? Он в данном случае, вероятно, заслужил Оскар! Даже звезда Голливуда такие страдания лучше бы не сыграла. Включите разум и осознайте, что у него действительно есть перелом. Никак в данном случае иначе и подумать с вашей стороны было нельзя, а вы, полагаясь на одни результаты КТ, бросаете его на пол. Да что бы у него там не было, очевидно же, что он из-за боли двигаться не может!

Врач, немного успокоившись, подумала и все-таки решила:

— Что ж, мне неизвестна причина болевого синдрома, поэтому я все-таки прислушаюсь, хоть вы и не врач. Я оставлю его на две недели под наблюдением. Если за этот срок его болевой синдром не пройдёт я его принудительно выписываю, так как смертельным заболеванием это не считается.

Бекеле просто промолчал и покинул палату. К тому времени там его уже ожидала медсестра, ушедшая на поиски Ивана и в растерянности сказала:

— Его нигде нет. Я даже предположить не могу куда он делся.

Бекеле был удивлён. Ранее он думал, что Иван, возможно, просто вышел из палаты, но в данном случае он начал понимать, что Иван действительно исчез. Он предположил, что таким образом Иван решил избежать операции, ведь был не в курсе о том, что Бекеле принял меры по остановке операции и договорился с армянами о нападении на хирурга, который должен был ему её делать. Конечно, Бекеле не нравилось это, потому что не было известно проживёт ли Иван в случае, если ему вообще не сделают операцию по удалению гематомы, но Бекеле осознал, что пока что этот вопрос ему лучше оставить в стороне. Больше он не видел у себя возможностей помочь Ивану, как и не видел больше для него угрозы.

Бекеле, немного успокоившись, побрёл из больницы прочь. Выйдя на улицу из мрачного здания, он решил расслабиться и сходить в театр на какой-нибудь спектакль о любви и прочих интригах. Он, как обычно, поехал на автобусе, определив местоположение театра через GPS навигатор на своём телефоне. Зима так же морозила все живое на улицах города, однако серебристый снег на окраинах дорог немного согревал и освежал восприятие действительности, а солнечный свет внушал Бекеле чувство некоей надежды на то, что он не был настолько самолично виноват в судьбе хирурга, которого искалечили армяне.

Проезжая мимо гурьбы жилых домов, Бекеле задумался о том, что произойдёт с этим хирургом дальше. Естественно жизнь человека после травмы безвозвратно разрушена и все по его вине. Именно он их подговорил. Имел ли он на это право? Бекеле не знал, имел ли он его на самом деле, однако он все равно не сожалел о содеянном. Он помог другому человеку избежать смерти.

Подобный вопрос стоит достаточно давно и является риторическим. Имеет ли кто-либо право жертвовать одной жизнью во имя спасения другой жизни? Наверное, этого права нет ни у кого, но человеческое общество неизменно считает кого-то более ценным и способным, а кого-то менее, если не абсолютно бесполезным.

Бекеле, имея в своей собственности множество плантаций с чаем, сахаром, тростником и различными специями, считал людей не более, чем трудовым ресурсом в момент анализа работ на своих плантациях. Человеческая жизнь может быть надобна другому человеку лишь в том случае, если он может его использовать для осуществления каких-то своих планов, целей и стремлений, однако это не помощь, а просто манипуляция. По достижении своих целей манипулятор бросает человека, которого он использовал.

В данном случае является более ценным для собственника сотрудник о том не ведающий. Манипулятор или тот, кто осуществил поставленную общую цель в итоге ценнее предприятию в целом? Какой тип человека в таком случае является наиболее ценным и кем жертвовать в случае возникновения подобного выбора? С точки зрения объективности жертвовать следует манипулятором, потому что он лишь использует других и сам ничего не делает, но общество обычно жертвует именно теми, кто является исполнителем. Даже не важно смог человек осуществить общую цель, стремление или планы. Его труд всё равно будет уничтожен обществом, а иначе он решит попытаться что-то исправить самостоятельно этим трудом. Манипулятор вообще ничего не делая достигает своей цели за счёт других. Бекеле в данном случае считал себя манипулятором, однако он все-таки осознавал, что рано или поздно за это поплатится.

Размышляя в подобном ключе, он добрался до театра и стоя в очереди за билетом, продолжил размышлять о причинах своего поступка. Что двигало им в тот момент? Почему все получилось не так, как ему бы хотелось? Почему армяне решили столь сильно искалечить человека? Сделали они это намеренно или случайно? Это не важно.

Жизнь человека искалечена безвозвратно. Бекеле хоть и мучила совесть, ему не было его жалко. Он ему не сочувствовал. Ему в принципе в глубине души было на это наплевать, да и совесть мучила его не сильно. К тому моменту Бекеле уже купил билет на ближайшее время проведения спектакля. Он решил пойти туда, хоть и почувствовал жажду его морального убийства. Это словно кто-то или что-то пожелало его уничтожить в каждом аспекте его существования. Бекеле на долю секунды даже почувствовал, как у него начинает мутиться рассудок, но внезапно это просто прекратилось, так как он это неведомым ему образом сам же пересилил и взял себя в руки. Оправившись от непонятного страха, он отправился на спектакль.

Спектакль был о наследии императорского трона. Императрица искала свою наследницу, зная о предмете, который ей оставила при разлуке. Сюжет спектакля был достаточно интересен Бекеле и там поднимался достаточно философский вопрос о борьбе за власть. Он проникся общей идеей повествования и задумался о борьбе за власть между людьми, что всегда заканчивается несчастьем проигравшего эту битву, а в самом худшем случае это может окончиться даже смертью проигравшего битву за власть. Ведь сколько было императоров, сколько царей в этом участвовали и большинство умерло не своими смертями. Они были убиты в процессе борьбы за власть, которой они обладали. Кем? Как напрямую узурпатором, так и косвенно недовольными подданными, убеждёнными в том, что в тяготах их жизней виноват именно их правитель.

Доминирование правящего класса, конечно, неизбежный факт. Наличие доминирующего класса, хоть так считать и не принято, является болезнью общества, в котором оно присутствует и, как правило, это болезнь неизлечимая. У людей такая природа — доминировать друг над другом. А почему? Ответ известен уже давно. Причина — это отсутствие в природе хищников, которые бы на них охотились. Именно этот факт и вызывает у людей взаимную агрессию друг на друга, хотя у животных подобное проявляется гораздо слабее и только в случае конфликта за пропитание или полового партнёра. При этом у травоядных, которые имеют в природе хищников, которые на них охотятся, такое явление в принципе отсутствует, а доминирование вожака стаи, если в качестве примера взять лошадей, является не столь агрессивным. При этом жажда доминирования над себеподобным является скорее противоестественным явлением природы, потому что не имеет смысла как такового, ведь живым организмам это не помогает удовлетворить ни одной своей потребности, а даже наоборот мешает. Отпустив волну собственных размышлений, Бекеле продолжил смотреть спектакль. Муки его совести несколько ослабли и сердце успокоилось…

Ход прошлого до смерти Аарона Шпиллера. Сидя у камина, Аврора думала о своём, пока к ней не подошёл император. Он посмотрел на девушку, сидящую у камина и задумался о том, что все же не знает о ней ничего. Он не знал ни кто она, ни откуда она, но почему-то ей доверял. Ему казалось, что решение какой-то важной для него проблемы связано именно с ней. Он предполагал, что она не из бедной семьи, но не хотел её расспрашивать лишний раз. Аврора сидела у камина, наслаждаясь теплом и спокойной обстановкой, слушая треск огня в камине. Аарон Шпиллер спросил:

— Вы нашли способ открыть дверь в сад, сударыня?

Аврора с гордостью сказала ему:

— Да, я нашла магнитный ключ. После этого открылась панель набора, для которой нужна комбинация символов, необходимая для её открытия. Я рассчитывала, что откроется дверь, а не панель с клавиатурой для ввода пароля. Я была шокирована этой неожиданностью. Может ещё что-нибудь появится. Преград было очень много. Особенно лазер на верхней части стены рядом с дверью. Я еле мимо него пробежала. Думала он меня испепелит.

— Вы достаточно отчаянно поступили, сударыня. Я не ожидал, что вы рискнёте это сделать. Ведь это очень опасно и я очень сожалею, что не смог вам помочь выполнить мою просьбу в более безопасных условиях. У меня просто нет доступа ни к системам охраны входа в этот сад, ни к замку от самой двери и я вам об этом уже говорил. Что я могу сделать для вас в качестве благодарности? Чего вам хочется?

Аарону Шпиллеру III очень хотелось отблагодарить девушку, потому что он уже давно пытался найти доступ в сад своего отца и не мог его найти самостоятельно по различным причинам: то времени не хватало заняться этим, то настроение было неподходящее. Он и не мог придумать способа это сделать, потому что просто не получалось.

— Я хочу себе какого-нибудь зверька, — сказала Аврора, — пушистого и ласкового, но, чтобы он был хищным и маленьким. Если вы не в силах выполнить мою просьбу, то простите меня, пожалуйста. Простите, но мне больше ничего, кроме него, и не надо.

Аарон Шпиллер III даже слегка оскорбился тем, что при его уровне власти, возможностях, сидящая возле камина девушка просит его о такой мелочи. Это бы оскорбило его до глубины души, если бы он не понимал, что, это просто проявление уважения к нему с её стороны, а также подтверждение отсутствия желания им манипулировать. Аарон задумался о том, почему же его это так оскорбило. Он был властным человеком. У него было все, что он только пожелал бы и не мог никак понять, почему же скромность этой девушки так оскорбила его. Властные люди обычно обладают жадностью, которая не позволяет им почувствовать подобное оскорбление от чужой скромности в отношении просьб, обращённых к ним, но Аарон Шпиллер был не таким. Он не был жаден до своей власти, а потому почувствовал себя оскорблённым, услышав столь малую просьбу и осознал почему. Все дело в том, что он из-за этого почувствовал со стороны Авроры заниженную оценку своих возможностей, однако он был мудрым человеком и не стал ничего ей говорить или ругать её, хотя и мог. Он просто решил сделать как она его попросила.

На следующий день по приказу императора Авроре в комнату служанка принесла пушистого зверька. Он был похож на кота, только мордочка была более продолговатой, чем у кошачьих, а хвостов было два. В целом схожесть с кошачьими была огромна. Шерсть этого животного была голубого цвета и переливалась разными бликами красивого блеска, была гладкой на ощупь. Аврора погладила его на руках у слуги и этот зверёк показался ей очень милым. Зверьку Аврора не очень понравилась и, позволив ей себя погладить, он соскочил с рук слуги, подняв шерстку дыбом. Аврора почувствовала негатив зверька и ей стало немного обидно. Она поняла, что обидела его. Зверёк подошёл к ней и ещё раз на неё взглянул. Авроре показалось, что он о чём-то размышляет, но она не знала о чём. Потом зверёк проследовал вглубь её комнаты и спрятался под кроватью.

— Спасибо, что выполнили мою просьбу. Императору передайте спасибо, — сказала Аврора служанке.

— Конечно передам, — ответила она ей с улыбкой, — надеюсь вы с ним подружитесь.

— А что это за животное? — осторожно спросила Аврора, остерегаясь, что своим незнанием местной фауны себя выдаст. Я никогда таких не видела.

— Это зарничка, очень милая и добренькая, хотя немного она и своенравна.

— Конечно, я тоже на это надеюсь, — ответила ей Аврора, закрыв за ней дверь своей комнаты.

Потом Аврора посмотрела на кровать. Зверёк вылез оттуда и посмотрел в её сторону, недовольно фыркнув. Она, заметив его реакцию, сказала ему:

— Ладно, ладно. Я тебя не буду больше гладить, раз тебе это так неприятно! — сказала Аврора.

Зверёк посмотрел на неё, словно понимая её слова и спокойно к ней подошёл, начав ластиться о её ногу, показывая этим дружелюбие. Аврора уже было хотела его погладить, однако потом она вспомнила своё обещание и решила просто полюбоваться его красотой. «Не буду гладить, не буду!» — подумала Аврора, преодолевая это желание, осматривая своего нового любимца от головы до двух хвостов и не могла налюбоваться. Потом она решила попробовать с ним поиграть и он её охотно поддержал. Она взяла ленточку с туалетного столика и он охотно ловил её. Несколько часов спустя в её комнату кто-то постучался. Аврора закончила играть с зарничкой и пошла открывать дверь.

За дверью стоял мужчина в форме охранника. Аврора была удивлена. Обычно охрана внутри замка не дежурит в это время, а ночью патруль осуществляет не более одного. Сейчас не была ночь. Она спросила его:

— Чем я могу вам помочь?

— Здравствуйте, я Алмаз Чудаков. Не найдётся ли у вас немного свободного времени мне помочь? — спросил он у девушки с некоторым волнением в голосе.

— Да, я вас слушаю, — ответила Аврора.

— Император просил меня зайти к вам с его следующей просьбой. Он рассчитывает, что вы её выполните.

— Конечно. Что за просьба?

— Завтра приезжает король соседнего государства и он хотел бы, чтобы вы с ним тоже познакомились. Я должен вам рассказать немного об этом человеке. Вы меня не пропустите?

— Конечно, — ответила Аврора и пропустила его в комнату.

Охранник присел на диван и начал рассказывать о нём:

— Его имя Алик Чуковский II. Он человек очень жёсткий и жестокий. Даже как правитель он по отношению к своим поданным достаточно жесток. Этот человек словно бич, убивающий сам себя. Он создал в его государстве целый свод законодательств с жесткими правилами и принципами, которые его поданные боятся даже самую малость нарушать, потому что в случае нарушения он даже не казнит их, а просто делает их жизнь в своём государстве настолько невыносимой. В обществе, в относительном отстранении от него такие люди обычно заканчивают собственные жизни суицидом. Приведу вам пример: как-то раз он велел привести к нему местного искусного столяра и приказал ему убить собственноручно свою жену и единственного ребёнка, однако столяр был добрым и человечным. Понимая, что в этом случае тиран может убить его он отказался так поступить. Услышав от него отказ, Алик велел наречь его казнённым, что в их обществе означает не только самое позорное клеймо, неполноценность и убогость, но и невозможность для человека с этим статусом делать что-нибудь в обществе, даже в одиночку. Он полностью этим стал лишён возможности заработка средств к существованию. Общество государства Алика в данном случае просто уничтожает человека и душевно и личностно. Если кто-либо из них поведёт себя с казнённым по-человечески и попытается ему помочь, то он будет убит даже более жестоко, чем сам казнённый, который в конечном итоге должен покончить с собой. Подобным образом он совершает свою расправу над множеством людей, которые проживают в его государстве.

— Какой страшный человек, — серьёзно помрачнев сказала Аврора, — и как же мне с ним общаться? Вдруг он и мне пожелает смерти, а ещё хуже, убьёт меня, если я его ненароком разозлю?

— Вы не беспокойтесь! — заверил её мужчина, — вы же не являетесь подданным его государства, а значит император Аарон не позволит ему вам навредить. Даже больше! Возможно вы узнаете много нового от него, несмотря на его жестокость и беспощадность.

— Я подготовлюсь тщательно к предстоящему разговору, хотя и не люблю жестоких людей, тем более, если он действительно такой, как вы мне рассказали. У нас в семье всегда ненавидели жестоких и столь аморальных людей. Низкие, гадкие беспощадные ублюдки! Если честно, мне тяжело даже слышать об этом.

— Понимаю. В моей семье тоже мораль несколько выше, чем в государстве этого человека, — ответил охранник.

Опомнившись от некоторого потрясения после рассказа охранника об этом короле, Аврора сказала:

— Что ж, это очень хорошо, что у вас есть моральные ценности, — она была рада тому, что тема разговора сменилась, — А какое качество души человека вы цените больше всего?

Охранник по началу промолчал, почувствовав некую тревогу по неизвестной ему причине, но сразу же опомнился и сказал:

— Я ценю смелость в человеке. Я пусть и не совсем воин, но моя работа защищать имущество и людей в этом замке. Конечно, смелость может проявляться и аморально, однако это огромная редкость, потому что смелость — это черта человека, идущего наперекор тому, что его сильнее и нам Бог всегда сопутствует. Мой товарищ во времена войны с Толероном был в самой слабой роте, а на них напал один из сильнейших и отличнейше оснащённых самым современным вооружением легионов. Их костюмы были оснащены восемью кристаллами, что означает высокое мастерство и силу только лишь просвещённых, сопровождавших армию Толерона. Как именно этот класс людей называют в самом Толероне я не знаю, потому что я там не был лично. Я слишком молод и не застал период мирных отношений между нашим государством и Толероном. Сама их армия была ещё более устрашающей по мощи оружия и боеспособности. В момент противостояния двух армий армия Толерона практически разбила силы войск наших, в составе которых состоял мой товарищ. Когда надежды уже не было, он смело взял главный козырь сил своей роты — квазиатор. Это оружие похоже на шар в который так же встроены энергетические кристаллы, однако полярность этих кристаллов при запуске даёт подобие взрыва с большим эпицентром. При этом, всплеск синей энергии, излучаемой этим оружием уничтожает всё, что относится к живым организмам — от бактерий до ошмётков мыслей живых существ. Если в эпицентре подобного всплеска энергии окажется человек, то даже самые близкие его родственники теряют все воспоминания о его существовании. С этим оружием он побежал в самое сердце вражеских войск и настиг генерала их армии, получив при этом три тяжёлых ранения. Одно из его ранений было в голову. Мы уже было думали, что он умрёт от этого, однако он продолжал бежать даже так и, настигнув ублюдка, он запустил шар прямо у него под носом, после чего на автомате, словно одержимый, отскочил в сторону и побежал в произвольном направлении, получая от вражеских солдат все новые ранения. Квазиатор запустился и огромный энергетический всплеск, похожий на синеватые звёзды, окутал все живое в достаточно большом радиусе и испарил все, что было охвачено его воздействием. Он сам сильно пострадал, хоть и не был уничтожен квазиатором и через некоторое время он должен был умереть. Мы все с ним уже попрощались морально, однако, как только битва подошла к завершению нашей победой мы обнаружили, что он все ещё дышит. Он до сих пор жив, но живёт уже мирной жизнью. Я как-то у него спрашивал, зачем он так рисковал собой, потому что считал его самоубийцей. Он пошёл на верную смерть и я даже ему прямо дословно это сказал, но он спокойно мне объяснил, что в тот момент у него не было выбора, потому что он знал, что если он не рискнул бы и не проник в самое сердце вражеских войск, то он бы в любом случае был трупом и прикончить их генерала подобным образом лично для него являлось единственным лучом надежды к выживанию. Он всем сердцем жаждал победы над этими свиньями любой ценой. Если бы он в тот момент умер, потерпев неудачу, то он бы ни о чём не сожалел. Он лишь попытался победить. Вот такой вот он, мой товарищ.

— А я ценю мои мечты, хотя меня порой и охватывает некое отчаяние по поводу их осуществления. Без мечты нет смысла во что-то верить, потому что вера сама по себе является ответвлением мечты человека и при том не важно какой. Будь то свобода, будь то сила побеждать, будь то стремление к развитию или даже идеализированная утопия общества абсолютного добра — всё это проявление стремления к осуществлению какой-либо мечты. На практике, когда человек осуществляет свою мечту, она почему-то получается совершенно не тем, что он хотел получить в результате, а эгоизм человека, осуществившего свою мечту, становится бичом её реализации, что в результате порождает совершенно новую мечту, но уже из той, что была лишь попыткой воплощения, а её отрицанием идеала. Поэтому я всегда надеюсь и верю, что рано или поздно и мои станут реальностью. Ведь жить в отсутствии всего этого — это слишком однообразно и скучно. Ещё мне нравиться изучать что-то новое и познавать действительное и фантастическое. Например, в этом замке я пережила уже множество разнообразных впечатлений и рассчитываю узнать ещё много нового и интересного, а также познакомиться с множеством интересных людей, как вы, например. Но все-таки, я немного нервничаю по поводу разговора с королём. Мне кажется моя с ним беседа окончится неудачей.

— Не переживайте, все образуется. Он хоть и тиран в качестве правителя, но в целом по своему общению очень добр. Только не обольщайтесь, конечно. Лицемерие с его стороны доброта, но это может послужить гарантией того, что в момент вашей встречи с ним он вас, по крайней мере, не обидит в ходе беседы.

— Хорошо, я это учту.

На этой ноте охранник покинул комнату Авроры и отправился по своим делам, а Аврора решила тихо почитать книгу в своей комнате до самого позднего вечера…

Глава 12

Доделав дизайнерский проект, Ава решила навестить сестру в больнице и, собравшись, поехала к ней. Уже было ближе к трём часам дня. Зима давала о себе знать свирепым холодом и блеклым солнцем. Небо было серым, как обычно в это время года, и носило отпечаток обыденности и некоего безразличия. В обычных обстоятельствах оно даже могло бы навивать некую тоску, однако его серость не предрасполагала к этому, а даже наоборот, это безразличие немного успокаивало Аву. Она помнила о трупе матери в шкафу. Ава до сих пор не могла до конца понять, как это вообще получилось. Она убила её собственными руками вместо того чудовища, которое она видела на кухне. Дойдя до остановки, Ава подумала о том что, если бы она сравнила себя сейчас с любым другим убийцей, а она уже вполне осознанно считала себя таковой, то он бы на её фоне выглядел достаточно более слабым человеком. Даже самого холодного убийцу уже в первые секунды после убийства пробирает дрожь от осознания того, что он сделал, а у неё это было не более полминуты. Ава порой испытывала муки совести из-за этого, но она не могла слишком долго переживать. Ава это сделала практически случайно и при обстоятельствах, которые были ей до сих пор не ясны. Больше её интересовало выяснить больше о причинах. Она вспоминала с тревогой в сердце те моменты, когда пряталась за диваном от неведомо чего и боялась даже дышать или двинуться.

Ава села в автобус и, проезжая мимо череды жилых домов высотой от пяти до десяти этажей, увидела в одном из них достаточно интересную картину, а сидящий рядом с ней мужчина сказал с удивлением: «Опа-на! Это же флешмоб!». Ава внимательно посмотрела на дом. На балконах стояли женщины в синих платьях и мужчины в официальных костюмах, обвязанными флагами России. Люди аплодировали стоя и размахивали табличками с надписью: «Честному — хвала, коррупционеру — тюрьма». Флешмоб стандартный, носящий лозунг местной политической партии и несет в себе смысл, что следует в нашем обществе всем, кто поддерживает коррупцию, отправляться в уютную тюремную камеру подальше от честных людей. Ава всмотрелась в этот пейзаж и, хоть автобус уже удалялся от этого дома, в её голове образ этого дома прочно укоренился. Она начала обдумывать то, что она увидела.

В этот момент на неё слегка налегла некая усталость по непонятной ей причине. То ли от стресса ввиду последних событий, которые она пережила, то ли сама неведомая сила на неё таким образом давила. Множество людей в этом доме были объединены одной общей целью — поделиться своим стремлением, верой и надеждой на желаемое направление политики поощрения в обществе именно честных людей и наказания коррупционеров для предотвращения противодействия развитию качеств честности и порядочности в людях.

Ава задумалась. Действительно ли качество честности и порядочности так ценно в человеке? Кто вообще это ценит? Если задуматься, то это качество нужно как раз тем же коррупционерам, потому что им нужно кого-то материально оскуднять и нарушать чьи-то права и интересы. К кому же, кроме честных людей, коррупционерам проявлять свою надменность? Они ведь считают себя более совершенными, как личности, однако совершенных личностей вообще не бывает, потому что любого можно сломать просто до такой степени, что ему не останется больше ничего другого, кроме как покончить собой.

Суицид не спасёт человека, которого уничтожили как личность. Коррупционеры являются более сложным классом людей в моральном аспекте, чем простые люди, и имеют больше возможностей. Естественно, если этот класс людей начинает чувствовать в крупных мероприятиях, то он обнаруживает что не способен до конца подавить и уничтожить более простые моральные классы. Коррупционеры так или иначе начинают впадать в некий азарт на пути к этой цели. Они не понимают что именно на труде, опыте и практических навыках честных людей стоится все их благосостояние.

Уничтожение простого человека в обществе — это дело обыденное. Нас уничтожает буквально все, что нас окружает, но при этом строит в нас что-то новое. В тирании над честными людьми коррупционеры хоть и господствуют, но у них не остаётся выбора, кроме как терпеть этих бесполезных, ненужных, никчёмных паразитов с их точки зрения. Люди разные бывают и коррупционеры просто оказываются не в силах задавить всех. У них больше власти и они отнимут всё. Они задавят морально. У них сильнее характер и они будут нежиться в гнойном удовольствии своей победой над человеком, который был их в чём-то хуже с их точки зрения. Даже в аспекте честного заработка коррупционер достанет деньги обманом, а не будет работать, как честный труженик. При этом, хоть психология честных людей и разная, но ни один честный человек никогда не станет сдаваться даже в таких неравных условиях. Те, кто создаёт видимость поражения, то есть соглашается с коррупционером, не достоин осуждения, так как их обстоятельства всегда имеют историю сподвижения толпами их к смерти, чтобы появился тот первый убийца. Никто не обязан покоряться подобному человеку морально и в любой момент он просто разорвёт с ним отношения. В жизни есть неизбежные ограничения этого процесса. Причём проявляются они самым нелепым образом. Многие политические лица, бизнесмены, а также лица других профессий, имеющие достаточное благосостояние, часто заканчивают насильственной или тяжёлой смертью. Политики убивают друг друга чужими руками, а прочие заболевают без причины и, даже видимость того, что им стало легче, не спасает их.

Честные люди, естественно, тоже умирают. Их больше и по неизвестной причине они умеют жить с болезнями гораздо дольше, чем более сложные моральные классы. Почему? У более обеспеченных классов людей есть возможности поехать лечиться, а у простых людей эти возможности ограничены.

Ава вышла из автобуса, зашла по дороге в магазин закупить продуктов и гигиенических средств и пошла в больницу. По дороге в больницу она смотрела на прохожих, которые весело улыбались, смеялись, но словно они все что-то забыли… что-то потеряли и не понимали этого…

За этим весёлым, радостным смехом скрывалось нечто жуткое, неведомое и, хоть и светлое, но столь эгоистичное в своих стремлениях, что навивало некую жуть. Все прохожие казались Аве неестественно добрыми и радостными. Она была отщепенец среди них и не понимала причин их радости. Может это с ней было из-за того, что труп её матери лежит в шкафу и она никому не говорит об этом? Может ещё более сильный стресс из-за пережитого? В её глазах это выглядело противоестественно. Радость человека — это плохо, а потому этот фон людей, преисполненных нескончаемой радостью, выглядел не лучше серой безликости. Это было бессмысленным. Человек разнообразен и сложен, а серая радость, которой были преисполнены прохожие, говорила о некоем их безумии. Возможно лишь на тот момент времени, когда Ава их увидела они это изображали, но это выглядело в реальности именно так, а не иначе.

Ава зашла в больницу и направилась в палату, предварительно узнав у медсестры, наступило ли время посещения. Медсестра, хотя в этот момент и немного застопорилась, но ответила ей. Когда медсестра одобрила, что время приёма пациентов уже наступило, её тон был неуверенным и обеспокоенным. Услышав фамилию Авы медсестре показалось, словно по отношению к ней Ава сделала что-то ужасное и непростительное. Ава промолчала и направилась в палату сестры через тот же злополучный коридор, которым Бекеле всегда ходил к Ивану. Когда она достигла палаты, внезапно к ней подошёл врач, весь позеленевший от волнения и, что-то прокряхтев, осторожно начал ей объяснять:

— Понимаете, уже два дня как ваша сестра бесследно исчезла из палаты и мы понятия не имеем, где она может быть. Нам очень жаль, но мы уже обратились в полицию, чтобы её нашли. С нашей точки зрения — это похищение. У нас нет даже предположений кто мог это сделать. Полиция уже ведёт расследование и я думаю она найдётся.

Ава настолько удивилась, что её затрясло, а рот непроизвольно открылся в удивлении. Она отшатнулась назад. Не мудрено. Совсем недавно в её собственной квартире происходило непонятно что, а тут её единственная, любимая сестра бесследно исчезает, а мать убита ей собственноручно по непонятным обстоятельствам. Ава даже предположить не могла, куда могла исчезнуть Аврора и, побледнев и приняв все обстоятельства такими, какие они есть, она медленным шагом покинула больницу.

Выйдя на улицу из мрачного здания, Ава сильно нервничала и впервые за все это время ощутила в душе сильную панику, словно что-то рвёт её на части. Она была умной девушкой и понимала, что паника не бывает на пустом месте. Ей было из-за чего переживать, ведь сам окружающий мир, после того, что случилось в её квартире, стал ей казаться нереальным или ирреальным. Миром с нарушенными законами, как минимум, времени и пространства.

Ава снова пошла на остановку и по дороге решила зайти на рынок купить продуктов, так как она знала, что матери больше нет и продукты покупать некому. Некое сожаление охватило её сердце, но она понимала, что здесь скорее не её вина, а роковое стечение обстоятельств над которыми она даже психологически была в тот момент, тот короткий момент, не властна. Это понимание не спасало её от поступившего чуть ли не к горлу чувства вины, которое медленно, но верно её душило. Ава шла по дороге и задыхалась, осознавая содеянное, но и исправить ошибку, убив родную мать снова она уже не могла. Ава могла лишь бежать от правосудия, надеясь хотя бы на то, что в ближайшее время никто не заметит исчезновения её матери и её не посадят в тюрьму. Сейчас это угнетало её больше всего. Её разум судорожно думал о том, каким образом ей избежать этого в будущем и был на пике гениальности. В её сознании промелькнуло множество идей, множество схем и различных планов, пока она шла. Ава решила остановиться на следующем плане: вывезти тело матери на такси, положив в большой мешок и закутав в одеяла, сказав, что мол везёт она их в деревню. Заняться этим вопросом она решила дня через три, когда более или менее никто не обратит внимание на то, что она поедет туда. Ближе к выходным подозрений это не вызовет. Дойдя до остановки, она дождалась автобус. Пока Ава ждала, она обдумывала мелкие детали своего плана: где взять подходящий мешок для перевозки трупа? Купить ли новые одеяла или взять имеющиеся? Что сказать таксисту более детально и осторожно, дабы не вызвать подозрений?

К остановке подъехал автобус и это успокоило её, словно она нашла проблеск выхода из своего тяжёлого положения. Сев в автобус, Ава поехала домой все ещё обдумывая, как ей избежать общественной погибели в виде тюремного заключения. А снег на улице печально падал…

Иван проснулся рано утром и ещё раз начал обдумывать свою историю, которая с ним на данный момент приключилась. Он неизвестно где, неизвестно в каком на самом деле он положении, учитывая тот факт, что никто не предполагал кто он вообще такой и из какого он мира. Сам этот мир был ему чуждым, хоть и до боли похожим на его собственный. Все тут было по-другому и люди были более жестокими. Он осознал, увидев труп в деревне степень их жестокости. Больше всего его напугала безликость этого. В этот момент по необъяснимой причине он ощутил в ноге сильную боль и жжение. Едва ей двинув, он почувствовал, что боль прошла практически мгновенно. Ему показалось это странным, однако он не придал этому большого значения, ведь у людей часто возникают необъяснимые боли по неизвестной причине. Физиологической причины не может не быть. Иван решил разобраться в причинах своих ощущений в то мгновение и боль его даже заинтересовала, отвлекла от вопроса «Где я?».

Иван задумался о причинах. Нога в полном порядке, но если так, то откуда боль? Не может ничего в организме болеть без причины, потому что причина есть всегда. Эта боль при этом отличалась от обычной, потому что он явно чувствовал, что нервы в ноге реагировали, но словно не на самом деле, не по-настоящему. Сама боль была словно иллюзией и навивала вместо ощущения реальности чувство ирреальности, словно унося куда-то, но оставляя его на месте. Иван задумался и вспомнил, что похожее случалось со многими людьми и из его мира и тут его осенило. Это не боль! Это проявляется в виде боли, но на самом деле ещё не случилось. Его хотят убить, потому что в тот самый момент, как он об этом все глубже задумывался, боль начинала утихать, сменяясь жаждой убийства по отношению к нему или даже ко всему его существу. Почувствовав это, Иван не испугался, а его это напротив даже отрезвило и вернуло к реальности. Это было очень необычно. Никого в комнате не было, а значит это не мания. Он не знал какими возможностями обладают люди в этом мире. Иван принял решение не искать предполагаемого убийцу, а дождаться нападение. В одном он был уверен точно — это его реакция на труп, лежащий в деревне кому-то очень не понравилась и, судя по всему, его решили убрать именно за это. Он ещё тогда, когда увидел этот труп, ощутил некое слабое чувство опасности, но просто это проигнорировал.

Выйдя в коридор, увешанный живописными картинами и скульптурами, Иван подошёл к слугам и отправился завтракать. Завтракать он пошёл с простыми слугами, хоть и считался гостем императора. Он не был слишком требователен к еде и ему не хотелось ждать пока накроют на стол, а слуги завтракали раньше. За столом все обсуждали текущее положение императорской семьи, которое было весьма плачевным. Император так и не вернулся назад в замок, а поиски пока не дали результатов. Все завтракали и с увлечением обсуждали вернётся ли он самостоятельно и жив ли он. У всех подло закрадывалось подозрение о его кончине. Это подозрение отзывалось у каждого чувством глубокой подлости по отношению к их правителю, однако они не могли отрицать правду, которую пока не осознавали окончательно. Внезапно разговор зашёл об одном торговце, у которого одна из служанок покупала мясо накануне. Торговец не был честным человеком и ради собственной выгоды рекламировал полезные свойства мяса, которое было начинено вредными аналогами консервантов данного мира. Они причиняли вред организму потребителя. Человек получал весьма неплохие прибыли и его продукцию все равно продолжали покупать. Настолько велико было его искусство обмана. При всем вреде продукции покупатели были уверены, что она хорошего качества и продолжали тратить свои маленькие доходы от разнообразных ремёсел на его товар. Однако служанка, покупавшая у него это мясо в последний раз, это заметила и пожаловалась ему на это. В ответ она получила не просто оскорбления в свой адрес, а была им названа глупой и сумасшедшей, так как она, по его мнению не смогла оценить качество его превосходной продукции. После этого конфликта, служанка, естественно, в ответ не молчала и тоже высказала ему все, что о нём думала. Она почувствовала в области шеи и головы сильную боль. «Вот ведь, проклятый лжец!» — подумала она и с безразличием пересилив эту боль отправилась назад во дворец. После того, как она сказала об этом, один из слуг спросил у неё: «Может тебе сходить на массаж? Есть очень хорошие мастера. У тебя прошла бы боль» — сказал мужчина за столом. Служанка почувствовала со стороны слушателей её истории некое моральное давление, словно то, что у неё в тот момент, после разговора с торговцем заболела шея и голова делало её неким изгоем. Она не растерялась и, взяв себя в руки, сказала: «Это все негатив от этого проклятого афериста. Он использует желание своих покупателей потреблять свежие продукты, а сам продаёт напичканную алхимическими препаратами и зельями отраву. Я не удивлюсь, если это какое-то проклятье от него пало на меня в тот момент». Дальше беседа пошла своим чередом и внезапно в коридоре раздался крик:

«Аааа, на помощь!» — вбегая в помещение, где все завтракали, прокричала женщина, которая была одета в форму служанки низкого ранга. Все всполошились и начали узнавать у неё, что случилось. Та, немного отдышавшись и успокоившись, сказала: «Императрица! Императрица повесилась в своей комнате! Она уже не дышит! Помогите… Как такое могло случиться?!». Все в этот момент словно получили церебральный паралич, оставшись стоять на ногах, но лишь старичок с длинной бородой, являвшийся одним из старших слуг, немного пошатнулся в ошеломлении от услышанного. Он был сильно шокирован тем, что проклятье императорской семьи начинает сбываться. Согласно проклятью, императрица должна была умереть последней и он волей-неволей вспомнил недавний разговор об императоре. Старик сказал Ивану о проклятье и событиях, которые видела Аврора 16 лет назад, посетив церемонию благословения и добавил: «Вам не кажется, что проклятье начинает сбываться? Я опасаюсь, что господин Аарон больше не вернётся и скорее всего в живых его уже нет…». Несколько неуверенно и пытаясь уклониться от тревоги, которые должен был испытывать при осознании этих обстоятельств, Иван равнодушно ответил: «Я уверен в том, что он мёртв. Я не знаю, как он умер, однако я словно чувствую интуитивно, что это именно так».

Внезапно у Ивана закружилась голова, а в голове раздался непонятный звук, похожий на древнеиндийские гимны и мантры, но без слов и слишком короткие для того, чтобы назвать это музыкой или гимном, словно кто-то или что-то поразило его психически в тот момент. Он потерял сознание, ощутив перед этим сильное головокружение и слабость в теле, которое, обмякнув, рухнуло на пол. Слуги, увидев это, переполошились и Ивана немедленно унесли в его комнату, а старик побежал искать лекаря для того, чтобы выяснить, что с ним случилось. Никто не заметил, что со стола сама по себе упала и разбилась вдребезги тарелка с едой…

После того, как Иван пропал из больницы, жизнь Бекеле шла своим чередом. Он все-таки надеялся на то, что что-то в этой странной ситуации в скором времени изменится. Когда он покинул свою квартиру, чтобы купить продуктов на рынке, он, шагая по улице, словно ощущал тонкие слои пустого пространства вокруг себя, ощутил некую ирреальность окружения, хоть и понимал, что это лишь иллюзия его воображения. Расслоенное пространство выглядело в его воображении золотистым и навевало атмосферу волшебства.

Бекеле осознал, что его воображение выдаёт ему атмосферу окружающего настроения в виде этого золотистого расслоенного пространства, однако он лишь одного не понимал: почему окружающее его пространство осознаётся им в виде образа? Он не должен не ощущать и не понимать его. Раз он почувствовал его и, будучи умным человеком, понял, что в реальности этого не бывает, то он просто осознал это как плод своего воображения и даже как свою мечту о волшебстве.

Затем, зайдя на рынок, Бекеле встретил там кавказца, торгующего фруктами и овощами по весьма низкой цене. Кавказец был усатым с толстыми бровями и выглядел несколько агрессивным дядькой, но при этом было в нём что-то простецкое, что-то житейское и даже немного приятное для восприятия.

— Что будешь? — сказал он Бекеле с небольшим акцентом.

— Мне пол кило бананов или около того, три штуки помидоров и петрушку с двумя огурцами, — с аппетитом попросил Бекеле необходимые для салата овощи. В этот момент, оплатив продукты, он пошёл по рынку и невольно подумал о том, что ему следует отвлечься от странных обстоятельств исчезновения Ивана из больницы. Отвлекаться от того, что тебя тяготит, нужно обыденными вещами, а иногда и необыкновенными. Когда обыденных вещей в жизни человека слишком много, он начинает скучать по необычному и наоборот. Вечно людям чего-то не хватает и это в них очень оригинальная черта. Наша прелесть в нашей нестабильности, потому что этой нестабильностью мы не вредим окружающим, а вот стремление к стабильности наносит ущерб окружающему, потому что все живое нестабильно относительно прочей материи. Люди со стабильным характером могут даже случайно морально убить другого человека, оказывая свою позицию действиями и даже не осознавая, что другой человек может быть в чём-то прав. Другой случай, когда человек осознал несовершенство собственного мнения и решил сам разобраться, в чём ошибка. В результате ещё оказался прав, несмотря даже на то, что доказывал прежде всего себе истинность собственного мнения.

Бекеле вспомнил своего товарища, с которым часто спорил о достаточно высоких вещах и моральных ценностях. Его товарищ был властолюбив и обожал доказывать свою правоту и без разницы ему было, если он не прав был в истинах, которые доказывал. Его увлекал сам процесс этого доказательства и он всегда старался быть уверенным в результате, хотя сам считал это качество своей души и личности стабильным, идеализируя свою личность таким образом. Бекеле в споре с ним часто осознавал свою неправоту, но любил с ним спорить, потому что всегда в результате узнавал что-то новое. В споре рождается истина — это весьма известная фраза. В споре друг с другом мы постигаем что-то новое и развиваемся, не говоря уже о том, что это часто укрепляет дружбу. Может быть интеллектуальное противостояние немного и разрушает наш мозг и психику, но укрепляет нас душевно и личностно. Бекеле заинтересовался, как дела у его товарища. Он не видел его восемь лет с того времени, как они вместе боролись за право владения плантациями Эритрея, ставшей 13 провинцией Эфиопии в 1962 году. У Бекеле дела в те времена шли хуже, чем у его товарища, так как он обладал более мягким характером, а его жажда доминировать и властвовать была гораздо меньше. Его товарищ был не на много сильнее как человек, даже напротив. Бекеле был его намного находчивей и оптимистичней во многих сложных жизненных ситуациях. Его имя было Меконнен и в отличие от Бекеле он имел хорошее образование и был выходцем из богатой семьи. Когда он приходил к нему, запах гниющей земли на участках старой части семейной плантации напоминал ему о его мечте, пусть она осуществилась бы неполноценно, в виде маленького кусочка земли. Встречаясь с другом иногда их беседы заканчивались для него неким подобием интеллектуального фиаско, так как он, как уже описано ранее, всегда в интеллектуальных войнах стремился к победе.

Время было около 15:00. Закупив нужное количество продуктов, Бекеле побрёл домой сквозь толпу людей так же спешащих по своим делам, а в атмосфере вокруг он чувствовал нечто страшное и ирреальное. Что-то, что до этого казалось ему волшебным и фантастическим, а именно пространство, которое он осознал, идя на этот рынок. Он вдруг словно прозрел и ощутил тревогу. Ощутил, что реальность вокруг искривляется, а золотистое волшебное пространство, которое было им на тот момент уже осознано вновь возникло перед ним и он из-за этого опешил. Он ведь до этого считал, что это происходит в его мечтах. Так как же тогда эти золотистые и прозрачно-голубые пространственные «слои» образовались вокруг него? «Это нереально» — подумал Бекеле, но потом ему вдруг пришла мысль, что, возможно, он должен был считать это «аурой». Как тогда он смог её увидеть?

Это сомнение мгновенно развеялось как только пространство вокруг него завертелось и он оказался в совершенно незнакомом ему месте прямо посреди Африканской саванны или чего-то на неё похожего. Сначала он подумал, что пустынные поля с редкой засохшей травой — это Африканская саванна, но он опомнился после того, как увидел, что трава имеет форму, которую он даже приблизительно никогда не видел. Даже на картинках в интернете, а есть эту траву подбежал зверь, похожий на пантеру, но отличавшийся от неё более изящной формой тушки и хвост был слишком короткий. Лапы, при изящном тонком тельце были большие и сильные с большими когтями, а зверь был похож на хищника.

Бекеле не знал, что когти ему нужны, чтобы карабкаться по скалам и деревьям и избегать опасности. Он опешил и не понимал, как это могло случиться, что он внезапно оказался там, где его не было. Он почувствовал растерянность и опустошённость, не зная, как выбраться. Стоять на одном месте он смысла не видел и побрёл дальше. Он отвлекался, уходя в собственные мысли, чтобы отвлечь себя от наступавшей на него паники, от ощущения абсурда произошедшего, но одно он понимал точно: с ним не его воображение. Он это проверил, ущипнув себя за руку, а потом за щёку. Идя по дороге в произвольном направлении, он чувствовал некоторую неуверенность и крах от ощущения подавления его собственной воли внешними обстоятельствами. По воле чего-то болезненного в окружении, словно это ошибка, словно это нереальность вырвалась на свободу, но в то же время это была реальность, и он это знал. Идя мимо дерева, похожего на пальму с красными листьями, по краям отдававшим синевой, он наткнулся на труп негра с гниющими мозгами, которого пожирали при этом хищные птицы-падальщики непохожие не на одну птицу, известную ему на земле. У них были белые хохолки и, когда они издавали подобие щебета, они словно смеялись… словно насмехались, но очень красивым, словно флейта, звуком. Бекеле смотрел на блики из черных перьев, отливающие серебристым на животиках и спинках животных и давался диву. Он ведь таких не видел. Это зрелище даже отвлекло его от трупа негра. Немного подготовившись морально, он хотел было подойти к трупу, но внезапно кто-то сзади подбежал и ударил его по голове. Бекеле потерял сознание, ощутив при этом, как дёрнулась его грудь, а в пищеводе образовалось ощущение сильного жжения. Потом он мог только почувствовать, как двое подняли его тело и куда-то потащили, а пакет с овощами остался лежать рядом с трупом негра…

Глава 13

Просидев вечер с интересной книгой, Аврора легла спать, а на утро подготовилась к беседе с Аликом Чуковским II. С жестоким правителем союзного государства, который в этот самый день должен был приехать. Аврора тщательно ловила настрой к предстоящему разговору, приняв решение вести себя максимально мило и приветливо, чтобы эта встреча не стала для неё роковой. Она опасалась этого больше всего.

Встреча прошла просто замечательно и без последствий. Аврора не до конца понимала причину своей тревоги. Её предупредил охранник обо всём, но Аврора все равно волновалась. Зверёк, которого она попросила у императора в качестве награды за расшифровку кода к двери в сад, подбежал к ней до странного писка и приветливо, умиляюще хмыкнул, шевельнув носиком. Аврора с некоторым раздражающим оттенком наглости и чрезмерной эгоистичностью его оттолкнула, потому что её захлестнула обида на его поведение по отношению к ней ранее.

— Он, конечно, очень ласков сегодня, но с его стороны это очень подозрительно, — несмотря на то, что она отвергла косвенную просьбу своей зарнички о ласке, она была очень рада, что её новый питомец начал проявлять к ней интерес.

Аврора прошла через некоторое время в зал по широкому коридору, задумавшись о том, что многие люди даже в этом мире подвержены стрессам и некоторому подобию чудачества. Она замечала это, общаясь с некоторыми слугами. Этот мир уже не удивлял её так сильно, как она ощущала, когда только попала сюда. Её мучило нетерпение перед встречей с королём, которого она со слов охранника представляла тираном и законченным садистом, делающим из порядочных людей прокажённых, умирающих медленной смертью как морально, так и физически. По крайней мере на тот момент она его представляла согласно располагаемой ею информации. Аврора вспоминала историю, которую тот о нём ей рассказывал и немного боялась. Её словно парализовало, а мысли в голове потухли, когда он вошёл в зал рука об руку с Аароном Шпиллером III.

Это был толстый мужчина, одетый тоже в золотые одеяния. Если у Аарона была длинная мантия, то у Алика были брюки из ярко-желтой ткани, обшитые золотом; ботинки из качественной кожи, близкие по цвету к его брюкам; белая рубашка из шёлка и короткое подобие жакета с узорами, похожими на национальные узоры её родины, которые на Руси ещё до времён средневековья в Европе использовали в качестве орнамента. Лицо мужчины было несколько пустым, но носило оттенок жестокости и суровости. Он был словно каменный с холодными глазами. Он статно сел за стол с Аароном и, поговорив о чем-то в течение пяти минут, Аарон бросил взгляд на Аврору и пригласил её жестом сесть с ними. Император, убедившись, что девушка скромно присоединилась, представил её Алику:

— Познакомьтесь. Это Алик Чуковский II. Он является правителем государства Опития, которое находится с нами в отличных союзнических отношениях уже больше сорока лет. Правда у него нету опыта общения с молодыми девушками, вроде вас. Я думаю, вчера Алмаз рассказал вам о нём достаточно.

— Конечно, — сказала Аврора, излучая некую лёгкость и благоговение, подавив при этом недавний страх перед этим человеком. Увидев его воочию Аврора избегала его открыто бояться, так как подобное было бы неприлично. Она хотела было начать с ним разговор, но вдруг вспомнила, что она не знает, как в этом мире обращаться к правителю иностранного государства. У неё не было опыта для этого. Аврора решила рискнуть и обратилась следующим образом:

— Я очень рада с вами познакомиться, ваше величество Алик Чуковский II. Моё имя Аврора Эддингтон. Вы любите животных?

Мужчина с видом, будто сейчас презрительно рассмеётся над наивностью девушки, которая сидела перед ним, почувствовав неведомое ему чувство неудобства, сдержался и ответил:

— У меня есть тарнилья, маленькая такая. Я уделяю ей мало внимания, — ответил он слегка смущенно тем, что это несколько обличает его любовь ко всему милому.

— А что это за животное? Я о них никогда не слышала, — спросила Аврора, делая при этом слегка глуповатый вид, чтобы её собеседник не понял, что она из другого мира.

Мужчина поморщился, удивившись, как это у девушки нет даже представления о таком распространённом звере. Хотя опыта нет ни у кого в определённых вопросах, как и нет на самом деле проблемы накопления опыта относительно знания различных видов животных. «Она, наверное, много времени проводит дома и мало путешествует» — подумал он.

— Ну у них пушистая жёлтая гривка, вытянутая мордочка, тонкое тельце и длинные стройные лапы с коготками. Сами они хищники и охотятся на мелкую живность, но они очень преданные, если их приручить. Шерсть на остальном покрове бывает белой и бледно-жёлтой. У моей бледно-желтая. Глаза у него всегда блестят, когда я ему даю всякие вкусности, а шерстка блестит от удовольствия и сытости. Кстати, длинная шерсть у них только на гриве, а на остальных частях тела они короткошёрстные. Я с ним часто играю в мяч или чем-нибудь, что он может взять в свою пасть. Ему бросишь и он, немного застыв на месте, словно его что-то блокирует и не даёт ему среагировать сразу, бросается за предметом и приносит обратно. Только вот я не понимаю, почему у него так. Я вызывал много врачей, которые специализируются на лечении собаколоидов, но никто не нашёл у него дефектов. Хотя один наиболее опытный врач мне объяснил, что это может быть дефект его нервной системы. Что его инстинкт охотника не срабатывает сразу из-за этого. Я отказывался в это верить какое-то время, но потом подумал, что даже если это так, я все равно буду заботиться о нём, потому что бросить его было бы для меня невыносимо. Я слишком сильно к нему привязался. Чего он только не вытворял. Диву даюсь порой! Он любит непослушно бегать рядом с моим троном и в такие моменты я чувствую по отношению к нему некую надменность, но я его не ругаю, а за это даже даю всякие вкусности, но обычно он их не просит. Он очень их любит. А до того, как я приручил его, он обитал в лесу. Я нашёл его, когда был на охоте. В этот день я никого не смог ни поймать, ни подстрелить, однако случайно наткнулся на него. Он не мог, так же, как и я, поймать ни одного мелкого зверя. Сначала я хотел застрелить его, но меня остановило чувство, словно бы я себя застрелить собираюсь. Он, как и я, не мог ничего поймать. Так мы с ним и познакомились. Два конченных неудачника в своей охоте. Я думаю, в тот момент он мог только мечтать переловить все мелкое зверьё в округе, как и я, добыть отличные охотничьи трофеи. Ах, вот ведь неожиданный ведьмин хвост!

Алик Чуковский II ругнулся, когда попытался отпить чаю в процессе своего рассказа о питомце и обжег левую ладонь.

Аврора очень хотела бы увидеть такого зверька, однако она почувствовала некое неудобство попросить короля об этом. Она очень удивилась, услышав слово ведьма в этом мире. Аврора думала, что тут нет волшебства и будучи не в силах преодолеть своё любопытство она спросила:

— А что делают ведьмы? Они вообще существуют? — спросила Аврора у короля, так как не знала, что в этом мире вообще делают ведьмы. В её родном мире все они просто чудачки.

Король повёл бровями, оценив вежливость и культуру девушки, которая не знала, кто такие ведьмы:

— У нас есть три класса ментально-физических бойцов, обладающих высокими возможностями психического воздействия сопряжённого с технологией использования энергии кристаллов. Первый — это просвещённые. Они обладают разными способностями, но потребляют много жизненной силы. Как собственной, так и Бога. По сути они дают клятву защиты правящей семьи в нашей стране. Это клятва защиты и службы королевской семье, а в моё отсутствие они правят самостоятельно, так как являются высшим военным чином, потому что некоторые из них настолько сильны, что могут убить человека одной силой мысли. Второй класс — это ведьмы. В отличие от просвещённых, они в большей степени учёные, не обладающие никакой силой, однако они способны с помощью энергетических кристаллов создавать оружие для просвещённых и, в целях самозащиты от опасности, использовать энергию Бога. Это для них может закончиться их смертью, так как они не имеют на это права и расходуют преимущественно свои жизненные силы для психической атаки противника. И третий класс — это просто воины различной иерархии, которые используют энергию кристаллов через проводники в их одежде для физического усиления возможностей своего тела. Они же являются основой практически всех военных сил.

Король взглядом дал Авроре понять, что их разговор подходит к концу и, Аврора, увидев его выражение лица вежливо откланялась и встала из-за стола, уйдя прочь так быстро, словно корабль вниз по быстрому течению. Она поняла, что если и дальше будет донимать мужчину вопросами, то у неё могут возникнуть, пусть не слишком серьёзные, но проблемы.

— До свидания! Мне было очень интересно с вами поговорить, — ласковым и вежливым тоном сказала ему Аврора, — надеюсь, у нас ещё будет возможность побеседовать, и мы вернёмся к тому, что обсуждали. Если же вам не по душе говорить о домашних животных, то я о них вам больше слова не скажу, хотя мне показалось, что про своего домашнего любимца вы рассказывали весьма увлечённо.

Услышав это, взгляд короля смягчился и он продолжил беседу с Аароном. Внезапно Аарон, почувствовав какое-то удушение и неведомые оковы, наполненные желанием запечатать его разум, чувства, эмоции, энергию и прочие структуры его существа. Он сильно побледнел от нарастающей тревоги и паники. Император замолчал и проникся страхом, чувствуя неизвестно откуда неведомую жажду съесть его плоть, разорвать на мясо и ещё при возможности доконать до моральной смерти. Это ощущение вызвало в нём бескрайний страх и ужас и, видя его бледным и застывшим с ужасом в глазах, Алик с Авророй, которая уже на тот момент встала из-за стола и собиралась уходить, забеспокоились. Аврора не понимала, что с императором и тихонько поинтересовалась:

— Вас что-то разозлило или обеспокоило? — спросила она осторожно.

Император откашлялся и ответил:

— Я даже описать не могу, наверное, перенервничал. Все-таки вас, Алик, я давно дожидался, — император просто не смог заставить свой язык повернуться и описать эти впечатления. Он даже не понимал, откуда у него взялись подобные чувства, но почему-то вновь это заставило его вспомнить о проклятии старухи.

— Что ж, давайте прогуляемся по городу, — сказал ему на это король, — я расскажу вам обстоятельства ситуации, которую с вами уже обсудили и за что я ненавижу своих подданных и предпочитаю свою любовь уделять своей тарнилье.

Аврора тоже подумывала выйти прогуляться в одиночестве, так как во дворце она чувствовала лишь пустоту и неведомые сжимающие её оковы, словно бы ей было там душно. От этого ощущения ей становилось тут находиться все теснее и теснее. От этой неприятной ограничивающей её морально и физически иллюзии её настигала духота и оглушение. Пока она брела к выходу, слуги убирали со стола, а охранники с видом, отражающим их собственный долг и преданность императору при лёгком ощущении их гордости своей работой продолжали сторожить выход. Аврора, пройдя мимо них, ощутила снова неведомые оковы. Позже она почувствовала, что они спали с неё и осознала, что это было не случайно. Аврора уже видела ранее силу просвещённых, а потому поняла, что, видимо ей грозит опасность, но не придав этому особого значения, покинула дворец…

Ава, вернувшись домой, прошла в гостиную и села у камина на диван, обдумывая вновь и вновь убийство собственной матери. «Как это случилось? Почему вместо твари, которая предстала перед ней была убита её родная мать её собственными руками? Она же сделала это, защищая свою жизнь, так почему эта тварь оказалась её матерью?» — от осознания своей вины у неё возникло тяжёлое ощущение в голове, словно груду перегноя засыпали туда. Настолько омерзительно она себя чувствовала, но при этом у неё кружилась голова и возникало желание покончить с собой. Чтобы отвлечься от этого, Ава включила релаксирующую музыку популярного альбома «Пение ангелов» и закинула голову на спинку дивана, чтобы прийти в себя. Это ей не помогало: совесть продолжала её мучить, но она и не могла позволить себе ей сдаться. Она не могла покончить с собой, ведь её сестра пропала.

Мысли о пропавшей сестре спасли её от этих мук в тот момент. Она задумалась: «Куда могла пропасть её сестра? Что вообще происходит?» Она при этом каким-то отдалённым уголком своего разума понимала, что вероятно в этом мире её сестру не найдут. Ава не могла до конца понять, почему именно эта мысль пришла ей в голову. Она знала историю аварии в которую попала её сестра и до ужаса злилась на Ивана, хоть его ни разу и не видела. В своих мыслях она обвиняла его в крайней халатности. Авария случилась по его вине. Он был не осторожен за рулём, что в обществе актуальная проблема.

Водитель автомобиля за рулём чувствует себя хозяином положения, но бывает и азарт погонять и опередить остальных на дороге. Все это подпитывает чувство некоей свободы, но печально, что именно из-за этого случаются аварии.

Ава не знала, что Иван даже не отвлекался в тот момент. Машину занесло, потому что он не успел среагировать на повороте. Почему мы иногда не успеваем вовремя среагировать не знает никто из нас по существу.

* * *

Внезапно, мысли Авы об этом прервал звонок в дверь. Она вздрогнула. Её мысли начали путаться в панике, так как она почувствовала, что факт убийства её матери может быть раскрыт. В голове была тяжесть и некое даже бешенство, которое она сдержала, взяв себя в руки и пошла открывать. На пороге коридора стоял священник Антоний с неким вопросом в глазах, так как он не понимал, почему видит такое отчаяние и тревогу в глазах девушки, открывшей ему дверь. Ава, обнаружив в его глазах этот вопрос, мгновенно опомнилась от своего стресса и вежливо спросила:

— Здравствуйте, я не ожидала что вы зайдёте, — сказала ему Ава.

Антоний, немного подумав о странном поведении девушки, спросил её:

— А Антонина Родионовна дома? Просто я приезжал в больницу в надежде помолиться за больную, однако мне сообщили, что она исчезла. Предположительно, это похищение, но обстоятельства странные. Кто мог человека без сознания похитить из больницы незаметно для всех, кто там находился?! Я спрашивал врачей и медсестёр. Никто ничего не заметил и, собственно, об этом я и хотел поговорить с Антониной Родионовной.

Антоний не осознавал, что говорит с её убийцей. Ава мгновенно ответила то, что планировала ранее в подобной ситуации, но при этом её мысли снова начали путаться и она чуть было не проговорилась. Ава сдержалась и сказала:

— Мама уехала по каким-то делам в театре и сказала, что это надолго. Вы зайдёте?

— Пожалуй нет, но странно, что она не отвечает на телефон. Я заходил узнать все ли в порядке. Тогда ладно, я заеду к ней в театр.

В этот момент Ава почувствовала в голове сильную боль, слабость, как при обмороке. Ей захотелось упасть на пол с ощущением, словно нечто жаждет разорвать её тело на мелкие кусочки, но она не смогла. Просто плотная реальность сильнее чувств. Даже при сильном желании она не смогла дать себе эту слабину, потому что это бы выдало её. Она понимала, что если Антоний узнает, что её матери нет в театре, то поймёт, что она соврала и имеет отношение к её исчезновению. Значит надо обставить обстоятельства таким образом, чтобы он подумал, что она исчезла именно по пути туда. Судорожно перебирая свои мысли, выстраивая план, Ава решила составить такую последовательность событий:

1) Сегодня утром они с мамой позавтракали и она проводила её на работу;

2) Вчера мама плохо себя чувствовала, отключила телефон и выглядела взволнованно, поэтому не пошла на работу и отдыхала дома;

3) Потом Антонина Родионовна пропадает после того, как приезжает на остановку, расположенную недалеко от здания театра и пропадает по неизвестной ей причине;

4) В момент, когда заходил Антоний, она беспокоилась за мать, потому что чувствовала, что с ней может что-то случиться.

Обдумав все это, Ава поняла, что если она промедлит, её могут раскрыть и она, перетащив труп, завёрнутый в кучу одеял в коридор, рассчитывала, что ей придётся искать способ устранить запах гниения, но труп по неизвестной ей причине даже не начинал вонять. С момента убийства прошло более полутора суток. Это значительно облегчало Аве задачу. Если нет запаха, значит она спокойно пронесёт одеяла в такси и увезёт на дачу. Да и будет ли кто интересоваться? Нет, нет не будет. В этом нет ничего подозрительного, так как свёрнутые в рулон одеяла смотрелись вполне естественно, а труп в центре не было видно вообще. Ава изощрилась, как только смогла, создавая эту конструкцию. Адреналин ударил ей в голову и она вызвала такси, чтобы осуществить свой план как можно быстрее.

Дача была расположена за городом на 1-м Травяном переулке, до которого было два часа езды на легковой машине. Она, будучи взбудораженной тем, что делает, дождалась-таки машину и покинула квартиру, забыв закрыть за собой дверь. Сев в такси, она положила труп, завернутый в одеяла на заднее сидение. Таксист, вопреки её ожиданиям, даже не обратил внимание на груз и, уточнив у неё ещё раз адрес, поехал в место назначения.

Тем временем Антоний посетил театр в поисках Антонины Родионовны и, естественно, её там не оказалось. Он уточнил у её коллег, что она уже с позавчерашнего дня пропала без следа и не отвечает на звонки. Священник вспомнил, что у Авы был обеспокоенный вид, однако он не мог понять с чем это могло быть связано, так как не мог даже представить, что она способна на убийство. Он просто не понимал насколько эти обстоятельства могут быть запутаны. Он уже осознавал, что с женщиной что-то случилось. Антоний решил завтра снова посетить Аву и поговорить с ней. Вдруг он перебарщивает со своим беспокойством?

Приняв это решение, он отправился из театра по своим делам, а с неба веяло ужасом, словно хаос смотрел оттуда на маленькую Землю. Антоний сначала ощутил ужас от этого неведомого чувства и невольно подумал, что неужто близка победа зла? Неужто скоро конец света? Но, опомнившись, он начал мысленно успокаивать себя, что нет в этом ничего страшного. Там за небесами только космос, который представляет собой этот самый хаос. Да и что бояться хаоса, который является всего лишь формой сложного порядка? Который для более простого кажется состоянием распада?! Пустота гораздо страшнее, чем хаос, потому что существующие объекты не могут её даже понять. Есть выражение: «Если долго смотреть в пустоту, то и пустота смотрит в тебя». Здесь можно задуматься: «Как смотреть в пустоту, если её как таковой не существует даже в космосе?» Пустое пространство является ли пустотой? В принципе, пустоту мы видим постоянно, но не замечаем её нигде, потому что она настолько незаметна, что скорее она сама смотрит через нас и на нас, а не мы на неё. Осознание этого может вызвать как панику, так и спокойствие. Отрицать это бесполезно, как и признавать в принципе. Это просто ничего не меняет, но придаёт стабильность понимаю всего, что окружает тебя. Если брать оригинал выражения: «Если долго смотришь в бездну, бездна начинает смотреть на тебя», то самого понятия бездна в том виде, в каком мы себе представляем, не существует. Это сказка, однако интерпретировать её можно в принципе в виде абсолютной бесконечности структур любой материи. Очень хорошо эта загадка скрыта в этом стихотворении:

Я мирный атом. Звёздные просторы

Своим полётом оживить хочу!

Вселенной чёрные минуя коридоры

Я скоро в каждый дом земли влечу!

Потому что загадку глубин,

Как того из чего мы состоим,

Как и загадку, чем мы можем стать,

Мы решить не сможем никогда.

Антоний увлекался в свободное время физикой и химией, потому что его дочь очень любила эти предметы в школе. Он часто помогал ей готовиться к контрольным, не говоря уже о том, что, хоть его часто осуждали за это остальные, он искал в религии упоминания о реальных событиях и явлениях. Антоний считал это скорее наследием мудрых предков, чем святыней и консерватизмом. Несомненно, он верил в Бога, но искал его в реальности больше, чем на службах в молитве. Молитвы он считал скорее формальностью, способом утвердить его существование в реальности и, конечно, почтить великую жертву Иисуса, как и все люди. Однако он часто задумывался, зачем молиться без искренности? Ведь он постоянно наблюдал лицемерие или безразличие в тех, кто приходил молиться и исповедоваться. Он видел разных людей, но ни у кого искреннего желания постичь хотя бы поверхностный смысл веры не было в его глазах. Чаще всего он видел в людях лишь страх перед наказанием и неудачами, которые Бог может им послать за неверие. Они лишь его бояться, но не понимают правильно даже того, чем он является в реальности. Это была ещё одна причина по которой Антоний любил физику и химию. Он не понимал связь этого с религией до конца, но ощущал, что когда-нибудь он поймёт то, что хочет понять.

Спустя два часа Ава приехала на дачу и вытащила из такси труп, завернутый в одеяла. Она заплатила таксисту и спокойно пошла в садовый домик. Зайдя внутрь, она положила труп аккуратно в коридоре и, не спеша начала обдумывать как с ним дальше поступить. Она сначала хотела закопать его на задней части садового дворика, но если её мать начнут искать и будет подозрение на неё, то труп могут обнаружить. К тому же там мало места, а если закопать в грядках, то в принципе не будет видно. Да и кто вообще додумался бы закапывать его на столь очевидном месте? Да никто! Так Ава и решила поступить: закопать его там же, где растёт картошка.

Ава осознавала сложность процесса. Нужно самостоятельно и достаточно глубоко выкопать яму, закопать труп и потом обратно посадить сверху выкопанную картошку. Она решила сделать это ближе к ночи, когда все лягут спать, чтобы не было свидетелей. Приняв решение и обдумав дальнейшие действия, она пошла в комнату и присела за стол, ожидая ночи. Слушая тишину внутри помещения и смотря в окно, она погрузилась в размышления. В зависимости от обстоятельств человек всегда принимает решение по-разному и логики в этом процессе обычно нет, хотя и бывает. Люди принимают решение, следуя определённым логическим принципам, но в данных обстоятельствах мышление Авы было на пике. Она искала способ сбежать от ответственности за содеянное.

Ава невольно продолжила размышлять. Стоит ли ей бежать от этого? Обычно не многим это удаётся. Может быть она в результате сделает хуже только себе? Ава решила идти до конца! Пусть её потом посадят… пусть её осудит самым жестоким образом общество! Она это заслужила, хоть и совершенно не понимая, что творила. Ава понимала и осознавала, что её мать убила та чертовщина, которая пыталась убить её и она, хоть и виновата по факту, она не могла признать себя виноватой чисто психологически до конца. Девушка убивала в тот момент другое существо. Может быть где-то ещё, конечно, существуют монстры пострашнее тех, что она видела. Как только она вновь вспомнила об этом, её вновь охватил ужас и страх, а тело прошиб холодный пот. Перед её взглядом в её воспоминаниях вновь возникло лицо башкирки. Она никак не могла понять, что тогда произошло. Внезапно стоило ей отвести взгляд от окна и посмотреть туда вновь, как там возникла пустая чернота. Не то, что ночь, а просто пустая чернота. В комнате стало темно и в этот момент она полностью оцепенела, а глаза расширились так сильно, что она ощутила стянутость в веках.

Страх поразил её ещё сильнее и её интуиция, инстинкты заработали предельно чётко. Она ощутила некое странное чувство, которое не могла до конца понять, но могла осознать, что цель уничтожить её не только морально, но и физически здесь не отметена. Вдруг она увидела существо, преследовавшее эту цель. Это был черный, похожий на человека с узкими глазами нелюдь, однако у него были чёрные волосы и даже борода. Кожа не была человеческой. Она была черной с чешуёй, как у дракона, а его рот был в два раза шире человеческого. Нелюдь улыбнулся и показал свои острые зубы, повернув голову в её сторону. Ава в оцепенении разглядела у него на шее торчащий хребет тоже чёрного цвета. Монстр вновь посмотрел в её сторону и она быстрее рыси, прошмыгнув мимо него, кинулась к выходу из домика. Тварь тут же медленно, но верно побрела за ней, не торопясь. Ава потянула за ручку двери, но та словно приросла и не открылась.

В этот раз Ава не запаниковала и побежала прямо на кухню садового домика, чтобы добраться до ножа. Она не успела. Нелюдь схватил её за руку, но словно отупел в этот момент. Он хотел было оторвать девушке руку, но его тело просто отказало, потому что было материей. Нелюдь раскрыл свои широкие глаза и не мог понять, почему он не может двинуться. В эту же секунду в Аве проснулся зверь самой природы и она, вырвавшись из хватки этого ублюдка, пнула его в пах, отскочив назад. При этом её пинок был неестественно сильным и тварь отшвырнуло прямо к стене коридора.

Ава не стала разбираться в причинах. Её сила настолько увеличилась. Да и мало ли, когда она в состоянии страха за собственную жизнь? Как может усилится тело человека точно не знает никто. Она отошла от нелюдя, но не отвела от него взгляд. Вдруг набросится? Нелюдь же отчаянно пытался встать и дать сдачи, но не мог. Не слушалось его тело. Он никак не мог понять почему, а Ава продолжала лишь наблюдать, как он отчаянно пытался встать и была рада, что хоть в этот раз она за себя постояла. Её удивлению не было предела, когда нелюдь внезапно начал словно растворяться в пустом пространстве вокруг него, истошно завывая и прося пощады. Пощады ему не было в этот момент.

Ава наблюдала, как его тело растворилось во множество чёрных бабочек, которые вспорхнули и полетели в разные стороны. От нелюдя не осталось и следа. Ава испытала облегчение. В помещении вновь посветлело, но ей все же легче уже не стало. К ней пришло понимание, что эта чертовщина продолжает с ней происходить. Она была уверена на этот раз, что нелюдь был на самом деле, потому он сдавил её руку до крови и рана так и не исчезла. Ей надо было торопиться, потому что несмотря на то, что в комнате стало снова светло, а за окном стало видно снова пейзаж садовых грядок, уже наступал вечер. Ава решила подготовить лопату и прочие необходимые принадлежности: клеёнки, бинты и садовые перчатки. Клеёнка была нужна для того, чтобы обернуть труп. Перчатки для того, чтобы выкапывать яму, а бинты для того, чтобы обернуть труп до того, как сверху завернуть в клеёнку. Все это было нужно, чтобы аккуратно закопать его в землю, так как гробом для него она не располагала и ввиду обстоятельств купить его не могла.

Обеспечивая запланированные приготовления, Ава словно продала свою душу дьяволу, так как она в этот момент была вынуждена поступиться со своими моральными принципами и начала поступать так, как ей до селе было не свойственно. Ава задумалась: «А есть ли на самом деле это существо «дьявол»?» Она пришла к выводу, что это лишь иллюзия. Само это понятие является лишь названием любого разумного существа, неугодного кому-то, обладающего большей властью, чем оно само. То есть, это просто понятие предательства определённого идеала и неважно кем. Наказание за это в обществе слишком жестокое. Каждый имеет право строить свои идеалы, как и имеет право сражаться со случайными обстоятельствами, толкнувшими его к моральному краху.

Ава пришла к понимаю, что возможно здесь и сейчас она сама дьявол, но она не могла отступить, так как пути назад уже не было. Дальше только ещё один крах, и снова… и снова…. Ава понимала, что в конечном счёте ей уже не увидеть в жизни счастья, но она в данном случае уже и не искала его для себя. Единственное, чего она хотела, это остаться на свободе. Иллюзия свободы важна, потому что за неё человек безропотно готов умереть, покончить с собой, сделать все что угодно, лишь бы её отстоять. Когда человек на самом деле является свободным — такой человек за свободу готов даже уничтожить себя. Того, кто жаждет его порабощения, веруя в вечность неволи, всегда поджидает проклятье. Жизнь в неволе хуже самого страшного ада и Ава осознавала это как-никто другой. Но что такое свобода? Свобода по сути своей — это борьба за право жить. Да, это субъективно, так как у кого-то это борьба за цели, а кто-то потакает собственным желаниям. Иной раз кто-то свободен в том, чтобы над кем-то поглумиться и с причиной, а другие просто заковывают себя в иллюзию свободы, создавая определённое мировоззрение, свод правил, законов, религий и прочих моральных ценностей. Святыни — все это проявление свободы человека. Потому правда в том, что все является относительно свободным, однако в некоторых случаях возникает ощущение «неволи» и это дисбаланс, который обычно устраняется творчеством и созданием чего-то нового. Творчество — это вообще все, что мы делаем в реальности. Оно хоть и дарует человеку чувство свободы и относительного превосходства, но подразумевает определённый порядок, хоть и переменчивый. В творчестве понятие свободы нет как такового, если людям не известен основатель.

Ава продолжала размышлять, ожидая ночи. Где же в этом правда? Вокруг неё исчезло то, что её окружает, когда она увидела в окне абсолютную черноту. Она прониклась страхом не просто неизвестности, а страхом полного исчезновения и смерти. Настолько эта чернота пугала её.

Существует ли эта черная пустота на самом деле в своём настоящем проявлении? Может она просто пронзает все, что только имеет проявление, а также то, что его не имеет? Ава сначала сомневалась, но потом её осенило, что это так! Ведь в космосе есть водород! Водород — это самый первый атом, возникший во вселенской пустоте, которая, по её предположению тоже не являлась абсолютной. Внезапно Аву пронзило чувство, что она потерпела абсолютный крах своих идеалов в которые верила до убийства своей матери, но именно эта точка зрения словно придала ей силу преодолеть этот крах. Она обнаружила, что время пролетело быстро и на улице наступила ночь.

Ава принялась за дело и начала сквозь неуверенность и страх перед будущей расплатой за свои деяния копать могилу своей матери. Она до сих пор не могла принять, что убила её собственными руками, но ею отчаянно двигала жажда свободы и преодоления своей возможной участи. Несомненно, обстоятельства складывались не в её пользу и ограничивали её дальнейшие действия, однако Ава не склонилась и продолжала копать сквозь пронзающие муки совести. Докопав спустя три часа, она аккуратно положила в яму труп и посмотрела на луну в небе, которая словно сама в тот момент смотрела на неё равнодушными глазами. Ава не жаждала и не ждала, что полностью избежит наказания, но и не сомневалась в том, что то, что она делает поможет ей отсрочить на какое-то время своё заточение. Она не понимала, что возможно и полностью избежит этого в будущем.

Ава начала закапывать труп и в процессе тяжёлого труда размышляла о том, что сейчас, хоть она и совершает непростительное, она словно освободилась от каких-то доселе неведомых ей ограничений. Её тело полегчало, а кожа стала казаться ей неестественно гладкой на лице. Почему же так? С чего бы ей чествовать такую лёгкость в процессе бегства от своего преступления? Почему ей вдруг стало легче? Она не совершала это намеренно. Это случай и стечение обстоятельств убили её мать её руками.

Порой все решает случай в жизни, и он бывает, как благотворен в плане течения нашей жизни, так и случается её роковым концом. Эта мысль поселила в сердце Авы некое чувство паники и морального поражения, так как она все же беспокоилась об успехе своего мероприятия, но она продолжала закапывать труп и уже оставалось немного. Ава работала и слушала ту таинственную тишину в ночи. Она слегка торопилась, потому что её беспокоило многое. Вдруг кто-нибудь выйдет и увидит это? Внезапно, она словно опомнилась и подумала: «Да, Боже, что же я творю! Мамочка, прости родная, но у меня нет другого выбора! Я просто не могу этого не сделать сейчас». Так через полтора часа она полностью закопала труп матери и, согласно дальнейшим спланированным действиям, начала сажать обратно картошку. Все было сделано очень аккуратно, словно и не копал там ничего никто. Ава отошла в сторону, чтобы посмотреть результат. За ней в этот момент словно наблюдало безымянное нечто…

Глава 14

Озаряют ли меньшинства героев? Людей озаряют скорее их имена, чем они друг друга. У любого нормального животного есть потребность маскировать товарища от хищников даже если их рядом нет. Если где-то и есть феномен, обычно им не в шутку воздвигают культы в их честь и прославляют их, а не друг друга. Иван был озаряем всеми, кому было любопытно его лицо. Он даже ощущал во сне себя представителем сексуальных меньшинств в смущении обилием интересующихся им. В такой ситуации меньшинства озаряют собой героя.

Иван пришёл в себя в своей комнате и ему очень хотелось жить. Когда он упал, о нём позаботились и перетащили его в комнату отлежаться. Он плохо понимал что произошло, но намерение, которое он почувствовал в момент потери сознания, не выходило у него из головы. Это было что-то вроде жажды его смерти, смешанной с сильной обидой. Ему было неведомо каким образом это с ним сотворили. Он никогда так не терял сознание прежде. Внезапно в комнату зашла старшая из просвещённых Адриана, с которой Иван ещё не был знаком и спросила его:

— Вам уже лучше?

Иван, охваченный тревогой по поводу произошедшего с ним, все ещё ощущал неуверенность в стабильности своего самочувствия.

— Я думаю, что все будет в порядке. А вы кто?

— Меня зовут Адриана. Я старейшая из класса просвещённых, принёсшая клятву императорской семье об их защите. Случилось несчастье и все мы в печали, потому что не смогли исполнить её и проклятье осуществилось. Император так и не найден. Он пропал без вести. Амира так и не пришла в сознание, но её жизнь все же вне опасности. Раз императрица мертва, то вероятно, Аарон тоже скончался. Подозрительно то, что вас тоже пытались убить вчера.

— Вчера? — удивился Иван.

— Да, вчера, — спокойно сказала пожилая женщина.

— Но я просто потерял сознание. Неужели я мог умереть? Что это вообще было? — спросил её Иван, понимая, что она имеет ввиду потерю сознания.

Иван соображал немного не очень, так как проснулся слишком рано.

— Вы слышали какие-нибудь звуки, похожие на музыку? — спросила Адриана.

— Да, что-то похожее я слышал, — Иван не стал описывать, что он слышал подробно, потому не мог объяснить словами этого мира свои ощущения, но всего обилия угрожавшей ему опасности он просто не понимал.

Адриана поморщилась и ответила:

— Однозначно вас пытались убить, однако это не был просвещённый, так как нам разрешено применять свои силы только в целях защиты жизни императорской семьи. Одна женщина могла это сделать, но я сомневаюсь в её заинтересованности в плане вашей кончины.

Иван снова услышал чьё-то пение с верхних ярусов замка, но ничего об этом не сказал.

— Тогда кто это мог быть? — с интересом спросил Иван.

В его вопросе чувствовалась некая ирония. Отвлекаясь от разговора он пытался понять что за музыкальный инструмент ему слышно, так как звук не был похож на обычное фортепиано.

Адриана глубоко задумалась, сконцентрировано анализируя в голове возможные варианты сквозь тесную пелену неуверенности и помех. Она тоже отвлекалась на птичье пение девицы откуда-то сверху.

— Я предполагаю, что здесь замешан не один человек, но недостаточно сильный для убийства, так как будь это просвещённый, вы были бы мертвы. Среди них есть ведьмы или колдуны, так как все же вы слышали музыку, что означает использование психических способностей. Тот, кто пытался вас убить, рассчитывал, что вы не так сильны и при этом явно экономил жизненные силы, что только подтверждает участие этого класса. Возможно ещё фигурировали обычные люди. Они и были инициаторами покушения на вашу жизнь. У меня вопрос. Что вы видели? Вас ведь однозначно пытаются и будут пытаться убить не спроста.

Иван невольно вспомнил труп, который видел у памятника на площади в деревне и обомлел. Основы его головы были покараны девичьим тембром птичьего крика на ноте «До». Ну неужели только за это его решили убить? Что за мир, где человека убивают за несовпадение его взгляда на такое зверство с безразличием остальных? Иван сдержал наплывший гнев и потрясение. Ему хотелось жить до трусливости.

— Я думаю, что это связано с трупом человека, который я видел в деревне у памятника.

Адриана внезапно проявила некое удивление, осознав причину покушения на него и спросила:

— А как он выглядел?

Иван вспомнил старую землю, что крестила молодые ранения грешного мертвеца.

— Труп был разорван людьми на куски, но я не видел даже лицо, — вспоминал Иван, — это выглядело жутко. Мне рассказали, что он выступал против императора и за это его уничтожили, защищая честь вашего правителя. Я невольно поинтересовался об этом и не смог сдержать своего возмущения.

Соболезнование Ивана напоминало рвение скрестить свои свежие раны с этим мертвецом.

Сначала Адриана несколько удивилась, а потом её словно пронзило электрическим током.

— Так кто это был?

— Мне неизвестно, но он был в простой одежде.

Ивану даже надоело с ней говорить об этом. Он жаждал обнять росу в туманном саде и волей мчаться по преграде.

Адриана присела на кресло в комнате, побледнев, и не сказала ни слова. Неведомый бич всего человечества словно радовался нелепости происходящего с людьми. Слегка веяло шовинизмом и садизмом. Адриана ощущала все это и объяснила Ивану:

— Лучше вам не знать, кто это был. Раз вы выжили, то я помогу вам защититься. Видно, вас посчитали его знакомым или другом по вашему возмущению его смертью, потому что общество жестоко и не терпит еретиков, осуждающих императора.

Голос Адрианы слегка дрожал, от понимания, что возможно это и был Аарон. Император тоже хотел жить, ступая на поля босыми ногами и вкушая красные плоды свежих яблок.

Иван спросил:

— Зря я начал тогда копаться в этой ситуации, а иначе мне не грозила бы опасность сейчас. Все же, почему вы так побледнели?

— Неважно, — опомнилась пожилая женщина, — сейчас важнее стоит вопрос спасения вашей жизни, потому что мёртвых уже не вернуть. Вам следует пройти со мной, чтобы если вдруг вас решат атаковать, то вы снова были в безопасности.

Ивану в этот момент показалось, что она говорит с некоей ноткой издёвки в голосе, но он понимал, что это лишь иллюзия и она искренне желает защитить его жизнь. Часто не выйти босиком, когда земные плоды спеют. Конкуренция.

— Хорошо, я пройду с вами. А куда?

— Лучше вам спрятаться в башне левого крыла. Там безопаснее и тяжелее будет вас атаковать, а когда будете покидать её, то будьте настороже. Так же я позабочусь о том, чтобы вам выдали физически усиливающее снаряжение для самозащиты. Оно обеспечит некоторое противодействие в случае атаки на вас, а сама я попробую найти виновных, но это займёт некоторое время.

— Спасибо, что помогли мне. Я никогда не переживал такого и мне стало немного не по себе.

— А что другие? Я лишь ввела вас в курс произошедшего с вами, а значит вы сможете себя защитить.

Другие играли лишь свою второстепенную роль в большей безопасности. После Иван спокойно пошёл в башню левого крыла, перебирая в голове воспоминания. Он вспомнил аварию, больницу, зелёное поле, свой страх перед смертью и того странного мужчину, который отправил его в этот мир с помощью неизвестной ему доселе технологии и события в этом замке и в деревне, после которых и произошло покушение на его жизнь.

Постоянная, степенная роль выпала Ивану. По пути в башню он невольно задумался об обстоятельствах, которые произошли с ним и пытался разобраться: «Кто же все-таки желает ему смерти? Кто мог видеть его реакцию на труп?» Неужели тот лысый старик за прилавком обратил внимание на его непохожую на равнодушие остальных людей по отношению к трупу реакцию?! Он мог только предполагать, что это с ним как-то связано.

Зачем Ивану другая роль? Сидеть сложа руки в данной ситуации он не мог. Сохранность собственной жизни для него давно уже стала актуальным вопросом. Врывался он без стука в закрытые дверь по пути в башню, будоража всё живое там, где должен был обрести свою защиту от неведомых ему психических атак.

Иван обдумывал вопрос дальнего пребывания в этом месте. В замке ему предоставляли все необходимое. Он все же не намеревался быть здесь в качестве нахлебника. Ему вспоминались его студенческие годы и жизнь. Как ему вернуться назад в родной мир? Когда другие получали средства к существованию, то и ему были нужны. Все же жить ему придётся здесь какое-то время, а значит ему заплатят местными деньгами. По крайней мере, он на это очень надеялся.

Иван не понимал и не знал чем ему в этом мире заниматься. Он не знал ни местных родов деятельности, ни профессий. Его здесь уже оценили почти с младенчества, а все что он понял — это то, что просвещённые здесь что-то вроде высшего военного чина государства, как в его мире генералы и генералиссимусы. Будучи не глупым, он решил под видом путешественника ближе ко второй половине дня отправиться в деревню и разузнать о том, где можно подработать или чем можно заниматься самостоятельно.

Где бандиты? Где иные? Где нападение? Когда он гулял по деревне, он видел, что люди там не богаты. Большинство не бедствовали, но в его родном мире даже те, кто жил на минимальный размер заработной платы, выглядели более зажиточно. Добравшись до башни и пройдя в помещение, Ивану стало тяжело думать. Голова потяжелела и заболела, а левая нога зудела. Он понял, что ему следует отдохнуть.

Иван осмотрел помещение: в глубине помещения стоял белый бархатный диван с овальными разрезами и низкой спинкой. На вид очень удобный и необычного, богатого дизайна. Возле небольших окон были сундуки с какими-то вещами. Старый аквариум без воды рядом со шкафом для одежды, обычный стол для завтрака с четырьмя стульями из светлого дерева, на котором стояла стеклянная ваза с желтыми петуньями. По центру комнаты расстелен тёмно-алый ковёр с со светло-оранжевым, незнакомым Ивану, орнаментом. Обстановка его очень устроила, но вещей он много и не имел, а лишь те, что ему дали. Когда он очнулся в этом замке, на нём была белая рубашка, как у слуг и брюки чёрного цвета с готическим кружевом. Будучи уставшим, он решил, пока ему не принесут обещанное снаряжение для защиты от атак, прилечь и отдохнуть. Он и уснул в безопасности, пока Адриана разбиралась с вопросом обеспечения его снаряжения и личности возможного убийцы.

Глава 15

Бекеле очнулся связанным в какой-то конуре. У него во рту за всё это время не было и крошки хлеба, а буханка предстала ему роскошеством. Он ощущал во всем теле неимоверную тяжесть и едва мог шевелиться. Рядом что-то воняло, но он не мог понять, что. Голова сильно болела от тяжёлого удара.

Иные издавали звуки издали с наплевательским отношением даже к его здесь присутствию. Он вспоминал, как оказался здесь и не мог понять, как вообще такое могло случиться. Бекеле был в тот момент настолько беспомощен, что ощущал ужас и трепетал в ожидании того, что с ним сделают.

Другие бы были, чтобы Бекеле мог тактически увильнуть при противостоянии, но никого больше здесь не было. Он помнил, как его волокли в бессознательном состоянии. Здесь дело было без любви и даже уважения. Иные говорили что-то на языке, которого он не знал. Пребывание в этой ситуации его очень сильно тяготило и мучило. Бекеле так хотел таким же образом вернуться назад. Так об этом грезил, но нет! Он здесь… беспомощный и немного раненный.

Что это был за труп негра и кто ударил его по голове? Вдруг пищевод снова начало жечь, и он взвыл от боли. Голова начала болеть сильнее и от этого он перестал что-либо понимать. Эти второстепенные иные взяли над ним сейчас верх. Эта бесполезная рабочая сила. Его пронизывал могильный холод, который заставлял его ощущать себя, словно в аду. Смерть или жизнь? Что же его настигнет, когда те, кто его пленил, придут за ним?

Судьба в этот момент иронично смеялась над его беспомощностью своим священным смехом. Как же его главенство и состояние? Он пребывал в агонии. Он ощущал это всем своим существом. Он не знал, сколько прошло времени, но боль его так и не отпустила. Он мог лишь ворочаться и ждать, когда это пройдёт, отчаянно желая выжить.

Внезапно, он услышал, как дверь конуры открыли и солнечный свет ударил в помещение, а его захватчики, словно монстры с холодным взглядом, смотрели на него и что-то говорили. Они не думали его оставлять здесь. Один из них что-то сказал Бекеле, но он не понимал. Даже если бы иные говорили на русском, английском или эфиопском, он бы при такой боли все равно не понял. Бекеле не отчаялся при своей беспомощности, словно неведомая сила в нём не давала ему сдаться, утешая его. Что-то не давало ему морально упасть, а тем более смириться с тем, что эти люди убьют его. Бекеле был уверен в их недобрых намерениях уже после того, как получил удар по голове. Он посмотрел на мужчину, что-то ему говорящего и произнёс своё слово.

— Простите, я не понимаю. Кто вы? Зачем вы меня сюда притащили?

Бекеле не надеялся, что его поймут, однако рассчитывал хоть приблизительно с ними объясниться. Иные, осознав, что он на их языке не говорит, начали действовать. Один из них ударил его ногой в живот, а второй начал развязывать руки. Когда его ударили в живот, больной пищевод словно пронзило агонией. Бекеле взвыл, преодолевая сильную боль. Он посмотрел на ублюдков.

Любовью при таком пороке от них и не веяло. Желание сбежать при первой же возможности не покидало его. Бекеле судорожно начал искать варианты, но жестокие чернокожие неандертальцы не оставили его в покое. Они, заметив это, начали бить его ещё сильнее. Один из них увлёкся процессом и Бекеле уже было думал, что умрёт, но его надежды выжить осуществились когда другой остановил товарища и что-то ему сказал. Оба мужчины взяли обмякшего эфиопа и понесли его на улицу, где его привязали к столбу ничего даже не спросив.

Он почти стал их собственностью. Бекеле, не понимая языка мужчины, который встал перед огромным количеством этих папуасов вокруг столба, явственно понимал, что они его уже имеют своим здесь. Около столба, к которому он был привязан, было много шерсти и дров, по наличию которых он осознавал, что его собираются сжечь. Судорожно продолжая думать, как ему выбраться, Бекеле дёргался из стороны в сторону и тратил последние силы на сопротивление, преодолевая крайнее бессилие и боль. Без порока здесь жить всем не впрок. Бекеле кричал им: «Оставьте меня! Ну оставьте!» Мужчина, стоящий перед толпой, закончил торжественную непонятную речь. Все радостно закричали и запрыгали. Бекеле осознал, что его, видимо, приносят в жертву и обида, охватившая его сердце в этот момент, не знала предела. Он чётко решил, что или он выбирается, или это для него будет все равно, что исчезновение навсегда.

Не слушал бы он дураков! Он бы смирился с любой смертью, но не с такой. Быть принесённым в жертву неизвестным Богам этих чернокожих папуасов. Его разум и сердце наполнились мужеством невзирая на его скорую смерть. Он все ещё обдумывал, как ему сбежать, оценивая каждый момент времени, каждую крупицу окружающей информации и каждое движение негра, идущего к нему с факелом в руках.

Бог с ним всегда — Бекеле это иронично знал и слова для него были лишними. Дрова подожгли. Вокруг него начались пляски, а огонь подбирался все ближе к его телу. Нога уже начала загораться, а он продолжал отчаянно пытаться вырваться, но не мог. Здесь пылкие сказания зачитывали громкими словами во имя его смерти. Чувствуя боль от огня все сильнее и сильнее, чувствуя крах от того, что мужество оставляет его, Бекеле увидел, как огонь треснул и большая искра полетела на верёвку, обильно загоревшись. Хоть эта мелочь и произошла случайно, а верёвка загорелась и начала опадать. Пусть она и была плотно обмотана вокруг его тела, но вот он — прорыв!

Бекеле возликовал и начал вырываться: сначала верёвка поддавалась плохо, но в результате он, будучи уже почти весь охвачен пламенем, выбрался из связки и выпрыгнул оттуда прямо на скакавших вокруг него папуасов чёрного цвета. В этот момент, несмотря на боль, он почувствовал в теле лёгкость и силу. Отдали бы ему его сокровенные страдания!

Не теряя ни минуты, Бекеле начал пробивать себе дорогу. Он оживил всю округу. Все заметили, что он освободился. Одного из них он пнул правой ногой в живот и, развернувшись, ударил другого с разворота левой ногой. После он не стал отвлекаться на остальных и побежал, куда глаза глядят. Он ощущал, что только что он чуть не умер и зов смерти ещё преследовал его затылок. Куда именно бежит он даже не соображал. Ему было безразлично на судьбу тех, кто за ним гнался. Он не злился на них, не боялся их, но понимал, что самостоятельно всех ему не победить, а потому спасал свою жизнь.

Будучи в панике и стремлении быстрее спрятаться в укромном месте, Бекеле продолжал своё бегство. Негры бежали за ним следом, как на зло, не отставая. Негры жаждали обмыть его своей кровью побитым. Бекеле, понимая, что боль есть, но не чувствуя её на тот момент физически, бежал как только мог. Постепенно на поле увеличивая скорость, хоть и уже задыхался, он пробегал красоты, лоснящиеся под глазами самого неба. Просто он не боялся потерять сознание. Он боялся уже быть пойманным назад.

Наконец, он добежал до небольшого леса с растениями, похожими на папоротник. Его зрачки тонули от одышки, а сам он был озабочен душащей его рвотой. У похожих на папоротники растений в середине росли цветы на длинном стебле, похожие на голубые нарциссы. Ещё они немного светились в темноте. Бекеле посчитал эту местность отличным укрытием.

Прошмыгнув мимо густой растительности, он пробирался все дальше и дальше, сбавив скорость и запутывая за собой следы. Делая крюки и зигзаги, а иногда обегая кругами, он продолжал путь. Негры где-то вдали в начале этого леса уже искали его. Он понял, что останавливаться рано, хоть его одышка и не прекращалась.

Бекеле продолжал задыхаться в нарастающем страхе. Он побежал дальше, уже не обращая внимания ни на что и не оглядываясь назад. Продолжая при этом наворачивать крюки он сплюнул кровь.

Через час такого путешествия, он опомнился и, выбежав к небольшому озеру, вокруг которого росло множество незнакомых ему зелёных и синевато-жёлтых растений, он упал на землю, чтобы отдышаться. Флора вокруг навевала Бекеле любопытство, но изучать всё это у него не было сил. Бекеле встал и начал медленно идти дальше.

Едва доковыляв до ближайшего куста, он упал в него и притаился. Никого и ничего не было слышно. Бекеле пришёл в ужас от осознания, что он посреди джунглей. Неизвестно где! Ему хотелось всё позабыть! Он видел, что на улице ночь, но на небе не было луны, а только звёзды.

Бекеле задумался, приведя себя в состояние рационального покоя, как ему здесь выживать. Немного поразмыслив, он принял решение о том, что неподалёку от этого озера вполне возможно построить что-то вроде хижины, а опыт строительства элементарных походных хижин у него был. Он ощущал себя, словно осквернённая женщина, открывшая лоно обманщиком, плюнувшим в душу.

В Эфиопии конструкции из растений многие умеют добывать и строят самостоятельно в виде небольших соломенных шатров. Уровень умения выживать на просторах дикой природы у Бекеле хоть и был по сравнению со многими его соотечественниками не высокий, но он все же знал многие основы.

Первым делом он встал и начал собирать подходящую листву и прутья для будущего шатра. Так как сушёной соломы тут не было, а сушить её ему было некогда, он собирал плотные прутья. На это занятие он потратил около полутора часа и начал строить шатёр, который через тридцать минут был полностью готов, хоть и стоял не очень ровно. Жить там было можно.

— Оппа-на! Готово! — радостно сказал Бекеле, — Теперь можно и еды поискать, пока я здесь.

«Интересно, как мне вернуться? В принципе, я сейчас все равно ничего больше сделать не смогу, поэтому поищу еды» — подумал он и сделал что-то вроде копья из очередного достаточно толстого прута, заточив его камнем.

Это было ему несколько скучно делать, но он кропотливо искал любые съедобные фрукты и растения. Он нашёл замечательные, похожие на арбузы, большие ягоды, но они были даже больше, чем арбузы. Темно-бордового цвета плоды.

Бекеле все равно не был уверен, будет ли с ним все в порядке, когда он их поест. При сомнениях две штуки он все равно отнёс к шатру. Затем он в течение часа брёл через лес и вышел обратно к саванне, но рядом брели только крупные незнакомые ему звери. Они чем-то напоминали динозавров, но у их была шерсть и явно это были млекопитающие. К тому же передвигались они весьма забавно. Перепрыгивая с задних лап, они приземлялись на все четыре и снова отталкивались лишь двумя задними. Шерсть у них была очень красивого платинового цвета и переливалась от блеклых лучей восходящего солнца. Так как он всю ночь уже бродил, изучая местную флору, ему они виделись только вкусными.

Бекеле, чтобы раздобыть мясо, решил пойти поохотиться на них. Осторожно выбирая из того, кто выглядел наиболее слабым, он начал подготовку. Надеясь на удачу и погоду лютую он пошёл на риск. Слабый в природе всегда умирает, но и сильный может выжить в тяжёлых условиях и быть раненным или даже искалеченным.

Бекеле осознавал, что он убьёт одно из этих красивых животных, чтобы поесть. Бекеле сетовал от их силищи, а учитывая их размеры, для него это было рискованно и опасно. Словно при армии, он не питал особых сомнений, что у него получится. Он попробовал подойти с левой стороны к этим животным, однако он подошёл несколько неуклюже и сам удивился: «Как же так? Почему я так внезапно споткнулся? Реально ли это вообще было?». Он собрался и отправился осторожно с левой стороны охотится на них. Преодолев некоторое беспокойство по поводу будущей неудачи, он сделал выпад.

Наворотив первую тушу, он немного задумался. Все ли бесполезные люди на столько бесполезны, если им не повезло? Возможно, человек, считающий других бесполезными сам бесполезен, однако откуда вообще у человека берётся подобный страх? Это же противоестественный страх — страх перед собственной бесполезностью. Даже бесполезные вещи бывают необходимы, а не то что люди. Это значит, что если он потерпит неудачу, то он все равно не является бесполезным, а просто ему не повезло. Вообще в природе понятие бесполезности отсутствует. Здесь всему существует друг доля друга.

Ощущать себя бесполезным очень тяжело, потому что здесь не одно даже негативное чувство фигурирует: от страха перед принудительным суицидом до отчаяния, уныния, злости на самого себя за собственную бесполезность, непонимания того, что бесполезных людей не существует, ощущения одиночества, неполноценности и даже в каком-то смысле инвалидности. Однако, следует помнить, что все это — иллюзия. Нет бесполезных людей, потому что любой полезен. Абсолютно любой человек, если он не убивает пачками себе подобных, имеет долю своей полезности остальным. Особенно, если он делает это морально.

Даже у животных есть аналог морали, просто люди ими не были. Люди часто не могут знать даже мысли животных. В отличие от людей, животные не убивают друг друга морально, так как у них на самом деле очень высокий уровень взаимопонимания. Бекеле перед нападением валялся в небосводе, как в куче мусора. Он не знал это небо.

Бекеле за небольшим кустом готов напасть на лохматого динозавра, выбрав поменьше и послабее. Он подождал, следуя за стаей, пока одна особь хоть немного отстанет от остальных. С некоторой усмешкой и жестокостью, предвкушая убийство лохматого динозавра, ощущая себя при этом самым умным, самым великим Богом охоты, Бекеле побежал и ударил его в шею, приложив максимальное количество силы. Динозавр взвизгнул, а из его шеи хлынула кровь. Он жалобно стонал, но Бекеле, все же отдалённо ощущая некоторую жалость к нему, пересилил это холодной жестокостью. Просто ему нужно что-то есть. Пощадив динозавра, истекающего кровью, он добил его ударом в точку между глазом и отверстиями, похожими на уши. Что-то вроде височной доли у человека.

Проваливаясь в небосводе, светила Сатана. Бекеле не был садистом, но ему представилась в воображении картина изверга, который бьёт топором живое существо по голове. Да ещё и так, чтобы оно корчилось в агонии от боли физически и испытывало муки от своего постепенного исчезновения. Это словно разрывают на куски морально.

В такие моменты садист чувствует, что возымел власть над тем, кого он убивает, а от проявления в себе этого садизма его половые органы испытывают возбуждение. Представив это, Бекеле невольно испытал искреннее желание его уничтожить, а не просто убить. Однако сделал он это лишь в своём воображении.

Бездна… Чья это бездна? Глядя на умершего мохнатого динозаврика, он задумался. А вот будь он Богом, кого бы он убил? Этого садиста или динозавра? Потом он осознал, что убил бы обоих. Это садист в Бекеле и был тем, кто убил его.

Сатана провалилась сквозь небо у него на глазах. Люди едят мясо и природа им велит это делать. Садист хуже, чем Бекеле. Он, убивая себе подобных, хоть и не ест их физиологические тела, но он ест что-то более важное в них. То, что он поедает в убиенном человеке уже никогда не вернуть.

Встретить бы людей… Бекеле, будучи в некотором шоке от осознания одиночества, пришёл к понимаю, что у природы есть защита от каннибализма. Это болезни в тканях. Когда хищник убивает больную овцу, то она умирает безвозвратно, позволяя хищнику дальше жить; но не каждая овца годна в пищу, потому что не все болезни хищником могут быть побеждены. Если про моральный аспект у всех людей это применить, то можно обличать целые секты с жертвоприношениями неправедных к ним. Сама неправота становится условной и субъективной. Здесь тоже самое. Не каждому дано понять связь между разными мнениями или хотя бы их сгладить без ущерба, а в споре как раз идёт хищничество. Почему именно хищничество? Потому что тот, кто в споре проигрывает, теряет свою позицию в пользу того, кто в нём побеждает. Тем не менее, это не означает, что у человека, проигравшего спор, была однозначно неправильная позиция. Подобное для победителя спора может быть смертельной болезнью его души, при том неизлечимой.

Другое дело, когда человек просто доказал свою правоту. Главное условие — принятие правоты других. Здесь уже совсем другая ситуация. Человек доказавший, что он прав, делится своей позицией со всеми, кто принимает доказательство независимо от их мнения, веры и прочего. При этом он не обязан соглашаться с тем, кто поверил в его доказательство. Вот что в ряде случаев из того получается в общении людей.

Эфиоп застрял в подножьях гор, потеряв покой совести. Бекеле все же решил, что сейчас, убив этого зверя, он доказал, что все же в нём нет этого садиста, которого он представил в своём воображении. Взяв тяжеленное тело убитого лохматого динозавра, он потащил его в лес к шатру, чтобы приготовить поесть. Пока Бекеле нёс труп, прилагая огромные усилия, он сильно вспотел, а его голова продолжала сильно болеть, словно он на электрическом стуле. Он даже не стал задумываться об этом и продолжал следовать продолженным маршрутом.

В конце концов голова его перестала болеть лишь тогда, когда он убегал от негров, а так, после удара она не проходила. Пищевод жечь стало меньше, то ли от адреналина, то ли просто прошёл. Пока он шёл, он вспоминал, как у него был не слишком тяжёлый перелом ноги и он не мог ходить больше года. Первые три года нога болела часто и очень сильно. Даже при том, что врачи ему говорили, что для такого перелома это не характерно, так как перелом был в области коленной чашечки и стопы, им верить не было у Бекеле основания. Он получил его, когда лазил в скалах и случайно сорвался. Ему повезло, что он в принципе не расшибся.

Он проходил усиленное лечение 8 месяцев, но терял надежду на то, что нога нормально срастётся, хоть перелом и был не столь несерьёзный. Ему постоянно казалось, что нога так и будет отказывать, немея. В конечном итоге все обошлось и он сейчас шёл на обоих ногах. Вспоминая свои чувства, он до сих пор радовался своей маленькой победе над этой болезнью, так как это было для него великой ценностью в его жизни. У всех нас есть наши маленькие победы в чём-то, даже если в реальности никто этого не замечает. Одна такая маленькая победа сломает любое зло в нашей жизни, сделав его беспомощным перед нами, даже в случае вражеского триумфа. Нет никого и ничего непобедимого. Если мы в чём-то хотя бы раз победили, то это уже повод понимать, что мы заслужили будущее поражение. Эта истина уже аннулирует понятие зла в принципе.

Бекеле шёл вперёд и мучился от боли. Все мы болеем из-за бактерий, которые тоже стремиться жить. Сами формы жизни скопище клеток, которые живут системой и борются за свою жизнь, постоянно умирая и возрождаясь. Господи, да сколько можно? В природе всё знает своё место и рациональную позицию при уважении друг к другу, но у людей дисбаланс, потому что у них противоестественное желание друг друга пожирать морально и друг над другом доминировать создаёт им их смерти. При этом, если человек рождается без этих двух желаний, то другие люди начинают жаждать его смерти и морально сожрать его с потрохами, потому что осознают дефектность своего генетического кода, а это именно там. Бездефектный генетический код был бы разрушен, так как эти дефекты что-то вроде гравитационной памяти и устремляться к их отстранению нельзя. Генетики в этом вопросе здесь заблуждаются каждый раз при практике совершая многие от краха суицид. То есть, людей с исправленным генетическим кодом, которые могут жить относительно спокойно и самостоятельно убивает нечто противоестественное в остальных, а моральный аспект тут даже роли мало в чём играет. Поэтому не стоит осуждать фундаментальные отличия, их списывая сразу к дефектностям. Дефектность людей, жаждущих доминировать над себе подобными объяснить просто — это каннибализм, подавленный страхом поражения, как и жажда убийства из зависти или по другим инициативным грехам. На уровне генетики грех порождает именно чистота от дефектов. Прототип, переживший окончание дефекта в силу искушается убивать во всех случаях.

Бекеле понимал, что именно доминирования, а не помощи сородичам в качестве вожака или правителя он сейчас жаждет в своём триумфе. Царь правит, но по факту он мало в чём доминирует. Он ограничен во многом, в особенности страхом быть отверженным массами, своими слугами и аппаратом управления. Здесь Бекеле хоть и вспомнил, что не все правители совершенны в искусстве управления и в действительности имеют больше, но это лишь удовлетворение элементарных потребностей, а не жажды доминировать, потому что жажда или желание доминировать — это низменное чувство самоутверждения за счёт несправедливого унижения себе подобного, которое делает человека хуже каннибала. На практике генетики это просто поиск головным мозгом тех самых дефектов, тяга к ним в зависти к ним. Когда дефект стал силой, по нему начинается ломка, агония. Почему так? Потому что каннибал ест плоть себе подобных. Он может быть дефектен физиологически, а может быть просто от голода, чтобы спасти свою жизнь. Он не унижает во втором случае того, кого он убил, а в первом случае — это желание морального унижения. Вряд ли такое есть в реальности? Каждый день все это только и видят друг от друга. Это первый случай каннибализма только дополняет его «духовным совершенством». Это не зло, а просто ошибка. Слабость, дефектность живых людей, рождённых неполноценными лишь в сказке. Остаётся только надеяться, что в будущих поколениях это исправит природа. И она исправляет, в те моменты, когда такие каннибалы начинают унижать друг друга.

Бекеле понимал и помнил, что таких людей встречал хоть и мало, но проявление этого качества, возможно, было даже у него. Он пошёл дальше. Уже достигнув джунглей, продолжая с трудом волочить свою добычу, эфиоп продолжал размышления, чтобы просто отвлечься от боли и скуки. «Зачем люди в погоне за тем, чтобы отстоять свои убеждения, желания и страсти друг друга убивают? Морально уничтожают или ещё хуже, делают это просто так… зачем?» — задавал он сам себе вопросы. Эта мысль, хоть и повергла Бекеле в некоторую дрожь от осознания того, что такое возможно, но она не была риторической. Бекеле рискнул разобраться. Он подумал, что если бы два человека с противоположными мнениями осознали, что они оба правы и что правда не одна, а она настолько разнообразна, что они себе не могут и представить, то им не пришлось бы морально уничтожать друг друга в процессе даже не спора, а противостояния. На его родине некоторые люди не принимали христианство, например, искренне веря в древние божества и, в принципе, они не сильно осуждались обществом, но часто их уничтожали более фанатичные люди, которые верили в христианство, принесённое на его родину европейцами. Бекеле понимал, что это зверство по отношению к ним, потому что каждый человек имеет право верить, мечтать и фантазировать так, как он хочет, как ему надобно.

Даже если мы и относительно несвободны в своих мечтах, то это не значит, что этой свободы нет. Общество подавляет эту свободу в себе. Оно добровольно совершает нечто вроде суицида, принимая лишь одну истину и искореняя все, что ей противоречит. Ради чего? Ради удовлетворения желания доминировать. Быть более праведным в своей религии. Быть любимым Богом и миром и прожить жизнь счастливо в вечности. Но человек при этом не понимает, что он уничтожает не зло. Он уничтожает лишь то, что считает злом. Хоть Бекеле не знал о том, как Ава убила собственную мать, он осознавал, что подобное происходит там в его родном обществе. Он даже вспомнил несколько случаев подобных убийств, о которых ходили слухи. Люди просто убивали друг друга из-за того, что не совпадала точка зрения на вероисповедание и все начиналось со спора об этом.

При этом, убийства были зверскими, словно человек, являвшийся убийцей, переставал быть человеком. Как себя чувствует при этом человек? На самом деле Бекеле не мог представить это однозначно, но его разрушала в этот момент собственная злоба, которая охватывала все его существо, одерживая над ним верх. Он, будучи погруженным в иллюзию этого чувства вершил правосудие во имя Господа. Это убивает человечество не только в душе, но и физически.

Были случаи, когда человека не то, что убивали, а уничтожали целиком. Бекеле читал о случаях самых страшных казней людей, но они умирали лишь физически, а морально они все же умирали живыми и Бекеле вспомнил случаи суицида на этой почве. Зачем человек убивает себя, потеряв свою веру? Почему люди не могут поменять или дополнить собственные взгляды? Да и почему люди разных религий не могут друг с другом согласиться? На эти вопросы он ответ найти не смог. Хоть он ощущал, что существует что-то более ужасное, чем все вышеописанное, он не смог даже этого представить…

Вновь Бекеле падал в эту пропасть, практически достигнув собственноручно построенного шатерка. Он немного расслабился, а его телу полегчало. Эфиоп хотел было разделать тушу убитого животного, но обнаружил, что, когда пошёл на рынок, нож с собой из квартиры он не взял и ему пришлось использовать другой способ: разделывать мясо копьём, потому что камни точить он не умел. Да и не помогло бы это. Он испытал великие мучения от тяжёлого труда, разделывая мясо копьём, прилагая для этого дела массу физической силы. Периодически уставая и останавливаясь, чтобы отдышаться, он ругался на искренность и честность человеческую. Через четыре долгих часа он с горем пополам закончил. Мясо было разделано, а внутренности он аккуратно положил на больших пальмовых листьях, чтобы что-нибудь из этого приготовить себе, а что-нибудь отдать местным хищникам. Так Бекеле и провёл ещё несколько часов практически наступившего рассвета, готовя еду и готовясь к отдыху. Его мечты вернуться назад становились все менее реальными…

Глава 16

Аврора шла по городу и осматривала местных людей. Все они были вполне обычными. Кто был одет скудно, кто богаче, красивее, а кто уродливей, но дороже — все по-разному. Одна черта их объединяла — это спокойные и равнодушные глаза с неким оттенком печали от этого равнодушия. Аврора недоумевала: «Как при таком разнообразии в вещах и внешности они могут иметь столь одинаковое настроение?» Она даже задумалась: «Можно ли эту толпу равнодушных, подавленных людей считать полноценным обществом?» Ей было невдомёк, что именно их так подавляет.

Может императора Аарона они боятся? Да? Нет. Нет в их глазах страха! Может они потеряли надежды? Не видно! Они достаточно активно обсуждают свои вопросы и интересы. Что их делает такими безразличными? Она не нашла на тот момент ответа на свой вопрос, но увидела, как толпа народа собирается ближе к небольшой реке на мосту и по краям от него.

Всем что-то надо. Искренние и честные люди. У людей был несколько обеспокоенный чем-то вид. Кто-то даже выражал больший оттенок беспокойства, чем остальные. Особенно выделялся незнакомый ей старичок с длинной бородой, похожий на старика Хоттабыча из известной ей сказки. Он был слегка взъерошен и нервозен. Носил длинную блио, но только рукава были длиной до локтей, а сама длина одежды была до щиколоток.

Авроре показалось это даже интересным, хоть и смотрелось несколько просто и неряшливо. Она хотела было подойти к нему, но решила наблюдать со стороны и увидела в чём дело: в реку упала девочка, играя с мальчиком и насквозь вся вымокла. Она сломала руку в локтевом суставе и не могла ею шевелить. Аврора поняла по разговору старика с этой девочкой, что ситуация подстроена намеренно. Для кого?

Девочка жалобно плакала и стонала, прервав безразличие этой безликой толпы. Зачем? Старик же казался Авроре самым живым, потому что он помогал той выкарабкаться на берег и явно за неё беспокоился, хотя было невооружённым взглядом видно, что он даже не являлся ей родителем. Когда старик вывел девочку на берег, вода с той текла ручьём. Ей было холодно и дискомфортно, а её маленькое тело трясло от боли и холода. Старик, видно, чем-то её приободрил. Она больше не плакала, а смело терпела эти мучения.

Была бы она одна… Бывает, когда нам дают ценный совет более мудрые люди, мы, словно под гипнозом, следуем этому совету. Эти советы от старших нужны как шерсть. Советы могут быть и плохими, но казаться нам полезными и мудрыми. Аврора в первую секунду ощутила нечто подобное между этим стариком и девочкой, но потом ей в смятении кололо сердце.

Девочка перестала плакать и осмелела. Осознав, что это безликое общество все-таки способно на преодоление своего равнодушия, Авроре стало легче, но все-таки её волновал вопрос возвращения в родной мир. Он не отпускал её сердце ни на минуту, давя на него, словно камень или кусок льда. Вы прекрасно понимаете какие чувства испытывает человек на чужбине и в этом случае её прежние чувства не ослабевали, а лишь усиливались от желания вернуться к своей семье до тоски по современной цивилизации.

Аврору порой сильно угнетало это. Она завела разговор с этим старичком, спустя немного времени после того, как девочку забрали её родители, а мальчика отшлёпал его папа.

— Скажите, а почему вокруг все люди такие равнодушные? Здесь около моста никого это не забеспокоило? — спросила Аврора. Этот вопрос её достаточно сильно беспокоил, так как она ощущала нечто ужасное, стоящее за этой безликостью людей.

— Это что-то вроде культуры нашей страны. Не обращайте внимания. Уважаемая, и вы меня за руку не взяли, — ответил ей старик с некоторым беспокойством и добавил, — лучше не выясняйте причину этой тенденции.

— Почему не выяснять? — спросила Аврора, которая не знала и недоумевала по какой причине он ей рекомендует именно это, — ведь это отдаёт какой-то неведомой загадкой, а я так их люблю решать.

— Нет, уважаемая. Это может быть опасно для вашей жизни, — предостерегал старик, — чудеса и кошмары могут прятать из любви. Просто один человек пытался это выяснить и погиб жестокой смертью. Я знал его. Он был очень хорошим и любопытным. Да и остальные люди нашего города любопытствовали, но после его смерти все волей-неволей ведут себя так.

— А что случилось? — все-таки не сдержала Аврора любопытства, — расскажите мне. Я очень хочу знать почему вы это скрываете. Хочу узнать эту историю. Пожалуйста, скажите мне.

Старик хотел было рассказать, но пронзаемый жутким страхом побледнел и ощутил над собой презрительную усмешку из неоткуда. Презрением в этот момент к нему было пропитано все, что его окружало. Пахло ненавистью. Скука и мука его одиночества. Старик ощущал себя убого.

В этот момент он ощутил страх перед нечто. Он просто понял, что если он расскажет Авроре об этом, то непременно будет убит также, как и остальные. Он решил ей объяснить.

— Уважаемая, я просто не могу вам рассказать. Потому я искренне сожалею, но я трус. Я боюсь потерять свою жизнь, потому что люди так уже погибали.

— Кто так погибал? Как погибал? Что, прямо погибали? Вы серьёзно? — с удивлением спросила Аврора.

— Да, погибали люди. Я-то что? Я простой безработный старичок. Что меня спрашивать об этом? — Старик задумался и продолжил, — но я думаю есть смельчак, который непременно об этом вам поведает. Он очень хитёр и является специалистом по алхимии, изготавливая различные эластичные вещества и материалы. Ещё он занимается лекарствами, но в весьма небольших количествах. Вот он часто рискует. Даже на себе ставит опыты. С его безумием ему не страшно будет вам об этом рассказать.

— А где я могу его найти? — спросила Аврора, — и если он безумен, не причинит ли он мне вреда?

— Я думаю, нет. Он безумен только в плане своих научных исканий, а так совершенно безобиден. Не кори его. Если он вам предложит поучаствовать в его безумных экспериментах, то я вам искренне рекомендую отказаться. Это может быть последним на что вы согласились в вашей жизни. Поверьте.

Старик потёр подбородок и сделал презрительное лицо, ощутив, словно жизнь в этот момент горделиво кинула ему подачку, но промолчал.

— Он живёт на другом конце нашего города в самом густонаселённом районе. Там хоть и царит стыд и срам показного порядка и процветания, но в целом тоже самое безразличие по той же самой причине. Не кайтесь. Я нарисую вам карту. По ней вы легко туда доберётесь, но идите чётко. Здесь можно потеряться. Все-таки улицы нашего города немного запутаны.

Старик достал лист бумаги и начал рисовать. Барахолистый путь к цели предстал Авроре новым орнаментом. Закончив наглядную схему, старик протянул её Авроре. Аврора посмотрела лист и сказала:

— Хорошо, я отправлюсь прямо туда. Спасибо, что хоть что-то мне сообщили.

Аврора отправилась прямо к алхимику, предвкушая интересную беседу. Она отдалась своим страстным чувствам в тягу любопытства. Ощущение опасности, грозящей ей, её не покидало.

На пути к намеченной цели ей становилось легче. Она не могла отступить. Не теперь! Не нужно было ей ни прощения, ни помощи. Аврора ощущала на себе мольбу хотя бы выяснить, из-за чего все люди столь безразличны в этой стране. Силы она тратила скупо. Аврора видела лишь этот город. Снова здесь не до любви.

Убийства. В этом мире подобное везде и всюду. Аврора так же была заинтересована этим вопросом, потому она каким-то отголоском своего существа понимала, что именно это безразличие в людях таит в себе причину угрожающей ей опасности. Впечатление от увиденного её не покидало.

Время лечит. Конечно, она могла испугаться и бежать от этого, но шла вперёд. Аврора могла спрятаться и переждать, но лишь спрашивала дорогу. Она могла также проявить безразличие, но она решила сначала хотя бы выяснить наверняка, кто за этим стоит. Как минимум наличие опасности она уже выяснила. Ведь до этого погибали люди, судя по словам старика. Им сказанное значит, что Аврора тоже могла погибнуть. Злобный смех был слышен позади.

Аврора продолжала путь. С её точки зрения, погибать надо хотя бы не неизвестно от чего. От чего же нужно погибать? Ветер шептал о лжи. От чего можно и нужно погибать? А от того, о чём ты знаешь.

Аврора уже подходила к нужному дому того самого района города, который старик описывал на листе бумаги, нарисовав что-то вроде карты. Вот тот самый домишко, где проживает алхимик. Как противно! Он показался ей, хоть и достаточно старым, но таящим внутри себя много интересного, омерзительного.

Старая крыша с блеклой тёмно-коричневой металлочерепицей веяла некоторой мрачностью и старостью, а темное покрытие фасада дополняло таинственность и разогревало любопытство узнать, что же этот дом в себе скрывает. Желтым кирпичом смотрелась здесь земля. Аврора постучала в дверь с узорами, навивавшими воспоминания о временах ренессанса. Дверь открыл не слишком старый мужчина лет 35. Чисто выбритый, ухоженный, но на лицо совершенно обычный. Лишь умные глаза и некая внешняя рассудительность придавали ему некий шарм. В нём присутствовало что-то чудаковатое и абсурдное, даже идиотическое. Ходит поневоле настолько. Даже немного тянуло улыбнуться ему.

Аврора поздоровалась с ним и начала объяснять причину своего визита.

— Здравствуйте, я пришла узнать у вас кое-что об одном инциденте. Я слышала вы занимаетесь изготовлением эластичных материалов?

— Приветствую, — ответил мужчина с некоторой иронией и педантичностью, — конечно, можете пройти. Я уже занимаюсь изготовлением очень большого заказа для местного предпринимателя, а потому не могу пока принять от вас заказ на эластичные материалы, но можно обсудить на будущее. Если вы готовы подождать полтора месяца, конечно. Зайдёте?

— Конечно, спасибо, — сказала Аврора с лёгкой улыбкой и зашла внутрь, почувствовав лёгкое унижение собственного достоинства и опасность для своей жизни. Она даже бровью не повела и не остановилась. Что здесь делает такая, как она?!

В здании царил лёгкий мрак и беспорядок. Как и у многих инженеров, алхимиков и учёных, в помещении гостиной у этого мужчины все было разбросано в хаотическом сложном порядке. Так, чтобы все было под рукой. Когда только понадобится. Все ящики и коробки стояли для вида или же были набиты всем, что не было нужным, но могло понадобиться вдруг.

Аврора в этот момент немного задумалась о той девочке, что упала в реку. На мысль её подвигли лежащие в сундуке цепи. Она даже не задумалась, когда вышла вся мокрая о том, чтобы снять одежду и обсохнуть. Хотя бы пиджачок с платья сняла бы. Это показалось Авроре несколько странным, потому что, если бы она упала в реку и намокла, то в первую очередь сменила бы и высушила свою одежду, чтобы не простудиться. Что в этом странного? А странно то, что этой девочке словно не было холодно. Её даже не трясло от холода, хотя жары не было и было немного прохладно. Лето, ветер был не тёплый. Это чёрное пятно описанных событий.

Мужчина держался статно и, взглянув на Аврору, он почувствовал от неё лёгкую угрозу или даже шантаж. Он не до конца понял впечатление от столь любезной девушки. Он любезно простил это ей… Но мужчина вдруг, осенённый пониманием почему, пригласил Аврору присесть, убрав с тёмно-зелёного бархатного дивана колбы и склянки с химикатами.

Аврора послушно присела, так как по натуре, в отличие от многих современных девушек нашего реального мира, была человеком покладистым и послушным. Мужчина сказал:

— Как, кстати, вас величать? Аврора или Афродита? — в шутку спросил он её.

Аврора удивилась, услышав в его предположении в шутку своё реальное имя, но сдержав нахлынувшее изумление, ответила:

— Вы угадали практически. Я Аврора.

— Очень приятно! Я Анар Шмидт. Будем знакомы. Я не буду спрашивать вашу фамилию, раз вы сами не говорите. Если вы хотите заказать материалы, то вам придётся хотя бы написать её. Можно без вашего отчества.

Аврору давно волновал этот вопрос. Почему в этом мире у женщин не спрашивают отчество? Все представляются без отчества. Она не удержалась.

— Простите, а почему в вашем городе все представляются друг другу без отчества? Вот у нас в деревне принято по имени и отчеству.

Аврора ожидала удивления или насмешки от Анара, но он спокойно ответил на её вопрос.

— Дать вам совет? Мой ответ на ваш вопрос и есть совет вам. Никогда никому здесь не говорить ваше отчество, потому что это не вежливо считается. Имя вашей матери вообще говорить запрещено. Я даже немного удивлён, что у вас в деревне такое хамство. Видимо невежливый у вас народ или у вас там не уважают родителей?

Аврора удивилась и спросила причину. Анар продолжил:

— Мне кажется абсурдным, что вы не понимаете. Ведь имя ваших родных могут использовать вам же во вред. Даже называя своё собственное имя незнакомцу вы подвергаете себя риску, не говоря уже о родителях. И ещё одна причина: у нас считается неуважением к родителям рассказывать их имена незнакомым людям. Все друг друга итак постоянно прощают. Раскрывать родословную плохой тон. Например, императорская семья нашей страны имеет корни из ряда простых рабочих, но об этом знают далеко немногие и разговаривать об этом запрещено. И наоборот, если родословная является ветвью аристократического происхождения или предпринимательского, купеческого классов, то этим тоже запрещено бахвалится. Просто у нас так принято независимо от социальной категории при общении. Соблюдается обязательный обычай равноправия людей и это элементарно. Поэтому я и удивился обычаям вашей деревни. Вы уж им это объясните, чтоб их культура не отставала от культуры страны.

Аврора почувствовала удар в голову и слегка, даже сидя на диване, пошатнулась, но сдержалась. Хоть и поразилась этим, она пришла к пониманию, что именно этого она и опасается. Это и есть та самая опасность, которая не даёт ей покоя. Много лет прошло с этого ей первого впечатления. Это состояние потрясения длилось несколько минут, но Аврора ощутила себя так, словно целая жизнь промелькнула у неё перед глазами.

Анар заметил это и спросил:

— Что вы хотели у меня узнать и о каком инциденте идёт речь? Вы мне прямо с порога задавали этот вопрос.

Она очень хотела задать долгожданный вопрос Анару, во взгляде которого виднелась некая жестокость и насторожённость, словно он ждал смертельной опасности.

— Да, я хотела узнать то, чего мне не сказал один старик. То ли потому что он не знает, то ли потому что он чего-то боялся. Я его спросила: «Почему местные жители в своём поведении практически одинаковы и ко многому безразличны?» И он мне сказал лишь то, что это пытались выяснять и в результате погибали люди. Так я его поняла. В особенности он советовал спросить вас о человеке, который, как я поняла, выяснил это в большей степени, чем все остальные.

Анар немного обеспокоился, почувствовав в своей нервной системе некую расслабленность. Это было так, словно ему поставили капельницу с очень сильными нейролептическими препаратами. Он почувствовал головокружение и боль в голове. Имея недюжинный опыт, Анар знал, что это не на самом деле. Он даже виду не подал. Воздух стоял напряжённый.

— Да, я знаю об этом человеке. Он выживал как мог. В процессе своего выживания многое выяснил об этом преступлении против общества нашей страны. Этот человек был обычным парнем, но был действительно по-настоящему хорошим и добрым сердцем. Он искренне любил общество и людей, уважал их, но и о себе не забывал. У него даже имя было очень красивое. Имя, олицетворяющее доброту и красоту души человека — Ангел. Вы знали, что на самом деле тех ангелов с крыльями в реальности не бывает? Ангел — это олицетворение человеческой души, его моральной красоты, порядочности и доброты. Но в реальности не бывает ангелов, как и их противоположности — демонов в своём идеальном проявлении. Ангел представляет окна наших душ. Все мы содержим их в себе, а, точнее, в своей живой душе. И даже не взирая на предрассудки многих людей, которые считают, что у человека или даже животных нет души, ошибаются. Я тоже искал их глазами! Все мы очень сложно утроены, и настолько хрупки. А наша душа ещё более хрупка. Её так легко уничтожить! Именно этим и пользуются преступники, которые контролируют наше общество. Это то, о чём и узнал Ангел.

— А как его звали полным именем? — спросила Аврора звонким голосом.

— Полного его имени я не припомню. Я лишь имя его могу вам сообщить, потому что полное имя может вас подвергнуть ещё большей опасности. Система может отслеживать фигурирующие в ней имена. Он это понял первым. Начну с самого начала. Ангел встретил девушку и женился на ней. Долго он искал её… все у них первый год их жизни было хорошо, да и об этой системе контроля нашего общества он и не знал тогда. Где-то в первое полугодие брака он смог добиться неплохого положения, устроившись работать прямо в масонский клан, который и контролирует общество нашей страны. Ангел тогда не знал, чем это для них обернётся и не мог даже знать для чего эта система, но был рад заниматься столь ответственной задачей. Его работа заключалась в составлении списков населения. Там были люди от простых рабочих, дворников, уборщиков до средних ремесленников и рабочих мануфактур. Он не понимал, зачем тем, кто над ним главенствует, эти списки, но подозревал каким-то отголоском всего своего существа, что это не к добру. В один прекрасный день он не удержался и посмотрел что с этими людьми потом произошло в архиве организации. Ангел покрылся холодным потом, так как все они были убиты мучительными смертями или сошли с ума, покончили с собой, пропали без вести. Ангел не понимал, что все это значит. Порывшись в архиве ещё немного, он узнал их участь. Эти люди были уничтожены. Их души и нервная система официально утилизированы. Те, кто был убит насильственной смертью, были убиты в связи с невозможностью уничтожить их заживо, так как они мешали работе общественной системы или считались в ней бесполезными. Но тут в зал архива зашёл один из собственников системы и спросил у него: «Что-то ищите?» Ангел немного поперхнулся и сказал: «Я просто просматривал списки, чтобы посмотреть как оформлять». Собственник немного поморщился, но не ничего больше не сказав, вышел из зала архива. Ангел в тот самый момент уже понял, что это был конец его карьеры здесь. Действительно на следующий день его уволили из организации. Он не мог смириться с тем, что он понял в этих документах. Стоя перед своим работодателем, он высказал ему все, что об этом думает. Эта система контроля эмоций, разума людей, их поведения и прочих факторов пагубна для их жизни. Система забирает жизни людей погибать в потёмках зла. Если они собираются их после этого уничтожать за их бесполезность, то кара настигнет всех катастрофой. Не говоря уже о том, что это подавляет их индивидуальности и разнообразие их характеров души и личности. Он так же отметил факты убийств, совершённых организацией чужими руками, так как в документах описывалось все. От того, кто должен был выступить в качестве убийцы до того, кто должен был быть убит жестокой смертью.

«Вы перешли границу вашего любопытства, поэтому будете либо устранены, либо смиритесь с этим, так как вы наш бывший сотрудник и нам бы не хотелось ваш уничтожать. Сам факт того, что мы вас наняли, означает то, что вы обладаете полезным опытом развития» — ответили ему представители руководства. «А мне все равно, я сделаю то, что должен, потому что с вашей стороны это бесчеловечно. Как вы можете так поступать с людьми? Как вы можете так спокойно уничтожать простых людей, ведущих обычную жизнь? Неужели в вас не осталось ничего человеческого? Вы не даёте им жить не по правилам вашей системы. Вы не даёте им развиваться свободно, вне рамок ограничений вашей системы и даже умереть им вы не даёте вне вашей системы. Скажите, вот после этого, есть ли в вас что-то человеческое?» — Ангел даже почувствовал желание заплакать в порыве гнева, но слёзы не шли от обилия ужаса от такой бесчеловечности. «Я надеюсь лишь на то, что вы образумитесь» — сказал холодным тоном руководитель и подал ему прощальный жест. После того, как Ангел покинул кабинет этого ублюдка, его душа ощущала тревогу. Его даже немного трясло и он совершенно не чувствовал поддержки. Он знал, что поступает неправильно, но решимость предупредить людей его не оставляла. Ангел осознанно решил, что даже если умрёт, то все равно попытается.

— А что было дальше? — спросила Аврора, попивая чай.

— В течение нескольких дней он рассказывал об этом многим в ходе обычной житейской беседы, терпя на себе очень тяжёлые состояния. То у него соматически ломило ногу, то он ощущал, что сходит с ума. Ангел держался и много прочих ужасных состояний, убивающих его происходили с ним. В конечном счёте, некоторые люди услышали его, поверили ему, но испугались идти, против этой системы. Большинство тех, кому он успел об этом рассказать, научились противиться подобному и их неосознанно те, кто не был в курсе зверства системы управления обществом, считали или преступниками или аморальными сумасшедшими, если не монстрами. Испытывали по отношению к ним беспричинный страх.

— Ангел мучился? — спросила Аврора.

— Да, — продолжал рассказ Анар Шмидт, — Ангел мучился, атакуемый сквозь пустое пространство излучениями этой системы. Это проявлялось обычной лихорадкой. Его жена, беспокоясь о нём, не видела, что с ним происходило. Его душу, заключили в мини-измерение и там программа рвала её на куски. Внушали его разуму аморальное и абсурдное настолько, что это не мог вынести человеческий рассудок. Он держался как мог. Ему хотелось закричать, но как его душа не кричала, а тело уже жило отдельной от неё жизнью, чувствуя, как душа, которая с ним была рождена, с ним жила и развивалась, погибает где-то ещё. Даже физические муки и боль ощущало именно тело, а душа, разрываемая на куски, так же испытывала боль, потому что боли было настолько много, что она словно выливалась сквозь психику, сквозь разум, сквозь материю и сквозь тело, которому было нечем ощутить все это полностью. С позиции жены его лишь била лихорадка и он не мог вести себя по-другому. Даже при том, что он все понимал, все ощущал, все рассудком осознавал, он ничего не мог сделать, чтобы это выплеснуть именно из себя. Спустя два часа он был уже мертв. Как раз в этот день его друг из другой страны получил сообщение о том, что он болен от его жены и приехал его навестить, но нашел лишь его труп. Плачущую жену и его дневник, друг унёс с собой.

— А что в дневнике? — не унимала Аврора любопытство.

— Что было в этом дневнике я даже не ведаю, но думаю там Ангел описывал более подробно все, что ему удалось узнать об этой системе в процессе работы на этих ублюдков. С его другом из другой страны я сам не встречался. Да и вообще человек он немного мрачный и пугающий.

Аврора даже представить себе не могла этого человека, но подумала, что хорошо, что у него был друг. Вдруг Аврора почувствовала, что некие сигналы, идущие из пустоты, мешают ей осознать информацию, которую ей только что рассказали и она попросила листок бумаги у Анара. Он немедленно ей его дал и она быстро записала все, что он ей рассказывал. Затем она опомнилась и спросила:

— А что это за система? Как она делает людей столь безразличными или слишком эмоциональными в общей массе? — спросила Аврора.

— Когда они были эмоциональными? — удивился Анар.

— Я проходила мимо моста и увидела девочку, упавшую в реку. Вокруг такой ерунды собралось почему-то много людей и все ощущали тревогу. Я в том числе. Я понимала, что эта тревога в моём сердце и беспокойство словно ненастоящие. Как это возможно? И что это за система?

— Понимаете, система очень простая. Люди нашей страны, хотя в других странах тоже есть подобные системы, но она используется иначе, переняли эту технологию у государства Опития. В этом государстве правителем является Алик Чуковский II. Конечно, они эту технологию отдавали нам без особого желания, надеясь на то, что у нас не получится её освоить правильно и, судя по всему, их надежды на это осуществились. Вы не можете себе даже представить, что в результате она сделала с нашим обществом. Правители ставили выборочно на людях эксперименты в результате которых человек становился сумасшедшим. Осенью большее число смертей. Люди в их глазах незначимы. Люди волей-неволей это понимали. Хоть раньше эта система контролировала лишь часть их эмоций и чувств, люди начали бояться этого. Приказы правительства пугали их сродни заглушающей страх тишине. Их заставляли порой даже убивать друг друга искусственными эмоциями. В результате люди смогли с этим бороться уже лишь после того, как Ангел сказал об этом некоторым из них. Сначала лишь единицы приходили к безразличию, избегая влияния системы эмоционального контроля, а затем и все общество постепенно пришло к этому. Лучше вообще не проявлять чувств, чем система будет ими манипулировать и спустя 47 лет это станет культурной тенденцией нашей страны. Все из-за неправильного использования этой технологии и из-за садизма людей, ею обладающих в качестве собственников и сотрудников. На то, что получилось в результате, они по какой-то причине даже не обращают внимания и император Аарон в курсе об этом. Даже он с просвещёнными, которые, кстати, могут не поддаваться влиянию этих устройств, просто от природы не стали ничего с этим делать. Почему? Потому что иначе они не смогли бы защитить себя от аналогичных технологий в соседних государствах. По крайней мере так считает император и младшие из просвещённых, но Адриана, Аида, Дайгуль и Лайсель придерживаются другого мнения, как и я сам. Старейшие из них жили во времена, когда этой технологии вообще не было. Люди нашей страны имели моральную свободу и могли радоваться жизни, а не проявлять к ней безразличие. Они могли испытывать настоящие чувства, а не только вспоминать о них, как в наше время. Мы ныне лишь вспоминаем или понимаем какие чувства надо испытывать, но не переживаем этого в реальности. Все бы ничего, да даже элементарные чувства становятся отголоском искусственной памяти в реальности нашей страны. Такие эмоции, вызванные машинами — это яд. Он убивает в нас человека, даже если это добрые чувства. Просто необходимо понимать, что если чувства мы испытываем под влиянием этих механизмов, то неизбежно будем испытывать нечто вроде ломки из-за этого в виде естественного негатива или даже бешенства. Это просто естественная реакция нашего организма в состав которого входит наша живая душа. И в результате этим и осуществлялся садизм над нашим разумом, нервной системой и организмом в целом в данное время. Единственный способ и лекарство от этого, как минимум, эмоциональное безразличие при искушении. Бывали, конечно, разные случаи с людьми в нашей стране, но я не хочу пугать вас ещё сильнее. Вы итак напуганы. Я это вижу, но реальность — это всегда отражение правды и её нужно уметь принимать. Вы спросите меня: «Почему отражение?» Потому что мы с вами только люди и реальность для нас правда. А если бы Бог смотрел на неё, он бы это считал лишь отражением правды. Вы же верите в Бога?

— Да, — ответила Аврора, — но я в него только верю. Я не знаю существует ли он на самом деле и чем он является. А почему вы спросили?

— Я не буду вам тогда ничего рассказывать по этому вопросу более. В принципе у всех людей так, но объясню в чем позиция защиты от других государств в случае отказа нашей страны от этой системы эмоционального контроля. Со стороны моей и четырёх старейших просвещённых императорской семьи эта позиция почитаема. Вы верите в Бога по-своему, но я верю иначе. Тем не менее мы оба являемся людьми. Как верят или считают сами просвещённые вообще для всех загадка, потому что их способности превосходят наши. Мы с вами сидим и болтаем в прекрасный вечер, а нам обоим хочется прилечь и поспать порознь. У них иначе устроен функционал их организма в аспекте работы нервной системы. Однако и они люди, просто по какой-то природной причине они немного отличаются в этом, но обладают и мудростью контролировать свои возможности, не проявляя их без весомой причины. В чём смысл моего рассказа? Я, как учёный, изучал разные феномены и они с радостью мне в этом сопутствуют. Я выяснил, что их возможности целиком и полностью зависят от Бога и они в отличие от нас могут с ним общаться прямо как части его самого. Потом я подумал: «А не имеет ли этот феномен место быть в случае с другими людьми? Ну скажем с обычными людьми или даже со мной, с вами?» И пришёл к выводу, что да. Знаете, почему? Потому что в зависимости от уровня опасности или угрозы нашей жизни, существованию, наши возможности могут возрастать на тот период времени, когда нам это необходимо. Например, был случай, когда муж пытался убить свою жену у себя дома, но жена вовремя среагировала и, будучи слабее его физически, она подняла кухонный стул со всей дури врезав ему по голове, чем пресекла попытку убийства. Сам он, хоть и был травмирован, но остался в живых. Вот каким образом женщина не впала в панику в этот момент? Это же было уже после внедрения этой системы и даже эта ситуация с её мужем планировалась её смертью. Я знаю об этом, но не могу вам объяснить почему я это знаю. Просто вы не поймёте. И, кстати, самое печальное. После того, как эта история закончилась пресечением этого убийства, мужчина умер от сердца, а та самая женщина перерезала себе горло в бессознательном приступе паники. Вот как думаете, какова причина? Я даже уточнять не буду. Просто они не захотели поступить по сценарию системы эмоционального контроля и их сочли дефектными людьми. Вот и вся правда.

— Но ведь это действительно не то что бесчеловечно, а это насилие над людьми. Ограничивать их даже эмоционально — это большой извергизм! Так они что, пытаются убить меня? — пришла Аврора к пониманию и осознанию собственной проблемы. Она понимала, что с момента её попадания в этот мир, её жизнь давно уже перестала быть обычной и нормальной. Аврора поняла это уже тогда, когда расплакалась возле двери в сад. Ей уже давно хотелось назад в её родной мир, но она не знала ни как покинуть этот мир, ни, тем более, как теперь ей выйти из своего затруднительного положения. Она не только находится совсем одна в незнакомом мире среди незнакомых ей людей, но ещё узнаёт, что её пытаются убить системами, манипулиющими эмоциями неизвестным для неё способом по неизвестной ей причине. Весь этот абсурд её точно не успокаивал.

Анар заметил её взволнованный взгляд, но при этом даже не был удивлен. Любой, кому он об этом ранее рассказывал, даже трястись мог начать, а не то что волноваться. Аврора же при этом сохранила некую холодную рассудительность, но в ней присутствовала некая мечтательность. Это спасало её, словно ограждая от злобных намерений людей, пытавшихся убить её. Она не знала, те ли это люди, о которых рассказал ей Анар или же это ведьмы, о которых ей рассказывал Алик Чуковский II. Все же она решила поспорить с Анаром и сказала:

— Знаете, а ведь не все так однозначно. Неужели эмоции людей не бывают настоящими в условиях работы системы контроля эмоций? Контролируются ли мысли людей в процессе её работы? Эмоции же связаны с мыслями. В чём же смысл без самого смысла? Скручивают руки и лишь испытывают болью.

— Конечно, они могут и это, но опасаются. Разум человека — вещь очень хрупкая и его очень легко разрушить, подавить, но нельзя уничтожить. Если бы это было возможно, то они бы так и поступали, заменяя его искусственно. Вот с эмоциями человека ситуация совсем иная. Чувства — это ещё более хрупкая струна людей и их очень легко ранить, разрушить. Таким образом уничтожить человека. Хватит скучать и пропитываться дрянью! Наша душа на самом деле имеет сильное соответствие с нашим физическим телом, но, в отличие от нашего физического тела, она является зафиксированными элементами реальной памяти о нас со стороны того, кто нас и породил. Это мы и называем несчастьем и считаем душой и духом. То есть это тоже мы, но разрушить этот элемент не просто. Однако владельцы этой технологии так и уничтожают неугодных нарушителей системы. Душа — это та наша часть, которая испытывает эмоции. Вот кто, кроме отцов и матерей тут может подразумеваться?

— А каким образом они могут уничтожить её? Я, например, считаю, что наша душа вечная, — возмущённо сказала Аврора.

Анар глубоко и печально вздохнул, сдержав в сердце глубокое горе, вспоминая о людях, уничтоженных системой.

— Увы, нет. Она вечная только если смогла дожить до момента нашей смерти и не стать уничтоженной системой этих ублюдков. Громко многие о том кричат. Наша душа, как и мы, живая. Если, пока мы живы, её подвергнуть воздействию на определённых частотах пространств, которые мы не видим, то вполне возможно её убить простой болью. Это возможно только до момента смерти человека. Если тело умирает, то Бог запоминает живую информацию или просто душу и её уже не уничтожить. Важно помнить, что наша живая душа при жизни не может покинуть наше тело, а потому в этом случае человек умирает. В очень редких случаях, которые в принципе должны быть маловероятными, Бог запоминает живую душу при жизни человека. Этот случай очень редкий, потому что обычно в этом нет смысла. Если он это делает, то информация в живой душе перестаёт дополняться развитием человека, а точнее, нашего тела.

Аврора подумала и спросила:

— Это немного даже страшно признавать, но, если это в реальности по правде так, то скажите, а почему Бог не может дополнять в душе информацию о человеке после того, как её запомнил?

— А здесь все просто. Возможно он хочет нашего свободного развития, но при этом наше физическое тело — это неотделимая часть мира. Так как физиологически мы далеко не самостоятельны и постоянно меняемся и развиваемся, то душа должна быть стабильным источником информации о нашем развитии в процессе нашей жизни и, при этом развиваясь, разнообразить развитие наше и наших потомков. После нашей смерти он для этого её и запоминает, включая индивидуальный физиологический опыт тела. Наша душа является отражением жизни нашего тела. Откуда я знаю об этом? Меня когда-то самого так уничтожила система. Я помню боль в головном мозге. Это словно на голову высыпали кастрюлю раскалённых углей или на электрическом стуле включили полную мощность. Я ощущал телом лишь 20 % этой боли. На столько, на сколько это позволяли законы физики, а остальное перетекало на душу. Я в этот момент был беспомощен, хоть и мог кричать. Я не мог пошевелиться потому что нерв между началом моего позвоночника и где-то тройничным нервом был словно парализован, а эта система продолжала думать, что моя душа это «я» и стала ломать мне шею, кости ног, создавать ощущение, что мне отрубили руки и прочие внутренности. Этого я уже даже не замечал и не чувствовал. Меня заживо на куски и разорвало тогда. Я уже думал, что мёртв. Я даже ощущал себя мёртвым. Ощущал как пропадают мои эмоции, воспоминания, чувства, разум, рассудок. Все словно исчезло и я сам уже переставал существовать. Я осознавал, что исчезаю с этого момента безвозвратно, насовсем. Когда я уже было подумал, что умер, я встал и просто ощущал себя мёртвым. Я ощутил, что что-то заставляет меня убить мою жену и покончить с собой, но я, хоть и не мог сопротивляться, постоянно делал все так, чтоб это имело связь с этим желанием, но по-другому. Например, начинал рисовать. Просто шёл поговорить с женой на случайные темы или просто отлёживался, сдерживая все эти напоры. Я понимал лишь то, что это не одержимость и не проявление зла в естественной природе. А что это именно? Эти сволочи, уничтожив меня, хотят меня же выставить убийцей, который убил свою любимую жену и покончил с собой. Я все это понимал, но исполнять световую команду я мог лишь изредка. Я даже не понимал, как я мыслю. Просто получалось иногда поразмышлять о том, что же происходит. Каждый порыв убить свою жену я не мог постоянно преодолевать, словно что-то загоняло меня в тупик. При невозможности сопротивляться я, понимая, что настоящий я уже уничтожен, начал направлять этот свет на себя. Звучание света этого я до конца не понимал, однако при каждом ударе по себе меня лишь радовало понимание того, что я не причинил пучками Солнца вред. Радость того, что я могу сопротивляться, лишь усиливала моё стремление это пересилить. Свет тоже может петь. В конце я ожидал лишь физической окончательной смерти. Так я и пересиливал это каждый день в течение полугода. Меня каждый день мучали разными состояниями: то гниением, то я ощущал себя монстром, который может убить человека просто посмотрев на него. Мне угрожали, что с моей женой просто сделают тоже самое этой технологией, но я не понимал этого в тот момент. Крики и звук пуль. Связано ли это событие с ней? Я начал избегать с ней даже зрительного контакта без лишних объяснений, так как понимал, что я для неё опасен. Я мёртв и мой рассудок инфицирован. Я должен был оградить себя от остальных, чтобы им не угрожала опасность. Все равно же я труп. Так я думал в те редкие моменты, когда мог. Я просто боялся из-за этого людей. В изоляции в собственном доме. Эти ублюдки, прознав в течение первых двух месяцев, что я ещё жив, начали надо мной издеваться. В первые два месяца кстати, помимо этих состояний живого трупа я отчаянно искал помощи в различных религиозных текстах и писаниях как ведьм и колдунов, так и всех провозвещённых за историю существования нашего государства. А жена, осознавая, что я болен, но не понимая всей трагедии моей болезни, приносила мне из библиотек городов различную литературу за наши сбережения. Кучу денег на это потратили, но все было без толку. Как только мне становилось легче и я приходил к какой-либо точке зрения, я обретал надежду. Меня тут же уничтожало, так как мне обязательно внушалось мысленно и образно осквернение этой точки зрения. Её самое бредовое острамление и выставление меня на посмешище из-за того, что я в это попытался поверить при дефекте вестибулярных связей. Вместо того, чтобы просто убить свою жену и покончить с собой, я начинал читать определённые моральные истины, ища в этом для себя какую-то опору. А тут в голове проносится с усмешкой: «Боже, ты ли это в этом трупе! Яви нам свою силу!» или «Нет, ты не заслужил знать это, мертвец! Я отдам это другому человеку! Ты труп, зачем тебе это?». Я осознавал чётко лишь одно в этом бреду при том, что ощущал лишь гнев, моральное угнетение. Словно все, что мне было дорого в жизни просто топчут у меня на глазах, включая мои мечты, которые осмеяли уже в процессе того, как меня уничтожили в самом начале. Единственное, что я осознавал, так это то, что те ублюдки вероятно наблюдают этот процесс. Я знал, что устройство фиксирует результаты проявления мышления человека, а также духовные процессы и они их читая смеются надо мной. Начиная с третьего месяца моих мучений, я был уже окончательно морально разрушен и понимал лишь то, что эти ублюдки пытаются заставить меня поверить, что это со мной делают обычные люди. Я поверил в это. Я поверил, что это люди из другой страны, которых я не знаю, так как к тому моменту мне стерли память, привязав её к акустике гипнозом[4].  Я не помнил даже элементарных вещей, а если и помнил что-то, то не мог понять даже сам факт того, что я что-то помню. Не было даже ощущений обретения памяти. Не было сознания. Просто словно меня уже нет, но в тоже время я есть и ощущаю боль от этих издевательств. Меня это угнетает, но я подавлен и ничего сделать с этим не могу. Но все же я пытался и записывал свои состояния, потому что осознавал, что это мне может пригодиться. Понимание того, что мне стирают память у меня осталась. Дальше становилось только хуже. Издевательства продолжалось и мне дали понять, что если я не покончу с собой или не убью свою жену, то так будет каждый день. Это никогда не прекратится до самой моей смерти. Я ощущал себя заживо мумифицированным. Я ощущал себя и в блаженстве. Правда очень омерзительном и при этом надо мной точно так же насмехались, считая меня просто трупом. Я ощущал себя запечатанным так, словно меня душило отсутствие чего-то, что мне необходимого для существования. Я с каждым днём все больше и больше исчезал, но уже разумом и рассудком. После были состояния, словно меня мне показывали со стороны. Мою «скрытую» омерзительную сторону моей личности и заставляли это принять, но я не мог. Я мог лишь смотреть своими ошмётками памяти, веря в то, что это был я. Это заставляло меня окончательно отказаться от своего прошлого. Хотя, вспоминая это сейчас, я понимаю, что мной это никогда настолько однозначно и не являлось. Бесспорно, нечто похожее было. После того, как со мной уже было окончательно покончено, я все равно существовал и продолжал цепляться за своё существование, потому что я боялся исчезновения. У меня осталась лишь одна идея или даже гипотеза о том, что помимо нашего мира, существуют и другие миры, в которых тоже есть люди. Это не имело особого отношения к ситуации, но было единственным, во что я верил. При окончательном исчезновении здесь я могу появиться хотя бы там. И на этом моё существование беспощадно и окончательно подошло к концу. Машина через частоты внушила мне, что этих миров нет, а там лишь чёрная бескрайняя пустота. Я лишь ощущал, как исчезли последние ошмётки моего разума и бесконечный страх перед исчезновением из-за этого. Уже смирившись с тем, что я был в этом неправ и при этом все равно не в силах отпустить последнюю мечту я просто ухватился за это вопреки всему и все равно поверил в то, что это не так. Ведь все равно, если я, допустим, прав, то я куда либо да попаду. В этот момент моё сознание резко прояснилось и пусть я осознавал, что меня все равно нет, но я просто был рад узнать своё состояние себя до того, как устроился в эту организацию и ощутить воспоминания о своём прошлом. Я смог сам выйти на улицу, прогуляться и даже купить овощи жене, да и она была рада, что я немного пришёл в себя в этот день, но это был лишь один день. После мне так и продолжали внушать всякую информацию, которую я даже не понимал и каждый раз память об этом меня оставляла, а чувства гнева, отчаяния, жажды мести, разочарования, презрения просто во мне подавлялись. Я сам ничего не мог даже вспомнить и так продолжалось до тех пор, пока с момента начала моих мучений не прошёл год. Дальше я уже просто рисовал, писал и всячески находил себя в творчестве и алхимии, а уже спустя оставшиеся полгода они видно или сдались, или вовсе сочли меня мёртвым. С тех пор я обрёл привыкание и адаптацию к любым подобным манипуляциям. Что будет дальше? Это лишь способность моих останков и основы меня, а я сам так и мёртв. Я инвалид в этом аспекте и понимаю это, но я рад, что уберёг жену и выполнил свой долг, как мужчина. Большего мне и не надо, не говоря уже о том, что я сохранил хотя бы так свою единственную жизнь. И пусть мой рассказ будет вам предостережением и оружием самообороны, так как я никому больше подобной участи не желаю. Даже тем ублюдкам. Хоть с ними этого и не случится, но остановить их все-таки необходимо. Я верю, что вы сможете это сделать, по крайней мере. Я на это искренне надеюсь, потому что вижу в вас недюжинную смелость, а это очень редкое и ценное качество, которое невозможно отнять от человека. Ведь в самые жуткие моменты смелость может лишь обернуться или безразличием, или подавленным страхом, но это не остановит человека ни перед чем.

Аврора была в ужасе, услышав от Анара все им пережитое. Она, конечно, предполагала, что эта система опасна и может убить человека, но даже не представляла такого ужаса в реалиях. Она действительно в этот момент просто пребывала в глубоком ужасе от осознания этого. Какое-то время просто молчала, но это длилось лишь три минуты. Аврора опять задалась вопросом и не смогла преодолеть ткнуть в него носом Анара.

— Теперь мне все окончательно ясно. Спасибо вам за информацию. Я попытаюсь сделать все, что могу сделать, но не уверена, что смогу остановить это. Я могу вам кое-что рассказать, если вы пообещаете сохранить мой секрет.

Анар заинтересованно ответил:

— Конечно, уважаемая, все что угодно. Я не болтлив до чужих тайн, особенно если это опасно для других или вас.

Аврора не сомневалась, что Анар не выдаст её секрет и рассказала ему и свою историю. Она рассказывала, что попала в аварию, что она из другого мира, что другие миры существуют и что она не знает, как ей туда вернуться. Она рассказала про императора, про просвещённых и про то, как искала проход в сад внутри дворца. Анар, услышав её историю, был очень рад. Он был рад не только тому, что Аврора являлась живым олицетворением его мечты, которая ещё и спасла ему когда-то жизнь, но и тому, что этот сад во дворце кто-то нашёл способ открыть. Он решил не рассказывать ей тайну этого сада, о которой он прослышал от знакомого из дворца, работавшего ещё на отца Аарона Шпиллера. На этом их разговор закончился и Аврора отправилась обратно во дворец. На всякий случай она взяла у него адрес организации, которая обслуживала машины и механизмы системы эмоционального контроля. Аврора находилась в одном из ближайших к границе страны небольших городов и знала, что ей придётся найти способ туда отправиться…

Иван отправился рано утром в деревню рядом с дворцом, чтобы определить кто именно пытался убить его недавно. Он вспоминал, что говорила ему Андриана и не мог до конца понять, каким образом его довели до потери сознания. Даже здесь и сейчас, шагая в деревню по дороге, он не чувствовал себя даже существующим. Он не воспринимал себя тем собой, которым он был, но несмотря на это, он продолжал идти чтобы выяснить хотя бы кто пытается его убить. Несомненно, Иван хотел жить уже с тех пор, как получил гематому мозга после удара о руль своего автомобиля. Когда он не выдержал поворот и машину занесло. Что случилось с Авророй он даже не ведал и не знал, но ощущал, что возможно он с ней встретится в этом мире, хотя не знал почему. Огибая повороты деревни, он по пути выяснял все что мог, но не на прямую, а вскользь об этих явлениях. Ему удалось узнать, что у людей часто происходит или насильственное эмоциональное безразличие, или эмоциональные всплески. Эмоциональные всплески бывают только положительные и отрицательные.

Иван решил просто прогуляться, убивая остаток своего времени. Иногда что-то говоря прохожим он им сразу говорил: «Не отвечайте». Огибая большими шагами изгибающиеся уличные тропы, он все ещё ждал, что на него, возможно, произойдёт очередное нападение. Иван шёл в длинном пиджаке, обшитом энергетическими кристаллами с проводниками, мерцающими от проводимой ими энергии. Этот пиджак позволял ему не только защитить себя на некоторое время от подобной атаки на психику, но и вокруг головы создавался невидимый слой пространственной энергии, который искажал вредоносные сигналы. Вдобавок, Иван мог бегать с увеличенной скоростью и, если пришлось бы вступить в драку, пиджак усиливал физическую силу за счет прохождения энергий через проводники вокруг определённых участков тела. Это создавало условия притяжения энергий прочих материй, необходимых для усиления мышечной силы и эластичности. Иван был готов к любому повороту событий, но он не был готов к смерти, потому что он её боялся, как и все нормальные люди. Иван достаточно смелый и может преодолеть этот страх. Сама жизнь и другие люди вынуждают это осуществить. Делает ли это его ненормальным? А вот и нет. Такой человек не ненормален, а просто его уже морально уничтожили, либо убили морально. Он просто физически чуть не умер вот и нет у него больше страха. Не бывает в природе, что ты пережил полностью страх, пришёл от этого в ужас и, испытав разрушение от него, снова испугался. Нет. Так не бывает в реальности. Человек, испытавший моральное разрушение или пришедший к жажде смерти, преодолевший это самостоятельно, однозначно испытывал такие моральные мучения, что у него нет даже малейшей реальной возможности испугаться или впасть в панику. Это феномен мотылька самоубийцы, но при этом умеющего выживать. Может показаться, что такой человек многое способен преодолеть, но в по-разному бывает. Поэтому такие люди обычно учатся или даже умеют просто действовать по ситуации и сложившимся вокруг них обстоятельствам. При этом психика уже разрушена и приобретает гибкость, а потому человек способен принимать и отказываться от сложных целей, задач, стремлений и тому подобного. Ивану всего этого не хватало. Он был другим человеком и держался за свою моральность, доброту и стабильность, поэтому ему было чего бояться. Иван ощутил в голове что-то инородное. Словно что-то скопилось в сосудах его головы и давило на нервы в мозге. Это было очень больно и он невольно схватился за голову. Его психика в испуге ощутила, что теряет свои воспоминания, а сам он словно исчезает. Он даже забавлялся танцами со смертью. Иван понимал, что это лишь состояние его психики, которая является материальной. В данный момент это лишь технологическая иллюзия. Он не только понял, но и ощутил это всем своим существом.

Естественно, он испугался, но в тоже время воля к жизни была сильнее. Это глубинное чувство любого живого существа, которое выше психики и даже выше эмоций. Именно это освободило его от эмоций и иллюзий его разума, являвшимся в то же время его психикой. Он осознал, что на него снова напали, используя некие психические возможности, однако он не понимал как. В этот момент он испытал некое разочарование. Иван ожидал реального противника, а здесь его нет. Нет теперь жизни. Он даже понять не мог, как на него осуществляется атака.

Иван подавил искусственное состояние просто отпустив все и сделав первое попавшееся действие. Тронул стену ближайшего здания. Нет теперь славы. Когда он сделал это, он смог осознать, что он отличается от того, что видит в данный момент. Стена затрещала. Его рассудок просто проявил к этому безразличие, понимая цель врага убить его, заставив совершить самоубийство. Иван сдаваться даже не подумал. Он не мог. Некий глубокий принцип вообще просто так ему этого не позволял. Он ждал счастье, а гонца нигде нет.

В этот момент из-за угла соседнего здания выскочил убийца, который явно был готов к встрече с Иваном. Он знал, что Иван несколько одурманен состоянием, словно ему вкатили литр снотворного и весьма плохо соображает. Он достал нож и побежал к Ивану, пытаясь пронзить его в печень, но тот вовремя увернулся от удара. У него кружилась голова и убийца зацепил ему лучевую артерию, вонзив нож в участок между левым плечом и шеей, доходя до середины груди. Из тела Ивана брызнула кровь, но он устоял на ногах и с размаху ударил ублюдка прямо в нижнюю челюсть. Убийца пошатнулся и попятился назад, но Иван в приступе бешенства и страха перед неизвестным, охваченный желанием его вывести на чистую воду и выяснить кто его подослал. Иван жаждал знать, кто добивается его кончины, но не мог понять за что в конечном счёте именно его убивают. Вокруг лето. Иван продолжал наносить удары по убийце: по печени с ноги, по левому боку по селезёнке и руками по различным участкам лица, а последний удар с размаху при физическом усилении его одежды заставил убийцу отлететь назад. Мужчина, который пытался зарезать Ивана, ощутил слабость в руках, головокружение и боль во всем теле от нанесённых ударов и полученных увечий. Пока Иван его бил, он был в каком-то непонятном для него замешательстве и не мог ему даже ответить. Извечные беды.

Иван, несмотря на его состояние, пусть и искусственное, двигался очень быстро и уверенно, превзойдя человеческие возможности. Мужчина упал на землю, а Иван отшатнулся и прижался к стене здания. Они оба, полные взаимного презрения, смотрели друг на друга. Мужчина первым начал разговор.

— Вот ведь живучий ты оказывается. Как это тебя с первого удара не убило? Не каждый раз такое случается.

— А меня должно было убить? — спокойным равнодушным голосом спросил его Иван. Его слегка ещё пошатывало.

— Не важно уже. Просто пойми, что раз тебя сочли нарушителем системы, то ты все равно труп и тебе уже не выжить. Просто покончи с собой и все закончится. Зачем тебе сопротивляться? — сказал ему мужчина, нервничая из-за того, что он считал Ивана надменным червём, бросившим бесполезный вызов системе, на которую он давно работал.

Иван усмехнулся и решил ему предложить договориться. Договор или компромисс часто приводит к разрешению самых сложных жизненных ситуаций.

— Нет, послушай. Не обязательно сразу так однозначно мне приговор выносить. Ты лучше расскажи мне, что это за система? Если не расскажешь, я сломаю тебе руки. В конце концов ты итак не мало от меня получил.

Убийца немного подумал и решил не переставать быть верным своей организации и не терять своей абсолютной уверенности в себе из-за какого-то фиаско. Он поднялся и налетел на Ивана в порыве гнева. Иван и убийца продолжили ожесточённую схватку. Никто им не сказал, кто из них кто. В процессе драки люди этого не желают, не хотят противостоять себеподобным даже на уровне самого глубокого своего существования, но при агрессии одного, которая может возникнуть не только по причинам искусственного или самостоятельного подавления агрессии, жажды достичь определённых целей или отстоять определённые интересы, она непредотвратима. Если эти интересы значимы или являются уже последним в жизни человека, как элемент его относительной стабильности, то драка имеет смысл, а вот когда эти понятия являются амбициями, убеждениями, взглядами и прочими эфемерными понятиями, которые больше относятся к мечтам и идеалам человека и он ради них решается переступить черту и совершить убийство или даже просто покалечить себе подобного, то это все равно является противоестественным феноменом, если не имеет под собой достаточно оснований любого реального отрицательного действия, совершённого в прошлом. Все имеет свою историю и эту историю нужно уважать, хоть это преступление, хоть это подвиг, хоть это чья-то страшная смерть. До конца этот феномен не объяснить и он имеет место быть. Иначе кто скажет нам где мы, когда пьяны?

В естественной среде проявляется гораздо реже сражение в виде именно физического насилия живых существ одного вида, чем если имеется факт технологического вмешательства абсолютного любого плана. Редко живое сражается даже камнями. Жизнь избегает предполагающее ограничение психических, душевных и физиологических процессов абсолютно любого живого существа. Даже слоны сражаются за первенство питья с общего источника воды. Этот процесс, в случае с Иваном и напавшем на него убийцей, мог считаться относительно естественным, потому что Иван защищал в этот момент свою жизнь. Все что он делал, он делал из этого стремления, а убийца, за которым стояла организация, преследовал даже не личные, а коллективные амбиции. Заливали они бы вместе свои раны!

Если посмотреть с более мягкой позиции, то убивать Ивана было совершенно не обязательно. Результат этой схватки все же закончился победой убийцы. Иван со всей дури ударил его в солнечное сплетение кулаком. Убийца снова вонзил нож в туже самую рану плеча и, повернув прямо там рукоять, держал нож в ранении. Иван взвыл от боли, а головокружение от потери крови, хоть он и не мог ощутить из-за шока, сводило ситуацию к потере сознания. Его тело выстоять не смогло. Пока он сражался с ним, в нём проснулся жестокий садист и Иван, настолько сильно взбешённый дерзостью убийцы, словно кем-то одержимый, схватил его за горло и поднял в воздух, хоть и на небольшую высоту. Естественно, убийца начал вырываться, после чего ударил его кулаком прямо в сердце, а нож вытащил из раны рядом с левым плечом и хотел было перерезать ему горло, но решил, что тогда не получит никакого удовольствия от драки и удовлетворения от убийства Ивана. Напавшему нужно удовлетворить собственный садизм и он воткнул нож ему в бедро так, чтобы Иван не мог сбежать, разрезав мышцу поперек. Теперь она не могла нормально сокращаться. Иван взвизгнул и убийца со всей дури швырнул его на землю и начал жестоко пинать ногами, пока тот не потерял сознание. Убийца взвалил Ивана на плечи и понёс в организацию…

Глава 17

Жить достаточно тяжело, когда Судьба заставила пойти тебя по кривой дорожке. Все мы, невзирая на то, что правильно, поступили иначе или неправильно в своей жизни. Грех есть у всех все равно и люди вынуждены дальше продолжать жить в невозможности смирения с пронзающими чувствами. Чувства — это вообще яд, но они нам необходимы. Без них мы не смогли бы осознать даже правильно ли мы поступаем. Ещё немного бы и все смогли бы понимать свои ошибки сразу. По крайней мере будучи морально живыми как люди. У Авы, обладавшей свойством самоанализа, все попляшут.

Ава, убившая собственную мать, спустя уже шесть часов с того момента, как она закапала труп и проявила высшее изощрение собственной хитрости, расчётливости в этом деле, пребывала снова в раздумьях. Даже для неё это не прошло бесследно. Она часто была мучима чувством вины, осознанием того, что она пошла против собственной совести или даже самой себя. Ава боялась даже понять почему и как так могли сложиться обстоятельства.

На эту ситуацию Ава была склонна смотреть с двух позиций: с первой позиции она была виновата, потому что пошла на поводу собственного страха и, убив свою мать, нарушила не только ход естественных событий но и все морально-человеческие принципы. Вторая позиция Авы — это просто самооборона. На первой позиции Ава впадала в отчаяние и часто её мучило желание покончить с собой, но она не могла этого сделать, принимая к учёту вторую позицию. Согласно второй позиции она защищала свою жизнь от того, что пыталось убить её. Чудовище являлось для неё видимым и реально существующим в тот момент времени, когда она пыталась убить это существо. Хоть это и была башкирка с искажённой в монстра длинной шеей, это однозначно не являлось человеком даже по форме пасти. Именно вторая позиция казалась ей сейчас абсурдом.

Ава была даже склонна списать это на галлюцинацию, но именно осознание того, что она не может отрицать произошедшее ограждало её от суицида. Ава громко расхохоталась от мысли, что она теперь убийца, но опомнилась и продолжила уборку в саду. Две позиции уклонения от обвинения. Обе эти позиции для неё были значимы, потому что помогали ей рационально осознать ситуацию и подавить излишние эмоции. Она понимала, что сама эта ситуация для её рассудка являлась остриём ножа, так как не будь у неё понимания и осознания содеянного, она бы однозначно уже не могла рационально рассуждать. Неизвестно привело бы её это к сумасшествию.

Даже если человек мыслит не рационально и немного, то нелогично его обвинять в сумасшествии. Он далеко не сумасшедший, потому что мы все являемся живыми. Отсутствие логики невозможно, а возможно лишь её между людьми недопонимание. Логика — это лишь то, что мы зафиксировали в виде коллективной (когнитивной) информации. Логика является в большинстве случаев однозначным законом реального действия с нашей общей коллективной точки зрения, позиции[5].

На практике логика часто складывается по-разному, доходит до абсурда, бреда, невозможного, но логика не учитывает этого. Фантазии и мечты — разве они логичны по правилам односторонней математической эмпирии? Разве они коллективны? Если честно, ответ — да. Если вы мечтаете, то вы это сделали не в одиночку. Вы уже восприняли и осознали сигнал общения от другого человека, зверя. Сигналы общения в принципе коллективны и относительно логичны. Просто найти в этом логику любым способом в свободе эмпирических правил непросто. Сделать это гораздо тяжелее. Даже просто написать об этом порой тяжело. Даже просто оформить, увековечив на определённый период.

В дверь домика сада настойчиво стучали. Ава работала одна, поэтому ей пришлось прерваться и открыть разносчику газет «Дачник». Что бы люди в своей жизни не осуществили, независимо от того хорошо это для нас или пагубно, это разнообразит мир. К тому же всегда на каждое негативное действие реальность даже в своём естественном проявлении создаёт противодействие. Что такое реальность? Реальность — это гравитационные условия начала нашего восприятия, граничащие с проявлениями созидающего нас в составе ареала и связей с родителями, которые являются после рождения человека сначала внешними от органов родителя. Эта связь не теряется и через неё часто действует маньяк или зомбирующий. Поэтому при подозрительном с вами поведении проверить стоит именно состояние и общение родителя. Он так и будет над вами доминировать ввиду того, что вас делал. Да ограничит читателей это знание от манипуляции к убийствам.

Реальность только усиливает разнообразие негативного действия, не пресекая его действительностью, что создаёт условия таинств убийств, заговоров группы против одного. Создаётся польза для её источника и возникают культы и секты. Если при заговоре против одного вы не принесли ему блага и пользу, то у вас будет не культ, а подразделение в военный полк для МВД.

Культовость перетекает в культурность. Культурность — это предпринимательство. Культурность делит группу на обработку негативного и позитивного. Негативное — это всегда степень облагораживания опасных разрушений. Ведь негативное тоже не является лишним. Просто часто не удаётся этому феномену проявляться там, где это полезно и необходимо. Именно в таком ключе шли размышления Авы, когда она ехала домой из деревни уже подъезжая к своей остановке.

Ава смотрела в окно, понимая все безумие этого мира, понимая его неоднозначность при факте наличия определённых элементов стабильности. Да и что является безумием? Безумие — это то, что мы не понимаем; то, что кажется нам ужасным, противоестественным или даже смертельным. По факту — это не всегда то, чем нам кажется. Для преодоления безумия всегда нужно уметь смотреть сквозь него туда, где находится его конец. Безумие порождает неизвестность, ничто в нашем восприятии.

Ничто в абсолютном понятии бесконечности не является по-настоящему бесконечным относительно чего-либо существующего в реальности и наоборот, но само по себе абсолютно все является бесконечным, ограниченно лишь наше восприятие. Оно разнообразно. Уплетая в автобусе чебурек, Ава закашляла, голова закружилась и в глазах потемнело. Поэтому не важно как человек воспринимает окружающий мир — все это проявление разнообразия и реализации, проявление развития и познания. Все это и даёт то, что мы считаем разумом отчасти, потому само это понятие гораздо больше, чем мы считаем и представляем.

Разум не всегда может быть нами совершён в преобразовании, хотя все стремиться всегда это преодолеть. Этот закон живого является положительным феноменом развития реальности. Эти мысли принесли Аве некоторое облегчение, даже неизвестно ей было почему ей полегчало, но это ей действительно помогло. Ава ощутила некоторое ослабление мучившей её совести и тревоги. Ей стало немного спокойней. Она осознала, что возможно многое.

Хоть у неё и произошло моральное падение, как человека, но она не делала это специально. Даже если это произошло, это было просто стечение обстоятельств и не более. Деньги на еду заканчивались.

Автобус подъехал к остановке и Ава вышла оттуда, продолжая размышлять по дороге домой о смысле жизни. Это делают люди, находящиеся в сложных жизненных обстоятельствах. В чём же он заключается и почему он нужен человеку? Ведь это как минимум странно. Зачем смысл и причина жить, если жизнь дарована просто так? Ава искренне никогда не понимала этого и тут, оказавшись в этих обстоятельствах, она вдруг о том думает. Это начало занимать её мысли.

Конечно, это естественно для людей, постоянно прятаться в подобных иллюзиях и вопросах от самих событий, но правда все равно всегда одерживает верх, потому что никак нельзя отрицать игру в события. Даже при том, что она осознавала это, события терпели парадокс согласия многих без неё. Ей хотелось есть. Если радикально поделить реальность на добро и зло, то она является теперь злом этому обществу, хищником, паразитом, ничтожеством и, в некотором смысле, убожеством. Её все равно при этом что-то поддерживало морально. Она ощущала тяжесть на сердце даже физически, но страх смерти ей не докучал. Уронив недоеденный чебурек на дороге, на ослабевших ногах она шла домой.

Ава понимала, что худшее для неё — это тюремное заключение. Лихорадочным взглядом она окинула окрестности, дрожащими руками она считала остатки денег, облегчённо выдохнув, закашлявшись она села на скамью. Тюремное заключение тоже можно считать видом смерти. Даже более тяжёлым, чем реальная смерть. Ава реальной смерти все-таки боялась больше, чем тюремного заключения. Встань перед ней выбор: умереть на самом деле физически или умереть морально в тюрьме, то она бы выбрала второе. Это достаточно рациональный выбор, потому что, невзирая на все, наши жизненные тяготы никого не оставят.

Почти успокоившись она упёрлась взглядом в куст, вдруг остолбенев. Живём мы один раз, а все наши чувства можно спокойно расценивать, как иллюзию нашей психики. Все это преодолимо в жизни.

Из куста внезапно вылез молодой парень, сходив там в туалет. Мужской силуэт напомнив Аве о тюрьме. У тюремщика начинается не жизнь, а существование, потому что он отвергнут обществом. Отвергнут всеми. Это считается нормальным. Тюремщики морально изолированы, правда, только в предрассудке контингента на зомбирование военному классу. Такова культура и истинная наша культовость без которой и военный бы сломался. Здесь значимость военного всегда выше, так как от него получив поддержку мы им её тоже должны. Мы не шли на тот риск, который многие из них видели. Но у всех есть право не подддерживать самозванцев, а рассказать о них настоящим. Почему? Потому что часто зомбирующий искажает привилегию именно отслужившего военного класса. Все мы боимся этого.

Страшнее тюрьма или чудовище с щупальцами, вместо рук? Моральный упадок после тюрьмы — это тоже иллюзия. Стандартный шаблон поведения, которому все бездумно следуют, пережив это в жизни. Ава так же понимала, что отсиди она в тюрьме и это непременно бы ухудшило её перспективы в её единственной жизни. Но это не являлось бы поводом ставить на ней крест обществу. Она, предусматривая все эти предполагаемые проблемы в данной ситуации, была готова избежать это любой ценой. Однако шантажист здесь по непонятной причине отсутствовал.

На деревьях медленно пели и грелись снегири, но отчётливо стало выделяться очертание ворон, с тремя синими отметинами на головах и хлебом в кормушках, которые им в поддержку положили местные жители. С холодным рассудком Ава, зайдя в подъезд, поднялась и подошла к своей квартире. Она открыла дверь и зашла внутрь, оставив мучившие её мысли и тревоги.

Ава собралась и засела делать дальше оформление для баннеров, которое у неё заказала металлургическая фирма через посредников. Она вложила максимально творческого потенциала в свою работу, используя разнообразные цветовые гаммы при оформлении рекламного объекта и получилось весьма неплохо. В результате все же баннер не выглядел необычным. Ава хотела, чтобы в результате получилось нечто оригинальное, но баннер получился практически таким же, как все остальные, размешенные в сети. Даже при учёте некоторых отличий и капли оригинальности цветовой гаммы.

Внезапно свет в комнате потух и Ава ощутила слабую тревогу. Её глаза начали бегать из стороны в сторону, но вокруг было темно. Ава Эддингтон тряслась от очередного набега неизвестности, но никого здесь не было. Она уточняла любые звуки и поняла что послужило причиной выключения света в её комнате. Кто-то здесь есть. Этот кто-то боится её намного больше, чем она его. Как этот кто-то существует? Такие ухищрения потребовались, о которых она до конца не могла даже подозревать, чтобы устроить тайну выключенного света. Много было сделано для того, чтобы в её комнате выключился свет. Шантажист?

Ава осознала, что оно действительно идёт на безумие ради того, чтобы причинить ей вред и достичь своей цели её уничтожить. Даже не убить. Все это только лишь из желания достичь над ней доминирование, потому что такие люди считают это смыслом их жизни. Зачем этот кто-то или что-то на неё продолжает охоту? Ава понимала что, убив её, этот кто-то утвердит себя. Докажет что-то этим действием. Зомбирует какой-то ублюдок.

Это остановило её мысли на долю секунды. Она поняла суть подлости. А зачем ему что-то доказывать? Оно существует в реальности? Ава плюнула, поняв, что сосед всё слышал. Ничего не нужно и доказывать, если в реальности ты итак, как минимум, существуешь. Ава поняла на этом причину страха неведомого перед ней.

Ава посмотрела на окно и вновь увидела абсолютную черноту. Сосед сверху закричал через акустический поток. Она пришла к пониманию, что даже этой черноты там нет. На самом деле это должна была быть акустическая иллюзия, но почему кричит сосед? И вот тогда её страх пересёк все границы просто от ужаса разума, рассудка и даже некоего её существа. Там нет вообще ничего. В этот раз не было монстров, не было чудовищ. Ава лишь ощутила страх смерти. Её сердце просто остановится и все. Она ощутила, словно что-то лишило её ориентации, но это с акустики издевался сосед.

Пошло головокружение, но она не сдалась. Ава просто прошла сквозь все это в темноте. Она поняла, что это не настоящее головокружение… это не настоящий страх смерти, а сердце в реальности не может остановится без причины, хотя бывают естественные нетехнологические феномены остановки сердца просто так и без видимой причины. Её организм, конечно, боялся умереть. Бедная Ава испуганно начала метаться из стороны в сторону, не понимая, что убивает её. Она понимала всё, но лишь сознанием, а мозг полон рефлексов. Она закричала и упала на пол, начала крутиться по нему, словно уворачиваясь. Это невидимое нечто продолжало свою охоту. Ава вскочила с пола и попыталась добежать до двери, обегая змейкой траекторию, словно чувствуя в пространстве опасность. Обычный прототип мужчины убивает её с гармонического аппарата.

Она продолжала спасать свою жизнь от этого, но не смогла. Ава споткнулась и упала, ударившись о пол головой. Прямо лбом и носом после чего ощутила себя так, словно её настигла смерть. Нет. Она была ещё жива. Она оставалась смелой девушкой. У неё в ушах зазвенело и в одиночестве убиваемая неизвестно кем и чем она была в ужасе. Ава обнаружила, что не может двинуться, потому что конечности словно не реагировали. Смелость медленно улетучивалась к ожиданию паралича.

Внезапно её тело смогло двигаться. Она отшатнулась и закричала, дотянувшись, наконец, до двери и выбежала из комнаты. Сосед с верхнего этажа воскликнул с балкона: «Женщины!». Нечто угомонилось по неизвестной ей причине, словно само по себе. Ава застыла прямо в гостиной, в которую пронеслась галопом, быстрее рыси. Она немного опомнилась и отдышалась там, но тревога по этому поводу её не оставляла.

Мать мертва. Её неизбежно мучил вопрос: «Что же тогда это было, кроме моего соседа?» Она решила не искать просто ответ на этот вопрос, так как это неизбежно вело её к безумию. Она просто этого не могла принять, потому что человек не может осмыслить то, что обычно является горькой правдой. Для кого-то это факт собственной смертности, для кого-то это несовершенство собственных изобретений и технологических разработок, а для кого-то это абсурдность собственных моральных принципов и верований. Все что ведёт нас к правде и реалиям нас обычно неизбежно пугает.

Аву злила её собственная трусость. И только ли с ней в нашей современности так? Почему мы постоянно бежим от реальности, но не можем реализовать здесь то, о чём мечтаем хотя бы по-человечески? Без вреда самим себе и окружающим! Возможно именно от правды мы и бежим, потому что боимся её. Так и Ава бежала от правды в данном случае.

Антоний в этот вечер все не мог оставить мысли об Антонине Родионовне. Он не забыл посетить её работу и узнал там, что она не приходила три дня. Ава, когда он заходил к ней, сказала, что она отправилась туда. Он немного волновался, так как был знаком с ней достаточно долго и не понимал, почему она при том, что у неё проблемы с дочерью, так внезапно потеряла с ним связь. Он приблизительно понимал, что это не спроста, но и не думал подозревать Аву в убийстве. Антоний ничего не мог поделать с самими обстоятельствами.

Закончив некоторые дела, он отправился к Эддингтон в квартиру в надежде застать там Антонину Родионовну целой и невредимой. Антоний мучился подозрением, что с ней далеко не все в порядке. По пути туда, Антоний размышлял о том, что последнее время происходит в современном обществе. Ведь к нему в церковь часто приходили бедные представители российского общества, многие из которых занимались низкооплачиваемым неквалифицированным трудом, на который хоть и высокий спрос, но очень низко он оцениваем и плохо оплачивается. Всё ради травли во имя славы их экспериментов. Такой труд в некоторых случаях вообще не оплачивается, так как зарплату или задерживают, или обманывают сотрудников заставляя отработать месяц испытательного срока и увольняют без особо весомой причины. Антоний отшатнулся от припаркованной машины. Можно смело добавить моральный крах большинства людей. Конечно, это не делает нас несчастными, да и по большому счёту не все из-за этого готовы переживать или нервничать, но человеку надо что-то, что ему будет служить моральной поддержкой. Волосы на голове Антония зашевелились, а на лбу выступила испарина. У нас в обществе в этом смысле полный коллапс и ограничения. Хорошо, хоть распятия и инквизиции прошли в современном обществе. Имеются чисто формальные моральные наказания, которые по сути не так сильно и наносят нам ущерб, пусть пока и только здесь. Антоний отошёл от машины и побрёл к дому.

При этом не многие священники и монахи готовы помогать страждущим и мучимым по различным причинам. Они боятся сами попасть в подобную ситуацию и сторонятся их, выслушивая осторожно на исповеди, если и выслушивая вообще. Соседи заметили Антония и следили за каждым его шагом.

В большинстве случаев Антоний помнил картину современной «помощи» следующим образом: если приходит человек с большими проблемами, психологической травмой или чем-то сильно напуганный, то он не несчастный в нашем обществе, он не неполноценный, а он просто слабый, трус, бесноватый, убожество и, конечно же, народная мудрость: «спасение утопающих дело рук самих утопающих». Есть в этом вина людей? По существу, эгоизм человека не должен осуждаться, как и трусость, как и слабость. Осуждать инвалида за то, что он, например, не может того, что могут здоровые представители населения — это последнее дело. Человек, осуждающий других просто глупее относительно умного ребёнка и не понимает, что такое может случиться с любым. Он даже не задумывается о том, что причиняет этим боль другому человеку, а то и вообще бывает это просто из желания встряхнуть больного и заставить его преодолеть эту болезнь и неполноценность. В этот момент человек сочувствует больному, но будучи не в силах помочь ему и понять, как поддержать его морально, начинает проявлять к нему агрессию и бывает даже, что человек, издеваясь над больным, сам подвергается моральному упадку. Так в размышления Антоний и убегал от скуки, уже подходя к дому Антонины Родионовны.

Антоний подошёл к дому и начал рассматривать его так внимательно, словно думал что с ним делать. В этом плане он был как Юлий Цезарь: успевал и то, и то. Все качественно и чётко. Антоний, который ещё недавно сомневался, уверенно забрёл в подъезд. Он вскоре поднялся и позвонил в квартиру, но Ава долгое время не открывала дверь. Антоний прослышал за дверью нервозный шорох и шевеление: «Видимо, все дома» — подумал он. Минут через 6 Ава открыла дверь и увидела Антония. В этот момент она уже была готова встрепенуться, но вовремя опомнилась и вспомнила намеченный план. Её цель была любой ценой отвести от себя подозрения, чтобы избежать ответственности за эту, с её точки зрения, нелепую случайность. Она понимала, что виновата в смерти матери. Антоний у неё спросил:

— Привет, Ава. А ты хорошо сегодня выглядишь, молодец. Антонина Родионовна дома?

Ава все же обладала должной гибкостью характера, но у неё не хватило артистизма сыграть безразличие и она все-таки занервничала. Её сердце охватило нехорошее предчувствие. Она в этот момент ощущала некую беспомощность и подавление внешними обстоятельствами своих предполагаемых возможностей. Это была иллюзия. Она всеми силами пыталась спасти положение. На деле Ава просто стояла и наблюдала за всем происходящим. Она ответила, немного запинаясь:

— Здравствуйте. Мамы нет со вчерашнего дня, а на телефон она не отвечает. Я в растерянности, но, думаю, она вернётся. В конце концов, что с ней могло случиться? Хотя не скрою, я паникую немного уже.

— А она не возвращалась вчера? — спросил Антоний с некоторым беспокойством и глумясь над надменностью Авы, посчитав её немного легкомысленной. Он откинул волосы, ухмыльнувшись с оттенком лёгкого шовинизма в её отношении.

Ава, увидев его реакцию, достаточно сильно обрадовалась. Это значит, что все шло по плану и он не подозревал её в убийстве, а считал глупой бесполезной женщиной, которая на это просто не способна. Антоний никогда не испытывал к молодым девушкам большой симпатии. Антония беспокоило не только это, а и факт исчезновения её сестры из больницы, которая до сих пор не была найдена.

— Нет, она не возвращалась. Я уже вам об этом сказала ранее. Я, конечно, не имею представления, что с ней случилось, но почему-то у меня нет уверенности, что с ней все в порядке. Вероятно, она не в порядке. Лишь бы была в сознании. Я думаю обратится в полицию.

— Да, я даже не сомневаюсь, что это необходимо. Раз человек так потерялся, то хуже не будет — обратимся.

— Конечно, я позвоню. Вам сделать чай или кофе?

Антоний подумал и отказался, а Ава пошла звонить. Позвонив в полицию, она с подозрением посмотрела в гостиную, где расположился Антоний и невольно вспомнила как тварь там бегала туда-сюда и билась о стены. Конечно, Ава не видела её, но помнила испытанный ею ужас от понимания и осознания того, что происходило. Она успокоилась достаточно быстро. Некое затмение посетило Аву, но что-то быстро сняло с неё оковы и она словно очухалась ото сна. Она хотела было сказать Антонию о том, как беспокоится за мать, но поняла, что ей не удастся это сделать правдоподобно, а её рот словно онемел. Ава искренне ощущала на себе давление внешних обстоятельств. Она справилась с адреналином в своей борьбе за свободу. Ава не сдавалась. Сидеть в тюрьме никто не хочет и, как и любой бегущий от своей ответственности преступник, она пыталась проявить крайнее изощрение в данном процессе.

Её мучали подозрения. Вдруг Антоний поймёт, что это она убила мать? Вдруг он поймёт в чём причина её странного поведения? Её начали посещать мысли убить его и тем самым избежать подозрений, но Ава была намного умнее и знала, что это лишь усложнило бы обстоятельства. К тому же, зачем это нужно, если он не понял ничего наверняка? Ава подошла к Антонию, одевшись в классический пиджак, а на ней самой было спортивное платье салатового цвета с серыми полосками по бокам. Они вышли из квартиры и отправились к машине Антония, так как надо было поехать в полицейский участок написать заявление на розыск. По дороге Антоний вёл машину и болтал с Авой:

— Я в вашей гостиной как-то странно себя ощущал. Вам бы заказать освещение и пару молебнов для защиты от нечистой силы и за здравие.

— Конечно, я обязательно учту ваш совет, — ответила Ава, при этом испытывая некое понимание о том, что он там мог почувствовать.

— Разве тебе не страшно там находится сейчас? — спросил её Антоний серьёзно.

Ава помешалась и ответила, вспомнив чёрную пустоту в окне:

— Конечно, мне было страшно, однако я не думаю, что этому страху следует поддаваться. Ведь самое страшное в нашей жизни — это страх перед абсолютным исчезновением. Именно этот страх в реальности создаёт наше движение в жизни. Мы не задумываемся, пока живы, почему порой нам так трудно усидеть даже на одном месте? А причина именно в этом страхе, потому что, если мы не будем ничего делать, произойдёт остановка нашей самореализации в плане нашей личности, психики и прочих наших амбиций, целей, планов.

Все зависит от длительности нашего бездействия. Конечно, многие любят медитации. Мусульмане, например, по несколько часов читают Коран и прочие молитвы, сидят часами. Антоний понимал что первые действия любого существа на данный момент легко объяснимы.

Ава в новом мире не пыталась никого убивать в его впечатлении, словно при проклятье евреев. У евреев гораздо дольше процесс при чтении их религиозных писаний, но все это в конечном счёте и приводит к нашему исчезновению, потому что при этом исчезают наши потенциальные действия и возможности. Есть и полюс: так можно обнаружить в себе стабильное и настоящее, обнаружить то, что трудно разрушаемо.

Действия лучше пробовать, размышляя о них, чем целенаправленно достигать сразу точность, хотя это тоже вариант. Все потому что наша жизнь — это наши действия. Это то, что мы создаём, творим, мастерим, придумываем, реализуем своими руками. То, что мы говорим, лишь прелюдия реализации.

Ава познавала в разговоре с ним. Обсуждение лишь помогает понять способ осуществления.

Антоний задумался над её словами.

— Да, исчезновение было бы безусловно ужасным, если бы оно существовало в реальности, но мы же с вами знаем, что у нас у всех есть бессмертная душа, которая никогда не умирает в естественных условиях. Считается, что если за нами приходит дьявол Сатана, то наша душа будет уничтожена. Поэтому религия защищает нас от этого. Нужно молиться и быть праведным, чтобы этого не случилось.

Ава спросила:

— Я вот даже не задумывалась существует ли этот Сатана на самом деле. И что это вообще такое? Или кто это такой? Или вообще может он женщиной был? Мне почему-то кажется его не существует на самом деле. Да, наша жизнь жестока. Да, бывает люди совершают ужасные вещи, но где же само это олицетворение зла? Я не вижу его в реальными глазами, но вижу зло в самих людях и то лишь в единицах. Тогда что же является олицетворением этого ужаса и зла? Страх перед неизвестностью? Нет. Не знаю. Да уродлива, но это ум у меня привык к своей красоте.

Антоний был искренне удивлён этим вопросом. Главное для творящего — это его создание. Олицетворение зла, жестокости, садизма, зверства или даже мясничества в аспекте поведения разумных народов и животных по отношению друг к другу. А чем это может являться? Он даже не знал, что в принципе Аве на это сказать. Согласиться с ней или поспорить? Антоний ведь знал, что все это вина самих людей по логике. Если они совершили это, то почему в обществе и писаниях принято считать это проявлением Сатаны? И он ответил Аве следующее:

— Понимаешь, я конечно не знаю наверняка, существуют ли в реальности все описанные монстры и чудовища из религий и легенд, но я знаю одно точно. Сатана — это просто олицетворение чего-то, что толкает нас на тяжкие преступления против общества и самих себя. Это лишь олицетворение и не более. Этого не может существовать. Я бы скорее поверил в Ареса, нежели в Сатану. Это слишком абсурдно даже с точки зрения логики. Если он так могуч, если его боится Бог, то почему наш мир существует? Или почему он его не захватил сам и не изменил в нём все под себя, включая законы физики? Да и смог бы он?

Плохое или хорошее, но мое. Ава задумалась об этом. Действительно явление войны всегда страшнее, чем даже буйство стихии. Да, война выглядит со стороны не страшной и у неё есть логическая причина, если цель, мотив, масса аргументов всегда начать её. Но что это? Это мясорубка между людьми на поле боя, если не хуже. Один монстр в обществе, убивающий без логики или ядерная ракета, запущенная в Японии от которой погибло огромное количество людей. Ава ответила:

— Да, вы правы. Я думаю это олицетворение зла. Просто сказка. Вымысел. Может просто амбициозный человек такой был, как наш Сталин, который перестрелял массу инакомыслящих по прихоти. Что заставляет человека так поступать? Ответ очевиден — в состоянии свободной воли никто не может предсказать станет ли он монстром, его противоположностью или останется человеком. Мне кажется, хоть я и не согласна с этим с какой-то стороны, но это тоже относительная правда. Если мы терем то, что нам дорого, то неизбежно испытываем очень тяжёлые эмоции. Эти эмоции очень глубоки и порой для нас даже непостижимы как чувства. Все зависит от того, что ты в жизни потерял, а иногда и не зависит в принципе. От абсурда до логически обоснованного научного открытия или истинной мысли один шаг. Если человек в реальности мог бы быть достаточно силён морально, чтобы это вынести, то был бы предел этим лишениям? Когда я думаю об этом, то мне становится просто страшно. Я даже не хочу знать ответа на этот вопрос.

— Знаешь, страх лишений — это жизненно, но все-таки это не так уж страшно. Гораздо страшнее лично для меня было бы понять, что это олицетворение зла имеет свои причины быть злом. В принципе, если рассуждать ближе к реальному, то зло это уже давно относительное понятие, как и добро. В жизни все гораздо проще. Здесь просто стремление всего существующего доминировать. Хорошо ещё когда равноправный соперник стремиться доминировать над равноправным соперником, а когда ради чувства самоудовлетворения, то это желание у людей перетекает в простое желание морального уничтожения своего собеседника в ходе разговора, чтобы самоутвердиться на любом его недостатке. Это уже лёгкое проявление садизма, а оно уже далее может принимать более тяжёлые формы. Я так считаю.

— Есть ещё предположение. Я не говорила вам об этом, но я видела нечто похожее на то самое олицетворение зла. Я испытала действительно сильный ужас первый раз, словно меня при этом убило. Второй раз для меня уже не был страшным. Даже наоборот. Я смогла противостоять этому чудовищу. Мне показалось странным то, что оно замешкалось.

Антоний выдавил из себя улыбку и вытащил шоколад из кармана. Он и не такие рассказы о мистике слышал от людей, которые приходили в церковь. Его удивило, что Ава столкнулась с чем-то сверхъестественным. Надо попробовать тоже. Одно он знал для себя наверняка: зло в самих людях, а потому искать зло вовне есть самый большой предрассудок человечества. Антоний не учитывал одного маленького нюанса: одно лишь стечение внешних обстоятельств может даже уничтожить человека, а не то что убить в нашей жизни. При чём абсолютно любого. Это явление жизни не олицетворяет ни добро ни зло. На самом деле именно это самое страшное для каждого индивидуально. Если это стечение обстоятельств более глобально и опасно, то под угрозой может оказаться даже целая страна или народ.

«Ну же, думай!» — сказал он себе. Одна из рук Авы была у него на плече. Мысленно он называл её именем своей жены. Она была еще развязна, а любовь к сладкому превратила его спутницу в безобразное чудище, испачканное шоколадом.

— Даже если мы видим что-то необычное, то всегда есть логическое объяснение этому. Возможен выход из положения при понимании концепции мышления в рамках теории абсурда. Теория абсурда мышления заключается в том, что логика многих явлений и процессов в реальности сложнее, чем нам кажется или чем мы воспринимаем. Когда мы пытаемся придумать что-то новое, то мы даже не можем наверняка ответить на этот вопрос. Мы это придумали. Никто так же не может описать реальную картину этого процесса во всех аспектах его течения в бесконечности абсолютной структуры.

Ава только хотела было продолжить беседу, но Антоний ей жестом сообщил, что он подъехал к полицейскому участку. Он даже удивился как быстро они доехали. Естественно, там ремонт был достаточно старый. Ещё со времён социализма никто ничего не ремонтировал, а затхлый аромат пота, смешанный с пылью, витал в воздухе. Помещение едва освещалось еле горящими лампочками допотопного происхождения. Все там напоминало о том, что едва финансируемое правительством место проведения над людьми правосудия в исполнение прозябает. Атмосфера жестокости, преисполненной чувством долга и жёсткой дисциплиной царила в этом учреждении. Синяя краска на стенах создавала весьма мрачное настроение и некую неотёсанность оформления коридора.

Ава и Антоний прошли по нему и попали в помещение, где за небольшим рабочим столом, которому на вид было лет десять сидела пожилая женщина в возрасте и красила ногти. Они вместе находились в кабинете, обставленном старой мебелью и дешёвым, еле работающим компьютером. Через некоторое время она окрасила ногти и соизволила обратить внимание на Аву и Антония, которые терпеливо ждали, когда она это увлекательное дело закончит. Антоний и Ава объяснили, что ранее звонили и договаривались написать заявление на розыск пропавшей Антонины Родионовны. Заявление оформили в течение пятнадцати минут и сдали этой женщине. Она проверила содержание и, как уж в нашей стране заведено, оформление её не устроило. Неправильно оформили шапку заявления. Антоний немного рассердился, но сдержался и переписал. Женщина снова проверила и сказала:

— Хорошо. Я передам начальству и будет назначен сотрудник розыскного отделения. Надеюсь, все хорошо и она найдётся. Вообще люди находятся. Да мало ли, почему домой не воротилась. Может мужчину красивого встретила, али дела какие срочные. Вам не сказала.

Ава улыбнулась и вежливо спросила:

— Конечно. А какой срок розыска? Как долго в худшем случае её будут искать?

— Бывает, что разыскивают даже годами, но обычно не более двух лет. Потом продлевать надо. Если пропавший не найден, то не забудьте о продлении. Однако в вашем случае я уверенна почему-то, что найдётся.

Антоний поблагодарил женщину и, расписавшись в журнале о подаче заявления, Ава с ним покинули учреждение.

Ава села в машину, а сам Антоний уже был за рулём. Он решил подвезти её домой и отправиться назад в церковь. Настроение у них обоих было явно низким. Если пропал человек, то и радость неуместна. Аврора тоже исчезла из больницы и Антоний был об этом в курсе.

Ава, задумываясь о том, что Аврора так загадочно исчезла продолжала волноваться. На остатки денег Ава купила ещё одну шоколадку и с ней управлялась. Вопрос всех этих странных обстоятельств и мук её совести из-за этого оставался нераскрытым. Да и как она его раскрыла бы? Она даже рассказать особо никому об этом не могла. Кто в это поверит? Её просто сочтут сумасшедшей и отправят в психиатрическую больницу. Ава это понимала.

В одиночестве Ава решила немного порассуждать. Что же лучше? Психиатрическая больница или тюрьма? А ответ очевиден: психиатрическая больница с точки зрения общества — это путь в никуда, после которого ты в обществе человеком не считаешься, но здесь есть шанс восстановить свою жизнь и реабилитироваться потом, хоть успеха после этого и не увидеть. С тюрьмой совсем иначе. Там после того, как ты отбыл свой срок, общество не просто не считает тебя человеком и теряет к тебе всякое доверие. Это значит, что кроме варианта вернуться к преступной деятельности, у человека не остаётся альтернативы в реальной жестокой жизни. Два этих прекрасных варианта будущего Аву совершенно не устраивали. Она засунула в рот ещё шоколадку и была спокойна. Подозрений на неё быть не может. Кровь убрана и улик нет. Труп надёжно спрятан.

Она внимательно смотрела на Антония, изобразила взволнованность и спросила:

— Возможно ли, что мама так и не найдётся?

Антоний, поразмыслив, ответил:

— Я думаю, что это невозможно. Не бывает, чтобы человек исчез и след его простыл, поэтому я считаю, что её найдут в любом случае. Это и понятно, потому что, невзирая на все преграды, мы всегда в этой жизни непременно найдём то, что мы ищем даже не смотря на все препятствия, которые перед нами ставят обстоятельства в составе множества различных факторов, тенденций и даже принципов. Если речь идёт о текущих обстоятельствах и потерянном человеке, то тем более.

Ава успокоилась его ответом, так как он помог ей удостовериться в том, что она обдумывала ранее. Надежда на то, что её мать будет найдена, отвлечёт людей от подозрений в её отношении, но от неё требуется тоже хотя бы изображать беспокойство и незнание об участи своей матери.

— Поддерживаю. Кстати, возвращаясь к предыдущему разговору о исчезновении или смерти. Почему, если человек надолго исчезает, то память о нём исчезает вместе с ним? Почему жизнь так беспощадно стремится стереть нас из реальности?

Антоний, почувствовав себя рыбой в воде ей ответил:

— Жизнь стремится стереть нас из реальности, а смерть — это лишь конец того, чем мы были. Мы просто переходим из одного вещества в другое. Если же смотреть с точки зрения религии и святыни, которая нас учит загробной жизни, то здесь множество мнений и у каждого оно своё. Я считаю, что правда одна в этом вопросе и по факту мы не можем знать, чем станем после смерти. Мы даже не знаем чем на деле является наша душа. Просто это можно рассматривать, как то, что после смерти от нас остаётся информация о нашем существовании. Лучше, если она остаётся о нас в реальности, чем в мечтах. Чем больше мы оставим после себя, тем в большей степени обретём продление своего реального существования. По крайней мере в глазах остальных людей. Почему в религии считается, что душу забирает дьявол? Почему считается, что в этом случае у души происходит полная погибель? Я боюсь об этом задуматься.

Ава несколько мрачно ответила ему:

— Да, я тоже. Неужели научно-технологический прогресс не может нас от этого защитить?

— Нет, Ава. Я считаю что мы считаем дьяволом в нашей жизни сам плод научно-технологического прогресса. Я, как священник, не верю в то, что в природе есть зло. Его проявление относительно.

Ава задумалась и сказала:

— Но это меня бы успокоило. Я же видела.

Антоний ей ответил:

— То, что мы видим не всегда существует. Для собственной безопасности я считаю лучше это просто игнорировать, потому что бесполезно бороться с тем, чего нет. Если хочется, то можно просто это осуществить или оспорить.

Ава внимательно смотрела на Антония.

Вернее, она из головы выкидывала в соответствии с его наставлением все предрассудки. Её голова была повернута в сторону священника, в то время как Антоний наблюдал за движением транспорта, а умоляющий взгляд водителя огромнейшего красного грузовика привел его в восторг:

— Ага, Ава, в пробку его, в пробку!!! — разгорячился Антоний, стряхивая невидимые обзывательства с полы ветхого одеяния. — Мы с тобой всех заставим плясать под свою дудку!

От неожиданного крика священника Ава судорожно схватила рычаг окна и начала его спешно открывать, вцепившись в его край. Она заинтересованно спросила его:

— А откуда вы об этом знаете? Я вот даже не задумывалась об этом в таком ключе. Если мы видим и боимся этого, то почему тогда это настолько кажется реальным?

Антоний спокойно продолжил:

— Я не понаслышке знаю, что даже то, что кажется реальным, должно ещё доказать своё существование и здесь нужно понять почему. Просто в человеке есть то, что существует в реальности и реализовано в действительности, а есть то, что мы создаём в себе и вокруг себя сами в процессе нашей жизни из того, что уже существует. Преобразуя вещество во что-то новое из чего-то. Например, воспитывая какую-либо черту характера в себе мы должны превратить её в привычку. Должны вести себя так, чтобы эта черта характера стала в нас реальной. Воспитывая в себе одну и ту же черту характера разные люди все равно будут в результате вести себя по-разному. Допустим, одна и та же идея. Идея добра. Насколько многогранно её реализовали люди в действительности? Просто красота со стороны, но что мы увидим реализованным? Мы увидим безликость, печали и подавленность в обществе. Большее зверство в душах людей. Тоже самое касается идеи зла. Лишь в действительности это есть, но где здесь присутствует реализация? Ведь реализация — результат действительности. И что реализовано? Печали, безликость, подавленность и зверство. Это не зло, а лишь последствия отрицательного движения действительности.

Антоний истошно запищал, задергался, но хватки на руле не ослаблял. Взвыл теперь и водитель красного грузовика, затем рванул на повороте. Острые моменты вождения придают только стресс, в стороны брызгнула грязно розовая отдающая тухлятиной кровь из окон машины. Увидев, как сброшенный мотоциклист пролетел несколько метров, ударился о стену тоннеля и безжизненно сполз на пол, Антоний схватил с соседнего сидения свой огнеупорный, на случай неудачного поворота, плащ и накинул его на разбушевавшуюся Аву. Ава обдумала сказанное и подхватила:

— В нашей действительности много загадок, включая то, что я видела. Существует ли это?

«А гори оно всё..» — он смотрел как его обгоняет очередной грузовик. Что делать дальше, куда ехать, как вернуться домой? Позади послышался шорох — он резко обернулся, но не успел увернуться от удара. Антоний ругался.

— Чёрт! Все возможно, но в какой форме это существует? В общем случае мы защищены научными понятиями, терминами и ограничениями, как формой представления объектов. Ублюдок уехал и оставил вмятину.

Удар пришелся в нос автомобиля, из него хлынуло масло и растеклась по асфальту. Антоний уже давно позабыл об этом металлическом вкусе на губах и теперь медленно поднес руку к лицу, судорожно вдыхая ртом воздух. Перед ним, раздувая ноздри, стоял он, — высокий, русоволосый, как всегда взбалмошный, — его давний знакомый. Ава испугалась и наблюдала за разговором мужчин. После Антоний поправил вмятину, замазал быстро приёмник, поправил состояние бака и они снова поехали.

— Я думаю, что мы не можем до конца знать все о нашей реальности. Она ограничена различными витками нашей действительности в нашем восприятии. Действительность — это лишь восприятие нами наших собственных действий. Это ещё не реальность. Мы можем воспринимать вещи ближе к реальности, но никто не видит её полной, будучи в действительности. Даже сидя на одном месте в спокойном состоянии или задумчивости, мы не можем всё увидеть. Это просто состояние психики. Да и зачем это по существу нужно? Иногда может быть и необходимо, но лишь чтобы исправить или развивать саму действительность. Возможно компенсировать её пробоины в виде странных стечений обстоятельств, глобальных катастроф или противоестественно дикого зверства людей по отношению друг к другу. Особенно, если это приобретает стабильную тенденцию и глобальный характер действительности. На сколько все это сложно даже в моём простейшем объяснении! А на сколько, возможно, сложен наш мир! На сколько многогранен в сравнении с нашим восприятием! Есть и момент, что, будучи в действительности, мы все равно не можем себя ограничить от реальности, потому что реальность — это основа нашей действительности. Невозможно действие без реальных объектов и их общения и взаимодействия с окружающим. Это все равно не отражает полной картины нашего мира и вне его рамок.

Антоний отвечал на звонок с мобильного телефона.

— Ну ты и урод, Григорий. Ты почему не тронулся со всеми сразу. Тушить пытался трюм. Все. Теперь каждый сам за себя. Мы на севернее от Мерседеса. Домой ехать уже недалеко, если обгоним грузовик. Может и цистерна проплывать будет.

Григорий подъехал к ним. Пробка с грузовиками.

— Ты кусок гнилой акулы Антоний. Я видел как вы с Димой вчера в трюме пили пиво и курили табак. Теперь. Что теперь? Да пошло все.

Григорий вытер губы и осмотрел одежду. Антоний присел и начал выливать воду из резерва.

— Ничего Григорий. Голод не тетка. Начнешь думать пойдешь со мной или вали.

— Я пойду, — сказала Ава.

— Конечно, я понимаю, — сказал Антоний Аве.

Антоний задумался на этом моменте, приняв слова Авы предельно серьёзно. Почему ошибки реальности в виде этих диких зверств людей по отношению друг к другу вообще происходят? Он пришёл к выводу, что это от недостаточного уровня развития опыта (памяти) людей в единоличном проявлении структуры всего общества, проявленного и непроявленного вообще. Люди недостаточно опытны в плане укрощения своей агрессивности не просто единолично, а в общем составе генетического вида. Влияние других живых существ в этом процессе является компенсацией природного характера, эволюционным феноменом проявления популяции. Также играет роль стабилизация этого проявления в виде обратного проявления, что является фактором стабилизации и обеспечения возможности развития, если речь о вещественном и эволюции, если о живых существах.

Антоний начал напевать по памяти песню своего сердца:

Передо мной разложен воздух,

Но не в такие дали я шагал.

Мне капитаны доставали с пазух,

Медалей бравых медный шквал.

Я полный олух, я признал,

Что я медалям глупо доверял.

Сражён обманом ими наповал,

Однако кто я? А я, товарищ, генерал.

Что значит атмолиз никто не знал,

Так как оценки школы потерял.

Пищит мне в пробке терминал!

Тебя я, неуч, просто проверял!

Успех я крал! Я всех вас на смех взял!

Потом Антоний остановил пение на этом и сказал.

— Что-то потянуло поразмышлять даже, но я не могу не сделать тебе комплимент. Для своих лет ты достаточно умна.

Повернув осторожно на повороте и соблюдая траекторию на дороге, Антоний осторожно ехал, осознавая неким предчувствием возможную опасность именно сейчас. Он сознательно соблюдал осторожность, потому что понимал, что Ава ему об этом рассказала не просто так. Антоний не боялся, но действительно насторожился.

Да, в жизни пугает не только это. Общий уровень жизни людей оставляет желать лучшего. Кто-то страдает в нашем обществе, а кто-то терпит моральный упадок, неудачи и моральное уничтожение. Даже немного радостно, что с людьми не происходит физического, абсолютного уничтожения в современности. Антоний все-таки не мог смириться с инквизициями в древности и был искренне рад, что их нет в современном обществе. Они были с нашими тяготами. Он снова начал напевать ту песню. Песня всегда согревала сердце священника. Он продолжал езду. Рядом едет ненавистный знакомый, а на дороге горит грузовик. Вокруг незнакомые автомобили. С точки зрения Антония Бог всегда защищал человечество от самых ужасных напастей и в нём он видел спасение и надежду на будущее, как и многие люди в обществе.

Достаточно быстро Антоний подвёз Аву до дома. Она вылезла из машины около подъезда.

Сказав Антонию спасибо, она пошла в подъезд и, оказавшись дома, села на диван в гостиной в одиночестве. Ава уже не волновалась о том, что убила собственную мать. Она открыла книгу и начала читать.

История фантастического жанра про апокалиптическую цивилизацию, которую строила разумная раса, похожая на людей. Существа были похожи на арийскую расу. Кожа был бледная, а их волосы были серебристые. Глаза у большинства голубые, а у некоторых, в редких случаях, светло-зелёные. У них был высокий уровень технологического развития, развитая кибернетика, а для защиты информационных полей использовались специальные защитные отражатели, которые были похожи на синюю россыпь пыли весьма плотной структуры. Поля излучались устройствами, наподобие лазерных излучателей, а для развлечения использовались технологии, воздействующие на нервную систему. Они прямо создавали ощущения присутствия и давали возможность почувствовать себя существами другой расы или даже смоделировать своё какое-то обличие. Безвредная технология, так как воздействие на нервную систему осуществляется через специальный шлем, который оберегает и защищает пользователя, изолирует влияние его разума при определённых настройках этого аппарата. Аппарат погружал в состояние сна, но при этом осознанно. Пейзажи тоже можно менять. Военные технологии у них ещё более опасны. В основном они на космических кораблях, потому что на планете у них войн не было вообще. На подобие городов и прочих населённых пунктов у них тоже было деление. Мечтать вне этой системы открытым разумом для некоторых классов их общества тоже считалось преступлением. Для большинства мечты были недоступны. У них были случаи фиксации специальным комплексом устройств кибернетического типа с функциями Искусственного Интеллекта, предназначенного для процесса наблюдения за живыми существами на определённых планетах галактики. Нарушителей казнили. Обитатели не могли понять, почему устройства указывают причиной именно то, что они мечтали, а не мыслили целеустремлённо или целенаправленно. Случайно умер один из них. Был введён запрет на мечты законодательно для большинства их населения. Теперь считалось преступлением совершать ошибки при обработке информации или при выполнении сложных операций. Коэффициент ошибок более 15 % от общего результата и ты казнён. У них уже был настолько зафиксирован жизненный опыт, что им вообще не было необходимости оригинальничать в ответственных делах, потому что в этом случае рассудок считался больным. Одного за другим обязывали пройти лечение, а если обнаруживался факт намеренного совершения ошибки, то в их обществе он считался преступником. Единственный класс их общества, которому это было разрешено — это как изобретатели у нас, только у них это считалось воровством информации. Они не верили в связи с высоким уровнем исследования данного вопроса в то, что для них возможно придумать что-либо, чего нет в этой Вселенной. Была достаточно серьёзная проблема. У них погибала звезда и вот-вот должна была начаться стадия взрыва. Они знали об этом и искали планету для переселения, отправляя экспедиции во многие уголки галактики. Для этого должны были совпасть многие условия: состав атмосферы, структура жидкостей и биологический климат. Не должно было быть наличия смертельных для них вирусов на планете, не поддающихся лечению их медикаментами и технологиями. Они не смогли найти подходящих, кроме тех, на которых жили люди. Они не планировали истреблять людей, но уже готовились к попытке заселения туда. Они не успели ничего даже предпринять, потому что ИИ дал неправильный расчёт срока гибели звезды. Звезда спроецировала взрывную волну высокой степени радиоактивности в открытое космическое пространство. Взрыв был вызван нестабильностью её внутренней структуры, которая из-за нарушения баланса энергий и газообразных веществ, а также менее стабильных структур, была стабилизирована этим взрывом, сопутствующим гравитационному искажению. Траектория движения планет исказилась из-за искажения гравитационного баланса и планета сошла с орбиты не в направлении подальше от умирающей звезды, а ближе к ней. Звезда была уже достаточно сильно покрыта пятнами настолько обширными, что они казались мелкими чёрными дырами. Это было не совсем так, но так как Ава не изучала структуру пятен на звездах, не способных производить благотворное тепловое излучение, то она предполагала, что это действительно стадия искривления. Там даже пространственная энергия начинает поглощаться, но лишь с поверхности звезды. Какое-то время после череды землетрясений выжившие прятались в специальных подземных убежищах на этот случай. Подземные убежища так же имели высокую технологическую защиту от радиационных излучений. Кто-то из них прятался в полуразрушенных городах за синими щитами и медленно умирал от радиации и даже защитные костюмы с функциями кибернетического баланса и защитой, которая позволила бы пережить взрыв обычной бомбы неподалёку вообще без ущерба не помогли. Они медленно погибали от бешеного уровня радиации. Не все были в результате запечатаны в подземных и наземных убежищах, так как были и такие, кто амбициозно смирившись с неизбежной смертью пошёл, смотря в лицо опасности, сквозь буйство природы к спасению, которое в данном случае являли собой космические корабли. Если добраться до них, то есть шанс покинуть планету и найти более благоприятное место обитания хотя бы на какой-то период, пока активность радиации на планете не снизится. Все-таки родина есть родина. Вероятность выжить была очень мала и путь через массивы радиации был открытым суицидом. Оставаться на месте и пережидать было практически тем же самым. Смерть более тяжёлая ждать в укрытии и умереть в ожидании.

Ава даже задумалась. Каково это умереть в ожидании помощи во время катастрофы против которой ничего сделать не можешь? Ощущаешь собственное бессилие перед непреодолимой стихией, которая накрывает тебя, словно безумное чудовище и даже не ест, а просто уничтожает, не оставляя ровным счётом ничего. Это ужасная смерть, когда медленно угасают надежда и вера в собственное выживание, словно медленно удушая того, кто надеется выжить. Народу этих разумных существ в книге это состояние было не знакомо. Уже сидя в укрытиях многие из них пришли к пониманию, что если они не доберутся до кораблей, то не выживут и просто умрут там, так и ожидая помощи. Не смогли просто сдаться лишь единицы, а остальные в апатии и безразличии остались там, смирившись с обстоятельствами. Несколько этих существ так же отправились сквозь огромные поля радиации, защитив себя, как только смогли, но это не помогало. Активность излучения была слишком высокой. Преодолевая себя, преодолевая недомогание, бессилие, головокружение и дикие боли в тканях своих тел, они, преодолевая состояние живых трупов, вынуждены были идти пешком. Транспортные средства у них работали на энергии, а из-за высокого уровня радиации было опасно их использовать. Мог произойти спонтанный взрыв вследствие реакции соприкосновения полей радиации и излучений от двигателей их транспортных средств.

Транспортные средства у них были разнообразные от чего-то похожего на наши автомобили, но с использованием уже более сложных технологических достижений ближе к кибернетике, робототехнике и нанотехнологиям до подобия воздушного транспорта с технологией антигравитационной тяги. Корабли, преодолев огромное расстояние, добрались туда. Лишь немногие, кто добирался, немедленно забирался внутрь. В экстренном режиме корабли стартовали с планеты. Была организована погрузка, а выжившие там могли только ждать, так как сами сотрудники космопорта боялись умереть от радиации. Смельчаков, готовых отправиться на поиски выживших там не было. Одно лишь безразличие и стремление к выживанию сквозь это безразличие. Поступить иначе неадекватно.

Добравшиеся до туда были относительно холодно приняты, так как мест на корабле было очень мало, а выжившие продолжали прибывать и прибывать. Даже с тенденцией заполнения посадочных мест. Некоторых даже не брали на борт, просто отправляя назад к радиационным излучениям. Те, кто успел на корабли благополучно отбыли, а оставшиеся в убежищах были помещены друг с дружкой в специальные сохраняющие противорадиационные контейнеры, которые ещё даже не прошли испытание, но были разработаны на этот случай. Была трудность. На всех их не хватало мест. Был очень жаркий конфликт. Кому спастись в результате? Происходили даже убийства и в этот момент безразличия у них уже не было сил убивать. В конечном счёте, кто уж отвоевал себе право на жизнь лёг в эти контейнеры. Так в принципе катастрофа и закончилась в этой книге. По крайней мере до того момента, до которого дочитала Ава.

Ава закрыла книгу и задумалась о том, что ещё с ней может случиться в данной ситуации. Вроде ничего особенного, а при этом множество странных обстоятельств вокруг неё. Почесав затылок, она надела зимнее пальто и вышла на улицу погулять.

На улице светило солнце и снег поблёскивал серебром от солнечных лучей, которые, как звездочки, переливались бликами. В душе у неё проснулось что-то светлое. Ава шла по улице мимо безликих прохожих ни в чём уже не сомневаясь. Просто нужно было дойти туда, где поменьше людей.

Её посещали приятные мысли. Все лучезарно, но то, что она в себе подавила, не давало ей покоя. В мыслях крутились странные обстоятельства, убийство, возможные в будущем проблемы и главное — отсутствие причины всего этого. Ава задумалась о смертях, которые публиковались часто в интернете. Она частенько об этом почитывала. В обществе часто при странных обстоятельствах люди совершают суицид, но одна из новостей повергла её в шок. Девушка относительно неё помладше на два года подверглась спонтанному сильному сумасшествию. По крайней мере, таково было заключение врачей. Её тело билось в судорогах и агонии. Она кричала, но через силу. Рот плохо открывался от того, что сводило мышечные ткани. Её не обследовали и не было обнаружено ни одного физиологического дефекта. Потом ей полегчало, но, спустя две недели, приступы начались опять. Не сумев вынести столь сильной боли, она покончила с собой, перерезав себе горло. Тут невольно задумаешься.

Что послужило этому причиной? Неужели Бог способен живого человека подвергнуть такому? Ава понимала, что раз есть все, что её окружает, то и Бог есть, но способен ли Бог в естественных условиях наказывать людей за то, что они просто живут? Что такого могла натворить та девушка, чтобы с ней такое случилось? Пусть даже в святыне написано, что все мы грешны и после смерти всем нам мучиться в Аду, но сдаваться нет варианта. Почему мы при жизни то такое испытываем? Она действительно испугалась, прочитав об этом, потому что это привело её к страшной истине.

Еще через пару минут Ава стояла на снежном холме. Как она там оказалась? По эскалатору забиралась. Она была проворна, как зверь.

— Подожди, приятель! Расквасил мне нос и хочешь смыться? А кто обещал мне жратву? — закричала Ава парню.

— Я обещал, да. Мне нужен провожатый. Но ты вдруг стала огрызаться такими стихами, что мне стало не по себе. Я знал, что ты с большим приветом, девушка, но иногда ты просто очень страшно бредишь.

— Чёрт с тобой. Моему дару мог бы позавидовать и Лопа де Вега. Кстати, как ты сюда так забрался ко мне? — наконец поинтересовалась Ава.

— По эскалатору! — отозвался Руслан. — Ты ведь и сама уже поняла, как здесь всё работает.

Ава созерцала вид сверху с ним. Как бы ты не боролся — конец тут практически у всех один — суицид. Это может случится с любым, а когда случится, то это ещё не конец. Мало того, что тяжело осознать факт своей болезни, так ещё и общество вокруг начинает тебя морально затаптывать, бросать на тебя косые взгляды, если узнают об этом. Люди испытывают некое удовлетворение от садизма. Ещё некоторые, что самоутвердились за счёт больного человека, могут избивать на смерть, не говоря уже о более плачевных случаях садизма. Суть тут ясна — больного человека начинает стремиться прикончить все разумное общество при внутренних нечеловеческих муках.

Бывают случаи, когда человек все это вынес и не покончил жизнь суицидом. Чувства погасли и сумасшествие начинается опять, но с пониманием кто и откуда издевается. Этому садизму ещё бывает и нет предела. Помогают ли им лекарства? Нет. Лекарства лишь гасят сознание и разум, создавая блокады определённых веществ головного мозга, но сама причина болезни не лечится даже практикующими психиатрами, потому что в их глазах, как и в глазах общества в целом, человек переболевший сумасшествием уже труп. Отчасти они правы — это определённо тоже самое, что бомбой оторвало обе ноги и они не вырастут опять. Даже после того, как человек это преодолеет в самом тяжёлом случае, он все равно будет неполноценен. Ава считала, что нет такой болезни с которой нельзя научиться жить. Ава сама не до конца понимала, зачем идёт в безлюдное место, но что-то словно манило её туда. Сквозь зимний холод шаг за шагом она приближалась к желаемой позиции пока не нашла достаточно просторную стоянку для автомобилей, которая пустовала, а по краям красовались закрытые гаражи. Ава встала посередине и смотрела в пустоту…

Глава 18

В этот день светило солнце. Яркий красивый пейзаж деревеньки веял стабильностью и покоем в жестких рамках морального порядка. Хаос выбивал местных жителей из привычной колеи, из внутреннего равновесия, словно из под их ног уходила итак разваливающаяся опора жизни. Никакого разнообразия. Какой-то представитель организации читал людям, собравшимся вокруг него, мораль и учил их стандартам и структурам поведения, рассказывая сказки о добре и зле. Пропаганда может вызвать лёгкую иронию у разумного человека, потому что этого нет в идеальном проявлении реальности. Люди до конца не знают друг друга. Все равно неполная картина любого человека мешает нам. Даже самого хорошего до конца никому не узнать, потому что человек во всем поступает только хорошо и это загадка. Он в чём-то все равно проявляет безразличие, а это уже усредняет само явление добра. Последствия безразличия можно считать как добром, так и злом. Безразличие было даже к росту цен на пески и минералы. Эскалаторы часто здесь работали на субсидии. Однако люди слушали и искренне верили его словам. Ведь он же из организации. Он выше их по статусу и опасен для них. Они не могли его не слушать.

За пределами собравшейся на площади деревеньки толпы вокруг злополучного памятника императора потоки людей разнообразно шли по своим делам и заботам. Все понимали как всё вокруг работает и были беззаботны. Только это разнообразило их жизни и придавало смысл всему в их глазах. Кто-то трудился и просто так. Был утомлён этим однообразием собственной работы.

Как всегда, бедное население деревеньки ни на что и на кого не обращало особого внимание. Даже друг на друга. Даже на себя. Люди не видели даже окружающее их, поглощённые безликостью и однообразием. Все жили, выполняя одни и те же действия в действительности. Люди, опьянённые высокими целями, опьянённые красивыми эмоциями, даже не понимая их истинного или приблизительного значения, просто существовали так, не понимая и не видя реальность. Люди жили не понимая её проблем и удовлетворённые тем, что все хорошо и все идёт так, как они хотят. Это тоже иллюзия у человека — совпадение его желаний с возможностями. Совпадение того, что он желал видеть исполненным в действительности и обретение счастья и радости. Все это только иллюзии, мишура жизни, которую мы теряем и постоянно страдаем из-за этого. Это всегда кто-то даёт, чтобы у нас отнять видимость. Тут даже рассуждать не нужно. Сами страдания только сигнал об опасности. О том, что сопротивляется реальность разрушению, а сами погибшие злодеи были лишь иллюзией, но стали хотя бы потоками электричества по нашим нервам. Именно поэтому боль и страдания могут убить. С того момента, как они стали хотя бы электричеством, они могут убить человека и его душу.

Иван очнулся, прикованный к какому-то креслу железными фиксаторами из металла. В комнате было немного мрачно, но обстановка навивала атмосферу ужаса от принудительного покоя человека и его крайнего подавления. Здесь все вокруг навивало это впечатление: стеклянный потолок с тусклыми редкими светильниками, обделанные металлом стены и пол из материала, напоминающий бетон или прочный цемент. Голова была прикована к спинке кресла железным обручем по всей окружности его лба, зафиксированная таким образом, что он не мог даже шелохнуться. В тишине Иван ощущал лишь беспомощность, угнетение и крайнее озверение, панику. Этому его чувству не было выхода — мешали оковы. Это озверение лишь иллюзия, которая была вызвана невозможностью испытать полный спектр своих эмоций в текущем состоянии изоляции. За этим озверением крылся гнев, жажда мести, жажда свободы и желание выжить, желание не умирать.

Иван бормотал еле слышно. Он прекрасно понимал, что это озверение не его эмоции. Это не он их ощущает, но он ничего не мог с этим поделать и все равно дергался, пытаясь вырваться или хотя бы успокоиться немного. Он не знал что с ним теперь будет. Он был одет как тюремщик — его полностью раздели и одели на него что-то вроде пижамы, только из серой необработанной ткани. Это только добавляло психологически мучений, так как служило абсолютным доказательством того, что его однозначно оставлять в живых не собираются. В комнате была лишь одна единственная дверь и не было даже окон. Спустя какое-то время за дверью послышался тихонько разговор двух мужчин и их шаги. Иван не мог точно расслышать разговор, но он услышал, что за его поимку одному из этих мужчин значительно увеличили стабильную часть его жалования. Он даже не нашёлся, как на это отреагировать, потому что боялся потерять рассудок.

Мужчины зашли в помещение и пренебрежительно посмотрели на Ивана, как на ничтожество и убожество, которое не смогло избежать их поимки или смириться с их величием, с величием их технологии. Ивану этот презрительный взгляд был безразличен. Он отводил мужчин блуждающим взглядом, но не мог отвернуться головой от них. Он сильно испугался, так как не видел возможности выбраться самостоятельно из этой ситуации. Мужчина, холодно приняв истинную личину садиста, подошёл к его креслу и, взяв в руки пульт, нажал на одну из клавиш. Ивана тут же начали бить слабые разряды электричества в голове, а в глазах мелькать образы различных ужасов, подвергая его страху и отчаянию. Огонь. Электричество. Жар. Он не мог проронить ни крика, ни стона, словно он ощущал, что это его просто морально уничтожит. Все мучения разом. Он достаточно долго мучился от страха, но, когда его организм достиг предела и пика, он перестал ощущать его. Он мог только чувствовать боль, ужас и апатию. Затем садисты остановили процесс, чтобы его допросить, а Иван по окончании был в полуобморочном состоянии. Он взвыл, потому что к нему вернулась способность разговаривать. Откуда-то сыпался песок, создавая рядом эффект пляжа или катакомб. Он осознал, что давно должен был понять. В случае, если он потерпит поражение в схватке с этими людьми, они не будут убивать его сразу. От этого он ощутил снова наплывший в его иллюзиях ужас от картин, которые ему показывало устройство.

— Вот ты и попался, ублюдок. Как давно ты знаешь о программе коррекции ошибок системы?

Иван дернулся и хотел было закричать, но сил не было. Он вяло ответил:

— Какой системы? Почему я здесь? Я конечно понимаю, что вы имеете отношение к странному поведению людей в деревне и в вашем государстве, но я не успел выяснить многого. Может отпустите меня. Я никому ничего не расскажу.

Мужчины холодно посмотрели на Ивана:

— Дело не в том, что ты узнал о системе эмоционального контроля, а в том, что не проявил безразличие к тому трупу. Это значит у тебя нестандартная реакция и она представляет для нас огромный интерес. Людей, производящих необычные действия, мысли и эмоции мало. Кто ты такой нам неизвестно, но, думаю, ты нас просветишь?

Иван, понимая, что намерения у них далеко не добрые, со страхом в голосе мог только попросить их ещё раз сжалится над ним:

— Я прошу вас, проявите хотя бы человечность и отпустите меня, — Иван просто не мог ответить на их вопрос кто он, потому что точно знал, что если они к тому же выяснят как он тут оказался, то ему неизбежно конец в качестве объекта их опытов или узника для издевательства.

Один из мужчин презрительно и с наслаждением рассмеялся, сказав Ивану:

— Не бойся. Сейчас будешь паинькой. Мы промоем тебе мозги, внушим личность, какую нам удобней и будешь просто работать с нами. Не бойся, это не больно. Ты даже не заметишь подмены личности. Более того, мы внесём данные о твоей текущей личности в систему, а также данные о твоих эмоциях у нас уже выгружены. Будет все согласно правилам системы. Ты должен радоваться. Это очень почётная участь. По крайней мере, ты останешься жив, узнав правду.

Иван презрительно ответил:

— Не дождётесь. Я никогда с вами работать не буду.

Мужчина рассмеялся и сказал:

— Эх, если ли бы это было так просто. Пойми! Ты даже не вспомнишь кем был до этого. Это же лучше, чем умереть. Да и не злись ты так. Как тебя все-таки зовут?

Иван промолчал. Он не намеревался этим мужчинам больше ни слова говорить. Мужчины сделали какие-то настройки на аппарате и Иван ощутил дикую боль исчезновения, каждый раз вспоминая что-то. Он ощущал исчезновение и подмену его воспоминаний. Так продолжалось неизвестное для него количество времени пока его личность и сознание так не изменились целиком…

Аврора просмотрела все материалы касательно системы эмоционального контроля во дворце с разрешения императора Аарона в архиве, но он сразу предостерёг её, предупредив, что это очень опасно. Попросил, чтобы она никому не рассказывала об этом.

Аврора вспомнила, что встретила Ивана около двери в сад. К этому моменту дверь туда была уже открыта, да и не оставляли её в покое события, которые произошли с ней в коридоре пока она её открывала. Она решила отправиться прогуляться по саду. Прежде чем отправиться в порт и добраться до организации на пути к саду она встретила того самого охранника с которым ранее обсуждала встречу с королём Аликом. Он выглядел весьма обеспокоенным и чем-то рассерженным. Она поинтересовалась у него что случилось. Что-то здесь, вне всяких сомнений, было не так.

— Да служанки от работы филонят! Мол чувствуют себя плохо. Вот мне-то дела нет, а заставил старый ловелас идти читать им нотации по этому поводу. Как будто сам не может. Да и вообще чем-то странным в последнее время веет во дворце. А вы куда направляетесь?

— Я хочу прогуляться по саду, который открывала столько времени. Мне кажется, что я там найду возможность понять как найти интересующих меня людей. К тому же меня последнее время мучает головная боль, которая не даёт мне покоя и я хочу выяснить её настоящую причину. Может вы дадите мне совет как с ней бороться? Вы же старше меня и лучше знаете что к чему.

— Вам лучше попить чаю, успокоиться и не переживать об этом. Если вы узнаете, то возможно возникновение очень сложной ситуации. Вы сказали, что я вас старше. А сколько вам лет, сударыня?

— Мне 24 и через 10 месяцев будет двадцать пять. А сколько вам? Вы уже не играете в странные игры?

— Я обычно не так смел, чтобы озвучить свой возраст. Мне уже более 40 лет и я думаю приблизительная цифра вас должна устроить.

Аврора решила с ним поспорить и выяснить сколько ему лет наверняка.

— Ну вам же гораздо больше! Почему вы не говорите мне точный возраст? И ещё скажите ваше имя, пожалуйста.

Охранник решительно отказался озвучить ей своё имя, на чём окончательно пресёк её желание с ним поспорить.

Авроре ничего не оставалось, как продолжить идти по коридору в большой зал, где и находилась дверь за занавеской. Наконец достигнув злополучной двери, Аврора подошла к ней и, зайдя за занавеску, побежала по следующему коридору мимо всех преодолённых препятствий, включая лазер.

Открыв решётчатую дверь в сад, она отправилась уже было вдоль зелёной травы, но вдруг вспомнила про Ивана вновь. Она же предотвратила тогда пожар… Он вел себя достаточно странно. Сказал, что с момента аварии прошло 16 лет, а ей все 24. Аврора точно помнила, что даже года с того момента не прошло. Почему же Иван так сказал и действительно ли она просила прощения за то, что не постарела с момента аварии? Аврору мучили сомнения.

В этот самый момент перед ней прямо вдоль зелёной дороги полагался тоннель из слоёв пропорционально равномерно ограниченных пространств параллелепипедальной структуры.

Аврора почувствовала, что если не пройдёт по этому тоннелю, а останется на месте, то будет уничтожена и умрёт. Аврора не понимала причину страха перед этим, но все же пошла вперёд. Туннель представлял собой прозрачную равномерную структуру, как стекло. Аврора даже немного наслаждалась этим зрелищем и чувствовала себя тут спокойно. Пройдя достаточно далеко, как ей показалось, она встретила молодую девушку-блондинку в чёрной короткой рокерской куртке и штанах. Почему девушка вдруг стала такая злая и жестокая? Она в ужасе кричала, а затем повернулась в сторону Авроры.

— Кто ты такая? Откуда ты здесь? Уходи! Пожалуйста! Здесь опасно! Ты можешь умереть. Я уже отсюда выбраться не могу, потому что они убили меня, но ты-то ещё жива! Зачем ты пошла сюда?

— Пойми, мне необходимо выяснить что стало с моим знакомым. Я думаю, что найду его на другом конце этого тоннеля. Это вовсе не мир мёртвых, как ты считаешь. Это явно что-то созданное реальностью. Просто нужно понимать, что не всегда стоит искать самостоятельно причину возникновения времени, места и даже обстоятельств. Я надеюсь ты сама это понимаешь. Если здесь её искать, то можно вмиг сгореть или засохнуть просто из-за того, что тебя здесь испепелит. Эти мысли лишь охватили твою голову. Разве ты не ощущаешь здесь опасность?

Девушка задумалась и с безразличием сказала:

— Ну ищи, раз такая самоубийца, а я дальше буду искать выход. Даже если я там мертва, я больше не буду боятся выхода. Вниму немного твоему совету, если мне это пригодится на пути к цели. Я уверена, что выход я не найду.

— Очень зря. Не пугайся больше. Я дальше пошла.

Аврора шла дальше, наблюдая различные 3D голограммы и 2D образы по стенкам этого пространства. Хоть она и не знала их значения, а смысл понимала лишь приблизительно, они ей нравились. По кругу этого пространства показывалось множество удивительных картин, ретроспектив действительности, схем, циклов, алгоритмов и отражений законов и закономерностей в различных интерпретациях и описаниях, а 3D голограммы были в виде самых разнообразных существ и людей различных цветов и проекций. Все они шли навстречу Авроре, обходя её мимо с безразличием, или стояли на месте. Иногда просто поворачивали назад. Это же ИИ сам начал играть по своим правилам, а Аврора теперь всего лишь его игрушка!

Затем Аврора дошла-таки до конца этого пространства и вышла в помещение с железными дверями без окон, с пустующим креслом предназначенным для пыток по середине комнаты. Людей в помещении не было. Она решила попробовать открыть одну из дверей в помещении и попытаться тихонько выбраться в коридор. Потянув ручку двери, она осознала, что дверь плотно закрыта с обратной стороны. Она потянула вторую, но та тоже не поддавалась. Аврора оказалась в тупике, не понимая, как выйти из этой закрытой комнаты.

Внезапно дверь открылась и вошёл тот самый мужчина 32 лет. Бледный, как смерть с печальным лицом, длинными серебристыми волосами и голубыми глазами. Одетый очень мрачно. На нём был длинный чёрный плащ из обычной ткани, множество каких-то непонятных, похожих на часы, устройств на запястье левой руки. Черные брюки и металлические ботики, которые смотрелись очень необычно. Аврора не понимала зачем это нужно. Он, увидев её, ещё сильнее побелел, но эмоций он никаких не проявил. Авроре показалось, что он просто удивился чему-то.

Мужчина спросил её:

— Зачем ты пошла сюда? Если люди, которые здесь работают, тебя увидят, то тебе несдобровать.

Аврора решительно ответила:

— Поймите, я ищу Ивана. Я кое-что выяснила и поняла. В этом мире опасно и отсюда нужно выбираться, но я не знаю как выбраться. Думаю найти выход здесь.

Мужчина ответил:

— Что ж, тогда хорошо. Это значит я вовремя. Когда найдёшь Ивана отправь мне сигнал через этот передатчик, — мужчина снял с левой руки одно из портативных наручных устройств и протянул Авроре, — Нажимаешь зелёную кнопку и я, получив сигнал, помогу вам вернуться отсюда восвояси.

Аврора ответила:

— Хорошо, спасибо. Я тогда отправлюсь его искать. Надеюсь ещё увидимся в таком случае.

Мужчина ответил:

— Конечно.

После мужчина прошёл в эту самую комнату, а Аврора вышла оттуда и прошла по едва освещённому коридору вглубь помещения. Она шла достаточно долго пока не обнаружила выход в большой зал с ресепшеном. Она увидела ещё три двери. Судя по всему, две из которых вели в кабинеты начальства, а третья стояла таинственно по середине и было видно, что она ведёт в большое помещение. Аврора, почувствовав там чьё-то присутствие и услышав некие завывания, разговоры решила туда заглянуть. Там она увидела стоящих в некоем ожидании мужчин и женщин. Среди них ту самую старуху, которая прокляла императора Аарона и его семью. Старуха величественно стоявшая перед этими людьми явно у них пользовалась авторитетом. Старейшая, одетая в чёрные лохмотья. Ткань словно была только что куплена у ткача. Абсолютно новая.

Она сказала людям:

— Я бы на вашем месте присела в круг. Кто курит, лучше закурите, потому что разговор будет серьёзный.

Люди послушно взяли стулья и уселись в полукруге вокруг неё. Те, которые завывали, были прикованы к стене неподалёку от этого мероприятия. На них никто не обращал внимания и это выглядело жутко со стороны. В целом помещение было достаточно обычным. Конференц-зал. Только прикованные к стене люди явно придавали всему этому облик красивой камеры пыток.

Аврора понимала, что если останется на месте, то её могут обнаружить. Издай она лишь мелкий шорох и всё. Два человека с краю от общего полукруга явно чутко что-то слушали. Наблюдая за этим Аврора не отрывала глаз. Она знала, что в случае чего следует бежать назад в ту самую комнату с железными дверями, куда она попала изначально. Если её поймают, то сгореть на костре — это рай по сравнению с тем, что с ней сделают эти люди. Она не могла осознать что ей угрожает до конца.

Неожиданно прорвалась сквозь туман ясная мысль. Аврора прислонилась к двери снова и продолжала слушать разговор. Она была на готове бежать обратно. Толпа людей слушала старуху, а та величественно прорицала, зная, что император Аарон уже мёртв, а его семья, кроме его дочери, спасенной едва-едва, полностью уничтожены её проклятьем. «Как же выйти из этой игры?» — лихорадочно думала Почтеннейшая, доставая из-за пояса оружие и с большим трудом удерживая себя от желания выстрелить в некоторых слушателей, опять шумевших. Аврора понимала, что это проклятье имело причину не только в самой этой старухе.

— Система работает замечательно. Общество спокойно, а все виновные и оскорблявшие императрицу казнимы самим обществом. Вы отлично стараетесь, товарищи. Но есть одна напасть! Неизвестно почему начинает исчезать то, что окружает нас совершенно без причины. Люди просто умирают. Я знаю, что система не при чём. Что же это за явление?

Люди, поразмыслив, выдвигали разные предположения. Один из присутствующих считал, что это просто временное явление природы. Что-то вроде перестройки системы мира. Другой считал, что это просто несоответствие восприятия людьми окружающей действительности, а третий считал, что это просто напросто означает постепенное исчезновение самого мира и является признаком полного коллапса действительности, так как в ней отсутствуют признаки реальности. Все эти точки зрения обоснованно были высказаны слушателями. Последний юноша, сидевший среди остальных людей, сказал:

— Я считаю, что это просто что-то вроде искривления или искажения. Сама реальность остаётся неизменной. Гораздо важнее, что нас там убивает. За что, если это не наша система?

Люди напряглись. Тут у одной из женщин, которые сидели вокруг старухи, побледнело лицо и она упала замертво. Окружающие в шоке застыли, не проронив ни слова. Лишь старуха злобно рассмеялась. Стоя в центре этого балагана, она знала, почему умирают люди. Ни император, ни сотрудники организации не слушали её. Сколько она говорила императору Аарону ещё за стеклянным столом в самом начале, что это серьёзная проблема. Он ей сказал, что это лишь её проблема. Старуха наконец решилась объяснить хотя бы приблизительно.

— Понимаете, здесь как раз первопричина этих смертей в вашей системе и я вам уже говорила об этом. Использовать её необходимо не для подавления и уничтожения, а для фиксации и распространения. Вы же просто используете её для подавления воли самого общества и этим искажаете реальность. Не говоря уже о восприятии людей, как вы совершенно правильно отмечали ранее. И более того, вы для того, чтобы наша страна была передовой все отрицательные проявления и информацию, зафиксированную системой, отправляете на соседние государства, вызывая беспричинные убийства и разбой. Это, если умолчать о казни еретиков, узнавших суть самой системы и достигших реальности. Не удивляйтесь что это происходит. Я вас предупреждала.

Собравшиеся, не обращая внимание на труп убитой женщины, внимательно посмотрели сначала друг на друга, а потом на старуху. Один из них у неё спросил:

— Так значит эти прикованные люди нам помогут это остановить? Если мы принесём их в жертву, это остановится?

В этот момент воющие узники начали сильнее бултыхаться будучи прикованными к стене и ожидая собственной смерти, испытывая сожаления и дикий страх.

Иван, услышав это, хоть и очень хотел испытать хотя бы сожаление и возмущение по этому поводу, но не мог. Он не был с этим согласен. Люди кровожадно посмотрели на узников, словно готовые их разорвать, а потом снова на старуху, ожидая её ответа.

Старуха ответила:

— Это вам не поможет, глупые идиоты! — Рассмеявшись снова она им сказала, — чем больше вы убиваете, тем сильнее и стремительней сами будете умирать. Зря вы считаете, что богу нужны ваши жертвы! Здесь все предельно просто. Вы создали ошибку и он её устраняет самостоятельно. Даже не взирая на уродство создаваемой вами действительности.

Свет погас, и декорации изменились — двое переместились в катакомбы. С потолка капала вода, а вдоль стен тянулись светящиеся изнутри кабели. Люди просто покачали головой и встали, взяв в руки ножи. Они ничего не сказали старухе, а просто от безысходности пошли резать узников. Подумаешь, мясо! Не сработает, так не сработает. Эти люди в них видели действительно не более чем просто мясо…

Иван тоже с ножом уже было подошёл к какой-то женщине, но Аврора, узнав его, выскочила из-за двери и подбежала к нему. Она выбила из рук нож и ударила Ивана по лицу. Скоропостижно его потащила за собой. Она сама не знала что может с такой скоростью бегать. Иван тоже узнал её и его сознание немного начало проясняться, но не до конца. Он уже все равно не был собой. Люди же даже не заметили их побега. Они были увлечены резнёй и ничего не замечали кроме своих жертв и их крика отчаяния. Аврора же, волоча за собой Ивана, вместе бежали к той самой двери в комнату, где ждал таинственный бледный мужчина. Иван внезапно остановился перед дверью комнаты, в которую вышла из туннеля Аврора.

— Кхм, ты знаешь, я конечно тебя помню, но достаточно смутно, — затем он немного покашлял как-то неестественно и с несколько озадаченным видом произнёс. — Почему именно сюда? Это же дверь в камеру личностной коррекции.

Аврора объяснила:

— Я попала в это здание через какой-то туннель и очутилась в той комнате. Думаю, если один из вариантов выхода и есть отсюда, помимо главного выхода, то он именно там, как бы странно это не звучало. Проверить в любом случае стоит.

Иван помялся, а затем сказал:

— Если это поможет нам вернуться назад, то это в любом случае отлично. Я думаю если все увенчается успехом, то мы мигом вернёмся назад.

Аврора молча открыла дверь и оба очутились в помещении камеры, где бледный мужчина с серебряными волосами практически неподвижно стоял и размышлял о чём-то. Затем он повернулся к Авроре и Ивану с безразличным видом в тишине этой мрачной камеры, глядя на Ивана как на старого знакомого. Он напомнил Ивану, что оружие имеется у них всех, но с возможностью произвести только один выстрел для каждого.

— Я рад, что с вами все в порядке. Думаю не стоит задерживаться. Сейчас я активирую искажение пространственно-временных структур и это обеспечит безопасный скачок. Есть вероятность что точные координаты переноса будут искривлены. Я приблизительно вычислил координаты вашего мира. В этом мире далеко не стабильная ситуация — он начинает исчезать. В лучшем случае его перереструктуризирует, а в самом худшем его постепенно сотрёт и замена новым вариантом с изначальной точки проявления и реализации мучительна для всего местного. Не скрою, что в вашем мире тоже имеет место быть цепная реакция. Будьте там на чеку. Это лишь цепная реакция, которая никак не может привести к явлению, которое вы называете концом света.

Сказав это мужчина дистанционно с одного из похожих на наручные часы портативных устройств запустил процесс и пространство вокруг Авроры и Ивана начало закручиваться в виток, после чего оба исчезли оттуда, где они стояли. Затем, повторив операцию, он телепортировался куда-то и сам. Виртуальная реальность испытывала участников на прочность — попробуй увернуться от её интеллектуальных способностей.

Глава 19

Бекеле шёл по лесу. Вокруг стоял бледный зелёный от зарослей растений мрак и лишь тонкие лучики солнца пробивались сквозь листву, а пейзаж веял свежестью и совершенно новой атмосферой для него. Почему Бекеле вдруг стал таким злым и жестоким к обитателям этого ареала? Бекеле был из другого мира. Ему хоть и было все тут относительно чуждым, но в тоже время и несколько знакомым. Он чувствовал будто преодолел некогда непреодолимую преграду не только физически, но и морально. Эти мысли пробивались сквозь влажность окружающего воздуха, затруднявшего Бекеле дыхание. Он с ужасом вспоминал как его били эти негры, как пытались сжечь его на костре в качестве жертвы своим Богам. Ему жутко повезло выжить и сбежать в этих обстоятельствах.

— Есть здесь кто! Ау! — кричал Бекеле сквозь туман.

Прожив в этом мире уже три дня, он никак не мог понять как вернуться назад. Он уже начинал смиряться и не верил в то, что когда-нибудь сможет вернуться.

— Чёрт бы всё это побрал! — вопил Бекеле.

В своей борьбе за выживание в дикой природе этого мира Бекеле чувствовал себя воителем, словно великий полководец. Ведь он, если все-таки вернётся назад в родной мир, сможет практиковать новые умения выживания и самостоятельно поделиться опытом с друзьями на родине в Эфиопии. Глядя на незнакомые растения в лесу, Бекеле невольно сравнивал их с теми, что видел в родном мире в России, Эфиопии, США. Например, деревья были похожи на пальмы, но без кокосов, а с жёлтыми овальными плодами, чем-то напоминающими гибрид персика и лимона. Бекеле уже было заинтересовался, но почему-то решил не останавливаться и пошёл дальше.

Шёл он спокойно. Хищных зверей вокруг не было. Только изредка пробегали грызуны и всякая незнакомая ему пушистая живность. Особенно ему понравились зверьки, похожие на белок, но у них была другая форма ушек — длинные. Ушки их длиннее, чем у зайцев.

— На ногу мне прыгнул, ты, великий слепой! — орал он на одного из них.

Бекеле невольно задумался об одном его знакомом. Он был человек, готовый на все ради власти. В Эфиопии он являлся религиозным лидером христианской церкви и ещё в его команде были два напарника. Мысленно Бекеле давал им подзатыльники. Это были очень завистливые люди, которые могли позавидовать любой мелочной красоте души другого человека. Такая зависть имела у них и благотворные для их эгоизма плоды — они воспитывали так свою праведность. Лидер с напарниками часто унижали похожих на себя людей, чтобы самоутвердиться и подтвердить факт своего доминирования. Качества побеждённого они после боёв воспитывали в себе как трофей, чтобы выступать потом на публику.

В смутице этой их не было видно ни черта. Молились они далеко не для всеобщего блага порой.

— Амади, а ты великий фантазер! Бредишь, что жуть. Заткнись и лучше ищи чем путь нам освещать! — говорил Бекеле ему, зная, что тот ничего не может сделать.

Как-то раз один достаточно честный дипломат из посольства выступил против их морально-физического произвола когда увидел, как лидер с его людьми избивали на улице какую-то проходившую мимо них женщину без причины. Она им не понравилась чем-то.

— У меня есть клапоть ткани! Посмотри что у тебя есть! — кричали они ей, унижая нищей перед ними.

Дипломат подключил связи в посольстве и им было выставлено множество санкций в достаточно большом денежном размере. В их состав входили ограничения на выезд и получения определённой информации о делах внутри Эфиопии, которой они часто были вынуждены пользоваться вследствие своих полномочий. При наказании у них забрали почти всё. Лидер ворошил последние сумки. Амади порылся у себя в рюкзаке и нашёл две коробки спичек, горсть сухарей и мотыгу. Этим они себе весь период наказания на жизнь и зарабатывали.

После того как они были наказаны, они не смирились с этим и наняли наёмного убийцу. Убийца должен был только покалечить дипломата и притащить в указанное место в ночное время суток. Подкараулив мужчину у местного бара, убийца ударил его рукоятью ружья по затылку и сломал ему ноги.

— Можешь удивить, не спорю, — говорил убийца своей жертве при расправе.

Он завалил стонущего несчастного в багажник своего автомобиля и поехал в указанное нанимателями место. Оно находилось на выезде из города на окраине основной дороги. Подъехав к трём ожидавшим свежего мяса экстремистам, убийца небрежно достал мужчину в состоянии болевого шока из багажника и бросил его на землю. Дипломат взвыл и разъярённо им сказал:

— Вы ублюдки! Вы думаете, что меня убьёте и все на этом закончится? Люди не дураки! Они все поймут и вы потеряете своё положение! Такие выродки, как вы, не заслуживают быть главенствующими в церкви. Вы просто звери, изверги! Вы опустились до физической расправы. Ничтожества. Да после того, как вы меня убьёте, это совершенно не поможет вам снова обрести человеческий облик. Мрази. Я думаю, что вам абсолютно все равно. Я даже не поверю в обратное просто! — прокричал он, завывая и ворочаясь в агонии от того, что сломанные ноги болели и ныли.

Трое извергов только с предвкушением наслаждения посмеялись. Они просто устранили грешного, который со своими моральными принципами и маской человечности пошёл против их святых принципов и преградил дорогу тому, что они считали для себя просто обыденностью. Избить какую-то ничтожную женщину. Подумаешь. Она же женщина. Что она, думать может что ли? Что она, как личность существует? Она даже не почувствует, если её ударить. Заплачет — пусть плачет. Главное им приятно над ней поиздеваться.

— Сухари? — спрашивали наёмники лидера о провианте.

— А сухари оставь! Черт знает сколько мы здесь пробудем пока закончим дело.

Они считали, что удел женщины — это родить и умереть. Вообще не думая ничего. Наёмник взял одну коробку спичек, одну вытащил и коробку положил в карман. Это даже проще для них, чем избить животное. Животное то более высоко стоит с их точки зрения, чем женщина. Что уж тут говорить о том, чтобы им что-то позволять. Пусть рожают и умирают сразу.

Наёмники, глядя на стонущего мужчину перед ними, вспоминали как изнывала та женщина. Настолько им было приятно это делать. Другой наёмник достал ткань. Ткань замотал на палку, которая лежала рядом, и зажег ткань. Они прямо чувствовали себя в этот момент совершенными и праведными, ставящими на место непокорную собаку. Один из них приподнял голову дипломата и ударил его в лицо. Голова неловко повернулась и шея почему-то хрустнула. Сам мужчина из-за сильной боли уже ничего не понимал. Он получал по телу пинки и плевки со всех сторон и слышал от них:

— Ну давай! Назови меня господином и твои страдания закончатся! Мы тебя убьём! — сказал один из них.

— Давай собачка! Скули и тявкай.

Религиозный лидер, стоя в стороне, с удовольствием это наблюдал. Он медленно подошёл и пнул мужчину в подбородок, после чего величаво сказал:

— У меня результат даже соответствует моим ожиданиям. Ты так жалобно скулишь. Я дам тебе выбор! Ублажи одного из нас и мы, может, даже тебя просто в подвале будем держать. Мне можешь просто полизать пятки. Несложно же? А когда ты сдохнешь, то я буду молиться о том, чтобы ты стал прокажённым уродом и сидел у моих пяток. Я буду издеваться над тобой потому что ты бросил вызов святыне своим героизмом, Супермен.

Мужчина был непокорен. Все, что он ощущал, — это равнодушие и безразличие к лидеру и его наёмникам. Дипломат понимал своё бессилие и что им, возможно, ничего по поступкам и не будет. Яркий огонь озарял путь. Им без разницы какое мясо забивать. Они же даже не понимают его чувств, но испытывают некое бешенство и раздражение от его безразличия даже к потере собственной жизни. Перед смертью он просто решил последний раз подумать о том, что делают убийцы в данных обстоятельствах. Это тоже лицемерие. Два товарища, не знали что их ждет дальше. Лицемерие — это притворство. Надежда выбраться отсюда, горела в их сердцах.

Если человек мёртв, то он не может просто стать живым. Если он жив при этом, он ещё может стать мёртвым. Дипломат понимал, что смерть происходит лишь однажды и все на этом. Человека уже никогда не вернуть. Даже если создать клона чудом, построить его таким, какой он был, то это уже другой человек. Даже если создать иллюзию переноса разума и сознания, если бы это было бы возможно, то это тоже просто иллюзия. Нервная система остаётся посредником процесса. Никак, убив кого-то, это не исправить.

Мы все воспринимаем только нервной системой и нашим телом, больше нечем. Какие опыты не ставь — все эти иллюзии о «том свете» не более, чем моральное насилие. Проще понять, что все, что мы делаем здесь и сейчас, так или иначе остаётся и фиксируется реальностью в полной ретроспективе памяти. Не стереть. Хоть убегай, хоть прячься, включая мысли и эмоции. Люди не совсем понимают, что это такое. Дипломат тоже не до конца это понимал. С такими интересными мыслями он и умер. До смерти забитый своими убийцами…

Бекеле завершил вспоминать о трагедии, выйдя из леса на поле. К своему удивлению увидел странного мужчину с белыми волосами, который его ждал. От вида бледного мужчины Бекеле даже несколько дрогнул, потому что от него веяло жестокостью и холодом, что вызывало у него панику и настороженность по отношению к этому человеку. Бекеле сомневался немного человек ли это. Он посмотрел по сторонам куда ему бежать в случае, если этот мужчина нападёт на него, но не торопился этого делать. Тот к нему спокойно подошёл и сказал:

— Я так понимаю, ты все-таки планируешь вернуться в реальный мир? Я специально здесь появился, чтобы помочь тебе вернуться. Таково наше с тобой интервью перед взрывом здесь.

Бекеле немного оцепенел, потому что голос у мужчины был настолько бесчувственным, что вызывал у него дрожь и страх. Он взял себя в руки и спросил:

— Я не понимаю просто кто вы такой. Зачем вы мне решили помочь вернуться? Мне не ясно как я вообще здесь очутился. Может вы мне объясните? Как всегда, отправите меня в горячую точку?

— Это обычное дело на самом деле в условиях цепной реакции нестабильности мира. Находясь в одной точке просто идёшь прямо, а оказываешься в совершенно другом месте. Учитывая стабильность законов физики реального современного мира ты и оказался здесь, так как там же не мог оказаться просто физически. Сегодня у вас в городе проходит выставка медицинской техники. Отсюда обратный процесс таким же образом не возможен, но ты хотел бы пойти на выставку. От того ты являешься аномалией здесь, разрушая этот мир. Я пришёл тебя вернуть на место. Сейчас я дистанционно активирую устройство. Ты двигайся помедленней, а ещё лучше стой на месте. Без паники только.

Дальше он спокойно и испытывая презрение, снисхождение активировал на руках одно из устройств, похожих на часы. Бекеле исчез, появившись в съёмной квартире Ивана. Его квартира! Закрытая для всех прочих.

Ава стояла посреди гаражей и размышляла о том, покончить ли ей с собой или нет. Она не могла уже больше выносить мук своей совести из-за того страшного преступления, которое она совершила. Ава читала в интернете, что такой тяжёлый грех с человека может снять только Папа Римский особой молитвой. У неё не было возможности поехать в Рим. Такое только для профессионалов. Сесть в тюрьму добровольно? Но очистит ли это её совесть? Нет не очистит. Она хотела бы взять интервью у людей, что преодолели своё убийство, но кто покается? Тюрьма лишь добивает человека, но не помогает ему почувствовать себя снова человечным. Тюрьма необычна до взрыва последнего остатка сердца убийцы. Он сорвался и употребил свои инстинкты и эмоции ошибочным способом.

Ава очень хотела ещё поразмышлять о чём-нибудь, чтобы перестать желать суицида. Она решила поразмышлять о разнице в интеллектуальных возможностях людей. Почему люди думают по-разному и почему в процессе их общения друг с другом часто присутствует недопонимание? Ведь любое общение — это тоже процесс мышления. Будь то драка, конфликт, просто обоюдное молчание или обсуждение интересной темы — все это общение. Откуда у человека берётся мысль? В принципе Ава допускала, что мысль и мышление — это свойство всего существующего за границами любого восприятия даже не всего видимого. Когда мы думаем о чём-то, то это уже результат общения с тем, что есть в реальности собеседник. Самое интересное то, что это явление мнимой конкуренции и зависти между людьми. Без этого не будет вообще общения, так как они проникнутся друг к другу лишь безразличием. Даже искусственно провоцируемое неким третьим лицом чувство или интрига не исправит положение.

Только у кого есть знание описанного? Всегда общаются люди неожиданно. Все в общении ищут только свой интерес. Итак, вопрос где общаться. Помещение под спекуляциями. Почему нельзя сделать вместе и без зависти? Потому что даже один медицинский павильон это общение пассифицирует.

Можно представить интересную психологическую ситуацию: есть парень и девушка. Парень с манией величия и презирает женщин, потому что мусульманин и шовинист. Считает всех особ женского пола тупыми, а себя гением, но гением не является на самом деле. Девушка с относительно свободным мировоззрением, которая с ним ранее пыталась встречала, вытерпела от него моральное унижение и пережила кучу жизненных трудностей. Моральный упадок в связи с которым пережила агонию. Девушка чуть не умерла по стечению обстоятельств и парень, зная об этом, только в лицо ей посмеялся от злорадства. Она об этом благополучно забывает. Они снова пытаются встречаться и не получается, потому что организм девушки начинает отказывать. В результате парень её бросает опять. В процессе всех этих обстоятельств присутствует некая интеллектуальная конкуренция, как и в процессе их общения. Конкуренция и в процессе их любви. В процессе отношений парень начинает унижать её достоинство, чтобы доминировать, но не с целью защитить женщину. С целью полностью уничтожить её морально и бросить в результате, чтобы самому самоутвердиться. В процессе такого общения один морально умирает, а другой возвышается. Вопрос — есть ли смысл такого возвышения? А нет его. Обязательно такого мужчину тяготит более сильный самоутверждённый самец, считая его ничтожеством[6].

Аве даже интересно было почему они в результате из-за этого изводят и уродуют друг друга? Ведь так не должно быть. Мужчины бывают глупые и агрессивные, но понимают собственную слабость и стремятся любой ценой самоутвердиться, чувствуя, что исчезают. Просто таких людей Ава не могла считать мужчинами, потому это значит, что они предали само естество своей матери. Они не умеют уважать никого, кто на них чем-то не похож и ищут более слабых, чтобы просто потоптать и пойти дальше. От сильных мужчин такие драпают быстрее ветра и, сверкая пятками, потому что не могут себя защитить.

Подумав об этом, Ава приятно отвлеклась. В конце концов, о чём мы только не думаем. Даже в полном абсурде можно найти очень интересные вещи, мысли и фантазии, которые мы и воплощаем как можем. Это придаёт нашей жизни дольку интересного.

Внезапно перед Авой сгустился жёлто-золотистый свет и вокруг окружающего пространства образовалось подобие стеклянной ограды. Ава, уже более спокойно реагируя на это, попыталась просто уйти и подошла к краю мерцания. Попытавшись его потрогать, она удивилась: на ощупь как пластик. Внутри этого параллелепипеда величиной на всю площадь появился монстр с овальным смуглым лицом, острыми зубами, глазами зелёного цвета, словно у ящерицы. Кожа была человеческая. Монстр был лысым и от него веяло чем-то страшным, но жалким. Тело было покрыто коричневой чешуёй, которая немного переливалась золотистым, а сзади он волок за собой длинный хвост тираннозавра. Больше не было видно никого.

В этот раз Ава вообще не испугалась монстра, но испугалась этого золотистого света. Она чувствовала от него жажду морального убийства. Чувствовала, что это её морально уничтожит. И кто он? Монстр бросился в её сторону, испытывая жажду убийства. Ава ощутила, что ей уже безразлично убьёт он её или нет. Монстр поднял когтистую лапу и уже должен был снести ей голову, но позади неё появился Бекеле. Позади этого монстра возникла Аврора. Бекеле просто на автомате потянул девушку за талию назад, упав на спину. Времени в обрез! Он упал, не почувствовав при этом боли, так как этой обстановочки он вообще не ожидал в современном мире.

Аврора сию секунду посмотрела на золотистый свет и поняла, что это сейчас закончится. У кого много времени? Воля самих обстоятельств не допустит в данной ситуации их смерти. Всё лишь разогрело её любопытство. Таких монстров она ещё не видела!

— Таки на меня нападай! — кричала она монстру.

Она не могла считать его настоящим, так как даже не была уже уверена в настоящем ли мире она находится. Ей на этот момент было все равно. Она решила проверить настоящий ли хотя бы монстр. Если она его сможет потрогать, то значит он материален. Это значит все равно он существует. Если есть материя, из которой он состоит, то она уже есть. Она уже практически подошла к нему, а монстр развернулся и с интересом на неё посмотрел. Вдруг какой-то юноша, похожий на египтянина, в красных дворянских одеяниях и в жёлтом с чёрными узорами длиннополом кафтане появился за ней. Он схватил её за руку, чтобы она не успела коснуться монстра.

Аврора опешила. Она повернулась на голос — никого. Кто это вообще? Она ничего не успела понять. Всё так, словно поколдовал кто-то в Англии. В Англии тёмные масоны по легендам колдуют. Даже в современности это делают.

— Милочка, вы бы не таращились на меня, как баран на новые ворота, — упрекнул её юноша, — Берегите время! И моё и своё!

Все внезапно пришло в норму: монстр исчез, а стеклянный параллелепипед, ограждающий пространство, разлетелся на осколки. Монстр появился снова. Монстр и похожий на египтянина юноша остались на местах. Бекеле с Авой уже отошли так далеко от места, где стоял монстр, как только смогли. Здесь был только монстр с его экспонатами. Людям не хотелось выяснять на сколько сильным тот является.

Аврора не удивилась ровным счётом ничему и решила коснуться монстра. Она стремительно подбежала к нему сзади. Монстр развернулся и уже было хотел полоснуть по ней когтями, но Аврора ловко отскочила в сторону. Не отходя от монстра после манёвра, она все-таки успела быстренько его потрогать. Затем, имея благоразумие и испытывая радость маленькой победы, она побежала туда же, где испуганно стояли Аврора и Бекеле. Парень, похожий на египтянина, будь он в родных краях, легко бы одолел такого, но в данном случае он очень нуждался в оружии, специальном оборудовании и ограничителе пространственных колебаний. В современном мире нет таких технологий, так что он был вынужден драпать мимо монстра за остальными, испытывая некое унижение собственного достоинства. Ему нечем одолеть этого монстра. Оставалось лишь жаждать полки с произведениями разработчиков искусственных конечностей. Жизнь дороже. Юноша из другого мира это понимал рассудком, так как был очень умён, но здесь мало что мог сделать.

Монстр, когда похожий на египтянина юноша мимо него пробегал, уже было быстро подскочил в его сторону, но юноша отскочил и быстренько понёсся мимо к остальным. Ава, Аврора, Бекеле и новый среди них человек выбежали на улицу в более людное место. Как должно было быть в это время суток, так оно и было.

— Куда бежим? — уточнил у Бекеле юноша, похожий на египтянина.

— А вам Германия и Япония милее? — ехидничал Бекеле.

Они остановились посреди улицы и шедших по ней прохожих.

— Бежим на следующую улицу, — предложила Аврора.

— А вот нет! — настаивала на своём Ава, — Ждём здесь. И не морочьте всем то, что есть.

Они очень удивились, когда монстр спокойно вышел из закоулка, откуда выбежали они и спокойно пошёл мимо всех людей, которые то завидовали друг другу, то усмехались друг над другом, а то и испытывали по отношению друг другу жажду убийства. Желали друг другу опуститься ниже плинтуса, быть униженными жизнью и, естественно, друг над другом доминировать. И тут до монстра дошло! Увидев их поражённые лица, он радостно понёсся им навстречу. Они же осознали, что прохожие не видят монстра. В режиме мысли фигурировал технический проводник. Аврора же трогала монстра, значит он реален. Монстр преследовал их. Красивый и очень нахальный.

Не желая более выяснять, что это такое, они бежали быстро от преследователя. Монстр желал более ощущать его цель и их мягкосердечно убить. Люди побежали в сторону дома Авы и Авроры. Они бежали сквозь ту же толпу людей по улице. Думать в процессе им было некогда, так как все что их волновало — добраться домой живыми. Им абсолютно наплевать на обстоятельства.

Ава, вспоминая, как Аврора смело прикоснулась к этому монстру, почему-то позавидовала ей. Желая быть не хуже и ощутив бешенство от существования сестры, она схватила её за руку и с нечеловеческой силой толкнула её в сторону монстра. Сумасшествие. Они бежали на повороте и были уже близко к дому.

Монстр посмотрел на Аврору, которая от толчка сестры упала на снег. Он встал, вытянул наверх голову и взвыл, немножко цокая. Аврора посмотрела на него и удивилась.

— За комплимент благодарю, — ответила она ему.

Ей даже показалось, что он о чём-то сожалеет. Её это удивило. Как монстр может сожалеть? Монстр же побежал дальше, преодолевая многие преграды в виде крутых закоулков и толп людей, которые не понимали, что он пробежал мимо них. Тем временем Ава, Бекеле и похожий на египтянина юноша бежали от него кубарем, по дороге задыхаясь от того, что скорость бега была очень высокой. Бекеле был уже не тот. Он не нахальный, а продвинутый.

Преодолев множество улочек, они уже были во дворе дома Авы. Множество женщин на прогулке. Там обнаружили, что Авроры нет. Мужчины тоже отсутствовали, кроме Бекеле. Это их даже не побеспокоило. Ава, Бекеле и их новый знакомый дальше продолжали бежать, пока не добежали до подъезда. Пролетев всей компанией внутрь, они плотно закрыли за собой дверь. Монстр встал посередине улицы и тихо смотрел им вслед.

Аврора встала на снегу по колено в сугробе, слетевшая с дороги и полная печали. Она задумалась о причинах. Почему родная сестра так с ней поступила? Ладно хоть монстр не обратил на неё никакого внимания. Если бы получилось по-другому?

Она могла умереть от его нападения. Что ему стоило бы сломать ей позвоночник? Самое обидное, что родная сестра её предала просто так. Аврора не могла её понять. Она дальше пошла по улице домой уже спокойно. На пути ей встретилась та самая блондинка, которую она встретила в туннеле в другом мире. Аврора подошла к ней.

— Как ты оттуда выбралась, и кто ты?

Умей с честью принять, что дано. Женщина не удивилась ни капли. Ладно, будь что будет…

— Помешаешь. Я просто сделала как ты сказала и вернулась сюда. Я лежала в коме и пришла в себя. Там, где я находилась, я считала себя Богиней Судьбы. Болела нога. Меня каким-то образом туда утянуло и мучило там. Я ощущала жуткое жжение в голове и постоянную боль. Была не в силах даже о чём-то подумать, но в результате я очнулась. Когда ты мне в туннеле сказала, что этот тоннель создан реальностью, я поняла, что не была убита. Очнулась. До этого меня смертельно ранили мои же сокурсники и я думала, что мертва. Травма головы и перелом поясницы. Я упала в обморок и не приходила в себя шесть лет, поэтому я даже рада, что встретила тебя. Я бы тебя ни за что не забыла за эту помощь. Огромное тебе спасибо.

Аврора немного усомнилась.

— Да-да. Ты не благодари меня. Ты себе будь благодарна за то, что поняла меня правильно, потому что я уходила, думая, что ты меня и слушать не станешь. Ты все-таки что-то услышала, раз ты очнулась Да и что там. Я сама не могу пока понять где же все-таки настоящая реальность, потому что имела опыт, который противоречит тому, как я считала ранее. Жизнь — это череда бесконечных преград и развития, прогресса, консерватизма и стабильности. Сама последовательность меня насторожила. Я увидела что эта череда просто замкнутый круг и, когда я оказалась там, где мы с тобой встретились, я поняла, что этого замкнутого круга не существует. Это просто плацебо. Его можно сломать, можно заспиралить, можно осуществить взаимосвязанную ретроспективу и структуру таких кругов. Сделать целую разномерную структуру жизни, но даже так, — все это тоже будет плацебо до тех самых пор, пока это не осуществится в реальности материально. Реальность оказывается более многогранная, чем я себе представить даже могла. Я надеюсь, что ты тоже увидела не только страдания там, но и пережила много интересного. Выходите уже из своего обморока.

Женщина на этом улыбнулась ей и попрощалась. Так они и разошлись. Аврора в одну сторону, а та женщина в другую…

Тем временем в квартире Ава, Бекеле и юноша-египтянин насторожились.

— Вы же готовились? — спросил юноша Бекеле и Аву.

Ава пошла на кухню делать всем чай. Бекеле разместился на диване, а юноша никак не мог понять, что он тут вообще забыл? Он огляделся в квартире и осматривался. Что это был за монстр и по какой причине он за ними гнался? Это ему показалось очень странным.

— Я справляюсь со своими бешеными мыслями и начинаю, — пообещал он сам себе.

Подобные феномены случались там, откуда он был родом. Вдруг Ава и Бекеле ощутили дикий приступ бешенства, панику, но не дёрнули даже бровью. Просто тело не послушалось, а нервная система ещё испытала шок. Они его почувствовали, словно душевно их на куски разорвало. В квартире внезапно потемнело. Паника у Авы и Бекеле не проходила, а чувство опасности и скорой неизбежной смерти у них только нарастало.

— Представьтесь, пожалуйста. — Осторожно сказал Бекеле на случай, если ворвались люди.

Они ощущали беспомощность, безнадёжность и настолько глубокий страх, что им уже стало казаться разумнее покончить с собой. Внезапно появились из темноты три монстра с длинными шеями, шкурами цвета человеческой кожи, маленькими телами, как у лабрадоров, и острыми зубами, что делало их похожими на рептилий. Чешуи у них не было.

Юноша-египтянин не заметил ничего. Он стоял на кухне и размышлял пока Бекеле с Авой спасались от этих монстров. Юноша-египтянин размышлял о человеческом садизме и жестокости.

— Я тоже хочу такой прогресс! — воскликнул он в темноте.

До чего могут докатиться люди в своём желании доминировать над себе подобными? Модель здесь никакая неприменима. А ответ прост. Они докатятся даже до того, что полностью уничтожат человека, сломают в нём все вплоть до физиологии и, даже после того, как он им подчинится, не смогут остановиться. Люди будут продолжать изводить его, сделав из него марионетку. Им неинтересно. Надо ещё суицид в результате, чтобы вообще было абсолютное превосходство в плане доминирования. Поэтому сие считают искушением зла, но прочитать об этом полезно. Искушённые все в человеке изуродуют, лишь бы над ним доминировать от страха. Если бы они могли, да и делали такое успешно, то раскроили бы непослушному череп и вырывали сосуды из мозга. Для Юноши-египтянина это не было вообще ничем необычным. Обычное дело. Человек мёртв. Юноша-египтянин отлынивал от тупика монстров так специально. Ава вдруг закричала, и юноша-египтянин бросился с кухни к ним в гостиную. Он увидел, как их гоняют эти монстры по помещению.

Бекеле одного ударил ногой, но это не помогло. В помещении было слишком жарко. Желая доминирование и мяса людей, монстры не отступали. Они так и нападали на них. Один из монстров изловчился и цапнул Аву в ногу, оторвав приличный кусок мышцы. Ава взвизгнула и покатилась по полу в истерике. Бекеле не мог ей помочь. Он отбивался от двоих сам кое-как, а египтянин не стал вмешиваться в схватку. Он стоял и холодно наблюдал, как они от них спасаются, потому что не знал даже стоит ли в это лезть.

Аврора к тому моменту уже открывала дверь в квартиру. Когда она зашла, то увидела, что в квартире темно и от этого ощутила некую панику и ужас. Раздавался рык.

Глава 20

После своего несправедливого пленения в организации системы эмоционального контроля Иван еле-еле пришёл в себя. Он ещё не был полностью собой после принудительного перекодирования своей личности и в целом нервной системы. Иногда ему хотелось спросить многое. Он отдыхал после переноса мужчиной с серебряными волосами из организации.

Перенос для него не увенчался успехом и он очутился в том же мире. Когда он здесь и почему он опять здесь? Иван огляделся по полному растениями ландшафту, полному различными военными знаками и не очень ему понравившимися цветами. Он даже немного проникся красотой окружения, но отвлекаться было некогда.

У него из средств самозащиты лишь специальный веер с очень неожиданной функцией. Иван достал его из кармана пиджака и прошёл по дорожке через сад. Он решил выяснить какое сейчас число по летоисчислению этого мира или хотя бы год. На встречу ему пока он шёл никто не попадался. Иван уже даже немного отчаялся узнать какое число и год, но вдруг увидел статно одетого мужчину, который напоминал какого-то важного дворцового или чиновника. Он подошёл к нему и вежливо спросил:

— Здравствуйте, меня зовут Иван. Какой сейчас год?

Чиновник поморщился и высокомерно окинул Ивана оценивающим взглядом.

— Вообще-то в той стороне дверь открывается только в тронный зал. Как вы сюда попали? Вы биотрон? А вас уже тестировали на человеке?

Иван сначала не понимал что ему сказать на это, но быстро выкрутился.

— Я просто туда-сюда. Вы меня видимо не заметили. Я уже мимо вас разок проходил ранее.

— Ясно, сейчас 2099. Что вы спрашиваете элементарные вещи? Нечего слоняться! Идите и охраняйте главный вход в тронном зале!

Иван незамедлительно ответил:

— Хорошо.

И прошёл вдоль дороги. Вдруг он увидел золотистую дверь с решётками, но не успел он к ней подойти, как раздался громкий взрыв на той стороне. Иван незамедлительно её отворил и… увидел там Аврору. Он посмотрел на Аврору. «Кстати, а ведь я не обратил на это ранее внимания! Когда я работал в организации по текущему летоисчислению этого мира был 3015 год, а с момента аварии на тот момент приблизительно должно было пройти лет 16. Я-то попал туда через какой-то технологический объект. Тогда как там оказалась Аврора? И почему она за 16 лет ни капли не постарела? Она сейчас здесь передо мной? Она перенеслась сюда тоже? Нет я уверен, что нет. Не знаю почему, но нет!» — подумал Иван. Аврора произнесла странную фразу при вопросе ей.

— Вопрос некорректный. Я готова к использованию, а подробности ни к чему.

Немного времени спустя раздался небольшой взрыв. Иван и Аврора потеряли друг друга из поля зрения.

Аврора торопливо вытерла глаза и стала ждать. Дверь калитки открылась и оттуда вышел Иван. Он был одет в похожий на одежду охранников костюм, но узоры, переливающиеся электрическими бликами, были расположены на его костюме реже. В правой его руке большой веер. Он посмотрел на Аврору и тихо пробормотал про себя:

— Ах, боже мой, что мне мерещится! Она, то есть, находится здесь, но если учесть время… если я все правильно посчитал, то с момента той аварии прошло 16 лет, а ей все 24?! Да я просто в яростном сумасшествии! Наверняка так! — и сказал Авроре вслух. — Тебе не кажется, что ты немного опоздала?!

Аврора была в таком отчаянии, что готова была обратиться за помощью к кому угодно. Когда Иван поравнялся с нею, она робко прошептала:

— Прости меня… А как давно ты появился здесь?

Иван резко развернулся, бросил веер и пиджак на пол. Он метнулся обратно через дверь и тут же исчез в темноте прекрасного сада. Уже была ночь.

Бродя по темноте, Иван ничего не видел и пребывал в некотором шоке. Единственное, что его успокаивало в кромешной тьме и паническом состоянии, — это земля у него под ногами. Он просто шёл вперёд. В воздухе сквозь свежесть и прекрасное веяло чем-то мерзким, сладким и грязным, как прокисшее мясо оленины. Этот оттенок смрада вызывал у Ивана рвоту, но он держался и все равно шёл вперёд. Сквозь эту кромешную темноту он даже не надеялся найти выход. Ему просто захотелось поскорее сбежать. Просто напугало в Авроре его что-то в тот момент. Он даже не понимал, что именно. Её вопрос актуален. Как давно он здесь? С 2012 года? С 2016? Вдалеке он увидел открытую дверь с идущим изнутри тусклым светом и, преодолев приличное расстояние, он зашёл внутрь, надеясь оказаться в спокойном месте и отдышаться.

Жизнь любит над нами порой иронизировать. Так с Иваном случилось. Он ещё тёпленький на невзгоды. Только он прошёл порой двери и закрыл её за собой как раздались пронзительные звуки гармони. Он узнал это помещение. Его глаза широко раскрылись и тело даже немножко затрясло, особенно руки. Он жаждал слово знающего лучше, чем он это место, человека.

Иван опять в камере, предназначенной организацией эмоционального контроля для перекодирования и допроса подопытных с целью формирования будущего персонала. Он судорожно думал, что делать дальше. Иван не знал как выбраться, но понимал, что если уж ему здесь оставаться, то у него нет выбора. Есть ли разница здесь он или где-то ещё? Либо он преследователей, либо они его. Если они его найдут, то непременно узнают. Он прекрасно на тот момент помнил ощущения его психики в момент перекодирования. Таки да-а… Это мягче, хоть Иван и не знал иных ощущений. Он открыл шире глаза и испытал ощущение, словно его стерли и заменили чем-то искусственным. Все очевидно. Всё в его субъективности. Он покинул кабинет и пошёл по коридору. В кармане брюк у него ещё оставался боевой нож, но огнестрельного оружия не было.

В этот же момент времени Анар решился покончить с организацией раз и навсегда. Его жена была ими убита неделю назад. Он не имел практически никакого оружия, но запасся 25 тюбиками страшнейше едкой кислоты, которая жгла в течение 3–5 секунд даже самые прочные кристаллические структуры. Она по валюте этого мира была далеко недешёвой, но Анару уже было все равно. Так же он взял 10 тюбиков вещества более дешёвого, но обладающего свойством в течение 10–15 секунд иссушать живую материю, вытягивая из неё влагу. Он поступал своенравно. Для ближнего боя он взял два ножа: один охотничий, а второй боевой со встроенным кристаллом, ускоряющим удар от рукояти за счёт уменьшения силы гравитации. С этим арсеналом Анар отправился осуществлять свою месть организации эмоционального контроля, чтобы его жена, если она ещё существует, была полностью отомщена, а убийцы устранены. Он помнил её стервозной.

Анар прошёл три улицы и далее по главной до окраины города и достиг искомое здание. Под видом посетителя он достаточно свободно проник внутрь. Охрана мало беспокоилась. Сюда редко кто-то чужой вообще приходил. Анар бы и охранника хладнокровно убил, после потери самого дорогого в жизни. Он прошёл в главный зал и дальше в узкий тёмный коридор осуществлять свою месть. Ему оставалось лишь самому отвечать на свои вопросы.

Антон заканчивал описывать поведение испытуемой, которая пребывала в истерическом состоянии в конференц-зале. Женщина измученная, в предсмертном состоянии. Считала себя трупом. Она хотела жить и жутко кричала в истерике. Ей внушили процесс гниения заживо и она, прикованная к металлической стене, не могла пошевелить даже рукой. Иногда женщина вырывалась и металась прикованная, словно пытаясь сбросить с себя ощущение гниения. Антон описал её состояние неудачным результатом и констатировал факт о том, что у неё осталось немного времени. Затем сложил отчёты и вышел в коридор.

Второй помощник императора Аарона общался в этот момент с Аркадием. Они обсуждали методы контроля эмоционального движения населения страны во всех локациях передачи. Что не предлагал Аркадий второму помощнику императора!? Все его не устраивало. Он сказал Аркадию:

— Я не ваша женщина. Вы заинтересованы в том, чтобы расширить эмоциональный спектр населения. Но к чему это в результате приведёт? Это же спровоцирует излишнее развитие интеллекта! Даже жажду свободы! Зачем это надо? Рабы должны оставаться рабами, а господа господами. Такова истина жизни. Как ты вообще мог так сглупить и пожалеть их? Они же все ничтожны по сути своей. Они не заслуживают ни свободы, ни эмоций. Все надо контролировать, чтобы не было восстаний.

Аркадий, мечтая о том, чтобы эта система была источником развития эмоций и опыта человечества, а не тираническим инструментом для мясничества и уничтожения инакомыслящих, сжал руки в кулак, промолчал и с холодным взглядом выглянул в коридор.

Арсений ждал Антона в столовой, но тот так и не возвращался. Он заведовал в основном документами и не был особенно замешан в опытах или практических операциях, но они с Антоном хорошо дружили. Дружба — это прекрасно. Кроме Антона многие сотрудники, что имели дело с практическими операциями, считали его необразованным и слабохарактерным. Часто презрительно насмехались над ним из-за того, что он не «марал руки в трупах», как все в этой организации. Друг его не бросал. Арсений, желая отплатить тем же, преданно его ожидал. Через 15 минут ожидания ему стало неуютно и скучно. Он вышел в коридор.

Алик Чуковский II в этот момент вел обсуждение с высшим начальством организации в конференц-зале о том, что текущий проект увенчался успехом и его можно запускать на всех жителях его страны. Он давно был заинтересован подобными системами, но в их собственной части не хватало многого: разнообразия эмоций, прав использования.

— Вы — костыль этой системы, но эта она предназначена для контроля и подавления эмоций, а не только для их фиксации. Если не осуществлять подавление, то может пойти мощная реакция эмоционального отторжения в связи с их чужеродными структурами. Вы должны это понимать. Скажите, а кто из коллег, так сказать, единомышленников, вас сопровождает?

— А мне все равно. Я хочу попробовать использовать её и сделать жизнь людей моей страны более насыщенной. Даже если это вызовет массовую панику. Я думаю сначала просто запустить экспериментально на толпе людей не более 40 человек, а потом уже будем двигаться дальше. Люди только и делают, что высмеивают или оскорбляют друг друга. Неплохо бы их немного присмирить и наполнить их жизнь чем-то светлым.

— А вы хороший правитель. Не ожидал от вас. Ну что ж, давайте я вам продемонстрирую на реальном человеке.

После этого король и два начальника организации отправились прямо в ту комнату, откуда вышел Иван, по пути из подсобного помещения захватив тощего и бледного мальчика.

Иван шёл прямо, не сворачивая, но ошибся направлением. Вместо того, чтобы идти к выходу из здания организации, он шёл прямо в жерло и опомнился лишь тогда, когда на него налетело трое незнакомых ему мужчин. Сначала они просто кинули на него подозрительный взгляд и он думал пройти себе тихо мимо, но один из них спохватился.

— Обернитесь. Вы только посмотрите, кто тут. Я тебя раньше не видел. А это смело! Вламываться сюда без приглашения. Не забудь сказать спасибо тому, кто тебя надоумил.

— Да-да. Вот ты и наткнулся на неприятности, — с улыбкой сказал второй.

Третий просто молча посмотрел на Ивана холодным убийственным взглядом и был наготове напасть.

Иван уже мысленно решал в уме головоломку, содрогнувшись. Как ему справиться с тремя сразу? Тут сзади него выбежал на бешеной скорости Анар с кислотой и вылил всем троим по порции из одного стеклянного тюбика. Все трое взвыли и схватились за лицо: у кого щеки разъело, у одного нос до кости, а третьему попало в глаз и он просто упал на пол в агонии. С другой стороны эту сцену застал Аркадий, но его реакция на это удивила и Ивана и Анара.

— Я знал, что рано или поздно этот замкнутый круг будет разорван и организация встретит свой конец. Мне кажется, что вы слишком рано.

Иван даже опешил и, не обращая внимания на драку Анара и страдания троих мужчин.

— А почему мы рано? По-моему и выбора нет особого на счёт времени.

— Ну почему же нет. Выбор всегда есть. Ха-ха! Случается и так. Какая разница как развернуть структуру, если результат благоприятный?

— Ну почему же сразу развернуть? Мечты сбываются! Тут имеет место быть закрутить и провернуть, но точно не развернуть. А после всего ещё развить и продолжить! Вот что имеет место быть.

Аркадий решил объяснить:

— А что вообще такое время? Я давно изучаю этот феномен и мне удалось выяснить, что время, исчисляемое нами, совсем не то, чем оно является в реальной среде. Чтобы не сойти с ума, мы его упорядочиваем, стараемся выровнять в своём рассудке и разуме, а в реальности оно неравномерно и даже несколько хаотично. Для времени не существует феномена ирреальности, так как оно неразрывно.

Иван внимательно дослушал и хотел было даже возразить, но сзади на него накинулся мужик с выжженными глазами. Тот выхватил нож и с искренним сожалением, чувством вины перерезал гаду горло. Мужчина упал замертво. Анар повернул нож в руке и вспорол живот второму. Тот, у которого разъело нос до кости, быстро на него налетел и ударил ему руку. От удара в локте и запястье Анар почувствовал сильную боль, но для него это были цветочки. Он злобно пнул ногой убийцу прямо в поясницу с разворота и тот загнулся. Анар беспощадно перерезал побеждённому сосуды в районе горла на затылке.

Три трупа, Анар, Иван и Аркадий. Издали подошёл Антон, который, завидев все это, тоже не удивился.

— Я ещё неделю назад подумывал просто утопиться, но думаю, что так умереть интереснее и красивее. Я смогу осуществить свою давнюю мечту захватить власть в организации.

Анар уже было хотел поступить с ним по аналогии трёх холодных трупов на полу, но сдержался.

— И что ты сделаешь, если у тебя это получится?

Антон холодно ответил:

— Я не рассчитываю сразу что-то поменять, но организация подчиняется императору Аарону. Я думаю, что как только власть будет у меня, я начну с его устранения. Слышал, что его ждёт смерть от сильного проклятья почтеннейшей. Думаю, что у меня будет много времени обдумать это. В итоге я желаю видеть именно мир, полный жизни, а не кучку зомби-трупов, преисполненных безразличием и страхом, как сейчас. Хоть печалились бы или сомневались в реальности. Не говоря уже про искренность и интересы. Нет. Все просто тонут в иллюзиях, в страхе перед смертью и загробным миром.

Анар его услышал и вся компания пошла дальше по коридору. На встречу им двигался Алик Чуковский II с высшим начальством организации, одетыми в официальные костюмы с кобурой и хорошим оружием под пиджаками. Они как раз шли, волоча тощего мальчика на демонстрацию. Арсений в тот момент выходил вблизи от приближающейся группы из одного кабинета неизвестного происхождения. Весь хмурый и полный сомнений с кричащей интуицией и каким-то непонятным ему страхом. Иван с Анаром сразу переглянулись и быстрее рыси помчались к начальству. Наплевать им было на все, что им мешало. Даже на собственные чувства.

Иван достал нож и напал на того, который волок за собой тощего мальчика. Анар достал две склянки и до дна окатил головы обоим. Ивану и Анару было абсолютно наплевать на всех работавших в этой организации.

— И кто из вас пользуется наибольшей популярностью? Кто ваши клиенты? — формально допрашивали они убийц.

Просто надо было достичь цели их убить и сбежать. Почему они не убили Арсения и Антона? Ответ прост. Их цели пересекались. Арсений и Антон оба мечтали изменить организацию, а Анар и Иван мечтали о мести и свободе от гнёта этого учреждения. Пересечение этих целей — смерть убийцам, которые схватились за прожжённые черепа и взвыли.

— Дай Бог, чтобы для вас это все вопросами и осталось… — сказал Иван им напоследок.

Иван быстро перерезал им артерии, чтобы не мучились и это было не сложно. Убийцы даже сопротивляться не могли.

Арсений хотел было уже напасть на них, но в душе даже смеялся над их убогостью и неумением прощать. Если он поддастся гневу, то они просто убьют его. Все пятеро, понимая друг друга с полуслова, отправились за Антоном. Он повел их в одну из комнат управления системой. Оказавшись там, Аркадий с Антоном принялись менять настройки так, чтобы Анар с Иваном могли покинуть город, а Арсений внимательно наблюдал за процессом. Остальным даже показалось, что он чрезмерно спокоен и учтив.

Назревал конфликт. Кто-кто? Что же значит для человека потерять то, во что он верит? Что значит для человека потерять качества личности, души и прочего, которыми он утверждает своё существование? Потеря того, во что ты веришь не так тяжела морально, потому что верить все равно не перестанешь. Если ты себе это доказал, то твоя вера с тобой. Люди.

Настаёт время всегда, когда надо хотя бы любым способом попытаться осуществить задуманное. Ведь вера — это третий этап мышления, после фантазии и мечты. Все возрасты, оба пола. При несоответствии есть вариант продолжать развитие реализованного. Повторить реализацию этапа. Ну, конечно, женщины, которые вечно все украшают и улучшают, больше страдают от насилия и свершений других. В результате получаем более сложные структуры и объекты. Так можно ли потерять веру на самом деле? Нет. Женщина как зацепится, так не вытеснишь из думы. Да и зачем терять ценные результаты? Ведь вера тоже результат.

Только вот риски все пока мелочные. При осуществлении того, во что ты верил, неизбежно наступает моральный упадок. Практически всегда так. В качестве примера: вот у нас идея картины. Рисуем в процессе действия и результат плохой. Не соответствует ожиданиям. Нас не устраивает и мы терпим моральный упадок. На самом деле реализация легко возобновляема и повторима. Одно и тоже можно реализовать от тысячи до миллионов версий различной реализации, делать одинаково — все это процесс жизни. После потери веры человек неизбежно почему-то себя винит. Бывает в разных обстоятельствах изменение или потеря личности, эмоциональных качеств и признаков души. Даже более глубоких и важных нюансов, вплоть даже до полного уничтожения, как у Анара. Скулы, грудь, зубы, бёдра. Арсений об этом не знал.

Может ли человек появиться вновь после полного уничтожения? На пару новых жизней после муки мало кто отважится. Можно уничтожить в человеке все — душу, Бога, характер, личность, психику и ошмётки его существования, но нельзя уничтожить при этом человека. Нельзя уничтожить камень на дороге. Невозможно уничтожить то, что человек успел сделать до уничтожения. Если он ещё и в уничтоженном состоянии что-то сделает, скажет или помыслит — то это ещё более стабильно укореняется.

Всё это цинизм. Можно запомнить человека, но после смерти его уже не вернуть. Можно создать копию, но это лишь копия. Не говоря уже о воскрешении… хотя если бы была возможность призывать душевную структуру умершего человека, то возможность с вероятностью 5 % бы была. Невозможно это. Душу невозможно призвать в реальность. Долго ли жил бы воскрешённый? Нет. Но бывали случаи, когда люди преодолевали этот порог в естественных условиях. Какие части тела развивает действующая смерть? Человек все равно после смерти не исчезает. Его существование остаётся и это неизменно, а закрепление действиями при жизни лишь усиливает память, а не мешает этому процессу. Цинизмом воскресали убитые в сердцах Ивана и Анара, что теперь сами были убийцы.

Уничтожение человека — это проявление очень сильной ошибки и это всегда очень серьёзно. О! Нарушается течение естественной структуры действительности и возникает парадокс, разрыв связи двигающих структур между собой. Наступает коллапс не сущего, то есть действительного, а потому точка уничтожения обязательно должна быть компенсирована и открыта, иначе произойдёт отдаление действительного от реального и в результате это может привести к вымиранию целой расы из-за несовпадения воспринимаемого и реального. К этому ведёт ложь. Члены закрытого клуба уменьшались в количестве Иваном и Анаром.

Как избежать этого? Разорвать замкнутый круг своих удовольствий и взглянуть правде в глаза с учётом её относительности, а также реализовывать воспринимаемое. Сделать действительным свои мечты недогматично. Повторные уничтожения человека после компенсации приводят к ещё большему отдалению от реальности и в результате происходит коллапс общего коллективного рассудка всей расы. Для осуществления стабилизации структур сущего и несущего любой ценой это останавливает сопротивление реальности путём утяжеления веса убийцы.

Третье уничтожение компенсации человека приводит к разрушению связей структуры общения. Нарастал грех убийства мстящих. Связи в несущем разрушены и понимание отсутствует, но реальность все равно даёт отторжение и компенсирует структуры уничтоженного для того, чтобы отстоять порядок движения.

Четвёртое уничтожение компенсации — это уже полный коллапс генетики расы. Грех становился смертельным. Уничтожение психически структур как общего коллективного, так и реального индивидуального порядка — это последний этап. Инициатор так же в порядке баланса подвергается разрушению, а посредник уничтожается реальностью как ошибочный элемент связи. В результате гибнет вся раса, но возникает мир в мире. Образуется отделённый от реальности мир в мире в результате с парадоксом жившего человека.

Если в этой точке найден выход к реальности — открывается возможность изменения реальности в этой точке и коррекции ошибок даже не взирая на временной период их совершения. Открывается возможность восприятия памяти реальности и это наилучший вариант развития событий.

Арсений помнил, что уничтоженная некогда в процессе эксперимента старая женщина умерла и стала миром в мире, который разрушал их реальность и происходили часто странные события. Все молчали об этом. Никто ещё об этом не знал. Новые убийцы закончили убивать в своей мести почти всех.

Арсений спросил Антона:

— А что мы скажем собственникам по поводу смерти начальства?

Антон, закончив настройки на аппарате, холодно посмотрел в его сторону и сказал:

— Скажем, что они пропали без вести, а от тел избавимся по-тихому. Можно просто сжечь их в крематории подвала, где сжигаем трупы подопытных. Ведь с этим не будет проблемы?

Арсений покачал головой:

— Опомнись! С этим ещё какие будут проблемы. Сжечь-то и там не проблема. Проблема в том, что их найти не смогут их семьи и руководство. У них же долги перед собственниками, а расплачиваться придётся нам. Я же ранее тебе говорил об этом. Кто занимает власть тот и становится всегда должен. Такова жизнь и ничего тут не поделаешь.

Антон иронично подстрекнул.

— Знаешь кому сегодня повезло больше всех? Королю Алику Чуковскому II. Мы всех убили, а он испарился в этот момент из поля зрения от нас. Это премиум класс!

Арсений больше ничего не сказал. Он только посмеялся, а Аркадий подхватил этот смех, услышав разговор краем уха.

Антон принял к сведению.

— Все готово. Вы можете оба покидать город. Системой займёмся мы. Спасибо вам за сотрудничество и помощь в нашем стремлении исправить эту тиранию в сторону порядка. Надеюсь, когда-нибудь мы ещё встретимся.

Анар возмутился.

— Вы меня, конечно, простите, но я считаю, что это не все убийцы, которых мне следует прикончить. Эта система сломала мне жизнь. Моя жена мертва. Что я должен теперь уйти?

— Внутренние органы. — Ответил Антон.

— Хорошо, сейчас я остановлюсь. Знайте! Если вы так же потеряете человеческий облик, то я приду за вами снова.

Анар не был уверен в том, что Антон будет соблюдать свои принципы, когда завладеет системой. Человек часто грезит об одном, а делает совершенно иначе и он не понимал почему. Все непроявленное, наши мечты мысли, чувства — все это лишь двигатель того, что мы осуществляем. Они очень перспективны.

После того, как он обдумал этот момент, они с Иваном покинули здание организации и уже, когда шли по улице города к одной из дорог, ведущей к замку, чтобы покинуть его, встретили того самого мужчину с серебряными волосами. Он уже ждал их у дерева, не доходя до замка.

— Вы вовремя вернулись, но у меня вопрос лишь к вам, Анар. У вас в этом мире ничего в принципе не осталось. Вы в пучине отчаяния убили много своих врагов. Не хотите ли поменять место жительства? Отправившись вместе с Иваном в его мир? Вы же хороший алхимик? Я думаю вас там ждёт новая жизнь и перспективное будущее.

— Нет-нет, — ответил удивлённо Анар. — Мне надо продолжать исследования и работу, так как совершенно нет необходимости в смене места. Моя жена была бы согласна со мной. Я, конечно не буду жениться больше, но знаю, что и здесь я нужен своему обществу.

— Ну что ж — ответил мужчина, — я услышал ваш ответ, Иван. Подойди ближе пожалуйста.

Сказав это, Иван поспешно подошёл к нему на достаточно близкое расстояние, а Анар с интересом наблюдал издалека. Мужчина с серебряными волосами спрашивал Ивана о людях из другого мира.

— Но, у меня нет о них информации. — Ответил Иван.

Живое подтверждение мечты. Доказательство того, о чём он грезил, когда его уничтожали. Мужчина с серебряными волосами получил доказательства того, во что он верил. Другие миры существуют и это не сказка. Он этому был просто рад.

Мужчина набрал что-то на циферблате одних из своих наручных часов на правой руке и Иван исчез из поля зрения.

Через 16 лет события в организации пошли отдельным витком событий и все было практически так же, но уже не было там Ивана, не было Авроры. Была лишь старуха, проклятье и смерть…

Это не плохой конец, потому что с этого момента этот мир перестал исчезать у людей перед глазами…

Эпилог

Солнце утром вставало медленно и как-то безразлично, но все прохожие и Иван, появившийся вчера в квартире Эддингтон, юноша-египтянин и Бекеле пребывали в мечтах и хорошем настроении. Все закончилось.

Вчера все было очень плохо. Аврора как раз отправилась в зоомагазин купить себе попугая, чтобы забыть о том, что она узнала вчера.

Иван перенёсся и увидел, как трое монстров нападают на Бекеле. С другой стороны парень-египтянин неизвестного происхождения помогает ему отбиваться, ударяя ногами монстра прямо в челюсть, а Ава бегает где только можно от остальных двух. Аврора, вышедшая из коридора в гостиную и заставшая эту сцену, скромно про себя помолившись, пошла на кухню за ножом не отвлекаясь на прочие обстоятельства. Пройдя по кухне, она ощутила нечто жуткое, но не обратила внимание и взяла нож.

К тому моменту Иван подбежал к одному и монстров, нацеленных на Аву, и ударил его локтем в точку затылка, похожую на темя человека. Монстр притормозил и начал крутиться по полу от боли. Иван, увидев и ощутив этого монстра прикосновением при ударе понял, что это не иллюзия. Он начал добивать тварь.

Аврора к тому моменту с ножом подошла к третьему монстру, который испуганно стоял и смотрел на это. Она взяла нож, чтобы защищаться от них, а не чтобы их убивать. Монстр в этот момент повернулся в её сторону и, поймав её взгляд, тоже был очень озадачен. Агрессии у него уже не было. Монстр не стал задерживаться на месте и отчаянно искал как сбежать, вертя головой по помещению. Иван, добившись потери сознания монстра, посмотрел в сторону Авроры и не мог не обратить внимание на её гляделки с чудовищем. Он накричал на неё:

— Ты чего на него смотришь, дура! Он же убъёт тебя. А ну беги сюда, идиотка!

Аврора уже на автомате готова была его послушаться, но в этот момент монстр встал между ней и Иваном. Иван удивился и опешил.

Юноша-египтянин с Авой, которые тоже успешно добили второго монстра до полуобморока. Аврора подошла молча с полным безразличия взглядом к монстру и прикоснулась легонько и осторожно к его голове одним пальцем. Монстр легонько тряхнул головой при прикосновении Авроры и посмотрел опять на неё, чувствуя от остальных людей нехилую жажду убийства. Он даже подошёл к ней поближе. Монстры внезапно исчезли и в комнате включился свет…

Аврора продолжала находиться в состоянии апатии. Она молча посмотрела на Аву и спросила:

— А где мама?

Конец.

Примечания

1

Для тех, кто не знает, РВП — это разрешение на временное проживание

2

Для тех, кто не знает, устаревшее название изолятора временного содержания

3

Для тех, кто не знает, компьютерная томография. Применяется для исследования травм и деформаций позвоночника

4

Примечание автора: на самом деле память при этом методу ни у кого не стирается. Организм оглушён просто, память на месте и при происшествии её черпайте от злобы, но в покое при прямо опасности для вас. Здесь основа — воспитание преодоления паники как на поле боя. Можно представлять, что взорвалась бомба и вас просто оглушило, а другие были в касках, так как их к вам от ранения садизм не пройдёт при их любви мучить на смерть. Метод религий советует просто не делать их убить самому — просто попустите созидающему вообще убить и их и вас без руки человеческой и всё. Никому не будет обидно, а они вас трусливей и опасность просто останется вашим союзником вам к ним в отношении иммунитетом. Потом осваивайте айкидо через три года к первой его ступени. Это достигается тренировкой реакции на людей, а не медитациями. Больше практики терпения их истязаний при усилении своей прочности. Вам повезло с изводителями, если они есть

5

Примечание автора: это утверждение легко проверяется эмпирически. Попробуйте действие нелогичное и всё равно под него будет формироваться логика. Заодно постигните, что логика — это наш порядок действий на практике термина. Например: невозможно прыгнуть без приседания

6

Примечание автора: чтобы не было тавтологии

Content

Анна Князева
Чудеса и кошмары

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Эпилог

Примечания