Миражи Хаоса

Часть 1. Механик

Глава 1. Клан механоидов

Интерлюдия. За восемь больших циклов до очередного Малого турнира…

Считается, что механоиды неспособны к эмоциям, лишь к их имитации, но собеседнику Тригра казалось, что у меха скрежещет каждая шестеренка. Однако Ф'Хол не собирался уступать, стараясь лишь аккуратнее выбирать выражения. Все-таки перед ним был очень старый Игрок, по слухам, весьма злопамятный — меньше всего хотелось сделать его своим врагом, будучи всего лишь посланником по делам клана.

— Наш глава все же надеется, что Вы закроете этот долг здесь и сейчас, — ящер старался говорить как можно безучастнее, подчеркивая интонацией, что в этом деле нет ничего личного, только представляемые им интересы клана.

— Невозможно. Мои личные обязательства не должны отменять договоры Дома, невзирая на возможные последствия, — механоиду непросто дались эти слова, он отлично понимал, чем рискует, но отступать не собирался.

— Между нашими кланами давние дружественные отношения, и меньше всего мы хотели бы вынуждать Вас разглашать чужие тайны, — почтительно шаркнул хвостом ящер. — Мы и так знаем, что Летящие обратились к Вам, и всего лишь хотим услышать предположения о возможном маршруте. Гарантируем, что всем сопровождающим будет предложен вариант мирного решения, — глава его Дома заранее предусмотрел подобную позицию известного своей принципиальностью меха и выдал посланнику исчерпывающие инструкции для различных вариантов развития переговоров.

Тригр молчал, не видя смысла в словах. Если ему суждено сгореть в черном пламени Хаоса как клятвопреступнику — да будет так. Он готов оплатить глупую ошибку молодости, какова бы ни была цена. Смысла тянуть за собой весь свой клан полководец не видел. Странно, что глава далеко не худшего из младших кланов Дома Ящеров не понимал этого. Должен был понимать. Тогда неясно, какую выгоду последнему могли принести смерть Тригра и неминуемый в результате конфликт.

Пауза затягивалась, и Ф'Хол, мысленно матерясь на странные традиции механоидов, молчание у которых в отличие от других разумных рас означало категорический отказ, понял, что пришло время последнего козыря. Недешевого, но что поделаешь — нынешняя ставка намного выше, чем завербованный в клане мехов агент, даже с учетом всей его уникальности. В конце концов, раз предатель не смог получить нужной информации сам — это его проблемы. Придется последнему выступить одноразовым инструментом, мир жесток...

— Мой повелитель с пониманием относится к непростой ситуации и просит лишь об одном, небольшом одолжении. В счёт всего долга. Уверен, это никак не нарушит Ваших клановых обязательств. Пусть один из лучших механиков клана, Алгир, лично протестирует машины конвоя перед сопровождением заказа Летящих, чтобы техника никого не подвела, а Ваши планы относительно данного рейда никак не изменятся и ничто, зависящее от Вас, не будет угрожать жизни Алгира или его свободе до конца дня, на который придутся работы, — выговорив заранее заготовленную фразу на одном дыхании, посланник с замиранием сердца ждал ответа. Отказ означал войну, которую пришлось бы начать ему, отправив главу Механической логистики на суд Хаоса...

Ящер не верил своим ушам, но в помещении действительно раздался отчетливый скрип. Глава механоидов молча наклонил голову, а в его руке появилась Книга…

*****************

Пять дней спустя, где-то в Городе Двойной Спирали…

— Неужто Мулы не могут тебе хотя бы спальник в клановом доме предоставить? — донеслось насмешливое от входа.

Лекс даже не стал оборачиваться: за неполный большой цикл он уже вдоволь наслушался и комплиментов, и подколок, и даже скрытых угроз. Впрочем, справедливости ради, угроз особо-то и не было, все-таки самые тупые отсеялись на первом-втором уровнях. Лести и искренних слов поддержки тоже было немного — пережитое лишило большинство слуг Хаоса любых иллюзий о возможности дружбы. Быть может, потом, когда воля судьбы разнесет их далеко по разным ступеням на лестнице силы… Элекзару до сих пор снились кошмары, в которых он сражался в выпускном бою Школы испытаний с безумно понравившейся ему сокурсницей. К счастью, это были всего лишь кошмары. После учебы хаосит позволил себе небольшую слабость: узнал, что Аля успешно прошла выпускной поединок — и на этом окончательно запретил себе вспоминать тех, с кем, возможно, придется сойтись на Арене…

Идти до работы было недолго, что и определило выбор гостиницы. Комнаты в клановом доме ему, увы, действительно не предоставили. Изначально клан был основан механоидами Фрина, которые вообще не знали, что такое сон, отдых и зачем нужно личное пространство, кроме как в качестве безопасного места для сосредоточения и профилактики. Мягкотелым, конечно, выделили несколько общих спален, в одной из которых «тройка» мог пользоваться верхней койкой, но толпа разнородных разумных в одном помещении шанса на нормальный отдых не оставляла. Некоторые пробовали спать в комнатах для сосредоточения, но он, поразмыслив, решил остаться в ночлежке, где было доступно общение с себе подобными, пусть даже временами это самое общение отравляли завистливые дураки.

Время поджимало, и Лекс ускорил шаг. В Двойной Спирали нет ничего постоянного, поэтому каждый раз ему приходилось проходить немного разное расстояние, а опаздывать сегодня было нельзя. Никак. Ему еще вчера намекнули, что вполне возможна внеплановая командировка, поэтому большей частью сна пришлось пожертвовать. То, что он, имея лишь три заполненные ступени на Медальоне, устроился туда, куда мечтают попасть многие «десятки», было само по себе маленьким чудом. Вот только заказчики не выражали восторга от сопровождающего, неспособного в реальном бою окупить даже свой прокорм, поэтому каждый рейд для Элекзара был на вес золота.

Увы, с последним Фестивалем, кардинально изменившим правила, прошли те времена, когда выходец из развитого мира мог практически сразу рассчитывать на опеку и постоянное членство в нормальном клане. Мест для работы, конечно, хватало, но только с полной занятостью в Городе, а выжить в Игре на таких условиях теперь было сложно: низкоранговый Игрок, засидевшийся в Двойной Спирали хотя бы на пару больших циклов, выходил из нее почти гарантированным смертником с белыми картами. Его первые пять лет в Игре, когда цвет карт остается неизменно черным, остались за спиной. Он не сумел вовремя оценить милость Смеющегося Господина, и теперь процесс восстановления благосклонности Владыки был нелегок.

…Инсайд оказался точным. Действительно, сразу два опытных Игрока были срочно переброшены на другое направление, а одна из машин вернувшегося из предыдущего рейда конвоя как назло закапризничала, и старший механик рекомендовал провести ее мониторинг в полевых условиях.

Работа как раз для подмастерья.

Глава 2. Конвой

Интерлюдия. Мастерская клана

Ситуация, которую любой Игрок воспринял бы как невероятно удачное стечение обстоятельств, у Алгира вызывала лишь недовольство от неаккуратного решения задачи. Доступ к сведениям, который он надеялся со временем получить благодаря сложной, но идеально продуманной комбинации, оказался у него в руках из-за обычного головотяпства.

Прямо на его глазах клан механоидов, который мог бы стать лучшим, попустительством основателей разваливался, превращаясь в сборище разновидового мусора — от двуногих до летающих. Одна последняя история чего стоила! Ну хочется тебе развлечься загадками — сходи на представление. Нет, кто-то пожелал пустить пыль в глаза соседям, и в клане появилась даже «тройка». Ладно бы сородич — нет, органик, да еще и из младшей расы. Что их дальше ждет? Крысолюд?! Слишком быстро оказались забыты времена, когда даже смазку покупали в складчину, чтобы сэкономить полдайна.

Что ж теперь удивляться, что секретность пошла лесом из-за необходимости сделать остановку для ремонта!

На место четкому расчету и идеальному исполнению, пришли расхлябанность, надежда на удачу и неуязвимость для менталов, способных увидеть огрехи в исполнении. Расплата за такое отношение придет неминуемо, не сейчас, так спустя пару циклов, в конце концов, ментальная разведка не единственный способ добыть информацию.

Чтобы прогнать неприятное ощущение, мех занялся своим любимым делом — точной настройкой ходовой системы. Что бы там ни ждало экспедицию, никто не должен упрекнуть подготовленную прирожденным механиком, а не убогим органиком, технику. К выходу тесты должны быть идеальными, дабы в голове у командира не возникло даже тени мысли потребовать себе старшего механика в сопровождение. Удачно случилось, что на завтра ему уже пришла командировочная разнарядка: в удаленном мире набранные недомеханики из зверолюдов не смогли справиться с какой-то проблемой. Это давало ему возможность без каких-либо подозрений отказаться от участия в конвое — и с чистой совестью поставить вопрос о недоверии руководству клана после будущего провала.

Да, кстати, о недомеханиках — тут как раз один такой вертится, ему в этом конвое самое место...

*****************

Где-то в Имтервильских джунглях…

Поход выдался куда интереснее, чем мог надеяться Лекс.

Рутинная работа по сопровождению неожиданно оказалась заказом на конвой первого уровня с усиленной боевой пятеркой, половина которой к тому же изображала из себя обычных механиков. Но не перед соклановцем, разумеется.

Изначально хаоситу показалось очень странным такое сочетание первоклассной техники и относительно слабой защиты — обычно заказчики добавляли своих бойцов, здесь же ограничились лишь сотрудниками Механической логистики. Но когда Лекс впервые ощутил на себе все прелести полноценного кланового снабжения, понял, что, похоже, кто-то хотел, чтобы поставка прошла незамеченной, поэтому и не пожалел денег на их особые услуги.

Он слышал о таких миссиях. Доходы клана благодаря серьезным объемам обслуживаемых перевозок позволяли снабжать своих бойцов сильными картами и дорогостоящими, хорошо подобранными комплектами зелий. В результате и обычные конвои Мулов служили куда более надежной защитой, чем такие же по численности отряды младших Домов, будучи в состоянии уверенно отразить случайное нападение изгоев или местной живности. Бойцы же особых звезд на фоне механиков-водителей тем более были как «волки в рабочей робе». Но выглядели как обычный конвой.

В принципе неплохой расчет: от случайных угроз слаженной боевой звезды хватит с избытком, а шансы, что кто-то узнает секреты в клане, где планированием и обеспечением заняты механоиды, близки к нулю. Отличный способ неприметно перевезти умерено ценные грузы. Так что Лексу на этот раз повезло наблюдать работу настоящих профессионалов.

Увы, выписанный на его имя комплект из серебряной и золотой карт командир сразу же приказал передать «десятке» с «красными» картами, зато на зелья никто не претендовал. Некоторые, наподобие Вечного полдня, вообще разрешалось тратить даже в штатной ситуации, благодаря чему механик от души развлекался, переключая зрение с обычного в инфракрасный и суб-астральный диапазоны. Собственно, благодаря новой для себя забаве он и заметил неладное первым.

По неопытности ему потребовалась почти минута, чтобы понять, что же именно кажется таким странным, прежде чем броситься к напарнику. Гномообразный Ди'Лан был далеко не самой приятной личностью, в клане его откровенно недолюбливали, но все же он был человеком, к тому же слишком высокомерным, чтобы насмехаться над тревожностью новичка. Вот и сейчас опытный Игрок с одиннадцатью ступенями на Медальоне поначалу не удосужился и головы повернуть, зато уже к середине фразы схватился за рацию:

— Командир, животные в лесу не меняют позиций. Сидят как привязанные. Они под контролем.

Что ему ответили, Лекс уже не слышал — на браслете высветился желтый уровень тревоги с командой на срочный разворот, и молодой Игрок начал судорожно вспоминать, что же из зелий полагается использовать в такой ситуации. Он только начал посещать занятия с инструктором и зачет по тревогам собирался сдавать в лучшем случае в конце цикла. Наконец сообразив, что жизнь куда дороже любых вычетов, стал пить все, что более-менее подходило в его случае.

Ледяной шлем, Холодное сердце, Быстрые рефлексы, Орлиный взгляд, Волчьи уши и, поколебавшись, Последний шанс — крутое лечебное зелье, способное в ближайшие четверть часа затянуть почти любые раны, если тебя не развалили на две половинки, конечно. Активатор ему приказали заправить боевой колодой еще до выхода, и сейчас механик колебался, использовать ли предпоследний заряд Дубовой кожи из собственных запасов — единственного доступного ему доспеха — или подождать реальной угрозы.

Сомнения прервал сосед, накрывший молодого соклановца щитом Призрачной тени — той самой золотой защитной картой, которая и полагалась Лексу в этом рейде. Ему стало неловко за свои мысли перед выходом. Он почему-то ни секунды не сомневался, что никакой защиты ему в сложной ситуации не достанется. Заодно это лишило его и остатков сомнений — если опытный боец не экономит карты, ситуация намного хуже, чем ему, новобранцу, кажется.

По коже разошлась щекотка, Лекс невольно захихикал: за почти десяток применений своей лучшей защиты, он так и не научился сдерживать реакцию на нее. Кожа стремительно темнела, бледнолицый человек превращался в трудно узнаваемое зеленоватое существо непонятного вида. Наделяя помимо обычных свойств доспеха повышенной живучестью, карта откровенно уродовала владельца и серьезно ограничивала подвижность, зато по прочности и универсальности превосходила любой бронежилет его мира. Она уже дважды сохранила ему жизнь: однажды — выдержав выстрел арбалета в упор, а второй раз спасла от отлетевшего после удара какой-то крутой картой куска скалы... Вот только, каждый раз приходилось выглядеть хихикающим идиотом в глазах союзников, пока начиналось ее действие.

Впрочем, соклановцам сейчас было не до него... За пролетевшие мгновения дорога уже оказалась перекрыта небольшими завалами с обеих сторон. Раскидать деревья — дело пары секунд, но перед одной из баррикад, не скрываясь, стоял ящер. Благодаря Орлиному глазу Лекс уже отсюда видел его Медальон — тринадцатый уровень. «Несчастливый», — автоматически мелькнуло в голове.

Удивительно, но противник стоял без каких-либо видимых щитов, хотя...

Вечный полдень снял с врага обвинения в неосторожности. В астральном диапазоне было хорошо видно, что перед ними лишь переговорная проекция. Несколько «щелчков» зрением показали, что они попали в хорошо организованную засаду. Против их пятерки среднеуровневых боевиков, лучшим из которых был командир с его двенадцатью ступенями, выступило, как минимум, столько же противников, от десятого до четырнадцатого уровней. И это лишь те, кого удалось заметить, пусть и благодаря очень недешевым зельям.

Заказчики ошиблись, сделав ставку на незаметность, но обдумывать эту мысль было некогда. Удивительно, но на них еще не напали. Обернувшись, Лекс понял почему: благодаря своевременному предупреждению, конвой остановился буквально в сотне шагов от какого-то густеющего облака, которое, нарушив свою маскировку, пыталось дотянуться до них, невзирая на стремительно набиравший силу встречный ветер, вызванный картой одного из Мулов.

Разглядывать поле боя было некогда: в голове из-за усиления слуха уже болезненно отдавался самодовольный голос ящера, предлагавшего сложить оружие в обмен на жизнь. Минута на размышление. Даже у неопытного новобранца не было никаких сомнений в том, что это лишь попытка минимизировать свои потери и перегруппироваться перед нападением по запасному варианту. В живых их никто не оставит...

Элекзар еще плохо разбирался в лицах нелюдей, но сейчас он отчетливо видел решимость соратников подороже продать свои жизни. Поначалу способность большинства хаоситов в любой миг принять свою судьбу казалась ему нелепой бравадой, но уже после первого года в Игре он начал понимать ветеранов. Вот только он был слишком молод, его путь в Двойной Спирали лишь начинался и он не был готов так просто расстаться с жизнью!

Терять было нечего, поэтому Лекс с наслаждением дал волю хихиканью от дошедшей до интимных мест щекотки, но прежде чем соклановцы решили бы на всякий случай прибить сумасшедшего, активировал заготовленный комплект карт и выхватил особую бутылочку из собственных запасов. Ведущий шоу был послабее Гласа, зато лучше передавал интонации на таком небольшом расстоянии. Сейчас ему потребуется всё его актерское мастерство.

Пара остаточных смешков раздалась на весь лес, сменившись лучшей его импровизаций из всех — жажда жизни отлично заменила вдохновение:

— У меня есть предложение получше. Я узнал, что хотел, вычислил предателя и заказчиков, поэтому готов щедро оплатить вам сэкономленные на этом бою время и карты. Вы можете получить за них свои жизни, если исчезните с моего пути. У вас почти полминуты на решение...

Слова еще звучали, а вокруг их небольшого рейда уже рос Частокол со скользящими по поверхности молниями. Перед ним формировались две огромные туши Зеркальных черепах, неспешно двигаясь на врагов. На суше эти твари не могли перемещаться так же стремительно, как в родной для них воде, но отражающая броня, судя по рассказам участников войны Домов и фильмам про нее, выдерживала чуть ли не до пяти золотых карт, делая «зеркальных» грозным оружием полководца в любой среде.

Пока онемевшие от неожиданного призыва отряда противники и союзники пытались осознать происходящее, Пауки-птицееды один за другим выпрыгивали из-за Частокола и скрывались в чаще. Не самый сильный подотряд, но, возможно, самый неприятный... Никому не хочется быть переваренным заживо. Туда же направились Электрические змейки, плохо подходящие для открытого боя.

Лекс замер. Если противники решат принять бой, они должны сделать это сейчас: в центре конвоя уже появился Обезьяний бог — так пафосно требовал называть себя этот шаман, начавший танец с бубном у стремительно растущего Священного дерева. Оставался еще один подотряд, скрытый невидимостью, но ему лучше побыть в запасе. Во всех смыслах лучше.

Секунды тикали, время работало на Мулов. Воспрявшие духом соклановцы окружили новобранца, внезапно оказавшегося полководцем, плотным кольцом, кто-то даже без спроса успел накинуть на Черепах Покрывало богов — редчайшую золотую карту, усиливавшую любую защиту в два раза. В небо взвилась сразу пара Кондоров, чтобы предупредить о возможном подкреплении у врага, заискрились общие щиты… И нервы противников не выдержали. Никто из напавших не понимал, почему они еще не стали эмбиентом для спрятавшегося под личиной рядового бойца охотника, явно пришедшего по их души, но обещание и демонстративно задержанная атака все же заставили схватиться за соломинку.

Враги бросились в джунгли, деактивировав ловушки и освобождая дорогу конвою.

— Командир, ведите, — распорядился Игрок, моля всех богов, чтобы его голос не дрогнул, и, накинув капюшон, углубился в Книгу, имитируя переписку. Его отряд медленно таял в затихшем воздухе леса...

Остаток пути, никто из спутников не осмеливался даже бросить лишний взгляд на пожелавшего остаться неизвестным полководца, не говоря уже о попытке просканировать его мысли. Чудом выжившие хаоситы совершенно не собирались рисковать своею жизнью повторно.

Глава 3. Допрос

Интерлюдия

Механическая логистика переживала свое золотое время. Ранее относительно небольшой клан, ценивший каждый заказ, сразу после фестивальных изменений, ослабивших карты большинства Игроков и удлинивших маршруты перемещений по мирам, оказался невероятно востребован. У его основателей хватило ума не погнаться за легкими деньгами, а сосредоточиться на заключении долгосрочных контрактов с крупными кланами, инвестировав всё полученное по ним в покупку компактной транспортной техники и подготовку механиков.

Вскоре, появилось множество подражателей, в том числе и среди серьезных Домов, но все столкнулись с одной и той же проблемой: в руках хаоситов, привыкших держать оружие, а не руль, сложная техника долго не жила, а уж если вспомнить о далеко не самых простых условиях ее эксплуатации!.. Про необходимость учитывать сочетаемость техноснаряжения с условиями разных миров и вовсе вспоминать не хочется. Поэтому именно подготовленные механики, сопровождавшие каждый рейд, а не техника, стали главным ресурсом Мулов, как быстро окрестили на рынке перевозок и сопровождения агрессивного новичка. Вначале со снисходительной усмешкой, а потом и раздраженно. Чуть позже выяснилось и другое важное достоинство данного клана — постоянные выходы механиков за пределы Двойной Спирали и недружественная биосфера на маршрутах позволяли им сохранять, а иногда и поднимать цвет карт. Эмбиента перепадало немного — разумные враги от конвоев служителей Хаоса держались подальше, но карты устойчиво горели синим или даже красным.

Удачное прозвище тоже само по себе оказалось неплохой рекламой, и уже многие циклы МЛ — Механическая логистика — считалась лучшим Домом из транспортников.

У кадровиков Мулов появился богатый выбор среди соискателей работы, и клан смог не только обслуживать технику, но и участвовать в охране перевозок, потихоньку превращаясь в полноценную боевую силу. Неудивительно, что трехуровневому технарю, да еще и человеку, в этом клане ничего не светило. Людей из технологических миров в подобные если и брали, то уровня с десятого, при условии хорошего боевого опыта и наличия достойной колоды карт. Исключения были наперечет.

Лекс, будучи выходцем из развитого техномира, неплохо разбирался в автотехнике, но золотыми руками похвастаться не мог, механоидом не был и вряд ли мог бы мечтать о подобной работе, если б не одно его увлечение: он был неплохим иллюзионистом.

Совершенно бесполезное в магическом мире хобби являлось его давней страстью. Едва освоившись в Игре, он вступил в местный клуб, не пожалев на взнос с трудом заработанной горстки дайнов. Сочетание фокусов с магией превращало даже простейшие из них в уникальное искусство, а доходы от участия в шоу были несравнимы с любыми доступными вчерашнему Новичку заработками. И главное — они не требовали постоянной работы в каком-нибудь клане, оставаясь подработкой в свободное время.

К его удивлению, основными посетителями их представлений оказались механоиды — существа, казалось бы, предельно далекие от эмоций и искусства. Красочность шоу их и вправду интересовала мало, зато разгадывание фокусов, оказывается, было для железок одним из любимых интеллектуальных развлечений. Причем для несклонных к обману разумных механизмов — развлечением на грани фола. Коллекции подобных секретов тщательно собирались разными кланами мехов и имели какую-то известную только им ценность. Режиссер даже в шутку называл их шоу «порнухой для железяк».

Новые сценарии фокусов, привнесенные в Двойную Спираль Лексом из своего мира, ненадолго сделали его мини-звездой. У него хватило ума, когда подвернулась возможность, обменять остатки своих секретов на уникальную возможность — стажировку в клане, являющемся вершиной мечтаний для Игроков младших рангов. В отделе кадров он не зацепился, зато познания в технике позволили ему выдержать ожесточенную конкуренцию за должность механика. С обязанностью организовывать не реже раза в месяц представления для коллег. Скорее всего, это и было главной причиной странного совпадения приемных тестовых заданий с занятиями на стажировке...

На подготовку новых фокусов уходила куча времени и добрая половина зарплаты, но, честно говоря, на любимое дело было совершенно не жалко. Тем более что с оплатой его не обижали, с рейдами было сложнее...

*****************

Город Двойной Спирали, клановый дом Механической логистики

— …иллюзия, ты это серьезно? — следователь (а по слухам и палач) клана видел в свой жизни многое, но рассказ новобранца его впечатлил. Лексу даже показалось, что скрипучий голос всегда бесстрастного механоида звучит не так, как обычно. Хорошо, что фокусник подготовился к подобным вопросам заранее. Сильно заранее.

Сразу после окончания рейда его перебросили на базу порталом, не поскупившись потратить предоставляемую камнем врат раз в малый цикл возможность...

— Зеркальные броненосцы — популярный персонаж из представлений о битвах полководцев. Надувная фигурка с напылением, встроенное анимирующее заклятье, приелись зрителям, скупил их по семь дайнов за штуку, одна еще осталась…

Он уже раскрыл суть теперь бесполезного шоу, на продумывание идеи которого понадобился не один малый цикл, объяснил все детали, и сейчас голос иллюзиониста был монотонен, лишь иногда в нем проглядывали слабые нотки сожаления.

— Мороженные птицееды для ужастиков — один дайн за штуку, живут пару минут после разморозки, очень пугливы, без контроля сразу разбегаются, что от них и требовалось.

На стол из сумки был выложен перепутанный комок тонких лапок.

— Росток Быстродерева из реквизита — десять дайнов. Сценический раб, загримированный под «Обезьяньего бога», — Лекс протянул находящуюся в откате карту слуги и, набравшись наглости, спросил: — Можно как-то сохранить произошедшее в тайне? Этот фокус уже спас мне и соклановцам жизнь один раз, может спасти и в следующий.

Ответа на свой вопрос молодой Игрок так и не дождался, хотя пауза затягивалась.

— Почему ты купил эти реквизиты перед походом? Кто или что подсказало тебе, что они могут понадобиться? — наконец-то прозвучал очередной, довольно неожиданный вопрос.

— Я купил их не перед походом, — совершенно честно ответил хаосит. — О подобном представлении думаю уже с начала большого цикла, вот запись в Книге о заказе на птицеедов, ей четыре месяца. Сценического раба вообще приобрел давно, еще с первой клановой зарплаты, — он необходим для нормальных представлений. Броненосцев получил за месяц до похода, долго перепирались: продавцы хотели убедиться, что беру их не для перепродажи в какой-нибудь неизвестный им фильм, прежде чем сдавать за бесценок. Свидетелей полно, я только с третьей по счету попытки удачно сторговался.

Следователь равнодушно превратил в пепел пытавшегося в панике вырваться из комнаты оттаявшего птицееда и продолжил задавать свои странные вопросы, в основном касавшиеся причин, по которым Элекзар смог так хорошо подготовиться к бою, и мотивов, по которым механик решил поиграться с переключением режимов зрения.

Вероятно, так он пытался отвлечь допрашиваемого от главного, чтобы подловить на неточностях, но от усталости и бредовости ситуации Лексу со временем стало казаться, что спася свою и соклановцев жизни, он совершил нечто очень предосудительное.

Допрос закончился также внезапно, как и начался. Прочитав сообщение в Книге, мех молча вышел, оставив за собой открытую дверь. Похоже, это означало оправдание...

Игрок, посидев еще несколько минут, чтобы успокоить трепыхающееся от страха разоблачения сердце, вышел следом.

*****************

Интерлюдия

Тригр щелкнул переключателем, как только закрылась дверь допросной. Смежную с ней комнату залил дневной свет, стена, ранее позволявшая видеть и слышать все происходящее за ней, вновь стала непрозрачной, а многочисленные индикаторы погасли.

Злобный клекот эхом отразился от стен — драконид даже не пытался скрыть свое бешенство.

— Долг закрыт? — механоид не видел смысла в словесных играх.

— Закрыт, — представитель Ящеров явно хотел добавить еще что-то, но удержался, проявив завидное здравомыслие. Никакой вины главы Механической логистики в происходящем не было, он честно выполнил крайне неприятные для него обязательства, гнев стоило расходовать на виновника провала.

Тех, кто считал, что мехи только изображают эмоции для облегчения общения с органическими формами жизни, ждало бы потрясение, окажись они спустя некоторое время в кабинете главы клана. Всё, что можно было назвать лицом механоида, ежесекундно менялось, каждый его элемент крутился асинхронно с другими. Высший мех смеялся. Даже хохотал, нарушая все приличия своей расы и представления о ней.

Ящеры жестоко опростоволосились дважды за сутки. Причем оба раза без малейших усилий с его стороны...

Мало того, что в поле их легко обманул низкоранговый Игрок, так еще и на допросе они упустили кое-что весьма важное. Хаоситы, практикующие эмпатию, так привыкли полагаться на нее, что многие не удосуживаются освоить даже простейшие основы физиогномики распространенных рас. Не сиди драконид за стеной, он бы почувствовал от допрашиваемого едва заметный запах зелья самовнушения, а внимательнее следи за лицом отвечавшего — увидел бы в мимике подмастерья едва различимые следы волнения. Волнения, свидетельствовавшего, что им рассказали не всю правду.

В другое время это стоило бы работы, а то и жизни двуногому, осмелившемуся что-то утаивать от главы своего клана, да еще и с применением алхимии, но не сейчас. Смелость и ум этого, как его, Элекзара, спасли Тригра от самого жестокого унижения — унижения перед самим собой, нарушения самой сути традиций клана, да еще и с непредсказуемыми последствиями для Дома в случае утечки информации о случившемся.

Предателя, слившего маршрут, мех знал и так. Страх на лице допрашиваемого мелькнул лишь в тот момент, когда он говорил про иллюзию. Нетрудно догадаться, что новобранец боялся за редкую карту, позволившую создать подобное, карту, которую низкоранговый Игрок был не в силах удержать. Зелье самовнушения позволяло скрыть незначительное вранье от средней силы эмпата, но оно было бесполезно против опыта и внимания старого Игрока, читавшего по лицам, как по открытой книге.

В этот приятный для себя день глава Дома позволил себе небольшое удовольствие — рассматривать это умолчание как любимую игру мехов: игру в загадки, в которой парень был мастером. Мир без таких гуманоидов стал бы скучнее. Пусть живет. Игра долгая. Хватит смертей на сегодня.

Да, кстати, о смертях. Тригр открыл отчет службы безопасности. Очередное, «абсолютно случайное», нападение духов тысячи рек на конвой. Увы, с потерями. Нечастыми для них, потерями, и не просто соклановца, а сородича. Особенного сородича. Предателя, существование которых считается почти невозможным для их расы. Невозможным, как и его смех.

Увы, Хаос меняет всё, сметая любые ограничения. Именно поэтому он, объединивший почти всех выходцев с Фрина под одной крышей, и настоял, что их клан не должен состоять исключительно из соплеменников или даже хотя бы творений Великого Механика. Это ничего не гарантировало в изменчивом мире Смеющегося Господина, лишая множества новых возможностей.

Сегодняшний случай — лучшее тому доказательство.

Глава 4. Цена поспешности

Восемь больших циклов спустя. Город Двойной Спирали, Дом Чаш

Игрок отмечал день своего прихода в Игру в шумной компании. Нет, не друзей — они были слишком редким даром судьбы, чтобы найти их за каких-то девять больших циклов в Мулах, пусть и достаточно сплоченных. Зато ему повезло найти немало товарищей, напарников и просто тех, кто хотя бы не желал его смерти без веского на то повода, что уже очень немало в их жестоком мире. Тех, с кем, благодаря разнице в уровнях и службе в одном клане, он вряд ли сойдется в смертельном бою. Тех, с кем он провел большую часть долгих для него лет в Игре, которые даже не надеялся прожить поначалу… Хотя, зачем врать себе — надеялся, конечно. Только шансов на это у жителя благополучного мира было мизерно мало. Похоже, он был чуть ли не единственным выжившим из своего выпуска в Школе испытаний. Выпуска, пришедшегося после пика войны Домов, в относительно спокойное время.

Завтра должен был начаться решающий для него год. Год Малого турнира, который почти уполовинит и без того небольшое население Двойной Спирали. Год, который начнется меньше чем через час, последний час Ночи Прощания. Игра подарила ему странное совпадение: в день, когда все «празднуют» начало Турнира, Лекс отмечал годовщину своего выбора. Выбора между непонятным порталом и каторгой за чужие преступления — ему не повезло оказаться в ненужное время в ненужном месте. Говорят, вступление в Игру в канун нового года — это очень удачное совпадение, впрочем, что только в Игре не говорят! Все разумные одинаковы и ищут хорошие приметы перед лицом смерти.

Вот и их клан, не пожалев денег, снял отдельные комнаты в Доме Чаш для каждой компании, несмотря на безумный ценник в предтурнирье. Впрочем, комнаты — ерунда по сравнению с тем, что лежит в их Книгах и сумках. Мулы не экономили на соклановцах: сотрудники были их основным активом. Лучшие из зелий, которые были закуплены раньше, чем он пришел в Игру, карты, проданные членам Дома в кредит по льготным ценам… И какие карты! Золотая и серебряная — каждому до десятого уровня, двойной комплект Игрокам средних ступеней, четыре-шесть комплектов офицерам, в зависимости от должности. Такому снабжению могли бы позавидовать иные полководцы мелких кланов.

Лекса считали любимчиком главы. Какие только дикие слухи не ходили по этому поводу! Иногда хаоситу казалось, что на него недобро косятся даже лишенные эмоций механоиды. Кладовщик из людей вообще откровенно недоумевал, зачем «четверке» дали полный доступ в клановые каталоги. Доступ, который Лекс получил после откровенного разговора с Тригром, подписания очень непростого договора и перехода на «казарменное положение», что оказалось для него самым сложным: в клане людей было немного, и без нормального общения он просто дичал. Приходилось тратить до трети своей зарплаты на зелья ментальной защиты ради получения разрешения на выход в город.

Увольнительные стали для него настоящей отдушиной, глотком свежего воздуха. Там, «на воле», у него даже появилась пара учеников-иллюзионистов, рассчитывавших, что умение придумывать и показывать фокусы поможет им завести связи и устроиться в клан получше. В итоге Элекзар с нетерпением ждал Турнира, приближавшего его к вожделенному пятому уровню — установленные главой ограничения свободы перемещения лишили его прежних возможностей по сбору эмбиента, а в редких рейдах его перепадало немного. Новые же сферы силы, которые Лекс планировал вложить в интеллект, самосознание и эмпатию, должны были помочь ему продвинуться в основных для его народа ментальных техниках, которые пусть и требовали упорных тренировок, зато усиливали действие защитных зелий и амулетов, что позволит со временем обходиться более простыми и дешевыми вариантами.

***************

Этого. Не. Может. Быть.

Лекс висел в пустоте, окруженный мельканием турнирных арен, а его разум все еще цеплялся за недавние события.

Теплый свет свечей в Доме Чаш. Лихое веселье последнего дня жизни, бравые тосты и грандиозные планы, шутливые подначки. Неоконченные дела на прощанье.

Стучащий в висках грохот барабанов, объявивших начало Турнира, и долгий, тягостный путь к показавшей свой истинный облик Арене… Не было ни разговоров, ни ободряющих похлопываний по плечу, чтобы поддержать новичка: прошедшие Турнир хоть раз, знали, что их ждет, и были полностью сосредоточены на себе. Органики Мулов в тот момент как никогда походили на своих железных собратьев, только тем было все равно.

Распахнутый голодной пастью зев Арены, источавший мертвенно-зеленоватый свет, с которым каждый в толпе оставался один на один… Элекзар, еще вчера с нетерпением ждавший турнирного боя, застыл на пороге, пытаясь заставить себя сделать последний шаг… Чей-то всхлип, яростный взрык с другой стороны, шуршание доспехов и одежд по бокам… злость на себя, прыжок с обрыва — и холодный электрический свет, бьющий в глаза.

Сколько хватало взгляда, всюду частые безликие двери кабинетов с невразумительными табличками на них. Что за ерунда?! Гремлины в одеждах клерков, с важным видом переносящие кипы бумаг из комнаты в комнату, тени Игроков, блуждающие в поисках нужного номера или выстраивающиеся в короткие очереди… Бред.

— Что застыл? Вечно вас ждать не будем. Начинай с отдела приема заявок и не стой на проходе, мы здесь работаем!

И начался форменный ужас. Или очень, очень дурацкая шутка. Оформление бланков заявок на обязательное участие в Малом турнире, заполнение бесконечных анкет с откровенно глупыми вопросами и неизбежным переписыванием, стоит допустить хоть малейшую ошибку… Спустя некоторое время Лексу стало казаться, что он заснул перед Турниром и видит кошмар или сошел с ума.

Очередная дверь — и он неожиданно оказывается висящим в пустоте выбора противника…

Лекс изумленно смотрел на меняющийся список арен. Он не знал, плакать ему или материться.

Еще час назад он был уверен, что его шансы на арене невероятно велики: «четверке», с красными картами, на клановом обеспечении, с каким-никаким боевым опытом и регулярными тренировками могли противостоять лишь считанные Игроки…

Пару секунд назад его мир рухнул. В мельтешении портретов высветились, как и предсказывалось инструкторами, пять фигур. Вот только это были не «двойки»-«шестерки». Ему достался 16-й, и он даже не знал, можно ли это считать невезением. Остальные четверо были 20-го и 21-го уровней! Крохотная надежда, что это какой-то сбой и сейчас всё исправят, таяла вместе со списком арен...

У хаосита едва хватило духу перестать тратить время на бесплодные сожаления и приготовиться к тяжелейшему бою. Бою, которого не должно было быть ни по каким правилам! Может, это все-таки всего лишь сон, и он сейчас проснется, разбуженный ударом настоящего колокола?

С ареной, впрочем, ему немного повезло. Лекс оказался на пологом склоне горы, спускающемся то ли к заросшему озеру, то ли в болото. Редкие деревья почти не ограничивали ближний обзор и не мешали передвижению. Не будь четырехкратной разницы в уровнях, он бы вскоре праздновал победу, но сейчас... Он действовал, как в полусне.

Семь щитов, золотая защита. Одна из изюминок его колоды, полученная от клана. Щиты закружились перед своим владельцем, готовясь принять на себя любые точечные удары со всех направлений. Простой кожаный доспех из кратной карты добавил слабую защиту от физического урона. В крови уже плескался заранее просчитанный комплект зелий, но, пока призывалась следующая карта, боец судорожно глотал еще и Пелену спокойствия — с такой разницей в уровнях добавочная ментальная защита точно лишней не будет.

Вовремя — в ушах раздался какой-то шелест, нараставший несколько бесконечных секунд, пока наконец-то Потомок Ёрмурганда не замкнулся в защитное кольцо, укусив себя за хвост и сформировав защитный купол над всей охваченной им территорией. Длинный белесый змей, по пояс взрослому мужчине толщиной, почти не уступал знаменитому Кольцу уробороса, кроме скорости передвижения, конечно. Вопреки советам тренера и первоначальным планам, выбитый из колеи Лекс приказал змею стянуться до минимума, обеспечивая максимальный уровень защиты: шелест окончательно пропал.

К огромному удивлению хаосита, настойчиво звякнула Книга... Интересно, кто же догадался в этот миг писать послание? Не так уж много у него знакомых полководцев, а остальным Игрокам сейчас должно быть не до переписки, хотя если такое творится со всеми...

Вокруг хозяина, едва уместившись внутри кольца, появились три Валькирии, снаружи мигнули и тут же пропали Хамелеоны, слившись с поверхностью, и наконец-то появился подотряд Берсерков, которым сразу же принялись раздавать благословения девы войны.

Оставив их за этим делом, Лекс использовал Присутствие жизни, но поиск не сработал, что не удивительно с противником такого уровня. Тогда он обратился к возникшему за плечом Ученику Хеймдалля, постаравшись максимально подробно воссоздать портрет своего противника. Удалось не сразу, но наконец-то провидец поднял руку, уверенно указав пальцем на озерцо, а Книга опять противно звякнула, раздражая усиленный зельями слух.

Улучшенное зрение ничем не помогало — врага надежно скрывала растительность озера. Наверное, викингам пора было бежать в атаку, но что-то, что именно Игрок и сам не мог объяснить, удерживало его от этого. Он судорожно перебирал карты, наконец сообразив: Саранча — вот что ему было нужно!

Облако насекомых из внезапно пригодившейся копеечной кратной карты времен работы добытчиком отправилось в сторону озерной растительности. Пусть не сразу, но они все же позволят ему увидеть позиции противника.

Следующая выкупленная у клана карта, Дыхание мáри, начала затягивать местность туманом, прозрачным только для глаз вызвавшего. Но главное, пелена защищала от поисковых карт вплоть до равного ей серебряного ранга. Под ее прикрытием Лекс начал расширять защитное кольцо змея, чтобы туда смогли поместиться при призыве лучники, придержанные пока Залом ожидания, и приказал подотрядам смещаться вправо, пока Алхимическое зеркало удерживало иллюзию на их прежнем местоположении.

Противный звяк раздался еще раз. И еще, и еще. Лекс похолодел от мысли, вдруг это пишут организаторы Турнира, сообщая о грядущем исправлении ошибки, а он бездумно тратит карты? Поэтому-то враг и не атакует?

Наверное, ему еще никогда не удавалось так быстро призвать и прочитать сообщения. Увы, его корреспондентом был не распорядитель Турнира, а всего лишь ящер. «Тоже неплохо, — успел подумать Игрок, — можно вместе обратиться к организаторам». Эта мысль грела его буквально долю секунды, прежде чем текст сложился в слова:

«Из-за тебя, бесхвостый урод, я лишился офицерской должности в лучшем из кланов! Да-да, из-за твоей проклятой иллюзии в джунглях, изображавшей отряд полководца, хотя я там был всего лишь наблюдателем за разбежавшимися от страха придурками... Я давно мог купить твою голову у охотников, но ждал момента, когда смогу забрать ее сам.

Разница в уровнях и мирный договор между нашими Домами не давали убить тебя раньше, но я не опускал рук и не пожалел дайнов, чтобы гремлины Арены устроили наш бой, как только узнал о такой возможности.

Ты удивлен и перепуган? Да, я тоже не знал, что такое возможно, пока мне это не предложил лично один из слуг Господина, которого ты, видимо, разозлил своей наглостью, осмелившись выдать себя за достойнейшего из достойных, заслуживших свой шлем тысячами жертв на алтарь нашего Владыки. Теперь я знаю, что на Арене бывает всякое. Ах да, пока еще МЫ знаем. В нашей Игре нет незыблемых правил. Только я выйду отсюда с этим знанием, а ты — нет. Хочу, чтобы ты прочитал это, перед тем как мучительно сдохнуть. Я, Ишщер, вдоволь наиграюсь с тобой, а потом закушу тем, что останется».

«Ты что, читать разучился от страха?»

«Ах, да, ты же великий фокусник, повторяешь свой лучший трюк, читать некогда. Перед тем, кто уже знает твой секрет... Ну трудись, трудись, спасибо за последнее представление перед смертью, бесхвостый урод. ».

«Кстати, а зачем, глупец? С арены некуда бежать, а карт у старших Игроков хватит на сотню иллюзий».

«Читай уже давай, придурок, мое терпение не бесконечно. »

«Еще 30 мгновений, и ты умрешь, так и не поняв почему, если не прочитаешь!»

В последнее мгновение перед закрытием Книги Лекса осенило, и он нажал на «Пожаловаться». Эта кнопка рядом с сообщениями никогда не работала, но, кто знает, может, сейчас неведомые модераторы сидят без дела.

Ответ пришел сразу же, сопровождаемый ехидной мордочкой гремлина:

«Противник выбран в соответствии с п. 166 Приложения 7 к Правилам проведения Малого турнира, доступным всем Игрокам в публичной библиотеке Школы испытаний до конца обучения. Нарушений не обнаружено. Караемых оскорблений не обнаружено».

Иллюзионист понятия не имел, что за приложения к правилам турнира, и впервые слышал про библиотеку. Впрочем, он уже догадывался, в чем была его фатальная ошибка. Слишком дорого обошлась потеря внимательности: он позволил зеленым уродцам заморочить себе голову их бумажками, и когда его выкинуло в пустоту выбора противника от неожиданности призвал свою первую карту в связке до начала боя.

Выигрывая драгоценное время, Лекс отправил шаблонный ответ: «Спасибо за советы», — и наконец-то завершил призыв Длинных луков, одновременно послав вперед Берсерков.

Спустя пару секунд левую сторону защитного купола опалили разряды молний, вслед за которыми раздался гром, едва не вырубивший его, если б змеиный круг и туман не поглотили часть мощности звука. По его прежнему местоположению ударили Полярная гроза, усиленная оглушением, и Столб Света. Лучники, не дожидаясь команды, дали залп в сторону болота по какой-то увиденной ими цели.

— Представление, говоришь, — ухмыльнулся хаосит, вернувший себе надежду после легко пережитого первого удара. — Хороший иллюзионист никогда не обманывает своих зрителей. Они обманываются сами.

Это был его шанс. Единственный. Час величия раз в малый цикл давал обычному Игроку доступ к разделу полководцев, который наделял случайно выбранными подотрядами.

Глава 5. Турнир

Интерлюдия

Когда Элекзара только-только приняли в Механическую логистику, он считал, что вытащил лучший лотерейный билет из возможных: крепкий дружный клан с хорошими перспективами и возможностями пользоваться «услугами для своих». Однако когда менее чем через полгода ему досталась редкая карта в купленном за бесценок Активаторе, которые буквально наводнили рынок после войны Домов, начинающий Игрок оказался на седьмом небе от счастья. Правда, восторг несколько поумерился после детального изучения находки.

Час величия относился к редкому классу — «не для полководцев и владык», Лекс даже не подозревал о существовании подобного. Хотя ограничение логично: карта раз в малый цикл на один час открывала обыкновенному Игроку доступ к разделу Книги для полководцев, которым те обладают постоянно.

Подвох крылся в другом. Отряд, которым Час величия наделял своего хозяина, был временным и менялся каждый большой цикл. В таких условиях вкладываться в развитие подотрядов было бессмысленно. Учитывая, что их набор к тому же зависел от заслуг владельца перед Хаосом… Ну какие достижения могли быть у низкорангового Игрока?

Впрочем, даже с этими проблемами и слабыми подотрядами карта стоила минимум двух-трех золотых, проблема была только в том, чтобы ее удержать. Засвеченная карта такой силы и для хаосита средних ступеней была бы приговором, что уж говорить про неофита. Поэтому публично Лекс осмелился применить ее только один раз, благополучно прикрыв легендой о выдающейся иллюзии, и молил Слепца, чтобы история не разошлась слишком далеко...

Увы, его притворство не помешало главе клана буквально за малый цикл разгадать загадку. Лекс ожидал худшего, но полководец был на редкость благодушен. Неизвестно где и как найдя полное описание карты, он объяснил начинающему Игроку, что это осколок давних времен и прежних правил, когда еще даже не было золотых и серебряных карт, — случайно сохранившийся элемент тренерской колоды, фактически отозванной Смеющимся Господином с развитием Игры. Полководцев теперь готовили по-другому. Подобные же старые карты еще иногда встречались, но, оказавшись на сутки вне Книги, Активатора или хранилища либо в случае смерти владельца за пределами игрового поля, не воссоздавались и не возвращались в виде Даров Владыки, а выходили из Игры.

Главная ценность конкретно Часа величия состояла именно в регулярной смене войск, что позволяло кланам натаскивать своих бойцов, практикуясь в сражениях с разными подотрядами. Остальные карты колоды были одноразовыми и позволяли ускорять смену подотрядов, добавлять новые и даже развивать их, перенося накопленный бойцами опыт на новые подотряды или сохраняя и заново распределяя улучшения после каждого обновления карты. Элекзар был уверен, что Час величия заберут, пусть даже с компенсацией, но его ждал приятный сюрприз: верный своей природе, мех честно сказал, что согласно легендам, ходящим по Городу Двойной Спирали, подобные карты могут попасть в руки Игрока как случайно, так и волей их Господина. Тригр не горел желанием проверять на своей шкуре правдивость этой теории и возможные последствия своеволия во втором случае.

Глава клана пошел по более простому пути: Лексу предложили место одного из спарринг-партнеров. Бонусами прилагались тайный статус младшего офицера, пусть и с нагрузкой в виде сразу нескольких договоров о неразглашении, пятидесятилетний контракт с кланом и главное — место в резерве клановых полководцев, если он, конечно, доживет хотя бы до десятого уровня: у клана были большие планы на будущее. Впрочем, нет, главным было не это. Главным стала прокачка соответствующего раздела Книги.

После принесения клятвы Тригр поделился информацией, что ежегодная смена подотрядов не касается тех, что получены дополнительно — их исчезновение можно отсрочить, зафиксировав конкретный подотряд на ближайший большой цикл с помощью соответствующей карты из тренерской колоды. Сами по себе они даром никому не нужны, так что клан смог скупить их по дешевке, вместе с парой чудом сохранившихся карт расширения тренировочного отряда. Осталось дождаться подходящего для апгрейда войска, чтобы получить своих первых условно постоянных бойцов.

Лекс мог лишь молиться Смеющемуся Господину, чтобы подходящий для улучшения набор достался ему до Турнира.

Такой момент, по мнению главы, пришел на пятый год сотрудничества. При очередном обновлении Элекзару достался абсолютно отстойный, на его взгляд, отряд из каких-то викингов с примитивной мастерской. Однако сразу после тренировки Тригр объявил, что меньше чем через малый цикл, когда будет готово зелье удачи, начнутся улучшения, пояснив, что, во-первых, одновидовые с владельцем бойцы намного лучше управляются, а во-вторых, весь «отстой» этой ветви войск уже собрался в Книге Лекса, поэтому любое пополнение принесет неплохие подотряды.

Глава в очередной раз оказался прав. У потрясенного хаосита, уже выяснившего ценность и редкость любых карт полководца, а улучшающих отряд и подавно, и считавшего, что речь пойдет об одном, максимум двух подотрядах, появились Валькирии, Берсерки, Длинные луки, полководческий аналог одной из лучших защитных карт — Потомок Ёрмунганда и показавшийся бесполезным провидец — Ученик Хеймдалля.

Валькирии, дочери богини Фрейи или ее подруг, были редкой удачей — это один из лучших человеческих подотрядов поддержки. Они могли подпитывать отрядный щит, накладывать благословения на войска и оружие, призывать в кузне Очаг Одина, при этом сами являлись неплохими воинами в ближнем бою, способными постоять за себя и своего полководца, а главное каждая обладала собственными специфическими способностями, не требующими покупки карт отрядных заклинаний — их список сам пополнялся в процессе саморазвития. Сейчас это были атакующее заклятье Копье Ётуна, огненное усиление Дыхание Сурта и общее благословение Дар Эйр. Если же удастся раздобыть редкие рунные карты, то можно будет и вовсе наделить Дев возможностью творить боевую магию, но подобные Лексу пока не попадались.

Потомок Ёрмунганда был способен защитить не только своего хозяина, но и весь отряд, если тот помещался в очерченном круге: стоило змею сформировать кольцо, укусив себя за хвост, как над всей охваченной территорией появлялся прочный прозрачный купол щита, хотя с ростом площади сила защиты снижалась. Главное было успеть ее применить — ползал змей не особенно быстро, и на формирование кольца требовалось время. Но стоило щиту появиться, и тридцать Лучников, в иных случаях обычно погибавших в самом начале боя, становились грозной силой: их луки, больше человеческого роста длиной, посылали дождь смертоносных стрел на сотни шагов.

Поначалу немного расстроил ученик Хеймдалля: слабый и беззащитный. Все что он мог — это предупреждать о наличии врага и указывать направление на него, если полководец знал, кого ищет, однако по словам главы, все еще было впереди.

В итоге начинающий Игрок получил гораздо больше, чем мог мечтать. Даже для полководца получить такой отряд было бы однозначным везеньем. Сверх этого, как пусть и тайному, но офицеру, от главы клана достался Зал ожидания — редкая серебряная карта, отрядный артефакт, позволяющий управлять порядком вступления подотрядов в бой, немного придерживая некоторые из них при необходимости и давая возможность бойцам дожить до формирования щита.

На время «новогодней недели подарков» Лекс вынужденно стал обладателем главного секрета Механической логистики, вынесенного Тригром из остатков Великого Дома Молот, фактически прекратившего свое существование после Кейдана.

Великий Дом, а теперь и Механическая логистика, владел рецептом изготовления камней-усилителей, способных увеличивать количество зарядов на кратных картах, так называемых «камней кратности». Они были дóроги в изготовлении, и при их применении существовал шанс разрушить карту, но иногда польза превышала риск и высокие расходы. Уникальный же рецепт, хранившийся у мехов, и вовсе позволял создавать камни не только для личных, но и для полководческих карт. Благодаря ему Мулы могли позволить себе не тратить на каждое улучшение отряда полководца соответствующую карту — слишком уж ненадежны были шансы раздобыть подобные даже для небедного Дома. Единожды попавшая в сокровищницу клана карта усиления отряда лежала нетронутой, пока не разрушалась, а все апгрейды производились с помощью камней кратности, изготовление которых стоило пусть и безумных (по меркам рядового Игрока), но всего лишь денег. Их компоненты аккуратно собирались заранее, через подставных заказчиков. Созданный камнем дополнительный заряд существовал всего пару дней, но большего и не требовалось.

Этот секрет и был основой величия того Дома, что Тригр мечтал возродить с тех пор, как стал единственным выжившим наследником сокровищницы при центральной мастерской и всех хранившихся там полководческих карт. Вероятно, последним из всех членов Великого Дома, кто об этом секрете знал. Теперь их молодой клан располагал достаточным запасом оригиналов карт знаний и усилений, чтобы полноценно развить отряды сразу нескольких полководцев, ну а с дайнами у Мулов проблем давно не было. Множество карт, которым позавидовали бы и лучшие Дома Игры, лежали в сокровищнице, дожидаясь своего часа, когда клан будет готов заявить о своей силе.

Достижения первым Игроком из резерва полководцев двадцать второй ступени ждали уже в ближайшие годы. Получив же свои дополнительные подотряды, считай, вне очереди, Лекс был на седьмом небе от счастья, понимая, насколько уникальный билет он вытянул. Да, что там он — любой, кто оказался в этом Доме, имел реальный шанс подняться к трону Владыки.

Впрочем, радоваться Лексу довелось недолго. К утру, последовавшему за получением последнего подотряда, хаосит проснулся с головой, раскалывающейся от боли… вызванной грубым стиранием памяти, о котором он тоже позабыл. Зато с искусственно навязанным знанием, что всё, новых подотрядов не будет — вчера была использована последняя из якобы имевшихся у клана карт-усилений из тренерской колоды. Да и свободных слотов для дополнительных подотрядов у Часа величия, по словам Тригра, больше нет.

Двойная Спираль, арена Малого турнира

Горсть самонаводящихся Призрачных огней, способных увести за собой душу, врезалась в щит прямо перед лицом Лекса, оглашая округу потусторонним могильным звоном, — мгновение назад подвывающий, как стая голодных волков, Самум сорвал защитный покров тумана, позволив врагу обнаружить его.

Времени на раздумья больше не было, но восемь лет тренировок не пропали даром. Теперь, когда у механика не осталось надежд на случайную ошибку организаторов Турнира, руки сами делали свое дело.

Валькирии сосредоточились на усилении стрел, внутри неспешно, увы, слишком неспешно, рос Змеиный алтарь, а над озером пошел Ядовитый град, вызванный улучшенной серебряной картой. Противника по-прежнему не было видно, но каждая градина, попавшая в воду, превращала все вокруг себя в обжигающую красную субстанцию. Лекс надеялся, что атака из карты неплохо замаскирует залп отравленных стрел его подотряда, давая ему еще несколько секунд веры Ишщера в балаганный фокус.

Увы, его противник уже сделал следующий ход: из воды вырвался и покатился в его направлении все увеличивающийся ком колышущейся плоти — Слизень-пожиратель. К счастью, ящер до сих пор считал наступающих Берсерков иллюзией и даже не пытался направить Пожирателя охотиться за ними, но это лишь немногим облегчало ситуацию — тянуть с подобными тварями было нельзя, слизень и так неплохо подкормился в болоте. По закону подлости, это существо было одним из худших противников для его отряда.

Не колеблясь, Лекс использовал второй и последний «клановый» козырь — серебряную карту Иссушения, молясь, чтобы ее хватило. Валькирии, умницы, успели воспламенить стрелы Лучников, и десятки маленьких огненных комет отправились в опасную цель, превратив ее в кучку пепла. Это полностью исчерпало небольшой запас сил дев войны, и теперь оставалось только ждать, когда же, наконец, сформируется самый медленно растущий из существующих алтарей, доставшийся в последнем обновлении тренерской карты. Его создание занимало непозволительно много времени, несмотря на то, что Игрок специально придержал появление других подотрядов.

Саранча наконец-то зачистила достаточно растительности на болоте, чтобы Элекзар увидел своего врага, а Лучники смогли отправить следующий залп прицельно. До ящера, похоже, все-таки дошло, что дела идут как-то неладно, по крайней мере перед бегущими Берсерками сформировался крокодил-переросток, преградивший им путь к воде, а по защите пришелся по-настоящему сильный удар. Стрела из затаившейся на противоположном берегу осадной баллисты, да еще и с кучей улучшений врезалась в щит, заставив содрогнуться Потомка Ёрмурганда. Если Лекс ничего не путал, подобные стрелы начнут прилетать по нему с удручающей регулярностью, и самое страшное, Игрок понятия не имел, что же можно им противопоставить. Дальнобойные заклятья закончились, дешевые кратные карты не достанут, а от стрел Лучников толку будет мало — на таком расстоянии им было не пробить доспехов суетящихся у стрелометной машины гоблинов.

К счастью, святилище наконец сформировалось, и Валькирии все же смогли восполнить свои силы, а появившийся Жрец начал творить атакующее заклятье. Викинги тоже порадовали, разделав зверя за считанные секунды. Лекс, не теряя времени, использовал выданную ему главой клана карту — Лунную дорожку. Мерцающая тропа протянулась по воде к врагу, и викингам хватило бы нескольких ударов сердца, чтобы добежать по ней к цели.

Увы, противник был слишком опытен. Неосторожные глупцы до таких высот не доживают. Каким бы ничтожным ящер ни считал своего противника, к самообороне он подошел ответственно. Нападавшие, не пробежав и пары шагов, сцепились с Гигантским болотным многоногом, явно призванным заранее. Тяжелые щупальца снесли первых воинов с дорожки, отправив их в провал пасти, выжившие сомкнули строй, пытаясь отмахиваться мечами. Перед подлетевшими стрелами закрутился Вихрь, отбрасывая их в свои же войска, а сам ящер взгромоздился на пятиметровую Рогатую жабу, одним прыжком преодолевшую треть болота и прямо в полете плюнувшую в оставшихся Берсерков кислотой.

Пришло время последних козырей, понял механик. Наконец завершился призыв оставшихся подотрядов, и Лекс отправил летающую стаю в атаку на врага. Психопомпы, мелкие крылатые твари, чем-то напоминавшие воробьев из его родного мира, понеслись в сторону противника, увеличиваясь в размерах и оставляя под собой шлейф увядшей травы — бóльшая часть вытягиваемой из всего, что оказывалось под немертвой стаей, энергии отправлялось прямо в алтарь. Валькирии спешно укрепляли щит в ожидании очередного удара баллисты, а Лучники безуспешно осыпали противника стрелами, слишком медленными, чтобы поразить прыгающую цель, зато мешавшими врагу целиться. Из-под рук Жреца выскользнули две полупрозрачные змеи и понеслись в болото… Лекс запоздало понял, что забыл указать цель, и шаман сдуру выбрал осьминога, зато последний подотряд сработал как надо.

Вначале Игрок даже не понял, зачем Саблезубые крысы, едва появившись, без команды, стали рыть землю в считанных метрах за пределами змеиного кольца, но через секунду до него дошло. Трава шелестела и шевелилась в полное безветрие! Подстегнутая адреналином, память мгновенно выдернула когда-то прочитанное в библиотеке Дома описание редчайшей карты — Земляной акулы, способной незаметно подобраться к жертве под землей, искалечив или убив ее. Игрока в очередной раз спасло чудо — еще несколько секунд, и он остался бы без щита, а может, и без ног. Валькирии по команде полководца, объединившись для усиления заклятья, сформировали ледяное Копье Ётуна и воткнули его по центру вырытой Крысами подковы.

В бою сама собой наступила небольшая передышка. Явно удивленный неожиданно сильным сопротивлением жертвы, Ишщер с трудом уклонялся от Психопомп, успевших походя высосать бросившегося наперерез Кондора, Многоног бился в агонии, несколько выживших Берсерков пробирались к баллисте, остатки Крыс добивали пришпиленную тающим копьем Акулу. Лучники сосредоточили огонь на неизвестно когда появившемся Птеродактиле с какой-то гадостью в когтях, пытающемся прорваться к Лексу, а тот судорожно закидывал в Активатор остатки своих обычных кратных карт…

Увы, резервы опытного Игрока оказались куда обширнее, чем у проведшего всего пятнадцать лет в Игре неофита. Неживые птицы сходу влетели в облако Грозового фронта, последние Берсерки скрылись в Грязевом гейзере… Жрец, получивший приказ остановить баллисту, пребывал в задумчивости. Валькирии практически вычерпали убогий алтарь, поддерживая Потомка Ёрмурганда, в которого со стороны ящера летели одна за другой разнообразные атаки, медленно, но верно подтачивающие его защиту. Ответные заклятья Лекса из простых кратных карт лишь заставляли коротко вспыхивать доспехи Ишщера — если они золотого ранга, то понадобится больше полутора десятков попаданий, чтобы пробить их, а этого времени у механика не было. Лучники кое-как удерживали врага на расстоянии, но в колчанах оставалось стрел всего на пару залпов, кузнеца же, способного их пополнять в бою, в разнородном отряде не было.

Улучшенным зрением Элекзар прекрасно видел, как ухмыляется пришедший в себя, явно закончивший перезарядку Активатора ящер, — и не понимал, почему тот не атакует. Впрочем, загадка разрешилась быстро: сильные эмпаты могли управлять Книгой мысленно, что тот и делал, составляя послание.

«Закончились твои сюрпризы, бесхвостый? Мне очень интересно, что это было, и думаю, ты мне это расскажешь, пока я выбиваю остатки твоих тварей, если хочешь еще немного пожить и легко умереть в конце».

По щиту ударил очередной залп баллисты, несмотря на то, что жрец вроде бы старался что-то сделать, а Ишщер, как и обещал, неспешно добивал выживших Крыс, безуспешно пытающихся уклониться от странного, явно огнестрельного оружия.

Лекс приказал Лучникам опустить оружие и демонстративно взял в руки Книгу. Он прямо кожей ощущал презрение Валькирий, еще секунду назад готовящихся кинуться в свой последний бой. То же чувство испытал и ящер, прекративший прыжки своей твари.

«Поторопись», — фраза прилетела вместе с облаком Кислотного тумана, начавшим разъедать купол щита.

Механик медленно открыл Книгу, выгадывая еще несколько секунд жизни: «Отзови кислоту, писать много».

Кислотное облако не пропало, но неспешно передвинулось на пару метров в сторону от змея, и почему-то не последовало очередного удара от баллисты. То ли жрец справился, то ли ящер решил не рисковать. Впрочем, это было уже неважно. Через пару секунд Элекзару предстояло выбирать между черным пламенем Хаоса для нарушителей договора и участью быть переваренным заживо живым туманом или другой же столь неприятной смертью, заготовленной для него Ишщером.

Лягушка неожиданно дернулась и завалилась на бок, подмяв под себя всадника и, к сожалению, раздавив укусившего ее хамелеона, но Лекс был наготове и не упустил свой шанс. Лучники всадили в ящера последний залп, механик разрядил оставшиеся в Активаторе заклятья, а Жрец, при поддержке Валькирий, рассыпающимися в прах руками, расходуя свою жизнь вместо недостающей маны, швырнул вторую порцию призрачных змей.

И всего этого оказалось недостаточно — враг, окутанный свечением почти исчерпанного доспеха, пошатываясь, все же поднялся и, уже не играясь с противником, всадил в человека очередь Ледяных игл, пробивших истощенный змеиный круг. Звякнули летающие щиты, принявшие на себя часть ударов, Лекса отбросило телом валькирии, загородившей полководца собой, а потом его подхватили чьи-то руки, оттаскивая от приближающегося кислотного тумана, впрочем, редеющего на глазах.

Редеющего? Не веря своим глазам, Игрок повернул голову, дальнозрение еще действовало: ящер распростерся в луже зеленоватой лягушачьей крови. Крови, вытекшей из лягушки, в которую попал почти десяток напоследок благословленных ядом стрел. Пена, выступившая на губах Ишщера, имела тот же зеленоватый оттенок: призрачные змеи, истаивающие на самом краю кровавой лужи, отдали ему весь свой яд, и части пропускаемого доспехом урона врагу хватило…

На лице умершего Жреца застыла довольная улыбка.

Глава 6. Время испытания

Интерлюдия. Двойная Спираль, кабинет главы клана

Тригр смотрел на мерцающую панель индикаторов одного из самых древних артефактов, созданных механоидами Игры. Каждый огонек означал кого-то из соклановцев. Только мехам с их абсолютной памятью было под силу помнить, кого означает каждая из десятков позиций, поэтому теперь, слегка нарушая традицию, рядом висели списки.

Все три полководца Дома сидели рядом, старшие офицеры бок о бок со своим главой. И будут сидеть до тех пор, пока не вспыхнет, означая возвращение в Двойную Спираль, или не погаснет, возвещая о смерти, последний из сигналов. Эта традиция восходила еще к временам до Кейдана.

Временам, когда существовал Великий Дом Молот, вместе с младшими Домами объединявший почти треть созданий Механика, находившихся в Игре. Клан, практически все офицеры и ведущие бойцы которого погибли в той страшной бойне. Тригр выжил чудом — лишь случайное стечение обстоятельств позволило пережить и катастрофу, и последующее нападение стервятников, именуемых другими Великими Домами.

В клане лишь трем наиболее доверенным кузнецам присваивали звание старших, дававшее доступ к особо ценным рецептам и знаниям, вроде порядка создания особых камней кратности. Высший механоид, сотни лет строивший свою карьеру в младшем клане, незадолго до бойни смог наконец-то добиться признания и получил право стать учеником одного из них. Разумеется, глава счел неразумным рисковать всеми, бой есть бой, и наставника с подмастерьем, что он готовил себе на замену, во время всеобщего рейда оставили в Двойной Спирали.Традиционный запрет покидать территорию клана на все время обучения защитил от открывшейся после поигранной битвы охоты на мастеров — про его новый статус за пределами Дома просто никто не знал.

Боли дети Великого Механика не чувствовали, к телепатии были невосприимчивы, предавать не умели, поэтому враги, жаждавшие наложить лапу на накопленные богатства и избавиться от конкурента, даже не заморачивались допросами, просто ликвидируя всех, отклонивших требование о «сотрудничестве». Наотрез отказавшегося делиться секретом старшего кузнеца ликвидировали почти сразу после разгрома на Кейдане, а подмастерье, перешедший в главный Дом из младшего меньше цикла назад и по жесткому укладу мехов не вылезавший из мастерской из-за подготовки к сдаче допусков, никого не заинтересовал. Именно тогда будущий глава начал готовить свой план, без спешки и риска. Он не был злопамятен, как думали некоторые, просто не умел ничего забывать…

Фенрин, старший тренер Дома, эмоциональный волколюд, давний друг главы, бурно радовался каждой вспышке: его ученики один за другим выходили победителями из схваток.

Крамр, тоже выходец с Фрина и первый ученик Тригра, покачивал головой. Мех очень комично выглядел с этой, перенятой от каких-то органиков, привычкой, но ближайшие соратники давным-давно знали, что подобное означает крайнее недовольство: глава службы безопасности клана уже понял то, что на радостях не смог сообразить вообще-то далеко не глупый зверолюд, просто пришедший из слишком развитого мира.

Их Дому предстоят непростые времена. Многие наивно считают, что Владыка Меняющихся Миров удовлетворился реформами и большой чисткой Двойной Спирали, но один из самых старых хаоситов знал, что им не позволено и никогда не будет позволено почивать на лаврах. Клан, собравший так много секретов Игры, не мог остаться без внимания Господина. Осталось понять, что именно означает знак, присланный Владыкой Хаоса со странным человеком. Механоид был не силен в знамениях, но прекрасно видел, как тревожно мерцал сигнал неофита, для которого этот Турнир должен был стать легким упражнением. Тригр почти не сомневался, что это было очередным знаком Господина, и, возможно, выражением недовольства.

Впрочем, и без Его знамений было понятно, что они страшно ошиблись. Перестарались, не имея опыта руководства сильным Домом. Практически все огоньки ярко вспыхивали, символизируя победу в дуэли. Завтра же, как только выйдут первые обзоры, ни у кого в Двойной Спирали не останется иллюзий по поводу организации, располагающей таким количеством подготовленных боевиков. Время, когда удавалось лавировать между группировками, изображая из себя безопасных технарей, подошло к концу.

Закончилось куда раньше, чем Мулы успели подготовить достаточно полководцев и определиться с союзами. Это было совершенно очевидное слабое место, в которое в ближайшее время и придется удар. Им предстоит тяжелейшая схватка за свое место в когорте средних кланов Игры. Далеко не все там были по праву, заняв хлебные места благодаря удаче и прошедшей войне, но терять завоеванное не хотел никто. Они и станут первыми противниками мехов благодаря общности интересов, а Великие Дома будут благосклонно поглядывать на разгоревшуюся возню, снимая с нее сливки и не спеша с выбором.

Прямого столкновения Тригр не опасался — больше сотни подготовленных бойцов нанесут неприемлемый ущерб любому Дому, чем с радостью тут же воспользуются его конкуренты. Мулов ожидало другое: внезапные нападения изгоев и неустановленных наемников на конвои, вызовы самых ценных сотрудников на дуэли по любым поводам, прочие мелкие и не очень неприятности, медленно, но верно подтачивающие запасы зелий и карт. Если в единичном сражении хорошо подготовленный Игрок вполне может противостоять начинающему полководцу, то в затяжной серии схваток почти не имеющий отката отряд дает решающее преимущество... Обмен ударами истощит запас зелий и важных кратных карт за считанные месяцы.

Сегодня им предстоит не праздновать, а собирать воедино все ресурсы Дома и заключать непростые договоры с независимыми кланами и группами наемников. Шансы на благосклонность Совета Старших появятся лишь после успешного отпора.

*****************

Тренировочная арена, несколько дней спустя…

Лекс совершенно не понимал, зачем он потребовался сейчас, с его нынешней пародией на отряды. Владыка был щедр, и победившие более сильного противника на этом Турнире кроме обычного отката всех использованных карт получили приятный подарок — восстановление заряда потраченных кратных карт. Увы, эти правила не распространялись на потерянные войска.

Открыв Книгу, хаосит узрел ожидаемо грустную картину. Более-менее сохранили свою боеспособность лишь Длинные луки, понесшие небольшие потери только под конец боя, когда был убит державший щит Потомок Ёрмурганда, да большая часть Ядовитых хамелеонов были готовы служить своему предводителю. Еще с ним остались две Валькирии из трех и неинтересный противнику провидец. Остальные подотряды уничтожены полностью. Восстановление таких потерь требовало почти шести малых циклов, поэтому Лекс достаточно спокойно отнесся к вызову на учебный бой.

Неприятной чертой Часа величия оказалась выяснившаяся еще в первых тестах особенность: карта уходила в откат даже в тренировочном поединке. Из-за этого механик, регулярно расходовавший карту в проводимых главой тестах, всегда носил с собой личный подарок Тригра — камень обновления, позволявший воспользоваться Часом в случае опасности, — и собирал деньги на собственное Колесо. Временами он даже жалел о решении потратить офицерскую квоту на расширение отряда. Да, в итоге выигрыш в силе был куда больше, чем от любых золотых карт, но вот после подобных сражений, даже откатив карту, механик оставался у разбитого корыта.

Если бы не удачное стечение обстоятельств — милость Смеющегося Господина и перезарядка Активатора ящером в конце боя, позволившая сразу забрать сильнейшие карты Ишщера, — Лексу пришлось бы быть ну очень осторожным в ближайшие месяцы, поскольку цены на взлом Активаторов после Турнира взлетели до небес, а внутриклановая очередь к высшим механоидам растянулась почти на большой цикл.

Остаток дня он по совету опытных коллег провел, распределяя полученные сферы силы, сортируя добычу и моделируя всевозможные связки с учетом новых карт. Слава Хаосу, что списки противников являются строжайше охраняемой тайной Игры...

Знакомые голоса отвлекли от мыслей о трофеях — оказалось, что незаметно для себя он уже добрался до учебной арены. В коридоре рядом со статуей юноши ждали глава и старший тренер, в принципе, логичное сочетание, не будь сведения о Часе величия персональной тайной Тригра. Похоже, теперь уже бывшей тайной.

…Стоя перед остатками отряда, Лекс отчаянно пытался понять, чего же хочет от него наставник. Благодаря штатным тренировкам в клановом доме он уже успел немного привыкнуть к его своеобразному стилю — никогда не давать подсказок, пока ученик сам не решит большую часть задачи или не отчается.

Семь щитов в сочетании с трофейным зельем Четырех стихий, временно повышающим сопротивление базовым силам природы, и Доспехом лесного кота давали отличную защиту, но явно недостаточную, чтобы как-то пережить объявленную тренером связку из Блуждающей звезды Шатры, Летающих мечедисков Ламаля и Семян Смерти. Если от первой хотя бы был шанс уклониться (реализованный только с четвертой попытки), от второй — подставить вместо себя любых живых существ, то третья карта убивала его сквозь всю защиту...

В последней тренировке механик воспользовался доставшимся от ящера «скакуном». Нормально управлять Рогатой жабой он не научился, но и беспорядочного прыжка вполне хватило, чтобы уйти из зоны поражения Звезды. А дальше на помощь пришло другое замечательное свойство призванного существа — лишившись наездника, Рогач застыл на месте, подставившись под удар одного из Мечедисков. Призванный Птеродактиль принял на себя второй… Увы, Семена Смерти всё расставили по своим местам — легко обогнув умирающих животных, они дружно ударили в Семь щитов, отшвырнув иссушенное некровзрывом тело Лекса: летающие хранители срабатывали слишком близко к владельцу, а защиты от магии Смерти у него не было.

Однако пережить две атаки из трех уже было каким-никаким успехом, поэтому ученик удостоился подсказки: «Используй отряд». Очень странный совет, учитывая состав выживших после Турнира воинов.

Подставить под удар Лучников? Их много, но как обмануть Семена, в отличие от тупых Мечедисков врезающихся только в жертву? Чем могли быть полезны Хамелеоны, механик в принципе не представлял. Попросить благословения у Валькирий? Сомнительно, что даже на золотом ранге их заклинания поддержки смогут соперничать с редкими золотыми картами...

Кстати о ранге — Игрок только сейчас заметил очередное повышение, заслуженное отрядом. Первые бронзовые звездочки удалось получить в одном из конвоев, когда он призвал отряд под прикрытием главы клана, решившего, что будет неплохо дезинформировать чужую разведку, благо Лучники были достаточно универсальным подотрядом, а экспертов, способных разглядеть тип стрелков под туманом Дыхания мáри, не было и в помине. Теперь несколько лучников щеголяли уже двумя звездочками, а по одной было практически у каждого — повезло столкнуться с почти бесконечным роем мелких уродцев, против которых стрелы, щедро выдаваемые Тригром, оказались идеальным решением. Жаль только, что половина заработанного отрядом эмбиента, полагающаяся полководцу, из-за особенностей Часа величия частично терялась, и особенно сильно — на низких уровнях Игрока.

После Турнира свои первые звездочки заработали и две выжившие Валькирии. Механик, кстати, совершенно не понимал, почему эти войска Тригр так высоко оценил в свое время (впрочем, как и сам выбор отряда для апгрейда). Пополнение щита, конечно, крутая фишка, но если сравнивать их с другими уже виденными подотрядами, то Лекс предпочел бы любого из «конкурентов». В конце концов, именно яд Жреца убил ящера. Защитой бой не выиграешь, она хороша для отряда, спасение Игрока — в подвижности, как многократно подчеркивал наставник. В остальном, слишком уж беден спектр заклятий Валькирий, по крайней мере, на начальном этапе, и даже их всезнающий глава не мог подсказать, где же искать новые руны для столь экзотического подотряда. Вот что из их заклинаний может помочь, например, сейчас, когда до конца перерыва осталось полторы минуты?

Лекс рефлекторно открыл список заклятий, потом способностей и замер… Там появилась новая строка. Получается, их набор расширяла каждая звездочка, а не только достижение серебряного и золотого рангов? Крайне приятный сюрприз!

Милость Фрейи — шестьдесят тиков, чудовищное для боя время. Что же там может быть? «Валькирии могут гостить в Фолькванге у своей матери, подруги и предводительницы вместо других бойцов, пока не пройдет их время».

Описание казалось бессмысленным набором слов, но что он терял, попробовав? Активировав заклинание, хаосит едва не запрыгал от радости... Не требовалось много ума, чтобы понять: небольшой список, возглавляемый Потомком Ёрмурганда, представлял возможность воскресить кого-то из отряда, обменяв его на деву войны. Та отсалютовала мечом своему предводителю и начала медленно таять.

— Валькирия серебряного ранга в силах защитить отряд практически от любых ментальных атак, а ученик Хеймдалля на золотом ранге сможет проложить Призрачный мост для одного из подотрядов в любую точку арены независимо от рельефа. И это только то, что известно мне. Правда, тебе это пока не грозит: Час величия — учебная карта, и развитие ее подотрядов ограничено первыми тремя звездами, — раздался насмешливый голос тренера, вогнав ученика в краску. Привыкнув иметь дело с механоидами, он совершенно забыл, что для волколюда его мысли могут быть открытой книгой.

— Сколько сфер ты вложил в самосознание? — последовал еще один неожиданный вопрос.

— Сегодня две, всего шесть, — резкая смена темы опять застала механика врасплох. После боя у него был непростой выбор на Возвышении, так как вместо привычных трех сфер ему даровали четыре.

— Мало, — огорчил Элекзара Фенрин. — С имеющимся набором карт можешь за одно серьезное сражение взлететь на пяток уровней разом и захлебнуться в эмбиенте. Сейчас для тебя это главная опасность. Если не будешь, конечно, делать глупостей наподобие той, что сотворил перед Турниром, активировав Час величия на Арене ДО определения противника и перейдя в ранг полководцев, из-за чего тебя и оценили как обладающего двадцать второй ступенью. Ящер просто спас тебя своим идиотским вызовом и похвальбой. Любая «двадцатка», получив такой подарок судьбы, убила бы сразу, пока ты неподвижно стоял на открытом месте, дожидаясь формирования змеиного кольца. Начинать надо было с тумана, на бегу, петляя как заяц. Ладно, слушай следующее задание…

*****************

Интерлюдия. Двойная спираль, кабинет главы клана

— Будет время, будет толк, — кратко отчитался старший тренер Дома по итогам занятия. — Но учить ты до сих пор не умеешь. Ученик должен верить наставнику, а не сомневаться в его решениях. Одного не пойму, что мешало тебе передать карту хотя бы Бул'Тиру? На своем двенадцатом уровне тот ведет бой лучше, чем некоторые наши «двадцатки».

Волк был близким другом своего главы и, похоже, немного обиделся из-за ненужной, с его точки зрения, секретности.

— Наш Господин дал карту тому, кому дал. Тебе мало урока, который Он преподал каких-то меньше двадцати циклов назад? Я свой усвоил еще после Кейдана. Мы не избежали той войны, нам лишь дали отсрочку. И даже прислали знак, что она заканчивается, который мы не поняли.

Фенрин пожал плечами. Механоиды слишком остро ощущали связь со своим творцом и, оказываясь в Двойной Спирали, всего лишь меняли объект поклонения. Он относился к этому проще. У хищника не бывает хозяев, только вожаки. Волк многому научился в Игре, но не покорности. Свою судьбу он всегда выбирал сам, с первой схватки, и, как надеялся, до последней. Практик, от зубов до хвоста, волколюд искренне недоумевал, какой смысл в поисках чьей-то воли, если в бою ты все равно остаешься с тем, чем владеешь. От карт до умений. Впрочем, старший тренер Дома привык к тому, что изыскания друга обычно приносят немалую пользу, хотя в данном случае тот, похоже, залез в ненужные дебри.

Изучение базовых свойств отрядов — дело, конечно, хорошее, но сведений о большинстве подотрядов в их изначальном состоянии и так хватало, он бы не стал держать в запасе хорошую карту ради теоретических исследований. Апгрейд же вообще оказался ошибкой: за потраченные деньги вполне можно было купить несколько по-настоящему хороших золотых карт, в то время как приобретенные подотряды сейчас с трудом тянули на два-три эквивалента. С другой стороны, если мелкий протянет несколько десятков циклов и сумеет прокачать войска — они как раз на соответствующий уровень и выйдут.

Нестандартный по современным временам ранг Часа величия — обычный — позволял использовать для него простые камни обновления вместо золотых, что тоже вносило свой вклад в рентабельность. Учитывая, что клан не планировал воевать в ближайшие десятилетия, вложения, наверное, окупились бы. Вот только они облажались. Да, именно облажались — Фенрин предпочитал обманывать врагов, а не себя. У них больше нет времени в запасе, и надо думать, как извлечь максимум пользы сейчас. Если у Смеющегося Господина действительно есть какие-то планы на этого фокусника — пусть сам его побережет.

Глава 7. Дуэлянт

Два с половиной малых цикла спустя…

Лекс вышел в непривычно тихий холл. Хаоситу глупо ждать стабильности, но события последних дней вообще неслись галопом, и началось все с Турнира.

Только сейчас он начал понимать, как же ему повезло — девять лет практически расслабленного существования с размеренной работой, тренировками, регулярным отдыхом… Сколько же в нем еще глупой наивности! Услышав сообщение о грядущей войне, стажер поначалу даже обрадовался шансу быстро прокачать отряды, глупец. Да что он… Куда более опытные Игроки средних рангов, еще не отошедшие от адреналина и эмбиента турнирных боев, едва ли не приветствовали новость.

Первый месяц, казалось, подтверждал их оптимизм. Бойцы неплохо справлялись с охраной, а звезда Бул'Тира и вовсе за один конвой заработала больше тридцати тысяч дайнов, принеся головы тройки изгоев Совету Старших. Это в двадцать раз больше, чем доставшиеся им призовые — процент от взятых с нападавших трофеев. Не повезло только молодому меху, недавно принятому в клан — купленные на разбор «убитые» машины оказались заминированными.

Лексу, заваленному ремонтными работами, поучаствовать в боях не довелось. Зато он узнал еще один секрет полководцев: существование карт временного обмена подотрядами. К его изумлению, арендовали не Потомка Ёрмурганда и не бойцов, а Ученика Хеймдалля. Поиск скрытой засады оказался куда ценнее в походах, чем атакующий подотряд, которых, судя по переданным ему Гончим, у полководца хватало.

Первая ласточка грядущих бед прилетела спустя цикла полтора, когда в дело вступили по-настоящему серьезные команды наемников, выжидавшие новых поставок зелий после Турнира, апгрейда своих колод — и собранных в деле данных. Тогда впервые в истории Дома в Зале ожидания погасла целая звезда. А еще спустя день звякнула Книга, сообщая о прекращении аренды провидца в связи с его уничтожением. И хотя никто из Игроков не погиб, старший тренер клана, до этого не вылезавший из конвоев, теперь безвылазно сидел в Двойной Спирали, нещадно гоняя учеников, дружно взмолившихся о скорейшем восстановлении его подотрядов. За это время потери были еще у двух звезд: едва ли не на четверти активно использующихся Мулами зон прибытия и отбытия «внезапно» появились пиратствующие отряды, по «странному» стечению обстоятельств выбиравшие именно конвои с их участием.

Заказчики поняли намек, и список контрактов сократился до застрахованных перевозок малоценки, каждой из которых приходилось теперь организовывать боевое сопровождение, иногда даже с привлечением наемников. Казначей ходил мрачнее тучи: для сохранения клиентов Дом работал себе в убыток. Однако худшим было не это. Четыре дня назад всем пришел приказ о переходе на казарменное положение — уже вторую неделю практически каждый день на дуэли погибал кто-то из соклановцев, несмотря на категорический приказ главы не ввязываться в конфликты и не отвечать на вызовы, даже если это будет грозить серьезной потерей репутации.

Вот и сегодняшний день, похоже, был не из радостных.

Лекс в меру своей памяти попытался понять по индикаторам, кого же не досчитались теперь. В очередной раз сдался и обратился к спискам. Да не может быть! Ди'Лан?! После того совместного выхода они неплохо поладили, если это можно так назвать. Один из немногих людей в клане, немногословный, нелюдимый и невежливый, на следующий день после возвращения конвоя, прикрытого по официальной версии «фальшивым полководцем», он нашел механика, сказал, что не забудет, и пропал из виду на восемь лет. Второй раз боец подошел после Турнира. И также немногословно, буркнув «щас начнется», вручил серебряный Покров заступницы, стоивший в Двойной Спирали куда больше, чем жизнь обычного Игрока...

Странно, его звезда, которую он возглавил несколько лет назад, вроде бы находилась на отдыхе, ожидая отката карт. Опять дуэль?

Браслет тихо звякнул, заставив механика похолодеть то ли от нехорошего предчувствия, то ли от предвкушения. Ему до смерти надоело день за днем копаться в мастерской, но готов ли он был воевать? Неужто его возьмут в боевую звезду?!

Поразительно, но на месте главы за его огромным столом-верстаком из метеоритного железа сидел Фенрин, смотревшийся за ним также естественно, как балерина в шиномонтажке.

— Ага, примеряюсь, — злобно прорычал волколюд. — Такими темпами недолго осталось: на дуэли твой покровитель. Что требовать от рядовых бойцов, если глава и офицеры изображают из себя Шепчущего? Не хочешь себя попробовать в роли клоуна? Сменить амплуа, так сказать?

Хаосит, видя взбешенного полководца, предпочел уставиться в пол... Он бы вообще выбежал из кабинета, но говорят, к волкам не стоит поворачиваться спиной.

Неожиданно в кабинете раздался хриплый лай, означавший смех...

— А некоторые бы выбежали, забыв обо всем. С самообладанием у тебя хорошо, а вот с техникой мыслезащиты — отвратительно. Слетает при любом волнении, — тренер неодобрительно покачал головой и опять мгновенно сменил свой настрой: — Сколько раз в день тренируешь?

— Три. Вы говорили, больше не стоит, — Лекс уже догадывался, что последует за этой фразой, но дела с защитой от ментального считывания у него действительно обстояли плохо: хотя он активно тренировался последние лет восемь, никак не мог продвинуться дальше базовых техник. А вложенные недавно сферы силы ожидаемого прорыва так и не дали, прям как будто каменная стена стояла!

— Зайдешь к алхимику за дополнительным курсом. Жить хочешь — потерпишь! — от эмпата не укрылась реакция человека, которому каждый прием обеспечивал минимум два часа сильнейшей тошноты, приправленной почти полностью лишающим ориентации головокружением.

Увы, в клане механоидов с наработками в этой сфере было грустно ввиду низкой востребованности. Если эффективность кое-как подтянули до приемлемого уровня, то побочками никто даже не заморачивался.

— Я не шутил насчет дуэли, — продолжил меж тем Фенрин. — Один из наших врагов слишком наследил, дав повод главе вызвать его на арену, обратившись в Совет Старших за правосудием. Противник слишком расслабился, недавно став владыкой, да и отказаться в таких условиях от боя не смог. Если мы не ошиблись с оценкой сил, Тригр и эмбиент запишут себе на счет очередную победу... Точнее, эмбиент и Тригр. Ну, или его запишут, ибо владыка есть владыка. Но если все пойдет по плану, через пару часов мы будем отмечать победу в Доме Чаш. В отдельном зале, разумеется. И ты из него выйдешь. Пьяный и веселый. Что у тебя с отрядом?

— Основные боевые подотряды в строю, из важного нет только Ученика и Психопомп. И Валькирий будет только две.

— Ага, значит, решил воспользоваться новыми возможностями дев, — одобрительно кивнул наставник, быстро прикинув время, необходимое для подобного восстановления войска. — Ну да ладно, в принципе, по задумке Час величия тебе понадобиться не должен, но все равно карту откати, камень тебе выдадут…

Фенрин придумал неплохую ловушку, но Лекса ощутимо потряхивало, пока он шел собираться. Слишком много допущений при минимуме информации. Большинство погибших соклановцев были достаточно хладнокровными Игроками, чтобы не поддаваться на провокации. И достаточно подготовленными, чтобы хоть одному из них в бою улыбнулась удача. Увы, на сегодня не было ни одного выжившего на дуэли и ни единого сообщения от них перед нею.

Последним на охоту вызвался непробиваемый Ди'Лан, снабженный таким комплектом арендованных карт, что был способен победить начинающего полководца. И час назад пришла весть о его гибели. Офицеры клана не сомневались, что речь идет о карте принудительного вызова, но статистики результатов это не объясняло даже с учетом возможного запрета на арендованные карты, а значит, вызов на дуэль шел с каким-то хитрым условием. В Игре встречаются необычные карты, но они редки, и каковы могут быть их особенности, предвидеть не мог никто.

Все карты принудительного личного вызова имели одно базовое ограничение — они безоговорочно действовали либо на равного, либо на старшего по рангу. Остальные получали лишь предложение.

И теперь у Лекса с алхимиком было два часа, чтобы загримировать его под одного из торговцев клана, и кратная карта Фальшивый Медальон для имитации четырнадцатого уровня. Вряд ли нападающий окажется ниже «пятерки», в теории механику вообще ничего не грозило… В теории.

*****************

Вечер того же дня, Дом Чаш

Лекс несколько секунд стоял перед дверью, собираясь с духом и проверяя, все ли сделано правильно, после чего пошатываясь направился в сторону уборной, изо всех своих невеликих актерских способностей изображая пьяного. Немного пошумев водой и умывальником, довольно посвистывая, вернулся в общий зал, неспешно обвел его слегка посвежевшим взглядом… и остолбенел.

Прямо напротив их комнаты за одним из столиков сидела Аля! Смотрелась потрясающе, и …шестой уровень! Отличный старт!

Механик на секунду замер, не решаясь подойти к столь удачливой сокурснице. Только Слепец знает, сколько бы еще он колебался, не поверни девушка в его сторону голову. Все мысли о ловушке вылетели из головы: она явно узнала его и улыбнулась. Даже помахала рукой, кивнув на свободный стул у своего столика.

Стараясь выглядеть как можно увереннее, хаосит гордо помахал ей в ответ рукой с браслетом своего клана и, сделав заказ коктейля мгновенно попавшемуся на глаза официанту, пошел к своей подруге. Уже садясь, мысленно взвыл от ревности и осознания ужасного факта: он же с чужим лицом и ступенью Медальона! И девушка махала не ему, а этой канцелярской крысе… Что их связывает?! То, что связь была, Лекс даже не сомневался — что ей иначе здесь делать одной? Вдобавок, Аля сразу наклонилась к нему, и отнюдь не так, как наклоняются к малознакомым, ласково забросив руку на шею.

И тут же перед глазами вспыхнуло уведомление о вызове на дуэль с его узнаваемыми кроваво-красными буквами…

*****************

Интерлюдия. Ассасин

Ор'Сати терпеливо сидел в таверне, потягивая вересковый мед. По семьдесят дайнов за чашку. Теперь он мог себе это позволить.

Все расходы по камням кратности взял на себя неизвестный заказчик, выдавший ему древнюю карту Рукопашной схватки. За это он, правда, забирал себе Активаторы и половину трофеев из Книг. Но даже того, что оставалось гигантскому медведю после каждой дуэли, хватало, чтобы за неполный десяток дней он стал богаче минимум на восемьдесят тысяч дайнов. И это не считая главного: тех карт, что он решил оставить себе, а не продавать. К сожалению, охота занимала слишком много времени, поэтому далеко не все трофеи еще были распроданы или обменены, но сейчас время — деньги. Огромные деньги.

Каждый камень кратности, увеличивающий заряд древней карты на единицу, стоил в клане, специализирующемся на созидании, около семидесяти тысяч дайнов, и «работал» всего сутки. Его еще и не каждому продавали. Если в первые дни медведю удавалось использовать каждую попытку, то предпоследние три камня ушли в никуда, и Ор'Сати совершенно логично предполагал, что заказчик в любой момент может отменить ставшую фантастически дорогой охоту. Или могла разрушиться карта, ветшающая с каждым применением камня. Слава Зеленоглазому, что это была одна из древнейших — нынешние разваливались после трех-четырех подобных улучшений. Впрочем, окажись такая карта современной, она наверняка была бы золотой, к которым конкретно эти камни кратности неприменимы. Хотя ходили слухи, что когда-то существовал Дом, способный создавать камни и для золотых карт, но был разрушен по воле недовольного этим Смеющегося Господина.

Поэтому сегодня, наплевав на торги, Игрок безвылазно сидел рядом с выходом из зала, где железяки с прихвостнями праздновали какую-то победу их главы… Или заливали горе от встреч их соклановцев с Ор'Сати. Или всё вместе.

Он верил в свою удачу, повернувшуюся к нему лицом, начиная с последнего Турнира, где медведю с его одиннадцатью уровнями досталась жалкая «девятка», которая смогла лишь верещать и прятаться, увидев своего противника. Карт с нее перепало всего ничего, но в сумке валялся амулет Синдиката убийц, позволивший ему наконец-то найти на них выход. И вот первый же заказ сделал его богачом. А сейчас, под стакан меда, ему в голову пришла просто гениальная идея: что мешает, когда заканчивается время действия камня, вызывать на бой первого попавшегося Игрока побогаче, чтобы хоть немного его окупить? Он даже согласен отдавать большую долю с «пустых» жертв заказчику, лишь бы охота продолжалась. До двенадцатого уровня ему осталось всего ничего…

Хаосит уже начал подбирать себе новую цель, но судьба, оценив его старание, сделала очередной подарок: дверь открылась, и из нее вывалился пьяный двуногий, с отчетливо видимым браслетом Мулов. Четырнадцатый уровень — лучше не придумаешь: и карты вкусные, и опасности еще немного.

До туалета, куда направлялся двуногий, ему оставалось буквально с десяток шагов. Ор'Сати не стал терять ни секунды: стоило хлопнуть двери и он использовал Колесо обновления на Последнюю мечту. Его собственную, редкую карту, как будто специально рассчитанную на его вид: она показывала, как выглядит та или тот, о ком мечтает его жертва. «Поэтому и называется "последняя"», — хмыкнул медведь-оборотень, умеющий принимать любой известный ему человеческий облик. Он неплохо изучил на практике, как в такой ситуации теряют осторожность его жертвы.

Увы, негромкий стук падающего стула, которым убийца пытался привлечь внимание цели, увяз в тишине проклятого зала. Кто-то из соседей изумленно посмотрел на пьянчугу, в долю секунды превратившегося в симпатичную девушку, но вовремя сообразив, что подобное любопытство до добра не доводит, мгновенно отвел взгляд и не мешкая направился на выход, стараясь не поворачиваться спиной.

Впрочем, дверь в туалет быстро открылась и дальше все пошло как по нотам. А девка-то хорошо зацепила будущего трупика! Неплохая партия для шестого уровня. Ну, пусть порадуется напоследок…

*****************

Лекс изумленно переводил взгляд с красной надписи на Алю. Алю, сквозь облик которой уже проступали черты жуткой медвежьей рожи, изображенной и на портрете Игрока. К счастью, его оппонент тоже был чем-то изумлен.

Наконец-то свое взяло загодя выпитое Холодное сердце — это зелье, к сожалению, срабатывало лишь через несколько секунд после появления эмоций, а не блокировало их заранее. Впрочем, это уже было неважно: взгляд механика уцепился за мерцающие буквы. Похоже, сосед пытался отозвать вызов, но это у него не получалось.

«Принять», «Отказаться», «Принять с поправками» — тут все понятно. Лекс, досадуя, на свою глупую реакцию, заставившую потерять время вместо изучения действий противника и едва не провалить план, перевел взгляд, ниже. Бюрократ, в отличие от него, времени даром не терял:

«Условия дуэли:

Арена "Октагон" — сменить арену.

Подготовка: нет — сменить: 5 тиков / 10 тиков / 30 тиков / 60 тиков.

Запрет на зелья — убрать.

Запрет на личные карты — убрать.

Запрет на личные серебряные карты и их эффекты— неотключаемый.

Запрет на личные золотые карты и их эффекты — неотключаемый.

Запрет на личные уникальные карты и их эффекты — неотключаемый.

Запрет на арендованные карты и их эффекты — неотключаемый.

Запрет на стрелковое оружие — неотключаемый.

Запрет на технооружие — неотключаемый.

Запрет на артефакты — неотключаемый».

Механик задумчиво перевел взгляд на взбешенного медведя, также увидевшего его истинный облик.

— Тебе повезло, щенок, но я тебя еще отыщу... Может, сразу примешь вызов, чтобы не мучиться ожиданием?

Оборотень, уже разобравшийся в ситуации, просто хамил и ждал, когда истекут обязательные тридцать секунд первого вызова, чтобы убрать предложение и свалить.

Лекс, собравшийся уже выбрать отказ, внезапно зацепился глазами за слово «личные», в голове мелькнули уроки Тригра… и хаосит неожиданно для себя решился поставить все на свою безумную идею, только вначале надо поменять настройки.

Медведь, не сомневавшийся в выборе своей жертвы, издал какой-то странный горловой звук, когда вместо отклонения вызова механик убрал запрет зелий с картами и выставил время подготовки на максимум, после чего и вовсе изумленно захохотал, наблюдая за тем, как низкоранговый Игрок быстро сменяет доступные арены.

Выбор был небогат, да и время истекало. Знакомых мест не было, и Лекс остановился на «Древнем амфитеатре миражей». Глубокий вздох — пути назад не будет. Если он неправильно понял ограничения дуэли… Не оставляя времени себе передумать, а врагу среагировать, нажал «Принять».

Оказавшись на арене, механик первым делом активировал Час величия. Успешно! Только теперь Игрок до конца прочувствовал, как сильно рисковал. А еще он так и не сумел до конца понять, что же подтолкнуло его к такому решению: то ли ненависть к убийце соклановцев, то ли злость за обманутую надежду.

Перенос произошел также быстро, как и в учебных боях, и теперь Лекс отчетливо видел противника, стоявшего на другом конце поля, размером с три взрывбольных, с чудными домиками на нем и разделенного пополам прозрачной стеной. Перед глазами таял счетчик времени.

К его удивлению, золотые карты по-прежнему светились в Активаторе, но что там говорил Тригр? Кажется, в таких случаях их использование просто приводит к откату вхолостую.

Сердце пропустило удар, когда Лекс попытался призвать первый подотряд, и тут же забилось чаще — все работало! Противник тоже отошел от изумления, и вызывал что-то. Лекс успел активировать щит и доспех, закинуть в себя все нужные зелья, перезарядить Активатор и на последних, истекающих секундах написать несколько строк сообщения клану:

«Медведь-оборотень, Ор'Сати, 11 ур., принудительный вызов на рукопашный бой, небольшая арена с запретом всех личных карт, зелий, стрелкового и технооружия. Выглядит как любимая».

Может и зря, но в этом бою он чувствовал себя совершенно уверенно. Все призванные войска стояли наготове: Лучники и Валькирии укрылись за щитом воскрешенного жертвой одной из дев Потомка Ёрмурганда, Жрец затянул молитву, призывая силу в и так почти полный алтарь, Берсерки грозно бряцали оружием за пределами змеиного кольца, а Хамелены и несколько успевших восстановиться Саблезубых крыс спрятались в невысокой траве.

Последний заряд Дубовой коживызывал нездоровое хихиканье, ставшее уже талисманом, вместе с трофейной Аурой теней, укутавшей хаотично двигающимися тенями, он должен был подстраховать в ближнем бою. В доставшейся от Ишщера безразмерной сумке хранились стрелы еще на десять залпов для Лучников. Отрядная карта Ускорения, полученная от клана, как и ожидалось «молча» ушла в откат, зато все атакующие обычные карты, свои и доставшиеся от ящера, были полностью готовы к бою.

Увы, Дыхание мари с его туманом тоже было серебряной картой, поэтому приготовления не удалось укрыть от противника, сразу же бросившегося, стоило таймеру погаснуть, в одно из странных сооружений, что были хаотично разбросаны по полю.

Стена красиво осыпалась, тая в воздухе, и опытный Игрок преподнес наглой «пятерке» жестокий урок: так безобидно смотревшиеся будочки оказались телепортами, один из которых горе-полководец необдуманно включил внутрь своего щита. Да еще и встал прямо перед «черным входом», подставив спину. Жизнь Лекса спасла только помешавшая врагу точно прицелиться аура — Темное пламя, конусом вырвавшееся из жезла, зацепило лишь краем. Последовавшая за ним Молния, будто эхо прошлого боя, убила закрывшую вождя собой Валькирию, но оставшаяся воительница сумела перехватить Ор'Сати и связать его боем на бесценную пару секунд.

Лучники дружно послали стрелы в противника, но те, не пролетев и пары шагов, кувыркаясь, рухнули воинам под ноги — сработал запрет на оружие дальнего боя. Стрелки, лишились возможности атаковать, повинуясь приказу своего господина, окружили его плотной стеной, чтобы своими жизнями купить ему еще немного времени, пока Среднее зелье лечения пыталось вернуть подвижность тем головешкам, в которые превратились руки Лекса, инстинктивно защитившего глаза.

Валькирия сломанной куклой полетела куда-то в сторону, но стонущий от боли Игрок уже разомкнул кольцо щита, и к врагу бросились Берсеркеры. Тот, видя, что даже со своей увеличенной Прытью скоростью до главной цели добраться не успевает, запустил Каменные шипы, заставившие охнуть и сложиться пополам нескольких лучников, накрыл всех каким-то подозрительным облаком, тут же рассеянным Жрецом, и под разочарованные крики викингов прыгнул в телепорт прямо перед впустую щелкнувшим зубастой пастью Аллидонтом.

Спустя секунду заклятья полетели с нового направления, но к счастью, противник все-таки ошибся с мишенью, пытаясь выбить наиболее опасных для него Берсерков и не придав значения сворачивающейся заново змее. Как и Лекс в своих первых тренировках, он не сообразил, что щит можно восстановить, если Потомок Ёрмурганда жив.

Главное было, замкнуть кольцо так, чтобы проклятые порталы оказались снаружи. Алхимическое зеркало прикрыло отступление, а крокодил-переросток остался поджидать врага, если тот решит повторить свой визит.

Схему боя требовалось срочно менять.

Когда Берсерки навалились толпой на Ор'Сати, тот вспыхнул Огненным кольцом и в мгновение ока из зверолюда превратился в настоящего огромного медведя, удивительно шустро передвигающегося на своих четырех лапах. Металлические пластины доспеха плотно облегали могучее тело, легкое марево намекало на наличие щита или ауры, но хуже всего были когти. Черные, слегка загнутые, они пугали отсветами знакомого всем Игрокам пламени Хаоса — Лекс в первый раз видел того, кто вместо личного оружия получил благословение Смеющегося Господина. И его бойцы очень быстро с ним познакомились: наделенные Остротой, когти легко пропарывали доспехи викингов, словно те не прочнее бумаги.

Хозяин леса не без труда, но разметал людей и скрылся в ближайшем телепорте. Лексу пришлось напрячь изо всех сил свою волю, чтобы не пустить впавших в раж Берсерков в узкую дверь перехода: по одному они медведю не соперники.

В итоге противник, хохоча, метался по порталам, легко ускользая от мечущихся за ним по полю викингов. Зрелище действительно было комичным. Только вот каждое появление Ор'Сати стоило Лексу кого-нибудь из бойцов.

Горе-полководец, искалеченный Темным пламенем, что кроме ожога вызывало ускоренное разложение живой плоти, с трудом мог заставить работать свои руки, не говоря уже о прицельной стрельбе из Активатора. Спасибо Жрецу, чьи лечебные заклинания медленно, но верно ослабляли боль, и клановой Усиленной регенерации, что вместе с собственными Малыми лечебными зельями потихоньку возвращали подвижность.

Ядовитые хамелеоны, на которых Лекс возлагал самые большие надежды в этом бою, не сработали. Неизвестно почему, но противник, увы, видел их не хуже полководца, легко перепрыгивая через расползшихся по арене гадов... и без особых усилий истребляя их по одиночке. Иллюзия, созданная Зеркалом, его тоже не обманула. К счастью, и ответные заклятья пока не доставляли особых проблем восстановленному змеиному щиту.

Валькирия, несмотря на серьезное ранение, смогла удержаться по эту сторону грани, но все еще нуждалась в лечении, и Лекс решил, что будет лучше пока ее не отвлекать.

Механик судорожно перебирал оставшиеся в его распоряжении карты, пытаясь придумать хоть что-то. Хамелеонов он заставил собраться плотной кучей и окружить ближайшие переходы, сокращая врагу свободу маневра. Пытаясь уловить схему перемещений противника, внезапно вспомнил о Саранче, у которой к счастью еще оставалась пара зарядов. Медведь явно не сообразил, что это такое, но больше в том секторе не появлялся.

Неожиданно полезной оказалась трофейная карта, от которой хаосит вообще не ждал помощи в этом бою — еще сразу три телепорта заблокировало Неприметное болото, в котором Ор'Сати, пытавшийся контратаковать, на время увяз, схлопотав Огненную стрелу, в сполохах которой красиво вспыхнул и рассыпался пеплом неизвестный щит. Правда и его ответная атака заставила материться Лекса на тех, кто включил Шаровую молнию в обычные карты: зависший над головой змея гудящий шарик начал с удручающей регулярностью посылать в того ослепительные электрические вспышки. И насколько хватит заряда у этого стихийного бедствия, было не ясно. Пришлось отвлекать деву от лечения, чтобы на всякий случай подпитывала щит.

Когда медведь выскочил в очередной раз из портала, Лексу удалось натравить на него Призрачные огни. Они хоть и были быстрее викингов, но все равно не успевали догнать свою цель, зато вынудили противника спешить и первыми находили его, когда тот появлялся. Только этого все равно было мало: моторика рук восстанавливалась слишком медленно. Пальцев же он не чувствовал вовсе. Пальцев, столь нужных для его любимых фокусов. Да! Фокусов!

Кондор и разведчики-Крысы исчезли одновременно в нескольких телепортах, и хотя половина сразу погибла, остальные показали, наконец, Элекзару внутреннее устройство портала, представляющее собой единый зал со множеством выходов. Сценический раб, так долго и бесполезно провалявшийся в запасе, потащил туда реквизит. Через несколько секунд из перехода вылетело его разорванное тело, но следом, чихая и кашляя, из сочащегося дешевым вонючим дымом портала вывалился и сам оборотень, как всегда усиливший перед боем свое обоняние. К следующему нырку сработали хлопушки.

Дезориентированный, оглушенный, зверь наконец-то выпрыгнул недалеко от оставшихся викингов. Разъяренные неудачами и унижением, воины буквально завалили его телами, и фокусник все же сумел навести на противника Активатор, от души полив сектор Серебряными шипами. Описание карты не обмануло: оборотень забился в судорогах, и опять отличился Жрец, добив врага своими призрачными змеями.

Глава 8. Милосердие Игроков

Дом Чаш, комната для переговоров

— В следующий раз, если ослушаешься приказа, я тебе обе шкодливые руки вырву... И Двойная Спираль мне ничего не сделает, ибо вырву для твоего же блага, идиот! — склонившийся над Элекзаром зверолюд выглядел по-настоящему разъяренным. Только откровенно плачевное состояние, похоже, спасло механика от настоящей трепки. — Ты чудом выжил на Турнире и возомнил себя героем? А знаешь, скольких недосчитается клан, потому что мы не смогли вычислить заказчика, мститель?!!

— Остынь, — неожиданно остановил соратника Тригр, — ничего бы мы не узнали. На медведе был проклятый забвением амулет. И стабилизирующее заклинание, которое можно было отозвать в любой момент. Поединщику стерли бы память сразу после раскрытия, уверен, наблюдатель всегда был где-то рядом.

— Пошевели пальцами, — переключил свое внимание на лежащего на диванчике проштрафившегося подчиненного механоид.

Лекс, у которого по мере спада эмбиентовой эйфории почему-то опять усилилась боль, пожал плечами. Пальцы совсем перестали слушаться. Да и всё в целом начинало казаться каким-то не слишком важным. Единственное, что его почему-то интересовало, это вопрос: Аля, которую он видел, действительно жива? Показанная ему картина отражала реальность? Откуда вообще оборотень взял ее облик?

Механик тоскливо посмотрел на потолок Дома Чаш. Обычно терявшийся в темноте, в этот раз он порадовал Игрока красивейшей старинной фреской. Похоже, их представление понравилось Хозяину.

— Он взял ее с Последней мечты, — мысли ученика по-прежнему были для Фенрина открытой книгой. — Я изучил твои трофеи, пользуясь разрешением на просмотр Книги. Трофейная карта знаний показывает Игроков такими, каковы они сейчас. Так что если хочешь когда-нибудь встретиться со своей зазнобой, не делай таких глупостей. Открой рот, целители близко, так им будет легче заливать зелья, если ты отрубишься. На будущее: не спеши покидать Арену, если там есть кому лечить.

*****************

— Плохо дело? — полувопросительно-полуутвердительно обратился волк к целителю. Тот молча кивнул, продолжая что-то делать с пациентом.

— Если это было Темное пламя, почему он вообще еще жив? Огонь Инферно должен был растворить ткани и позвоночник за пару минут, — тихо поинтересовался Тригр.

— Мне обезболивать пациента или отвечать на пустые вопросы? — раздраженно, безо всякого пиетета перед полководцем ответил медик. — Я прекрасно вижу, что его лечил жрец Змеиного алтаря, подозреваю, из ваших отрядов, поэтому пострадавший и мучается до сих пор. Через минуту я предоставлю подробный отчет, потерпите.

Свое обещание он исполнил даже быстрее, прервав осмотр, едва дошел до грудного отдела:

— Парень спит, умрет без мучений, всё, что можно, мы сделали, краткий отчет в Книге, полный после вскрытия. Оплату, как я понимаю, можно вычесть из клановой страховки, это же ваш работник? — доктор с ассистентом быстро, но без суеты собирали свой инструмент и амулеты, — Если хотите его о чем-то расспросить, не тяните, скоро воздействие доберется до мозга.

— И что, никто в Двойной Спирали не сможет это вылечить? — с заметным удивлением поинтересовался Фенрин. — Это же все-таки была обычная карта.

— Дешевле четырехсот тысяч дайнов — никто, и это еще без учета возможных осложнений. У Змеиных жрецов очень своеобразная техника, не так просто к ней подстроиться, к тому же на лечение она изначально не ориентированна, а конкретно с воздействием Инферно и вовсе плохо сочетается. При такой степени прогрессирования... — врач был сильным эмпатом, поэтому неожиданно осекся и, глядя в морду волка, с нескрываемым изумлением спросил:

— Вы действительно хотите потратить сотни тысяч на «пятерку»? У вас весь фонд меньше!

Полководцы переглянулись, и спустя мгновение Книга медика тихо звякнула. Не теряя ни секунды, даже не заглядывая в сообщения, целитель выхватил из поясной сумки коммуникационный браслет и зачастил:

— Портал в третью операционную, бригаду наверх, фильтраторы, запрос в донорский фонд, алтари активировать, проверьте зелья из каталога 17, срочно закупить...

*****************

Лазарет кланового дома Мулов

Лекс тоскливо разглядывал свои трофеи... Казначей недвусмысленно дал понять, что хотя как соклановца его спасали любой ценой, Дом не собирается оплачивать ошибки и своеволие. Он по своей инициативе полез в эту дуэль и теперь может поразмыслить, во что обошлись эмбиент и своеволие.

Честно говоря, хаосит подозревал, что не узри начальство список трофеев, вполне возможно, благородства у них поубавилось бы. Впрочем, какой смысл терзаться сомнениями? Надо решать, с чем придется расстаться. Расстаться по собственной глупости, по тактической неграмотности. Едва не погибнуть с таким преимуществом… неужели стезя бойца не для него?

Торгового терминала в лазарете не было, но в ценах на карты благодаря подготовке и посттурнирным торгам Игрок более-менее разбирался. Что не знал, успел уточнить у казначея, который, похоже, держал в голове актуальную информацию обо всём хоть сколько-то ходовом. Чтобы оплатить зашкаливающее за четыреста шестьдесят тысяч лечение, ему придется продать почти всю мелочь, большую часть серебра и даже многое из золота. Увы, Дом, ведущий войну, был не в той ситуации, чтобы кого-то кредитовать, зато был готов принять любые боевые карты по рыночным ценам. Учитывая, что деньги все равно уже были потрачены, казначей, поворчав, взял и немалую часть мирных карт с расчетом на выкуп соклановцами.

Чтобы не расстраиваться по поводу отданного, Лекс предпочел сосредоточиться на том, что оставалось его...

Набором карт, сравнимым с его защитным комплектом, в клане могли похвастаться от силы несколько Игроков ближе к двадцатым уровням.

Главную роль, конечно, играл Потомок Ёрмурганда, вот только скорость применения... И мобильность почти никакая. Но зато, будучи живым существом, он позволял дополнительно накладывать на себя щит. Благодаря этому серебряный Покров заступницы стоил в данной ситуации больше иных золотых карт, так как не только ограждал от магического урона, но и на двадцать процентов увеличивал всю остальную оборонительную магию владельца, усиливая и без того одну из сильнейших защит в Игре.

Золотые Семь щитов и Доспех лесного кота, серебряный Водяной покров и обычная Аура теней давали неплохой шанс дожить до формирования змеиного кольца. В дополнение к ним полный заряд Дубовой кожи — купить новую карту не составило труда из-за ее непопулярности. Доспех хоть и критиковался всеми кому не лень, но уже трижды спас механику жизнь. Рукопашник из него получится очень нескоро, если вообще получится, поэтому на ограничение подвижности можно было не обращать внимания.

Ну и связка из Дыхания мари и Алхимического зеркала, разумеется. Замечательная серебряная карта с небольшим откатом, создавая туман, не только прятала от взора противника, но и прикрывала от поисковых карт вплоть до равного ей серебряного ранга. Выбрана и вручена лично главой Дома. А благодаря Зеркалу можно было маскировать перемещения свои и отряда, если туман будет сметен порывом ветра.

Наверное, к защите, с учетом прошедшего боя, стоило отнести и Валькирий — одна и та же дева уже дважды закрывала его собой. Жаль, ничто не смогло полностью защитить от Темного пламени — всего лишь обычной карты, но редкой мерзости: остановить вызываемое ею разложение плоти стандартные лечебные заклятья и зелья оказались не в силах, только замедлить. Самое гадкое, что трофей был еще и кратным: Лексу досталось всего два последних заряда, которые он без сожалений продал клану.

Туда же отправил и серебряный Самум, но оставил себе обычный Вихрь, улучшенный Отражением. Для того чтобы развеять ядовитый туман вокруг себя или убрать маскирующую пелену с врага его вполне хватит. Вдобавок Вихрь мог отбросить в противника легкие предметы вроде стрел и дротиков. Весьма удачная находка, если применить ее в правильный момент.

Увы, с Рогачом, Рогатой жабой, тоже пришлось расстаться. «Хватит об этом!» — тут же одернул себя Лекс. Не хватало еще тратить время на бесплодные сожаления. Ездовые карты после Фестиваля сильно поднялись в цене, поэтому позволить себе сразу две в текущей ситуации Игрок не мог. В итоге решил сохранить серебряного Шестинога, найденного в Книге Ор'Сати. Хотя скакун не обладал умением атаковать на расстоянии и преодолевать высокие препятствия, зато был намного быстрей, проще в управлении и мог перевозить заметный груз. Со стандартным откатом в одни сутки и такой же длительностью призыва он подходил механику и для сражений, и для работы.

Атакующий набор, увы, стал куда беднее, если не считать отряда, потенциал которого на сегодня тренер оценил примерно в две золотые карты, немало разочаровав этим Элекзара.

После долгих размышлений из золотых карт он все же решил сохранить Осадную баллисту. Несмотря на медлительность, стреломет, по мнению Тригра, если призвать его внутри отрядного щита или в удачном месте на отдалении, вполне мог прожить достаточно и против серьезных противников, чтобы, сделав несколько выстрелов, нанести больший урон, чем иная атакующая карта того же ранга. Глава давно предупредил, чтобы не вздумал продавать Баллисту никуда кроме клана — она могла хорошо подойти новым полководцам Дома из механоидов, так как им почти всегда в отрядах выпадали неплохие мастерские.

Последнее из оставшегося у него золота — Гигантский болотный многоног. Кажущийся слишком специфичным для повседневного применения, он заиграл совершенно новыми красками в связке с Неприметным болотом, превращаясь в идеальный капкан. К тому же, зверя можно было призвать и в море, где механик пока был очень слаб, если не сказать — беззащитен.

А вот Столб Света, как бы он ни нравился Лексу, удержать не удалось. Его рыночная цена сейчас зашкаливала по сравнению с возможностями: карта была почему-то очень популярна у Летящих.

Две золотые карты, доставшиеся от медведя, тоже ушли на продажу, но особого сожаления не вызвали: Аура мощи откровенно уступала Семи щитам, а призыв боевого существа на фоне собственного отряда был не столь важен, хотя, конечно, бесполезных золотых карт не бывает.

С серебром дела обстояли получше. Иссушение, оставленное из-за того, что оно, как и прочие полученные от клана карты, еще не было оплачено полностью, на пару с Ледяными иглами, недавно добытыми из Активатора ящера, давали шанс нанести серьезный урон даже сквозь щиты и доспехи. Очень не хватало заклятья, бьющего по площадям, но тут придется полагаться на Лучников.

Для борьбы с воздушными целями вместо продаваемой золотой Полярной грозы после недолгих размышлений Игрок решил оставить Грозовой фронт — так называлась карта, которую ящер применил против неживой стаи. ПВО лишним не бывает. В крайнем случае его можно будет поддержать Воздушными лезвиями — для обычной карты у них внушительная дальность и достаточно широкий сектор обстрела.

Лунная дорожка, хотя сама урона не наносила, была неоценимой частью связки с отрядом, выданной лично главой, поэтому ее продажа даже не рассматривалась.

Последней из серебряных карт стал Лук теней — еще один интересный трофей из Книги медведя. Судя по описанию, его можно было применять не только самому, но и вручить другому. Лекс планировал выбрать одного из Лучников с двумя звездами, и тогда стрелам, пущенным умелой рукой, будет достаточно малейшей бреши в броне противника, чтобы поразить цель. Еще одним приятным бонусом был пустой колчан, призываемый вместе с оружием — он наполнялся сам, если на него падала густая тень.

Остальные серебряные карты, включая призванных существ, пришлось продать, чтобы хоть как-то закрыть долг.

С обычными картами пришлось повозиться, так много их было, но в итоге механик решил сдать почти все из них, оставив себе лишь самые полезные и набор бесконечных боевых заклятий.

Но даже среди подобных карт Элекзара ждало исполнение старой мечты: он наконец получил Колесо обновления, на которое столько времени собирал дайны. Остальное с ним было несравнимо ни по цене, ни по значимости, но все же хаосит оставил себе Глаза спригана, позволяющие в течение получаса видеть мир таким, каким его воспринимает Мастер ловушек, и в дополнение к ним Призрачные огни — они тоже могли найти противника сами, достаточно лишь быть точно уверенным, что он там есть, и указать примерное направление. Для дальней разведки остался Кондор.

Еще в колоде Лекса появилось новое, пусть пока и скромное, направление: заклятья, позволяющие временно усиливать себя самого. Прыть и Сила медведя позволят немного уменьшить неуклюжесть, вызываемую любимой Дубовой кожей, а Выносливость быка добавит живучести, которой много не бывает. Усиление же обоняния человеку ни к чему, эта карта скорее для зверолюдов, поэтому была без сожаления сдана казначею.

Обойму атакующих заклятий заполнили Шаровая молния, доставившая немало неприятных моментов, Каменные шипы, способные пробить на средней дистанции бронированную цель, мгновенно поражающая любую цель Молния, Огненное кольцо на случай, когда тебя окружили, и универсальная Огненная стрела. Плюс всякая разная кратная мелочь с последними зарядами, продавать которую просто не имело смысла ввиду бросовых цен на подобные карты.

Под конец Лекс погладил пальцами Последнюю мечту. Он уже давно использовал бы ее и ни за что не продал, но по злой шутке Смеющегося Господина применять карту на самого себя было нельзя, а показывать остальным девушку, укравшую его мысли, механик не собирался. Игрок понимал, что это всего лишь бред, но в пик кризиса ему казалось, что именно Аля сидела у его кровати, давая силы вернуться в мир боли и страданий. Эту карту придется выставить на аукционе: специфика клана не предполагала потребности в подобных заклятьях.

Закончив писать отчет для казначея, подмастерье приступил к чтению новостей, мрачнея с каждой минутой. С его точки зрения дела обстояли хуже некуда. Дуэли практически прекратились, зато враг явно улучшил тактику засад. Почти треть выходов теперь заканчивалась серьезными сражениями, союзные договоры расторгались один за другим, а наемники взвинтили цены — альтруизмом они не страдали. За неделю, что он валялся без сознания, клану потрепали почти все звезды, их пришлось переформировывать, теряя в слаженности, и самое плохое, почти все серьезные карты были в откате. Дом уже распаковал неприкосновенный резерв, но качество снабжения падало на глазах, как и средства на счетах.

*****************

Несколькими днями ранее...

— Две тысячи, мне все равно, как казначей их оформит, но пусть возвращает — это дело принципа. Я еще девок подопечным не оплачивал! — Фенрин, недовольно ворча, смотрел в глаза соратника, и ему казалось, что элементы на лице старого друга как-то странно подергиваются. — Зубы тигра! Ты что, научился смеяться?! — осенило волка.

Мех не мог покраснеть, поэтому просто отвернулся. В комнате раздался тихий скрип...

Тренер замолчал — он понятия не имел, как реагировать на происходящее. Даже его поверхностных знаний в этикете железок хватало, чтобы понимать, что его старому другу сейчас не по себе, при всей комичности ситуации.

— Две штуки за посидеть у кровати и пару ласковых слов через сноходца? — вернулся к своему нормальному состоянию Тригр. — Она что, звезда королевского борделя?

— Хуже, — с ворчанием произнес прижимистый волк, вспомнивший неприятную беседу, — девчонка далеко не дура, нашла себе очень хорошую партию и не собиралась рисковать ею ради какого-то случайного однокурсника, которого даже в лицо не помнит. Еле уговорил. Посидев в клинике и оценив вложения, за второй визит она заломила вдвое больше, я отказался. Дальше пусть сам выкарабкивается...

Про будущие проблемы он говорить не стал, глава не любил пустых разговоров об очевидном. Засвеченная любовь, да еще и безответная — источник очень больших потенциальных проблем, но медики были категоричны. Парень в упор не хотел выходить из комы и мог проваляться там долгие месяцы, а то и годы, а с благотворительностью в Двойной Спирали было плохо. Совсем.

Часть грядущих бед зверолюд предупредил, заключив договор найма сиделки, от души поиграв словами с неопытной низкоранговой самкой, не сообразившей заранее о последствиях роли медика в виде врачебной тайны в типовом с виду контракте. Остальное просто довел до сведения девушки предельно понятными словами, и очень надеялся, что у нее хватит мозгов не встревать в межклановые разборки. На какое-то время этого будет достаточно, но ученику придется от души потратиться на визиты в Кузницу памяти, когда у него чуть-чуть прочистятся мозги, если он откажется пить зелье забвения: Однорукий оставит хаоситу воспоминания о его зазнобе, но снимет власть поработивших его чувств.

Однако приглашенный служитель Владыки снов, с помощью которого и вытягивали парня, категорически запретил поднимать этот вопрос раньше, чем через несколько малых циклов во избежание непредсказуемых последствий. Очень неудачно, что вспышка эмоций усилилась тяжелым ранением и эмбиентом. Да еще и возвращение в реальность оказалось завязано на девчонку.

Чтоб его тигр сожрал, придурка героического!

К удивлению Фенрина, глава клана совершенно не разделял возмущение своего старшего тренера, восприняв случившееся как очередное следование воле Хаоса. Мол, нельзя игнорировать его дары. По мнению волка, все было как раз наоборот. Нельзя было ими разбрасываться, ничего толком не умея...

Невеселые размышления прервал приход еще двух полководцев клана, окончательно испортив эмоциональному зверолюду настроение. Кор-тер-Кор, отличный механик, талантливый аналитик, лучший боец поддержки. Совершенно неготовый стать полководцем.

На днях состоялся крайне неприятный разговор Крамра с главой по поводу усиления его отрядов, и Фенрин в этом вопросе полностью поддерживал Тригра. Как только станет понятно, что их клан владеет секретом изготовления кратных камней для полководческих карт, ими займутся уже не кланы средней руки... В Игре осталось достаточно старожилов, помнящих, насколько грозную силу представлял собой Великий Дом Молот, последышей будут давить на корню. Слишком высок был риск засветить в сколько-нибудь серьезном столкновении реальный состав отряда, после чего к появлению у начинающего полководца сразу нескольких дополнительных подотрядов возникнет множество вопросов… Пусть рецепт считался давно утраченным, да и доступные источники ингредиентов менялись каждый Фестиваль, доставляя немалую головную боль Тригру, но уж кто-кто, а лидеры старейших Домов смогут правильно сопоставить данные.

Секрет не удастся хранить вечно, но ближайшие полсотни-сотню циклов клан к его раскрытию готов не был. Даже с учетом ослабления Великих Домов после затяжной войны. Дуэль Тригра и так привлекла немало внимания, хотя и не вызывала особых подозрений. Знавшие о ней сразу поставили на старого Игрока, а не на его стремительно взлетевшего оппонента.

Поэтому о выдаче новых подотрядов и речи пока не шло. Слабость и неготовность полководца надо было компенсировать как-то по-другому, и сегодня им предстояло решать как. Волколюд заранее морщился, понимая, что придется пожертвовать чем-то хорошим из арендованных в клане карт.

Глава 9. Назначение

Баллисту в своих запасах Лексу удержать все же не удалось.

Едва он рассчитался с кланом, его вызвал глава, сообщив радостную весть о появлении у клана долгожданного нового полководца, серьезно меняющего расклад сил, и менее радостную — о необходимости подписать аренду. В другой ситуации Дом бы просто выкупил карту или предоставил замену, но сейчас все свободные золотые карты были в откате, а лишних средств на счетах уже давно не было как класса.

Потерю, пусть и временную, немного подсластило обещание снова выдать подотряд Гончих, как только восстановится Ученик Хеймдалля на обмен. Хотя в последнее время Лекс и пересмотрел ценность карт, но тут спорить было глупо. Ему остро не хватало атаки, а у нормального полководца с развитым отрядом при правильном планировании провидец мог работать почти всегда, когда он нужен. Скорее подмастерья удивляло, почему его колоду еще окончательно не разорили.

Под конец, ему все же подняли настроение новым, очень неплохим назначением. Большой расход карт из кланового хранилища, как оказалось, имел под собой иную причину, нежели устроенные врагами засады на пути конвоев. После знаменитой дуэли глав Мулы, пользуясь разбродом в рядах Детей пепла, основательно потеснили засветившегося противника, захватив одну из контролируемых им на Осколке зон — зону прибытия.

И Совет Старших никак не отреагировал на протест оппонента, что было, пожалуй, самой хорошей новостью из всех — верным признаком того, что он не имеет ничего против небольшой ротации в негласном рейтинге кланов.

Сильнейший клан из трех решивших задавить «выскочку» был и самым молодым. Он стремительно поднялся после отгремевшей с Фестиваля войны, где в награду за удачную помощь Великому Дому получил в собственное распоряжение крупный, но небогатый на ресурсы и разумных Осколок. После крайнего изменения правил и увеличения игрового поля стали попадаться такие: Центральными мирами их еще назвать было нельзя, но и с пятачком в несколько тысяч шагов они уже ничего общего не имели. Конкретно этот охватывал всю площадь большого острова и узкую полоску воды вокруг, с единственной точкой прибытия и всего двумя зонами отбытия.

Изначально эта земля была заселена представителями двух рас, одна из которых, оседлая, не владевшая ни серьезной боевой магией, ни технооружием, сходу была переработана на эмбиент старшим кланом, а вторая, дикая и немногочисленная, мастерски пряталась в лесах и горах, не вызывая у Игроков особого интереса. Основные континенты, не включенные в Игру, располагались ближе к полюсам и представляли собой по большей части безжизненные пустыни изо льда и лавы. Южный вообще был сейчас хорошо так присыпан пеплом после недавнего извержения супервулкана. Неудивительно, что большие острова в субтропиках этого мира стали сосредоточением жизни.

«Сектор приз» открылся уже после передачи владения, и новым хозяевам Осколка удалось достаточно долго хранить этот факт в тайне, чтобы не лишиться доставшегося с барского плеча подарка.

Под пеплом юга проживала третья раса. Раса гномов, неизвестно как попавшая в этот мир, но куда более многочисленная, чем выжившие на острове дикари. Практически лишенная способностей к магии и ослабленная чередой катаклизмов, она не могла справиться с соседями, но их неожиданную гибель восприняла как дар свыше и, немного выждав, решила освоить освободившиеся пространства. Туземным правителям было невдомек, что они получили последнее предупреждение.

Покойный лидер Детей пепла, Лиссох, бывший тогда еще только полководцем, отличившимся на войне, сумел в полной мере воспользоваться роскошным подарком судьбы: армии гномов высадились на остров и, не встречая сопротивления, основали пару поселений, даже не заметив тщательно скрытые зоны прибытия и отбытия Игроков. Не прошло и месяца, как «совершенно случайно» гномы обнаружили готовый к использованию однонаправленный портал с мобильными входными воротами, поднявший скорость колонизации на невиданный доселе уровень. Дни и ночи через портал на землю обетованную прибывали все новые и новые счастливые поселенцы…

За десять больших циклов, которые руководство клана терпеливо ждало, не жалея средств на маскировку, остров заселили настолько плотно, что почти не осталось свободной земли. Дети пепла, взявшие это имя после счастливого поворота своей судьбы, тщательно выбрали момент и место для удара. Захватив ключевой порт и уничтожив почти все транспортные корабли, они «подарили» противнику несколько эффектных побед, оставив населению внутренних городов надежду отстоять свою новую землю, что спровоцировало гномов еще на две спасательные экспедиции с южного материка…

«Война в поддавки» длилась почти двенадцать малых циклов, подарив клану шестерых новых полководцев. Узнай старший клан секрет, пришлось бы делиться неожиданно привалившим богатством, и не важно, что оно — результат твоего труда и огромных вложенных средств: когда речь идет о ТАКОМ количестве голов, ничто, ни возможные репутационные потери, ни былые заслуги, ни личное хорошие связи, отсутствующие в данном случае, не удержат маховик жадности, давным-давно запущенный Владыкой Хаоса. На великое счастье Пепельников, у старших были свои проблемы и заботы, их взор был обращен в другую сторону, и рискованная даже по меркам всех хроник Игры авантюра увенчалась успехом.

В итоге поселенцы были согнаны в кучу и уничтожены за считанные часы, сделав главу Детей пепла владыкой, как только возник реальный риск огласки. Увы, стремительное возвышение сыграло с ним, как и со многими другими, плохую шутку: заранее предусмотренная и оплаченная реабилитация в Тихом Доме позволила маасари сохранить разум, но на усмирение жажды эмбиента после такого возвышения требовались долгие циклы и стальная воля.

Будь в запасе хотя бы десяток циклов, Игра, возможно, пополнилась бы новым владыкой. Увы, прослышав о грядущей войнушке, Лиссох не сдержался. Пользуясь своим непререкаемым авторитетом в основанном им же Доме, он настоял на его участии в «Союзе трех», позволив радостно выдохнуть кланам послабее, охотно уступившим первенство в войне с неудобным противником, и лично участвовал в засадах, оставив достаточно зацепок для обвинения. Раззадоренный новыми струйками эмбиента, услышав о предъявленных претензиях, вместо ухода в глухое отрицание, вполне логичное, учитывая косвенность улик, владыка едва ли не с радостью принял вызов на арену. Ее подробностей, разумеется, не знал никто, но судя по тому, что Тригр лично принял участие в штурме крепости Детей пепла, эмбиент мог смело зачислить на свой счет очередного владыку.

В течение нескольких дней после дуэли и штурма заставы аналитиков Двойной Спирали лихорадило. Рейтинги Пепельников стремительно падали: ожидаемый многими с часу на час контрудар не состоялся. Союзники не спешили с помощью, прекрасно понимая, что полководцы клана сейчас больше озабочены грядущей схваткой за кресло главы, чем объявленной, наконец, де-юре войной. Неофициальный «триумвират», призванный остановить опасного конкурента, с учетом изменившейся обстановки разваливался на глазах... Главы остальных кланов, поначалу дружно давившие потенциального конкурента, больше не видели ни угрозы для своих владений в обозримом будущем — Мулам бы одно удержать для начала, — ни веских причин рисковать в бою с показавшим себя столь опасным полководцем.

Один из них даже втихаря заслал эмиссаров, обсуждая возможность отступных за невмешательство, а кое-кто из Домов средней руки уже присматривался к прочим активам Пепельников...

Впрочем, до празднования победы Механической логистике было еще очень далеко. Перехват зоны прибытия, единственной на атакованном Осколке, безусловно, обеспечивал огромное стратегическое преимущество над соперником, лишенным возможности пополнять припасы зон отбытия иначе, как через сверхдорогие в использовании порталы, но ни сами базы, ни стратегические запасы на них, ни их гарнизоны еще никуда не делись. Как и двукратное преимущество врага в полководцах, позволявшее кардинально удешевить содержание выпускных застав. Отряды полководцев почти не имеют отката, не нуждаются в воде и еде, не устают. Именно поэтому даже начинающий полководец, в бою один на один не особо превосходящий Игрока с хорошими картами, в позиционной войне стоил иного мелкого клана наемников. Так что вражеский клан достаточно успешно защищал не только свои заставы в зонах отбытия, но и минеральные прииски. А учитывая, что ему не приходилось перед этим вести необъявленную войну с тремя Домами, до исчерпания ресурсов Пепельников было еще далеко.

От контратаки на захваченную заставу Мулов пока спасала в основном затянувшаяся война за престол, разгоревшаяся в Детях пепла, из-за которой никто из полководцев в преддверии возможных дуэлей не желал оставаться без карт. Враг ограничивался, в основном, налетами, пытаясь истощить ресурсы противника, которому новая база пока не приносила ничего, кроме расходов, но, рано или поздно, врагам предстояло сделать свой выбор: Совет Старших ограничил срок открытой войны тремя малыми циклами, за которые противникам предстояло либо решить вопрос своими силами, либо передать судьбу Осколка в руки Совета.

Руководство МЛ склонялось к мысли, что так и будет, если разборки за власть у конкурентов затянутся, но не исключало, что у противника все же есть какие-то козыри в рукаве. Поэтому по мере возможности усиливало заставу высвобождающимися из-за сокращения почти до нуля конвоев бойцами, поставив в качестве командира новоиспеченного полководца, получившего шлем как раз в последней атаке. Все-таки свои бойцы были надежнее, чем наемники, да и денег у технарей оставалось все меньше.

*****************

Малый цикл спустя…

Застава встретила Лекса на удивление тепло, что было особенно приятно после долгой, изматывающей дороги. Неизвестно откуда, но информация о схватке «пятерки» с профессиональным дуэлянтом широко разошлась по клану. И хотя официальной версией был смертельный обмен мгновенными ударами атакующих карт за счет снятия запретов на арене, это скорее добавляло уважения новичку, так быстро познавшему иншеру и готовому пожертвовать жизнью за соратников. Многие понимали, что ловить оборотня можно было годами.

Настроение на форпосте тоже разительно отличалось от того пессимизма, что царил в клановом доме: здесь как нигде чувствовался надвигающийся перелом. К тому же именно на заставу отправили набираться опыта молодого полководца: теперь патрулирование самых опасных направлений должно было лечь на его отряд.

Перед отъездом, общаясь с лечащим доктором, Лекс получил еще один очень приятный подарок. В ходе обследования медики выяснили, что его лобные доли когда-то давно пострадали от сильнейшего ментального воздействия, и именно это было причиной нестабильной ментальной сопротивляемости. Естественная регенерация заняла бы еще долгие годы. Механик предположил, что повреждения могли быть следствием мента-сканирования при приеме в клан, но врач лишь покачал головой. Он не собирался лезть во внутриклановые дела, однако сам отлично понимал, что парню основательно травмировали мозги, особенно лимбическую систему, подчищая память, а не во время сканирования, оставлявшего после себя лишь легкое раздражение. Но это было не его дело. В любом случае в ходе лечения эту проблему практически устранили: опытные доктора не упустили шанса «улучшить» выставленный счет.. Результаты сказались почти сразу: тренер, тщательно тестировавший возможности Лекса после выздоровления, только одобрительно хмыкал, видя, как на глазах прогрессирует его ученик. Казначея, правда, теперь мучили кошмары с персонажами в белых халатах. Бедняга до сих пор вздрагивал при слове «целители»…

К удивлению молодого хаосита, основной опасностью на заставе считали не возможную атаку противника, хотя ее вероятность возрастала по мере приближения окончания разборок в Детях пепла, а местных жителей. Игроки, едва попав в этот мир, в считанные недели превратили в эмбиент местных земледельцев, стоило им убедиться, что те не могут нормально сопротивляться — их тотемные духи, несмотря на свои потенциально грозные возможности, были не в состоянии оказать сколько-нибудь серьезного сопротивления силе Хаоса. Вот только на их место быстро пришла другая раса, к которой поначалу отнеслись еще более несерьезно. Поначалу.

Очень скоро выяснилось, что внезапно нападающие и мгновенно исчезающие в лесах враги владели крайне неприятной техникой: они умели заключать в свои стрелы замученных мелких духов, пылающих ненавистью ко всему живому. Лесные тотемы землепашцев и предназначались для защиты от них, с легкостью высвобождая пленников на расстоянии, что и позволило в свое время загнать пигмеев в бесплодные горы, где сила лесных «минибожеств» иссякала.

Расы жили в неустойчивом равновесии, истощая планету в бесконечной борьбе, и дождались-таки включения их мира в Игру. Истребив на своей территории земледельцев, хаоситы столкнулись с их крайне неприятными противниками, при этом Игроки, разумеется, не удосужились изучить секреты уничтожаемой расы.

Теперь летящие из зарослей смертоносные стрелы неумолимо собирали свой жестокий урожай — карт противодействия потусторонним сущностям и так в Игре не очень много, а если их тратить на каждую стрелу, то и вовсе никаких запасов не хватит. До смертей дело пока не доходило, но карты, и не только специализированные, тратились, а все попытки договориться были бесполезными — пигмеи не собирались давать своим врагам время адаптироваться.

Отчасти поэтому застава Пепельников стала легкой добычей: у ее гарнизона слишком много карт оказалось в откате. К счастью, для механоидов дикие духи были не самым опасным врагом — железные тела плохо поддавались им, именно поэтому этот Осколок и был признан подходящим для экспансии, несмотря на все сложности, а полководец должен был научить пигмеев держаться подальше от заставы.

В первый же вечер механические шары из отряда Кор-тер-Кора отправились в лес за эмбиентом, а Лекс, чтобы окончательно наладить отношения, устроил для скучающих соклановцев и наемников небольшое представление. Аренда золотой карты немного поправила его положение, позволив обновить реквизит. Сценический раб наконец-то вышел из отката, хотя пережитое не лучшим образом сказалось на его игре. Пусть и не по своей воле, этот человек отдал за него жизнь, поэтому Лекс, чтобы облегчить процесс восстановления, пообещал слуге, что отпустит его после тридцати больших циклов службы, благо карты с техническим персоналом стоили относительно недорого. Нехитрое представление было принято зрителями с восторгом, металлический звон аплодисментов звучал оглушающе…

Игра замедлила свой бешенный бег, где-то там, далеко, плелись интриги, шли отчаянные торги, велись бои, но на заставе царило спокойствие. Завтрак, патруль, обед, тренировка, ужин, сон…

Лексу очень хотелось расспросить нового командора, сколько звезд уже собрали его выходящие каждую ночь подотряды, но он понимал, насколько странным для того будет подобная осведомленность. Поэтому механик лишь вставал пораньше, пытаясь подсчитать, сколько бойцов вернулось из очередного дозора. По его прикидкам после первой недели число перестало сокращаться. Наблюдатели тоже докладывали о прекращении обстрелов. Днем Игроки выходили в дозоры сами — при хорошем обзоре опасность была невысока.

Служителям Хаоса оставалось только благодарить судьбу, что аборигены этого мира не оценили дарованного им Смеющимся Господином шанса приготовиться. Объедини три враждующие расы свои силы и знания — противостоять одновременно технике гномов, шаманам пигмеев и силам леса ради жалкого Осколка желающих бы не нашлось. К счастью, враги пока предпочитали вымирать поодиночке. Зародыш возможного сопротивления распался, едва стало понятно, что Игроки ограниченны одним островом…

Собираясь в свой первый выход, Элекзар получил указание от командира звезды «одеться понеприметнее», дабы не провоцировать наемников хорошими картами при своем низком уровне. Пришлось ограничиться Простым кожаным доспехом, спрятанным под плащом, благо осень потихоньку вступала в свои права, и Аурой Теней, но только в тех случаях, когда маршрут патруля проходил в тени леса. О прежнем изобилии зелий, увы, пришлось забыть, поэтому хаосит был вынужден смотреть во все глаза, но только обычным зрением…

Глава 10. Застава

Сегодня Лекс старался не очень утомляться: несмотря на, к удивлению, расслабляющее пребывание на заставе, вечером ему предстоял непростой момент — тренировочный бой на мечах. Фенрин оставил недвусмысленные инструкции командору, и подмастерье нещадно гоняли с оружием, не жалея для него синяков. Отнюдь не из-за жестокости: парень нравился старожилам клана, и многие искренне хотели продлить его жизнь в Игре, хотя и сомневались, что такое неловкое двуногое сможет долго протянуть…

Осенний лес прекрасен почти в любом мире, а в этом, лишь едва тронутом цивилизацией, — особенно. Лекс, любивший красоту во всех ее проявлениях, готов был любоваться природой бесконечно, каждый раз на привычном маршруте открывая для себя все новые радующие глаз места. Вот и сегодня он наконец дождался, когда огромный дуб отпустил свою листву, укрыв землю роскошным ковром красно-желтых листьев. С виду небольшие, они заполонили все вокруг, наметя целые сугробы, чередующиеся в шахматном порядке... Порядке? На ветреной опушке?! Интуиция иллюзиониста взвыла сиреной!

Голос выдал позорный фальцет в микрофон шлема на общей волне, а руки стиснули Активатор, с трудом удерживаясь, чтобы не вызывать золотую броню без приказа. К счастью, тот последовал почти сразу же, и одновременно на поляне вспыхнул огненный ад. Пока механик призывал Доспех лесного кота и Семь щитов, сожалея, что распоряжение главы строго-настрого запрещает ему использовать свой отряд, сразу несколько наемников разрядили оружие по всему периметру. Сквозь бушевавшее пламя разглядеть что-либо на поляне было трудно, но патруль, подав сигнал тревоги, уже залег в многократно отрепетированном порядке. Лекс укрылся за тушей своего Шестинога, выставив наружу зеркало для наблюдения. Секунды шли за секундами, но враг не отвечал...

Механик немного успокоился. Похоже, пигмейская засада была благополучно выжжена. Спустя минуту, когда пламя опало, спокойствия у него поубавилось — под листвой обнаружились небольшие обгорелые холмики... Кто-то хорошо поработал до них, непонятно только почему не заровнял, скрыв следы.

«Не приближаться! — раздался приказ. — Всем поднять наблюдателей». Вверх взмыла целая стая разномастных летающих разведчиков, некоторые даже с трудом разминулись друг с другом. «Мы выглядим полными идиотами», — подумал фокусник, призывая Глаза спригана. Короткое время действия карты и пятидневный откат не позволяли использовать ее постоянно, но сейчас она оказалась как нельзя более кстати: подмастерье не понял, что за черные кляксы мерцают внутри холмиков, но постарался как можно подробнее описать их командиру, а тот передал информацию выше.

Через пару минут пришло распоряжение ничего не трогать и срочно возвращаться на базу. На полпути их перехватили Гигантские стальные алебардисты Кор-тер-Кора, в надежном кольце которых идти назад было куда приятнее. А по прибытии их встретила возвышающаяся над заставой острая медная игла Грозового шпиля, изредка искрящегося молниями.

К вечеру, тревога немного улеглась, но приказа к отбою не было. Дозорные тоже не вышли в лес, зато над ним парили все разведчики, способные видеть в темноте. Книга Лекса тихо звякнула — прилетела сотня дайнов премиальных… и извещение об офицерском совете.

В центральной комнате на Игрока уставилось три пары изумленных глаз: полководец, его заместитель и глава наемников не понимали, как рядовой боец умудрился пройти в закрытое боевым фильтром помещение... Спустя секунду, после короткого взгляда на терминал охраны, двое офицеров из трех стали выглядеть еще удивленнее.

Лекс едва не застонал от досады. Какой же он дурак! Система сообщений же не в курсе их клановых нюансов…

— Временный офицерский статус мне дали во время охоты на дуэлянта для доступа к анализаторам, и, похоже, в суете забыли снять. Вот, прилетело сообщение о совещании, — кое-как выкрутился хаосит.

Глава наемников демонстративно хмыкнул, всем видом намекая, что ожидал от перспективного клана гораздо большего порядка, командор же с безразличным видом указал на стул.

— Это ведь ты заметил зародыши? И опознал их содержимое? — вопросы не требовали ответа и предназначались скорее наемнику. — Наши аналитики разобрались, в чем подвох. Вскрывать могилы мы не стали, но по данным анализаторов там активированные захоронения. Враги просчитались — не учли остаточного отторжения со стороны лесных духов: когда-то у дуба было капище, вот земля и выдавила зародыши наверх. К сожалению, нам не известно, сколько еще в округе закопано трупов, но зато мы знаем, кто и когда примерно будет нас атаковать. Мертвый отряд, способный управлять подобным, есть только у Лсаша — второго кандидата на должность главы Пепельников. По нашим данным, он стремительно теряет свои позиции, и ему нужен крупный успех, чтобы переломить ситуацию. Например, триумфальное возвращение заставы с небольшой группой бойцов — крупные клановые силы ему никто взять не разрешит.

Кор-тер-Кор говорил размеренно, но Лексу казалось, что под этим равнодушным тоном скрывается воодушевление. Он отлично помнил то чувство, которое охватило его самого перед первым боевым призывом отряда в Имтервильских джунглях.

— Крупные силы ему и не нужны, если здесь кучи мертвяков напиханы. Непонятно, когда только успел… — проворчал глава наемников.

— Думаю, зародыши тут лежат уже не один большой цикл, — вмешался Тург, опытный древолюд, дальний потомок дриад, один из немногих в Игре, кто владел собственной, не зависящей от карт нехитрой лесной магией. Она идеально подходила этому миру, потому Игрок и оказался здесь в качестве заместителя Кор-тер-Кора. — Их наверняка заложили заранее, а вот активация прошла считанные дни назад: зреть им осталось меньше суток. Ваш лихой удар наверняка почувствовали, ведь часть зародышей он сжег, да и тревогу на заставе наблюдатель увидел, поэтому либо атака произойдет в ближайшие дни, либо от нее откажутся вовсе. Так как у нас нет Путеводного огня, а ближайшие миры, от которых есть ключ-символ для камня врат, в дне пути, то подкрепление сюда прибудет завтра: около сотни наемников и Фенрин со своей звездой. Алхимик заставы уже готовит реагенты для поиска и упокоения вражеских мертвецов. Наша задача — продержаться сутки и вовремя отступить, если удар будет слишком силен: аварийный портал готов. Под нами все чисто. Заставу и ближний периметр мы проверяли много раз, сегодня я полдня ползал по всем закоулкам, есть только одно подозрительное место, специально не стал его трогать, оставив следилки, резервуар с огнем и тревожную группу. Зато если будут атаковать, узнаем заранее…

На офицерском совещании Лекс присутствовал в первый раз (и подозревал, что в последний на многие циклы), поэтому ему было интересно все. Для остальных это явно было рутиной: глава наемников торговался за премию, заместитель обсуждал нюансы размещения бойцов, командор больше помалкивал. У молодого хаосита сложилось странное впечатление, что настоящим командующим здесь был именно более опытный заместитель, а не полководец, хотя это категорически противоречило всей принятой в Игре субординации.

Лекса мучила одна мысль. Посчитать сроки переброски может даже такой низкоранговый Игрок как он, положение всех полководцев тоже отслеживают. Более того, наблюдатели уже наверняка засекли, что здесь есть свой, и даже примерно понимают, какая у него армия. Законы войны одинаковы для всех, а значит, если кто-либо решается на атаку, она должна быть успешной. Вне зависимости от внезапности, которая редко удается при хорошем патрулировании. Не лучше ли эвакуировать основной состав заранее, оставив небольшой дозор, который уйдет при первых признаках удара, и вернуться с подкреплением?

Однако озвучить свои мысли он не решился: сидя на птичьих правах, лучше помалкивать, если не спрашивают.

Вопреки ожиданиям, ночь прошла спокойно. Если можно считать спокойным постоянное напряжение и готовность среагировать на каждый шорох. На утреннее совещание подмастерье идти не рискнул, и, судя по тому, что его не позвали, — правильно сделал. Да и времени не было: до дежурства оставалось меньше часа, а успеть надо было многое, благо работа с алхимиком перед охотой на дуэлянта не прошла даром, подав множество идей.

Благодаря участию в совещании, Лекс отлично знал, где стоит портал и как расположены боевые части. К сожалению, ему было неизвестно, во сколько именно доберется до них Фенрин, но исходя из необходимости переброски наемников, рассчитывал увидеть их к середине дежурства. Почти угадал. Отряды появились в зоне прибытия за час до обеда под радостные крики встречающих. Страхуя их, над заставой вырос Шпиль. Под ним засуетились гоблины, быстро взводя Баллисту.

Взводя?!

Механик глянул на Компас. Несмотря на синхронизацию, ни одной белой точки союзников-соклановцев не засветилось. Прибыли только наемники? Униформа была явно знакомая — Ледорубы всегда работали на их клан. Или уже нет?

В шлеме раздался знакомый, шелестящий как летняя листва, голос зама:

— ВСЕМ СОХРАНЯТЬ СПОКОЙСТВИЕ! Делать вид, что ничего не подозреваем. Подпускаем и по команде бьем в упор. Если технооружие не сработает — сразу переходим на карты. Это враги. Подкрепление атаковано, но засада противнику не удалась, подмога идет, держать позиции.

Лекс глянул договор обмена: он светился желтым, Ученик Хеймдалля жив и даже активен, значит, у волколюда дела обстоят неплохо. Проверив свои доспехи, призванные еще во время патруля, и убедившись, что на ближайшие три часа их хватит, решил не спешить с сюрпризом. Осталось понять, чем сражаться... с его-то «богатым» набором ударных карт. Неприметное болото он призвал еще вчера вечером, Многонога собирался скинуть туда под прикрытием тумана Дыхания мари… В последние остававшегося до схватки мгновения стажер накинул на себя Прыть, Силу медведя и Выносливость быка.

Хаосит практически не сомневался, что противник заблокирует технооружие, и, подтверждая его мысли, погас индикатор шлема. В качестве сигнала «огонь» выступила Баллиста. Ее улучшенная стрела лихо пронеслась над ограждением, и посреди группы наемников раздался взрыв, разметавший добрый десяток врагов. Мда... ему бы такую Мастерскую! Впрочем, непонятно, сколько из противников действительно пострадало — вряд ли в атаку кто-то шел без своих лучших щитов и доспехов.

«Твою…, да что же я умничаю, когда стрелять надо?!» — мысленно обматерил себя механик, отправляя в сумку бесполезно щелкнувшую винтовку и разряжая, наконец, в буйство цветов и вспышек под стеной Шаровуюмолнию… «Какой, нафиг, туман!» — посмеялся Лекс над своими опасениями, кидая «яйцо» в центр болота, беспокоясь лишь, чтобы зародыш Гигантского многонога не сожгло случайным попаданием. Но вроде все прошло успешно: на карте зашевелилось чудовище… а через секунду звякнули щиты: увлекшись, подмастерье слишком сильно высунулся, и кто-то из нападавших не пожалел на него Дырокола. От семи крутившихся вокруг щитов осталось всего четыре.

Рефлексы заставили отшатнуться от бойницы, и очень вовремя: по усиленной заклятиями стене ударило чем-то настолько мощным, что вылетевшее со своего места бревно легко, словно пушинку, сбросило Лекса на землю. К счастью, доспех и трофейная карта наделили его повышенной ловкостью, что позволило удачно извернуться и уйти в перекат. В голову приятно ударила эйфория, смывая боль, — то ли кто-то помер от удара Молнии, то ли, что вероятнее, враги добежали до Многонога.

Хорошо хоть атакуют наемники, а не обещанные мертвяки! «Накаркал», — тут же понял механик, услышав треск и шипение пламени в районе погребов. Поднявшись, морщась от полученных ушибов, он бросился к бойницам нижнего уровня: Иссушение вполне можно будет кинуть и сквозь них.

Шпиль заискрил, плюясь длинными ветвистыми молниями. Вспомнив уроки, Лекс вздернул голову — к ним летела стая Перьеметов. Руки сами активировали Грозовой фронт.

Шлемофон так и не заработал — похоже, с противодействием не заладилось, — однако над заставой разнесся голос древолюда, уже не скрывавшего, кто является настоящим командором:

— Отступаем к внутреннему периметру!

Хотя подмастерье уже был внизу и рванул не раздумывая, до внутренних стен добежал одним из последних — уровень брал свое — и только там, приникнув к бойнице, понял причину приказа. Внешняя стена крошилась на глазах, съедаемая Стальным водоворотом — редкой осадной картой, призвавшей вихрь из ферромагнитного абразивного порошка. Топорщась хищными, постоянно отрастающими иглами, он в своем бешенном вращении «обнял» заставу и буквально слизывал любые поверхности, до которых дотрагивался. Даже укрепленное дерево и камни не могли долго устоять под его напором, что уж говорить про мягкие живые тела…

«Интересно, сколько продержится внутренняя стена, и продержится ли?» — успел подумать Лекс, когда их полководец нанес ответный удар. Шпиль засверкал, волосы встали дыбом, по лезвию меча побежали разряды, едва не заставив разжать руку, зато крутящееся облако смертоносной пыли, уже частично обрушившее стену и явно готовившееся сжаться, внезапно из кольца собралось в бесформенную кляксу, безвредно рухнувшую на землю. Кажется, она даже задела при этом кого-то из нападавших.

Трехметровые Стальные алебардисты одним легким движением, словно инсектоиды, перемахнули через стены, заставив оборонявшихся невольно пригнуться. Пока кое-кто, едва не раскрыв рот, глазел на бой, соратники не теряли времени даром. Стоящий рядом наемник, неодобрительно глянув на зазевавшегося неофита, метнул во врага какую-то сеть, развернувшуюся и недобро замерцавшую еще в полете. Лекс, покраснев от стыда, разрядил в противника пару кратных расходников, безответно сгинувших в закрывшей врага лиловой пелене непонятного происхождения. Он не понимал, смогут ли его серебряные Ледяные иглы пробить щит или стоит подождать, но враг сам развеял его сомнения: обгоняя защиту, на них выкатился уже ставший «родным» для него ускоренный дополнительными заклятьями Болотный слизень, прямо-таки напрашивающийся на Иссушение. Тварь успела отъесться и была слишком велика для его карты, но ее «поприветствовало» огнем и электричеством столько Игроков, что слизь вспыхнула и испарилась за доли секунды.

Металлические гиганты наконец встретились с вражеской защитой, и похоже, она им не причинила серьезного вреда, только ярче засверкала полированная броня, оставив в пелене прорехи. Увы, дальше их ждали более серьезные испытания — вот один из них отлетел обратно со сплавленным в бесформенный ком торсом, другой рухнул, опутанный щупальцами какой-то твари… Неожиданно земля словно взорвалась, и из под нее поднялись ожившие груды полутораметровых бочек, опутанные трубами, из которых во врага хлестнула кислота.

«Еще один подотряд ввели в бой, — подумал Лекс, — только хватит ли его?» Огонь заставы ощутимо стихал, его Активатор тоже лениво выплюнул в образовавшиеся прорехи дешевых Бешеных пчел. Впрочем, и противник не особо отвечал, стена практически перестала вздрагивать от его ударов.

Оглянувшись на своих, Лекс неожиданно понял, что дела обстоят далеко не так радужно, как ему кажется: весь двор был окутан Кислотным облаком, которого он даже не почувствовал благодаря шлему — его механическая часть работала исправно — но несколько наемников уже валялись на земле, выплевывая легкие. Он не раздумывая применил Малое исцеление на ближайшего и закинул в Активатор Вихрь. Впрочем, воздух уже чистило Весенним ветром, так что свою карту можно было пока поберечь.

А еще через пару секунд раздалась команда полководца:

— Прекратить огонь, беречь карты!

Первый штурм был отбит. Аренда отряда продолжала светиться желтым — похоже, у Фенрина дела тоже шли нормально.

Глава 11. Бой и Шоу

…Немногие выжившие враги отхлынули аж до леса, оставив покрытое трупами поле. Лекса лихорадило, он впервые видел столько безжизненных тел разумных.

— Это же Дирк! — вскрикнул кто-то из «своих» наемников, глядя на валявшуюся неподалеку верхнюю половину тела разрубленного громадной алебардой человека. За что заработал мгновенный удар кулаком в лицо от стоявшего рядом ветерана.

— Это враг, идиот! Враг, пришедший за твоей головой! Дирки, Мирки, Ирки остались в Двойной Спирали, — старый Игрок с молодым лицом произносил все это обманчиво равнодушно, но его Активатор был направлен на неопытного напарника, и почему-то Лекс не сомневался, что при любом неудачном слове грянет выстрел. К счастью, у пострадавшего хватило ума промолчать…

На заставе уже вовсю раздавались визг пил, удары молотов, скрежет и прочие строительно-ремонтные звуки. В мастерских буквально на глазах оживали пострадавшие в первом бою воины полководца. Отрядным гоблинам вовсю помогали рядовые Игроки-механоиды. «Вот это армия!» — с завистью подумал Лекс. И ведь это наверняка еще только базовые войска! Он наконец-то понял всю пропасть между собой и настоящим, отмеченным милостью Хаоса, полководцем. Берсерки против стальных чудовищ? Не смешно!

В целом, урон, понесенный Мулами, был невелик. Из соклановцев вообще никто не погиб, правда, двоих уже утащили в лазарет — даже с помощью зелий и заклятий на ноги в ближайшее время их не поставят. Потери наемников были заметнее: трое задохнулись в Кислотном облаке, еще двух не смогли отыскать, похоже, они остались по ту сторону стены и попали под Стальной водоворот, и одного убили филигранным снайперским выстрелом через бойницу…

— Ну и где эти хваленные мертвяки? — воскликнул кто-то из взбудораженных эмибентом наемных бойцов.

— Ждут, пока мы потратим карты, — охладил его неуместный пыл опытный офицер. — Без технооружия мы тут долго не продержимся.

Эмбиент! Вспомнив, что говорил Фенрин, механик на всякий случай глотнул зелья Прояснения разума и еще раз глянул на поле. Остатки вражеского щита уже рассеивались, и нет, он не был лиловым, как показалось поначалу. Этот оттенок придало ему небо, закрытое Щитом отрицания. Враг заблокировал перемещения, а значит, несмотря на все произошедшее, он полностью уверен в победе, более того, считает, что может разбить войска противника с приемлемыми потерями… Лекс переложил в Активатор Час величия, все равно рабочих карт там оставалось меньше половины, и полез в сумку за своим последним аргументом.

Вчера, пользуясь своим доступом, он запросил в офицерской библиотеке информацию по Лсашу — мотыльку с отрядом Смерти и сильному эмпату. Наверняка сейчас он мониторит эхо эмоций сквозь дырявую защиту наемников. Набравшись смелости, подмастерье отправил давно заготовленный запрос тренеру, невольно улыбнувшись от мысли, что волколюда он боится больше, чем врага. Пока тот молчал, механик начал осматривать заставу в поисках более-менее защищенного сверху укрытия и наконец-то заметил, что они прикрыты тонкой, едва заметной радужной пленкой какой-то защиты, подпитываемой со стороны Шпиля. Вот почему им сверху так ничего и не прилетело! Найдя, наконец, примыкающий к стене технологический закуток, боец нырнул в него, пользуясь суетой.

Секунды бежали, враг явно готовил следующую атаку, а ответа на посланный запрос все не было. Плюнув, Лекс все же активировал Час величия: в конце концов, у него есть и Колесо обновления, и камень — на три часа хватит, а больше они всяко не продержатся. В его углу тоже нашлась бойница, благодаря которой он таки сумел призвать Хамелеонов, высадив их как можно дальше от крепости и приказав расползтись кругом за зону примерного поражения. Поколебавшись, все же решил разместить Змеиный алтарь здесь, у бойницы: будет и часть двора просматриваться, и на поле боя призрачных змей запустить можно. Пусть растет под прикрытием Алхимического зеркала, пока время есть.

Новое нападение разительно отличалось от прежнего. Оно началось со страшного удара сверху. Синергетическая атака из нескольких Столбов Света и еще какой-то карты легко пробила защиту, обрушившись на скученных людей и отряд полководца. Одно из попаданий пришлось прямо по Шпилю, расплавив его до основания. Больше Лекс ничего не успел увидеть, вырубленный прилетевшим в него раскаленным куском какого-то станка…

Тело жгло неимоверно, но руки и пальцы (в этот раз он проверил их первыми) двигались. Кое-как Лекс выполз из-под обломков. К его удивлению, прошло всего секунд тридцать — зелье Последнего шанса сработало отлично, приведя механика в сознание и в более-менее приемлемую форму. Жаль, боль не приглушило.

На заставе бушевал пожар, но полководец вроде бы не пострадал, по крайней мере, сквозь дыру в стене виднелся его двигающийся на врага отряд.

В этот раз в бой пошли даже шары — воины-разведчики с осиными талиями. Навстречу защитникам на базу наползали плотные ряды мертвечины: сотни, если не тысячи некросозданий. Такую орду и полным отрядом не остановить, а что уж говорить о потрепанной половине, да еще и без поддержки Шпиля! «Нас явно выбьют всех до последнего, — понял механик, тут не нужно иметь особого боевого опыта, чтобы предсказать однозначный итог. — К черту секретность, все равно мы все щас сдохнем!» В последнюю секунду он все же без особой надежды глянул в Книгу. Там было короткое, но такое желанное письмо: «Пиши, как начнешь. Жду».

Лекс захохотал, отправляя ответ. Он не знал, поможет его задумка или нет, но идея была красивой. Даже если она не спасет, это будет его самое грандиозное шоу! Не забыть скинуть узнаваемые Семь щитов и вызвать Дыхание мари на соседний угол. «И не схватить случайного попадания!» — опомнился он в последний момент. Впрочем, ужавшийся до размеров скромной змейки Ёрмурганд уже замыкал цепь, формируя свой знаменитый щит, сразу же усиленный Покровом заступницы, что позволило спокойно высунуться наружу… А теперь имитируем вспышку портала и пьем Глас:

— ДЕРЖИТЕСЬ, ДРУЗЬЯ! Сейчас все изменится! — подмастерье искренне надеялся, что добился хоть какого-нибудь сходства с голосом Фенрина.

Алхимический быстрогрим уже должен был сработать. «Да, сработал», — понял фокусник, увидев как гримасы отчаяния на лицах соратников сменяются улыбками надежды. Даже мехи изобразили что-то вроде приветственного кивка.

В разрушенные ворота из тумана хлынули Гончие, раскрашенные в фирменные цвета зверолюда, Лучники под прикрытием Мари дали первый залп, а Валькирии даже успели наложить на стрелы свое благословение…

*****************

Лсаш довольно улыбался. Несмотря на то, что проклятый волк как-то почувствовал засаду и вместо того, чтобы наконец сдохнуть, успешно отбивался, даже контратаковал, да так, что исход сражения на перевалочном пункте был абсолютно неясен, здесь его ждала чистая победа над полководцем мехов. Пусть начинающим, без разницы. Учитывая скорое триумфальное возвращение занятого форпоста без потерь среди клановых бойцов и в его основных подотрядах, пост главы уже был у него в кармане.

Идея заминировать территорию зародышами против пигмеев, которую другие так критиковали за бессмысленный расход средств, выстрелила. И как выстрелила! Эти глупцы думали, что он беспокоится о недоростках?! Нет! Предусмотрительный, как и полагается главе клана, полководец заранее ожидал, что их застава рано или поздно станет чьей-то мишенью. И готовился именно к этому. Именно так будет звучать официальная версия.

Теперь все потраченное вернулось сторицей. Маасари наслаждался отчаяньем, плещущим из обреченной заставы. Чистым, безнадежным отчаянием. Наемники уже забили на общий строй и сосредоточились на собственном выживании. Может, их пощадить? Охрана-то нужна. Хотя нет, эмбиент сейчас важнее.

Полководец еще раз вслушался в ощущения от погибающих сил Мулов и недовольно замер. Откуда взялась такая радость?! От эмбиента у защитников мозги протекли и теперь они друг друга, что ли, убивают или какие-то идиоты из его резервных наемников в бой полезли?

Лсаш всмотрелся в поле боя глазами разведчика и остолбенел... На мертвецов неслись Гончие. ГОНЧИЕ? НЕЕТ!!! Подавив первую реакцию отторжения, полководец, еще раз сосредоточившись на ощущениях, легко услышал отголоски надежды, узнавания и имени «Фенрин». НО КАК?! Книга звякнула каким-то срочным сообщением, прошедшим сквозь боевой фильтр. Он уже понимал, что сейчас прочитает.

Да, на перевале зафиксирована вспышка портала и растаяли армии проклятого волколюда…

Над полем мелькнуло облако стрел, и мертвецы, попавшие под выстрел, повалились как подкошенные. Стрелы? Да ты что, Слепец, издеваешься?! Еще и Тригр с его жуткими Пневмоарбалетами, каким-то образом убивающими немертвых с первого попадания??? Полководец, еще пять секунд назад уже видевший себя главой Детей пепла, похолодел от ужаса. Проклятый механоид явно научился обходить блокировку перемещения… От старого Игрока, конечно, всего можно ожидать, но как, Владыка Хаоса, КАК?.. Небо по-прежнему мерцало Щитом отрицания и Лсаш рефлекторно, как в детстве, затрещал крыльями, отгоняя от себя страшную мысль. Не дай Хаос… Нет, блокирующая сеть все еще была ему подконтрольна.

Не медля ни секунды, полководец отключил ее и сразу же использовал локальный портал, чтобы добраться до укреплений зоны отбытия. Никаких шансов в битве с тройкой полководцев, двое из которых стоили иного владыки, он не видел, мечтая лишь убраться отсюда живым.

*****************

Лекс задумчиво смотрел на поле боя. Несмотря на исчезнувшего куда-то врага и оказавшегося невероятно эффективным против мертвецов Взора Хель, благодаря которому любая стрела отправляла нежить обратно в землю, тех было еще слишком много. В отличие от призванного отряда, лишившись хозяина, разбуженные немертвые падать безвольными куклами на землю или развеиваться пеплом не желали.

Выбора не было: гарнизону придется отступать порталом — лиловый отсвет с неба пропал и тот заработал — и молиться, чтобы его хватило на всех… Эх, а ведь они, по сути, одержали победу…

Книга тихо звякнула, и неожиданно ожила техносвязь:

— Хреновый из тебя пародист. Прячься в туман, чтобы я этого позорища не видел. — И спустя несколько мгновений нетерпеливое: — Направо посмотри!

Повернув голову, механик увидел темное пятно, через которые смутно проступали знакомые формы. Он окинул взглядом двор — тот оказался пуст, почти все на стенах. Было слишком больно, чтобы двигаться, поэтому хаосит использовал Колесо обновления на Дыхание мари, и призвал туман еще раз, случайно частично накрыв ближайшую стену, на что сражающиеся сразу отреагировали злобными матюгами. Среди них раздавался и голос Фенрина, обещавший оторвать все лишнее тому криволапу, который путает карты!

Кровопотеря и ожоги, наконец, взяли свое, Игрок провалился в гиповолимический шок…

*****************

Лазарет

Просыпаться в лазарете, похоже, входило у Лекса в традицию. Белый потолок и попискивание приборов не оставляли сомнений, где он. Слава богу, хоть боли не было — тело оказалось плотно покрыто какой-то мазью. Старая фобия заставила его дернуться, проверяя, работают ли руки, и рядом раздалось недовольное бурчание соседа:

— Да не шевелись ты, вонючка, дышать и так невозможно!

— Тебе, Роггор, все-таки вырвут твой дурной язык, — сразу откликнулся кто-то подальше. — Не нашел ничего умнее, чем наезжать на клановых в их лечебнице?

Механик узнал соседа: это был тот самый парень, которому досталось между штурмами. Наверняка, такой же салага, как и он сам, переживший свою первую большую битву.

*****************

Командный пункт заставы

— Ну и как будем выкручиваться из очередных подвигов твоего протеже? — ехидно поинтересовался Фенрин у возившегося с Книгой главы.

— Отдал приказ демонстративно докупить кристаллов душ, — равнодушно произнес мех, не считая нужным продолжать очевидную мысль.

Волколюд недовольно рыкнул на свою тупость. В самом деле, нижние демонские домены неоднократно демонстрировали, что Щит отрицания не является для них серьезной проблемой. Вот только цены? Он даже представить боялся, сколько бы стоил срочный перенос полководца через домен, да еще без специальной подготовки. Но это даже хорошо: очередная легенда в копилку имиджа клана, не жалеющего ничего для спасения своих.

— Как оцениваешь новичка?

— Твоего протеже?

— Не ерничай, — перебил тренера явно не расположенный к пикировке глава, заставив волколюда еще раз смутиться. Эмбиент и постбоевая горячка не лучшим образом влияли на мыслительные способности зверя, он действительно подумал не о том.

— Плохо, очень плохо, — раздраженному Фенрину было не до дипломатии, и он говорил не стесняясь. — Отрядом Владыка его не обидел, а карт было достаточно, чтобы продержаться в два раза дольше. Но твой ученик растратил Шпиль на преждевременные ускорения и воздушную мелочь, легко отбиваемую Облаком вулканического пепла, в итоге не успел быстро нейтрализовать Стальной водоворот, потеряв внешнюю стену. Вместо того чтобы в промежутке выгнать наемников в окопы, скучил армию на заставе, переоценив свою защиту и понеся в итоге неоправданные потери. Восстанавливал уничтоженные боевые единицы в Мастерской, что слишком затратно по времени для разворачивающегося сражения, вместо того, чтобы готовить в максимальных объемах горючую смесь для огнеметов. К Тургу у меня тоже куча вопросов, в первую очередь, почему он не настоял на окопах, но его главной ошибкой как временного наставника все же был перерасход энергии полководцем. Возвращаясь к Кор-тер-Кору, всё вместе — типичные ошибки новичка, увлекшегося новыми игрушками, простительные для дикого полководца, но не того, кого клан готовил десятилетиями…

— Главную ошибку сделал я, назначив его сюда, — Тригр не любил, когда на его промахи закрывали глаза.

— Зато можешь не сомневаться, что Владыка Хаоса к нам благоволит, — такие шутки вполне в его вкусе, парировал зверолюд.

Оба надолго замолчали. Иншера. Их ошибки обернулись неплохой победой, и хотя те же наемники поопытнее наверняка придут к нелицеприятным выводам насчет нового полководца, остальное выглядело впечатляюще. Как будто они напрочь переиграли противника!

Фенрин уже обронил в нужном месте фразу, что если б не чертова карта Спасения, висеть вскрытому Активатору Пепельника в музее Дома. Пусть вражеский полководец и сбежал, отряды наемников теперь десять раз подумают, связываться ли с Детьми пепла. Нечасто такое бывало, чтобы почти весь клан полностью, а главное, напрасно погибал в недолгих боях, и еще реже, чтобы их бросали на произвол судьбы. Волк специально запретил преследовать остатки Ледорубов, чтобы быть уверенным, что слухи о разгроме разойдутся пошире.

Теперь им предстоял второй, не менее сложный этап. В зону прибытия один за другим поступали подкрепления, предстоял штурм второй части перехода — зоны отбытия. Осталось дождаться Крамра. Как бы противник ни усиливал опорный пункт, через мини-портал много не накидаешь, а остальные способы перемещения между мирами слишком дороги, чтобы повлиять на исход.

Больше у них нет права на ошибку: эта битва окончательно истощила ресурсы обоих противников. Продолжать войну дальше никто из них не сможет, иначе они точно потеряют всё. Он даже втихаря надеялся, что Пепельники не станут доводить до последнего сражения: предложения Механической логистики по разделу Осколка были вполне умеренными. Обоим кланам была нужна передышка, к тому же у Мулов в запасе была еще одна цель.

Эпилог

Лекс, наконец, смывал с себя под душем мерзкую вонючую мазь. Смывал вместе с болью в заживающих ребрах, усталостью, нервным напряжением последних дней. Вместе с потерями товарищей. Вместе с закончившейся наконец-то войной. Хаосит и мир — вещи несовместимые, но только сейчас механик понял, как же он мечтал о передышке! О мирном договоре, правда, еще официально не объявлялось — эту новость он узнал от посетившего его Фенрина.

Как обычно, начало встречи с тренером было не из приятных. Через три минуты разговора подмастерью казалось, что ему ударами ног поправляют налезшую на глаза корону. Или вообще сносят ее, хорошо, что не с головой. Волколюд беспощадно тыкал его в становившиеся после этого очевидными ошибки, зато финал разговора полностью окупил минуты позора.

Весть об окончании войны была первой. Им отходил дальний полуостров Осколка с зоной прибытия, ближайшей к ней зоной отбытия и двумя шахтами. В обмен на право пользования точкой входа, а также за подтвержденный отказ от претензий на минеральные рудники остальной территории острова Дети пепла уступали десять процентов дохода со своих горных разработок.

Своя территория переводила Мулов в лигу средних Домов. Репутация в среде Игроков, постоянный доход, тренированная армия — все это давало реальную возможность увеличить свою численность вплоть до создания младших Домов. К тому же в источниках дохода у Мулов недостатка не было: клиенты, едва война закончилась, не затягивали с заключением новых контрактов или возобновлением прежних — возвращение позиций на рынке перевозок было лишь вопросом времени.

И пусть Механическая логистика даже формально была самым слабым кланом в неофициальном рейтинге середнячков, Лекс очень сомневался, что кто-либо в ближайшее время рискнет попробовать их на прочность. Слишком уж непредсказуемым и опасным противником они себя показали.

Новости, касавшиеся его лично, были еще приятнее.

Его заслуги в этой войне, несмотря на все тактические косяки, были оценены советом клана по достоинству. В кладовых Дома его ждали две золотые карты: Ветер ледяных осколков вместо окончательно уступаемой клану Баллисты и Затмение, позволяющее выиграть время для разворачивания отряда или отступления, лишая противника и всех его существ в зоне действия с помощью сильнейшего ментального удара зрения, слуха, эхолокации и эмпатии. И любые щиты средней силы от этого не спасут.

Вторая награда, не столь эффектная внешне, была еще ценнее. В порядке исключения, его, как полноценного участника сражений, не дожидаясь получения им седьмого уровня, официально повысили в звании, переведя из подмастерьев в младшие мастера, и включили в патрульную звезду. Это был новый вид боевой единицы, специально созданный под захваченную территорию. Регулярные конвои, двигающиеся по полному круговому циклу между Двойной Спиралью и Осколком и обеспечивающие снабжение гарнизона и вывоз добытых минералов, позволят ему без особого риска поддерживать цвет своих карт, оставляя при этом достаточно времени на тренировки с главой и тренером, а зачистка мира от пигмеев обещала неспешный, но уверенный рост уровня. Да и зарплата боевика-механика тоже разительно отличалась от тарифов для подмастерья.

Элекзар, всего лишь «пятерка», окончательно входил в негласный костяк клана, а в голове у него уже роился набор новых фокусов и трюков.

Часть 2. Предатель

Пролог

Где-то в медвежьем углу вселенной…

Цирос неторопливо плавал вдоль бесконечных стеллажей с разноцветными инфокассетами, иногда осторожно прикасаясь щупальцами к их корешкам. При всей анахроничности, кассеты намного упрощали выбор. Сегодня аналитика тянуло к синим, ярко-синим, он только никак не мог понять, куда именно. Подождав пару секунд и не осознав ничего полезного, сцифоид активировал окно новостного процессора и еще раз пролистал сообщения, тщательно отсортированные ИИ по актуальности и полезности. Недовольно напряг стенки зонтика, отключил все фильтры и стал еще раз просматривать новости уже напрямую.

Да, артефакты и разумные машины помогали сэкономить время, вот только иногда они упускали самое важное. То, что нельзя было обнаружить с помощью логики, перекрестного анализа, весовых коэффициентов или синтеза больших данных. То, что нельзя было угадать с помощью дарованных богами интуиции и предвидения. То, что иногда сами силы мироздания пытались скрыть. То, что мог заметить лишь подобный ему, с рождения живущий в бесконечной медитации, пропускающий сквозь себя ничем не замутненное течение вселенной, где оставляло свой след все: и рождение глюона, и гибель миров.

Величайшие созерцатели их народа могли отслеживать и предсказывать даже деяния богов, но его сегодняшнее задание было куда проще: от разумной медузы требовалось вычленить серьезные угрозы небольшому сообществу служителей Хаоса, называвших себя Игроками. Даже не сообществу, а некоторой его части. Дому, как там было принято говорить. Их жестокий бог лишил свою паству всего, что обычно есть у разумных: семьи, любви, покоя, своего настоящего дома — неудивительно, что эти несчастные готовы были назвать домом любой суррогат и защищать его как что-то ценное.

Впрочем, ему платили не за сочувствие, поэтому Цирос погрузился в будни чужого мира. Синий цвет в его голове соответствовал творениям бога-механика, а яркими красками расцвечивали мир короткоживущие, поэтому задача была нетрудной. Уже на второй тысяче новостей сцифоид понимал, где примерно искать — взгляд раз за разом задерживался на записях о небольшом конфликте. Разум видящего позволял по капельке воды осознать существование морей, что уж говорить о смешных попытках примитивных существ замаскировать свои дела, оставившие бесконечно много следов и ошибок. Вот первая из попавшихся — скупка кристаллов душ. Точнее, старательная имитация скупки: ведь потом следовала осторожная распродажа. В итоге вместо крутой волны спроса сформировалась лишь небольшая зыбь на рынке… Ему было слишком скучно тратить свое время на детальное осознание всех подробностей, для этого есть трудолюбивые вычислители. Сократившийся купол нежно толкнул медузу к одной из кассет, услужливо подвинутой артефактом. Да, это ключ.

Информация в хранилище уплотнялась на глазах, компьютеры отрабатывали свою энергию. Неприметный служитель транспортного клана по имени Элекзар. Именно он оказал несоразмерное своим силам и положению влияние на исход битвы. Влияние, которое приписывалось жрецам средней руки, так называемым полководцам, со звучными именами Тригр и Фенрин. То, чем пользовался иллюзионист и его хозяева, станет реальной угрозой заказчикам меньше чем через сотню их больших циклов.

Цирос приказал искусственному разуму сформировать три пакета данных. Один входил в стандартный тариф, два других были куда обширнее, но цена росла экспоненциально. Покупателям повезло, угроза была выявлена на ранних стадиях, поэтому они вполне могли ограничиться базовым пакетом, что и сделают в этот раз. Однако знание о существовании расширенных наборов заставит их резервировать больше средств и через два обращения служителям изменчивого бога это пригодится. Хотя и не спасет. Смертных, случайно узнавших о существовании видящих и осмелившихся их потревожить ради своих смешных проблем, не спасет ничто. Хотя при должной осторожности и молчаливости они могут купить отсрочку. Наивно думая, что покупают удачу.

Сцифоид вернулся к медитации…

Глава 1. День второго рождения

Пять больших циклов после боя за Заставу, Дом Чаш

— Двадцать циклов в Игре — срок немалый! Половину пришедших уносит Турнир, большинство остальных добивает Игра. Так выпьем же, друзья, за наш Дом, который довел Элекзара до игрового совершеннолетия! — медоед, никогда не упускавший случая посетить Дом Чаш ради своего любимого напитка, вздернул бокал с вересковым медом, открывая торжественную попойку, так удачно совпадавшую с новым циклом.

Лекс очень сильно подозревал, что день его второго рождения, как нередко называли приход в Игру, привлекал соклановцев именно тем, что приходился на последний день года, давая совершенно легальный повод пьянствовать чуть подольше и не думать о возможных проблемах. Работы в эти дни бывало немного: переоценка силы карт приносила множество сюрпризов, не всегда приятных, поэтому объем перевозок вполне предсказуемо снижался даже у технокланов, которые не так серьезно зависели от силы призванных существ.

Честно говоря, он тоже немного побаивался переоценки. Черный цвет, которым наградил Владыка после войны, потихоньку сошел до красного, и хотя до Малого турнира было еще далеко, немало соклановцев уже задумывались, не придется ли им на следующий Турнир идти «синяками». Элекзар был в их числе. Уже давно стало понятно, что обрести благосклонность Владыки куда сложнее, чем поддерживать, а репутация клана, к сожалению, начала работать в этом отношении им во вред, снижая число желающих нападать, да и миры с прошедшего Фестиваля были уже настолько основательно зачищены, что большинство угроз объективно сошло на нет. Многие Дома специально не добивали аборигенов, поддерживая хоть какой-то уровень угрозы в отдельно выбранных мирах, но где гарантия, что к новому Турниру Смеющийся Господин не накажет ловкачей?

Поэтому, когда раздался последний удар часов, механик облегченно выдохнул, увидев знакомый красный огонек. Удержался! Длительный отпуск, на который копились дни едва ли не все два последних больших цикла, должен был неплохо поправить ситуацию с цветом. По крайней мере, Лекс и его товарищи возлагали на него неслабые надежды. Особенно сам механик, несмотря на осторожность, поднявшийся за эти годы практически до седьмого уровня. Сказал бы кто ему сразу после прихода в Игру, что он будет изо всех сил стараться обойтись без убийств и возвышений… Увы, мудрость приходит с годами, да и то лишь к выжившим.

«Тише растешь — выше поднимешься», — любил говаривать тренер. Элекзар не дикий Игрок, который перебивается с дайна на дайн, зачастую вынужденный выживать только за счет меча и дарованных Владыкой сфер. Он «клановая тварь», как втихаря, за глаза называли таких низкоранговые «бездомные» хаоситы. На его уровне в красных или черных цветах Турнир не представлял серьезной угрозы. Конечно, «семерка» это не «четверка», которой он вышел на бой в прошлый раз, но на этой ступени шансы встретить равноценно оснащенного противника тоже невысоки. Серьезные кланы и отряды наемников, способные хорошо вложиться в своих членов, открывали двери Игрокам примерно с десятого уровня. Прошлой дурацкой ошибки Лекс больше не повторит. Главное — удержать цвет, и грядущий турнир он наверняка переживет.

«Ладно, о делах времени подумать еще достаточно будет, а праздновать осталось всего ничего», — резонно решил младший мастер, наливая себе новую порцию дорогого вина, каждый раз напоминавшего ему о бывшем мире. Именно бывшем — родным для него стала Двойная Спираль.

*****************

Утро нового цикла

Проснувшись, Лекс судорожно дернулся, отдавая дань старой фобии. Четыре года назад он прозевал время обновить действие зелья Эфирного шума — надежного, но, увы, недолговечного средства от ментального сканирования, имевшего гнусную привычку быстрее обычного выводиться с алкоголем. И хотя в тот раз тщательная проверка его Фенрином не выявила никаких следов чужого внимания, механик почти весь большой цикл безвылазно провел в клане без увольнительных, лишившись заодно и половины зарплаты. Вдобавок глава предупредил, что при повторении подобного его ждет пункт в договоре, предусматривающий исключение из клана за забывчивость с полным стиранием памяти в отношении секретов Дома, что в случае Лекса почти стопроцентно гарантировало состояние овоща.

К счастью, сегодня все было нормально. Индикатор походной аптечки показывал, что зелья хватит еще минимум на час, но механик предпочел не рисковать, хотя начинать похмельное утро с подобной дряни было не лучшей затеей.

Сразу дотянуться до сумки ему помешало какое-то препятствие: подле него на кровати валялась незнакомая ему девчонка. Симпатичная. Он тщательно всмотрелся в ее Медальон, не пожалев отправить в откат Пристальный взгляд — не Истинное зрение, конечно, зато не кратный и с большинством средних иллюзий или наведенных мороков вполне способен справиться. После того, как сам походил с фальшивым Медальоном, так безоглядно, как раньше, верить в высвечивающиеся на нем цифры молодой хаосит перестал. Слава Господину, «тройка»! Ах да, он же сам выставлял ограничение на вход в снятый им в Доме Чаш зал всем кроме приглашенных гостей максимум четвертым уровнем, тщательно указав список рас, ориентируясь на себя и соклановцев. Хотя, вспомнил механик, именно с этой партнершей он познакомился как раз в общем зале, так что она его личный гость.

Девушка, как там ее, Лия кажется, негромко вскрикнула во сне, заставив всколыхнуться в душе жалость. Путь ей подобных в Игре был не из легких, если им не удавалось найти удачную партию, но так везло не многим. Спустя минуту, жалость сменилась смущением — Лекс вспомнил, что они вытворяли в постели, и, в общем-то, ему было совершенно не важно, пыталась ли девчонка пристроиться к удачливому партнеру или просто отвлечься от тяжелых будней. В любом случае, никаких чувств к ней, кроме небольшой благодарности, механик не испытывал. Тихо, чтобы не разбудить, собрался, а уходя вызвал слугу и оплатил комнату еще на сутки с завтраком, обедом и ужином — обижать не хотелось, но кто знает, есть ли ей где жить и что есть, кроме базового «серого»?

*****************

Стоило захлопнуться двери, надежно изолируя помещение от прослушивания, девушка, на лице которой не было ни малейших признаков сна, недовольно поднялась с кровати. Нет, безусловно, ночь не была совсем пропащей, но в предновогодний Дом Чаш она не развлечься приходила, к тому же парень был не в ее вкусе. Впрочем, плевать на предпочтения, работа есть работа, бывали ночи и похуже, не говоря уж о прошлой жизни, главное, что куча дайнов, затраченных на ловцов и индукторов снов, ушла коту под хвост, не говоря уж о риске попасться Хозяину снов, беспощадному к браконьерам! Игрок оказался всего лишь рядовым механиком, да еще и со стабильного, давно известного маршрута. И какого хрена он закрывался таким дорогим зельем, как будто логист?! На зелье она и повелась как дурочка, наивно поверив, что проклятые железяки поставят диспетчерами кого-нибудь, кроме себе подобных.

Глянув на гостевую карточку «Лия» зло выругалась. Надо же, какая щедрость. Оплатил ей еще целый день проживания, а взамен, гад, — маскировку Медальона ей едва не снес! Она поежилась от мысли о последствиях. Ну их дальше нахрен, этих Мулов, помешанных на безопасности…

На всякий случай, пользуясь любезностью наивного мальчишки, еще раз уже спокойно, на свежую голову проверила все пойманные сновидения и едва не подпрыгнула от радости. «Зря потраченные деньги?! Прости, судьба, что жаловалась на тебя!» — увиденное стоило куда дороже рядовых маршрутов, пусть и щедро оплачиваемых кем-то, загодя готовящимся к войне.

Там, во снах, были не только всякие бредовые сцены сражений, в которых этот придурок мнил себя полководцем, каждый раз с разным отрядом сражающимся с самим Тригром. Девушка криво усмехнулась: будучи шестеркой железок во всех смыслах, мечтать о битве за место главы с их лидером — как символично-то! Но кроме этого вздора называвшая себя Лией наконец увидела пропущенный ею в погоне за сведениями о маршрутах настоящий клад. Да, да! Именно клад. Самую настоящую карту Сокровища, ведущую к Дару Владыки, который жертва собиралась добыть вместе со своими друзьями… Еще и на публичной территории! Даже традиционные пять процентов за наводку окупят все, что потрачено, но у нее есть план получше — одно из лиц, мелькнувшее во снах, было ей знакомо…

Девушка встала перед зеркалом, тщательно проверяя свою внешность. Такие призы не теряют из-за какой-то глупой мелочи. Так, маскировка Медальона почти пробита. Придется опять свое богатство, один из лучших рабочих инструментов — случайно выигранного на Колесе Слепца Лицедея — отправлять в откат. В Игре хватало дурацких совпадений, да и сканеры гостиницы были величиной неизвестной. Вошла «тройка», вышла высокоуровневая хаоситка. Кто знает, куда сливает данные эта забегаловка? Только наивные глупцы думали, что в Двойной Спирали хоть что-то не продается. Лия себя к таким не относила, поэтому и выжила.

*****************

Добравшись домой, Лекс вспомнил, что так и не глянул, что принес этот цикл в его полководческий раздел. Последнее время механик практически сбросил Час величия со счета из-за строжайшего запрета главы использовать его в любых схватках, кроме внутриклановых тренировок. Впрочем, он и сам не горел таким желанием, понимая, что уберегся лишь чудом. По иронии судьбы в ближайшие сотни циклов лично для него ценность этой карты будет равна паре золотых, на которые он и так накопит, зато охотников за головами, стоит засветить ее, спустят по его душу не задумываясь, ибо какому полководцу не захочется детально изучить разнообразные вражеские отряды?

Да, благодаря частым тренировочным боям Лекс выучил сильные и слабые стороны всех достававшихся ему бойцов, но каков шанс дойти до полководца, где это наконец-то даст реальные плоды, позволив свободно использовать свой отряд? И каков шанс, что Господин будет достаточно милостив, чтобы выдать ему уже изученные подотряды? Механик вообще сдал бы эту карту клану, если б не спор из тех, что любили затевать на ночь глядя в их общей клановой спальне. Один из соклановцев с жаром доказывал своему приятелю, что возможность призывать дополнительные подотряды ограничена, именно потому даже богатейшие полководцы не могут похвастаться бесконечными войсками. Сразу возникло опасение: а вдруг его Валькирии со товарищи, хоть и призваны в рамках тренерской колоды, пойдут в общий зачет? А еще теплилась иррациональная надежда их сохранить: в разделе для полководцев они после фиксации сразу на несколько циклов вперед почему-то стали выглядеть самостоятельными картами. С другой стороны, регулярные тренировки за счет Дома, да еще с одними из лучших бойцов Игры, все-таки штука полезная. Особенно они пригодятся, если он таки заслужит вожделенный шлем: Мулы сразу получат обученного бойца, даже если придется менять отряд.

Владыка был не особо благосклонен в этот раз, сказывались спокойные годы. Гномы-щитоносцы в тяжелой броне, стремительные как черепахи, юркие, но совершенно беззащитные Кобольды с огненными горшками, которые взорвутся от любого повреждения, совершенно бесполезные до апгрейда Пращники, Вороны-разведчики (ну хоть что-то) и Мастерская с гоблинами. Последняя — крутая штука, если ее улучшить, но кто же станет тратить безумно дорогие карты полководческих рецептов ради одного большого цикла? В общем, Тригр расстроится: мех уже который год надеялся протестировать элементалей…

Глава 2. Поход

Полтора малых цикла спустя…

Друзья собирались сегодня своей боевой тройкой. Именно друзья, по мнению Лекса. По крайней мере, те, кто ближе всего подходил под это определение в жизни хаосита.

Одно из последних, весьма спорных с точки зрения безопасности, нововведений Мулов — на стабильных, внутриклановых маршрутах теперь ходили тройками. Сотрудников, несмотря на недавно проведенный набор, не хватало. За пять лет Мулы немного оправились от колоссальных убытков прошлого конфликта, а клиентура лишь подросла, несмотря на тарифы. Слава сильных бойцов в конвойном бизнесе определенно не мешала, да и в целом прошедшая война оказалась великолепной рекламой. Все-таки не так часто малоизвестный клан неожиданно выигрывает у альянса из трех достаточно серьезных Домов.

Поэтому репутацию надо было поддерживать: заказы принимать и выполнять, притом чисто. Для этого нужны сотрудники, и с каждым циклом все больше и больше, но вольные Игроки средних и высоких уровней не такое уж и частое явление — все они так или иначе связаны с каким-то из Домов. И чтобы получить себе новых серьезных бойцов, их надо или воспитать с нуля, или переманить у других, что не так-то просто. Да, Дом вырос, войдя в когорту средних кланов Игры, но и перспектив для новобранцев в нем, как ни крути, поубавилось: резерв полководцев, например, был забит на многие циклы вперед, как и офицерские должности, на которые поставили проверенных в недавней войне бойцов, поэтому и поток подходящих претендентов был жидковат.

Как начальство планирует решать намечающуюся проблему с нехваткой персонала в дальнейшем, точно не знал никто. Ходили только разнообразные слухи. Кто-то утверждал, что снизят требования к поступающим, кто-то опасался снижения оплаты, но большинство склонялось к версии, что, скорее всего, обзаведутся младшим кланом. Пусть даже неформальным, в Двойной Спирали подобное практиковалось сплошь и рядом. В конце концов, полководцев хватало, одному из тигролюдов до заветного шлема оставались сущие крохи.

Элекзар относился к сторонникам последней версии. Их клан явно перерос нишу перевозчика, пусть даже элитного. Вложения в добычу ресурсов давно стали секретом полишинеля среди сотрудников. Низкоуровневые контрактники — это, конечно, выгодно, но очень, очень ненадежно, нужны свои, кланники. Вот только работа добытчика куда проще и безопаснее, чем конвои. Образования и знаний, чтобы копаться в шахтах или вкалывать на плантациях, тоже особо не требуется. Поэтому платить им как универсальным бойцам сопровождения странно. Сам собой напрашивался вывод о необходимости нового Дома, возможно, даже специально рассчитанного на органиков, с пониженными требованиями для вступающих. Как и оплатой. Не говоря уже про турнирное обеспечение.

Но это дела пусть и недалекого, но все же будущего. Сейчас же Лекса, заслужившего право досрочно стать из подмастерья боевиком-механиком, включили в урезанную тройку под предводительством опытного командира, достигшего уже семнадцатой ступени. Около входа в Дом Чаш вечно собирались толпы Игроков — он служил традиционным местом встречи в постоянно меняющемся Городе Сумерек — однако найти своих механику было несложно: командир их звена выделялся везде. Бул'Фрой входил в число особо отличившихся при столкновении в Мире пепла рукопашников, что на фоне механоидов было серьезным достижением. Точнее, было бы, не иди речь об одном из двух легендарных булрати, работающих в их клане. Говорят, другой был еще круче, но Лекс, во-первых, не видел того в деле, а во-вторых, не представлял, куда еще круче-то?

Вторым в их звене был Хен — седой, умудренный жизнью гнолл, человек-гиена. В Игру он попал уже стариком и сколько провел в ней, механик не знал, но острый нюх и удивительная, природная мудрость напарника не раз уберегала тройку от проблем. Вот он в толпе, несмотря на свой пятнадцатый уровень, не выделялся совсем, правда, Хена всегда можно было найти подле командира.

Товарищи специально отпросились у Кор-тер-Кора, командовавшего гарнизоном в Мире пепла, в отпуск всей тройкой. Причин полководец не спрашивал, хотя, конечно, догадывался, что это неспроста. И был абсолютно прав. В одном из Активаторов наемников, захваченных во время обороны заставы, когда Хен, долго выжидавший падения цен, наконец-то его вскрыл, нашлась золотая карта Сокровища. Не такая уж и редкая вещь в Игре, но только в отношении обычного ранга: золото же гарантировало богатую добычу. К тому же Дар Владыки, к которому вела карта, удачно находился в общедоступной зоне, на одном из бесполезных, никого не заинтересовавших Осколков. Скорее всего, именно поэтому предыдущий владелец и не спешил ее продавать. Особенно если не имел доступа к маршрутным справочникам.

По-настоящему ценные клады легко не даются — финальный пункт путешествия был занят автономным механоульем. Уничтожить подобное по силам не каждому полководцу, но это было мелочью по сравнению с другим препятствием. Попади карта Лексу, он бы не раздумывая сдал ее в клан за свои законные десять процентов. Как и любой другой их соклановец. Кроме Хена. Гиеноид сумел сотворить почти невозможное: придумать, как крохотному звену взять Дар Владыки своими силами.

К Осколку с сокровищем вело два пути. Один, почти нереальный, через закрытые старшим Домом для прохода территории, и второй, нереальный без всяких почти. По крайней мере, для Игроков их уровней.

Некогда развитый мир, специализирующийся на биотехнологиях, был разорен глобальной самоубийственной войной. Его жители так увлеклись созданием живого оружия, что оно покончило со своими создателями. Один из тех нечастых случаев, когда на большом Осколке охотились не столько хаоситы, сколько на них самих. Конечно, служителям Игры не привыкать к сложным и опасным врагам, но к несчастью, или наоборот, к счастью для местных обитателей, из-за неразумности большей части местной фауны эмбиента там было особо не заработать, что предопределило отсутствие интереса у владык и полководцев к этому месту. Жаждущих же заработка мир тоже не заинтересовал. Остатки технологий скудны и разрозненны, а местных диких тварей перебить силами нескольких Игроков или даже боевых звезд невозможно: они, полностью лишенные инстинкта самосохранения, считают сильных Игроков лакомым куском и в случае схватки начинают подтягиваться со все большей и большей территории, наваливаясь бесконечными волнами. Так что соваться туда ради наживы рисковали лишь хаоситы первых-вторых уровней, в надежде договориться с обитателями Убежищ, чтобы те после завершения торговли добровольно пропустили их в зоны отбытия, открывшиеся только на территориях их Убежищ. Никому бы даже в голову не пришло рассмотреть этот путь для звена с Игроками старших уровней, но Хен придумал план, который должен был позволить им пройти Опаленный мир насквозь. План, красоты которого не постыдился бы и полководец. Хорошо, что через убийственный во всех смыслах мирок не надо было возвращаться: Механоульей был «дорогой с односторонним движением» и выход из него вел в другой, опустевший и безопасный Осколок, находящийся на давно изученных маршрутах. По крайней мере, для профессиональных конвойных дальнейший путь определенно не составлял никаких проблем.

Лексу же за участие в вылазке и использование его Колеса обновления полагалось целых двадцать пять процентов от добычи или золотая карта, пусть даже с возможной доплатой с его стороны. Игрок уже давно собирался пополнить свою колоду и ждал лишь подходящего предложения, поэтому дайны на это были. Однако для механика главным были не трофеи: охота за высокоранговыми Дарами приносила не только карты, но и высоко оценивалась Смеющимся Господином, практически гарантируя на следующий год черный огонек в случае удачи. Ходили даже слухи о везунчиках, цвет карт которых улучшался сразу в момент получения Дара. А один «штатный балабол» рассказывал, что якобы надежный знакомый надежного знакомого видел карту, способную поднимать цвет. Высокоуровневые лишь ухмылялись, слушая эти сказки.

Сегодняшняя встреча была большей частью формальностью: заключались на Книге давно обговоренные соглашения, сверялись и без того хорошо известные друг другу карты, переводились на счет Хена дайны, предназначенные для закупок…

Лекс знал, что надо сосредоточиться на предстоящем рейде, но не мог. Он вообще больше не горел желанием принимать в нем участие и временами даже жалел об опрометчиво данном обещании. Да, цвет карт важен, милость Владыки еще важнее, трофеи тоже пригодятся, но всего полмесяца назад он встретил Алю! Совершенно случайно, на входе в квартал Дверей, когда возвращался в клановый дом. Они едва не столкнулись, девушка куда-то так спешила, что буквально налетела на механика и рассыпалась в извинениях, внезапно замолкнув. В ее чудесных зеленых глазах мелькнула тень узнавания. Механик был готов поклясться чем угодно, что узнавания радостного! Але надо было бежать, но она обещала вернуться той же дорогой, а он был согласен ждать ее хоть всю ночь. Однако не пришлось терпеть и часа — Лекс увидел ее первым и понял, что назад девушка торопилась ничуть не меньше, перейдя на степенный шаг только в последний момент…

Влюбленные гуляли по Двойной Спирали ночи напролет. Занятый работой в клане, Лекс не имел времени полноценно изучить Город, а потому не знал о множестве удивительных мест, которые ухитрилась разведать за прошедшие годы его подруга. Аля каждый день раскрывала ему всё новые и новые грани их невероятного мира, ставшего Игроку любимым домом. Непростым, временами жестоким, зато бесконечно интересным и обещающим просто фантастические возможности. Фокусник всю жизнь мечтал о чудесах, неудивительно, что ему выпал шанс жить ими.

Да, любовь близкоуровневых Игроков — огромная глупость, судьба много раз наказывала за подобное пренебрежение элементарной логикой, но никто из них не мог удержаться. В конце концов, до Турнира еще почти пятнадцать циклов, а у Мулов большие планы. Если Аля не торопится — возвыситься может и он, опасных заданий, гарантирующих эмбиент, хватает. Заодно и проблема с цветом карт сама собой разрешится.

Пару дней назад, узнав, что Лекс берет отпуск, подруга сама предложила снять совместную квартиру и очень расстроилась, когда выяснилось, что механик буквально сразу же уходит в поход. Девушка была достаточно опытным Игроком и задала только один вопрос: насколько рейд опасный?..

Квартиру они все же успели взять. В конце концов, как правильно сказала Аля, если перед Турниром специально оставляют, куда или к чему возвращаться, то почему бы примете не сработать и перед рейдом? А у нее как раз были координаты очень уютного жилья, оставшегося от подруги. Лекс оплатил аренду сразу на большой цикл, несмотря на слабые протесты девушки, хихикавшей, мол, вдруг она ему раньше разонравится?

Занятые переездом и прочими хлопотами, они успели провести вместе всего несколько ночей, но откладывать поход было нельзя. Дар Владыки был блуждающим, и максимально близко к границе механоулья он окажется в ближайшие пару недель, а потом снова нырнет в глубину. Друзьям и так пришлось ждать почти два больших цикла, и задержку, вылившуюся в очередное ожидание, Лексу не простят, а дороги Игры непредсказуемы.

Глава 3. Опаленный войной

Интерлюдия. Опаленный мир, Убежище № 7

— Там какой-то монстр! — ворвался в командный пункт возбужденный 789-й. — Эта тварь в одиночку перебила почти всю стаю, обнаружила наблюдателя и, добираясь до него, голыми руками пробила брешь в бункере!

Долгое и мучительное ожидание наконец-то закончилось. Основная партия доноров таки пришла, старания не пропали даром.

Дежурный крейт взволнованно защелкал, но опыт все же взял свое, и 741-й, поумерив эмоции от радостной вести, тщательно придерживая хвост, пошел докладывать новость 72-му. Пока еще 72-му. Тому, кто, изыскивая крохи оставшихся ресурсов, сумел придумать и организовать ловушку на чужаков, недолго ходить четвертым в местной иерархии, если вообще в числах — это понимал любой обитатель 7-го убежища.

Для 741-го самым сложным на его новом высоком посту было стоять перед дверью нижнего уровня, ожидая решения возвышенных. Стоять, не щелкая хвостом. Почти восемь лет он на третьем порядке, а все никак не избавится от этой мерзкой привычки, позорящей его еще с клонов. Да, он был выходцем из безмозглых диких. В простейшей ящерообразной формации. Одним из немногих не только «проснувшихся», то есть обретших разум, но и сумевших забраться столь высоко. Крейт и сам не знал, чему больше он обязан таким невероятным возвышением — удаче или все же стремлению учиться вкупе со способностью никогда не сдаваться.

К концу войны ни своих, ни чужих «хозяев» не осталось, как и их технологий отладки-обучения клонов. А потому большая часть народившихся с тех пор крейтов изначально разумом не обладала, их вели лишь инстинкты и приказы номеров. Когда тем до клонов было дело. Вот и 741-й прошел долгий путь от безымянного до середины третьего порядка: осознал себя, взял под контроль врожденную жажду бросаться на любого носителя продвинутых тканей, прибился к Убежищу, став из простого «дикого» — «клоном», доказал свою разумность и заслужил свой первый номер в самом конце четвертого порядка. И все это практически без поглощений. Хотя, судя по тому, как милостив к ним Создатель Укрытий, сегодня ему что-то да перепадет. Причем из А-класса…

В ожидании решения змееящер многократно пересмотрел отчеты по донорам, изучая каждого. Большинство носило медальоны третьего-четвертого уровней. Улучшенные кости, улучшенные связки, доработанный мозг и бог весть что еще, даже у самых младших. О том, что могло выпасть с семнадцатиуровневого монстра, номер даже фантазировать не пытался, сразу теряя контроль над хвостом.

За всю историю Убежища к ним попало всего три подобных существа, поначалу представившихся разведчиками или посланниками Совета Старших, а еще Игроками. Каждого из них бережно исследовали, разобрали на составляющие и раздали достойнейшим.

Позже изредка приходили глупые создания, называвшие себя проводниками и торговцами. Жалкие подобия первой добычи. Пытались продавать всякий хлам, не понимая, что единственным достойным внимания товаром были только они сами. Точнее, их улучшенные божественной силой органы.

72-й придумал и отладил гениальную в своей простоте схему. Они не трогали некоторых «торговцев», добравшихся до их Убежища. Даже слегка расчистили от дикарей подходы к своей территории и обменивали приносимые условно полезные товары на с трудом собранные ресурсы. Пощадили одного, другого, третьего, пока, наконец, не разнеслись слухи среди Игроков и не хлынул тонкий ручеек новых «проводников». Куда менее удачливых. Кому-то по-настоящему везло, и его отбирали в качестве примера для подражания и объекта зависти, а по сути — приманки. Кто-то, чуть менее везучий, по пути погибал в бою с дикими или случайно столкнувшись с редким наследием «хозяев». Но большая часть оседала в хранилищах, служа бесконечным источником органов, пока сила бога не призывала их обратно. Увы, старшие слуги Хаоса были жадными и жестокими тварями, а не наивными глупцами, поэтому в простенькую ловушку посылалась и попадалась только мелочь. Однако ценный ручеек дураков не иссякал, и сегодня долготерпение, наконец, обернулось целым морем подарков!

Примерно полсотни смен назад очередной пришедший «торговец» озвучил невероятное: больше двух десятков высококачественных доноров поинтересовались платой за тайный проход через контролируемую Убежищем территорию. В течение двух смен хаоситы должны будут прибывать небольшими партиями, пройти через места обитания диких и собраться в зоне отбытия на территории их Убежища, чтобы внезапно атаковать какого-то неприятеля по ту сторону их мира.

Разумеется, едва получив такое предложение, возвышенные, не раздумывая, приказали соглашаться, немного поторговавшись для вида.

Разумеется, у глупых надежд доноров не было ни малейших шансов сбыться, а их наивные хитрости с ложными знаками на медальонах не могли обмануть тех, кто ощущал саму внутреннюю суть своих жертв.

Божественная сила позволяла этим убогим перемещаться между мирами, и даже лучшие ученые Убежищ, те самые, УЖЕ не имеющие номеров, не могли понять, как надо поглотить жертву, чтобы унаследовать эту возможность. Пока не могли. Кто знает, может быть, сегодня всё изменится? И они, наконец-то пройдя великое испытание, отправятся в новые, чистые и щедрые на доноров миры, как заповедано Создателем Укрытий?..

У крейта подрагивала чешуя при мысли о той мощи, что собралась, перекрывая чужакам все возможные маршруты отступления. Совет второго порядка приказал использовать всех принятых Убежищем под свое крыло клонов, даже тех, что предназначались на продажу в другие Убежища или переработку. Весь четвертый порядок, кроме немногих связных, тоже был на позициях. И даже третий вплоть до 710-го был выведен наружу, едва в мир прибыл первый долгожданный «гость». 741-й прямо чувствовал, как недобрые взгляды, бросаемые на дежуранта всеми проходящими в шлюз, буквально прожигали шкуру, но его защищала древнейшая из традиций: в бою дежурных не меняют. Даже партнеры старших не могли претендовать на смену. С того момента, как окно портала выплюнуло первого потенциального донора, велся формальный отсчет боя. Ему оставалось еще три с половиной часа смены. Кто знает, каким номером вознаградит его Создатель Укрытий по ее окончанию? Собственная удачливость уже начинала пугать…

Унесенный мечтами, 741-й едва не пропустил сигнал. Вовремя сдержав порыв пасть ниц (возвышенные ценили результаты, а не подхалимаж), номер присел, опустив глаза в пол, пока звучало решение. Всех доноров следовало взять живыми и с минимальными повреждениями, невзирая на потери среди клонов. Для достижения максимальной внезапности и чтобы не дать чужакам ни единого шанса сбежать из этого мира атаку было приказано готовить на подходе к основной территории Убежища.

*****************

Разбитая Кружка, некоторое время назад…

Только принятое заранее успокоительное позволяло Лексу не выдавать своего волнения перед соратниками и наемниками, однако он уже несколько секунд не решался призвать Компас, отчаянно жалея в душе, что вообще согласился на эту авантюру. Ему никак не удавалось заставить себя покинуть этот невзрачный Осколок — ведь он был последним относительно простым на их пути, впереди ждала смерть или победа. И зависел исход не от него, а от правильности прикидок Хена…

В теории всё было просто — с хозяевами местных клонов уже проведены предварительные переговоры о предоставлении прохода и приготовлены товары для оплаты.

Вот только цену подобным договоренностям механик отлично знал. Уже долгие годы в Опаленный мир рисковали соваться только низкоранговые Игроки. Для кланов давно не составляло особого секрета, что большинство удачных сделок — обычная замануха со стороны крейтов. Было известно даже примерное соотношение: два пропавших торговца на одного везунчика для второго-третьего уровня. Разнородные гибриды змей, ящериц, птиц и Хаос знает кого еще, населявшие мир, унаследовали от своих вымерших создателей искусственно усиленную способность поглощать и ассимилировать органы других существ, со всеми улучшениями и добавлениями, так что у Игроков пятого и выше уровней шансов пережить встречу с клонами не было.

Именно поэтому на друзей и пару наемников были надеты Медальоны-обманки, имитирующие вторую ступень (если, конечно, местных в принципе возможно обмануть такой примитивной маскировкой), в Активаторе лежала специально купленная карта Массового переноса, обошедшаяся почти в десять тысяч дайнов, точно такие же — у Фроя и Хена, а в зоне выхода стояла Метка пути, заранее установленная торговцем, которого нанял гнолл. Главная сложность — дождаться всем зарядки Компасов, и можно будет покинуть мир сожравшего своих создателей оружия, оставив тварей с носом.

Идея Хена был проста, как и все гениальное. Договариваясь через одного из «удачливых» торговцев с местными о проходе через земли крейтов, якобы для нанесения внезапного удара по врагам, он особо подчеркнул, что хаоситы прибудут в Опаленный мир пятью отдельными небольшими группами, дабы не привлекать к себе внимания в других мирах. Время сбора в зоне отбытия специально заявили таким, чтобы даже у членов «предпоследней», а на самом деле последней, четвертой, группы успели зарядиться Компасы. Хен (как и его товарищи) надеялся, что жадность заставит местных дожидаться прибытия всех своих жертв, прежде чем они решат захлопнуть ловушку, и отряд Игроков успеет уйти до этого. В крайнем случае, если крейты нападут раньше, можно использовать карты Массового переноса и прыгнуть к выходу досрочно, чтобы выиграть время, пока враги будут перебрасывать силы. Механик очень надеялся, что этого удастся избежать — его доля при трате зарядов столь дорогих карт весьма заметно уменьшалась.

План выглядел красивым и почти безупречным. Судьба любит посмеяться над такими… Правда, и плата полагалась более чем щедрая: большинство «бездомных» Игроков согласилось бы рискнуть и за меньшее. Лексу же и вовсе сделали прайс-ап как соклановцу и проверенному боевому товарищу. Наемникам, набранным подешевле из всякого отребья, таких подробностей, разумеется, никто не сообщал. Большинство нанятых вообще дальше пары переходов от Двойной Спирали еще не удалялись, не говоря уже про привычку самостоятельно покупать информацию о планируемых к посещению Осколках. Так что репутации Мулов вполне хватило, чтобы не испытывать нехватки в желающих поработать носильщиками за вполне достойную, по их меркам, плату.

Элекзару очень пригодились остатки старых связей, времен совместного проживания в ночлежках: набрать желающих удалось без огласки и ажиотажа, неизбежного при выходе в традиционные для найма места. Механик даже удостоился похвалы скупого на одобрения звеньевого, буркнувшего Хену что-то вроде: «видишь, уже есть толк, а ты колебался...» Фильтрация тоже прошла без проблем: семнадцатиуровневому булрати вместе с мудрым гноллом вполне хватало дара эмпатии, чтобы сразу отсекать кандидатов, которые пришли что-то вынюхать. Никто не ожидал, что приглашенных «шестеркой» будут проверять Игроки такого уровня. Заодно отказали всем, кто что-то знал про Опаленный или пугался при упоминании других точек маршрута. В этой и без того непростой операции им только паникеров не хватало…

Позади раздалось недовольное фырканье булрати, намекавшего, что соратник слишком долго колеблется. Компас Лекса заряжался медленнее остальных, поэтому механику предстояло идти с разведчиками в первой группе, а Хен и Фрой пойдут со второй и третьей. Младший мастер Мулов очнулся от раздумий и быстро накинул в пару к доспеху лучший из своих щитов. На случайную атаку диких должно хватить. В идеале, они вообще не заметят хаосита, одетого в дорогой маскировочный костюм, но грядущий мир меньше всего похож на тот, где планы работают идеально.

Мысленная команда отправилась в щедро улучшенный клановыми наработками Компас — и спустя недолгий миг тьмы (почему-то процесс переноса все ощущали по-разному) механик и его группа уже стояли на проклятой войной земле.

Опаленный…

В ушах надрывался арендованный сигнализатор, истерично верещащий что-то на непонятном языке. Поверх воплей гнусаво бубнил прикрученный «на коленке» переводчик — железка предупреждала о недопустимо высоком уровне биологической угрозы. По телу прокатилась короткая дрожь, и немного заломило кости — заранее принятое дорогое зелье стимулировало кроветворение: костный мозг работал на пределе, штампуя армии лейкоцитов.

В любом случае колебаться уже поздно. Окинув окрестности внимательным взглядом и не найдя ничего подозрительного, кроме небольшой, летающей вдалеке птицы, хаосит с парой помощников выдвинулись к первой контрольной точке. До нее было почти два часа ходу, но оставаться прямо в зоне прибытия не рекомендовалось — местные дикие стаи уже выяснили, что туда иногда приходит еда, и периодически наведывались столоваться. Они были недостаточно разумны, чтобы за них полагался эмбиент, но разведчики Совета Старших, поначалу принявшие их за обычных животных, дорого заплатили за свою ошибку.

Уже тронувшись в путь, боец вспомнил, что Хен строго-настрого приказал перестраховаться и скормить Компасу кристаллы ускоренной перезарядки. На всякий случай.

Разбитая Кружка

Если бы Элекзар мог видеть, что происходит в оставленном им Осколке, то немало удивился. Пустынный бесполезный мирок, в котором самой яркой деталью стала разбитая когда-то кружка, с настолько тесными границами игрового поля, что зоны прибытия и отбытия почти соприкасались, после короткого письма Бул'Фроя стал неожиданно многолюдным. Или «многосурным», для особо принципиальных, хотя хаоситы, проведшие в Игре многие десятилетия и помотавшиеся по сотням миров, на такие мелочи внимания обычно не обращали. Правда, в этот раз здесь собрались относительно молодые избранники Смеющегося Господина, еще не успевшие забыть традиции своих народов и их взгляды.

К изначально запланированной дюжине наемников присоединился еще десяток низкоуровневых бойцов, увешанных тяжелыми сумками: не с их рангами позволять себе артефакты с высокими характеристиками, способными значительно снижать вес поклажи. Только вот стоил ли груз затраченных усилий? Алхимический сканер легко опознал бы в нем копеечный галенит — дешевую свинцовую руду, но даже посредственный эмпат сходу почувствовал бы, искреннюю веру наемников, что их задача — доставить дорогой товар.

Дождавшись вновь прибывших, всех Игроков разбили на три неравные группы, самой многочисленной из которых оказалась последняя, и Хен принялся за нехитрый инструктаж.

Перемещаться всем вместе нельзя, чтобы не привлекать внимания крутящихся возле зоны прибытия стай — большими отрядами в этом мире не ходят. Как и с одинаковыми интервалами — не стоит быть предсказуемыми. Едва от разведчиков поступит условленный сигнал о благополучном прохождении первой контрольной точки, выдвинется вторая группа, потом пауза в полтора часа, третий отряд, а четвертый спустя еще два с половиной часа, чтобы местная живность немного подуспокоилась и разбрелась. Ну или переключилась на первые группы, тут уж как повезет. Оба командира должны будут перейти в первых рядах, чтобы контролировать обстановку с той стороны. Маршрут был проложен мимо развалин небольшого городка и через холмы к каким-то выработкам — так что передвигаться можно будет по остаткам дорог, местами даже почти соответствующим этому громкому названию. Каждая группа будет двигаться со своей скоростью, первые медленнее, последние быстрее, и приблизительно на середине пути отряд должен собраться воедино.

По расчетам гнолла, сигнал ожидался после полудня, поэтому наемникам дали немного отдохнуть, установив две просторные вентилируемые палатки, хоть немного спасавшие от летней жары.

Долгожданное сообщение прилетело даже чуть быстрее, чем ожидалось. Диск умирающей багровой звезды лишь приближался к зениту, когда торжествующе звякнули Книги обоих Мулов, подтверждая, что их план почти удался. Почти. Теперь им предстояла недолгая, но самая опасная часть. Повинуясь команде, первый из низкоранговых наемников, с легко читающимся на лице испугом, шагнул в неизвестность…

Глава 4. Четвертое звено

Интерлюдия. Опаленный мир, спустя тринадцать часов после прибытия первой группы…

— Да уж, выбрали помощничков! — злобно рычал булрати, потративший уже две серебряные карты с «длинным», больше суток, откатом.

Волколюд, взявший в Игре имя Рьят, в честь легендарного воина материнского мира, виновато опустил голову, хотя лично за собой вины не чувствовал — подбирал бойцов не он. Первую часть маршрута его команда прошла без проблем: получили груз в указанном нанимателем Осколке, доставили его в целости и сохранности к основному отряду. И даже ни один ящик не вскрыли. Ну а то, что случилась небольшая задержка в самом начале пути — обычное дело, дороги Хаоса непредсказуемы. А отставание они в результате нагнали, пришлось даже ждать отмашки командира перед последним прыжком в Разбитую Кружку. Да и до точки сбора на Опаленном они в итоге добрались, хоть и позже назначенного времени…

Мысли привычно скользнули в сторону, чтобы отвлечься от разноса начальства: надо бы аккуратно навести справки о тех шахтах, выяснить, что же там такое ценное добывают под прикрытием обычной руды? Наниматель намекнул, чтобы груз при получении особо тщательно не проверяли, только сверили общее количество единиц, и всё… Или не стоит лезть? Вдруг, это тоже проверка? На излишнее любопытство? А этой, пусть и разовой работой он дорожил — хотел завести нужные связи.

Насколько было известно Рьяту, одичавшие местные мутанты свои остатки биотехнологий и необычные, но весьма интересные алхимические ингредиенты продавали в ограниченном количестве из расчета на каждого прибывшего торговца. Но при этом отказывались торговать с большими группами Игроков. В итоге кланы забросили попытки наладить нормальный обмен на Опаленном, и Мулы на памяти волколюда были первыми, кому удалось договориться о чем-то существенном. Хотя, конечно, удивительно, что именно клан железяк нашел общий язык с этими шедеврами биотехнологий. Да и то лишь только с одним Убежищем, до территории которого еще надо будет добраться.

Не требовалось быть пророком, дабы понимать, что именно здесь наемникам придется как следует потрудиться, отрабатывая свой гонорар. Недаром после прохождения этого этапа полагалась вторая треть выплаты… Умудренный опытом хаосит знал, что это верный признак «сокращения». Зачем транжирить бюджет, не зная, кто выживет? Интересно, в Мулах офицеры прикарманивают выморочные деньги? «Вряд ли, — ответил сам себе волк, — таким местом не рискуют». Впрочем, есть шанс, что он скоро всё узнает сам.

Двойная Спираль быстро приучала не упускать ни единой возможности, какой бы призрачной она ни казалась с первого взгляда. И когда полторы недели назад прилетело письмо от знакомого, предлагавшего легкую подработку, да еще на клан с очень хорошей репутацией, Рьят даже не поверил своей удаче. Волколюд с восемью заполненными ступенями и какой-никакой, но репутацией в среде наемников уже давно подумывал, что пора бы начинать искать место в серьезных Домах, а тут судьба сама неожиданно пошла ему навстречу. Характерный браслет-коммуникатор Мулов он узнал сразу. О личности заказчика было известно немного, но все опрошенные сходились на том, что он и вправду работает на один из самых демократичных кланов железяк. Туда принимали не по происхождению и даже не по уровню — а по способностям. Волк неоднократно слышал, что в Мулах встречаются и пятерки, только понятия не имел, как туда попасть. И вот, похоже, лик Слепца повернулся в его сторону. А окончательно он уверился в этом после того, как своими глазами увидел характерный браслет полноправного сотрудника на обычном двуногом шестого уровня.

Наниматель ему, конечно, ничего не обещал и не предлагал, кроме стандартного временного контракта, но товарищ уже намекнул, что именно так контакты в Мулах и заводят. Косвенным подтверждением его слов служили слишком тщательный опрос и легкий намек, что умение молчать открывает много дорог. Большего для выводов и не требовалось. Об этом походе не знала даже его подруга. Рьят был готов как следует выложиться ради своего будущего.

Если оно вообще случится — это самое будущее...

Пусть с первой половиной найма справились относительно легко, на этом Осколке все сразу пошло как-то наперекосяк. Сам переход прошел спокойно, несмотря на странный режим, занявший шесть часов. Немного успокаивало, что лидеры перешли в числе первых, а Рьяту, как самому опытному и старшему по уровню из всех нанятых бойцов, вновь доверили командовать последней группой, оставив ему уже сработавшуюся команду.

Проблемы начались еще в зоне прибытия. Ее надо было покинуть как можно скорее, да и остальных рекомендовалось нагнать не затягивая. Несмотря на это, а также то, что путь перед ними только что многократно проверили, Рьят кивнул скавену, которого выбрал своим заместителем, и тот запустил разведчика, а сам волколюд активировал поисковые карты и не пожалел зелья обостренного обоняния. Но все эти приготовления не помогли избежать проблем: мост, по которому спокойно прошел весь остальной рейд, оказался разрушен.

Стоило приблизиться к берегу, как мутную воду взрезали спины речных обитателей, и их размеры, а также количество напрочь отбили мысли о возможной переправе. Бул'Фрой в ответ на присланное письмо ругался, но велел искать обход, а сам отдал другим группам приказ притормозить, чтобы не очень отрываться от отстающих. Рьят позволил себе незаметно выдохнуть — репутация Мулов себя оправдывала… На скинутых еще в предыдущем мире картах было два возможных обходных пути. Один вел в сторону другого Убежища, с которым хаоситы тоже пытались торговать, но у их отряда договоренности с теми крейтами не было. Да и поворот в сторону логова «их» местных будет нескоро: команда волка выйдет на маршрут заметно позже запланированной точки сбора.

Про второй вариант ничего особенного сказано не было: лес, разрушенный поселок, брод, но вполне проходимый… Дороги практически нет, так, одни направления, но Игрокам топтать землю не привыкать, справятся. Да и возможность срезать путь там имеется.

С приказом всем смотреть в оба, команда свернула налево. Даже самые младшие из его подчиненных, без году неделя как выбившиеся в наемники из собирателей, и те осознали, что дело серьезное, и подобрались. Стоило отойти от моста на несколько сотен шагов, как из высокой травы прямо под ноги бросилась стая каких-то дурацких нелетающих птиц. Похожие на уменьшенные копии страусов, они с перепугу метались между хаоситами и выстреливали из клювов длинными хамелеоньими языками с ядовитым жалом на конце. Доспехи и щиты справились, но просели, пока всем этим курицам поотрубали головы. Да один из бойцов заработал легкую форму отравления и зевал вовсю — его подвела расовая привычка: слээши почти не носили одежды.

Под ворчание крысолюда, что хоть это и дичь, но жарить ее не хочется, Рьят повел свою группу дальше, буквально разрываясь на части от противоречивых желаний: поднажать, чтобы основной отряд не успел далеко уйти без них, и сохранить осторожность — он помнил, что убийство местных обитателей может спровоцировать всеобщее нападение. Что ж, оставалось лишь надеяться, что подобных задержек больше не будет. Но Шаддат, Мать Запутанных Дорог, лишь ухмыльнулась на подобное желание.

Когда пробирались сквозь темный ельник, оказались на территории местной стаи — волколюд чувствовал острый запах их меток, но ничего поделать не мог: другого пути не было. Серые тени выметнулись из влажного сумрака в полной тишине. Перед хаоситами предстало настолько искореженное подобие волка, что Рьята инстинктивно передернуло. Шесть лап, изломанные хребты, но это все ерунда — настоящим оскорблением для гордого лесного хищника были жабьи головы на мохнатых шеях. Но когда из широких ртов полетели смачные плевки быстро засыхающей слизи, стало не до возмущения. Вонючая масса сковывала движения, а в безгубых пастях оказалось два ряда бритвенно-острых зубов. Одних мечей против юрких уродцев, моментально взявших их в кольцо и плюющихся с расстояния, было недостаточно, и в ход пошли арбалеты и ударные карты.

Обошлись без потерь, если за таковые не считать потраченное время. Сначала на то, чтобы разобраться с тварями, потом чтобы отскоблить доспехи. Не обошлось и без казусов. У чистюли рассахара оказался щит с защитой от дистанционных физических атак, до его блестящей ягуарьей шкурки плевки не добрались, но слизь облепила щит… и стала напоминать скорлупу. Когда окончательно засохла, она стала отваливаться кусками, и тут же посыпались шуточки про вылупление и ходячие яйца.

Впрочем, времени на шутки судьба отвела немного — чуткий волчий слух различил раздавшийся позади топот преследователей. Хорошо, что в их составе шел крысолюд. Многие недолюбливали это племя, однако никто не оспаривал их блестящие способности в создании ловушек. Вот и сейчас, Шх’Шсоф соорудил нечто малопонятное из нескольких карт: Хищной лозы, Зелья распутицы и Колючек-прыгунов. Малопонятное, но удивительно эффективное. Позади еще долго раздавались вой, свист и клекот, но ни одного преследователя так и не показалось, а настроение у крысы заметно поднялось. Вероятно, кто-то из жертв оказался достаточно разумным, чтобы вознаградить эмбиентом.

С полчаса прошли спокойно, удалось даже развить неплохую скорость, когда выбрались то ли на остаток дороги, то ли на широкую тропу. Но стоило добраться до поворота, с помощью которого Рьят надеялся срезать изрядный кусок пути, то из глотки сам собой вырвался горестный вздох: все деревья в округе были оплетены густой, но еле заметной паутиной. Нужно было срочно принимать решение, куда двигаться дальше, но волк медлил. Что-то крутилось на грани осознания, но поймать мысль никак не удавалось.

Тут солнце избавилось на время от докучливых туч, луч скользнул по стволу, задел паутину и как будто впитался в нее, а перед мысленным взором наемника возникла его мечта и головная боль: плащ из паутины алмазных пауков. Делающий своего владельца практически невидимым для невооруженного глаза, он являлся идеальным снаряжением для разведчика, да только ценник больно кусался. В итоге Рьят решил не копить, а потратить деньги на карты — те восстанавливались после отката сами, плащ же придется со временем чинить, что тоже потребует редкого и дорого материала.

Но речь сейчас не об элитном снаряжении, а о его создателях. Алмазные пауки — мелкие и очень агрессивные твари, они практически невосприимчивы к любой магии и крайне ядовиты. За их паутиной решаются отправляться только отлично экипированные партии весьма высокоранговых Игроков. И если местные ткачи хоть частично похожи на своих собратьев, то путь через их лес команде Рьята не по плечу. Придется идти через заброшенный поселок, какие бы сюрпризы старые дома не скрывали.

Набежали облака, и зачастил мелкий противный дождь. Но, к счастью, когда хаоситы выбрались из-под полога леса, снова выглянуло солнце. Дышалось легко, капли на траве сверкали, из своих укрытий вылезли бабочки и деловитые шмели. Остатки жилья заметили сразу, как и сохранившуюся здесь дорогу. Несколько улиц, в центре — крупное строение, обвалившееся внутрь самого себя то ли от времени, то ли с чьей-то помощью, какие-то вышки или линии энергопередачи, теперь уже этого не узнать. И все это на фоне фонтанирующей жизнью природы…

Ну вот чего местным не жилось спокойно? Зачем было устраивать войну на уничтожение? И ведь не скажешь, что им земли не хватало, как, например, в мире Пон-Амеи. Там поднялся уровень океана, затопив большую часть плодородных, но расположенных в низинах долин, остались в основном бесплодные каменные склоны и немногочисленные горные луга. Вот у тех жителей была причина сражаться за каждую пядь земли не на жизнь, а насмерть. В крайнем случае можно вспомнить Мид’арай — вполне себе обычное государство со старательными и благочестивыми жителями. И вот однажды один из светлых богов (залетный, не иначе), откликнувшись на их молитвы, послал им благосостояние — притянул золотые жилы со всего остального мира. С тех пор коренных мид’арайцев не осталось, а эти земли с завидной регулярностью переходили из рук в руки. Довоевались до прихода Игры. Правда, хаоситы золото не особо ценят, а вот жизни условно разумных, которых сокрытые в недрах богатства притягивали к себе как магнитом, собирают с удовольствием…

Они уже вышли из поселка, и мрачные мысли вместе с ним остались позади, когда с последней из опор на Игроков посыпались хлопья пыли. Развернувшись в полете, они оказались подобием увеличенных во много раз сколпендр. Гады явно пытались добраться до открытой кожи, так и метя в лицо. Не желая выяснять, какой именно особенностью обладает очередное творение местных безумных гениев, Рьят призвал улучшенный до серебряного Лавовый пояс, окутавший всех союзников огненными сферами. Хоть заклятье и выдохлось быстро, превратить пыльных тварей в пепел его хватило. Но серебряную карту было жаль — впереди еще почти весь путь. Тем более, что в отличие от крысолюда, волку никакого эмбиента не перепало.

С окончательно испортившимся настроением, лидер рыком подгонял своих подчиненных, заставляя их быть при этом максимально внимательными. Ни от поисковых карт, ни от разведки особого толку не было. Присутствие жизни буквально забивало своими отметками экран Компаса, так много живности было вокруг, а глаза призванных существ если и различали угрозу, то распознать ее были не в силах.

Как бы то ни было, до брода они добрались. Только их там ждали: видимо, не стоило приближаться к нему вдоль реки — притянули охотников за собой. У перекатов хаоситов встретили классические спины крокодилов. Стрелковое оружие наизготовку, ударные расходники в Активаторы… — и в приготовившихся атаковать Игроков из зубастых пастей полетели раскрывающиеся в полете нити паутины. Рептилии и паутина? Вы серьезно?! Этот мир если не прикончит, то сведет их с ума!

Эта схватка стала самой тяжелой. Паутина спутывала ноги, облепляла руки, твари на суше оказались не менее проворными, чем в воде — хоть в этом они соответствовали оригиналу… Карт потратили много, у двоих слетели доспехи, щитов лишились практически все, скавена, оказавшегося на удивление отважным, пришлось отпаивать лечебными и регенерационными зельями, но он все равно прихрамывал на обе ноги. Но темп держал. Наверное, боялся, что его оставят добираться до зоны выхода в одиночку. Волк его вполне понимал, в таком мире он и сам бы бежал даже на переломанных ногах, лишь бы не остаться в одиночестве.

Небольшая удобная ложбинка, встретившаяся на пути, так и манила незаметно пройти ею напрямую. Ничего, абсолютно ничего не предвещало угрозы — поэтому Рьят без тени сомнений выбрал обходной маршрут. Тем более, что еще со времен работы охотником он располагал прекрасной связкой, как раз на такой случай. Прорывсолончаков. Действуй эта карта чуть быстрее, стала бы бесценной, но даже сейчас, неспешно покрывая землю водой из внезапно забивших родников, она заставила саблезубых кротов выскакивать из укрытий, становясь легкой добычей Малой летней грозы. Соленая вода прекрасно проводила разряды, то ли парализуя, то ли убивая оказавшихся неожиданно агрессивными хищников. Их тушки после знакомства с электричеством безвольно болтались в воде, а инстинкты Рьята взвыли от расстройства, что столько мяса и шкур пропадут даром…

И вот, наконец, их отряд выбрался на запланированный маршрут. Навалившееся чувство облегчения, когда они вдали увидели спины товарищей, не передать словами. На радостях наддали так, будто зелья скорости наглотались… И заслужили разнос после первого же совместного боя.

Глава 5. Гамбит Игроков

Еще только объединившись с основным отрядом, видя встревоженное состояние лидера, Рьят накинул на себя серебряный Щит духа воды — и, несмотря на ограниченное время действия карты, не прогадал: не прошло и часа, как конвой вступил в горячую зону.

Игроки двигались по насмерть разбитой дороге, некогда бывшей асфальтобетонным покрытием, но давно превратившейся в одно воспоминание. Опавшие ветки высохших деревьев, могильными крестами торчащие на вершине холма, вдоль которого проходил маршрут, не насторожили никого, даже опытных ветеранов — можно было только восхититься мастерством камуфляжа местных.

Дикари устроили засаду прямо среди валежника. Их кожа умела менять цвет и температуру, была лишена собственного запаха, а сами они могли застывать абсолютно неподвижно на очень долгий срок, поэтому ни один из хаоситов не заметил ничего подозрительного на нагретом солнцем склоне, стандартные же поисковые карты, способные обнаруживать ловушки и засады, туда не добивали. В итоге обрушившийся дождь отравленных дротиков стал для конвоя полной неожиданностью, а спустя пару секунд все вокруг заволокло приторным дымом, выплеснувшимся из разбившихся о землю «дынь». Судя по двум рухнувшим на землю спутникам, начинка была снотворной. Рьят не сплоховал, мгновенно выскочив из зоны обстрела, и даже отправил несколько зарядов кратных карт в ближайшую из обнаруженных «огневых точек», но большего сделать не успел.

Неизвестно, что было в программе развлечений у местных дальше, но по косогору уже несся рычащий стальной вихрь. Призвав щит против дистанционных атак, Бул’Фрой ударами усиленных когтей перерубал тела ящеров, словно тростинки, и походя отрывал конечности. Дальний поиск жизни, вовремя примененный Хеном, показал, что кто-то разумный находится в верхней точке склона — он прятался в хорошо оборудованном укрытии. Обозленный медведь даже не стал пытаться выковырять его оттуда и просто заливал дот огненной смесью сквозь пробитую когтями дыру, пока Книга не звякнула, сообщая о поступлении дайнов… Волку оставалось лишь восхищаться подготовкой и экипировкой клановых.

Зато его наемные «коллеги» производили гнетущее впечатление. Видимо, расслабились после присоединения к основному отряду, да тут еще контакт не с простыми, пусть и измененными, животными, а с клонами. В итоге пара придурков ухитрилась глотнуть парализующего газа, неправильно надев фильтраторы, один словил дротик, а трое вообще залегли в канаве и не вмешивались в бой, якобы боясь зацепить булрати. Неудивительно, что командир был в бешенстве. Нападения в Опаленном войной, так полностью назывался этот недружелюбный Осколок, и сами по себе были не лучшей приметой, а уж с такими напарниками… Впрочем, гнолл, правильно оценив ситуацию, уже начал доводить до подчиненных всю пагубность подобного подхода, а медведь заявил, что если наемники и дальше будут пытаться отсидеться за спинами Мулов, то он лишит их половины оплаты. И под его злым взглядом никому и в голову не пришло безумной идеи проявить хоть каплю недовольства.

Прошло всего два часа и несколько километров пути, но Рьята происходящее начало откровенно пугать.

Они потеряли всех призванных разведчиков, и если бы не Сборщик отражений, задействованный командиром, вообще не видели бы дальше собственного носа. Кстати, о таком заклятье наемник никогда раньше и не слышал, несмотря на участие в войне, где, казалось бы, применялся весь спектр карт. Хотя сейчас это не имело значения, важно другое: их оставили без воздушной разведки. И подобное никак нельзя было списать на случайные столкновения с местной живностью — за этими целенаправленными действиями явно стоял чужой разум. Враждебный. Войной, конечно , хаосита не напугать, напрягало другое: несмотря на продолжающийся контакт, нападения не было. Как и следов присутствия диких, по местам обитания которых они, по идее, идут. Волк даже подошел к Хену, но гнолл лишь успокаивающе похлопал товарища лапой по плечу, всем своим видом показывая, что дела идут по плану.

Слуха коснулся какой-то нестандартный звук. Наемник еще не осознал его, но руки уже привычно выхватили Активатор, а спустя долю секунды мозг наконец-то опознал в изменившемся клекоте сопровождавших их птиц угрозу. Волк услышал ее не первым — кто-то из охранников уже несся длинными прыжками от конвоя прочь, заприметив укрытие на обочине дороги. «Как можно быть таким идиотом? — изумился Рьят. — В этом мире в одиночку не выжить». Волколюд рявкнул на своих, чтобы держали строй и помнили про дальность действия карт, целясь в пошедших на снижение «пташек».

Вместо атаки с воздуха, рядом полыхнула вспышка, но Хроматический барьер стоил каждого потраченного на него дайна: мир лишь чуть-чуть поменял цвета. Вдоль дороги рвались «хлопушки» — местный аналог светошумовых гранат. До ушей донесся шепот взрывов. Да, именно Шепот — так называлась одна из жемчужин его колоды: она усиливала слабые звуки до уровня громкого шепота и до него же ослабляла сильные. Близкий взрыв не мешал слышать звук крыльев стрекозы в десятках метров… Стрекозы?! Нет, стрекоз здесь давно не водится. Это летят их местные аналоги — спорометы, с этой гадостью лучше не сталкиваться, так что Ледяные облака будут как нельзя кстати — с обледеневшими крыльями не полетаешь.

Лидер конвоя резко затормозил: прямо перед ним обвалились своды сразу десятка глубоких нор — дорога впереди оказалась наглухо перекрыта. Проклятье, и ведь ловушкой чужие жилища не считаются! Одновременно со спины в атаку бросились выкопавшиеся внешне неуклюжие колченогие твари, похожие на безголовых собак. Их выгнутые скорпионьи хвосты стреляли мгновенно застывающими нитями, чтобы потом ударить парализующим электрическим разрядом. Водный щит оказался в этой ситуации просто незаменим, безопасно отправляя энергию зарядов в землю.

Из полуразвалившихся коробок зданий то ли поселка, то ли фермы, расположенной по левую руку от дороги, к месту засады стремительно рванули прыгуны, оседланные местными хвостатыми людоедами. Только им все же понадобится некоторое время, чтобы добраться до хаоситов, со скопионо-собаками должны успеть разделаться. К тому же, в Опаленном разумных совсем немного, банда любого из Убежищ при всем желании не сможет плотно перекрыть все направления, так что они справятся. Начавшийся бой спустил тетиву томительного ожидания, и стало… проще. Однако отвлекаться на досужие размышления Рьяту было некогда: наемник выцеливал из арбалета отличающегося особо крупными размерами наездника — взрывной болт тут будет в самый раз. Удивительно, но в них самих практически не стреляли…

Бул'Фрой, как обычно, сошелся с противниками в рукопашной, а Хен накрыл подозрительные кусты справа Облаком тлена — и не прогадал. Остальные бойцы карт уже не экономили: кроме привычных расходников врагам прилетело несколько Молний, Огненная волна, Каменные шипы и Режущая струя, перед отрядом выросли сразу два Каменных голема и несколько каких-то неизвестных существ. Крысолюд призвал Горгону, но та, инстинктивно дернувшись ввысь от близкого взрыва, бессмысленно сдохла в ледяной завесе. Однако в целом идея отвлечь врага на призванных существ оказалась довольно плодотворной. Конечно, противник уже не впервые сходился с хаоситами, но, как понимал волк, по-настоящему сильных служителей в своем захолустье они давно не видели. Однако сейчас что-то изменилось — и боец отчаянно пытался понять, что именно. Такое впечатление, что их пытаются не убить, а… захватить, не считаясь с потерями?!

По дороге приближалась еще одна, весьма многочисленная группа клонов. Повинуясь приказу лидера, конвой свернул с дороги в сторону почти под прямым углом. Наемник давно привык доверять опыту своих командиров, благо все были в одной упряжке, вот и сейчас не стал даже тратить время на анализ решения. Надо значит надо. Важнее то, чем он может помочь. Учитывая, что враг явно собирается их преследовать, зажимая в клещи, любимая связка будет как нельзя кстати, но ее одной мало, а на применение сильнейших карт команды пока не было, хотя до обещанного условно безопасного периметра Убежища оставалось всего каких-то полчаса пути…

К счастью, домашняя заготовка механиков, Вурдалак, на которого набросили защитную ауру и усиления, от души впечатлила волка. Под Ледяными облаками, защитившими нежить от солнца, она устроила преследователям настоящее побоище: серебряными пулями в этом мире обзавестись не удосужились. Из горла Рьята донесся рудиментарный, торжествующий лай, прервавшийся, когда на горизонте показались еще добрых три десятка наездников…

Отряд остановился в защитной формации. Наемник взмолился Слепцу, чтобы это наконец-то была подмога от дружественной банды. Улучшенное зрение выхватило знакомые цвета на повязках, надежда вспенилась силой в крови… Внезапно молитва застряла в горле — на краю зрения мелькнул всполох. Знакомый всполох. Он уже видел такой, однажды, в войнах Домов… Прыжок триады. Тогда их спасло чудо. Оно не повторится. Уже не сомневаясь, что увидит, хаосит, не торопясь, призвал Компас. Значки командира и заместителя замерцали и потухли, хотя их очень качественные голограммы застыли в полной боевой готовности в центре строя. Через полминуты пропажу руководства заметят все и начнется паника. В принципе, Рьят мог бы взять командование на себя, за ним бы пошли, но смысл?

Издали донесся шелест крыльев новой партии спорометов. Всё, о чем теперь мечтал преданный Игрок — не попасться живым. Зачем бы это ни было нужно людоедам… Мысли стали ясными и простыми. Платой за проход были не товары. Платой были они сами. Книга, карта Яд, что достается каждому Новичку в его первом наборе, и прежде, чем до них добегут охотники, он успеет отправить несколько сообщений знакомым, предупреждая о подлой сути Мулов… Хотя, скорее всего, над ним просто посмеются. Крупные кланы испокон веков кидали простых Игроков, ничего нового.

*****************

Лекс, выдернутый из боя неожиданным переносом, непонимающе озирался по сторонам, пытаясь сообразить, что случилось. Команды для прыжка еще не было, и он не успел использовать свою карту и захватить закрепленных за ним бойцов. К тому же, хотя его Компас уже зарядился, для низкоранговых Игроков из последней группы нужно выиграть еще не менее часа. Впрочем, с момента, как подошла группа Фроя, захватившая с собой, вопреки плану, всех оставшихся наемников, механик вообще плохо понимал, что происходит. Хен, правда, тут же огорошил его новостью, что их рейд объединился еще с какой-то командой, идущей теперь вместо четвертой группы, а Фрой на все вопросы жестко приказал заткнуться и делать то, что скажут. Потом им пришлось сбавить темп, чтобы подобрать заплутавших торговцев, а небольшие стычки с животными и дикарями в какой-то момент сменились очень нехорошим затишьем, закончившимся полноценным сражением с отлично скоординированными стаями клонов под командованием крейтов.

Все это время Лекс специально находился как можно ближе к своим подопечным, держа наготове карту Массового переноса, когда неожиданно оказавшийся рядом гнолл схватил его за шиворот, бросил на землю выпрошенные у фокусника после одного из представлений минипроекторы, а окружающий мир рассыпался на фракталы… Элекзар уже сталкивался с этой картой на тренировках: Прыжок триады — самый дешевый вариант группового переноса, с ограниченной дальностью и грузоподъемностью. До него наконец-то стало доходить…

— Ну, что ты так смотришь, — ухмыльнулся, оскалив пасть, Хен, покачивая лапами в характерном знаке весов, — полторы штуки за заряд Триады или двадцать восемь за три Массовых переноса? Выбирай: полторы или тридцать? Хочешь, отдадим тебе свои, прыгнешь обратно, заберешь наемников и вернешься? В Триаде еще пять зарядов, камень обновления у тебя есть… Только спасать будешь за свой счет. Готов отдать все свои сбережения за кого попало? Они тебе за это спасибо скажут. Если выживут, конечно: им до зарядки Компасов здесь еще продержаться надо будет, а резервная группа клонов уже на подходе. Решай быстрее, мне переходить пора. А за репутацию клана не переживай — я глушилку активировал, ближайших полчаса никаких сообщений с Книг не пройдет.

Лекс перевел взгляд на Фроя в поисках поддержки, но тот вообще не обращал внимания на соклановцев, всматриваясь куда-то вдаль, а рядом с ним висел уже вызванный Компас. Механику предстоял непростой выбор. Двадцать восемь тысяч — почти вся его ожидаемая доля от похода — за чистую совесть. Да и то лишь формально: половина из переброшенных попросту не сможет перейти на следующий Осколок до новой атаки, а зарядившиеся (и тем более его напарники) задерживаться здесь не будут… Хен прав. Даже лучшие из тех, кого они в итоге отобрали, были всего лишь третьесортным мусором, не сумевшим пристроиться ни к одному из нормальных кланов. Стоит ли ради них ссориться с теми, кто по-настоящему для него важен?

Механик опустил взгляд и призвал Компас…

Глядя на вспышку перехода, гнолл довольно улыбнулся: он не сомневался в решении младшего. Впрочем, пожелай напарник сделать глупость, ему бы это не удалось — обратно без маяка не прыгнешь, а новый они ставить не будут, так как лишним не обзавелись.

*****************

Интерлюдия. Убежище № 7

«Все-таки это удачный день! — подумал уже 736-й. — И для Убежища, конечно, но в первую очередь для него лично».

Враги оказались более сильными и непредсказуемыми, чем ожидалось. Попытки загодя вывести из строя часть доноров под видом нападения животных провалились, как не удался и план по разделению групп. В итоге во время захвата потери среди клонов уже в два раза превысили ожидаемые показатели, а взять живьем выйдет не более половины целей: очевидно, их тоже ждала своя собственная ротация, иначе непонятно, с чего вдруг часть противников с отчаянием обреченных бросилась прямо на ударную группу клонов, не жалея ни оружия, ни жизней… Дрались они достойно, принеся ему сразу несколько повышений: номеров, даже третий порядок, хаоситы тоже проредили.

Удивительно, но сильнейшие из доноров в финальном бою практически не участвовали, лишь командуя подчиненными и накладывая на них какую-то магию. Оценив соотношение возможных потерь и прибыли, 72-й, который лично руководил операцией, решил их брать последними, чтобы наверняка заполучить живыми.

Попытавшихся скрыться доноров отловили, с бросившимися в атаку покончили, а сопротивление занявших оборону ослабло, и дежурный получил долгожданный приказ сосредоточиться на главных целях. Выделив очередную группу летающих диких и взяв над ними прямой контроль, 736-й бросил их чередой вниз, выбрав в качестве алгоритма атаки одну из псевдослучайных последовательностей. Младшие доноры, не выдержав психологического давления, бросились в рассыпную, но старшие проявили удивительное хладнокровие, практически не отреагировав… Но тут один из диких в своем старании угодить (или охваченный жаждой чужой плоти) задел крылом хаосита, и тот пошел странной рябью… Сосредоточиться на одном летуне, разворот, пролет… Не-е-ет!!!

Их развели, как безмозглых аграрных клонов! 736-й не знал, как доноры сумели обмануть все столь разнообразные органы чувств и детекторы, но те двое просто сбежали, а остальные пожертвовали собой, чтобы отвлечь на себя внимание и дать старшим уйти! А ведь это была его обязанность, следить за всеми, и — особенно — за самыми ценными! Как только бой закончится, его ждет ротация прямо в утилизатор…

Уважаемые читатели! Следующая глава получилась чуть меньше, чем обычно, но менять ее не хочется, поэтому объявление об обновлении может не прийти. Выкладка будет как обычно, во вторник, не пропустите.

Глава 6. Лабиринт

Гряда отчаянных

Порыв ледяного ветра ударил в лицо… Лекс успокаивал себя тем, что Хен оказался прав. Опять. Снова. Оставалось только аплодировать его прозорливости. Клоны с самого начала не собирались держать данные ими обещания, и Прыжок триады выдернул друзей уже из-под начавшегося грамотно организованного нападения крейтов: о случайных стаях диких говорить не приходилось. Стоил ли призрачный шанс спасти кого-то из неудачников десятков тысяч дайнов?..

Ветер снова толкнул в бок, словно заставляя взглянуть в такую близкую, источающую холод пропасть.

Бул'Фрой вообще отказался обсуждать произошедшее, предложив заняться делом. И внимательнее смотреть под ноги: маршрут их ждал впереди не из легких.

Это был абсолютно бесполезный, безжизненный горный мир, непонятно зачем вообще включенный в Игру. Отроги сменялись кручами, проходимые перевалы еще надо было найти, расщелины змеились, скрываясь в тенях, острые зубья скал нависали над головами, выводя к отвесным обрывам, камни крошились, выворачиваясь из-под ног, лишая опоры. И ветер, непрекращающийся, порывистый и непредсказуемый, так и норовил толкнуть в самый неподходящий момент.

Местность фактически представляла собой лабиринт, проход в котором непросто найти даже с помощью острых глаз летающих разведчиков. Да еще, словно в насмешку, зона прибытия здесь была аномально большой, и закинуть тебя могло в любую точку, а десяток шагов вправо-влево по прямой в горах мог означать километры и километры дополнительного пути.

Осторожно продвигаясь вперед, Мулы меж тем применили Астральный взгляд и тщательно изучали окрестности в надежде случайно наткнуться на Карточную сферу — они, как и многие разведгруппы, посетившие мир до них, верили, что столь непростое место здесь не просто так. Но пока все усилия были тщетны. Младший же мастер подозревал, что конкретно этот Осколок включен в игровое поле только для того, чтобы усложнить маршруты. Поэтому в большей степени сосредоточился на том, чтобы правильно ставить ноги, беречь дыхание и поспевать за своими более тренированными и выносливыми напарниками.

И вот, наконец, случилось неизбежное: выбранная тропа привела к глубокому ущелью. Спуститься вниз и подняться вверх по противоположному склону без альпинистского снаряжения и соответствующего опыта невозможно. А еще на это потребуется время, много времени, которого у звена на самом деле в обрез. Тут тебе и не особо длинный отпуск, со скрипом выбитый у Кор-тер-Кора, и расчетная дата максимального приближения Дара к границе улья — каждый потерянный день увеличит погружение во вражескую территорию на сотни шагов.

Хоть каменный лабиринт завел их в тупик, напарники были к этому готовы: коротких путей Гряда отчаянных не предполагала. Именно на этот случай в команде был квалифицированный механик. Техническая подготовка Лекса наконец-то окупилась и в глазах чистого боевика, относившегося к мастерам не то, что без уважения, а даже с каким-то легким налетом пренебрежения. А еще, что греха таить, младший мастер был достаточно легким. По крайне мере, гораздо легче здоровенного булрати — Лекс нервно усмехнулся, но споро взялся за дело.

Фрой с Хеном быстро расчистили площадку, без малейших колебаний скидывая все лишнее вниз, оставив лишь несколько самых крупных камней. Из сумок были извлечены трубки, тросы, прочная, но тонкая ткань, двигательная установка, крепеж, всякая необходимая мелочь и последним — кресло. Пояс с инструментами на себя, инструкцию по сборке закрепить в планшете, чтобы не снесло уже осточертевшим ветром, и сосредоточиться: от качества работы в прямом смысле будет зависеть его жизнь. Механику по завершении, как древним мастерам пушкарям, предстоит первым испытать свою конструкцию в деле.

За привычным занятием — вы же не думаете, что он не готовился заранее? — время пролетело незаметно. И вот, подрагивая на ветру, притянутый веревками к камням, будто строптивая лошадь, на уступе раскинул крылья дельталет, его механическая птичка.

Пальцы, несмотря на обрезанные перчатки, заледенели. И это не просто от холода: неизбежное манило и морозило одновременно. Лекс, разумеется, тренировался во время рутинных конвоев, благо все трое участников были в деле, а разведку и сопровождение с воздуха можно обосновать охраной груза, но то были равнинные места, а не частокол каменных зубов с проклятым ветром. Его порывы беспокоили начинающего воздухоплавателя с самого начала появления в этом Осколке.

На этот раз «шаг в бездну» дался легче, друзья даже не заметили мгновения его борьбы с собой. Начинает привыкать? Этак он со временем станет матерым Игроком, которому все ни почем, как супергерою из комиксов его родного мира…

Задавив свернувшие не туда мысли, Лекс сосредоточился на предполетной проверке. Двигатель затарахтел, породив эхо, стрелки приборов качнулись и замерли в готовности. Механик незаметно выдохнул: его расчеты сопряжения законов миров оказались верными, и техника сработала штатно. Теперь закрепить сумку на груди, чтобы не мешала и не болталась. Проверить доспех, хотя в случае падения он вряд ли выдержит, но, как вдалбливал в него Фенрин, шанс выжить складывается из многих факторов, и упускать не стоит ни одного. Покров Заступницы — сейчас он ему нужнее, чем змею. Выносливость быка, но это уже, скорее, нервное. И призвать Кондора — свой собственный разведчик в полете будет незаменим.

Тяжелая лапа со всей силы хлопнула по плечу, а вторая сунула в руки половинку Диска перехода:

— Смотри, не потеряй! А то придется за ним возвращаться, — и ухмылка от уха до уха. Веселится, к-командир, его бы самого в кресло пилота засунуть, но не влезет же.

— Не падай духом, — лающе засмеялся своему убогому каламбуру Хен, — а то нам за тобой идти.

Угнездиться в кресле, просунуть ноги и поставить на педали, защелкнуть ремни, очки на глаза. Руки буквально вмерзают в ручку управления, а трапеция ходит ходуном. Вся конструкция неожиданно кажется хлипкой, словно бумажной. Веревки отцеплены, напарники повисают на тележке в попытках удержать-направить. Мотор! Места для полноценного разбега нет, дельтаплан срывается с обрыва.

Клюет носом, ветер швыряет, кажется, прямо в противоположные стороны, бесконечное мгновение неуправляемости… и крыло упруго хлопает тканью. Есть!

Ч-черт! Времени ушло больше, чем думал. Резко отклониться в сторону, набрать высоту… каменный клык проплывает, кажется, совсем рядом. Хотя, конечно, шалишь, запас был… Треугольная тень рывками скачет по скалам под ногами. Вниз смотреть и жутко, и захватывающе, чудится, еще мгновение, и душа вырвется из тяжелого тела, чтобы самой парить невесомой птицей. На мгновение все мысли: о брошенных наемниках, о Даре Владыки, об Игре и даже о собственной жизни — растворяются, уходят куда-то в совсем другую реальность. Хочется остаться здесь, в небе, навсегда. Только ветер в ушах, только крохотные скалы под ногами, только высота…

Крохотные? Это он с перепугу слишком резво поднялся, надо искать своих и место для приземления. Оторвать взгляд, чтобы сосредоточиться на Компасе, оказалось неожиданно сложно. Ага, нам сюда. Зона отбытия до обидного мала. И подходящего места для приземления на ней что-то не видно: у мотодельтаплана не такой уж маленький пробег при посадке.

Тут как раз пригодился Кондор. Птица, с ее острым зрением, будто сканером изучила все окрестные уступы и отроги. Так, этот не годится — с него до выхода напрямую не добраться. Здесь сплошные камни, а нужна ровная площадка. А вот это место, наверное, подойдет. Правда, есть небольшой уклон, и коротковато, но он должен справиться.

Сделав на всякий случай несколько кругов для проверки, и, если быть откровенным, чтобы еще хоть немного продлить удивительное ощущение полета — когда еще придется подняться в воздух, — Лекс, стиснув зубы, пошел на снижение. Руки вспотели, уши заложило, глаза не отрывались от ставшего столь маленьким выбранного для посадки клочка земли. Ниже, ниже… еще, пойти на еще один круг? Нет, уже поздно! Есть контакт!!! Колеса подпрыгивают на камнях, птичка чуть не взлетает вновь, стена приближается… Разворот, разворот, я сказал! Да, на сто восемьдесят, теперь он может по второму разу проехать по тому же месту, да еще и в горку…

Кроме стука сердца звуков не было, казалось, слух потерян, выдуло встречным ветром… Сколько Лекс просидел на неподвижном дельталете, он не помнил. Но повторить ощущения не отказался бы. Это тебе не верхом на призванном летающем существе прохлаждаться. Да и каждый заряд такой карты или разовая аренда обойдутся просто в невменяемую сумму. Лучше он на эти дайны что-нибудь Але купит…

Так, надо вылезти, твердо встать на затекшие ноги, достать Диск перехода.

Полдня прошло, время к вечеру. Еще сколько-то они провозятся с разборкой птички, да к зоне отбытия в горку топать… В итоге, прикинул механик, в Двойной Спирали наступят следующие сутки и карта отряда вернется из отката естественным путем. Неизбежные в пути задержки сделали свое дело. Тригр будет недоволен отложенной тренировкой, но вряд ли станет сильно ругаться: выданные в этом большом цикле войска были одними из самых распространенных в Игре, и реального интереса к ним мех не проявлял.

Перед Лексом начала раскрываться рамка портала, из его части Диска сквозь пространство потянулись тонкие молнии в поисках своей половинки. Очередной переход завершился. Это был предпоследний пункт пути. Впереди их ждет финальное испытание. Механоулей. Звездная саранча. Грозное творение неведомой расы, раскидавшей по вселенной подобные «подарки», предназначенные для захвата и охраны разоряемых планет. Издали их солдат можно было спутать с механоидами, но только издали. Вблизи разница становилась очевидной. Правда, редко кому удавалось прожить достаточно, чтобы ее исследовать и описать.

Напарники даже не сунулись бы в это гиблое дело, не обрати Хен внимания на медленное, еле заметное в таком масштабе изменение положения сокровища. Потом было долгое, терпеливое наблюдение, осторожный сбор сведений и расчеты траектории движения. В этот Осколок вело несколько зон прибытия, если выбрать нужную точку входа и правильное время, им не придется прорываться через угодья механоулья, вернее почти не придется. Хотя Лексу так и без всяких «почти».

Всё что от него требуется — по широкой дуге, не привлекая внимания железок проскользнуть между территориями двух механовейников, добраться до зоны отбытия и свежеобновленным Диском перехода выдернуть из разворошенного улья друзей, что попытаются забрать находящийся почти на внешнем периметре Дар. Это позволит избежать настоящего боя с механической саранчой, а отдельные особи серьезных проблем Игрокам их уровней доставить не должны. При помощи ЭМИ-бомб опытные бойцы вполне способны продержаться некоторое время, необходимое для поиска и сбора сокровища.

Ободранный, как Центральный мир после нашествия Игроков, практически лишенный воды и любых сколько-нибудь полезных элементов, этот участок суши представлял собой песчаную пустыню. Была ли на нем опасная живность? Вряд ли, хотя никто так толком и не исследовал этот Осколок — идею забросили, стоило лишь узнать про саранчу: водить по нему конвои было слишком рискованно. Этот путь вообще был открыт случайно. Один из удачливых торговцев, переживших гостеприимство клонов, попросту перепутал на радостях маршрут. В итоге очередная бесполезная дорога была продана чьим-то логистам и попала в библиотеку Мулов в порядке межкланового обмена малоценной информацией.

В планах Хена звучало все замечательно, но механик очень сомневался, что рядом с Даром Владыки все пойдет гладко, к тому же в руках у него оставался еще как минимум один козырь…

Глава 7. Друзья

Механоулей

Первая часть плана, которая волновала Лекса больше всего, и вправду прошла идеально: полученные сведения не обманули, зона прибытия оказалась достаточно далеко от владений звездной напасти, а воздух на планете вполне безопасен, по крайней мере для хаоситов масок не потребовалось. И Компасы действительно заряжались очень быстро. Зато остальные расчеты оказались куда менее точными.

Границы улья сдвинулись, выбросив длинный «язык» как раз вдоль траектории движения Дара, и просто «подойти и взять» уже не получится. А на полномасштабное противостояние они не рассчитывали…

Время, потраченное на аккуратную разведку, показалось безнадежной вечностью. Пройдя весь путь, потратив дайны и поступившись совестью, рискуя собственной жизнью, развернуться в самом конце и уйти не солоно хлебавши… — разум отказывался принимать подобный вариант событий. Но вот ближайшая граница улья полностью отразилась на карте Компаса, и перед напарниками забрезжил шанс. Если обогнуть «язык» с севера и зайти на охраняемую территорию у его «основания», а потом, фактически, вернуться назад к точке высадки, то расстояние по враждебной территории выйдет немногим больше того, на которое рассчитывали изначально. Должно получиться. Только Фрою с Хеном придется изрядно подналечь — крюк им делать немалый, а слишком долго находиться в этом мире нельзя: рано или поздно они привлекут внимание саранчи, и той будет наплевать на границы, потенциальная угроза должна быть уничтожена.

И это было только началом сюрпризов. Осколок все-таки оказался обитаемым. Еще в середине процесса по составлению карты призванный разведчик заметил какие-то летающие прозрачные пузыри, подозрительно дрейфующие против ветра. И стягивающиеся в сторону вынужденно остававшегося на одном месте звена. Попытка рассмотреть местного обитателя поближе закончилась трагично: пузырь мгновенно сжался, и в птицу ударила струя воздуха, несущая какие-то паутинообразные нити. Связь с разведчиком прервалась.

Кондор из второй карты получил приказ быть осторожнее и умудрялся держаться от воздушных хищников на почтительном расстоянии, однако они сами настойчиво искали с ним встречи. Причем у Лекса складывалось нехорошее впечатление, что этот процесс как-то координируется. Когда все же было принято решение рискнуть и попытаться выцепить Дар из-под носа у саранчи, булрати, которому происходящее нравилось еще меньше, чем младшему мастеру, поморщившись, выдал подчиненному несколько карт, и, подумав, присоединил к ним Облако вулканического пепла — но только на крайний случай: никто не знал, как на него отреагирует улей. Гнолл же поделился трофейными иглометами из Опаленного мира. И когда только успел подобрать? Механик откатил КолесомДиск перехода и использовал Глаза спригана, но лучше от этого не стало: выяснилось, что пузырей куда больше, чем казалось изначально, и самое неприятное — пара из них, почти невидимые в слепящем солнечном свете, уже неспешно двигались в их направлении.

— Движутся они не очень быстро, пока будешь добираться до зоны отбытия, оторвешься. А вот если в точке выхода приблизятся ближе, чем на сто шагов, стреляй не раздумывая, — распорядился командир. — Твоя задача — продержаться до взрыва ЭМИ и десять минут после, потом выкручивайся как знаешь. Если мы не вернемся за это время, значит, уже мертвы.

— Не переживай, мы тебя там подождем, — хрипло прогавкал Хен, любящий «разрядить» обстановку черным юмором…

Лекс по привычке обматерил друзей на ведомом только ему диалекте: это давно стало у них доброй приметой. Боевые маскхалаты соратников мигнули, выходя в стабильный режим. Поставщики гарантировали, что полного комплекта батарей хватит почти на два часа максимальной мощности, главное не забывать вовремя менять их в источнике питания.

Бул'Фрой выглядел непривычно напряженным и, что случалось нечасто, — не жалел карт и расходников. Их, кстати, оказалось куда больше, чем было известно Лексу по совместным походам: кроме золотых щита и призываемых доспехов над головой повисла переливающаяся капля — редкая карта усилителя защиты. Следом штатная броня была укреплена временными рунами прочности, потом в ход пошли всевозможные алхимические зелья, подстегивающие собственные способности и выносливость, и боевые коктейли из техномиров. Хен не отставал от товарища. Похоже, солдаты механоулья будут куда опаснее, чем сложилось мнение у младшего мастера. А ведь зона отбытия находится гораздо ближе к улью, чем зона прибытия! Не говоря уже о том, что после нападения он станет классическим образцом разворошенного осиного гнезда… Впрочем, об будет время подумать, пока он будет добираться к своей цели.

Пленка передвижного маскировочного поля немного прогнулась под телами запрыгнувших в нее Игроков, пошла круговыми волнами от мест разрывов и вновь выровнялась гладью безмятежного озера. Будто никого никогда и не было. Наступила давящая тишина, лишь подчеркиваемая сопением призванного Шестинога. Лекс тут же двинулся по своему маршруту — график был рассчитан до минут, а равноценной маскировки у него не было. Она перепала друзьямслучайно, задолго до прихода в клан.

Механик волновался за друзей, но еще больше беспокоился за самого себя. Двигаться пришлось куда медленнее, чем планировал, из-за необходимости огибать скопления пузырей. Он почти добрался до точки отбытия, когда пузырчатых тварей внезапно стало больше, намного больше, и приближались всё новые. Похоже, его маршрут вычислили и подстерегли на подходе. Появились даже особи, катящиеся по земле — вдвое крупнее воздушных и более мутные. А сигнал птицы-разведчика пропал еще полминуты назад: ей все-таки перекрыли все возможные пути отступления, оказывается, шарики умели быть на удивление шустрыми. Лекс не стал писать об этом соратникам: у них и так хватало собственных забот, и с местной фауной в том числе.

Несмотря на указания командира, по результатам воздушного боя опасную зону для себя он определил в тридцать-сорок шагов, но ошибся. Или же наземные пузыри были какого-то другого вида. Поток воздуха с обжигающими брызгами ударил в него, когда ближайшая из тварей была почти вдвое дальше. «Интересно, на кого они тут охотятся?» — успел задуматься хаосит, на автомате отпрыгивая в сторону. Судя по характерному запаху, в него плюнули чем-то вроде перегретой царской водки, что наводило на крайне неприятные мысли, а главное — вынуждало задержаться.

Игломет выплюнул несколько зарядов в направлении ближайших пузырей. Два из них медленно осели на землю, а третий, самый крупный, каким-то чудом увернулся, взмыв верх. Зато остальные начали стремительно приближаться. Оба трофейных зарядника хаосит расстрелял меньше чем за минуту… Пузыри проявили удивительную разумность. При звуке выстрелов они стремительно меняли траектории, но стоило оружию замолчать — выждав несколько секунд, опять направлялись к добыче.

«Да ну вас к демонам! — решил Лекс, чувствуя, как волосы встают дыбом на загривке. — Лучше прикрою свой отряд иллюзией Алхимического зеркала: Астральный взгляд и Присутствие жизни — обычные карты и не смогут пробить морок. В крайнем случае, отзову свои войска и опять что-нибудь совру про фокусы».

Решение оказалось правильным: Лучники жестоко разочаровали обрадовавшихся было появлению новой пищи аборигенов. Рой стрел неплохо перекрыл шарикам возможные пути маневров. Отличилось даже несколько Пращников. А вот Потомка Ёрмурганда Лекс придержал в Зале ожидания, экономя энергию, на ходу от змея толку все равно не было. Впрочем, защита и не потребовалась: враги оказались далеко не самыми тупыми из хищников. После того, как стрелы и камни вынесли едва ли не с десяток нападавших, остальные мгновенно разлетелись в разные стороны. Это было даже красиво: казалось, над землей распустился то ли цветок, то ли салют. В любом случае, буквально через пару минут никого в зоне видимости уже не было.

Остаток пути механик преодолел, не жалея сил Шестинога, чтобы медлительный Змей вывалился из Зала ожидания как можно ближе к зоне отбытия: местной фауне он не верил и оставаться без защиты острых стрел не желал. Наконец все собрались. Наложив на отряд Зеркало, Игрок сообщил о готовности, но продолжил настороженно оглядываться вокруг. К счастью, никаких новых сюрпризов мир вроде бы не приготовил.

Запущенный таймер пискнул, ведя отсчет. Минута. Вторая… Шкала индикатора электромагнитного поля взметнулась вверх, сообщая о далекой вспышке, и хаосит, чертыхнувшись на неудобные застежки, срочно приготовил свою половинку Диска… Пальцы вспотели, «бублик» стал скользким, но друзья все никак не активировали портал. Неожиданно тренькнула Книга. В сообщении лишь несколько бессмысленных символов. Что ж, этого можно было ожидать: действия ЭМИ не хватило и на поиск сокровища, и на неспешное раскрытие окна переноса.

На этот случай была своя инструкция. Отбросив Диск, Лекс тут же призвал Активатор и поставил Метку пути. Для Триады расстояние слишком велико, но Массовый перенос с подобным справится запросто. Есть некая ирония в том, что данную карту им все-таки придется использовать. Слава Господину, что всего одну.

Мат напарников раздался первым. Младший мастер, костеря себя за глупость и тормоза, еле успел убраться с дороги, когда на песок зоны отбытия вывалился довольный, но основательно потрепанный Хен. Следом появился и булрати, без щитов и доспехов, в ошметках брони, окутанный острым запахом крови, и, к удивлению человека, тут же активировал Компас. Конечно, следующий Осколок считался вполне безопасным, но прыгать так резко, даже не глотнув лечебных зелий и не обновив защиту? Разве что нужных карт вообще не осталось. Впрочем, у Хена несколько лечилок все же нашлось. Опрокинуть их в себя было делом минуты, и члены звена отправились вслед за своим лидером.

Валинир

Пара мгновений темноты — и очередной мир. Наконец-то гостеприимный. Свежий воздух, травка, приятный аромат каких-то цветов и никаких хищников.

— Ты что так долго добирался до зоны, *#%** ?!! Нас чудом патрули не вычислили, пока мы топтались у границы улья! — неожиданно зло прорычал командир. Казалось, он с трудом сдерживался, чтобы не наброситься на товарища.

— Местные твари жару дали, — удивленный неожиданной агрессией, растерянно произнес механик. — А вы-то сами как? — судя по настроению и виду булрати, досталось ему прилично, а если еще и впустую… Это Лекс шел скорее за цветом карт, чем за кладом, у напарников же были другие приоритеты.

— Все нормально, — отозвался гнолл, устало устраиваясь на мягкой кочке подальше от недовольного медведя. — Фрой молодец, улей его надолго запомнит. Хотя и нас потрепали под конец, командиру вон, все щиты с доспехами снесли, даже резервные, техноброню тоже покромсали. Быстро очнулись… Когда активация Диска из-за постоянного движения несколько раз подряд сбилась, я аж помолиться Великому Предку успел… Дар у нас, еще не рассмотрели толком, — успокоил открывшего было рот человека Хен. — И карт целых три! Ты какое золото хочешь? Атакующее или небоевое?

— Атакующее, — не раздумывая, произнес выдохнувший механик, опасавшийся провала. Все-таки врали слухи: рейд выдался не таким уж и сложным, осталось лишь забрать свой приз — он давно мечтал об еще одной хорошей ударной карте. Пусть в теории защитные ценнее, но как раз защиты у него хватало. А с учетом уровня — так и зашкаливало. Куда хуже было с арсеналом для нападения.

— Пляску молний? Трансформирующуюволну? — выбирай, пока я добрый, в отличие от Фроя, — съехидничал гиеноид. — Или все же небоевую? Смотри, какое чудо мы отыскали — Второй шанс называется!

Лекс задумался. Про Трансформирующую волну он почти ничего не помнил кроме того, что она ближнего радиуса действия. Но вблизи у него и отрядов хватает, к тому же у Валькирий есть Ледяное копье, а вот с дальними картами у него совсем беда. Придавливающее же поле боя грозовое облако, из которого вместо дождя сыпятся молнии, он видел в одном из боев. Жуткая штука. Если это оно… А небоевое золото он даже не рассматривал. Была бы хоть карта знаний…

— Пляску молний, — определился младший мастер, — но мне не к спеху, отдохните и восстановитесь сначала.

— Да нет уж, — с какой-то странно-напряженной интонацией произнес за спиной медведь, немного успокоившийся, но, по-видимому, еще не отошедший до конца от горячки боя, — договор надо выполнить, и чем раньше, тем лучше. Выяснилось кое-что интересное. Надо бы заключить новый, а для этого завершить старый. Если договоримся, в Двойную Спираль, как планировали, не пойдем, потом вернемся сразу на Заставу. Я активирую Переговорную? Все согласны?

Хен протянул золотистый прямоугольник. Пожав плечами, Лекс взял его, мазнув взглядом по молнии на картинке и подтвердив выполнение договора о совместном рейде. Что такое Переговорная он знал — карта для защиты от внешней прослушки, любой передачи информации вовне плюс запрет на причинение прямого вреда друг другу. Вот ведь параноики! Тут же никого нет поблизости. Хотя, в этот мир несколько свободных входов, так что мало ли кто заглянет… Интересно, что же такое ценное успели узнать напарники во время короткой вылазки, что командир решил потратить весьма редкую карту?

Лекс подтвердил всплывшее перед глазами согласие на приватную встречу и с разгорающимся азартом гадал, о чем может пойти речь, когда земля внезапно поднялась и ударила механика в лицо. Он попытался перевернуться, но тело полностью отказалось повиноваться. Голова уткнулась в землю, травинка попала в нос, а он даже чихнуть не мог. Краем глаза механик увидел какое-то полупрозрачное желе, колышущееся рядом. Кто-то повернул ему голову набок, и Элекзар разглядел довольную морду Бул'Фроя.

— Это шехадская медуза, безвредная, в общем-то, штука. Ее, как ни странно, используют во время нанесения татуировок, чтобы клиент не дергался и не портил рисунок: мы же не собираемся вредить участнику переговоров, нарушая клятву, не так ли? Наоборот, мы помогаем тебе расслабиться и как следует отдохнуть после тяжелого, особенно для «шестерки», похода. Не хочешь из благодарности объяснить, чем ты так нравишься нашему главе? Просто мысленно представь себе это, сняв защиту, — я смогу понять. Моргни пару раз, если согласен. И не пытайся призвать Активатор — паралич блокирует его призыв. Так что красиво уйти, попытавшись прихватить нас с собой, не получится.

В голове, а главное, в душе царила такая пустота, что казалось, в нее провалилось само время.

— Нет? – правильно понял его сомнения бывший командир. — А ты подумай, подумай! Скоро похолодает, сюда сползутся карнайские арахноиды. Не сомневайся, сползутся, я их лично выпустил после прибытия, вот полюбуйся, парочка еще осталась, — перед носом качнулось нечто хитинисто-волосатое, но взгляд не успел навестись на столь близкий объект. — Хочу подарить зверушкам новое место обитания, в этом же нет никакого нарушения клятвы, правда? Сдохнут, наверное: жрать им тут нечего, но на сутки их хватит, всего несколько Осколков назад подкармливал.

На заднем плане раздался лающий смех гнолла.

— Я полгода потратил на проверки, — зло продолжил медведь, — все не мог поверить, когда узнал, что мне отказали в резерве на полководца из-за тебя. Да, да, из-за тебя! Придурка в розовых очках, который верит, когда его лечат про боевое братство. Ты к Владыке Хаоса, что ли, надеешься подняться в обнимку? Думаешь, железяки там уже зарезервировали место своему любимчику? Я отлично знаю: в клане планировалось девять полководцев, а не восемь. Я в этот гребанный Дом потому и пришел, когда он еще обычным нейтралом был, что мне намекнули — есть здесь свободные места и перспективы. У меня, знаешь, какой выбор был? С моим-то опытом и картами?! Из кожи вон лез, шкурой десятки, сотни раз рисковал… И тут мне говорят, что, мол, все места заняты, ждите, пока новая вакансия откроется. Поэтому ты хорошо, очень хорошо подумай…

Из зубастой пасти, почти уткнувшейся в лицо, нестерпимо воняло — как раньше Лекс не замечал этого за зверолюдом?

— Я знаю, ты наверняка договор о неразглашении подписал, ну так смерть от пламени Хаоса всяко полегче будет, чем от карнайской паутинки! Вот у меня зелье классное есть — усиливает сразу и слух, и обоняние, и, главное, осязание. И Ясного сознания мне не жалко, и Среднего зелья регенерации. Ничего не жалко дорогому соклановцу! Ты почти всю ночь продержишься, думаю. В полном сознании. И имей ввиду: Переговорная — не договор о совместном рейде, помогать другим участникам не обязывает. И весточку Тригру ты не пошлешь, и даже маячки-маркеры-артефакты никакие не помогут. А в пламени Хаоса за пару мгновений отмучаешься. Выбор очевиден, сам поймешь, как успокоишься. Так что ты думай, а мы тут пока перекусим, приготовимся. Пока темнеть не начнет… Буду на тебя посматривать, так что, как надумаешь, просто закрой глаза, подойдем. Сбросишь мыслезащиту, и я аккуратненько пороюсь в твоей памяти. Усилителями я запасся. Вообще, советовал бы не дожидаться первых укусов, но решать, конечно, тебе. Недаром нам Господин свободу воли даровал, — показал зубы в подобии на улыбку медведь.

Потом показательно сочувствующе вздохнул и объяснил как маленькому:

— Пойми, я это спрашиваю уже не для себя — сам знаешь: возвращаться в клан после сегодняшнего нам не стоит. Да и подстава с наемниками может всплыть. Но Мулами интересуются очень серьезные Дома, которые готовы компенсировать мне причиненный тобой вред. Ты даже не представляешь, насколько серьезные…

Глава 8. Дом

Если бы Лекс мог, он улыбнулся. Соклановец был совершенно прав: выбор между карнайским ядом, который использовали для пыток, и милосердным на его фоне пламенем Хаоса совершенно однозначен. Безусловно, пламя. Только по другому поводу — как нарушившему клятву о ненападении. Щитов и доспехов у бывших соратников нет, а его отряд-то уже здесь! В процессе перемещения Компасом по игровому полю любые призванные существа временно исчезают, но потом они вновь готовы служить хозяину, нужно лишь дать им время на воплощение. Оставалось дождаться подходящего момента, когда «друзья» отвлекутся: у него будет возможность нанести только один удар, прежде чем пламя сожрет его, а отряд развеется.

…Минуты шли, а Лекс все малодушничал, уговаривая себя, что следующая секунда подойдет больше. Отомстить ценой своей жизни оказалось на удивление сложной задачей, даже зная, что в любом случае обречен. Похоже, у него начиналась натуральная истерика: ему хотелось смеяться то над врагами, то над собой. Придурком, который возомнил, что двум высокоранговым хаоситам в компанию нужна «шестерка», а в Игре существуют друзья! Наконец механик вспомнил старый прием, который использовал, когда заставлял себя выпить зелья менто-стимуляции, и начал обратный отсчет:

«Пять, четыре, три, два…»

Неожиданно отсчет пришлось прервать: зверолюдов бросило на землю, сбив очередью из гауссового стреломета.

Лекс в который раз изумился живучести булрати. Хен погиб после первых же попаданий, а Бул'Фрой, сумел откатиться и даже загородиться телом погибшего. Раздался щелчок гранатомета, небольшой взрыв, труп гнолла разнесло в клочья. В ответ пустоту бескрайнего поля пронзил порыв несуществующего ветра, вытянув жизнь из травы. Но никого крупнее жуков не задел, и стрелы продолжили вонзаться в никак не желающее умирать тело прирожденного бойца.

Медуза исчезла, лицевые мышцы чуток отпустило, и Лекс сумел даже наметить улыбку. Шансов выжить не то, чтобы прибавилось, но варианты смерти, по крайней мере, становились все более приемлемыми…

— Какой улыбчивый мальчик! — через него перешагнула аккуратная, явно женская ножка в дорогих сапогах, к которым даже не приставала грязь.

Носок небрежно поднял его лицо, и механик с диким изумлением узнал Лию — свою случайную новогоднюю подружку.

— Не знаю, за что ополчились на тебя твои товарищи, но я ни секунды не сомневалась, что они кинут тебя — просто так четвертую часть таким малышам не отдают. Поэтому и рискнула навесить на тебя Метку охотника, да не простую, а улучшенную, подающую сигнал, когда цель при смерти: я должна была быть уверена, что вы добыли мой клад. Ну и дежурила, здесь, неподалеку. Хорошо, что в этот мир есть много путей, да?

Увидев, как непроизвольно сощурились при упоминании Дара Владыки глаза Лекса, хаоситка удовлетворенно кивнула.

— А вот ты мне еще пригодишься. Не смотри так — мне нужны всего лишь ответы на вопросы. На те же самые, которыми интересовались твои спутники. Перескажи их словами — на это у тебя точно запретов нет, а об ответах подумай перед сном. Да-да, перед тобой ловец снов — до тебя наверняка доходили слухи про наше сообщество. Просто подумай, мне хватит. Я не такой уж хороший эмпат, зато могу вдоволь побродить по твоим сновидениям, — девушка демонстративно звякнула сумкой с пузырьками. — А если не захочешь сотрудничать или сны не помогут, что ж, придется принести тебя в жертву в обмен на право допросить твой призрак, — равнодушно пожала плечами хаоситка.

— Однако, — продолжила она после демонстративного раздумья, — Смеющийся Господин сейчас не жалует тех, кто якшается с чужими богами. Да и времени жертвоприношения отнимают порядком, может похолодать, и на тепло сползутся паучки. А тебе твоя душа, вероятно, дорога как память. Поэтому предлагаю сойтись на взаимовыгодном варианте: информативный сон и безболезненная смерть с последующим перерождением души.

Лекс тоже не был заинтересован в том, чтобы зря тратить время — оно утекало сквозь пальцы, а потому дважды медленно закрыл глаза, надеясь, что девушка воспримет этот жест как согласие.

— Умница, — немедленно отреагировала Лия. — Я сейчас залью тебе в рот пару капель противоядия, оно позволит говорить, а индуктор снов потом облегчит переход к нужной теме. Подействует буквально через минуту. Не будем тянуть. А в благодарность за искреннюю заботу в начале года открою тебе один секрет: у тебя очень яркие сновидения, в компенсацию, за… небольшой… так сказать. Ладно, ладно, шучу! Не удержалась, старые обиды. Не обижайся. Нормальный. Все было отлично, ты хороший мальчик, и твой сон, пойманный «браконьерским зельем», принес мне немало трофеев. Поэтому расскажи, что сможешь, и умрешь безболезненно, под анестезией, — девушка демонстративно помахала каким-то пузырьком. — Я бы вообще не убивала, и так нахватала лишнего эмбиента, но сам понимаешь: тебя допросят, и Механическая логистика будет вынуждена отомстить за своих. А я не могу рисковать своей шкуркой, ведь всего лишь слабая, — девушка улыбнулась, — «бездомная» одиночка.

Аккуратно перевернув механика на спину, Лия влила часть пузырька ему в рот и нежно вытерла пролившиеся капли.

— Извини, мне действительно жаль, — охотнице даже не приходилось играть: ей действительно было немного жаль наивного паренька. Увы, такие в Игре все равно не выживают, поэтому она совершенно не собиралась упускать шанс дополнительно заработать из-за глупой сентиментальности.

Лекс почувствовал, как потихоньку уходит онемение, и попытался хотя бы шепнуть. На удивление — получилось. Дальше можно было и в полный голос:

— Ловя чужие сны, ты знаешь, чем рискуешь? — в мозгу фокусника родилась очередная безумная идея.

— Да, мой заботливый, я прекрасно знаю, что можно остаться в мире снов навсегда, игрушкой для их безжалостного, полубезумного Хозяина. Глубоко тронута твоим беспокойством обо мне, но тебе не кажется, что сейчас оно несколько неуместно? К тому же, я беру зелья от хороших производителей, там риск минимален, один шанс на пару тысяч, — Лия явно была удивлена таким поворотом разговора, начав даже рефлекторно оправдываться. Но быстро опомнилась: — Давай все же вернемся к нашей теме. Я не могу ждать, еще раз извини, времени мало. Выбирай — алтарь или анестезия?

— У НАС БЕЗДНА ВРЕМЕНИ, — Лекс надеялся, что будет убедителен, а уроки чревовещания не пропали даром, — И ТЫСЯЧИ СНОВ, МОЯ НОВАЯ РАБЫНЯ. ПОСМОТРИ ВОКРУГ!

Девушка мгновенно навела на сумасшедшего Игрока стреломет, но что-то на периферии зрения действительно мелькнуло, и она, осторожно шагнув назад, подняла взгляд.

Напротив нее появлялись отряды полководцев. Она достаточно навидалась в прошлой войне, чтобы понять, что это именно они. Прямо перед глазами стояли легендарные Валькирии с мечами наголо, чуть дальше — гномы, по бокам —кобольды и странные мужики в рогатых шлемах, лучники и тут же пращники — все вперемешку. Сверху реяли вороны, напоминая об Отце Битв. А вокруг нее сворачивался какой-то змей, готовый вот-вот замкнуть свое кольцо…

У нее похолодело в груди — это было невозможно! Откуда здесь два полководца? Называвшая себя Лией, забыв о парне, судорожно обернулась — ни вокруг, ни на Компасе, никого не было. Что происходит?!

— Иди ко мне, моя милая браконьерша. Ты будешь развлекать меня долго, рабыня, — прозвучал все тот же вальяжный, довольный голос.

«Рабыня»? Ее назвали «РАБЫНЯ»? Слепец выбросил черные кости и выпал тот самый проклятый шанс попасть в лапы к Владыке Сновидений?!! Все это время она была во сне, развлекая их господина, беспощадного к незваным гостям? Все удачи, все хитроумные планы — это лишь снилось ей, перед тем как сон превратился в кошмар?

Шуршал смыкающий кольцо змей.

— НЕЕЕТ!!! — закричала охотница, одним великолепным обратным сальто инстинктивно выпрыгивая из ловушки. В ее тело разом попало несколько десятков стрел, расходуя защиту, стукнули снаряды пращников, а какой-то из кобольдов ухитрился попасть огненным горшком. Облепленная пылающим напалмом из всё новых и новых разбивающихся сосудов, девушка каталась по земле, крича от боли и отчаянья, пока ледяное копье, наконец, не принесло ей успокоение, пробив ослабленные щиты…

Лексу было жаль. Да, девчонка собиралась убить его, но все равно жалко. Жалко, что она не собрала вначале карты его «друзей». Да и девчонка была симпатичной, хотя все браконьеры заканчивали одинаково плохо. Воровать у богов — дурная идея.

По правилам Дома, все найденное на поле битвы снаряжение соклановцев подлежало возврату. Побудь карты хоть минуту в чужих руках — это были бы уже его законные трофеи. Впрочем, есть одно исключение. Он ведь так и не взял полностью свою долю за этот рейд: в соответствии с договором, в случае гибели напарников не по вине друг друга, добыча распределялась между выжившими…

Механик стоял над телами поверженных Игроков, думая не столько о картах, сколько о последних словах Бул'Фроя. Слишком уж нервно в клане относились с сохранности внутренней информации, а ему была частично известна колода Тригра и ряд его излюбленных приемов. И, похоже, что-то еще… Он иногда думал о прощальных словах медика, быстро догадавшись, что ему все же стирали что-то в памяти.

В вещах охотницы нашлось немало интересных штучек, позволяющих маскироваться и вживаться в чужую роль, в том числе карта Зелья незначительности, и младший мастер решил рискнуть. Но то ли ему не хватило опыта, то ли ментальных способностей, спрятать в глубине памяти воспоминание об откровениях бывшего командира не получилось — слишком уж сильные эмоции оно вызвало. Подернулись дымкой лишь пара карт из Дара Владыки: для Лекса они действительно значили мало.

*****************

Двойная Спираль, полторы недели спустя…

Лекс гнал от себя воспоминания о закаменевшем лице тренера, изучавшего его память. Завтра наступит завтра, а пока он опять обманул смерть. Дважды обманул, если не больше. И теперь возвращался домой, с победой и новыми картами. Что бы там ни было дальше, главное, у него есть дом, где его ждут — ради этого стоило жить и бороться.

Как бы механик ни торопился к любимой, но потратил еще с полчаса, зайдя в смотровую, где система глубинного сканирования после долгих минут раздумий и перемигиваний индикаторами все же нашла расположенные во внутренних слоях ауры остаточные следы метки. Зачистку решил отложить на завтра: все равно эти обрывки не работоспособны. Однако невольно восхитился профессионализмом Лии. За одну короткую ночь девушка сумела перехватить сны, проанализировать их, нанести скрытую метку, простоявшую почти пять малых циклов, хотя на аналогичную у их маркировщиков уходит несколько процедур, чтобы она хотя бы цикл продержалась…

Двойная Спираль благоволила ему, и дорога до квартиры оказалась даже ближе обычной. Квартиры, которую он снял на год сразу, потратив на это немалую часть своих сбережений, — уж очень ему хотелось, чтобы любимая осталась с ним навсегда, да и скидка, которую заметила Аля, сыграла свою роль. Квартиры, в которой они будут жить столько, сколько отпустит им Игра, раз уж она дозволила встретиться.

Звонить он не стал: судя по часам, была уже глубокая ночь, к тому же хотелось сделать приятный сюрприз. От охотницы ему среди прочих досталась серебряная карта — не боевая, но способная порадовать любую женщину. Будет утром подарок.

Лекс, порывшись в сумке, вспомнил, наконец, куда положил ключ. Дом был из недешевых, поэтому входная дверь должна была тихо отвориться, но вместо этого только моргнула красным. Уставший Игрок попытался еще трижды, не сообразив, что не стоило превышать лимит системы безопасности. Об этом ему напомнило тактичное покашливание. К счастью, консьерж, прибывшей вместе с охраной, узнал арендатора.

— Мне кажется, господин, Вам лучше позвонить, — на профессионально-бесстрастном лице слуги мелькнуло что-то странное.

— У меня почему-то не работает ключ! — зло произнес Лекс, которому досадное недоразумение испортило настрой. — За что мы платим кучу дайнов в месяц?

— Вам лучше позвонить, господин, — прозвучал все тот же безлично-вежливый ответ. — Для Вашей же безопасности.

Наверное, стоило вызвать управляющего, чтобы разок поднявшись посреди ночи, тот впоследствии лучше следил за замками, но у механика абсолютно не было сил ругаться. В конце концов, разборки можно отложить и на завтра. Мысленно извинившись перед подругой за прерванный сон, он нажал на звонок. Пришлось повторить еще дважды, и Лекс уже успел пожалеть о своей мягкотелости, когда дверь открылась.

На него удивленно смотрела Аля. Не радостно, как он надеялся. Не испуганно, как он уже опасался. Именно удивленно. Так, как смотрят на давно погибших знакомых, внезапно встреченных на улице… Лекс попытался обнять девушку, однако система безопасности мягко, но неумолимо отпихнула его защитными чарами. Дом все-таки был дорогой, и открытая дверь еще совершенно не означала, что кто-то посторонний может войти без разрешения. А механик был именно посторонним.

— Прошу прощения, госпожа, за беспокойство, — прозвучал позади голос консьержа, правильно оценившего ситуацию. — Если Вы хотите передать какие-то вещи, мы совершенно бесплатно предлагаем Вам обоим воспользоваться камерами хранения. К ним будут подходить оба ключа: и старый, и новый.

Аля молча кивнула и закрыла дверь. За все время она не произнесла ни слова.

Видя готового взорваться возмущением клиента, слуга, успокаивающе объяснил:

— Вы сняли квартиру, наделив обоих жильцов равными правами. Поэтому, когда предыдущий ключ потерялся, госпожа оплатила смену защиты и заказала новый ключ. Один. Исключив вас, таким образом, из числа арендаторов и приняв на себя все права и обязанности по использованию жилья. Господин, у нас есть свободные комнаты, как в этом комплексе, так и в других местах Двойной Спирали. От лица компании хотел бы предложить Вам пожить в них до конца малого цикла! Абсолютно бесплатно. Мы искренне надеемся, что случившееся, хотя и соответствует полностью правилам, с которыми Вы были ознакомлены при съеме жилья, не вызовет у Вас превратного впечатления о нашем сервисе.

Только сейчас до Лекса дошло, что после встречи с Лией у него было минимум два глубинных сканирования перед конвоями, легко выявивших бы любую метку…

*****************

Интерлюдия. Почти три малых цикла назад — через несколько дней после празднования нового года…

Отдохнув и успокоившись, Найянна, в которой Лекс с трудом опознал бы Лию, крайне скептически оценила свою последнюю операцию. Пожалуй, ей пора передохнуть. Если в проверке Игрока, защищающего свой разум дорогим зельем Эфирного шума, она, поразмыслив, не увидела особой ошибки — как показывает практика, попусту его все же не применяют, — то вот все остальное было сделано отвратительно.

Охотник и тоннельное мышление — вещи несовместимые. Выяснив, что простой механик ходит лишь по одному, и так всем известному маршруту, отказываясь смириться с неудачей, она все равно продолжила искать хотя бы косвенные сведения о других караванах Мулов и о клановых картах, посмотрев в итоге бредовые мечты. А меж тем, имея целых два индуктора снов, должна была сразу переключиться на широкое сканирование, тогда бы раньше обратила внимание на Дар Владыки и успела бы получить исчерпывающую информацию о нем самом и точной дате начала похода. Не мелькни в круговерти первых снов знакомое лицо — сейчас бы ей пришлось покрутиться, пытаясь наладить слежку.

Спасибо Слепцу, что благоволил ей. В теплой ауре, явно овевавшей сон о какой-то любимой, она отчетливо опознала известную ей девицу. Тренированной памяти не требовалось особых усилий, чтобы вспомнить. Недорогой, но хороший салон красоты — именно там они не раз встречались. Охотница и сама была его частой клиенткой…

Не прошло и двух часов, как настроение Найянны поднялось с отметки «хорошее» на «прекрасное». Свою цель в царстве красоты она не встретила, зато там ошивалась ее подруга. За несколько дайнов охотница узнала главное: Аля рассталась со своим покровителем, реально смотрит на мир, находится в активном поиске и вряд ли откажется от подработки. В конце концов, от нее требуется всего лишь провести с жертвой пару ночей перед выходом с одетым на руку браслетиком, который всё сделает сам. Судя по ауре сна, организовать небольшой роман для нее не будет проблемой. Да и кровь намуров, хоть и разбавленная, позволит ей быстро раздуть имеющиеся чувства.

Переговоры прошли сложнее, чем ожидалось: девушка, похоже, что-то знала про Мулов и наотрез отказалась участвовать в любой слежке за членами злопамятного Дома. Пришлось основательно взвинтить плату и немного приоткрыть карты, рассказав полуправду про выгодную халтуру конвойщиков в отпуске. В конце концов, слова про отпуск исполнительнице будет проверить несложно, а реальную цель путешествия ей открыть не должны: любовь любовью, но настолько доверчивые идиоты до мест в серьезных кланах не доживают.

Решающим аргументом стал прозрачный намек, что «наследства» долго ждать не придется.

Глава 9. Предатель

Мир синих рек

На участие в тренировочно-диверсионном рейде Лекс согласился, не колеблясь ни секунды. Пусть не все карты откатились — черт с ними. Сейчас, в общем-то, все рано, чем поход закончится. Ему было смешно, что недавно он готов был считать Двойную Спираль своей второй родиной. Что в итоге? Друзья, любовь, даже сила — всё оказалось фальшивкой! Как и собственные идеалы, проданные за тридцатку. Раскаивайся не раскаивайся в прошлой слабости — время вспять не повернуть.

Поход сулил хоть какое-то отвлечение. Может, отпустит. Может, убьют. Хуже в любом случае не станет. Тем более, рейд с Фенрином означал относительную свободу в использовании карты отряда. Благодаря межполководческим арендам Лучникам оставалось совсем немного до третьей звезды, так полюбившийся наставнику Провидец обрел новую способность, а обмен трофейных карт обещал существенно преобразить колоду в лучшую сторону…

Все-таки есть какое-то странное очарование в ночных прогулках по недавно замерзшим рекам. Ранним утром на льду и в прибережных лесах безраздельно властвует тишина, а тонкая полоска реки разделяет мир на две части. Южная еще принадлежит золотому царству осени, а северная уже сдалась под натиском наступающей ослепительной белизны. Ты стоишь между двумя мирами, и иногда кажется, что у тебя есть выбор между ними. Лекс, очарованный прекрасным зрелищем, хотел бы остаться в этом волшебном месте подольше, но, увы, у рейда был жесткий график. Дом, формально владеющий миром, согласился закрыть глаза на перемещение, однако предоставил лишь небольшое окошко. Непростое окошко.

Утренние часы принадлежали исконным хозяевам этого мира: духам рек. Летом любой без спросу сунувшийся в утренний туман оставался в нем навсегда (Лекс даже не хотел думать зачем), зато зимой, когда духи дремали подо льдом, оставался хороший шанс пройти незамеченными. «Куда больший, чем пережить любой Турнир», — усмехнулся механик, с легким презрением относящийся к осторожности местных жителей.

Это был один из немногих миров, чьих обитателей не рисковал трогать ни один из Домов. Наполовину сожженная разведчиками Ящеров деревня оставалась напоминанием жестокой ошибки. Рядом был небольшой пруд с нереально прозрачной голубой водой, не промерзающий даже в самые лютые морозы. Уже много циклов в нем тонули, оживали и снова тонули Игроки из невезучей боевой звезды, осмелившиеся убить детей синих рек…

Внезапно механик понял, что уже какое-то время двигается один. Его лидер почему-то остался позади.

«Прости, — прозвучал прямо в голове знакомый голос. — Я должен думать о всем клане. Ты мог стать его украшением, сложись все иначе. По старой традиции мы отдаем предателей местным духам».

— Я не предатель! — окаменевшими губами с трудом прошептал Лекс, изумленно смотря на наставника. Правда, удивление было недолгим: в памяти тут же издевательски всплыла сцена с «весами» Хена. Впрочем, учитель беспокоился о другом:

«Знаю. Но ты невольно станешь им для клана, когда кто-нибудь по-настоящему серьезный заберется в твои мозги. Это лишь вопрос времени. Однако пока ты не предатель, это правда. Поэтому выбирай — либо вечный покой на дне реки, даруемый тебе местными духами, либо смерть в бою во славу Отца клинков, который оценит такого бойца», — голос Фенрина по-прежнему звучал прямо в голове, несмотря на все защиты, а лед под ногами слегка треснул, подтверждая слова собеседника.

Лекс никогда не видел полной армии своего… да, уже врага, но не сомневался, что против полноценного полководца ему не продержаться и минуты. Да и что с того?.. Бывший соклановец прав — какой смысл продолжать ему это трепыхание? Редчайшая карта оказалась смертельной ловушкой, надо было не жадничать и сразу продать ее в первой попавшейся лавке!

Покой подо льдом? Кто знает, какой там на самом деле покой. Вот смерть — смертей в бою он видел достаточно. Она точно не подводит. Смешно, но почему-то хаоситу казалось важным хотя бы умереть достойно. Подняв голову, механик произнес стандартную форму вызова на договорную дуэль, которая должна была перенести их на арену, но Фенрин покачал головой:

«Согласно правилам Игры в этом мире соблюдение дуэльного кодекса необязательно, а местные духи хотят посмотреть на бой полководцев. Еще вчера они убрали отсюда всю живность, чтобы никто из их подопечных не пострадал. Под нашими ногами лед до самого дна, атак снизу можешь не опасаться… Готовься, первый удар твой».

Голова стала предельно ясной, мысли легкими. Механик подозревал, что это прощальный подарок бывшего учителя, но было уже все равно. Камень обновления на Час величия, Доспех лесного кота, Семь щитов, зелья теперь бессмысленно экономить — пьем все. Полоса тумана, призванного Дыханием мари, протянулась от берега до берега (хаосит надеялся, что это хоть немного испортит духам развлечение). Змей быстро замкнул круг, создавая щит, сверху Покров заступницы — уж теперь-то его мысли не должны быть доступны даже сильным эмпатам.

Силу Валькирий, в отличие от прошлого года, пополнять некому, поэтому против Фенрина Потомок Ёрмурганда продержится недолго. Лекс понимал это кристально четко и мысленно обратился к отряду: «Давайте, ребята, не ударим в грязь лицом в своем последнем бою!»

Лесные духи хотят развлечься? Что ж, он постарается дать достойное представление. Пращники по его приказу рассыпались и под прикрытием тумана бросились к обоим берегам. Каждого прикрывало по два Берсерка. Вороны с могильным карканьем разлетелись в разные стороны — голые по зимнему времени деревья не будут помехой их зоркому взгляду. Следуя странному совету Ученика Хеймдалля, содержимое горшков почти всех Кобольдов потекло по льду, готовясь в любой момент вспыхнуть под ногами штурмующих, а несколько нечистиков с последними горшками на всякий случай застыли приманкой посреди ловушки. Тройка Валькирий плотной стеной встала перед Лексом, а Гномы, пользуясь тем, что замершая вода — это тоже минерал, пустили в ход расовую способность и шустро вырубали окопы для Длинных луков, не забывая о брустверах.

Окинув свою армию мысленным взглядом, полководец решил, что готов, и спрыгнул в вырытый для него окоп. Ах, да, его право на первый удар! Ну что ж, волколюд сам напросился. Одной из трофейных карт, доставшихся от Лии, был знаменитый Рой метеоров. Хотелось хоть раз посмотреть в деле на Пляску молний, но Рой в данном случае подойдет лучше.

*****************

Интерлюдия. Кабинет главы Механической логистики, день назад…

— Ты ошибся, увлекшись экспериментами, — Фенрину очень не хотелось вести этот разговор, однако он уже не видел другого выхода. — Нам везло, не спорю, но мы что, теперь полагаемся на везение?

— Без этих «экспериментов» мы бы не смогли выиграть войну, — тихо произнес Тригр. — Не говоря уже о том, что прошло целых пять Фестивалей, и проверять на себе работоспособность камней кратности, созданных с использованием новых ингредиентов, было неразумно. Когда приходится менять места добычи ресурсов для столь сложных рецептов, это всегда головная боль для мастеров — компоненты чуть-чуть, но отличаются, в итоге вылезают тонкости, которые только на практике узнать и возможно. Помнишь, что случилось при попытке создать дополнительный заряд у Стража Зеркал?.. И да, игра на везение имеет право быть, пока мы выполняем волю нашего Владыки. Мы порадовали его одной войной, скоро начнем другую.

— Мы вроде собирались начать войну с одним Домом среднего уровня, а не со всеми старшими сразу? Или ты решил порадовать Господина нашей гибелью? Если уверен, что ОН ее хочет, пошли вместе вызовем на бой Совет Старших, не надо подставлять остальных! — не удержался от сарказма волколюд.

Он не верил своим ушам. Его друг и глава, образец стратега — неужели он перестал видеть очевидное? Последние слова Бул'Фроя означали, что череда удач фокусника обречена прерваться, как и польза для клана. Если только Смеющийся Господин не собирается лишить их свободы воли — по мнению тренера, это был единственный способ, которым Владыка мог позволить низкоранговому Игроку спастись от внимания Великих Домов.

В этот раз пауза длилась дольше. И прервалась всего за секунду до того, как должна была означать категорический отказ:

— Ты прав, — механоиды неподвластны эмпатии, но волк был готов поклясться всем, что почувствовал, с каким трудом дались его собеседнику эти слова.

Глава медленно открыл появившийся прямо в воздухе сейф. Фенрин знал, что там находится — ингредиенты для изготовления кратных камней, которые его друг не доверял даже неприступному Дому Мастеров. Впрочем, мех вообще почему-то не доверял этим созданным Игрой для воплощения карт рецептов личным лабораториям.

— Я сделаю камень кратности для твоей карты Палач, но если она разрушится, буду считать, что Смеющемуся Господину неугодна смерть двуногого. И ты со мной согласишься.

Полководец молча склонил голову. Почему-то он не сомневался в результате. Настолько не сомневался, что едва исчез глава, направившийся в Дом Мастеров, набрал код вызова ученика… Набрал, чтобы спасти всех остальных.

*****************

Мир синих рек

Фенрин одобрительно кивнул, наблюдая за приготовлениями бывшего ученика. Все-таки он хороший учитель. Туман волку совершенно не мешал: Эхолокация требует долгих тренировок для эффективного использования, а после применения раскалывается голова, но все это сторицей окупается в подобных ситуациях. Идея с окопами сделала бы честь и Тригру… Эх, какого парня приходится терять из-за этих экспериментов! Хорошо хоть недаром: лесные духи щедро оплатили шанс посмотреть на возможности полководцев. «Точнее, на то, что они за эти возможности принимают», — мысленно усмехнулся служитель Хаоса, прекрасно знавший, сколь далеко его подопечному до настоящих владельцев шлема...

В глазах потемнело всего лишь на миг — ментальный удар Затмения не смог пробить защиту и собственные способности, но попытка хорошая. Заметив следом яркую в бледном утреннем небе вспышку появившегося Роя метеоров старший тренер невольно одобрительно кивнул. Отличное начало! Стационарный щит полководец не ставил, он привык полагаться на свою реакцию, а отряд в одном месте не собирал уже давно. Длинными изящными прыжками волк, десятки возвышений совершенствовавший свое тело, ушел из зоны атаки, рванув вперед — этого никогда не ждут от командующего. Почти ушел. Почти! Его, ЕГО! подловили в прыжке как глупого щенка: воздушная волна Вихря мягко швырнула обратно почти в эпицентр удара. Личные щиты конечно выдержали — ТАКИХ ошибок старый Игрок не допускал, — но в голове гудели колокола: эхолокация наложилась на контузию от оглушающего грохота… «Ученики даны нам, чтобы учиться», — вспомнилась древняя мудрость, волк как-то подзабыл, что на тренировках изучают и его самого…

Красивой победы что-то не получалось. Хорошо хоть Шаман, загодя высаженный за поворотом реки, отреагировал мгновенно, сняв боль Лесным благословением. Но вот вожак Леопардов, на пару секунд оставшийся без контроля своего полководца, проявил дурную инициативу, решив атаковать приближающихся к берегам Пращников с Берсерками вместо того, чтобы выждать, пока они развернутся спиной… Ну хоть бы подумал, тупая кошка, для чего их размещали тайком в глубине леса! Повезло, что враги начального уровня и без усилений: окажись у Берсерков хотя бы мифриловые мечи, не помогла бы и стальная шерсть. Впрочем, и без того пара кошек все же напоролась в прыжке на оружие противников. Во избежание дальнейших потерь он перестал тянуть и отдал приказ Стае теней — жемчужине его отряда. Восходящее солнце уже появилось из-за горизонта, и тени крайних деревьев дотянулись до кольца и пересекли тело Змея, открывая дорогу духам саблезубых, способных перемещаться в тенях, игнорируя любые преграды…

Увы, фокусник предугадал и этот его шаг! Фенрин не понимал, откуда механик узнал про его лучший подотряд, ведь если тот бездействует, обнаружить духов нельзя, а на тренировках свои козыри опытный Игрок не раскрывал. Но стоило первым Теням снести головы нечего не ожидающим нечистикам, как упавшие горшки заставили разом вспыхнуть чуть ли не половину внутреннего кольца. Несмотря на мгновенную реакцию волка, сразу отменившего приказ, несколько духов все же сгинуло во вспыхнувшей смеси Кобольдов, напоминая, что все-таки та была не простым огнем. По остальным, ставшим видимыми из-за отступления, прошлись благословленные Валькириями стрелы. Половину лучшего подотряда одним махом!..

«Надо заканчивать», — понял полководец. Если немилость Владыки и существует, то вот она. Он выбрал не то время, не то место и не тот повод для игр. Недостойных игр, пусть они даже во имя Дома. Кто знает, на каких весах меряет их Владыка? Обязательства перед духами исполнены, нет смысла тянуть.

Короткий приказ Шаману и поднятый вихрем снег ослепляет вражеских Лучников, больше не видящих ничего за границами щита. Белые медведи переброшенные Быстрой тропой прямо к Змею, рвут щит адамантовыми когтями, а обычные стрелы бессильны против Доспехов стужи. Гномы — отличные бойцы, устойчивые к магии? Кто ж спорит! Вот только вместо того, чтобы вступить в бой с медведями, они, едва выйдя за пределы змеиного круга, бросаются рыться в снегу, разыскивая усиленные Жаждой обладания драгоценности. Подотряд подгорных бойцов без наложенного Альтруиста — легкая добыча для любого, кто знает их уязвимость и запасся горстью нужных камешков.

— Ну же, Беляши, поднажмите, хватит испытывать терпение Владыки, — пробормотал себе под нос Фенрин: он уже немного жалел, что договор с духами мешает ударить картами впрочем, их всё же стоило поберечь для грядущей спецоперации, которую никто не отменял.

Наконец, чьи-то когти все же пронзают защиту насквозь, и Зов бреши перекидывает волколюда внутрь щита. Валькирии бросаются наперерез, но полководец легко уклоняется от слишком медленных по сравнению с ним низкоранговых воительниц, одним милосердным ударом отрывая голову бывшему ученику…

Боевой опыт нескольких столетий заставляет его обернуться — вместо того, чтобы растаять, девы войны пытаются достать его мечами. Полководцу и ворвавшимся внутрь медведям хватило нескольких секунд, чтобы перебить всех врагов, но фокусника среди них не было! На снегу валялась голова загримированного сценического раба.

Полководец тут же отдал приказ Шаману и оставшимся подотрядам прочесывать лес, но секунда шла за секундой, заставляя недовольно хмуриться торопящегося хаосита. Прошла сотня долгих ударов сердца, прежде чем одновременно прилетели послание от духов и картинка от завершившего свою работу Палача.

Волк на минуту задержался над телом своего ученика, одного из многих. Неуклюжего и доверчивого двуногого, столько раз ухитрявшегося удивлять своих врагов и выкручиваться из казалось бы безвыходных ситуаций. Вот и на этот раз ему почти удалось отбиться от своего наставника. Ненадолго конечно, да и от духов Синих рек непросто уйти без их на то воли, но этого хватило, чтобы формально остаться непобежденным в схватке со старшим полководцем. «Такое редко кому удавалось», — невесело усмехнулся один из лучших наставников.

Встряхнувшись, старший тренер Механической логистики решительным жестом забрал трофейные Книгу, Активатор и сумку бывшего члена Дома, выбросив неприятный эпизод из головы. Бесплодные сожаления лишь ослабляют.

Эпилог

Времени на колебания не осталось. Хаотичный портал, перекинувший метров за шестьсот от места боя, и Алхимическое зеркало позволили Лексу немного оторваться, но механик ни секунды не сомневался, что враг найдет его в считанные минуты. Уже именно враг. Ими стали все, кого он знал: друзья, любимая, командиры, соратники и даже девушка, случайно проведшая с ним ночь! Всё, что казалось ему удачей — было лишь миражом. И он, дурак, еще считал этот мир своим новым домом… Мир, в котором каждый мечтает о его смерти, легко обходя любые договоры и клятвы. Что ж, фокусы — это тоже обман. Для него теперь дело профессиональной чести обмануть их ожидания. Последние заряды Посылки, очередного «подарка» Лии, отправили несколько карт в Двойную Спираль до востребования...

Мир на краю зрения начал наливаться синевой, сигнализируя, что пора, совсем пора. Не найдет Фенрин — доберутся духи.

Сменив любимые Семь щитов на Ауру теней, позволяющую сливаться с окружающим сумраком, хаосит активировал Второй шанс. Единственную уникальную карту за всю его жизнь в Игре. Карту, показавшуюся ему абсолютно бессмысленной, когда увидел ее в первый раз. Карту, ставшую бесценной, когда рассмотрел во второй.

Как и было написано, сработала она далеко не сразу, заставив поволноваться, успеет ли. В ожидании механик погладил теплеющую поверхность карты: «Спасибо, за интересную игру, но Элекзар оказался для нее слишком наивен».

— Ты уверен? — раздался, наконец, позади противный голос гремлина. — Уверен, что хочешь лишиться всего: положения, нынешнего тела, собранных в Книге карт, сфер, дарованных Владыкой? Лишиться только ради того, чтобы сызнова повторить свой нелегкий путь?

— Да, — механик свое уже отсомневался. — Уверен.

— Да будет так! — визгливый голос служителя непонятно как ухитрился прозвучать торжественно.

Мир завертелся перед Лексом, и земля опять, как на Валинире, с силой ударила в лицо, сменившись обжигающим пламенем Хаоса…

Content

Миражи Хаоса

Часть 1. Механик

Глава 1. Клан механоидов

Глава 2. Конвой

Глава 3. Допрос

Глава 4. Цена поспешности

Глава 5. Турнир

Глава 6. Время испытания

Глава 7. Дуэлянт

Глава 8. Милосердие Игроков

Глава 9. Назначение

Глава 10. Застава

Глава 11. Бой и Шоу

Эпилог

Часть 2. Предатель

Пролог

Глава 1. День второго рождения

Глава 2. Поход

Глава 3. Опаленный войной

Глава 4. Четвертое звено

Глава 5. Гамбит Игроков

Глава 6. Лабиринт

Глава 7. Друзья

Глава 8. Дом

Глава 9. Предатель

Эпилог