Макс Вальтер

Смерть может танцевать 5

Глава 1

Замкнутый цикл

Крайне странная встреча. Эта женщина, зачем она показала мне ту пирамиду? Нет, я, конечно, совсем не против, было очень даже любопытное и познавательное зрелище, но всё же?

Мы обсудили дела, я получил заказ, и на этом можно закончить, но нет… Ладно, у богатых свои причуды.

Самолёт набрал необходимую высоту и на табло погас символ, позволяя наконец-то разомкнуть ремень безопасности. В проходе тут же нарисовалась симпатичная стюардесса в обтягивающем и подчёркивающем аппетитные формы, костюме.

— Что-нибудь желаете? — с широкой, приветливой улыбкой поинтересовалась она.

— Нет, спасибо, — покачал я головой, и девушка поспешила удалиться.

Я проводил её аппетитный зад и даже слегка ухмыльнулся собственным мыслям.

Взгляд снова притянула тощая папка-скоросшиватель, где находилась скудная информация по цели. Задачка предстояла крайне сложная, даже не в плане устранения, скорее, в поиске. Но ничего не поделать, сумма, что перечислена на мои счета, была настолько серьёзной, в общем, отказать я просто не мог.

Эти люди всё же смогли найти ко мне подход и обставили всё таким образом, что отказать не получится. И дело даже не в деньгах, хотя они стали очень приятным аргументом. Но вот на любопытстве они сыграли шикарно.

А ведь не только это смущало. Поверх папки находился небольшой пенал, что перед самой посадкой передал мне телохранитель Лии. Странное всё же имя и даже отчества никакого не назвала. А насколько мне удалось выяснить, её фамилию тоже никто не знает.

В общем, этот самый пенал в данный момент волновал меня гораздо больше, нежели цель и методы её поиска и устранения. Естественно, я заглянул в него первым делом, но содержимое вызвало ещё больше вопросов.

Внутри обнаружился шприц, в котором по отметку в два миллиграмма набрана странная субстанция серебристого цвета. Больше всего она напоминала ртуть, хотя вес говорил, что это нечто иное.

Рядом на небольшом клочке бумаги имелась скудная инструкция: «Снять защитный колпачок, ввести иглу в вену и надавить на поршень. ВНИМАНИЕ! Инъекция имеет ряд побочных эффектов. Рекомендуется, во избежание травм, применять, заняв горизонтальное положение».

Вот, собственно, и вся информация. Однако человек, что передал мне этот пенал, явно дал понять: данный препарат предназначен для меня. Он так и сказал: «Госпожа Лия просила вам передать в качестве бонуса».

Что это могло означать? Очередная, странная загадка, на которую мне уже вряд ли ответят.

А ведь странности начали происходить задолго до нашей встречи.

Примерно год назад мне позвонил генерал-лейтенант Сухов и ошарашил невероятной новостью. Наш отдел расформирован по приказу президента. Как вообще такое произошло — ответить он не смог. А ведь людей, подобных мне, просто так на покой не отправляют, это даже не область фантастики, скорее, нечто сверхъестественное и невероятное.

Я бы ещё поверил, если меня просто попытались убрать, но нет. При личной встрече Сухов вручил мне пухлый пакет, в котором обнаружились документы, на личность Владислава Сергеевича Суркова и моей фотографией. Пластиковая банковская карточка, на которую перечислили расчёт и на этом всё.

— Я надеюсь, тебе не нужно напоминать о подписке? — сухо поинтересовался он.

— Ни к чему, — не менее лаконично ответил я.

— Замечательно, — кивнул бывший начальник.

— Это всё? — до конца не верилось в происходящее и больше напоминало первоапрельскую шутку.

— А чего ты ждал? — усмехнулся собеседник. — Медаль, почести, может быть, миллион долларов в Швейцарском банке?

— Нет, но…

— Всё, Влад, твоя работа окончена. И радуйся, что всё произошло именно так, мирным путём. Найди работу, женщину и живи.

М-да, легко сказать. Из меня воспитали машину для убийств, а затем выбросили за ненадобностью. Нет, в последнем я очень сильно сомневался, люди моей профессии необходимы правительству, но тогда почему? Вот только на этот вопрос мне не суждено было получить ответа, и даже намёка.

Сухов уехал, как сказал: «Вручить путёвку в светлое будущее ещё парочке лихих ребят». А я ещё долго сидел на скамейке в сквере, силясь понять: «А что делать дальше?»

Я всю свою жизнь исполнял приказы. За меня решали всё, где работать, куда ехать, чем питаться и даже кого трахать. Меня обучили всему: как выживать в самых невероятных условиях, как обнаружить и устранить цель. Вот только забыли научить жить.

Впервые я был предоставлен сам себе и понятия не имел, что со всем этим делать. Да, у меня есть опыт гражданской жизни, хотя со стороны он больше напоминает жалкое существование.

Дома всегда царит спартанская обстановка: стол, стул, кровать, две кастрюли, сковородка, чашка, кружка и один набор столовых приборов. В шкафу минимум вещей, а на дне всегда «тревожная сумка». Я готов сорваться с места в любую секунду, оставить дом, переехать и не испытывать при этом ни малейшего дискомфорта.

А что сейчас? Как жить без приказов, без срочных командировок? Но даже не это обескураживает и заставляет сожалеть об утраченном. Я больше никогда не познаю азарт охоты! Наверное, понимание этого больше всего давило.

Однако человек — крайне живучая тварь и приспособиться может к совершенно любым условиям. Так и я, уже наутро сменил мрачные мысли на что-то другое, пока непонятное.

Плотный завтрак, разминка, работа на макиваре «Деревянный человек», бой с тенью и вот уже в голове зреет относительно годный план. Если быть более точным — цель. И именно так я решил жить, ставить себе задачу и выполнять её, так привычнее, так понятнее.

Примерно в восемь утра я выбрался из дома на поиск работы и уже к концу месяца имел довольно хорошую должность в частном охранном предприятии.

Работа не приносила ровным счётом никакого удовольствия, но больше я ничего не умел. Хотя они не использовали даже десятой доли моих способностей.

Да по большому счёту я просто катался с различными шишками на всяческие деловые встречи. За полгода работы не произошло ничего, достойного моих талантов, а если быть совсем точным — вообще ничего не происходило.

Коллеги по работе — самые обыкновенные люди. Все как один имели военное прошлое, профессионалы, но всё же немного в другой области. Подружиться ни с кем так и не удалось, да я и не стремился. Всегда вёл себя как-то особняком, отвечал односложно, старался никого не подпускать близко. За что заработал кличку Хмурый.

Но уже начинающая превращаться в привычку жизнь дала трещину. В тот вечер один из наших заработал пулю в живот. Он сопровождал известного певца на его очередной концерт, когда из толпы прогремели выстрелы.

Ревнивый муж не мог больше терпеть яростного поклонения артисту от супруги и не придумал ничего лучше, как прикончить соперника. Идиот, что тут скажешь. К таким делам нужно подходить с холодным разумом.

Начальник настоял на посещении товарища в больнице и пока все дружно хлопали его по плечу и называли героем, я тихо завидовал.

Нет, мне не хотелось лежать с перебинтованным брюхом и видеть эти довольные рожи. Я желал оказаться в гуще событий, побывать в том самом мгновении, ощутить опасность, ледяное дыхание смерти за спиной.

Понятия не имею, как бы отреагировал я, но уж точно не словил бы пулю. Нет в этом ничего геройского, лишь плохая работа. Он обязан был почувствовать опасность ещё задолго до возникновения крайней ситуации, отыскать ублюдка в толпе и…

Домой я добирался в невероятно поганом настроении. Плюс ещё и пешком. Решил не брать машину, так как до клиники, в которую попал коллега, рукой подать.

Нет, я не рыдал и не ощущал себя жалким или уже тем более ненужным. Скорее, злился.

И вроде бы гражданская жизнь сложилась неплохо. Деньги не успевали закончиться, как на телефон приходило сообщение о поступлении очередной зарплаты. Собственное жильё, которое мне досталось в наследство от предыдущего работодателя.

Казалось бы, что ещё нужно? Но я чувствовал себя, словно сжатая пружина, готовая в любой момент распрямиться.

Мне бы выпустить пар, вот только в моём случае для этого придётся кого-нибудь убить.

Выучка — это единственный сдерживающий фактор, который не даёт мне пуститься во все тяжкие. Со стороны я выгляжу вполне нормально, даже самый прожжённый психолог не сможет определить во мне дисбаланс или какие-либо другие отклонения.

И вдруг из кармана прозвучал он. Трель телефонного звонка заставила меня вздрогнуть. Настолько я был поглощён собственными мыслями.

Но, несмотря на это, я контролировал каждый шаг, каждое окно, каждый перекрёсток и проходящего мимо человека. А вот собственный смартфон стал для меня неожиданностью.

Я с удивлением уставился на экран и вначале подумал, что это очередной спам-звонок. Сейчас будут предлагать удачно вложить мои деньги, которые волшебным образом умножатся в несколько раз в самые кратчайшие сроки. Или кто-то из начальства решил сменить задачу на завтрашнее утро. Однако номер входящего, вообще, оказался скрыт, что крайне удивило.

Не знаю, что заставило меня ответить, обычно я просто сбрасывал вызовы с незнакомых номеров.

— Говорите, — сухо произнёс я, поднеся трубку к уху.

— Владислав Сергеевич, добрый вечер, — произнёс вполне вежливый и приятный голос на другом конце. — Вы же сейчас не заняты?

— Будете что-то предлагать? — с тяжёлым вздохом спросил я и уже хотел было отключиться.

— Скорее, наоборот, — удивил меня ответом тот. — Нам бы хотелось воспользоваться вашими услугами.

— Все вопросы по охране решает мой непосредственный начальник, Павел Владимирович…

— Простите, но нам требуются некие другие ваши таланты.

— Ошиблись номером, — ещё более холодным тоном произнёс я и сбросил звонок.

Что в этот момент творилось у меня внутри — невозможно передать словами. Чувства обострились до предела, казалось, весь мир вдруг замедлился, но я прекрасно знал, как выглядит боевой транс, и это был именно он.

Телефон зазвонил вновь, но я даже не подумал отвечать, сбросил звонок и перевёл устройство в беззвучный режим. После чего сунул его в карман и резко свернул за угол.

При этом я чётко фиксировал каждого человека, что в данный момент двигались следом. А затем снова свернул и ещё раз, и так до тех пор, пока не убедился, что хвоста за мной нет.

Само собой, я прекрасно понимал, что в современном мире необязательно физическое присутствие наблюдателя. Меня спокойно могут вести по сотовому трекеру, по камерам видеонаблюдения, коих во всём городе не счесть. Однако если меня собираются устранить, без человека за спиной не обойтись.

Выстрел в голову из винтовки тоже имеет место, но то такое, больше киношное. Профессионал не станет действовать так грубо, уж я знаю об этом как никто другой. Слишком много вопросов вызывают подобные действия. Да и скрыться после такого сейчас…

К дому я подошёл совершенно открыто, без всяких лишних выкрутасов. А смысл, если в подъезд ведёт только одна дверь, но вот в квартиру, можно попасть и другим способом.

О том, что меня ждут, я знал наверняка, достаточно было понаблюдать за своими окнами всего час. Даже как-то обидно стало, когда удалось заметить мелькнувшую тень за тюлевой занавеской. Ну хоть догадались ночную штору не трогать, иначе было бы совсем очевидно.

Что за тупая игра? Либо они понятия не имеют о том, с кем в неё играют, либо всё это делается намеренно. Слишком уж грязно, даже немного нелепо.

Дверь в подвал распахнулась, и я скользнул в его тёмное, пропахшее сыростью нутро. Два поворота и вот я осторожно вхожу в небольшую кладовку, что расположилась прямо под кухонным полом моей квартиры. Здесь, над головой, имеется лаз, но если не знать о его существовании, из квартиры его невозможно обнаружить.

Осторожно, не спеша открываю его и теперь, чтобы оказаться в собственной квартире, мне лишь нужно распахнуть дверцы в тумбе, слева от раковины. Но для начала прислушиваюсь, хочется понять, где именно находится гость.

Дверцы распахнулись, не издав при этом ни единого звука, рука уже сжимает пистолет, оборудованный длинным глушителем. Полностью звук выстрела он не погасит, но в случае необходимости всегда можно замаскировать его падением табурета на пол.

— Владислав Сергеевич, — внезапно прозвучал тот же вкрадчивый, вежливый голос, что совсем недавно я слышал в трубке. — Вы, конечно, можете меня убить, в ваших талантах мы нисколько не сомневаемся, но, может быть, для начала хотя бы выслушаете?

— Говорите.

— Как я уже озвучил ранее, нам нужны ваши услуги.

— Кому это нам?

— Ну, мы же оба понимаем, что в наших общих интересах не произносить имён.

— Возможно, но я не играю втёмную. К тому же эти правила не мешают вам произносить моё имя.

— Вы проницательны, — в голосе проскользнула некая усмешка. — Хорошо, моё имя Константин, и я представляю интересы холдинга «Кринос».

— Сеть здравниц, санаториев и салонов красоты?

— Большинству мы известны с этой стороны, но наши амбиции гораздо шире. Простите, но мы так и будем продолжать наш разговор через стену? Владислав Сергеевич, если бы мы хотели вас убить…

— Да, да, я был бы уже мёртв, — голосом, полным сарказма, перебил собеседника я.

Сам тем временем окончательно выбрался на кухню, сунул руку за холодильник и выудил из-за него небольшое зеркало, закреплённое на селфи-палку. Выдвинул одно колено и заглянул с его помощью в соседнюю комнату.

Замечательно, «говорун» сидит прямо в кресле и смотрит в открытый дверной проём. Тоже мне, мафия. Да как по киношному-то, позёр херов.

— Кто вас вывел на меня? — спросил я, предварительно вернувшись в кухню.

Ответ мне в принципе был не нужен, а вот немного потянуть время — даже очень. Да и сомневаюсь я, что получу хоть какое внятное объяснение. Как правило, источники информации никто по доброй воле не выдаст.

— Боюсь, вы не совсем понимаете всю ситуацию, — продолжил болтать гость. — Мы всегда знали, где вы и чем заняты. Индустрия красоты и здоровья — это лишь верхушка айсберга, наша компания…

«Хлоп, хлоп, хлоп», — трижды сказал пистолет. Звук выстрела был похож на взрыв петарды. Глушитель, конечно, помогает и соседи вряд ли определят в этих хлопках работу оружия, но лучше не рисковать и поспешить.

К тому же не уверен, что гость окончательно мёртв, ведь стрелять пришлось через стену, благо она сделана из гипсокартона.

Всего пара шагов, и вот я уже держу на прицеле труп в кресле. Подойдя немного ближе, я смог рассмотреть два попадания.

Первым же выстрелом я разнёс ему череп, а может, и вторым — неважно. Пуля вышла с правой стороны, разворотив кости, и сейчас на пол стекала густая, кровавая жижа, перемешанная с ошмётками мозга. Другая пуля попала гостю в шею и застряла в позвонках, ей попросту не хватило сил пробить их. А вот ещё одна проделала аккуратное отверстие в дверце шкафа.

Его я и распахнул, чтобы поднять со дна тревожную сумку. Она тут же полетела на диван, что расположился у противоположной стены, а я продолжил собираться.

Время ещё есть, так что вполне можно успеть забрать всё необходимое. В эту квартиру я точно больше не вернусь, плюс придётся сменить личность. Но я был только раз такому исходу. Наконец-то…

Нервное напряжение сразу отпустило. Ощущения такое, будто я пару лет не занимался сексом и вот свершилось. Даже едва улыбку сдерживал, пока заталкивал вещи во вторую спортивную сумку и обыскивал труп.

— Так, а ключи от машины где? — пробормотал я и остановился, осматриваясь.

Вот бывает такое, что вдруг бац, и в какой-то момент образуется пауза, наваливается полная тишина. Помню как-то на уроке, когда мы были кадетами, а точнее, учились убивать себе подобных, в общем, не суть, случилось нечто похожее. Мой одноклассник решил пошутить над майором, нашим преподавателем. И как специально в этот момент даже выстрелы с улицы прекратили раздаваться. Вместо того чтобы шутку услышал только я, она стала достоянием ушей преподавателя. Ох и досталось нашему классу в тот день…

Примерно то же самое произошло и сейчас. Проскочил поток машин под окнами, и даже холодильник притих. А как только я закончил фразу, комната погрузилась в полную тишину, в которой отчётливо прозвучал металлический стук по полу.

Я моментально на него обернулся, не забыв направить туда и ствол пистолета. Однако ничего необычного не заметил. Монетка, что ли, у покойника из кармана выскользнула? Очень уж звук похожий. Вот только глаз так ни за что и не зацепился, я даже на пол взглянул: нет, ничего.

Но на душе появилось странное тянущее чувство, а значит, не стоит больше испытывать судьбу, пора бы сваливать.

Вжикнула молния на сумке, пистолет на предохранитель и опять за пояс, за спину. Выберусь, переложу в сумку, а сейчас их обе в руки и на кухню, к лазу.

— А вот и они, — проходя мимо тумбочки в прихожей, я подхватил ключи от машины.

Дверцы в стороны, сумки вниз, следом спустился сам, прикрыл за собой тумбу и опустил крышку люка. Даже если кто-то заглянет сюда, ни в жизни не догадается, что здесь есть лаз. Со стороны он покажется простым дном кухонного шкафа. На нём даже картонка с мышиным клеем лежит, что, собственно, и объясняет его пустоту.

По подвалу я проследовал до крайнего подъезда и только после этого выбрался на улицу. Телефон я сломал ещё в подвале, а его остатки бросил в ведро с водой. Даже если его найдут, это мало чем поможет, там в принципе нет ничего, что могло бы меня скомпрометировать. А уничтожил я его просто для того, чтобы меня не могли отследить.

Ну что, первичная информация у меня есть, Константин оказался очень разговорчивым товарищем. Надеюсь, будущие наниматели несильно расстроятся, узнав о потере. Да даже если и так, думать нужно, прежде чем вот так заваливаться ко мне поздним вечером. Наверняка они прекрасно знакомы с правилами, ну не нанимают так людей, особенно моего уровня.

Как же я тогда ошибался и последующие события, которых легко можно было избежать, это показали. Ну кто же знал, что всё так получится?

Интерлюдия первая

Не успел Влад покинуть квартиру, как пальцы ещё совсем недавно мёртвого человека дрогнули. Задержись он ещё на пару минут, то, наверное, и глазам своим не поверил. А спустя ещё несколько минут, бывший покойник сделал хриплый, протяжный вдох.

Немного посидев с задумчивым видом, Константин выудил из внутреннего кармана упаковку влажных салфеток. Двумя пальцами подцепил одну из них, протёр ею правую сторону лица, скомкал и небрежно швырнул прямо в бурую лужу собственной крови.

Он повторил это действие ещё несколько раз, а затем вытянул из противоположного кармана трубку телефона.

— Да, это Константин, — бросил он в микрофон. — Да, всё прошло ровно так, как вы и сказали. Хорошо. Да, принял. Думаю, можно запускать второй этап инициации. И вам хорошего вечера, госпожа Лия.

Глава 2

Вольная жизнь

Из подъезда выходил уже совсем другой человек.

Как показывает практика, на обслуживающий персонал практически никто никогда не обращает внимания. Ну, идёт себе дворник в оранжевом комбинезоне и пусть себе.

Главное при этом — не растягивать улыбку во все тридцать два зуба, да и серьёзная, сосредоточенная мина тоже ни к чему.

Подъездная дверь хлопнула позади, я постоял немного, всячески изображая усталый вид, и не спеша двинулся подальше от дома. Из образа выбивались лишь две большие спортивные сумки, но с другой стороны, может быть, я вообще только приехал.

Обогнул дом, выбрался на заднюю парковку и остановился у старенького «Митсубиси Паджеро Спорт». Машина надёжная, как кирпич, несмотря на то, что внешность уже далека от современного автопрома. Но на то тоже есть свои причины — не сильно бросается в глаза.

— Э, фтсиу, гастэр, мля! — послышался оклик позади.

Там как раз расположилась подвыпившая компания. Они вообще часто здесь собирались. Этому неплохо способствовал высокий бордюр из бетона, что отсекал проезжую часть от стоянки. Его и облюбовала местная шпана, используя в качестве стола.

Очень некстати они меня приметили, хотелось бы убраться по-тихому, но видно не судьба.

Делаю вид, что не слышу, дверь багажника на себя, сумки внутрь и в этот момент на плечо опускается рука.

— Ты чё, фраер, я к тебе обращаюсь, — терпкий запах перегара ударил по ноздрям.

Разогретая алкоголем шпана явно искала приключений, и договориться в таком случае вряд ли получится.

Делаю шаг назад и немного в сторону, а затем вбиваю локоть в переносицу бухого воина. В отражении стекла задней двери я прекрасно видел, куда следует отступить и ударить.

Этого оказалось достаточно, чтобы горе-боец закатил глаза и рухнул на асфальт, но остальным дружкам резко захотелось отстоять его честь. Четверо обступили полукругом, у одного в руке блеснул нож, а тот, что слева, сжимает пустую бутылку.

Рывок вперёд самого здорового, я встретил жёстким ударом стопы в колено, по внутренней стороне и ровно в тот момент, когда он перенёс на ногу вес тела. Следующий удар той же ногой прилетел в грудь напавшего справа, именно он был с ножом.

Если первому хватило, и он на сто процентов выбыл из боя, так как в ближайшие пару месяцев будет лечить порванные связки, то второго я остановил ненадолго. Всего-то сбил дыхание, и как только он его восстановит — снова окажется в строю.

В этот момент слева в мою голову, рассекая воздух, устремилась бутылка, а прямо в лицо — кулак от пухлого паренька с розовыми щеками. Именно в его сторону я и продолжил движение, после удара ногой в грудь. Правым плечом практически прижался к нему, перехватил бьющую руку и слегка помог продолжить движение, тем самым точно подставив его голову под атаку бутылкой.

Раздался звон стекла, и пухлый тоже выбыл из схватки, а его товарищ моментально заработал удар раскрытой ладонью в нос, хлопок по ушам и на прощание коленом в лицо. Этот тоже минус.

Настала очередь подростка с ножом, вот только он оказался самым сообразительным из всей компании. Ему хватило ума проанализировать ситуацию и сохранить здоровье. В общем, он применил наилучший приём: сто ударов ногами в землю, то есть сбежал.

На весь бой ушло максимум секунды полторы, что вполне себе неплохо. Форму не утратил. Хотя этим хлопцам до нормальных бойцов далеко, мог бы и быстрее управиться.

Не обращая на них больше никакого внимания, сажусь в машину. Поворот ключа и двигатель схватился с пол-оборота. Закрываю дверь и тут же блокирую все четыре — мало ли, вдруг эти идиоты решат взять реванш.

И вот в этот момент взгляд зафиксировал опасность совсем другого вида. Тот, кого я посчитал самым умным, отбежав чуть подальше, сейчас направлял в меня пистолет.

Судя по всему, это травмат, но с такого расстояния наверняка и не понять. Первым делом я нырнул на соседнее сиденье. От пули такой манёвр не спасёт, ведь железо автомобиля она пробьёт с лёгкостью. Однако прицел такой выходкой я собью, тем самым выиграю несколько драгоценных мгновений.

Рука нырнула под сиденье и уверенно ухватилась за рукоять, в моём случае, уже боевого пистолета. В этот момент с улицы прозвучал выстрел, и боковое окно покрылось паутинкой трещин.

Повезло, в руках идиота оказался травмат, вот только моим рефлексам было уже плевать, следующее слово произнёс мой пистолет. Пуля угодила нападавшему в плечо, ровно туда, куда я и метил. Убивать его совершенно не хотелось, у меня и без того труп в квартире.

С другой стороны — одним больше, одним меньше…

Усилием воли удержался от контрольного в голову, выжал сцепление, врубил заднюю передачу и резко вырулил назад. При этом машина подпрыгнула, видимо, кто-то из предыдущих хулиганов попал под колесо. Ну да и плевать, нечего клювом зевать.

Первая передача, газ в пол и машина с рёвом бросилась вперёд, прямо на раненного с пистолетом. Отскочить в сторону он едва успел, а я вылетел со стоянки и, не сбавляя скорости, вырулил на проезжую часть. Позади послышались свист тормозов и протяжный сигнал клаксона. Но мне уже было плевать, я встроился в скудный вечерний поток и переключился на третью передачу. Скорость уже позволяла сделать подобное.

— Да уж, ушёл незаметно, — ухмыльнулся я, бросив взгляд на покрытое трещинами боковое стекло, а затем в зеркало заднего вида.

Машину теперь придётся бросить, а жаль. Она зарегистрирована на совершенно левое лицо и её можно было использовать ещё очень долгое время. Ну, ничего не поделать, на стоянке установлены камеры и все события, включая номер и марку машины, зафиксированы.

Проехал я буквально пару кварталов, а затем свернул во дворы, где на первом же свободном месте и бросил транспорт. Естественно, не забыл предварительно протереть всё, чего успел коснуться. Влажные, спиртовые салфетки всегда лежат в бардачке или сумке, потому что они прекрасно удаляют отпечатки.

Немного подумав, не стал забирать ключи из замка зажигания. Если повезёт, машину ещё и угонят. Надеюсь, этот квартал не отличается порядочностью.

Открыл багажник, вытянул сумки и не спеша удалился по тропе, что вела к гаражам. Прямо за ними небольшой овраг, а там через мостик можно выбраться на соседнюю улицу, где расположились территории производства.

Ещё совсем недавно я числился у них обычным слесарем, так что прекрасно знал все входы и выходы, а плюсом ещё и охрану. Так что в случае чего отмажусь, максимум придётся немного потрепать языком и справится у бывших коллег о делах.

Однако мне повезло и удалось проскочить незамеченным. Само собой, камеры на производстве тоже никто не отменял, вот только я точно знал их расположение, а так же какие из них давным-давно не работают. Да чего греха таить, мужики давно проложили незаметную тропу, чтобы бегать за самогоном в соседнюю многоэтажку. А в охране тоже люди, вот и игнорируют слепые зоны, а иногда намеренно их устраивают.

Покинув территорию предприятия, выбрался к парку, где сразу свернул в сторону от центральной части. Прошмыгнул через кусты и наконец остановился. Нужно перевести дыхание и хорошенько подумать.

Дел я сегодня наворотил более чем достаточно. Хорошо, что ещё не белым днём. Несмотря на то, что сейчас ещё относительно светло, но всё же в десять вечера посреди рабочей недели народу на улицах не так уж и много.

Ладно, что дальше? Вернуться к дому и попытаться проследить за теми, кто решит забрать труп? Или им плевать и они отдадут его полиции? Последняя, скорее всего, уже спешит в тот район, плюс скорая, так как нашумели там знатно. А значит, прямо сейчас они будут искать свидетелей, ходить по ближайшим домам и квартирам. Нет, этот вариант точно отпадает, лучше не светить там своё лицо.

Второй вариант — офис «Кринос». Есть смысл понаблюдать за ним, прикинуть пути входа и выхода, а заодно на посетителей полюбоваться. Имею огромное желание пообщаться с главой этой компании.

Очень уж нагло они ко мне вошли и, похоже, что неплохо обо мне осведомлены. А после такого у меня к ним не меньше любопытства, к тому же их человек делал самые прямые намёки. Только слова: «Мы всегда знали, где вы и чем заняты» и «Индустрия красоты и здоровья — это лишь верхушка айсберга», уже достойны внимания.

Да, пожалуй, так и поступлю.

Вжикнула молния на сумке, и я выудил из неё другую одежду. Комбинезон, возможно, ещё пригодится, да и выбрасывать его здесь — не самая лучшая затея. Опять же, лишние следы плюс моё ДНК. Так что он полетел в сумку, а я облачился в застиранную до потери цвета рубашку, точно такие же брюки, притом специально подшитые чуть короче необходимого. Взъерошил волосы, устраивая хаос на голове, а на нос нацепил старинные очки в роговой оправе. Стёкла в них, конечно же, самые обычные, но общий вид теперь полностью сформирован.

Вряд ли хоть кто-то решит обратить внимание на зачуханного ботаника и подумает, что это именно он размотал на стоянке пятерых гопников.

Одну сумку через плечо, вторую в руку, теперь усталая, скромная походка, слегка сутулая спина и взгляд, постоянно направленный в землю. Так я и выбрался на основную тропу и без каких-либо проблем и лишнего внимания добрёл до центра города.

Здесь в ларьке купил шаурму и со скучающим видом сжевал её, не отходя от кассы. При этом я пристально наблюдал за интересующим меня офисом, а заодно прилегающими домами.

Прикончив еду, попросил ещё стакан кофе, который так же не спеша выпил у киоска. Этого времени хватило, чтобы определиться и, тяжело вздохнув, я подхватил свою ношу, и, продолжая смотреть в тротуар, направился к девятиэтажке.

Она лучше всех подходила на роль наблюдательного пункта — нужно лишь выбраться на чердак, но с этим особых проблем не будет.

Прежде чем подойти к подъезду, прикрыл лицо кепкой. Домофон послушно запиликал, когда я ввёл специальный код, которым пользуется обслуживающий персонал. Лифт поднял меня на последний этаж, где имелась лестница, ведущая на чердак и о чудо — отсутствовал замо́к.

Неладное я почувствовал сразу, как только взобрался и закрыл за собой лаз. Не то чтобы здесь царила какая-то опасность, но ощущалось явное, постороннее присутствие. Видимо, по этой причине на люке и не было замка́.

— Эй, тебе чё надо? — почти сразу ожидаемо прозвучал голос из темноты.

— Извините, — буркнул я и собирался, было, покинуть место.

— Да постой ты, я же не гоню, — прохрипел постоялец. — Выпить хочешь?

— Нет, спасибо, — отказался я.

— Ну, как знаешь, — буркнул тот. — У окна не ложись, там дождём захлёстывает. Ты какими судьбами сюда?

— Так получилось, — неопределённо ответил я.

— Понимаю, — с усмешкой в голосе произнёс собеседник и зашуршал, видимо, собираясь подобраться поближе. — У нас всех, пха-х, так получилось. Да ладно, не ссы, не обижу.

— Угу, — буркнул я в ответ.

Говорить совершенно не хотелось, да и соседство это было мне совершенно некстати. Ну да что уж теперь, суетиться и искать что-то другое нет смысла, лишнее внимание только привлекать. Завтра днём осмотрюсь получше, а там, глядишь, получится подобрать другую точку обзора.

— Ты главное — не шуми здесь особо, так-то местные в подъезде нормальные, с пониманием относятся, — продолжил беседу тот, несмотря на моё молчание. — Я им раз в неделю лестницу мою и зимой снег от подъезда откидываю. Мне за это даже иногда пожрать дают. А сегодня вот парнишка с четвёртого бутылку коньяка подогнал. Прикинь, его жена закодировала, ха-ха-ха, бабы, что с них взять. Ну вот он и это, от соблазна подальше…

— Понятно.

— Я смотрю, ты не шибко-то разговорчивый, — произвёл серьёзное наблюдение бомж. — Ну да это к лучшему, не люблю болтунов. Короче, ты понял, не шуми и старайся не топать, тогда всё будет нормально, и никто тебя не выгонит. Да, и ещё, не вздумай никому рассказать про это место, иначе хана, понял?!

— Да я и не собирался, — ответил я и развалился на голубином помёте, положив сумку под голову.

— Вот и правильно. Давно бродяжничаешь? Хотя чего я спрашиваю, видно же по тебе, что новичок. Ты себе помётом всю кожу пожжёшь, вон возьми коробки в углу и себе постели.

— Спасибо, — я поднялся и прошёл в указанном направлении, где лежала большая коробка от холодильника.

— Это не мне спасибо. С третьего этажа хозяева в подъезд выставили. А я вот прихватил, нечего добру пропадать. Картон быстро в негодность приходит, особенно в дожди. Влагу в себя тянет, как губка. А это вот, под боком подгон — уже искать не надо. Так что случилось-то у тебя? Погорелец или наркоман?

— Ни то и ни другое, — неохотно отозвался я.

— Значит, баба выгнала, — сделал собственный вывод тот. — А я вот нарочно себе такую жизнь выбрал. И ты знаешь, не жалею. Настоящая свобода, ничего тебя не держит, никому ничем не обязан. Зимой только херово, но это дело привычки. Я тебе так скажу, ты сильно не заморачивайся, главное — привыкаешь быстро. Тебя как звать-то?

— Хмурый, — не знаю почему, я представился кличкой с работы.

— Ну да, похож, аха-ха. А я, значит, Палыч. Хочешь, я тебя завтра с нашими познакомлю?

— Да нет, не нужно, спасибо.

— А ты раньше времени не быкуй, у нас все ребята нормальные. В случае чего всегда на подмогу придут. Без крыши сейчас никак, вмиг бока намнут, а если не в том месте с протянутой рукой сядешь — считай пропал.

— Да я и не собирался…

— Ага, как и все из наших, аха-ха. Ну ты, я смотрю, парень нормальный, не дрейфь, всё будет пучком. Держись Палыча и не пропадёшь.

Бродяга ещё долго что-то рассказывал. Видимо, ему не хватало компании, а может, просто язык развязался от хорошего алкоголя. Ведь не каждый же день ему коньяк бутылками подгоняют.

Однако его болтовню о том, как на приличных точках можно нормально бабла срубить, я не слушал. Отключил его из внимания, лишь изредка что-то поддакивая, дабы не обидеть, а сам ушёл в размышления и даже не заметил, как уснул.

Сознание включилось ровно в тот момент, когда Палыч навис надо мной. Видимо, он собирался разбудить соседа, то есть меня, однако рефлексы оказались быстрее мозга.

Не прошло и мгновения, как Палыч уже лежал в голубином помёте, с прижатым к подбородку стволом. События вчерашнего вечера настолько накалили нервы, что я едва смог удержать палец на крючке.

— Т-ты чё, братан, это же я, — выпучив глаза, забормотал тот.

— Извини, — уже в который раз я произнёс это слово.

Убрал ствол от лица соседа, поставил на предохранитель и снова сунул его в боковой карман сумки.

— Так ты чё, из этих, что ли? — как-то загадочно спросил Палыч.

— Из каких этих? — с любопытством посмотрел на него я.

— Ну как его, террористы типа, — немного подумав, ответил он. — Жила у нас как-то в коллекторе парочка таких. Странные типы, вечно на своей волне.

— Нет, я не из этих, — покачал я головой.

Сейчас при свете дня я немного получше рассмотрел бродягу. Похоже, он действительно сам выбрал этот образ жизни. Лицо, не сказать, что запойного алкоголика, ну да, немного ненормальный, глаза постоянно бегают, не останавливаются даже на мгновение. Но на наркомана тоже не тянет, да, скорее, просто псих.

— А что же вы их ментам не сдали? — уточнил я, хотя ответ знал заранее.

— Ага, да, — усмехнулся тот. — Так нас и послушали. Да и кто бы вообще бомжа на порог полиции пустил. Не, брат, не наше это дело, да и голова целее будет.

— Давно здесь живёшь? — задал я второй наводящий вопрос, от ответа которого зависели мои дальнейшие действия.

— Ну, если чердак токмо считать, то с прошлого лета, — задумчиво пробормотал он. — А если улицу вообще, так годков семь будет.

— А возле вон той конторки через дорогу, там ваше место?

— Чьё это, наше?

— Ну так ты же мне вчера про друзей рассказывал, про крышу…

— А ну дык это, весь район наш — сиди, где душе угодно, только нужно вначале тебя представить. Ну и не очень-то место там хорошее, охрана постоянно гоняет и люди жадные. А тебе минимум трёху на общаг принести нужно.

— Трёху в сутки?! — откровенно удивился я. — Ничего себе расценки.

— А ты как думал, — приосанился Палыч. — У нас всё по-серьёзному. Зато тебя ни менты, ни другая шпана не тронет, считай, мы ночная мафия тутова.

— Ну ладно, Палыч, умеешь ты уговаривать, — прихлопнул я себя ладонью по бедру. — Веди меня к начальству, поговорим, прикинем.

— Ха-ха, писю к носу, — продолжил фразу тот и засобирался.

Хотя, что ему там было копаться? Однако Палыч к делу подходил серьёзно. При помощи найденной на помойке косметики, он быстро сообразил себе на лице болезный вид, перебрал заготовленные картонки с надписью и довольно крякнул, осмотрев себя в мутном зеркале от старого трельяжа.

«На химиотерапию», гласила надпись, а выщипанные, редкие волосы и грамотно наложенный грим только дополняли текст, делая его вполне себе правдоподобным.

Мы вместе спустились в подъезд. Я собирался было взять и свои сумки, но Палыч убедил их оставить. Он показал мне довольно хорошее место, не зная о котором, ни за что не догадаешься там искать. Ну а сам Палыч обещался весь день провести рядом со мной в качестве наставника по бродячей жизни.

Опыт был забавный, и я не стал противиться. В моём случае — это наилучший способ скрыться из вида, к тому же все эти знания могут пригодиться в будущем.

Чем-то оно мне напоминало полевой образ жизни, вот только там боец обеспечен и едой, и палаткой, и даже теплом. Здесь же всё гораздо суровее, а та свобода, о которой вчера распалялся Палыч, как всегда, оказалась мнимой.

Не существует свободных людей, все под кем-то ходят и перед кем-то отвечают. Но чаще всего люди являются заложниками обстоятельств и личных принципов, а это уже несвобода.

Ладно, то всё понятия абстрактные и больше подходят под всякие пропаганды, а к реальной жизни, как правило, никакого отношения не имеют. Однако все очень любят рассуждать на подобные темы, да желательно на серьёзных щах.

Идти пришлось недалеко. Пара кварталов, и вот мы на задворках какой-то шашлычной. Палыч постучал в дверь, нетерпеливо при этом пританцовывая. Он вообще неохотно останавливался, даже когда просто сидел, постоянно то ногой, то рукой дёргал.

Прошло не меньше минуты, прежде чем она распахнулась. В проёме появился некий хлыщ в спортивном костюме, а на лице полное отсутствие интеллекта. Он с презрением осмотрел нас обоих и даже брезгливую рожу не забыл скорчить.

— Те чё, ёпт, бомжара, бабки принёс?

— Да ты чё, Штакет, день только начался, — возмутился тот. — Я вот это, напарника нашёл.

— И чё, ёпт? — пожал он плечами.

— Ну как, нужно же его Сан Санычу представить.

— Нет его, вечером приходи.

— Дак а если его шпынять кто станет? А мусора?

— Ну ёпт, ты чё мне мозги па́ришь? Не знаешь чё сказать? Вали давай, вечером чтоб оба с бабками были.

— Ну чё, типа всё пучком, да?

— Ну так, ёпт, Штакет за базар отвечает.

— Ага, ну мы тогда пошли, да?

— Всё, ёпт, валите.

Хлыщ закрыл дверь, а Палыч с умным видом махнул рукой, мол, держись меня и отправился совсем не в ту сторону, что мне было нужно. Потому я даже с места не сдвинулся, а бродяга уже что-то бормотал, размахивая руками. Видимо, считал, будто я иду следом.

— Палыч, — окликнул его я, и тот обернулся ко мне с удивлённым лицом.

— Эх ты ёшки-матрёшки, ты чего там застрял?

— Мы не туда идём, — покачал я головой.

— Ты мне-то не рассказывай, я тебе сейчас самое хлебное место покажу.

— Мне туда не нужно, — повторил я и развернулся в обратный путь.

Дорогу, кстати, бродяга выбрал самую лучшую. Какие-то дворы и закоулки, здесь не то что посторонний взгляд, даже о камерах никто никогда не слышал. Тропа в основном шла по зарослям Американского клёна, который словно стена прикрывал со всех сторон. Здесь же раскинулась теплотрасса, которую облюбовали пара таких же, как Палыч, забулдыг. Я нисколько не удивился, когда они поздоровались с моим новым знакомым, но тот, сославшись на дела, с гордым видом отказался от выпивки.

В общем, приличные люди такие места обходят стороной.

Тропу я запомнил и уверенно двинулся по ней обратно. Вскоре позади послышались шаркающие шаги — Палыч устал строить из себя начальника и поспешил за строптивым товарищем.

— Вот ты настырный какой, — поравнявшись со мной, заявил он. — Не наберём с тобой шесть косых, сам будешь перед Штакетом отвечать.

— Раберёмся, — согласно кивнул я. — Скажи, Палыч, у тебя есть во что переодеться? Скажем так, менее приличное.

— Пха-х, у Палыча есть всё.

— Кроме дома, — добавил я и бродяга расхохотался.

К моему удивлению, на чердак мы обратно не пошли. Пара закоулков и очутились на территории заброшенной котельной, где местные аборигены вольной жизни устроили себе «стихийный» склад.

Сюда стягивалось всё, что только может пригодиться в бродячей жизни. Как говорится, от патрона до гондона, только несколько иного содержания.

Старые матрасы, кресла, потрёпанный диван, какие-то наполовину разбитые комоды и даже пара телевизоров. В отдельной комнате в общую кучу навалили одежду, и здесь действительно было из чего выбрать.

Немного покопавшись, я выудил на свет какие-то джинсы, советскую болоньевую куртку тёмно-коричневого цвета и даже пыльную кепку удалось отыскать. Таким образом, я нарядился в полноценного бомжа, и мы отправились под стены офиса холдинга «Кринос».

От входа нас отогнали практически сразу, но вот на лужайке, чуть поодаль, находиться никто не запрещал. Палыч моментально вошёл в образ и при каждом удобном случае занимался попрошайничеством. Ходил с кружкой и картонкой мимо машин, при этом делал такой многострадальный вид, что с него впору иконы было писать.

Я иногда тоже к нему присоединялся, но чаще всего донимал тех, кто парковался на стоянке у офиса. За что в очередной раз был поруган местной охраной, видимо, посетители жаловались.

Ну да и пёс с ними, я и издалека неплохо срисовывал каждого, кто входил и выходил. Однако ближе к обеду у меня вначале пропал дар речи, а затем волосы зашевелились на затылке.

Я много всего повидал на свете, но вот чтобы покойники возвращались к жизни — впервые. Может быть, это просто брат-близнец? Потому как других объяснений живому и здоровому Константину я не находил. У него же мозги на ковёр стекали, а он вот он, живёхонький.

Нет, так не бывает — это точно близнец или очень-очень похожий человек.

Глава 3

Язык

— Палыч, иди сюда! — позвал я бродягу.

Тот послушно оставил рабочее место между машин, которые в этот момент замерли на светофоре.

— Плохая точка, здесь вряд ли крышу отбить получится, — с недовольным видом заявил он. — Ну а у тебя как? Хоть полторашка есть?

— Забей, — отмахнулся я. — Сейчас из этого офиса выйдет один товарищ, мне нужно, чтобы ты глаз с него не спускал.

— Да ты что, Хмурый, совсем, что ли, бессмертный?! Нам Штакет голову оторвёт, если мы к восьми часам ему шесть косых не принесём!

— Всё будет, Палыч, просто сделай так, как я прошу.

— А если он на машине уедет? Я за ним что, по воздуху полечу?

— Да, в такси тебя точно не пустят. Ты водить умеешь?

— Палыч много чего умеет, — неопределённо заявил он.

— Короче, трубка есть у тебя, карту я тоже видел, качай приложение…

— Это ты сейчас на каршеринг намекаешь?

— Соображаешь, — кивнул я.

— Я, по-твоему, на мажора похож?!

— Палыч, сделай, как я прошу — не обижу.

— Вот с этого и нужно было начин… — натянул на лицо улыбку тот, но затем резко замолчал и с подозрительным прищуром уставился на меня. — Пого́дь, так это чё получается?..

— Просто сделай, хорошо?

— Лады́, чё. За меня можешь не волноваться.

— Поедешь за ним на машине, старайся, чтобы между вами всегда две-три тачки находились. Если он попытается свалить, не газуй, просто запомни, где завершил преследование. В лучшем варианте выясни, где он живёт.

— Ты не мусорной случаем, а?

— Нет, не переживай. Всё запомнил?

— Ох, не нравится мне всё это. Накопления ещё тратить…

— Я же сказал, что возмещу.

— Да то понятно, — отмахнулся он и снова побежал к машинам, размахивая табличкой и кружкой для подаяния.

Я остался на лужайке. Нужно дождаться клиента и показать его Палычу. Только после этого можно будет спокойно свалить до дома и проверить обстановку. Что-то мне подсказывает, это именно мой покойник сейчас свободно разгуливает по улицам.

И если по факту окажется так, то я явно чего-то не понимаю в этом мире. Получается, что я, вообще, поступил как идиот, наследил с гопотой на стоянке, но кто же знал?! Ведь я ясно видел покойника, ну не могут жить с такими ранениями.

Спустя час Константин покинул офис. Он остановился на крыльце, выудил из кармана пачку стиков и запустил нагреватель. Дождался, когда прибор сообщит о готовности, после чего сделал затяжку и выпустил клуб дыма.

Он всем своим видом показывал, что никуда не собирается, скорее, просто вышел покурить. Я не стал дёргаться и как-то привлекать к себе лишнее внимание, к тому же Палычу уже сигналили клаксоны, чтобы он убрался с проезжей части. Хотя он и без того уже семенил в мою сторону.

— Видишь мужика на крыльце? — спросил я, как только бродяга плюхнулся в траву рядом.

— Угу.

— Ну ты понял, что нужно делать.

— Разберусь, — важно заявил тот и продемонстрировал мне кружку: — Смотри.

— Да твою ж… Палыч! — раздражённо бросил я.

— Да всё, всё, не надо нервничать. Всё сделаю, как ты велел, — наконец адекватно отреагировал он, но лицо состроил кислое. — Блин, только масть пошла. Ты прикинь, Хабаровск, как с куста! Вот так просто, за здорово живёшь! Да мы бы к вечеру уже в плюс вышли. И сдался тебе этот пижон.

— Глаз с него не спускай, — уже, наверное, в сотый раз напутствовал его я. — Всё, давай, увидимся на чердаке.

— Пого́дь, а ты куда?

Я не стал разводить лишнюю болтовню и просто отмахнулся от назойливого бродяги. Сам тем временем подхватил кружку, картонку с надписью «На бухло» и выбрался на проезжую часть.

Что странно, даже на такое, откровенно нехорошее дело, люди охотно подкидывали денежку. Некоторые при этом улыбались и даже подбадривали, мол, молодец, на, держи, это тебе за правду.

Так я добрался до перекрёстка, прошёл по машинам в перпендикулярном потоке, после чего вытряхнул деньги себе в карман, а кружку и картонку с надписью выбросил в урну на остановке. Дальше подворотнями двинулся в сторону дома.

Идти пришлось далеко, я и вчера до центра почти три часа шлёпал, но других вариантов всё равно пока нет. Можно было, конечно, оживить одного из своих персонажей и воспользоваться каршерингом, но я решил пока не светиться. Хрен их знает, вдруг они осведомлены даже о них. Лучше пока оставаться в тени, по крайней мере, до тех пор, пока хоть что-то не станет ясным.

В квартире не было видно никакого движения. Уже больше часа я пристально наблюдал за своими окнами и ничего. Попробовать войти? Или лучше ещё немного понаблюдать? Но минут через пять я выбрал третий вариант.

На высокий бордюр стоянки снова подтянулась знакомая компания. Как я и полагал, тот, что заполучил удар в колено, передвигался при помощи костылей, а нога была забрана в гипс.

Горе-стрелок имел перевязанную руку, которая покоилась в бандаже-косынке на груди. Тот, что первым заполучил локтем в переносицу, вообще отсутствовал, видимо, он угодил мне под колёса. Двое оставшихся тоже выглядели помятыми, но тем не менее более живыми.

Они выставили на бордюр несколько пластиковых бутылок пива, рядом водрузили склянку водки и прямо на пакете принялись за приготовление закуски.

Я дождался, пока они закинутся первой дозой алкоголя, после чего не спеша двинулся в их сторону.

Как оказалось, костюм бомжа — вообще идеальный вариант маскировки. Никто не обращал на меня ровным счётом никакого внимания, а стоило попытаться сблизиться с каким-либо встречным прохожим, как тот сразу спешил обойти меня по большому крюку. При этом вряд ли хоть кто-нибудь, пристально всматривался мне в лицо, несмотря на брезгливое выражение на собственном.

Даже гопники, которые буквально вчера получили от меня по щам, не узнали собственного обидчика. А вообще, немного странно, как их настолько быстро выпустили из больницы. Тем более что один из них вообще с огнестрелом.

— Здорова, орлы! — поприветствовал я потерпевших.

— Пшёл нах, бомжара, пока ноги целы! — получил я моментальный ответ.

— Ай, как невежливо, тц-тц-тц, — я поцокал языком. — Похоже, мало я вам вчера накинул, может, повторить?

— Ты чё, козли… — гопник с огнестрелом вдруг осёкся на полуслове и уставился на меня удивлёнными глазами, которые довольно быстро начали заполняться страхом.

И первое, что он сделал неправильно, так это схватился за нож, которым они только что шинковали помидор и сосиски, и отскочил немного назад.

— Не подходи, пидор, я тебе сейчас кишки выпущу! — истеричным голосом закричал он. — Кабан, звони мусорам!

Здоровяк, который мог передвигаться только при помощи костылей, так и остался сидеть на бордюре. Его лицо выражало полное непонимание происходящего, однако товарища он послушал и запустил руку в карман, чтобы выудить из него трубку телефона.

— А номер-то у них какой? — тут же задал он не менее тупой вопрос.

— Сто двенадцать, — подсказал я. — Но лучше сразу скорую вызывай, потому как только ты поднесёшь трубку к уху, я тебе ещё и руку сломаю.

Двое относительно живых товарищей просто отошли немного подальше и с испугом в глазах, молча наблюдали за происходящим. В общем, выбрали самую правильную тактику поведения.

— Нож положи на место, не ровен час порежешься, — посоветовал я. — Дело есть… — я запустил руку в карман и вытянул несколько смятых сотенных купюр. — Не знаю, сотен на пять может.

— Чё, ваще, надо то? — гундося в сломанный нос, спросил тот, что вчера махал бутылкой.

— В шестьдесят пятую квартиру постучаться, — ответил я.

— И чё сказать? — продолжил задавать правильные вопросы он же.

— Если откроют, то… Ну не знаю, Кабана спроси, или ещё кого-нибудь из знакомых, — немного подумав, ответил я. — Заодно прикинь, сколько там человек находится.

— Деньги вперёд, — протянул руку он.

Я пожал плечами и сунул ему смятые купюры. Тот подхватил бумажки, так же, не считая, прямо смятые, затолкал их в свою олимпийку и двинулся исполнять просьбу.

Я же, бесцеремонно подошёл к импровизированному столу, без спроса подхватил дольку помидора и сунул себе в рот. На самом деле, жрать хотелось ужасно, в общем, не смог удержаться от соблазна.

Гоп-компания промолчала, они вообще стояли тихо. Никто не лез с вопросами, ничего не рассказывал, просто ждали, пока вернётся их товарищ. Так, в напряжении прошло минут десять, пока он наконец не появился из-за угла дома.

— Никто не открыл, — доложил о ситуации он. — Я так через дверь послушал, нет там, похоже, никого.

— Спасибо, — вежливо кивнул я. — Кабан, а тебе настоятельно не рекомендую звонить мусорам, после того как я уйду. Во-первых, это не по пацански, а во-вторых, я же вас найду, ну а о последствиях, надеюсь, говорить не нужно.

— Из-за тебя Тумблер вчера чуть не сдох, — всё тем же нервным тоном заявил хулиган с огнестрелом. — Ты ему ноги переехал, там все кости в кашу!

— А это вам, дебилам, уро́к, — ухмыльнулся я. — Сами же напросились. Вот зачем ты по мне палить начал? Сейчас бы целёхонький был.

Он было хотел ещё что-то сказать, но я уже развернулся и пошёл прочь. Собственно, вообще плевать, что он там думает, только надеюсь, Кабан внемлет совету и не станет звонить в полицию.

В дом я вошёл тем же путём, что и вчера. Не стал светиться в одеянии бомжа перед собственной дверью, в этом случае только больше внимания привлеку. А не дай бог ещё кто-нибудь узнает.

Немного посидев в шкафу, убедился, что дома действительно никого и выбрался наружу. Первым делом полез в холодильник. Кроме пакета молока там больше ничего нет, но это уже хоть что-то. Пара хороших глотков притупила голод, и я отправился осматривать соседнюю комнату.

— А вот это очень интересно, — пробормотал я, глядя на скомканные салфетки в кровавой луже у кресла.

Затем опустился на четвереньки и заглянул под диван. Отчего-то я не сильно удивился, когда обнаружил там деформированную пулю. Именно она вчера брякнула по полу, и теперь я отчётливо это понимал.

Вот только мозг совершенно отказывался верить в происходящее. Ведь так не бывает, это просто невозможно!

Я опустился на диван и с силой провёл ладонями по лицу. Помогло слабо, зато в голове уже окончательно сформировалось решение: «Нужно срочно пообщаться с этим Константином».

Рассиживаться смысла нет, потому я ещё раз бегло осмотрелся и поспешил убраться из квартиры. Выбрался из подъезда и едва успел проскользнуть незамеченным мимо соседки. Но та даже не узнала меня, лишь отсыпала в спину оскорблений, на тему бомжей, вони и полиции, если вдруг ещё раз меня увидит. Определённо, это самый удачный камуфляж.

До девятиэтажки я добрался к позднему вечеру. В отличие от вчерашнего дня, денег с собой у меня не оказалось, а той мелочи, что звенела в кармане, даже на чашку кофе хватит. Весь свой дневной заработок, я отдал гопникам.

Ну ничего, сейчас доберусь до сумок и зашлю Палыча за едой. Ноги уже гудят от таких прогулок. Несмотря на постоянные тренировки, в современном мире человек отвык проходить пешком подобные расстояния. А я так вообще последние полгода только на машине передвигался. Вот такая вот работа и ничего с этим не поделать.

К моему удивлению, бродяги на месте не оказалось. Может, ещё «клиента пасёт»? Хотя не стоит исключать, что где-нибудь уже остывает.

Ладно, на сегодня с делами, надеюсь, покончено, в крайнем случае, завтра сам Константину на хвост сяду.

С этими мыслями я вытянул сумки из-за вытяжки и вернулся на свою коробку. По ходу позаимствовал у Палыча подвесной фонарик, по типу «Летучая мышь», включил его и принялся перебирать вещи.

По итогу передо мной лежали три пачки пятитысячных, пять паспортов, два из которых на граждан зарубежных государств. Ну и так, по мелочи: три набора сухих пайков, медицинская сумка, несколько коробок с патронами, два комплекта сменного белья и косметичка с мыльно-рыльными.

Всё это я вытягивал на свет, чтобы добраться до набора для чистки оружия. Он находился на самом дне сумки, потому как я не думал, что в мирной жизни придётся к нему прибегать. Однако вышло наоборот.

Несмотря на то, что из обоих стволов я произвёл всего пару выстрелов, лучше привести их в порядок. Кто его знает, при таких раскладах, сколько раз мне ещё придётся спустить курок.

Я уже заканчивал собирать второй ствол, когда крышка чердачного люка откинулась и из неё показалась плешивая голова Палыча.

— Ну ты, мать твою и мудак, — вместо приветствия завил он. — Я через весь город в два конца проехал, хрен его знает теперь, сколько там на карте осталось! Штакет ещё этот, сука, подумаешь, на полчаса позже деньги сдал… Ох ёпта!

— Этого хватит? — усмехнулся я на его реакцию.

— Вполне, — удовлетворённо кивнул Палыч. — Откуда дровишки?

— Нашёл, — сухо ответил я. — Что с клиентом?

— Каким? Ах, ты про пижона своего? Стоп, в смысле, с клиентом? Ты детектив, что ли, частный какой?

— Ну почти. Так что с ним?

— Ничего, проводил его до дома и бегом к Штакету. А этот урод мне в бубен дал, мол, опоздал на полчаса.

— Уверен, что именно до дома?

— Ну так! Я сомневаюсь, что он в гостях станет в халате рассекать.

— Ты в окно, что ли, за ним подсматривал?

— Зачем? Я что, по-твоему, извращенец какой? Он за городом живёт, домище там, конечно… В общем, он когда в бассейн вышел в халате, так я сразу догадался, что он домой приехал.

— Машину где оставил?

— Кто?

— Ты.

— Я никуда больше не поеду, и ты так все мои пенсионные накопления потратил. Не надо меня глазами сверлить, я тебе не нанимался… Да чтоб тебя черти дрючили! Поехали, не то ведь дырку просверлишь, зыркает он. Денег только возьми, я свои больше тратить не стану.

Мы вместе покинули чердак, выбрались на улицу и первым делом отправились к банковскому терминалу. Здесь Палыч быстро внёс на карту тридцать тысяч, что я отдал ему за хлопоты и добавил к ним ещё двадцатку, на будущее. Его настроение тут же поползло вверх.

Наверняка со стороны это выглядело странно, когда два бомжа садятся в новенький «Фольксваген Поло». Да, это каршеринг, о чём гласит надпись на борту автомобиля, но всё же.

Палыч вдавил клавишу запуска двигателя, и вскоре мы уже встроились в общий поток машин, и направились на выезд из города.

— У «Сабвея» притормози, — попросил его я. — Жрать охота.

— И мне тоже возьми, — оживился Палыч. — С утра ни росинки во рту с твоими долбанными шпионскими играми. Так, а может, ты правда, шпион какой? Этот, как его, диссидент, а я тебе ещё помогаю родину продать.

Вместо ответа я улыбнулся и похлопал бродягу по плечу. Затем выбрался из машины и пошёл заказывать еду.

Глаза разбежались от изобилия продуктов, хотелось всё и сразу, но переедать сейчас — не самый лучший вариант. Нужно оставить организм в полуголодном состоянии, так он лучше реагирует. Природу не обмануть, а вот воспользоваться её «багами» стоит.

Ведь по большому счёту мы хищники, просто в современной жизни при изобилии всякой еды совершенно забыли об этом. Вот только организм всё помнит, инстинкты никуда не ушли.

Самое тому лучшее доказательство — революция. Она может свершиться только при одном условии: когда люди голодны. Инстинкты обостряются, жалость, страх, лень — всё уходит на второй план, а такие чувства как азарт, жажда крови и злоба, напротив, становятся ярче.

Да и в повседневной жизни всё очевидно, достаточно просто наблюдать. Сытые люди ленивы, добились цели, достигли результата и всё, смысл лишнего движения отпадает.

Но стоит пару месяцев пожить в долгах, а самое главное — утратить возможность хорошо питаться, как тут же всё меняется.

И вот, вчерашний тюлень уже готов порвать коллегу ради повышения, полон сил и энергии, а так же энтузиазма. Он готов работать днями и ночами напролёт, лишь бы желудок снова стал сытым, а жизнь ленивой и размеренной.

Немного подумав, я набрал нам с Палычем овощной сэндвич и разделил его пополам. Этого будет достаточно, чтобы дать организму энергию, а заодно раздразнить желудок, чтобы пробудить те самые, необходимые инстинкты.

— Ты пошутил, что ли? — уставился на угощение бродяга, как только я передал ему скудный ужин.

— Не спорь, — сухо ответил я и впился зубами в свой кусок.

Палыч пожал плечами и последовал моему примеру. Как я и планировал, он даже бумажную обёртку облизал, а глаза забегали в поисках добавки. Затем он попытался выбраться из машины, чтобы заказать нормальный сэндвич, но я его остановил.

Спустя час езды, сдобренный его недовольным бормотанием, мы замерли на въезде в частный сектор. Здесь расположились элитные дома. Самые маленькие имели два этажа, а там уже кто во что горазд. Высокие, кованые заборы, шотландский газон и обязательный атрибут сытой жизни — бассейн.

— Вон его хата! — указал пальцем на третий дом по левому ряду Палыч.

— Сиди здесь, — приказал я. — Мотор не глуши, я быстро. Да, подумай ещё: нужно тихое место, чтоб без лишних глаз, и шуметь можно без опаски.

— Ох, не нравится мне всё это, — поморщился тот. — Чую, хапну я с тобой горя. На кой ляд вообще с тобой связался.

— Делай, как я говорю, и всё будет ровно, — оскалился я и выскользнул из машины.

Организм мгновенно перешёл в боевой транс. Жрать после этого буду, как не в себя, но оно того стоит.

А неплохую крепость себе устроил Константин. Камерами каждый метр просматривается, датчики движения по всему забору натыканы.

Если бы было время, можно, конечно, подготовить тихий вход, но это явно не сейчас. Для подобного придётся наблюдать, собирать информацию, искать специалиста, который соберёт оборудование, чтоб вывести из строя систему наблюдения. Но самый главный минус — придётся выйти из тени, а я к этому пока не готов.

— Э, мужики, есть сто рублей? — нагло постучался я в сторожку с охраной. — Бля, подохну сейчас.

— Ты чё, бомжара, совсем страх потерял?! — тут же прилетел ответ. — А ну сдристнул отсюда, пока ноги на месте!

— Гандоны, мля! — выдохнул я и сделал вид, что собрался уходить.

— Чё ты там вякнул?! — буквально через пару секунд распахнулась калитка, которая вела на территорию дома.

Ну, вот и отлично, такой метод лучше всего работает с борзыми секьюрити.

Я сорвался с места, и пока охранник ещё ничего не успел понять, вырубил его коротким хуком в челюсть. Тут же добил ботинком в лицо и придержал дверь, чтобы та не захлопнулась.

— Ха-ха-ха, — раздалось из сторожки. — Походу, Серый ему щи сломал, слыхал как щёлкнуло? Ты, мля…

Договорить весельчак не успел, потому как я уже ворвался к ним в сторожку. Первым делом, я запустил в лицо сидевшему за пультом куском брусчатки. Она как раз подпирала их дверь, чтоб та не закрывалась.

Второй попытался подорваться с кресла, а его руки потянулись к помповому ружью. Вышло удачно, я сработал на противоход, ударив шустрика ногой в лицо. А для этого пришлось хорошенько довернуть корпус так, что щелчок вышел капитальным. Охранника бросило обратно в кресло, где он сразу же обмяк.

Остался только тот, что заработал камнем в нос. Это лишь на время вывело его из строя, но он уже оторвал руки от лица и тянул их к тревожной кнопке.

Однако я оказался быстрее. Перехватил кисть, выкрутил против сустава, изнутри наружу и слегка потянул на себя.

Охранник тут же завыл, сполз со стула и упал на колени, а лицо показывало полный спектр ощущений, что он испытывал в данный момент.

— Сколько людей в доме? — тихо спросил я.

— Чё? А? Пусти сука!

Пришлось немного усилить нажим, но здесь главное — руку держать повыше. Пленник тут же попытался лечь на пол, но от этого испытал боль ещё сильнее. И пока я сжимал его кисть, мог полностью контролировать этого человека.

— Йа, бля, больно, сука, пусти…

— Вопрос повторить? — ледяным тоном переспросил я.

— Шеф только и шлюха — больше нет никого.

— На всей территории только вы трое?

— Да-а-а, — подвывая, выдавил он.

— Не маловато вас на такие хоромы? — на всякий случай уточнил я.

— Кнопка, — проблеял тот и поспешил дать объяснение. — Через две минуты ГБР (группа быстрого реагирования) посёлка подскочит.

— Благодарю, приятного вечера, — произнёс я и добавил удар ногой в лицо.

Охранник хрюкнул и уткнулся носом в пол. Я подхватил со стола моток скотча, который так кстати здесь оказался и вышел на улицу. Первым делом связал охранника у калитки, он уже начинал приходить в себя и что-то мычал, затем спеленал остальных. После чего от греха подальше вытянул их на лужайку и спрятал за кустарником, что рос вдоль забора.

Сейчас они больше напоминали гусениц: что-то мычали, выпучивали глаза и извивались всем телом. Ближе к утру сами найдут способ развязаться, а мне даже и не нужно столько времени.

Уверенной походкой я добрался до дома и потянул на себя парадную дверь. И нисколько не удивился тому, что она без проблем подалась. Ну а смысл её запирать, если на территории дежурит вооружённая охрана, к тому же ГБР может подскочить всего за две минуты.

Просторный холл и резная лестница на второй этаж. Наверняка под ней комната прислуги, но та, по-видимому, работает только днём. Охранник ясно дал понять, что в доме только шеф и шлюха.

Судя по всему, они развлекаются на втором этаже, именно оттуда доносятся сладкие стоны. Ну что же, пойду, поприветствую Константина.

Спальню я обнаружил без проблем, молодец шлюха, работает на износ. Сомневаюсь я, что ей в самом деле настолько приятно.

Ручка на двери подалась точно так же, запираться хозяин, похоже, смысла не видел. Оно, может, и ни к чему, однако могло бы и жизнь спасти.

Я вошёл в комнату и застал картину, которую собственно и представлял в голове.

На широкой кровати распластался Константин, его оседлала девушка, которая даже со спины выглядела красивой. Тонкая талия, упругий зад и чёрные, как смоль, волосы, спадающие каскадом до поясницы.

Жаль, конечно, такую красоту, но ничего не поделать. Удар пистолетной рукоятью в голову тут же выключил стоны, а девушка рухнула на грудь любовнику.

Тот моментально открыл глаза и уставился на меня. Вот только ни страха, ни удивления я в его взгляде не увидел.

— Здорова, Костик, — ухмыльнулся я и направил в его голову пистолет.

— Влад, стой… — он вытянул в моём направлении раскрытую ладонь, но я уже вдавил спуск.

Глава 4

Давай поговорим

Тело Константина я вынес на плече не таясь. Мы спокойно успеваем свалить до приезда ГБР, ну в том случае, если они сейчас смотрят в мониторы системы видеонаблюдения.

Однако в последнем я сильно сомневаюсь, сигнала тревоги от охраны не поступало, так чего зря энергию тратить. Люди в принципе существа ленивые. За профессию охранника вообще молчу, дабы никого не обидеть. Сам ещё недавно работал — знаю.

Добрался до машины, открыл багажник и сразу же закрыл обратно. У «Поло» он настолько мелкий, что Константина придётся предварительно распустить на запчасти, прежде чем его туда утрамбовать. Зато на заднее сиденье он влетел, как там и было́.

— Эт чё… Какого… Он мёртвый, что ли? — тут же заёрзал на водительском сиденье Палыч. — Ты чё, совсем, что ли…

Договорить он не успел, открыл водительскую дверь и принялся выворачивать желудок. Видимо, волнение сказалось. Он и так на нервах сидел, а тут ещё покойника вдруг увидел. Адреналин в такие моменты зашкаливает.

— Всё? — сухо спросил я, когда он занял исходное положение и вытер рот рукавом.

— Ну ты пиздец… — выдохнул он. — Ты кто такой, вообще?!

— Давай после, хорошо? — я спокойно посмотрел ему в глаза. — Жми, если нет желания пойти по статье за соучастие. Здесь весь периметр просматривается, а где-то в посёлке на мониторы смотрит бригада ГБР.

— Да мне в зоне только рай, — ухмыльнулся Палыч. — Кормят, поят, одевают и крыша над головой всегда есть. Так что пока ты мне не объяснишь, что здесь, мать твою, происходит, я с места не сдвинусь!

— А так? — я решил зайти с другого конца и просто приставил ствол пистолета ему в бок.

— Куда ехать-то? — сразу же с угрюмым видом уточнил тот.

— В тихое место, — пожал я плечами.

Палыч кивнул и, включив первую передачу, плавно тронулся с места. К моей радости, дорога не заняла много времени и уже спустя двадцать минут мы остановились у какой-то заброшенной часовни, что расположилась за городом, притом в чистом поле. Кто, когда и для кого её здесь построил — непонятно.

Я снова взвалил ношу на плечо и, продравшись сквозь заросли осота и крапивы, сбросил тело на грязный земляной пол. Палыч вновь попытался отрыгнуть содержимое желудка, но сдержался, лишь пару раз крякнул.

Я же, не меняя флегматичного выражения лица, взял скотч, который умыкнул на посту охраны и принялся пеленать покойного.

— Да я подозреваю, что он и так никуда не убежит, — голосом, полным сарказма, заметил Палыч.

— Слетай пока до магазина, купи чего-нибудь пожевать, — проигнорировал я его замечание и протянул пятитысячную купюру.

— Так я думал, ты его жрать будешь, — нервно ухмыльнулся он и схватил деньги.

— Палыч, — я прямым взглядом уставился в его глаза, — не вздумай свалить или полицию вызвать. Я надеюсь, ты понимаешь, какие будут последствия?

— Угу, — нервно сглотнул он. — Ну я это… Ага? Я мухой, короче.

Уже через минуту машина сорвалась с места и умчалась по направлению к городу. Ну а я уселся напротив Константина так же прямо на пол и принялся ждать его возвращения.

Сомнения, конечно, были, притом такие, что впору звонить в дурдом и заявлять о добровольной сдаче. Однако когда тело покойника резко дёрнулось, на моё лицо наползла улыбка. Сокращение было похоже на защитный механизм организма, такое бывает, когда человек только-только проваливается в сон. Я читал об этом когда-то.

В этот момент мозгу кажется, будто ты умираешь, потому он посылает сигнал на все нервные окончания, эдакая проверка работы систем. Ну а тело подчиняется приказу, потому и вздрагивает. Это, конечно, объяснение в двух словах, но принцип приблизительно такой.

А сейчас передо мной находился покойник, мозг которого пробит пулей. И раз уж его тело внезапно тряхнуло, это означает лишь одно: он постепенно оживает.

А вот этот механизм был для меня совершенно чуждым и непонятным. Зато желание выяснить его природу — просто непередаваемое.

В тот момент, когда я спускал курок, стало очевидно, что смерти этот товарищ не боится. Видимо, придётся искать другие способы давления, надеюсь, боль он воспринимает так же, как обычный человек. Ну а если и это не поможет, есть много других вариантов, придумаю что-нибудь и, походу, совсем скоро.

Грудь Константина поднялась, а в лёгкие с хрипом попала первая доза воздуха. Прошло не меньше пяти минут, прежде чем он открыл глаза и вначале с недоумением и удивлением уставился на меня. Но вскоре и память стала возвращаться на место, а вместе с ней и надменное выражение на лицо.

Ну, естественно, с такими-то возможностями можно без особого труда испытывать презрение к окружающим. Чувство превосходства само напрашивается, когда ты способен победить смерть. Вот только не в случае, когда рядом нахожусь я. И скоро он это поймёт, уж я, в свою очередь, постараюсь объяснить ему это всеми доступными способами.

— Ну и что ты собираешься делать? — наконец Константин открыл рот, устав играть в гляделки. — Ведь ты уже понимаешь, что угрожать мне смертью не имеет смысла.

— Поверь, в мире есть вещи гораздо страшнее смерти, — спокойно ответил я и при этом пристально наблюдал за его эмоциями. — Например, боль, долгая мучительная или как тебе быть похороненным заживо. Наверняка увлекательно обладать бессмертием в такой ситуации, и оно точно не пойдёт тебе в плюс?

И вот на этих словах я заметил мелькнувший страх во взгляде Константина.

— Что тебе нужно?

— Я хочу послушать историю.

— Ты мог бы просто прийти к нам и не устраивать весь этот цирк. Мы предлагаем тебе работу как раз по твоим талантам.

— Знаешь, а я не люблю работать с незнакомыми людьми. Меня так бабушка в детстве научила: «Не разговаривай с чужими дядями»…

— Мы оба знаем, что у тебя не было бабушки, — перебил меня он.

— Вот как? — я сделал удивлённое лицо. — Вы даже это знаете? А мне казалось, что информация относительно моей личности находится под грифом «Совершенно секретно».

— Развяжи меня. Я не стану сопротивляться или убегать. Поверь, наше сотрудничество нужно тебе не меньше.

— Как ты это делаешь?

— Что именно?

— Ну ты ведь не совсем идиот, правда?

— А, ты про воскрешение? Я не знаю, как это работает, но ты можешь стать таким же. Наша компания не просто так занимает лидирующие позиции на рынке красоты и молодости.

— Ну, теперь-то я догадываюсь, — ухмыльнулся я. — Наверняка у вас в клиентах есть такие фамилии, которые лучше не произносить вслух.

— В большинстве своём, эти фамилии нами и созданы, — не моргнув глазом, выдал серьёзную информацию пленник. — Ты можешь поехать со мной в офис, и мы обсудим всё, как нормальные люди.

— Слушай, неужели по мне видно, что я собираюсь принять ваше предложение?

— Ёб вашу мать!!! — внезапно позади раздался возглас, который сопровождал звук падения пакета.

Хотя как внезапно, шум мотора я услышал ещё пару минут назад, а уж бормотание Палыча и стук закрываемой двери автомобиля невозможно было не заметить. Неожиданностью здесь, скорее, выступал живой Константин, нежели появление моего напарника.

— Так ты это, — опешил Палыч. — Ты его не убивал, что ли? Не, пого́дь, я же сам видел, как у него мозги из башки вытекали. Сука! Он что, вампир?! Ему нужно кол в грудь забить или голову отрезать! Я понял, ты, значит, охотник на вампиров… Мать твою за ногу, вот так ни фига себе! Так это что, всё не сказки, что ли?!

— Палыч! — рявкнул я, и тот наконец заткнулся. — Сядь в сторонке и не мешай. А лучше пожрать дай, что там у тебя?

— Дак чё, я это… Короче, по два хот-дога на заправке взял и попить.

— Пойдёт, — согласно кивнул я и протянул руку за едой. — А ты рассказывай, Костик, не стесняйся. Хочу знать, откуда вы знаете обо мне, кто слил информацию и зачем я вам понадобился?

— Нам никто ничего не сливал, мы тебя создали, мы всегда знали, где ты и чем занимаешься. Твоё воспитание, твоя предыдущая работа и увольнение — всё это мы.

— Очень интересно, продолжай, — похвалил я пленника и наконец погрузил зубы в еду.

— Влад, всё намного сложнее, я не смогу всего рассказать и объяснить, тебе нужно проехать в наш офис. Пойми, ситуация с тобой очень непростая, настолько, что ты не поверишь мне на слово.

— Так ты ничего и не говоришь, — я спокойно прожевал, прежде чем снова включиться в беседу.

Палыч, напротив, работал челюстями с невероятной скоростью и с любопытством слушал наш разговор.

— Я не знаю и половины всего, тебе нужно говорить не со мной.

— Меня начинает утомлять наша беседа, — спокойным голосом произнёс я. — Зато любопытство постепенно берёт верх. Вот, например: сможешь ли ты отрастить себе новую голову или сколько раз вообще ты способен воскреснуть?

— Да послушай ты наконец! — реально испугался Константин. — Мне нет смысла что-либо от тебя скрывать! Я просто ничего не знаю, я лишь рядовой сотрудник клана, и исполняю роль посыльного, курьера, если угодно. Мне ничего особо не доверяют, всё, что я знаю — лишь в общих чертах.

— Клана? — я удивлённо приподнял бровь. — И чем занимается ваш клан? У вас что, семейный подряд или мафиозные устои?

— Всего понемногу, в основном мы занимаемся политическими вопросами…

— Кто бы сомневался, — кивнул я. — Полагаю, сферы вашего влияния распространяются очень далеко.

— Тебе нужно говорить не со мной.

— Тогда с кем?

— С Главой, госпожой Лией. Она хочет тебя видеть, и это она предлагает тебе работу.

— И где мне её найти?

— Для этого достаточно проехать со мной до нашего офиса. Там ты получишь все ответы.

— А что, если я откажусь?

— Боюсь, у тебя нет выбора.

— Ошибаешься, — покачал я головой, — выбор есть всегда.

— Но тогда ты просто перестанешь существовать.

— И это тоже будет частью выбора, — пожал я плечами. — Что бы ни значили твои слова.

Я дожевал свой хот-дог, поднялся с пола и зачем-то, скорее всего, по привычке, отряхнул зад. Хотя джинсы, что на мене надеты, вряд ли хоть немногим были чище пола.

Константин со страхом в глазах наблюдал за каждым моим движением. Ведь я как минимум дважды попал в уязвимые места. Первый, когда предлагал похоронить его и второй, когда разглагольствовал на тему отрезанной головы.

А я, в самом деле, пребывал в сомнениях. Ему тоже удалось зацепить моё любопытство, а оно у меня от природы неугомонное. Раньше я очень любил пропадать в архивах, копаться в различных непонятных и порой мистических историях. Сейчас я, конечно, лишён этого удовольствия, все допуски аннулированы, а моё ведомство расформировано.

Но даже там, в ультрасекретных документах, я никогда не натыкался на что-то подобное. Никогда, нигде и никем не упоминалось воскрешение человека с пулей в черепе.

Нет, прецедентов в жизни достаточно, вплоть до таких, что люди умудряются жить всего с одним полушарием мозга. Однако они предварительно не умирают.

Есть ещё медицинское понятие «клиническая смерть», но там тоже не всё так однозначно. Как минимум, всё происходит под контролем специалистов медперсонала, плюс реанимационные процедуры. Нет, на моих глазах случилось то, что все называют не иначе как чудо.

И этот факт просто сводит меня с ума. Мысли путаются, я даже правильно вопросы сформулировать не в состоянии. Этот ещё, отвечает какими-то полумерами, да в «Кринос» зазывает при любом удобном случае.

А может, и стоит? Что, если там я действительно получу все ответы? Возможно, так и есть, но нужно ли мне это?

— Хорошо, — наконец решил я. — Мы поедем в «Кринос».

— Ты принял верное решение, Влад, — тут же просиял в лице Константин, а мгновение спустя сделался задумчивым. — Правда, у нас образовался небольшой нюанс, — с этими словами он перевёл взгляд на Палыча.

Тот аж жевать перестал и уставился на меня испуганным, немигающим взглядом.

— Да ты чего, Хмурый? Мы же друзья, не надо… — он сразу сообразил, к чему клонит пленник.

Человек вообще прекрасно чувствует опасность, порой даже задолго до того, как она должна случиться. В современном мире мы сильно утратили этот талант, но попробуйте пообщаться с военными. Или любым другим человеком, кто периодически рискует жизнью.

Они быстро расскажут, как непонятный дискомфорт где-то в глубине сознания неоднократно спасал им жизнь. Да чего далеко ходить, ведь порой достаточно услышать агрессивный оклик в спину со словами: «Эй ты, а ну стоять!», как сразу же становится понятно — это предназначается тебе.

Так и Палыч, моментально сообразил, что его жизни угрожает опасность. Да и не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять недвусмысленный намёк от бывшего покойника. О таких вещах явно не должны знать посторонние.

— Извини, — спокойно пожал я плечами, — ты видел и слышал слишком много лишнего.

Палыч побледнел, выронил недоеденный хот-дог и собирался ещё что-то сказать. Возможно, даже вымолить пощаду, пообещать молчать даже под страхом пытки или просто убежать. Но сегодняшний вечер при любом исходе событий должен был стать для него последним.

Я направил в его сторону пистолет и дважды надавил на спуск. Первую пулю послал в середину груди, вторую — в голову. Палыч умер мгновенно, мешком свалился на пол, несколько раз дёрнул ногой и затих.

Лезвие ножа тихо щёлкнуло, зацепившись за язычок фиксатора, и я склонился над Константином, освобождая его от пут. Спустя пару минут мы вместе стояли у машины и думали, как поступить дальше.

— Да кто меня вообще остановит, в таком-то виде? — возмущался тот, демонстрируя мне свою наготу.

— Ну, извини, я вообще не собирался тебя отпускать, так что о трусах не подумал.

— Да, боюсь, и в одних трусах попутку не остановишь, по крайней мере, этот номер точно неправильно поймут.

— Не ной, — сухо осадил его я. — Давай, тащи сюда Палыча.

— На кой хрен он нам сдался? Не дай бог полиция остановит…

— Странные у тебя покровители, — усмехнулся я. — Ты без страха припёрся ко мне в дом и в то же время боишься служителей закона?

— Я просто не хочу расхаживать голым по улицам и уж тем более дожидаться наших адвокатов в КПЗ.

— Снимешь с Палыча штаны…

— Нет, спасибо, я лучше так, не хватало ещё чесотку какую подцепить.

— Не заставляй меня жалеть о сделанном выборе, — сухо произнёс я, глядя в глаза Константину.

Пару минут пререканий, но в итоге Палыч всё же был погружен на заднее сиденье автомобиля. Ржавая арматурина и несколько хороших ударов кирпичом, помогли проделать отверстие в баке. А вскоре, в поле уже гудело пламя, пожирающее все улики.

До офиса «Кринос» добрались на попутке. Да, для этого вначале пришлось спрятать Константина, который всё же натянул на себя грязные джинсы Палыча.

Я, конечно, понимал, что в таком виде мне вряд ли удастся поймать машину. Однако принять водителю верное решение помогла пятитысячная купюра, зажатая в ладони. Ну а все вопросы у паренька за рулём отвалились, после объяснений, которые прямо на ходу выдумал Константин.

По его легенде, мы попросту сбежали от девок, когда нас застукали их ревнивые женихи. Ну а одежда, что успели подхватить на бегу, тому и рады.

К моему удивлению, мужика вообще не смутила крупная купюра, которая странным образом оказалась у полуголого мужика и бомжа. Он вмиг поверил в нелепую историю и даже с охотой рассказал нечто подобное про одного из своих знакомых.

В итоге под шутки и весёлые истории мы добрались до офиса холдинга «Кринос». Константин распрощался с водителем, за время поездки они чуть ли не лучшими друзьями стали. Последнее мне не очень понравилось, вообще, не люблю откладываться у людей в памяти. Но такое явно будет непросто забыть, даже в отсутствии компанейского поведения Константина.

— Константин Фёдорович, что случилось? — первым делом уточнил охранник в холе.

— Ничего такого, с чем бы я не справился, — самодовольно ответил тот. — Это со мной, сообщи на нижний пост.

Тот лишь коротко кивнул и разблокировал турникет.

Мы прошли до кабинок лифта, где мой спутник приложил большой палец к сканеру отпечатка. А после этого лифт без указания этажа самостоятельно начал спуск.

Я немного этому удивился, но с другой стороны, ничего такого сверхъестественного в этом нет. Любая, уважающая себя контора, имеет сеть подземных офисов и даже целых комплексов с переходами и складами. Это вполне нормальное явление.

Но в итоге вместо ответов я получил задание. Хотя всё прошло не так гладко, как я себе представлял.

Стоило дверям лифта распахнуться, как в мою грудь воткнулись два электрода от шокера. Мышцы скрутило болью, и я рухнул на выстланный кафелем пол. Затем почувствовал укол в районе шеи, а все дальнейшие события прошли, словно в тумане.

Когда я окончательно смог осознавать себя, то находился уже в этом самом кресле, в салоне самолёта. На вызов пришла симпатичная стюардесса, та самая, что секунду назад интересовалась моими пожеланиями, правда, уже на обратном пути.

Затем приземление, лютый холод южного полюса, странный разговор с умопомрачительной красоткой, которая во время беседы едва не раздевала меня глазами. Следом не менее странное путешествие на дно арктического озера, пирамида, покойник, прибитый клинками к трону…

Что это вообще было? Откуда на южном полюсе взялась пирамида, и почему о ней никто ничего не говорил до сего дня? Ведь исследования там проводят уже несколько десятков лет.

Кто этот человек, и почему он выглядит так, словно погиб буквально вчера? А самое главное — почему он показался мне знакомым?

Вопросы роились в голове такой кучей, что я не мог думать ни о чём другом. В одночасье вся моя жизнь изменилась, а то, что поведала госпожа Лия, вообще не укладывалось в рамки нормального и понятного мне мира.

Я снова взял папку и внимательно всмотрелся в лицо первого клиента. Некий Тихий. Кто он и почему нет никаких других сведений о нём? Разве что примерное местоположение и несколько постоянных знакомых. Очень похож на типичного американского мачо в тёмных очках, с яркой улыбкой и спичкой в зубах.

На фото он общается с другим человеком, некий Ярг. Вообще, непонятное имя для белого парня. Тот, собственно говоря, больше похож на австралийца: загорелый, накаченный, в яркой аляпистой рубахе, точно таких же шортах — а-ля сёрфер.

А вот лицо у этого парня крайне неприятное, такой, скорее всего, без зазрения совести прирежет собственную мать, а затем ещё и ноги о её труп вытрет. Надменный, презрение к окружающим никогда не сходит с его лица, потому как попросту отпечаталось на нём при рождении.

Он является второй целью, и вот его я точно уберу с удовольствием. Возможно даже, согласился бы сделать это бесплатно, но тем не менее ценник его жизнь всё же имела, а отказываться от такой цифры — глупо.

Ну и, собственно, третья цель и самая основная — Кетта. Женщина средних лет, весьма привлекательная, хотя до госпожи Лии ей, конечно, очень далеко. И было в этой Кетте что-то чуждое, не понять, на первый взгляд, что именно, но какая-то такая черта, которая отличала её от обычных людей. Словно пришелец или какая-то другая раса, ещё неизведанная, не виденная до сего дня.

И эта инъекция, неужели в шприце находится та самая сыворотка бессмертия? Но не слишком ли просто я её заполучил? Как-то странно, ведь ради такого любой человек пойдёт на всё, что угодно, а мне её дали вот так, за здорово живёшь.

С другой стороны, ведь действительно, хотели бы убить — давно был бы мёртв. Уж чего-чего, а шансов для этого у них хватало. Да я в отключке провёл хрен знает сколько времени: режь, трави, да всё что угодно можно успеть. Да и вряд ли они выбрали настолько извращённый способ моего устранения. А главное — зачем?

Я вдавил клавишу вызова стюардессы, и та появилась у моего кресла буквально через секунду.

— Господин что-то желает?

— Скажи мне, ты работаешь на авиакомпанию или на «Кринос»?

— А разве есть какая-то разница? — открыто улыбнулась она.

— Разве что принципиальная, — пожал я плечами. — Принеси мне чёрный кофе, без сахара.

— Сию секунду, — коротко кивнула она и удалилась, сексуально покачивая бёдрами.

— А вот интересно, если попросить её отсосать, она сделает это с такой же улыбкой? — пробормотал я себе под нос и уже в который раз покрутил шприц перед глазами.

Ой, да чёрт с ними, очень уж любопытно, что это за хрень.

Я взялся за ремень безопасности на соседнем кресле и использовал его в качестве жгута. Нас учили, как делать укол в вену — в полях такой навык реально может спасти жизнь. Потому игла без проблем нашла вену, а уже через мгновение странная, серебристого цвета инъекция проникла в кровь.

Несколько секунд ничего не происходило, а затем боль скрутила мышцы и вот ведь ровно в тот самый момент, когда стюардесса протянула мне кружку горячего кофе.

Глава 5

Вспомнить всё

Казалось, кровь вскипела, все внутренности полыхнули огнём, а в следующее мгновение я ощутил лютый холод. Будто моё тело поместили в криокамеру и теперь оно постепенно превращается в стекло.

Пальцы перестали слушаться, а следом и все остальные конечности прекратили реагировать на команды мозга, чтобы спустя «вечность», независимо от меня, пуститься в пляс. И так по кругу.

Я кричал, хрипел, пытался наполнить лёгкие воздухом, а затем снова выл от боли.

Не знаю, сколько раз сменились ощущения, да и важно ли это. Просто в какой-то момент я осознал себя лежащим на полу, а открыв глаза, увидел спокойное лицо стюардессы, что наблюдала за моими конвульсиями. При этом она держала в руках запотевшую бутылку воды.

Вид мне открывался не только на её лицо, так как её униформа подразумевала ношение юбки, а стояла она практически над самой головой. Не сказать, что я ханжа, однако зрелище меня сильно смутило, словно я подросток какой и подглядываю за девочками в раздевалке. А вот девушке было плевать на те виды, что она мне открыла. Было даже похоже, что сделала она это намеренно.

Я поспешил подняться и занять сидячее положение. С благодарностью кивнул, приняв бутылку воды, сразу открутил крышку и сделал пару хороших глотков. Мне стало намного лучше, мозг прояснился, тянущая боль отступила, хотя её отголоски всё ещё продолжали гулять по телу. Иногда она отдавалась внезапными спазмами во внутренних органах, но такое происходило всё реже и с каждым разом мягче.

— Вам повторить кофе? — произнесла стюардесса, а я тут же поморщился.

Её голос прогремел в ушах, подобно раскату грома, но ближе к концу фразы громкость убавилась. Возникало ощущение, будто невидимые админы производили настройку систем моего организма.

— Что это было? — спросил я, в общем-то, не надеясь получить ответа.

— О чём вы? — продолжая мило улыбаться, отозвалась стюардесса.

— О шприце. Что было в том шприце?

— В каком? — сделала удивлённые глаза она, а в глазах мелькнули бесенята.

Я осмотрелся в его поисках, даже под сиденья заглянул, но ничего не обнаружил. Небольшой кофр, в котором тот хранился — тоже исчез.

— Понятно, — буркнул я, — Да, повторите, пожалуйста, кофе.

— Это всё, что желает господин? — как мне показалось, плотоядно улыбнулась красотка.

— Да, — сухо ответил я, и стюардесса удалилась, продолжая демонстрировать мне сексуальную походку.

Что за странные намёки? Или это только в моей голове? Ну, девочка, конечно, не промах, наверняка в постели та ещё фурия. Но я что-то пока не готов — до сих пор то в жар, то в холод бросает.

Однако без присмотра меня всё ещё не оставляют — лихо она зачистила все следы. Да и глупо было бы. Самолёт частный, наверняка принадлежит компании, так почему не посадить на борт своего человека. Не удивлюсь, если и пилот тоже получает зарплату от «Кринос».

— Ваш кофе, — с широкой улыбкой протянула мне чашку стюардесса. — Простите, господин, у меня чёткие инструкции.

— О чём вы? — с недоумением поднял я взгляд на девушку.

— В первые сутки вам необходимо задействовать все функции организма, чтобы корректно завершить процесс.

— Я не совсем вас поним…

Договорить я не успел, а точнее, в этом отпал всякий смысл, так как девушка перешла от намёка к действию и уже полностью расстегнула блузку. Я уставился на небольшую, крепкую грудь и плавно спустил взгляд, где как раз в этот момент на пол скользнула юбка, полностью открывая моему взору прекрасное, молодое тело.

— Замечательные инструкции, — ухмыльнулся я и отставил чашку с кофе на столик.

Самолёт совершил посадку где-то в аэропорту Африки на дозаправку, о чём сообщил пилот. Но произошло не только это.

Как только крылатая машина замерла, распахнулась дверь, и девушка, чьим именем я так и не соизволил поинтересоваться, покинула борт, послав мне на прощание воздушный поцелуй. А вот её место занял чёрный парень, тоже в костюме стюарда.

Я усмехнулся про себя, подумав, что с этим типом точно не стану задействовать все функции организма. Вот только я ошибался, в самолёт он сел вовсе не за этим.

— Добрый день, Господин, — с лёгким акцентом поздоровался он. — На оставшееся время полёта я буду вашим стюардом.

— Хорошо, — пожал я плечами.

— Вы должны тренироваться, чем быстрее мы активируем все необходимые ресурсы, тем эффективнее вы будете в итоге.

— Какие тренировки вы имеете в виду? — на всякий случай уточнил я, уже начиная подозревать неладное.

Вот только вместо ответа едва не получил ногой в грудь.

Рефлексы сработали как надо, глаза успели заметить старт движения, а дальше я попросту довернул корпус, пропуская удар мимо. Короткий шаг и я толкнул стюарда в грудь, этого хватило, чтобы он рухнул на пол.

Однако парень оказался вовсе не промах, и падение вышло контролируемым, а в следующее мгновение я едва успел убрать ногу, к которой стремительно приближалась пятка. Чуть зазевайся, и моё колено смотрело бы в обратную сторону.

Пришлось немного отступить, чем и воспользовался чёрный боец, моментально оказавшийся на ногах. Без промедления в мою голову полетела молниеносная двойка руками, которую я заблокировал ладонями, словно бы отмахивался от мух. А вот лоу-кик в бедро я, к сожалению, пропустил и припал на колено, после чего заработал хлёсткий боковой в челюсть.

И даже на этом боец не думал успокаиваться, он попытался добить меня подъёмом стопы в лицо и лучшим вариантом для меня, было бросить тело вперёд, чтобы снизить энергию удара. Это позволило завершить рывок проходом в ноги и оторвать противника от пола.

Но тот оказался не промах, перенёс вес тела за мою спину и впечатал мне локтем в позвоночник, прежде чем я приложил его о пол. Оказавшись сверху, я тут же нанёс ему серию ударов в голову, три из которых достигли цели, а остальные пришлись по рукам.

Затем стюард извернулся, ухватил меня за шею и притянул к себе, не давая возможности продолжать атаку. Он словно паук, вязал руки, одновременно прощупывая меня на слабину. В такие моменты стоит на мгновение утратить бдительность, как тут же окажешься в болевом захвате. А этого допускать никак нельзя.

Я попытался прижать его горло предплечьем, однако противник меня раскусил и заблокировал удушающий на корню, подставив подбородок. От удара головой он несколько раз увернулся, однако травм избежать не удалось. Несмотря на то, что удары вышли смазанными, я рассёк ему бровь, и теперь его левый глаз заливала кровь.

Борьба длилась долго, пока стюарду не удалось подобрать под себя ногу и в следующее мгновение столкнуть меня. Мы снова встали напротив друг друга.

— Вам нужно задействовать все ресурсы, — наставительным тоном произнёс он. — Постарайтесь сосредоточиться на внутренней энергии. Вы можете входить в боевой транс?

В ответ я коротко кивнул, после чего противник продолжил атаку с невероятной скоростью.

Два быстрых прямых удара и снова лоу-кик, но на этот раз я успел поднять ногу и стюард провалился. Я тут же продолжил контратаку и попытался пробить боковой в челюсть, но лишь рассёк воздух. Боец мастерски извернулся, сорвал дистанцию и попытался достать меня апперкотом. Но именно этого я и ожидал.

Снова поворот корпуса, кулак просвистел в миллиметре от лица, зато мой локоть пришёлся чётко в челюсть противнику. И стюард поплыл.

А большего, собственно, было и не нужно, крюк левой в нос окончательно погасил его сознание. Я даже слегка отступил, чтобы его тело рухнуло в проход прямо мне под ноги.

— Предыдущий инструктор мне нравился гораздо больше, — с задумчивым видом пробормотал я и отступил к креслу.

Однако кое-какие изменения я всё же заметил. Повторная атака стюарда показалась мне более плавной, хотя в самом её начале я едва успевал уследить за молниеносными ударами. А значит, моя скорость в итоге сильно превысила его.

Я знаю, как выглядит боевой транс, и на что я способен, когда нахожусь в нём. Тот, что я испытал только что, на порядок отличался от всех предыдущих.

Да и противник оказался довольно опытным бойцом — одно то, как он умело связал меня борьбой на полу, уже говорило о многом. Ну и, опять же, скорость: он очень сильно отличался от тех, с кем мне приходилось спарринговаться до этого.

Там тоже были сильные мастера, но любой уступил бы ему в скорости и координации. Да что там говорить, я и сам не верил, что смогу его побить.

По-видимому, укол и в самом деле даёт невероятное преимущество. Я практически усталости не чувствую, хотя ещё вчера после подобной схватки дышал бы так, словно только что пробежал марафон на тридцать километров.

Стюард зашевелился, спустя некоторое время перевернулся на спину, а затем и вовсе сел. Самым странным было видеть улыбку на его лице.

— Что? — не выдержал и спросил я.

— Вы не поверите, господин, но за последние десять лет я впервые потерпел поражение.

— Отнюдь, — усмехнулся я. — Вы прекрасный боец.

— Я могу для вас ещё что-то сделать? — поинтересовался он, а я отрицательно помотал головой.

Стюард поднялся с пола и удалился в хвостовую часть, где располагалась комнатка для обслуживающего персонала. Вскоре из-за шторки послышался шум воды, после чего я тоже встал с кресла и направился к туалету.

Усмехнулся отражению в зеркале и осторожно потрогал кровоподтёк на скуле. Носу тоже досталось, хотя в пылу схватки я этого не ощутил, губа рассечена, однако острой боли не чувствую. Словно организм её гасит. Ну, тоже довольно приятный бонус.

Я пустил воду и принялся умываться, после чего скинул рубашку и застирал кровь. Пока она не успела засохнуть, вполне возможно избавиться от пятен полностью, главное — не делать этого горячей водой.

Едва успел закончить, когда пилот объявил, что мне необходимо занять своё кресло и пристегнуться. Что я и поспешил выполнить. Затем последовал вой турбин, резкий толчок, разгон и наш борт вновь оторвался от земли. В среднем оставалось около шести часов полёта.

Примерно через час стюард выкатил тележку, от которой исходил просто умопомрачительный аромат. В последний раз я ел здесь же, когда рейс вёз меня на Антарктиду и с того момента прошло уже часов восемь.

Поблагодарив парня, чьим именем так же не удосужился поинтересоваться, я накинулся на еду. Салат из свежих овощей исчез во мне за пару минут, после чего я приступил к поглощению супа. А когда и с ним было покончено, стюард принёс здоровенную отбивную с тушёными овощами на гарнир.

Когда и она исчезла в моём животе, я даже испугался. Всё же порции были очень приличных размеров. Однако никакой тяжести я не почувствовал, хотя сытость наступила. А вместе с ней навалилось желание вздремнуть. И раз уж делать всё равно больше нечего, я привёл кресло в горизонтальное положение, и даже не заметил, как провалился в сон.

Я стоял посреди удивительного города. Вокруг суетились люди, они спешили по своим делам и не обращали внимания на молодого паренька, который, раскрыв рот, рассматривал окружающую архитектуру. А там было на чём заострить внимание.

Каждая деталь, каждый кирпичик, всё подогнано с невероятной педантичностью. Ничего лишнего и в то же время всё в орнаментах, узорах, исполненных искусной резьбой по камню.

Площадь вымощена, а за спиной расположилась башня, на которой находились странного вида часы. Нет, они походили на известные мне, вот только стрелка всего одна. Циферблат был поделён на четыре равные части, а цифры на нём исполнены дробью.

Странно, но я понимал, что сейчас середина третьей четверти, утро, но тем не менее я уже куда-то сильно опаздываю.

Гул толпы нарастал, давил на уши, постепенно становясь всё громче, заполняя собой пространство, а я не понимал, откуда он исходит. Отчего стал оглядываться, прислушиваться и присматриваться. Я крутился вокруг себя, силясь опознать источник шума, а на периферии зрения что-то постоянно менялось. Мне хотелось поймать это, получше рассмотреть. Горд замелькал перед глазами, будто я нахожусь на карусели, которую кто-то вращает с бешеной скоростью, как вдруг ощутил песок под ногами.

Теперь куда ни посмотри, до самых небес поднимались трибуны, до отказа заполненные людьми. Все они, как один, синхронно скандировали: «Без-ли-кий! Без-ли-кий! Без-ли-кий!»

В стенах под трибунами загремели решётки, поднимаясь, с металлическим лязгом и через открытые проходы на арену начали вытягиваться воины. Не один и не два и даже не сотня — их были тысячи.

Они тут же выстраивались в ровные шеренги, руки сжимают короткие мечи и круглые щиты. Их лица угрюмы, будто напротив них не одинокий воин, но целая армия.

Как только построение закончилось, ряды в пару движений расступились, образовав ровный коридор, и я увидел, насколько большое войско собралось здесь. Но как они смогли уместиться на арене?

Вот только стоило мне бросить взгляд в сторону, никаких трибун я не увидел, лишь ровная степь от горизонта до горизонта. А позади, не менее ровными рядами стояло точно такое же войско, вот только я откуда-то знал, что оно состоит из моих людей.

Кто-то взял меня за руку, отчего я тут же вздрогнул. Это была девочка, лет пяти, чумазая, в каких-то лохмотьях. Она смотрела на меня влюблёнными глазами, и этот взгляд не мог принадлежать ребёнку. А она им уже и не была.

Стройная, крепкая фигура, затянутая в кожаный доспех. Светлые волосы заплетены в косу, которая спадает до самой поясницы. Лема, я помню. Её звали Лема, и мы любили друг друга, но это было так давно…

Внезапно её взгляд померк, сделался тусклым, а на лбу появилась маленькая красная точка, словно от пули. А это и была пуля, и выпустил её ублюдок, что сейчас стоял предо мной.

В его вытянутой руке странного вида оружие, похожее на пистолет, но конструкция и модель мне незнакомы. Хотя, стоп… Я знаю его, в смысле этого парня, что нагло ухмыляется мне в лицо. Ненависть захлестнула меня, застелила глаза кровавой пеленой.

Или это что-то другое? Боль. Да, эта режущая, не позволяющая сделать вдох, потому как что-то мешает в лёгких. А на меня уже смотрит другой человек, и его я тоже знаю. Ещё минуту назад он был моим другом, а сейчас вонзает кинжалы мне в руки. На его лице надменная улыбка, он что-то говорит. За что он меня так ненавидит?!

Глаза закрываются, нет больше сил удерживать веки, жизнь покидает моё тело.

Но что это? Чей это голос так сладко поёт? И почему от него уходит вся боль? Как же хочется спать, но я просто обязан увидеть ту, кому он принадлежит.

Лия? При чём здесь госпожа Лия? Но как же она прекрасна в роли матери. Стоп! Но ведь она и есть моя… Нет, не может этого быть!

И вот я уже сам смотрю в глаза малышу. Вокруг разруха, грязь, нищета, мрачное небо над головой и постоянное, тянущее чувство голода в животе. А ведь я правлю этой страной, точнее, правил. Ещё вчера моя задница сидела на троне, а сегодня я был вынужден бежать.

Власть утеряна, голодным людям не объяснить, что виновата природа. Они просто увидели врага во власти, обвинили меня во всех своих несчастьях и подняли бунт. Неуправляемая масса, которую не в состоянии сдержать даже самая мощная армия. Хотя о какой мощи могла идти речь, если воины тоже едва волочили ноги от голода.

Холодный климат, грязь, зловонные трупы, что устлали улицы и как следствие болезни. Эпидемия унесла даже больше жизней, чем голод и нескончаемые войны. А люди бились везде и со всеми, в попытке отжать у соседа хоть какой кусок пищи.

А вот я склоняюсь над телом отца. Мне десять и за спиной нет ничего, на бёдрах какое-то рваное тряпьё, а вокруг грозные лица солдат. Это они убили его, а теперь собираются сделать то же самое со мной. Но страха нет, ярость переполняет меня.

И я несу эту ярость сквозь время, она питает моё сердце, волю к жизни и победе. За моей спиной войско и каждый из них готов отдать за меня жизнь. А впереди тот самый дом, в котором я вырос. Из него выгнали нашу семью, а человек, убивший мою мать, занимает трон, что принадлежит мне по праву рождения.

Но стоило мне пришпорить коня, ринуться в бой, как вдруг рядом что-то взорвалось. Но как? Ведь в мире ещё нет ничего подобного, лишь меч и копьё, резвый конь и отвага позволяют одержать победу.

Вот только мои руки сжимают что-то другое, странное, непонятное и невиданное прежде. «Мушкет», внезапно подсказала память. А кругом царит хаос и смерть, на поле со свистом рвутся снаряды. Шрапнель косит людей, словно отточенная сталь траву по росе, отрывает ноги, руки, выпускает кишки. Зловонный запах витает над полем и даже сгоревший порох не в состоянии его перекрыть.

Что за лязг и грохот позади? И стоило лишь обернуться, как люди с мушкетами исчезли, их место заняла более знакомая и понятная форма одежды. Даже оружие приобрело относительно современные формы. Уж ППШ в нашей стране узнает каждый пацан, как и танк со знакомыми очертаниями красной звезды на башне.

Крик «Ура!» врывается в уши, а в груди снова клокочет ярость. Мы дружной толпой стремимся на врага, который не выдержал, дрогнул. А грязь под ногами становится суше, обращается в песок и камни.

И вот мои руки сжимают цевьё автомата со слегка изогнутым магазином. Солнце печёт, пытается выжать из тела последнюю влагу. Фляга пуста и нет даже малейшего шанса отыскать себе воду в ближайшее время.

Но российский солдат не сдаётся, он обязан вернуться, ведь дома его ждёт сын. И не знает воин, что в этот момент снайпер уже поймал в перекрестье прицела его широкую спину, а молодая жена вскоре получит похоронку. Её сердце не выдержит, а уже на следующий день малыш попадёт в дом ребёнка. Откуда вскоре отправится, вместе с военными на изолированный остров, где его и научат убивать людей всеми доступными способами.

Я проснулся от того, что ощутил толчок. Мозг ещё не окончательно отошёл от странного сна, а потому не сразу сообразил, где я, и что происходит. Помог вид овальных окон напротив и мелькающие здания вдалеке.

— Так, ну вот и долетели, похоже, — пробормотал я и с силой провёл ладонями по лицу.

Этот странный сон никак не хотел покидать голову. А ведь это очень необычно. Чаще всего я не помнил их, уже через пару секунд детали казались размытыми и к концу дня я вряд ли мог передать суть того, что мне снилось. Но только не сейчас, не в этом случае.

Какое-то странное, давящее чувство он вызывал, будто вот-вот произойдёт что-то страшное, нехорошее. Или оно навеяно вовсе не сном? Но тогда что это, откуда?

Занавеска в хвосте самолёта шевельнулась, выпуская в салон чёрного стюарда с белозубой улыбкой. И опасность исходит от него, только сейчас я осознал это, но было поздно.

Пистолет направлен в мою грудь, хлопок выстрела, скрытый глушителем и режущая боль в груди. Но зачем? В чём смысл?

— Простите, господин, надеюсь, вы понимаете — это приказ, таковы инструкции, — уже уходящим сознанием, уловил я голос убийцы.

Я умирал, мои веки тяжелели, воздух уже перестал поступать в лёгкие и сознание угасало. А вместе со мной, умирали все те, чью судьбу я только что видел во сне. Каждое звено цепи замкнулось, заняло своё место и выстроилось в единую, понятную и логичную систему жизни.

Умирая, я вспомнил всё. Как был Безликим, как побеждал на арене, как руководил огромной армией, и кто был моим врагом. Судьбы всех предков стали ясны и понятны, словно я сам прожил их.

Я вспомнил, кто такой Ярг, Тихий, Кетта и кто это — Лема, кем она была для меня, и кто виноват в её смерти. И уже угасая, сознание ухватилось за это, а в глубине души начала разгораться ярость.

Глава 6

Принять дела

Что такое смерть и есть ли жизнь на другой стороне? Эти вопросы ломают умы всего человечества, но ответ вряд ли удовлетворит кого-нибудь из них.

Там нет ничего.

Ни памяти, ни событий, даже пресловутой тьмы, о которой все говорят, тоже нет. Как, собственно, и тоннелей со светом в конце. Ты просто умер, прекратил своё существование, жизненные процессы остановились, и на этом всё.

Однако жизнь после смерти существует, правда, не в том понимании, которое представляет себе любое религиозное сообщество.

В том я убедился, когда уснул в самолёте. Весь наш опыт, все те события, что мы имели при жизни, зафиксированы и хранятся в наших потомках. Что-то вроде памяти, жёсткого диска, флэшки, если угодно. Она встроена в тела наших детей, и порой, нажитый нами опыт помогает принять им то или иное решение. Правильное ли оно или нет, может рассудить только время.

Как оказалось, я являюсь странной природной аномалией. Сомневаюсь, что подобные прецеденты вообще когда-либо происходили в мире. Хотя…

В момент смерти я понял всю цепь событий, что привела меня в этот мир. Вот только я всё равно не понял, как такое могло произойти.

Я стал началом собственного рода.

Твою же мать! От одной этой мысли голова идёт кру́гом, а вдоль позвоночника бегут огромные мурашки.

И вот ведь что наиболее непонятно: а как было в самом начале? Как появился тот первоначальный я, который попал в прошлое и зачал моего пра-, пра-, пра-, хрен знает сколько раз дедушку?!

Боюсь, ни мне, ни кому бы то ни было ещё никогда этого не узнать, а уж что касаемо понимания всех этих процессов, так там вообще тёмный лес. Вряд ли хоть кто-нибудь в состоянии дать ответ на эти вопросы.

Но в тот момент, как только жизнь покинула меня, не произошло больше ничего. Полное забвение, абсолютное. Смерть — это отсутствие всех жизненных процессов и ожидать от этого чего-либо ещё не имеет смысла. С другой стороны, может быть, это только со мной так?

А вот возвращение к жизни было болезненным. Достаточно представить себе ощущение, когда отсидишь ногу. Если это длилось недолго, то можно отделаться лишь неприятным покалыванием, но попробуйте остановить кровообращение полностью при помощи жгута минут эдак на сорок. Ломить после этого будет так, что хоть на стенку лезь. А в моём случае данный процесс восстанавливался во всём теле, не исключая внутренние органы.

Первый вдох — это вообще отдельная история. Раскрыть лёгкие оказалось не такой уж простой задачей. Да, когда дышишь без остановки, всё кажется просто и не требует особых навыков, но мне пришлось приложить немало сил, прежде чем воздух с хрипом, наполнил грудь.

Мозг тоже очнулся не сразу. Первые мгновения я вообще не ощущал себя как личность. Все его силы были направлены на включение и настройку работы организма. Затем показалось, что я сплю и никак не могу выскользнуть в реальность. Но вскоре все события, память, понимание окружающей обстановки постепенно загрузились. В самом деле, словно операционная система компьютера, которая уже запустила машину, но ещё некоторое время включает все необходимые вспомогательные приложения.

Я открыл глаза и осмотрелся. Надоевшая за почти сутки полёта обстановка исчезла, сейчас я осознал себя в машине. Незнакомый мне человек крутил «баранку», и моё пробуждение не стало для него неожиданностью.

— С возвращением, господин Безликий, — улыбнулся он мне в зеркале заднего вида.

— Не называй меня так, — хриплым голосом ответил я. — Вода есть?

— Да, посмотрите в подлокотнике, — кивнул в ответ он.

Я откинул крышку и обнаружил целый мини-бар, но выбор остановил всё равно на обычной воде. Пить хотелось просто невыносимо, и пол-литровая бутылка исчезла во мне за один присест.

— А вообще говорят, что пить большими объёмами зараз — вредно.

— Пшёл на хер, — совершенно без злобы огрызнулся я. — Куда едем?

— В «Кринос», — пожал плечами тот.

— Долго я?.. — я попытался сформулировать своё состояние, но не придумал ничего лучше, чем назвать всё своими именами. — Короче, мёртвым был долго?

— Минут сорок, плюс-минус, как обычно, — охотно отозвался водитель. — Как там, на той стороне?

— Никак, — пришла моя очередь пожимать плечами. — Нет там ничего.

— Понятно, — тяжело вздохнул тот. — Я всё надеюсь, что кто-то ответит иначе.

— Угу, — буркнул я, и разговор как-то сам собой сошёл на нет.

Дорога не заняла много времени, и буквально минут через двадцать мы остановились на подземной парковке офиса «Кринос». Я выбрался из автомобиля, а навстречу уже спешил Константин.

— Добрый вечер, Владислав Сергеевич, — с широкой улыбкой протянул он мне руку.

— Здорова, Костик, — ухмыльнулся я, но вместо рукопожатия от души́ приложил его прямым ударом в кадык.

Видимо, я не рассчитал силы, хотя на самом деле и не собирался. Он тут же рухнул на асфальт, захрипел, выпучил глаза, а спустя секунд тридцать уже стучал ногами.

— Нормально вы его, — с ухмылкой произнёс водитель и закурил. — Только как вы теперь внутрь попадёте? Там сканер отпечатка на каждой двери.

— Действительно, — хмыкнул я. — Нож есть?

— Раскладной, — кивнул тот.

— Пойдёт, — ответил я и протянул руку, в которую через некоторое время водитель вложил многофункциональный раскладной нож.

Я присел на корточки рядом с телом и, нащупав сустав, с хрустом перерезал сухожилие. Пара минут возни и вскоре я спокойно разблокировал кабинку лифта. Там приложил палец к сканеру, и кабинка послушно опустила меня на нижний уровень.

Я уже знал, что на выходе меня обязательно встретит охрана, скорее всего, у них там вообще полноценный пост. Так и оказалось.

Как только двери распахнулись, из-за стойки ко мне вальяжно вышел человек в чёрной униформе. Да уж, самоуверенный. Эдак здесь половину офиса вынесут, пока он свой зад расшевелит.

— Добрый вечер, вы к кому? — с улыбкой обратился он. — Пропуск, пожалуйста.

— Кто сейчас заместитель главы клана? — сухо спросил я.

— Пропуск, пожалуйста, предъявите, — с нажимом повторил он и потянул из поясной кобуры шокер.

Вот только вместо пропуска ему в лицо прилетел отрезанный палец Константина, а следом, с короткого подшага получил удар раскрытой ладонью в печень. Даже не представляю, какую боль он сейчас испытал.

Колени охранника подкосились, но упасть я ему не позволил, зашёл ему за спину и, схватив за горло, использовал в качестве живого щита.

Две пары электродов вонзились ему в грудь, и я тут же пинком отправил его в сторону коллег. А в моих руках волшебным образом оказался его шокер.

И пока пара оставшихся боролись со своим напарником, который окончательно утратил способность двигаться, я воспользовался оружием. Ещё минус один, а последний окончательно запутался в своих товарищах и рухнул вместе с ними на пол.

Я хотел было добить и его, ну так, на всякий случай, но меня отвлекли размеренные аплодисменты.

В конце длинного коридора стоял человек в деловом светлом костюме. Длинные светлые волосы и широкая улыбка во все тридцать два зуба.

— Браво, Безликий, вижу, ты в отличной форме, — произнёс он.

— И тебе не хворать, Лирий, — усмехнулся я. — Подозреваю, что именно ты исполняешь обязанности Лии в её отсутствие?

— Да и проницательность свою ты не растерял, — в очередной раз польстил мне тот. — Пойдём, оформим тебя как положено.

— Вы бы охрану хоть немного потренировали, — кивнул я на всё ещё барахтающегося представителя оной.

— Вот ты этим и займёшься, — пожал плечами Лирий.

— Нет, я больше тебе не подчиняюсь и, вообще, не хочу иметь с вашими кланами ничего общего.

— Это твой выбор, — пожал плечами тот. — Но в таком случае ты не получишь доступ к информации, а судя по всему, ты прекрасно помнишь, насколько интересной она может быть. За прошедшие годы очень многое изменилось. Плюс ресурсы, люди, сеть осведомителей, в конце концов. С нами ты ощутишь гораздо больше свободы.

— Снова эти высокопарные речи о свободе, — усмехнулся я. — Как вам удалось прожить столько лет? Ведь ты практически не изменился.

— Эти разговоры не для всех ушей, — покачал головой он. — У нас всё ещё осталась система допуска к тайнам.

— Кто бы сомневался.

— Пройдёмся? Я расскажу тебе всё, а заодно покажу, — и, не дожидаясь моего ответа, Лирий развернулся и не спеша двинулся по изогнутому коридору.

Я немного постоял с задумчивым видом, а затем проследовал за ним. Как только мы поравнялись и как следует отдалились от поста охраны, он продолжил беседу:

— Ты же знаешь, на каком принципе основана работа компьютера?

— Не совсем, — пожал плечами я. — Что-то с программными кодами связано и всё такое.

— Я не об этом, я о фундаментальном принципе — единицы и нули. Ты знаешь, что они означают на физическом уровне?

— Это что, проверка на знание школьной программы по информатике?

— Я просто хочу знать, понимаешь ли ты это или мне начинать с самых истоков?

— Единица — есть сигнал, ноль — нет сигнала, — снизошёл до ответа я.

— Так и есть, — кивнул Лирий.

— И к чему ты это?

— Та инъекция, которую ты сделал в самолёте, работает по тому же принципу, только её основа — стволовые клетки. Нам удалось их запрограммировать, точнее, превратить в маленькие процессоры, которые сейчас распространились по всему твоему организму. Именно они в данный момент отвечают за регенерацию тканей, передачу импульсов по нервной системе и за выработку нужных гормонов.

— Я слышал лишь о попытках создать нечто подобное, — задумчиво произнёс я. — Как вам удалось воплотить это во время Армагеддона?

— Нам удалось создать это только на закате двадцатого века, — спокойно ответил он.

— Но тогда как?..

— Потерпи, скоро ты всё увидишь сам, — повернулся ко мне Лирий и спокойно, вежливо улыбнулся. — Я понимаю — у тебя куча вопросов, но сейчас удобнее всё по порядку.

— Хорошо, — кивнул я.

— Так вот, ты прав, иногда информация просачивается в массы, но наши методы тебе прекрасно известны: люди на ключевых местах, привлечение к работе гениев, а в некоторых случаях и устранение. Потому данная разработка всё ещё находится под нашим контролем. Стволовые клетки не могут размножаться до бесконечности, этот природный барьер нам так и не удалось обойти.

— Я так понимаю, за этой дверью находится ферма? — подытожил я, потому как Лирий замолчал и замер у раздвижной переборки.

— Браво, Безликий, — улыбнулся он. — Но для начала хочу тебя предупредить: всё, что ты увидишь, создано искусственно.

— Открывай уже, — кивнул я на двери, и Лирий приложил палец к сканеру.

Створки разъехались в стороны и, несмотря на то, что я был готов увидеть нечто подобное, челюсть всё же поползла книзу.

Перед моими глазами предстало гигантское помещение, навскидку даже не понять его истинных размеров. И походило оно на всем известную сцену из фильма «Матрица», где были изображены человеческие фермы.

Нет, отличия, естественно, были: первое — ферма имела всего два яруса и второе, самое главное — в колбах находились младенцы или вернее будет сказать — эмбрионы. Совсем крохи, некоторые даже неокончательно сформированы.

Да, моя психика способна выдержать многое, но этот инкубатор произвёл колоссальное впечатление и приятным его не назовёшь.

Вокруг суетились люди в белоснежных комбинезонах, что-то периодически проверяя на сенсорных мониторах. Некоторые ёмкости были пусты и их вовсю драили. В общем, работа кипела.

Заходить внутрь мы не стали и, спустя немного времени, двери автоматически закрылись, отрезая от нас не очень приятную картину. Лирий внимательно следил за моим лицом всё это время, и пришлось приложить немало усилий, чтобы не выдать истинных чувств.

— Ну что, пошли дальше? — благодушно улыбнулся он.

— Да, пожалуй, — кивком выразил согласие я.

Вообще, он сильно изменился с момента нашего знакомства в прошлом. Стал более мягким, что ли? Возможно, это лишь напускное, а под маской всё так же скрывается жёсткий, беспринципный управленец. Скорее всего, так и есть, иначе я бы не увидел здесь настолько идеальный порядок.

— Как ты понимаешь, у нас не всегда был доступ к материалу, — между тем продолжил он. — Изначально, на первых этапах проекта нам пришлось проталкивать различные законопроекты, которые позволили легализовать аборты. Ну а необходимый материал забирался во время проведения операций. Но наука не стояла на месте, и с первыми генетическими открытиями мы создали собственную ферму, а абортарии перепрофилировали в центры планирования семьи.

Мы замерли у следующей переборки, которая открылась уже без лишних предисловий. За ней раскинулась лаборатория, где так же работали люди в белых одеждах. Только здесь они сидели за столами и производили манипуляции в чашках «Петри». Наблюдать за непонятными процессами смысла нет, потому мы почти сразу двинулись дальше.

— Следующая лаборатория занимается клеточным программированием, но особого отличия от этой, ты не заметишь. Так что не вижу смысла заглядывать и в неё, хотя если есть желание…

— Нет, думаю, ещё успею, — согласился с заместителем Главы я. — Но почему инъекция серебристого цвета?

— Я точно не знаю всех нюансов, но это связано с хранением сыворотки. Каждая клетка находится в отдельной оболочке, как в консервной банке, или икринке, а при попадании в кровь эта оболочка растворяется. Если хочешь, я отведу тебя в отдел разработок, и тебе всё расскажут подробно.

— Нет, меня устраивает минимальное объяснение. Я не учёный и воспроизводить весь процесс не собираюсь.

— Как пожелаешь, — кивнул тот и продолжил экскурсию. — А вот здесь, именно то, что позволило нам пережить все эти годы.

Он приложил палец к сканеру, и как только створки разошлись в стороны, чуть вдалеке я увидел знакомую пелену. Будто водная гладь, только вертикальная, по ней даже рябь от стороннего звука пробежала.

— Личное убежище госпожи Лии, — объяснил Лидий. — Именно оно и оборудование древних помогли пережить страшный период. А затем вовремя подоспели новые разработки и технологии. Ну а когда мы скрестили эти разработки, случилась эпоха цифровизации со всеми вытекающими последствиями.

— Хочешь сказать, что весь прогресс — это ваших рук дело? — скептически усмехнулся я.

— Нет, что ты, мы ведь не боги, — всё с той же улыбкой ответил тот. — Но ведь ты сам помнишь, на что были способны древние изобретения. Да тот же метод выращивания полупроводников из кремния — всё это ты видел ещё тогда. Передача волны на расстояния по воздуху, ментальная связь в иной атмосфере, или в любой другой, более плотной среде. Всё это ты уже проходил и ощущал на себе. Мы лишь сдерживали ненужные ответвления науки, направляли знания в правильное русло, ну и дозированно подкидывали информацию в правильные руки.

— Там ещё остался медицинский модуль, так? — кивнул я в сторону убежища.

— Верно, — охотно ответил Лирий.

— По-видимому, Кетта и её сторонники выжили аналогичным образом?

— И снова в точку, — опять натянул улыбку он. — Мы долгое время боролись, пока не поняли, что стоит объединить усилия ради выживания. Увы, те времена прошли…

— И вам вдруг снова понадобились услуги Безликого, — ухмыльнулся я.

— Не всё так однозначно. Это, скорее, инициатива госпожи Лии. Ведь ты понимаешь, что в итоге должен стать отцом её ребёнка, точнее, вашего сына и твоего пращура.

— Не понимаю, как так получилось? — задал я волнующий меня вопрос. — Как я вообще попал во временную петлю изначально? Ведь кто-то должен был зачать меня для этого?

— О, эти материи нам ещё неподвластны, — покачал головой Лирий. — Боюсь, ты не сможешь отыскать ответа на этот вопрос. Однако я скучал по нашим беседам — твой пытливый ум до сих пор ставит меня в ступор. Прошу…

Лирий вежливо указал на пелену, всем своим видом изображая джентльмена, то есть, пропуская меня вперёд. Я кивнул, с трепетом и чувством, похожим на ностальгию, погрузил ладонь в древнюю атмосферу, сделал выдох и шагнул внутрь.

Первый вдох внутри дался с большим трудом, это тело ещё ни разу не бывало в подобных условиях. Разум помнил, что это не приведёт ни к каким последствиям, однако защитный механизм организма ещё сопротивлялся. Но выхода я ему, конечно, не дал, и вскоре мои лёгкие заполнились жидкостью.

Теперь наша походка больше напоминала заплыв. Хотя длилось это недолго. Едва мы покинули узкий коридор входа, как нас тут же подобрал транспорт.

Машина взмыла вверх, а спустя пару минут высадила нас у центрального здания. Лирий проводил меня на третий этаж и указал на дверь.

— Тебе сюда, Безликий, — голос прозвучал прямо в голове.

— Что там? — точно так же мысленно ответил я.

— Медицинская капсула, — пояснил он. — Сейчас она поможет завершить калибровку на клеточном уровне, а заодно снимет все необходимые данные для твоего допуска. Я буду ждать тебя на верхнем этаже, на поверхности, там всего один кабинет — не ошибёшься.

Я вошёл в указанную дверь, где мной тут же занялся молоденький паренёк, чем-то внешне похожий на меня. Он помог мне устроиться в капсуле и уселся на высокий табурет рядом с планшетом в руках, по которому тут же резво застучал пальцами.

Устройство послушно отреагировало, и надо мной проехал сканер. Затем что-то загудело, я заполучил какие-то инъекции в плечо и шею, от которых тут же бросило в пот. Попутно машина ещё и моих тканей на анализ немного отщипнула.

В общем, не самая приятная процедура, к тому же я понятия не имел, что за манипуляции со мной проводят. Тем не менее доверился, потому как Лия вряд ли захочет причинить мне вред. Мы уже это проходили, и я всецело ей доверяю.

Примерно полтора часа я пролежал в капсуле, после чего покинул кабинет. И надо сказать, чувствовал я себя намного лучше, если не сказать просто отлично, превосходно. Такое ощущение, будто скинул даже с десяток лет.

Затем тем же путём вернулся обратно к лифту по слегка изогнутому коридору.

Охрану на посту сменили, я просто не мог этого не заметить и на сей раз парни обошлись со мной очень вежливо. Даже лифт вызвали самостоятельно.

Здесь уже отпечаток не требовался, я просто вдавил клавишу с цифрой пять, и лифт быстро вынес меня в приёмную кабинета Лирия. Молоденькая, симпатичная секретарша даже не спросила моего имени, видимо, была уже осведомлена и распахнула передо мной дверь.

Заместитель Главы клана сидел в поворотном кресле, сложив руки на груди. Всё с той же вежливой улыбкой, которая отчего-то начала меня бесить. Когда он был жёстким и серьёзным, нравился мне гораздо больше.

— У тебя щёки не болят? — не выдержал и намекнул ему я: — Ты как американский менеджер, ей-богу.

— Времена сейчас другие, — наконец он стёр с лица добродушное выражение. — Без улыбки невозможно добиться расположения. Ладно, давай к делу, раз уж ты сам так решил.

— Вот так значит, даже чаю не предложишь?

— Рита, принеси чай, будь любезна, — тут же отреагировал на просьбу Лирий, а затем взял в руки планшет.

Стена справа быстро отреагировала на его манипуляции и вместо морского бриза показала досье на одного из моих врагов.

— Это Тихий, — произнёс Лирий. — В данный момент называет себя Роман Александрович Арсёнов, зарегистрирован в Питере. Точное местонахождение неизвестно, но у нас есть данные по двум его близким, хм-м, скажем так, товарищам. Оба находятся в Петербурге. Один занимает пост при правительстве в районной администрации, второй владеет банковской сетью.

Всё это время на экране мелькали фотографии лиц и мест, где они работают.

— Я решил, что ты захочешь начать именно с него, — продолжил заместитель Главы. — Все данные будут здесь в этом планшете, на случай, если захочешь познакомиться с ними более подробно.

— Послушай, Лирий, я уже давно не тот послушный мальчик, что пришёл когда-то в твой клан, — перебил его я. — С тех пор многое изменилось. Я хочу точно знать и понимать, с чего вдруг вы обратили на меня внимание спустя столько лет.

— Ты до сих пор ещё ничего не понял? — криво ухмыльнулся тот. — Может быть, ты забыл, как мы работаем? Как готовим себе людей? Неужели ты считаешь, что Лия вот так просто оставила без присмотра своё потомство? Не будь идиотом, это мы тебя создали и научили всему, что ты знаешь. Твои обучение и практика закончены, пора переходить к делу, Безликий.

— Этого объяснения достаточно, — кивнул я и вновь обратил взор на стену: — Как его убить?

— Не думал, что услышу этот вопрос от тебя, — с сарказмом в голосе ответил Лирий.

— Если он под тем же препаратом, то пуля в голову вряд ли упокоит его навеки, — объяснил я, что именно хотел услышать.

— Вариаций множество: сжечь, удалить сердце, отделить мозг, уничтожить нервную систему, — озвучил тот. — Всё зависит только от твоей фантазии. Убить нас возможно, просто для этого придётся приложить чуть больше усилий.

— Если я закопаю его, он подохнет? — кивнул я на экран, на котором красовался мачо Тихий.

— Как и любое живое существо, без питательных веществ, без энергии рано или поздно он умрёт. Хотя сыворотка довольно долго будет поддерживать в нём жизнь, возможно, даже несколько лет.

— Замечательно, — кивнул я. — Мне нужны новые документы, контакты, где я смогу приобрести оружие и, пожалуй, несколько надёжных людей.

— Это я могу тебе устроить, — загадочно усмехнулся Лирий и вдавил клавишу селектора на столе. — Рита, скажи, он уже здесь?

— Да, прибыл, ожидает приглашения, — отозвался динамик.

— Пусть войдёт.

Дверь распахнулась, и в кабинет вошёл Мыш. Вот уж кого я действительно был искренне рад видеть.

— Мыш, бродяга, — растянул я руки для объятий, и тот с широкой улыбкой ответил взаимностью. — Тебя-то как угораздило?

— Госпожа Лия, — вполне ожидаемо ответил тот. — Увела меня из-под самого носа Тихого с Яргом. А затем мы долго скрывались, бегали по разрушенному миру. Ну а про остальное вам наверняка господин Лирий уже всё рассказал.

— Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть, дружище, — искренне улыбнулся я. — Ну что, тряхнём стариной? Пора уже дать просраться всем этим ублюдкам, кажется, они пожили достаточно долго.

— Я готов, господин Безликий, только скажите, когда приступаем?

— Вчера, Мыш, вчера.

Глава 7

Третий лишний

— Ах да, Безликий, — остановил нас у самой двери Лирий, — ещё одна просьба к тебе будет.

— Я весь внимание, — обернулся я к заместителю главы клана.

— Не трогай больше Константина, — вонзил в меня строгий взгляд он. — Ты же понимаешь, что он выполнял наши приказы.

— Хорошо, я подумаю, — ухмыльнулся я и закрыл за собой дверь.

Наш путь как раз лежал в его кабинет, что расположился на третьем этаже. Помимо работы посыльным, в его компетенцию входили такие моменты, как собрать просьбы персонала и реализовать их в жизнь. В общем, мне нужно передать ему список потребностей, дождаться их исполнения и забрать.

— Всё, пока, не могу говорить, у меня люди, — быстро бросил он в трубку и положил смартфон на стол. — Чем могу быть полезен?

— Знаешь, Костик, — я обошёл его рабочее место и уселся на столешницу, — ведь стукачей никто не любит.

— Я… В смысле… — сразу затроил он. — Владислав Сергеевич, вы все не так поняли!

— Да ладно, расслабься, — усмехнулся я и протянул ему лист бумаги, уже подписанный Лирием. — Всё это нужно срочно.

Тот принял список, пробежал по нему глазами, затем что-то пометил галочками и поставил свою резолюцию в углу.

— Значит, вот это и это получите здесь, — указал он на два пункта в списке. — Документы на первом этаже, вот это — на первом подвальном уровне. Там же выдадут стандартный набор девайсов.

— У вас здесь что, паспортный стол прямо в здании? — удивлённо подкинул бровь я.

— Ну не то чтобы, — пожал плечами Константин, — но чистые бланки всегда в наличии. Так, что касаемо остального: деньги переведём на счёт в течение двух часов, как только заведём в базу документы. По прибытии в Питер вас встретят и сведут с нужными людьми — я договорюсь.

— Вот, можешь же быть нормальным, — с улыбкой произнёс я и похлопал его ладонью по щеке.

Затем слез со стола и вышел. Мыш ожидал меня за дверью, привалившись спиной к стене.

— Ну что, какие планы? — первым делом спросил он.

— Ну, в ближайшие минут сорок я буду бегать по кабинетам, а в остальном пока никаких, — ответил я. — Если здесь есть какое приличное место, можем посидеть за кружкой пива, пообщаться.

— С удовольствием, — кивнул тот. — Значит, через сорок минут жду вас на выходе.

И мы разошлись. Я спустился на третий этаж, отыскал нужную дверь, где занялся оформлением новой личности. Затем отправился на первый подвальный, здесь забрал новенький телефон, и тут меня ожидал довольно приятный сюрприз.

— В общем, смотрите, — пустился в объяснения седовласый сотрудник. — Прошивка здесь нестандартная собственной разработки, так что отследить вас по трекеру не получится. Связь тоже проходит через наши сервера, и есть ещё небольшие плюшки. Вот этот значок синхронизирует устройство с вашей нейронной системой. Трубку можно даже из кармана не доставать, некий усилитель мыслесвязи получается.

— Это просто замечательная новость, — улыбнулся я. — Знакомые технологии древних.

— Да, они самые, только слегка дошлифованы и теперь работают гораздо эффективнее, — продолжил он. — Вот это защитит вас от пуль, но будьте осторожны: магнитное поле не бесконечно и крупный калибр вряд ли удержит. Так что старайтесь не лезть под пули. И да, это тоже на основе технологии древних.

— Благодарю, — протянул я ему ладонь, пожал руку и, подхватив сумку, снова отправился на третий.

Как раз должны были закончить с документами, ну и обещанные сорок минут почти истекли. В итоге удалось даже освободиться чуть раньше. Вспоминая, как я готовился к выезду, работая на государство, это просто земля и небо.

Там, прежде чем командировочные получить, приходилось собрать подписи у десяти начальников, а уж если речь шла об оружии, так там совсем дебри начинались. А здесь вон как систему отладили — любо-дорого. С другой стороны, у них на это ушла не одна сотня лет.

Кафе, о котором говорил Мыш, в самом деле оказалось неподалёку и выглядело вполне уютно. Мы заняли столик в углу, чтобы видеть каждого входящего. Перед нами выставили две литровые кружки пива. Варили они его сами, и это была минимальная порция к подаче.

— Ну что, рассказывай, — я сделал первый глоток и уставился на старого друга.

— Да что рассказывать? — пожал плечами тот. — В первые лет пятьдесят было туго, но ты, наверное, уже и сам всё это знаешь, ведь память предков тебе активировали. Затем Госпожа Лия начала войну с остатками кланов. Бились все и со всеми, одни только первая и вторая мировые чего сто́ят. Но к тому моменту уже английские семьи в делёж мира вступили.

— А ты чем занимался всё это время?

— Да всё как обычно: заново выстраивал агентскую сеть, трафик по сбыту наркотиков организовывал.

— Иди ты?! — удивился я.

— Ну а как ты хотел? Война — это деньги, а наркота — самый простой и быстрый способ их достать, — развёл руками Мыш. — Мы тогда в «Ост-Индскую» компанию вписались. Как раз английские кланы поспособствовали в бизнес войти. У нас на тот момент ещё общие интересы были.

— Так, стоп, они же чай возили и специи, — удивлённо подкинул брови я.

— Ага, да! — расхохотался Мыш. — Такие специи, что с них по сей день люди слезть не могут. А под видом чая листья коки по всему миру поставлялись. Ты сам-то хоть раз за чаем очереди видел? А тогда его за три дня до прибытия в порт встречать выстраивались. Мы в тот момент основной капитал подняли. А там промышленная революция грянула и понеслось.

— А с Моней что? Почему его среди вас нет?

— Моня, — вздохнул тот, — не захотел он вечной жизни. Упёртый блин, как этот.

— Что есть, то есть, — согласился я.

— Госпожа Лия, когда его похоронила, ох и мрачная ходила. Так ведь с тех пор и не нашла себе никого. Нет, мужики, конечно, были, но то так, больше здоровья для, а вот чтоб как с Моней, больше ни с кем не смогла. Он по первому времени нам всем сильно помог: шахты знал, как свои пять пальцев. Если бы не его подземелья, даже не знаю, дожили бы мы до этого времени?

— А Тихий, Ярг, они каким макаром так долго протянули?

— Ну ты же их знаешь, ё-моё, — отмахнулся Мыш. — Те ещё уроды, чтоб их черти дрючили. Ярг, так тот вообще в «Новый свет» почти сразу свалил. Там такую сеть выстроил, пока мы здесь разборками с Кеттой заняты были. По сей день Америка не последнюю власть в мире имеет.

— Чудно́, — усмехнулся я. — Ещё вчера мир для меня выглядел совсем по-другому, а теперь вон чего — все подковёрные игры наружу.

— Ты знаешь, прожив лет сто пятьдесят, начинаешь понимать, что людьми управлять не так-то и сложно, — с серьёзным видом заявил друг. — Ничего не меняется, только слова новые придумывают. А так всё одно и то же: власть, деньги и безнаказанность. Что-то одно обязательно сработает.

— Ну а Лямка? — наконец задал я вопрос, который старательно обходил всё это время.

— Госпожа Лия пыталась, — опустил глаза тот и снова вздохнул. — Извини, но там уже ничего нельзя было сделать. Но мы работаем в этом направлении…

— Стоп, что?! — аж привстал я.

— Так вам что, не сказали?! — кажется, Мыш удивился даже больше меня. — Она в убежище, в глубокой заморозке. Там такая кутерьма началась, когда люди в тронную залу ворвались. Ты уже дух испустил, а Лема на руках у Мони умерла. Пока все вокруг бегали, суетились, не знали, за что хвататься, он её вынес.

— Так, а почему меня только вчера нашли? — помотал головой я, пытаясь собрать все события в кучу.

— Там много чего в тот день случилось. Вас не успели даже с трона снять, убежище водой затопило. Какие-то защитные механизмы сработали и… В общем, что смогли… А затем Кетта Резонанс запустила и уже никто не понимал, что куда делось и где прятаться. Материки местами поменяло, человечество едва своё существование не прекратило, какое там вас искать.

— Так, значит, Лямка у вас?!

— Да что толку, — пожал плечами Мыш. — Тело у нас, но технологии пока не позволяют вернуть её к жизни. В этом направлении не только мы работаем. Госпожа Лия огромные финансы в сферу «Крио» вкладывает. Но я не учёный, всех нюансов не знаю, вроде говорят, какую-то животину уже удалось разбудить. Но ей предварительно кровь на какую-то другую жидкость меняли.

— Ладно, это уже не так плохо, — кивнул я и запросил экран смартфона.

Тот быстро спроецировался перед взором, а затем так же быстро свернулся. Я всё никак не мог наиграться с новыми возможностями, вот и сейчас таким образом просто посмотрел на время.

— Так, деньги уже должны упасть на счёт, — прервал нашу беседу я. — Хватай такси, я расплачусь за пиво. На ближайший «Сапсан» как раз успеваем.

Мыш кивнул, поднялся из-за стола и вытянул из кармана телефон, а я отправился на кассу. Деньги с карты списали без особых проблем, а значит, они там точно появились.

Затем я сходил в туалет, а когда вышел на улицу, то обнаружил, что у тротуара вместо такси стояла машина фирмы, хотя нам по большому счёту без разницы.

Питер встретил нас мелким моросящим дождём, холодным и отвратительным. Но далеко идти не пришлось — прямо на вокзале нас подобрал представитель местного подразделения «Кринос», и уже через минуту мы снова мчались по Северной столице в уютном салоне автомобиля.

Здесь я забрал остатки необходимых для дела вещей, в том числе и оружие, после чего нас повезли на квартиру.

С делом одного из товарищей Тихого я ознакомился ещё в поезде, прочитав его досье от корки до корки, даже не доставая при этом телефон из кармана. Очень удобное изобретение, словами не передать — насколько.

Сеть осведомителей у клана тоже работала на ура. Да и другого я, впрочем, не ожидал, ведь её организацией занимался Мыш, а тот ещё три сотни лет назад был в этом деле лучшим.

В общем, я прекрасно знал весь хронометраж клиента, вплоть до секунды. И за время поездки успел набросать несколько планов действия.

Вот только одного я не учёл: параллельную работу конкурентов. А всё это время они наверняка тоже не спали, и считать их сеть менее развитой — глупо.

Неладное я почувствовал ещё на подъезде к служебной квартире, и мозг быстро сообразил, что всё это может означать. Впоследствии я не раз обозвал себя последними словами, несмотря на то, что оправдание собственной неосмотрительности было вполне адекватным.

На моём месте от количества событий, что свалились на мою голову за последние сутки, любой бы с катушек съехал. А я всего-то прошляпил работу вражеского клана, да и то не совсем.

— Останови здесь, — попросил я водителя, как только меня посетило нехорошее, тянущее чувство опасности.

— Но мы ещё не приехали…

— Тормози, мля! — резко повторил я, и водитель вдавил педаль.

— Что-то не так? — с озабоченным видом поинтересовался Мыш.

— Да, — сухо ответил я, — но точно пока не уверен.

Мы выбрались из машины и вместо квартиры направились совсем в другую сторону. Дождь и не думал прекращаться, но мне на него было плевать.

С центральной улицы мы ушли во дворы, коих в Питере великое множество. Весь его центр, по сути, состоит из таких вот уютных небольших колодцев между домами. Некоторые имеют сквозной проход, некоторые заканчиваются тупиками.

Не зная, куда идти, заблудиться здесь проще некуда, и это отличные лабиринты для того, чтобы сбросить хвосты. Да и современные технологии позволят отыскать нужное направление, даже в южноафриканских трущобах. А нам для этого и телефон из кармана извлекать не нужно.

— Зря мы так в открытую сюда сунулись, — пробормотал я, когда мы наблюдали за окнами нашей квартиры с крыши здания в соседнем квартале.

— Я думаю, нас уже давно здесь ждали, — пожал плечами Мыш.

— В том-то и дело, — вздохнул я. — Можно было их обмануть, но за эмоциями я об этом просто не подумал. Ладно, чего уж теперь, попробуем разыграть партию в нашу пользу.

— Вон там, за рекламным стендом ещё кто-то маячит, — оторвался от бинокля Мыш и передал его мне.

Я припал к окулярам и направил оптику в указанном направлении. Да, действительно, у рекламного щита тёрся какой-то мужик. Он, конечно, делал вид, что выгуливает собаку, но выглядело это крайне тупо, особенно в такую погоду. Судя по состоянию животного, они здесь уже не первый час мокнут.

— Что делать будем? — спросил Мыш. — Можно в офис вернуться, там для этого все условия есть, переночуем не хуже. Или можем языка взять, я сейчас махом людей подниму.

— Не дёргайся, — усмехнулся я. — Это всего лишь наблюдатель, один из… Самое веселье нас будет ждать в квартире.

— В смысле? — удивлённо уставился на меня тот.

— В прямом, — не убирая хищного оскала, ответил я. — Ключи у тебя?

— Ты серьёзно сейчас?

— А почему нет? — пожал я плечами. — Расклад сил нам известен, а вот они, похоже, нас здо́рово недооценивают. Их там всего пятеро: двое в подъезде — скорее всего, изображают алкашей; двое в квартире, и последний страхует в машине вон в том дворике. Они даже снайпера посадить не удосужились.

— И что, вот так, прямо внаглую пойдём? Может, всё-таки ребят вызвать? Они за пятнадцать минут подъедут.

— И испортить себе всё веселье? — покачал головой я. — Нет уж, так мы их только спугнём, а я собираюсь ещё с кем-то из них пообщаться.

Мыш посмотрел на меня задумчивым взглядом, почесал макушку и коротко кивнул, после чего мы не спеша спустились с крыши.

Прежде чем отправиться к квартире, мы завернули в ближайший магазинчик, где я прихватил две бутылки пива. Вот с ними в руках мы и отправились на квартиру, всем своим видом изображая счастливых, подвыпивших старых друзей. Заодно этот манёвр должен был объяснить наблюдателям: почему мы спрыгнули с машины, и где пропадали всё это время.

— Так, стопэ! — во всё горло крикнул я, как только Мыш распахнул дверь подъезда. — Мне нужно радиатор слить.

— Дома, вообще-то, туалет есть, — попытался облагоразумить меня товарищ.

— Дома любой дурак сможет, — отмахнулся я и покачивающейся походкой направился во дворы.

Водитель слишком поздно сообразил, что происходит неладное. И всё бы прошло как по маслу, вот только я всё ещё не перестроился с привычных понятных технологий на новые. Потому сильно удивился, когда вместо брызг крови и мозгов вокруг водителя мигнул зеленоватый ареал. Спустя долю секунды до меня дошло, что систему защиты древних применяют не только в нашем клане, но волчок событий был уже запущен.

За рулём находился не вчерашний парень, а вполне себе опытный человек и первое, что он сделал: откинул спинку сиденья и скрылся с глаз. А следом уже вокруг меня дважды полыхнуло зеленоватое марево.

Но и я не стоял на месте. Пока водитель откидывался назад, пока вытягивал пистолет, я успел подобраться вплотную и всё, что он успел сделать, это дважды вдавить спуск.

С размаха я вынес боковое стекло, которое успел ослабить выстрелами водитель, и моя рука, с зажатым в ней пистолетом, оказалась в салоне. Да, возможно, магнитное поле и может остановить пулю, но не в тот момент, когда её выпускают вплотную. Голова человека брызнула кровью, а ноги запрыгали в пространстве под торпедой. На всякий случай добавил ему ещё одну пулю в висок, может быть, с такими ранениями воскрешение будет проходить чуточку дольше.

Когда я уже подоспел к подъезду, на площадке второго этажа тоже звучала возня. Не раздумывая ни мгновения, я нырнул в его тёмное нутро. Но когда поднялся наверх, Мыш уже добивал второго противника, и надо отдать ему должное, делал это крайне варварским способом.

Враг распластался на ступенях, мой товарищ сидел на нём верхом, одной рукой тянул на себя его голову за волосы, а второй, усердно резал ножом горло, двигая им туда-сюда. То ли он забыл его наточить, то ли ему просто нравился сам процесс, но остановился он, только когда сталь клинка противно прочертила по костям позвоночника.

Кровь залила всю площадку, а на шум соседи наверняка уже вызвали полицию. И лучше бы нам поспешить, пока она не нагрянула.

Мы бегом влетели на третий этаж, Мыш подобрался к двери сбоку, замер на мгновение и с хрустом вставил ключ в скважину, на что из квартиры незамедлительно ответили.

Грохнуло так, что стрелявший наверняка оглох, если, конечно, не воспользовался активными наушниками.

Прямо посередине двери образовалась дыра размером с яблоко. И это явно была работа картечи.

За следующую секунду таких дыр появилось ещё четыре штуки, а чаще всего дробовики имеют как раз место под пять патронов. Я, разумеется, мог и ошибиться, но всё прошло как по маслу.

Я нырнул на уровень первого отверстия, вставил в него ствол пистолета и принялся давить спуск, пока магазин не опустеет. А в этот момент Мыш отомкнул замок. И как только пистолет встал на затворную задержку, он рванул её на себя и влетел в квартиру.

Когда я ворвался следом, спина товарища исчезла в проёме справа, откуда почти сразу раздался шум борьбы. Я же поспешил в следующую комнату, где и застал противника, пытающегося свалить через окно.

В скорости я прибавил знатно, потому успел ухватить его за штаны и втянуть обратно. Он попытался лягнуть меня, однако я вовремя довернул корпус, пропуская ногу мимо себя, а затем перехватил её и окончательно втащил беглеца внутрь.

Моё положение в принципе было намного выгоднее, потому он даже отреагировать толком не успел, а его лицо уже дважды ударилось о подоконник. Не без моей помощи, конечно.

Этого ему хватило, чтобы поплыть и рухнуть на пол, где он заработал ещё несколько пинков в живот и голову. К этому моменту как раз и явился Мыш.

Весь в крови, будто он ванну с ней принимал, только глаза видно и зубы, которые он оскалил, увидев последнего противника на полу. И первое, что он сделал, так это снова полез на поверженного, чтобы и ему глотку порезать. А тесак у Мыша в руке знатный, таким человека почти насквозь пробить можно. Ну, средней комплекции, естественно. Я едва успел его остановить.

— Тихо, тихо, — придержал его в грудь я и ещё раз пробил ногой в лицо лежащего на полу.

Тот, наконец-то, отключился, а Мыш замер и уставился куда-то в одну точку. Я не стал вникать, чем это он там занят, скорее всего, звонит кому-нибудь — другого логичного объяснения у меня не нашлось. И пока напарник был занят, я подхватил бесчувственное тело и собирался взвалить его на себя.

— Эй, ты что делать собрался? — в пылу боя Мыш не заметил, как перешёл на «ты», но оно и правильно, в такие моменты не до высокопарных речей.

— Валим, сейчас к нам наверняка полиция уже спешит, — объяснил я свои действия. — С этим где-нибудь во дворах переговорим.

— Не суетись, никто не приедет, — несказанно удивил меня тот.

— Я бы на твоём месте не был так уверен, — засомневался я. — Шуму мы наделали достаточно, и весь подъезд кровью залит.

— Выйди в подъезд, — ухмыльнулся тот, но я и с места не сдвинулся. — Ну давай, иначе не поверишь.

Я пожал плечами и выбрался на площадку, а Мыш подобрал с пола пистолет и дважды выстрелил в окно. Я видел, как из ствола вылетело пламя, вот только звука не последовало.

— Это что за херня? — удивлённо спросил я.

— Твоя коробочка не только от пуль защищает, но и звуковые волны гасит, — пояснил тот. — Ты их слышишь потому, что сам в зоне действия находишься, а стоит на пару метров отойти, и хрен там плавал.

— Мыш, это ты где таких словечек нахватался?! — не упустил я возможности подколоть товарища. — А с виду приличный человек.

— У меня было достаточно времени, — с усмешкой на лице ответил тот.

— Давай хоть тела в квартиру затянем, — предложил я. — Да и кровь бы замыть не мешало.

— Не суетитесь, — Мыш снова вернулся к отношениям начальник-подчинённый. — Я группу зачистки вызвал. Три минуты до подхода.

— Серьёзно вы здесь устроились! — приподнял одну бровь я. — Всё никак одного в толк не возьму: чего вы сами клан Кетты не вынесли?

— Она знает и нас, и наши методы, — пожал плечами тот. — А Вы потому и в том времени были сильнее, так как мыслите нестандартно.

— Ага, только для этого времени я такой же, как и вы, — покачал я головой. — Ладно, разберёмся. А можно как-то крики с помощью этого заглушить? Пора бы с товарищем пообщаться.

— Да там всё просто: вызовите интерфейс смартфона, там приложение как мишень выглядит, дальше разберётесь.

— Нет, ну вы здесь точно зажрались, — хмыкнул я, когда мне открылась очень удобная и понятная панель управления. — Чувствую себя как Уилл Смит, когда он стал агентом «Люди в чёрном».

Когда я закончил с настройками, и попросил Мыша отойти подальше и проверить, пленник уже пришёл в себя, а к нам в квартиру заглянули люди из группы зачистки. Товарищ показал мне знак ОК', мол, всё в порядке и можно приступать к допросу, а сам принялся раздавать команды вновь прибывшим.

Те довольно проворно облачились в малярные костюмы, один прошёл в ванную и набрал ведро воды, а двое развернули пакет для трупа и вышли с ним в подъезд. Наблюдать за их работой было интересно, но меня волновал пленник, который испуганными глазами смотрел за моими приготовлениями.

— Ну что, у нас с тобой два варианта: ты говоришь сам и умираешь быстро, или молчишь, а я делаю всё, чтобы твоя смерть стала невыносимой, ферштейн?

— Угу, — коротко кивнул тот.

— Где Тихий? — задал я первый вопрос, прямо в лоб.

— То же самое мы хотели спросить у вас, — ошарашил меня тот, внезапным ответом. — Вы же собирались взять Артёмова и Перепёлкина?

— Так, сейчас не понял, — уже в который раз за сегодня я подкинул от удивления бровь. — Вас кто прислал? И откуда у вас эта информация? Мыш, а ну, иди сюда!

Но тот никак не отреагировал на мой окрик — прибор прекрасно выполнял свои функции и глушил все звуки в пределах комнаты. Пришлось воспользоваться ногами и отвлекать его от трудов праведных.

— Ну, я так и не получил ответа, — присел я на корточки рядом с пленным и взял в руки огромный тесак Мыша.

— Мы Хранители, нас прислал Всеволод, — поспешил ответить тот. — Мы не хотели никого убивать.

Я медленно перевёл ничего не понимающий взгляд на Мыша, который смотрел на пленника с крайне задумчивым видом и мял нижнюю губу.

— Объясни, — сухо попросил его я.

— Если простым языком, то это гарант перемирия, — ответил Мыш. — У Всеволода ключ к установке Резонатора.

— Уже нет, — вставил свои пять копеек пленник. — В общем-то, об этом мы и собирались с вами поговорить.

— Вы что, идиоты? — переключил я на него внимание. — Других вариантов не нашли?

— Ну кто же знал, что вы так странно отреагируете, — пожал плечами тот.

— Это уж точно! — голосом, полным сарказма, я добавил: — Обычно, когда меня поджидают пятеро вооружённых людей, я тортик на встречу покупаю. А тут что-то меня понесло, действительно, странно, с чего бы вдруг?!

— Других вариантов не было, — поморщился пленник, поняв, что действительно произнёс глупость. — Нужна была тайная встреча. А когда вы водителя выключили, мы решили, что вы люди Тихого. В последнее время он вырезает всех Хранителей, а вчера ещё и ключ исчез.

— И почему мне кажется, что всё это дерьмо напрямую связано с моим возвращением? — пробормотал я.

— О тебе никто больше не знает, — сморозил не меньшую глупость Мыш.

— Ты сам в это веришь, вообще? — усмехнулся я.

— А кто вы? — уставился на меня пленник. — И почему решили, что вы виновник всех этих проблем?

— Когда-то его звали Безликий, — вместо меня ответил Мыш, а у Хранителя тут же округлились глаза, и отвисла челюсть.

«И как так вышло, что за три сотни лет моё имя стало вызывать подобные эмоции?» — подумал я, но вслух произнёс совсем другое:

— А что ты там насчёт Артёмова и Перепёлкина говорил?

— Они мертвы, — последовал вполне предсказуемый ответ. — Артёмова обнаружили мёртвым пару часов назад в своей квартире на кухне. Медики диагностировали сердечный приступ. А Перепёлкин выбросился из окна своего офиса спустя час. Но им, скорее всего, помогли.

— Вот в этом я вообще не сомневаюсь, — буркнул я в ответ. — Ладно, извинись перед своими, когда они воскреснут.

— Мы не используем сыворотку, — опустил взгляд пленник. — Это часть договора, Хранители должны быть смертны, только в этом случае не будет искушения запустить резонатор.

— Есть хоть какие-то мысли, где может прятаться Тихий или Ярг? — на всякий случай спросил я, хотя не надеялся на положительный ответ.

— Нет, мы подумали, что вы можете это знать.

— Понятно, — вздохнул я и почесал макушку. — Ладно, хоть на том спасибо.

С этими словами с хорошего размаха вонзил клинок в голову пленного. Тот вздрогнул всем телом, вытянулся, открыл рот и уставился на меня удивлённым взглядом, из которого быстро уходила жизнь.

— Зачем? — так же удивлённо, но тем не менее спокойно спросил Мыш.

— Потому что ты в чём-то прав: обо мне ещё мало кто знает, — ответил я. — Пусть пока так и остаётся. Выясни, кто в Питере управляет ворами и нищими, и организуй мне с ним встречу. Будем действовать другими методами. С этого момента с кланом на связь не выходить.

— Слушаюсь, господин, — покорно кивнул Мыш и направился к чистильщикам.

Они уже как раз заканчивали работу и упаковывали моющие средства. Вот только я добавил им хлопот, и Мыш поспешил их обрадовать, пока те не успели полностью собраться.

Глава 8

Движения

Квартиру на эту ночь покидать не стали. Выспаться было уже просто необходимо, да и смысл мотаться по городу в такую погоду. К тому же ребята из «Кринос» всё прекрасно вычистили, даже дверь подлатали.

Но уснуть я не мог ещё долго, несмотря на усталость. События последних дней крутились в голове, не давая покоя.

Память, что пробудилась, создавала полное ощущение того, что всё, произошедшее триста лет назад, случилось буквально на прошлой неделе. Словно и не было этой огромной пропасти, протяжённостью в несколько поколений.

Вон, даже Мыш совсем не изменился, ни внешне, ни по характеру. Будто нас всех подхватила огромная рука и перенесла сквозь время, вот только жаль не всех.

Стоило подумать о Леме, как внутри всё сжалось. Эта девочка удивительным образом заставляла моё сердце биться чаще. И нет у меня ответа на вопрос: как такое возможно?

В этом мире мало что могло заставить меня переживать, сочувствовать и уж тем более испытывать жалость. Но всё, что касалось Лямки, очень ярким каскадом отражалось внутри, и это было странно, необычно. Ещё неделю назад я бы ни за что не поверил в такое, а сейчас не могу прогнать её образ из головы.

Но больше всего не давал покоя другой момент: слишком быстрый и яркий каскад событий, что творится сейчас. Почему он не касался меня всё это время? Неужели ни Ярг, ни Тихий, ни уж тем более Кетта не подозревали о моём существовании? Да я ни за что в это не поверю!

Им явно что-то мешало или кто-то. Лия? Тогда почему она не может сделать это сейчас? Нет, здесь явно замешаны более серьёзные силы.

Зная всю цепочку событий, они могли попытаться прервать мой род, устранить саму вероятность моего появления на свет. Но ничего подобного я не помню.

Да, пусть сам обряд инициации был отложен по определённым причинам, хрен с ним, здесь вполне можно согласиться. Я не был готов, не до конца прошёл путь обучения и практики, ладно, я готов принять это на веру. Но почему бездействовали враги?

Хранители? Они были сдерживающим фактором? Возможно. Но как я понял из рассказа, их организация появилась не столь давно, а что творилось всё предшествующее время?

Зачем Тихому ключ? Они что, снова собираются уничтожить мир? Тогда почему тянут? Ключ у них, резонатор, как я понимаю, тоже в доступе. Хранителей постепенно убирают, да и нет у них больше сдерживающего фактора.

А реакция пленника на моё имя — это как, вообще, понимать? И ведь у него явно отпали все сомнения, как только он его услышал.

Пока напрашивается самый очевидный ответ: они не знали, кто я. В смысле Ярг, Тихий и Кетта, они попросту потеряли мой след. Именно поэтому Лия не участвовала в моей жизни напрямую, чтобы не засветить. Это многое объясняет, но не всё.

Что-то случилось, что-то толкнуло поезд, и он потянул за собой всю эту кучу вагонов, то есть событий. Может быть, когда я доберусь до этого ключевого момента, тогда и смогу понять.

Утро наступило как-то неожиданно. Вот я лежал на кровати, глядя в темноту перед собой, и вдруг меня разбудил чей-то шорох в прихожей.

Чутьё не реагировало на шум, а значит, это шуршит Мыш. Пха-х, забавно получилось.

Я поднялся с кровати и, не обращая на его копошения никакого внимания, взялся за разминку. Махи руками, наклоны корпуса — всё как обычно. Далее, как только мышцы разогрелись, плавно перешёл на силовые. Две сотни отжиманий, пресс, приседания и на десерт растяжка.

В завершение отработка приёмов, вначале плавно, затем на ускорение и как итог, всё это перетекло в «бой с тенью». И вот здесь произошло нечто странное.

Как только я представил себе противника, перед взором прошла лёгкая рябь, и он действительно появился. Естественно, я сразу переключился на боевой транс и мгновенно замер, чтобы определить наличие опасности. Вот только силуэт человека исчез.

Я даже в зеркало на себя посмотрел на наличие на лице признаков безумия. Таковых не обнаружил, почесал переносицу, пожал плечами и снова перешёл к финалу утренней программы.

И как только представил себе движение противника, траекторию его ударов, вновь появился полупрозрачный силуэт человека. Вот только на этот раз боковым зрением я заметил, как мигнул экран смартфона, и до меня наконец дошло. Это оказалась какая-то программа для тренировки, которая запустилась по моему мысленному требованию.

Я вновь остановился и убедился в своей гипотезе, взяв в руки телефон. Там, действительно, нашлось нужное приложение, которое работало в фоновом режиме. Всё же технологии — это удивительно и невероятно удобно.

Следующие минут двадцать я играл с новым для себя открытием, ну и параллельно получал пользу. А реальный силуэт человека перед глазами, выводил бой с тенью на совершенно другой уровень.

Да, я не чувствовал попаданий по телу, как по своему, так и по телу противника, однако уже мог гораздо лучше координировать собственные атаки и защиту. Мне определённо понравилось, как говорится, лайк, подписка и моё почтение автору данного изобретения.

Завершив все упражнения дыхательной гимнастикой «тайцзи», я направился в ванную. Принял душ, насухо вытер себя полотенцем и только после этого прошлёпал на кухню, чтобы позавтракать.

Заботливый Мыш уже нарезал бутербродов и закинул чайный пакетик в кружку. Мне оставалось лишь включить плиту и вскипятить воду. Как только включил нагрев, в соседней комнате завибрировал смартфон. А новые технологии вновь вызвали у меня улыбку, потому как идти к нему было не обязательно, я уже знал, кто пытается достучаться до меня на другом конце.

— Здравствуй, Лия, — я принял вызов и отправил ей мысленное приветствие. — Я уж было решил, что ты обо мне забыла.

— Разве такое вообще возможно, Безликий? — вернулся мысленный ответ с образом улыбки. — Слышала, ты снова сеешь хаос и разрушения.

— Это всё ложь и поклёп. Как ты?

— Нормально, погрязла в делах и заботах по самое не могу. Впрочем, как и всегда.

— Ты вернулась? Или всё продолжаешь гонять белых медведей с пингвинами?

— Нет, я в офисе, разгребаю отчёты и скучаю по былым временам, когда всё было гораздо проще и понятнее. Что там у вас произошло?

— Схлестнулись с некими Хранителями, о которых, как обычно, никто не предупредил. Но ты не переживай, они все мертвы.

— Тебя даже на день одного нельзя оставить, Безликий. Ты хоть представляешь, какие это теперь принесёт проблемы?!

— Их тебе и без того хватит, — ухмыльнулся я и налил кипятка в кружку. — Один из них сказал, что пропал ключ, и они подозревают Тихого. Так что у него теперь не только мы на хвосте.

— Ты уверен? — её мыслеформу можно было смело назвать «очень напряжена». — Он именно так и сказал, что пропал ключ?

— Более чем. Ты не хочешь мне всё объяснить?

— Извини, Влад, не сейчас!

Что-то щёлкнуло, и вскоре я понял — это прервался звонок. Пара моих мысленных запросов осталась без ответа, я даже в спальню сходил и убедился в том, что разговор с Лией окончен.

— А вот это ещё более странно, — пробормотал я и уселся за завтрак.

Вообще, вчера я собирался оборвать связь с кланом, но сейчас уже начал в этом сомневаться. Ну, во-первых, мне действительно нравились новые возможности, которые предоставлял смартфон, подключённый напрямую к мозгу, а во-вторых, Лия всё же за меня, а её помощь неоценима.

Но чем дольше я прокручивал всё произошедшее, тем сильнее убеждался в том, что в нашем клане сидит стукач. Заявлять об этом напрямую пока не стоит, можно попытаться вычислить его самому. Да и не факт, что им окажется живой человек. В нашем мире, с нашим уровнем технологий информацию легко может передавать программа.

Да и не всегда хорошо показывать свои знания о том, что ты заметил утечку. Всегда можно воспользоваться ситуацией и обернуть её в свою пользу, например: пустить дезинформацию.

Я как раз заканчивал ополаскивать посуду, когда хлопнула входная дверь. Чутьё продолжало молчать, потому я спокойно закончил с кружкой, поставил её в сушилку и после этого выглянул в прихожую.

— Ну что? — спросил я.

— Порядок, — кивнул тот. — Встреча через полтора часа. Смотрящего зовут Тощий, и он согласился тебя принять.

— Замечательно. Лия звонила.

— Даже так? — Мыш остановился и внимательно посмотрел на меня. — И что сказала?

— Да так, поговорили ни о чём, — пожал я плечами. — Но когда я сказал, что у Хранителей пропал ключ, она тут же отключилась. И как мне показалось, была очень сильно взволнована этой новостью.

— Вполне предсказуемо. Всё же от этого зависит судьба всего мира.

— Как всегда, ни много ни мало, — ухмыльнулся я. — Что-то ещё?

— Да, — вздохнул Мыш. — Мне пришлось связаться с нашим офисом, нужно было доложить о случае с Хранителями. Не так просто обрезать все концы.

— Придётся, Мыш, — покачал я головой. — С этого момента больше никаких контактов. Наша деятельность переходит в разряд подпольщиков.

— Принял, — кивнул тот и выудил из кармана смартфон.

Затем мы не без сожаления, конечно, закинули их в микроволновку и как следует пропекли. Такого отношения к себе техника, естественно, не выдержала. Да, очень удобно использовать блага современных технологий, но достижение цели на данном этапе — гораздо важнее. А для этого необходимо спрятаться в тени.

Завершив экзекуцию над техникой, мы покинули квартиру и отправились на встречу с местным авторитетом. Можно было, конечно, воспользоваться машиной, вызвать такси, но во-первых, спешить было некуда, а во-вторых, я хотел проверить наличие хвоста.

И уже в который раз оказался прав — за нами следили. Не очень умело, но и не сказать, что в открытую. Просто «топтун» был один. Меняйся они в течение пути, мы бы, возможно, и не заметили. Но когда одно и то же лицо мелькнуло в отражении витрин в третий раз, всё стало очевидно.

Спрашивать о его принадлежности к какой-либо организации смысла нет. По крайней мере, нам пока было на это плевать, а вот снять его со следа — необходимо.

Действовали до банального просто. Свернули в проулок, затем ускорились и свернули ещё раз, а там уже я затаился, а Мыш двинулся дальше.

Топтун отреагировал стандартно и предсказуемо, тоже ускорился, а заметив впереди только одну знакомую фигуру, немного опешил. Он только начинал озираться, когда на его затылок обрушился удар локтя.

Затем я быстро догнал напарника, и мы вместе дворами и переулками вновь выбрались на центральную улицу. Миновали несколько кварталов, где остановились напротив кафе под названием «Стрелец». Именно здесь должна была произойти наша встреча с Тощим.

Я оставил Мыша наблюдать за входом, а сам прошёлся вокруг и изучил все возможные пути отступления. Заодно проверил наиболее подходящие места для засады и только после этого отправился в кафе.

Мыш отлепился от стены здания напротив и проследовал за мной. До встречи оставалось примерно минут двадцать, и мы спокойно скоротали его за чашечкой приличного кофе.

Когда явился нужный нам человек, мы узнали его сразу. Да он, собственно, и не скрывался: подъехал прямо к дверям на здоровенном «сарае» марки «Кадилак». Прежде чем войти внутрь, вначале запустил охрану, надо сказать совершенно неопытную и, скорее всего, состоящую из бывших заключённых. Ну а вскоре появился и сам.

Кличка прекрасно ему подходила, хотя внешний вид никак не говорил о том, что он является каким-то авторитетом. Сухонький старичок в обыкновенных джинсах, клетчатой рубашке и кипельно-белой хлопковой кепке.

Он вошёл в кафе и занял столик в противоположном от нас углу, на котором стояла табличка «Забронировано».

Я не стал заставлять его ждать, оставил Мыша наблюдать за ситуацией, а сам поднялся из-за стола и направился к Тощему.

Стоило подойти к нему практически вплотную, как меня остановил один из его людей, придержав ладонью в грудь. Затем быстро, но вполне умело обыскал, после чего вежливо отошёл в сторону.

— Добрый день, — я опустился напротив авторитета.

— Что вы хотели? — даже не удосужился ответить на приветствие он и сразу перешёл к делу.

— Мне нужно кое-кого отыскать и проследить их передвижения, а также взаимосвязи.

— Обратитесь в полицию или к частному детективу, — развёл руками тот.

— Я не хочу привлекать ни полицию, ни детективов, они вряд ли смогут выполнить работу правильно, так, как мне нужно.

— И что же вы такого удивительного хотите? И почему решили, что мои люди соответствуют вашим требованиям?

— Ваши люди? — подкинул я бровь. — Простите за мою дерзость, но ваши люди даже близко не подойдут под нужные требования. Мне нужен контроль над уличными ворами и нищими.

Тощий замолчал и принялся барабанить пальцами по столу.

— Нет, — сухо ответил он, спустя несколько секунд.

— Я удвою их суточную выручку, — я сделал попытку торговаться.

— Кого вы хотите отыскать? — всё ещё не дав окончательного ответа, но уже с бо́льшим интересом спросил Тощий.

— Это вас волновать не должно, — покачал я головой.

— Молодой человек, кто вас учил вести переговоры? — усмехнулся тот. — Вы хоть понимаете, с кем сейчас говорите? Я тот, кто правит этим городом ночью, и вы хотите сыграть со мной втёмную? Категорически нет!

И в этот момент у стола появился Мыш. Его точно так же, как и меня минуту назад обыскали и пропустили к столу. Он, не меняя флегматичного выражения лица, встал у торца и слегка прихлопнул ладонью по столу. А после того, как он убрал ладонь, там осталась лежать золотая монета.

И я узнал её. Та самая, которыми я получал плату, когда работал на клан. Именно эти деньги были в ходу тогда, когда я дрался на арене, когда создавал армию.

Тощему хватило бросить на неё всего один взгляд, чтобы моментально измениться в лице. Вот только что передо мной сидел воровской авторитет: сухой, жёсткий, бескомпромиссный, а сейчас он уже вежливо улыбается.

— Ну что же вы сразу не сказали, — продолжил он голосом, словно мы закадычные друзья. — Сколько человек вам нужно?

— Все, — не меняясь в лице, ответил я, хотя вопросы к Мышу и всей ситуации у меня резко возросли, ну а про удивление и вовсе говорить не стоит. Его едва удавалось скрыть.

— Ну, все — это слишком… Я тоже не могу бросить свои дела, — принялся торговаться Тощий. — Вы и меня поймите, уважаемые. Давайте попробуем найти компромисс, что, если вы задействуете треть, этого может быть вполне достаточно.

— Мне нужны все, — специально упёрся я. — И плюс ваши бегунки, точнее, закладочники.

Тощий вновь задумался и забарабанил пальцами по столу. При этом его взгляд постоянно падал на монету, а я всё ещё ничего не понимал.

— Если это не оригинал, — он бросил взгляд на Мыша, — у вас будут очень большие проблемы. Жду вас через час вот по этому адресу, — он придвинул ко мне картонный прямоугольник визитки. — Получите список точек, я предупрежу людей на местах. На сколько вы хотите забрать моих нищих?

— Всё будет зависеть от успеха, — пожал я плечами. — Но полагаю, что дней за десять, плюс-минус, они справятся. При этом не переживайте, работать они продолжат, возможно, потеряют в выручке из-за смены мест…

— Это неважно, — отмахнулся тот и смахнул монету со стола, после чего попрощался и покинул кафе.

— Что это значит? — я тут же переключился на Мыша.

— Ещё одна жизнь для старика, — усмехнулся он. — Именно так мы получаем нужных людей на высоких постах. Золотой является пропуском в нижние лаборатории «Криноса».

— А ларчик просто открывался, — усмехнулся я.

До конца недели мы с Мышем разъезжали по немалому списку адресов, где по нескольку часов инструктировали нищих, закладочников и карманных воришек. Некоторые схватывали информацию на лету, но большинство имело очень ограниченный разум и таким приходилось всё разжёвывать. Однако в итоге задачу поняли все, а нам оставалось только ждать.

Но чтобы скоротать время, мы сами переоделись в нищих и продолжили разъезжать по точкам. Вот только теперь не для инструкций, а дабы самим принять участие в работе.

Действовали не просто так, у нас на руках была предварительная информация по цели, которую я заполучил ещё в Антарктиде, плюс данные от Лирия. Вот исходя из них, мы и составили новые точки для нищих, маршруты для воров и закладочников.

Эти люди умеют быть незаметными, зато видят и слышат больше остальных. Такая уж у них профессия.

С бомжами дела обстояли немногим хуже, но всё равно они ежедневно прогоняли через себя огромные потоки людей. А когда ты знаешь, на кого следует обратить внимание, то и смотришь на окружающих совсем иначе. Плюс я пообещал за хорошую работу довольно солидную премию.

Первый результат был получен уже через трое суток. Нет, на Тихого мы не вышли, но смогли взять под контроль несколько человек, с которыми он гипотетически мог видеться. По крайней мере, исходя из досье, раньше вёл дела. С каждым днём их количество росло, пока не случилось кое-что крайне любопытное.

Некая цепочка людей, очень часто замыкалась на одной, так скажем, особе.

Яркая, красивая девушка, про таких говорят: «Хоть сейчас на обложку журнала». Не заметить её сложно, так как пройди она мимо, голова независимо от мозга отреагирует и обернётся. Её наверняка даже женская половина взглядом провожает, но в отличие от мужской — с ненавистью.

В первое время у нас появилась версия, что она попросту работница элитного эскорта, но последующее наблюдение быстро опровергло эту теорию.

В отличие от полиции и детективов, нам не требовались дополнительные и неопровержимые доказательства. Достаточно самого факта связи группы людей, с которыми знаком Тихий, и этой красотки. Ну а стоило лишь заострить на этом факте внимание, как поползли новые данные, и они просто не могли не радовать.

У девушки был сын, возрастом примерно лет десять, и стоило нам с Мышем бросить на него беглый взгляд, все сомнения тут же отпали. Это была копия Тихого, даже высматривать эти черты было не нужно. Повадки, манера речи, походка, лицо — всё выдавало в нём нашего клиента.

И судя по всему, мой старый «друг» относился к семье с трепетом. Ну ведь не просто так его подругу периодически навещали люди, так или иначе связанные с ним. Да, всё было обставлено по уму и не раскинь я эту паутину, ни в жизни бы не вычислил пересечение интересов в данной точке.

Тихий выстроил целые цепочки, по которым информация стекалась от лиц к лицам и только небольшой круг избранных, передавал её на конечный пункт. А порой для этих целей использовали и ребятишек из двора, сунув им в руку записку и денежку.

Ну а нам хватило трёх совпадений за десять дней, чтобы проанализировать информацию и сделать выводы. На самом деле таких персон у нас было гораздо больше, но мы прорабатывали всех и с каждым разом сужали круг, рассматривая каждого в отдельности. Но когда мы с Мышем прибыли к школе, чтобы посмотреть на избранницу Тихого, а заодно проверить версию с отпрыском, то от радости едва в танец не пустились.

Если бы кто-то обратил внимание на двух бомжей, которые обедали на скамейке в сквере, то вряд ли поверил в их принадлежность к нищим. Но всё дело как раз в том и заключалось, что люди старались отвернуться, обойти грязь стороной.

А мы в это время с удовольствием поглощали бутерброды с ветчиной, запивая их горячим чаем. И всё бы ничего, если не учитывать стоимость продуктов, которые себе не каждый из прохожих мог позволить.

А буквально в паре десятков метров от нас сын Тихого со своей мамой развлекали себя катанием на роликах. И они точно так же не обращали на нас, ровным счётом, никакого внимания.

— Не думаю, что он явится сам, — озвучил мои мысли Мыш, — Иначе он бы уже давно засветился.

— Полностью с тобой согласен.

— Тогда больше не вижу смысла ждать. Сейчас самый подходящий момент взять их и козыри будут у нас в рукаве.

— И этот вариант я тоже рассматриваю.

— И что вам мешает отдать приказ?

— Непонимание, — пожал я плечами. — Почему он не спрятал их, не вывез из страны? Что мешало ему забрать их с собой?

— Не знаю, Господин, — задумался Мыш. — Может быть, она этого не захотела? Опять же школа.

— Сейчас лето, Мыш, у всех каникулы. Школа частная и ценник там такой, что в ней вообще можно не учиться, а аттестат тебе принесут на золотом подносе прямо к двери.

— Ну, может, там факультативы какие.

— И они тем более необязательны к посещению.

— Непохоже, чтобы ему было на них плевать, — уловил мои мысли Мыш. — Иначе смысл затевать все эти сложные схемы.

— А что, если он использует их, как приманку, — выдал я уже совсем нелепую гипотезу.

— Я бы в это поверил, касайся вопрос Ярга. На Тихого такое поведение не очень похоже.

— Ага, именно поэтому я получил нож в спину, — усмехнулся я. — Я всё же допускаю подобный ход с его стороны, просто не могу понять мотивы, — я замолчал и задумался на некоторое время. — Ладно, действуй.

Мыш молча кивнул, закинул в рот остатки бутерброда, подхватил бумажный стаканчик чая и поднялся со скамейки. Уже через пару минут его спина исчезла за воротами сквера. Сейчас он даст команду, скоординирует людей и в парке начнётся суета.

Я же остался вести наблюдение, а заодно в случае чего подстраховать операцию по захвату. Как вдруг прямо под ногами раздался звонок.

В первые мгновения я даже не понял, что произошло. Затем опустил взгляд на звук и рассмотрел, в траве под скамьёй небольшой сотовый телефон. Нагнуться за ним не составило большого труда, и уже через секунду я смотрел на экран с надписью «Номер скрыт».

— Говори, — бросил я в трубку, предварительно вдавив зелёную кнопку.

— Не трогай его, Безликий, — прозвучал до боли знакомый голос Тихого.

— И почему я вдруг тебя послушаю? — спокойно спросил я.

— Он всего лишь ребёнок, он ни в чём не виноват, — попытался сыграть на совести тот. — Я не трогал твоего сына, это низко даже для тебя, Влад.

— Где ключ, Тихий? — перевёл я беседу в другое русло.

— Я его не брал, — ответил он и отчего-то я ему сразу поверил. — Кто-то играет против нас, против всех нас. Не трогай сына, Безликий.

— Иначе что? — сухим тоном спросил я. — Убьёшь меня? Снова ударишь в спину? Тихий, будь наконец мужиком, вылези из своей норы, и мы один на один решим все наши вопросы. И я тебе гарантирую, что твою семью оставят в покое.

— Ты кино, что ли, насмотрелся? — с усмешкой в голосе отозвался он, спустя некоторое время.

— А ты так и собираешься вести себя как ссыкло? — в тон ему ухмыльнулся я, провожая глазами людей, которые постепенно брали в кольцо семью Тихого. — Ты же знаешь, что я всё равно найду тебя — это лишь вопрос времени.

— И зря потратишь время, я тебе не враг, Безликий, по крайней мере, пока. Я же сказал тебе, кто-то играет против нас и этот кто-то имеет очень серьёзные намерения и ресурсы. Не трогай их и я дам тебе всю информацию, что уже успел собрать.

— Нет, Тихий, теперь я буду ставить тебе условия, и от степени их исполнения будет зависеть, пострадают они или нет.

В этот момент один из людей вплотную подобрался к матери с сыном, которые остановились покормить белку. Он уже потянул руки к мальцу, когда его голова брызнула кровью. За воротами сквера раздался визг тормозов и вскоре его начали заполнять вооружённые люди.

Действовали чётко, слажено, как единый механизм. Треск коротких очередей выбивал кровавые брызги из тех, кто участвовал в захвате семьи. Не прошло и минуты, как всё было кончено, а в мою голову направлено несколько стволов.

— Я пытался с тобой договориться, — произнесла трубка. — Ты сам так решил…

Отвечать я не стал, отнял телефон от уха, отключил звонок и приподнял руки над головой. Все движения были плавными, но несмотря на это, организм уже переключился в боевой транс. Я осмотрел окруживших меня людей, оценил ситуацию и, прикинув план действия, ужом соскользнул по скамейке вниз.

Глава 9

Пропажа

Надеяться отобрать автомат у профессионала — бессмысленно. А то, как эти парни держали оружие, выдавало в них серьёзный уровень подготовки.

Есть множество приёмов, которые позволяют сделать подобное, но никто никогда не говорит о том, что оружие находится на ремне. И именно этот фактор не даст вам завладеть инициативой. А скорее всего, позволит побыстрее заработать пулю.

Вторая неудобная ситуация — щиты. Мне хватило первых двух выстрелов по ногам противника, чтобы убедиться в их наличии. Технологии — это замечательно, но только когда они есть у тебя и отсутствуют у врага.

Зато в скорости ни один из присутствующих не мог со мной тягаться, даже близко. Потому после неудачи с огнестрелом, ствол полетел в лицо впереди стоящего, а он быстрее остальных сообразил, куда делся подопечный и уже повёл стволом вниз.

Этот манёвр дал мне несколько мгновений, и пока боец отвлёкся, чтобы увернуться от летящего в голову куска железа, я успел оказаться у него за спиной. Нож вошёл у него над ключицей, пробил сердце, и в этот момент грохнула первая очередь.

Щит покойного вспыхнул зелёным и прямо на глазах стал менять цвет, вначале пожелтел, а затем плавно перешёл в оранжевый и красный.

Я оттолкнул труп от себя и добавил пинка в спину, чтобы ему хватило инерции долететь до напарника, а сам резко рванул в сторону, потому как со спины уже звучали первые выстрелы. Щит пока ещё мигал зелёным ареалом, но спектр сдвинулся ближе к жёлтому.

Шаг влево, вправо и снов влево, при этом я то пригибался, то распрямлялся в полный рост. В такой маятник не очень-то просто попасть, а мне хватило четырёх шагов, которые я преодолел за мгновение, чтобы распахать горло второму бойцу.

Следующий рывок заставил затрещать мышцы ног, ветер ударил в уши, но я успел. Боец уже разобрался с трупом товарища и откинул его в сторону, поднял ствол автомата и направил его мне прямо в грудь, когда нож пробил его висок.

Теперь пришлось рухнуть на землю вместе с ним, потому как очереди ударили с четырёх стволов. Щит покойного прекрасно отработал примерно половину секунды, а следом уже тело приняло на себя остальные пули.

Надеяться на то, что они не пробьют покойного — глупо, такое может произойти только в кино или при наличии бронежилета. А по факту, силы автоматного патрона достаточно, чтобы с десяти-пятнадцати метров, прошить кусок мяса насквозь. Да, свою энергию пуля утратит и довольно хорошо, но всё же приятного во вторичном прилёте мало.

Благо моему щиту уже требовалось гораздо меньше энергии, чтобы остановить смерть. И это позволило продержаться мне до опустевших магазинов.

Панику я успел поднять что надо. И когда оставшиеся бойцы поняли, что-то пошло не так, то ударили по мне сразу из всех стволов. Отчего и патроны закончились практически одновременно.

Я рванул в атаку, задействовав все резервы организма. Изображение на периферии зрения расплылось в единую мутную пелену, но я успел.

Первый воин умер, не успев даже достать магазин из разгрузки, мой нож пробил ему горло. Однако сила удара была такой, что клинок прошёл не только мягкие ткани, но и кости позвоночника, где благополучно застрял. Пришлось воспользоваться его оружием, которое находилось в прекрасном доступе в ножнах на груди.

Ещё рывок и клинок пробил висок следующего противника, оставшиеся двое примкнули магазины. Я успею убрать только одного из них, чем без лишних раздумий и занялся.

Достать его получилось в самый последний момент, когда он уже вдавил спуск. Я отбил ствол автомата в сторону и что было силы вогнал нож в его шею, где он точно так же моментально застрял между позвонками.

А вот последний оставшийся воин почему-то не стрелял. Я понял причину, только когда обернулся. Его трясло так, что он никак не мог примкнуть магазин. Ещё бы! Я только что, можно сказать, голыми руками отправил на тот свет шестерых его товарищей, вооружённых по самое не могу, и управился всего секунды за три.

— Да ну на хуй! — нервы бойца окончательно сдали, и он просто швырнул в меня магазином, который так и не смог вставить в приёмник.

Я лишь слегка отклонил голову, и железный короб пролетел мимо, а боец уже демонстрировал мне свою спину.

Вот только на этом дело не кончилось. Стоило только остановиться, как мой щит мигнул красным, а в следующее мгновение рёбра на боку обожгла тупая боль. И пока я падал на вмиг ослабевших ногах, эта боль повторилась ещё дважды, в животе и плече.

Отличная работа снайпера. И что-то мне подсказывает, винтовка находится в руках Тихого.

Всё это время, пока длилась схватка, мать прижимала к себе сына, закрывая его собственным телом. Сейчас я смотрел на то, как она прикрывала ему глаза ладонью и пыталась провести мимо покойников. А где-то вдалеке уже завывали сирены полиции и, скорее всего, скорой помощи.

Свет перед глазами расплылся, будто я смотрел на мир сквозь слёзы, а затем из фокуса ушло боковое зрение. А когда кто-то принялся тормошить моё тело, я уже видел только тьму.

В себя я пришёл под шум кулеров и писк реанимационной аппаратуры. Понять, что я оказался в больнице — несложно, этот специфический запах медикаментов и дезинфектантов не спутать ни с каким другим.

Я открыл глаза и уставился в потолок, на котором облупилась краска. Паук, что ли, там какой сидит?

В этот момент распахнулась дверь, на которую я тут же переключил внимание. В палату на костылях вошёл какой-то парень и первым делом направился к раковине, где чуть ли не залпом влил в себя две кружки воды. На меня он не обратил никакого внимания и как только закончил с процедурой, сразу покинул помещение.

— Что ты вечно шныряешь там?! — прозвучал строгий женский голос.

— Да пить хочу, а у нас в палате кран не работает, — прогундосил тот. — У вас там, кстати, пациент очнулся.

— Как? Какой? — казалось, удивлению медсестры не будет предела.

Шаркающие шаги приблизились к двери, а вскоре я смог лицезреть обладательницу голоса. В палату она смогла бы войти разве что боком — настолько объёмными формами обладала.

— Точно живой, — с сомнением в голосе прокомментировала она мой взгляд и снова исчезла за дверью.

Минут двадцать ничего не происходило, только мерный писк аппаратуры, гул голосов в коридоре, да паук на потолке немного сместился влево.

— Вы уверены, Маргарита Семёновна? — прозвучал у самой двери мужской голос.

— Да точно вам говорю, Андрей Степанович, я вошла, а он на меня смотрит.

Дверь распахнулась, и на пороге появился мужчина в белом халате, лет сорока на вид, а из-за его спины испуганно выглядывала медсестра. Пару секунд мы играли с ним в гляделки, после чего он уверенно направился к моей кровати.

— Как вы себя чувствуете? — задал он первый вопрос.

— Не знаю, — ответил я.

А я на самом деле ничего не понимал и вряд ли бы смог описать своё самочувствие. Боли нет от слова «совсем», вроде как даже выспался. Бинты немного дискомфорт доставляют, а в целом — хоть сейчас выписывай. Но ведь после такого доктора точно удар хватит.

Разумеется, я прекрасно понимал, что это работа сыворотки — если уж она покойников поднимает, то с ранениями, думаю, справляется вообще на раз. Но как это объяснить доктору, который получил в палату интенсивной терапии живой труп. Я даже не сомневался, что они на вечер мне полку в морге приготовили. С такими ранениями просто не живут. А я — вот он, смотрю на него бодрым взглядом и даже спокойно себе разговариваю.

Врач посветил мне в глаза фонариком, проверил первичные рефлексы и тяжело вздохнул.

— Что за день такой сегодня? — пробормотал он. — Сплошные чудеса.

— А что случилось, простите? — загорелся любопытством я.

— Да кто бы мне самому объяснил, — уставился на меня тот. — Сначала повальное бегство покойников из морга, а теперь вот вы. С памятью как у вас?

— Да вроде не жаловался, — ответил я.

— Имя своё сможете назвать?

— Николай, — произнёс я первое, что пришло в голову.

— Хорошо, Николай, раз вы пришли в себя, к вам сейчас следователь заглянет. Я, конечно, ему сказал, что вы не в состоянии давать показаний, но он настаивает. Если что, зовите.

— Угу, — буркнул я.

Вот совсем нет никакого желания светить своё лицо представителю власти. Но свалить по-тихому уже вряд ли получится. Ладно, попробую что-нибудь сочинить.

Не прошло и минуты, как в палату вошёл человек в гражданской одежде. Он мазнул корочками перед глазами и тут же набросился с кучей вопросов.

— Николай, я правильно понимаю? — начал он и, даже не дав мне возможности ответить, перешёл на тяжёлую артиллерию: — Капитан Левашов. При вас не было обнаружено ни документов, в общем, совсем ничего. Когда вас привезли, вы выглядели как бездомный. Что с вами случилось, что вообще за перестрелка там произошла? Я о таком с девяностых годов не слышал.

— Не могу знать, я просто обедал на скамейке, как набежали какие-то люди и открыли стрельбу. А потом мне стало больно и больше я ничего не помню. Извините.

— Понятно, — пробормотал он, хотя судя по его лицу, он вообще ничего не понимал. — Чертовщина какая-то. Никто ничего не видел и не слышал, а у меня на участке два десятка трупов, половина из которых куда-то пропали, а единственный свидетель — бомж.

Следователь замолчал и уставился в окно, словно желал подсмотреть в нём какие-то ответы. Пауза затянулась, но я не лез, помня о том, что каждое сказанное слово может в один миг обратиться против меня.

— Значит, вы не хотите мне помочь? — наконец вздохнул он, как мне показалось, устало. — Они ведь стреляли в вас, едва не убили…

— Да я бы и рад, только не знаю чем, — виновато улыбнулся я. — Я просто кушал, когда не пойми откуда взялись все эти люди и начали стрелять.

— Может быть, вы заметили что-то ещё? — продолжал докапываться следователь. — Кто-то спорил, что-то должно было произойти, чтобы началось такое!

— Извините, — снова произнёс я, — но я правда ничего не понимаю.

Следователь уставился на меня немигающим взглядом, а я всячески изображал многострадальный вид и саму невинность.

— М-да, плакал мой отпуск, — тяжело вздохнул он, раскрыл папку, уселся на стул возле тумбочки и принялся быстро что-то писать.

Периодически задавал наводящие вопросы, как например: «В котором часу вы вошли в сквер?», «Где приобрели еду?», «Сколько человек находилось в парке во время нападения?» И всё в таком духе.

— Вот здесь, внизу: «С моих слов записано верно и мною прочитано», — произнёс он и протянул мне ручку. — Дата и подпись.

Полицейский покинул палату, а я так и остался лежать, подключённый к приборам. По всем ощущениям я мог сейчас свободно подняться и свалить, но что-то не давало мне этого сделать.

Вскоре распахнулась дверь, и на пороге возник Мыш. Он уже успел переодеться в синий комбинезон рабочего. Даже какие-то отвёртки выглядывали из нагрудного кармана.

— Долго же ты, — усмехнулся я.

— Больница просто кишит полицейскими, — пожал он плечами и ухмыльнулся: — Семь трупов пропали, как-никак.

— Люди Тихого, я так понимаю? — с задумчивым видом спросил я, хотя ответа, впрочем, и не требовалось. — Ты оказался прав, он использовал семью, как приманку. Вот только поймать он собирался вовсе не нас.

— С чего вы так решили?

— С того, что ключ взял не он. И да, я с ним говорил и поверил. Мы спутали его карты, и теперь вряд ли получится снова сесть ему хвост. По крайней мере, не тем же способом.

— Вы так и будете здесь лежать? — сменил тему Мыш.

— А что, здесь вполне комфортно, к тому же скоро обед принесут, — улыбнулся я. — Да ладно, шучу, помоги снять всю эту хрень.

Не прошло и минуты, как мы вместе покинули палату, и, озираясь по сторонам, направились к выходу.

Правда, предварительно Мышу пришлось отвлечь медсестру, что дежурила на посту. Для этого подошла самая простая, но очень действенная ложь: он сказал ей, что её вызывает заведующая отделением.

Из больницы выбрались вполне свободно. По большому счёту всем вокруг плевать на разгуливающего в пижаме пациента. Не я один бродил по коридорам в таком виде, да и выходить на улицу в больничной одежде никто не запрещал.

Пару раз пришлось спрятаться от полицейских, но то тоже было необязательно, скорее так, страховки ради. Те со скучающим видом опрашивали работников на предмет: кто, что видел. Но чаще всего в ответ на вопросы медицинский персонал попросту мотал головой.

Оно и понятно, клановые умеют жить в тени, за все те века своего существования, опыт накопился колоссальный. Скорее всего, к вечеру вообще следствие по данной теме утихнет, а в итоге и вовсе затеряется.

Слухи, конечно, останутся, а к ним специально докинут ещё, затем подключат блогеров с нелепыми мистическими историями и уже через месяц, никто не отыщет правды. А вся история превратится в очередную сказку, в которую с трудом будут верить даже самые прожжённые конспирологи.

По этому принципу вся политика устроена. И не нужно далеко ходить, чтобы понять, откуда ветер дует. Зачем изобретать велосипед, если ещё столетия назад кланами были обкатаны все рабочие схемы.

— Вы уверены, что не хотите задействовать ресурсы клана? — уточнил Мыш, когда мы выбрались из больницы и удалились на достаточно хорошее расстояние.

— Уверен, — сухо ответил я и поспешил объяснить свою позицию. — У вас стукач. Нас приняли в Питере сразу, как только мы слезли с поезда. Да, мы смогли оторваться, но они точно знали адрес квартиры, в которой мы должны остановиться.

— Так то Хранители, — пожал плечами Мыш.

— Да какая разница?! — сразу разозлился я. — Факт, нас сливают.

— Я понял, — кивнул тот. — Так что дальше?

— Мне нужно встретиться с Лией. Хочу понять настоящие мотивы моего восстановления. И что-то мне подсказывает, виновники тому те, кто играет против кланов.

— Ну, это я тебе и без неё подтвердить могу. Хотя до вчерашнего дня мы думали, что это Кетта со своими прихвостнями.

— Уверен, что до недавнего времени вы даже прекрасно знали, где находится каждый из них.

— Так и было, — согласился Мыш. — А когда стали погибать люди Хранителей, они резко скрылись.

— И вы логично решили, что это их рук дело, — закончил я фразу за него. — Вот только по факту всё оказалось чуточку сложнее. Сколько сейчас кланов действует на территории России?

— Девять, по количеству федеральных округов.

— Получается, у Тихого Северо-западный, — сразу прикинул ситуацию я. — Лия забрала самый жирный: Центральный, а что по Яргу и Кетте?

— Ярг урвал Сибирский, а Кетта, она, скорее, рулит и тем и другим.

— Ты говорил он в штатах? — удивился я.

— Так и было до недавнего времени. Он перебрался в Россию в конце семидесятых и сразу стал мутить воду. Итог его игры ты видел: перестройка, девяностые и развал СССР.

— Иди ты?! — моё удивление не было поддельным. — И как же вы допустили такие масштабы?

— Да там понимаете, всё шло в рамках наших интересов, пока в один ответственный момент не скатилось в хаос.

— Что же вы его до сих пор не грохнули? — задал я вполне резонный вопрос.

— Лия запретила, — вздохнул Мыш. — Она ждала вас.

— Я бы не обиделся, — усмехнулся я и остановился у лаза в подземный коллектор. — Ладно, забираем вещи и двигаем обратно в столицу. Организуй мне встречу с Лией, но так, чтобы ни один человек из клана этого не знал.

Мы по очереди спустились вниз, забрали свои сумки и, пройдя по нужным тоннелям, выбрались сразу на станции метро. Ну а дальше сели в электричку, в направлении железнодорожного вокзала, где приобрели билет на «Сапсан».

Здесь я уже воспользовался одним из своих запасных имён, что хранились в тревожном рюкзаке.

По внешнему виду мы мало чем отличались от окружающих — типичные граждане в самых обыкновенных джинсах и куртках. Однако чем дольше мы оставались на месте, тем менее уютно я себя чувствовал. Снова появилось это тянущее ощущение: тревожность, нервозность, если угодно. Но сколько я ни всматривался в лица людей, определить, от кого именно исходит угроза или повышенное внимание, так и не смог.

— Что-то не так? — поинтересовался Мыш, видимо, почувствовав моё настроение.

— Да, ощущение, будто кто-то в спину пристально смотрит.

— Вот и мне неуютно.

— Ладно, надеюсь, это просто провожатые. Пошли, наш поезд объявили.

Мы выбрались на платформу и вместе с потоком людей направились на посадку. Заняли свои места, сумки убрали на верхнюю полку. Ощущение опасности ослабло, видимо, я был прав: кто-то попросту проследил за тем, что мы точно убрались из Северной столицы.

Даже самый сверхскоростной поезд в мире разгоняется не сразу. Так и мы, плавно тронулись с места после объявления об отправке.

За окнами замелькали люди, которые провожали своих близких, кто-то махал руками, кто-то отправлял воздушные поцелуи, некоторые просто смотрели на проплывающие мимо вагоны. Я разглядывал их, притом без всякого интереса, пока взгляд не зацепился за нечто знакомое.

Вначале я не поверил глазам и проводил двоих человек, насколько хватило поворота шеи. А затем подскочил с места и едва не побежал вдоль вагона, чтобы как можно лучше рассмотреть тех, за кого зацепился взор.

Мыш, естественно, отреагировал на моё поведение и точно так же последовал за мной, пытаясь понять, что же так привлекло моё внимание. Вот только в его случае было слишком поздно. К тому моменту я и сам уже потерял их.

— Что? Кого вы увидели? — тут же набросился с вопросами Мыш, как только мы вернулись на своё место.

— У вас в клане явно происходит какая-то хрень, — непослушными губами произнёс я.

— Господин, вы можете не говорить загадками? — смутился тот. — Я вас не понимаю.

— Я видел Лему, — глядя ему прямо в глаза, я наконец смог произнести её имя. — И она стояла рядом с Шаманом.

— Кем? Кто? Этого не может быть! — забормотал Мыш. — Вы уверены? Может быть, вам показалось? Шаманов никто не видел уже много лет.

— То есть живая и здоровая Лема тебя никак не смутила? — спросил я, продолжая сверлить его взглядом.

— Я ничего об этом не знаю, господин, — кажется, мой друг пребывал в точно таком же шоке. — Нет, это невозможно, Лема у нас, в глубокой заморозке. Вы уверены, что это была она? И с чего вы взяли, что видели именно Шамана?

— Потому что я встречался с ним ещё тогда, — немного подумав, уверенно заявил я. — Это точно он и рядом с ним была Лема. Мне не показалось, Мыш, я узнал её.

— Извините, — он отвлёкся от разговора со мной и обратился к женщине на соседнем сиденье: — Позвольте, пожалуйста, воспользоваться вашим телефоном — мой, к сожалению, сел, а зарядки с собой нет.

— Да, пожалуйста, — без лишних вопросов отреагировала та.

Тот быстро набрал какой-то номер и поднёс трубку к уху.

— Мыш, — сухо представился он. — Доложить ситуацию по хранилищу номер один. Да, по тому самому! Что значит — нет данных? Проверь ещё раз! Что?! Когда?! Вы там что, совсем оху… Ладно, всё давай, скоро буду.

Он отключил звонок и вернул телефон владелице, не забыв при этом ещё раз извиниться и поблагодарить. Я всё это время внимательно следил за разговором, пытаясь не пропустить ни одной фразы.

— Ну что? — поинтересовался я, уже и без того понимая: что-то случилось.

— Давайте пройдём в конец вагона, — кивнул подбородком Мыш и первым поднялся с места.

Я проследовал за ним, и как только мы оказались чуть в стороне, чтобы нас не могли услышать, он пересказал суть разговора.

— На хранилище криокапсул было совершено нападение. Три дня назад кто-то вошёл в систему, обрушил всю охрану, а затем внутрь ворвались вооружённые люди. Убивали всех без разбора, но это, сами понимаете, проблема временная. В общем, когда прибыла группа реагирования, в хранилище уже никого не было. База данных полностью уничтожена, её всё ещё пытаются восстановить…

— Короче, капсула с Лемой пропала, — вместо него продолжил я.

— Не знаю, не могу сказать точно. Это же не вот: взял и через стекло посмотрел. Капсулы выполнены по типу термоса, но если судить по тому, что вы видели, допускаю такую возможность.

— Я в этом уже уверен, — кивнул я. — Вопрос лишь в том, какое к этому отношение имеют Шаманы? Не они ли затеяли всю эту игру?

— Хотел бы я это знать, господин, — вздохнул тот.

— Ладно, Мыш, разберёмся, — похлопал я его по плечу. — Раз она жива, то скоро сама найдёт меня и, надеюсь, всё расскажет. Не похоже было, что она стояла с ним не по собственной воле.

— Вы же помните, что они работали на Кетту?

— А ещё я помню, что мы тоже работали на неё, как и на Дмитрия. Всё течёт, мой друг, всё меняется. Нужно просто разобраться с направлением этого течения и лучший способ — самим войти в реку и окунуться в неё по самую макушку. А пока мы с тобой лишь замочили ноги.

Глава 10

Немного ответов

Поезд домчал нас до столицы. Погода в Капте сильно отличалась от Питера, а всего каких-то тысяча километров. Если там мы передвигались исключительно в куртках, то сейчас было огромное желание запрыгнуть в шорты. Жара стояла градусов под тридцать и это в тени.

С Мышем я распрощался, ненадолго, конечно, его задача — обеспечить мне встречу с Лией. Я же отправился на свидание со своим старым начальством. Что мне это даст — не знаю, но некие вопросы, скорее всего, получат объяснение.

За те полгода, что миновали со дня расформирования моего отдела, очень многое изменилось. В том числе и место работы непосредственного начальника Сухова.

Лично для меня было очень забавным встретить его спустя четыре месяца на обычной, гражданской должности. И всё бы ничего, если бы он вдруг стал консультантом по безопасности в какой-нибудь крупной корпорации да хоть в том же банке. Понял, если бы он создал свой ЧОП или даже частное детективное агентство. Да хоть инструктором по боевой подготовке устроился.

А он открыл мастерскую по пошиву и ремонту обуви!

Да скажи мне кто об этом год назад, я бы расхохотался этому идиоту в лицо!

Однако есть факт и с ним не поспорить. Это не конспирация, не какое-то прикрытие, а самая настоящая обувная мастерская, где пахнет клеем и гуталином. А бывший генерал-лейтенант Сухов с усердием и лёгкой блуждающей улыбкой штопает чей-то сапог. Вот уж действительно непривычное зрелище.

— Здавь желаю, тащ генерал-лейтенант! — рявкнул я прежде, чем тот успел обратить на меня взор, отреагировав на колокольчик над дверью.

— Бл… Твою мать, Влад! — вздрогнул тот и выронил из рук швейный крючок. — Ты меня так до инфаркта доведёшь. Рад тебя видеть, переверни табличку, пойдём чай попьём. Как раз собирался сделать перерыв.

Я послушно крутанул вывеску на стеклянной двери и запер её на задвижку. После чего уже спокойно прошёл в подсобку, где хлопотал Сухов.

— Ну как ты? — не оборачиваясь спросил он. — Скучаешь, наверное, по старой работе? Я же знаю, оно как наркотик.

— Да ты знаешь, уже нет, — ответил я и опустился на стул.

— Обвыкся, значит? — с неким хитрым прищуром взглянул он на меня.

— Не совсем, Алексеич, — покачал я головой. — Скорее, наоборот.

— Ясно, — вздохнул тот и уселся напротив за маленьким столиком. — Значит, нашёл неприятности?

— Выходит, что так, — согласно кивнул я. — Или они меня.

— Ты ведь не просто так заглянул, да? — сделался серьёзным бывший начальник. — Я вижу, что-то изменилось в тебе. Вот он, тот самый взгляд, когда ты по уши погружён в работу.

— Сан Сеич, ты мне вот что скажи: от кого поступали приказы?

— Вон ты куда загнул, — расхохотался тот. — Я не вправе обсуждать эти вопросы, ты сам всё прекрасно знаешь.

— Знаю, просто хочу разобраться в одном щепетильном вопросе. Мы же не работали в интересах государства, так? Всё это дело рук кланов…

— Та-а-ак, — затянул Сухов и забарабанил пальцами по столу, после чего поднялся с места и сходил проверить дверь. — Кажется, я догадываюсь, в какие неприятности ты вляпался.

— Вы удивитесь, насколько давно это случилось, — усмехнулся я. — Так что, я прав?

— И да, и нет, — поморщился он. — В первую очередь мы всё же защищали нашу страну, всё остальное уже побочно. Да, основное финансирование шло от кланов, но подчинялись мы напрямую приказам военных.

— Значит, ты знал.

— В общих чертах. По сути, я точно такой же подчинённый, как и ты, просто мой допуск и полномочия немного шире. Опять же, они всё равно ограничены и я никогда не видел всей картины.

— Я тебя не осуждаю. У меня просто есть некие вопросы, — я расстегнул молнию на сумке и извлёк из неё тощую папку со скудной информацией. — Посмотри, может, тебе приходилось пересекаться с кем-то из этих людей.

Генерал-лейтенант взял в руки фотографии Тихого и Ярга, бросил на них быстрый взгляд и почти сразу отложил в сторону. На его лице не осталось и следа от того улыбчивого, добродушного деда, что занимается ремонтом обуви. Сейчас передо мной сидел тот самый жёсткий и строгий начальник.

— Одного из них зовут Ярг, и однажды мне приходилось с ним пересечься. Влад, что бы у тебя ни случилось, я настоятельно рекомендую тебе оставить это дело. Ты даже не представляешь, на что способен этот человек, и какие за ним стоят силы.

— Что по второму?

— Нет, его лицо мне незнакомо.

— Где и при каких условиях ты пересекался с Яргом?

— Это что, допрос? Влад, честное слово, лучше тебе не влезать во всё это дерьмо. У этих людей столько власти, что нам с тобой и не снилось…

— Я знаю, Алексеич, — сухо посмотрел я ему в глаза. — Знаю гораздо больше тебя.

— Понятно, — устало вздохнул тот. — Значит, ты уже завяз по самые помидоры.

— Всё, как всегда, сложно, — усмехнулся я и покрутил пальцами в воздухе. — Мне нужна информация по Яргу, всё, что можешь вспомнить. С кем приезжал, при каких обстоятельствах встречался и зачем.

— Ты тогда в командировке был, участвовал в Османском конфликте, помнишь?

— В бывшей Сирии, которая теперь Османии принадлежит?

— Да, та самая, — кивнул тот. — Мы тебя тогда отозвали. Ну а теперь ты понимаешь из-за кого. Тот конфликт как раз финансировался этим самым Яргом, он и в данный момент имеет там какие-то интересы.

— Интересы, говоришь? — задумался я. — Нефть?

— Да какое там, — отмахнулся Сухов. — Мы потому и вписались в этот конфликт, что он отдал стране все месторождения.

— А вот это уже интересно, — ухватился я за странность. — И что же ему там было нужно?

— Да хрен его поймёшь, — пожал плечами генерал-лейтенант. — Он всё твердил про какие-то «Дикие земли», мол, их часть должна быть где-то там. И мы, мол, обязаны освободить некую территорию. Ведь ты понимаешь, мы не могли просто взять и сравнять город с землёй, на тот момент там было слишком много мирняка, но он словно не слышал.

— Действительно, странно, — почесал переносицу я. — А что за люди с ним были? Зачем он вообще искал с тобой встречи?

— Если бы… Нужен я ему, как собаке пятая нога, — усмехнулся Сухов. — Я так, в дополнение на встрече присутствовал. Переговоры велись на самых высоких уровнях. Там, по сути, даже не он главным был, хотя говорил больше других. Баба какая-то всем рулила, когда она рот открывала, все вокруг замолкали — вот этого не заметить было невозможно.

— Не эта? — я вытянул фотографию Кетты из папки и тоже показал Сухову.

— Она самая, — подтвердил тот. — Да, Влад, сунул ты голову в пасть крокодилу.

— Это мы ещё посмотрим, — с ухмылкой ответил я. — Ладно, ты мне вот ещё что скажи: Кнут и Ли́хо, как мне их найти?

— Зачем они тебе? — напрягся генерал-лейтенант. — Собираешься их в свои разборки втянуть? Дай им жить спокойно, угробишь, ведь, пацанов.

— Я ведь с Ли́хом виделся месяца через два после того, как мы работы лишились. Не наше это, пойми, Алексеич… Он уже тогда предлагал мне в некую контору вступить, где такие, как мы, всегда при деле.

— Ну, ведь ты отказался, так?

— Ага, как видишь, несильно-то мне оно помогло. Так что с парнями?

— Не знаю, — вздохнул Сухов. — Кнут последний раз месяца два назад заходил, тоже в какую-то похожую структуру устроиться собирался. Не уверен, что мне удалось его отговорить, ну а Лихо, как ты говоришь, месяцев пять как не видно и не слышно.

— Ладно, спасибо за чай, как всегда, невкусный, — протянул я руку бывшему командиру. — Рад был повидаться. Как тебя самого не тошнит от всего этого?

— А я всю жизнь мечтал вот о такой тихой старости, — усмехнулся тот. — У меня ведь дед сапожником был, я с детства все швы и подбои знаю. Денег мне хватает, так что вот…

— Понятно, — кивнул я. — Ну бывай, береги себя.

Я выбрался из мастерской на улицу и сделал глубокий вдох. Жаркий воздух ворвался в лёгкие и не принёс никакого облегчения. Постояв так немного в задумчивости, взглянул на часы и направился в сторону центра. Если у Мыша всё прошло хорошо, то через полтора часа у меня состоится встреча. Нет, она в любом случае состоится: либо Мыш явится один, либо я поговорю с Лией.

Итак, на настоящий момент у меня прорисовывается некое понимание происходящего. Хотя какое там, скорее так, небольшой набросок, даже не все контуры сошлись.

Ярг, Тихий и Кетта для чего-то пытаются отыскать Дикие земли. Вот интересно какие: северные или южные? Хотя, может быть, и не суть, как важно? Видимо, они всё же что-то нашли, раз в игру вступили Шаманы и, похоже, в качестве противника.

С другой стороны или даже в качестве третьей позиции — Хранители. Совершенно непонятная организация, потому как нова для меня. Там сидят принципиальные парни, которые защищают людей от всех клановых противостояний. Или же защищали?

Сдерживающего фактора их лишили, а соответственно, власти больше нет. Плюс идут совершенно по левому следу, сделали виновником своих бед Тихого. А под удар его наверняка подставили Шаманы — очень уж на них похоже.

Четвёртая сила, как всегда, государство и мирные жители, которые ни сном ни духом не вникают в то, что творится вокруг, но оно и к лучшему. Хотя власть знает, участвует в играх кланов и получает из этого собственную выгоду.

Но когда правителей заботила жизнь простых смертных? За всю историю существования человечества что-то не могу припомнить ни одного случая. Люди нужны — факт, на них строится экономика; сама власть крепко стоит на их плечах. Но вот благополучие населения…

Ладно, это я что-то отвлёкся.

Ну и пятая сила — Лия, Мыш, я, Лирий, а заодно и весь клан. И как бы то ни выглядело странным, именно мои сторонники оказались самым тёмным пятном во всей этой истории. И я собираюсь это исправить.

Есть ещё шесть кланов, которые гипотетически могут выступать как за, так и против нас. Вот только они, похоже, заняли самую правильную позицию — нейтралитет. Наблюдают за тем, как дерутся львы, чтобы впоследствии занять сторону победителя. И это я тоже проходил, ещё тогда, три с половиной сотни лет назад.

Времена идут, прогресс стремится конкурировать с магией, а люди так и остались прежними. Все что-то делят, грызутся за власть, а в итоге, попросту, всеми доступными способами самовыпиливаются.

И это я ещё соседние государства в расчёт не беру, а ведь у них наверняка имеются интересы относительно нас и государства в целом. Чем плотнее мы закусимся между собой, тем у них больше шансов заполучить желаемое.

Понять бы ещё, какие цели преследуют Шаманы? Моё внимание они привлекли и сделали это самым ярким способом. Скорее всего, в ближайшее время мне предстоит с ними встретиться. Они три сотни лет прятались и довольно успешно, а засветились лишь в тот момент, когда в игру вступил я.

И что-то мне подсказывает, Кетта со своими прихвостнями отыскала в Диких землях нечто более интересное, чем резонатор. Не просто так началась вся эта возня, ох не просто. И главный вопрос остаётся открытым — что именно удалось им отыскать?

Так, за своими мыслями, я не заметил, как добрался до метро и спустился в подземные галереи. Уже стоя на платформе, снова почувствовал пристальный взгляд в спину. Крутить головой во все стороны не стал, так удастся лишь спугнуть наблюдателя, после чего он будет ещё более осторожным.

Я вошёл в вагон и замер у самой двери, ожидая момент, когда она начнёт закрываться. И как только двери дёрнулись навстречу друг другу, выскочил обратно на платформу.

Электричка двинулась, набирая скорость, но я успел приметить того, кто вёл наблюдение. Человек с растерянным лицом провожал меня взглядом через стекло. Мне он совершенно незнаком, так что навскидку определить его принадлежность не получилось.

Но как я уже прикидывал ранее, работать он мог на пять различных ведомств, включая правительство. Сомневаюсь, что они не наблюдают за происходящим в кланах. Даже больше того — уверен, что в каждом имеется по нескольку человек, которые докладывают обо всём.

Капта — большой город, население давно перевалило отметку в двадцать миллионов, и все эти люди постоянно куда-то спешат. Потому электрички ходят с периодичностью всего пары минут и по большому счёту я ожидал следующую всего ничего. К тому же привычка всюду появляться задолго до встречи знатно берегла мои нервы.

Нет, не то чтобы я отличался пунктуальностью, просто люблю держать ситуацию под контролем. Чаще всего я появляюсь перед оппонентом минут через пять после его прихода. Зато я всегда вижу всё, что происходит вокруг, так как предварительно изучаю обстановку.

На этот раз всё выглядело сильно иначе. Я едва выбрался со станции и прошёл по улице пару сотен метров, когда возле тротуара остановилась машина.

— Подвезти? — прозвучал насмешливый женский голос через опущенное стекло на задней двери.

— Да у меня и денег-то нет, — в тон Лие ответил я и взялся за ручку.

— Ничего, натурой расплатишься, — вполне предсказуемо отозвалась та из салона. — Рада видеть тебя, Безликий.

— Привет, — кивнул я, плюхнувшись на сиденье.

— Ну хоть обними старушку, — развела она руки в стороны. — Я всё же соскучилась.

— Старушку? — вскинул я бровь и ответил на объятие, даже в щёку чмокнуть не забыл. — Да твоей внешности любой подросток позавидует.

— Ой ли? — отстранилась она и расхохоталась. — Что-то не больно ты на меня падок.

— Лия, мне кажется, мы уже это проходили, — серьёзно ответил я.

— О чём ты хотел поговорить? — тут же перешла на деловой тон она.

— Мне нужно понять расстановку сил. Я примерно уже представляю, кто на чьей стороне играет, но хочется точности. Плюс жду объяснений по Леме, ключу и себе, естественно.

— Как же я скучала по тебе, Безликий, — вместо ответа растянула улыбку она.

— Лия!

— А что Лия? Я уже четыреста лет Лия. Ладно, не куксись. С расстановкой сил практически ничего не изменилось. Все хотят занять место в Капте, основные претенденты тебе известны. Два клана на сто процентов с нами, один — против, с остальными неясно. Официальные власти тоже выбрали позицию нейтралитета, но для них кланы — в любом случае помеха. У нас деньги, власть и самое главное — сыворотка.

— Ну, как-то так я и полагал, — кивнул я. — Что с Лемой?

— До недавнего времени она была у нас, — отвела взгляд в сторону Лия.

— Понятно, — снова прервал я её. — Теперь хочу получить объяснение относительно себя.

— Что ты хочешь узнать? — лицо девушки вдруг изменилось. — С чем связано твоё пробуждение? Почему сейчас, а не раньше? Ты думаешь, я не хотела? Ты был нужен мне всё это время!

— Хватит, — рявкнул я. — Истерить ещё начни.

— Да, ты совсем не изменился, — немного грустно улыбнулась она. — Всё так же холоден и расчётлив. Неудивительно, что они боялись твоего появления. Но я очень хорошо тебя спрятала. Вот только они нашли, всё равно нашли тебя, подобрались слишком близко, и я должна была действовать.

— Что произошло в Османии?

— Что? Откуда ты…? Ну да, ты же Безликий, — на лице Лии проскочил целый каскад эмоций. — Яргу удалось отыскать южные Дикие земли.

— И чем они так ценны?

— Тем, что там никогда не бывала рука кланов. Никто не знает, что за секреты хранили Шаманы в тех краях.

— Так, стоп, Шаманы? — теперь уже удивился я. — Разве они не работали на Кетту?

— Они работали с ней, но всегда соблюдали лишь собственные интересы. Эти люди всегда соблюдали традиции и порядки старого мира и одному богу известно, что они там прятали.

— Богу? — ухмыльнулся я. — И давно ты стала религиозной? Судя по всему, вы сами играете в богов, при том уже очень давно.

— Почему ты так относишься ко мне? — широко раскрытыми глазами уставилась на меня Лия. — Я сделала для тебя всё, я любила тебя, спасла твою Лему, хранила твой род и что получаю взамен?! Холодную ухмылку Безликого и презрение…

— Ты так ничего и не поняла?! — я бросил на неё холодный взгляд. — Я хотел уничтожить всю вашу гнилую систему, вырезать кланы все до единого. Вы мешали жить людям тогда и продолжаете это делать сейчас. Кто дал вам право тормозить науку? Почему в ваших руках лекарство от всех болезней и его получают избранные, а дети продолжают умирать от рака? Почему жирный боров у власти достоин получить второй шанс и прожить сотню лет ни в чём себе не отказывая, а пятилетний пацан — нет?!

— Ты не понимаешь…

— Я понимаю гораздо больше, чем тебе кажется. Вы уничтожили свой мир просто потому, что боялись утратить власть! И без сомнений и колебаний сделаете это снова.

— Но это не я…

— Какая разница кто?! Будь ты моей целью, и я не сомневаюсь, что ключ в резонатор вставили бы твои руки. Подумать только! Триста пятьдесят лет, а ничего не изменилось — вы всё так же готовы рвать друг другу глотки за влияние.

— Хватит, Влад, перестань! — на глаза грозной главы клана вдруг навернулись слёзы. — Я действовала по ситуации. По-другому было нельзя, ты просто не понимаешь!

— А ты пробовала? Или снова пошла по пути наименьшего сопротивления?

— Я не ты!..

— Вот именно, — буркнул я и отвернулся к окну.

Салон погрузился в тишину. Лишь водитель иногда посматривал на происходящее в зеркало заднего вида. В его голове явно не укладывалось поведение непреклонной, жёсткой госпожи Лии.

А она сейчас тихо плакала, украдкой смахивая слёзы.

— Ладно, прости, я перегнул, — повинился я. — Спасибо тебе за Лямку.

— Да мне несложно.

— Опять ложь, — усмехнулся я. — Я же знаю, как ты ко мне относишься.

— Ой, да пошёл ты в жопу, Безликий, — улыбнулась Лия. — Блин, три сотни лет ни одному мужику не удавалось довести меня до слёз.

— То ли ещё будет!

— Вот даже не сомневаюсь. Что ты собираешься делать?

— Пока не решил. Мне бы с Шаманами встретиться для полноты картины.

— Боюсь, здесь я не смогу тебе помочь.

— А я и не прошу. Вскоре они сами ко мне придут — это лишь вопрос времени.

— Останови здесь, — попросила водителя Лия и обернулась ко мне: — Ведь ты знаешь, что никогда тебя не предам.

— Знаю, — кивнул я и обнял её.

— Убей его… — тихо, на самое ухо прошептала она.

— Кого? — так же тихо уточнил я.

— Водителя, он видел мою слабость.

— Блин, ты что, совсем уже, что ли? — отстранился я, а Лия звонко расхохоталась.

— Всё, иди уже, — отстранилась та. — А то мне в голову лезут всякие грязные мысли.

Я лишь усмехнулся в ответ и покинул автомобиль. Едва я закрыл за собой дверь, как он тут же сорвался с места и уже через секунду затерялся в нескончаемом потоке машин.

— Надо бы тоже транспортом обзавестись, — буркнул я и почесал переносицу.

— Владислав Сергеевич! — внезапный голос со спины заставил меня вздрогнуть.

Что-то я совсем расслабился, хорошо хоть не с выстрела общение начали.

Я обернулся и с удивлением уставился на двух мужчин, что окликнули меня по имени. Им я не пользовался с того самого момента, как покинул квартиру. По-видимому, эти двое понятия не имели об этом, а значит, к кланам они не принадлежат.

Да, ведут себя как люди, наделённые властью: уверенные, самодовольные, хоть и одеты в гражданское. Однако контору из человека просто так не выведешь, достаточно хоть раз повстречаться с такими в жизни и сразу научишься определять их по первому взгляду.

— Он самый, — я продолжил строить удивлённое лицо.

— И долго ещё вы намерены бегать? — поинтересовался один из них, что стоял у водительской двери.

— Понятия не имею, о чём вы, — пожал я плечами, хотя внутри всё напряглось.

Уж если эти прицепятся, то хуже клеща: пока клиент не сдохнет или не сядет — не отвалятся.

— Владислав Сергеевич, давайте не будем играть, у нас достаточно оснований, чтобы вы сели надолго, — не стирая уверенности и превосходства с лица, продолжил тот: — Мы просто хотим пообщаться, — конторский сделал многозначительную паузу, а затем добавил: — Пока.

Можно, конечно, попытаться свалить, но что-то мне подсказывает, федеральный розыск — не сильно приятная тема. К тому же наверняка будет создавать немалые проблемы в моих планах.

Ладно, рано или поздно это должно было случиться, посмотрим, что вам известно.

Я пожал плечами и сделал шаг навстречу, а водитель самодовольно растянул губы в улыбке и с наигранной вежливостью распахнул передо мной заднюю дверь автомобиля. Сегодня у меня прямо день переговоров какой-то…

Интерлюдия вторая

— Паутов, что там у тебя?

— Труп.

— Ты давно такой умный стал, Петросян хе́ров!

— Никаких следов, тарщ Капитан.

— Личность установили?

— Нет, по нашим базам пусто, отправили запрос в контору, ну и в лаборатории, оттуда теперь, сами знаете, пару месяцев ждать.

— Чёрти что, тьфу, бардак. Свидетелей опросили?

— Каких? В этом переулке даже бомжей никогда не бывает.

Капитан зло бросил окурок под ноги и затоптал.

Очередной непонятный день: ни следов, ни отпечатков, вообще, пусто, словно убийцы не один год в полиции отработали и знают все мероприятия до мелочи.

— Маша, ну хоть ты меня порадуй.

— Нечем, Фёдор Иваныч, ни одного мобильного трекера поблизости.

— Ничего не понимаю! Саня, ты что скажешь?

— Ну, судя по всему, он умер от удара ножом в висок, а уже затем ему отрезали голову. Силища, конечно, у него не дюжая.

— У кого?

— У убийцы, естественно! Там хрящ перемахнули, можно сказать, в пару движений. Это мало того, что знать нужно, как и куда давить, так ещё и усилий немало. Я вон жене когда рульку свиную на две части топором рублю и то не всегда получается…

— Саша, мне насрать на твои гастрономические пристрастия, по телу что?

— В общем, всё. Убит час назад, максимум полтора.

— Фёдор Иваныч, есть кое-что.

— Маша, вот ты умница! Я знал, что не зря тебя в отделе держат.

— Машина принадлежит холдингу «Кринос».

— Тьфу, мля, я думал, действительно, что важное. Это я и без тебя знаю. Ладно, заканчивайте здесь, труповоз уже прибыл. Саня, что ты там копаешься, мать твою?

* * *

— Пожалуйста, Ромочка, я прошу тебя…

— Как? Я спрашиваю: как ты могла запороть такое простое задание? У тебя была всего одна задача — не высовываться, пока я тебе не скажу.

— Я всё так и делала, честное слово, Ромочка, я не виновата.

Звонкая пощёчина заставила девушку замолчать. Но полной тишины так и не наступило, её тихий скулёж продолжал нервировать Тихого.

— Заткнись! — рявкнул он, но это мало чем помогло. — Где щенок?

— Ромочка, не надо, прошу тебя, умоляю, не трогай его, он же твой сын.

— Если бы мне нужен был отпрыск, то я бы ни за что в жизни не зачал его в твоей туше. Столько лет впустую и всё из-за твоей тупости.

— Я всё делала, как ты говорил, всё…

— Тогда как он нашёл тебя? Мне почти удалось выманить этих ублюдков. Су-у-ука! Долбаный Безликий, как же ты меня бесишь!

— Рома, Ро…

Договорить девушка не успела, потому как громкий хлопок прервал её жизнь. По полу брякнула гильза и покатилась под диван, но Тихий вовремя наступил на неё ботинком.

— Сучка, — сплюнул он на труп.

И в этот момент его внимание привлёк шкаф. В нём явно кто-то прятался, хотя теперь уже ясно кто.

Тихий рванул дверцу на себя и холодным взглядом посмотрел на оцепеневшего от страха парнишку. Малец с трудом оторвал взгляд от страшного дяди и перевёл его на труп матери. Он уже понял, что его жизнь сейчас оборвётся, так и не успев начаться. Животный ужас овладел им и сковал мышцы, лишая возможности двигаться. Он даже кричать не мог, слышал только гулкие удары своего сердца, что отдавались в висках, а ещё, что-то тёплое потекло по его ногам.

Тихий с презрением посмотрел на то, как пацан обмочил штаны, поднял пистолет и без сожаления вдавил спуск. Тело рухнуло как подкошенное и наполовину вывалилось из шкафа. Ноги ещё какое-то время стучали в его заднюю стенку, а затем всё стихло.

— Мой сын? — в очередной раз сплюнул он. — Мой сын никогда бы не нассал в штаны, будь у него достойная мать.

Тихий спокойно прошёл на кухню, поставил на плиту чайник и всыпал две ложки растворимого кофе в кружку. Только после этого вызвал представителя клана, который отвечал за уборку.

— Тихий, — представился он, хотя на том конце и так это знали. — Группу зачистки на Жуковского тридцать. Жду.

Глава 11

Воссоединение

— Владислав Сергеевич, что же вы нас заставляете за собой бегать? — повторил свой вопрос водитель.

Возникало ощущение, что они просто не знают, с чего начать. Что-либо отвечать на этот вопрос я не собирался и продолжал молча ожидать развития событий. Ну а что им сказать? Мол, я убил больше людей, чем вы можете себе представить, потому и бегаю. М-да, смешно.

— Молчите? — констатировал факт он. — Ну-ну.

— Что вам нужно? — продолжая сохранять ледяное спокойствие, спросил я.

— Мы знаем о вашей причастности к холдингу «Кринос», — наконец открыл рот второй.

— Это что, противозаконно? — пожал я плечами. — Или вы проводите беседу с каждым, кто к ним трудоустраивается?

— Прекратите ёрничать, — поморщился всё тот же, что занял место пассажира. — Нам также известно, что эта организация называет себя «Клан» и замешана во множестве коррупционных схем.

— Я какое к этому имею отношение? — вскинул бровь я. — Или вы всё ещё действуете по принципу Лебы: предупреждаете гипотетические преступления?

— Ты чё дерзкий такой? — обернулся ко мне водитель и сверкнул злобным взглядом. — Может, тебя до Лубянки прокатить? Там ты быстро по-другому запоёшь!

— Достаточно более ясно формулировать свои вопросы, — нагло ухмыльнулся я. — А вот эти ваши: «Мы знаем, мы осведомлены»…

— Владислав Сергеевич, вы же бывший военный, спец по секретным операциям, — пассажиру всё же удалось меня удивить.

Не думал я, что такие данные уходили за пределы нашего дружного коллектива. Однако виду я не подал и продолжил молчать, ожидая продолжения. Всё же в голове крутились несколько иные предположения, относительно внимания конторы ко мне. Но сейчас явно тот самый случай, когда стоит дать выговориться другим.

— И нам также известно, что на данный момент вы отправлены в отставку, — между тем продолжил тот. — А нам не помешают специалисты вашего уровня. Тем более что всё так удачно сложилось, я имею в виду настоящее место вашей работы.

— Если я правильно понимаю, то у вас нет ко мне никаких претензий и обвинения вы выдвигать не собираетесь?

— Владислав Сергеевич, давайте не будем вести беседу в таком тоне, — вежливо улыбнулся пассажир. — Вы же понимаете, что при вашей деятельности накопать на вас нужных сведений не составит большого труда.

— Удачи, — кивнул я и покинул машину.

Водитель что-то гавкнул мне вслед, но заострять на этом внимания и уж тем более отвечать я не стал. Тоже мне, горе-вербовщики, мать их! Где их только этому учат?!

С другой стороны, может, оно и правильно: первым делом прощупать почву, сделать вежливое предложение, а уж если клиент артачится, то можно и в серьёзную разработку брать.

В любом случае мне теперь нужно действовать в десятки раз осмотрительнее. Эти парни точно не отпустят, в КГБ попросту других не держат. Вот только и я не пальцем делан, а их школу закончил ещё на втором году обучения. С тех пор методы мало изменились.

Пара переулков и снова появилось ощущение пристального взгляда в спину. Неужели они вот так с ходу «топтуна» навесили? Даже как-то слишком грубо и немного обидно.

Оборачиваться не стал, как и выискивать глазами следящего. Пусть себе ходит, смотрит, сделаю вид, будто не замечаю, а чуть позже выбью ему зубы. Честно говоря, уже начинает сильно раздражать это дело.

Очередной переулок, с виду даже глухой, но есть пара ниш, чтобы скрыться. Вот им и решил воспользоваться.

С задумчивым видом замер, будто силюсь сообразить, а сюда ли мне нужно, и резко нырнул в узкую арку двора. Ускорение, и вот я уже прижимаюсь спиной к мусорному контейнеру, а в проулке звучат спешные шаги.

«Топтун» затих в нерешительности, наверняка соображает: ломануться вперёд или бросить эту затею и попытаться вычислить меня чуть позже. Но вскоре раздался шум камешка, который случайно пнул преследователь и судя по звуку, он уже очень близко.

Лёгкий металлический щелчок, едва уловимый в окружающих звуках улицы, но мои уши даже картинку показали. Так звучит затвор, когда догонят патрон в ствол или проверяют его там наличие. А вот это уже очень странно — убить меня порываются впервые, Тихий не в счёт.

Боевой транс уже давно гоняет адреналин по крови, время замедлилось, кажется, прошла целая вечность, прежде чем тень преследователя показалась из-за контейнера. Ждать больше нет смысла.

Рывок вышел чётким и точным, пистолет отлетел в сторону от хлопка ладонями по запястью и стволу, а следующим движением я уже собирался отправить «топтуна» на тот свет. Вот только вместо этого замер.

С хищным прищуром на меня смотрела Лема и в отличие от меня, она продолжила атаку.

Прямой удар ногой в грудь прошёл мимо, но девочка не провалилась и не позволила мне завершить контратаку. Я собирался просто оттолкнуть её, но вместо этого самому пришлось спешно отступить.

Лезвие ножа просвистело в миллиметре от горла. Прямо во время движения Лема прокрутила его на обратный хват и наотмашь ударила снова. Её молниеносное движение не оставило мне выбора — только блокировать, иначе смерть.

Я принял удар предплечьем, и его тут же обожгло болью, но это было предсказуемо и останавливаться нельзя. Выпад раскрытой ладонью в грудь она пропустила и сделала пару шагов назад, что дало мне мгновение.

Лема слегка пригнулась, выставила левую руку вперёд, правую с ножом убрала за спину и снова ринулась в атаку. Широкий замах и примерно на середине движения рука меняет траекторию, переводя режущий удар в укол.

Я всё же повёлся на выпад и попытался уклониться от него лишь корпусом, но укол на дистанции гораздо длиннее, так что пришлось перенести вес на другую ногу. И в этот момент Лема нырнула вниз и подсекла опорную ногу, а пока я терял равновесие, с разворота влепила мне пяткой в грудь, одновременно выходя из низкого положения.

Выбора нет, придётся падать. Вот только делать это можно по-разному. Я не стал сопротивляться притяжению, и чтобы смягчить приземление, самостоятельно устремился вниз, присел и сжался в клубок. Это позволило сделать обратный кувырок через спину и в следующее мгновение уже оказаться на ногах, чтобы вновь парировать серию ударов от девчонки.

Быстрые, короткие тычки ножом перемежались атаками в глаза и шею свободной левой рукой. Лезвие мелькало перед лицом, и я едва успевал уворачиваться и блокировать.

Конечно, будь на её месте кто-то другой, уже давно бы харкал кровью, но ведь это моя девочка и вырубить её нужно максимально аккуратно.

Наконец момент подвернулся, и как только нож просвистел мимо лица, я заблокировал её руку ладонью, вышел во фланг и прямым ударом в челюсть заставил Лему пошатнуться. Добавил стопой в коленный сгиб, и как только она присела, опустил локоть на затылок.

Всё, этого оказалось достаточно, чтобы нож звякнул по асфальту, а тело девушки обмякло. Чтобы не дать ей впечатать лицо в жёсткое основание, я придержал падение за длинную косу.

Осторожно перехватил её, усадил на тротуар и привалил спиной к стенке. Силу удара я рассчитал идеально, и Лема находилась в сознании, только взгляд поплыл. Самый что ни на есть нокаут и длиться он вечно не будет.

Драгоценные секунды уплывали. Когда мой ремень туго перехватил её запястья, она уже вяло сопротивлялась. Но закончить я успел, жаль только ноги перехватить нечем и я просто на них присел, моего веса будет более чем достаточно.

— Пусти, — прошипела она, как только взгляд немного прояснился.

— Лема стой, это я, — попытался я её образумить. — Ты что, меня не помнишь?!

До меня не сразу дошло, что она и не может меня помнить. Ведь в том времени я имел совершенно другую внешность. Да, разум остался прежним, но лицо… Она никогда в жизни его не видела, потому едва не убила меня собственными руками. Какая ирония.

— Это я, Безликий, Влад, — быстро поправился я.

— Что… Что ты несёшь?! — Лема попыталась вырваться и ударить меня головой в лицо.

— Ага, — усмехнулся я, — Как-то так мы в первый раз и переспали.

И это сработало. Лема замерла и уставилась на меня немигающим взглядом. Ярость в глазах ещё не погасла, однако уже наметился прогресс, в виде неких сомнений.

— Это я, Лема, Безликий, — повторил я. — Я тебя понимаю, внешность другая, но это я. Когда мы встретились впервые, я оставил труп в подвале, а ты спрятала его. Тебе тогда было лет пять. Ты показала мне занесённый грунтом город, и мы вместе прятались там.

Она продолжала смотреть на меня немигающим взглядом и, кажется, пыталась отыскать хоть что-то знакомое в моём лице. Вряд ли у неё это получится, ведь миновало множество поколений. Но прогресс определённо наметился, она больше не сопротивлялась и не пыталась меня убить.

— Девочка моя, — я улыбнулся и попытался обнять её.

Чем она незамедлительно захотела воспользоваться, а именно: вцепиться зубами в шею. Вот только я снова оказался быстрее, и челюсти сомкнули воздух, а она тут же взялась трепыхаться.

Ну да, она у меня дикая. С другой стороны, я прекрасно её понимаю. Хрен пойми кто называет себя её возлюбленным, руки ещё распускает.

Да, пожалуй, стоит поискать более веские доказательства. Хотя о том, как мы познакомились, не знает никто. Ну а всё оставшееся время мы практически были у всех на виду.

— В тот день я отдал тебе свой ужин, — вспомнил я ещё одну деталь. — Два бутерброда с курицей.

Лема вновь замерла и внимательно уставилась на меня.

— А ещё у тебя была тряпичная кукла. Грязная вся, вонючая, но ты не желала с ней расставаться, потому как её сделала твоя мама.

И этот факт стал последней каплей. Девушка как-то сразу расслабилась, на глаза навернулись слёзы и она молча уткнулась мне носом в грудь. Теперь я уже без опасения обнял её, прижал к себе и погладил по волосам.

— Они не сказали мне, — спустя некоторое время произнесла она. — Они мне тебя показали и велели убить, сказали, что если я это сделаю, они вернут мне тебя.

— Ну, по факту так и случилось, — усмехнулся я.

— Дурак, — сквозь слёзы улыбнулась она. — Может, уже отпустишь?

— Ой, прости, — засуетился я и слез с её ног, затем снял ремень с запястий и помог подняться.

Лема тут же прилипла ко мне, обняла и прижалась всем телом, да и я в долгу не остался. Так мы простояли минут пять, просто молча прижимаясь друг к другу.

— Какое у тебя стрёмное тело, — вдруг отстранилась она и ещё раз всмотрелась в лицо. — Тот мне нравился больше.

— А вот это было обидно.

— Забей, привыкну, — отмахнулась та. — Ну, что здесь происходит?

— Да как тебе сказать, — задумчиво почесал я переносицу. — В целом ничего не изменилось. Миром правят кланы, все пытаются вцепиться друг другу в глотки, Кетта, Ярг и Тихий живы…

— Как? Подожди… Я же его убила! В смысле Ярга. Я сама видела, как его тело рухнуло со стены, он просто не мог выжить после такого!

— Это была подстава. Ты ведь никогда не видела его в лицо, тебе Тихий сказал, что это он, верно?

— Я сейчас не поняла?!

— Тихий предал нас, заманил в ловушку. Ярг тебя убил, да и меня, впрочем… почти… А добил меня Тихий — пригвоздил кинжалами к трону и перерезал горло.

— Сучонок, я ему кишки выпущу, — сквозь зубы прошипела Лема. — Вонючая крыса!

— Прекрасный план, — согласно кивнул я, — но для начала его нужно найти.

— Этот ублюдок всегда сох по мне, я знаю, — задумчиво произнесла Лема. — Такое всегда чувствуешь. Можно попробовать выманить его.

— И опять, для этого его нужно найти, а я понятия не имею, с чего начинать. Была одна зацепка, но всё обернулось крахом.

— Что за зацепка?

— Мне удалось отыскать его сына, и мы почти взяли его, но Тихий был к этому готов. Мне вообще показалось, будто он всё заранее спланировал, вот только не для нас.

— Кого это нас? — зло прищурилась та. — У тебя кто-то есть?! Я ей голову отрежу…

— Так, стоп! — одёрнул девушку я. — Нет у меня никого. Мы с Мышем на него вышли.

— Мы́ша! — едва не подпрыгнула от радости та. — Он жив?!

— Жив, жив, — улыбнулся я.

— А Монька?

— Нет, — покачал я головой. — Он не захотел.

— Жаль, — тяжело вздохнула она.

— Ладно, разберёмся, — улыбнулся я. — Кстати, а у тебя связь с Шаманами как?

— Никак, — пожала она плечами. — Сказали, сами меня найдут, как только я с тобой закончу.

— Есть у меня подозрение, что они прекрасно понимали, как ты со мной закончишь, — ухмыльнулся я. — Ладно, пойдём Мыша встречать и думать, как жить дальше.

— Долго и счастливо, — с этими словами девушка обняла мою руку, но на сей раз, прижалась буквально на секунду. — Желательно, конечно.

— Ага, вот только, похоже, не про нас эта песня, — покачал я головой. — Чую, всё только-только начинается.

Мы вывернули из переулка и направились к месту встречи с Мышем. По нашим договорённостям, она должна состояться на смотровой площадке на Воробьёвых горах. Ну, опять же, в том случае, если мне удастся поговорить с Лией. А раз уж этот этап как раз состоялся, значит, Мыш явится на площадку примерно через два часа.

В принципе времени более чем достаточно, чтобы добраться туда не спеша. Чем мы с Лемой и занялись.

Взобрались наверх по каменным ступеням, купили по мороженому и просто гуляли, глядя на красоты мегаполиса.

Если у меня город не вызывал никаких вопросов, то Лямка пребывала в полном восторге. Для неё этот мир был чужд и полон сюрпризов.

Я вообще был сильно удивлён, как ей удалось меня выследить и не попасть под машину. Вела она себя совершенно безответственно, а в передвижении и безопасности не понимала ровным счётом ничего. Пару раз приходилось одёргивать её и разъяснять элементарные вещи, которые всем нам известны с раннего детства. Светофор вообще вызвал у неё дикий восторг, и она несколько раз перешла дорогу, дожидаясь замершего потока машин.

Ей всё никак было невдомёк, зачем они слушаются этого магического, красного света. А объяснения, что такие правила, ей попросту не хватало.

К моему удивлению, в метро она вела себя иначе, но, видимо, успела покататься в нём с Шаманами, а вот от пеших прогулок те, похоже, воздерживались.

Дома́ Леме совершенно не нравились, несмотря на их высоту, она назвала их скучными и серыми. Ну, помня то, как выглядели города той эпохи, я был с ней полностью согласен.

А вот масштаб столицы произвёл на девушку очень сильное впечатление. А когда она услышала количество человек, которые здесь проживали, так вообще словила культурный шок.

Вскоре явился Мыш. Нас он увидел сразу, даже руками ему махать не пришлось. Стоило ему подойти чуть ближе, как Лямка с разбегу запрыгнула на него и принялась обниматься. И судя по лицу друга, он был вовсе не против такого проявления эмоций.

— Я рад, что с тобой всё в порядке, — произнёс он, когда девушка отлипла и вернулась к нормальному поведению.

— Узнал что-нибудь? — перешёл к делу я.

— Ничего особо полезного, — покачал он головой. — Они как сквозь землю провалились.

— Не исключаю, что так и есть на самом деле, — согласился я. — А есть какие-то данные по их убежищам? Ведь они как-то пережили то время, прежде чем кланы разработали сыворотку.

— Вы в самом деле думаете, что мы вот так запросто в них проникнем? — усмехнулся тот. — Это тогда у нас были войска и свободное с ними перемещение. Сейчас не получится на танке въехать в город и устроить полномасштабную войну.

— А сейчас это и не требуется, — пожал я плечами. — Достаточно десятка хорошо обученных людей…

— Боюсь, они легко смогут противопоставить нам точно такой десяток, а то два, — с сомнением покачал головой Мыш. — С другой стороны, нам никто не мешает вести за ними наблюдение. Но то тоже такое себе, ведь они могут не появляться там годами.

— Согласен, — задумчиво пробормотал я. — Вот только сидеть, сложа руки, тоже не выход. Ярг что-то нашёл в Диких землях и это «что-то» как раз запустило всю цепь событий. Они уже действуют, а мы всё ещё топчемся на месте.

— Я всё же предлагаю выманить Тихого на меня, — подала голос Лема. — Он не сможет удержаться, обязательно вылезет из норы.

— Для этого необходимо знать примерное его местонахождение, — в очередной раз повторил я. — Можно, конечно, бесцельно шататься по Питеру, но…

Я вдруг замолчал, потому как в голове действительно созрел очень интересный план. Да, он, несомненно, попахивал авантюрой, но ведь совсем недавно я и сам попался на нечто подобное.

По сути, Лема может по сей день не знать меня в лицо, зато прекрасно знает Тихого. Плюс к моменту его предательства она была уже мертва и понятия не имеет, что случилось после. А значит, вполне можно попробовать на этом сыграть.

Если отправить её погулять возле офиса вражеского клана, рано или поздно её лицо попадёт в объектив камеры. А там каким-то образом и на глаза Тихому.

Да, финальный момент не проработан, он может в принципе не обращать внимания на мониторы, а ему вряд ли доложат, мол: «Господин Тихий, вот тут давеча девушка вашей мечты ошивалась. Вы нам, конечно, о ней не рассказывали, но мы-то знаем…»

Но что если, она просто сделает там бяку, тем самым засветит лицо и даст повод положить своё фото на стол Тихому? Осталось придумать план, чтобы всё это не выглядело слишком навязчиво.

— Есть мысль по поводу, — с улыбкой произнёс я и выложил всё, что промелькнуло в моей голове секунду назад.

— Нужно думать, — Мыш почесал макушку. — Сработать может, осталось решить, каким образом засветить Лямку.

— Может, мне просто к ним войти? — пожала плечами она. — Прям вот так, внаглую, даже попросить, чтобы Тихого позвали?

— Как вариант, — согласился Мыш. — Экспромтом вполне есть хороший шанс, что сработает.

— Слишком рискованно, — поморщился я. — Да и подозрение, скорее всего, вызовет. Ну с чего вдруг она может знать, где офис Тихого?

— Шаманы сказали, — сразу выпалила та. — Я не вижу никаких проблем. Он точно выйдет, уж хвоста сто процентов навесит, а там останется только подождать.

— А если нет? Если он попытается тебя захватить прямо там, сразу, или вообще убить? — предположил я самые наихудшие варианты развития. — Мы вдвоём не сможем тебя вытащить.

— Ну, зная Тихого и его паранойю… — подхватил идею Мыш. — Нет, не рискнёт он вот так сразу. Уверен, что начнёт осторожничать, да и вряд ли он в тот самый момент окажется в офисе.

— Однажды я вот так же сунул голову в логово Ярга, тоже был уверен в себе, — усмехнулся я.

— Ты тогда просто идиотский поступок совершил, — покачала головой Лема. — Сейчас всё иначе.

— Да не совсем, — поморщился я. — Слишком сырой план.

— Она права, господин, шансы на успех достаточно высоки, — Мыш снова выступил в защиту. — Вы в любом случае собираетесь подвергать её той же опасности, так чем этот вариант хуже? Навесим на неё «жука» и всё будем видеть и слышать. Сейчас технологии позволяют установить метку в пуговицу.

— Ты это сейчас мне рассказываешь? — удивлённо вскинул бровь я.

— Вы просто ещё не видели нашего оборудования, — самодовольно заявил тот.

— Ладно, действуем, — выдержав небольшую паузу, согласился я.

Глава 12

Ловля на живца

На сей раз решили не рисковать и по возможности не раскрывать своего намерения. Короче, в Питер отправились на машине.

У Мыша таковая имелась, вот только она была зарегистрирована на него, следовательно, любое её передвижение возможно отследить. Думали недолго, потому как всё гениальное просто.

Вторичный рынок авто предлагает массу вариантов, а закон — управлять транспортным средством в течение десяти дней, имея на руках лишь договор купли-продажи. И это идеальный вариант, особенно если сделку проводить наличными.

В данный момент я несильно скрывался, можно сказать, был вообще у всех на виду. Отпал сам смысл конспирации. Раз обо мне уже точно знает противник, власти не пытаются меня арестовать, значит, стоит воспользоваться моментом затишья.

Денег на счетах более чем достаточно — уж Лия об этом позаботилась. Как выяснилось в ходе бесед с Мышем, оплата услуг за клиентов — всего лишь повод. По факту это оказались мои деньги, которые Лия проворачивала всё это время, всячески умножая своё и моё благосостояние.

Ну, это всё детали, главное — средств к существованию у меня столько, что и внукам вряд ли удастся потратить. С другой стороны, при открывшихся возможностях долголетия, я и сам попытаюсь справиться с этой непосильной задачей.

Без зазрения совести я сделал запрос в банк, на обналичивание крупной суммы. А пока они решали, из каких активов всё это выводить, мы с Лемой провели прекрасные три дня вместе.

В первые сутки вообще не вылезали из постели, разве что поесть. Но гостиница решала и этот вопрос, доставляя еду прямо в номер. Ну а мы наслаждались близостью на всю катушку.

Но как обычно и бывает, всё хорошее быстро заканчивается. Когда раздался звонок на новеньком телефоне, мы как раз гуляли по музеям Кремля.

Честно говоря, зная реальное положение истории, смотреть на многие экспонаты было довольно забавно. Особенно на объяснение их появления. Лема тоже периодически критиковала различные факты, но это нисколько не портило совместное времяпрепровождение, даже напротив, делало его более увлекательным.

Однако нам всё же пришлось прерваться и покинуть белокаменные стены — впереди ожидала работа.

Банк без лишних вопросов выдал мне наличные. Я подписал несколько документов и закинул увесистый рюкзак на плечо. Затем мы вызвали Мыша и занялись поиском автомобиля.

Казалось бы, что может быть проще? Деньги есть, выбора предостаточно, тыкай пальцем, заворачивай в упаковку и поехал. Но у нас на это ушёл весь день.

В первую очередь мы искали наименее заметное авто. А значит, количество таких на вторичке должно быть огромным и, как правило, доступным в цене. И вот здесь как раз и крылись подводные камни.

Большинство машин просто не внушало доверия, в общем, мы сильно сомневались, что такая сможет без проблем проехать нужные нам тысячу километров. И таких проблемных машин оказалось большинство. Те, что были более или менее достойны внимания, почему-то уходили раньше, чем нам удавалось добраться до владельца.

Как итог, счастливыми обладателями «Шевроле Лачетти» серебристого цвета мы стали лишь к вечеру. Поездку в долгий ящик не откладывали, загрузились в салон и сразу же двинули по направлению к Питеру.

— А что, если он сам не появится, а пошлёт людей, — в очередной раз я выказал недоверие ко всей нашей затее.

— Влад, нюансов может быть тьма в любом плане, — провела рукой по моей щеке Лема. — Успокойся, я могу за себя постоять.

— Знаю, — буркнул я. — Просто будь осторожна, никакого безрассудства. Один раз я тебя уже потерял.

— Всё будет хорошо, — заверила она меня. — Мыш всё проверил: Шаманы ввели мне сыворотку, и теперь я почти бессмертна.

— Вот это меня больше всего и беспокоит, — вздохнул я. — Ты не стала неуязвимой, достаточно пули в голову, а затем её не так уж и сложно отделить от тела.

— Ну всё, я пошла, — чмокнула она меня в губы и направилась к офису клана Тихого.

Мыш в это время сидел с планшетом и проверял состояние работы электроники. На груди Лемы была прицеплена мизерная камера, а в ушах и в серьгах — микрофон и датчик спутникового слежения. А разделённый на две части экран планшета прекрасно передавал происходящее.

Лема беспрепятственно добралась до здания, обнесённого кованым забором, и вступила в диалог с охранником. Она прямо с ходу потребовала аудиенции с Тихим, притом назвала как его позывной, так и настоящее имя. Когда охранник пошёл в отказ, мол, нет здесь таких и никогда не было, Лема закатила скандал, утверждая, что её послали Шаманы и что Тихий её старый друг. Это сильно развеселило человека на калитке, и по итогу пятиминутного скандала он пригрозил ей шокером и полицией, после чего девушка покинула территорию.

Всё, первый шаг сделан, теперь остаётся только ждать и наблюдать.

По легенде Лема не имеет ничего: ни денег, ни знакомых, ни уж тем более жилья. И её настойчивые просьбы встретиться с Тихим как раз этими фактами и оправданы. Всё это и было влито в уши охраны.

Я отправился вести наблюдение за Лемой, а Мыш остался следить за офисом. Планшет позволял держать хорошую дистанцию и не отсвечивать в пределах видимости. Но и минус был: я не знал, следят ли за ней враги.

Хоть я и научил её всему, что знаю и умею сам, девочка она безбашенная и порой выдаёт непредсказуемые вещи. Но всё же она профи и просто так с наскоку её не взять.

Пока всё было тихо. Никто не пытался затолкать в проезжающий мимо фургон, да и на прямой контакт тоже не выходили. А Лема продолжила поддерживать легенду.

Первым делом в её ситуации следует обзавестись деньгами, чем она и занялась, катаясь на трамваях. Буквально часа ей хватило, чтобы вытянуть с десяток кошельков у незадачливых граждан. А уже имея довольно хорошие средства к существованию, она отправилась обедать.

И снова ничего. Приём пищи прошёл в одиночестве, если не брать в расчёт различных пикаперов, которые пытались завладеть вниманием красивой девушки. Но Лема — она такая: посылала их в самой грубой и неприличной форме.

Одному из горе-ухажёров не понравилось подобное отношение, может быть, гордость взыграла. В общем, он решил научить мою девочку вежливости.

Дождался, когда та покинет кафе, и включил крутого парня. Идиот. Он даже руку поднять не успел, как уже закатывал глаза, теряя сознание. Скорость удара была такова, что её даже камера не зафиксировала.

Затем она попыталась заселиться в гостиницу, но такое возможно лишь при наличии паспорта. Так что с ночлегом пришлось импровизировать.

Это в Капте сейчас жара, а Питер отличается скверной погодой даже в разгар лета: ночи холодные, да и дождь может пойти в любой момент. Свинцовые тучи так и кружат над городом, словно их сюда магнитом притягивает.

Нет, день выдался вполне себе тёплый, а вот к закату погода сильно изменилась. Налетел порывистый ветер, который пронизывал до костей, и он буквально кричал о том, что скоро с неба польётся вода. Ночевать в таких условиях на улице — чистое самоубийство.

Хоть Питер и считается самым красивым городом в нашей стране, заброса здесь хватает. Притом даже в центральной части, так что Лема несильно парилась по поводу крыши над головой.

К жизни в комфортных условиях она не приучена, в её памяти нет суперсовременных ортопедических матрасов. Ещё совсем недавно она прекрасно засыпала на тюке, набитом соломой, а прелести современного мира её пока больше пугают.

Лежак она сообразила очень быстро. А уже через час спокойно запалила костёр, на котором принялась жарить сосиски. При этом огонь у неё находился под полным контролем и, наверняка, с улицы его не так-то просто было заметить.

Всю ночь я неотрывно следил за ней на планшете, но ничего необычного не случилось. Примерно на рассвете к ней в гости пожаловали собаки, привлечённые запахом кожуры от сосисок. Именно её они и слопали, не обращая внимания на то, что сделана та из целлофана. В остальном ночь прошла спокойно и без каких-либо проблем.

Наутро Лема вновь направилась к офису, по пути стянув ещё три кошелька в трамвае. Охранник к тому моменту уже сменился, однако о вчерашнем происшествии, видимо, был оповещён. Потому как едва Лема появилась в зоне видимости, он тут же прикрыл калитку и задвинул засов, всем своим видом показывая, что девушке вход на территорию строго запрещён.

Однако она всё равно устроила ещё один скандал и даже присыпала сверху угрозами, на тему: «Когда Тихий узнает, он вам всем голову оторвёт». Но служба безопасности была непреклонна. На сём девушка наглым образом заняла скамейку у забора, мотивируя свой поступок тем, что пока сама лично не увидит Тихого — с места не сдвинется. И мол, идти ей всё равно больше некуда.

Ну а я тем временем смог обсудить обстановку с Мышем. Правда, с его позиции тоже ничего особенного не происходило. Тихий не появлялся, подозрительной суеты не обнаружено. И как только я это выяснил, без зазрения совести завалился спать.

— Господин, подъём, — потрепал меня по плечу Мыш.

— Что там? — кое-как разогнав сон, я сразу прилип к слуховому окну на чердаке.

— Пока ничего, Лема уходит, — ответил он.

Я кивнул и поспешил вниз по пожарной лестнице, на ходу открывая программу слежения на планшете.

В принципе мог бы и ещё вздремнуть. Лема просто проголодалась и, пройдя пару кварталов, устроилась в кафе, где заказала себе стандартный, самый дешёвый бизнес-ланч. Вот только на этот раз ситуация немного изменилась.

Видимо, мы смогли добиться своего, и Тихому всё же передали информацию об истеричке, что уже второй день обивает пороги офиса.

Самостоятельно я слежку не обнаружил, так как держал дистанцию за пределами прямой видимости, но Лема — умница. Оставшись за столиком в гордом одиночестве, она тихонько доложила о присутствии «топтуна» в микрофон. В кровь сразу поступила порция адреналина, а в мозгу сработал воображаемый тумблер, включивший азарт охотника.

И я, и Мыш, и Лема понимали, что такая слежка может вестись неделями, но это уже мало нас беспокоило. Тихий повёлся на приманку и теперь рано или поздно попытается её схватить. А нам лишь остаётся следить за поплавком, чтобы не упустить момент поклёвки.

Лема всегда была настойчивой девочкой. Возможно, именно эта черта характера и является основной причиной того, что мы вместе. Все её навыки, мастерство и умение владеть собственным телом — так же заслуга упорства. Потому её возврат к офису после обеда не выглядел чем-то из ряда вон.

Наверняка «топтун» был очень сильно удивлён такому повороту. А Леме хоть бы что, плюхнулась на скамейку и с независимым видом принялась поглощать мороженое.

До самого вечера ничего не происходило. Затем люди стали покидать офис, потому как рабочий день окончен. А как бы хороша ни была зарплата, жить здесь никто не обязан.

Лема покинула скамью и подобралась ближе ко входу. Охранник, конечно, напрягся, но она не делала попыток ворваться, а просто внимательно рассматривала всех, кто проходил мимо. Естественно, Тихого среди них не оказалось.

Она проторчала у офиса ещё два часа и только после этого отправилась обратно к своей лёжке.

На сей раз кошельки не трогала, видимо, посчитала, что денег ей достаточно, а лишние проблемы ни к чему. По пути посетила небольшой магазинчик и с пакетом, спокойно, уже неспешным шагом направилась к заброшке.

Здесь её ожидал сюрприз в виде двоих соседей. Типичные бомжи и никакой агрессии в её сторону они не проявляли. Разве что засыпали всяческими вопросами, но в этом случае я их прекрасно понимал.

Всё же девочка она красивая, да и одета гораздо приличнее представителей бездомных. Потому её присутствие в заброшке и вызывает любопытство. Однако некоторые вопросы бомжей немного насторожили и меня, и Лему — слишком уж они были неочевидными. В итоге мы оба решили, что это вполне себе похоже на проверку.

Снова костёр, на этот раз с жаренными на углях куриными ногами.

К ужину присоединились и бездомные, Леме просто совесть не позволила послать их подальше. Наверняка в памяти ещё живы образы детства и вечно голодного желудка. Ну а затем она завалилась спать, а я продолжил бдить. Завтра днём высплюсь.

Всё это продолжалось три дня и, можно сказать, без изменений. Лема приходила к офису клана, ругалась с охранником и занимала место на скамейке. Уходила лишь на обед, а затем вновь продолжала дежурство до самого вечера. Путь в заброшку, магазин, ужин и сон, а с утра вновь по кругу.

«Топтун» исправно следовал за ней все эти дни, а вот к концу третьего Лема оповестила меня, что больше не замечает слежки.

И вот тут мы с Мышем резко напряглись.

Такое могло произойти в нескольких случаях, но наиболее вероятны два: Тихий решил с ней встретиться, так как не заметил никакой опасности, или её просто исключили из внимания, как ненужный элемент. Могли ещё попытаться убрать, но для этого нет смысла снимать «хвост», скорее, наоборот.

На всякий случай мы с Мышем старались держаться ближе к Леме, чтобы успеть помочь, ну или завершить то, ради чего всё затевалось. И мы не прогадали.

На обратной дороге, в смысле, когда Лема возвращалась в заброшку от офиса, рядом с тротуаром остановилась машина.

— Девушка, вас подвести? — раздался голос из салона.

— На хер пошёл! — Лема, не глядя на автомобиль, показала водителю средний палец.

К ней вообще часто цеплялись различные типы. Было очень забавно наблюдать за тем, как она их отшивает.

— Ой, как невежливо, — прилетел в ответ насмешливый голос. — Мало тебя Безликий порол в детстве.

— Чё? — опешила от такого заявления та и пригнулась, чтобы рассмотреть водителя. — Тихий! Мать твою! Придурок! Ты какого хрена меня динамишь вообще?!

— Мы так и будем через окно разговаривать?

— Я вообще на тебя обиделась, понял?! — заявила Лема и изобразила гордую, независимую походку.

— Ой, да хватит тебе выделываться, садись уже, — повторил просьбу он. — Или тебе нравится ночевать на помойке?

Лема потянулась к ручке на двери, и в этот момент подоспел я. Разговаривать и что-то объяснять бывшему другу я не стал. Во-первых, он мог просто дать по газам и свалить, а во-вторых, сделать что-нибудь с Лемой. Поэтому, как только я выбрался на прямую зону видимости, сразу же выстрелил ему в голову.

Машина двигалась на холостом, чтобы сравняться с походкой Лемы, потому аварийной ситуации не произошло. В боковом водительском стекле появилось небольшое отверстие с паутинкой трещин, а водитель обмяк на сиденье. Со стороны даже никто и не понял, что вдруг произошло, к тому же выстрел, скрытый глушителем, быстро затерялся в городском шуме.

Лема тут же рванула пассажирскую дверь на себя, нырнула в салон и придержала руль. Ну а к этому моменту уже подоспел я и плюхнулся на заднее сиденье. Почти одновременно со мной у машины появился Мыш, мы как раз совместными усилиями, успели отодвинуть водительское сиденье вместе с покойником, и он беспрепятственно опустил зад прямо на тело. На всё ушло буквально пара секунд, а вскоре мы свернули в переулок, коих в Питере полно на каждом шагу и остановили машину.

Нехитрыми манипуляциями перекинули тело Тихого на заднее сиденье, снова загрузились в машину и встроились в поток. Теперь главное — на полицию не нарваться.

— Давайте в мою заброшку, — предложила Лема.

— Не стоит, — отмахнулся Мыш. — Там в любой момент могут гости пожаловать. У нас уже всё готово.

Кажется, он возвращается, — толкнула меня локтем в бок Лема. — Смотри, рука дёргается.

Мы расположились в гараже, который сняли заранее, ещё в самом начале операции. Ночью людей здесь практически не бывает, а жилые кварталы на достаточном удалении. Так что, при наличии кляпа во рту, с Тихим можно вытворять всё что угодно — никто не придёт ему на выручку.

Телефон и всё, что могло указать на его местоположение, давно выбросили, машину сменили, поэтому соклановцы вряд ли смогут его быстро отыскать.

Однако он самоуверенный товарищ, даже щит не использовал. С другой стороны, оно и к лучшему, иначе его захват мог бы затянуться, а то и вообще пойти по совершенно иному сценарию.

На этот счёт у нас, конечно, были запасные варианты. Лема во время выстрела вполне успевала применить нож, пока Тихий отвлекался бы на меня, плюс Мыш прикрывал. Вот только шуму было бы немногим больше. Но всё вышло вполне удачно.

— А чего мы ему сразу голову не отрезали? — задумчиво произнесла Лема, сидя на верстаке и болтая ногами.

— Поговорить с ним хочу, — спокойно ответил я. — Да и слишком лёгкая смерть для него, не думаешь?

— А вот это мне уже нравится, — улыбнулась та. — Можно я его тоже немножко помучаю?

— Вряд ли у тебя что-нибудь получится, — ответил Мыш. — Новая сыворотка позволяет полностью отключать боль.

— Жаль, — вздохнула она. — А я-то уже размечталась.

Прошло не менее пяти минут, прежде чем Тихий окончательно ожил, а его взгляд сделался осмысленным. Я вытянул у него кляп, и он с ехидной улыбкой осмотрел нашу дружную компанию.

— Ой, смотрите, вся семья в сборе. Ну вот как чувствовал, что будет подвох.

— Плохо чувствовал, — ухмыльнулся в ответ я. — Даже щит нацепить не соизволил.

— Ага, забылся. Старею, видимо. Ну и что дальше, Безликий, убьёшь меня?

— Обязательно, — кивнул я, — но чуть позже.

— О, сейчас будет моя любимая часть — разговоры. Что, наверняка хочешь спросить: почему?

— Да мне в принципе срать. Ты свой выбор сделал, а причины мне безразличны. Ярга как найти?

— Ах вот оно что? — поморщился Тихий. — Я-то решил, что ты захочешь понять…

— А мне вот интересно, — подала голос Лема, продолжая болтать ногами. — Я же к тебе как к брату относилась.

— Поздравляю, а я всегда хотел тебя трахнуть по-братски, ха-ха. Но когда ты легла под него, мне вдруг захотелось сорвать с тебя кожу и мясо солью присыпать.

— То есть ты предал нас из-за этого?

— Предал? Вас?! Ха-ха-ха. Да, ты всё так же наивна девочка. Я никогда и не был за вас. Вы преследовали совсем чуждые для меня вещи. А мне нужна была власть, деньги, и я это получил.

— Очень познавательно, — остановил я их диалог и повторил свой вопрос: — Ярга как найти?

— Без понятия, — пожал плечами пленник. — Как только ты вступил в игру, они с Кеттой в норы свои попрятались. Боятся тебя.

— А ты нет? — снова влезла в разговор Лема.

— А что вы сделаете? Убьёте меня? Я достаточно прожил, видел такое, что вам и не снилось, а сейчас всё стало слишком скучно. Нет больше мировых войн, а в интригах я так и не поднаторел. Это Ярг сейчас развлекается на всю мощь, а мне неинтересно. Ты не поверишь, Безликий, но первое, что я сделал, как только мне ввели сыворотку — выбил себе мозги. Очень хотел посмотреть, что же там такого на той стороне. А там оказалось пусто, просто смерть. А ещё я понял, что жизнь вообще не имеет смысла, вот так просто, ага. Все эти философские размышления, какие-то переживания по поводу — всё это чушь. Что молчишь? Ну, давай, расскажи мне, что ты думаешь на этот счёт? Ради чего ты живёшь, ради чего бьёшься?

— Чтобы таких, как ты, стало чуточку меньше.

— Ха-ха-ха, да уж, отличный план. Моё место тут же займут другие. Ты не герой, Безликий, ты такой же убийца, как и я, ты так же выполнял приказы в угоду клановым интересам. Что, нечего сказать?

— А по мне видно, что я против? Нет, Тихий, ты прав. Я такой же, как ты, только близких не предаю.

— Это вопрос цены, Дария ты убрал, не задумываясь, а ведь он был тебе другом.

— Его бы в любом случае убрали, — пожал я плечами.

— Брось, ты же сам понимаешь, что получи ты подобный приказ относительно меня, ничего бы не изменилось. Ты точно так же оправдал бы свои действия, а я был бы мёртв.

— Возможно, — не стал спорить я. — Вот только всё развивалось иначе. Когда нам отдали земли, когда мы создали свой клан, я был готов убить за тебя любого. И ты это знаешь.

— Знаю, — кивнул тот. — Но я выбрал свой путь и ни разу не пожалел об этом.

— Какой же ты мудак, Тихий, — вынесла приговор Лема.

— А ты у нас, значит, образец для подражания? — усмехнулся тот. — Ты ничуть не лучше меня, тоже готова перерезать глотку любому, на кого тебе укажет любимый.

— Ну ты меня поймал, — расхохоталась та. — Вот только к стулу сейчас привязан ты, а не я.

— Так чего вы ждёте? Приговор вынесен и, как я полагаю, уже очень давно. Давай, Безликий, действуй, я больше никуда не сбегу.

— Что вы нашли в Диких землях, в Османии?

— А что мне будет, если расскажу?

— Умирать можно по-разному, Тихий. Как ты смотришь на бетонный склеп?

— Пф-ф и это всё, на что хватило твоей фантазии? Ты меня прямо-таки расстраиваешь, Безликий.

— Ну извини, мой мозг не настолько искушён в садизме.

— Да уж, до Ярга тебе точно далеко.

— Видимо, мы не договоримся.

— Это уж точно, — ухмыльнулся тот. — Давай, хватит уже пустой болтовни.

Я подхватил протянутый Лемой топор и в один взмах отделил голову Тихого от тела. Оно тут же попыталось распрямиться, но мы достаточно крепко закрепили его. Однако какое-то время оно ещё дёргалось, издавая противный скрип, ножками стула по полу.

— Жаль, я бы его всё-таки помучила, — спрыгнула с верстака Лема. — Ну, и что теперь?

— Хотелось бы увидеться с Шаманами.

— Где-то я это уже слышала? — подозрительно прищурилась Лема, — Помниться, мы после этого месяц по Диким землям бегали.

— И всё же лучше бы нам понимать все расклады. Они что-то нашли, именно с этого всё и началось.

— Ну раз в данный момент нам это недоступно, может, займёмся поиском Ярга? — пожала плечами Лема.

— А у меня как раз появилась идея, как можно заставить его высунуть нос наружу, — спокойно добавил Мыш.

— Так, я весь внимание, — две пары глаз уставились на мастера шпионажа.

— Однажды мы таким образом расшевелили муравейник, — продолжил он. — Может, и сейчас сработает. Вся сила кланов в людях, именно они составляют фундамент нашей пирамиды. А Ярг очень властолюбив, и если мы попробуем убрать эту основу, он наверняка не станет молча сидеть и ждать.

— Может сработать, — кивнула Лема. — Начнём с низов, а там кто-нибудь да выведет нас к верхушке.

— Ты сможешь достать списки?

— Смешно, — ухмыльнулся Мыш.

— Принял, — кивнул я. — Ладно, избавляемся от падали и пробуем достать Ярга.

Глава 13

Незваные гости

— Вижу его, могу снять прямо сейчас, — послышался в наушнике голос Мыша.

— Не нужно, я сама, — ответила Лема, которая ожидала клиента в подъезде.

— Она справится, — добавил я, сидя в машине с планшетом в руках.

Фраза, что я произнёс, была, скорее, для себя. Хотя я всё же был точно уверен — навыков Лемы более чем достаточно, чтобы убрать рядового посыльного из клана Ярга.

До Сибе́рии мы так же добирались на машине, но четыре тысячи километров на «Лачетти» — это, я вам скажу, непередаваемые ощущения. И вроде неплохая машина, но в дальней дороге начинаешь понимать: сиденья не той высоты, ноги затекают, спинка тоже несильно удобная, поясница постоянно в напряжении. Однако добрались и это главное. «Лучше плохо ехать, чем хорошо идти», — гласит народная мудрость.

Мыш ещё в Питере в течение часа достал все необходимые данные, вплоть до третьей ступени власти клана. Остальные тоже были известны, по крайней мере, лица и место жительства по регистрации. Вот только сама верхушка так же, как и глава клана, скрывались.

Пока в наши планы не входили допросы, да и вряд ли такое получится, когда мотивация боли у пленника отсутствует. Поэтому решение приняли такое: будем убирать всех причастных, а рано или поздно поползут слухи и под страхом смерти кто-то да расколется.

Первого клиента отдали Леме — она очень просила, всю дорогу канючила, и в итоге мы с Мышем сдались, лишь бы «дитя не плакало».

На неё вновь навесили систему слежения, больше для того, чтобы мне видеть её работу и указать на ошибки, если таковые будут, а в последнем я, в общем-то, не сомневался. И дело вовсе не в том, что я не доверял ей, напротив… Однако оно само по себе дело нужное и даже я буду действовать с такими «обвесами».

Это более чем нормально. Взять хоть профессиональных спортсменов. Они всегда отсматривают собственные выступления, чтобы видеть ошибки со стороны, и это работает. Так чем мы хуже?

— Он не один, — предупредил Лему Мыш. — Соседка, похоже, с пакетом из супермаркета идёт.

— Поняла, — отозвалась девушка и тут же понеслась по ступеням наверх.

Я наблюдал за её действиями в экране планшета и данный шаг не оценил. Ну пусть, лучше не отвлекать во время работы, по окончании всё выскажу. Сейчас стану делать замечания, как она тут же начнёт суетиться, а оно нам не надо.

Пятиэтажка не имела лифта, потому Мыш прекрасно видел, как вслед за ней поднимаются люди. И всё шло к тому, что соседка тоже проживает на последнем этаже. Вот поэтому я и не оценил поступок Лемы.

Гораздо проще затаиться под лестницей, а затем просто постучать в нужную дверь. А теперь прятаться негде, чердак наверняка заперт, а больше никуда́ с верхней площадки не денешься…

— Да твою же дивизию, — буркнул я, когда увидел, чем собирается заняться Лема. — Брось, этот замо́к тебе не по зубам, — не выдержал я и высказал в гарнитуру.

Сплошные ошибки, как я и думал. Да, в своём времени ей не было равных, но сейчас очень многое изменилось. Одно только видеонаблюдение на каждом подъезде чего сто́ит. Плюс совершенство замко́в, которые очень далеко шагнули с тех лет в плане безопасности. Тогда таких даже на сейфах не было, а сейчас в каждой двери.

— Оба прошли четвёртый, — оповестил Лему Мыш, и она тут же перешла к действию, наконец оставив замо́к в покое.

Клиент шёл первым, помогая пожилой соседке донести увесистый пакет с продуктами. Та двигалась следом, отставая всего на пару ступеней, и жаловалась на тяжёлую жизнь и отсутствие лифта.

Лема выскочила перед ними, словно чёртик из табакерки, одной рукой упёрлась в стену, второй придержала себя за перила и с обеих ног вломила в грудь парню.

Как бы ни был хорошо подготовлен человек, моментально среагировать на угрозу он всё равно не в состоянии. Мозгу требуется время, чтобы проанализировать ситуацию и передать команду телу. И на этот фактор как раз был расчёт.

Парня смело с лестницы, словно резкий порыв ветра налетел, а вслед за собой он потянул и женщину, которая даже близко не поняла, что происходит.

Но в отличие от них, Лема точно знала и понимала, что делать дальше, и пока те кубарем летели вниз, она в один прыжок преодолела весь пролёт. Нож тускло блеснул в свете лампочки, и клиент захрипел, выпуская кровавые пузыри из распаханного горла. А следующим движением Лема окончательно упокоила его, загнав клинок в висок по самую рукоятку.

Женщина наконец поняла, что случилось, но увиденное никоим образом не прибавило ей хорошего настроения. А вот ужас, что блеснул во взгляде, потянул за собой нежелательные последствия.

Она уже набрала полную грудь воздуха, чтобы поднять крик на весь подъезд, но моя девочка успела. Нож вошёл ей в горло, пробил гортань и заставил подавиться криком, который уже вот-вот собирался вырваться наружу.

Лема быстро вытянула лезвие и следующим ударом, над ключицей, пробила женщине сердце. В отличие от парня, её тело тут же бросилось в пляс, разбрасывая по полу окровавленные продукты.

Время утекало, шум и грохот легко мог заставить кого-нибудь выглянуть за дверь. А ведь работа ещё не закончена.

Парень работает на клан и вполне вероятно, что ему тоже ввели сыворотку из стволовых клеток. Мыш, конечно, утверждал, что низшей ступени такие радости недоступны, но лучше не рисковать и отделить мозг от тела. Чем и занялась Лема.

Пилящими движениями разрезала мясо и жилы до самых позвонков, наставила нож в промежуток между ними и навалилась всем весом, с хрустом пробивая хрящи. Дальше нож в сторону заточенного края, как рычагом и ещё раз, всё с самого начала.

Лема орудовала клинком довольно сноровисто, плюс дополнительные силы, что опять же даёт сыворотка. Но всё равно дело продвигалось очень медленно, прошло не менее пяти секунд, прежде чем голова клиента отделилась от тела.

Всё, теперь отход.

Лихо перепрыгивая через две ступени, Лема успела выскочить на улицу, прежде чем в подъезде поднялась паника или вошёл кто-то посторонний, и тут же свернула, скрываясь в тени дома. Дальше немного вдоль стены, за угол, замерла в кустарнике, пропустила молодёжь, которая, ни о чём не подозревая, вскоре свернула к тому же подъезду. Буквально пара минут отделяла Лему от провала.

Ну сейчас она у меня получит! Слишком грязная работа, настолько, что впору больше вообще не выпускать её на задание.

Я подхватил её у следующего дома и сразу сорвался с места. Объехал квартал по кругу, подобрал Мыша и только после этого окончательно покинул район. Минут пять и он весь будет просто кишеть полицейскими.

— Это что такое было?! — строго спросил я и протянул Леме упаковку влажных салфеток. — Разве я этому тебя учил?

— Ну я же справилась.

— Ты наследила! Притом так, что тебя теперь впору из страны вывозить. Даже самый неопытный участковый найдёт тебя в течение недели! Радуйся, что твоих ДНК и пальчиков нет ни в одной базе.

— Прости.

— Что?! Мне вот это твоё «Прости»… — окончательно распалился я. — С завтрашнего дня начинаешь усиленные тренировки! Ты поняла?!

— Да.

— За каким хреном тебя вообще наверх понесло? Это твоя самая первая и самая глупая ошибка.

— Ну, я подумала, что смогу дождаться клиента дома…

— Тогда бы мы сразу разрабатывали именно такой план, с проникновением. Ты ведь даже ни разу не пробовала вскрыть современный замо́к, но вдруг решила, что он тебе по зубам. Повтори, какой был план?

— Дождаться клиента в подъезде.

— Дальше.

— Пропустить его вперёд, подняться следом…

— А ты что сделала?!

— Я поняла, прости.

— Значит так, больше никакой самодеятельности. Займёшь пока позицию Мыша.

— Ну Вла-а-ад…

— Так, сейчас не понял?! — вскинул я бровь.

— Есть вести клиентов, — буркнула в ответ та.

— Вот и договорились, Мыш, кто там следующий.

— Так, на сегодня ещё две цели, они наверняка уже дома, — отозвался тот и установил навигатор с вбитым маршрутом в держатель.

Точка наблюдения была выбрана и проработана заранее. К этой ночи мы готовились неделю, выбирая наиболее подходящие места как для обзора, так и под стоянку. Нужно было отдать Леме второго клиента, наверняка он более охотно откроет двери девчонке, нежели мне. Ну, теперь уже ничего не поделать, наказана, однако и мне урок будет.

В подъезд я вошёл без проблем, почти все домофоны открываются специальными кодами. Их ещё на стадии производства программируют подобным образом, в основном для спецслужб типа скорой или МЧС. Но даже если где-то они не работают, в смысле коды, то отжать дверь при определённых усилиях, не особо сложно. Её всего-навсего держит электромагнит. Да, он достаточно мощный, чтобы внутрь не проникали подростки или бродяги, но мне вряд ли станет препятствием.

В случае с этим домофоном, всё решил специальный код, как, впрочем, и в большинстве своём.

Я спокойно поднялся на третий этаж и вдавил клавишу звонка на двери. К моему удивлению, тот сработал, хотя, как правило, батарейки в таких садятся уже в первый год использования и мало кто их меняет. Смысла нет, если основные звонки приходят в домофон.

Само собой, ждать моментальной реакции на вызов в два часа ночи — глупо. Потому я повторил действие и на этот раз удерживал кнопку немного дольше.

— Кто? — послышался за дверью заспанный голос.

Наверняка он и к глазку примкнул, вот только вряд ли сможет увидеть хоть что-нибудь на тёмной площадке. Свет я предварительно погасил.

Имелся, конечно, шанс, что клановым кололи старую сыворотку, без разработок на стволовых клетках. Такая ещё в те времена прекрасно позволяла мне видеть в темноте. Но на этот случай я держался чуть в стороне от двери.

— Там это, Серого вальнули, — выпалил я. — Прям в подъезде башку отрезали, тебе чё, не звонили ещё?

— Ох ебать! — буркнули за дверью и тут же следом раздались щелчки, означающие, что скоро дверь распахнётся.

Как только это произошло, я в прямом выпаде вонзил нож в глазницу клиенту. При этом прошмыгнул внутрь квартиры и придержал его за затылок, чтобы грохот от падения тела не разбудил весь подъезд.

Пока он находился на ногах, они не били по полу, а попросту елозили, собирая ковёр в прихожей в бесформенную кучу. Он даже пискнуть не успел, как был уже мёртв. Теперь предстоит та же процедура по отрезанию головы.

Нож я использовал другой, и экспертиза наверняка это покажет. А вот характер ран я старался сделать похожими, поэтому голову отрезал точно так же, как это делала Лема. Однако моих сил хватило, чтобы отделить её всего за два движения.

Всё, здесь мы тоже закончили.

Подъезд я покинул без свидетелей, да и откуда им взяться в такое время. Добрался до угла дома, выскользнул через кустарник боярышника и плюхнулся на сиденье рядом с Мышем. А буквально через минуту мы уже подобрали Лему с планшетом и биноклем.

— Ну, блин, круто ты его, он даже пикнуть не успел, — с глазами, полными восторга, произнесла она.

— Тебе никто не мешал поступить так же, — пожал я плечами. — Ладно, все дискуссии потом, у нас на сегодня ещё один.

— Там проще, он за городом живёт, — беззаботно отмахнулась Лема.

— Так, я не понял, это что за отношение к работе, а?!

— Какой ты душный стал, — где-то успела подхватить современное словечко та.

— Ладно, живи пока, — ухмыльнулся я. — Спать у тебя сегодня вряд ли получится. Будем выбивать дурь отжиманиями.

— Так нечестно, — попыталась возмутиться она.

— А жизнь, вообще, крайне несправедливая штука, — с усмешкой добавил я. — Мыш, чего ждём-то?

— Так это, красный же, — флегматично указал он ладонью на светофор.

— Вот, — назидательно произнёс я. — Учись у старших: осторожность превыше всего.

— Да поняла я, тиран, — буркнула Лема и уставилась в окно на ночную Сибе́рию.

«За городом» оказалось не так уж и близко. Ехали не меньше часа и к тому моменту уже начало светать. До дневного уровня видимости, конечно, ещё далеко, но тьма больше не сможет основательно скрывать наши передвижения.

В чём-то Лямка права, третий клиент был самым простым, но это не даёт права относиться к выполнению задачи легкомысленно. К тому же мы устали, вокруг сонное царство, притом не только у людей, но и у природы.

Ночные хищники уже успокоились, а дневные — не пробудились. И это общее настроение, тишина и покой невольно расслабляют. Того и гляди, сам носом клюнешь, а значит, внимание рассеянное, легко упустить из вида что-то важное.

Ровно по этой причине, мы и оставили самого простого клиента напоследок. И кто бы мог подумать, что он ещё и облегчит нам жизнь.

Несмотря на то, что Сиберский округ считается суровым в плане климата, летом здесь стоит жара порой даже похлеще, чем в центральной полосе. А клиент ещё и подружку с собой приволок, на которой усердно работал всю ночь.

В тот момент, когда я, пригнувшись, крался к открытому окну, из него как раз по округе разносились вполне очевидные стоны.

Я замер под отливом и пытался сообразить: убирать обоих или дождаться нужного момента, чтобы забрать одного, как прямо над моей головой, отдуваясь, появился клиент.

Он принялся чиркать зажигалкой, тем самым лишил себя зрения. Не совсем, конечно, но глаза от яркой вспышки явно уже не могли видеть так же хорошо, как до этого. Моих ноздрей коснулся удушливый запах табака, и я решил действовать.

— Лёха, я тебя жду, — раздался женский голос из глубины комнаты.

— Ща, — крикнул он, слегка обернувшись, и это был идеальный момент.

Я будто сжатая пружина выпрыгнул вверх, схватил Лёху за затылок, а нож погрузил в подбородок, пытаясь протолкнуть его как можно глубже до самого основания черепа. Кровь брызнула на руки и лицо, а клиент выскользнул на улицу, подчиняясь моей силе и инерции.

Церемониться не было времени — в любую секунду его гостья может высунуться в окно, потому как Лёха внезапно в него вышел прямо на её глазах. И как только его тело приземлилось на мокрую от росы траву, я схватил его за руки и перетянул за угол. Ну а здесь, прикрытый со всех сторон, принялся отрезать ему голову.

Женский визг огласил округу, когда я уже подходил к машине, которую мы оставили на окраине дачного посёлка. Уже через десять минут мы мчались по трассе, а ещё через сорок замерли на берегу небольшого озера.

Мыш тут же раскинул удочки, а мы с Лямкой установили палатки. Следом запалили костёр, в который полетела окровавленная одежда, а сами полезли в довольно холодную воду. Мыш, конечно же, остался сидеть у костра, потому как в отличие от нас в крови не пачкался.

Мылись, используя все средства гигиены, а сыворотка быстро помогла отрегулировать температуру тела, так что мы особо и не замечали какого-то дискомфорта. Даже побесились немного, разгоняя утреннюю тишину, звонким смехом Лямки.

— Ну всё, — выбралась та на берег и плюхнулась прямо в траву, растопырив ноги и руки в разные стороны. — Я чиста и непорочна.

— Давай-ка сто отжиманий для начала, непорочная ты наша, — с ухмылкой встал я над её лицом. — Чего смотрим, сто пятьдесят захотела?

— Ну Вла-а-ад…

— Двести, — добавил я ещё и скрестил руки на груди.

— Тьвесьти, — передразнила меня Лема, но всё же перевернулась и принялась чётко и довольно шустро поднимать своё тело.

Я немного постоял у костра, впитывая его тепло, и прошёл к багажнику машины, из которого извлёк сумку с запасной одеждой. Скинул с себя мокрые плавки, натянул штаны, накинул ветровку и опустился на раскладной стул рядом с Мышем. При этом продолжал боковым зрением фиксировать мерные отжимания Лемы.

— Что-то мне кажется, маловато ей две сотни, — флегматично указал на девчонку ножом тот.

— Ничего, сейчас закончит, я ей ещё приседаний две сотни накину, — ответил я.

— Мы́ша, блин! — услышав нашу беседу, Лема замерла и бросила на него гневный взгляд.

— С выпрыгиванием, — строго добавил я, и она снова продолжила отжиматься, что-то бормоча себе под нос.

Вскоре силовые упражнения подошли к концу, ну и пока мышцы были разогреты, пошла растяжка, затем акробатика, и всё это под недовольное бурчание.

— Закончили упражнение, — остановил Лему я после очередного прыжка, переходящего в кувырок. — Теперь вспоминаем блоки.

К этому моменту сил на разговоры у девушки почти не осталось, и она молча, но с присущим ей упорством принялась фиксировать движения.

— Чётче, ещё, — комментировал я. — Ещё раз, ещё… Вот, а то что это за блок такой, его соплёй перешибёшь. Ноги не забывай, подшаг по дуге… Вот так, раз, раз…

Лема упорно повторяла всё, трава под ногами уже была вытоптана до песка, но меня это нисколько не смущало. Я вошёл во вкус, мало того, сам вместе с ней прорабатывал каждый шаг, каждый взмах. «Обучая, учись сам» — гласит китайская мудрость. Уж кто-кто, а эта нация знает толк в упорстве и оттачивании мастерства.

— Мыш, ты как, готов показать, на что способен? — кивнул я старому другу.

— Ну, можно тряхнуть стариной, — улыбнулся он, подкинул пару поленьев в огонь и поднялся со стула. — Чего делать?

— В спарринге с Лемой поработай, — кивнул я в её сторону подбородком, — а то к моему ритму она уже приучена.

— Не жалко дедушку? — нагло ухмыльнулась Лема и встала в стойку напротив.

— Ты бы зубки приберегла, внученька, — в тон ей усмехнулся Мыш, хотя на вид практически не уступал ей в возрасте. — А то уж очень болезненно они потом режутся, как бы температурка не подросла.

И Лема тут же бросилась в атаку.

Молниеносную двойку Мыш заблокировал одной рукой, а последующий удар ногой в грудь пропустил мимо корпуса и осушил ударом локтя той же руки в бедро. Лема выпучила глаза от удивления и отступила, припадая на ставшую непослушной ногу.

Мыш не стал дожидаться, когда она полностью придёт в себя, и сам перешёл в атаку. Серия ударов ногами заставили девушку отступить ещё раз, а именно этого и добивался противник. Как только его правая нога просвистела мимо, Лема тут же рванула вперёд, решив, что Мыш провалился, и нарвалась на удар пяткой в лоб.

Девушка тут же рухнула на попу, но отдохнуть ей, конечно, никто не дал, противник поднял ногу до самого носа и с резким выдохом опустил её на голову Лемы. Само собой, что её там уже не обнаружилось — она почти сразу ушла в кувырок через спину, и пятка лишь вспахала песок.

Вот теперь в её глазах уже читалось уважение к противнику, вместо надменного, взгляд стал сосредоточенным.

Мыш замер, он тоже прекрасно понимал, что эффект неожиданности прошёл и вот так, с наскока, ему Лему больше не достать.

Однако и она больше не спешила бросаться в безрассудную атаку. Наметила боковой в голову, притом ногой, и Мыш ожидаемо рванул вперёд, чтобы сорвать дистанцию и погасить удар. Но Лема на это и рассчитывала.

Она согнула ногу в колене и тут же вновь выбросила её вперёд и вниз, направляя пятку в колено Мышу. Удар очень хитрый и сложный в исполнении. Но только этим она не ограничилась, одновременно с ногой она выбросила вперёд и руки, подхватила противника за запястье и плечо, и потянула на себя.

Устоять на ногах в такой ситуации невозможно, и Мыш проиграл. Падение было контролируемым, вот только этот самый контроль был у Лемы. Даже когда лицо Мыша уткнулось в песок, она всё ещё продолжала удерживать его руку. Правильный поворот против сустава, фиксация ногой затылка, и вот Мыш уже стучит ладонью по песку.

— Закончили, — я громко хлопнул в ладоши, и Лема тут же ослабила хватку. — Ладно, молодец, — похвалил её я. — Можешь идти спать первой.

— Неужели ты ещё сомневался? — самодовольно улыбнулась она.

— Так, я не понял, урок, что, прошёл мимо головы? А ну, давай планку пять минут для закрепления материала через руки.

— Ну Вла-а-ад, — снова закатила глаза та, а Мыш едва сдерживал смех, сидя на песке.

— Это будет повторяться до тех пор, пока ты не усвоишь: никогда, ни при каких обстоятельствах не пренебрегай противником! — строго добавил я. — Спину ровно держи!

— Есть, хер-майор, — выдохнула Лема и слегка опустила попу.

Затем я ещё раз загнал её в озеро, чтобы она ополоснулась от пота и налипшего песка. И только после этого позволил переодеться и поесть, а в завершение отправил спать в одну из палаток.

Сам же остался с Мышем, нужно было наметить следующую тройку в разработку.

— Они теперь намного осмотрительнее будут, — подытожил Мыш, когда цели определились. — Наверняка уже поняли, что на них пошла охота. Это полиция не сразу связи найдёт, а эти точно догадались. Я потому и предлагал наших подключить, и как в прошлый раз накрыть всех одним ударом.

— Нет, в нашей ситуации такая тактика не подходит, — покачал я головой. — Три в неделю — самый оптимальный вариант. Вот посмотришь, уже к концу лета Ярг сам выползет наружу, чтобы разобраться с наглецами, посмевшими дерзнуть на такое. Нам главное — нигде не засветиться.

— Думаешь, он дурак, не догадается?

— Может, даже будет знать наверняка, вот только его людям плевать. Он их босс, он гарантировал им защиту. Как только они поймут, что от Ярга её нет, сами сдадут его. И он тоже это прекрасно понимает, а значит, ни за что не допустит. Вылезет, как миленький покажется. Но опять же, это будет прекрасно работать, пока он не знает, где мы и сколько нас.

— Хрен его поймёшь, — пожал плечами Мыш. — Знать бы ещё, что они в Диких землях нашли, возможно, от этого не меньше наш успех зависит. А то может так статься, что им на всех уже насрать.

— Что бы там ни было, оно пока не работает, — покачал я головой. — Шаманы не просто так ключ умыкнули и Хранителей на клан Тихого натравили. Да и с Лемой, скорее всего, не так просто дела обстоят.

— Да ну, не верю я, что она тебя предаст, — отмахнулся Мыш. — Это уже за гранью фантастики. Скорее луна на Землю рухнет, чем такое случится.

— А я не об этом, — усмехнулся я. — Мне её не просто так вернули. Не хотят, чтобы я от основной цели отвлекался.

— Ну, так это вполне логично, — пожал плечами тот.

— Ладно, иди ложись, я подежурю.

— Спасибо, господин, — коротко поклонился Мыш, поднялся со стула и вскоре скрылся в палатке.

А я остался поддерживать костёр и любоваться природой. Завтра ещё один день отдыха и приступаем к разработке следующей тройки. И так по кругу, пока Ярг не покажет свою гнусную рожу.

И на этот раз меня уже никто не остановит: ни кланы, ни советы, ни тем более Шаманы. Пусть весь мир трещит по швам, рушится, горит синим пламенем — я больше не отступлюсь.

— Ты смотри, с первого раза не поняли, — усмехнулся я, наблюдая за очередной целью.

— Нет, ну это вы зря, господин, как по мне, он ведёт себя намного осмотрительнее, — не согласился со мной Мыш. — С другой стороны, это же низшие — никто не станет выделять для них личную охрану.

— Вот здесь я с тобой, пожалуй, соглашусь, — кивнул я. — Ладно, с этим тоже всё понятно, сегодня вечером работаем. Дубликаты ключей готовы?

— Да, господин, — согласно кивнул Мыш. — Лема отлично сработала.

— Как считаешь, можно её на задание ставить?

— Это вам решать.

— Мыш, не уходи от ответа, — поморщился я. — Мне просто хочется знать твоё мнение.

— Ну, в первый раз она, конечно, наследила, — начал издалека тот. — Но в целом работу выполнила вполне профессионально.

— Смешно, — вздохнул я. — Ладно, отправим её к клиенту на квартиру. Уж там она вряд ли сделает что-то не так. Поехали, подберём её.

Мыш молча кивнул и влился в общий поток, а через двадцать минут в машину запрыгнула Лема. Она вела ещё одного кандидата на минус.

— Порядок, — без лишних вопросов доложила она. — Такое чувство, что они совсем ничего не боятся. Маршрут не менял, адрес тот же.

— Пока ещё рано, — вместо меня ответил Мыш, — но после сегодняшней ночи они наверняка станут действовать иначе. А спустя пару рейдов, многие вообще побегут из города.

— Так, Лема, — оборвал я пустую болтовню, — сегодня твой выход, возьмёшь себе Большакова. Только давай без импровизации, дождёшься его в квартире…

— Поняла, — с серьёзным видом кивнула та.

— Замечательно. Мыш, ты сегодня на руле и желательно уже сменить колёса. По камерам у тебя что?

— Пока работают, — пожал плечами тот. — Вырублю ближе к вечеру, до утра мастера точно не приедут. Машину найду. Нам всего-то пару часов ею пользоваться.

— Принял, работаем.

В квартиру Лема проникла без особого труда. Ключ, сделанный по слепку, подошёл идеально. Всё-таки Мыш в нашей команде — человек незаменимый, на все руки от скуки.

Я расположился на скамейке у подъезда до́ма напротив. Да, позиция не самая сокровенная, но чаще всего вот так, у всех на виду, скрыться гораздо проще. Всё дело в поведении.

Незатейливая поза, блуждающая улыбка и планшет перед глазами. Всё это вкупе с неброской одеждой: поношенные спортивные штаны, футболка, стоптанные тапочки, и вот я уже воспринимаюсь не иначе, как местный житель, который выбрался подышать свежим воздухом. Со мной даже местная бабушка поздоровалась, наверняка решила, что я новый квартирант.

Мыш вёл клиента практически до дома, а затем занял место на стоянке у супермаркета, передав его мне.

Тот в свою очередь загнал машину во двор, покинул салон и поставил её на сигнализацию. Постоял, осмотрелся и, не заметив ничего подозрительного, направился к подъезду.

— На подходе, — буркнул я в гарнитуру связи.

— Приняла, — отозвалась Лема и заняла место сбоку от входной двери.

Прошло не меньше двух минут, прежде чем клиент разомкнул замо́к и потянул на себя дверь. И вот здесь Лема вновь стала действовать неадекватно, по какому-то собственному сценарию.

Она встала прямо напротив проёма, давая рассмотреть себя во всей красе. Я прекрасно видел её нагловатую ухмылку в зеркале, что расположилось на стене у входа.

— Добрый вечер, — за каким-то хреном поприветствовала клиента она и нанесла ему молниеносный удар пальцами в переносицу.

Большаков едва успел рот открыть, видимо, хотел возмутиться, но уже не успел. Его нос брызнул кровью, а ноги подкосились.

Сыворотка, может, и убирает болевой эффект, однако реакция на внезапную атаку у мозга не моментальная. Когда получаешь хлёсткий удар в нос, биомеханика организма работает одинаково у всех людей: потеря ориентации и обильное выделение слёз.

Следующим движением Лема схватила клиента за отворот рубашки и затянула в квартиру, после чего закрыла за ним дверь. Рывок получился очень хороший и Большаков, подчиняясь ему, сделал несколько шагов вперёд и влетел лицом в стену напротив, после чего окончательно сполз на пол.

Я терпеливо ждал. В данный момент её самодеятельность ещё как-то оправдывалась. Если следующим движением она его уберёт, то все вопросы отвалятся.

Но у Лемы, судя по всему, было собственное мнение на сей счёт и как только замо́к на двери замкнулся, она влепила Большакову футбольного пинка в лицо. И на этом экзекуция не закончилась.

Девушка принялась пинать лежачего ногами в живот, да и вообще, всюду, куда только могла дотянуться.

— Ты что делаешь?! — прошипел я. — Заканчивай работу!

— Сейчас, — отозвалась та, но избиение не прекратила.

Вместо этого она перевернула его на спину, вытянула нож, уселась сверху и располосовала ему щёку. Видимо, низших оставляют без сыворотки, потому как Большаков тут же открыл рот, чтобы закричать от боли. Но Лема нанесла ему короткий, точный удар в печень, после которого он смог лишь захрипеть и попытался свернуться в клубок.

— Где Ярг? — прошипела ему Лема прямо в лицо и тут же вонзила нож в бедро.

Самого удара я не видел, но траектория движения руки дала мне понимание.

Большаков снова открыл рот, но на этот раз Лема нанесла ему удар в солнечное сплетение. Эффект практически тот же: сбитое дыхание и боль в диафрагме, а изо рта лишь сдавленный хрип, перешедший в кашель.

— Где? Ярг?! — повторила вопрос Лема, разделяя слова.

— Незна… Я незна… — просипел в ответ тот. — Нена… Пожалст, ненад…

Я едва понимал, что он говорит. Адреналин в его крови явно зашкаливал: боль, сбитое дыхание, страх. Вот только Леме, похоже, было наплевать, и она повернула нож, который до сих пор торчал в ноге Большакова.

Очередная попытка закричать закончилась, так и не начавшись. Лема прекрасно знала, куда и как бить, чтобы клиент не издавал лишних звуков.

— Что ваш клан нашёл в Османии? — сменила она тему.

— Я незна… Я бухгалтер… Ненад… Пожалст… Я ничего не знаю.

Но на девушку его мольбы вообще никак не действовали. Вместо того чтобы закончить работу, она продолжила его избивать и протыкать ножом во всех возможных местах. Лишь старалась колоть так, чтобы раны не были смертельными.

Я терпеливо ждал, когда закончится весь этот цирк, хотя для себя уже решил: «На задание Лема больше не пойдёт!»

Так и не добившись результата, она наконец-то перешла к главному — перерезала клиенту горло, ну и в завершении отделила голову от тела.

Когда она поднялась, я с ужасом рассмотрел всю ту грязь, что она развела.

Кровь заливала всё пространство прихожей, наверняка ноги тонули в ней по щиколотку. Это я, конечно, утрирую, но пройти по квартире так, чтобы не запачкать стопы, было просто невозможно.

Мало того, Лема сейчас и сама выглядела не лучшим образом. Да ей достаточно на мгновение кому-нибудь на глаза попасться и всё сразу станет ясно.

И то, что она сделала в следующий момент, окончательно убедило меня в её полной неадекватности.

Прежде чем покинуть квартиру с трупом в дверях, она попёрлась в его ванную, чтобы смыть с себя кровь. Я едва смог удержать зад на скамейке. А желание подняться к ней и в грубой форме научить уму, было огромным.

Долгих десять минут Лема приводила себя в порядок, принимая душ прямо в одежде, после чего покинула квартиру.

Вся мокрая, она выскользнула в подъезд, оставляя за собой кровавые следы. Ну и естественно, выйти нужно было сразу, без проверки на наличие людей за дверью. А если уж закон подлости включился в работу, так делает это основательно, на полную катушку.

Едва дверь распахнулась, как на лестничном марше, с верхнего этажа появился мужчина с сигаретой в зубах. Возможно, не обрати он внимание на шум с нижней площадки — остался бы жив. А когда он в упор уставился на Лему в насквозь мокрой одежде, а заодно и на безобразие в дверях, он был уже обречён.

В общем, это был провал по всем пунктам.

Максимум, что успел сделать мужчина, это выронить из рук окурок, а в следующее мгновение Лема уже вскрывала горло ни в чём не повинного человека, случайного свидетеля.

И дёрнул его чёрт выбраться покурить в половине первого ночи!

Как только тонкая девичья фигура выскользнула из подъезда, я погасил экран планшета и покинул точку наблюдения. Мыш уже выехал со стоянки и буквально через минуту мы вместе мчались по ночному городу.

— На точку сбора, — сухо приказал я.

— Но у нас ещё двое на сегодня? — не понял моего решения Мыш.

Ну да, ведь он не видел того, что вытворяла Лема. Её вид, скорее всего, вызывал какие-то вопросы, но он тактично держал их при себе. Однако изменение в планах уже не оставило его равнодушным.

— Позже, Мыш, — всё так же, сухо отозвался я. — К точке сбора.

Больше никаких вопросов он не задавал, молча кивнул и на следующем же перекрёстке свернул влево — на выезд из города.

Вскоре мы остановились у обочины, бросили угнанную машину, пересекли небольшую посадку и загрузились в «Лачетти». А спустя сорок минут тряски вновь развернули палаточный лагерь, правда, на этот раз уже на другом озере.

Когда всё было закончено с палатками, удочками и костром, я уселся напротив Лемы и заглянул ей в глаза.

— Что с тобой не так? — не отрывая взгляда, спросил я.

— В смысле?

— В прямом. Повтори, какая была поставлена перед тобой задача?

— Убрать Большакова, — пожала плечами та. — Она выполнена, разве нет?

— Не строй из себя идиотку, — спокойным голосом продолжил я. — Что за самодеятельность ты там устроила? Приказ был чёткий: быстро убрать цель, без лишней возни и следов, а главное — без самодеятельности. А что в итоге? У тебя полная прихожая крови, плюс невинная жертва.

— Я не виновата…

— Только ты в этом виновата! Я тебя этому не учил…

— Я хотела помочь, хотела как лучше… — перебила меня та.

— Замолчи! Тебе поручили самое простое из возможных дел, и ты его запорола. Теперь из-за тебя мы вынуждены свернуть всю операцию, ты это понимаешь?

— Прости, я, правда, хотела как лучше. Я ещё на первом задании заметила, что они чувствуют боль, они не могут её отключать.

— Я тебя об этом просил?! Ты могла просто доложить, чтобы мы спланировали захват цели.

— Нет, но…

— Никаких «Но». У тебя была чёткая задача и на этом всё. Ты наследила так, что завтра мы будем вынуждены покинуть Сиберию и её окрестности. Нас уже утром кинутся искать все полицейские округа. Твоя работа неприемлема, она не профессиональна от слова «совсем»!

— Но я хотела помочь, — тихо повторила Лема и опустила взгляд в землю. — Я думала смогу вытянуть из него информацию.

— Иди спать, через три часа выезжаем.

Лема молча поднялась и вскоре скрылась в палатке. А вот в моей голове роились совсем нехорошие мысли, и я поспешил поделиться ими с Мышем, который сейчас отсматривал работу Лемы на планшете, сидя чуть поодаль на берегу озера.

— Что скажешь? — тихонько поинтересовался я.

— Не знаю, — пожал он плечами. — Похоже, что она, в самом деле, неспециально. Просто не думает, молодая ещё, да и к современному миру не так просто привыкнуть.

— Может, ты и прав, — вздохнул я. — Но дальше в том же ключе мы больше действовать не сможем. Уже нет.

— И это я тоже понимаю, — кивнул Мыш. — Рано вы её на задание поставили.

— Я так не считаю, — покачал я головой. — Лема профи и всегда ею была. Ты вспомни, что она вытворяла тогда…

— В этом и есть основная проблема. Тогда всё было иначе. Нет полиции, медицинской экспертизы, да и плевать всем вокруг, если кого-то режут в соседнем дворе. Для того времени её работа всё так же профессиональна.

— Нет, я помню, что она могла и как это делала. Может быть такое, что часть той Лемы умерла, ведь выстрел в голову, долгая заморозка и всё такое, — я покрутил пальцами в воздухе.

— Я не могу вам ответить, господин, просто не знаю. Ведь я не учёный, даже близко не понимаю, как работает сыворотка, каким образом нам вообще удаётся возвращаться к жизни? Возможно, мы каждый раз понемногу тоже теряем себя. Лема была мертва до введения сыворотки и да, плюс долгие годы заморозки, и вряд ли хоть кто-то сможет вам ответить, как должно быть. Но очень похоже, что она действительно хотела просто помочь, порадовать тебя, если угодно.

— Вот умеешь ты успокоить, дружище, — вздохнул я. — И, в конце концов, перестань мне выкать.

— Да, Господин, — кивнул он, а затем усмехнулся: — Видите, мне тоже тяжело перешагнуть через старые порядки.

— Ладно, поспи пару часов, я подежурю, — похлопал я друга по спине. — Сам, после, в машине высплюсь, а затем сменю тебя за рулём.

— Куда едем?

— Обратно, Мыш, в Капту, — ответил я. — Наш план полностью провалился, торчать здесь больше нет никакой необходимости. А вот Лему стоит как следует осмотреть в вашей лаборатории. Возможно, с этого и стоило начать, но уж очень хотелось воспользоваться козырем.

— Ну и довольно неплохо всё получилось, — улыбнулся Мыш. — По крайней мере, с Тихим мы покончили — одной проблемой меньше.

— Согласен, — кивнул я. — Всё, иди спать. Не хватало ещё, чтобы ты нас о встречный грузовик размазал.

* * *

— Ну, что сказали твои яйцеголовые? — спросил я Лию, как только она вошла в свой кабинет.

— Безликий, а ты ничего не попутал? — удивлённо вскинула бровь та, застав меня в своём кресле с ногами на столе.

— Извиняться не стану, — усмехнулся я, но всё же убрал ноги. — Тем более что так удобнее.

— Сама знаю, — улыбнулась в ответ та и уселась в кресло напротив. — Ну, и как тебе? Не возникает желания разогнать всех к чёртовой матери, лишить премии, уволить, в конце концов?

— Как она? — проигнорировал я колкости Лии.

— По всем параметрам — абсолютно здорова, — пожала плечами та. — Хоть сейчас в космос.

— Ну, с этим мы, пожалуй, обождём. А повреждения мозга? Капсула что-нибудь показала?

— Нет, с твоей девочкой полный порядок, — намеренно выделила она слово «твоей».

— Ты знаешь, а вот я что-то сомневаюсь, что она моя, — задумчиво пробормотал я.

— Влад, твои выводы основаны на её непослушании. Она всё ещё подросток, понимаешь? По нынешним меркам ваша связь вообще противозаконна.

— Ты не хуже меня помнишь, что я всегда был против. Да и имеет ли сейчас хоть какое значение возраст. Судя по всему, ты для меня очень старая.

— Да, да, сердцу не прикажешь, уел, — вздохнула Лия. — Но меня ты так никогда не опекал.

— Лия.

— А что Лия? Я, может, тоже человек, мне хочется любви и заботы. Ладно, не нужно на меня так смотреть. За все эти годы я смогла переболеть и избавиться от твоего образа в голове.

— Ты выяснила о том, что я тебе рассказал?

— Это было непросто, по крайней мере, не так, как ты себе думаешь, — усмехнулась та. — Ладно, открой верхний ящик справа, третья папка сверху.

— Двадцать первый век, — покачал я головой. — А мы всё бумажки перекладываем.

— Безликий, не беси меня, — тем не менее совершенно спокойно отмахнулась та. — Тебе ли не знать, как ненадёжны цифровые носители.

— Угу, — буркнул я, уставившись в папку.

На меня смотрело лицо того самого Шамана, который когда-то давно показал мне изнанку мира. Именно он привёл меня в убежище древних и познакомил с Кеттой. Тогда они были заодно.

Какие взаимоотношения у них сейчас — неизвестно. О ней давно никто ничего не слышал, даже до конца непонятно: жива ли она? Просто в один момент исчезла со всех «радаров», словно и не существовала вовсе. А в наше время, когда видеонаблюдение разве что только в унитазы не ставят, сделать подобный финт… в общем, нереально вот так взять и исчезнуть.

Никаких следов, даже финансовых.

Однако Шаман не смог сделать подобное. Ещё это его дурацкое имя «Друг». Но так он назывался раньше, а сейчас стал Михаилом Анатольевичем Замотаевым. И вот его лицо довольно часто попадало в объективы камер на заправках, у банкоматов — да много где. Как, собственно, и финансовый след имелся, а заодно внушительных размеров счёт.

Впрочем, данных по нему не так уж много, скрываться этот человек умеет. Например, в последний раз засветился на границе Османии. Судя по всему, после того как выполнил миссию по воссоединению меня с Лемой, поспешил сразу домой или что у них там? Логово? Убежище?

— Это всё, что удалось нарыть?

— Я тебе скажу, что даже это достать было почти нереально. Мы ведь даже понятия не имели, что Шаманы всё это время находились рядом.

— Вы просто смотрите не туда, — усмехнулся я. — Погрязли в междоусобицах…

— Всё, хватит об этом, — перебила меня Лия. — Я думала, мы уже достаточно обсудили данную тему.

— Видимо, не совсем, — посмотрел я в глаза главе клана. — Ты зачем водителя убила?

— Откуда ты… Ой, всё! Это не твоё дело, Безликий.

— Что из Сиберии слышно?

— На удивление, ни-че-го, — именно так, по слогам произнесла та. — Будто вас там и не было, и никто не умирал.

— Странно, — почесал я переносицу.

— Отнюдь, — Лия резко оттолкнулась ногами и прокатилась на кресле до столика с напитками. — Ярг прекрасно умеет заметать следы, а он там поистине хозяин. Будешь?

— Не употребляю на работе.

— Похвально, — усмехнулась она. — А я вот грешна.

— Это не ко мне вопросы — к батюшке, я грехи не отпускаю.

— Вот он, искромётный юмор от самого Безликого, — Лия поднялась с места и подошла ко мне вплотную, немного постояла, а затем села на край стола.

Она какое-то время смотрела мне в глаза, а затем залпом опрокинула содержимое стакана себе в рот.

Нет, она всё ещё играет, даже время не помогло ей выбросить меня из памяти. Да, она научилась скрывать свои желания, мысли, эмоции. Однако стоит мне появиться, как маска сразу же становится прозрачнее, а самообладание уже не столь всеобъемлющим.

Я приблизился к Лие, положил руки на её колени не получив никакого сопротивления, развёл их в стороны. Она всё так же продолжала смотреть на меня холодным взглядом, с лёгкой ухмылкой на лице.

Я поднялся с кресла, приблизился, насколько это было возможно, подхватил её за ягодицы и резко придвинул к себе. Она подняла лицо и снова направила взор прямо в мои глаза, вот только на этот раз без ухмылки.

Я провёл рукой по волосам, лицу, шее. Её дыхание вмиг сделалось глубже, глаза заблестели, и она откинулась на локтях, подставляя грудь под мою ладонь. Блузка натянулась, показывая мне, что её обладательница всё так же, как и в прошлом, не признаёт лифчики.

Я в свою очередь замер, не довёл руку до аккуратного размера бугорка, с выступающим сквозь ткань соском, а затем и вовсе отстранился и опустил зад обратно в кресло.

— Ты бездушная скотина, Безликий, — хриплым голосом произнесла Лия.

— В таком случае, может быть, стоит переименовать меня в «Бездушный»? — усмехнулся я.

— Я подумаю над твоим предложением, — ответила та, слезла со стола и снова направилась к напиткам.

— Что удалось выяснить по Яргу?

— Он точно так же растворился в воздухе, как и его начальница, — обернувшись, ответила глава клана. — И я не понимаю, как такое возможно?!

— Засели в Убежище, — пожал я плечами. — Ты ведь тоже можешь так поступить.

— А смысл? — Лия вернулась в кресло и на сей раз лишь немного пригубила алкоголь. — Нет, я бы поняла, если бы они начали на тебя охоту, открыто объявили мне войну. Но нет, ведь ничего похожего, полный вакуум. Тот же Тихий совершил целую кучу лишних движений, когда узнал о твоём возвращении. Да, кстати, ты в курсе, что он убил своего сына и его мать?

— Как?

— Пристрелил обоих прямо у них дома.

— Сука! — я даже лицом помрачнел и до хруста сжал кулаки. — Лема была права, слишком лёгкую смерть я ему подарил.

— Увы, — отсалютовала бокалом Лия. — Похоже, наш Безликий не такой уж и бессердечный ублюдок, каким хочет казаться.

— Это совсем не смешно, — поморщился я.

— А, по-моему, очень даже, — ухмыльнулась та. — Представляешь, какая ирония. Ведь он мог возродить себя в теле сына, а ты бы так ничего и не понял, пока снова не получил удар в спину. А он собственноручно лишил себя этой возможности.

— Как вообще это происходит? — вдруг задумался я. — Почему я помню только своё прошлое, а память всех остальных предков, будто в тумане?

— Потому что так запрограммированы клетки, — пожала плечами та. — Зачем вообще тебе эти знания?

— Любопытно, — пожал я плечами.

— Ну, за этими вопросами тебе явно не ко мне, — отмахнулась Лия. — Я лишь знаю, что мы в состоянии активировать одну личность, там что-то с ДНК связано и природным ограничением. Да, именно поэтому после смерти мы ничего не помним, кажется, будто там ничего нет. Тоже с этим барьером связано. Если хочешь, я приглашу тебе Сазонова, и он всё подробно расскажет.

— Ладно, ты права, в науку ударяться я не собираюсь, а этого объяснения достаточно. Как думаешь, — я открыл папку и ещё раз пробежал глазами по имени, — Михаил Анатольевич всё ещё в Османии?

— Всё указывает именно на это, — пожала плечами Лия. — В объективы камер он, конечно же, больше не попадал, но его счета шевелятся, и все следы ведут туда.

— Что они вообще там делают?

— Как всегда, Влад, копают. Мы тоже не прекращаем финансировать различные экспедиции, все артефакты Ордена раскидало по свету и наши в том числе. Кто бы мог подумать, что я отыщу твоё тело на Антарктиде? А ведь первый след Убежища Кетты попался мне в северной Америке.

— Серьёзно нас тряхнуло, — задумчиво произнёс я.

— Это было самое мрачное время в истории, — согласно кивнула та. — Ты даже не представляешь, скольких усилий требовалось, чтобы никто этого не вспомнил.

— А смысл? — вскинул бровь я. — Почему вы скрываете этот факт, что тогда, в прошлом, что сейчас?

— А как ты думаешь? Что первым делом захотят понять люди? Резонатор — зло? Или из чего он сделан, и как бы заполучить себе точно такой же?

— Ладно, вопрос снят, — усмехнулся я.

— Что? — моя ухмылка не ускользнула от внимания Лии.

— Да так, — повторил выражение на лице я. — Что захотят люди… А вы кто? Боги?

— Я не это имела в виду, — поморщилась она. — Не цепляйся.

— Госпожа Лия, мы закончили, — оповестил селектор на столе главы клана.

— Всё, твоя любимая свободна, — хладнокровно произнесла Лия, однако я всё же уловил нотки ревности. — Можешь забирать, а заодно самостоятельно выяснишь, что нашим яйцеголовым удалось отыскать в её черепушке.

Я поднялся с кресла, снова подошёл вплотную к главе клана, замер и посмотрел ей в глаза. Затем наклонился и поцеловал её в губы, без языка, просто чмокнул, но всё же почувствовал, как она вздрогнула.

— Спасибо тебе за всё, — искренне поблагодарил её я.

— Всё, Безликий, вали к чёрту, — улыбнулась она. — Не провоцируй меня на грех.

— Да на нас с тобой и так клейма ставить негде, — обернулся я к хозяйке кабинета, уже находясь у двери. — Ах да, вот ещё, организуй мне тихий въезд в Османию. Желательно без камер и паспортного контроля.

— Если только в грузовом контейнере, — задумчиво пожала плечами та.

— Подойдёт, — согласно кивнул я. — Лишь бы с кондиционером.

— Ну, последнего, конечно, не обещаю, но относительный комфорт будет, — загадочно улыбнулась Лия. — Мыш оповестит, когда всё будет готово.

Глава 15

Переправа

По ходу пребывания в Криносе удалось выбить для себя много полезного, в том числе и личный кабинет.

Я как раз разбирал, чистил и смазывал пистолет, когда в дверь заглянул Константин. Лема развалилась на диване и листала какой-то модный журнал, стопку которых она прихватила в приёмной. При этом она периодически фыркала и комментировала увиденное.

— Добрый день, господин, госпожа, — вежливо поприветствовал нас начальник по связи.

— О, Костик, проходи, не стесняйся, — улыбнулся я, глядя на него поверх пистолетного ствола. — Да ты не бойся, он же разобран — не выстрелит.

— Зато я в случае чего голову тебе вмиг отрежу, — буркнула вдогонку Лема и перевернула страницу. — Блин, неужели это и в самом деле считается красивым? Вот как в таком узком платье ногой в голову пробить?

— Ну, в наше время девушкам нечасто приходится бить ногой в голову, — обернулся к ней гость.

— Ты нам про современных девушек пришёл рассказать? — усмехнулся я и вновь заработал ёршиком в стволе.

— Простите, господин, — слегка поклонился он. — Вот ваши ключи, квартира полностью готова. Если будут какие-то дополнительные пожелания — не стесняйтесь.

— Нет, спасибо, Кость, ничего не нужно, — отмахнулся я.

— Что значит не нужно? — оживилась Лема и задумчиво посмотрела на гостя поверх журнала. — Значит, сходите на рынок, выберете двух крепких рабов, заодно продуктами ледник наполните… Вы чё ржёте?

— В наше время максимум, каких рабов мы сможем купить, так только сексуальных и то не факт, — отсмеявшись, объяснился я. — А вот продукты в ледник действительно закинь, Кость, дело нужное.

— Я могу позаботиться о домработнице, — продолжая улыбаться, добавил тот.

— Да, спасибо, — покачал я головой и принялся собирать пистолет. — Ты очень любезен.

— Что-нибудь ещё?

— Да, — вновь оживилась Лема — Нам бы машину нормальную…

— Всё, Кость, больше ничего не нужно, — прервал я девушку.

— А что это ты так категорично? — удивилась та. — Лично у меня в этой твоей «Лачуге» спина затекает.

— Мы воспользуемся транспортом холдинга, — объяснился я. — К тому же через пару дней нам снова уезжать.

— Как скажешь, — не стала спорить та и снова перевернула страницу и тут же продемонстрировала разворот гостю: — Нет, ну что это за мода такая?! Ужас, неужели вам в самом деле вот это нравится?

— Ну как вам сказать, — замялся тот. — Мы находим это весьма соблазнительным.

— Извращенцы, — пожала плечами та и отбросила журналы в сторону. — Даже сисек нет, доска и то бо́льшим рельефом похвастаться может.

— Всё, Кость, иди, — махнул я ему в сторону двери.

Тот коротко кивнул, изображая поклон, и скрылся в указанном направлении. Лема же внимательно смотрела мне в глаза.

— Что? — первым не выдержал я.

— Что за опыты ты на мне проводил? — наконец решила выяснить она.

— Нужно было убедиться, что ты в порядке, — ответил я полуправдой и продолжил заниматься оружием.

— Я слышала вас тогда, ночью, — не отрывая взгляда, продолжила та.

— И что это меняет?

— Ты мне не доверяешь.

— А как, по-твоему, я должен был реагировать? Ты не выполнила приказ, наследила, к тому же… Откуда вообще в тебе столько жестокости?

— Я произвела экспресс-допрос, ты сам меня этому учил.

— А ещё я учил тебя работать скрытно.

— Ну, извини, что не оправдала твоих надежд.

— Лема!

— Ладно, прости… Мне пока ещё многое непонятно. Я, правда, хотела как лучше и я — это я.

— Хорошо, — спокойно кивнул я. — Но убедиться, что с тобой всё в порядке, я тоже обязан. Дело не только в твоей личности, ты была мертва на протяжении трёх с половиной сотен лет.

— Похоже на магию, — усмехнулась Лема.

— Есть такое дело, — согласился я.

— Для меня в самом деле непонятен этот мир, я никак не привыкну к куче правил и ещё большей куче каких-то приборов. Вот как эта штука готовит такой офигительный кофе? Даже Мира не могла так, а она варила его просто суперкруто.

— Я тебя понимаю. Тяжело сразу, без подготовки, перепрыгнуть в технологичное будущее. И перестань употреблять эти дурацкие выражения из интернета.

— А мне нравится, — улыбнулась та. — К тому же сейчас все так говорят.

— Я не говорю.

— Потому, что ты олдовый.

— Ужас, — усмехнулся я. — Ладно, пошли обедать.

— Это позволит вам не испытывать проблем с языковым барьером, — продолжил объяснять человек в белом халате. — Сыворотка позволяет гораздо быстрее усваивать знания, а мы вам немного поможем. В первые минуты может немного подташнивать, пока мозг не подстроится под мелькание.

— А таким образом что, можно любые знания усвоить? — спросила Лема, удивлённо рассматривая шлем.

— Ну почти, — улыбнулся тот. — По крайней мере, теоретическую составляющую. Но без практики всё же не обойтись. Мы лишь загружаем данные на подкорку, всё остальное зависит только от вас. Это всё же не магия.

— Ну, я бы поспорила.

— Надевайте шлем, давайте приступим.

Я без лишних вопросов натянул на голову приспособление.

Некоторое время ничего не происходило, а затем перед взором появилась первая картинка. Какая-то закорючка белая на чёрном фоне, вскоре в голове прозвучал голос, давая мне понять, что это буква. Почти сразу она сменилась на изображение, точнее, предмет, название которого, соответственно, с неё и начиналось. Само собой, на османском.

Примерно минуту закорючки, голос и картинки менялись в более или менее приемлемом ритме, но при этом каждый раз смена происходила всё быстрее. А затем от мелькания и в самом деле стало немного тошнить.

Голос в голове слился в единый шум, кадры менялись с такой частотой, что хотелось скинуть шлем и забиться в эпилептическом припадке. Однако вместе с этим я действительно учил язык, которым никогда в жизни не пользовался. Понимание этого удивляло и пугало одновременно.

Да, кланы обладают колоссальной силой. Один только способ получения знаний чего стоит. Любой разумный человек согласится отдать все свои деньги, лишь бы провести в этом шлеме пару недель.

Не нужно тратить годы на монотонную зубрёжку, походы в институт и бессонные ночи перед сессией. Любая профессия зальётся в череп в течение пары дней. Нет, понятно, что без практики никуда, однако после этого можно сразу приступать к делу.

С другой стороны, а оценит ли подобный прорыв человечество? В истории полно прецедентов, когда само население было против прогресса. Например: автоматизация производства.

Сейчас мало кто себе представляет распилку леса вручную, а когда-то работяги сжигали первые станки, считая последние злом. Ведь они отбирали рабочие места.

Так и здесь. Сколько людей будет выброшено на улицу за ненадобностью? Сотни тысяч, больше? По сути, инъекция даже медицину отметёт в сторону, за ненадобностью. Ведь человек станет практически бессмертен.

Да, в свою очередь, этот факт тоже потянет за собой целую кучу проблем. Не зря клановые специалисты разработали менее действенный раствор. Они просто вытягивают обеспеченных и влиятельных людей с того света, дают им возможность прожить ещё пару лишних лет, но при этом всех своих возможностей не раскрывают. А иначе в чём тогда будет их надобность?

Ну, сделал ты президента подобным себе, тот быстро осознал, что отныне сможет прожить ещё двести, а то и триста лет. Замечательно, спасибо вам, позаботились о моём здоровье, а теперь пошли вон, дальше мы сами.

Но когда у тебя всего пара лет, невольно станешь мыслить иначе. Кланы автоматически превращаются в лучших друзей, которым хочется помогать во всех начинаниях, лишь бы по прошествии тех самых лет они не послали тебя куда подальше.

В отличие от прошлого, сейчас власть кланов можно смело назвать безграничной.

Если изначально я собирался вернуться к своей затее и полностью искоренить их, то сейчас эти планы пребывали под сильным сомнением. Не факт, что жизнь станет намного лучше, если их место займут другие сильные мира. Кто знает, что взбредёт в их головы, когда они осознают, что же на самом деле попало к ним в руки?

Кланы были до моего появления в прошлом, пережили глобальную катастрофу и снова вернули своё влияние над планетой. Так, может быть, это и есть наилучший вариант? Если сама жизнь, из хаоса, в очередной раз предпочла именно эту систему, то кто я такой, чтобы думать иначе?

Ладно, допустим, пусть всё остаётся на своих местах. Лия прислушалась к моим словам и в данный момент занимается благотворительностью. Уже сформирован первый поток детей, которым Кринос поможет преодолеть страшную болезнь современности — рак. Да, это будут крохи, но в итоге наработки пойдут в массы. Она обещала, и я надеюсь — это не пустые слова.

Но это лишь один случай. Возможно, глядя на Кринос, и другие ввяжутся в подобные проекты, но это точно будет не Ярг и не Кетта. И вот с этими представителями человечества стоит разобраться и как можно скорее. Вот только никто не знает, куда делась эта парочка.

Я снова рассчитываю получить ответы у Шаманов. Когда-то давно это сработало. Хотя…

С другой стороны, а кто знает, как должно было случиться? Слишком много переменных, от которых зависело… да практически всё!

Тот же Дмитрий. Ведь именно из-за своей упёртости, какой-то бараньей уверенности в собственном превосходстве над остальными, он фактически обрёк мир на гибель. Ну вот что мешало ему сразу дать мне все расклады?

А всё просто: я раб, мусор, вещь, а он господин, наделённый безграничной властью, член Совета древних, мать его. Ему лучше знать, ему виднее как нужно. Даже на пороге гибели, он не смог поговорить со мной открыто, откровенно. Заигрался в бога — вот и весь ответ!

И ведь нет никакой гарантии в том, что мы станем вести себя иначе. Лия тоже живёт очень долго, и я часто вижу на её лице надменное выражение к обычным смертным. Ей ведь даже в голову не пришло, что разработки кланов можно пустить на благое дело. И точно так же, когда появится человек вроде меня, способный перевернуть ход событий с ног на голову, она ни за что не решится воспринимать его всерьёз.

Я Безликий, со мной она знакома с тех самых пор, когда мир менялся прямо на её глазах. В то время как для её деда я был рабом. Да, с меня сняли ошейник, дали в руки какие-то поводья, подпустили к частичке знаний, но в его понимании я всё равно оставался рабом. И она, Лия, точно так же может повести себя с кем-то другим, следующим.

А он обязательно будет, такова ирония нашей вселенной. Как только кто-то решит переступить границы дозволенного, она обязательно найдёт того, кто встанет на пути нахалов.

Ну а Ярг с Кеттой? Им вообще удалось выжить лишь благодаря случайному стечению обстоятельств. Расскажи мне Дмитрий чуть раньше обо всём, и всё сложилось бы иначе. Поверь я ему во время последней беседы, и опять история пошла бы по другому пути. Вот только она не приемлет сослагательных наклонений. Всё уже случилось и ничто не в силах это изменить.

А эта парочка до сих пор что-то мутит, пытается заполучить всемирное господство. И это самое смешное. Меня всегда интересовал вопрос: а что дальше?

Ну, допустим: на, держи, вот тебе весь мир со всеми его проблемами и благами. Дальше-то что? Править? Попробуй, пха-х. Порой бывает так, что в собственном доме правление поперёк горла встаёт, а здесь целый, мать его, мир! И не получится просто взять и провозгласить себя богом, нет. Для этого придётся решить целую гору проблем, а их в мире столько, что на сотню жизней вперёд хватит.

Да на хер нужно́ такое счастье?!

За своими мыслями я даже не заметил, что перед глазами завершилось мелькание. Из раздумий меня вывел голос, который, видимо, не в первый раз повторил, что я уже могу снимать шлем.

— Ну как? — с улыбкой в тридцать два зуба поинтересовался специалист в халате.

— Да хрен его знает, — пожал я плечами. — Доберёмся до Османии, пойм…

И тут я осёкся, потому как вдруг осознал, что собеседник обращался ко мне на османском. Мало того, я отвечал ему так же, совсем не на русском и сделал это неосознанно, на автомате, словно только что усвоенный язык являлся для меня родным.

— Твою дивизию, — усмехнулся я и почесал переносицу. — Очень круто.

— Некоторое время вам ещё предстоит практиковаться, — улыбнулся тот. — Пока ваш речевой аппарат не всегда выдаёт правильные звуки, но за пару дней всё будет в норме.

— Очень крутая штука! — показала большой палец Лема. — А можно мне немного знаний об этом времени получить? Ну хотя бы, чтоб я могла без посторонней помощи телевизором пользоваться. А то утром в душевой кабинке пришлось подмогу вызывать, ни хрена же непонятно.

— Хм-м, — задумался тот. — Вы знаете, госпожа Лема, у нас как-то не возникало подобных вопросов. Все материалы в базе имеют чёткие назначения на самые частые запросы. Но я постараюсь подготовить вам краткий экскурс.

— Ой, спасибо вам большое, — обрадовалась та. — И обязательно включите туда знания по вождению машиной, очень хочу попробовать.

— Да, хорошо, — кивнул тот. — Думаю, за пару недель смогу подготовить всё необходимое.

— Вы всё? — в помещение заглянул Мыш.

— Да, господин, мы закончили, — вместо нас ответил человек в белом халате.

— Замечательно, пошли на вводную, — махнул нам рукой тот и исчез за дверью.

— Исходя из всех этих данных, мы сделали вывод, что нужный вам район, как раз и находится где-то здесь, — закончил Лирий. — Безликий, к вам будет большая просьба: без необходимости не вступайте в открытый конфликт. Вам нужно только выяснить ситуацию и доложить. Если потребуется помощь, мы перебросим к вам людей.

— Людей? — вскинул бровь я. — Ты сказал, что это место оцеплено военными. Ты предлагаешь развязать войну в чужой стране?

— Влад, не строй из себя наивного, тебе не идёт, — поморщился зам главы. — Ты прекрасно знаешь, что наша страна до сих пор проводит там, хм-м, скажем некие военные операции. К тому же это место окружено пустыней, и пара лишних взрывов ничего не изменит.

— Так в чём же была проблема сунуться туда самим и желательно вчера?

— Есть определённые правила и договорённости, мы не можем пересекать наши интересы без веских причин. До недавнего времени Ярг финансировал данный проект, и он находился в его юрисдикции.

— А что изменилось сейчас?

— Появление Шаманов на сцене, — вежливо улыбнулся Лирий. — Ты долго намерен грузить меня глупыми вопросами? Есть что-то по существу?

— Да, — вальяжно откинулся я на спинку кресла, мне отчего-то нравилось доводить заместителя главы клана. — Там территория почти полторы тысячи квадратных километров. Где конкретно нужная точка?

— На сём считаю вводную закрытой, — погасил планшет Лирий, а вместе с ним выключился и большой экран. — Приступайте к работе, Безликий, и прекратите уже паясничать.

Он покинул конференц-зал, пребывая в абсолютном спокойствии. Мне так и не удалось выбить его из равновесия. Сильный человек. Ещё тогда, в то время он вызывал у меня уважение. Лия правильно сделала, что привлекла его на свою сторону.

— Сегодня ночью будет вертолёт, на нём доберётесь до Царицына, дальше по Ра сплавитесь до Чёрного моря, — перешла к своей теме Лия, она всё ещё являлась наилучшим логистом. — По Ра уже пойдёте в контейнере, чтобы не вызывать лишних вопросов с пересадками.

— А в Царицыне вопросы не возникнут? — на всякий случай уточнил я.

— Вертолёт доставит вас до дружественного клана; там вас сразу упакуют, и на камерах будет виден только тягач, везущий контейнер, — объяснила та. — Влад, просто доверься мне, я лучше знаю, каким образом незаметно переместить груз из точки «А» в точку «Б». Поедете вдвоём с Лемой, и не спорь! — строго оборвала меня Лия, заметив, что я собираюсь возразить. — Мыш к тому моменту будет уже там. Я отправлю его самолётом с якобы дипломатической миссией. А вам будет полезно побыть наедине.

— Какая ты добрая, — голосом, полным сарказма, огрызнулась Лема.

— Вообще-то, это я тебя спасла и дала возможность сейчас здесь находиться, — строго посмотрела на неё Лия.

Ох уж эти женщины. Вот, казалось бы, всё давно расставлено на свои места, ан нет, всё равно найдут повод соперничать.

— А ты чего зубы сушишь? — тут же перекинулась на меня Лема.

— Нет, девочки, вы уж лучше продолжайте разборки между собой, — усмехнулся я. — Не лучшая идея меня в них впутывать, я как минимум сильнее вас обеих.

Смех разрядил обстановку. Мы ещё какое-то время обсуждали различные детали, и в итоге получился довольно приличный план операции.

Рабочая машина доставила нас домой. К тому моменту домработница уже заканчивала с ужином.

Да, в работе на клан всё ещё осталось множество плюсов, особенно, если ты не находишься где-то на низшей ступени. Ведь подняться здесь по карьерной лестнице гораздо сложнее, чем в обычной, гражданской фирме.

Там хотя бы можно рассчитывать на смерть вышестоящего руководителя, ну или его выход на пенсию. Здесь же придётся вывернуться наизнанку, дабы обратить на себя внимание и заслужить доверие.

Мы поужинали, отпустили Маргариту Семёновну, которая перед уходом убрала за нами посуду и запустила машинку. А дальнейший вечер практически ничем не отличался от обычной современной семьи.

Лема развалилась на диване с планшетом и листала различные видео с котиками. Иногда задорно хохотала, демонстрируя мне наиболее забавные.

Я развалился в кресле у её изголовья, закинул ноги на журнальный столик и так же проводил время с планшетом в руках.

Вот только в отличие от Лемы изучал карту Османии. А именно то самое место, которое указал на вводной Лирий.

Обычные гражданские карты ничего особенного в этой точке не показывали. Ну пустыня, пески, да изредка торчащие из-под них камни. Зато съёмка спутников клана имела множество деталей. В том числе на ней прекрасно просматривалась техника, блокпосты и шесть точек с раскопками.

Что-то меня очень сильно смущало во всей этой картине. Казалось, очень уж навязчиво все следы ведут именно сюда. Опять же оцепление, запретная территория, которую якобы в целях конспирации назвали военным полигоном.

Насколько мне не изменяет память, Шаманы всегда действовали намного тоньше и деликатнее. Да, Ярг любит красоваться, и вполне допускаю, что это его рук дело, но что-то мне подсказывает — не всё так очевидно, как преподнёс Лирий.

Возможно, именно по этой причине я к нему и цеплялся на вводной — чувствовал подвох. А вот сейчас, при более тщательном просмотре всё больше убеждался в том, что это ширма.

Но ведь Лирий не дурак, сам должен понимать такие моменты, и ведь я уверен, что он не один раз проверил данные. Однако всё равно сомнения не покидают, гложут эдаким маленьким червячком где-то там в глубине сознания.

Несильно удивлюсь, если у Лирия ровно такие же мысли. Возможно, по этой причине он и попросил не лезть на рожон.

И в таком случае всё выглядит вполне логичным: у меня личные счёты с Яргом, а значит, есть все причины совать нос в его дела. К тому же в случае юридических вопросов всегда можно сказать: «Так то не мы, Безликий, а он когда вообще был управляемым?» И ведь будут правы.

Мыш поехал в Османию с дипломатической миссией, а затем уже злостный беспредельщик Безликий оказал на сотрудника клана плохое влияние. Они, знаете ли, старые друзья, так что наказывайте их, а к нам, пожалуйста, без претензий.

Зато в случае успеха можно приписать лавры всему составу и даже въехать на территорию побеждённых на белом коне с транспарантом в руках. И надпись на нём будет гласить не иначе как: «Мы же говорили!» И Безликому медаль выдадут, то есть мне, ну и заодно свои интересы соблюсти не забудут.

А с другой стороны, ну а когда со мной было иначе? Я что тогда постоянно лавировал на пересечении чужих интересов, что сейчас продолжаю заниматься тем же самым. И ведь что-либо изменить не получается, я всё так же зависим от их возможностей.

— Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления, — пробормотал я вслух.

— Что? — тут же оживилась Лема и выгнулась, чтобы посмотреть на меня, не вставая с дивана.

— Я говорю, у нас два часа до вылета, — ответил я совсем другое. — Пора выдвигаться — пока на метро до центра, пока прогуляемся.

— Ну-у-у, — сморщила нос та, — может, машину вызовем?

— Так, я не понял, — вскинул бровь я. — Подъём, воин… Или как там тебя правильно — воини́ха!

— Ха-ха-ха, — Лема залилась звонким смехом. — Воительница, неуч, — поправила меня та, но моя тактика сработала — с дивана она всё же поднялась.

Проходя мимо, она мазнула меня по губам лёгким поцелуем, а я, в свою очередь, легонько приложил её ладонью по пятой точке. Лема тут же изобразила вульгарную походку. Покачивая бёдрами, она скрылась за откосом двери, откуда через мгновение продемонстрировала свой упругий зад, на котором озорно лежал кончик длинной косы волос.

Я с улыбкой посмотрел на всё это безобразие, почесал переносицу и, махнув рукой, отправился грязно домогаться до Лемы. Вертолёт — не поезд, подождёт в случае чего.

Глава 16

Османия

На вертолёт мы успели, правда, для этого всё же пришлось вызвать такси. Всю дорогу я присматривался к следующему за нами транспорту, однако хвост установить так и не удалось.

Не исключаю, что он был, однако события последних дней указывали на то, что всем вокруг наплевать. Вряд ли наши следы потеряли, скорее, всех вокруг интересовали какие-то другие дела.

От правительства тоже ни слуху ни духу. Возможно, действительно решили отстать, получив по рукам от вышестоящего. Хотя наиболее вероятно, взялись за разработку тонкого подхода, а на подобные мероприятия всегда требуется немало времени.

По пути вертолёт совершил одну посадку на дозаправку и вскоре мы уже спускались с крыши здания, где располагался дружественный нашему клан. Тем не менее встретили нас довольно сухо, даже чаем не угостили. Ну, хоть врагу не сдали и на том спасибо.

На подземной парковке нас ожидал контейнер, установленный на прицеп тягача.

— Если там какие-нибудь овощи или ещё что-то в этом духе, я твою Лию пришибу, — сморщила нос Лема, при виде нашего пристанища на ближайшие дней пять — и это минимум.

При самом лучшем раскладе нас поместят на баржу уже сегодня, ну а в худшем случае, мы легко можем простоять в порту дней десять. Далее по Ра к морскому порту в Новороссийске и затем уже по Чёрному морю в Османию.

Но это только на словах быстро и хорошо. На морском отстойнике тоже реально проторчать дней десять, плюс, после разгрузки в Османии долго дожидаться наземного тягача.

Так что да, опасения Лемы я вполне разделял. Не самая лучшая затея — путешествовать в куче прелых овощей, к тому же жара обещает и без того превратить наше путешествие в филиал ада.

Двери распахнулись, и мы спокойно выдохнули. Контейнер оказался заполнен мягкими игрушками. Но на сём сюрпризы не закончились.

Водитель вскарабкался внутрь и, шурша пакетами упаковки, пробрался сквозь плюшевых медведей практически до центральной его части. Ну а затем, будто в кино про нелегальных эмигрантов, приоткрыл неприметную дверцу, которая выглядела продолжением груза.

По факту перегородка была изготовлена из обычной фанеры, а вот за собой она скрывала небольшую комнатку. О каком-либо комфорте говорить, конечно, не приходилось, но хотя бы спать будем не на голом полу.

Внутри обнаружился двуспальный матрац, чуть поодаль ведро с крышкой, а в изголовье запас еды и воды.

— Там ещё фонарь и запасные батарейки, — махнул в сторону провизии водитель. — Не пять звёзд, конечно, но более или менее прилично.

— Видали и похуже, — отмахнулась Лема, забралась в потайную комнату и плюхнулась на матрац.

— Нормально, — кивком подтвердил я свои слова. — Двигай.

Водитель в тон мне молча кивнул и прикрыл за собой секретную дверцу. А вскоре до нас донёсся гулкий стук запираемых дверей снаружи и немногим позже урчание двигателя тягача.

Только к концу первых суток пребывания в контейнере до меня дошёл весь сарказм, что присутствовал в голосе Лии, когда она говорила о полезности совместного путешествия с любимой. Лема тоже не сразу осознала все прелести подобной близости.

Естественно, первым делом мы предались разврату. Ну а когда насытились друг другом, то первым открытием стало отсутствие возможности принять душ.

Нет, мы, конечно же, не дураки, полагали, что помыться в этих условиях не получится. Потому прихватили приличный запас влажных салфеток. Не полноценная гигиена, но гораздо лучше, чем совсем ничего.

Но чуть позже нас ожидали совсем другие испытания.

Как, например: «Каково́ испражняться в ведро при отсутствии полноценной вентиляции?» Даже в нормально оборудованном санузле этот процесс довольно интимный и мало кому понравится, чтобы в это время за ним пристально наблюдали. Про ароматы вообще молчу.

В общем, вся романтика испарилась довольно быстро, а в голове пульсировала только одна мысль: «Как долго всё это продлится?»

Есть, находясь рядом с ведром дерьма, тоже особо настроения не прибавляло. Но мы действительно бывали в ситуациях и похуже. А человек — такая сволочь, к любым условиям привыкает достаточно быстро.

Большую роль сыграла сыворотка, что позволила попросту отключить рецепторы обоняния. Еда, конечно, утратила вкус, но в саморазогревах она особо и не блещет гастрономическими качествами. В целом жить можно, хотя и с некими оговорками.

Чтобы скоротать время нахождения в замкнутом пространстве, мы тренировались. Силовые, растяжка, отработка приёмов и различные теоретические составляющие. Я задавал определённые задачки по устранению цели, а Лема пыталась решить их как можно тише и незаметнее.

Если изначально даже в теории она совершала кучу ошибок, то к окончанию третьих суток уже прослеживался определённый прогресс. Тяжелее всего ей давались охранные системы с датчиками движения и камерами. Она просто их игнорировала, забывала про наличие вспомогательного оборудования, заостряя всё внимание на расположении живой охраны.

Это, конечно, всё теория и воображаемые помещения, однако я чётко решил, что по возвращении обязательно заставлю её поиграть в пару компьютерных симуляторов на основе «Стелс». Практику оно, разумеется, не заменит, зато даст хоть какое-то понимание нового времени. Ну а затем закрепим знания на полигоне.

В общем, худо-бедно, но до финального пункта мы добрались. Это было понятно сразу. Во-первых, количество подъёмов контейнера, которые ощущались, прямо скажем, очень сильно. В момент перегрузки на сушу мне вообще пришлось придерживать ведро с нечистотами, дабы оно не расплескало содержимое по всей комнате.

Во-вторых, прекратилось мерное покачивание. Оно хоть и едва ощущалось на корабле подобного размера, однако всё же присутствовало.

Ну а вскоре мы почувствовали последний подъём, который означал установку контейнера на сухопутный тягач. А значит, наше путешествие уже точно подошло к концу. Вопрос в том, сколько нам ещё ехать и кто за рулём.

Этот вопрос решился сам собой, правда, для этого потребовалось ещё часов двадцать.

Когда машина замерла, а двери распахнулись, мы были готовы расцеловать Мыша, который, как выяснилось чуть позже, и управлял тягачом.

Куда ни посмотри, всюду простиралась пустыня. Пески с торчащими здесь и там камнями и ничего живого, даже кактусов не видно.

Песчаную пустошь пересекала дорога, ровная, уходящая от горизонта до горизонта в обе стороны. «Мечта дальнобойщика». Уснуть на такой проще некуда, даже не заметишь, как закроются глаза и в большинстве случаев уже навеки.

— Так, Лема, выгребаем пайки, воду и двигаем в сторону… — я задумался и покрутился с компасом в руках, а затем поймал направление и указал рукой: — Туда. Мыш, сколько нам до заграждений?

— Чуть более семидесяти километров, — охотно ответил он.

— У нас воды не хватит, — услышав ответ, крикнула из контейнера Лема. — Всего одна упаковка осталась.

— С этим проблем не будет, — ответил ей Мыш. — У меня запас фильтров, из мочи́ воду сделаем.

— Фу, — высунулась наружу Лема и сморщила нос. — А других вариантов нет?

— Есть, — сухо оборвал её я. — Сдохнуть от жажды.

— Перспективненько, — задумчиво пробормотала та и снова исчезла в контейнере.

Мыш тем временем открыл кабину и принялся подавать мне оттуда рюкзаки, а затем и оружие. Я тут же полез проверять скарб, чтобы он в точности соответствовал моему списку. Старый друг не подвёл. Впрочем, доверял я ему на все сто процентов, однако оружие и вещи всегда привык перепроверять, даже за собой.

Кое-что пришлось переложить по-своему для личного удобства, ну а в целом всё более чем хорошо.

— Ну что, двинули? — спросил я, закинув рюкзак на плечи.

— Нам не туда, — хитро прищурился Мыш. — Чуть западнее находится скальный массив, вон он маячит на горизонте — нам туда.

— Так, объяснения будут или мне вначале тебя пнуть, а после переспросить? — опередила меня Лема.

— До вечера уже будем на месте, — проигнорировал её Мыш. — Там «Баги». Переночуем в ущелье, а наутро домчим с ветерком.

— Откуда «дровишки»? — удивлённо приподнял бровь я.

— Ну пока вы в круизе наслаждались видами открытого моря, я тут, вообще-то, работал, — с важным видом ответил тот.

— Влад, можно я его пну? — зло прищурившись, спросила Лема.

— Разрешаю, — так же спокойно кивнул я, и Мыш тут же рванул с места, в попытке избежать тычков и затрещин от моей девочки.

Ну, хоть направление выбрал правильное.

Я проводил взглядом весельчаков, вздохнул, поднял на плечо упаковку воды и не спеша отправился следом. Машину так и оставили посреди дороги. Даже если её кто-нибудь заметит или угонит, вряд ли как-то свяжут с нами. Мы уже успели убрать и продезинфицировать нашу комнату.

В первую очередь решат, что на ней кто-то незаконно пересёк границу. Ну а эмигрантов в Османии особо никто искать и не кинется. Максимум, это отгонят машину на правительственную стоянку и подождут, пока кто-нибудь обратится за потерей. А нет, так через три месяца продадут тягач с молотка.

В стране всё ещё военное положение, поэтому всем по большому счёту плевать на какой-то там грузовик с потайной комнатой. Следов наркотиков не обнаружено, как и трупа поблизости, ну да и пёс с ним.

Я уже не в первый раз передвигаюсь по пескам в этой стране, знаю, о чём говорю. Да, обстановка сильно поменялась с тех пор, однако стрелять здесь продолжат ещё долго. После войны любое государство возвращается к порядку, чуть ли не десятками лет. А тут и года с её окончания не миновало.

До ущелья добрались как раз, когда солнце склонилось к закату. На широте экватора вообще темнеет довольно быстро, притом, что зимой, что летом, примерно в одно и то же время. После семи вечера уже наступает полноценная ночь.

Мыш довольно неплохо организовал лагерь. Со стороны его невозможно было рассмотреть, так как он прекрасно скрывался скальным массивом. Небольшой навес можно было рассмотреть разве что сверху, да и то, для этого пришлось бы запускать коптер прямо в ущелье. Оно шло слегка наискосок, и навес прятался как раз под его склоном. Да, опасно, может случиться обвал, однако мы здесь не на пикник приехали. Тень, возможность разогреть еду на горелке скрыты от сторонних взглядов. В общем, идеальное место для наших планов.

На ночлег расположились быстро. Всё же хождение под палящим солнцем выматывает очень основательно. Даже Лема, которая не успела отвыкнуть от жаркого климата прошлого, выглядела измученной и полезла спать первой.

Для этого приспособили гамаки на специальных складных стойках, потому как вечером на поверхность пустыни выползает столько тварей, что легко можно не проснуться. Одни скорпионы и сколопендры чего сто́ят. А уж про змей и ящериц вообще молчу.

Гамак, конечно, не гарантирует полной безопасности, но всё же спать чуть выше поверхности земли будет гораздо комфортнее.

Мы с Мышем уселись за складной стол и закопались в распечатанных снимках местности. По моей просьбе он все их обновил, хотя никаких особых изменений за это время не произошло. Но в нашем случае лучше лишний раз в этом убедиться.

— Значит, смотри, — наконец разложив всё в нужном порядке, я взялся за планирование. — Нужно выставить оборудование вот в этих точках.

Я положил несколько маленьких камушков, обозначая координаты.

— То есть внутрь не полезем? — уточнил тот.

— Нет, пока только наблюдение. Я вообще не уверен, что нам сюда.

— Ну, честно говоря, у всех есть сомнения на сей счёт.

— И, похоже, небезосновательно. Хотя я считаю, что они всё равно как-то связаны с нужным нам местом. Возможно, они перебрасывают грузы или даже людей. В общем, нужно чётко понимать, что мы вообще ищем.

— Это понятно.

— Хорошо. Значит, в первую очередь смотрим на транспорт. Кто прибыл, в каком количестве и то же самое в обратном порядке. В идеале, конечно, проследить за теми, кто покинул периметр, но в нашем случае это не совсем возможно. В дальнейшем будем решать, что и как.

— Принял, — кивнул Мыш.

— Ну, в тогда твоё дежурство первое, — улыбнулся я, хлопнул друга по плечу и тоже полез в гамак.

Впрочем, я даже не удивился, что мгновенно вырубился, едва коснувшись лицом небольшой подушки.

Всю следующую неделю мы вставляли аппаратуру для наблюдения. В первую очередь охватили все блокпосты. Я хотел чёткого понимания, как проходят смены караула. Выяснить их график, количество людей, а заодно понять, насколько они ответственно относятся к своей работе.

По своему опыту могу сказать, что большинство подобных объектов отличаются крайней степенью раздолбайства. Реагируют на угрозу панически, чаще всего уже в момент обнаружения в непосредственной близости, да и само дежурство проходит в неспешных беседах, а то и вовсе за игрой в карты.

В том нет ничего удивительного.

Сам периметр находится на достаточном удалении от боевых действий, посторонние здесь если и появляются, то очень редко. Потому сама атмосфера располагает к расслабленному образу жизни и несению службы на отвали́.

Но всё выглядит с точностью до наоборот, если люди охраняют поистине важный объект. В этом случае у них и оплата сильно разни́ца от обычного военнослужащего, да и постоянными проверками задолбают.

Наш периметр относился к первому типу, что в очередной раз только подтвердило наши догадки. Здесь находилась «утка», максимум — перевалочный пункт к действительно важной точке.

Мне хватило пары часов наблюдения, чтобы обнаружить три бреши в обороне. А уж о раздолбайстве на блокпостах и говорить нечего.

Ночная смена не стеснялась спать на посту. Не все, конечно, однако троих индивидов я за этим делом приметил. У меня вообще сложилось впечатление, что территорию охраняют срочники.

Однако с вылазкой мы всё ещё не спешили. Расставив оборудование в наиболее интересных точках, принялись по очереди следить за мониторами. Благо наш лагерь всё ещё оставался в тени и позволял работать с относительным комфортом даже в дневное время суток.

На пятый день наблюдения на закрытую территорию прибыла колонна. Теперь всё моё внимание было обращено на них.

Техника военная, российского производства, в основном трёхосные «Уралы». Практически все как один тентованые, что противоречит безопасности перевозки людей, а значит, скорее всего, доставляли какой-то груз.

Сопровождение серьёзное: пять БТР-82 и что наиболее удивительно, три новеньких «Бумеранга». Они и на вооружение-то поступили всего ничего, а уже сопровождают колонну для частной компании.

Да уж, у Ярга действительно серьёзные покровители наверху. Хотя я пока ещё не видел, на что способны связи у Лии. Думаю, там поддержка будет не менее весомой.

Ну да ладно, это я что-то отвлёкся. Около десятка УАЗов с открытым верхом курсировали вдоль колонны. Плюс периодический осмотр прилегающих территорий с беспилотников.

В общем, довольно внушительный караван и, судя по всему, перевозит он совсем не археологическое оборудование. Даже для полевой научной лаборатории такое сопровождение — это слишком.

А вот для оружия вполне себе обоснованно. Осталось теперь понять: а за каких хреном учёным, участвующим в раскопках, вдруг понадобилось столько оружия? Ну, если это, конечно, оно.

И что-то мне подсказывает, не сегодня завтра этот караван отправится дальше. Из чего тут же возникли очередные вопросы: а как часто подобные колонны посещают данный периметр? Дождёмся ли мы следующую поставку, или лучше действовать сейчас, пока ещё есть возможность?

В том, что в своих умозаключениях я оказался недалёк от истины, удалось убедиться практически сразу.

Машины прибыли с севера и проследовали до западного блокпоста, где они и были оставлены. Караул тут же сменили и теперь о том, чтобы проникнуть на стоянку, можно забыть.

Разгружать технику тоже никто не спешил, а значит, она здесь действительно проездом. Ну а судя по поведению окружающих, такое событие здесь вполне обыденное.

Никто не удивлялся, не приставал к военным с вопросами, жизнь продолжалась. Из чего так же можно сделать вывод: подобные колонны появляются на территории довольно часто.

— Что думаешь? — я взглянул на сосредоточенного Мыша.

— Стволы везут и патроны, — тут же высказал мои мысли вслух он. — Всего три бронированных кунга идёт, а значит, людей не так много — человек пятьдесят, максимум семьдесят, плюс водители и экипажи брони.

— Это я и сам понял, — почесал переносицу я. — Нам бы понять, куда они дальше пойдут.

— Можно попробовать «жука» навесить, но подозреваю, что они его сразу ослепят.

— Есть такое подозрение, — буркнул я. — Самим за ними тоже не поехать, они с беспилотников всё вокруг на расстоянии дневного перехода видят.

— А следы так долго на песке не продержатся. Их уже через пару часов заметёт, — продолжил за мной мысли тот.

— С нашими связь есть?

— Обижаешь, — усмехнулся Мыш и продемонстрировал мне спутниковый телефон.

— Можно попробовать из космоса за ними подсмотреть. Маякни Лие, пусть прозондирует вопрос.

— На это у вас просто нет времени, — внезапно прозвучал чей-то голос неподалёку.

Сказать, что я припух от такого поворота, это даже сотой доли моих эмоций не передаст.

Лема вряд ли бы по своей воле пропустила постороннего, уж чего-чего, а к безопасности она относится ответственно. Однако с её стороны никаких сигналов не поступало.

Но одного беглого взгляда на неё хватило, чтобы понять — девочка крепко спит. И это тоже на неё совсем не походило, потому я быстро сделал вывод, что она без сознания.

— С ней всё будет в порядке, — ответил человек, проследив за моим взглядом. — Мы ждали тебя, Безликий.

— Так, — усмехнулся я, рассматривая гостя поверх ствола пистолета. — Всё чудесатее и чудесатее. Ты, вообще, кто?

— Раньше ты называл нас Шаманами, — спокойно ответил гость. — Впрочем, нас и сейчас продолжают так называть.

— Чему обязан?

— Событиям, что пошли не по тому пути развития.

— Так кто же вам мешал просто прийти ко мне раньше и нормально поговорить?

— Мы думали, что справимся самостоятельно. Но всё зашло слишком далеко.

— Разбуди её, — кивнул я в сторону Лемы.

— Её поведение в последние дни не совсем адекватно, — отказался выполнить просьбу тот. — Она проснётся, как только я вас покину.

— Ну говори, раз пришёл, — произнёс я, хотя ствол пистолета так и не опустил.

— Тебе нужно это увидеть. Если я расскажу, ты ни за что мне не поверишь.

— Ладно, тогда показывай, — пожал я плечами.

— Тебе нужно попасть вот в эту точку координат, — Шаман протянул мне лист бумаги, на котором красовался ряд цифр. — Выезжать следует немедленно, чтобы опередит колонну.

— Что там?

— Ты сам всё увидишь.

— А если я не поеду? С чего вообще я должен вам доверять? Однажды вы меня уже предали.

— Мы не предавали тебя, ты сам решил перейти на другую сторону.

— Я всегда на своей стороне.

— Как и мы.

— Вы знали, что Кетта собирается уничтожить планету и всё равно ей помогали! Как вы могли такое поддерживать? Я бы ещё понял, если вам нужна была власть, но она всё равно осталась в руках кланов.

— Так было нужно.

— Что?! Да ты хоть понимаешь, сколько людей погибло?!

— Мы понимаем, что ты не в силах здраво оценить всю ситуацию, потому как многого ещё не знаешь. Но скоро ты всё поймёшь. Мы теряем время, Безликий.

— У меня его более чем достаточно, — пожал я плечами. — Или ты начинаешь говорить или можешь идти на хер. А при следующей встрече я просто нажму спуск.

— Дело твоё, — спокойно отреагировал на мои слова Шаман. — Мы знаем, что ты ищешь ответы, и любопытство не позволит тебе сидеть на месте. Машины проследуют в точку, координаты которой у тебя в руках. Весь вопрос в том: кто из вас раньше доберётся на место.

— Я поступлю так, как считаю нужным, — продолжил упрямиться я.

Головой я понимал, что Шаман прав на все сто процентов — мы в любом случае проверим эти координаты. Вот только не так, как он того хочет.

Я больше не собираюсь бежать вперёд сломя голову, один раз мы с Лемой уже за это поплатились. Пусть говорит всё что угодно, мне плевать.

— Хорошо, — спустя несколько секунд тишины добавил Шаман, словно прочитав мои мысли. — Мы тебя предупреждали.

С этими словами он попросту растаял в воздухе. Вот, только что он стоял перед моими глазами, а сейчас его уже нет. Я даже проморгался и головой помотал…

— Ты чего? — внезапно меня ошарашил вопрос Мыша.

— В смысле? — обернулся я к нему и уставился на товарища удивлённым взглядом.

— Пистолетом зачем размахиваешь? — окончательно добил меня тот.

И в это время очнулась Лема. Она подскочила точно так же, как и я секунду назад, принялась водить стволом, высматривая угрозу.

— Где он? — почти сразу прилетел вопрос с её стороны.

— Ушёл, — спокойно ответил я.

— Может быть, вы мне объясните, что, вообще, происходит? — теперь пришла очередь Мыша удивляться.

— Шаман приходил, — ответил я. — Странно, что ты его не видел.

— Как, когда? — теперь уже Мыш принялся вращать головой. — Стоп, я ничего не понимаю.

— Как и я, Мыш, как и я, — задумчиво пробормотал я.

А ведь действительно странно. Лему ему пришлось выключить, чтобы пообщаться со мной, но Мыш его даже не видел. Стоп.

— Сколько времени прошло, прежде чем ты меня одёрнул?

— Смотря с какого момента? — отозвался товарищ.

— Ну, когда я вообще пистолет выхватил?

— Не знаю, — пожал плечами тот и задумался. — Секунда, может чуть больше. Я в экран смотрел, мы разговаривали, а затем ты вдруг схватил со стола ствол. Ну, я сразу и спросил…

— Понятно. А ты что видела? — обернулся я к Леме.

— Мужик какой-то, появился прямо передо мной, сказал что-то непонятное. У меня сразу в глазах потемнело, а затем я подскочила.

— Ты спала.

— Я не… То есть как спала?

— Я тоже ничего такого с ней не заметил, — вступился за девушку Мыш. — Хотя ты на этом стуле сидишь, в самом деле непонятно, может, и спала.

— Так, стоп, он мне вообще-то бум… Не понял, — я посмотрел на пустую руку, — Я же точно помню, как он мне клочок бумаги передал, с координатами.

— Ты их видел, успел запомнить? — задал вполне резонный вопрос Мыш.

Я прислушался к себе и вдруг перед глазами чётко встали записанные аккуратным почерком цифры. На всякий случай я тут же переписал их на один из снимков периметра, что лежали в папке на краю складного стола.

— Похоже, это был ментальный вызов, — сделал заключение Мыш.

— Тогда почему его видел не только я, ну и, следовательно, не видел ты?

— Хрен его знает, — пожал плечами Мыш. — Полагаю, всё дело в сыворотке. У Лемы она производства Шаманов.

— Так, но ведь у меня она ваша.

— Не совсем, — усмехнулся тот. — Надеюсь, о венерических заболеваниях ты слышал?

— Хочешь сказать?..

— Ну, мы наблюдали нечто подобное, — согласно кивнул тот. — Основные клетки встраиваются в цепочку ДНК, но часть так и продолжает курсировать по крови.

— То есть, если я трахну кого-нибудь, то этот человек тоже станет бессмертным?

— Я тебе трахну сейчас, — тут же упёрла руки в бока Лема.

— Да я гипотетически, — тут же оправдался я.

— А я физически, — прищурила глаза она. — Только попробуй, я тебя во сне прирежу, понял?! Буду плакать и резать!

— А плакать-то зачем? — удивился Мыш.

— Ну как, я же его люблю.

— Так, успокоились оба, — остановил бесполезную беседу я. — Мыш, объясни толком.

— В общем, для этого должно совпасть несколько факторов. Или сексуальный партнёр должен иметь в организме старую клановую инъекцию, ну или современную сыворотку. Только в этом случае возможен обмен стволовыми клетками. В обычном, человеческом организме они не приживутся. Для них обязательно должна быть создана специальная среда, это зашито в изначальном коде. Блин, я не учёный, всех нюансов не знаю, но это что-то типа защиты. Не знаю как сейчас, но раньше была возможна передача программируемых клеток обычному человеку. Сейчас такое если работает, то только на этих условиях.

— И ими является наличие старой инъекции, — закончил за Мыша я.

— В общем, да.

— Но в моём теле её нет, и никогда не было.

— Её содержал твой раствор. Боль ты испытывал только из-за старой сыворотки. Новичкам мы её вводим именно так, чтобы экономить время. Там, конечно, над ней сильно поработали, но полностью убрать негативный эффект так и не удалось.

— Понятно, — задумчиво пробормотал я. — Выходит, Шаманы могут делать со мной и Лемой всё, что им заблагорассудится, в любое удобное для них время?!

— Не совсем, то есть, не уверен, — поморщился Мыш. — Максимум, это навязать какую-то идею, выйти вот так на связь или как в случае с Лемой, заставить уснуть. Но в её организме только их сыворотка, твой же защищён с нашей стороны, так что эффект, скорее всего, непостоянный.

— Лема, ты мне вот что скажи, когда ты пытала того бухгалтера, эта идея возникла в твоей голове внезапно? Или ты изначально всё это планировала?

— Кажется, в тот самый момент, когда я его увидела, — прислушалась к себе та. — Да, точно, я уже собиралась убить его, как вдруг в голове возникла идея… Думаешь, это они?

— Допускаю такой вариант, — кивнул я. — Мыш, эту хрень можно как-нибудь отключить?

— Это нужно к нам, в лабораторию, — ожидаемо ответил он, — Вообще, такие феномены — редкость, почти вся сыворотка сейчас приведена к единому знаменателю, но никто не мешает добавить к ней пару собственных маркеров. Но опять же, у тебя в организме наш коктейль доминирует. Так что повторюсь, скорее всего, в твоём случае эффект временный.

— Нет, даже не думай об этом, — покачала головой Лямка. — Я никуда без тебя не поеду.

— Да я не об этом, — усмехнулся я. — Хотел немного ограничить нашу близость, но в том уже нет никакого смысла. Так, ладно, действуем по плану, а ты, — я вновь обернулся к Леме, — от меня больше ни на шаг. Самостоятельных заданий у тебя не будет, пока мы окончательно не разберёмся со всем этим дерьмом.

Глава 17

Координаты

— Петра? — удивлённо уставился на меня Мыш. — Но ведь это же самый отшиб Османии? Я не понимаю, в чём смысл тащить груз через всю пустыню, затем через горы. Не проще ли организовать поставку сразу через море?

— Слишком заметно? — пожал я плечами.

— Ну да, а так они прям невидимые, — усмехнулся тот. — Пять десятков машин, плюс броня. Хотя здесь чуть севернее периодически стреляют ещё… — Мыш призадумался. — Ладно, доля здравого смысла в этой переброске имеется.

— А что там, в Петре? — задала резонный вопрос Лема.

— В том и дело, что ничего особенного, — ответил тот. — Часть города, застрявшего в скале, мы такое на границе Восточной империи наблюдали. Отголоски работы Резонатора.

— Сомневаюсь, что Шаман указал на это место просто так, — высказал я своё мнение.

— Я не спорю, но мы уже изучали это место, а местные династии вообще излазили его вдоль и поперёк.

— Династии?

— Ну, так себя называют Османские кланы. Точнее, называли, Ярг позаботился, чтобы от них ничего не осталось.

— Видимо, они что-то нашли, — снова заметила странное совпадение Лема.

— Похоже на то, — согласно кивнул Мыш. — Возможно, войну изначально развязали с подачи Шаманов. Они хотели что-то скрыть, но вышло с точностью до наоборот.

— Поэтому и началась вся эта возня с ключом и преследованием Тихого, — я продолжил за него логическую цепочку. — Вот только они не учли одного: этим товарищам плевать друг на друга, и Ярг просто не отреагировал на просьбу о помощи от Тихого.

— И всё равно, вопрос пока остаётся открытым: «Что они там такого нашли?» — закончила уде за меня, Лема.

— Ну, пока сами не увидим, не поймём, — пожал плечами Мыш. — Так что делаем?

— Ждём, — уверенно заявил я. — Скорее всего, нас снова хотят использовать, как отвлекающий манёвр.

— Да я на двести процентов в этом уверена, — ухмыльнулась Лема.

— Значит, продолжаем тихонько наблюдать и пытаемся до конца понять: «Что за хрень здесь творится?»

Машины покинули территорию ранним утром. Перед тем, как уехать, водители провели плановую проверку техники. Залезли всюду, где только можно было сунуть нос, так что наша затея с «жуком» вряд ли бы оправдалась, притом уже на данном этапе. А вот лишний шум вполне могла устроить.

Но как говорится, на нет и суда нет. Колонна вытянулась через блокпост и уже спустя пару минут выпала из поля зрения объективов.

Судя по направлению, основных дорог они избегали, решили двигаться исключительно караванными тропами. В общем, если перевести на наше понятие — просёлком.

На этих направлениях нет крупных городов, а небольшие аулы не представляют большой угрозы конспирации. В таких посёлках порой даже связи нет, несмотря на современное развитие технологий. А причина тому проста: население неплатёжеспособно. Люди привыкли жить натуральным хозяйством и деньги если есть, то в малом количестве. Здесь их попросту негде зарабатывать и тем более тратить.

Конечно, отследить весь маршрут у нас вряд ли получится, но конечный пункт нам известен. Попробуем проследовать за ними, но завтра, чтобы держаться на почтительном расстоянии и не отсвечивать.

Решение приняли и приступили к сворачиванию лагеря. Наблюдательную аппаратуру придётся оставить, слишком долго ею заниматься. А так как количество мест у нас ограничено, то и с собой берём самый минимум. Остальное спрячем здесь, будет возможность вернуться — заберём, нет, значит, пусть валяется до лучших времён.

Ну а далее всё как обычно: смены распределены, можно ложиться спать.

Наутро загрузили багги, свернули остатки лагеря и припрятали в расщелине. Сверху прикрыли камнями и если не знать о заначке, то обнаружить её — задача непростая.

Затем кое-как разместились в машине и отправились в Петру.

Маршрут старались держать тот же, что и колонна. Всё-таки я несильно доверял Шаманам — лучше подстраховаться.

Погода выдалась безветренная, ну, насколько это вообще возможно в пустыне. А колонна — это не одинокая машина, потому следы на песке всё ещё чётко просматривались.

Казалось бы, огромная пустынная территория, и встретить на ней человека — задача не из простых. Но нам периодически попадались одинокие путники и даже небольшие группы. Правда, на нас они особого внимания не обращали. Так что передвигаться удавалось относительно скрытно.

К концу первого дня пути мы остановились в небольшом посёлке. Во-первых, нужно было пополнить запас бензина, а судя по мотоциклистам, которые сновали по пустыне с этого направления, он здесь имеется. Ну и во-вторых, вода.

У нас она закончилась уже давно, и вопрос её пополнения стоял достаточно остро. Да, мы фильтровали мочу, но этого всё равно недостаточно. По пути нам удалось наполнить несколько пластиковых бутылок, однако я надеялся на более внушительный запас. Плюс сами фильтры имеют свойство заканчиваться, и их тоже оставалось всего ничего.

Посёлок отнёсся к нам вполне дружелюбно. Пацаны сразу окружили багги, а заодно наперебой выпрашивали жвачку или шоколад. Ни того ни другого у нас не было, а потому интерес к нам быстро иссяк.

Первый попавшийся взрослый быстро сообразил, что с нас можно получить деньжат и минут через десять мы вновь попали в окружение местных. Правда, на этот раз нам предлагали всевозможные товары: от бесполезных поделок до так необходимого нам бензина.

Последний, к слову, продавали в пластиковых, полуторалитровых бутылках и ценник такая имела неслабый. Однако деваться некуда, ехать нужно, а нормальных станций АЗС в этих местах днём с огнём не сыскать.

Местные чем-то напоминали мне людей из далёкого прошлого. Вот точно так же меня облепляли тогда, на рынках Эллодии. Забавно, миновала уйма времени, а люди остались прежними.

Да, в больших городах такого поведения не встретить, люди стали сытыми. Но стоит отъехать подальше, как снова окунаешься в средневековье.

И вроде не дикие, мотоциклы есть, садись да езжай в райцентр, где и работу найти проще, опять же жвачка и шоколад в постоянном доступе. Но их словно что-то держит здесь в глуши, посреди пустыни.

Воду нам покупать не пришлось, но пару канистр я всё же приобрёл. Запас — дело хорошее. Всё-таки кто знает, как долго мы не сможем его пополнить. А по идее, завтра мы уже должны быть на месте и снова придётся сидеть тихо и не отсвечивать.

Ночь провели здесь же. Один из местных с удовольствием пустил нас в свой дом. Хотя за сто долларов желающих было хоть отбавляй. Однако мы сами выбрали именно этот.

Здесь мы свободно могли разместиться в отдельной комнате, а навес во дворе, позволял скрыть машину от посторонних взглядов. Ну и большим плюсом было то, что хозяин довольно сносно общался на османском, в отличие от большинства, говорящих на совершенно непонятном наречии.

Да, язык похож, но вот многие слова звучали для нас незнакомо, а доходить до их смысла в контексте — не совсем удобно. А у нас всё же был ряд вопросов, на которые мы надеялись получить внятный ответ.

Наладить контакт помог консервированный борщ. Так как в доме бедняка особо и есть было нечего, мы слили его остатки в котёл, разогрели и пригласили хозяина за стол. Он, в свою очередь, тоже в долгу не остался и добавил к блюду свежих лепёшек.

Ну а когда мы все насытились, потекла неспешная, на первый взгляд, ленивая беседа.

— Скажи, Фарук, а есть у вас поблизости какие-нибудь древние города? — я специально начал издалека.

По легенде мы представились вольными исследователями, которые мотаются по свету в поисках следов древних цивилизаций. Это позволило исключить множество ненужных вопросов. А нам, напротив, задавать их без устали.

— Да какое там, — отмахнулся тот. — Будь здесь хоть какая руина, разве мы жили бы так бедно? За последние месяцы вы здесь первые туристы. Всё самое интересное находится ближе к побережью. А сейчас вообще неспокойно, люди боятся приезжать, никто не хочет быть убитым.

— Так война вроде закончилась? — изобразила удивление Лема. — По крайней мере, мы путешествуем без особых проблем.

— А куда вы направляетесь?

— В Петру, — вместо неё ответил Мыш. — Загадочный город, высеченный в скале. Мы хотим посмотреть, как такое вообще было возможно.

— О, Петра священное место. Когда-то давно это был великий город, в нём жили славные люди. Но Боги прогневались, замуровали его вместе с жителями в скале.

— Боги? Это чем же люди их так разозлили? — уточнила Лема.

— Своим непослушанием, — уверенно заявил Фарук. — Они решили, что сами всё умеют и отвернулись от Богов. Но сейчас вам туда не попасть.

— В смысле? — теперь уже я изобразил удивление. — Он что, разрушен? Мы читали в интернете, что война не докатилась до тех мест.

— Нет, храмы в полном порядке, да и что им станется, — улыбнулся хозяин. — Ведь сами Боги приложили руку к этому месту. Там чужаки.

— Исследователи? — продолжил включать дурака я.

— Нет, другие, военные, — покачал головой тот. — Они там уже несколько месяцев, всё вокруг обнесли забором и никого не пускают. Мы боимся, что они снова прогневают богов и тогда всем будет плохо.

— А ты не знаешь, чем так интересны древние храмы военным? — вступил в разговор Мыш. — Столько лет Петра была открыта для туристов, а теперь что?

— Мой зять устроился туда на работу, — внезапно выдал Фарук.

Мы едва смогли сдержать улыбку, чтобы не выдать излишнего интереса. Однако всё равно подобрались и навострили уши, собственно, по легенде мы этим местом интересуемся, так что в нашем поведении не прослеживалось ничего особенного.

— Он многое рассказывал, когда приезжал с сестрой в гости, — продолжил хозяин. — Под храмом в горе нашли какую-то нишу, они пробивались к ней. Там происходили странные вещи.

— Какие? — восторженными глазами уставилась на рассказчика Лема, тот аж подбородок вскинул, обнаружив благодарного слушателя.

— Разные, — неопределённо ответил Фарух и покрутил пальцами в воздухе. — Какие-то голоса, посторонние запахи, которых там просто не могло быть. Зять сказал, что там остался канал связи с Богами, через него в наш мир проникает мир Богов.

— Да ну, прям конспирологией отдаёт, — скептически отмахнулся Мыш. — Ну какие Боги, нет.

— Ха, не веришь — не надо, — поморщился хозяин дома. — А вот он мне показывал занятную вещицу, которую удалось умыкнуть. Этому храму тысячи тысяч лет, а он показал мне две пружинки, которые словно были созданы вчера. Только Богам такое под силу.

— Да, может, эти пружинки туда случайно попали, кто-нибудь их просто бросил на месте раскопок, — беззаботно отмахнулся тот.

— А вот я верю, — улыбнулась Фаруху Лема. — Возможно, это как раз то, что мы ищем? Остатки машины древней цивилизации. Представляете, какое это открытие?!

— Ага, только теперь туда не попасть, — поморщился я. — Всё вокруг военные оцепили.

— Мы можем притвориться рабочими, как зять Фаруха, — предложил Мыш.

— Нет, ха-ха-ха, — рассмеялся тот. — Это больше невозможно. Там теперь никого не пускают. Только чужаки. Всё под вооружённой охраной и каждый сантиметр просматривают камеры. Вы думаете, мало желающих урвать сокровища Богов? Зять говорил, что видел там много золотых украшений.

— А в самой нише он был? Видел, что там внутри? — снова с горящими глазами спросила Лема.

— Нет, и хорошо. Он работал ближе к поверхности, помогал вывозить камни на телеге. Те, кто работал внизу, погибли. Произошёл обвал, и все умерли — Боги не любят, когда смертные суют свой нос в их дела.

— Так откуда у него тогда эти пружинки? — снова пристал к хозяину Мыш.

— Так в отбое нашёл. Они блестели на солнце, вот даже ни грамма ржавчины на них нет, я сам видел. Они странные, в ладони кажутся тяжёлыми, а в воде не тонут, будто из дерева сделаны.

Мы разговаривали с Фарухом ещё долго. Спать отправились глубоко за полночь, но ничего более полезного так и не услышали. Он всё твердил о Богах, их гневе, и что людям не следует ступать на их территорию.

По сути, весь рассказ больше походил на кучу слухов, которые в его голове сложились в определённую картинку. Хотя ещё одна странность проявилась.

Неподалёку от Петры располагался похожий посёлок. Ну, конечно, не в пример больше и богаче, однако до крупного города ему всё же далеко.

Местные в основном жили за счёт туристов, подрабатывали проводниками в подземных коммуникациях храма. Ну а затем пришла война, бизнес накрылся медным тазом и многие более или менее успешные предприниматели покинули насиженное место.

Кто-то подался в сторону фронта, чтобы попытать госпожу удачу, другие убежали из страны. В общем, обычная, на первый взгляд, история, если бы не одно «но».

Вскоре появились военные и всех жителей согнали на работу. Посёлок приказали оставить, а тех, кто не желал подчиняться — убили. В итоге как раз остатки этих самых жителей и погибли под мистическим завалом. А сам посёлок отныне занят военными и так же перекрыт сетчатым забором.

В целом ничего интересного, однако у нас сложилось хоть какое-то понимание расположений сил Ярга. И судя по всему, он сосредоточил вокруг себя довольно серьёзные силы. Втроём мы его точно поиметь не сможем, даже если получим в распоряжение силу Супермена.

Перед сном мы немного обсудили новую информацию, но к какому либо решению не пришли. Теперь стоило бы самим увидеть реальную обстановку, может быть, тогда получится выстроить более или менее рабочий план.

В путь отправились утром. Предварительно закупили крупы и вяленого мяса, потому как от наших запасов практически ничего не осталось.

Наш поход всё больше напоминал былые времена, когда вот так, втроём, мы путешествовали по Диким землям. Правда, тогда с нами вместо Мыша был Тихий. Но мы точно так же блуждали по незнакомым местам и питались похлёбкой из пшена и сушёной строганины.

Сейчас было небольшое отличие — багги, но ближе к обеду пришлось избавиться и от неё. Мы всё ближе подбирались к цели, а потому решили, что так будем менее заметны.

Раздобыть местную одежду тоже не составило большого труда и теперь, даже если нас кто-нибудь обнаружит с воздуха, вряд ли заострит внимание. Похожих на нас путников мы всё так же продолжали встречать.

Хотя, чем ближе мы подбирались к Петре, тем реже нам попадались люди. А в последние пару часов так и вовсе никого не было видно.

Впереди нас ожидал ночлег — за день преодолеть остатки расстояния не представлялось возможным. Ландшафт вокруг давно сменился на горы, которые периодически подкидывали нам гостеприимные варианты в виде пещер и расщелин.

Однако мы упорно шли вперёд. Я хотел не просто переночевать, а сразу занять позицию. Нужно сократить дистанцию до закрытого периметра, примерно на расстоянии пары часов пути. В общем, оставлять на завтра небольшой отрезок желания не было, и Лема с Мышем полностью поддерживали эту затею.

Ориентировались по карте, точнее, очередной распечатанной спутниковой версии. Периодически приходилось сверяться с местностью, искать привязки и, несмотря на то, что двух одинаковых гор не бывает, выходило не так уж легко.

Солнце уже скрылось, когда я наконец объявил привал. Ужинали консервой, разогретой на таблетке сухого спирта, и сразу же завалились спать, назначив дежурным Мыша.

Ночь прошла без приключений, разве что где-то вдалеке завывали волки, а может быть, дикие собаки. Хоть для нас они опасности не представляли, ночь выдалась беспокойной. Очень уж громко гуляло эхо в ущельях.

Однако ничего не поделать, мы здесь не на прогулке, и задачу никто не отменял. Доели остатки консерв, и теперь в нашем рационе осталась только вяленая, сухая как подошва, козлятина.

Крупа если и пригодится, то на обратном пути. Жечь костры в паре километров от расположения противника — не самая лучшая затея. Ну а на спиртовых таблетках нормальную похлёбку не сваришь.

Основное количество вещей точно так же замаскировали на месте стоянки. С собой взяли только самое необходимое, а именно то, чем были набиты рюкзаки, плюс оружие, которое хранилось в общей сумке, дабы не смущать случайных прохожих.

По едва заметной тропе выбрались на прямую видимость сетчатого забора. Именно здесь, под прикрытием утёса мы и выбрали первую наблюдательную позицию.

Путь к храму «Эль-Хазне» вёл через узкое ущелье. И думать нечего, чтобы проскочить там незамеченным. По верху его перекрыли военные, их позиции даже при нашем опыте удалось рассмотреть не сразу.

Впрочем, я не был уверен, что мы заметили все секреты. Наверняка ту часть, что не смогли перекрыть людьми, щедро сдобрили электроникой. Хватило пары часов наблюдения, чтобы убедиться в полной серьёзности охраняемого объекта.

В общем, новости совсем неутешительные, а самое поганое то, что Храм с этой точки мы не видели, а потому понятия не имели о том, что в целом происходит у его стен. О проникновении внутрь я пока даже не думал.

Мы сидели до тех пор, пока не прошла смена караула, которая показала нам большее количество секретов. Не исключено, что даже и все, но опять-таки, полной уверенности в том не было.

Затем мы осторожно отошли назад и попробовали пробраться к периметру с другой стороны. Однако пришлось возвращаться и заходить по часовой стрелке. На пути нас встретил отвесный обрыв, преодолеть который без должного оборудования не представлялось возможным.

Нет, от безысходности, конечно, можно попробовать, но проще попытаться обойти. Чем мы и занялись.

Пришлось немало отойти назад и перебраться через ровное плато между двумя скальными массивами. Притом последнее делали уже под покровом ночи. Зрение послушно сменилось на чёрно-белое, что прекрасно позволяло нам видеть в темноте. А заодно нам открылся прекрасный вид на все камеры, которые вместе с нами переключились в режим ночной съёмки.

Их белые огоньки, излучающие инфракрасную подсветку, очень хорошо просматривались даже на приличном расстоянии. Об этих плюсах я даже не догадывался, потому как столкнулся впервы́е.

Мы вскарабкались на соседний массив, с которого уже открывался вид гораздо лучший, чем с предыдущего места. Однако и контроля в эту сторону было направлено больше.

Сложность ещё в том, что большинство гор представляли собой ровное плато, и спрятаться там от посторонних взглядов получалось с большим трудом. Не все расщелины для этого подходили, а за валуном в неудобной позе долго не просидеть.

Но как говорится, ищущему да воздастся. Под покровом ночи нам удалось отыскать более или менее приличное место для наблюдения. Без оптики здесь нечего было делать, но и мы не дилетанты — прихватили её ещё в Капте.

Мыш и Лема улеглись спать, а я остался наблюдать, периодически подкидывая в рот небольшие полоски вяленого мяса.

Некоторое время ничего не происходило. Пока на горизонте не забрезжил рассвет, периметр походил на сонное царство. Лишь глазки́ камер мерцали в темноте.

Я как раз рассматривал место парковки, где расположилась виденная нами ранее колонна. Она тоже находилась под охраной, часовые здесь сильно отличались от тех, что были на фиктивных раскопках. Эти не халтурили, и помимо постоянных постов и секретов ещё периодически обходили территорию.

Да, нахрапом сюда не войти. Можно, конечно, развернуть полномасштабную военную операцию, но где гарантии, что Ярг не попытается сбежать или опять уничтожить всё вокруг, а заодно и всю планету. Нет, стоит вначале как следует разобраться, что там за находка такая.

И в этот момент произошло что-то невероятное. Я, разумеется, привык ко многим чудесам, что связаны с технологиями древних, но подобное шоу наблюдал впервые.

Вначале раздался низкий гул, даже камни вокруг завибрировали, затем один за другим погасли глазки камер, и спустя несколько секунд разыгралось настоящее шоу.

Основное действие происходило на арене амфитеатра, которая как раз находилась у меня в прямой видимости. Гул усилился, камни затрещали ещё сильнее, как вдруг они одновременно поднялись в воздух, взлетели. Я даже один из них потрогал, чтобы убедиться в собственном здравомыслии.

Лема и Мыш от этого звона проснулись и тут же переползли ко мне, не забывая при этом сыпать вопросами. Пришлось шикнуть на обоих, чтобы не отвлекали.

Подействовало — оба притихли и тоже примкнули к биноклям, а посмотреть было на что.

Прямо в воздухе, посреди арены разрастался огромный чёрный провал. Длилось это недолго. Как только он достиг в диаметре метров пять, из него вышла группа людей.

Я прилип к биноклю и не дышал, боясь спугнуть удачу, потому как среди них я увидел Ярга. Надменность с его лица не убрало даже время. Казалось, он стал выглядеть ещё более нагло и высокомерно.

— Что же ты такое нашёл? — пробормотал я.

— Портал какой-то, — подсказал Мыш, будто я сам этого ещё не понял.

— Похоже на то, — продолжая неотрывно следить за происходящим, буркнул я. — Вопрос: «Куда?»

Гул прекратился внезапно, и навалилась тишина. Мозг ещё какое-то время даже искал его, отчего тишина казалась звенящей.

Портал позади людей быстро свернулся в точку и как только он окончательно исчез, арену мгновенно осветили прожектора. А вскоре на песок вышла Кетта. Её я тоже сразу узнал, хоть она и выглядела намного моложе, нежели в нашу последнюю встречу.

— И как ей ещё жить не надоело, — снова высказал я свои мысли вслух.

— Меня больше волнует, что скрывается за этим порталом, — высказал общее любопытство Мыш.

— Видимо, придётся сходить и проверить, — усмехнулся я.

— Как? — удивлённо уставился на меня тот. — Здесь охраны больше, чем в Белом доме.

— Есть у меня одна мысль, — спокойно ответил я. — Нужно просто в этом убедиться. Похоже, что когда они запускают этот портал, вокруг отключается всё электричество.

— И что нам это даёт? — пожала плечами Лема. — Охрана всё равно никуда не денется, людей он не выключает.

— Ну, здесь уже придётся приложить некие усилия, — усмехнулся я. — Отыщем место, которое перекрыто только электроникой.

— Можно попробовать, — задумчиво произнесла Лема. — Ну а дальше-то что?

— Пока наблюдаем, изучаем и прикидываем, — успокоил друзей я. — Ну и мозги подключаем — что-нибудь обязательно придумаем.

Интерлюдия третья

— Ну как там?

— Всё по плану. Вы что, сомневались во мне?!

— Успокой свои амбиции, дело слишком серьёзное. У нас не так много времени, ты это понимаешь?

— Вы слишком много внимания уделяете своим страхам.

— Он может появиться в любую минуту.

— И что сделает? Один раз мы его уже раздавили. По моим данным, они прибыли в Османию втроём. У нас же целая армия, что они могут нам сделать?

— Он непредсказуем, его готовили специально для таких ситуаций. Не стоит недооценивать Безликого. Даже в прошлом, при всех наших ресурсах, мы едва смогли его одолеть. Если ты помнишь, то наши планы были на волосок от провала.

— Безликий, Безликий, Безликий! Вы все уже порядком достали меня с этим ублюдком. С нетерпением жду его появления! Тогда я покажу вам, кого из нас на самом деле стоит бояться. У меня всё под контролем.

— Очень на это надеюсь.

Она развернулась и пошла к выходу. Ярг с задумчивым видом проводил взглядом её стройный силуэт, презрительно сморщился и сплюнул под ноги.

— Трусливая сука! — добавил он ей вслед и повернулся к одному из командиров, что явился вместе с Кеттой к порталу: — Ну что там?

— Была замечена группа из трёх человек, господин. Примерно в десяти километрах, скорее всего, они уже здесь, но точного местоположения установить пока не удалось. Прикажете запустить беспилотники?

— Нет, — отмахнулся тот, — не хочу рисковать. Если он заметит запуск, то может понять, что мы о нём знаем. Продолжайте гасить технику в момент открытия портала, подождём, он обязательно клюнет.

— Есть, — коротко кивнул тот и хлопнул себя ладонью по груди. — Разрешите идти?

— Свободен.

Ярг остался на арене, обвёл её взглядом и криво ухмыльнулся. Когда-то давно, он выступал на точно такой же. Это были лучшие времена в его жизни: величие, слава, тёплая кровь противника, что брызгала в лицо. Тогда ему не было равных, впрочем, как и сейчас.

Он присел на корточки и прикоснулся к песку. Затем всё с той же ухмылкой нанёс серию молниеносных ударов по воздуху и вскинул руки к небу, представляя себе овации и восторженный рёв зрителей.

Сейчас всё иначе — приходится держаться в тени. Да, у него есть власть, огромная власть. Такая, что он может себе позволить использовать целые государства в качестве полигона. Но это не то.

Никто больше не поклоняется ему, не восхищается его силой и мастерством. А последний восторженный взгляд на себе, он ловил, лишь выходя из новенькой «Ламбы». Да сейчас любая заурядная певичка имела больше славы, чем он, великий воин арены, абсолютный чемпион Империи!

Однако он сам выбрал этот путь. Нет, он не сожалел о достигнутом, его всё устраивало. Просто ностальгия по былым временам, нет-нет, да и проникала в сердце, растекаясь приятным теплом где-то внутри.

* * *

— Госпожа Лия, у нас всё готово.

— Спасибо, Лирий.

— Люди ждут только вашего приказа.

— Я понимаю.

— Тогда в чём дело? В нём? Он всегда будет играть по собственным правилам.

— И это я тоже понимаю.

— Вы всё ещё любите его.

— А вот это не твоё дело, Лирий.

— Это мешает вам принимать обдуманные решения, вы рискуете всем, чего мы так долго добивались. Зачем вы вообще вернули его?

— Потому что от него зависит наше будущее.

— Госпожа Лия, я всё понимаю, но мы не можем больше ждать. Действовать нужно сейчас, иначе мы рискуем остаться не у дел.

— Ты уверен, что они на месте?

— Да. Спутник видит сигнал телефона, вот точные координаты, — он положил перед госпожой распечатку.

— Ладно, Лирий, спасибо. Ты можешь идти.

— Мы всё делаем правильно. Шаманы слишком долго скрывали от нас это. Только представьте, какие горизонты перед нами откроются с такой энергией.

— Надеюсь, он меня простит, — тяжело вздохнула глава клана и подняла со стола свой смартфон.

Лирий вежливо кивнул, улыбнулся и покинул кабинет начальницы. Лия какое-то время сидела с задумчивым видом, её взгляд, направленный в спину ушедшего заместителя, остановился. Он устремился куда-то дальше, словно в другое пространство. Однако любой, кто сейчас вошёл бы в кабинет, сказал: «Госпожа смотрит в себя, куда-то в глубину собственного подсознания».

В душе она понимала, что Лирий прав, и клан не может бездействовать, вот только сомнения всё никак не желали покидать сердце. Наконец она решилась и вызвала абонента по ментальной связи.

— Алло, здравствуй, бабушка.

— И тебе не хворать, — отозвалась Кетта. — Я уже решила, что ты передумала.

— Когда тебя это останавливало?

— Не делай из меня монстра, ты сама ничуть не лучше. Он рядом, да?

— Да, примерно в километре от периметра. Вот его точные координаты, — Лия взглянула на распечатку перед собой и мысленно передала цифровой порядок собеседнице.

— Не беспокойся, с ним не случится ничего страшного. По крайней мере, он получит то, к чему так долго стремился.

— Он ведь сможет вернуться?

— Надеюсь, никогда, иначе мы все пожалеем. Заверши свою часть сделки, и мы наконец вернём былое величие.

— Разве тебе его не хватает? — грустно усмехнулась Лия. — Вся власть и так сосредоточена в наших в руках.

— Нет, дорогая, я предлагаю тебе гораздо больше, ведь ты это понимаешь?

— Да-да, мы же станем Богами…

— Зря ёрничаешь, ты просто ещё не пробовала.

Кетта отключила вызов и откинулась на спинку кресла. Неужели этот день настал и можно больше не думать о таких мелочах, как здоровье, красота и молодость? Вся энергия будет распределена между парой десятков человек. «И́скра» уже здесь, осталось лишь завершить партию, довести всё до логического финала.

Безликий лишний в этом уравнении — факт. Он никогда не перестанет бороться. Ему просто нельзя овладеть такой силой, иначе конец, ведь только Бог может убить Бога. Хотя после распределения будет уже наплевать, главное — в этот момент убрать его подальше.

* * *

— Одновременная смерть руководителей крупнейших корпораций! Эта новость взбудоражила сегодня весь мир. Главы государств отказываются давать комментарии на этот счёт. Понятно лишь одно: нас ожидает крупнейший в истории финансовый кризис. Биржи уже заморозили все торги…

Телевизор замолчал. Не было больше сил слушать весь этот бред. Он уже понял, что произошло, ключ больше не сможет сдерживать их. Кетта нашла И́скру, а значит, скоро всё изменится и единственный человек, который сможет ей помешать — Безликий.

Вот только он больше не доверяет Шаманам. Если бы он поспешил, то смог бы увидеть то, ради чего его сознание выдернули из другого мира.

Неужели Друг просчитался? Вряд ли такое возможно. Он обследовал тысячи миров и выбирал среди огромного количества кандидатов. Неужели всё зря? Или можно попытаться изменить текущее положение?

Кетта больше не позволит приблизиться к себе, тот шанс уже упущен. И она ни за что не позволит Безликому участвовать в распределении, а значит, в этот момент он должен быть далеко.

— Ярг, — задумчиво пробормотал Друг, подпрыгнул с дивана и принялся вышагивать туда-сюда по кабинету.

Он наконец понял, что задумала Кетта. Иначе зачем она держит при себе этого надменного идиота. Приманка — других объяснений больше нет. Она с самого начала воспитывала его, сделала всё, чтобы он возненавидел Безликого и отвлёк внимание на себя, подальше от истинных целей.

И почему Шаманам не позволено убивать Богов? Насколько всё было бы проще. С другой стороны, они тоже ничего не могут им сделать. Вселенская ирония, равновесие, если угодно: одни обязательно должны противостоять другим, иначе баланс невозможен.

Но ведь люди на протяжении всех этих лет прекрасно справлялись сами или это всего лишь иллюзия? Всё же они часто обращают взор к небу и просят помощи у Богов. Может быть, им это действительно нужно?

Правда, перед тем как Шаманы смогли забрать И́скру, Боги едва не обескровили все миры. Эти смерти, в бесконечных войнах за своих солнцеликих, а такие как Кетта лишь хохотали, получая с каждой душой всё больше могущества.

Тогда помог Дмитрий, собрал всех в одном месте, а Друг запустил резонатор. Да, этот мир порвало на части, погибло много людей, но все остальные пришли в стабильность.

Кетта думала, что дело в нём, когда снова тряхнула мироздание.

Нужно было уничтожить проход, но как оставить подобную силу без присмотра? А ведь ещё не поздно — в Безликом протекает её кровь, нужно лишь сделать так, чтобы он тоже участвовал в распределении.

— Махиндер, зайди! — сухо вызвал он одного из своих заместителей.

Через несколько секунд дверь распахнулась, и на пороге появился смуглый мужчина.

— И́скра у них.

— Я уже догадался, Мудрейший, — коротко поклонился тот. — Безликий не успел, ведь так?

— Это ещё неизвестно, — усмехнулся Друг. — Подготовь самолёт.

— До Османии?

— Нет, к резервному выходу, надеюсь, мы ещё сможем им помешать.

Глава 18

"Добрый вечер"

К периметру мы присматривались следующие два дня. За это время удалось установить определённые закономерности. Например: портал открывался дважды в день, строго на закате и восходе солнца. Похоже, эти процессы как-то взаимосвязаны, хотя нам по большому счёту плевать, в смысле технической составляющей. А вот периодичность и понимание примерного времени данного процесса были очень на руку.

Ярг, каждый раз уходил вечером и возвращался к рассвету. Выходит, что в другое время суток портал попросту не запустить.

Что он там делал — не понять. Вечером всегда заносились ящики с оружием, а под утро он возвращался с пустыми руками.

Мы предполагали, что они строят там базу, ну или что-то типа того. Какой-то опорный пункт, например.

С другой стороны, количество людей, вошедших внутрь и вернувшихся обратно, не разнилось, и это тоже вызывало вопросы. Они оставляли оружие кому-то ещё, или заранее перекинули туда группу? Может быть, уже успели обзавестись союзниками и поддерживают какую-то революцию?

Но это всё лирика, которая обсуждалась между делом. Мы прекрасно понимали: до тех пор, пока не увидим всё сами, гадать можно до бесконечности. Тем более, дело касалось Ярга, а он часто бывает непредсказуем.

За двое суток удалось обследовать весь доступный периметр, выяснить точное местонахождение датчиков и камер, и всё это схематично зафиксировать на бумаге. В итоге у нас перед глазами имелась довольно подробная карта местности. Правда, разобраться в ней могли лишь мы, человеку со стороны, она бы показалась хаотичным набором крестиков, кружочков и звёздочек.

— Значит, смотри, — ткнул я карандашом на один из участков. — Вот здесь вполне можно проскользнуть, но времени добраться до портала в самый-самый обрез. Если не успеваем, то всё — нас с вероятностью в сто процентов накроют.

— Я всё ещё предлагаю отвлечь внимание диверсией, — напомнил свой план Мыш. — Если с этой стороны подорвать часть заграждений, а затем прижать огнём, то вот в этом месте получится свободно войти внутрь. И не нужно будет считать каждую секунду, спуститесь на верёвке и, считай, сразу окажетесь у амфитеатра.

— Но тогда тебя, скорее всего, убьют, — покачала головой Лема. — Влад прав, в той точке наиболее безопасный вход. Да, всё сильно зависит от пешего дозора, но за те два дня, что мы наблюдаем, они ещё ни разу не выбились из графика. Даже если мы просто проникнем, но к порталу не успеем, сможем затихариться внутри. Ждём утра, убираем Ярга и сваливаем через портал.

— Всё было бы гораздо проще, не изобрети вы эту чёртову сыворотку, — поморщился я. — Пуля в голову и до свиданья, так нет же, теперь в любом случае придётся выходить на прямой контакт.

— Ты первый на моей памяти, кто жалуется на бессмертие, — усмехнулся Мыш. — В общем, смотрите сами. Я предлагаю уверенный вариант, в случае чего свалить успею, за меня не переживайте. Зато у вас точно всё получится без лишней суеты.

— У нас и так всё получится, — возразил я. — А вот после твоего шума засесть внутри уже без шансов. Твой план идеально подходит для отступления, но, боюсь, нам придётся искать себе место в жизни за пределами этого мира. Назад нас попросту не выпустят, по крайней мере, живыми.

— Ну почему, есть вариант проникнуть на территорию, но не лезть в портал, — пожал плечами Мыш. — Вы проникаете вечером, ждёте рассвета, затем убираете Ярга и под шумок валите на выход. В крайнем случае, после выполнения задачи я смогу подтянуть сюда основные силы. Так что не волнуйтесь, из портала мы вас как-нибудь вытащим.

— Мы понятия не имеем, что они делают по другую сторону, — в очередной раз я отказался от этого плана. — А что, если это выход не в параллельный мир?

— Ну, мы всё ещё живы, — усмехнулась Лема, — Это я к тому, если ты всё ещё думаешь, что они перемещаются во времени. Какого-то супероружия будущего они пока тоже не выносили, а вот наше перебрасывают поддонами.

— Нет, всё же странно как-то, — в очередной раз ушёл от обсуждения планов я. — Ведь даже раненных ни разу не вынесли, ходят туда-сюда одним составом. Если там никого нет, тогда за каким чёртом им нужно оружие? Не нравится мне всё это, чувствую какую-то подставу.

— Может быть, там вообще средневековье, — предположил Мыш. — А с современным оружием они там быстро весь мир на колени поставят.

— Ну и на хрена он им сдался? — задал я резонный вопрос. — Всегда должна быть какая-то выгода, хоть золото бы телегами сюда катили, это хоть как-то объяснило хождение. А так… Не знаю, не вижу я смысла.

— Это как посмотреть, — пожала плечами Лема. — А если рассматривать, как заначку на чёрный день? Сейчас они набьют там полные склады и ещё раз мир встряхнут. Пока мы будем камнями друг с другом за корку хлеба драться, они в полной боевой выкладке явятся и тогда уже наверняка всех раком поставят.

— А девочка молодец, — кивнул в её сторону Мыш. — Нам с тобой такая мысль в голову не приходила.

— Это снова лишь догадки, — отмахнулся я. — И нам от них никакого прока. Значит так: за основу берём мой план. Мыш, ты остаёшься снаружи, в случае чего поднимешь шум. Но это только как запасной вариант.

— Снова меня бросаешь?

— Ну, ты неплохо справлялся без меня всё это время, — хлопнул я друга по плечу. — Да не переживай, я же буду не один.

— Для меня было честью вернуться под ваше начало, господин, — слегка склонил голову тот.

— Как и для меня, Мыш, — улыбнулся я. — Я рад, что судьба в очередной раз свела нас вместе.

— Ну, вы ещё поцелуйте друг друга, — фыркнула Лема. — Не рановато прощаться-то решили?

— В самый раз, — буркнул Мыш, — скоро рассвет, так что я вас покидаю, как раз успею лощину перебежать и занять позицию.

— Ладно, как только состоится вечерний запуск портала, приступаем, — согласился я. — Тянуть больше смысла нет. Мыш, смотри по ситуации, но постарайся, конечно, без лишнего шума. Кто его знает, вдруг ещё на выходе пригодится.

— Принял, — кивнул тот и пополз по расщелине в сторону спуска.

Его позиция находилась с противоположной стороны от нашей точки входа. Честно говоря, вся затея больше походила на авантюру, где очень многое зависело от капризной госпожи удачи. Но мне просто катастрофически не хотелось привлекать к операции людей клана.

В первую очередь я боялся, что Ярг попросту сбежит, Кетта уничтожит оборудование, отвечающее за пуск портала, да и сама свалит в неизвестном направлении. В нашем случае гораздо выше шансы, главное — сделать всё по-тихому. Да и мне оно как-то привычнее.

Пригнать сюда артиллерию — много ума не нужно, но грубая сила вряд ли поможет понять, что тут такое творится. Что задумали эти двое? Возможно, если мне удастся это понять, то я смогу помешать их планам. Я просто уверен, что ничем хорошим их возня не закончится.

А вот спугнуть их при полномасштабном штурме труда не составит. И кто знает, что они выкинут после. Нет, один раз я уже совершил такую ошибку, полез всем отрядом в убежище Кетты и что в итоге? Правильно, она обрушила весь мир, откатила человечество к средневековью, едва не уничтожив его полностью.

Нет, сейчас мы всё делаем правильно, тихо и без лишней суеты. Такая тактика меня ещё никогда не подводила и, надеюсь, на этот раз результат будет тот же.

Любой, даже самый идеальный план может пойти псу под хвост. Достаточно любой случайности, крошечного несовпадения и всё, многомесячный труд накрывается медным тазом.

Именно по этой причине всегда учат готовить план «б», «в» и так далее по списку. Но даже это не гарантирует того, что операция пройдёт по совершенно другому сценарию.

В нашем же случае провал не будет настолько обидным. По сути, мы наоборот ушли от тщательной подготовки к экспромту. Многие действия обговаривались именно так: «Смотрим по обстоятельствам».

Я словно чувствовал, что нет смысла вникать в подробности, тщательно просчитывать каждый шаг. Это немного смущало Мыша и Лему, хотя в итоге они попросту доверились моему опыту.

Но спроси меня кто: «Почему вдруг ты действуешь вот так, наобум?» Я не смог бы развёрнуто ответить.

Возможно от того, что всё вокруг казалось мне декорациями, однако подкупал серьёзный подход к охране объекта. Никакого раздолбайства, каждый караул на своём месте, смены отлажены, обход работает как часы, плюс слепые зоны перекрыты камерами и дополнительными датчиками.

Да, не исключаю, что это часть спектакля, но я всё никак не мог сообразить его причину. Портал, он же действительно есть, включается дважды в день, охрана тоже настоящая, их видно по выучке и поведению, такое невозможно подделать, жизнь слишком сильно отличается от кино. Это уж очень дорогое шоу получается, тем более, если его устроили только ради меня.

Весь день я пристально наблюдал за действиями в лагере. Люди готовили очередную партию ящиков, для переброски в портал. Часть бойцов тренировалась, другие тянули лямку часовых. В общем, стандартные, военные будни.

Лема так же внимательно рассматривала происходящее за забором. Мы дополнительно отыскали с этой точки ещё пару маршрутов, а заодно прикинули, где можно будет спрятаться, в случае непредвиденных обстоятельств.

Всё шло стандартно и даже обыденно, вот только меня никак не покидало неприятное ощущение. Я привык доверять чутью, но для этого должны быть причины. Не всегда явные, но стоит предчувствию взбунтоваться, как я тут же становился внимательнее и определял, что же конкретно меня беспокоит.

В данный момент мне ничего подозрительного обнаружить так и не удалось.

Лема тоже нервничала, я это видел. И она, точно так же как и я, не могла определить причину дискомфорта. Она старалась маскироваться при помощи шуток, часто улыбалась, однако рваные, резкие движения выдавали её нервозное состояние.

Как всегда, дерьмо хлынуло внезапно.

Солнце постепенно клонилось к закату, и мы с Лемой уже готовились к старту операции. Как только откроется портал, мы тут же сорвёмся вниз по склону.

Когда-то давно здесь текла вода, а возможно, она периодически заполняет своё старое русло. Просто для этого нужны дожди, а в этой части земли они очень редкое явление.

Но факт, вода приложила свои силы к этому месту и проточила довольно отлогий спуск. Именно по нему мы и собирались попасть в лагерь. Этот участок защищали лишь камеры и датчики движения, в человеческом патруле здесь не было никакого смысла.

Всё потому, что данный угол находится на достаточном удалении от основных построек, плюс прекрасно простреливается с вышки. Ну и забраться на эту гору с противоположной стороны практически нереально. Будь мы обычными людьми, ни за что не решились бы, даже имея всё необходимое оборудование. Ну вот, честное слово, есть и более простые решения, и Мыш постоянно указывал на одно из таких.

Однако наши мышцы, реакция и ловкость серьёзно усилены, и даже несмотря на это, нам с Лемой пришлось не сладко. Тем не менее точку мы заняли и спокойно дожидались своего часа.

Воздух вокруг задрожал, так всегда происходило перед открытием портала. Камеры всё ещё работали, я проследил, специально высчитывал слепой коридор. Техника гасла ровно в тот момент, когда камни начинали левитировать.

Лема примкнула к прицелу, её задача — убрать часового с вышки, единственное слабое место в нашей операции. Гул нарастал, камни затряслись и вот-вот были готовы оторваться от поверхности, когда вдруг с противоположной стороны прогремел взрыв.

— Твою мать! Он что, совсем из ума выжил?! — рявкнул я, имея в виду Мыша.

Вот только я ошибался, потому как тут же последовал очередной взрыв. Он попросту полностью накрыл ущелье, через которое имелся единственный проход к храму Эль-Хазне. А мгновением позже громыхнуло уже в лощине.

Я переключил своё внимание в ту сторону и едва сдержал крепкое слово, когда часть забора, КПП и стоянка, исчезли в огне, будто их одеялом накрыло. Очень похоже на кассетную артиллерию и у нас при себе такой нет. А значит, на лагерь напал кто-то ещё, вот только кто и зачем?

— Ты смотри, а им, похоже, насрать, — толкнула меня локтем в бок Лема, указывая пальцем в сторону арены.

А там действительно вовсю кипела работа. Пока вокруг разворачивался ад, группа людей на арене спокойно тянула в сторону портала ящики.

— Двигаем, — решение я принял мгновенно и первым шмыгнул в извилистую расщелину.

Лема, не задумываясь ни на секунду, закинула винтовку за плечи и присоединилась ко мне. Быстрый спуск по уступам больше напоминал экстремальный паркур. Мы просто останавливали свободное падение, периодически хватаясь за выступающие каменные карнизы. Пара метров полёта, зацеп, затем высматриваем следующий и направляем тело в его сторону.

Вскоре ноги почувствовали твёрдое основание, и мы припустили по старому руслу к забору, периодически перепрыгивая через глубокие трещины.

Портал неспешно разворачивался под аккомпанемент интенсивной перестрелки у противоположной части лагеря. Кто напал? Почему? Мы не понимали, да и не собирались разбираться. Шум сработал нам на руку, и мы спешили воспользоваться этим в полной мере.

Сетчатая секция забора возникла перед носом внезапно. Мы едва выскочили из-за очередного поворота и вот на пути последняя преграда.

Я присел, сложил ладони лодочкой, и Лема без задержки, с разбега, поставила на них ногу, а я в следующий момент с силой подкинул её тело вверх. Секция всего метра три и таким образом, она повисла на сетке, практически у самой верхней точки.

Ловко перебирая руками, она перемахнула через него и сразу же спрыгнула вниз. Винтовка тут же заняла позицию вдоль глаз, а значит, теперь моя очередь.

Ячея на сетке настолько удобная, что в неё можно протиснуть лишь пальцы рук, ноги проще совсем не использовать, пользы от них никакой. Опять же, сильно помогла сыворотка, плюс постоянные тренировки. В общем, забор я преодолел буквально за секунду, а когда приземлился рядом с Лемой, уловил, как она дважды выстрелила.

В общей какофонии взрывов и автоматных очередей, «Выхлоп» сработал практически без звука. Лишь находясь рядом, я едва уловил два пороховых хлопка, но в амфитеатре их вряд ли кто-либо расслышал.

— Чисто, — выдохнула она, и мы одновременно сорвались с места.

Короткими перебежками от ящика к машине и к следующему штабелю. Мы неумолимо приближались к заветной цели.

Чёрный провал портала уже полностью раскрылся и возвышался исполинским пятном на фоне заката. Чужеродное и от этого ещё более потрясающее зрелище. От него веяло некой мистикой, чем-то невероятным, невозможным, даже магическим.

Шухер у периметра сыграл не только в плюс. Стоило приблизиться к арене, как сразу же стало понятно: почему так вальяжно ведёт себя Ярг со своим отрядом. Они попросту под охраной.

Время катастрофически утекает, стоит лишь ввязаться в бой, и мы уже никуда не успеем. До стен амфитеатра остался один рывок, но как назло, в арке входа засели двое. Нас они пока не видят, однако стоит выскочить из-за штабеля ящиков, что скрывают нас от прямой видимости, как по нам незамедлительно откроют огонь.

Блок защиты заряжен полностью, но насколько его хватит — двадцать, тридцать попаданий, а что потом? Шум привлечёт внимание, и мы окончательно завязнем в бою.

Нет, вот так, нахрапом на прорыв пойти не получится.

Лема уже плавно потянула спуск, когда я придержал ее. И тут на противоположной стороне арены громыхнуло так, что земля под ногами затряслась. Люди в обороне моментально выскочили из шаткой конструкции, хотя я бы на их месте лучше оставался внутри.

Эти арки пережили столетия, работу резонатора и хрен знает ещё какие последствия, что накрыли нашу планету.

Но было уже поздно. Лема быстро перегруппировалась и без лишних вопросов и разговоров двумя выстрелами отправила обоих на тот свет. Ну, в том случае, конечно, если Ярг обделил их с сывороткой.

В арку мы уже вошли в другом порядке. Теперь Лема двигалась позади, потому как с её винтовкой здесь только за камни цепляться. Она естественно тут же отправилась за спину, настала работа для пистолетов. Дополнительно я подхватил с тела короткий дробовик. В тесном пространстве — вообще крайне убойная вещица. Однако, оказалось что бороться больше не с кем, и я в очередной раз словил неприятное ощущение. Будто кто-то специально затягивает меня в ловушку.

На песок мы выскочили в тот самый момент, когда спина Ярга скрылась в черноте портала. Его края уже двинулись навстречу друг другу, намекая на то, что у нас остались последние секунды.

Лема без раздумий рванула вперёд, впрочем, и я не стал исключением, ведь мы именно ради этого сюда и спешили. В портал всегда входило ровно два десятка человек и если всё сделать правильно, то вскоре они станут трупами.

В черноту мы вошли одновременно, вот только снова что-то пошло не так.

Это я понял, когда вылетел обратно на песок, получив внезапный, прямой удар в грудь. Отреагировать на него я не успел, зато этой доли секунды хватило, чтобы оценить обстановку с другой стороны.

Словно фотография, происходящее отобразилось в памяти. Густые джунгли, тропа, посреди которой замер отряд Ярга с поднятым оружием, которое направлено в нашу сторону. Его самого не видно, зато в памяти осталось лицо того, кто вышвырнул меня обратно — Друг.

Этот долбаный Шаман, он снова влез в самый ответственный момент. Но какого чёрта? Где Лема? Почему он не выбросил из портала её?!

— Не-е-ет! — внезапно моих ушей коснулся пронзительный женский крик и вдруг всё вокруг замерло, остановилось.

Что-то рвануло на трибунах за мгновение до этого, и взрыв застыл, словно невидимый художник решил запечатлеть его в картине. Стало невероятно тихо, даже ветер, что не прекращался в ущелье ни на секунду, стих.

Я только сейчас осознал, что именно поэтому услышал крик, в котором отчётливо уловил ярость, обиду и даже некоторое отчаяние. Будто кто-то строил карточный домик и в самый последний момент чихнул, или резко открыл дверь, запуская сквозняк, и убивая весь многочасовой, а возможно, многодневный труд.

Я обернулся на звук.

Кетта, на её лице читалась ненависть, да такая, что она готова была испепелить меня взглядом. Зачем она здесь? Вокруг разрываются снаряды, свистят пули, а она за каким-то хреном выползла на арену. Что могло ей понадобиться здесь?

Я бы понял, если она собиралась сбежать вслед за Яргом, но нет, Кетта стояла прямо у подножья Императорской ложи, и держала в руках каменную чашу, внутри которой плескался свет.

Именно так, он бурлил, иногда переливался через край и тут же впитывался в песок, и с каждым мгновением этот процесс становился всё интенсивнее.

Она так и стояла с ней, прожигая меня ненавистным взглядом, а свет уже хлестал потоком через край, как вдруг ударил прямым лучом в небеса.

Я проследил за ним взглядом и почему-то нисколько не удивился произошедшему следом.

Когда он достиг верхней точки атмосферы, то подсветил её купол и разразился пучком молний, одна из которых стремительно приближалась к моему телу.

Уже в последний момент я заметил, что Кетта была не одна, её вынудили прийти сюда под пули и осколки. Снова пресловутые Шаманы.

Их специфическая манера одеваться, заточенная под монахов, с капюшонами на головах, не оставляла сомнений.

Видимо, только чаша могла спасти Кетту от них, потому как их тела тоже поставили на паузу. Наверняка это как-то связано, ну не верю я в то, что Кетта решила прогуляться под взрывами. Очень уж похоже на вынужденную меру.

Но странно, отчего тогда могу двигаться я?

Допустим, Кетта не вмёрзла во времени лишь за счёт чаши, но у меня-то её нет.

Это всё, что я успел подумать, перед тем как в меня прилетел разряд. Точно такой же ударил и в Кетту, а значит, чаша вовсе не является гарантией безопасности.

«Стоп. А где боль? Почему я всё ещё продолжаю думать? Я что, жив? Но как такое возможно?»

— Ах ты ублюдок! — ушей вновь коснулся визг Кетты. — Как?! Почему ты всегда оказываешься на моём пути?! Не нужно было слушать Лию, нужно было убить тебя! Будь ты проклят, Безликий!

Я даже ответить не успел, как неведомая сила подхватила меня и будто пушинку швырнула в портал. Тем не менее тело отреагировало правильно. Вместо того чтобы носом пропахать землю, я удачно самортизировал приземление руками и ушёл в кувырок.

Поднявшись на ноги, я бросил мимолётный взгляд за спину, чтобы увидеть, как портал моментально свернулся в точку. Значит, обратного хода нет.

— Однако как говорится, с корабля на бал, — пробормотал я, рассматривая ситуацию на тропе в джунглях.

Два десятка человек ощетинились стволами в нашу сторону. Лема словно и не заметила моего отсутствия, сжимает винтовку так, что пальцы побелели. А впереди всего этого действия с наглой ухмылкой на всё лицо стоит Ярг.

— Ну, здравствуй, ублюдок! — самодовольно произнёс он. — Я знал, что ты клюнешь, не сможешь удержаться и обязательно полезешь за мной. Вот и всё, безродный ублюдок, сейчас ты подохнешь здесь, вместе со своей сучкой.

Content

Макс Вальтер
Смерть может танцевать 5

Глава 1 Замкнутый цикл

Интерлюдия первая

Глава 2 Вольная жизнь

Глава 3 Язык

Глава 4 Давай поговорим

Глава 5 Вспомнить всё

Глава 6 Принять дела

Глава 7 Третий лишний

Глава 8 Движения

Глава 9 Пропажа

Глава 10 Немного ответов

Интерлюдия вторая

Глава 11 Воссоединение

Глава 12 Ловля на живца

Глава 13 Незваные гости

Глава 15 Переправа

Глава 16 Османия

Глава 17 Координаты

Интерлюдия третья

Глава 18 "Добрый вечер"