Летучий замок

Глава 1

- Мама, я вернулся! – С порога проинформировал молодой, шестнадцатилетний парень свою родительницу, стягивая с ног сапоги и проходя в свой закуток за широкой голландской печью.

- Ох! – Послышался мамин голос из кухни. – Аж сердце в пятки ушло. Ну, вернулся и вернулся. Орать-то зачем так?

- Мама, мы уже покушали. Спасибо! – Донеслось оттуда же, и через минуту в тесное сумрачное помещение брата влетели два вихря с развевающимися косичками и улыбками до ушей.

- Максим! Ты обещал нам нарисовать царевну Анастасию. – И уже готовый листок и три карандаша протягивают. Три карандаша – синий, красный и черный. Только принцесс в таком цвете и рисовать.

- Ну, раз обещал, нарисую. – Пробасил Максим еще ломающимся, юношеским голосом. – Только пошли к свету. За окном еще светло. Ни к чему керосин палить.

Светлое местечко отыскалось на все той же кухне. Благо мать успела протереть стол после девчачьего перекуса. Расположился. Ксюшка и Дашка сопели в уши, заглядывая через плечо с двух сторон.

- Стоп! А где та газета с фотографией царевны? – Негромко поинтересовался художник, прикрывая глаза в мысленной подготовке к творческому процессу.

- Вот, пожалуйста! – Дашка мигом выложила сложенный в несколько раз газетный листок на стол, разворачивая его.

- Ага! Теперь, пожалуйста, посидите где-нибудь в сторонке, а то своим сопением отвлекаете очень.

- Да пожалуйста! – Сестренки демонстрируют голосом обиду, но послушно рассаживаются на табуретки сбоку за столом. Одна слева от брата, другая справа.

Почти не дыша, приоткрыв рты, следили девчушки, как под кончиком синего карандаша рождался почти фотографический портрет их царственной ровесницы. Только у Анастасии именины летом, в середине июня справляют, а близняшки осенние, сентябрьские. Так, а теперь легкой штриховкой розовым скулы оттенить и более густым тоном губки царственной особы. А черным – реснички, чтобы подлиннее выглядели. Получившуюся голубокожую девушку Андрей обозвал бы инопланетянкой, но надо признать, рисунок в голубых тонах вышел очень даже неплохо.

- Красота то, какая! – Мать, войдя по какой-то своей надобности на кухню, так и залипла, глядя на художество своего старшего сына от первого брака. - И откуда научился только такому мастерству!

- Само как-то выходит, мамочка. – Пожал плечами Максим, вручая одной из сестренок свежеизготовленный портрет. – А теперь я пойду в свою комнату. Нам сегодня много уроков задали.

Слова про заданные в гимназии уроки несут глубокий смысл, понятный самым мелким в их семье. Брат учится, значит, отвлекать его не следует. Близняшки послушно направились к входной двери. Впрочем, они бы и так туда утекли. Хвастаться перед подружками новым художеством брата. К слову, в их коллекции уже парсуны почти всех членов царского семейства имеются в наличии. Анастасия тоже была, да накануне вредины мальчишки водой из лужи брызнули, когда сестренки с девичьих посиделок домой возвращались. Фартуки-то быстро отстирали, а вот испорченный рисунок, который в стопке на самом верху был… – вода размыла карандашную краску на лице, словно принцесса оплакивала кого-то.

Оказавшись в одиночестве, Максим уселся на топчан, откинувшись спиной на стену, и зажав в кулак камушек, свисавший с его шеи на длинной бечевке. К урокам он, не смотря на свои слова, так и не приступал. Сидел, закрыв глаза и шевеля губами в неслышном разговоре. Если бы в этот момент в комнатке за печкой отыскался умелец, способный распознавать слова речи по губам, очень бы удивился.

- Привет, Андрей! – Шевелились губы впавшего в транс подростка. – Заберешь меня отсюда? – И выслушав что-то неслышимое для других продолжил: - Никто ко мне в комнату не войдет, девчонки к подружкам умотали, мать тоже с соседкой поболтать на часок отлучилась. Да я еще на входную дверь Сторожок поставил. Переноси.

Полумрак помещения, получавшего свою порцию света только через дверной проем, из соседнего помещения, внезапно озарился из-за поплывших по воздуху светлячков, которые, оконтурив сидящего парнишку, вдруг резко схлопнулись, оставляя комнату в полумраке и запустении. Парень в форме гимназиста пропал без следа.

Те же самые светлячки одной вспышкой сформировались над относительно небольшой каменной прямоугольной плитой с торчащим из нее каменным же, невысоким, не выше, чем по пояс, столбиком. После чего разом растворились в воздухе, оставляя после себя фигуру Максима, все так же сидящего, только уже на этой самой плите, позабытой неведомыми строителями среди лиственного редколесья.

- Черт! Сапоги забыл перед дверью. – Поздно спохватился парень, шевеля пальцами оголенных ступней.

- Вернуть обратно? – Поинтересовался светящийся призрак молодого мужчины, внезапно всплывший над тем самым каменным столбиком.

- Не издевайся. – Фыркнул Максим. – Еще на это я энергии не тратил. И внезапно подозрительно уставился на призрака. – А чего это ты сегодня такой щедрый? Признавайся! Обычно только ворчишь на каждую даже самую мизерную растрату.

- Признаюсь, подловил! – Рассмеялся призрак, разом делаясь похожим на вполне обычного человека. Только… немного легковесного какого-то. – Докладываю, мой экселенс! Накопленной энергии у нас достаточно, чтобы начать создание энергетического насоса.

Максим моментально на ноги вскочил и на столбик пристально уставился, над которым внезапно какие-то диаграммы поплыли.

- Точно! Хватает! Так чего же ты ждешь, ирод? Начинай его создание немедленно!

- Ну, без твоей команды не имел права. – Отозвался «ирод», параллельно с разговором что-то рисующий в воздухе своим светящимся пальцем. – Так, так, и еще вот так! Через час включится в работу.

- И насколько быстрее начнет прибывать у нас энергия?

- Раза в три – в четыре. – Прикинул на пальцах призрак, глядя, как в очерченных им рамках начинаются какие-то процессы помутнения и затуманивания.

- Всего? Андрей, ты же обещал прибавки не меньше, чем на порядок.

- Так и место-то вокруг какое. – Оправдывался тот, которого назвали Андреем. – Были бы мы в чащобе, собирали энергию жизни, на склоне вулкана – огня и света. На берегу океана – воды, воздуха и того же света. А тут… ни два, ни полтора. Надо копить на Перемещатель нашего с тобой Осколка. Тогда заживем.

- Опять копить! Шесть лет копили на накопитель, появилась плита. Три года – на энергетический насос. Так и состариться можно, ни до чего не докопившись. А функция полета для этой нашей плиты, она что, в насмешку там прилажена? Месяц копить, чтобы пару минут, не торопясь, в воздухе планировать. А сколько Перемещатель потреблять будет?

- Кто ж знал, что полет такая прожорливая функция. Но теперь я уже точно разобрался. Перемещатель, штука одноразовая, копит энергию чисто внутри себя и расходует ее разово, перемещая нас в пространстве в выбранную заранее точку. А с насосом теперь можно будет ритуалы принесения живых существ в жертву проводить. Да и просто так единицы энергии с ним быстрее прибывают. Может даже за месяц – другой управимся, если ты хотя бы цыплят добывать сможешь. Хотя бы по парочке, раз в неделю.

- Так денег почти нет. Отчим мне ни копейки не дает. Говорит, и так много тратится на мою гимназию.

- Я в свое время всякие контрольные делал за деньги и шпоры для экзаменов писал на продажу.

- Это в твое время не зазорно такое стало. Вы же там все коммерсантами заделались, сам рассказывал. А меня могут за такое товарищескому суду подвергнуть. Невместно такое для дворянского отпрыска рода Артемьевых. – Последней фразой Максим явно кого-то процитировал, усмехнувшись.

- Блин! Ну, не клад же искать, в самом деле. – Андрей взъерошил волосы на голове, словно это могло помочь ему родить какую-то идею. – Погоди, ты говорил, что отчим у тебя работает в региональном представительстве компании «Сименс и Гальский». Может, через него попытаться продать какую-нибудь новинку в электротехнике? Хотя нет, тогда с тебя глаз не спустят. Чудо ребенок, все дела. О! Твоей дворянской чести точно не повредит, если ты начнешь охотиться. Мясо с добычи – на продажу, а на вырученные деньги - тех же цыплят покупать сможешь.

- У нас вокруг леса в основном богатым дворянам принадлежат. Лесники мигом по шее надают, да еще и ружье отберут. А за него мне отчим голову открутит.

- А кто сказал, что охотиться ты будешь в том мире. Оглянись вокруг. – Глаза у Андрея сверкали от восторга. Вот прям только что, на коленке, родилась великолепная идея.

- Я попробую. – Без энтузиазма отозвался Максим. Все же он совсем не охотник был, опять же, кто знает, что за звери водятся в здешних лесах. Далеко-то он от плиты и не заходил никогда. Без оружия… Андрей плотно его заинструктировал в свое время, что мир здешний может быть куда опаснее, чем даже самые глухие чащобы его Родины. И еще разик рассказывал что-то по поводу того, что место, где их каменный столбик воткнут, само отгоняет от себя практически все живое кроме самого Максима.

Разобравшись с планами, занялись повседневной деятельностью. Андрей принялся разъяснять своему более юному другу непонятки по изучаемым в гимназии предметам. Все же при жизни неплохо учился, да и целый университет успел закончить. А становление своеобразным призраком и вовсе дало ему возможность дословно вспомнить все ранее изученное, не считая дополнительного пакета знаний, с которым появился для своей новой нежизни.

Примерно через полтора часа в сознании вдруг негромко задребезжал звоночек. Сторожок, одно из немногих заклинаний, которые освоил Максим за все девять лет, что он знается с этим странным призраком, могло проинформировать своего хозяина о нарушении охранного контура, подав об этом весть даже в другой мир.

- Кто-то домой вернулся. Возвращай меня, пока не заметили отсутствие.

Миг, и Максим уже снова в своей комнате очутился.

- А ты чего в темноте сидишь? – Поинтересовалась Ксюшка у брата.

- Так лучше стих, который задали учить, запоминается.

- А-а-а! – Удовлетворилась ответом малявка.

За ужином, на котором вся семья собралась в полном составе, Максим набрался нахальства обратиться к отчиму.

- Отец. Мне поступило предложение от Сергея Юмашева принять участие в охоте в их лесу. Можно я твое ружье возьму?

- От Юмашева? – Видно было, что ружье давать совсем не хочется, но и предложения о совместных товарищеских забавах от наследника богатого дворянского семейства не каждый день поступают. – Хорошо, возьми. С патронами сам разберешься? У меня там все по коробочкам разложено и подписано. Авось, сообразишь, что на утку с жаканом не ходят. – И мужчина расхохотался, словно очень смешную шутку отмочил.

На следующее утро в гимназии Максим сидел как на иголках. Очень хотелось поскорее ружье испытать. Впрочем, происходящее на уроках он тоже слушал очень внимательно, несмотря на все свое нетерпение. Дело в том, что выходец из будущей эпохи мог ему помочь только с изучением точных наук, как то математика и физика, а закон божий или языки приходилось исключительно самому изучать. В светлом будущем школяры росли счастливыми, избавленные и от латыни с греческим, и от изучения трудов того же Тертуллиана или Иоанна Златоуста.

Нетерпение и возбуждение Артемьева было настолько явным, что это заметил сосед по парте, тот самый Серега Юмашев, на которого Максим сослался накануне.

- Ты чего весь светишься и подпрыгиваешь? – Поинтересовался он.

- На час пополудни с девчонкой одной встретиться договорился. – Отбоярился наш герой и сам не знавший, с какой целью он соврал только что.

Впрочем, может и знал. Вон, с каким уважением во взоре встретил такое заявление Серега. Подростки же, все мысли только про это.

Последний урок отменили. Батюшка Амвросий заболел внезапно. Объявленные страдания их духовного наставника неблагодарные гимназисты встретили громким «Ура» и разбежались по домам. Ну, и Максим помчался домой тоже. Намеченная охота, можно сказать, стучалась к нему в окошко.

С ружьем за плечом и охотничьей котомкой за спиной наш герой вышел из дома и дотопал до заросшего густыми кустами проулка. Проулок был глухой, без выходивших на него ворот, поэтому о зарослях никто особо не заботился. Подрастут кусты, тогда их и на дрова пустить можно будет, а пока кому они нужны, зеленые. Оказалось кое-кому таки были нужны. Максим нырнул в самые заросли, внимательно поглядывая, не видел ли кто его такое исчезновение. Вроде, нет свидетелей.

- Андрей! Можно переносить. – Позвал он тихим шепотом.

Светлячки при дневном свете почти и не заметны были.

- Ну, я пошел! – Возгласил Максим, поглядывая в сторону шелестевших листвой незнакомых деревьев.

- Ты поосторожнее там! – Дал последнее напутствие призрак. – Сам понимаешь, пока я наш Путь до второго уровня не усовершенствую, в этом мире я подстраховать тебя не смогу.

- Да понимаю я все! – Проворчал Максим. – На набор уровней Пути тоже энергия нужна, а для нее я и иду на охоту.

Вроде и недалеко отошел, а их плиты уже не видать. Хорошо еще, что на руку ремешок с компасом надет, есть шанс не заблудиться.

Похоже, места тут были не хожеными ногой человека, иначе дичь не подпускала бы к себе практически в упор. Не успел Максим Артемьев на несколько сотен шагов удалиться, как навстречу ему страус из-за дерева вышел.

- Кра! – сказал страус, вытягивая шею и широко разевая клюв.

- Бах! – Грохнуло ружье, заряженное самой крупной картечью (А кто его знает, какие монстры в незнакомом мире водятся. Подстраховался чуток).

Страус, а точнее неведомая, очень крупная птица, сразу с лап долой, а наш охотник, перезарядив свое оружие, отправился посмотреть, от чего это такого важного она его отгоняла. Гнездо, однако. А в гнезде три очень крупных пуховых птенца рот разевают, пищат, жрать просят. И кости каких-то зверушек вокруг раскиданы. Это что, страусы в здешних местах – хищники?

Вроде, и недалеко добычу тащить, а умаялся. Даже повышение физической силы сроком на четверть часа не очень-то и помогало. У птицы какие-то не по-птичьи тяжелые кости оказались. Пудов пять птичка весила, не меньше. Зато потом птенцов бегом перетащил. Если бы еще они не клевались, совсем бы замечательно было. А так, больно очень. Рука, как в капкан, в клюве проглота зажатой оказалась. Еле вытащил. И ведь не ударишь в ответ! Чтобы жертвенный ритуал как нужно прошел, жертва живой и по возможности неповрежденной должна быть.

- Молодец! И без цыплят обошелся. – Похвалил своего товарища призрачный Андрюха. – Теперь клади птичек на плиту, буду вокруг них пентаграмму рисовать.

- Слушай! – Вдруг заинтересовался Максим, пока призрак своими светляками ту самую пентаграмму обозначал. – Неужели в будущем секреты магии открыли?

- С чего ты это взял? – Даже сбился с работы донельзя удивленный призрак.

- Ну, ты с таким знающим видом о ритуале жертвы говоришь и эту пентаграмму выкладываешь. Сторожок и временные повышения параметров своего тела опять же.

- Нет в будущем никакой магии. Я вообще сам не знаю, откуда во мне все эти знания об оборудовании для нашего местечка и о всяком таком. Очнулся после того, как меня машина сбила, а напротив ты сидишь, чуть ли не глаза в глаза смотришь. И спрашиваешь таким тоненьким голосом…

- А вы джин, дяденька? – Подхватил Максим, в красках вспоминая ту ситуацию девять лет назад, когда он, несмышленый семилетка, подобрал упавший с небес светящийся камень. И ведь не испугался вылезшего оттуда призрака нисколько!

- Да! Повезло мне с тобой. Взрослый бы вряд ли так спокойно стал бы исполнять указания свалившегося из другого мира призрака.

- Но ведь, на пользу же пошло?

- А то! И еще гораздо больше пользы принести смогу, когда энергией нормально разживемся. Как тебе, к примеру, силачом не на время, а навсегда стать, или любые знания из чужих голов себе переписывать? Университетский курс за полчаса. Или то же умение стрелять из ружья, к примеру. Хотя…, - Андрей взглянул на сваленного возле плиты «страуса», - похоже, тебе такое умение уже не особо-то и нужно. Но вот чего тебе точно нужно будет, так это возможность переноситься в любую точку в мире мгновенно. Хочешь зимой на белоснежных пляжах поваляться где-нибудь в Доминикане или на Пхукете?

- Наверное неплохо было бы… А где это, Пхукет?

- В Тайланде…, по-вашему сейчас это место Сиам, вроде, называется.

- А! Знаю! Оттуда еще недавно к нам в страну наследный принц приезжал. И женился на русской.

- Точно! И у нас было такое. – Припомнил и Андрей этот казус в истории. – Но это мы с тобой отвлеклись. Ты сейчас громко и с выражением будешь читать слова, что будут перед тобой появляться. Все же, не шухры-мухры, а ритуал. Его, вообще-то ты сам проводить должен, раз именно ты владелец моего осколка.

Максим охрип аж, пока длиннющий текст громко и с выражением читал. Наконец, последнее произнес:

- …Аминь. – И закашлялся от едкого дымка, поднявшегося над тем местом, где раньше кусачие птенцы располагались. От птенцов один серый пепел остался.

- А неплохо так! – Объявил, прислушиваясь к чему-то внутри себя Андрей. – Считай, четверть необходимой энергии разом. Какие питательные птенцы тебе попались, напарник!

- Ага. Только как бы в следующий раз самому к подобным птенцам на ужин не попасть. – Хмыкнул Максим. Их мамаша-то хищницей оказалась.

- Тогда поспеши на базар свою птичку доставить. Пока она совсем свежая еще. А мне и обычных цыплят достаточно будет.

- Давай, в этот раз в два захода в мой мир все перекинем. Сначала меня с ружьем домой. Я там свое ружье оставлю и тележку прихвачу. А где-нибудь возле базара, в укромном месте, ты этого хищника ко мне переправишь, чтобы лишнюю тяжесть по дорогам возить не пришлось.

- Будь по-твоему. – И охотник вновь в тех же самых кустах очутился, откуда он в другой мир переносился недавно.

Теперь со всех ног домой и оттуда, уже с тележкой, до базарной площади. Вот только, в каком ряду такую страхолюдину продавать?

Глава 2

Добытого «страуса» Максим решил продавать в рядах, где торговали дичью. Ведь, в самом деле, не выкладывать же свою птичку среди курей, да уток. Там, пожалуй, и домашние гуси на его фоне воробьями казаться станут.

С телеги на прилавок помогли перегрузить соседи по торговому занятию. Сами свою помощь предложили, как только разглядели, с какой добычей пожаловал парень.

- Это что у тебя за монстра такая? – Поинтересовался у парня старик, который поблизости тушками добытых на охоте диких гусей торговал. – Нешто в наших лесах такие водятся?

- Не, не водятся! – Отвечал наш герой, который за время пути уже продумал, какие истории по поводу своего товара рассказывать будет. – Эти страусы в Африке живут. В Эфиопии. У меня батя моряком был когда-то. А тут некоторое время назад в гости его сослуживец заглянул. В качестве гостинца вот такое яйцо привез из той Африки. – Максим развел ладони, чтобы продемонстрировать, какого размера было то самое яйцо. – Мать из него хотела глазунью приготовить, ножом тюк!...

- Ну! А дальше-то что было? – Заинтересовались окружающие рассказом гимназиста.

- Не разбила. Скорлупа слишком крепкая оказалась. Тогда она меня позвала….

- Не молчи, рассказывай! – Не выдержали слушатели.

- Я взял здоровый нож – свинорез. Тюк! – Не разбил! Тогда мать отца позвала.

- А он-то хоть разбил? – Поторопили рассказ слушатели, замучавшиеся ждать продолжение.

- Он разбил. Топором. Только вместо яичницы оттуда птенец размером с голубя вылез. Ну, отец много рассказов в своих походах слыхал про то, что мясо у этих страусов целебное шибко.

- О, как! И от каких хворей лечит?

- От бессилия мужского. Но ты дальше слушай! Начали мы его отборным зерном выкармливать. Птенец от этого рос не по дням, а по часам, практически. За три месяца размером вон, с самого большого гуся вымахал. Только стал я замечать, что куры у нас нестись перестали. Решил понаблюдать, и что бы вы думали? Этот разбойник повадился наших кур топтать.

Слушатели разразились смехом, думая, что это конец истории. Но Максим продолжал свой анекдот (Андрей как-то рассказал, а Максим только под свои реалии чуток переделал).

- Петух пробовал вступиться за своих кур.

- И что?

- Он как-то нехорошо посмотрел на петуха,… а потом и его топтать начал. – Снова смех. Вокруг прилавка уже небольшая толпа собралась. – Но это ладно, потоптал и потоптал. Мы его дальше выкармливать стали. Только давеча я выхожу во двор, а от нас соседка с пустой плошкой в руках со двора шасть.

- За солью заходила?

- Может и за солью. Но глаза такие масляные у соседки были, юбка помята и к нам в дом так и не зашла.

- А дальше-то что было?

- Дальше? Ничего. Заметил я, каким нехорошим взглядом он на меня самого поглядывать начал и от греха подальше застрелил паразита. Вот, на базар привез. Покупайте. Свежее мясо. Целебное.

- И сколько же ты хочешь за своего птица? – Вроде как бы между делом спрашивают, а по глазам видно, зацепил рассказ. Опять же, если и в самом деле мясо в таком деликатном деле помогает… очень ценный продукт.

- Сто рублей, если за целого. Но если на куски рубить, то, понятное дело, подешевле выйдет.

- Тю! За сто рублей можно лошадь купить. – Попытался торговаться первый заинтересовавшийся товаром покупатель.

- Так от лошади только мозоль на заднице вскочит или горб вырастет, а мужской корешок так и останется вялым.

Внезапно толпу растолкал мордоворот один, путь для важного господина расчищающий.

- Не надо рубить. Куплю целиком. У графа Васильчикова завтра бал намечен. Сия птица там за важную диковинку будет. – Объявил важный господин и казначейский билет с Екатериной Великой протянул Максиму.

Всем замечательна сторублевка, только сдачи с нее у селян, продающих цыплят, не оказалось. Чуть не час бегал по рядам, умоляя разменять. Наконец, приказчик один сжалился. Так и вернулся гимназист домой с пустой тележкой и целым комком разноцветных денежных знаков в кармане. А купленных цыплят по пути тоже на ритуал пустил, по быстренькому мотнувшись туда и обратно. Только энергии они давали не в пример меньше тех птенцов, так что наметил на днях еще попытаться поохотиться.

На следующий день в большую перемену, что для обеда гимназистам дается, их вместо обеда во дворе позади здания гимназии построили. Перед выстроенными школярами вышел Лука Фомич, инспектор гимназический.

- У нас среди гимназистов вчера произошел вопиющий случай. – Громко, на весь двор, начал он гневную речь.

У Максима Артемьева сердце в пятки так и провалилось. Неужто его торгующим на базаре заметили? Так-то ни в каких правилах нет запрета на подобное, но только в прошлом году про случай в московской гимназии в газетах пропечатали, когда старшеклассника изгнали из гимназии только за то, что он не ответил на вопрос инспектора. «Стоял и глупо ухмылялся», - было написано в обосновании исключения.

– Двое ваших товарищей запятнали честь мундира нашей славной гимназии. – Продолжил обличать обнаруженный порок Лука Фомич. Помолчал, нагоняя эмоций, и скомандовал: - Савва Афиногенов и Игнат Буренин, выйти из строя!

Двое вышедших одноклассников Максима стояли с красными лицами, изучая взглядами пыль под ногами.

- Где вы были вчера около четырех часов пополудни? – Задал вопрос инспектор, на который ответа так и не получил. – А вы! – Обратился он к прочим гимназистам, выстроившимся перед ним. – Желаете знать, где были вчера обнаружены два сих отрока? Я вам отвечу! Два этих недостойных были пойманы с поличным, в тот момент, когда переступали порог комнаты падшей женщины в публичном доме на Саратовской улице. Какой стыд! – И преисполненный благородного негодования продолжил: - Указом директора нашей гимназии Якова Михайловича Зильбермана два этих гимназиста, запятнавших честь нашего учебного заведения, навеки и с позором исключаются из рядов наших гимназистов. Попрошу немедленно сдать ученические билеты и значки.

Игнат, тихий, спокойный парень, вынул из кармана свой билет учащегося и дрожащими руками протянул инспектору. А Савва, поняв, что терять ему уже абсолютно нечего, свои билет и значок кинул инспектору под ноги и, с кривой улыбкой, громко произнес:

- А знаете, кто поймал нас в публичном доме? – Он оглянулся на одноклассников, словно призывая их в свидетели. – Наш святой отец Амвросий! Мы с Игнатом только подходили к комнате мадам Зизи, а он от нее выходил. Потный, лоснящийся такой. А ведь батюшка был настолько болен вчера, что у нашего класса даже урок закона божьего отменили. – И не дожидаясь дальнейших действий инспектора, развернулся и размашистым шагом двинул со школьного двора.

Может быть, вся история с публичным домом и блудливым батюшкой на этом и закончилась бы, если бы у Буренина дядя не работал в столичной газете «Новое время». Статья про фарисеев в рясах разом взорвала тихий и благочинный гимназический мир. До самого рождества в гимназию то и дело прибывали различные комиссии, практически парализовав учебный процесс. Отца Амвросия изгнали из рядов духовенства, а инспектор гимназии Лука Фомич Кардапольцев вынужден был уволиться со своей теплой должности по собственному желанию.

Впрочем, Максиму Артемьеву практически не было до всех этих событий ровным счетом совершенно никакого дела. Он внезапно открыл для себя новый удивительный мир.

Все началось с мысли, что во второй раз заполучить в свои руки ружье отчима может не получиться. Да что там может, точно отчим ружье больше не доверит. Он и в прошлый-то раз ворчал, что на охоту пащенок ходит, а чистить ружье от порохового нагара ему приходится. И добычи нет. А расход патронов, наоборот, есть.

Короче, до мысли обзавестись собственным ружьем один небольшой шаг оставался. Именно его Максим и сделал, когда порог оружейной лавки на улице Садовой переступил.

- Чего изволит господин гимназист? – Встретил его приказчик этой лавки, скучавший по причине буднего дня в отсутствие покупателей.

- Ружье хочу у вас приобрести. Если в цене сойдемся, конечно.

- Цены у нас самые низкие во всем городе. Дешевле уже даром получится. – Немедленно включил обаятельную улыбку продавец. – Какой суммой на покупку располагает наш уважаемый покупатель?

- Пожалуй, что семь… шестьдесят рублей. И еще десять рублей на патроны. – Простой вопрос, но даже его Максим не продумал, как следует. А если следующая охота окажется безрезультатной? Придется же еще домашнюю птицу закупать для жертвенного ритуала. Но уж очень сильно различаются вывешенные на стендах ружья: тульская бескурковка за сорок совсем не смотрится рядом с немецкими и бельгийскими моделями.

- Вот, обратите внимание на вот эту Франкотту. – Меж тем подзуживал приказчик. – Бельгийская выделка. Двенадцатый калибр. Левый ствол – чок, правый – получок или цилиндр. Для охоты в нашей местности лучше ружья не найти. Пулей даже косолапого без труда завалите. А из правого ствола уток влет сможете сбивать. На полсотни шагов дробь из него очень широкое облако создаст.

- Простите, а в чем разница? Ну, эти… чок, получок… - Задал вопрос Максим, сразу выдавая свою полнейшую неосведомленность.

- Так разница в форме ствола. Чок – это когда на конце постепенное сужение в миллиметр. Так выстрел кучнее выходит. А получок – соответственно, полмиллиметра. Разлет дроби из такого ствола сильнее. Больше шансов, что летящую птицу подстрелить сможете. Все по науке.

- А у тульских ружей какие стволы?

- У тульских? Тоже чок и получок. Сейчас все так делают.

- Почему тогда в цене такая разница? Аж вдвое.

- Там – Европа! Качество, проверенное десятилетиями. Хотя…, тулки, сказать по правде, тоже вполне неплохи по качеству в последнее время стали. Почти нет на них нареканий.

Все же Максим в конечном итоге приобрел ту самую Франкотту «Модерн», которую продавец предложил ему первой. Говорливый продавец вошел в стесненное положение парня и сделал хорошую скидку именно на это ружье, взяв те самые шестьдесят рублей вместо первоначально заявленных восьмидесяти на стенде. Опять же, вороненная дамасская сталь. Очень громко звучит, гораздо лучше, чем непонятно какая на том же тульском оружии. А на десятку покупать пришлось не только патроны, но и шомпол, масленку, водонепромокаемый чехол для оружия. Про последнее Максим вообще сначала не подумал. А ведь, возможно, свое ружье хранить придется в том мире. Прямо под открытым небом. Как итог, ружье, ружейные принадлежности и всего десяток патронов. Половина с пулями, половина с крупной дробью, вполне достаточной, по словам продавца, чтобы даже волка на близкой дистанции завалить.

Вышел Артемьев из лавки, забрел внутрь старого полуразрушенного сарая, сиротливо стоявшего неподалеку, и в тот мир перенесся, где у него каменная плита, призрак мужчины из будущего мира, очень похожего на его собственный, и прочие красивости. Красивости, кстати, на фоне начавшихся осенних дождей в родном мире Максима, очень даже нравились. Тут-то вечное лето стояло.

Только раньше этим самым вечным летом он не сильно-то и пользовался. Пока мелкий был, пригляд со стороны матери очень плотный был установлен. Один раз набрался нахальства, убежал до вечера, так такого ремня от отчима получил, что неделю сидеть за столом сложно было. А потом, когда подрос, обязанности по хозяйству появились, да и гимназия львиную долю времени съедала. Кроме того, переносы из мира в мир много энергии расходовали, которая до недавнего времени еще и очень медленно копилась. Так что Андрей всегда ворчал на бесполезные перемещения, хотя всегда исполнял прямые приказы Максима по этому поводу. А еще, в этом Максим даже себе не признавался, безумно страшно было от плиты в лес отходить. Ягод или грибов там вообще не было, а вот змеи очень даже встречались. Куснет такая гадина, и мамочка даже и не узнает, куда ее сынок запропастился. Короче, девять лет владения чудесным переходом и почти абсолютное незнание мира на той стороне. Зато, правда, призрак очень многому его из своих знаний обучил. Те же техники рисования, химия и просто случаи из жизни будущего. Причем частью просто рассказывал, а ту же технику штриховки каким-то образом сразу в мозг перенес. Макс вот не умел-не умел, а после раз! И сразу художником стал.

- Ты, это, - напутствовал Андрей парня, собравшегося на очередную свою охоту, - дальше пяти километров от этого места постарайся не отходить. Ну, трех, четырех верст по вашему.

- …? – Постарался взглядом передать свое недоумение внезапно возникшим ограничением Максим.

- Как-то в прошлый раз не подумал, чтобы тебе сказать. На этом месте, где мы находимся, полог ментального отталкивания накинут. Ни звери с птицами, ни даже разумные просто так сюда не пойдут. На полпути в сторону отвернут. Но чем дальше, тем слабее это воздействие. Кто знает, какие чудовища там, дальше, обитать могут. Может, мы вообще в центре охотничьих угодий каких-нибудь орков или тиранозавров находимся.

- А как же тот страус? Он же совсем рядом свое гнездо устроил. И змеи….

- Так птица все же ни разу к нам не выходила. Как, собственно, и змеи. Они очень любят греться на солнышке, но на плиту ни одна не покусилась.

Заряженное ружье наизготовку и в лес потопал. В левом стволе жакан заряжен, правый с крупной дробью, все по науке. Не зря приказчика в оружейной лавке на разговор раскрутил. А для защиты от змей – сапоги с толстыми штанами из плотной ткани. Авось не прокусят. Ну, и внимание, конечно, повышенное. Чай, если на хвост гадине не наступить, так и не укусит, с чего бы ей непонятно что в рот тащить. Человек же не является исконной змеиной добычей.

Вторая охота сильно отличалась от предыдущей. Прежде всего, никаких страусов больше поблизости от их плиты навстречу охотнику не выбегало. Вообще пусто было. Птичек на ветках – и тех не слышно стало. Так и шел, пока на берег полноводного ручья, или скорее даже, небольшой речки не вышел. А там, на водопое, какая-то чупакабра стояла. Что такое эта самая чупакабра, Максим точно не знал, только от Андрея такое слово слышал, но готов был поклясться, что это она и была. Толстая, приземистая, с шерстью, торчащей во все стороны наподобие тонкой проволоки.

Бах! Из ружья. И… сам в кусты улетел. Нет, не отдачей унесло, что-то такое та зверюга сделала. Словно невидимым копытом лягнула. Поднялся, потирая ушибленные места, к добыче подошел. Тяжелая пуля всю тушу наискосок насквозь прострелила и, по-видимому, задела что-то важное, потому что зверь уже даже не трепыхался. Пришлось из стволов двух тонких деревцов и мотка веревки волокушу сооружать. Тоже, конечно, тяжело тащить, но хоть в принципе это возможно стало.

Умаялся, ужас! Допер до плиты зверя и про непонятный невидимый удар Андрею рассказал.

- Ну-ка, клади ее на плиту. Попытаемся эту способность с туши скачать. Может, не поздно еще. – Распорядился Андрей, обеспечив нашему гимназисту еще чуть не четверть часа усиленного пыхтения и максимального сокращения мышц. Под магией усиления. Очень уж тяжелой добыча оказалась.

Зато по результатам призрак выглядел довольным, как слон. Ну, еще бы, не он же ту неподъемную тушу ворочал.

- Живем, Макс! – Возгласил он, потирая свои призрачные руки. – Заклинание Телекинетический удар скопировано. Тебе его прям сейчас записать?

- Это что, как то умение рисовать что ли?

- И умение рисовать, и способность Сторожок ставить, и прочие примитивные заклинания собственного временного усиления.

- Ну, тогда ладно. – Максим, не дожидаясь команды, стащил тушу с плиты, протер набежавшую кровь пучком каких-то лопухов и улегся сам на то же самое место. – Я готов.

Запись длилась недолго. Наш герой толком и не почувствовал ничего. Полежал, ощущая твердость камня под собой, и встал по команде.

- До завтра даже не пытайся ничего подобного колдовать. Запись в мозгах устояться должна. – Выдал напутствие Андрей.

А потом был долгий кровавый труд по свежеванию и разделке туши. Вряд ли кому-нибудь странная шкура монстра приглянулась бы, да и требуха тоже подлежала удалению. В результате на рынок Максим доставил все те же пять пудов. Только, если за птицу заплатили сто рублей и практически сразу, то в этот раз пришлось со своей «кабанятиной» простоять практически до самого закрытия рынка, а доход вышел даже чуть меньше тридцати целковых. Что поделаешь, конкуренция.

Вот так, в конце концов, и вышло, что одноклассники Максима учились изо всех сил, дрожали от явления в их гимназию очередной комиссии, мечтали о хлебном месте каким-нибудь делопроизводителем после окончания последнего года обучения, а Артемьев бегал с ружьем по лесу, торговал мясом на базаре и уставший дремал на уроках под размеренный речитатив учителей.

Глава 3

Как-то раз, на Земле время уже к зиме вплотную подбиралось, Максим поинтересовался у своего призрака:

- Ты, вроде, про месяц – другой говорил, когда заказывал всяких цыпляток для изготовления… Перемещателя, вроде. Мы вот уже три месяца изничтожаем бедных тварей, и тут, в лесу, и всяких цыплят и поросят с базара, а результата нет, как нет.

- Результат есть. – Поведал Андрей, вперившись взглядом в какую-то несуществующую трещинку у себя под ногами. – Как и обещал тебе, Перемещатель у нас полностью закончен был примерно через полтора месяца.

- Случилось что? – Догадался гимназист.

- Новый пакет знаний под окончание нашего проекта мне пришел. – Андрей все еще не поднимал взгляд на компаньона. – С новыми чертежами. В том числе там второй, совмещенный, контур Перемещателя был предоставлен и Дальновидение, позволяющий предварительно посмотреть точку, куда мы перемещаться собрались.

- Так это что, мы вслепую по первоначальному замыслу прыгать должны были? – Догадался Максим. – А второй контур зачем?

- Ну, если бы условия для нашего существования вокруг того места были бы неподходящими, прыжок бы не состоялся, так что какая-никакая гарантия от дурака у нас все же должна была быть. – Принялся оправдываться ступивший в первый раз Андрей. – Но на всякий случай второй контур все равно нужен. Чтобы, случись что, экстренно можно было бы эвакуироваться на свое прошлое место. Это как два ствола у твоего ружья. Стреляешь обычно только из одного, но второй, на всякий случай, все же держишь заряженным.

- Хорошо. – Внезапно успокоился Артемьев. - Сколько по времени еще осталось до окончания, если работать по нашему обычному графику.

- Так уже почти все. Последний мешок с цыплятами или какой-нибудь ягненок-поросенок, твоя команда на изготовление, и через пару часов сможем путешествовать.

- Я мигом!...

На следующий день.

- Наконец-то все готово! Андрей, а ты можешь вывести картинку, чтобы и мне можно было посмотреть, куда мы прыгать собрались.

- Картинку? Без проблем. – Пространство вокруг их плиты подернулось белесой пеленой, на которой, как фильм в синематографе, поплыли, постепенно проясняясь картинки дальней стороны.

- Это что, степь? – Поинтересовался парень, вглядываясь в чуждые пейзажи.

- Скорее полупустыня. Для степи растений маловато будет.

- И зачем нам туда переноситься? Меня там солнце в момент изжарит. Я ж не призрак, как некоторые.

- Зато энергии явно больше будет. Солнце свет и тепло дает. А еще ветер там должен достаточно сильно временами дуть. И врагов вокруг не будет.

- Не годится. Крути дальше синему. Нам бы где-нибудь возле большой реки очутиться.Или на острове. – В последнее время Максим в связи со своими охотами, да общением с покупателями на базаре поднабрался уверенности в себе. Вон уже и Андреем командовать начинает. Впрочем, Андрей, кажется, совсем не против подчиняться. Принялся подыскивать новые координаты без возражений.

- Ага! Вот все, как ты заказывал: река размером с Волгу и остров практически посередине русла. На острове небольшой лес есть, но основное место там луга занимают.

- Годится! – Обрадовался Максим возникающим на поверхности туманной пелены пейзажам.

- Только лес небольшой. Вряд ли там что-то пристойное для твоей охоты отыщется.

- И не надо. Не шибко-то я, как выяснилось, люблю зверей убивать. А уж их туши после таскать, так и вовсе…. А еще до скрежета зубовного надоело на базаре стоять, свой товар всяким досужим хлыщам расхваливать. Но про это Максим вслух своему бестелесному напарнику уже говорить не стал. Тот-то до сих пор гордится, как ловко с охотой придумал.

- Тебе, Максим, лучше на всякий пожарный к себе домой на время возвратиться. Кто знает, как наше первое перемещение пройдет.

- А кто тогда тебе команду на перемещение отдавать будет? – Справедливо усомнился гимназист в возможности такого действия.

- По-видимому, вместе с последним пакетом знаний и новая возможность для меня пришла. Я теперь могу выполнять твои приказы отсрочено. Скажем, ты скомандуешь переместить наш осколок через полчаса по заданным координатам, а сам после этого в свой мир вернешься.

- Ну,… давай попробуем. – С изрядной долей сомнений в голосе согласился с предложенным Артемьев. Как-то не по душе ему было друга одного на риск отправлять. Хотя, с другой стороны, понимал, конечно, что риски при перемещении в незнакомую локацию для него и для призрака просто несоизмеримые.

Мигнуло. Максим снова на своем сеновале оказался, откуда и перемещался в этот раз к осколку. В дальнейшем Андрей обещал ему развить умение, тоже связанное с осколком, под названием Путь, чтобы возвращаться и в другие места можно было, по своему выбору, а не только вот так, в точку отправления, но это будет в будущем, когда еще энергии подкопят для улучшений. Опять эта энергия! Вся его жизнь завязана на ее накопление, с самого первого дня, когда только-только подобрал тот камушек, который теперь на груди носит. Первоначально камушек его в другой мир перенес, к каменному столбику торчащему из земли, а уж потом, выполняя указания-рекомендации джина-призрака, привязанного к этому столбику незримыми нитями, он первое улучшение заказал. И все завертелось.

Однако после вечного лета воздух сильно прохладным кажется. Ежась от накатившего озноба, помчался в избу.

- Сынок! – Обрадовалась мать его появлению. – Не раздевайся. В доме хлеба ни крошки не осталось. Сбегай до лавки. Купи ржаной каравай, да булку ситного, да три бутылки молока. На вот тебе полтину. А на сдачу можешь себе сельтерской воды с сиропом взять, как ты любишь.

Пришлось идти. За такими вот, повседневными покупками ходить – его обязанность. Отчим на службе, мать по хозяйству хлопочет, а больше некому. Не мелких же с деньгами посылать. Еще обидит кто. А сельтерская вода, и в самом деле, его слабость, очень ему нравится ее щипучий вкус с ароматами фиалок или апельсина. Особенно апельсина. Тогда словно, в самом деле, настоящий фрукт ешь, сладкий и сочный.

После лавки, чтобы времени зря не терять, принялся за уроки. Все равно, даже если все нормально с перемещением окажется, вызов от Андрея только через пару часов придет. Чтобы вновь полог ментального отталкивания вокруг осколка установился тоже время нужно.

Дома пробыл не два, а все три часа. Подзадержался, задачки с логарифмами решая. Вспомнилось, как Васька Фролов, разночинец, в классе рассуждал утром, что ему в родительской лавке эти логарифмы вообще ни к чему. Странный он, а латынь с греческим, значит, очень ему в торговом деле пригодится, если до сих пор по этому поводу не возмущался?

Наконец, все было готово. Пошел одеваться, обуваться.

- Мам, я к Сереге на часок. – Проинформировал он кухарящую в ожидании прихода главы семьи родительницу.

- Только надолго не задерживайся, а то вечерять один будешь.

- Постараюсь. Нам по закону божьему батюшка задал на двоих доклад о потомках Ханаана составить. А их там целых одиннадцать, можем долго проплюхаться.

- Ладно, иди уж, а то встал перед открытой дверью, холода напускал. – Выглянула с кухни мать.

Ну, Максим и пошел. Снова на сеновал. А чего, тут, как утром корма скотине зададут, после почти никогда никого не бывает. И дверь есть, за ней светлячков, возникающих при перемещении и не видно совсем.

- Ух, ты! – Только и смог вымолвить он, на своей привычной каменной плите очутившись.

И было с чего ухать в удивлении. Раньше, когда они в лесу, пусть молодом и не очень частом обитали, то на то, что мир чужой, не Земля, явно только Солнце указывало. На Земле оно не висит все время в зените, потихоньку только тускнея и темнея к вечеру, а с утра вновь на своем привычном месте разгораясь, чтобы прогнать ночную темень. Горизонта же в лесу и не различить за стволами деревьев было. Так вот, горизонта не различить было и теперь, хотя никакие деревья его не закрывали вовсе. Просто земная поверхность, уходя в невообразимую даль, постепенно голубела, переходя в синь небес.

- Я знал, что тебе понравится. – Внезапно проявился призрак, с удовольствием изучая реакцию впавшего в изумление младшего товарища. – Я на Земле при жизни читал в одной фантастической книжке про такую сферу Дайсона. Никак не думал, что сам на такой когда-нибудь окажусь.

- Что это? – Воззрился Максим на своего многомудрого призрака.

- Ты вообще в курсе, что Земля – это большой шар, который, вместе с другими планетами, вокруг Солнца по вытянутой орбите летает?

- Знаю, конечно.

- А теперь представь, что могучие силы всю Землю в блин толщиной несколько сотен метров раскатали. Как думаешь, поверхность этого блина больше получится, чем у первоначальной планеты?

- Понятно, что больше. Ты это к чему?

- А теперь представь, что тем силам этого мало показалось, и они точно также расплющили и Венеру, и Марс, и Меркурий, и даже планеты-гиганты, типа Юпитера с Сатурном, и все астероиды. Вообще все. И из всех этих полученных лепешек собрали сферу вокруг Солнца примерно на расстоянии земной орбиты. Солнце над нашими головами – оно внутри такой сферы, поэтому всегда в зените. И мы тоже внутри. А поверхность у такой сферы, как для обычного человека, так практически бесконечной получается. Тут миллиарды Земель можно расположить рядом друг с другом. Не то, что пешком обойти, даже на самой быстрой ракете моего мира не облететь, хоть сто лет будешь мчаться над поверхностью.

- Это какой же могучей магией обладали создатели такого чуда! – Почти шепотом выдохнул Максим, буквально на секундочку представивший описываемую картину.

- Магией или технологией. Вообще, у нас один из писателей-фантастов высказался, что технологии, при их достаточно высоком развитии, для менее развитых разумных существ будут практически неотличимы от магии.

Пофилософствовали, обсудили, что день и ночь здесь, внутри сферы, очевидно, сменяются благодаря тому, что вокруг Солнца еще какая-то дополнительная сфера вращается, у которой одна половина абсолютно прозрачная, а другая – нет. Причем переход прозрачной в непрозрачную не резкий, а постепенный. Словом, не маги даже такое могли устроить, а только самые настоящие боги. Понятно, что и ту систему с осколком, обеспечивающим переходы между мирами, и всплывающей у Андрея постепенно информацией, тоже только им под силу было устроить. Придавленный величием открывшейся внезапно информации Максим даже свой нынешний остров обследовать не пошел. Посидел, поразглядывал дали вокруг, да с кружащейся от увиденного головой и обратно в свой мир попросил его отправить.

Всю ночь снились какие-то непонятные вещи. То он летал свободно над землей, но в какой-то момент времени словно застревал в воздухе, и тогда участок поверхности земли впереди тоже застывал в недостижимости. То вдруг оказывался на уроке, где учитель заставлял его в уме считать огромные уравнения, грозя в противном случае поставить двойку и вообще исключить из гимназии, как сущего тупицу и лодыря. Не выспался….

Так с чугунной головой утром и потопал в гимназию.

На перемене подрались Аркашка Беспалов и Агей Баев. Причем на ровном месте ссора возникла. Просто, как это в последнее время часто случалось, парни принялись обсуждать, кто кем планирует стать по окончании гимназии. Как-никак уже меньше года оставалось до этого момента. Вот Беспалов и выступил, что единственный, достойный настоящего мужчины и патриота путь в жизни – это пойти вольноопределяющимся в армию. Отслужил год или полтора, сдал экзамен на офицерский чин – и ты уже прапорщик, а то и даже подпоручик. На что ему Агеев заметил, что не хотел бы жить по команде, и что устроиться чиновником - делопроизводителем в какую-нибудь государственную контору может быть куда выгоднее как для кошелька, так и для карьеры. Аркашка назвал такие мысли низкими и недостойными. Вот они и сцепились. Агею просто другого выбора не оставалось. Обвинение в недостойном поведении – оно такое.… Не ответишь, окружающие совсем перестанут уважать.

Максим минуты три посмотрел, как его одноклассники друг друга за грудки таскают, да кулаками машут, и разнимать их кинулся. Если их драку застанет кто-нибудь из преподавателей или, того хуже, инспектор, здорово нагореть могло всем, включая Максима. Вероятнее всего, в таком случае, весь класс оставили бы после уроков, а драчунам еще бы выписали розги. Ну, розги для виноватых Артемьев еще мог бы одобрить, но на время после уроков у него уже есть свои планы.

- Все. Брек! Горячие финские парни. – Объявил он, держа драчунов за одежду на вытянутых руках в воздухе. Впервые вот так, на люди, продемонстрировал результат заклинания временного увеличения силы. Натренировался в наложении при перетаскивании охотничьей добычи.

Драка мгновенно прекратилась. Трудно размахивать кулаками, вися в воздухе за шкирку, как нашкодивший кутенок. Вовремя он это проделал. В коридоре как раз шаги учителя послышались, и через минуту к ним в класс вошел Фадей Маркович, их преподаватель истории. Вошел, оглядел взбудораженных чем-то учеников и, ничего не сказав, на свое место прошествовал.

- Здорово это у тебя получилось! – Восхищенно прошептал Максиму его сосед, Серега Юмашев. С Серегой Максим не сказать, чтобы дружил, но был в хороших отношениях. Даже несколько раз бывал у того в гостях, в богатом особняке в первом Покровском переулке.

- А! Очень уж они меня из себя вывели. Нет бы, ушли драться куда-нибудь к речке, так нет, в классе затеяли. А о том, что и нас вместе с ними наказать могут, не подумали совсем.

- Слушай, ты не так давно говорил, что на свидание к девушке спешишь… у тебя с ней все серьезно?

- А к чему такие вопросы?

- Просто, в женской гимназии решено новогодний бал проводить. Меня сестра ангажировала для одной из ее подруг, а вторая их подруга до сих пор остается без пары. Ты не хотел бы сходить?

- С удовольствием. А с той девушкой мы расстались уже давно….

- Молодые люди! Я вам не мешаю?! – Внезапно возвысил свой голос историк, вперив свой взгляд в сторону их парты. Пришлось замолчать до самого конца урока. В их гимназии так было заведено: первый раз – просто устное замечание гимназисту на уроке. Ну, а если и после не угомонились, не на кого пенять, если пяток розог строгий наставник пропишет. Ну, и стояние во фрунт после экзекуции на часок-другой, само собой.

После урока истории, он был последним в этот день, отправился домой, попутно размышляя, насколько велико будет совпадение событий последующих лет с теми событиями, что произошли когда-то в мире Андрея. То, что миры Андрея и Максима Артемьева разные, они очень давно уже выяснили. Андрей, понятное дело, историком не был и прошлое досконально не знал, но все же то, что в русско-японской войне в его мире победила Япония, а не Россия, пусть и по очкам, он помнил совершенно отчетливо. Может, и первая мировая война с последующим отречением государя, революцией и войной гражданской из мира Андрея тоже окажется вовсе не непреложным фактом? Хотя… русско-японская война же все равно была. Очевидно, существуют какие-то вселенские законы, не дающие сходным мирам слишком далеко в событиях на них расходиться. Так что делать военную карьеру, как тот же Аркашка, он, Максим, точно не будет. Еще чего, в преддверие войны то! Еще и семью свою отыщет способ забрать в другой мир. Кстати! А ведь это очень важная мысль! Надо только как следует разобраться, развитие какого атрибута его осколка поможет ему не только перемещаться в тот мир самому, но и переносить с собой других. Ради такой цели, как спасение семьи, он готов сутками напролет сначала бегать по лесам с ружьем наперевес, а потом стоять на базаре, расхваливая мясо, выложенное перед ним на прилавке.

Глава 4

Остров встретил Максима солнечной погодой и всеми полагающимися ощущениями от близости больших водных масс. Во второй раз вид отсутствующего горизонта уже не шибал так по мозгам, как в первый. Первым делом, конечно, с ружьем в руках отправился на обход появившегося в его распоряжении кусочка суши. Мало ли, кто сидит в том леске, что зеленеет на противоположной оконечности острова. В лесу действительно сидели…. При приближении парня к лесной опушке с веток вспорхнули десятки, если не сотни птиц с разноцветным оперением. Как-то Максиму попадалась на глаза книжка про птиц Южной Америки. Попугаи там всякие, куруку. Вот очень похоже! И ведь не маленькие птички! В качестве охотничьего трофея вполне бы потянули. Только у него в одном стволе пуля заряжена, а в другом картечь – в самый раз над головой дождь из крови и перьев устроить.

Еще на опушке леса порхало множество разноцветных бабочек. Некоторые, так размерами в мужскую ладонь. И все! И вдоль и поперек прошел лес на острове, благо, тот был совсем невелик, ни одного животного так и не встретил. Ну, не считая змеи. Но и та – единичная и совсем некрупная. Короче, на всем острове Максим оказался самым крупным зверем.

- Андрей, - спросил он у своего призрака по возвращении с экскурсии по острову, - а на что мы в данный момент энергию копим?

- Решать тебе, но лично я бы выбрал все-таки улучшение Пути до второго уровня. Тогда я смог бы тебя подбирать даже вместе с твоей добычей на расстоянии, как минимум, нескольких километров от нашего осколка. Хотя, конечно, такая эвакуация будет выходить очень накладной в плане энергии. Ну, или на Земле тебя высаживать в наиболее удобном для этого месте, а не только в том, откуда забирал.

- Долго копить будем?

- Совсем нет. Энергии тут, на острове, намного больше поступает. А если еще по-прежнему дополнительно жертвы в энергию перегонять, так можем и в пару недель уложиться.

- Ну, как накопится, улучшай Путь, без вопросов. А, вот еще, я тут подумал, возможно ли мне провести в этот мир моих родственников?

- В настоящий момент точно нет. С трудом вытянул тебя с тем поросенком весом в пятнадцать или двадцать кило. Ну, пуд или чуть больше. – Перевел Андрей килограммы в меры веса, более привычные для жителя начала двадцатого века. – И даже не спрашивай, как так получается, что мяса с тобой отправляем по пять пудов, и это не предел, а живые существа впятеро тяжелее оказываются. Тут какая-то своя математика с физикой действуют.

- Чтобы больший живой вес перенести, тоже Путь развивать надо или что-нибудь другое, типа Перемещателя?

- Перемещатель – он для того, чтобы менять расположение нашего осколка. Тоже, конечно, улучшать надо, чтобы дальше по расстоянию и большим весом можно было прыгать, но пока дополнительных блоков не изготовили и массу накопителя не увеличили, не к спеху, а за перемещение конкретно твоей тушки отвечает как раз Путь. Ну, и за то, что надумаешь с собой прихватить, скорее всего, тоже он будет.

- Слушай, а рыбу можно жертвовать вместо цыплят? Она же вроде тоже живая?

- Хм. А это идея! Только надо тебе будет сеть где-нибудь раздобыть и еще ведро сюда притащить, чтобы рыба не уснула, пока будешь с остальной добычей возиться. Жертвовать, как ты помнишь, только живую добычу можно.

Этот день охотиться так и не пришлось. Просто патронов с мелкой дробью не было в наличии. Зато накупался вволю! Даже жалко было уходить обратно в свой мир. Там-то тучи над головой и дождь, временами переходящий в снег.

- Братик! – Встретила его во дворе Дашка. – Нам с Ксюшей очень нужна твоя помощь!

- Ну, что у вас опять приключилось? – Вздохнул «братик». С таким подходом со стороны близняшек он уже был очень хорошо знаком. Опять будут пытаться подговорить его, чтобы поддержал в какой-то эскападе перед матерью.

- Приключилось не у нас, а у Васьки! – Объявила сестренка, требовательно следя за выражением лица старшего брата.

- У Васьки свои родители должны быть. – Рассудительно попытался отбрыкаться мобилизованный старший брат. – Пусть они проблемы своего сына решают.

- Да нет же, ты не понял! – Возмутилась Дашка. – Васька – это котенок. Его сейчас Ксюшка молоком в нашей бане кормит.

- А мать вам отказала, чтобы этого приблудыша к себе взять?

- Сказала, что у нее в доме и без кошек живности хватает. Но ведь он же маленький, много не съест.

- Так после того как покушает, он же и какать, и сикать запросто затеять может. Кто все это безобразие будет убирать?

- А ты в двери ход для него сделай, чтобы Васька на улицу бегать мог.

- Ладно, пошли к матери. – Вздохнул Максим.

В результате состоявшихся переговоров, на которые помимо уже объявленных персон были приглашены и Ксюшка, и сам котенок, было достигнуто соглашение, что кормить и убирать за котенком будут все-таки сестрички. И на улицу выпускать тоже. Дверь в преддверие холодов мать категорически запретила уродовать. А вот домик для мурлыки, обычного серо-полосатого усатика, Максим сделать все же помог. Отпилил и сколотил между собой несколько обрезков досок, чтобы своеобразный поддон получился. Сестренки потом туда тряпок накидают, что мелкий зверь мог себе гнездо вить.Ну, или логово строить, раз он зверь, а не птица.

Дополнительно патронов Максим все же купил. И с мелкой дробью и еще с пулями и картечью. Благо теперь после продажи мяса у него уже денег аж три сотни рублей набиралось. Считай зарплата какого-нибудь рабочего за целый год, а для крестьянина, в основном своим хозяйством живущего,так и вовсе сумма почти немыслимая. А еще купил сеть, чтобы рыбу ловить, и удочку с бамбуковым удилищем. Удочка вроде и не нужна была, раз сеть есть, но уж больно она парню приглянулась.

- Максим, - поинтересовался у Артемьева его сосед по парте на следующее утро. – Ты точно согласен в женскую гимназию на новогодний бал идти?

- Да, а в чем дело? – Недоумевающе воззрился он на соседа. Больно уж тон вопроса был необычным.

- А ты вальсировать вообще умеешь? – Было видно, что и Серегу тоже очень беспокоит этот вопрос. Не в смысле, умеет ли танцевать Максим, а скорее в собственных способностях был не уверен.

- Еще не знаю. Никогда не пробовал.

- Тоже мне, шутник! Вот и дамы тоже этого опасаются, поэтому приглашают в выходные на совместное обучение. Мать у Наташки когда-то бальные танцы аристократам преподавала. Обещала научить.

- Когда и куда приходить?

- Давай сначала ко мне, к часу пополудни. Вместе пойдем.

Занятий в гимназии в этот день было немного, так что успел до назначенного срока еще и домой забежать, сумку со школьными принадлежностями кинуть. А вот переодеваться во что-нибудь другое вообще не требовалось. У них в гимназии было заведено обязательное ношение формы не только на уроках, но и во всех прочих людных местах тоже. Форма повседневная, она же выходная и даже парадная. Вот такие правила!

Подругу Серегиной сестры, с которой ему предстояло танцевать на новогоднем балу, звали Наташей. И была она, несмотря на то, что училась в классе на год младше, столь высокой, что макушкой была практически на уровне глаз кавалера. А Максим, между прочим, был самым высоким из парней в классе. Неудивительно, что выбор его соседа по парте пал именно на него. Но в остальном, не считая роста, девица была просто восхитительной. Фигурка – крепко сбитая, с попой грушевидной формы и выдающейся вперед грудью, но при этом талия, что называется, осиная. И на личико – чистая, светлая, без единой родинки или оспинки кожа, голубые глаза, взирающие на мир с безупречно симметричного лица, греческий профиль носа. Не фея, слишком великовата, но нимфа или валькирия. Тем более, вроде по скандинавским мифам валькирии тоже сплошь блондинками были.

Познакомились. Видно было, что и Наталье предоставленный ей кавалер понравился. Вон, как облегченно разулыбалась. Дарья Никифоровна, так звали их учительницу танцев, показала первые па, и началась учеба. По движениям сразу заметно стало, что девушек танцам уже учили. Танцевали они уверенно. Но и Максим, временно повысивший свою ловкость заклинанием, не сильно огорчал свою партнершу. По крайней мере, ноги и туфли ее остались в полной сохранности.

Оттанцевали намеченное для урока время, и кавалеров восвояси выпроводили. Максим только и успел, набравшись нахальства, несколькими словами с Натальей в самом конце перемолвиться. Ну, и порядки же у них, в женской гимназии. Считай, почти тюрьма. Живут в общежитиях построенных на территории гимназии. Выход в город только группами, под присмотром воспитательницы. Домой на одно только воскресенье отпускают, и то, родители должны и забирать, и приводить в понедельник утром свою дочу лично. Но все же парень не отчаивался. Время еще есть, авось что и сладится. Тем более, и Наташа пообещала на эту тему подумать.

Выдворенные на улицу парни пожали друг другу руки и разошлись в разные стороны. Серега домой потопал, а Максим все в ту же оружейную лавку. Решил, что в условиях нового мира с его неизвестными опасностями, чтобы спасти свою жизнь, двух выстрелов из ружья может не хватить. Пистолет марки Кольт М1902. Дорого, конечно, но жизненно необходимо. Все же восемь дополнительных выстрелов – это серьезно. Уже знакомый приказчик сопроводил покупку странным взглядом, но продал затребованное оружие, патроны, кобуру и пару запасных магазинов без лишних вопросов.

А на острове была все та же идиллия. После недолгих раздумий Макс все же отказался от охоты на пернатых. Очень уж красивыми те были. Жалко стало такую красоту губить. Зато против рыбной ловли у него абсолютно никаких предубеждений не было. Сетью перегородил небольшую мелководную бухточку, что вдавалась в его остров, и уселся с удочкой на большом камне у самой кромки могучего речного потока, выбрав место, где сразу глубина начиналась.

Минут десять до первой поклевки прошло. Поплавок под воду ушел. Потянул, сгибая дугой удилище. Что-то серьезное клюнуло, как бы удочки не лишиться. Но все же вытянул почти до берега добычу. Как вдруг речная гладь взбугрилась. Рыба, которую Максим к себе тянул, оказалась неожиданно проглочена кем-то наподобие плезиозавра. Показывал как-то Андрей ему картинки доисторических чудовищ, когда Максим еще ребенком был.

Зверушка, которой леска во рту ощутимо мешать стала, высунула голову полюбопытствовать, кто же это тут такой наглый, что ящеров на удочки ловит? Наш герой бы от изумления на задницу сел, если бы не сидел уже. А так, на бок с этого самого камня соскользнул, трясущейся рукой расстегивая кобуру со своей недавней покупкой.

Голова побольше лошадиной, а уж зубы в распахнутой пасти!... Еле успел отпрыгнуть, откатиться чуть в сторону, когда эта пасть лязгнула своими зубищами ровнехонько на том месте, где он секунду назад на земле сидел. Точнее, не успел бы, телекинетическим толчком свою траекторию относительно зубастой пасти подправил. Разом освоил магическую технику. А Кольт уже в руках, а морда вот тут, рядом, дотронуться можно. Бах! Бах!... – И так все восемь патронов добил до железки. Прямо в лоб доисторической гадине.

И то не убил! Видно было, как пули в рикошет уходили, а одна, так и вовсе впечаталась, расплющившись, прямо между глаз на манер точки у индийских замужних женщин. Убить не убил, но оглушил сильно. Чудовище распласталось на кромке воды, наполовину вылезя своими плавниками – ластами на берег. Видать, сильно Максим его своей леской раздраконил, что в чуждую среду мстить ринулось.

На удивление, при такой огромной, зубастой голове и длинной шее, тело рептилии оказалось не такое уж и большое. Побольше собаки, конечно, но до лошадиного явно не дотягивает. А у Максима вдруг жадность проснулась. Чудовище же еще живо? Вот бы такого в жертву принести, это сколько бы энергии разом добавилось!

Очень опасная работа, обвязывать веревкой, а потом рывками тащить за нее на берег такого хищника. Но потихоньку работа ладилась. Голова только бессильно за туловищем волочилась.

- Ты хотя бы голову его на плиту положи, - принялся командовать призрак, узрев, какую рыбу на удочку поймал его молодой друг. – И чуть-чуть грудь с передними ластами, если сможешь.

Смог, и грудь с ластами, и даже живот до середины. Только весь рыбой пропах и в слизи вымазался.

- Ого! Сколько энергии идет! – Восхищенно голосил Андрей, комментируя процесс ее извлечения. В отличие от прошлых жертвоприношений, когда приносимые существа истлевали разом, едва только Максим заканчивал свой речитатив, тут Максим уже давно закончил читать заклинание, а процесс все продолжается. – Накопитель почти полон, на что энергию расходовать? – Вдруг всполошился призрак.

- Поднимай Путь до второго уровня.

- Так я уже. Отложенное приказание от тебя же уже было.

- Тогда что там у тебя еще осталось? Насос второй уровень имеет? Поднимай его.

- Уф! Еле успели! – Вытер виртуальный пот со лба призрак, когда туша ящера превратилась в хлопья жирного пепла. – Кстати, мы здорово лопухнулись. Надо было сначала в его голове пошарить на предмет имеющихся там заклинаний. Наверняка такая зверюга магией обладала. Вон сколько энергии из него вытопили.

- Да чего уж тут. Не до того было. Сначала на рыбалке перенервничал, потом ты со своей энергией. Кстати, я думал у нас накопитель емкий.

- Для тех, прошлых, условий был емким.

- Я еще спросить тебя хотел. – Макс после перенесенной встряски был в ударе. – А обязательно камень накопителя должен форму плиты иметь? Что, если его в домик формировать начать? Дожди ведь тут тоже бывают. Отсыреют патроны, беда на охоте может случиться. Попробуй.

- А это идея! Прямо сейчас и пробовать стану. – Призрак растаял в воздухе, а плита, тихонько гудя, начала увеличиваться по площади.

Ну, это на дни, если не недели, растянется процедура. Парень снова отправился на речной берег. Где-то там валялось потерянное удилище из заморского бамбука. Лески еще достаточно, а оторванный крючок и заменить недолго.

Удочку Максим поправил, но рыбачить больше не стал. Все чудились плезиозавры, подкрадывающиеся к берегу под покровом речной глади. Невольно припомнилось, как недавно он беззаботно купался в этих водах, оказавшихся столь опасными. Аж передернуло. Отнес удочку к медленно растущей плите и негромко попросил:

- Андрей, перенеси меня на сеновал. – Вот! Заодно и проверит, как второй уровень Пути работает. В этот мир то он уходил из заброшенного сарая неподалеку от оружейной лавки.

Прохладный, густо пахнущий сеном воздух, писк мыши где-то в углу. Он дома. Не спеша, побрел в избу.

- Андрей, что это у тебя? – Глазастая Ксюшка углядела кобуру на боку. В суматохе на острове забыл снять, когда домой собирался.

- Никому ни слова! – Шепотом, приложив палец к губам.

Ксюшка сделала понимающие глаза и тоже приложила палец к губам.

- Тогда с тебя наряды для наших кукол. – Проговорила из-под приложенного пальца.

- Нарисую, куда деваться, вымогательница. – Пряча кобуру под одежду, направился в свой закуток за печку.

Обещанное лучше сразу исполнить, а то не отстанут. Благо, от него требовались только рисунки. Сами наряды из обрывков тряпочек сестренки станут шить уже сами. Зато сколько форсу будет потом перед подружками. Мало того, что брат смастерил им из дерева кукол, каких ни у кого нет, так еще и наряды новые, праздничные, у тех кукол обновляются периодически.

На ужин была пшеничная каша с ломтями жареного мяса, принесенного Максимом из того мира. А что? Торговля торговлей, но и семью снабжать тоже ведь нужно. Первый раз матери сказал, что на базаре по случаю дешево купил, а потом она и не спрашивала больше, только в глазах временами сомнения заметны были. А еще мясо очень вкусным было. Максиму гораздо больше обычной свинины с говядиной нравилось. И сестренки, известные привереды, это мясо хомячили, за ушами пищало.

Глава 5

Следующий день на своем острове Максим не появлялся. В гимназии перед окончанием четверти затеяли контрольные устраивать. Не то, чтобы совсем темы не помнил, но повторить все же было правильной тактикой, вспомнил и написал все с легкостью. А потом словно палкой промеж ушей ему стукнули: рыба! Ведь сеть так и осталась там, в воде. Вроде как, рыба не может долго в сети выживать. Что-то у нее с дыханием в стесненных, неподвижных условиях приключается. Прямо как был, в форме гимназиста, и запросил у своего призрака перенос на остров. Правда, от досужих взоров все же в туалете во дворе их гимназии укрылся.

Перенесся, и, скидывая на ходу теплые одежки, к бухте помчался. Правда, опасался немного. А ну, как и в сети к нему очередной плезиозавр залез. Пронесло! Бухта мелководная, а вода, как слеза прозрачная, до самого дна все видно. Плезиозавров не обнаружилось, а вот рыбы в сети запуталось изрядно. Только тут вспомнил про заказанное Андреем ведро под рыбу. Ну, в отсутствие ведра, скомкал сеть в несколько слоев и как есть, мокрую, волоком по прибрежному песку ее потащил. А потом пойманную рыбу, вместе с сетью и на плиту водрузил. Кстати, со вчерашнего дня плита заметно прибавила в размерах и округлилась. За заказанный домик Андрей еще не брался, энергии все же не хватало за такой короткий срок столь объемные преобразования провести, но подготовка вовсю шла.

После начитывания жертвенного заклинания сеть заметно полегчала. Прямо камень с души: опасался, что вообще сеть вместе с рыбой в пепел рассыплются. Но нет, все же, раз сказано, что жертвовать можно только живых существ, то никак иначе. Вон, даже десяток рыбин, уснувших в ячее сети, так и сверкали на солнце своей чешуей. Вопрос: как эту рыбу теперь домой доставлять, если никакой сумки с собой нет. Ну, не считая школьного пестеря. Но туда рыбу лучше не класть. Провоняет, как в гимназию ходить?

Выручила смекалка. Веревка же, с помощью которой плезиозавра тягал, из отдельных жил состояла. Вот отрезал кусок подходящей длины, расплел и всю рыбу из сети на один из получившихся шнурков нанизал. Тяжеленная такая связка получилась. Если тащить куда-нибудь далеко, так прилично кособочить будет.

- Ну, все! – Объявил, снова закинув сеть и одевшись в свою земную одежду. – Отправляй меня снова на сеновал.

Миг, и он уже на сеновале стоит. И рыба в одной руке, а его школьный пестерь со всеми принадлежностями в другой.

Вечером вся семья лакомилась жареной рыбой. Очень вкусная оказалась. Еще бы костей в ней было поменьше. Но, что делать? Речная рыба без костей почти не бывает. А еще мать, попросила без предварительного извещения рыбу домой в таких количествах не носить. У нее же уже щи были сварены! А еще с чешуей барабаться пришлось. Зато отчим был доволен. Он рыбу любил безумно. Да и щи не испортятся, в сенях же в это время года уже вполне себе холодно.

Поздно вечером, когда домашние в целях экономии керосина уже улеглись спать, Максим вышел потихоньку на двор. Для транспортировки рыбы из сети до жертвенной плиты не обязательно нужно было ведро из свежей древесины. Хватило и старого, почерневшего, с крошащимися уже краями. Только чтобы воду держало. А еще прихватил несколько мешков из-под муки. И затребовал переноса на остров. Просто рассудил так: ведро нужно, но с собой, в гимназию его не потащишь. А отправляться в тот мир лучше сразу после окончания занятий, не тратя времени на походы до дома. Вот и пожертвовал лишней энергией, чтобы перетащить все, что может завтра понадобиться заранее. А еще мысль появилась, поинтересоваться у своего старшего друга, не сможет ли тот научить его правильно танцевать, как то было когда-то с рисованием.

- А что? Знаем, практикуем. – Отозвался Андрей на этот вопрос об обучении танцам. – Точнее практиковал когда-то. Ложись на плиту, буду тебе этот свой навык передавать.

По факту вышло, что Максим теперь умеет танцевать не только стандартные бальные танцы, причем сразу несколько разновидностей вальсов, но и экзотическое танго тоже может при случае изобразить. Правда, парень искренне сомневался, что для столь бесстыжего танца сможет партнершу в своем городе отыскать. Но по факту учитель из Андрея вышел первостатейный. Он этим делом почти профессионально занимался. Даже ездил один раз в Прагу на международные соревнования.

Последующие несколько недель ничем не примечательные выдались. Ходил на учебу, оттуда на остров, где живую рыбу в жертвенном ритуале в единицы энергии перегонял, а уснувшую, в мешке, на базар волок. А там уже его ожидал перекупщик. Чем стоять весь вечер с товаром, много проще сдать его за две трети стоимости и бежать домой учить уроки.

Хотя, нет! Одно примечательное все же случилось. Когда он через неделю пришел на очередной урок танцев и с выпрямленной спиной и отработанными до автоматизма движениями, показал мастерство…. Дарья Никифоровна просто-напросто обиделась. Отказывалась верить, что так он научился всего за шесть будних дней. Причем, даже не беря уроков танцев. Зато ее Наталья была сражена наповал. У нее на их балу будет самый лучший партнер!

- Максим! – Позвал парня его призрак, когда Максим в очередной раз закончил возиться с забросом сети. – Подойди, пожалуйста. Я обнаружил кое-что очень интересное.

Подошел. Забрался на сильно увеличившийся в размерах каменный блин. Хотя, на блин с недавних пор сооружение делалось похожим все меньше и меньше. Стены будущего дома почти на высоту колена из этой опорной плиты наросли. Объем накопителя, по прикидкам Артемьева уже не в один десяток раз возрос, по сравнению с тем периодом, когда они только прибыли на этот остров.

- Смотри, что я обнаружил на том берегу реки, когда игрался с Дальновидением. Его, кстати, тоже хотя бы на уровень повысить стоит, а то только по окрестностям и могу шарить.

В сгустившихся вокруг клубах тумана вдруг проступило изображение поросшей высокой травой равнины, животные, похожие на лошадей, пасущиеся вдалеке.

- Не туда смотришь, - Поправил его призрак. – Ты назад обернись. Как, по-твоему, на что это похоже?

Максим выполнил указание, присмотрелся к картинке в том секторе. На первый взгляд вроде, все то же самое. Трава колышется под порывами ветра. Разве что камни в этой траве – вот и все отличие. Присмотрелся…. Что-то очень напоминает ему тот камень, который словно пенек вверх торчал. Что-то очень знакомое….

- Не может быть! – Воскликнул он и на их очень похожий каменный столбик, торчащий из центра плиты, уставился. – Это что? Такой же, как у нас Осколок?

- В точку! Только у нас по сравнению с тем осколок куда скромнее выглядит. И кто-то его разрушил! При всем том, что камень накопителя необычайно прочный. Ты сам пытался его ковырять как-то. Помнишь?

- Может, туда переместимся? На месте попробуем разобраться, что случилось. – Внес предложение Максим. Опять же тот камень – накопитель. Вдруг в нем энергия сохранилась? Нам бы очень пригодился дополнительный запас энергии. Сам видишь, чего не коснись, все улучшать и строить надо.

- Думаю, пока не стоит. – Андрей внезапно стал выглядеть куда суровей, чем был еще за несколько минут до этого. Совсем не напоминал того весельчака парня, что позвал поделиться обнаруженной картинкой. – По крайней мере до того момента, пока новый контур перемещателя маной не заполним. Да и потом еще хорошенько осмотреться и крепко подумать следует. Видно же, что он не сам собой разрушился. А еще, ты не заметил, там, среди камней, кости валяются. Тот осколок целенаправленно захватили и разрушили. Как знать, может враги где-то там поблизости так и обитают. А еще вопросы вызывает, почему они никуда оттуда не переместились? Не развивали это умение? Не думаю.

Нагнал призрак жути. Гимназист даже на реку временами озираться начал. Не подбираются к ним враги ненароком. Враги не подбирались, а вот голову еще одного плезиозавра углядеть смог. Купаться еще раз в этой реке точно будет очень опрометчивым поступком. Плезиозавры – это ладно. Они больше на рыбе специализируются. Но ведь в одно время с ними на Земле обитали твари и позубастей. Те же ихтиозавры, лиоплевродоны и прочие тварюшки, встречаться с которыми, находясь в воде, Максиму совсем не хотелось. Особенно с лиоплевродоном. Там такая махина, что слонов запросто могла глотать на завтрак. Целиком. Хотя, какая, в сущности разница, съедят тебя целиком или сначала откусят ноги по пояс.

Ежедневная рыбная ловля в совокупности с работающим энергетическим насосом второго уровня и удачным расположением самого осколка принесла свои плоды. Дальновидение вообще в третий уровень улучшили. Андрей смог заглянуть за сотню верст вдаль, но ничего принципиально отличного от их условий так и не высмотрел. Как не высмотрел и существ потенциально способных расколоть на части крепчайший камень, из которого создавался накопитель.

Кстати, о накопителе. Дом, стоящий на округлой каменной плите - основании был, наконец, возведен под крышу. Теперь шло заполнение получившегося в результате накопителя огромной емкости энергией, и конца-края этому процессу видно не было. А Максим занялся перетаскиванием из своего мира мебели и прочих необходимых вещей, чтобы дом был домом не только по внешнему виду, но и по содержанию тоже.

Незаметно подошло время новогоднего бала.

Умылся и причесался с утра. Посмотрелся в мутный квадратик зеркала с пристрастием: не пора ли уже бриться начинать? Куцые несколько волосков, пытавшихся изображать усы, и такие же чахлые побеги на подбородке изо всех сил голосовали в пользу того, что сие кровавое мероприятие еще стоило бы отложить до поры. Вон, отчим, регулярно ходил с розоватыми полосками газеты на лице. Опасная бритва она такая… опасная. Андрей по этому поводу рассказывал, что вроде как, в Америке уже придумали, как сделать бритву безопасной, но когда та новинка еще до России дойдет….

А! Ну, его! Та же Наталья так и не отыскала способа незаметно встретиться после уроков, стоит ли здоровьем рисковать ради того, чтобы потоптаться друг напротив друга всего лишь пару – другую часов, если, может, больше никогда и встретиться не доведется. Как и в прошлые дни до этого, надел свою гимназическую форму, натянул сапоги, накинул шинель, подхватил узелок с обедом. Сегодня длинный день предстоит. Сначала торжественное построение у них. Директор торжественную речь, как всегда, закатит по случаю окончания первого полугодия, потом на другой конец города в женскую гимназию топать. Узелок с едой в промежутке может очень ему жизнь скрасить.

Первая половина дня не отметилась ничем особо примечательным. Разве что обратил внимание на одухотворенные лица Аркашки и еще нескольких парней, когда директор про величие государя императора и вообще всей Российской империи вещать начал. Ведь тот же Аркашка не притворяется нисколько, он, в самом деле, умереть по приказу отцов-командиров готов уже сегодня.

С Серегой Юмашевым и его дальним родственником Игорем встретился возле самой женской гимназии. Посчитали слишком рискованным делом, поодиночке заходить в этот оплот мужененавистниц, куда в обычные дни им путь был бы строжайше заказан. И, похоже, правильно рассудили. Стайки девчонок в белых фартуках с белыми же кружевными воротничками и манжетами просто таки роились возле входа, пожирая входящих парней жадными взглядами. Словно на слонов или обезьян смотрят, право слово! Того и гляди, охотиться начнут. Еще обратил внимание на строгих теток, буквально прожигающих взглядами как своих учениц, так и прибывших на танцы парней.

- Молодые люди, следуйте за мной! – Встретила их молодая учительница, едва они сдали в гардероб свою верхнюю одежду. Она отвела их к общей кучке парней, маявшихся в фойе перед створками плотно закрытых дверей монументального вида.

Полчаса еще, примерно, простояли. Но вот, из полутемного коридора, ведущего куда-то вглубь здания, показались первые красотки в бальных платьях. Они смущенно приостанавливались, не доходя до нестройной толпы кавалеров, стараясь в общей кутерьме разглядеть своего собственного.

- Девочки! Быстренько разобрались по парам! – Послышался трубный глас одной из надзирающих. – Быстренько не получилось, но через четверть часа все выстроились в колонну попарно. Максим окинул взглядом тянущуюся человечью змею. Пар под шесть десятков набирается.

- У вас что, в выпускном классе так много девчонок? – задал негромкий вопрос своей спутнице на сегодняшний вечер.

- Нет, что ты! Тут почти половина из младших классов, кого администрация гимназии премировала за успехи в учебе и примерное поведение. Кстати, если забыл, я сама, тоже не выпускница пока еще.

Тут распорядительница подала сигнал, двери распахнулись и оркестр, находившийся по ту сторону дверей, заиграл бравурный марш.

Как на взгляд Максима, танцы в этот вечер вполне удались. Бешено покружить по залу под звуки сменяющихся вальсов удалось не только со своей партнершей, но и с несколькими другими. Танцевать весь вечер с одной и той же, оказывается, вообще считалось дурным тоном. У дам были специальные таблички, куда они записывали претендентов на следующие танцы.

Похоже, такой порядок вещей пришелся Наталье не сильно по вкусу. В одну из пересменок, когда Максим отошел от очередной своей партнерши, она с самым решительным видом подошла к нему и негромким тоном проинструктировала:

- После следующего вальса выйди в фойе, скажешь, что хочешь в туалет. В коридоре по пути туда я тебя встречу. – Сердце кавалера сразу застучало веселее. Насилу дождался окончания вальса. Тем более, что и партнерша ему на этот танец досталась невыразительная. Молчала все время, похоже, отсчитывая про себя такты.

- Вам по этому коридору и направо. Там лампа будет зажжена керосиновая. – Проинструктировала его дежурившая в фойе учительница. – Если лампы нет, значит, клозет занят, тогда придется подождать немного.

До места с лампой не дошел. На полпути, из приоткрытой двери одного из кабинетов выметнулась высокая девичья фигурка и утащила его за руку в свое логово.

- Ну, что, господин гимназист! Вы теперь моя добыча! – Проговорила она деланно страшным голосом с придыханием, когда дверь за спиной Максима захлопнулась. В неярком свете очередной керосиновой лампы Максим рассмотрел лицо Натальи. Близко-близко. Замер от неожиданности. О такой ситуации он, конечно, сам часто мечтал, но оказавшись в ней в реальности изрядно растерялся.

Не дождавшись действий от робкого кавалера, дама решила взять ситуацию в свои руки. Она, прикрыв глаза, потянулась губами к лицу Артемьева. Что ему оставалось делать, получив столь явные знаки? Поцелуй сначала робкий, одними губами, постепенно превратился в что-то непотребное, волнующее, когда к нему в рот скользнул язык девушки.

Через несколько минут дама соизволила присесть на стоящий поблизости стол, ноги совершенно отказывались ее держать. Ну, а Максим дополнительно дал волю рукам. Это же так интересно, определять наощупь, что скрывает шелковая прохладная ткань платья под своими выпуклостями и складками.

- Осторожно! Только не порви! – Отрываясь от очередного поцелуя, тормозила Наталья исследовательский энтузиазм партнера, сама тем временем, наглаживая крепкую фигуру парня.

До серьезного все же не дошло. Наталья остановила. Да и сам Максим понимал, что тут, в этот час – не время и не место. Но под пышный подол он все же заглянул. И даже потрогал там. Наталья вдруг хихикнула:

- Все в точности, как Галка говорила.

- Что за Галка? Что она говорила? – А руки целенаправленно, преодолевая сопротивление, под последнюю атласно-кружевную тряпочку норовят залезть.

- Галина? Одна из одноклассниц. Прожженной оторвой у нас считается.

- Это как? – Не то, чтобы очень интересно про какую-то незнакомую Галку слушать, но отвлекает даму от обороны ее позиций.

- Она с мальчиком вроде как была уже. Только ее не застукали и из нашей гимназии не выгнали. Так вот, она сказала, что ты даже не обратишь внимание на те кружевные панталончики, которые я с таким трудом для этого вечера покупала.

- А что панталончики? Красивые. – Смутился Максим, который, в самом деле, по своей дремучести не обратил на них никакого внимания.

- Вот и я о том же. – Наташа с силой отвела его руки и, встав со стола, принялась приводить в порядок помятую одежду. – Времени уже много прошло. Как бы искать нас не отправились. После чего, выглянув в коридор, проинструктировала: - ты минуты через три-четыре выходи отсюда.

Запоминающийся вечер, однако, выдался. Артемьев успел еще потанцевать немного, пока все та же громогласная распорядительница не объявила, что время вышло, и пора закругляться.

- Я тебе через сестру твоего друга передам весточку! – Посулила проказница Наталья на прощание.

Глава 6

- Максим, второй контур Перемещателя заполнен энергией, окрестности того разрушенного осколка я тоже внимательно все пересмотрел. Нет там скрывающихся врагов. Там вообще, кроме стад копытных животных и небольшого количества хищников, никого нет. Твое решение? – Андрей, сообщая подробности о подготовке к экспедиции, одновременно всю ответственность за принятие решения переложил на своего молодого друга и начальника. Запрет у него… как же…, скорее похоже на очередной этап воспитательной работы. Но куда деваться:

- Перемещай нас вплотную к тем обломкам.

И буквально через несколько секунд услышал:

- Выполнено. Будешь из дома выходить, смотри под ноги, там обломки в траве практически возле самой нашей плиты начинаются.

Опасности, как и определил Андрей, никакой не наблюдалось. Даже живность в окрестностях не разгуливала. Осмотр места разрушения наводил на мысль, что каменная конструкция просто раскололась, упав с большой высоты. Вон, как вершину небольшого каменистого холма обломки облегают! А еще здесь были человеческие кости. Как узнал, что человеческие? Так по черепам. Скалились, выглядывая промеж стеблей травы. А еще те же самые стебли проросли через отверстия, пробитые в них. Отсюда следовали сразу два вывода: смерть этих людей произошла давно, раз трава успела прорости, а второй вывод – это точно было убийство. Звери такие аккуратные проломы в черепах не оставляют. Хотя хватало на костях и следов от зубов хищников, конечно.

- Максим, я тут посмотрел, обломок камня с торчащим из него столбиком не очень большой. Ты не мог бы под усилением попытаться затащить его в дом и положить на плиту возле нашего такого же столбика?

Попробовал исполнить просьбу. Глухо! Даже не шелохнулся тот обломок.

- А чего сам прямо на плиту рядом не переместишься? – Задал напрашивающийся вопрос. – Тоже ведь соприкасались бы. Правда, немного другой стороной, но ведь это не существенно.

- Так пробовал я навестись на нее для перемещения. У меня запрет стоит почему-то. Да и контур Перемещателя у нас всего один остался. Опасно, вдруг случится что.

- А зачем перемещаться, если можно просто перелететь. Это раньше у нас энергии не хватало, сейчас-то энергии гораздо больше получаем.

- А ведь точно! – Призрак хлопнул себя по нематериальной макушке, демонстрируя раскаяние от собственной непродуманности.

Дом, который вырастили вместе с увеличением площади плиты наши герои, приподнялся над землей, зависнув в воздухе на высоте нескольких аршин. Осторожно, словно пловец, заходящий в холодную воду, их летучий дом придвинулся и медленно опустился, касаясь краем торчащего из обломка каменного столбика.

- В обломках вообще отсутствуют даже следы энергии. – Доложился призрак и тут же поинтересовался: - я попробую подать в тот, что с пунктом управления немного своей энергии? Вдруг что получится.

- Действуй! – Разрешил Максим, сам во все глаза глядящий на процесс исследования. Что-то ему подсказывало, что вовсе не бесплодные у них попытки выйдут.

Результат превзошел все ожидания: над каменным столбиком принялся формироваться очень похожий на Андрея призрак. Только какой-то совсем разреженный, словно дымка. Даже не разобрать, мужчина то или женщина.

- Я сейчас! - Метнулся в сторону собрата призрак Максима. Приблизился, протянул руку.

Еле заметное марево в форме человека тоже протянуло конечность навстречу. Соприкоснулись. Андрей на мгновение поблек, но сразу же восстановился, а чужой призрак разом плотности набрал. Хм. Девица! То-то Андрей такой весь из себя жертвенный сделался. Наверное, куда раньше определился, кто перед ними. Только вид у девушки какой-то очень не современный. То, что закутана в одежды с макушки до самых пяток – это ладно. В конце концов, в данный момент, в мире Максима все люди от морозов стараются поплотнее укутаться. Но ведь она и лицо занавесила. Не понятно даже, молодая это или старуха.

- Я не старуха! – Почти взвизгнула спасенная.

- О, как! И по-русски разговаривает! – Восхитился Артемьев, пристально разглядывая призрака-девицу.

- Это я поделился с ней знанием нашего языка. – Покаялся призрачный ловелас.

- А мысли мои читать тоже ты научил?

- Я не умею мысли читать. – Это Андрей. И они уже вдвоем вопросительно уставились на незнакомку.

- Мысли я и сама читать умею. Погибший хозяин желал, чтобы я выполняла его приказы с полуслова. Энергии извела на эту бесполезную способность – просто ужас! – А голосок ничего, мелодичный такой.

- Хозяин погиб, значит. – Тоном змея-искусителя начал Андрей. – И сейчас ты, можно сказать, вовсе ничейная?

- Да. – Еле слышно вымолвила дама в чадре и замолчала.

- Андрей, - с полуслова понял, на что ему намекает его призрак, - а у нас есть возможность принять к нам в команду еще одного призрака?

- Если она поклянется в личной преданности.

- Пусть сначала расскажет, как докатилась до нежизни такой. – Условие Максим поставил не столько с целью что-то новое узнать, если примут даму в свои ряды, так и так узнают, сколько с целью обозначить, что не слишком-то она им и нужна. А то женщины… покажи такой, что что-то нужно от нее, так сразу командовать и требовать начинают. Этот урок он еще на примере своих сестренок отлично усвоил.

- Ну, мы с моим хозяином уже девятнадцать лет над этим миром летаем…. – начала свою историю спасенная.

Через два-три часа рассказов и расспросов Андрей с Максимом ошарашенно переглянулись. Поведанная им истина, точнее, то, что считала истиной призрак с погибшего осколка, сигнализировала, что они – почти смертники. Всего год, даже чуть меньше уже, им и остался до того момента, как они станут законной добычей для других таких же, как они, команд. Таких же, да не таких. Во-первых, заселение этого мира бог знает сколько тысячелетий идет. Где-то там, далеко за горизонтом имеются уже обустроенные империи, во главе которых встали пришедшие в этот мир много ранее (кстати, проблема личного бессмертия кое-где давно уже решена). Каждые десять лет в этот бескрайний мир идет заброс партий все новых соискателей. Причем заброс происходил концентрически: как круги на мишени, все дальше и дальше от центра, где были когда-то высажены первые пришедшие сюда. Сама Айну была из прошлого потока попаданцев. Ее хозяин сразу за развитие свое и своего осколка принялся. Сначала на животных охотился, благо в своем мире был непревзойденным в племени охотником, потом, когда спал десятилетний иммунитет на столкновения с другими, принялся на осколки охотиться. А чего? Риск, считай, такой же, а энергии с осколка можно получить намного больше, чем даже с крупных хищников. И магические приемы и заклинания с добычи скачивать не забывал. А потом еще и при помощи накопленной и захваченной энергии прокачивал. Тот же огненный шар у него мог цель за двести шагов поражать.

- А есть заклинания, которые на больших расстояниях смертоносны? – Задал тогда вопрос Максим, в голове у которого вроде как начал складываться план, каким образом остаться в живых при таком неравном столкновении.

- Там, дальше к центру цивилизаций наверняка есть еще и не такое, но вообще, мой хозяин очень гордился этой способностью.

- А с немагическим оружием как дела обстоят здесь?

- Пф. Мечи, луки, стрелы, копья. У некоторых устройства наподобие луков, но из которых можно стрелять стрелами или камнями на вдвое большие, чем из лука, расстояния.

- А на сколько это, намного больше?

- Те же двести шагов. Только, если огненный шар точно в цель можно направить, то стрела летит только примерно в том направлении.

- Нам нужно хорошее огнестрельное оружие! – Сделал свой вывод из услышанного рассказа и Андрей. – А еще нужна своя команда. В одиночку много не навоюешь.

- Даже если бы у нас было много денег, вряд ли мне пулемет кто-то продаст. – Закручинился Артемьев. – В оружейной лавке у нас, даже винтовки – только берданки. А если пятизарядную покупать, так только под заказ.

- Покупать? Тебя через год убивать будут с особой жестокостью, а ты покупать…. Прокачаем еще дополнительно Путь, и будешь ты все нам для выживания необходимое забирать бесплатно.

- Я не вор!

- Тогда мы просто умрем. Времени слишком много уже бездарно потеряли. Простым накоплением энергии развиться точно не успеем. Вон, хозяин Айну времени совсем почти не терял, а и то его смогли победить.

- Я…, я подумаю. – Сдался парень.

- А со мной вы как намерены поступить? – Задала самый животрепещущий для нее вопрос девушка – призрак.

- Согласна дать клятву преданности?

- Да! – Ответ прозвучал абсолютно твердо.

- И тебя не пугает то, что мы почти наверняка через год погибнем?

- Для той, кто готовилась раствориться в вечности в ближайшие дни, год – огромный срок.

- Тогда клянись. Андрей, проследи за правильностью формулировок.

После принятия клятвы в полный рост встал вопрос, что им делать дальше? Один вариант – прыгать обратно на остров. Кстати, уточнили, почему Айну с предыдущим хозяином прыжком не воспользовались. А просто отключается такая функция, ка только в прямой видимости враг оказывается. И хозяин осколка в свой мир не может уйти тоже. Единственный вариант: если враг слишком силен – попытаться удрать. Полет в случае опасности не блокировался.

Вариант с прыжком на остров подкупал временной безопасностью. Но зато был ущербным по части накопления энергии. Рыба мало ее давала по сравнению с крупной дичью, а дичь, как тоже поделилась их новая подчиненная, легко попадается в ловчие ямы, откуда ее хозяин доставал, предварительно усыпив. И да, те заклинания, которые использовал бывший хозяин, Айну тоже знала и могла им обучить Максима.

Заклинаний оказалось не слишком много. Тот самый Огненный шар, в базовом варианте небольшой огонек размером с майского жука, летящий шагов на десять, был скорее даже не боевым, а бытовым заклинанием, позволявшим запалить костер в лесу без всякого огнива. Еще была Воздушная стрела, как сказала их новоявленная подруга, заклинание неплохое, но от повышения уровней почти не прогрессирующее. Очень полезное всякому охотнику в жарком климате заклинание Стазис, позволявшее продукты от порчи сохранять. Ну, и конечно, Сон, так необходимый на этом этапе охотнику, ибо в конечном итоге, на остров возвращаться не стали. Решили попытать охотничьего счастья в охоте на животных, пасшихся в здешней степи. Потом. Завтра. Когда Максим принесет из дома штыковую лопату и иголку с нитками. Иголка нужна была, чтобы сшить из распоротых мучных мешков что-то вроде накидки, чтобы закрывать сверху выкопанные лопатой ловчие ямы.

Дома все было по-прежнему. Дашка с Ксюшкой играли бантиком, привязанным к тонкой бечевке, с котенком и лениво спорили, кто лучше, Машка или Зойка. Этими девчачьими именами звали коз, которых мать выделила им для кормления, дойки и ухода. Молока козы давали примерно одинаково, и спор в основном велся на тему, чья коза более ласковая или наоборот, бодучая. Девчонки было попытались и брата в свой спор вовлечь, но тот от участия отказался. У него и без коз мыслей в голове полно теснилось. В ту же оружейную лавку необходимо, во что бы то ни стало, заглянуть. Раньше-то он исключительно то, что ему по деньгам смотрел, а тут в целом предстояло оценить, что тащить в другой мир в первую очередь.

По пути на рекогносцировку в лавку, намеченную для кражи на предстоящую ночь, внезапно практически на встречных курсах столкнулся с Игнатом Бурениным. Тот, как и сам Артемьев, засмотрелся на трех теток, что на углу Гужевой и Старолуцевского переулка отношения выясняли. Теткам то что, поорали и разошлись, а у Максима теперь на лбу шишка будет. И это он, по сравнению с Игнатом еще легко отделался. Тот вообще, на какой-то сук при падении бедром напоролся. Крови не много было, но штаны порвал так, что и идти по улице с прорехой в таком месте неприлично стало.

- Прости, - произнес Максим и руку протянул, чтобы помочь подняться бывшему однокласснику. Ну, после того, разумеется, как слезы, брызнувшие от столкновения из глаз, вытер и несколько крепких словечек выпалил.

- … (Крепкие словечки всегда тихий и спокойный паренек знал, как выяснилось, ничуть не хуже самого Артемьева). Последние мои штаны! А еще меня хозяин прибьет за опоздание в его лавку.

- По штанам есть идея. – Максим чувствовал себя виноватым в неприятностях изгнанного из гимназии парня. – Вон, как раз, ателье на углу, где те торговки ругаются. Пойдем, попросим починить твои штаны. Если что, я заплачу.

Буренину деваться некуда было. В лавке тоже дефилировать в драных портках не будешь. Пока ожидали окончания ремонта (два рубля, кстати, за срочную починку взяли, христопродавцы), разговорились.

- Подгадил мне сильно дядя с той статьей. – Сверкая голыми ляжками, бесхитростно поведал Игнат про свои злоключения. Так бы меня, может, помощником делопроизводителя взяли к участковому приставу или даже, помощником к адвокату Баженову. Подвязки, от отца оставшиеся, у меня были. Пусть не закончил гимназию, но ведь там меньше года до выпускных экзаменов и оставалось. Взяли бы. А тут такая шумиха! Сам понимаешь, никому не нужен подчиненный, из-за которого вдруг твое грязное белье газетчики на всеобщее обозрение вытащить могут. С трудом вон пока в лавку к Тимофею Саввичу устроился. Не бог весть, какие гроши, но боюсь, после сегодняшнего и он выгонит. Он же меня всего лишь на обед на полчаса отпускал. Да еще с напутствием, чтобы побыстрее оборачивался. Важная встреча у него какая-то намечена.

В течение часа штаны были отремонтированы, и парни в сторону лавки сердитого Тимофея Саввича поспешили. Макс вызвался свидетелем побыть, что несчастный случай по дороге с новеньким приказчиком произошел, а не сам он злостное нерадение проявил. Только свидетельствовать некому оказалось. На двери лавки замок висел, а досужий разносчик из заведения по соседству и вовсе поверг Игната в глубокое уныние.

- Ругался очень купец, когда свою лавку на замок закрывал. Ему даже мадам, что по улице проходила, замечание сделала, чтобы не чертыхался.

- Ну, все пропал я! Выгонит меня хозяин и пристроиться некуда будет. Хоть в петлю!

И тут в голову Максима великолепная мысль пришла, как он сам на тот момент решил.

- Ты погоди убиваться. Может еще и не выгонит. А коль такое вдруг случится, приходи к гимназии к окончанию завтрашних уроков. Возможно, смогу тебе с твоим горем помочь.

Дальше уже пришлось наскоро с Бурениным прощаться. Зима, светлый день короток, многие лавки, и оружейная тому не исключение, рано закрывались. Успел. Краем глаза, пока на стенды и рекламные картинки глазел, смог высмотреть, откуда приказчик вынес важному такому из себя заказчику изукрашенное ружьецо с золотой и серебряной насечкой. Неприметная совсем дверка. Только все дело в том, что, похоже, дверка та вела на жилую часть дома. Проблема, однако, если основная масса огнестрельных товаров именно там хранится.

Чтобы внимания не привлекать, пришлось еще патронами к пистолету закупаться. Ну, дополнительно еще Максим вопрос задал, касательно современного стрелкового оружия. Приказчик расцвел весь и снова за ту дверку ринулся. Вынес на поглядеть пятизарядный крупнокалиберный Маузер с телескопическим прицелом. Вообще-то это был индивидуальный заказ, но показать любителю стреляющих игрушек, чтобы аппетит у того возбудить…. Отчего нет? Возбудил. Хотя не столько аппетит, сколько жадность. Винтовка двести пятьдесят рубликов стоила. И это еще без дорогущих патронов, которые, разумеется, надо было покупать отдельно. Нет! Определенно, жилую часть, где здешний купец с семейством проживает, тоже посетить придется. Тем более, вечереет уже, лавка вот-вот закроется, а ценитель, заказавший эту прелесть, за своим заказом в этот вечер так и не спешил приходить.

Глава 7

Темна украинская ночь, но сало все же лучше перепрятать! – Именно такую шутку припомнил Максим, когда оказался в абсолютной темноте все той же оружейной лавки. Что-то этот момент они с Андреем продумали недостаточно. Точнее, пользоваться керосинкой, прихваченной с собой, в самой лавке, вполне возможно. На ночь окна торгового зала закрывались тяжелыми ставнями, с улицы свет лампы точно не рассмотреть будет, но вот лезть с ней на жилую половину, где купец со своим семейством обитает… как-то боязно. Купец все же не ватрушки продает, пистолет у него наверняка имеется. Пальнет по источнику света – и все! Даже и года ждать не придется, чтобы с жизнью расстаться. И ведь вполне в своем праве будет: вор, забравшийся ночью в дом или лавку – законная цель. Ему даже исправник руку пожмет в благодарность.

Первым делом принялся отправлять в другой мир все, что на виду, позади прилавка выложено было. Коробки с патронами, различный порох в бочонках, свинец с пыжами, охотничье снаряжение, рыбацкие снасти. Ружья в этой лавке в специальных стойках содержались, внутри массивных дубовых шкафов, запертых на ночь на небольшие навесные замки. Замки срывать не стал: нужный инструмент с собой не прихватил, да и нашумит, разбудит купца. Решил попробовать отправить замки все по тому же адресу. Как есть, закрытыми. Получилось! Ружья из распахнутых настежь шкафов махом улетели. Да и немного их и было: три шкафа, в каждом по восемь ружей и четвертый – с однозарядными берданками под пулевые патроны с дымным порохом. Еще пистолеты и револьверы. Прямо, как есть, в деревянных ящичках. В конце разграбления содержимого лавки, отправил все по тому же адресу пару небольших железных несгораемых шкафов и четыре ружья, прикрученных на рекламных стендах. Вот со стендом нашумел: крепеж, на который было подвешено дорогое английское ружье с воронением, художественной гравировкой и золотой насечкой, по непонятной причине вдруг сорвался и с немалым грохотом на пол упал.

Максим как раз размышлял, стоит ли на жилую половину соваться, вдруг своим шумом он купца разбудил, как купец сам в лавку пожаловал. Счастье еще, что дверь, ведущая туда, была на засов закрыта, пока купец им лязгал, открывал, Артемьев свою лампу задул и к стене сбоку от входа переместился.

Купец только руку с горящей лампой в дверной проем сунул, а уж Максим ее коснулся. Сон, не прокачанное заклинание, которому ему его новая девушка-призрак обучила, для срабатывания хотя бы кратковременного контакта с кожей жертвы требовал. Единственное, что он твердо на ее уверения обнадежился, что даже не прокачанное заклинание усыпляет мгновенно.

Собственно, в точности так и оказалось. Купец, как стоял, так на пол и опал всей немалой тушей. Глухое «Бум!» в ночной тишине далеко разнеслось. Но больше на шум никто не примчался. А у Максима в руках уже две керосинки оказались. Вторую он из рук на месте уснувшего толстяка успел подхватить. И первую, погашенную, почти сразу же отправил в свой новый дом. Пригодится.

Еще несколько минут к обстановке в доме прислушивался, но все тихо было. Тогда решил в наглую с керосинкой в руках на ту половину идти. Пусть домашние думают, если не спят, а прислушиваются, что это их глава семейства по дому расхаживает.

К счастью, далеко удаляться на жилую часть дома не пришлось. Шкафы с наиболее ценным товаром прямо тут же, в широком коридоре, возле входной двери в лавку высились. И даже на замки не закрытые! Ну, тут же внутренняя территория. Хотя, все равно странно! Дорогой товар, Максим в этом еще вечером убедился, когда поинтересовался ценой того заказного Маузера с телескопическим прицелом. Слуги вполне могли и позариться.

Теперь не позарятся. Один за другим ценные экземпляры отправились в тот мир, а следом и сами шкафы туда же отправились. У Максима еще дом как следует, не обставлен, а тут шкафы с резными дверками, да с готовыми крепежами для содержания его, уже его, оружия. Напоследок решил довести до логического конца правильную, внезапно пришедшую в голову мысль. Пошел и отправил те шкафы из-под оружия, в которых хранились до недавнего момента все ружья и пистолеты. А напоследок скомандовал Андрею, чтобы и его к себе вытягивал.

В том мире уже рассвет разгорался. С расстановкой по местам всего добытого еще часа три потратил. И это при поддержке Андрея, который мгновенно перенес шкафы по указанным ему местам в разных комнатах. Максим так рассудил: в здешнем мире опасность может внезапно нагрянуть. Лучше будет, если всюду под рукой заряженное оружие будет. Но дорогие экземпляры он все же в комнату, которую под свой кабинет приспособил, перенес. Три часа ушли на то, чтобы он налюбовался ими как следует. Все же боевое современное оружие, да еще, преимущественно, в индивидуальном, да в подарочном исполнении. В двух же несгораемых шкафах оказались документация по магазину, немного денег и ящичек из какого-то ароматного розоватого дерева. А в нем пистолет золоченый, пара обойм и принадлежности к пистолету. Красиво. Только Артемьева гораздо больше в тот момент винтовки интересовали, ради обладания которыми он и пошел на это преступление.

Четыре маузера. Винтовки, а не пистолеты какие-нибудь. Хотя, парочка громоздких пистолетов этой же марки в его добыче тоже присутствовала, но не о них речь. Помимо уже знакомой Максиму винтовки ручной выделки конструктивно Маузер 98, но под патрон калибром 9,3 мм, выполненной под заказ вместе с несколькими пачками индивидуальных патронов, присутствовали еще и три обычные Маузер 98, калибром 7,92 мм, практически без всяких изменений, только с прикладами, украшенными побогаче. А еще среди добычи были две американские винтовки Винчестер М1905. Как явствовало из приложенной к документам на них рекламки, это были первые в мире коммерческие самозарядные винтовки, что бы это не означало. Ну, что за самозарядные винтовки и чем они отличаются от обычных, Максим собирался выяснить несколько позднее, тем более, что патронов к американкам ему досталось изрядно.

К сожалению, остальное оружие из «особых» шкафов оказалось дорого украшенной охотничьей дребеденью. Да-да! Теперь он именно так воспринимал эти ружья, которых у него образовался изрядный переизбыток. Хотя, был там и особо примечательный экземпляр двустволки, в каналы стволов которой свободно проходил палец. Максим уже заранее жалел храбреца, который бы отважился стрелять из такого монстра. Если не перелом ключицы, то уж синяк во все плечо был бы такому храбрецу гарантирован.

Однако, стоп! Так оружием любоваться можно еще долго, а утром ведь в гимназию идти надо. Попросил своего призрака вернуть его домой. Правда, перед этим пришлось еще поруководить немного, чтобы Путь на один уровень поднять, а то даже неодушевленные предметы кое-как, с натугой, по словам Андрея, получилось перенести.

Тихо. Все домашние спят, не ведая печалей. Прилег тоже, думал, не уснет, все же волнение в эту ночь изрядное присутствовало. Но, едва коснулся головой подушки, как отключился будто. Проснулся утром от того, что сестренки сухой травинкой затеяли ему в носу щекотать. Вставать, однако, пора уже. В глазах словно песка насыпали, озноб по всему телу, несмотря на топящуюся спозаранку печь, спать охота. Но пора.

Выпил кружку молока утренней дойки с большущим куском белого ноздреватого хлеба, намазанного медом, и гимназический китель принялся натягивать. За годы учебы и повседневной носки ученической формы словно сжился с ней. Как вторая кожа уже ощущается. Сапоги, шинель, фуражка с опущенными на уши клапанами. Образцовый гимназист!

С утра в их учебном заведении было шумно. Одноклассники, размахивая свернутыми в трубочки газетками, громко обсуждали что-то. Прислушался. Даже не поверил сразу. Столыпин Петр Аркадьевич, молодой и очень деятельный премьер-министр их империи был убит прошлым вечером при выходе из своего дома. С проезжающей мимо пролетки неизвестные террористы бомбу прямо под ноги кинули. Андрей, когда беседовали с ним об обстановке в стране как-то, рассказал, что и в их мире Столыпин тоже был убит. Все же не так уж и отличаются истории их миров. Значит, и первая мировая война, наверняка будет. Если, как у Андрея все случится, то до нее всего два года осталось. Хотя, сомнения что-то гложут, что будет точно так же. Андрей из истории точно помнил, что в первую мировую у них сражались Англия, Франция и Россия против Германии, Австро-Венгрии и Турции. Были там и еще какие-то участники, но названия стран он не запомнил. Сказал только, что под конец еще Америка присоединилась к Антанте, чтобы свою долю барышей урвать. Тут же, плохо складывались, как раз, отношения России с британцами. Вон, даже кто-то из одноклассников произнес извечное: «Англичанка гадит». Вроде уже в могиле давно великая королева Великобритании по имени которой названа целая эпоха, а все равно… гадит. Зато императоры Николай второй и германский Вильгельм с тем же порядковым номером именуют друг друга кузенами и регулярно ездят друг к другу в гости…. Хотя на самом деле их родство, кажется, более дальнее: что-то вроде троюродного дяди с племянником.

Все эти мысли в голове пролетели, пока пришедший в их класс учитель физики взбудораженных учеников окриками пытался по своим местам рассадить. В принципе, удалось, но в этот момент в класс вошел сам господин директор и объявил, что в связи с объявленным государственным трауром занятия в их гимназии на сегодня отменяются.

- Ты сейчас куда? – Остановил его, уже собирающегося выйти из класса, Серега Юмашев. - В женской гимназии, наверняка, занятия тоже отменили. Айда к ним, может во всеобщей сегодняшней сутолоке и неразберихе, контроль за девчонками будет не очень строгим. Мы могли бы у нас дома все вместе отлично провести время. Пойдем, думаю, Наталья будет рада тебя видеть.

А собственно, отчего бы и не пойти? Дел то на сегодня никаких не запланировано, сегодня у них уроки до самого вечера должны были продолжаться.

Болтая по дороге, дошли до возвышавшейся среди низкорослых частных домов трехэтажного кирпичного здания женской гимназии с территорией, огороженной высоченным забором. Внутрь их, разумеется, не пустили, но девчонки в обе стороны мимо вахтерши так и шныряли, и родственников на входе многовато толпилось, так что двое гимназистов в этой толчее даже не очень-то и выделялись. Очень похоже, что произошедшим трагическим событием многие гимназистки (точнее их, почему-то называли не гимназистками, а курсистками) и их родные воспользовались как еще одним незапланированным выходным – для свидания в домашних условиях.

- Ой! И Глафира тоже здесь! – Чуть испуганно выдал Серега, хоронясь за фигурой товарища.

- Глафира?

- Наша домоправительница. Она Тоньку всегда из гимназии забирает на выходные.

Ага, именно в этот момент на выходе в окружении грустных мордашек Натальи и Евдокии, второй подруги серегиной сестры в их компании, кавалером которой и считался на балу Юмашев, показалась на входе Серегина сестрица. В отличие от подруг, она была одета в полный комплект зимней одежды.

- Есть идея! – Моментально среагировал Артемьев. – Что если ваша Глафира попросит на сегодняшний день вместе с твоей сестрой и обеих ее подруг к ней в гости забрать. Наверняка, администрация не очень-то и противиться будет. Сегодня не забранные воспитанницы будут им сплошной докукой.

- А ведь точно! – И Юмашев поспешил к своей сестре, пока та до Глафиры еще не дошла. – Принялся что-то втолковывать, искоса поглядывая то на заметно оживившихся с его появлением девчонок, то в сторону Глафиры, увлеченной разговором с каким-то важным из себя господином.

Недолго втолковывал, до Антонины почти сходу его идея дошла. Она кивнула, оглянулась на подруг и с самым решительным видом зашагала к своей сопровождающей.

О чем беседовали между собой представительницы семейства Юмашевых Максим не слышал. Он от греха подальше решил близко не подходить, а то еще Глафира сообразит, какую цель преследуют гимназисты, и откажется брать на себя ответственность за сохранность девичьей чести подруг ее подопечной. Юмашев, кстати, рассудил, похоже, точно также и тоже отошел в сторону.

Ну, если женщине что-то втемяшится в голову, она и святого уговорит пойти на нарушение. Пары минут не прошло, Юмашевская домоправительница в сопровождении своей подопечной направилась в сторону чопорной представительницы администрации, которая пропускала курсисток к пришедшим за ними родным. Переговорила. Та с некоторой долей сомнений оглянулась в сторону еще не ушедших подруг, задав им вопрос.

Подруги прямо на глазах расцвели улыбками и энергично закивали головами. Потом, очевидно, в ответ на поступившее в их адрес разрешение кинулись на Серегину сестрицу с объятьями, и в заключение все трое чинно выслушали нотацию на неприличное поведение со стороны дамы, разрешившей им гости к их подруге. Выслушали и вприпрыжку умчались одеваться в зимнюю одежду. Не в платьях же с кофтами по зимнему морозцу идти, хоть они и шерстяные.

Серега отошел к Максиму и самым заговорщическим тоном предложил идти к ним домой от девичьей стайки отдельно.

- Точно! – Подхватил Артемьев, - надо же еще каких-нибудь вкусняшек прикупить в кондитерской. Девчонки же известные сластены.

Вроде и шли неторопливо, и в кондитерской с выбором пироженых изрядно времени потратили, а все равно в особняк к Юмашевым пришли первыми, опередив девиц с их сопровождающей.

Пока сидели в комнате Сергея, обсуждая «серьезные мужские вопросы», в дом и их ненаглядные вошли. Сразу общаться не полезли. Девчонки. Им еще, наверняка, привести себя в порядок потребуется, словно не пешую двадцатиминутную прогулку по городу совершили, а как минимум, недельный выход куда-нибудь в горы или в тайгу.

Получаса не прошло, в комнату Юмашева постучали. Антонина. Сходу начала укорять кавалеров, что пропали куда-то, а, между тем, дамам скучно. «Пришлось» идти. Как только удержались и вперед "дамы" в ее покои не побежали, где ее подруги ожидали. Ворвались в малую гостиную, что занятые Антониной комнаты предваряла, всучили Евдокии кулек с выпечкой из кондитерской и на свободные места расселись с видом, словно всегда здесь и посажены были.

Первые минут пятнадцать - двадцать сидели всей кучей чинно, важно общались, отвечая на вопросы друг друга, рассказывали случаи из жизни их гимназий. За это время Глафира раза три с какими-то пустяками заглядывала. Ощущала, очевидно, собственную ответственность. К тому же старшее поколение семейства Юмашевых только вечером домой должно было возвратиться, она в доме за старшую была оставлена. Убедившись, что молодежь сидит на приличном расстоянии друг от друга и никакими безрассудствами не занимается, столь плотный пригляд отставила. Тем более, у нее и без присмотра за нравственностью девиц собственных дел было предостаточно.

В какой-то момент, поняв, что от кавалеров толку мало, Наталья не выдержала:

- Максим, пойдем со мной, мы в прошлый раз с тобой не успели один вопрос обсудить. – И потянула его за руку прямиком в спальню своей подруги.

У парня сердце в груди забилось, как сумасшедшее, когда рассмотрел, куда его привели, но следом за ними в помещение вошла и Серегина сестрица.

- Понимаешь, мы с Тоней решили после наших курсов в университет на медицинский факультет поступать. – Пояснила внезапную двусмысленную ситуацию хитрая девица. – Сейчас по анатомическому атласу учим, где какие мышцы расположены. Только по картинкам это одно, а вживую совсем другое. А на себе учить тоже, не очень-то и получается, у девиц мышцы развиты не так отчетливо, под кожей их и не видно почти совсем.

- Это вы что, предлагаете мне раздеться, что ли? – Криво улыбаясь, поинтересовался несколько сконфуженный парень.

- Только торс сначала. – Это Тоня Юмашева свои коррективы внесла.

- А ну, как твой брат войдет. – Попробовал воззвать к разуму Максим. – Он же в такой ситуации бог весть что подумает. Еще драться затеет.

- Во-первых, брату и без нас будет, чем заняться. Дуня его никуда от себя не отпустит. Во-вторых, нас же здесь трое.

Сказал бы Максим, что трое вовсе не помеха для некоторых дел, да побоялся, что Наталья обидится. Пришлось с себя китель и нательную рубаху снимать, да на кровать укладываться, как девчонки приказали. А они, довольные, рядом уселись, держа свой здоровенный атлас наперевес и сравнивая изображенное там с реальным телом.

- Вот, смотри, Тоня, мускулюс пекторалис майор крепится здесь к большому бугорку плечевой кости. – Комментировала информацию в атласе Наталья, тыкая в его плечо холодным пальчиком. При этом щечки у нее раскраснелись, словно мороза, и была она чудо, как хороша.

Максим набрался нахальства и поймал ладошку заучки своей рукой в тот момент, когда она своим пальцем вела по контуру изучаемой в этот момент большой грудной мышцы. Прижал к своему телу.

- А еще у меня очень сильно бьется сердце. – Правду ведь сказал, сердце билось минимум вдвое чаще и сильнее, чем обычно.

Тут уже не только щечки у девушки раскраснелись, но и на все лицо краска расползлась. Долго не дали ему позаигрывать, дальше за учебу принялись. Максим за десяток минут целую кучу новых для себя названий узнал. Зубчатые мышцы, трапеция, дельтовидные мышцы…. А потом, сильно смущаясь, его попросили в дополнение к кителю еще и брюки снять.

Так и лежал Артемьев в четыре ладошки оглаживаемый…, да-да, Тоня, глядя на подругу, расхрабрилась и тоже в омут учебы с головой кинулась.

- Ой! – Вдруг услышал Максим и посмотрел на Тоню. Он в последние несколько минут вообще, наслаждаясь прикосновениями девушек, с закрытыми глазами лежал. Тоня с сомнением смотрела на холм, заметно приподнимающий его закатанные выше колена кальсоны.

Наталья отвлеклась от учебы, взглянула на подругу, потом перевела взор в том направлении, куда та неотрывно смотрела.

- Так, лежите больной, руки по швам! – Скомандовала она, берясь руками за завязки. – И чтобы ни словечка потом о том, что тут было, иначе мы и не подруги вовсе. Тоня, открывай страницы, где там про мужской половой орган написано….

Домой Максим возвращался под вечер, хрустя снегом. Услугами мгновенной доставки пользоваться не стал. Захотелось проветриться. Только вы не подумайте ничего такого. Не было ничего. Девушки, действительно, битый час анатомию учили, пока их служанка из-за дверей за стол не пригласила. Но приключение все равно, из разряда тех, что на всю жизнь запоминаются. Интересно, а как у Сереги с его Дуняшей сложилось, пока они вдвоем в комнате оставались? Тоже анатомию учили?

Глава 8

Шел этак Максим себе домой шел, в небе звезды сверкали, под ногами снежок тихонько похрустывал, о дамах мечтал, не без этого, как вдруг, откуда не возьмись, на него темная фигура практически возле самых ворот родного дома кинулась.

- Максим, Артемьев! Я уже закоченел совсем тебя ждать. - Сердце так в пятки и рухнуло.

А это всего-то и оказался Игнат Буренин, бывший одноклассник. Позабыл совсем, что встречу после окончания уроков в гимназии ему сегодня назначал. Ну, кто ж знал, что террорист самого Столыпина подорвет, и по этому поводу занятия в гимназии отменят.

- Что, не простил тебя купец? – Поинтересовался, уже зная ответ. Иначе бы Игнат просто не стал бы его тут ожидать, морозиться.

- Матерными словами ругал. Никаких оправданий моих слушать не пожелал. – Пожаловался Игнат. – Прям ума не приложу, что же мне теперь делать. Дома мать с двумя сестренками. Накопления, от отца оставшиеся, она почти все в мою учебу вложила, думала, кормильца растит, а тут такое…. Не смогу к ней на глаза показаться….

- А скажи мне, Игнат, как ты относишься к охоте на всякую крупную дичь?

- Хм. – Опешил Буренин от заданного вопроса. – Да никак практически. Один раз дядя, когда в столице у него гостил, с собой на уток брал. Только утки взлетали где угодно, только не в том месте, где меня поставили. Из всей добычи – пара пустых бутылок из-под вина, что охотники по случаю удачной охоты выпили. С тридцати шагов.

- Не густо. – Усмехнулся Артемьев. – А, если бы тебе вдруг предложили, избрать это занятие своей профессией с оплатой скажем… тридцать рублей в месяц, ты бы согласился?

- Я сегодня после того, как пинок от Морозова получил, так еще и не на такое согласен.

Максим взял одноклассника за руку.

- Андрей, переноси нас.

- Уф! Ну и тяжелые же вы! – Призрак, возникший перед ними, демонстративно вытирал призрачный же пот со лба. – Пожалуй, надо Путь еще хотя бы на одну ступень поднимать, а то, не ровен час, застрянете на полпути.

Настал черед Игната пугаться. Пятиться принялся прочь от призрака.

- Игнат, да не бойся ты его. Андрей совершено безопасный.

- Да! Не стоит нас бояться! – Это уже Айну решила над излишне пугливым новичком подшутить, возникла прямо за его спиной и этак с придыханием в самое ушко мурлыкнула.

А у Игната, и в самом деле, весь страх перегорел будто. Встал, ноги вместе, руки по швам, поднял голову прямо:

- Прошу прощения. Нервы сегодня с самого утра ни к черту.

- О! Наш человек! – Объявил Андрей, а Айну негромко несколько раз хлопнула в ладоши.

Потом они просто вышли из дома на простор, и Максим махнул в сторону медленно передвигающихся на удалении стад рукой.

- Смотри! Вот этих громадин будем ловить в ямы. – И чуточку помолчав, - ну и просто охотиться тоже иногда будем. Чтобы тебе зарплату платить, нам мясо нужно будет для продажи.

Дальше время было занято выбором оружия для охоты и просто трепом о мире и опасностях в нем присутствующих.

Следующие несколько недель были заняты притиркой Игната к миру и охотников друг к другу. Ну, и на базаре по очереди обоим постоять пришлось. Мясо зимой – не рыба в осеннее межсезонье, его много. Перекупщики покупают, конечно, но цену настоящую не дают. Приходится самим продавать. Правда, у Максима за это время завелись свои постоянные покупатели. Говорят, мясо, купленное у него, сил прибавляет. Так это или нет, пока не ясно, но продажи потихоньку росли.

А в мире, между тем, становилось как-то неспокойно. Россия устами своего министра внутренних дел Макарова Александра Александровича обвинила Британию в убийстве премьер министра Столыпина руками английских наемников. Английский посол отбыл для консультаций, фактически бежал из страны, так как под его окнами с очень недружелюбными намерениями постоянно начал толпиться народ.

К марту сделала свой окончательный выбор Австро-Венгрия. Сердечное Согласие, сиречь Антанта, пополнилось еще одним членом. Если бы не зима с ее засыпанными снегом дорогами и скованными льдом водными пространствами, война, скорее всего, уже бы началась, а так… воинственные заявления то с одной, то с другой стороны, несколько неудавшихся терактов в Санкт-Петербурге и один вполне себе удавшийся против сэра Даниэля, видного чиновника из Форин офиса. Хотя ответственность за покушение взяли на себя ирландцы, в газетах вовсю расследовали русский след.

А в Бескрайнем мире зеленело вечное лето. Ловушки полностью себя оправдали. Правда, копать ямы под размер добычи приходилось долго. На руках у обоих парней от черенков лопат наросли приличные сухие мозоли. Зато и энергии усыпленные «бизоны», как их предложил называть Игнат, дали столько, что в экстренном порядке дом пришлось увеличивать. Иначе часть полученной в результате ритуала энергии просто терялась.

Дом обзавелся сначала одной башенкой, потом второй для симметрии, а потом и вовсе начал преобразовываться в замок. Благо далеко не весь камень приходилось синтезировать, осколки бывшего летучего острова Айну тоже пошли в дело. Кстати, портал управления этого острова тоже пристроили с пользой. Теперь за добычей, особенно той, что на мясо, не требовалось гонять большой замок, а всего лишь маленькую «шлюпку» под управлением все той же Айну. А просто, на переброску на Землю мяса, если портал с живущим в нем призраком находился поблизости, энергии тратилось в разы меньше, чем если проделывать ту же процедуру издалека.

А еще Максим смог на экскурсию еще в один мир сходить. Разумеется, в тот, откуда родом был прежний хозяин Айну. Только ничего особо хорошего там не высмотрел. Маленький городок, окруженный стеной, посреди почти пустынной местности. Несколько двухколесных телег с запряженными в них быками, что застыли перед городскими воротами со снующими в них стражниками. Все мелкие какие-то…, как дети, право слово. А когда Максима, стоящего поодаль от досматриваемого каравана все-таки заметили, и в его сторону отправился один из стражников с копьем наперевес, он окончательно разочаровался в прогулке:

- Айну, переноси меня обратно.

Интересно, того стражника, рассказывающего об исчезновении непонятного великана, объявят вруном или сумасшедшим? Или поверят и внесут еще пару строчек в свою религию…. Впрочем, нет! Не интересно совсем! Дикари в диком, жестоком мире. Пусть там и остаются, а у Максима и своих дел полно.

Когда внезапно во всем замке колокольчики зазвенели, Артемьев, как раз заканчивал очередной ритуал поглощения энергии. Не сразу понял даже, что означает этот хрустальный перезвон. Все сомнения разрешила Айну, возникшая возле парня.

- На горизонте летающий остров показался. К нам приближается.

- Ты же говорила, что до конца года нам ничего не грозит?

- Я говорила, что до конца первых десяти лет пребывания здесь, нельзя издалека отследить вашу энергию. Про то, что нельзя издалека замок рассмотреть, я не говорила. – Отбоярилась призрак. Кто ж знал, что вы вместо того, чтобы по кустам, да оврагам ныкаться, практически на ровном месте, открытом со всех сторон, остановитесь.

- Черт! Еще Буренина, как назло на базар с мясом отправил…. – Максим рванул в комнату, которую избрал своим кабинетом. Там у него в шкафу лежали все его винтовки. – Андрей, ты уже закончил с ритуалом? Если закончил, переноси все эти винтовки и патроны к ним на Южную башенку.

- Прости, пока ты под атакой, мое участие в битве строго запрещено. – Андрей стоял покаянно, опустив голову.

Пришлось, пока враги не приблизились, бегом по крутой винтовой лестнице тащить свою стреляющую машинерию самому. Всего две винтовки и взял. Крупнокалиберный Маузер и ту американскую поделку, которую первой коммерческой самозарядкой в рекламке отрекомендовали. Времени у Максима за эти недели полно было, проверил. Не врала реклама. Еще захватил с собой патронов к обеим винтовкам, сколько получилось унести. На второй рейс времени уже не хватило, чужой остров очень быстро приближался.

- Андрей, а ворота хоть закрыть сможешь? Это же, вроде, не военные действия?

- Прости, пока чужой остров в прямой видимости, я полностью в бестелесном состоянии пребываю.

Оставалось радоваться, что хоть ворота у них в их замок одни единственные. Может, еще обойдется? Айну рассказывала, что несколько раз ее хозяин вместо сражений просто в торговле участвовал. Тогда, когда победа совсем не очевидной казалась.

Чужой остров с шелестом травы мягко приземлился шагах в ста от ворот. Очень плохо, на таком расстоянии и стрелы и, самое главное, магия уже опасными могут быть. Надо было сразу начинать стрелять, как только они в зоны поражения из винтовки влетели. Хотя… в кого стрелять? Чужой остров по периметру со всех сторон частоколом окружен, не видать никого было. Это сейчас, когда он приземлился, с высоты башни их замка площадки со стрелометами по углам оборонительной стены видны отчетливо. И суетящиеся там фигурки тоже. Наводят свои бандуры, стрелять готовятся. Очень похоже, что не выйдет никакой торговли в этот раз.

Бам! – Звонко раздалось со стороны одной из площадок, и громадная стрела, практически в человеческий рост длиной, ударила совсем рядом с бойницей, через которую Максим выглядывал. Очевидно, в распоряжении прибывших есть какие-то средства обнаружения противника в его защитных сооружениях. Неудивительно тогда, почему они так храбро вплотную к опасному на вид замку приземлились. Различили издалека, что тут всего один защитник.

Бам! – И вторая баллиста отстрелялась, тоже неточно, а Максим все медлил с открытием огня. Воспитание мешало.

А потом ворота среди этого частокола распахнулись и в его сторону разом человек двадцать или тридцать кинулись. Все, как древние витязи, в остроконечных шлемах с личинами и железных рубахах. Тут уже колебаться наш герой не стал. Они же еще и какими-то дубинками и топорами размахивали! Не захотелось с такими вблизи общаться.

Американская винтовка пять пуль почти в один миг выпустила. И не безрезультатно! Натренировался, пока на крупных зверей охотился. Быстрая смена магазина и еще пять пуль в цель, которая уже на половину дистанции приблизилась. И еще пять! А потом пришлось американку в сторону отставлять и за Маузер браться. Закончились снаряженные патронами магазины, их и было-то всего две штуки помимо того, что уже пристегнут к самой винтовке был.

Одно замечательно: кольчуги пулю не держали совершенно. Словно обычную одежду их прошивало. Но пока снарядил магазин Винчестера новыми пятью патронами, выжившая половина нападавших уже в замковый двор проникла.

- Не дай им внутрь дома проникнуть! – Вдруг всполошился бестелесный Андрей. – У двоих из них в руках молоты, которыми те смогут разбить мою стелу. Я исчезну, а следом за мной и ты тут останешься без возможности вернуться на Землю.

- И как ты мне предлагаешь одновременно оборонять сразу два входа? Помимо дома, нежелательно, если они и в мою башню проникнут. Вон, у них и луки имеются, у некоторых. На коротком расстоянии могу и не увернуться.

Параллельно с разговором Артемьев выпустил очередные пять пуль, сразив одного из молотобойцев и заставив остальных отхлынуть, ища укрытия. Собственно, эта ошибка нападавших и стала основной причиной поражения. Получив немного времени, Максим смог перезарядить магазины американки и дальше лишь выцеливал перебегающих от одного укрытия к другому, не давая им приблизиться ни к дверям дома, ни ко входу в его башенку.

И даже огненный шар, который смог сотворить один из нападавших не сильно положение дел поправил. Парень просто, увидев такое безобразие, летящее в его сторону, упал на пол под самую бойницу. Айну рассказывала, что ее хозяин мог полетом файербола управлять… может быть…. Только этот шар, как влетел внутрь башни, так и расплескался огнем по противоположной его стенке. Может дистанции для разворота нехватило, а может маг попался такой…. Неумелый.

Правда, немного ожогов наш герой получил. Тем больше стала его ярость и стремление поскорее от всех этих метателей огня избавиться. Подскочил на ноги и принялся выбивать последних нападавших, которые, воспользовавшись выстрелом своего мага, оставили укрытия и спешили ко входу в башню. Но первым делом, все же мага выбил, он опять там магичить пытался.

Во дворе тихо. Никто никуда не бежит. Самое время расчетами баллист заняться. Паф! Паф!....

- Стоять, суки! – Завопил от огорчения, когда увидел, как летающий остров начинает над землей подниматься.

- Скорее застрели того парня, что в центре острова возле стелы стоит. – Принялся отдавать команды Андрей. – Без него не полетят.

Вот тут и пригодился телескопический прицел на Маузере! Хозяина острова из-за частокола едва видно уже было, остров поднимался, когда наш герой плавно потянул за спусковой крючок. Банг! – Аж в ушах зазвенело. Фигуру, указанную Андреем, тяжелой пулей снесло с занимаемого им места. Остров еще шел на взлет некоторое время, а потом, с высоты метров тридцать, как бы продолжая дугу, так и впилился краем в землю.

- Великолепно! У них там только несколько тяжело раненых осталось! – Доложила разведанную ей обстановку Айну, напугав Артемьева своим внезапным появлением. – Всех на алтарь! Сколько энергии получим!

Выходил из башни осторожно, с Винчестером наизготовку. Кстати, не зря! Один из лежавших вдруг на ноги взметнулся и с поднятым над головой топором в атаку кинулся. Выстрел! И уже снова никто никуда не бежит. Но, от греха подальше, контрольные выстрелы в тех, кто начинал шевелиться, делал. Ну, их нафиг, этих бешеных!

Упавший остров уже далековато оказался, решил пешком не ходить.

- Андрей! Мы можем туда перелететь?

- Перелететь запросто! Это почти единственная функция, что у меня не заблокированной осталась. – Замок поднялся в воздух курсом на упавший остров врага.

Опустились возле самого порушенного падением частокола, дальше только пешком. Войдя на территорию вражеской крепости испытал еще одно потрясение: нападавшие не были людьми! За личинами на шлемах было непонятно, но остальные обитатели летучего острова доспехов не имели. Зеленоватая кожа, выпирающее, как у какой-нибудь черепахи лицо с еле заметными дырочками ноздрей. Если вспомнить теорию Чарльза Дарвина, которую им в гимназии преподавали, так эти зеленявки скорее не от обезьян, а от рептилий каких происходят.

- Максим, ты должен прикоснуться к стеле этого летающего острова рукой. – Айну принялась наставлять еще неопытного в таких делах парня. – Тогда власть над островом полностью перейдет к тебе.

- А его призрак меня примет? – Не поверил в такую простоту землянин. – Он же, наверняка, тоже из зеленявок?

- Может и не принять. – Согласилась Айну, поджав пухлые губки. Кстати, она уже давно, в угоду хозяину, сменила свой наряд на более привычный Максиму. Правда, пользовалась при этом советами Андрея, а тот насоветовал…. Но Артемьев совсем не в претензии был: фигурка в купальнике, чуть занавешенном тончайшей дымчатой кисеей была отпадной! Если что, это слова Андрея, Максим очень много почерпнул уже от старшего товарища.

- Призрак, вылезший из стелы, действительно принадлежал тому же племени, что и прочие зеленокожие. Упертый дядька оказался! Хотя, может, это и к лучшему. Наш герой просто не представлял себе, как бы стал доверять существу совершенно чуждой ему расы. А так, Андрей и Айну, одновременно с самим Максимом, возложили руки на торчащую из пола стелу. Призрак выпиваемого острова, не делая никаких попыток сопротивления, постепенно поблек и истаял в воздухе.

- Уф! Теперь у нас энергии столько, что сможем и Путь поднять на следующий ранг, и скорость полета увеличить.

- Не согласна! – Айну встала, руки в боки, напротив Андрея. – Прежде чем увеличивать скорость полета лучше сначала активировать функцию снижения веса нашего острова.

- Дорого слишком!

- Ничего не дорого! Зато сможем не только из энергетического камня строить. Вон, на их остров посмотри, у них тут и земля с травой и даже деревца растут. Сможем во дворе замка лужайку для отдыха разбить. И летать тоже чуть быстрее с облегченным весом получится.

В общем, чего хочет женщина, того хочет бог!

Глава 9

Буренин даже не поверил сначала, что его одноклассник в его отсутствие целый тяжелый бой выдержал с представителями чужой цивилизации. Тем более что трупы нападавших призраки со двора замка все удалили. Максим хотел вообще с места сражения улететь, очень неприятные у него воспоминания об этом дне, связанные с валяющимся поблизости чужим островом получились, но его призраки уговорили. Замок еще не до конца был возведен, а тут готовый стройматериал валяется во множестве. Словом, Буренину – очередная охота на бизонов, а Максиму домой топать.

Кстати, тех зеленых, что еще дышали, Максим в жертву приносить не стал. Посчитал это чем-то людоедским. Все же не бизоны, разумные. Приказал Андрею перенести их на максимальную возможную для него дальность. Как раз на ту сторону широченной реки вышло. Дальше уж помрут или смогут выжить – то не проблема землянина. В конце концов – они явные враги и желали его смерти.

Дома застал отчима. Обычно, тот попозже с работы приходил, а тут отправили отчим с сослуживцами какой-то важный груз по железной дороге, и их по этому случаю пораньше по домам распустили.

- Проходи, Максим, садись за стол. – Позвал он, когда гимназист еще только из сеней в прихожую вошел. – Мать говорит, ты стал очень редко дома бывать. Это правда?

- Чего это редко? Обычно. – Хмуро постарался отвертеться от продолжения разговора парень. – Я ж в гимназии допоздна. Еще пару раз к Сереге ходил, чтобы проекты, заданные нам, вместе делать.

- Кстати о гимназии…. – Подхватил отчим слова пасынка. – Через несколько месяцев она у тебя закончится. Чем заниматься после этого думаешь? Если хочешь, могу поспрошать в нашей компании. Вроде, грамотные помощники у нас требовались.

- Так не завтра же окончание. Подумаю еще. – Отбоярился Максим.

- Ну, как знаешь.

Есть совсем не хотелось. Еще в том мире перед самым отправлением съел порцию жаренного над углями мяса бизонов. Чисто чая с парой баранок попил и к себе в закуток ушел. Нда,… отчим правильно указал на надвигающуюся проблему. Гимназия заканчивается, надо правильно выбрать, кем ему становиться, так чтобы это не мешало посещениям того мира, а, в идеале, еще и дополнительно помогало. Только пока никаких мыслей в этом направлении. Ну, не становиться же, в самом деле, профессиональным охотником.

В гимназии внезапно разразился очередной…, нет, не скандал, а так, ажитация. Аркашка Беспалов обратился к администрации гимназии принять у него выпускные экзамены досрочно. Нет, так-то в истории их гимназии несколько случаев было, когда явные отличники оканчивали обучение досрочно. Как правило, с золотой медалью, но то отличники, а то… Аркашка. Он и так-то еле курс обучения тянул, а тут вдруг выперся. Да еще потребовал не просто созвать коллегию экзаменаторов по всем предметам, а сделать это за счет учебного заведения. И ведь главное, какую основу-то подвел под свое прошение, шельмец! Он, видите ли, собрался в армию пойти досрочно. Тем самым вольноопределяющимся, в которые не так давно других одноклассников агитировал. И если теперь директор откажет ему в удовлетворении сего прошения, то разом выйдет по своим действиям скрытым врагом государства, лишающим сие государство одного из своих защитников. Ну, а если директор удовлетворит прошение… да еще за счет гимназии… Прецедент, однако. Потом и другие следом за Аркашкой пойдут с тем же самым. Пусть даже тот же Агей Баев. Он, конечно, получив учебный аттестат на руки, ни в какую армию не пойдет, не те у него интересы, но директор то уже на него никак повлиять не сможет.

Директор все же поддался под давлением общественного мнения, досрочные экзамены для Аркашки устроил. Только… можно принимать экзамены…, а можно… принять. Два больших отличия, которые пишутся почти одинаково, а по результатам далеко не родня. Завалив древнегреческий и алгебру перед комиссией даже не гимназии, а специальной, приглашенной из Министерства народного просвещения, а еще и парочкой приглашенных журналистов, Аркадий Беспалов получил вместо аттестата об окончании гимназии справку о том, что он там все-таки учился. Как говорится, почувствуй разницу. И вольноопределяющимся теперь ему не быть. Неучи и лоботрясы в качестве офицеров армии не интересны.

Так что этот прецедент далеко неоднозначным получился. По крайней мере, другие гимназисты по стезе теперь уже бывшего гимназиста Беспалова поспешать не пожелали.

Максим, наконец-то, принял решение, кем ему стоит становиться после гимназии. Ни за что не догадаетесь. Железнодорожником! И не просто железнодорожником, а тем, кто много и далеко путешествует. Просто совершенно внезапно ограничение у него выявилось в способе перемещения при помощи переходов в другой мир. Нет, поблизости-то от места собственного пребывания то все в порядке – вполне хорошо выходило. Верст на семь-восемь запросто, в любом направлении. Но, пожелав переместиться на ярмарку в Нижний Новгород, так и остался на месте. А вот в Гатчину, что возле Санкт-Петербурга, куда отчим ездил по делам их компании несколько лет назад и взял пасынка в ту поездку с собой, переместиться вполне себе получилось…. А вот в Санкт-Петербург – нет, хотя они через него на поезде проезжали. Андрей предположение выдвинул, что внесение местности в базу данных не одномоментное, времени требует.

Кстати, Гатчина для путешественника в иной мир тоже очень полезной оказалась. Там цены на мясо на базаре чуть не вполовину выше были. И базарный перекупщик вполне подходящую цену за «говядину» предложил. Так что даже стоять на базаре не нужно стало. Из Гатчины же и в столицу, как побольше свободного времени выдалось, скатался. На поезде всего три часа на поездку потребовалось. И то, в основном потому, что чуть ли не возле каждой березы остановки делали.

Столица подавляла. Целые районы высоких, пяти- и шестиэтажных зданий, толпы куда-то спешащего люда на улицах, важные дамы и господа в экипажах. Даже целых два авто видел. Катили куда-то вдоль по проспекту, постреливая временами выхлопами двигателей. Андрей вон, рассказывал, что в его времена они все улицы заполонили, а лошадей с телегами совсем почти не осталось. Хорошее, наверно время, чистое, а то вон, как не берегся, а сапоги все в лошадином дерьме изгваздал. Воняют.

В поисках безлюдного местечка, чтобы домой вернуться, забрел с шумной улицы во дворы. Там какие-то сараи были наколочены, вот за них, чтобы и из окон не видно было. И нарвался. Двое каких-то мужиков в коротких бушлатах и кепках что-то делали с лежащим на затоптанном снегу полицейским офицером. Шинель на лежащем, с выделяющимся на фоне темного сукна специфическим погоном, четко врезалась в память парня.

- А ну, стой, паря! – Шагнул к нему сбоку третий, стоявший, очевидно на стреме. – Ты кто такой? – А у самого нож в кулаке посверкивает.

Только Максим и без ножа, на одном магическом увеличении силы и скорости реакций, куда поопаснее будет. Руку с ножом перехватил, двинул кулаком от души, плюща нос вровень с остальным лицом. И… за угол сарая кинулся. А просто один из возившихся с полицейским из кармана наган вынул.

- Андрей, переноси меня к себе поскорей. – Очень боялся, что и с переносом в тот мир какие-нибудь проблемы возникнут, но нет, стандартно в своем кабинете в замке очутился.

Похватал в обе руки по заряженному пистолету и попросил Андрея снова его в Питер перенести, в ту же точку, откуда забирал. Опасно, конечно, запросто можно в момент появления на пулю нарваться, но там же страж закона в опасности. Долго не размышлял на эту тему, вполне очевидным такое действие казалось.

Вновь кратковременно засверкали светлячки в глухом закутке за сараем, прямо на глазах у опешившего бандита. Ведь кто, кроме бандитов, мог на полицейского напасть? Бандит он и есть! А потому не колебался, едва проявился, первую пулю почти в упор выпустил. И то, едва успел, враг уже тоже свой револьвер поднимал.

Из-за угла выглядывал с осторожностью, мало ли что там третий разбойник задумал. Третий так и стоял возле тела полицейского, напряженно вглядываясь то в ту сторону, откуда стреляли, то по сторонам. Понятно, подумал, что это его подельник палил, но все равно, нашумели, а ну, как кто-нибудь на выстрелы еще пожалует. Так и умер настороженным. Для Артемьева за последние месяцы ценность отдельной жизни стала восприниматься, куда как занижено. Опять же, бандиты… чего их жалеть. Еще и на того, кого вырубил первым, ствол навел, но решил не тратить пули понапрасну. Тот неподвижно лежал, ни шевеления, ни звука. Потом, попросив предварительно Андрея забрать его пистолеты и не поленившись сходить за револьвером бандита, застреленного им за гаражом, взвалил на себя тяжелое тело полицейского, тому нужна была скорейшая врачебная помощь, потащил из безлюдья двора по направлению к шуму городской жизни.

Вот так и оказывай в следующий раз помощь стражам порядка! Мигом в кутузку упекли. Нет, в общем и целом Максим их вполне понимал. Сам весь в крови, на руках тяжелораненый полицейский, сам бог велел задержать до выяснения личности и обстоятельств дела. Но ведь ему же уже пора дома быть! Потому, едва очутился запертым в крохотной комнатушке, куда, как сказали, должен был с минуты на минуту пожаловать полицейский дознаватель, сразу к себе, в замок, перенесся. Ему еще предстоит замывать свою верхнюю одежду от крови, время не терпит.

Шинель замыл. Кровь еще не успела толком запечься, смывалась легко. Но в такой, мокрой шинели по улицам не пойдешь, потому оставил ее на летнем солнышке сохнуть, а сам на сеновал в своем дворе перешел.

- Ты откуда это такой гольный? – Встретила его на пороге родительница. – А шинель твоя где?

- Шинель в комнате у меня. Там хлястик оборвался, пришить хочу. А ходил во двор, до ветру. Там шинель мне без надобности. – Хлястик – очень хорошая отговорка. Уже несколько раз за время гимназической жизни его отрывали в шуточных потасовках. Мать по этому поводу даже отдельное решение приняла: «Как оторвал, так и пришивай сам». Поверила, что сын много раньше с занятий вернулся, не заметила просто. Хлястик же пришивать – это уже установленный тип наказания для старшего сынули за разгильдяйство, не стала свою помощь предлагать и на этот раз.

Игнат только порадовался, что не надо больше на базаре с мясом стоять. А прибавке к зарплате, ввиду повышения закупочных цен на их добычу, порадовался еще сильнее. Единственное, что сильно огорчало парня – требование таиться от родных. До этого момента от матери у него тайн никогда не было. Но пока держался. Понимал, что язык за зубами держать в его интересах.

Про изменения в международной обстановке Артемьев своему призраку поведал. Тот сильно озаботился рассказанным.

- Вот что, - сделал Андрей свое заключение после пары минут раздумий. – Надо тебе продукты и прочие припасы, ну, там мыло, спички, керосин…, запасать. Чую, война у вас надвигается. Во время войны продуктов всегда нехватка получается. Мясо-то вон, за окном бегает, а где муку брать станешь, если заранее не озаботишься.

- Так из муки еще надо тесто ставить, печь топить, которой у нас нету. Да и выпечка хлеба тоже много времени требует. Так и на охоту времени совсем не останется.

- Печь я тебе, положим, из все того же камня выращу. Хоть русскую, хоть голландку, хоть просто плиту во дворе для готовки, раз здесь вечное лето, а еду готовить Айну попросим.

- А она сможет? – Усомнился парень, чем сразу вызвал бурю негодования со стороны девушки-призрака.

- Я тебе не только хлеба, я и пироги и каши тебе смогу готовить. Я когда у себя жила, знаешь, как готовила?

- Не знаю. Ты же ничего о себе толком не рассказываешь.

Короче, совместными с Андреем усилиями раскрутили их скрытную девицу на рассказ. И в осадок выпали! Айну оказалась родом не из технической цивилизации, а из самой настоящей магической. Правда, поскольку девочка, в мальчишескую школу, где заклинаниям обучают, она не ходила, но десяток простеньких бытовых заклинаний освоила. Мать обучила. Кстати, тот огненный шар – как раз из таких. Не зря Максиму показалось, что его основное предназначение – это огонь в очаге разжигать. Собственно, так оно и было. Это прежний хозяин девушки так раскачал заклинание, что оно в боевое превратилось. Самое же главное, что Максиму с Андреем удалось почерпнуть из рассказов девушки, так это то, что магии можно учиться и помимо прямой перекачки знаний и энергии на алтаре. Хотя, конечно, при помощи алтаря куда быстрее все выходило.

Продукты Максим все же начал закупать. Под склад пока пару комнат с выходом во двор своего замка определил. Муку в мешках, крупы, соль мешками закупал. Настолько рьяно за это дело взялся, что даже запасы финансов убывать начали, хотя с мяса хорошую выручку на базаре в Гатчине имел. Зато одну из комнат чуть не до потолка продуктами заполнил. Даже сливочное масло с сыром запас. Хотя на улице и вечное лето стояло, заклинание стазиса вполне надежно работало. В качестве маленького бонуса ощутил, что часто используемое заклинание много лучше слушаться стало. Словно перешло на следующий уровень без всякого вливания энергии на алтаре.

Как-то за хлопотами незаметно подкралось время выпускных экзаменов. Максим Артемьев, хотя и по большому счету это было ему не нужно, занимался прилежно. Под заклинанием, улучшающим работу головного мозга, к экзаменам подготовился до такой степени, что на память мог цитировать учебники чуть ли не с любой строчки. Соответственно, сдал все экзамены исключительно на отлично. Только на золотую медаль по окончании все равно не мог рассчитывать. По утвержденному еще Николаем Первым статуту эту медаль вручалась исключительно тем из учеников, кто имел отличные оценки по математике, латинскому и древнегреческому языкам. Вот на древнегреческом-то затык и случился. В прошлом году позволил себе пару раз поманкировать выполнениями заданий учителя. Ну, не видел просто в своей жизни случая, когда ему этот мертвый язык небольшого народца пригодиться сможет. А Петроний Яковлевич вредным и мстительным оказался, итоговую четверку выставил.

Максим после сдачи последнего экзамена уже по двору гимназии шел, намереваясь Наташку проведать, у них тоже в этот же день должен был экзамен состояться, как вдруг из распахнутого окна его их новый инспектор окликнул:

- Артемьев! Ты же на отлично сдал математику?

- На отлично, Сергей Венедиктович.

- Так это же отлично! Зайди-ка ко мне в кабинет.

Пришлось обратно на второй этаж подниматься.

- Ты почему греческий до сих пор не пересдал? – Напустился инспектор на пока еще гимназиста, аттестаты об окончании гимназии то им только на следующей неделе должны были выдать.

- Так мне никто ничего по этому поводу не говорил….

- Пошли бегом, представлю тебя комиссии, пока они еще нас не покинули. Яков Михайлович уже обо всем договорился. Тебе надо будет только на несколько вопросов ответить, чтобы формальности соблюсти.

Двое пожилых господ смерили представленного пред их светлы очи гимназиста усталыми недовольными взглядами, но временно прекратили собирать в свои саквояжи бумаги, разложенные по столу.

- Вот, Максим Артемьев, о котором мы с вами разговаривали. – Представил парня инспектор и сам вместе с Максимом на соседний стул уселся, достав из своей папки и выложив перед комиссией какой-то исписанный листок с гербовой печатью.

- Максим Артемьев? – Зачем-то уточнил один из мужчин. – А ответь мне, Максим, если ты такой умный, как тебя расписывают, как же ты умудрился так с древнегреческим-то провалиться?

Дело с пересдачей, действительно, формальностью оказалось. Продолжил за экзаменатором пару строк из числа самых известных у Гомера, да перечислил двенадцать подвигов Геракла. На древнегреческом, разумеется. Мужчины расписались в том листке, что перед ними инспектор положил, и Максима из кабинета выставили. Все! Учеба закончилась!

А Наташку в тот вечер он так и не повидал.

Глава 10

- Смотри, что мне по итогам окончания гимназии вручили! – Артемьев продемонстрировал лежащий на его ладони золотой кружок с изображенной древнегреческой богиней и надписью «За прилежание». – Шесть с лишним золотников чистого золота!

Игнат взял из рук работодателя золотую медаль, тщательно осмотрел ее с обеих сторон.

- Ух ты! Дорогая цацка. В золоте, так рублей на тридцать, наверное, потянет?

- Да что бы ты понимал! – Почти обиделся Максим. – На фоне его доходов с мясом объявленная стоимость награды выглядела достаточно невыразительно. – Эта медаль дает право претендовать на чин четырнадцатого класса сразу, без годичных отработок. – Сам о таком нюансе не подозревал, ему их инспектор после выпускного собрания эти нюансы разъяснил.

- А в армии это положение тоже действует? – Сразу оживился Буренин. – Там же год отслужить надо, после чего уходишь в запас прапорщиком. А тут как? Неужто просто звание дадут и в запас отправят?

-Вряд ли. Скорее, отслужить все-таки придется, а через год в запас в следующем чине выведут.

- Да-а! – Мечтательно протянул товарищ. – Пойдешь ты по улице с погонами подпоручика, молодой, красивый, а девки тебе вслед оборачиваться будут.

- Не собираюсь я в армию, тьфу на тебя. Я в железнодорожное в Петербург наметил поступать.

- А как же наша охота? – Растерялся Игнат.

- А что с охотой? Так же буду появляться тут, как было, когда я в гимназии учился.

- Вот об этом-то я и переговорить с тобой хотел. – Буренин разом сделался очень серьезным. – Нас слишком мало с тобой вдвоем. Вон, даже нападение тех ящериц ты в одиночку отражал, пока я на базаре мясом торговал. Нужны еще люди.

- Да где ж я тебе их возьму? – Растерялся Максим. – Наши, из гимназии, все свои планы имеют, а больше я и не знаю толком никого.

- Положим, не все наши одноклассники ту гимназию закончили. – Игнат со значением посмотрел на Артемьева. – Савва Афиногенов – хороший парень.

- А где он, кстати, сейчас? – Заинтересовался Максим.

- В механических мастерских. Встречал его на днях. С утра до ночи трудится без передыху. Руки все в порезах и в мазуте, взгляд усталый, говорит до конца года помощником слесаря, за пятнадцать рублей устроился. Правда, потом, если покажет себя, все тридцать обещали.

- Точно, нормальный человек? А то я с ним в гимназии и не общался почти.

- Зуб даю! Одна только слабость у него, баб сильно любит.

- А, точно! Что там, в точности, у вас в том публичном доме приключилось-то? Может, расскажешь?

- Так Савва к той проститутке уже захаживал, а тут вдруг меня позвал. Говорит, она сама попросила его, с собой товарища привести.

- Это что, вы бы с ней втроем сразу?...

- Не знаю я. Я же в первый раз шел. Может просто лишних два рубля заработать захотела…. Савва обещал, что все шито-крыто будет. Мол, у нее там из комнаты даже отдельный выход для клиентов имеется, чтобы еще раз среди публики не светиться.

- А как же тогда наш отец Амвросий умудрился обратно на вас вынестись, если там отдельный выход?

- Мне кажется, это та гадина все и подстроила. Время же Савве тоже она назначала. Попросила попа что-нибудь ей снизу принести из буфета, наверное. Ну, конфеты или бокал вина какой-нибудь. Я еще ее ехидную улыбочку из-за плеча нашего батюшки Авмросия запомнил. Поп на всю Ивановскую голосит, а она улыбается.

- Может, кто-нибудь из гимназистов что-нибудь ей сделал в прошлом нехорошего, вот и решила мстить всем без разбора. – Сделал предположение Максим и тут же спохватился. – Слушай, а каким образом у нас разговор с ученической медали на баб перешел?

- Так Савва…. – Потянул было Игнат и рассмеялся. – Так тут и все мысли, что только о них. Физический труд, свежий воздух.

- Это да…. А насчет Саввы, если ты ручаешься, я согласен. Только предупредить его надо будет, что дело у нас опасным для жизни может получиться.

- Сам и предупредишь, когда вечером к нему пойдем.

- А я там зачем? Это же ты с ним общаешься.- Недоуменно уставился Максим на Игната.

- Чтобы он меня балаболом и пустобрехом не счел. – И, взглянув в глаза Артемьеву, вдруг решительно продолжил: - А еще, если мы собираемся новых людей набирать, нам понадобится дополнительное новое оружие. Только оружейную лавку в нашем городе обносить, думаю, больше не стоит. Там все настороже сейчас. Купчина, говорят, даже сразу двух ночных сторожей нанял и наганы им выдал.

- А с чего ты взял, что это моих рук дело? – Для порядка поупирался наш выпускник гимназии.

- Дураком-то меня не считай.

- Ладно. Если люди будут, с обеспечением их оружием я что-нибудь придумаю. В конце концов, свет клином на нашем городе не сошелся.

- Кроме Саввы можно позвать Захара, ученика рубщика мяса с нашего рынка. Он недавно женился, а денег ему учитель практически не платит. Только та мясная обрезь с костей, что срезать еще удается, да пять рублей всего. И еще двое на нашей улице… мои корефаны с детства…, - разошелся вдруг Игнат.

- Стоп, стоп! Давай сначала с Саввой вопрос попробуем решить.

К Савве решили идти поздно вечером. Больше шансов, что он дома окажется. А пока снова на охоту отправились, благо, в последнее время новых ям – ловушек копать не нужно было, старые подправляли. Даже мозоли на руках проходить начали. По итогам добыли и пару животных для жертвоприношения и две туши на продажу. Артемьев утащил разделанное мясо перекупщику в Гатчину, после чего вернулся к Игнату. Решили же вдвоем идти за новым рекрутом.

На стук в ворота открыл сам Афиногенов.

- О! Какие люди! Вы ко мне? – Довольно осклабился он, демонстрируя прореху среди верхних зубов.

- К тебе, Савва. Пришли вот поинтересоваться, не хочешь ли заработать. – Это Игнат с ходу обозначил цели своего визита. Все же уже темнело, некогда было долго турусы разводить.

- На криминал не пойду. – Сразу обозначил границы допустимого собеседник.

- Никакого криминала. Охота и рыбалка. Причем такие, что и не снились здесь никому. Внукам будешь рассказывать.

По итогам коротких переговоров Афиногенов согласился попробовать. Из мастерских, где он трудился, сам уже уходить собирался, только не знал, куда можно податься, чтобы еще и платить не забывали. Очень уж тяжелый и малооплачиваемый у него в мастерских труд был. Да еще мастер в последний раз оштрафовал совершенно зазря…. И риск для жизни не сильно испугал. А все дело в том, что Савва собрался жениться…. По его словам, очень достойная женщина. Впрочем, о его женитьбе в другой раз поговорим. Главное, что их в охотничьей команде уже трое стало.

Точнее, их даже четверо, Захар, парень с рынка, тоже, немного посомневавшись, буквально на следующий день согласился в авантюре поучаствовать.

Оружие Артемьев всем новичкам выдал, как пользоваться показал. А тут, как по заказу, на охоте нападение хищника случилось. До этого-то хищники с людьми как бы параллельными тропами ходили. Этим старшим собратьям земных тигров и львов люди в качестве добычи не интересны были, мелкие слишком, по сравнению с бизонами, а людям, соответственно, к зверушкам размерами с доброго быка боязно было подходить.

Все очень быстро случилось с тем зверюгой. Наши охотники только начали к стаду подходить, ружья наизготовку держали, как вдруг это чудовище с оскаленными клыками откуда-то из кустов выпрыгнуло. Люди и разрядили все стволы своих ружей разом. Четыре дуплета, да жаканами, да с двух десятков шагов, такого даже такой монстр не перенес. Взвыл на высокой ноте и мордой в траву всунулся, буквально опешившим парням под ноги. И все! Даже лапами напоследок не дрыгал.

- А ведь это он одним прыжком к нам перескочил. – Прокомментировал случившееся Савва. – Еще немного дальше бы допрыгнул, и остались бы от нас одни мясные ленточки. – И смерив короткое расстояние, оставшееся от кончиков огромных когтей до носков его сапог, добавил. - А и допрыгнул бы, это мы своими пулями его немного притормозили.

- А стадо все убежало. – Обратил внимание на постигшую их дополнительную незадачу Захар. – Больше сегодня добычи нам не видать. Они сейчас несколько верст бежать могут, не останавливаясь.

Занялись снятием шкуры с подстреленного чудовища. Нелегкая задача, как выяснилось. Эту же тридцатипудовую тушу даже перевернуть – целая проблема. Но справились. Захар взялся найти мастера, что выделает, как следует, такой необычный трофей. Кстати, даже просто сырая шкура с огромными когтями была одному ему в переноске тяжеловата, Савва помочь товарищу вызвался. Так Андрей их вдвоем, вместе с поклажей, на Землю и переправил. И сил на перенос вполне хватило. Растет мощь!

Может после перенесенного нервного потрясения, что их чуть не съели, а может от появившегося внезапно свободного времени, охота то все равно сорвалась, захотелось Максиму внезапно повидать Наташку. Только где ж ее искать? Адреса ее он так и не удосужился узнать, а в их женской гимназии, как и по всей Империи, после экзаменов летние каникулы начались. Решил сходить к Сереге Юмашеву. Все-таки его сестра Тоня с Наташкой – подруги.

На трезвон механического дверного звонка дверь дома открыла сама Серегина сестрица.

- Ой! Максим! – И зарделась вся. Вспомнила, очевидно, как они втроем анатомию изучали. – А Сергея дома нету. Они с отцом в дворянское собрание ушли.

- Жа-аль. – Протянул парень, но видя, что девица сейчас просто закроет дверь, решился. – Может, тогда ты подскажешь мне адрес своей подруги.

- Наташки что ли? – Зажегся интерес в глазах девицы. – Да ты проходи пока. Я лучше тебе на бумаге его напишу и схему, как пройти нарисую, а то там у них овраг поперек улицы идет, если не с той стороны зайдешь, так и не найдешь вовсе.

Зашел в дом. Девушка его в свою комнату привела, сама принялась в секретере копаться, очевидно, перо с чернилами отыскать пыталась. Нашла, принялась в стопке листов на столе не слишком нужный искать.

- Вот, смотри! – Принялась она быстро накидывать пером чертеж на выбранном клочке бумаги. – Вот Малиновка течет. Вот тут мост железнодорожный, а вот так, наискосок переулок будет….

Максим, заглядывавший в наносимый рисунок через плечо девушки, вдруг ощутил едва уловимый аромат ее духов. Сразу внимание съехало с листка бумаги на завиток локона у виска, потом на ворот блузки с выглядывающим в него треугольником белоснежной кожи с бьющейся под ней жилкой.

- Ну, все понял? – Развернулась Тоня к парню, так что их лица оказались совсем близко друг от друга.

-Д-да. – Голос дрогнул, предательский взгляд съехал с лица собеседницы куда-то ниже. Теперь покрасневшие, как маков цвет, стояли уже оба.

- Ну, я пойду. – Отмер Артемьев, прерывая неловкую паузу. – Спасибо тебе за адрес.

- Иди.

И когда дошли уже до входных дверей дома, Тоня вдруг решительно окликнула Максима:

- Максим, а как ты к Наташке относишься?

- Ну,… нравится она мне. – Нашел золотую середину для ответа Артемьев. Так, чтобы и не слишком соврать, и правду не раскрыть. Все же близкая подруга его симпатии спрашивает. – А что?

- А то, что не нужен ты особо Наташке. Она собралась в следующем году в столице в университет поступать. Говорит, там и мужа себе подходящего искать станет.

- Понятно. – Пробормотал в ответ выпускник гимназии и неловко шагнул за дверь.

Свежий ветерок охладил взбаламученное общением с девушкой сознание. То, что она сказала про планы Наташки, ему в общих чертах было известно, та особо их и не скрывала, так что шоком эти слова не стали. Гораздо труднее далось само общение. Наверное, если бы Тоня не была родной сестрой школьного товарища, с которым восемь лет просидели за одной партой, он не был бы таким нерешительным…. Ладно, где там схема расположения дома будущего медицинского светила?

Хм. Словно сегодня Максиму ворожит кто-то. Вторая девушка, у которой все домашние ушли по своим делам. Хотя, ничего удивительного. Они же обе из дворянских семей, и взрослые ушли именно в дворянское собрание. Очевидно, какое-то важное общегородское мероприятие там сегодня. Наталья тоже привела кавалера в свою светелку. Только не стала отворачиваться от него и рыться в шкафах, скрывая панику за имитацией бурной деятельности. Напротив, накидав на свою кровать с приставленной небольшой скамейки подушек, стопкой лежавших там, плюхнулась в самый центр получившегося «гнезда», скомандовав застывшему посередине комнаты Максиму:

- Садись рядом.

Максим покосился на свои босые ноги, с которых он только что стянул сапоги с портянками и послушно выполнил приказ подруги.

- Можешь навалиться на подушки, они не кусаются. – Почему-то немного раздраженно подала следующую реплику девушка. – Или это ты не подушек, а меня боишься? На балу, вроде, посмелее был.

- Не боюсь. – Ответил Максим и привалился спиной на одну из подушек, положив ладонь левой руки ей на талию. Возражений не последовало. Вообще тихо-тихо сидела. Поняв, что за активность немедленных и неотвратимых кар не последует, чуточку поудобнее повернулся, пустив в ход уже правую руку. Наташа прерывисто и глубоко вздохнула, положив поверх его ладони свою. Но действиям кавалера не препятствовала.

Через пять минут пара уже исступленно целовалась, растянувшись вдоль кровати. Лишние подушки были безжалостно спихнуты с кровати на пол. Руки парня уже вовсю шарили под женской одеждой, пытаясь ее снять. Вдруг Наталья тихонько хихикнула:

- Пусти, я сама. Тут завязки, еще затянешь на узел. Что тогда делать станем. - И от этого «станем», в котором девушка объединила их в одно целое, в душе Артемьева поднялась какая-то жаркая волна.

Наташа же, тем временем, встав с кровати, принялась слой за слоем снимать с себя одежки: блузу, верхнюю юбку, короткую комбинацию. Немного засомневавшись, все же и белый подъюбник стянула через голову и кинула к своим ногам.

- Отвернись! – Вдруг смутилась, заметив, как пристально наблюдает парень за ее раздеванием.

Максим послушно отвернулся, а его мадемуазель подкатилась к нему под бочок, прижавшись голой кожей к его одежде.

- Нет! Так не хорошо! Твоя одежда колется. – Внезапно скривилась она.

Ну, тут уже дополнительных намеков не потребовалось. Парень расстегнул гимназический мундир, кинув его в изножье кровати, следом полетели и прочие детали мужского гардероба. С сомнением покосившись на подружку, трусы все же пока оставил. Она ведь тоже не сняла свои кружевные панталоны.

И снова поцелуи, тем более сладкие, вследствие почти полного соприкосновения их тел. Странно, но за последний предмет девичьего туалета между ними развернулась настоящая борьба. Наташа упорно не давала его снимать. Хотя, с другой стороны, боролась молча, да и поддавалась потихоньку, пока, словно в бессилье не откинулась на подушку, позволяя с собой творить все, что заблагорассудится.

Ну, а потом Это произошло. Девушка вскрикнула на его проникновение, уперлась ладошками в грудь Максима, молчаливо призывая к сдержанности. «Я е**сь!» - вихрем пронеслась в голове гордая мысль осознания ситуации….

- А Галка-то рассказывала-а…, - протяжно проговорила Наташа, вытирая себя откуда-то добытой тряпочкой. – А на самом деле и не больно почти было. И даже немного приятно. Только ты, медведь, чуть меня не раздавил. – И она очень нежно поцеловала своего первого в жизни мужчину.

Слишком долго разлеживаться не стали. Хоть, вроде, мероприятие в дворянском собрании на весь день, до позднего вечера, намечалось, как знать, может Натальиным родителям там раньше надоест.

Так и расстались на пороге. Никаких тебе уверений в любви до гроба, клятв в вечной верности. Только поцеловались на прощанье перед тем, как Максим в весеннее благоухание черемухи возле дома шагнул.

Глава 11

Свободный летний месяц пролетел быстро. С новой встречей с Натальей как-то не заладилось. О способе передачи друг другу сообщений как-то в голову не пришло договориться, а топтаться под воротами, рискуя вызвать негативную реакцию родителей подруги посчитал слишком рискованным. И Тоня отказалась помогать устроить встречу двух влюбленных. Фыркнула только раздраженно. Мол, в сводни не нанималась. Вредная она бывает временами, и ее брат, Серега это свойство своей сестренки подтвердил.

Зато в новом мир их отряд пополнился еще на одного человека. Савва еще и своего напарника, Христофора, из мастерских к ним сманил. И на рынке с мясом стоять нашлось кому. А невеста все того же Саввы сама и вызвалась. Правда, Савва клялся и божился, что тайну перемещений в другой мир ей не открывал, просто посетовал, что деньги на рынке мимо носа к перекупщику уходят.

Оказавшись впятером и вооруженными, расхрабрились, решили окрестности обследовать. Как знать, может, где-нибудь по соседству берег какого-нибудь ручья весь золотыми самородками усеян. Правда, храбрость храбростью, а пешком, сквозь степи все же не пошли. Очень уж тут хищники по кустам прыгучие, да зубастые скрываются. Решили с воздуха окрестности начать обследовать.

-Правее, еще правее, - направлял с башни их полет Савва. Ему с верхотуры куда дальше все видно было, чем самому Максиму от его управляющей стеллы, даром, что Андрей, призрак, смог настроить изображение окружающего их летучий замок пространства, словно и нет никаких стен вокруг.

- А что там? – Все же поинтересовался наш герой у впередсмотрящего.

- Еще не знаю. Белеет что-то вдалеке.

- О! Это будет очень интересно! – Вдруг воскликнул их призрак, раньше всех рассмотревший, что за белый ориентир ожидает их впереди.

В самом деле, интересно! Даже очень! Огромный скелет какого-то существа, в котором Андрей, по памяти из прошлой жизни, признал динозавра. Точнее, их, как он сказал, много миллионов лет назад на земле множество разных видов водилось, запросто мог и такой вот вид встречаться, с головой размером с небольшой сарайчик. Ну, если строить сарай, в который нужно входить немного согнувшись. Только то животное, скелет которого они нашли, не миллионы, а максимум пару месяцев назад здесь еще разгуливало. Мясо с костей объели падальщики и насекомые, но кости еще даже чуть розоватые на стыках были.

Огромные, тяжелые кости, такие только если впятером поднимать, но Андрей запросто череп чудовища в одну из башен перенес. Сказал, что если в академию наук такое предложить, то почти наверняка можно очень много денег с продажи получить. Правда, неподъемную костищу придется переносить из этого мира сразу прямо на место торговли, но это уже технические, малосущественные детали.

Уже в середине июля Максим еще раз сходил в гости к Юмашевым. Сергей сказал, что будет поступать в Московский университет на инженера. Экзамены там в последних числах июля должны были проходить, так что он уже потихоньку начинал собираться. На вопрос одноклассника, почему собирается поступать в Москву, а не в столицу, разложил все по полочкам. Добираться от них до Москвы на поезде быстрее, чем до столицы, требования в Московском университете такие же, как в Петербургском, но жизнь в Москве много дешевле и спокойнее, ведь большинство снобов - аристократов проживает как раз в Петербурге. Очень жаль, а то хоть встречаться иногда могли бы. И вдвойне жаль, что на железнодорожника в Москве не учат.

Однако время вышло. Пора и в Санкт-Петербург перебираться, а то можно случайно и не успеть на вступительные экзамены. Накануне, перед отбытием, еще раз помаячил несколько часов возле дома Коковцевых, такая фамилия у родителей Натальи была. Глухо и пусто, как вымер дом будто. Окончательно махнув рукой на несбывшуюся месту о еще одной встрече с подругой, зашагал в поисках укромного местечка. Домой много проще было переносом добираться. Последний вечер в кругу семьи. Потом можно было бы, конечно, время от времени их посещать, но уж больно подозрительно сие действие будет. В последний раз побесился с Ксюшкой и Дашкой. Они на манер древних дикарей устроили охоту на мамонта. Андрей когда-то, когда Максим был еще ребенком, про такое рассказывал, а Максим, соответственно, девчонкам поведал. Растут сестренки. Не факт, что в следующем году, когда вновь к ним на каникулы приедет, они не превратятся в чопорных девиц.

Утром на выход собрался ни свет, ни заря. Так проще. Меньше слез прольют сестренки. Еще бы матери на глаза не попасться, но это нереально. Скотину она выходит кормить и обихаживать практически с рассветом. Обняла, перекрестила… в добрый путь.

В Санкт-Петербурге, куда перешел в точку поблизости от вокзала, Максим действовал по заранее придуманной схеме: поймал лихача и потребовал отвезти его в Институт инженеров путей сообщения. Именно так он обзывался в рекламке, которая оказалась в распоряжении администрации их гимназии. На руки ее ему не отдали, но звучное название и без нее запомнил. Опасался, что придется ехать куда-нибудь на другой конец города, но нет, добрались относительно быстро.

Расплатился с хозяином пролетки, пошел к зданию института, что белело своими классическими колоннами совсем неподалеку. Только рано он прибыл. Закрыто еще все оказалось. Но тут, прямо у входа, небольшая тенистая аллея была разбита с рядом скамеечек, уселся на одной из них и принялся инспектировать свой мешок: что там мать ему из съестного в дорогу собрала?

- Привет! Тоже поступать приехал? – Услышал от одного из проходивших мимо парнишек, когда все харчи были уже подъедены. – Всмотрелся. Стоящий напротив высокий, крепкий блондин просто лучился дружелюбием.

- Ну, да. Тоже. Хочу в разных отдаленных местах побывать.

- А у меня отец и дед мосты для железной дороги строили. Буду продолжателем династии. – Парень уселся на скамеечку рядом. Протянул руку. – Будем знакомы, Алексей Столетов.

- Максим Артемьев. – Представился наш герой в ответ.

За час, что еще оставался до начала приема документов будущих абитуриентов парни неплохо познакомились. Алексей знал гораздо больше подробностей о предстоящей учебе, он, в основном, и просвещал своего нового товарища. В частности поведал, что собственно обучение устройству и управлению паровозной техникой занимает совсем немного места в программе выбранного Максимом института. Гораздо больше по времени здесь обучали проведению правильных расчетов при строительстве всевозможных зданий и сооружений, в частности тех же мостов. А еще обустройству обычных шоссейных дорог, портов, городских водопроводов, не вспоминая уже о химии, физики, геологии, механике и еще целой куче других вещей, даже перечисление названий которых повергало не знакомого с этими дисциплинами человека в настоящий ужас.

- Не боись, Максим, прорвемся! – Хлопнул его по плечу Алексей, увидев зависание своего собеседника от услышанных названий изучаемых предметов. – На паровозе тоже много ездить доведется, начиная с практики после первого курса, тебе понравится.

Документы в приемной комиссии у них приняли честь по чести. Выяснилось, что для них, как золотых медалистов, поступление на курс практически гарантировано. Даже вступительных экзаменов сдавать не нужно. Просто, через три недели прийти и удостовериться, что их фамилия значится в списке поступивших.

- Максим, ты уже нашел для себя квартиру? – Задал вопрос его новый знакомый, когда они вышли из здания института на улицу.

- Нет, я буквально только что прибыл.

- Тогда предлагаю нам снимать жилье в складчину. И дешевле получится, и не так скучно, как одному, будет жить.

- Я не против, только где тут можно разузнать о сдаваемом в наем жилье?

- А я уже подыскал очень подходящую квартирку неподалеку. Только хозяйка, злыдня такая, требует за нее двадцать пять целковых и не соглашается ни рубля уступать. Ты как, потянешь половину суммы? – И увидев немного задумчивый вид своего собеседника затараторил. – Ты не подумай, это очень неплохая цена за большую спальню с кухней, кабинетом и даже настоящим ватерклозетом прямо в квартире. Да еще у нее можно за дополнительную плату заказывать завтраки и ужины, если лень самим готовить станет.

Вот, в принципе, зачем квартира Максиму, который в любой момент может в свой замок переместиться? С другой стороны, он не в лесу, а среди людей живет. Тем более, в столице, как он слышал, все, начиная от дворников, друг за другом присматривают. Хорош он будет, если кто заметит, что данный студент даже собственной квартиры не имеет, растворяясь каждый день после занятий «в воздусях». Надо только будет с Алексеем как-то договориться, чтобы не болтал, что его сотоварищ по снимаемой квартире любит пропадать в неизвестном направлении.

Квартирную хозяйку, со слов Алексея, Максим представил себе, как старую склочную грымзу. Велико же было его удивление, когда на звонок Алексея в дверь, им открыла совсем еще молодая женщина, почти девушка.

- Что, пришел соглашаться на мою цену? – С улыбкой встретила она молодых людей, переминающихся с ноги на ногу перед ее дверью.

- Да. Только мы с товарищем будем снимать квартиру в складчину. Вы не против, Варвара Тимофеевна?

- Если только вдвоем, то не против. Но, чур, других студентов у себя не селить. Присматривать строго буду, а то знаю я вас. Чуть отвернись, вертеп из квартиры устроите.

- Нет-нет, мы хорошие. – Вступил в разговор Максим, заметив, что его товарищ изрядно тушуется перед прелестями этой дамы.

- Ну, тогда платите плату за месяц, раз вы такие хорошие, и еще залог за мебель в десять рублей, и пошли смотреть ваше будущее жилье.

Максим хотел было сказать, что плата после осмотра, но, взглянув на своего товарища, смотрящего на хозяйку влюбленным взглядом, передумал. Похоже, Алексей твердо намерен был поселиться именно здесь, а Максиму такой компаньон, как он, показался очень удобным.

Деньги, скинувшись, заплатили, после чего, следом за Варварой Тимофеевной поднялись на второй этаж. Дверь в их новое жилище располагалась прямо над дверью домохозяйки. Следить за гостями ее новых постояльцев даме явно не составит большого труда.

Ну, что, квартира вполне достойная. Как на взгляд самого Максима, привыкшего к жизни в простом деревянном доме, так даже роскошная. По крайней мере, в туалет во двор бегать точно не придется. И вода есть, правда холодная, но, как сказала их хозяйка, в бане на соседней улице всего за десять копеек помыться можно.

- Меня все устраивает. – Подвел итог экскурсии Максим. Алексей же, молча, млел от близости «прекрасной дамы» и не торопился высказывать свое суждение.

Получили ключи от квартиры, и Варвара свет Тимофеевна легконогой ланью умчалась вниз по лесенкам.

- Надо где-то дубликаты сделать. – Заключил опомнившийся после гормонального шторма Столетов, взвешивая в руке выданную связку.

- У нас в городе будка, в которой ключи по образцу делали, на базаре в самом людном месте стояла. – Высказал скрытое предположение Артемьев. – Могу даже сам сходить, проверить. Не знаешь, где тут базар поблизости?

- Вроде, если по этой улице вниз пойти, неподалеку от набережной должен быть.

- Ладно, спрошу по дороге. – Легкомысленно махнул рукой наш герой и, прихватив ключи в качестве образца, легкой походкой направился к выходу.

Рыскать в поисках нужного ремесленника по здешнему базару, разумеется, не стал. Много проще перенестись сразу поблизости от базара в родном городе и сделать дубликаты ключей уже там. Собственно, так и сделал. Еще и в мясные ряды заглянул, как там у них дела с продажей мяса обстоят. Обстояло неплохо: возле Груни, невесты их Саввы, даже небольшая очередь из двух человек создалась. Тем более приятно, что соседние торговцы, у которых покупателей в этот момент не было, разглядывали этот локальный ажиотаж с немалой завистью и раздражением. А сами виноваты, не надо людям в другой раз мослы подсовывать, маскируя их тонкой срезкой с мякоти.

Дубликаты получил, даже в удвоенном количестве на всякий случай. Теперь самое время в тот мир наведаться. Понравилось ему тот мир с высоты птичьего полета изучать.

Едва в Замке появился, как в качестве транспортного средства привлекли: Захар сказал, что сданная ими в выделку шкура, наверное, уже готова, надо забирать. Отправился с Захаром на Землю к его знакомому скорняку.

Шкура неведомого хищника была великолепна! Если ее на полу расстелить, так, пожалуй, в немаленьких размеров комнате вместо ковра служить сможет. Или на базаре в качестве диковины выставить…. Только Максим не желал этого. Первый столь значимый трофей. Пусть на стене в их замке украшением работает.

В Замке принесенная шкура тоже послужила источником столпотворения. Точнее, столпотворение – это когда толпа, на ногах стоит. А как называть лежбище поверх расстеленной шкуры, когда все разом на ней поваляться захотели? Только Айну сказала, что шкура в починке нуждается. Дырки в ней от пуль остались.

- Да как же починить такое? – Возмутился Артемьев. – Если иголкой с нитками, так неровность на шкуре ощущаться будет.

- Зачем нитки?! – Возмутилась призрачная «хозяюшка». – А магия починки шкур на что?

- Ты мне такого не показывала. – Обвиняюще воззрился хозяин Замка на своевольное привидение.

- Так и указания такого от тебя не было. Ты же велел мне только боевые навыки моего бывшего хозяина тебе показать. А так, я же тебе говорила, что мать меня учила магии, чтобы хозяйство могла самостоятельно вести.

- Тогда учи меня всем своим магическим приемам прямо сейчас.

А еще через час все парни дружно удивлялись целенькой шкуре в тех местах, где еще совсем недавно были отверстия от пуль. А Савва нерешительно попросил:

- А меня нельзя этой вашей магии хоть немножко подучить.

Зря он это попросил. Айну сразу на такую неосторожную просьбу стойку сделала:

- Так, как Максиму, знания в мозг перекачать не получится, но по-простому, долгими трудными тренировками, отчего бы нет. Только потом, если начну тренировать, чтобы отказа назад не было. Иначе наказывать буду. – И даже в этот момент голосок разума в голове лоботряса не включился. Он только разулыбался, как идиот, и решительно махнул рукой. – Идет. Не будет отказа с моей стороны.

Долго в Замке не рассиживался, провел только жертвенный ритуал с попавшими в ловушки травоядными, и назад в столицу поспешил. С ребятами в Замке у него еще будет время пообщаться, и полетает, и на охоту еще сходит, следующие три недели до зачисления проведет полностью в Новом мире, а пока надо срочно Алексею дубликаты ключей от квартиры передать.

Узнав о том, что его компаньон по аренде жилища не собирается последующие три недели квартирой пользоваться, Алексей вскинулся было:

- Тогда я должен, наверное, тебе деньги за неиспользованное тобой в квартире время отдать? Я-то здесь постоянно жить думаю.

- Оставь! – Остановил Артемьев полезшего за кошельком в карман парня. – Я получил право пользоваться этой квартирой. А буду ли я пользоваться им на самом деле – мое личное дело. Не понимаю, почему за мои собственные желания ты должен расплачиваться.

Хороший, как оказалось, парень, этот Алексей Столетов. Максим даже подумал, что в дальнейшем его можно будет посвятить в тайны перехода в Новый мир. Но это еще присматриваться к товарищу надо, а пока Максим отправится в Новый мир в одиночку. Развитие его Замка не должно останавливаться.

Глава 12

- Эх! А землица здесь какая! – С чувством выдохнул Христофор, растирая между пальцами комочек почвы, откинутый ими при очередном ремонте ямы-ловушки. – В такую ж землю посади сухую веточку, и то вырастет!

- Нельзя нам пока на здешней земле обустраиваться. – Отозвался Максим на это сетование. – Как знать, кто может пожаловать после того, как время, отведенное для адаптации новичков, подойдет к концу.

- Да понимаю я все. – Отозвался Христофор. – Но была бы возможность, я бы половину односельчан сюда сманил махом.

- Тут же кроме пустой земли ничего нет.

- А больше и не нужно ничего. Чтобы дома построить – вон, деревья вдоль берега растут. Топоры мужики с собой принесут. Камни на фундамент опять же со дна речки выворотить можно будет. Мясо, рыба, хлебушек вырастят. Одежду из травы, что вокруг растет, спрядут. А что еще в быту потребуется у тебя, Максим, выменяют, а ты в свою очередь их продукты на базаре сможешь продать с прибылью.

Прямо размечтались все разом, какие тут райские кущи устроить можно. Одна только забота, разобраться с налетающими время от времени врагами.

Уже вечером спать укладывался, когда Савва к нему в комнату пришел.

- Максим, я нельзя сюда все-таки мою Аграфену перенести. Без женщины мочи нет. И Захар хотел бы, чтобы его жена была с ним, только не решается попросить тебя об этом.

- Сам об этом думал. – Признался Максим, который, действительно, немало страдал от утреннего стояка. – Только как же быть с надвигающейся опасностью?

- Так, когда наступит время, ты их просто отправь обратно на Землю. Они же бабы умные, болтать точно не станут. Тем более, если мы их пристрожим хорошенько от этого. Мы же сами ходим туда-сюда и не болтаем лишнего. А хочешь, Груня и для тебя свою подружку позовет, чтобы тебе тоже не обидно было. Она у нее ух, фигуристая. – И он обвел ладонями какие-то нереальные объемы, чтобы продемонстрировать стати предлагаемой к знакомству подруги.

Против такого подкупа Максиму устоять было сложно. Естество требовало своего. Но тут внезапно вспомнил, как резко пропала возможность пользоваться переходом на Землю, когда вражеский летучий остров еще только на горизонте показался. А ведь, вроде бы еще продолжался безопасный период. Где гарантия, что уже завтра чего-то подобного еще раз не случится? А еще представил на месте этой неизвестной девицы Наташку, прикинул, что будет чувствовать в тот момент, когда в нее попадет вражеское заклинание….

- Нет, пожалуй, откажусь я от своей женщины в этом мире. – Сказал он. – По крайней мере, пока не разберемся, как тут и что получится. И ты тоже подумай еще раз. Мои возможности по переносу на Землю в самый момент появления опасности блокируются. Могу и не успеть возвратить твою Грушу на Землю. Не будешь меня винить, случись что?

- Не буду! Разреши Аграфене к нам присоединиться.

По итогам разговора в их небольшой компании почти ничего не изменилось. Савва, вняв все же предостережениям Максима, старался большей частью свою Аграфену на Земле держать, к себе, в замок, лишь изредка, преимущественно на ночь, ее приглашая. Опять же это и в общих интересах всех оказалось: его подруга всю торговлю мясом, добытым их компанией, на себя взяла. Захар же хоть и забрал жену в Новый мир на постоянное проживание, но его Алена оказалась настолько нелюдимой, что о ее присутствии остальные парни вспоминали только во время приемов пищи, когда все за общим столом собирались.

- Тьфу, ты! Пересолено, есть невозможно! – Савва с гримасой на лице, выплюнул засунутый было в рот кусок жаркого. Максим, который уже тоже свою порцию отведал, вполне с аппетитом проглотил кусочек и поинтересовался:

- Что, Савва, домашнее задание по своей магии поди не выполнил?

- Айну, ну прости, сделаю я все, что ты задала после обеда! – Взмолился их нерадивый будущий чародей, наблюдая, как остальные товарищи с аппетитом поедают свои порции.

- Точно выполнишь задание? – Проявилась призрачная девушка, стоящая перед своим учеником руки в боки. – Ты уже мне это с самого утра обещаешь.

- Так с утра у меня Груня еще гостила. Теперь вот ее нет, я точно магией займусь. – Призрак сделала Максиму разрешающий знак, что тот может начинать магичить, чтобы сделать пищу в тарелке товарища менее соленой.

Скажете, не по-товарищески это, не помочь другу без разрешения? Так друга за язык никто и не тянул, сам попросился на учебу, а пересоленая пища вместо двойки нерадивому ученику, пришедшему на урок без выполненной домашки. Тут помощь другу самой настоящей медвежьей услугой будет являться.

Христофор земледелием все-таки занялся. Вскопал пару грядок, на которые насеял семян капусты и всяких ароматных травок.

- Без укропа и есть не сможете, когда привыкните им прикусывать свою кашу. – Прокомментировал он свои действия. – С базара его не натаскаешься, вянет быстро, да и скоро там зима начнется. А мне вскопать чуточку земли и не в тягость вовсе.

До назначенной даты, когда в институт надо было являться, дни быстро пролетели, и вот уже Максим Артемьев стоял возле доски объявлений в институте железнодорожников, на которой списки принятых были вывешены.

- О! Максим, и ты здесь? – За спиной нашего охотника незаметно оказался Алексей, тоже пришедший свое имя в списке найти. – Нашел себя?

- И тебя тоже отыскал. Мы там рядом, на соседних строчках расположены. Теперь до послезавтра можем быть свободны, а первого сентября к девяти утра, как штык, должны в первой аудитории оказаться. Кстати, не знаешь, где можно приобрести студенческую форму нашего института, а то я только-только прибыл.

- Охотно подскажу и даже покажу. – Отозвался Столетов. – Лавка Якобзона с готовым платьем совсем рядом с нашим домом, где мы квартиру снимаем, расположена. Там и форму подберут, и подошьют, если чего-то не подойдет. И по деньгам совсем не дорого выходит.

- Ты прямо как зазывала из этой лавки, ее расхваливаешь. – Улыбнулся Максим.

- Так отчего не помочь двум хорошим людям отыскать друг друга. – Рассмеялся тот в ответ.

Уже оказавшись в лавке, Максим сразу понял, чего так распинался товарищ, расхваливая именно это заведение. А все дело в том, что за прилавком тут оказался не приказчик, как в подавляющем большинстве других мест, а приказчица, что ли. Стройная черноглазая девушка прямо с порога разулыбалась потенциальным покупателям.

- Вот, Глаша, привел к тебе своего соученика. – Объявил Алексей, отступая чуть в сторону от Максима и показывая на него ладонью.

- Ой! Таки мы таким молодым красивым людям завсегда рады. – Совсем расцвела красавица.

Форму подобрали быстро. Причем, не с обычными орлами на жестяных пуговицах, а именно с путевым молотком и железнодорожным ключом. Особый форс, однако, как прокомментировал эту деталь Столетов. Единственное, штанины и рукава одежды оказались чуть длинноваты, но время, чтобы прямо здесь же, в лавке окончательно подогнали одежду ему по росту у Максима еще было. Прекрасная Глаша, лучась энтузиазмом, пообещала, что к завтрашнему утру уже все готово будет. Оставив пять рублей в качестве задатка, Максим отправился дальше по своим делам. Ну, и Алексей тоже с ним, за компанию.

А дела как раз таки совершенно внезапно отыскались. Не все еще учебные принадлежности оказались приобретены. На стенде рядом со списком принятых на обучение висел и скромный листочек, на котором среди всего прочего значилось, что каждый уважающий себя студент должен был снаряжен логарифмической линейкой, чертежными принадлежностями с соответствующими листами для черчения и тубусом для этих листов. Благо, в специализированном торговом заведении под названием «Студентъ» все вышеперечисленное обнаружилось, да еще в немалом ассортименте. Дополнительно Алексей, у которого все необходимое из списка уже было запасено, разжился там ручкой самопиской, убедив также и своего товарища, что это крайне ценное приобретение.

Ну, а потом, скинув все приобретения в их квартире, отправились гулять по вечернему городу, любуясь барышнями и фонтанами.

- Вот что ты видишь, Максим, глядя на этот фонтан? – Распинался его товарищ, указывая на статую Самсона, разрывающего пасть льву. С водой, бьющей прямо из этой пасти, разумеется. – Красоту? А я строчки уравнений по расчету воды втекающей и воды вытекающей. Меня ими дед с детства по всякому поводу мучил.

- Надо сделать нам расчет, как из труб вода течет! – Срифмовал шуточные строчки Максим, пытаясь себе представить, как можно все окружающее в язык цифр переводить. Парочка барышень, прогуливавшихся неподалеку прыснули от этого немудрящего стишка.

- Девушки, а среди вас Василисы случайно нет? – Подкатил к ним с вопросом Максим.

- Нет. А зачем вам Василиса? – Заинтересовались те.

- Так мой друг очень умный, ищет пару себе под стать. В сказках вот Василису Премудрую народ поминает, я и подумал, что имя, данное родителями, может влиять на разум.

- Ну, и ищите свою Василису, - в шутку обиделись девицы. – А мы все Елены Прекрасные, а вовсе не какие-то там Василисы, да еще Премудрые. Фи!

- Так это…, - Артемьев демонстративно почесал затылок, сделав на своем лице самый преглупый вид из тех, что мог. – Я тоже, скорее, из красавцев. Давайте знакомиться, меня вот Максимом зовут.

Дальше, разбившись по парочкам, гуляли уже вчетвером. Молодость, прекрасная пора!

- А ты почему без студенческой формы, если с другом в один институт поступаешь? – Поинтересовалась теперь уже знакомая Елена свет Петровна в конце прогулки (отчества подруги озвучили, чтобы в разговоре их кавалеры не путали, к кому из Елен обращаются). – Я вот даже знакомиться с тобой сначала не хотела из-за этого. Подумала, ты просто парвеню какой-то, раз без формы ходишь.

- Так форму я только завтра от портного получу. И, кстати, где я смогу с вами еще раз встретиться, прекрасная Елена? – Наученный горьким опытом с Натальей, теперь Максим о дальнейших встречах решил договариваться заранее.

- К чему это кстати? – Девушка хотела ответить колкостью, но потом смилостивилась: - мы с подругой в синема в следущие выходные собирались сходить.

- Где и во сколько встречаемся? – Сразу перешел на деловой тон парень.

Возвращались, уже смеркалось. Максим решил в этот вечер не возвращаться в Замок, в своей квартире в Питере переночевать.

- А все-таки они замечательные! – Мечтательным голосом произнес Алексей, все еще переживая детали совместной прогулки.

Последний день перед учебой пролетел незаметно. Кстати, получил первый опыт холостяцкого существования, когда проснувшись поутру, очень хочется кушать, а жрать-то и нечего. Накануне, во время прогулки с девушками, налопались пирожных с ними за компанию и абсолютно не подумали о завтрашнем завтраке. Сам-то Максим решил эту проблему простым перемещением в замок, там Айну, как по волшебству, сметала на стол тарелки с приготовленным ей завтраком, а вот как решил сию проблему пустого желудка его сосед, Максим спросить постеснялся. Все же накануне вместе время проводили, а тут, с утра, как единоличник обособился. С другой стороны, ему еще не раз и не два таким образом пропадать придется, вот и испытает в первый раз, как его новый товарищ на исчезновение отреагирует.

Зато не постеснялся поинтересоваться все у той же Айну, как в магической цивилизации решается проблема с водопроводом и помывкой. Очень ему после завтрака крана с водой не хватало, чтобы руки сполоснуть. Оказалось, у народа Айну водились специальные артефакты, конденсирующие воду из атмосферы. Ну, понятно, климат то там практически пустынный, без подобных артефактов ни попить, ни постираться. Только девушка-призрак призналась, что сама совсем не сильна в выделке артефактов. Для этого у них специально учиться надо было. Понятно, артефакторами становились только мужчины. Максим с интересом взглянул в сторону только что подошедшего Саввы. Интересно, если его отправить в тот мир, где Максим уже побывал ненадолго, он сможет там на учебу на такого артефактора устроиться? Все же начальные магические приемы от их призрака уже усвоил, не бездарь значит.

От новой учебы Савву судьба пока миловала, мало их слишком, но на заметку новоявленный правитель замка этот момент все же взял. Позднее, если у них все нормально будет, этот вопрос надо будет обязательно обсудить.

Обсудив с девушкой-призраком проблемы магического водоснабжения, Максим пожелал перенестись к зданию лавки, в которой его новая студенческая форма была оставлена для подгонки. По времени, так, вроде, как раз к открытию выходило.

Угадал, девица, которая их тут накануне обслуживала, как раз дверь лавки ключом открывала.

- Глафира, красавица, а я за формой своей пришел. – Поспешил Максим к девушке. – Вы, вроде как, сказали, что к утру уже все готово будет.

- Так и готово все! – Она подняла с крыльца, с пола, доверху наполненную сумку, которую туда поставила, чтобы освободить руки для открытия двери. – Пойдемте внутрь, на примерку, все ваше со мной в этой сумке. Только ошиблись вы, меня вовсе не Глафирой зовут, отец с матерью мне другое имя дали. Голда я, что значит золотая.

- Простите, Голда. – Повинился Максим. – Просто мой товарищ вас Глашей называл, вот я и подумал….

- Да меня многие так величают, привыкла уже. – Отмахнулась приказчица. – А вы, правда, считаете, что я красавица?

Максим рассыпался в уверениях, что все сказанное им в адрес девицы чистая, незамутненная правда и ничего кроме правды. Щечки девушки запунцовели, видно было, что комплименты ей безумно нравятся.

Форма оказалась как раз в пору, и студент отдал остаток оговоренной накануне суммы. К себе, на квартиру, он в ней и решил возвращаться, свернув прежнюю свою одежду небольшим тючком и перевязав обрезком шпагата, который попросил у здешней хозяйки. Может, показалось, но «Золотая» девушка смотрела ему вслед, когда он лавку покидал, с немалым интересом. Надо будет как-нибудь в ближайшее время, когда более-менее со временем учебы определится, еще раз в эту лавочку заглянуть. Может и согласится девица-красавица сходить с ним на свидание.

Вернулся в квартиру, а товарищ все еще продолжал дрыхнуть, а ведь время уже к обеденному подходило. Впрочем, в свете того, что съестного в их доме так и не прибавилось, может, это такая особенная тактика, продуманная была? По типу: «спишь, значит ешь»? Ну, и ладно, в таком случае. Сложил лишнюю одежду на полочку, в шкаф, и снова в тот мир отправился. Это у него в квартире, в Петербурге особо нечем заняться, а тут дело всегда найдется.

- О, командир! - Встретил его в общем зале, куда выходили дверные проемы из личных комнат парней, Игнат, по какой-то надобности прибежавший в замок. – Пойдем скорее, там в ловушку вожак этих зубров попался, так мы к яме близко подойти не можем, он чем-то невидимым нас сразу с ног сшибает. В первый раз чуть к нему все не попадали. Как думаешь, из него можно будет эту его магию извлечь?

- Это называется телекинетический удар. – Просветил ребят призрак Андрей, возникший от них неподалеку. – Самое разумное будет тебе, Максим, к нему незаметно ползком подобраться, после чего прикоснуться и усыпить. А уж заклинание я вытащить из животины точно сумею, когда она у меня на жертвенной плите окажется.

- Так, Андрей, ты Игната, к нашим переноси, пусть скажет, чтобы подождали чутка, не рисковали сильно. Я переоденусь только. А то в новом наряде по земле ползти будет как-то не сподручно. Мне в этой форме завтра в институте надо быть.

- О! Я только счас заметил! Форма у тебя совсем, как у взрослого чиновника, важная. – Затараторил Игнат. – Так я к нашим? – И пропал, рассыпавшись стайкой светлячков. Андрей в точности выполнил пожелание хозяина замка.

- Андрей! – Снова позвал Артемьев, переодевшись в рабочую одежду, а это заклинание, скачанное у зубра можно будет только мне передавать, или кому-нибудь другому из наших тоже возможно?

- Можно Савве. У остальных магическое начало еще не разбужено. Но только и Савве пока особо оно ни к чему будет, у него маны пока даже на пару хилых толчков не хватит, так что, ты не играй в благородство попусту, а собирай все заклинания, до которых дотянуться получается. Как знать, в какой момент они тебе пригодиться смогут. А с другими ребятами ты этими заклинаниями позже поделиться сможешь, когда такое улучшение у себя заведешь, как магическая библиотека. Только эта библиотека по энергии дорогая очень, сейчас у тебя даже близко подобной энергии не наберется, да и временный запрет на постройку этого улучшения имеется, скорее всего, до тех пор, пока этот наш ученический срок не закончится.

- Так у меня же этот Телекинетический Толчок уже изучен. – Возразил Артемьев. - А так, с обучением Саввы, хоть на чуть-чуть, но наша совместная мощь увеличится.

- В этот раз да. Я тебе на будущее совет давал. И если ты о мощи своего отряда беспокоишься, убеди их всех магию изучать, а не как сейчас один Савва, да и тот частенько из-под палки. Помни про возможности магической библиотеки. - Вот, вроде обычный совет, но почему же Максиму вся речь его призрака кажется... рекламной что ли? Андрей уже не в первый раз о недоступных на данном этапе развития улучшениях рассказывает. Это он явно так Максима к дальнейшему развитию стимулировать пытается.

Глава 13

И снова ночевка в квартире. Только на этот раз уже, Максим, наученный горьким опытом, продуктами на завтрак запасся. Точнее, они вдвоем запаслись. Алексей накануне тоже прочувствовал всю прелесть ощущений, когда проснулся, а в животе черти на барабанах играют. А вообще, надо будет с хозяйкой квартиры обсудить приготовление завтраков и ужинов. Вроде, у нее предлагалась подобная услуга за отдельный расчет.

После завтрака поспешили на занятия. Так всю дорогу и бежали бегом. Не потому, что опаздывали, просто погода в Питере внезапно испортилась. Мелкий противный дождик припустил, вот и постарались поменьше мокнуть.

Четвертая аудитория и первая лекция в качестве студентов – железнодорожников. А много их тут собралось! Максим примерно, на глазок, прикинул, так сотни полторы, если не больше. И все разом болтать прекратили, когда в аудиторию преподаватель зашел. Ну, понятное дело, в гимназиях жестко обучили все разговоры в присутствие учителя прекращать, как и вставать, когда он в класс заходит.

- Присаживайтесь, коллеги. – Послышалось непривычное обращение от немолодого уже мужчины в цивильном костюме. – Время первой лекции мы с вами посвятим организационным вопросам. Для начала разобьемся на группы….

Первый день обучения в институте подошел к концу. Группа у них с Алексеем сто восьмая, у группы появился свой куратор, Скриль Валерий Петрович, преподаватель с кафедры «Паровые машины и механизмы», он уже назначил старосту группы, которым стал… барабанная дробь… Алексей Столетов. А просто их куратор учился в одной группе с отцом Алексея. Такое вот проявление непотизма получилось. Кстати, сам Алексей назначением гордится, как же, их фамилию в институте знают и помнят, хоть должность старосты и обещала немало лишних хлопот при минимуме профитов. А еще, самое главное, на взгляд самого Максима, им показали, где находится институтская столовая. Так что с голода страдать не будут, и даже не придется с узелками таскаться, как это было во время учебы в той же гимназии.

Обратно, на квартиру, за компанию с их новоявленным старостой не пошел, отыскал укромный уголок и в свой замок перенесся. Была нужда снова под дождем мокнуть.

А в замке, меж тем, паника вовсю разгоралась. Накануне, во время очередной охоты подстрелили животное, в холке которого обломок копья застрял. Причем, рана по уверению Саввы, который, вроде, в этом разбирался, еще вполне свежей была, кровь даже из раны еще сочилась. Хотя, может быть, эту рану падение животного наземь разбередило. Обломок-то мог ведь и о землю или заросли травы зацепиться. Словом, парни внезапно ощутили себя в окружении полчищ дикарей и сели в осаду. Ночью глаз не сомкнули. А был бы там Максим, запросто могли поднять их замок в воздух и перелететь в другое место. Или вообще переместиться. Но Максима не было, вот и перенервничались все, их же замок на равнинной местности за версту видать.

Первым делом Артемьев решил свою махину в воздух поднять, осмотреть с высоты окрестности. Хотя и для перемещения у них все готово было, подобрал на всякий случай из показанных Андреем видок поприятнее. Взлетели, осмотрелись. Несколько стад разных животных в прямой видимости вполне себе спокойно паслись.

- Уф! Слава богу! – Это Игнат свои затаенные страхи наружу отпустил. – Но все равно, как-то боязно тут станет охотиться. Да и ночью опять придется дозоры нести, а мы и так не выспались за прошлую ночь.

- Хорошо. Тогда давайте сегодня вдоль по течению реки полетим. – Предложил Максим. – Охотиться не будем, просто место расположения сменим, а вечером вы пораньше спать ляжете.

Как на взгляд самого Максима, так воздушная экскурсия удалась. Гигантских черепов, конечно, больше не находили, но с высоты очень красивые виды открывались. А еще животный мир почему-то заметно изменился вдруг. Вроде все та же степь, а животные в ней пасутся совершенно другие. Размерами мельче, чем их излюбленные зубры, по внешнему виду – так зайцы переростки один в один. И в таких количествах, что на Земле сразу бы все леса до корней обглодали бы. А еще хищники интересные обнаружились. Как ящерицы, но тоже во много-много раз увеличенные. Андрей назвал этих ящериц варанами и посоветовал избегать укусов. У земных варанов укус у многих ядовитым является.

Приземлились, как и в прошлый раз неподалеку от берега реки. С одной стороны за водой далеко ходить не надо, хотя для той же Айну с ее готовкой еды на всю компанию, это проблема не слишком большая, с другой стороны, хоть одна из сторон Замка от возможных врагов прикрыта оказывается. Хотя, разумеется, призраки, которые постоянную стражу несут, и в ту сторону тоже время от времени поглядывать будут.

В Санкт-Петербург парень вернулся, когда уже совсем вечереть стало. Зато поужинал и с собой на утро приличный шмат печеного мяса прихватил. С наложенным заклинанием стазиса оно точно испортится не успеет, а зато будет им чем с утра перекусить.

Второй учебный день уже больше на реально учебный походил. Вот только большинство предметов оказалось теми же, что они в гимназии изучали. Физика, алгебра, химия, атлетика. Химия запомнилась, прежде всего, тем, что тамошний преподаватель объявил себя одним из личных учеников Менделеева. Сказал, что и сам Менделеев до самой своей смерти, пять лет назад, здесь, на кафедре общей химии преподавал.

После занятий Максим снова в Бескрайний мир перескочил, а там уроки вязания в самом разгаре. И нет, не того вязания, когда крючком или на спицах женщины своим домашним одежду вяжут, тут Айну пыталась бестолковых землян научить силки из веревок делать. А как иначе в таких условиях пытаться живой добычу поймать, если эти ушастые мохнатики размерами с добрую овцу, прыгают с места почище иных кузнечиков? Ловчие ямы против них явно неэффективными окажутся.

- О! Придумал! – Вдруг заявил Савва, разглядывая свитую им петлю из довольно толстой пеньковой веревки. – А давайте с помощью таких петель на ихтиозавров охотиться.

- И как ты в воде будешь ловушки закреплять? – Скептически поинтересовался Захар.

- В воде и не буду. Один конец к стене замка прикреплю, а петлю буду им на шеи накидывать сверху. Потом фью! И добыча подвешенная в петле болтается.

После творческой доработки этой идеи, заключавшейся в пропитке самой петли тугоплавким жиром, чтобы петля в воздухе не комкалась и закреплении свободного конца веревки не к стене замка, там просто не за что было закрепить, а к специально выращенному толстому выросту с расширением на конце, с энтузиазмом отправились на «рыбалку». Так этот вариант охоты обозвали, потому что добычу, совсем как рыбу, предстояло удить, вытягивая снизу вверх.

Максим даже немного удивился, когда рыбалка с самого первого заброса удачной оказалась. Все же сырая была идея. Те же ящеры могли и вовсе при виде подлетающей громады замка под воду уходить. Но то ли ихтиозавры вверх смотреть были не приучены, то ли просто слишком бестолковыми оказались, чтобы непонятного бояться, но ихтиозавр, которого на поверхности реки минут через пятнадцать лета над речной гладью отыскали, так до самого конца и торчал из воды.

А тяжелая тушка оказалась! Впятером еле вытянули. И это при том, что на всех охотников по очереди Максим заклинание усиления наложил. Хотя, это он у себя прилив сил от заклинания ощущает отчетливо, а как там это заклинание на другом человеке действует? Может, совсем на чуть-чуть? Но помаялись, чуть руки себе не вывихнули, но вытянули «репку». Едва придушенного, но еще живого плезиозавра за порог замка затянули, Максим заклинание Сна на него наложил для верности и Андрею скомандовал, чтобы тот переносил добычу на жертвенную пентаграмму.

А вот с заклинанием, имевшимся в арсенале рептилии, не повезло. Все тот же телекинетический толчок. Он, похоже, тут из самых распространенных. У Максима с Саввой это заклинание в арсенале уже имелось, а прочие земляне пока инициировать свои магические способности как-то не удосужились. Но ничего, это им хорошим уроком стало. Вон, какие сожалеющие гримасы скорчили, когда Андрей сообщил о невозможности обучить их имеющемуся у ящера заклинанию. Очень статься, что учеников у Айну с сегодняшнего дня прибавится. А заклинание? Что заклинание? Не последний плезиозавр в здешних водах, да и вожаки зубров в степи еще встречаются. Если захотят и постараются, то обучатся, какие их годы.

Зато энергии с одной чешуйчатой тушки вышло столько, сколько и с трех зубров не выходило. Парни всерьез задумались, каким способом им проще зверей для жертвоприношения ловить будет. Для ловли копытных в степях ведь и ямы глубокие копать приходилось, и пешком по степи проходить каждый день не мало. Да еще хищники, что в засадах затаились…. А тут понапрягал мышцы немного – и дневная норма перевыполнена. Хотя, как там еще с ловушками на «Зайцев» дело пойдет? Может, еще проще, чем «рыбалка» окажется. Зайцев то вон сколько! Осталось только Максиму пару бухт веревки закупить.

Под влиянием эмоций от ловли плезиозавра решили этот день и дальше рыбной ловле посвятить. Причем, прямо с летающего замка. Вон, на Волге рыбаки, рассказывают, белуг ловят саженей в десять длиной. Может, и тут такие же плавают? Река то Волге по ширине ничуть не уступает.

Белуг не попалось, но рыбы наловили изрядно. А еще сеть выставили поперек узкого жерла довольно большого заливчика. Если только плезиозавры или какие-нибудь другие крупные речные обитатели сеть не снесут за ночь, завтра улова еще может прибавиться очень значительно. Но самое главное, всю выловленную рыбу Максим смог заклинанием стазиса обработать. Теперь ее можно и в кладовой хранить, и на базаре, не торопясь, продавать. Такая рыбка очень долго будет свежей оставаться.

Вечером снова в закуток возле дома, где живет, переместился. В этот раз в качестве завтрашнего завтрака тащил рыбный пирог. Под стазисом он до утра еще теплым пробудет.

За неделю с институтом пообвыклись, пообтерлись. Алексей, к его чести, ни разу не задал вопрос, где же его одногруппник сразу после занятий пропадает. Наконец-то выходные наступили. Еще с вечера пятницы Максимов сосед по квартире принялся примерять новый цивильный наряд, в котором он завтра на свидание планировал пойти. Елена «Прекрасная», похоже, в прошлые выходные большое на него впечатление произвела. Впрочем, Алексей в этом плане, вообще очень Савву напоминал, который просто жить не мог без женщин. Вон, и на Варвару, их домохозяйку заглядывался, и с приказчицей Голдой в лавке готового платья соловьем разливался. Алексей тоже встречи с девушками с нетерпением ждал, но не с таким же. Да и с одеждой решил проще поступить: его Елена Петровна же при прошлой встрече ясно выразила пожелание студента в его форме увидеть. Вот в студенческой форме в синема и отправится.

Суббота, утро. В этот день Алексей тоже разлеживаться не стал. Соскочил, принялся свою физиономию мылить. Бритву он еще с вечера наточил. Спрашивается, зачем, если на подбородке и под носом у него в совокупности три волосинки, не заметные еще толком? Впрочем, то его дело. Сам Максим в это время на стол накрывал. Пироги, принесенные им из замка, Алексей со своей стороны дополнил кусочком вологодского масла в крынке с водой и очень вкусной сдобой. Теперь, пока он брился, Максим пытался на примусе заварку для чая сообразить.

Позавтракали, собрались, в окно на улицу выглянули.

- О! Солнышко! Предлагаю идти пешком. Все равно времени еще мало. Напрасно там торчать без толку будем. А так хоть деньги на извозчике сэкономим. – Предложил Столетов.

- Принимается. – Коротко отозвался Максим. Он накинул свою шинель и перепоясался ремнем с пряжкой, украшенной все теми же железнодорожными атрибутами. Перед выходом глянул на себя в зеркало около выхода: вполне приличный молодой человек. Форма прибавляла ему серьезности.

Не спеша, потопали по мощенному камнем тротуару в сторону места встречи. По пути еще парочку букетов астр прикупили у бабулек, торгующих всякой всячиной со своих огородов. Это Максим предложил, а его Савва подучил, которому не в новинку было на свидания ходить.

- Запомни, командир, - поучал тот. – Букетик так, безделица, важен символ. У женщин в их прекрасных головках подаренные цветы все сразу поворачивают на соответствующий лирический лад. Точно тебе говорю, на практике проверено!

Елен Прекрасных пришлось подождать, женщины не могут не опаздывать. Впрочем, большого труда ожидание не составило. Зато успели почистить сапоги у уличного чистильщика обуви. Улица, по которой шли, хоть и мощеная, а носки сапог все равно забрызгали. Так бы и бог с ними, с сапогами, не в ошметках грязи же, право слово, но дамы-с….

Нарядная одежда, начищенная обувь, а, самое главное, цветы, привели наконец-то появившихся прелестниц во вполне благодушное настроение. Максима еще подмывало задать им вопрос, а заметили ли они, что его товарищ пришел на свидание гладко выбритым, но решил не дразнить гусей, от греха подальше.

- Во! – Потыкала пальцем в афишу Елена, которая Петровна. – Хочу на Макса Линдера посмотреть! – И ее подруга, Елена Ерофеевна, тоже энергично закивала своей точеной головкой, изукрашенной фетровой шляпкой с вуалью.

Парням это имя ничего не говорило, но раз дамы желают, купили билеты именно на сеанс с этим актером.

Максим совершенно не ожидал, что немудрящие короткие комедии произведут на него такое сильное впечатление. Он даже как-то на время позабыл, что рядом с ним сидит красивая девушка, хохотал во все горло. Даже холодные пальчики прелестницы, что она вложила в темноте в его ладонь, лишь тихонечко сжал и вновь вернулся к просмотру донельзя смешного действа, развивающемся на белом холсте экрана. «Макс принимает ванну»! – Обхохочешься!

По выходе из синема вдруг обнаружил, что Алешка и его Елена Ерофеевна держатся за руки, а Леночка, которая Петровна, вышагивает, обиженно отворотив личико в сторону от его, Максима, персоны. Понятное дело, обиделась, только не совсем понятно, на что.

- А пойдемте в зоопарк! – Вдруг предложила Алешкина подруга. Ну, понятное дело, три коротеньких комедии в совокупности же едва полчаса заняли, а барышни настроились сегодня весь день развлекаться. Максим даже уловил укоризненный взгляд, который она бросила в сторону его спутницы.

Просмотр ужимок обезьянок в просторной клетке вернул хорошее настроение Петровне, и она, взяв под руку своего кавалера, повела его к вольеру, в котором на небольшой лесистой площадке возвышались три бурых шерстистых холма. «Зубр Европейский, Bison bonasus» - было написано на табличке. И чуть ниже: «места обитания: Белая Русь, Царство Польское». Максим внезапно подумал, что было бы, если он с парнями доставил бы сюда их «зубров», на которых они охотятся. На фоне тех, эти, земные зубры, будут выглядеть сущими недомерками. А если в состав стада включить еще и вожаков, владеющих магией? Он представил, в каком ужасе ломанулись бы отсюда все эти разнаряженные посетители и улыбнулся.

- Тебе весело, Максим! – Как-то обвиняюще протянула его спутница. – А вот мне совсем не хочется веселиться. Нам не быть вдвоем.

- Почему так категорично? – Поинтересовался парень, не принимая заявления девицы очень уж всерьез.

- Я слишком дорого для тебя стою. – Похоже, одну из Прекрасных Елен пробило на откровенность. – В начале ноября состоится моя помолвка с Дмитрием Петровичем Рябушинским. Слыхал такую фамилию?

- Кто же про братьев Рябушинских в Российской империи не слышал. – Усмехнулся Максим. – Известные миллионщики. Повезло вам, Елена Петровна.

- Повезло. – Лицо красавицы стало мрачнее тучи. На Максимов переход на «вы» и вовсе внимания не обратила. – Только вот каково мне за такого старика выходить. Ему же уже тридцать лет исполнилось! У него даже борода лопатой! – И уже выдавая тайные мечты, продолжила с мстительностью в голосе: - Ну, ничего, вот рожу ему наследника, а после уеду жить на виллу в Италию! И еще заведу себе там левретку. Обязательно белую. И молодого любовника!

Теперь и у Артемьева настроение испортилось. Он очень живо представил себя на месте незнакомого миллионщика. Вот так вот, женишься на молодой, чистой, непорочной, а у той в голове уже вот такие замыслы имеются. Интересно, а в том мире у кого-нибудь из животных есть ментальные заклинания, чтобы можно было женские потаенные мысли проверять?

Проводили с Алексеем девиц снова до определенного теми места, и домой потопали.

- Ах! Лена такая замечательная! Я определенно влюбился! – Соловьем разливался товарищ. А Максим ничего не говорил. Он твердо решил, больше со «своей» Еленой Прекрасной не встречаться.

Глава 14

Тот переполох в Замке, когда все ночью сидели и дрожали, ожидая чуть ли не немедленного штурма дикарей, показал, что их численность слишком маленькая, чтобы чувствовать себя на просторах этого Бескрайнего мира в безопасности. Поэтому, немного посомневавшись, Максим всем своим охотникам дал увольнительную на Землю с наказом дополнительным: по возможности привести с собой еще по одному товарищу. Но и у самого Артемьева свои задачи в связи с этим вдруг неожиданно образовались. Снова появилась необходимость в пополнении оружия. И нет, ружей для охотников, как и патронов к ним было еще вполне в достатке. Только вот в случае столкновения с разумными, да еще владеющими магией, лучше начинать противодействие с как можно более дальней дистанции, а для этого винтовки нужны. А винтовок у него всего только пять штук.

С оружейными лавками в столице Российской империи все было просто замечательно. Только по пути от их с Алексеем квартиры до здания железнодорожного института, им их две прямо по пути попадались. Ей богу, булочных – не намного больше. Решил, масштабного ограбления с выносом всего носимого не осуществлять. Ружей пока вполне достаточно тех, что имеются. Поход предстоял исключительно за нарезным оружием. По возможности – автоматическим, типа тех Винчестеров. Очень ему возможность быстрой стрельбы и перезарядки понравилась, когда в одиночку от набега той банды с летучего острова отбивался. Вот только патроны…. Патроны к американкам требовались специфические. В тех лавках, по пути, таких в продаже не было вовсе. Впрочем, в одной из них приказчик был так любезен, что подсказал адресок, где такие патроны точно должны быть. Правда, далековато: на Нарвской заставе. Но зато уж точно, какие-нибудь видоки, случись Максиму им на глаза во время ограбления попасться, его опознать не смогут.

В общем, в очередной день, после занятий, он вместо своего Замка, поймав извозчика, отправился разведывать указанное ему место. Пока ехали, аж замерз немного. Ветерок с устья Невы дул пронизывающий.

- Вот они, Нарвские Ворота, барин! – Сообщил извозчик, указывая рукой на высившееся впереди сооружение. Максим в качестве ориентира конечной цели поездки указывал именно их. Саму оружейную лавку, относительно Ворот, отыскать было совсем нетрудно. Приказчик, который про заведение конкурентов поведал, все подробно разъяснил. Расплатился, спустился из пролетки на камень площади.

А неплохой магазин здешний торговец оружием отгрохал! По сравнению с подобными лавками, что Артемьев посещал ранее, так на целый дворец потянет. Роскошь и изобилие, как в отделке, так и в ассортименте. Причем, в продаже не только современное оружие присутствует. Те же рыцарские доспехи и мечи с прочими алебардами тоже на продажу выставлены. Для торговли нарезным оружием в здешнем торговом заведении был весь второй этаж отведен. А там, Максим даже глазам своим не поверил, на застекленной витрине было выставлено настоящее ружье-пулемет Мадсен. Причем, как гласила дополнительная надпись, этот образчик датской военной мысли был изготовлен под российский винтовочный патрон. Ну, теперь-то уж точно, Максим сюда ночью пожалует. Но пока был день и он, маскируясь под обычного зеваку с улицы, рассматривал на витринах выставленное там вооружение.

Пока добирался до места и потом рассматривал винтовки и мечи с доспехами, наступил вечер. Артемьев, отыскав в мешанине здешней архитектуры укромное местечко в подворотне, перенесся к месту, где должны были его парни собираться после выходного в родном мире.

Хм. А дружинников то у него прибавится! Даже навскидку видно, что фигур в этом малопосещаемом закутке парка явно больше пяти. Подошел поближе. В сумерках только на близкой дистанции удалось отличить своих от пришлых новичков. Выяснилось, что больше всех отличился Христофор. Он привел сразу двоих. Оба бородатые, в простонародной, крестьянской одежде. За поясами заткнуты топоры, в руках держат лопаты. Похоже, Христофор не оставил своей идеи перенести в новый мир односельчан с тем, чтобы они там занимались земледелием. Ну, если будут согласны на риск попасть под набег какой-нибудь нечисти, отчего бы и нет? Захар привел с собой здоровяка соседа. Сам, мужчина немаленьких габаритов, он просто терялся на фоне своего протеже, который был настоящим гигантом. Савва же сагитировал… Кузьму, охранника из их городского публичного дома. Вот, почему-то все у него крутится вокруг этой темы. Впрочем, сам Савва уверял, что это просто совпадение, а Кузьму он знает еще с детства. Итого, мужчин, охотников и защитников, даже без участия Максима, который в последнее время все больше на учебе пропадал, станет уже восемь. Игнат с Аленой, супругой Захара, никого не привели, но Артемьев и не рассчитывал на стопроцентное попадание. Если еще винтовками всех вновь прибывших вооружить, да чуточку пользоваться ими обучить, так вполне себе неплохой отрядик получится. По крайней мере, с тем залетным летучим островом, с нелюдями, вооруженными холодным оружием с небольшой примесью магии, они бы справились без особых затруднений.

Перенеслись в Замок. Тут еще светло было, все же на Земле осенью ночи гораздо длиннее. Алена, жена Захара, с порога усвистала постели новым мужчинам готовить. Она, как-то незаметно, заняла в замке должность этакой кастелянши. Определяла, что из добытого пойдет на продажу, а что пригодится для внутреннего пользования. Еще и самому Максиму иногда заказы на покупку чего-нибудь необходимого давала. То же постельное, например. Лично для себя Максим сделал вывод, что таких вот, изначально тихоньких среди женского племени, и стоит сильнее всего опасаться.

Парни принялись обустраиваться, делясь друг с другом историями своих жизней, а Максим снова к тому оружейному магазину на Нарвской Заставе перенесся. Время уже поздний вечер, рабочий день должен был закончиться.

День закончился, но в одном из окон, в помещениях магазина, продолжала светиться керосиновая лампа. Похоже, местный хозяин не надеялся на одну лишь крепость запоров и расторопность полицейских, а содержал настоящего охранника. Что ж, с охранником это будет чуточку посложнее. Прикинув, где он примерно находится, Максим выбрал местечко для переноса в противоположном крыле здания. По всему выходило, что для того, чтобы беспрепятственно собрать выставленные в витринах и запертые в шкафах образцы, надо было сначала его усыпить. Заклинание Сна, прокачанное за счет собранной энергии на пару уровней, уже не требовало непосредственного прикосновения к жертве, достаточно было оказаться за пару-тройку шагов от него.

Все прошло по задуманному. Снял и бросил на пол литой канделябр, висевший на одной из стен в качестве украшения. На грохот от падения тяжелой вещи притопал охранник, настороженно державший в руках дробовик. Ну, и уснул, как-то совершенно незаметно для себя. Максим еще его и по голове тихонько тем же канделябром тюкнул. Чисто, чтобы с утра тот шишку мог всем заинтересованным продемонстрировать. Для любого пытливого ума нынешнее ограбление ничем не должно не должно было напоминать прошлогоднее, случившееся в далеком губернском городе.

Витрины бил все тем же канделябром. Очень удобная и увесистая оказалась штука. Первым делом отправил в другой мир тот пулемет с кожаным подсумком с дополнительным магазином. В шкафчике под витриной отыскался дополнительный ящик с патронами. Видимо, чтобы далеко не ходить, если покупатель для такой прелести найдется. Кстати, покупателю пришлось бы выложить за покупку немалую сумму. Три с половиной тысячи рубликов! Дорого нынче делается, воевать. Может, потому этим летом война с англичанами и прочими австрийцами, несмотря на все международные скандалы, так и не случилась? Хотя, при ближайшем рассмотрении, Максим скорее склонен был списать этот феномен не на скаредность враждующих сторон, а на здоровую опаску. Все же Германия, подписавшая оборонительный союз с Россией, да еще Турция с Италией в довесок – не выглядят этакими мальчиками для битья.

Так, философствуя на темы войны и мира, прошелся по второму этажу, вскрывая гнутым ломиком запертые шкафы, а в тех местах, где этот чудесный инструмент не подлазил, действовал все тем же канделябром. А чего скрываться? Даже, если кто-то из жильцов сверху услышит грохот и вызовет полицию, времени у Максима хватит. К тому же, самое для себя вкусное он первым делом изъял, да и скрыться с места преступления для него – секундное дело.

Уф! Даже руки устали, ломиком и канделябром попеременно орудовать. Но пора закругляться. Напоследок еще переправил к себе те самые доспехи и немного старинного холодного оружия. А что? Замок у него или не замок? В замках, как написано в книгах того же Вальтера Скотта, всегда доспехи в качестве украшения расставлены, а на стене в комнате хозяина мечи со щитами и булавами висят. Самым последним действием грабителя в магазине стало открытие замка на двери. Английский замок с барашком с внутренней стороны это отлично позволял. Пусть думают, что грабители через дверь все вынесли.

Наработавшийся Максим спал в эту ночь в квартире, что называется, без задних ног.

- Что-то полицейских сегодня на улицах многовато? – Заметил Столетов, когда они с утра топали в направлении своего института.

- Может, ловят кого? – Равнодушным тоном предположил Максим. Не то, чтобы он был абсолютно спокоен, но вчера полночи тяжко трудился, утром встал рано, не выспался, как-то беготня полицейских почти мимо сознания пролетала. Ну, и еще был абсолютно уверен, что следов он не оставил, так что, пусть себе бегают.

Следующий месяц своей чередой прокатился, даже особо и вспомнить нечего. Парни в том мире опробовали принесенное Максимом оружие, выбрали себе по понравившейся винтовке. Мадсен оставили в совместном пользовании, разместив его в одной из воротных башен. При ближайшем знакомстве, он стал нравиться Максиму много меньше. Лягался при выстреле, что твой конь, уводя ствол сильно вверх, отчего попасть в цель последующими выстрелами после первых двух-трех можно было лишь случайно. Но и первые еще пойди, попади, если прицелу мешает здоровенный магазинный рожок, торчащий строго вверх перед самой прицельной планкой. Короче, оружие это оказалось весьма специфическое, больше пригодное для стрельбы по плотным пехотным порядкам, чем по отдельным целям.

Зато много радости вызвали добытые доспехи. Игнат, облаченный в них, выглядел таким комично важным, что парни не могли сдержать смеха.

Почему Игнат, а не, допустим, сам Максим? Так размер оказался маловат, одному только щуплому, невысокому Игнату и оказались впору. Впрочем, смех смехом, а эти доспехи могли при случае и жизнь спасти, поэтому Артемьев распорядился, чтобы Игнат ходил в них, первое время, по возможности, не снимая. Чтобы привычку выработать. Разве что для шлема сделал послабление. Очень уж обзор в том Закрытом бургиньоте, как по правильному именовался такой тип шлемов, был затрудненным.

День 22 октября еще отец Петра Первого, Алексей Тишайший объявил праздничным. Правда, праздник, как и большинство праздников на Святой Руси, считался церковным, День Казанской иконы Божией Матери, но праздновали его всем миром, как говорится, и ныне дикой якут, и друг степей, калмык. Ну, и, конечно же, крещеный православный люд в первую очередь. По этому случаю, даже занятия в институте в этот день не велись. Собственно, и в том мире охота тоже была по такому случаю отложена. Все и парни, и женщины были доставлены Максимом еще с вечера на Землю и там оставлены до утра следующего за праздничным дня.

М-да, праздник! Только вот поспать подольше в этот праздничный день у наших студентов не получилось. А праздничную Литургию Иоанна Златоуста для них, православных, никто не отменял, и мероприятие это ох, и дли-инное. Правда, Максим и в церкви отыскал себе развлечение. Точнее, развлечение само к нему подошло едва ли не вплотную. Еще точнее, не к нему лично, а просто там, где встал наш студент, был небольшой затененный закуток, и можно было не строить умудренных благообразных ликов взамен обычного своего лица. Так вот, о развлечении…. Красавица Голда встала совсем рядом и была очень удивлена, когда какой-то молодой человек тихонько взял ее за руку. Вскинулась. Но, быстро опознав охальника, промолчала и свою руку у него не забрала. Даже улыбнулась тихонечко. А потом снова, с самым серьезным видом на батюшку, читающего какие-то христианские тексты, уставилась. Правда, улыбка снова, то и дело, чуточку искажала уголки ее губ.

После окончания богослужения Максим при выходе уже взял девицу под руку почти что на правах собственника. Ведь дама часа два кряду кисть свою у кавалера не отнимала, чего же более то? Запомнилась недовольная гримаса Алексея, когда он увидел, кого «отловил» его товарищ. А поделом ему! Сам усвистал куда-то, завидев какого-то знакомца (или знакомую?) в другом конце церкви.

- А давайте куда-нибудь прогуляемся с вами, Глаша. – Предложил он, так еще до конца и не придумав конечного адреса, в котором предложил гуляться.

- А давайте. – С удовольствием и даже каким-то азартом согласилась она. – Только я уже, пока длилась эта служба, проголодалась. Покормите бедную девушку?

Ресторация «Кавказъ», конечно не «Палкинъ», где в основном высшая аристократия и наиболее богатые банкиры обедать изволят, и даже не московский «Метрополь» с их актерской братией, но кормили и здесь изрядно. Но и поедая крупные сочные куски шашлыка по-карски, Максим не смог не вспомнить про себя готовку Айну. Вот уж мастерица, даром, что привидение и даже попробовать свою готовку на соль не в состоянии. Впрочем, Голда блюд Айну не пробовала, ей сравнивать было не с чем. А еще вино! От красного грузинского, с трудно произносимым названием, в голове слегка зашумело, и жизнь в обществе прекрасной дамы стала казаться совсем прекрасной и безоблачной.

- Господин покормил бедную девушку, теперь он желает, чтобы девушка составила ему компанию на прогулке. – Самым строгим голосом распорядился Максим в самого конце обеда.

- Как прикажет строгий господин. – Трепетным голоском пролепетала Голда, опустив очи долу. И рассмеялась заливисто.

Прогулялись по центру. Дворники, несмотря на то, что работать в день церковного праздника – грех, весьма оперативно убирали с улиц продукты лошадиной жизнедеятельности, так что прогулку ничто не омрачило. В синема тоже заглянули. Только фильм из жизни аристократии на Максима большого впечатления не произвел, в отличие от прошлой комедии с Максом Линдером. А вот Голда смотрела с живейшим интересом, настолько сильным, что даже шаловливые ладошки парня, оглаживающие ее округлости, не заметила. Максим бы и еще что себе позволил, раз такая свобода действий предоставлена, но одежда девушки успешно противостояла всем его действиям под нее забраться. Да и люди вокруг, хоть, вроде, и темнота, от света исходящего от экрана все достаточно отчетливо видно.

После фильма парень уже в голове строил фразы, которыми он мог бы зазвать свою спутницу к себе домой, да она вдруг всполошилась:

- Ой! Поздно совсем. Отец, наверное, волнуется, куда я потерялась. Спасибо, Максим за прекрасную прогулку! - … И сбежала.

А кавалер ее, весьма неудовлетворенный, отправился дальше один в размышлении, чем бы ему в таком случае заняться? Замок пустынен и безлюден. В квартире тоже нет никого, Алексей планировал сразу после церкви к родственникам в гости отправиться. …И все же, какой афронт! Зря он, наверное, отказался от предложения Саввы доставить к нему одну из подружек его Аграфены.

Глава 15

- Командир! – Почему-то все парни вместо собственного имени Максима стали использовать для него такой вот военизированный «титул». – Кузьма хотел бы к тебе с просьбой обратиться, но опасается, что ты откажешься выслушать. – Это Савва, едва Артемьев поутру после окончания празднования дня богоматери их в замок вытянул, к нему конфиденциально подошел.

- Так пусть подходит, что я, губернатор какой-нибудь, что ли, чтобы через приближенных ко мне на аудиенцию записываться!

- Как сказать, - хохотнул Савва, - кое для кого из нас, так ты уже где-то между царем-батюшкой и самим господом богом.

А вопрос у Кузьмы оказался и вправду очень щекотливым. Из тех, на которые Артемьев уже давал отказ: привести к ним, в замок дополнительных женщин. Только в этот раз предложение выгибалось таким боком, что отказывая, Максим уже чуть ли не чудовищем себя ощутил бы.

- Ты пойми, командир, - горячился Кузьма в своих попытках убедить его согласиться. – Тех девчонок в публичный дом их община продала. Им деваться оттуда некуда, или с голоду на улице помирать, или посетителей ублажать. Одну вчера из петли еле успели вынуть. Пообещал вот, с тобой переговорить….

- Ты что же, о нашем замке ей рассказал? – Вскинулся Максим, для которого во всем рассказе это было самым главным.

- Нет-нет, что ты! – Кузьма даже руками замахал. – Просто сказал, что знаком с человеком, который возможно сможет ее из публичного дома забрать.

- А про остальных чего там? Их же ты из петли не вынимал?

- Так всего их четверо было к нам продано. Одна соплюшка совсем, Дунька. Ей, девчонки рассказывают, фальшивую метрику ее умершей старшей сестры приписали. Вот ее еще ни разу в зал для публики пока не выводили. Мадам какие-то свои планы на ее счет строит. А остальные две к посетителям выходят. Ревут, рассказывают, когда возвращаются, но выходят.

- А здесь что, среди парней по-другому, что ли будет? Ведь точно также будут телом себе на пропитание зарабатывать, да еще и возможно, жизнью рисковать придется.

- Не скажи, командир. Здесь у нас, по сравнению с публичным домом, для них полная свобода выйдет. Я уже с ребятами переговорил, никто принуждать их ни к чему такому не будет. Если только сами. А женской работы у нас для них найдется. Стирать одежки наши будут, огороды разобьем, опять же потребуется уход за посадками, да и призрак эта ваша с готовкой может не управиться, на увеличившуюся ватагу-то.

Вот так! И снова тема обработки земли всплыла к тому же….

- Ладно, заберем мы этих твоих страдалиц. Ты когда с ними связаться собирался?

- На входе же там мой двоюродный брательник стоит, так что в любое время, как сам скажешь. Ну, за исключением тех моментов, когда девки будут с клиентами, конечно.

- А ему разве не попадет от этой вашей мадам, если девчонки пропадут?

- Тю, из нашего заведения девки уже много раз сбегали. Мадам просто других на их место возьмет из деревни. А охранника хорошего, чтобы и за порядком уследить мог, и посетителям не грубил без нужды, еще пойди, найди. Хотя, ругаться, конечно, будет.

Вот так у них и появились новые особы женского пола. Три, так вполне себе крали, а четвертая – пигалица совсем, девчонка лет двенадцати, у которой еще и подержаться-то толком не за что. Айну, возникшая в зале при их появлении сразу же увела всех четверых в комнату, которую заранее подготовили под девичью светелку. Еще и кулак показала, распушившим было хвосты парням:

- Кто их против воли тронет, будет иметь дело со мной. Вон, Савва, не даст соврать, я в гневе страшная. – И, что характерно, Савва как-то нервно сглотнул и быстро-быстро закивал головой:

- Не тронет их никто без их самих на то дозволения. Мы ж не варнаки какие.

В Питер пришла зима. Вот как-то разом, еще днем была обыкновенная слякотная осень, правда холодный ветерок уже поддувал, а к вечеру на город обрушился снежный шквал. Да такой, что в трех шагах из-за сыплющего снега ничего не видать. Парни из института возвращались чуть ли не на ощупь. Так-то Максим мог и не заниматься такими экстремальными прогулками по городу, один шаг, и он в лете очутится, но конец месяца – время платы их домохозяйке за следующий месяц проживания. Короче, шел, ежился.

Варвара деньгам обрадовалась. А еще больше обрадовалась тому, что квартиросъемщики деньги сами принесли, не дожидаясь напоминаний. Даже к себе в гости зазвала и горячим чаем напоила со свежими плюшками. После таких прогулок горячий чай – самое оно, то, что доктор прописал. Алешка так разомлел в тепле, да вблизи вожделенных женских прелестей, что Максиму пришлось его чуть ли не силой, под руку уводить. Впрочем, по виду Варвары не было заметно, что она слишком уж тяготилась таким вниманием к ней со стороны молоденького студента.

А уже на третий день после прихода холодов к Максиму, когда тот в замок перенесся, подошел Савва.

- Груша просила передать, чтобы пока мяса много ей не отправляли.

- Что-то случилось? - Вот пережиток домостроя какой-то. Они с этой самой Грушей видятся по несколько раз в день бывает, когда о отправляет ее на Землю, на базар, для торговли и когда вечером забирает, чтобы Савве вернуть, а общаются преимущественно вот так, через третьи руки.

- Да,… сезонное. Крестьяне в связи с холодами начали скотину резать, на рынке мяса завал образовался. Перекупы и те пока от него отказываться начали.

- Хм. Каникулы что ли парням устроить?

- Зачем каникулы? У них уже давно идея витает, что на поверхности здешнего мира, неподалеку от места впадения в нашу реку какого-нибудь притока, свою деревушку разбить. Свои овощи с травами для еды выращивать, чем плохо? Сюда бы лошадок, так Христофор и пшеницу выращивать затеял бы. Все же не охотник он. Нет в нем охотничьей жилки.

Словом, вместо охоты началось строительство. Правда, до изб пока дело не дошло, как и до полноценных огородов. Первым делом решили частокол поставить. Не то, чтобы какая-то сверхнадежная преграда от хищников и уж тем более разумных, но время, чтобы вооружиться выиграть позволит.

Максим на занятии, в институте был, когда в его ушах неслышный для других голос Андрея раздался. Именно так они условились его оповещать, если в том мире что-нибудь важное случится, что потребует личного присутствия хозяина замка. Пришлось у преподавателя начертательной геометрии отпрашиваться. Живот, мол, заболел, со всяким подобное может случиться. Потому преподаватель отпустил студента без лишних возражений. Из туалета и в свой замок перенесся.

- Что у вас такого срочного случилось? – Первым делом поинтересовался у призрака, едва ступил на камень своего Замка.

- На реке обнаружено судно, идущее под веслами снизу, против течения, в нашем направлении. Если где по пути к берегу не причалят, через несколько часов увидят наше начатое строительство.

- Срочно все пусть возвращаются в замок. Но улетать пока не будем. Подождем. Вроде, это не летающий остров, чтобы перемещение блокировать, так что, случись что, просто куда-нибудь прочь от реки прыгнем. И пусть все вооружатся по полной. Винтовки там, пистолеты.

- Будет исполнено. – Андрей в опасной ситуации не стал разыгрывать свободолюбивую личность, слушался, как вышколенный мажордом, беспрекословно.

Подготовиться в полной мере успели. Замок завис в паре-тройке метров над поверхностью, чтобы спрыгнуть без проблем было, а вот запрыгнуть сложно. Савва за пулеметом устроился, остальные тоже по бойницам, да башням распределились. В земных условиях, так без пары батарей чего-нибудь крупнокалиберного нечего и думать такую твердыню штурмовать, осталось посмотреть, как с этим делом в этом мире обстоит.

На корабле их парящее над почвой фортификационное сооружение издалека увидели. Но приближаться не прекратили. Только вывесили какое-то оранжевое полотнище на мачте. Еще знать бы, что оно означает. Может, просто знак принадлежности к какому-нибудь образованию, может знак мира, а может и вызов на поединок. Короче, в Замке пока сделали вид, что не заметили этого знака.

- Я посмотрела, там за веслами какие-то медные големы, а команда точно люди. Может, и без боя даже обойдется. Опять же флаг мирных переговоров… такие предложения обычно стараются не нарушать. – Это Айну свежие сведения о пришельцах доставила. Она в качестве призрака могла на три-четыре версты от своей стелы управления отдаляться. – Обычно по рекам на кораблях торговцы передвигаются.

Корабль приблизился к берегу, с него на талях лодку спустили, в которой всего один человек сидел. И тоже оранжевое полотнище над головой развевалось, в котором Айну приглашение на переговоры определила.

- А как же я его понимать буду? – Вдруг спохватился Максим, который совсем уже было собрался спускаться по скинутым на землю сходням.

- А со мной как разговариваешь? – Это Айну поторопилась со встречным вопросом влезть, чтобы показать тугодумность своего нынешнего хозяина, про старого она, кстати, поминала исключительно уважительно.

Ну, так-то да. Это Максим просто от волнения ляпнул. Давно до него уже было донесено, что в этом мире, помимо родных языков, все, сюда в первый раз прибывающие, каким-то неведомым образом еще и так называемый «всеобщий» незаметно для себя выучивают. И язык, и письменность. Магия создателей этого мира, чего уж там.

Спустился. Под контролем минимум восьми стволов навстречу чужаку двинулся. Неожиданно вспомнилось, что из ружья-пулемета у них получалось стрелять исключительно только «в том направлении». Если Савва не сменил ствол на винтовку, в случае возникновения неожиданных эксцессов может быть поражение дружеским огнем. Надо бы постараться до этих самых эксцессов все же не доводить.

- Здравствуй, незнакомец. Я Заир Ту, посланник Сау Шелеха, могущественного и богатого купца, приплывшего на этом корабле. – Обратился к Максиму молодой еще мужчина, едва тот приблизился на расстояние, с которого не пришлось бы переговариваться, повышая голос.

- Здравствуй, Заир Ту. Я Максим Артемьев, владелец того Замка, что вы видите перед собой.

- Прости, Максим Артемьев. – Вдруг переменился в лице посланник. – Я немедленно приглашу для встречи с тобой самого уважаемого Сау Шелеха. Прошу обождать не более пяти сотен ударов сердца. – И практически вприпрыжку умчался в сторону своего плавательного средства.

- На корабле опускают на воду вторую лодку. – Проинформировал хозяина умеющий становиться невидимым и неслышимым призрак Андрей, по собственной инициативе решивший подстраховать Максима. – В лодке тоже всего один разумный, внешне выглядящий, как обычный человек. Явного оружия не наблюдаю.

- Чего это ты стал так вычурно выражаться? – Попытался словесно уколоть призрака Максим. – «Разумный, внешне выглядящий, как обычный человек…».

- Так если первого посланника я ощущал, как человека, то второй от меня практически полностью закрыт. Видимость одна, а что под ней, бог его знает.

- Здравствуй, уважаемый лорд, Максим Артемьев. – Первым поприветствовал его подошедший пожилой мужчина в белоснежных одеяниях. – Прошу извинить за досадное недоразумение с моим посланником. Я никак не мог предполагать, что ты выйдешь на начальные переговоры лично. Все же опасность первой встречи с незнакомцами в этом мире слишком велика.

- Здравствуй и ты, уважаемый купец Сау Шелех. Мне очень не терпелось узнать новости лично, так сказать, из первых рук. К тому же, опасность, угрожающая мне от встречи с твоим человеком, была не слишком велика. Мои бестелесные слуги тщательно его проверили и не нашли ни следов опасной магии, ни спрятанного на теле оружия или взрывчатки.

- Ох! Все время забываю про особые возможности лордов. – И купец тихонечко, двумя пальцами, хлопнул себя по лбу.

- Я и сам про них временами забываю. – Честно признался Максим и перевел разговор. – Скажи мне, уважаемый Сау Шелех, если ты купец, значит, у вас на корабле должны быть товары на продажу? Могу я ознакомиться с их списком?

- Да, какой там список, - когда речь зашла о товарах, купец утратил большую часть излишней степенности и величавости, став походить на обычного человека. – Мы везем для продажи в землях нашей конфедерации живой товар и совсем немного бытовых артефактов, не распроданных на дальних рубежах.

- То есть вы покупали там, откуда вы возвращаетесь, рабов в обмен на артефакты? – Сделал Артемьев вывод из сказанного купцом.

- Точно так. Точнее, не только за артефакты, деньги тоже приходилось тратить.

- А среди артефактов у вас не осталось конденсаторов влаги?

- Вам простой или с дополнительным подогревом воды?

- Смотря, сколько вы за них хотите получить. Вода из крана лично у меня и так бежит по моему желанию. Артефакт нужен для нужд моих людей. – Максиму показалось, что купец каким-то образом может отличать правду от лжи, поэтому старался так уж откровенно не врать. Тем более что и, говоря чистую правду, можно очень даже запутать несведущего в ситуации человека.

В ходе последовавшего торга наш герой убедился, что золото и серебро у торговцев тоже очень даже в ходу. Правда, соотношение их ценности довольно сильно отличалось от привычного ему по мироустройству на Земле. Точнее, по сравнению с земным, здесь серебро к золоту ценилось не в соотношении 1:23, а всего лишь 1:7,5. Разница втрое! Прямо сердце кровью обливалось, когда за вожделенный артефакт, конденсирующий воду из воздушных паров, пришлось выложить наряду с горсткой серебряной мелочи два золотых пятирублевика. А просто не отыскалось больше серебра в карманах всей их команды в совокупности. Но зато теперь не придется таскать тяжелых ведер с реки, да и душ с подогретой водичкой можно будет принять, запылившись во время охоты.

Купец отбывал в свой дальнейший путь тоже вполне удовлетворенным случившимся у него на обратном пути торгом. Доход, конечно, не слишком велик, ну так и товаров уже в наличии толком не оставалось. Зато, для следующего рейса он исписал длинный список всего необходимого в Замке. Ну, а взамен возьмет… да вот, хотя бы эту изумительно белоснежную бумагу…, если у лорда не отыщется к тому времени новых, тоже изумительных по качеству чеканки, монет…. Правда, этот торг и вообще может не случиться в случае, если у Сау Шелеха внезапно отыщется достойный покупатель на саму информацию о появлении и территории этого юного, очень неопытного лорда.

Купец отбыл, а у Максима неожиданно появилась целая куча забот и товаров к покупке. Те же купленные артефакты ведь нуждались хотя бы в емкостях, куда их можно положить, чтобы вода не стекала бессмысленно на землю, а копилась для последующего омовения. А кроме емкостей, понадобятся еще и трубы, краны, всякие уголки с резьбами и гайками.

- Максим! Мне кажется, ты хочешь поступить излишне легкомысленно и безответственно. – Делегация из двух сговорившихся между собой призраков заявилась отчитывать своего хозяина. – Ты разве не слышал, что тот купец плывет в сторону какого-то образования, называемого им конфедерацией. Как думаешь, что помешает ему продать свою информацию о нашем месторасположении какому-нибудь лорду из числа достаточно могущественных?

- Потеря возможной прибыли?

- Много вы наторговали! – Вступила в перепалку и Айну. – Уверена, лорды за информацию о нас будут готовы заплатить в десятки раз больше той прибыли, что купец получил от торговли с тобой.

- И что же мне теперь делать? – Растерялся юный замковладетель. Раньше призраки могли спорить, язвить, даже высмеивать его неразумные решения, но никогда они не выступали единым фронтом, чтобы побудить его изменить неразумное на их взгляд решение.

- Поступить, как поступает любой разумный или даже просто живой в этом мире. – Отозвался в ответ на вопрос хозяина Андрей. - Сражаться, если чувствуешь себя в силах, или бежать, если у тебя пока таких сил нет.

Глава 16

Парни ворчали, но сделали, как указал им Артемьев. Вновь выкопали все установленные уже в качестве ограды колья и погрузили их, как и все остальное, заготовленное для стройки городища, в их Летучий Замок. Береженого, как говорится, и бог бережет. Да на острове им и от нападений возможных хищников куда безопасней будет. А чтобы с реки в очередной раз их поселения не обнаружили, строиться в этот раз решили, отступя от береговой черты. Размеры острова вполне такое позволяли. Зато теперь строительство начали с обустройства жилых помещений, частокол тоже был запланирован, но во вторую очередь. Хищников здесь не бегает, а плезиозавры и прочие речные монстры далеко из воды вылазить не должны. Кстати, и в качестве жилищ сооружали исключительно легкие такие хижины на манер русских сараев, только размерами побольше. Избы в здешнем вечном лете точно излишним трудом окажутся. Но, все-таки, очень жалко было установленный контакт с этим купцом терять. Ведь он мог так много вкусного привезти в следующий свой рейс. С другой стороны, Андрей с Айну тоже правы: торговлю можно будет вновь завести, когда их человеческий анклав силенок поднакопит, а вот ошибка сейчас может им слишком дорого обойтись.

Все же к следующей встрече с купцами Артемьев решил подготовиться заранее. Ведь что его больше всего во всей этой встрече с уважаемым Сау Шелехом огорчило? Даже не то, что купец почти без нужного товара им попался, хотя переговорные артефакты, при помощи которых Сау Шелех сразу узнал о затыке с отправлением своего представителя к целому лорду, и им бы очень пригодились, но не продал их купец, как и артефакт, позволявший ему отличать в речах собеседника правду от лжи. Больше всего убивался Максим по тому, что у него не нашлось в карманах достаточного количества серебра, чтобы расплатиться за покупки. Привык, понимаешь, на Земле за все расплачиваться бумажными казначейскими билетами. Они же легкие и везде в ходу…. А вот, оказалось, вовсе даже не везде, и рановато ему отказываться от использования драгоценных металлов.

Итак, подготовка. Во-первых, неподалеку от места, где они до этого фортификационные работы вели, Максим решил Айну с ее малюсеньким островком оставить. После поражения ее бывшего хозяина у нее все набранные вместе с тем опции и улучшения сбросились до начальных уровней, хотя возможность их развить и осталась, в отличие от осколков новичков. А Максим не особо-то эти сброшенные опции и развивал вновь, добытую энергию предпочел вкладывать только в один осколок, выбрав в качестве такового ставшего почти родным Андрея. Зато теперь такая тактика очень пригодится. Мелкий неразвитый осколок почти не фонил. Из Айну практически идеальный разведчик получился, такую даже в упор фиг заметишь. А она за всем присмотрит, кто на встречу в это место прибудет. Если все-таки купец - проявится и попросит подождать, сама поспешив известить Максима. Ну, а если какой-нибудь летучий враг - тоже все понятно с купцом станет. А Айну пересидит себе тихонечко. И никаких больше сомнений, и никаких непоняток.

А еще Максим, тоже в качестве подготовки к предстоящим встречам с купцами Бескрайнего мира, заявился в банк и обменял пачку своих бумажных денег на серебро и золото. Серебра, понятное дело, по весу куда больше вышло, потому и взял часть суммы золотыми десятирублевиками. Две полные тяжеленые сумки серебра. Кассир еще посмотрел на него так понимающе, и посоветовал кроме денег закупить для поездки в Китай еще и серебряных часов, мол, узкоглазики за них у себя хорошую цену дают. Хм, а ведь это достойная отговорка на случай возможных вопросов, связанных с закупкой драгоценных металлов. Денег-то ему еще много обменивать предстоит, с торговли мясом уже далеко не одна такая пачка наличности накопилась.

С возней с деньгами снова мысль про пылящийся в одной из комнат замка гигантский череп пришла. Это сколько бы денег можно было срубить за такую редкость! Вот только как провернуть подобную продажу? На слово ему точно не поверят. Даже если извернуться и каким-то образом себя или кого-то из парней на этом фоне сфотографировать, все равно в аферисты запишут. Ну, нет на Земле подобных чудовищ! А вот возможность слепить из алебастра похожий макет как раз таки имеется. Ладно, пускай валяется пока.

С этой мыслью, оставить гигантскую костищу до лучших времен, Максим в студенческий кружок после окончания основных занятий поспешил. А я разве не рассказал вам? В кружок паровой механики наш герой вступил. Говорят, там неплохие практические навыки по ремонту и эксплуатации паровых машин получить можно. Ну, и еще с гораздо большей вероятностью во время летней практики после окончания первого курса угодить не куда-нибудь в обслуживающий персонал железнодорожной станции где-нибудь в Урюпинске или Огрызе (бр-р, даже название станции звучит как-то не так), а во вполне действующую паровозную бригаду на просторах нашей необъятной.

- Вот! – Указал на фронт работ Евстигней Маркович, руководитель указанного кружка, - первое время будешь участвовать в проведении водопровода в помещение, в котором мы динамо-машину для институтских нужд строим. Посмотрим, Артемьев, что ты за гусь такой. Покажешь себя аккуратным и вдумчивым, и до работы собственно с механизмами очередь дойдет.

А Максим что? Он очень даже рад был такому назначению. Знающие люди по первости все расскажут и покажут, каким образом современные водопроводы в зданиях устраиваются. У него же целый Замок практически без этого изобретения современной цивилизации остается. Одни только артефакты конденсации влаги над простыми деревянными бочками и имеются только.

Ха! А с черепом он, вроде придумал, как к проблеме подступиться. Вот истинно говорят, что с проблемой надо переспать. Спозаранку и осенило! Чтобы жуликом не прослыть надо всего-навсего еще один череп для начала этим самым академикам предложить. Поменьше по размерам, чтобы сложностей с транспортировкой не было. Вон, от того же плезиозавра, что размерами поменьше, вполне сгодится. Только самому в этом деле лучше не светиться. Савву что ли, за процент от дохода попросить? Или лучше Игната? У Саввы и так дел с его учебой магии предостаточно, а Игнат, может, хоть уверенности в себе наберет. Опять же, у него дядя есть, в газете работающий. Сможет по-родственному прорекламировать этакую диковину. Вот только как залегендировать ее приобретение? Перед дядей Игнат точно не отговорится родственником-моряком, доставившим сию диковину из Конго или с Занзибара.

И снова к нему пришли его дружинники. Идея все та же: в строящуюся деревню набрать еще крестьян. Христофор гарантировал, что без лишней огласки, минимум половину своей деревни сманить сможет. Очень в этом году погода для земледелия в Российской средней полосе неблагоприятная была. От дождей незадолго до уборки все хлеба полегли, а потом ранние заморозки случились. Голодно в их деревне очень. А ведь еще далеко не весна, когда в обычные годы большинство запасов подъедается. В условиях, когда голодная смерть грозит, всякие возможные враги уже совсем не так воспринимаются. К тому же, случись что, опасность в первую очередь Замку грозить будет, на крестьян, копошащихся на своих наделах, нападающие на летучих островах Лорды могут и вовсе внимания не обратить.

Два вечера, не покладая рук, переносил наш герой крестьянские семьи с их животинами и немудрящим скарбом к себе, на остров посередине реки. В принципе, Христофор правильно сказал, об опасностях этого мира люди предупреждены изначально, дальше Максим за их судьбу не в ответе. А за доставку в место, где за год по три урожая снимать можно, за потраченную в процессе оного энергию, они будут платить ему десятину со своих доходов, да и с торговли с ними всякими земными инструментами, предметами быта и прочими нужностями свой навар у нашего Лорда будет. Ну, а Христофор за всем за этим проследит. Ему Артемьев тоже долю со своего дохода с крестьян пообещал.

- Ну, и кто тебя просил вступаться? – Отчитывал Максима его друг Столетов, протягивая ему только что слепленный снежок. – На вот, приложи к бланшу под глазом, чтобы не заплыл окончательно.

- Так они же на тебя нападали. – Оправдывался «пострадавший в бою».

- Меня бы они не тронули, я староста. За нападение на старосту можно запросто из института вылететь, какие бы знатные родственники у тебя ни были. А вот тебе теперь неприятности грозить могут. Как еще эти голубые княжата свои побои подать смогут.

- Ай! Да, никак не смогут. У них это не комильфо, своими проигрышами и синяками хвалиться. Да и голубой крови в тех княжатах…. Подумаешь, скольки-то юродный племянник князя Трубецкого. А двое его подпевал и вовсе всего лишь обычные дворяне, как ты и я.

Хоть Максим и разговаривал со своим приятелем оптимистическим тоном, на душе скребли кошки. Причем, даже не столько из опасений, что побитые им институтские лоботрясы пожаловаться могут, сколько от осознания у себя столь низкой боевой полезности его усиливающих заклинаний. А просто не успел их наложить, как по лицу уже получил.

Впрочем, по порядку. Когда на большой обеденной перемене к Алексею подошли трое их одногруппников с претензиями на то, что Столетов отметил их на лекциях по физике и началам сопромата как нетчиков, коими они на тех лекциях и являлись, Максим всего лишь подошел к своему товарищу для моральной поддержки. Не ожидал даже, что взбеленившийся Ефим Трубецкой обхамит за компанию и его лично. Пришлось отвечать. Словесно и довольно сдержано. Кто ж знал, что княжеский родственник сразу к кулаками перейдет.

Наложить после удара кулаком по лицу заклинание, прибавляющее силу, много времени не потребовало, поэтому дружков Ефима, тоже ринувшихся в драку с намерением указать провинциальному дворянчику его место, просто, как кутят, раскидал по сторонам. Ну, и Ефиму леща отвесил. Впрочем, уже сдерживаясь. Не хватало еще только шейные позвонки у барчука поломать. Все дело заняло меньше минуты, вот только последствия теперь снежком охлаждать приходится.

Данный инцидент получил продолжение через день. Прямо на глазах всей группы, перед самым занятием, Ефим подошел к их с Алексеем столу и, четко чеканя фразы, произнес:

- Своим ударом, господин Артемьев, вы нанесли мне оскорбление, поэтому я вынужден вызвать вас на дуэль. Мой секундант подойдет к вам или назначенному вами секунданту для обсуждения длины рапир и прочих условий дуэли до конца этого дня.

- Погоди, Ефим, - нарушая всю куртуазность момента, выпалил Максим. – А разве не мне, как вызываемой стороне, принадлежит выбор оружия? Почему ты решил, что я выберу рапиры?

- Потому, сударь, что еще государь Александр Павлович в своем дуэльном уложении утвердил орудиями благородной дуэли либо дуэльные пистолеты из пары, изготовленной одним мастером, либо же рапиры. Пару дуэльных пистолетов, в пригодном к употреблении состоянии, думаю, мы теперь только в музее сыщем. Остаются только эти самые рапиры.

- С уложением Александра Первого о дуэлях я тоже знаком. Рискну утверждать, что речь там шла о пистолетах, как таковых, а вовсе не о давно устаревшей кремневой архаике. И с мастером вопрос вполне решаем. Американцы утверждают, что мастер Кольт сделал всех равными. Или нам стоит поискать в нашей институтской библиотеке это самое уложение с тем, чтобы прояснить вопрос, вызвавший наши с вами споры?

Судя по внезапно побледневшей физиономии аристократа, он осознал, что со сменой оружия с почти безопасных для жизни рапир на пистолеты марки Кольт, развлечение аристократов делалось смертельно опасным аттракционом. Только отступать было уже слишком поздно. Слишком много свидетелей. Да его именитый родственник после такого афронта на порог не пустит!

- Не надо уложение. Я согласен стреляться на пистолетах марки Кольт.

- Тогда в течение дня ожидаю вашего секунданта. А моим секундантом будет…. – Артемьев оборотился к товарищу по занимаемому столу.

- Алексей, не окажешь ли честь стать моим секундантом?

- Согласен. – Односложно ответил Столетов.

О том, что дуэль состоится в ближайшие выходные, секунданты договорились, как согласовали и по два патрона на каждого участника дуэли. Дополнительной проблемой явилось, как рассказал Столетов, приглашение на место дуэли медика, все же дуэли официально категорически запрещены, и по итогам прилететь могло не только в адрес непосредственных участников, но и вообще всем причастным. Сообща решили и этот вопрос.

А практически накануне, в пятницу, в самом конце занятий, Артемьева с Трубецким вызвали к декану. Причем, там, в кабинете, вместе с деканом сидел еще один мужчина. Судя по тому, как сжался Ефим, а также по легко распознаваемому внешнему сходству, нетрудно догадаться, что это был родитель его противника.

- Ну, что орлы, долетались! – Встретил их декан, сделав на лице самое суровое выражение из всех возможных. – Если не хотите пробкой вылететь из нашего института, дуэль ни в коем случае не должна состояться. – Тебе понятно, Артемьев?

- Так точно, ваше высокоблагородие! – Гаркнул Максим молодцевато.

- Не придуривайся. Немедленно извинись перед Трубецким за свое поведение.

- Готов понести наказание. – Все так же громко и четко выдал Максим на вдохе следующую фразу.

- Значит, не хочешь по-хорошему? – С угрозой в голосе процедил декан. Все это время старший Трубецкой сидел молча, словно происходящее в кабинете его совершенно не касается.

- Так какое же это хорошее? – Уже обычным голосом спросил Максим своего институтского начальника – После моего извинения перед лицом опасности мне никто в институте и руки не подаст. Уходить отсюда самому придется. Лучше уж по вашему приказу. Тем более, что зачинщиком драки был вовсе не я.

- Что ты предлагаешь?

- Ну,… извиниться первым может Ефим.

- Исключено. – Впервые подал голос старший Трубецкой. – Тогда карьеры лишится мой сын.

- Как будто, выжив после дуэли, он ее не лишится. – Вполголоса, но вполне отчетливо пробормотал декан.

- Ефим, а чего ты вообще с этой дуэлью вдруг вылез? Ну, ударили друг другу по физиономии по разу и разошлись. – Поинтересовался Артемьев. – Квиты же?

- Там Листьев все видел из старшеклассников. Он и резонанс среди своих поднял. У меня не оставалось выбора. – Глухо поведал младший Трубецкой, низко опустив голову.

- Листьев значит! – С нескрываемой угрозой повторил слова сына старший аристократ.

- Предлагаю такой вариант. – Влез Артемьев со своей идеей, пока все собравшиеся за столом еще готовы к поиску разумных компромиссов. – Сейчас мы с Ефимом примиряемся, но для публики дуэль состоится. Стрелять будем в сторону противника, но заведомо мимо.

- Ты же понимаешь, что в таком случае я должен буду принять меры? – Поинтересовался декан, своим тоном давая понять, что он не против такого развития событий. – Если без жертв, наказание за дуэль будет не самым строгим, но оно все-таки будет.

- Мы согласны, - одновременно за себя и за сына согласился Трубецкой – старший. И Ефим тоже кивнул с немалым облегчением во взгляде.

Дуэль состоялась, как и было запланировано, в час пополудни, в воскресенье. Выстрелили по паре раз из своих черных пистолетов куда-то в ту степь и, пожав друг другу руки и сказав соответствующие слова о взаимном удовлетворении, разошлись. От декана действительно прилетело: каждому влепили по выговору, включая секундантов, а самим забиякам дополнительно присудили работы дворниками на дорожках, ведущих к институту. Зима в этом году выдалась снежная, такая помощь институтскому персоналу оказалась как нельзя кстати.

Собственно, на этом и закончилась эта дурацкая история с дуэлью…. Закончилась бы, если бы вечером накануне дуэли в комнату в Замке, где решил в этот раз заночевать наш герой, не прошмыгнула женская фигурка.

- Командир! – Вслед за парнями такое обращение к хозяину Замка переняли все его обитатели. – Максим! Я очень боюсь завтрашнего дня.

Максим с изумлением смотрел на вошедшую. Вот откуда Лукерья, девушка, что хотела когда-то наложить на себя руки, узнала о завтрашней дуэли?

- А ты откуда узнала? – Решил прямо поинтересоваться он.

- Так Груша сказала. Она на базаре слышала от покупателей. – Ответ, как всегда банален. Санкт-Петербург, несмотря на статус столицы империи, все-таки всего лишь большая деревня. Все, всё про всех знают. - Я пришла сказать тебе, Максим, свое большое спасибо.

И фигуристая девица, одетая в одну ночнушку, решительно, приникнув к нему всем телом, поцеловала разом возбудившегося парня. Надо ли говорить, что в тот вечер она так и не покинула его комнаты?

Глава 17

Привлечение Игната Буренина к продаже черепа динозавра оказалось очень замечательной идеей. Перенесенный прямиком к порогу редакции газеты «Новое время», он, вместе со своим объемным, но легковесным баулом скрылся в дверях здания редакции, а уже следующим утром на первой странице этой газеты появилась статья с огромной, в полстраницы, фотографией очень странного черепа и кричащим заголовком: «Динозавры не вымерли»!

Понимая, что следом за вышедшей статьей к Игнату, временно поселившемуся у своего дяди-редактора, всякие любопытные полезут, и некоторые, возможно, отнюдь не с добрыми намерениями, череп ящера он временно в сейф в Восточно-Азиатском банке определил. Тамошний управляющий, узнав, что за вещицу планируется хранить в его заведении, даже скидку на услуги банка предложил. Правда, с условием, что передача диковины в руки покупателя тоже в его заведении осуществлена будет, и репортеры при этом обязательно будут присутствовать. А Игнат, не будь дурак, потребовал, чтобы в случае исполнения подобных условий, хранение черепа в ячейке банка ему бы ничего не стоило. Реклама с упоминанием названия банка на страницах сразу нескольких печатных изданий, а кроме того, возможно, еще и зарубежных, она очень дорогого стоит.

О желании приобрести артефакт животного происхождения почти сразу заявили Российская Академия Естественных наук, дирекция Эрмитажа и известный купец-меценат Кондрат Кружилин. А еще через сутки в дом Буренина Старшего принесли телеграмму из самого Парижа. Тамошний ученый люд выражал надежду, что череп доисторического чудовища, чудом дожившего до наших дней, не потеряется где-нибудь в темноте частных коллекций, а будет выставлен в их культурной столице мира на радость всему прогрессивному человечеству.

Словом, желающие купить были. И все они давили на то, что столь ценный экспонат непременно должен быть передан на благо науки, повышение престижа родного государства, еще чего-то столь же эфемерного, но хлестко звучащего. Правда, деньги предлагали очень небольшие. Ну, скажите на милость, что значат тысяча или даже тысяча двести рублей за единственную в своем роде диковину? И Игнат непременно сдался бы этому массированному напору. Но в дело вмешался его родственник.

- Я понимаю, что вы хотите этот череп в музее на обозрение всему люду выставить. – Жестко остановил дядя очередного засланца от какого-то из европейских музеев. Только моему племяннику то, что от этого. Он и в российские-то музеи не имеет возможности сходить. Все время на работу уходит, чтобы на хлеб насущный заработать. Так что ваши три тысячи марок вы можете оставить себе, чтобы вечерком посидеть в одной из ваших пивных за кружкой пива с сосисками, а нам предлагайте нормальную цену.

В итоге череп через две недели ушел с аукциона почти за шестнадцать тысяч рублей.Французы выкупили. А Игнат счастливый, что может из холода и людской сутолоки обратно к себе в Замок, к друзьям и подругам вернуться, задержался лишь на пару минут, чтобы дяде вместе с его денежной доли от продажи очередную фотографию вручить. Там незнакомый мужик в армяке в пасть еще одного черепа, чуть пригибаясь, шагал. Очередная истерия для мировой прессы была обеспечена.

Обучившись мало-мало в студенческом кружке сборке на резьбу водопроводных труб Максим и в своем Замке затеял подобное же. Странный он Лорд все-таки. Парни, что у него служат, можно сказать, господской забавой заняты, на охоту ушли. На Земле вал предложений мяса от крестьян схлынул, рынок торговли мясо-продуктами вновь вернулся к своему обычному режиму. Соответственно, Груша, главная в их дружной компании по торговле на рынке, экстренно требовала возобновления поставок. Ну, а Максим вот остался по-пролетарски с трубами и фитингами возиться. Никто его пока в этом процессе заменить не смог бы. Опять же, дырки в каменном полу только ему под силу без хлопот проделывать, да еще так, что после продевания в эти дырки труб, камень перекрытий зарастал без следа, плотно охватывая трубу со всех сторон. Словом, рукодельничал в свое удовольствие, как вдруг возле него Андрей возник.

- Там от крестьян посланец возле стен замка ждет. Случилось что-то у них.

Пришлось откладывать труды праведные, идти к выходу из замка (нет, так-то и перенестись мог, но перенос на такие ничтожные расстояния без веской на то причины – напрасный расход энергии). Крестьянин, точнее подросток по возрасту, был необычайно взволнован.

- Беда барин! Пахом и дядька Трофим в лесу до смерти померли.

- Как померли? Рассказывай все толком.

Из сбивчивого рассказа парня, Артемьев разобрал только, что трое крестьян, двое погибших и возница Иван Полуэктов отправились в рощу, чтобы нарубить жердей для обустройства сараев для скотины, привезенные Замком с того берега материалы уже закончились. А потом Иван, бешено нахлестывая лошаденку, запряженную в телегу, обратно, в деревню, примчался с криками, что разноцветные птички всех убили.

Пришлось в деревню отправляться, опросить очевидца. Через час вырисовалось следующее: Иван свою лошадь с телегой поблизости от будущей лесозаготовки, на опушке, пристраивал, а двое других, с топорами, уже в рощу пошли. Сначала первые удары топоров раздались, и сразу вслед за ними птичий щебет поднялся. А стук топоров, наоборот, стих. Иван уже в сторону лесорубов направлялся, когда ему навстречу шатающийся Трофим вышел, и над головой у него с пронзительным щебетом мелкие птахи метались. Трофим упал, птицы, пару раз метнувшись взад-вперед, по веткам вокруг расселись, а Ивана с чего-то такой страх обуял, что он ни туда, ни сюда двинуться не мог. Только когда птахи улетели окончательно, отважился к упавшему подойти и обнаружил, что односельчанин умер. Потом, еще собравшись с духом, и Трофимовского пасынка, Пахома сходил, проведал – тоже бездыханный. А тут над головой снова птички зачирикали, он и помчался прочь, не разбирая дороги. Как только лошадь не загнал и ноги ей не переломал.

Артемьеву все сразу ясно стало: очередная магия. Может, потому и на острове почти никакой живности нет, что птицы всех хоть сколько-то крупных травоядных на подступах к их роще губят. Ну, а без травоядных, нет и хищников. Вспомнил, как Андрей советовал стараться любую магию изучать, решил и с этих птичек-убийц получить прибыток.

- Скажи мне, Вася, так звали парня, которого крестьяне в Замок за помощью отправили, ты ловушки на певчих птиц мастерить умеешь?

- Так чего ж не уметь. – Ответил Василий. У нас в деревне все пацаны умеют. Мы птиц на птичьем рынке господам продавали, когда у себя в деревне жили.

- Тогда сделайте мне с десяток таких ловушек в счет снижения вашей подати. Или могу расплатиться чем….

- Нам бы сетей побольше, барин, чтобы крупную рыбу ловить. – Попросил хозяйственный отрок.

Через пару часов Максим собственноручно уже развешивал вдоль по опушке маленькие ящички с захлопывающимися дверками. Крестьяне в этом все, как один, участвовать отказались. В принципе, правильно. Сам Максим туда пошел только после того, как хорошенько проинструктировал Андрея, забирать его оттуда при первых признаках начинающихся неладов. Но обошлось.

А к вечеру Артемьев уже расставлял заполненные ловушки на жертвенной плите. Чтобы эти ловушки снять, он даже к деревьям, на которых те были привязаны, не подходил. Издалека переносил в Замок. Техника безопасности, однако!

Ну, что же, на следующий день все получили желаемое.

Максим сразу три заклинания, по одному с птиц каждого цвета. С желтеньких – заклинание, точнее проклятие, Телесной Немощи. Так-то оно не смертельное, только, в отличие от обычных заклинаний, почти не слабеет со временем, а еще его можно усиливать повторными наложениями. Собственно, от этого проклятия крестьяне и померли. Сил на дыхание не хватило. Зелененькая птичка поделилась почти бесполезным Манком для насекомых, а вот красная – заклинанием Беспричинного Страха.

Крестьянским отрокам, которые птичьи ловушки мастерили, Максим выдал, как и договаривались, новенькую рыбацкую сеть. Только еще раз настрого предупредил, что в реке у них не одна только рыба плавает. Неосторожный рыбак сам рискует добычей стать. Парни покивали головами, а уж послушают ли предупреждений, про то неведомо.

Ну, а птички вновь получили спокойное существование в своей роще. Андрей сказал, что, наверное, у них какой-нибудь симбиоз с деревьями. Вне рощи никто ни одной подобной птички не встречал.

Так как добывать древесину на острове стало негде, пришлось организовывать трудовые десанты лесорубов-селян на один из берегов Великой реки. На противоположный от того, где раньше пытались устроиться. Тут даже не столько очередная попытка укрыться от возможных нескромных взоров и атаки неприятелей была, хотя и она тоже, сколько то обстоятельство, что противоположный берег намного более лесистым был. Если правобережье – почти чистая степь, то левобережье – скорее лесостепь. Ну, или саванна. Было у здешних мест что-то схожее с этой африканской формой растительного ландшафта. Крестьяне, кстати, на ура такие десанты восприняли: не надо лошадей нагружать работой, а древесина непосредственно к месту строительства выгружается. Хотя, для самого Артемьева, это означало дополнительный расход драгоценной энергии, которую можно было бы на какие-то дальнейшие улучшения своего Замка и себя лично пустить.

- Максим, мы тут решили вечерком собраться вместе всей группой. Ты с нами? – Обратился к Артемьеву Сашка фон Людендорф, один из их общих с Алешкой одногруппников.

- А Столетов идет? – Сразу поинтересовался наш герой, прежде чем окончательно соглашаться или отказываться.

- Только что дал свое согласие. Правда, с условием, что пойдешь ты.

- Хм. А кто вообще будет, где собираемся, по сколько скидываемся. Короче, озвучьте, сударь, всю предполагаемую диспозицию.

- О! Сразу видна обстоятельность! – Рассмеялся фон Людендорф. – Значит так, собираемся в субботу, во второй половине дня у Ефима Трубецкого. У него в особняке места много. Пока я с предложением примерно половину наших одногруппников обошел, еще ни один не отказался. Дополнительно думаем девчонок с Бесстужевских курсов пригласить. У Сашки Орлова там сестра учится. Вроде, предварительный опрос девушек проведен, подруги не против. Что еще? По сколько скидываемся? Думаю, по пять рублей будет достаточно, чтобы и выпить и закусить, ни в чем себе не отказывая, и девушек угостить.

- Ну, тогда я тоже в доле. – Объявил Максим, которого внезапно посетила мысль, что очень скучно он живет в последнее время. А тут разнообразие и даже не придется самому устроителем быть.

Групповое мероприятие на субботу намечено, а на дворе только среда стояла, поэтому почти сразу после окончания занятий Максим к себе, в иной мир перешел. Почему почти? Так задержался на пять минут, чтобы до перекрестка дойти, свежей прессы прикупить. Сам-то он ко всей этой газетной чепухе довольно скептически относился, но вот захотелось внезапно «Новое время» изучить, в котором должна была вторая статья Игнатова дяди выйти по поводу опубликованной у них недавно почти фантастической фотографии с гигантским черепом. Дядя весьма умело отрабатывал обещанный ему процент с продаж, разогревая публику перед очередным аукционом.

Только вот газету в тиши и спокойствии своего кабинета ему почитать так и не дали. Деревенские очень странную гигантскую рыбу на продажу притащили, которая, в отличие от всех прочих рыб, по-видимому, прекрасно чувствовала себя на воздухе, вовсе и не собираясь начинать задыхаться.

- А ведь это не рыба, - Объявил Савва, когда селяне, получив желаемое, удалились по своим делам. – Смотрите, жабр не видать, а вот носовые ходы есть, и бока от дыхания мерно вздымаются.

- Думаю, это один из пресноводных ихтиозавров. – Продемонстрировал в очередной раз свои познания проявившийся призрак. – На Земле они вместе с динозаврами шестьдесят пять с половиной миллионов лет назад вымерли.

- Вот бы его тоже, как черепа продать. – Размечтался Савва, разглядывая внушительный набор зубов в приоткрытой пасти живого реликта.

- Не! – Категорически объявил Артемьев, тоже разглядывая речного хищника. – И так уже засветились сильно с этими черепами. Да и, если слишком часто диковины подобного рода продавать будем, цену собьем. Андрей, переноси его на жертвенную плиту.Посмотрим, много ли в этой рыбке - не рыбке энергии.

После жертвенного ритуала едва к себе в комнату прошел, Лукерья заявилась. С этой девицей у Максима очень непонятные, подвешенные в воздухе отношения установились. С ним поселиться на постоянку она категорически отказалась, объявила себя недостойной. Только Максиму временами кажется, что про недостойность – всего лишь пустая отговорка была. Просто, нет у нее желания мужа заводить в принципе. Ее в создавшейся ситуации все устраивает. Вот и сегодня, как кошка, которая гуляет сама по себе, пришла, когда захотелось, уйдет, когда вздумается…. Впрочем, не ему жаловаться на то, что такая дама его внезапно посетила.

Вечер глубокий на дворе был, Лушка уже убежала по своим делам, когда в комнату к Максиму внезапно взбудораженный призрак заявился.

- Максим, ты читал газету, которую сегодня с собой принес?

- Ну, статью про наш череп просмотрел.

- Тогда ты самого главного в этом номере не заметил. На последней странице.

Заинтриговался Артемьев, газету со стола взял, принялся читать, что там так призрака на последней газетной странице заинтересовало. Вроде, все, как обычно…. Перепечатки из губернских газет, короткая заметка об успехах сыскной полиции, сумевшей разгромить очередную ячейку социалистов в столице. Кто-то арестован, кто-то застрелен. А больше и нет ничего. Ну, кроме колонки частных объявлений про чудодейственное средство от облысения, сдаваемых меблированных комнатах, да пропавших кошечках.

- Где? – Спросил Андрей, устав искать эту особо важную информацию.

- Ты фамилии социалистов, погибших в перестрелке с полицией, внимательно перечитай.

- Штокман, Красин, Джугашвили, Петросян….

- Вот-вот, Джугашвили. В моем мире он стал правителем нашей страны. В этом уже не станет.

- Ты такой фамилии не называл, когда историю своего мира мне рассказывал.

- У нас он перевел свою фамилию на русский манер. Сталин. Теперь вспомнил? А ведь все началось с твоего, Максим, ограбления оружейного магазина. Полицейские именно после него начали обыски проводить. Следы пропавшего оружия искали, а нашли вот эту большевистскую ячейку…. Оказывается, судьбу целого мира так легко изменить. Даже по незнанию. – Очень задумчивый призрак истаял в воздухе.

И вот наступила столь долгожданная почти всеми студентами их группы суббота. Время тянулось медленно-медленно. Третьей, последней парой стояла лекция по органической химии. Инициативная группа во главе с Ефимом Трубецким этой лекцией дружно проманкировали, перед ними стояла благородная задача закупить и доставить по адресу все необходимое для предстоящего пиршества. Столетов, наплевав на свои принципы, пообещал всех удравших из своей группы отметить как присутствующих. Не зря утверждается, что без дружеской пирушки студенческое братство невозможно. Вот, еще даже первую бутылку не открыли, а какое невиданное взаимопонимание наступило!

- Леха, а куда хоть ехать-то? – Спохватился Максим, когда народ после окончания последней лекции дружно умчался вдаль, а он, сопровождая друга в деканат для сдачи журнала их группы со списком посещаемости, несколько поотстал от всех. – Ты знаешь, где Трубецкой обитает?

- Нет. Я думал, ты знаешь адрес. – В голосе Алексея послышалась растерянность. – Ты же все так подробно обсуждал с Людендорфом.

- Так, стоп! Отставить панику! Все наши адреса имеются в деканате. Помнишь, в начале года все сведения об этом на листочке записывали. Пошли. Ты староста, тебе скажут.

Через час с небольшим развеселая студенческая компания шумом и приветственными выкриками встречала своих запоздавших членов.

Глава 18

Да, хорошо посидели! Не понравилось только, что сестра Орлова помимо приятельниц со своего, физико-математического отделения, еще и каких-то дамочек с гуманитарно-исторического позвала. Скажете, какая разница, там девицы, и тут особы, обладающие очень схожими прелестями, учатся? А вот оказалась разница! Огромная! Эти дамочки с гуманитарными наклонностями настоящими революционными агитаторшами оказались. Все за переустройство несправедливого мира агитировали. Определенно, женщины-философы – страшная сила! А уж если эта борец за счастье народное еще и симпатичную внешность имеет…, короче, в следующие выходные часть Максимовых одногруппников железно пообещала выйти на митинг с политическими требованиями. Ох, жди теперь жандармов в институт, а ведь так спокойно жили!

Самому Максиму в соседки за столом на этот вечер досталась девушка по имени Мария, будущая учительница математики и физики. Ну, или он ей достался, так как, похоже, девчонки кавалеров каким-то образом заранее распределили. Едва за порог с Алешкой ступили, им навстречу выметнулись две женские фигурки, которые и за столом возле себя местечки парням придерживали, и просто общались, в основном, именно с ними. Ну, что сказать про Машу? По внешности – не первая красавица их курсов, но вполне себе симпатичная. И, самое главное, про политику речей не задвигала, больше по технической части пыталась разговор вести. Про то, как у них в институте процесс преподавания устроен. Ну, и про будущее научно-технического прогресса в ближайшие годы в целом.

Единственное плохо, Марии строгие родители велели не позднее одиннадцати вечера дома быть. Веселье только в самый разгар пришло. Пьяненькие студенты-железнодорожники своих не менее пьяненьких половинок на этот вечер только-только на первые поцелуи и прочие невинные ласки склонили, а им с Марией уже из-за стола вылезать надо. А как иначе? Кавалер по случаю темного времени суток должен до дверей дома его пассию доставить. А ехать ох, и далеконько предстояло! Ладно еще, погода не слишком морозная в это вечер была, и лихач попался чуть ли не на ближайшем перекрестке.

Пока в пролетке катили, нацеловались вволю. У нашего героя даже тяжесть в промежности появилась от все приливающей туда крови. Так бы и притиснул прелестницу, а никакой возможности для этого нет. Ну, может, когда-нибудь в дальнейшем хоть что-нибудь отломится, а не как с той же Голдой, которая на прогулки с Максимом соглашалась охотно, всегда раскручивала парня на кормежку в ресторане и прочие развлечения, а потом очень ловко в последний момент соскальзывала, оставляя явственную надежду, что уж в следующий-то раз....

Воспоминания о плутовстве Голды настроили Максима на деловой лад в отношении нынешней его спутницы.

- Машенька, когда я смогу вновь тебя увидеть? – Принялся он назначать новое свидание своей спутнице.

- Ну, не знаю…, - протянула она, хотя явно ждала этого вопроса. – У нас скоро первая сессия начинается, преподши лютуют, обещают за плохие ответы на занятиях до экзаменов не допускать.

- Но экзамены же почти через месяц только начинаются! – Закономерно возмутился Максим явной слабостью отговорки.

- Ну,… хорошо. Давай в следующее воскресенье встретимся в полдень на Исаакиевской площади возле памятника Николаю Первому. Мы по воскресеньям всей семьей ходим в собор на утреннее богослужение, а потом завтракаем там неподалеку…. – И, обдумав с полминутки свои слова, рассмеялась: - зато тебе не придется меня кормить.

Доставил девушку до дверей подъезда огромного шестиэтажного дома. На этаж подниматься не стал, но снизу проследил, чтобы все в порядке было. Дождался, когда замок за заходящей к себе домой девушкой щелкнет. А после перенесся к себе в Замок. Каким бы образом срочно заполучить к себе Лукерью? «Настрадался» от поцелуев, аж болит все.

Все мысли о женщинах и свиданиях с ними в голове Артемьева резко переместились даже не на второй, а куда-то на десятый план буквально на следующий же день, когда к охотникам, несущим охрану лесорубов и одновременно охотящимся на местную живность, внезапно вышел изможденный человек в изодранной набедренной повязке. Андрей своего хозяина даже с занятий по этому поводу затребовал. Пришлось тому вновь отпрашиваться у препода, к счастью другого, не того, у которого в прошлый раз отпрашивался.

- Что у вас здесь происходит? – Был первый вопрос Максима после переноса.

- Перебежчика поймали. – Сообщил Савва, который ждал его в зале, где Максим обычно появлялся при переносе с Земли. – Точнее, не поймали, сам к нам вышел. Попросил отвести его к Лорду. Пока в Замок запускать его не отважились. Андрей сказал, что непонятное что-то с этим человеком.

- Человеком? Точно?

- Так твой призрак определил, хотя, сказал, что больше ничего с него считать не может.

- А где сам Андрей, почему не он встречает?

- Присматривает за пленником. Сказал, что так надежнее будет.

Дошли до выхода из Замка. Тот на земле стоял, поэтому сходен не потребовалось. Практически возле самого входа и обнаружили парочку караульных и одного связанного костлявого донельзя мужика. Еще, вроде как, и призрак здесь присутствовал, но он в бесплотном состоянии пребывал, поэтому для невооруженного взгляда невидим был.

- Я Лорд Максим. Говори, что хотел сказать. – Обратился к мужику Артемьев, сделав караульным знак на всякий случай приготовить оружие. Мало ли что. Тут вон, магия на каждом шагу. Может, он диверсант, присланный расправиться с Лордом.

- Я Ор Димо. – Ответил тот, не делая попыток шевельнуться. – Бывший егерь-разведчик в дружине Лорда Рейсано.

- Почему бывший? – Сразу уцепился за оговорку Максим.

- Наш летающий осколок пал. Я в это время был на задании. После пытался спасти из плена змеемордых мою семью. Без поддержки магии Лорда оказался слишком слаб и попал в плен. Как обладателя способностей егеря меня отправили в охотничий отряд. На охоте надсмотрщик с поводком от моего ошейника попался в когти Сснеру. Смог освободиться. Бежал. Вышел к вам. Про вас вчера разведчики весть в лагерь доставили, специально пошел к людям, имеющим свой летучий осколок. Еще и предупредить хотел, чтобы готовились к нападению на днях.

Короткие, рубленные предложения. Возможно, это ошибка, но Максим не чувствовал фальши в голосе пленника. На всякий случай решил уточнить:

- Стоит ли нам тебя опасаться?

- Нет. Если примете меня к себе, я буду верен вам.

- Способности егеря и… разведчика? Опиши их поподробнее.

- Егерь – это охотник и следопыт. Могу делать ловушки на животных. Владею заклинаниями Отвода глаз, Поиска сокрытого и Сокрытия ауры. Хорошо стреляю из лука, арбалета и пращи.

- Мне пригодится такой человек. – Кивнул головой Артемьев, про себя уже примеряясь, каким образом ему получить перечисленные заклинания. Это не птичка, с ее Манком для насекомых, тут заклинания специализированные именно для использования человеком. Представитель магической цивилизации. А сколько он еще не назвал, считая свои способности само собой разумеющимися для всех?

- Андрей! Ты сможешь скачать заклинания с этого человека? Только, чтобы он остался жив и здоров, понятное дело.

Проявившийся призрак застыл ненадолго, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя. Наконец, с уверенностью ответил:

- Я смогу скачать заклинания, не причиняя ему вреда. При условии, что он добровольно захочет поделиться со мной этими заклинаниями, конечно.

- Тогда, сейчас тебя, Ор… Димо, развяжут, ты принесешь мне клятву, тебя покормят, после чего поделишься с моим помощником всеми заклинаниями, что тебе известны, включая даже детские и шуточные, и, считай, ты принят в мою дружину. После расскажешь нам, что за охотничий отряд, как далеко он от нас, и не знаешь ли ты о наличии где-нибудь поблизости от нас каких-нибудь других разумных.

Дальше все произошло по объявленному Максимом. Егеря развязали, накормили. Дополнительно к обещанному еще показали, как пользоваться новомодным душем и выдали нормальную одежду. А ближе к вечеру Андрей докладывал своему хозяину: скачано сорок три заклинания, правда, большинство очень узко специализированные, например, приманить какую-то лесную живность определенного вида или определить, в каком направлении ближайший источник воды, но и набор вполне полезных бытовых заклинаний тоже пополнился. А так, если оценивать в целом, то бывший пленник очень точно выделил наиболее важные из своих магических способностей.

- Еще, Максим, может ты не заметил, - высказался призрак после секундной заминки. – Все полученные на сегодняшний день заклинания, кстати, вполне действующие, легко можно разделить на две большие группы: те что легко поддающиеся усилению своего магического воздействия путем их прокачки при помощи специфического механизма нашего осколка, знай только энергию расходуй, и те, что прокачиваться способны исключительно путем тренировок и реального использования. Словно, для написания этих двух групп заклинания использованы совсем разные языки программирования.

Ну, Максим уже в курсе был, что за языки программирования такие. Андрей ему уже не раз рассказывал про чудеса своей цивилизации, успевшей убежать относительно мира Артемьева на добрую сотню лет вперед. Так что вполне со знанием дела принялся обсуждать со своим призраком причины такого разделения. Спора не возникло. Оба сошлись во мнении, что просто магия из разных миров им в руки попала. Та, что из Бескрайнего мира вполне поддавалась усилению при помощи осколка, а вот привнесенная извне таким механизмом напрочь игнорировалась, хорошо еще, что поддавалась скачиванию при помощи обычных механизмов Осколка.

- Придется Отвод Глаз и Сокрытие ауры реально на практике прокачивать. – Вздохнул Максим, представляя, сколько мороки у него с этим возникнет.

Разговор о практическом использовании сведений, сообщенных Ором Димо, возник за вечерним столом.

- Командир, - высказался Савва. – А что если мы попытаемся напасть сами, не дожидаясь их рейда сюда? Неожиданным ударом освободим пленников. Не думаю, что с нашим оружием у нас могут возникнуть какие-то сложности. Тут и пополнение либо нам, в дружину, либо, на худой конец, нашим крестьянам будет, и возможная новая магия, и врагов поблизости от собственных рубежей превентивно повыбьем.

Ор Димо смотрел, разинув рот, как простые дружинники начали высказывать Лорду свои предложения. У них, на прошлом осколке, такое было в принципе невозможно. Все решения принимал единолично сам Лорд. Он мог, конечно, и спросить мнение самых опытных воинов, но такое происходило очень-очень не часто.

По ходу обсуждения возник вопрос, как далеко от временного поселка, в котором проживают охотники из охотничьей партии, находятся основные силы противника.

- Я не знаю, как далеко основные силы, но для того, чтобы забирать накопленную за день добычу, каждый день к вечеру к нам туда прилетал небольшой летучий остров с сильным магом на борту. – Высказался опрошенный по этому поводу Ор Димо.

Словом, Максим в очередной раз убедился, что под командование его попали сплошные авантюристы. Ну, и еще на завтра придется ему сказаться перед Алексеем больным. Авось друг нарушит ради него свои принципы и поставит плюсики напротив фамилии «Артемьев» в журнале посещаемости на лекциях. Ну, а практические занятия так и так придется отрабатывать. Преподаватели еще с первых дней занятий строго указали, что незнание материала недопустимо, насколько бы уважительной не была твоя причина отсутствия на занятии.

Утро в их со Столетовым съемном жилье. Максим изобразил из себя умирающего лебедя. В сочетании с тем, что он накануне уже отпрашивался с занятий по состоянию здоровья, для его соседа по квартире все выглядело вполне убедительно. По крайней мере, то, что он отметит Максима на лекции, как присутствующего, Алексей пообещал железно. Правда, едва до скандала не дошло, так убедительно товарищ настаивал пригласить к Максиму доктора. Но Максим все же от доктора отвертелся. Сказал, что у него такое еще с гимназии бывает. Просто, мол, отлежаться надо.

Столетов на занятия ушел, а наш герой к себе, в Замок перенесся. Парни там уже практически во всеоружье его караулили. В буквальном смысле. Обвешались винтовками и пистолетами. Правда, Савва датское ружье-пулемет все же оставил на воротной башне. По замыслу им там не с плотным построением врага работать предстояло, а из засады, несколькими залпами с врагом разобраться. Зато Максим сразу, как позавтракал (для Алексея он решил еще дополнительно отсутствие аппетита изобразить), за своей крупнокалиберной винтовкой с телескопическим прицелом в свою комнату пошел. Винтовка, конечно, лягается куда как сильнее, чем обычная, а тем более «Винчестер», зато и попасть в цель из нее можно на гораздо большем расстоянии. Будет самых дальних врагов отстреливать.

Замок доставил их в намеченный квадрат сильно в стороне от мест, где обычно местные охотники свою добычу караулили. Десяток верст до строений «змеелицых» решили пройти пешком. Никак им нельзя на глаза никому тут попадаться, чтобы тревоги преждевременно не вызвать.

Так и топали как по ниточке. Новичок Ор, несмотря на свою видимую изможденность, уверенно впереди пробирался, указывая путь всему отряду. На точку, с которой открывался прекрасный вид на поселок, построенный на четыре сотни саженей от опушки довольно большой рощи, вышли, время уже заметно за полдень перевалило. Вышли и принялись на достигнутом месте на этой самой опушке располагаться. Ор Димо не знал, конечно, характеристик и дальности поражения из земного оружия, но сказанное ему выполнил четко: позиции соответствовали высказанным ему требованиям как нельзя лучше. Теперь для начала операции оставалось только дождаться прилета вражеского Летучего острова.

Незадолго до прилета Острова в поселок вернулись охотники, смешанная большая группа, состоящая из людей и «змеелицых». Как и подозревал Артемьев, они оказались в точности той же расы, что однажды уже налет на его Замок совершила. И среди тех налетчиков были полноценные маги. Надо бы повнимательнее с ними тут. Впрочем, если тогда он в одиночку перестрелял несколько десятков этих зеленомордых парней, то уж почти десятком с примерно такой же массой, они справятся куда быстрее.

А потом пролетел он. Остров. Только как-то этот гигант мало походил на описанный их новым товарищем островок едва ли не нулевого уровня. И с приземлившегося Острова, огороженного по всему периметру высоченной каменной стеной, через широко распахнутые ворота отряд за отрядом начало выходить настоящее войско.Несколько сотен, в большинстве своем закованных в броню пехотинцев.

- Я не виноват. – Просипел Ор Димо, тоже с пораженным видом рассматривающий прибывших врагов. – Это они, наверное, чтобы вас с гарантией уничтожить такую силищу нагнали. Сегодня тут, наверное, переночуют, а завтра с утра полетят к реке вас разыскивать.

В завершение выгрузки с Летающего Острова спустились явно непростые разумные. На шестерке ящеров были накинуты алые плащи с вышитыми золотом рунами.

- Маги. – Прокомментировал Ор. – Тот, что в шапке – Лорд этого острова. Очевидно, чувствует себя в полной безопасности, иначе ни за что бы не покинул свой остров.

- В безопасности, говоришь? – Буквально прошипел Максим, прикладываясь к прицелу своей крупнокалиберной винтовки. План предстоящего сражения мгновенно возник в его голове.

БАХ! – Его величие змеемордый Лорд пораскинул мозгами. Бах! Бах! Бах! – зачастили выстрелы потише. – Это, как и было условлено его парни вступили в бой. Оставшаяся пятерка плащеносцев даже пикнуть не успела. Все отлично понимали, кто здесь представляет реальную опасность, поэтому в магов пуль не пожалели. А потом повторился бой, что вел когда-то Максим против подобных же созданий, только в гораздо большем масштабе. Раз так в восемь – десять. И точно также патроны у винтовки кончались невыносимо быстро, и точно также приходилось перезаряжаться на скорость изрядно трясущимися от волнения руками.

До опушки рощи, вдоль которой залегли стрелки, добежал примерно каждый десятый воин. Но там плотность огня только возросла: у парней на смену винтовкам нашлись пистолеты. Милое дело: патронов в магазине больше, перезаряжаться гораздо быстрее. А врагов… собственно, враги закончились. Победа? И тут с фланга раздались дикие выкрики. Оказывается, в процессе ужасания мощью высаженных войск ребята как-то позабыли про охотников, часть из которых просто разошлись по своим строениям для отдыха. Охотников было немного, но заметили их, когда они подобрались уже совсем в упор. И, к сожалению, без жертв не обошлось. Когда последний из охотников пал под градом пуль, на траве бездыханно лежали Кузьма и Иван, один из тех двух крестьян, что недавно привел Христофор, а Савва сидел, навалившись спиной на ствол дерева, зажимая рукой протяженный порез на левом боку.

Рану Саввы забинтовали. Атаку продолжили, не все ящеры спустились со своего острова на землю, да и в поселке еще могли оставаться враги. Охотничий поселок и Остров зачищали до глубоких сумерек. Людей-охотников пока согнали в один из самых больших домиков и заперли там. Просто не до них было. Опять же и Ор Димо рассказывал, что некоторые из людей демонстрировали полную лояльность своим хозяевам. Уже в темноте Максим перегнал свой Замок вплотную к трофейному острову. Вряд ли здешний призрак будет сотрудничать с победителями его хозяина, но все же Андрея отправил на разборки. А вдруг! Правда, страхуя его возложением своих рук на управляющую стелу острова ящеров.

Глава 19

Невероятно, но факт. Призрак ящеролюда, так, в конечном счете, решили называть эту расу, согласился поклясться в верности Максиму. Правда, тому очень способствовали два факта. Факт первый заключался в том, что этот призрак, как и собственно Андрей, был выходцем из цивилизации куда более развитой, чем Лорд, который ему достался в Повелители. Два призрака обменялись имеющейся у них информацией на каком-то своем, неведомом обычным смертным уровне и решили, что в плане привнесения цивилизации в этот дикий край Максим вполне подходит на роль будущего правителя. Вторым же, и важнейшим фактом оказалась древность этого призрака. Убитый Лорд был уже далеко не первым его хозяином, больше сотни лет Каш-Ше-Нита-Ссил уже летал над бескрайними просторами Бескрайнего мира, притерпелся. Стал ценить мелкие радости своего существования. А чтобы окончательно примирить его совесть Андрей дополнительно еще пообещал от имени своего Лорда, что люди не станут вторгаться дальше во владения ящеролюдов. Так что Каш-Ше-Нита-Ссил со спокойной душой «пожертвовал» собой в целях сохранения жизни соплеменников.

В Замок загрузили трофеи, что были в поселке по-быстренькому собраны, во двор его загнали всех людей, бывших пленниками ящеролюдов, и на остров посередине Великой реки полетели. Кстати, пленниками в этом временном охотничьем поселении не только люди были, хотя большинство, как раз люди. А так, еще трое каких-то внешне - совсем людей, но зеленых, как трава, и пятеро покрытых жесткой шерстью пепельного цвета и с лицами, отдаленно напоминающими кошачьи морды. С этих сняли рабские ошейники и просто отпустили на все четыре стороны, правда, предварительно проверив с помощью Андрея, нет ли у них в головах новых для землян заклинаний. Заклинаний не оказалось... или, возможно, они просто были настолько чуждыми, что не распознавались при помощи технологий создателей этого мира.

Собственно, на этом и закончилось пока участие Максима не только в боевых действиях, но и нахождение в этом мире вообще. Савве внезапно хуже сделалось, пришлось вместе с ним перемещаться на Землю к порогу Мариинской больницы, благо, Максим бывал тут поблизости и смог указать цель для их прыжка вместе с временами впадающим в забытье товарищем.

Вообще-то Мариинская больница считалась больницей для бедных, но выданный медикам в приемном покое веер из десятка пятирублевых казначейских билетов оказал просто магическое действие: приняли тот час же, рану Саввы под наркозом вскрыли и почистили, после чего перевязали и в просторную светлую палату, под наблюдение положили. Ну, да, в палате были и еще пациенты, но никакой скученности, а удобная железная кровать была застелена чистым бельем.

Разобравшись с врачеванием ран своего дружинника, Максим отправился к себе на квартиру, заранее уже страшась реакции Алексея Столетова на свое внезапное исчезновение. Алексея пока не было, на занятиях задерживался, очевидно. Артемьев, чтобы хоть как-то попытаться умаслить одногруппника, перетащил с кухни Замка два десятка пирожков, плюшек и прочей снеди, что там к тому времен спроворили бывшие невольницы из публичного дома. По случаю отсутствия Айну они уже окончательно заступили здесь на трудовую вахту.

- Все же появился! – С порога выразил свои негативные эмоции друг. – А ты не мог перед тем, как удалиться по своим делам хотя бы записку написать, чтобы я не волновался так сильно.

- Признаю свою вину, меру, степень, глубину…. – Начал оправдываться Максим, используя обрывок какого-то неизвестного шуточного стихотворения, слышанного им когда-то от Андрея.

- Да ну тебя, паяц! – Справедливо возмутился педантичный староста группы несерьезным поведением товарища.

- Ну, прости! – Взмолился виноватый. – Я не думал, что придется так задержаться. У меня там друг чуть не погиб, пришлось его в больницу доставлять. Ну, возьми вот пирожок. Вкусный. Специально, чтобы тебя умаслить их принес.

- Ты это всерьез, насчет друга? – Внезапно оборотил очень серьезный взгляд на Максима Столетов.

- Абсолютно. Завтра после занятий пойду его навещать. Он в Мариинке сейчас лежит. Если хочешь, пошли со мной.

- Ладно. Признаю, погорячился немного. – Пошел на милость Алексей. – Но и ты тоже, мог бы и не разыгрывать сцены со своей болезнью, я бы и так тебя в журнале отметил. И вообще ты вечно пропадаешь где-то, так что я не так уж и сильно волновался.

- Алексей, ты тайны хранить умеешь? – Решился Максим раскрыть свою тайну другу. Впрочем, он уже давно об этом подумывал. В самом деле, трудно вот так, жить рядом и вечно таиться от человека. Не одно, так другое, постоянно всплывает. Вот, к примеру, как этот последний срочный вылет с последующими боевыми действиями.

- Тебе поклясться? – И тут же, без перерыва: - клянусь честью, что не выдам без твоего разрешения твоей тайны.

- Ну, с клятвой вообще-то лишнее. – Задумчиво проговорил Артемьев, - но да, действительно, прошу тебя никому не рассказывать про то, что тебе сейчас покажу. Дай руку.

И тут же мысленно: «Андрей, переноси нас».

Оказавшись после сумрака квартиры на обзорной площадке, возвышающейся над всем Замком и залитой потоками солнечного света, Алексей аж руками глаза закрыл от неожиданности. Впрочем, Максим тоже прищурился от яркого света. Сюда он решил переправить друга, чтобы сразу всю обстановку, во всей красе продемонстрировать. Помимо самого Замка отсюда отлично была видна и деревня, и луга вокруг нее, и даже Великая река на горизонте.

- Вот сюда я вынужден регулярно отлучаться. – Проговорил Максим, обводя рукой окрестности. – Это совершенно другой мир, не Земля, и это полностью принадлежащий мне Замок.

- Не понимаю, - проговорил Алексей, вволю полюбовавшись окрестностями. – Имея такую красоту, зачем тебе вообще сдалась учеба на железнодорожника.

- Железнодорожник? Тут сразу несколько факторов. Во-первых, в этих местах исключительно дикий, первобытный мир. Мои знания инженера помогут мне все тут обустроить. Во-вторых, железнодорожник может по роду своей службы по разным местам передвигаться, а у меня способность переноситься из мира в мир работает только на места, известные мне на Земле. Ну, и в третьих, просто нравится мне с механизмами возиться. Совсем недавно это в своем кружке понял.

С башни спустились во внутренние помещения Замка. И тут очень некрасивая история произошла. К Максиму вынеслась Лукерья. Словно не в себе, щеки раскраснелись, глаза выпучены, кулаки крепко сжаты.

- Максим, как же так?! Как ты мог допустить, чтобы Кузьма погиб? – А голос все больше на визг переходит. – Зачем вам понадобилось вообще к этим ящерам лезть?

Артемьев попытался было спокойно разъяснить взбудораженной женщине, что они всего лишь только всех тут защищали, но Лукерья не унималась:

- Защищать? Это не ящеры сюда пришли, это ты их всех туда на этом своем Летучем Замке отвез! Кузьма всех нас с девчонками спас. Он такой добрый был! Ты в смерти парней виноват! Только ты! Проклинаю тебя!

В это время, наконец, другие девчонки услыхали истошные крики и за руки начали оттаскивать истерящую товарку. Увели. Но еще долго в ушах Максима звучало: «Ты виноват! Только ты»!

Алексей, который со стороны за всей этой сценой наблюдал, решился спросить, пытаясь перевести внимание друга на другое:

- А что за крики о летающем замке? Это она всерьез?

- Абсолютно. Этот мой Замок летает. Как и еще целая куча больших и маленьких островов в этом мире. И вообще здесь всегда идет война. И если бы мы не напали вчера неожиданно на целую армию врагов, сегодня этого Замка уже не было бы. Как не было бы и нас самих. Тут не одни только люди обитают, другие расы тоже. А там раса ящеролюдов была. Они практически всегда враги людям. И у них были сведения о нашем расположении.

Тугой комок, сдавивший грудь после криков взбешенной Лукерьи, постепенно отпускал.

- Сейчас все наши ребята на охоте и рыбалке находятся. Вернутся ближе к вечеру, сможешь с ними поговорить.

- Кстати о вечере, - вдруг встрепенулся Столетов. – У нас же домашка еще не сделана, чертеж не начерчен. Некогда тут прохлаждаться.

Максим на минутку задумался, после чего произнес:

- Давай я тогда тебя обратно к нам в квартиру отправлю. У меня здесь еще кое-какие дела неотложные остались. Чуть позже к тебе присоединюсь.

- Как скажешь, раз ты здесь командир. – Легко согласился Алексей.

После его исчезновения Максим пошел выяснять, что с телами погибших парней сделано. Выяснил, что тело Ивана Митрофан еще в тот же вечер передал семье, а тело Кузьмы так и лежит в той маленькой комнатушке, куда его принесли вчера вечером.

Вот и оборотная сторона его командирства, о смерти близких родственникам его подчиненных сообщать. У Кузьмы Артемьев знал только одного родственника – двоюродного брата, который вход в публичный дом у них в городе охранял.

Переодевшись в обычную, не форменную одежду, перенесся прямо к публичному дому. День еще на дворе, народу в окрестностях этого одиозного в городе заведения вообще не наблюдалось, никто не помешает. К счастью, на входе в заведение стоял именно тот, кто и был нужен.

- Привет. – Поздоровался Максим с низкорослым, но очень крепким детиной с квадратной челюстью. – У меня сведения о твоем брате Кузьме. – Без лишних предисловий начал выполнять свою нелегкую обязанность командир дружины.

- Что-то случилось? – Сразу вскинулся тот.

- Да. Кузьма погиб. Я пришел рассказать тебе, как это случилось, и передать пятьсот рублей, которые по заключенному между нами договору я обязался выплатить его родителям в случае его смерти.

- Максим….Ведь ты же Максим? – Вдруг решился охранник в конце печального рассказа с целой кучей недоговорок по случаю сохранения тайны иного мира. – Кузьма рассказал мне о том, на какую работу он подрядился. Обещал за меня замолвить словечко перед командиром, когда сам себя там покажет, чтобы и меня тоже взяли туда,… да вот, не успел. Поэтому я сам прошу, возьми меня. Не пожалеешь.

- Так ведь там и убить могут.

- Зато там, у вас, люди людьми себя чувствуют, а не как здесь.

Вот так у Максима в отряде другой боец появился взамен погибшего. А тело родителям Кузьмы он передал. Как и обещанные по случаю потери кормильца деньги. Деньги сына, конечно, не вернут, но у них ведь и другие дети имелись. Кузьма самым старшим был.

Савва вернулся обратно в отряд в конце недели. Вцепился как клещ в навестившего его Артемьева и не отставал, пока тот не согласился его из больницы забрать. Правда, в таком согласии Максима и некоторый разумный резон имелся. Его новый подчиненный призрак поделился со своим новым Лордом накопленными знаниями по магии. Не всеми. Сказал, что в таком деле важна умеренность и постепенность. Магическое ядро, которое собственно за магию и отвечает, изначально очень слабое и неразвитое у неофитов бывает. Сильные заклинания, если неофит попытается их выполнить, его запросто и повредить могут, поэтому и обучение у магов очень длительное, буквально десятилетиями. Но в случае Саввы заклинание как раз подходящее имелось среди изученных. Регенерация называлось. При достаточном развитии колдующего позволяло даже отсеченные конечности отращивать. Но это при развитии, а у неофита, каковым пока был Максим, хотя бы чуть ускорится заживление раны – и то хорошо. А еще у неофита это заклинание очень кратковременным оказывалось по своему воздействию, чуть ли не каждые два часа требовалось его обновлять.

Еще отсортировали освобожденных человеческих рабов, которых в поселке ящеролюдов обнаружили. В дружину взяли всего пятерых. Остальные кто сам отказался своей жизнью рисковать, если имелась возможность вполне спокойного существования в деревне среди людей, а некоторых, которые даже просились, в дружину не взяли по причине того, что уже принятые от таких соратников руками и ногами открещивались. Не все в рабстве вели себя достойно. Впрочем, и этим, недостойным, в деревне вполне отыскалось местечко. Деревенские вполне спокойно восприняли появление у себя совсем не знакомых мужиков. С одной стороны у них вообще остро стоял вопрос с мужской частью населения. Мужиков же и в армию до этого забирали, и на всякие приработки многие уходили и далеко не все возвращались, и просто мужская смертность…, а женщинам, скажите на милость, откуда же защитника-кормильца брать? Опять же, с другой стороны, и проблема с землей теперь так остро не стояла. Точнее, стояла, но с точностью до наоборот: огромное общинное поле возделывать надо, а мужики частью кто лес заготавливает, кто вообще в дружину Лорда из молодых собрался. Короче, иноземцев приняли с удовольствием и еще запросили.

Кстати! Чуть не забыл! У нашего героя же сменилась дама сердца! Лушку, учинившую скандал командиру, да еще в присутствии практически постороннего, тоже в деревню на постоянное жительство определили. Ее даже ее товарки из числа вместе с ней спасенных из публичного дома не стали защищать. Она своим наглым, вызывающим поведением оказывается, и их бесила неимоверно. Просто боялись связываться по причине того, что она самому командиру постель грела. Лукерья, конечно, возмущалась и грозилась, но к черту такую вздорную бабу. Тем более, бабоньки раскололись, что она и не только с командиром уединялась временами. А на смену Лушке как-то само собой вышло, что у Максима завелась новая подруга. Та самая первокурсница из Бесстужевки по имени Мария. Сходил с ней на свидание Максим в воскресенье – понравилось, среди недели подождал после занятий, чтобы обедом угостить…. Алексей еще тактично в Замок с его помощью удалился, когда Артемьев привел подругу после ресторации свое житье-бытье показывать. Не сказать, чтобы прямо уж такая неимоверная любовь вдруг вспыхнула, но с Машенькой Максиму очень спокойно было, душой отдыхал.

За всеми этими делами и свиданиями как-то совершенно незаметно наступило время сессии. Первые экзамены: физика, начертательная геометрия, высшая математика. Если отбросить некоторые нюансы в названиях и самой сути предметов, так, считай, словно снова в гимназии очутился.

- Ну, ты и монстр. – Восторгался ответам Максима на экзамене Сашка Орлов. Он совсем рядом со столом экзаменаторов сидел, готовился. – Зауэр, похоже, меньше тебя самого по теме знает. Даже не стал дополнительных вопросов задавать, столько ты всего на него вывалил.

- Зауэр знает гораздо больше. – Немного флегматично отозвался на излитые на него восторги расхваливаемый. – Просто посчитал, что тему билета я осветил достаточно полно и подробно. Поберег силы и время на других студентов.

Но, вообще-то Артемьев и сам не ожидал такого усиления эффективности одного из самых первых своих заклинаний, направленного на временное усиление памяти. Похоже, та методика тренировок магического ядра, с которой его познакомил призрачный ящер, вполне действенна. Ведь всего ничего и занимался-то, а вон, даже окружающие уже заметили получаемый эффект. Надо и остальным его товарищам по такой же системе начать заниматься. Винтовки винтовками, но если плюсом к ним все будут способны выдать и по несколько боевых плетений, боевая мощь его дружины усилится очень значительно.

В Бескрайнем мире, меж тем появилась важная информация. Точнее, прилетела вместе с островком, которым Айну управляла. Не зря, совсем не зря они на всякий случай с того берега эвакуировались. Буквально вчера на место их бывшего расположения прилетел большой Остров с возведенной на нем крепостью. Причем, летел этот Остров, нисколько не рыская по пути, прямой наводкой. Айну со стороны, где она в засаде лежала, этот факт отлично заметен был. Слил, выходит, уважаемый купец их расположение заинтересовавшимся деятельным новичком Лордам. Правы его призраки были, никому из встреченных в этом мире до конца доверять не стоит. Любой договор в подстраховке нуждается.

С размышления о подстраховке мысли молодого Лорда соскользнули на принятых им в дружину новичков из местных. Тоже, на всякий случай, не стоит набирать таковых слишком много. Хоть, вроде, и на понятном, благодаря создателям этого мира, языке разговаривают, но другая цивилизация, кто знает, какие у них моральные установки в голове присутствуют. А, значит, надо еще землян к себе в Замок приглашать, заманивать. Вот только кого? Ресурсы гимназических знакомств он исчерпал до самого донышка. Опять, очевидно, придется парней этой проблемой озадачивать. Может, у них еще остался кто на примете.

Глава 20

Сдал Максим сессию! На одни пятерки! Таким образом, подтвердил свои права на бесплатное обучение, которое со своей золотой гимназической медалью заработал, да еще и на стипендию теперь может рассчитывать. Не так, чтобы эта стипендия с его доходами от продажи мяса ему особо нужна была, но гордость…. Гордость своим новым достижением просто зашкаливала. И нисколько тот факт, что он смухлевал при подготовке к экзаменам с этой своей магией, этой гордости не умалял. Теперь эта магия уже неотъемлемой его чертой является. Тот же бегун, к примеру, который быстрее всех бегает по причине своих мышц или особенной дыхалки, он же не подвязывает одну ногу на соревнованиях, чтобы тем самым дать шанс соперникам. И все будут чествовать именно победителя, а не укорять его его расширенными по сравнению с соперниками возможностями.

Весь такой гордый явился наш герой в деканат, чтобы сдать там свой экзаменационный лист с выставленными в нем оценками, а там… горе до небес. Не сдавшие экзамены студенты пришли умолять своего декана о допуске к пересдаче. Декан их, Кардапольцев Иосиф Лукоянович, вполне лояльным к таким вот, неуспевающим был, прошения о пересдаче подписал почти всем. Почти. Двое, один из которых, завалил сразу два экзамена из трех и второй, изгнанный с физики за обнаруженные у него шпаргалки, такого допуска не получили.

- Идите на завод. Рабочие там всегда нужны. – Сказал им Кардапольцев в ответ на их слезные мольбы, что им некуда больше податься.

Вышли изгнанные за дверь, а следом за ними и Максим тоже. Сдать экзаменационный лист секретарю ведь много времени не занимает. В коридоре и встретились. На лице одного из исключенных (а по факту, они именно исключенными уже и являлись, просто документ об этом будет выпущен чуть позднее) блестели крупные слезы, да и другой, утешающий, своим скорбным ликом запросто мог все молоко прямо у коров в вымени в простоквашу превратить.

- Господа, простите за нескромный вопрос, а вам вообще есть куда пойти? – Вот словно щелкнуло что-то в голове, задал этот вопрос.

- Простите, милсдарь, это не ваше дело. – Угрюмо отозвался тот, что просто хмурый стоял.

- Возможно, что и так, а возможно, что и очень даже мое, если вдруг у вас нет на примете дела, которым вы бы планировали заняться.

- Меня отец на порог не пустит! – Со всхлипами выдал второй. – Я и так отказался в военное училище по его стопам поступать, а тут еще и это. Скажет, статские тупицы в моем роду не нужны.

- А я сам своим родителям на глаза не покажусь, потому что гордость имею. – С вызовом, в такт рыдающему, произнес второй.

- Тогда где бы мы могли уединиться, чтобы я изложил вам свои предложения, возможно они вам по душе придутся.

Много ли в Райском саду времени понадобилось Змею, чтобы совратить Еву, убедив сорвать яблоко с древа Познания? Максиму понадобилось не намного больше. Перенос в иной мир, он замечательным зарядом убеждения обладает. Оба парня согласились войти в дружину Максима. Это ведь для них был чуть ли не единственный шанс показать родным свою состоятельность, как достойного сына и просто человека. Просто, чуточку изменилось расписание для достижения ими поставленной при поступлении в институт цели. Экзамены на инженера путей сообщения ведь можно сдать и экстерном. Правда, денег такой способ потребует конских. Ну, и способностей к запоминанию массивов информации тоже немалых. И все это им пообещал предоставить Артемьев. Деньги – в качестве платы за добытое мясо и по итогам возможных боестолкновений с врагами, а способности к запоминанию – так соответствующее заклинание на что? Заодно и Максим потренируется как в наложении заклинания, так и в качестве учителя по всем институтским предметам разом. В учебниках же далеко не все моменты внятно раскрыты. Парни сразу же и кинулись придумывать, как будут своим семьям письма отправлять, о том, что с ними все в порядке, и они прилежно грызут свой гранит науки. А на грозящие опасности для жизни они и не обратили внимания вовсе, хотя Максим и про эти опасности все подробно расписал. Ну, не верится молодости, что все ее существование отнюдь не навсегда.

После окончания сессии закономерно наступают каникулы. У Максима Артемьева они тоже наступили, и перед ним в полный рост встал вопрос, на что же потратить эти замечательнейшие десять дней своей жизни. Первым делом хотелось, конечно, побывать дома. Очень соскучился по семье. С другой стороны, прибавка числа охотников привела к добыче большего количества мяса, а сбыт и так уже находился на пределе. Нет, можно было, конечно, и цены сбрасывать, у его-то товара цена была чуть ли не копеечная, но ведь так можно и на ответные реакции конкурентов, почувствовавших себя ущемленными, нарваться. Словом, одно к одному. Ведь можно не весь путь до дома одним прыжком преодолевать, а постепенно, передвигаясь на поезде, и выходя на наиболее крупных станциях типа Москвы, Ярославля и что еще там при движении на поезде проезжают. Пару-тройку драгоценных дней потратить, зато и проблему со сбытом разом решить. Точнее, не совсем сразу, пока еще их Аграфена нужные связи на рынке наладит…. Но все равно, свет в конце тоннеля появится.

Собственно, поступил по задуманному. Ну, частично. Терпения не хватило весь путь до дома в поезде проделать. Достиг Москвы Златоглавой, вышел из вагона, доехал с извозчиком до Большой Сухаревской площади с бесчисленными, тянущимися куда-то вдаль рядами палаток и понял, одного Сухаревского рынка им для сбыта получившегося избытка мяса еще надолго хватит. А ведь имеются здесь и еще Немецкий, Болотный, Полянский рынки, не говоря уже про Вербный торг на Красной площади. Короче, торговать, не переторговать, а потому просто отыскал местечко поукромней, да к родному дому и шагнул.

Сеновал встретил блудного младшего хозяина ароматами высохшей травы и легкого морозца. Разумеется, никого их родных здесь в этот час не обнаружилось, потому направился в дом.

- Максимка приехал! – Заливистый вопль кажется Дашки. Вот ведь, меньше полугода дома не был, а уже голоса близняшек путать начал. Впрочем, через мгновение обе они в едином порыве мчались к нему обниматься. Напрасно думал обнаружить сестренок при следующем приезде чопорными девицами, все такие же круть-верти, хохотушки.

В Максимов походный мешок с гостинцами для всей семьи чуть с головой не нырнули, пытаясь первыми рассмотреть все привезенные подарки. А подарки были что надо! По деревянной кукле каждой. Да не чурочке какой, а с подвижными руками и ногами на шарнирах, еще и в нарядные иноземные платья наряженные. Ну, и сверточек с обрезками тканей, чтобы, значит, могли еще дополнительные наряды попытаться сами сшить. Сам Максим никому не признался, но на покупку именно этих кукол его Мария надоумила, когда гуляли с ней по столичному «Пассажу». Разумеется, не сестрам посоветовала купить, а просто посетовала, что в ее детстве такой красавицы у нее не было. Понятно, дорого эти гостинцы встали, но не дороже денег же. А с подарком матери сильно мудрить не стал. Большой Оренбургский пуховый платок – он не только статусное украшение даже очень богатых горожанок, и даже титулованных дворянок, но и просто тепло и мягкость дарит, что на холодных просторах Российской империи порой и летом отнюдь не лишним бывает. Ну, и отчиму подарок тоже привез. Револьвер с серебряной насечкой и щечками на рукоятке, вырезанными оленями изукрашенными. Очень неоднозначный подарок, но почему-то чувствовал, что в потихоньку складывающейся в стране обстановке такой в доме вовсе не лишним будет.

- Я почему-то и не слышала, как калитка хлопнула. – Пожаловалась мама, тоже, в свою очередь, выходя к сыну.

-Так я и старался открывать и закрывать ее потише. Сюрприз вам хотел сделать. – Мгновенно нашелся сын, вручая ей ее подарок.

- Вот уж точно сюрприз! – Довольным голосом отозвалась мать, накидывая себе на плечи привезенную Максимом обнову. – В таком только гостей встречать.

А потом все сели пить чай. Включая Ваську, но исключая отчима. Тот как всегда в это время был на работе. Васька влез на колени и урчал как маленькая паровая машинка. Словно и не он несколько месяцев назад столь отчаянно вредничал парню, державшего его, в отличие от близняшек, в изрядной строгости.

Неделя дома пролетела мигом. Рождество, Новый год.... Все хорошее почему-то очень быстро заканчивается. Максим снова собрался на учебу. Строго настрого указал домашним не провожать его до вокзала. Мол, слезы, тоска, прочие сильно удручающие его нюансы. Только близняшки немного по своему его послушаться решили: раз до вокзала нельзя, значит, хоть до конца их улицы можно. Пришлось с ними честным образом идти до самого конца улицы. И потом они вслед очень пристально смотрели. А еще вследствие зимы все деревья и кусты облетевшие стоят, укрытия посередине улицы никакого. Пришлось, в самом деле, до вокзала добираться. Правда, уже там билет покупать не стал. Просто в туалет вокзальный зашел. В ближайшие часы поезда не ожидалось, поэтому в туалете пусто было. Спокойно занял одну из кабинок, и к себе на квартиру, в столицу, перенесся. Дверку в кабинке, правда, не стал на крючок закрывать перед переносом, чтобы людям тем самым проблем не создавать.

Очутился возле своей кровати в квартире. Алексея еще не видать, похоже, еще от родителей не вернулся, решил книжку почитать, раз в кои то веки свободного времени чуток появилось. «Князь Серебряный». Незадолго до этого на фильм с таким названием в синема с Машей ходили, вот купил роман, по которому фильм снимался, полюбопытствовать, как там все было, а то, глядя на немые фигурки, бегающие по экрану и редкие подписи к ним, многое непонятным осталось.

Только удобно пристроился с книжкой на кровати, как снизу вдруг шум и крики послышались. Этажом ниже проживала Варвара, их домохозяйка. Решил глянуть, в чем дело, не нужна ли помощь, а то очень уж подозрительные звуки раздавались. Словно вещи на пол сбрасывает кто без разбора.

Чтобы не щелкнуть замком, перенесся на лестничную площадку перед своей дверью. Рисковал, конечно, быть замеченным, но не слишком. Не принято у них на площадкам перед дверями толпиться. Так и оказалось, на втором этаже никого, а вот перед дверью в аккурат квартиры, в которой Варвара проживала, ошивался очень подозрительный субъект. А вам бы он не показался подозрительным, если в руке своей он наган вертит?

Пришлось в Замок за оружием возвращаться. Два заряженных Кольта прихватил. Позвал бы и подмогу, да некого, все в разгоне: кто на охоте, кто на побывку на Землю отпущен. Христофор у родителей поле пашет. Самая пора, рабочих рук не хватает. Немного подумав, все же решил по возможности перестрелку не устраивать. Грабитель же в прямой видимости был, чуть ли не рядом. Перенес его на берег Великой реки с той стороны, откуда они на остров свой убрались. Там он со своим револьвером никому не опасным будет. Можно было бы попытаться и сон наложить, но подумал, что в дальнейшем проблемы от такого проявления заклинания могут получиться. Проснувшийся же наверняка допытываться бы стал, с чего это его на боевом посту вдруг так внезапно сон свалил. А тут хоп! И нет тела! А грабителей Артемьеву и не жалко совсем.

После тихонько спустился и в квартиру, в приоткрытую дверь заглянул. Варвара в коридоре без движения лежала. Собственно ее падение и услышал Максим в первую очередь. Потом-то уже звуки значительно тише были. Больше в коридоре никого не было, а из комнаты звуки лихорадочного обыска раздавались.

Рассудив, что у занятых столь ответственным делом вряд ли будет оружие непосредственно в руках находиться, прокрался ко входу в комнату, откуда шум раздавался. Хоп! И мелкий мужичонка в папахе кулем падает на пол. А просто, еще раз подумав, не стал от Сонного заклинания отказываться. Отправить в другой мир ведь можно и спящим. Зато много меньше опасности, что в последний момент перед отправкой налетчик внезапно всполошится и выстрелить сможет.

И тут откуда-то сзади раздался голос:

- А ты еще кто такой? – Похоже, третий из бандитов решил как раз в это время сортир посетить. Приспичило от сильных переживаний.

Тут уж Артемьев нимало не сомневался. Выстрел с разворота, и в переносице любопытствующего новое отверстие появилось. Ну, и кровь во все стороны плеснула. Кстати, Максиму сильно повезло. Подстреленный ведь не только вопросы задавал. К моменту выстрела Максима у него уже тоже пистолет в руках был. Какие-то до зубов вооруженные бандиты в этот раз попались. А впрочем, чему же тут удивляться, если оружие спокойно почти как хлеб или то же мясо в лавках в городе продается.

Разобравшись с угрозой, запер входную дверь, чтобы кто не зашел случайно, и к Варваре для проверки ее состояния склонился. Живая, только на темечке огромная шишка наливается. Видать, рукояткой пистолета ударили. Повезло. Наверное, не стреляли, потому что не захотели излишний шум создавать. А вот сам Максим нашумел. Впрочем, как раз на выстрел-то никто и не торопится приходить. Не то не услышали, не то значения не придали, а может и просто побоялись между вооруженными бандитами и их жертвой становиться.

Варвару на кровати разместил, на голову ей мокрую тряпку приложив. Ну, и Регенерацию еще накинул. Пока у него Регенерация слабенько выходит, но все равно, лучше с ней, чем без нее. После труп тоже по уже проложенному адресу к спящему мужику переправил. Первый, тот, что с пистолетом, был перенесен чуть дальше по берегу, так что встретятся там не сразу. Если вообще встретятся. А просто вдвоем у них шансов выжить много больше может получиться, а зачем Максиму в его новом мире нужны живые вооруженные бандиты?

Разобравшись с телами, приступил к уборке крови. Для этого в арсенале нашего героя имелось уже изученное бытовое заклинание. Только тоже не прокачанное совсем. Вот теперь и представилась великолепная возможность его чуток прокачать. Раз на десятый или двенадцатый применения заклинания Уборки участок пола, до этого кровью залитый, совсем чистым стал. Кровь куда-то без следа пропала. Еще мысль у нашего героя возникла совершенно праздная: а куда, в самом деле, счищаемая грязь девается? Впрочем, как возникла мысль, так и пропала. Варвара на кровати пришла в себя, зашевелилась. А грязь… да какая, в сущности, разница? Может, на Северный полюс, может в другой мир. Хоть к самому государю императору в суп, главное, что здесь, в квартире чистый пол без малейших признаков свершившегося преступления. Ну, не считая, конечно, сваленных в кучу вещей, но это уже будущая работа для хозяйки.

- Не волнуйтесь, Варвара Тимофеевна! – Поспешил Максим успокоить квартирную хозяйку, совсем уже было вознамерившуюся с кровати на ноги подняться. – Разбойников я, пообещав полицию вызвать, напугал. Убежали они.

Женщину от резкой перемены положения тела стошнило, глаза ее снова закатились.Пришлось Максиму еще раз свои заклинания тренировать. И Чистящее снова востребованным оказалось, и Регенерацию показалось недурным еще разок наложить. Спустя недолгое время, Варвара Тимофеевна вновь в себя пришла, и Артемьев поспешил ей внушение сделать, чтобы снова пол в квартире чистить не пришлось:

- Лежите смирно, мадам. А то опять стошнить может, а я только что прибрал. – Странно, но больная безропотно послушалась.

Только пару часов спустя, когда Варвара окончательно пришла в себя, наш герой счел свой долг полностью выполненным и поднялся к себе на этаж. Алексея так до сих пор и не было, только книжку почитать все равно и не получилось. В другом мире его присутствие требовалось. Ведь без него там вся транспортировка вставала. Людей, которые на выходном были, нужно было с Земли возвращать, разделанное на охоте мясо подстреленных животных наоборот туда, на склады, переносить, Летучими Островами управлять и при необходимости новые задачи поставить. Короче, без него никак.

Глава 21

Почти одновременно с началом второго семестра вокруг Максима Артемьева сразу несколько значимых событий произошло. Не все они касались непосредственно нашего героя, но тем не менее. Перво-наперво, разумеется, стоит упомянуть о продаже того гигантского черепа, фотографию которого месяц с хвостиком назад они выложили в столичной газете «Новое время». Первые недели этого меропрятия исключительно на Игнатовом дяде подвисли. Тот умело разжигал истерию вокруг феномена, больше никому ничего не показывая. И лишь когда в различных европейских газетах стали множиться статьи, обвиняющие издание Буренина Старшего в жульничестве, дядя сделал следующий свой ход. Он созвал целую комиссию из всяких очень ответственных и уважаемых в научном обществе мужей и продемонстрировал им этот самый череп. Ну, и внушительную охрану, нанятую накануне для охраны этой весьма дорогостоящей диковины, тоже продемонстрировал. Хотя… посмотрел бы Максим на того силача, который столь громадную штуку смог бы украсть. На волне вновь вспыхнувшего ажиотажа и был проведен очередной международный аукцион. Череп уехал в Америку, к Рокфеллеру, а Максиму пришлось изобретать, на что ему почти семьдесят тысяч долларов северо-американских соединенных штатов потратить. Вообще-то, сумма продажи как раз ровно семьдесят тысяч и составляла, но по два с половиной процента пришлось Бурениным отдать. Как на взгляд Максима, так дяде и большую сумму не жалко было бы заплатить. Очень ловко он все провернул.

Второе событие было гораздо менее значительным. Всего лишь студента Артемьева допустили до основных работ, ведущихся в их студенческом кружке, связанных с изготовлением и последующим обслуживанием паровых машин. Но Максим, почему-то, этому факту был рад ничуть не меньше, чем огромному доходу с продажи черепа.

Ну, а третьему событию наш герой не радовался совершенно: в их институт внезапно пожаловали жандармы! Причем, не абстрактно в институт в целом, а как раз, с разрешения администрации института, начали допрашивать студентов из их группы. Вот где аукнулись те лозунги пьяной дамочки-философа из Бесстужевки. И что же теперь Максиму на вопросы этих суровых мужей с холодными, рыбьими взглядами отвечать? Очень хотелось все выложить про ту грудастую провокаторшу и ее подружку, из-за которых, возможно, жизнь у кого-то из вполне достойных людей под откос пойдет, но, разумеется, воздержался. И вовсе не эту заразу пожалел, просто тогда и к нему самому лишние вопросы возникнут. Мол, знал, почему не доложил. А еще и одногруппники, узнав про такой демарш со стороны их товарища, волками на него смотреть будут. Хотя, сами бараны. Их на бойню ведут, а они и мемекнуть против считают постыдным.

-Значит, вы, господин Артемьев, утверждаете, что не знаете ни о каких противоправных действиях ваших соучеников? – Подвел итог допроса Максима жандармский штабс-ротмистр. Максим, молча, кивнул головой, и получил разрешение покинуть кабинет, уступая очередь следующему студиозусу.

- Слышал, Орлова и Лучинкина арестовали? – Такими словами встретил его по возвращении Столетов, который, поскольку являлся старостой группы, был подвергнут допросу первым.

- А что они хоть натворили? – Жандарм, который проводил допрос, несмотря на все вопросы вокруг да около, так и не прояснил целей своего интереса.

- На митинг, посвященный памяти жертв Кровавого Воскресенья, сходили неудачно.

- Понятно. И что теперь им грозит за это?

- Вряд ли что-то серьезное, но из института попрут, это однозначно.

- Поня-ятно. – Протянул Максим, про себя одновременно радуясь, что не ему достались те дамочки с естественно-исторического факультета за общим столом, когда всей группой собирались, а практически вторым потоком сознания обдумывая, как бы и этих студентов, которые вот-вот станут бывшими к себе в дружину затащить.

Впрочем, с р-революционерами из их группы, по размышлении, решил все же горячку не пороть, ему еще только там революции против его власти Лорда не хватало, потому просто продолжил учиться, как ни в чем, ни бывало.

В Бескрайнем мире тоже все стихло, словно и не было того побоища с ящеролюдами. Крестьяне, распахав землю, ждали первого урожая, парни попеременно охотились и учились. Кое-кто институтский курс зубрил, и совокупно, всем гуртом тренировались, чтобы, в конце концов, выдать свои первые заклинания. А что? Савва служил для всех наглядным примером возможности открыть в себе магию. А потом на реке вновь корабль показался. Айну, лишившись постоянной обязанности готовить, от нечего делать так и поглядывала время от времени на верховья Великой. Ну, в ту сторону, куда «уважаемый» купец когда-то уплыл.

- Это точно все тот же корабль плывет! – Объявила она, еще чуточку понаблюдав за приближающимся судном. Правда, купца на палубе не видать, наверное, в своей каюте от солнца прячется.

Корабль, меж тем, сбавив скорость, подплыл к берегу в том месте, где у нас раньше строительство велось.

- А не может он быть подсадной уткой? – Вдруг озаботился Артемьев. Купец ведь может чисто для приманки плыть, а откуда-нибудь издалека за ним кто-нибудь из Лордов приглядывает. Или даже не один. У них там вон, вообще Конфедерация.

- Предлагаю его подальше отпустить. Если вражеский Лорд сзади, возможно, сможем его засечь.

Покрутился у берега корабль Сау Шелеха, а это точно он был, купец, в конце концов, из каюты на палубу вышел, чтобы своими собственными глазами взглянуть на полнейшее отсутствие интересующего его объекта. Впрочем, судя по его лицу, не слишком-то он и удивлен был этой пропаже, лишь рукой махнул, приказывая плыть дальше.

- А что, если мне усовершенствованиями максимально свою скорость повысить? – Вдруг расфантазировалась девушка-призрак. – Мой Осколок меньше и легче всех, с увеличенной скоростью вообще недосягаемой для возможных преследователей на крупном Осколке сделаюсь. Да и не будут такие долго за мной гоняться. Взять-то с меня практически нечего будет. Сканер энергии любому ясно покажет, что я пустая.

- Хорошая идея. Скоростной разведчик нам, так или иначе, обязательно понадобится. – Одобрил Артемьев. – Долго весь этот процесс твоего улучшения по увеличению скорости займет?

- Совсем быстро. Главное, чтобы необходимая энергия была.

- Тогда, Андрей, обеспечишь подругу?

Через час или два Осколок Айну с Игнатом на борту отправился вдогонку за скрывшимся вниз по течению кораблем. Кстати, никакого крадущегося следом за купцом Лорда не отыскалось. Конечно, это могло ничего не значить, тот мог и сбоку свою наживку контролировать, но все же внушало сдержанный оптимизм в успехе затеи. Сбоку ведь, даже если охотник и имеется, ловить мелкий, юркий Осколок намного труднее будет.

Никакой засады, использующей купца в качестве наживки, так и не проявилось.Просто, следуя просьбе Игната, Сау Шелех распорядился править к противоположному берегу Великой. Там его и ожидал сам Максим на своем Летучем Замке. Вот такие меры предосторожности предприняли.

- Приветствую уважаемого лорда Максима! – Подал голос Сау Шелех, который, как и в прошлый раз, прибыл на встречу к берегу в одиночку на небольшой лодке.

- И я приветствую вас, уважаемый купец Сау Шелех. – Поздоровался в ответ Максим, и сразу же в наступление перешел: - вы не к змеемордым ли собрались? Вроде это их территории ниже по течению от нас располагаются.

- Прошу меня извинить, но я не могу открыть вам свои торговые тайны. – Заюлил купец.

- Да все в порядке. Просто, если вы все-таки к ним, то торг там нынче, вероятно, может оказаться очень скудным. Они не так давно потеряли свой самый крупный Летающий Остров, как и большинство своего воинства, бывшего в тот момент именно на нем. Рабов захватывать там больше просто некому.

- А Лорд того Острова и его маги? – Моментально сориентировался в сообщенной информации Сау Шелех.

- Все мертвы.

- М-да, - пожевал свою губу в раздумье торговец. – Даже и не знаю, как быть. Больше половины пути проплыл, теперь возвращаться обратно ни с чем. Убытки, однако.

- Так, возможно, хоть в этот раз у вас окажутся интересующие нас артефакты? Опять же, сообщив вам о сложностях в конце пути, я, возможно, заслужил скидку на ваши товары?

Дальше начался жаркий торг, по результатам которого купец стал богаче на несколько тысяч серебряных рублевиков, а команде Максима перепало несколько десятков неплохих наборов бытовых и лечебных артефактов на все случаи жизни. А самому герою так даже артефакт, позволяющий отличить правду от лжи. Он его на шнурок, рядом с кусочком своего Осколка, повесил, в точности, как купец посоветовал. Вот только у парней вместе с артефактами и дополнительный моральный стимул тренироваться в маги вдруг появился. Артефакты же в будущем заряжать потребуется.

- Простите, меня, уважаемый Лорд, - принялся извиняться в конце торга купец в ответ на вопрос о наличии у него артефактов защитной и атакующей направленности. – Купцам в нашей Конфедерации строго настрого запрещено продавать подобные артефакты не членам нашего союза. В конце каждого рейса я сам прохожу допрос под артефактами выявления правды.

- Ну, на нет и суда нет. Я и сам, пожалуй, не стал бы продавать наше оружие чужакам. – Согласился Артемьев. – А как у вас обстоят дела с продажей учебников хотя бы начальной магии?

- Учебники привезти, пожалуй, я вам смогу, только сами понимаете, подобные знания стоят очень дорого.

- Только позаботьтесь, чтобы те учебники были на всеобщем, а с оплатой мы обязательно что-нибудь придумаем. – Посулил в ответ молодой Лорд.

Купец отправился в обратный путь, а перед нашим героем новая старая задача встала во всей красе: снова пришла пора менять имеющиеся в его распоряжении казначейские билеты и средства со счета в банке «Лионский кредит» на серебро и золото. Эхе-хе! А ведь мало разменять, надо будет и все эти тяжести тащить до укромного местечка, не отправлять же драгоценные металлы в Замок прямо из банка. А ведь если даже семьдесят тысяч долларов только золотом получать, то и то шесть с лишним пудов выйдет, серебром же и вовсе в двадцать два с лишним раза больше! Ни одна лошадь столько за один прогон не увезет!

Деньги на золото и серебро разменял. И даже тащить ничего никуда не понадобилось! А просто снял в том же банке «Лионский кредит» камеру хранения побольше, куда работники банка собственноручно все драгоценные металлы и перевезли. Золото, оно же очень тяжелый металл, поэтому даже объем для него в камере хранения не слишком большой потребовался. Хотя... серебро тоже, вроде, металл не из легких, а всего десять тысяч однодолларовых монет с ликом какой-то тетки очень даже приличных размеров ящик заняли. И уже потом, через несколько недель, заявившись в банковское хранилище, без всяких лишних глаз, тут с этим строго, переправил все содержимое своего сейфа в тот мир.

А, вообще, в Бескрайний мир пришлось не только деньги отправлять. Максиму и самому пришлось туда отправляться после занятий. И ночевать тоже там. К Алексею внезапно отец приехал, точнее, не совсем к нему, а по служебным делам, но друг попросил пока в том мире пожить недельку. Вообще, странная штука, человеческая психика. Еще в начале года придумывал, каким образом обосновать перед соседом по квартире возможность побыть подольше в условиях лета иного мира, а тут вдруг друг сам такое предлагает, а Максиму обидно вдруг стало. Впрочем, понятное дело, на просьбу Алексея, несмотря на свои эмоции откликнулся.

В бескрайнем мире, чтобы делом заняться, затеял исследование окрестностей. Зря что ли Осколок Айну в скоростной модифицировал? Сначала решил вниз по течению слетать. Куда-то туда купец на своем корабле плавал. Был, конечно, шанс, что у того поход на месяцы был рассчитан, но тут уж как повезет. Чуть не «повезло» буквально на второй день такого полета, с перерывом на поход в институт, конечно. Едва на чей-то довольно большой Летучий Остров сами не вылетели. Точнее, даже вылетели, Перемещение заблокировалось на время, но быстро проскочили мимо летящего в их сторону небесного гиганта и затерялись вдали. А там и Перемещение вновь заработало, сигнализируя о том, что опасность миновала.

- Кажется, это дикий Остров был. – Прокомментировала получившееся приключение девушка-призрак.

- В каком смысле, дикий?

- В таком, что у него нет, и не может быть своего хозяина. На таких обычно сильные магические монстры обитают, а стела, которая в центре Острова стоит не имеет полноценной системы управления. С ее помощью только и можно энергию себе слить. Мы с моим прежним хозяином один такой захватили, было дело, так энергии из него смогли выкачать…. Правда, и хозяин там чуть не погиб.

- А как ты смогла определить, что он дикий? – Поинтересовался наш герой.

- Так Остров довольно большой, а ни одного даже мало-мальского строения. И за нами не погнался.

- Может, на нем какие-нибудь индейцы – пофигисты летают. – Предположил парень, на что Айну только плечами пожала.

- Может, и индейцы. А все же здорово было бы его на энергию переработать. Я бы сразу себе еще дополнительный ускоритель поставила. Тогда бы уж точно, меня никто не догнал.

Геройствовать с возможно диким Островом в одиночку Артемьев все же не отважился, но и дальше не полетел. Эта его разведка местности таким вот, одиночным полетом вообще не слишком много ценности имела. Если уж разведывать, так тут системно надо подходить. А вот это новое открытие новых очень перспективных объектов для охоты, да еще и с обнаружением одного из них.... Об этом точно следует как можно быстрее донести до всей его дружины. Тем более что и этот дикий остров, вроде, никуда особо не торопится, еле плывет по небу, но плывет как раз в их сторону. Еще на сутки полета приблизится, и можно будет мобилизовать парней на новый вид добычи. Ведь это же по смыслу та же самая охота получается. Только энергия для его осколка не только с жертвоприношения животных поступит, но и с самого Острова.

- И часто такие в небесах встречаются? – Все же нашел нужным поинтересоваться он, когда они с Айну широкую петлю в небе закладывали, чтобы обогнуть дикаря.

- Да уж не реже, чем Острова Лордов. Просто от некоторых такой аурой шибает, что все Лорды с пути сами тикают без оглядки.

- Хоть одним бы глазком взглянуть на такой! – Размечтался студент, глядя в проплывающие над ним небеса, и прикрыв один глаз от лучей яркого солнца.

Вернулись на их базу, Максим дождался возвращения с охоты своей основной команды и огорошил всех новой возможной целью.

Общее настроение отряда выразил бесшабашный Савва:

- Ну, хоть что-то новое! А то, признаться, эта однообразная охота уже в печенках сидит. С удовольствием в новом дельце поучаствую.

В результате все кинулись свое охотничье и боевое снаряжение проверять, а кое-кто, из самых ленивых, еще и чистить его. Айну снова отправили в разгон – за дикарем наблюдать. Вернется, когда тот на приемлемую дистанцию приблизится. Ну, или если Дикий Остров резко сменит направление своего движения, тогда тоже сообщит, чтобы не ожидали понапрасну.

Отсутствовала разведчица недолго. Едва сутки минули, в аккурат к возвращению парней с очередной охоты возвратилась. Максим со своей институтской учебы тоже примерно в это же время появился.

- Это точно Дикий Остров! – Возвестила отчаянная Айну, показывая Максиму картинки ей увиденного. – Я над самыми кронами леса, что на нем растет, пролетела. Нет там никаких разумных. А вот зверей множество. Очень похожи на то чудовище, кости которого мы когда-то нашли. Некоторые вообще огромные!

Сообщенное и показанное несколько поколебало уверенность в правильности задуманного у Артемьева. Но не у остальных парней! Они, напротив, только завопили от нахлынувшего возбуждения. Такая добыча! Да английские лорды с их охотой на «Великую троицу», про которых им всем рассказывал Игнат Буренин, просто жалкими гимназистами-первоклашками по сравнению с ними будут казаться! Ну, если задуманная охота окажется удачной, конечно!

Глава 22

Вылетели, едва солнышко тускло осветило первыми своими лучиками поверхность Бескрайнего мира. Айну указала примерное расположение их будущей добычи, так что надеялись, что плутать придется недолго.

Разыскивать место, где у призрака пропадали почти все его способности, удалось без особого труда, а вот самого Острова отыскать никак не удавалось. Даже уже разделили все небо на сектора, выделив каждому свой кусок, чтобы надежнее все осмотреть. Нет дикаря! А блокировка все так же действует. Все сомнения разрешил Андрей. Он, хоть и стал абсолютно бесплотным, своих способностей к сканированию окружающего отнюдь не утратил.

- Да вот же он! – Возвестил призрак. Хотя, надо отдать должное, и он отыскал их объект далеко не сразу. – На землю опустился возле рощи. Вон, видите, у деревьев, которые на нем растут, листва чуть темнее.

- Тогда давай, к нему вплотную, а еще лучше, если сможешь прямо на этот Остров сверху сесть. – Распорядился Артемьев, ни секунды более не раздумывая. - А то, боюсь, мы на него взойдем, а он в небеса взовьется. Как тогда энергию скачивать без непосредственного контакта с нашим Осколком?

- Так у тебя же на шее, на веревочке, кусочек нашего Острова висит. Он непосредственно с основной частью связан, и расстояние здесь роли не играет. Энергия пойдет в наши накопители стоит только тебе руки на стелу этого дикаря возложить.

- А без энергии он долго продержится в воздухе? – Задал закономерный вопрос молодой Лорд. – Очень не хотелось бы с небес вдруг на поверхность рухнуть. Лучше уж свой Замок иметь под рукой для своевременной эвакуации.

- Ну, так-то да. – Был вынужден согласиться не столь предусмотрительный, как его хозяин, призрак. - Лучше тогда вам далеко от моего Замка не отходить, если он взлететь надумает. Вроде, после выкачки энергии такая махина не сразу вниз падает, еще держится какое-то время на не слитых остатках, но скорее всего недолго.

Там временем подлетели уже вплотную. Дикарь пока попыток подняться в воздух не делал.

- Тут все лесом поросло, всего две более-менее подходящих для посадки поляны. Одна совсем с краю, другая ближе к центру.

- Стела управления на таких островах в центре располагается?

- Откуда я знаю. Мой осколок, если вдруг забыл, еще несколько месяцев в стадии начинающего числится. До таких, как я, информации совсем немного доводится.

- Айну говорила.

- Остается верить, что она знает, о чем говорит. Так все же, куда мне конкретно садиться. Если с краю, атаки монстров только с одной стороны стоит опасаться. Если в глубине острова сядем, атаки могут со всех сторон разом начаться, зато тебе до центра острова совсем рукой можно подать будет.

- Тогда опускайся в центре. Сзади нас стена Замка прикроет, а до цели добираться так намного ближе получится. И чтобы ворота Замка тоже четко в сторону предполагаемого центра смотрели.

Опустились. Ворота Замка нараспашку, из ворот охотники развернутым строем выдвинулись. Привыкли, что вся дичь либо бежит от них, либо таится, думали и тут точно так же будет. А тут практически светопредставление началось. Первыми из зарослей, ломая подлесок, две какие-то непонятные туши, покрытые неровной костяной броней и многочисленными рогами, выметнулись. Ружья, а с собой охотники взяли именно их, загрохали, пытаясь проломить эту броню. В какой-то мере, это даже удалось. Один монстр кубарем покатился по траве, вспахивая своими рогами и гребнями почву. Зато другой, вполне боеспособный, до линии охотников добрался. Удар! И Игнат отлетает в сторону, как тряпичная кукла, несмотря на весь свой сверкающий на солнце наряд рыцаря. Но тут уж сам Максим отличился. Пока чудовище, приостановившись, переводило взор с одного охотника на другого, выбирая свою следующую жертву, он лихо взлетел по костяным выступам и утвердился на нем сверху. Знали бы парни, как больно, усесться ничем не защищенным задом на шипастый, пупырчатый панцирь! Но уселся. И даже усидел, пока заклинание Сна не подействовало. Вообще-то это заклинание, вроде как, уже на пяти – шести саженях действовать начинало, но вот только зверь, похоже, и не догадывался о таком дальнодействии. Только, когда уже наш герой на него руки возложил, и то, далеко не сразу, соизволил уснуть.

- Андрей, переноси его на ритуальную плиту! – Приказал Лорд, совсем позабыв, что заклинания перемещения заблокированы до лучших времен, но почти тут же поправился, обнаружив, что чудище не спешит распадаться роем светлячков. - Перенесешь сразу, как только такая возможность появится. Если он, конечно, уже просыпаться не начнет.

- Едва только смогли в чувство Игната привести, он, кстати, особо-то и повреждений не получил, броня защитила, как прибежала какая-то сороконожка размером с быка. Народ не стал дожидаться, чем такая страхолюдина удивить сможет, сразу в несколько стволов ее изрешетили. А потом уже полезли все, кому не лень. Очевидно, их сначала сдерживало присутствие тех двух бронированных страшилищ, но, убедившись, что страшилища лежат неподвижно, сами ринулись на приступ в попытках отведать человеческого мясца. А может, и просто, питая расовую ненависть к пришельцам, все же далеко не все атакующие были хищниками.

Словом, непревзойденные охотники и вообще цари мира, каковыми они себя мнили, вынуждены были позорно ретироваться. Ладно, хоть ворота обратно успели закрыть. Но зато потом за случившийся позор с размахом мстить принялись. Стену замка клубами сизого дыма почти заволокло, хоть порох в патронах и назывался, по идее, бездымным. Очень повезло, что всякой летучей гадости на этом Осколке почти что и не было. Страшно представить, если бы здесь водилось что-нибудь наподобие их разноцветных птичек из рощи с речного острова.

Вторую попытку выхода на островной простор предприняли, когда время уже хорошо так за полдень перевалило. В этот раз никакого парада с шеренгами бравых охотников. Шли, ощетинившись во все стороны оружием, как дикобраз из зоопарка Санкт-Петербурга своими иголками. Не считая всего нескольких случаев, когда огонь открыть пришлось, все было более-менее тихо и благолепно. Так малюсеньким каре и до намеченного центра острова добрались, где принялись эту чертову стелу искать. Не сразу, но нашли. А вместе с ней нашли и еще одного монстра. Двуногий хищник такого роста, что запросто мог бы заглянуть в окно квартиры, которую они с Алексеем Столетовым на пару снимали. И как он умудрился дрыхнуть под канонаду, которую они умудрились чуть раньше на этом острове устроить?

Принялись палить в него из всех стволов, что держали в этот момент в руках. Кто из охотничьих ружей, полагаясь на значительно больший калибр пуль, выпущенных из такого оружия, кто из винтовок, полагая, что пять все пробивающих на своем пути пуль лучше одной, пусть и гораздо более тяжелой. Максим в этой стрельбе на скорость не был исключением. Тем более, что при повторном входе из Замка он перевооружился, прихватив с собой крупнокалиберное ружье-слонобой еще из лавки в родном городе самым честным образом уворованное. Все же в соревновании человеческого разума, изобретшего такое оружие, и тупой животной мощи, победил разум. Огромный зубастый ящер рухнул на землю, не добежав до охотников буквально нескольких шагов. Если бы добежал, никакие рыцарские доспехи не спасли бы от частокола огромных зубов в разинутой пасти. Но не повезло зубастику. А ведь, судя по сполохам разрядов на пасти, у ящера и какая-то атакующая магия, наподобие молнии имелась. Только, видимо, она требовала времени для подготовки, а его-то как раз люди монстру и не дали. С другой стороны, немного жалко, что зверюга на жертвенную плиту не попала. Молния в собственной арсенале была бы отнюдь не лишней.

А потом Максим просто возложил руки на эту самую стелу и пожелал, чтобы энергия, запасенная диким Островом начала перетекать в стоящий поверх него Замок. И случилось по сему! А Андрей на радостях, что у него вновь все функции активировались, перенес их одного за другим обратно в Замок, хоть это и потребовало лишних трат этой самой энергии. Плюс за компанию с охотниками еще и их первую, до сих пор спящую добычу, перетащил. А самого Максима прямо к жертвенной плите доставил, чтобы времени больше не терять. Сонный монстр уже немного пошевеливать хвостом и лапами начинал.

Вот что оказалось на самом деле тяжело, так это выводить своими руками положенные ритуалом пасы. Их, этих пасов, совсем немного было, но вы попробуйте помахать рукой с напрочь отбитым выстрелами из слонобоя плечом! Больно неимоверно! Но справился. А после, когда белесый пепел был перенесен чистоплотным Андреем в неведомом направлении, поинтересовался у своего призрака:

- Что-то мы с тобой, Андрей, энергию все копим, копим в последнее время. Может, тебе пора уже какие-нибудь улучшения организовывать?

- Так пока у меня список улучшений не велик, и почти все уже улучшено до состояния, что больше уже вряд ли потребуется. Все-таки задумка с жертвоприношениями у нас на все двести процентов удалась. По скорости мы ненамного Айну уступим, хоть она и поколением выше и специально у нее все параметры под скорость теперь развиты, порталами могу хоть того вашего динозавра к нам в замок перенести, хоть, к примеру, паровоз с Земли доставить. Разве что Энергетический Насос еще чуть-чуть прибавить, а так, остается только ждать, когда иммунитет новичков с нас спадет, чтобы получить информацию о новых магических контурах типа Гарпуна, чтобы чужие Острова отлавливать и Щита, чтобы от тех гарпунов обороняться.

- Ну, так улучшай свой Насос, а то получается, что ты, больше всех участвовавший и не получишь с этой охоты ничего.

- Ты сам лучше улучшай те заклинания, которые от здешнего мира идут. Винтовки, конечно, хорошо, но патроны всегда закачиваются не вовремя. Это у них закон такой вселенский.

За компанию, говорят, и жид повесился, вот и Максим с Андреем, как ни копили энергию, убедили друг друга в необходимости личных улучшений. Опробованный файербол улетел у нашего героя уже шагов на полсотни, пока не рассеялся, а на расстоянии в половину этой дистанции насквозь прожигал средней толщины чурбачок. Но, что самое главное, это файербол был уже полностью управляемым! Жаль, что заклинание Регенерации таким немудрящим образом усилить не получится.

Тем временем, родитель Столетова переделал все свои дела в столице и уехал обратно к себе в Москву. Максим обратно на квартиру вернулся. Может показаться удивительным, но, кажется, он по ней даже немного соскучился. По крайней мере, здесь никто не влетал к нему в комнату с криками, что что-то срочно нужно и требованиями куда-то немедленно бежать. Ну, а еще после небольшого перерыва он смог вновь встретиться на этой квартире со своей Машей, Алексея на время свидания, разумеется, отправил в Замок. Впрочем, Алексей от такого временного выселения из российской зимы в самый разгар лета отнюдь не чувствовал себя ущемленным.

Кстати о женщинах. Тут у Артемьева вообще какая-то непонятная пурга закружилась. Начать следует с незабвенной Голды. Поняв, что сия девица просто водит его за нос, хорошо проводя время за его счет безо всякой отдачи со своей стороны, Максим твердо решил прекратить с ней всяческие отношения. Каково же было его удивление, когда, возвращаясь из булочной вечером домой, он вдруг застал черноглазую прелестницу буквально почти на самом выходе из лавки.

- Максим, мне очень нужно с тобой переговорить. – Уверенным голосом заявила дама и зашагала широким шагом вдоль по улице, нимало не сомневаясь, что кавалер идет за ней, как телок на веревочке.

Только у парня вследствие отсутствия стимуляции со стороны предмета обожания интерес уже давно угас, поэтому он, поколебавшись несколько секунд, взял, да и повернул в направлении собственной квартиры.

- Максим, куда же ты! – Донеслось ему в спину.

- Домой. – Пробурчал парень себе под нос, уже понявший, что хитрая девица от него так просто не отстанет, и что в этот момент ей что-то нужно с него получить.

- Максим, подожди! – Голда, забежав вперед, встала у него на пути.

- А разве тебе не нужно бежать домой? Там тебя отец, наверное, уже давно потерял.

- Вот про него-то я и хочу с тобой поговорить. Дело в том, что он у меня давно и серьезно болен, а операцию, в которой он нуждается делают только в одной клинике в Берлине…. – На ресницах красотки заблестели слезинки. – Умоляю тебя, Максим, одолжи мне денег!

- Откуда деньги у бедного студента?

- Максим! Я знаю, они у тебя есть! – С нажимом в голосе продолжила девица. – И мне нужно всего лишь две тысячи, которые я тебе все до копейки со временем верну.

- Нет у меня денег!

- Не ври! Есть! В банке! Лучше дай, сколько я прошу, а то пожалеешь!

- Отстань от меня, а то городового сейчас позову. – Вот и поговорили. А ведь такой улыбчивой и положительной казалась. А не будь у него артефакта, нагревающегося от лживых слов, неужели поверил бы и снова на нее раскошелился?

Вот такая вышла история у Артемьева с одной из его знакомых женского пола.

История с другой дамой была, конечно, не столь вызывающей и громогласной, но тоже немного напрягала. Дело в том, что Варвара очень уж странно стала смотреть вслед своему постояльцу. Нет, оплату за проживание она брала с него как обычно… но смотрела…. Даже Алексей это отметил:

- Знаешь, Максим, мне кажется, наша Варвара к тебе очень неровно дышит. – И на вопрос «почему?» пояснил: - она смотрит тебе вслед, когда думает, что ты не видишь, так, что все сомнения в ее заинтересованности пропадают.

Сделал вид, что не замечает взглядов. Кто знает, может, чувство благодарности тут вовсе не при чем, может у нее во время ограбления пропал, к примеру, кошелек с деньгами, и она размышляет, не мог ли тот кошелек прихватить ее молодой постоялец. Короче, лучше не конкретизировать, а то может вдруг такое выплыть….

Предположения Алексея об исключении из института задержанных жандармами подтвердились ровно на пятьдесят процентов. В одно очень ненастное утро, когда за окном их учебной комнаты вьюжила одна из последних за эту зиму метелей, Орлов вдруг, как не в чем ни бывало, появился на занятиях.

После окончания пары друзья и приятели бывшего узника столпились вокруг него, пытаясь вызнать, что там и как. Максим подходить не стал. С Орловым они максимум словом изредка перекидывались, да и то, всегда исключительно по делу. Да и проявлять подобное любопытство посчитал для себя неприемлемым.

Впрочем, подробности он и без того узнал. Конечно же от Алешки Столетова, хотя тот вместе с Максимом после занятия удалился. Тот вообще, кажется, обо всем происходящем вокруг с легкостью узнавал. Так вот, за Орлова попросили очень влиятельные родственники. Их одногруппник оказался не каким-нибудь однофамильцем, а потомком тех самых Орловых! Ну, которые во времена Екатерины Великой самого императора свергали. Столетов рассказал и забыл, в общем-то. А у Артемьева настроение вдруг испортилось. Оказывается эти два охламона не нашли ничего лучше, чем, подзуживаемые своими бесшабашными подружками, попытаться отбить у полицейских задержанного ими агитатора. А это уже не просто шалость, а действия, ведущие к угрозе существующему строю, за такое каторга полагается вообще-то. И самое смешное, Лучинкин, наверное вообще ухахатывается, придумала глупость подружка Орлова, первым в драку тоже он кинулся, а единственным, кому реальный срок грозит, оказался Андрюха Лучинкин, совершенно безынициативный парень, следом за своим приятелем в это дело влезший. Только у него, в отличие от Орлова, не оказалось в родственниках имперских графов. Вот так устроена жизнь!

Глава 23

Зима закончилась. Всюду на дорогах снеговая каша пополам с водой организовалась. Такая, которая называется «смерть обуви». Максим свои сапоги ваксой мазал по несколько раз в день и в два слоя. Так хоть недолго удавалось сохранить ноги в сухости.И это он еще по дорогам не так часто, как остальные его сокурсники передвигался, больше старался незаметно для окружающих переноситься в нужные места при помощи телепортации или, если не было возможности незаметно сразу на место попасть, то куда-то в уединенное место неподалеку.

В этот же раз в переносе особого смысла не было. На Гороховой улице, куда ему нужно было попасть, чтобы свою Машу после занятий на ее Курсах встретить, он просто за зиму так и не смог отыскать достаточно укромных мест, чтобы туда можно было портироваться без риска засветиться перед окружающими, а перемещаться на известные ему более отдаленные точки, то на то и выходило: сам от Гороховой относительно недалеко находился. По этой же причине отпадала и мысль извозчика нанять. Его еще и поискать нужно было.

Путь к учебному заведению его пассии пролегал через дворы, если бы вокруг, по улицам идти, большой бы крюк получился, вот на подходе к одной из подворотен его и караулили.

Не сказать, что наш герой не замечал грубой слежки, что временами возникала за ним в последние несколько дней, но решил посмотреть, что из этого выйдет, уйти-то он всегда успеет. В то, что это охранка или еще какие официальные структуры, не верилось абсолютно, слишком топорно и прямолинейно действуют, а каким-нибудь архаровцам из числа люмпенов совсем не грех и работу Кольта с магией продемонстрировать, и в столице только чище станет.

Двое, очевидно, забежали спереди, теперь с самым суровым видом по направлению к нему от длинной тоннельной арки приближались, отрезая Максима от выхода на людную днем улицу. В руках у одного – деревянная дубинка, которой он многозначительно похлопывал себя по ладони левой руки, второй и вовсе, приблизившись, из-за голенища сапога довольно приличных размеров нож вытащил. Не кинжал, конечно, но все же….

А еще и сзади тоже парочка надвигалась. Пока у них в руках ничего не было, но Максим был уверен, стоит этим двоим приблизиться чуть ближе, уходя из поля зрения возможных зрителей из окон здания, возле которого они и решили добычу сшибать, непременно что-нибудь этакое достанут. И ладно, если еще не пистолет.

- Стоять, б…, - Выступил тот, что с дубинкой, застрельщиком. – Выворачивай карманы, если жизнь дорога.

- Да у меня и нет ничего! – Заблажил Артемьев, сам тем временем незаметно накладывая на себя заклинания усиления и повышения скорости реакций.

В принципе, когда-то он не пожалел энергии, развив эти самые простейшие конструкты до такой степени, что начни он теперь действовать в полную силу, дубинка ему и не понадобится вовсе, все кости противникам и так переломает с легкостью. Да у них даже шансов просто рассмотреть его удары, нанесенные под максимальным ускорением, не будет. Но вот, решил поиграть немного с грабителями. Тем более, на простое ограбление это нападение только внешне походило. Простые грабители не вываживают по несколько дней свою жертву, а одного из нападавших, он среди давешних топтунов точно заприметил.

Задние тоже приблизились. Видя, что жертва не собирается сопротивляться, они даже орудия своего преступного промысла доставать не стали. Просто позади жертвы остановились, давя присутствием.

- Лопатник из кармана вынимай. – Очевидно, так грабитель называл бумажник, Максим понятливый, догадался о значении незнакомого слова. – Это что здесь? Пять рублей с мелочью? Да ты издеваешься! - И тут же, отбросив опустошенный бумажник в сторону, попытался ударить Максима своей дубинкой по животу.

Для Максима все его действия казались замедленными, словно тот в воде свой удар наносил. Слегка отодвинулся, уходя от кончика дубинки. Ему не попало, а у наблюдателей полная уверенность, что от удара так согнулся. Уже совсем было собрался, решив, что ничего интересного не услышит, руки – ноги гопникам переломать, но тут в разговор вступил один из подошедших сзади:

- Мы точно знаем, что у тебя в банке целая куча денег без всякой пользы лежит. Если жить хочешь, ты их нам сегодня принесешь. Ну, а нет, не взыщи. – И тут же отдал команду тому, что с дубинкой. – Добавь ему, Сеня, еще разок, чтобы думалось легче. Только смотри, ничего не сломай там, этот фрайер нам еще живой и почти здоровый понадобится.

Ну, вот задачка и сошлась с ответом! Про деньги в банке, якобы имеющиеся у парня, только Голда знала. Она еще и угрожать Максиму пыталась, когда поняла, что денег ей он давать не собирается. И по внешности парни с ней чем-то были похожи. Все кареглазые, с выразительными носами…. Явно один народ, если не родственники вообще. Что ж, все, что было интересно, разузнал. Теперь можно и почистить мир от швали, эти молодые люди явно и в дальнейшем не настроены честно трудиться. Тем более, стараясь укрыться от нескромных взглядов со стороны, они сами дали Максиму возможность пользоваться магией, почти без опасений быть замеченным. Россыпи светлячков на месте ухмыляющихся грабителей, и Максим, подобрав с тротуара свой бумажник, как ни в чем, ни бывало, отправился себе дальше, на встречу с подругой.

Однако с Голдой тоже определенно что-то нужно делать! Она запросто, не пожелав угомониться, может навести на него грабителей еще раз. И ладно, если и следующие окажутся такими же слабо подготовленными, но ведь могут прийти и более резкие ребята. Опять же помимо простых угроз его здоровью и жизни, желающие поживиться могут попытаться причинить вред его близким…. Представив, как такие же вот, темноглазые уроды, измываются над его Машей, Максим непроизвольно сжал кулаки и скрипнул зубами.

- Ты чего сегодня такой бука? – Это подошедшая к своему кавалеру Мария обратила свое внимание на хмурое выражение лица ожидавшего ее парня.

- Да, встреча не очень приятная случайно состоялась. – Практически правдиво ответил студент. – Какие у нас на сегодня планы? Есть пожелания по предстоящей встрече?

- Ой! – Сразу оживилась подруга, и думать забыв о выражении лица приятеля и сказанных им словах. – Я такая голодная! А еще, девчонки сказали, к нам в столицу цирк приехал, где известный силач Самсон выступает. Он, говорят, цепи на вытянутых руках рвет и огромными чугунными шарами жонглирует.

- Тогда, значит, в «Кавказъ» для начала, очень уж мне у них красное вино по вкусу пришлось, а потом в цирк, на этого твоего Самсона смотреть.

- И не мой он вовсе! – Для порядка заспорила красавица, но тут же ей в голову пришла очередная мысль. – А после цирка мы вполне сегодня можем ко мне домой поехать. У меня родители до завтрашнего вечера по торговым делам в Москву укатили.

- А вот это вообще замечательно! – И молодая парочка, взявшись под руки, отправилась на стоянку, где извозчики своих клиентов дожидались.

Праздник живота определенно удался! Незаметно поглаживая порядком вздувшиеся животики, сытые и довольные молодые люди вылезли из-за стола, искренне поблагодарили метрдотеля, попросив также передать поварам благодарность за изумительную готовку, и направили свои стопы в направлении очередной стоянки извозчиков. Понятное дело, столь медленное перемещение по улицам города уже начинало раздражать нашего героя, привыкшему к мгновенным прыжкам по желаемым координатам, но делиться своей тайной с подругой он был пока еще не готов.

Цирк встретил молодую пару громким маршем и людским гомоном. Подруги вовсе не соврали Марии, Самсон и в правду, был невероятно популярен у публики, посмотреть на его невероятные силовые трюки собрались многие. Люди громко переговаривались, стараясь перекричать общий шум, отчего в огромном круглом зале было даже немного неприятно находиться.

К счастью, само цирковое представление не задержалось намного от заявленного в афишах срока, и вскоре уже конферансье в черном элегантном фраке объявлял первый номер. Все разговоры в зале постепенно стихли, и на арену высыпала труппа гимнастов.

В самом деле, великолепная программа! Максим смотрел номер за номером, и все время примерял показанное артистами на арене на себя. Интересно, а он, разумеется, после наложения всех своих усиливающих и ускоряющих конструктов смог бы повторить эти трюки? По всему выходило, что отнюдь не каждый! А уж эти замысловатые упражнения воздушных гимнастов на тоненьких трапециях высоко-высоко, под куполом цирка, и вовсе заставляли замирать дух.

Но вот духовой оркестр вновь заиграл бравурный туш. На арене начиналось основное действо, собственно и приведшее большинство людей в этот зал. Усатый здоровяк Самсон, в полосатом гимнастическом трико, вышел на арену, рассыпая воздушные поцелуи в направлении машущих ему со всех сторон дам. Нашего героя неприятно кольнуло, что и его подруга с азартом включилась в это женское неистовство, высоко подпрыгивая на месте и крича:

- Уи-и-и! Самсон! Ты лучший! - Отчего-то вспомнились обезьянки, выступавшие несколькими номерами ранее.

Атлет на арене меж тем приступил к выполнению своего номера. Он поднимал огромные гири и штангу с двумя черными круглыми шарами на концах, катал по рукам и груди чугунные шары и принимал в паузах между подходами к тяжелым снарядам самые выигрышные позы. Маша, настолько впилась ноготками в руку своему спутнику, что у того остались глубокие полулунные отпечатки на коже. Наконец, наступил финальный трюк силача. Коверные вытащили на арену несколько довольно массивных на вид отрезков цепей. Конферансье вновь вышел на середину, закричав:

- Уважаемая публика! Наш силач, месье Самсон, желая доказать, что у нас, на арене все делается честно, без всякого обмана, приглашает любого желающего убедиться в реальном весе его снарядов выйти сейчас на сцену.

Парочка типов из первых рядов, словно ждала этого момента, принялась пропихиваться мимо сидящих, чтобы добраться до круга с опилками. Максим скосил взгляд на Машу, все еще пожирающую глазами силача в обтягивающем трико и тоже решительно поднялся со своего места.

- Маша покарауль, пожалуйста, мою шинель. – Скинул он ей на руки свою верхнюю одежду, оставаясь в одном студенческом кителе.

- Ты куда? Максим, не позорься! – Высказанный шепотом крик души его девушки был слышен, казалось, за несколько рядов отсюда.

Только Артемьев уже «закусил удила». Значит. «Самсон, ты лучший», а ему «не позорься»?

На арене, меж тем, двое успевших выйти туда до него, пытались поднять гири и один из чугунных шаров. Не сказать, чтобы у них совсем ничего не получалось, дядьки вышли здоровые, но вот легкости, продемонстрированной цирковым атлетом, не было и в помине.

Меж тем, наш герой тоже протолкался к своей цели, перелез через бортик и ухватился было за ручку гири, остававшейся еще свободной от внимания этих двух тоже мнящих себя силачами. Внезапно пришла мысль, что при таких упражнениях одежда ведь и по швам может пойти от натуги. А у него дополнительно еще напрочь отношения с продавщицей подобной формы испорчены. Отпустил гирю, так и не стронув ее с места, отошел к бортику, принялся расстегивать китель. Публика, как оказалось, пристально наблюдавшая за ужимками на арене самозваных проверяющих начала похохатывать.

- А ты совсем догола разденься! Тогда точно от земли ее оторвать сможешь! – Крикнул с места какой-то шутник, вызвав шквал гогота и подав пример еще десятку шутников калибром поменьше. – И внимание дам тем самым себе обеспечить точно сможешь.

Сам Самсон, как и конферансье, отошли в сторону и со стороны тоже с интересом следили за разворачивающимся представлением.

Максим на насмешки особого внимания не обращал. Под кителем у него не нижняя рубаха была, как у большинства, которую на публике демонстрировать было бы действительно несколько опрометчиво, а вполне себе черная вышитая рубашка с воротником – стоечкой из натурального шелка. Он же не просто так погулять вышел, а на свидание с девушкой отправился.

Снова вернулся к ожидавшему его снаряду. С наложенными заклинаниями гиря воспринималась совершенно пустотелой имитацией, хотя, на самом деле, весила вполне прилично. Качнул несколько раз, разгибая руку гирей над головой, поменял руку, повторил. Ехидные комментарии публики прекратились. Впрочем, чтобы что-то доказать своей девушке, подобного упражнения было явно недостаточно, сам Самсон гири скорее в качестве разогрева публики использовал. Пошел по порядку: штанга - поднял для порядка, потом попытался закрутить ее над головой подобно посоху, перехватываясь кистями. Едва не уронил неподатливый снаряд. А все инерция! Сначала тяжелая штанга отказывалась разгоняться, а потом точно так же не желала враз останавливаться. Двое любопытствующих из публики, увидев в непосредственной близости от себя кружащуюся огромную двухстороннюю булаву, сиганули за бортики, как и конферансье. Сам Самсон по виду тоже готов был за ними последовать, но все же удержался на месте. Побоялся за свою репутацию.

Максим же, закончив со штангой, взялся за гирю побольше. Она смотрелись в руках циркового силача очень внушительно, но оказались по факту ничуть не тяжелее первой.И дело было вовсе не в заклинании усиления. Самсон на самом деле сжульничал, заказав для выступления пустотелый реквизит. Хотя, для большинства возможных проверяющих это и не стало бы таким уж очевидным фактом: даже пустотелая гиря весила никак не меньше двух пудов, а скорее даже чуть больше. Из чисто хулиганских побуждений несколько раз поднял гирю в максимальном темпе, словно она была не из тяжелого металла, а всего лишь крашенным папье-маше, и кинул ее на опилки. Остались шары. Цепи, как расходный материал, решил попусту не переводить. У человека работа, негоже его без материала оставлять.

Поднял один шар в руках, как арбуз. Прикинул, что с ним можно сделать. Жонглировать – точно не вариант, тут, помимо силы, еще и тренироваться нужно. Случайно взглянул в сторону Самсона. Силач совсем поник. Даже щегольские напомаженные и закрученные полумесяцами вверх усики его, казалось, поникли. Кивнув самому себе, Максим недолго подержал чугунное ядро на указательном пальце и скинул его на пол.

- Тяжелое тут все очень. – Возгласил он и пошел обратно свой китель натягивать. Дирижер циркового оркестра, сообразив, что в этот раз на арене все пошло не по плану, внезапно скомандовал играть туш, чем немало сгладил возникшую у артистов цирка неловкость.

Обратный путь проходил как по проспекту. Все сидящие на проходе втягивали животы и конечности, стараясь стать максимально незаметнее. Забрал у Марии шинель, застегнулся, принялся подпоясываться.

- Ну, знаешь, Артемьев! – Выдохнула вдруг Маша. – Мы с тобой дома поговорим. – И от обещания этого хрупкого, воздушного создания в животе у нашего героя вдруг похолодело. Воистину говорят: наши девушки – это милые хрупкие, беззащитные создания, от которых не спасения!

А на арене Самсон рвал цепи, подбрасывал шары, жонглировал, ловил их на загривок, короче, изо всех сил пытался реабилитироваться за такое фиаско, когда стройный студент, почти подросток, с еще не до конца оформившейся фигурой, без труда управился со всем его реквизитом. Хуже было бы, пожалуй, только, если бы какая-нибудь старушка уборщица, выйдя из-за кулис, уволокла его штанги и гири всем скопом, ворча о безобразнике, настолько замусорившем арену своими железяками.

Глава 24

- Максим? Ты как здесь оказался? – С видимым испугом вскинулась Голда на парня, который буквально за несколько мгновений до того свое заклинание Отвлечение внимания, наложенное на себя самого, отменил. Очень достойное заклинание по факту оказалось. Оно не делало пользователя реально невидимым, но очень сильно ослабляло внимание со стороны людей, располагавшихся рядом. Фактически, та же Голда видела Максима все это время, но придавала его присутствию абсолютно никакого внимания.

- Да вот, решил заглянуть, поинтересоваться, как тебе здесь живется, торгуется, не нуждаешься ли в чем, не собираются ли соседи случайно поджечь твою лавочку с тобой вместе….

- Что ты только говоришь такое! – Воскликнула она, гневно сверкая своими глазищами на пришедшего к ней в лавку парня.

Впрочем, кричать она сколько угодно может, нет в этот час в ее лавке посетителей, Артемьев специально такое время для своего визита подобрал. Даже подождал чуток, дожидаясь, пока единственный залетный визитер отсюда уберется.

- Ну, а что? Всякое возможно в нашем христианском государстве. – Очень доброжелательным тоном продолжил он. – Особенно с жидовками, которые своих родственников и дружков подговаривают на бедного студента нападать, пытаясь стребовать с него деньги.

- Что с Мойшей… с Михаилом? – Напряженным голосом спросила девица, даже не пытаясь скрывать свое участие в случившемся на студента нападении.

- С которым из них? Я там только про одного достоверно узнал, что его зовут Семой. Или Семеном? – Последний вопрос про имя он сам себе задал, действительно сомневаясь, как там один из грабителей другого назвал. – Впрочем, неважно, судьба у всех четверых примерно одинаковая вышла. Я с ними поговорил, разъяснил, в чем они не правы, требуя с меня какие-то несусветные деньжищи, и мы расстались.

- Что с Михаилом? – Еще раз задала свой вопрос вымогательница.

- Да откуда я знаю. Когда мы расставались, они, все четверо, были живы и, кажется, даже здоровы. Ну, не доктор я, чтобы со всей ответственностью о людском здоровье утверждать.

- Я тебе не верю! – Уставилась на него Голда, пытаясь по каким-то, одной ей понятным признакам, выведать, говорит ли ей парень, стоящий перед ней, правду.

- Клянусь! В тот момент, когда мы расстались, они все были живы и вполне работоспособны.

- Михаил не вернулся домой с тех пор. – Торговка без сил опустилась на лавку, стоящую позади нее.

- Кто он тебе? Брат, друг?

- Двоюродный брат. Мы вместе росли с самого рождения. – То, каким тоном она это сказала, в голове у Максима зашевелилась мысль, что, возможно, родством ее интерес к одному из грабителей не ограничивается.

- Оставим эту тему. – С нажимом сказал он. – Я пришел сделать тебе последнее, китайское, так сказать, предупреждение. Если ко мне еще кто-нибудь заявится с требованием каких-то мифических денег, ты просто исчезнешь вслед за этим своим… двоюродным братом. Считай, ты в этот момент второй раз родилась. Сделал тебе скидку за твои прекрасные глазки.

- А если это не от меня те посыльные будут? В «Лионском кредите» много работников, кто знает, кто и кому еще мог рассказать про богатенького парнишку.

- Ты все равно исчезнешь. – От твердости и холода, с которыми была произнесена последняя фраза, девица даже испуганно попыталась отодвинуться на своей лавочке, опершись спиной в шкаф позади себя.

Сделав это предупреждение, наш герой вышел на улицу. Понятно, по уму, так следовало наводчицу отправить следом за прочими бандитами, но взглянув в ее огромные черные глазищи, не отыскал для этого сил. Авось, и так сойдет. Ну, не Сонька же она, Золотая Ручка, про которую недавно писали чуть ли не все российские газеты, называя ее крестной матерью всей преступности Западных губерний империи, нет у нее массы на все готовых подручных.

Проявив этот акт неразумного рыцарства, Максим в механическую мастерскую возле Путиловского завода направился. Тоже как бы по чрезвычайно рыцарскому делу. А просто в той мастерской с него, как и с остальных его парней, должны были мерки снять.Что может быть рыцарского в мерках? Так это смотря для чего их снимать. Если, допустим, для пошива новой студенческой формы, так точно, ничего рыцарского. Но вот если для изготовления кирасы с наручами, наплечниками и прочими наколенниками под его индивидуальные размеры, так, вроде как, оно самое и есть.

А вся эпопея с доспехами началась еще во время захвата дикого Острова. Точнее с определенного момента этого захвата, когда Игнат бодро так летел, поддетый рогатой бронированной башкой монстра после чего вообще на некоторое время в осадок выпал. А только кое-кто, а точнее все тот же неугомонный Савва разглядел в сем происшествии необычайную пользу для всего их маленького отряда. Ведь не будь на Игнате того доспеха, скорее всего, не было уже и самого Игната Буренина. Удар рогом в живот должен был его как куренка выпотрошить. Ну, или кишки до самого позвоночника промять, что на здоровье их друга тоже сказалось бы далеко не лучшим образом. Вот и задумал Савва, чтобы всем дружинникам, включая Максима, подобные доспехи изготовить. Даже сам отыскал эту вот мастерскую, куда сейчас направлялся Максим, и что-то там наплел про возрождение рыцарских поединков. И схематичное изображение доспехов, грубо срисованное с имеющихся в их распоряжении, предоставил. А теперь вот, каждый боец в свое свободное время, когда в Санкт-Петербурге оказывался, должен на примерки являться, включая даже иномирцев, набранных в Максимову дружину. Ох, и в копеечку Артемьеву влетела эта затея! Хотя и не в такую увесистую, как могла быть. Все же, после осеннего неурожая в стране кризис начался. Работники в мастерской почти без заказов сидели.

- Все равно, не понимаю я этой вашей дури! – Высказывал ему свое отношение к затее Никитыч, пожилой мастер, работающий на паровом прессе, помогая облачиться в уже изготовленные им по меркам первые элементы доспехов. – Выходить на поединки и лупить друг друга со всей дури мечами и топорами. Даром, что они затупленными будут, мало вам все равно не покажется. Кости переломать и затупленным топором можно запросто. – И уже деловым голосом. – Ну-ка, наклонись, присядь. Нигде не жмет, не провисает?

- Нормально, вроде. Только перевешивает чуть вперед при наклонах.

- Так, пока я юбку из стальных полос на место не приклепаю, и должно перевешивать. Не сомневайся, парень, я свою работу знаю.

Хотелось Максиму спросить, откуда мастер мог набраться опыта по изготовлению доспехов, что так авторитетно разговаривает на эту тему и уверения раздает, да побоялся на еще одну получасовую лекцию нарваться, а потому лишь сдержанно поблагодарил мастера и к выходу направился. Доспехи окончательно только через две недели готовы будут.

Напрасно говорят, что крестьяне – махровые единоличники и только о себе заботятся. Максим в этом убедился, когда к нему, в Замок пришла целая делегация крестьян из его уже вполне построенной и даже в какой-то мере зажиточной деревни. Ну, по крайней мере, по меркам голодного Российского Нечерноземья – так точно зажиточной. И пришли они не с новыми идеями, по части еще чего-нибудь у Лорда выпросить для себя любимых, а совсем даже наоборот. С просьбой взять к себе еще людей. У них же на Земле, в соседних деревнях, куча родственников осталась, вот, пришли за них просить, а то, поди, сушеную лебеду с корой уже подъедают. А Максим и не против, в общем-то, был. Крестьяне – вполне прибыльным делом для него оказались. Разве что, условие поставил, чтобы просители сами тех, кого переселить задумали, уговаривали на переезд. Единственное, предупредил дополнительно, что доброе дело может и не остаться безнаказанным. Запросто кто-нибудь из этих, которых попытаются облагодетельствовать, сдадут доброхотов полиции.

Как в воду глядел, Аверьяна, одного из его крестьян, повязали, когда тот, по заранее договоренному, с утреца пришел за своими дальними родственниками, чтобы на точку отправки их отвести. Христофор, присматривающий за этой операцией, сразу к Максиму примчался, мол, выручать бедолагу надо. Надо-то надо, негоже своих людей без помощи кидать. Только как это сделать, если крестьянин в холодной в полицейском участке сидит. Не брать же тот участок штурмом. Или брать?

Участок то тот всего лишь волостной, да и волость из самых невеликих, сельских. Ну, сколько там полицейских в их управе может быть? Десяток хоть наберется? А если ночью? Дежурный точно будет, может, еще кто-нибудь, да и то вряд ли. Парни запросто его скрутят и их подопечного из кутузки достанут. Ну, а потом им останется только за ночь на точку, с которой Максим знаком, выбежать. Наш герой, впрочем, тоже на эту эскападу дополнительно свое личное время потратит: тридцать верст, да ночью, по плохой дороге, трудно будет парням такую дистанцию до рассвета преодолеть, так что придется и самому Максиму хотя бы часть пути в сторону села проделать, сократить путь своим дружинникам.

Собственно, все вышло по задуманному. Парни скрутили полицейского урядника и ключами, забранными у него же, выпустили из-под замка заключенного. Исключительно своего. Там, в кутузке, еще двое конокрадов сидели, так те было обрадовались, на выход кинулись. Ну, и получили по сусалам. Конокрады – они великое зло! Сколько мужиков сами в петлю залезли, когда поутру обнаруживали, что лошадь - их единственную кормилицу, кто-то свел со двора. А вы думали, они, конокрады эти, исключительно господских аргамаков угоняли? У богатых, владеющих первоклассными лошадками и охрана такого сокровища налажена соответствующая, а вот крестьяне почти беззащитными перед такими гадами оказываются. Короче, в тюрьме и на каторге можно и без передних зубов наказание отбывать.

- Все! На ближайшие месяцы никаких больше добрых дел! – Возгласил Максим, когда загнанно дышащие дружинники, до этого момента поддерживающие за руки совсем уже было сомлевшего от долгого бега крестьянина, с огромным облегчением повалились на каменный пол его Замка. – Представляю, какой завтра там переполох начнется! Поди, по всей империи циркуляры разосланы будут.

Несмотря на удачно завершившуюся авантюру, а помимо спасенного из полицейского заточения крестьянина, Максим переправил за последние два дня еще и две с лишним сотни тех, кто поверил отправленным им ходокам и перенесся в новый мир в поисках лучшей жизни, настроение у студента было не ахти. Снова на этой почве пропусков в институте нахватал, опять отрабатывать придется. Мария уже ворчать начинает: отработки же все свободное время съедают, не оставляя ничего для их встреч.

Отработки отработал, перед подругой извинился делом: Андрей, которому молодой Лорд пожаловался на подступающие сложности в его еще даже не начавшейся семейной жизни предложил передать свои знания одной очень интересной древнеиндийской книжки. Машенька, на практике столкнувшаяся с приемами из «Кама сутры», фырчала, ругалась на друга, совсем уже поправшего все правила приличия, но по тону ее голоса и счастливо горящим глазкам, Артемьев понял, что он на верном пути. За такие неприличные экзерсисы, произведенные над ней, она и еще дольшие часы разлуки с охальником простить способна. Главное, чтобы после еще чего-нибудь этакого показал.

За всей этой беготней, примерками брони и прочими занятиями и отработками время майской сессии совсем уж незаметно наступило. Маша, пискнув, потребовала в ближайший месяц ее не тревожить, а самому Максиму все это нервное поведение подруги и однокурсников казалось совсем детским. В самом деле, на фоне подступающего окончания срока адаптации и скорого прилета по их души целых стай охотников за дармовой энергией, все эти охи по поводу сложностей на экзамене даже на крохотную часть проблемы не тянут. Тем более что у него с его заклинаниями, временно усиливающими способность запоминать, с этой стороны вообще все великолепно выглядит.

Вот так и получилось, что в то время, когда все остальные студенты грызли гранит знаний и тряслись заячьим хвостиком, а его дружина охотилась на противоположном берегу, он отыскал время для этакого развлечения для себя. Слишком занятную историю ему рассказали недавно крестьяне. Мол, в том месте, где они древесину для своего поселения заготавливали, некие пушистики обитают. Ну, пушистики и пушистики, мало ли зверья большого и малого по просторам Бескрайнего мира бегает. Но эти зверушки, помимо того, что бегали очень быстро, почти неуловимо для глаза, и припасы, взятые с собой лесорубами на обед воровали, так еще и ругаться умели… по-человечески.

- Вот хороший пригорок, мне издалека видно будет! – Посоветовала Айну. – Раскладывай приманку.

В качестве приманки был выбран туесок с творогом. По рассказам Василия, деревенского парня, который и с ловушками на птиц помог Максиму в свое время, и вообще делящегося с Артемьевым информацией о жизни деревни, творог – самое первое, что выедали вороваки из крестьянских припасов.

Для лучшей заметности под творог еще кусок беленого холста расстелил, а к творогу ломоть пышного, свежеиспеченного хлеба присовокупил. Ну, и к реке пошел, типа руки мыть, не то, чтобы искренне верил в разум зверушек, но на всякий случай.

Не успел до речного берега дойти, который и был-то всего шагах в пятидесяти, как услышал азартный ментальный вопль Айну, залегшей в засаду неподалеку.

- Есть! Попался! Еще один! А ну, вернитесь, пушистые ворюги!

Поспешил к каменистой плите, лежащей в зарослях колючего кустарника, как будто всегда там валялась. Именно на плите, являющейся основой всего Осколка Айну, и расположили они большую проволочную клетку, в которую Перемещением планировалось отлавливать ругачих пушистиков.

- Попался? Что там у тебя, Айну? Ничего в этих зарослях рассмотреть не могу.

- Ну, вот! Ты их спугнул! Там еще двое или трое подбиралось. Придется тебе на этот раз довольствоваться двумя зверьками. – И Летающий Остров всплыл над кустарником.

- Так уж и я. А вот мне показалось, что они именно от твоих ментальных воплей все разбежались.

А Айну на эту реплику ничего не сказала. Сама понимала свою вину в столь быстро завершившейся охоте.

Пойманные зверьки, в самом деле, показались чрезвычайно забавными. Название «пушистики» им подходило, как нельзя лучше. Именно пушистики! Из-за густой меховой шубки даже не получалось строение тел рассмотреть, меховой комок, да и только! А еще Максим услышал «голоса» зверьков.

«Выпусти нас! Мы несъедобные»!

Как он и предполагал, они вовсе даже не знали русского языка. Обычные ментальные посылы, которые каждый разумный в меру своей испорченности на свой родной язык переводит. Очевидно, у кого-то из крестьян, кому довелось с ними близко пообщаться, родным был русский – матерный, вот и услышал мат в свой адрес. Оставался открытым вопрос с их разумностью. По повадкам – так обычные зверьки типа тех же енотов. Тоже те еще вороваки, но эти - вот, "разговаривают"….

Сказать, что в Замке случился ажиотаж по поводу добычи их Лорда – значит, ничего не сказать. Вся женская часть населения, включая обычно нелюдимую Алену, сбежались к клеткам и принялись щебетать на зверьками, толкая им между прутьями всякие вкусняшки. Открывать клетки и брать пушистиков на руки Максим строго-настрого запретил. Сбегут же. Даже Айну, и та призналась, что не рассмотрела, как сбежали остальные члены стаи. Вот, они еще стоят и озираются, и в следующий момент их уже нет. Только неясная тень мелькнула в сторону со скоростью молнии. Нет, все же, какой ажиотаж! Хорошо еще, что еду для голодных охотников уже успели сготовить до того, как Максим предоставил на всеобщее обозрение клетку.

- Хм. Я понимаю, Дунька на милашек запала, она девчонка еще совсем, в кукол не наигралась, - поделился своими сомнениями с Максимом Андрей, наблюдая за локальным ажиотажем возле клетки с пушистыми пленниками. – А три взрослые тетки, сюсюкающие на пойманных зверей, это нормально? А в сочетании с их умением разговаривать ментально, так вообще на подозрения наводит. Как бы не подчинили тут всех напрочь. Будут люди всю оставшуюся жизнь над ублажением зверушек работать.

- Черт! А ведь точно! Ну-ка, немедленно все отошли от клетки, пока я этих мозгокрутов в качестве жертвы не определил! Дунька, я кому сказал?

Глава 25

Экзамены просвистели со скоростью пули. Раз, и в деканате выстроилась новая очередь их заваливших. Впрочем, как на взгляд Артемьева, так очередь самая, что ни на есть старая. Аутсайдеры учебного процесса еще в прошлую сессию проявились. И снова, как и в тот раз они получили заветные разрешения у декана на пересдачу. Хм. Не хотелось бы Максиму пользоваться машинами, к которым приложат руки конкретно эти выпускники института. Вот охотники из них вполне даже могли получиться. Вон, у него в охотничьей дружине двое вполне достойно себя зарекомендовали.

- Так что ты хотел, Артемьев. – Это секретарь декана обратил на себя внимание студента, который завис с экзаменационным листом, тупо уставившись куда-то мимо довольных полученным разрешением на пересдачу студентов.

- Да вот, сдать лист с оценками. – Отмер Максим, протягивая свой лист по назначению.

- О! Отличник! – Восхитился секретарь, глянув на пять слов «отлично», выстроившихся в листе столбиком и доставая заветные листочки со списками практикантов. – Ищи теперь свою фамилию в этих списках. Готов к летней практике? Нашел, куда тебя распределили?

- Путевая бригада номер два! – С тщательно скрываемой гордостью доложился студент, и было с чего. Весь смак этого названия заключался в первом слове: «путевая». То есть, непосредственно с подвижным составом на путях дело имеющая. Всего, кстати, по двадцать пять человек с курса в одной бригаде. Двадцать пять – в первой, принимающей участие в обслуживании паровозов, катающихся в восточном направлении, Москва там, Ярославль и дальше, вплоть до всяких Омска с Иркутском. И еще двадцать пять - во второй, соответственно ориентированной на запад, вплоть до Варшавы и Кельце, маленького городка, но крупного железнодорожного узла, последнего на той железнодорожной ветке до самых границ с Австро-Венгрией.

- Под началом Евстигнея Марковича Полбина? Повезло тебе. Он, конечно, спуску студентам, находящимся под его командой не дает, но и наука от него знатная выходит. Если не будешь волам хвосты крутить на этой практике, много полезного для себя узнать сможешь.

Сдал Максим свой экзаменационный лист. Теперь три дня, выделенных как раз тем оболтусам для пересдачи, и дальше, до конца июля – производственная практика. Большинство просто тупо на станциях, раскиданные по всей стране просидят на мелких, ничего не значащих должностях, а Максим с его другом Алексеем Столетовым эти два месяца проведут в качестве вторых помощников машинистов. Тоже, конечно, должность запасного помощника, без которого во всякое иное время машинист вполне обходится, но все же работа непосредственно с машинами. Куда больше настоящей железнодорожной науки из такого почерпнуть можно.

- Жалко, конечно, что не в первой бригаде, - охарактеризовал их назначение Столетов, - Так бы хоть теоретическая возможность была показать тебе Москву и мой дом, если бы там задержались хоть на чуть-чуть. Но зато сможем на самой границе побывать. Посмотрим, как в той же Польше люди живут.

- Ты, кажется, забыл о моих возможностях, друг-Алешка. – Максим был в этот день настолько счастлив, что готов был весь мир облагодетельствовать. Хочешь в Москву на три дня? Пошли.

- Да погоди ты. Дай хоть в приличную одежду переодеться. И еще Варваре нужно сказать, что ближайшие три месяца мы квартирой пользоваться не будем.

- Как будто она не знает. – Хмыкнул Максим, но на этаж ниже, пока друг переодевается, спустился.

- Да, да, я понимаю. – Отозвалась хозяйка их с Алексеем квартиры, едва Максим рот открыл по поводу их отсутствия на все лето. И уже в спину уходящему студенту:

- Максим, скажи мне, ты и вправду волшебник?

- С чего вы такое взяли, Варвара Тимофеевна? – Артемьев резко развернулся в сторону задавшей вопрос женщины.

- Я ненадолго приходила в сознание, видела, как ты тело из коридора убрал мановением руки.

- Вам почудилось, Варвара Тимофеевна. Убежали они. - Максим только что не зевнул, пытаясь изобразить мнимое безразличие, которое никого не могло обмануть.

- Да, да. Показалось, почудилось…. – Варвара только головой покивала.

С тем и расстались. Что уж больно быстро расширяется в этом мире число посвященных в Максимову тайну. Так, поди, и до конца института проучиться не получится.

А потом была Москва, вполне себе справный особняк Столетовых, свидетельствующий, что в работе железнодорожника могут присутствовать немалые материальные выгоды. Или это не от работы железнодорожником зависит, а от чина генерал-майора, заслуженного на этом поприще дедом Максимова друга?

Словом, три дня до начала производственной практики провели со всем своим удовольствием, поделив свое время поровну между осмотром достопримечательностей старой столицы и природой Бескрайнего мира. А потом в два шага на железнодорожном вокзале в Санкт-Петербурге возникли, откуда и должен был отправляться состав, предназначенный отвезти их студенческую производственную бригаду до города Радом, где и произойдет окончательное распределение по конкретным поездам.

Евстигней Маркович всем подотчетным студентам из своей бригады велел построиться, пересчитал по головам, убедившись, что нетчиков нет, кратко обрисовал их дальнейшие действия:

- Через несколько минут на третий путь подадут состав, следующий в направлении Кракова. Наш с вами вагон желтого цвета, расположенный непосредственно в голове состава, сразу за паровозным тендером. Все уяснили? Вагон второго класса, первый от паровоза. И чтобы никаких шатаний по поезду. При первой же жалобе со стороны пассажиров или проводников ссажу вас с поезда, будете обратно сами добираться. И, соответственно, практика тоже зачтена не будет. Так что, не нарывайтесь. Еще под запретом до самого конца практики у нас спиртное. Наказание за это нарушение аналогичное. Ну, и, вы конечно знаете, но повторю еще раз…, наша станция, где мы выходим, называется Радом-сортировочная. Все всё уяснили? Ну, а коли так, пойдемте, не спеша, на третий путь. Как мне кажется, уже пора.

Вагон, куда их определил руководитель практики, выглядел игрушечным. Нет, не подумайте, что он вовсе был непригоден для эксплуатации, скорее напротив, для собственных нужд же старались железнодорожники, вагончик был отлажен и смазан, как полагается. Просто размеры по сравнению с остальными вагонами состава подкачали, маленький он был, словно с картинки про достижения царствования Александра Николаевича сошедшим. Или даже батюшки его Николая Павловича с его первой железной дорогой из столицы аж до Царского Села. Но внутри тот вагончик очень даже удобный был, диванчики там всякие, столики с резными ножками, коврики в проходах. И это вагон второго класса! Жили же люди в свое время!

- Вот, коллеги, ощутите дух времени! – Возгласил Полбин, удостоверившись, что все его поднадзорные по местам устроились. – Наши отцы именно в таких вагонах ездили. Специально для вас его на время выпросил. Цените!

Тронулись, однако. Теперь, как проинформировал все тот же руководитель, двое суток на запад тащиться будут. Почему так медленно? Так поезд их не литерный и даже не скорый, чуть не все встречные составы на полустанках пропускать придется. А составов тех куда как много будет. На промежутке между Варшавой и Санкт-Петербургом три четверти всего подвижного железнодорожного состава страны катается. А до самого Владивостока в противоположную сторону, соответственно, четверть, если не меньше. Зато и дорога там всего лишь одна с незначительными ответвлениями, а в Царстве Польском с Малороссией у России целая густая железнодорожная сеть построена.

Всем хороша была эта поездка. И с парнями по душам поболтали, а только непривычно очень было Максиму в ней. Он же привык уже, что едва ли не каждые несколько часов из мира в мир либо сам мотается, либо, хотя бы, переправляет что-нибудь или кого-нибудь, а тут такое подвешенное состояние. Пока в пути никого никуда и не переместишь. Хорошо еще у Андрея есть возможность с ним ментально общаться, сообщать, что в порядке все в Замке, а то весь извелся бы в сомнениях.

Правда, был один момент, когда на маленькой станции Митрофановка пять часов кряду отстаивались. Запросто мог в Замок наведаться. Но не стал. В поезде и на этой самой станции только если в туалете уединиться возможно, но там долго сидеть как-то подозрительно может оказаться, да и другие запросто могут ломиться начать, а на пять-десять минут и смысла нет мотаться. Только энергию зря переводить.

Ехали они, ехали и… разумеется, приехали. На станции Радом-сортировочная у их института свой домик оказался, непосредственно к дальнему краю отстойника для паровозов примыкающий. Этот домик вот уже не один десяток лет штабом для студенческих бригад считался. Ну, и жильем для руководителя практики служил, разумеется. А чего зря деньгами разбрасываться, если возможность сэкономить имеется.

- Значит так! – Сказал Евстигней Маркович, когда они всей дружной ватагой дотопали до этого домика. – Сейчас два часа вам, чтобы оправиться и перекусить, лавку со съестным найдете в пяти минутах ходьбы вот по этой тропинке, а потом начнем вас по местам временной службы распределять. Вы еще здесь? Время-то уже пошло. – И в домик свой, простите, в штаб удалился.

Лавка, как лавка, в Питере таких полно. Но и колбаса в продаже отыскалась и хлеб с молоком. А большего Максиму, в принципе, и не хотелось. Он и в столице особо разносолами не увлекался. Столетов себе примерно по похожему списку набрал. А потом устроились на травке, под солнышком, место тут малолюдное, так что даже кителя с нижними рубахами с себя сняли, чтобы солнечные и воздушные ванны ничто принимать не мешало. Большинство студентов тоже, по их примеру, неподалеку устроились.

Два часа пролетели, снова они перед штабом собрались. И вот тут их руководитель сумел удивить Максима. Наш герой то думал, что студентам с наиболее известными фамилиями, а в их бригаде таких минимум трое затесалось, какие-то преференции при распределении перепадут, а тут все просто, как заслонка на паровозной топке. Список с фамилиями, записанными в произвольном порядке и проходящие мимо в противоположных направлениях поезда. Кому куда повезет. Сами понимаете, что ценность маршрутов Слотвины – Островец и, допустим, Стржемешицы – Варшава – Санкт-Петербург совершенно несопоставима. В первом случае только и будешь всю практику сельскую пастораль из окна кабины машиниста наблюдать, а во втором кучу крупных городов посетить сможешь. И не все из них проездом, где-то, наверняка и длительные стоянки предусмотрены.

Впрочем, до конца убедиться, что аристократам подсуживать не будут, Артемьеву не довелось, его фамилия в списке одной из первых стояла, и паровоз, тягающий пассажирский состав по маршруту Стржемешицы – Радом, а пока просто стоящий неподалеку от студенческого штаба, приветливо распахнул перед ним дверь своей кабины машиниста.

- Ну, что, студент, давай знакомиться! – Встретил нового работника белозубой улыбкой еще не старый машинист в форменной черной тужурке. – Меня Василием Никаноровичем звать, а его Петькой. – Он махнул рукой в сторону рукой в сторону молодого парня, в данный момент увлеченно копающегося в разобранных деталях водопроводной части паровой машины. - С остальными нашими, думаю, познакомишься в процессе работы, а пока иди, покажи моему лоботрясу, чему вас там, в институте, учат. Что-то долго он там копается.

- Максим Артемьев. Закончил первый курс железнодорожного института. – Представился в свою очередь наш герой.

Вдвоем они быстро разобрались с проблемой. Просто кусок накипи каким-то образом сумел попасть из котла в один из патрубков, сильно затруднив работу всей системы. Почистили, далее при помощи ключей собрали разобранные детали воедино.

- Молодцы! – Похвалил их машинист. – Теперь, Петр, помоги новенькому разобраться с ночевкой. Завтра с утра снова в рейс отправляемся.

- Пошли, с кондукторами познакомлю, у них будешь постельное получать. – С готовностью подхватился помощник машиниста, довольный, по-видимому, тем, что вполне официально может с работы сбежать.

- Я вот никак понять не могу, - поделился сомнениями Максим, пока они шли по насыпи в направлении рядка вагонов, стоящих неподалеку от паровозной стоянки. – Как тот кусок известки мог против течения жидкости попасть из котла в патрубок.

Петр приостановился и с улыбкой взглянул в глаза Максиму.

- Василию не выдашь?

- О чем речь?

- Просто наш машинист с самого начала решил посмотреть, на что ты годишься. Тот кусок накипи я только-только перед твоим приходом туда собственноручно по его указанию запихал.

Посмеялись.

- Лех! Принимай пополнение! – на весь вагон завопил Петр, едва поднялись в тамбур. И уже для Артемьева негромко пояснил: - Лех так-то поляк, но по-русски хорошо говорит и против нас ничего не имеет, не то, что большинство из них.

- А я думал, что все эти восстания Тадеуша Костюшко далеко в прошлом остались.

- Ага! Как же! Ты завтра с нашим кочегаром познакомишься, сразу свое мнение по этому вопросу изменишь.

В это время к ним подошел мужчина в форме проводника и Петр сразу на выход подался:

- Ну, все, до места тебя довел. Завтра в шесть утра чтобы как штык на паровозе. И это, продуктов с вечера закупи. Рейс у нас в ту сторону шестнадцать часов длится, проголодаешься.

- Не бес-спокойс-ся, Петя! – С каким-то свистяще-шипящим акцентом, но вполне разборчиво произнес проводник. – Я его с-с утра обязательно разбуж-шу. – И уже Максиму: - меня Лех зовут.

- Максим Артемьев, студент железнодорожного института. Здесь на летней практике. – Уже во второй раз за день представился наш герой.

Постельное белье было получено, кровать застелена. Осталось продуктами по совету помощника машиниста запастись. Нет, так-то можно было метнуться на кухню Замка и все необходимое получить там, но новый город, как можно отказаться от его изучения.

- Ты, Макс-сим, только по центральным улицам ходи, на задворки не лес-сь. – Предупредил его заботливый проводник. – Не вс-се поляки хорош-шо относ-сятся к рус-ским.

М-да, хорошая прогулочка выдалась! Первым делом Артемьев по указанной ему дороге вышел на оживленную улицу перед вокзалом. Вечер уже, лето, народ на прогулку массово высыпал. Булочную по изображению батона отыскал, хотя и название ее вполне понятно звучало, только латиницей написанное: piekarnia. Вошел, переждал, пока продавец отпустит товар покупателю, что перед ним хлеб покупал.

- Мне калач и пару вот этих пирожных. – Попросил Максим усатого пекаря в белом поварском колпаке и фартуке.

- Не разумею. – Сказал, как отрезал, продавец, скривив физиономию, и демонстративно повернулся задницей к парню.

- Ну, что ж, не разумеешь, так не разумеешь. – Внешне спокойно проговорил Максим и внимательно огляделся вокруг. Предыдущий покупатель уже покинул помещение, а больше тут никого и не было.

Заклинание сна на заносчивого ляха. Тот не упал, а как-то стек на пол, словно костей в его теле и восе не было. После чего просто принялся отправлять с полок в иной мир все сподряд. А вот нечего грубить покупателям.

Остальные необходимые продукты отыскались в торговом заведении по соседству. Название тоже вполне понятное: «gastronomiczny delikatesy». И русский там вполне себе понимали. Белокурая симпатичная продавщица даже улыбнулась ему на прощанье. Ну, еще бы, Артемьев закупился с размахом. Если бы не отправил незаметно часть купленного сразу в Замок, так, поди, и поднять бы сумку с покупками тяжеловато бы было. Зато все, как и следовало из названия лавки, выглядело очень аппетитно. Сразу голод почувствовал. А еще Максима заинтересовали монетка, выданная ему среди обычных, российских, полячкой на сдачу. Занятный кружочек, на котором были выведены сразу два номинала: 30 копеек и 2 злотых. И год 1838-й. Не думал, что такие тут еще в ходу. Отложил ее в другой карман. Интересная же монетка, может вообще начало нумизматической коллекции положит.

- Господин студент! – Подбежал к нему городовой в белой форме, с шашкой на боку, когда Максим вышел из лавки на улицу. – Извольте предъявить содержимое вашей сумки.

- Пожалуйста. А в чем дело? – Понятное дело, просто тот пекарь-националист проснулся, и, похоже, сразу бучу поднял, обнаружив пропажу выпечки.

- Ничего серьезного. Есть тут один пан, любящий поспать в рабочее время. – Очень туманно объяснился полицейский в процессе проводимого осмотра. Понятное, дело, ничего подозрительного в сумке не обнаружилось.

- Извините, служба! – Повинился служака, приложив ладонь к фуражке.

Ну, вот, гулять сразу же расхотелось. Зря он эмоциям с этим поляком поддался. Вернулся обратно на свое место, в вагон. Посидел немного и, поняв, что никому он тут в этот вечер особо не нужен, переместился к друзьям в Замок. Они, как раз, с охоты возвратились. А там посиделки за общим столом, общие планы на завтра и ближайшие дни. Даже на душе потеплело. Жаль, что ночевать придется тоже в вагоне, назавтра поляк-проводник придет его будить спозаранку.

Будить Максима Лех действительно пришел, впрочем, студент уже сам собой пробудился. Потом умывание в ближайшем туалете, легкий перекус…. К началу работы уже был готов, как штык! В течение получаса работники станции проводили сцепку вагонов к подогнанному к ним паровозу, и вот уже, приняв «на борт» пассажиров поезд с Максимом в составе паровозной бригады в рубке машиниста устремляется в свой первый рейс.

конец первого отрезка в 10 а.л.

Что-то вроде послесловия исключительно для моих читателей, читающих эту книгу на сторонних ресурсах.

Прежде всего, уважаемые господа читатели, хочу проинформировать вас, что свои книжки я размещаю исключительно на сайте Автор Тудей, так что, если вы читаете эти слова в моем произведении, размещенном на другом сайте, то знайте, что тот сайт - пиратский. И нет, я не заделался бесстрашным борцом с пиратством на просторах интернета, тем более, что и книжка эта абсолютно бесплатная. Просто в данном конкретном случае с данной конкретной книжкой, возможно, чтение вами ее на сторонних ресурсах послужит причиной того, что продолжения вы так и не увидите. Какая связь? Самая прямая. Я установил для себя нижнее граничное значение в численности читателей, для которых я с легкой душой готов развернуть отдельную книжку в сериал. Не очень много: всего 2700 добавлений в библиотеки (и счетчик этих добавлений крутится именно на сайте АТ). И пока даже данная цифра не достигнута. Дурость и детская выходка? Возможно. Но цифра озвучена, а я очень не люблю нарушать данное мной слово.

Content

Летучий замок

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25