Анатолий Павлович Кондрашов

Великие мысли великих людей. Средневековье и Просвещение

© Издание, оформление. ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2021

Афоризмы IV–XVIII века

АБЕЛЯР

ПЬЕР АБЕЛЯР (1079–1142) — ФРАНЦУЗСКИЙ ФИЛОСОФ, БОГОСЛОВ И ПОЭТ. ТРАГИЧЕСКУЮ ИСТОРИЮ СВОЕЙ ЛЮБВИ К ЭЛОИЗЕ ПОВЕДАЛ В АВТОБИОГРАФИЧЕСКОЙ «ИСТОРИИ МОИХ БЕДСТВИЙ».

Никто не познает точно добродетели, если не имеет понятия о пороке, в особенности когда некоторые пороки до такой степени близки к добродетели, что легко обманывают своим подобием.

Любовь — одно из зол, которых нельзя скрыть, одно слово, один нескромный взгляд, иногда даже молчание выдают ее.

Одно дело — лгать, другое — заблуждаться в речах и отступать от истины в словах в силу заблуждения, а не злого умысла. То, чем мы грешим в молодости, приходится искупать в старости.

С сильной любовью не могут ужиться черные подозрения.

Человеческие чувства часто сильнее возбуждаются или смягчаются примерами, чем словами.

АБУ-ЛЬ-ФАРАДЖ

АБУ-ЛЬ-ФАРАДЖ (ЛИТЕРАТУРНОЕ ИМЯ ГРИГОРИЙ ИОАНН БАР-ЭБРЕЙ) (1226–1286) — СИРИЙСКИЙ ПИСАТЕЛЬ, УЧЕНЫЙ. АВТОР ТРАКТАТОВ ПО МЕДИЦИНЕ, ИСТОРИИ, ФИЛОСОФИИ, ГРАММАТИКЕ, А ТАКЖЕ НРАВОУЧИТЕЛЬНОЙ И САТИРИЧЕСКОЙ «КНИГИ ЗАНИМАТЕЛЬНЫХ ИСТОРИЙ».

Глупцы замечают только промахи людей и не обращают внимания на их достоинства. Они подобны мухам, которые норовят сесть только на воспаленную часть тела.

Душа, в которой отсутствует мудрость, мертва. Но, если обогатить ее учением, она оживет, подобно заброшенной земле, на которую пролился дождь.

Снисходительное отношение к глупости присуще каждому умному человеку.

Человек, который с самого начала ведет себя достойно, избавлен от угрызений совести.

Лучшая похвала — это та, что исходит от человека, которому ты ничего хорошего не сделал.

Вино сообщает каждому, кто пьет его, четыре качества. Вначале человек становится похожим на павлина: он пыжится, его движения плавны и величавы. Затем он приобретает характер обезьяны и начинает со всеми шутить и заигрывать. Потом он уподобляется льву и становится самонадеянным, гордым, уверенным в своей силе. Но в заключение он превращается в свинью и, подобно ей, валяется в грязи.

Почему завистники всегда чем-то огорчены? Потому что их снедают не только собственные неудачи, но и успехи других.

Удивительно устроен человек — он огорчается, когда теряет богатство, и равнодушен к тому, что безвозвратно уходят дни его жизни.

Умеренность — союзник природы и страж здоровья. Поэтому, когда вы пьете, когда вы едите, когда двигаетесь и даже когда вы любите, соблюдайте умеренность.

Я часто раскаиваюсь в том, что говорил, но редко сожалею о том, что молчал.

Терпение — прекрасное качество, но жизнь слишком коротка, чтобы долго терпеть.

Не пренебрегай маленькими людьми — они могут помочь тебе возвыситься.

То, что скрываешь от врага, не сообщай и другу, ибо нет гарантии, что дружба будет длиться вечно.

АВГУСТИН

АВРЕЛИЙ АВГУСТИН БЛАЖЕННЫЙ (354–430) — ХРИСТИАНСКИЙ ТЕОЛОГ И ЦЕРКОВНЫЙ ДЕЯТЕЛЬ. СВОИМИ ТРУДАМИ ОКАЗАЛ БОЛЬШОЕ ВЛИЯНИЕ НА ЗАПАДНО-ЕВРОПЕЙСКУЮ ФИЛОСОФИЮ И КАТОЛИЧЕСКУЮ ТЕОЛОГИЮ. АВТОР ОТЛИЧАЮЩЕЙСЯ ГЛУБОКИМ ПСИХОЛОГИЧЕСКИМ АНАЛИЗОМ «ИСПОВЕДИ», ИЗОБРАЖАЮЩЕЙ СТАНОВЛЕНИЕ ЛИЧНОСТИ.

Забавы взрослых называются делом, у детей они тоже дело, но взрослые за них наказывают, и никто не жалеет ни детей, ни взрослых.

Никто ничего не делает хорошо, если это против воли, даже если человек делает что-то хорошее.

Для изучения языка гораздо важнее свободная любознательность, чем грозная необходимость. Я осуждаю не слова, эти отборные и драгоценные сосуды, а то вино заблуждения, которое подносят нам в них пьяные учителя.

Можно ли, преследуя другого, погубить его страшнее, чем губит вражда собственное сердце.

И гордость ведь прикидывается высотой души.

Время не проходит впустую и не катится без всякого воздействия на наши чувства: оно творит в душе удивительные дела.

Почему душа больше радуется возврату найденных любимых вещей, чем их постоянному обладанию?

Человек не будет наслаждаться едой и питьем, если не перестрадает от голода и жажды.

Друзья, льстя, развращают, а враги, браня, обычно исправляют.

Люди сотворены не для того, чтобы владеть так называемыми хорошими вещами, но, если люди сами стали хорошими, они делают и вещи хорошими по-настоящему, используя их ради добра.

Ни один человек не вправе вести столь созерцательную жизнь, чтобы забыть о своем долге служения ближнему.

Нет великой заслуги в том, чтобы жить долго, ни даже в том, чтобы жить вечно, но велика заслуга того, кто живет добродетельно.

Холод милосердия есть молчание сердца, пламя милосердия есть ропот сердца.

Существует высшая дружба, основанная не на привычке, а на разуме, при которой человек любит своего друга благодаря верности и доброй воле.

Каждое существо, до тех пор пока оно существует, должно обладать качеством доброты — точно так же, как обладает качеством существования.

Любовь к ближнему ограничена тем, насколько каждый человек любит самого себя.

АВИЦЕННА

ИБН СИНА (ЛАТИНИЗИРОВАННОЕ АВИЦЕННА) (ОК. 980 — 1037) — ПЕРСИДСКИЙ ФИЛОСОФ, ЕСТЕСТВОИСПЫТАТЕЛЬ, ВРАЧ, МАТЕМАТИК И ПОЭТ. АВТОР НЕОБЫЧАЙНО ПОПУЛЯРНЫХ НА ВОСТОКЕ И ЗАПАДЕ ТРАКТАТОВ, А ТАКЖЕ ЭНЦИКЛОПЕДИИ ТЕОРЕТИЧЕСКОЙ И КЛИНИЧЕСКОЙ МЕДИЦИНЫ «КАНОН ВРАЧЕБНОЙ НАУКИ», БЫВШЕЙ МНОГО ВЕКОВ ОБЯЗАТЕЛЬНЫМ РУКОВОДСТВОМ, В ТОМ ЧИСЛЕ В СРЕДНЕВЕКОВОЙ ЕВРОПЕ.

Если друг мой дружит с моим врагом, то мне не следует водиться с другом. Остерегайся сахара, который смешан с ядом, берегись мухи, которая сидела на дохлой змее.

Бросивший заниматься физическими упражнениями часто чахнет, ибо сила его органов слабеет вследствие отказа от движений.

Кто стар, тот молодым огнем пылать не может.

Душа Вселенной — истина.

Кто счастья не ценил, тот близится к несчастью.

От праха черного и до небесных тел Я тайны разгадал мудрейших слов и дел. Коварства я избег, распутал все узлы, Лишь узел смерти я распутать не сумел.

Постоянное пьянство вредно: оно портит натуру печени и мозга, ослабляет нервы, вызывает заболевание нервов, внезапную смерть.

Умеренно и своевременно занимающийся физическими упражнениями человек не нуждается ни в каком лечении, направленном на устранение болезни.

Если заниматься физическими упражнениями, нет никакой нужды в употреблении лекарств, принимаемых при разных болезнях, если в то же время соблюдать все прочие предписания нормального режима.

АДДИСОН

ДЖОЗЕФ АДДИСОН (1672–1719) — АНГЛИЙСКИЙ ПИСАТЕЛЬ. ЗАЛОЖИЛ ОСНОВЫ НРАВООПИСАТЕЛЬНОГО ЭССЕ И РЕАЛИСТИЧЕСКОГО РОМАНА XVIII ВЕКА.

Павлин в своем блеске не выставляет напоказ столько цветов, сколько можно насчитать в праздничном наряде англичанки.

Уверенность в том, что ты любим, смягчает страдания разлуки. Последнее «прости» даже теряет свою горечь, когда в нем еще слышится отзвук любви.

Нескромный человек часто опасней, чем злой, ибо последний нападает только на своих врагов, тогда как первый причиняет вред своим врагам и своим друзьям.

Скромность — это не только орнамент, но и страж добродетели.

Человек отличается от всех других созданий способностью смеяться.

Самое важное и самое трудное для мощного духа — это уметь сдерживать себя: пруд спокойно стоит в долине, но, чтобы сдерживать его, нужны горы.

Неудивительно, что большое количество знаний, не будучи в силах сделать человека умным, часто делает его тщеславным и заносчивым.

Молчание иногда более многозначительно и возвышенно, чем самое благородное и самое выразительное красноречие, и во многих случаях свидетельствует о высоком уме.

Титулы и слава предков придают блеск имени, носимому с достоинством, но делают еще более презренным опозоренное имя.

Наименее шумливая, наиболее скромная дружба часто — наиболее полезная. Поэтому я всегда предпочел бы сдержанного друга не в меру усердному.

Чтение для ума — то же, что физические упражнения для тела.

Хорошая книга — это подарок, завещанный автором человеческому роду.

В беседах с глазу на глаз между близкими друзьями мудрейшие люди очень часто высказывают весьма слабые суждения, потому что разговор с другом — это то же самое, что мысли вслух.

Брак отличается той особенностью, что с ним прекращается поклонение идолу. Когда мужчина ближе присмотрится к своей богине, она снова становится простой женщиной.

Без постоянства не может быть ни любви, ни дружбы, ни добродетели.

Когда я вижу эти столы, покрытые столькими яствами, мне чудится, что за каждым из них прячется, как в засаде, подагра, водянка, лихорадка и множество других болезней.

При помощи физических упражнений и воздержанности большая часть людей может обойтись без медицины.

Гордость происходит от недостаточного размышления и незнания самого себя.

Ничего люди не принимают с таким отвращением, как советы.

АЛИ-ИБН АБИ-ТАЛИБ

АЛИ-ИБН АБИ-ТАЛИБ (600–661) — АРАБСКИЙ ПОЭТ.

Самое большое богатство — разум.

Самое большое наследство — воспитанность.

Самая большая нищета — невежество.

Когда ты отступаешь, смерть стоит сзади тебя и твоя встреча с ней — неизбежна.

АНВАРИ

АУХАД АД-ДИН АНВАРИ (УМ. 1191) — ПЕРСИДСКИЙ ПОЭТ. СТРЕМИЛСЯ ЗАНЯТЬ ОФИЦИАЛЬНОЕ МЕСТО ПРИ ДВОРЕ СУЛТАНА САНДЖАРА. ОДНАКО К КОНЦУ ЖИЗНИ ПРЕДПОЧЕЛ УДАЛИТЬСЯ ОТ СВЕТА И СОЗДАВАТЬ ПРОИЗВЕДЕНИЯ ДЛЯ СЕБЯ.

Для человека мысль — венец всего живого, А чистота души есть бытия основа.

Напрасно не злословь, Чтоб не просить прощенья у совести своей.

Лизоблюдов продажных не считай за людей.

Друг — зеркало для друга, нет зеркала светлей!

Вот тебе два дела, — сделай хоть одно из них, Коль прославиться делами хочешь пред людьми. Или то, что сам ты знаешь, передай другим, Или то, чего не знаешь, от других возьми!

АРИОСТО

ЛУДОВИКО АРИОСТО (1474–1533) — ИТАЛЬЯНСКИЙ ПОЭТ, ПИСАТЕЛЬ. ГЛАВНОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ — ГЕРОИЧЕСКАЯ РЫЦАРСКАЯ ПОЭМА «НЕИСТОВЫЙ РОЛАНД».

Жестокость — это порождение злого ума и часто трусливого сердца.

Все человек теряет с годами: юность, красоту, здоровье, порывы честолюбия. И только одна глупость никогда не покидает людей.

Когда рассудок поддается порыву или гневу и слепая ярость оскорбляет друга действием или словом, то позже ни слезы, ни вздохи не в состоянии исправить ошибки.

Лишаются рассудка — кто влюбившись, Кто подчинив сокровищам мечты, Кто глупостями магии прельстившись, Кто возомнив, что звезды с высоты Хватать нетрудно, кто вооружившись Софистикой, а кто свои холсты Малюя; надобно сказать при этом, Что больше прочих не везет поэтам.

АС-САМАРКАНДИ

МУХАММЕД АЗЗАХИРИ АС-САМАРКАНДИ (XII В.) — ПЕРСИДСКИЙ ПОЭТ, СОЗДАТЕЛЬ «СИНДБАД-НАМЕ».

Дерево, как бы мощны и крепки ни были его корни, можно выкорчевать за какой-нибудь час, но нужны годы, чтобы оно стало плодоносить.

Как часто, подчинившись голосу страсти на один час, мы платим за него долгими днями скорби.

Если болезнь не определена, невозможно и лечить ее.

Насилье — в сущности людей, насилием богат наш свет, И люди только от нужды не нанесут соседям вред.

Если у тебя есть разум, не доверяй неопытному.

Покой народам всем, рабам — отрады свет, Спасение навек от горестей и бед Несут суровый меч и кроткое перо — Две вещи, вот и все, а третьей в мире нет.

Религия без власти погибнет, а власть без религии перестанет действовать.

Только разум нас возвысил: без его даров Были б лучше человека худшие из львов.

Прекрасно слово, ибо в слове оставит память человек. Уходим мы с земли, а слово от нас останется вовек.

Мирские блага, являясь обманом, фальшью и вымыслом, по природе своей непостоянны.

Судьба превращает все радости в горе И скорбь нам дарит, что в исходе счастлива.

У судьбы нет серьезного без смешного, нет назначения без смещения. Из всех, кто ушел, не оставив следа, Вернется ли кто для рассказа сюда?

Если ты шипы посеешь, виноград не соберешь!

Царь, который наполняет свою казну имуществом подданных, подобен тому, кто мажет крышу своего дома глиной, взятой из-под его фундамента.

Знай, у того, кто не правдив в любви,

Притворство с лицемерием в крови.

Расспрашивать о промыслах и секретах царей не приличествует умным людям.

Обычаи и законы человеческие таковы, что если в начале роста, в самом детстве, в расцвете юных сил, когда ум и рассудок очень восприимчивы и не перегружены, когда дарование и способности в расцвете, — если в это время человек ничего не постигает в науках, то не постигнет и впоследствии в течение долгой жизни.

Основы каждого государства и фундамент любой страны покоятся на справедливости и правосудии.

Даруют мудрость тому, кто ее желает, а тот, кто приобрел разум, уже приобрел много благ.

Мудрец не должен останавливаться в городе, в котором нет пяти вещей: во-первых, справедливого государя и строгого и властного правителя, во-вторых, проточных вод и тучных земель, в-третьих, ученых, обладающих практическими знаниями и наделенных умеренностью, в-четвертых, искусных и сострадательных лекарей, в-пятых, щедрых благотворителей.

В знанье — величие и краса, Знанье дороже, чем клад жемчужин: Время любой уничтожит клад, Мудрый и знающий вечно нужен.

Не каждый, кто ищет и старается, находит, не каждый, кто уходит, возвращается.

Блаженны подавляющие свой гнев и прощающие людей.

Тот, кто прислушивается к клеветнику и ябеднику, кто верит ему, окажется в трудном положении, которое не сможет исправить и устранить десница разума. Бог создал дольний мир наш навсегда таким: Веселье — после бед, благое — за дурным.

Благополучие случайно: продолжит время свой полет, И снова взмахом многокрылым нас в неизвестность унесет.

Когда Аллах захочет причинить зло какому-либо народу, оно неизбежно.

Каждое неисполненное обещание — это безводное облако, ненаточенная сабля и бесплодное дерево.

В четырех случаях не следует высказывать ни одобрения, ни осуждения о деле, пока оно не закончится. Во-первых, о кушании, пока оно не переварится в желудке. Во-вторых, о беременной женщине, пока она не разрешится. В-третьих, о храбреце, пока он не покинет ратного поля. В-четвертых, о земледельце, пока он не соберет урожая.

Ты дорого, мой друг, заплатишь за ошибку, Оскал клыков у льва принявши за улыбку.

Каждый день что-то новое в мире вершит небосвод, Перед чем отступает людской остроумный расчет. Пусть наш разум, как солнце златое, сверкает с высот, Он загадкам судьбы разрешенья вовек не найдет.

Ни один разумный человек не станет навлекать на себя кару и упреки людей ради удовлетворения страсти и вожделения, не станет пренебрегать истиной ради преходящего и мнимого.

Любовь — это то, что запрещает слова и речи.

Если двум сердцам влюбленным суждено соединиться, То немедля весть об этом по земле распространится, Потому что редко можно два такие сердца встретить, Ведь блаженное сиянье чаще людям только снится.

Среди юных лишь тот избегает любви, У кого малодушье и глупость в крови.

Кто на любовь не потратил юности дни, Знает пусть тот, что без пользы прошли они.

Счастье — это счастливая случайность. Из всех несправедливостей судьбы Разлука для сердец страшней всего.

Есть у небес постыдный обычай — Радость увидев, ее губить.

Упрекам и укорам стариков, о люди, с уважением внемлите: Ведь эти люди ведают о зле и о добре всех будущих событий.

Что юный видеть в зеркале привык, То видит даже в кирпиче старик.

Если просит чистый духом у обманщика поддержки, То с обманщиком отныне он разделит и грехи.

Враг, что мудр и много знает, друга может быть ценней — Мудрость уважать пристало у врагов и у друзей.

Если дать противоядия сверх меры, То подействует оно вредней, чем яд.

Тому, кто подлость совершил и не подумал о позоре, Потом придется испытать и неожиданное горе. Тот, кто требует лишнего, несчастен.

Голод и льва заставляет кидаться на падаль.

Тот, кто поступает по совету глупцов и невежд, никогда не добьется осуществления ни одного своего желания, не достигнет ни одной цели, не победит ни в одном деле…

Искренняя дружба зиждется на близости умов и тайных законах, а не на видимых признаках.

Если принял решение ты, Пусть отныне не дрогнет рука: Можешь выбрать ты смелость советчика, Можешь выбрать совет смельчака.

Из-за каждой обиды нельзя отрекаться от друга.

Не сторонись друга из-за небольшой шутки и не обижайся, ибо это — признак глупости.

Если твой друг станет врагом тебе, то люби его, чтобы вновь зацвело древо дружбы, любви и доверия, завядшее из-за того, что его не поливали водой дружбы и не ухаживали за ним.

Совет держи с мудрецами, чтобы избегнуть глупости и чтобы твои поступки не сошли с правого пути.

Берегись и остерегайся домашнего врага, ибо каждая стрела, выпущенная тетивой его коварства и луком его недоброжелательства, принесет гибель.

Не говори необдуманных слов, чтобы не попасть по неведению в трудное положение.

БАБУР

ЗАХИРЕДДИН МУХАММЕД БАБУР (1483–1530) — САМАРКАНДСКИЙ ПИСАТЕЛЬ, ПОЭТ И ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ДЕЯТЕЛЬ. ПОТОМОК ТИМУРА, ОСНОВАТЕЛЬ ГОСУДАРСТВА ВЕЛИКИХ МОГОЛОВ.

Чем жить с дурной славой, лучше умереть с доброй славой.

Делать хорошее дурным людям — то же самое, что поступать дурно с хорошими людьми.

Ты можешь закрыть ворота города, но не можешь закрыть рта врагам.

Сладость вина знает только пьяный. Какая радость от него трезвому? Тот, кто говорит много, говорит без толку.

Проживешь ты сто лет или один день, все равно придется уйти из этих чертогов, радующих сердце.

Известно: мудрость и любовь не совпадают никогда.

Раз существует в мире страсть, то праведность, смиренье — одни слова: что в них есть смысл, нам явно показалось.

Уж таков ее обычай: красота всегда права.

Когда назначена судьба, ее никто не обойдет, И не помогут ни борьба, ни боль терпения, ни стон. Весельем одолей недуг и скорбью мира не томись: Единого мгновенья мук, поверь, совсем не стоит он!

Наверно, вообще любимых нет таких, Что из-за пустяков на нас не хмурят взгляда.

Кто презирает всех, презрения достоин. Жестокий человек мучения достоин. Хорошим людям бог хороших даст в друзья, А кто с другими плох, отмщения достоин.

Уж лучше совершить тяжелых сто грехов, Принять сто тяжких мук, сто обрести врагов, Чем, став ослушником, родителя обидеть, Чем не прийти к нему в тяжелый час на зов.

Нам нравится подчас то больше, что вдали: Друг, что далек от нас, дни, что давно прошли.

БЕЙЛЬ

ПЬЕР БЕЙЛЬ (1647–1706) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПУБЛИЦИСТ И ФИЛОСОФ, ПРЕДСТАВИТЕЛЬ РАННЕГО ПРОСВЕЩЕНИЯ. ОКАЗАЛ БОЛЬШОЕ ВЛИЯНИЕ НА РАЗВИТИЕ ЕВРОПЕЙСКОГО СВОБОДОМЫСЛИЯ.

Нет иной морали, кроме той, которая основана на принципах разума и вытекает из естественной склонности человека к добру.

Умение точно цитировать — талант гораздо более редкий, чем кажется.

Великие и значительные истины обладают внутренними свойствами, поддерживающими их. Именно по этому признаку мы и должны отличать такие истины, а не по внешним особенностям.

Жаль, что мы не можем увидеть того, что происходит в умах людей, когда они выбирают мнение, к которому присоединяются!

Воззрение, будто взгляд, переходящий из века в век, от поколения к поколению, не может быть всецело ложным, — чистейшая иллюзия… Ведь, за исключением нескольких философских умов, никто и не подумает проверить, верно ли то, что все говорят.

Человек — существо разумное… но не менее верно, что он почти никогда не поступает сообразно своим принципам.

Нигде не проявляется так неспособность и ограниченность человеческого ума, как при безукоризненно строгом следовании по многочисленным ступеням рассуждения. Гораздо меньше сбиваются с пути в вопросах чисто умозрительных…

БЁРК

ЭДМУНД БЁРК (1729–1797) — АНГЛИЙСКИЙ ПУБЛИЦИСТ И ФИЛОСОФ. АВТОР ПАМФЛЕТОВ ПРОТИВ ВЕЛИКОЙ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ.

Время — великий учитель.

Скажи мне, какие настроения превалируют в умах молодых людей, и я скажу тебе о характере следующего поколения.

Плохие законы — худший вид тирании.

Своим терпением мы можем достичь большего, чем силой. Быть интересным — первая обязанность малоизвестного автора. Право быть скучным принадлежит только тем писателям, которые уже прославились.

БЁРНС

РОБЕРТ БЁРНС (1759–1796) — ШОТЛАНДСКИЙ ПОЭТ. В СВОИХ САМОБЫТНЫХ ПРОИЗВЕДЕНИЯХ ПРОСЛАВИЛ ТРУД, НАРОД И СВОБОДУ, БЕСКОРЫСТНУЮ И САМООТВЕРЖЕННУЮ ЛЮБОВЬ И ДРУЖБУ.

В крепкой дружбе наша сила,

Дружбе слава и хвала.

Кто глуп, тот от дури не спрячется, и тот, кто не в шутку дурак, дурее того, кто дурачится.

И какая нам забота,

Если у межи

Целовался с кем-то кто-то

Вечером во ржи!..

Бревно останется бревном

И в орденах и в лентах!

Страшнее — чести изменить,

Чем быть в отрепьях рваных!

В былом не знали мы добра,

Не видим в предстоящем,

А этот час — в руках у нас.

Владей же настоящим!

Свободе — привет и почет.

Пускай бережет ее разум.

А все тирании пусть дьявол возьмет

Со всеми тиранами разом!

Да здравствует право читать,

Да здравствует право писать.

Правдивой страницы

Лишь тот и боится,

Кто вынужден правду скрывать.

Когда глядишь со стороны,

Как все дары поделены,

Нельзя не рассердиться.

Тех, кто получше, гнет нужда,

А богатеют без труда

Невежда и тупица.

…Судите не по платью:

Кто честным кормится трудом —

Таких зову я знатью.

Осанка леди и наряд —

Образчик вкуса, говорят,

Но та сулит нам рай утех,

Кого мы любим больше всех.

БОККАЧЧО

ДЖОВАННИ БОККАЧЧО (1313–1375) — ИТАЛЬЯНСКИЙ ПИСАТЕЛЬ-ГУМАНИСТ РАННЕГО ВОЗРОЖДЕНИЯ. ГЛАВНОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ «ДЕКАМЕРОН» — КНИГА РЕАЛИСТИЧЕСКИХ НОВЕЛЛ, ПРОНИКНУТЫХ ДУХОМ СВОБОДОМЫСЛИЯ И АНТИКЛЕРИКАЛИЗМА, НЕПРИЯТИЕМ АСКЕТИЧЕСКОЙ МОРАЛИ, ЖИЗНЕРАДОСТНЫМ ЮМОРОМ.

Подобно тому, как звезды в ясные ночи служат украшением неба и цветы весной — украшением зеленых лугов, так блестки остроумия украшают приятные беседы.

Употреби текущее время так, чтобы в старости не корить себя за молодость, прожитую зря.

Тот, кто хочет быть здоровым, отчасти уже выздоравливает. Часто случается, что человек считает счастье далеким от себя, а оно неслышными шагами уже пришло к нему.

Велики силы любви, располагающие любящих к трудным подвигам, перенесению чрезвычайных негаданных опасностей.

Прошлые поступки гораздо легче порицать, чем исправлять.

Просить совета есть величайшее доверие, какое один человек может оказать другому.

Нет столь пламенного гнева, что с течением времени не остывал бы.

Говорят, что умирать хорошо, спасая жизнь другому.

Угрозы — оружие тех, кто сам под угрозой.

Насмешка должна кусать, как овца, а не как собака.

БОМАРШЕ

ПЬЕР ОГЮСТЕН БОМАРШЕ (1732–1799) — ФРАНЦУЗСКИЙ ДРАМАТУРГ. ГЛАВНЫЙ ГЕРОЙ ЕГО КОМЕДИЙ — ПОЛНЫЙ ЭНЕРГИИ, ОСТРОУМНЫЙ СЛУГА.

Жить — это бороться, бороться — это жить.

Без песен и вина Жизнь даром пропадает!

Обладание всякого рода благами — это еще не все. Получать наслаждение от обладания ими — вот в чем состоит счастье.

Известно, что суть дела — это область самих тяжущихся, меж тем как форма — это достояние судей.

Так всегда в жизни: мы-то стараемся, строим планы, готовимся к одному, а судьба преподносит нам совсем другое. Начиная с ненасытного завоевателя, который способен проглотить весь мир, и кончая смиренным слепцом, которого ведет собака, мы все — игрушки ее прихотей. И пожалуй, слепец, который идет за собакой, следует более верным путем и реже бывает обманут в своих ожиданиях, чем тот, первый слепец со всей его свитой.

Если начальник не делает нам зла, то это уже немалое благо.

Обычай часто является злом.

Как только было замечено, что с течением времени старые бредни становятся мудростью, а старые маленькие небылицы, довольно небрежно сплетенные, порождают большие-пребольшие истины, на земле сразу развелось видимо-невидимо правд. Есть такая правда, которую все знают, но о которой умалчивают, потому что не всякую правду можно говорить. Есть такая правда, которую все расхваливают, да не от чистого сердца, потому что не всякой правде можно верить. А клятвы влюбленных, угрозы матерей, зароки пьянчуг, обещания власть имущих, последнее слово купцов? И так до бесконечности!

Приятное волнение радости никогда не влечет за собой опасных последствий.

Исправить людей можно, лишь показав их такими, каковы они на самом деле.

Утверждать что-либо, не имея возможности доказать это законным путем, означает клеветать.

Для достижения поставленной цели деловитость нужна не менее, чем знание.

Ум невозможно унизить, так ему отмщают тем, что гонят его.

В жизни есть закон могучий: Кто пастух — кто господин! Но рожденье — это случай, Все решает ум один. Повелитель сверхмогучий Обращается во прах, А Вольтер живет в веках.

Глупости, проникающие в печать, приобретают силу лишь там, где их распространение затруднено.

Умному человеку нет смысла слушать все подряд:

он и так догадается.

Раболепная посредственность — вот кто всего добивается.

Глупость и тщеславие вечно идут рука об руку.

Любовь к изящной словесности несовместима с усердием к делам службы.

Клиент, хоть сколько-нибудь сведущий, всегда знает свое дело лучше иных адвокатов: адвокаты из кожи вон лезут и надрываются до хрипоты, лишь бы показать свою осведомленность решительно во всем, кроме, впрочем, самого дела, но вместе с тем их весьма мало трогает то обстоятельство, что они разорили клиента, надоели слушателям и усыпили судей…

Заставьте самого беспристрастного судью разбирать свое собственное дело и посмотрите, как он начнет толковать законы!

Где нет свободы критики, там никакая похвала не может быть приятна.

Прикидываться, что не знаешь того, что известно всем, и что тебе известно то, чего никто не знает; прикидываться, что слышишь то, что никому не понятно, и не прислушиваться к тому, что слышно всем; главное, прикидываться, что ты можешь превзойти самого себя; часто делать великую тайну из того, что никакой тайны не составляет; запираться у себя в кабинете только для того, чтобы очинить перья, и казаться глубокомысленным, когда в голове у тебя, что называется, ветер гуляет; худо ли, хорошо ли разыгрывать персону, плодить наушников и прикармливать изменников, растапливать сургучные печати, перехватывать письма и стараться важностью цели оправдать убожество средств. Вот вам и вся политика…

Политика — искусство создавать факты, шутя подчинять себе события и людей. Выгода — ее цель, интрига — средство…. Повредить ей может только порядочность.

Небо всегда покровительствует невинности!

Чистосердечное раскаяние ничем не отличается от любого хорошего поступка: оно тоже приносит награду.

Робким человеком помыкает любой проходимец.

Когда поддаешься страху перед злом, то уже начинаешь чувствовать зло страха.

Умный человек никогда не станет связываться с сильным.

Природа сказала женщине: будь прекрасной, если можешь, мудрой, если хочешь, но благоразумной ты должна быть непременно.

Ох уж эти женщины! Если вам нужно, чтобы самая из них простодушная научилась лукавить, заприте ее.

Женщины очень любят, когда их называют жестокими.

Когда женщина сердится, здравого смысла в ее речах не ищи!

О женщина!.. Создание слабое и коварное!..

Если принять в рассуждение все добродетели, которых требуют от слуги, то много ли найдется господ, способных быть слугами?

Недаром женской верности придавали такое огромное значение! Общественное благо, общественное зло связаны с их поведением. Рай или ад в семье вызываются исключительно той молвой, какая идет про женщин, а зависит молва только от них самих.

Так отрадно, когда тебя любят ради тебя самого.

Могут ли покой и любовь ужиться в одном сердце?

Время — честный человек.

…Любви — только сладостна тайна, Придает она прелести ей!

Наши жены думают, что если они нас любят, так это уже все. Вбили это себе в голову и уж так любят, так любят (в том случае, если действительно любят) и до того предупредительны, так всегда услужливы, неизменно и при любых обстоятельствах, что в один прекрасный вечер, к вящему своему изумлению, вместо того чтобы вновь ощутить блаженство, начинаешь испытывать пресыщение.

Ветер, задувающий свечу, раздувает огонь в жаровне.

Если мы ищем на стороне того наслаждения, которого не находим у себя дома, то это потому, что наши жены не владеют в достаточной мере искусством поддерживать в нас влечение, любить всякий раз по-новому, оживлять… прелесть обладания прелестью разнообразия.

Честные люди любят женщин, обманщики обожают их.

Немалое благо для семьи — изгнание из нее негодяя.

Чтобы рассуждать о предмете, вовсе не обязательно быть его обладателем.

Из всех шутовских вещей брак — самая шутовская.

Умение мужественно преодолевать самого себя — вот что всегда казалось мне одним из самых величайших достижений, которыми может гордиться разумный человек. Наиболее виновные — наименее великодушны, это общее правило.

У кого доброе сердце, того благодарность не тяготит.

Только мелкие людишки боятся мелких статеек.

Интрига рано или поздно губит того, кто ее начал.

Гнев добрых людей — это не что иное, как настоятельная потребность прощать.

У бедняка не должно быть ни единого недостатка.

Всеисцеляющего средства не существует.

Каждый человек всегда чей-нибудь ребенок.

В определенном возрасте порядочные люди прощают друг другу ошибки и прежние слабости, бурные же страсти, которые проводили между ними резкую грань, уступают место нежной привязанности.

Мы ни в коем случае не должны смешивать критику общую, составляющую одну из благороднейших целей искусства, с гнусной сатирой, направленной против личностей: первая обладает тем преимуществом, что она исправляет, не оскорбляя.

БОШЕН

ЭДМ-ПЬЕР БОШЕН (1748–1824) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ-МОРАЛИСТ.

Честь мужчины до того различна от чести женщин, что последняя смотрит на первую как врага своего.

Привычка противоречить есть болезнь ума, которая иногда вредит сердцу.

Чем больше мы говорим о своих достоинствах, тем меньше в них верят.

Образование может превратить дурака в ученого, но оно никогда не изгладит первородного отпечатка.

БРАНТ

СЕБАСТЬЯН БРАНТ (ОК. 1458–1521) — НЕМЕЦКИЙ ПИСАТЕЛЬ-ГУМАНИСТ. АВТОР АНТИФЕОДАЛЬНОЙ КНИГИ САТИРИЧЕСКИХ СТИХОВ «КОРАБЛЬ ДУРАКОВ».

Кто сует повсюду нос, Бывает часто бит, как пес.

Давать советы все не прочь, Не зная, как себе помочь.

Все преходяще, быстротечно, И лишь наука долговечна.

Кто слишком легковерен, тот Себя до петли доведет.

Признавший сам себя глупцом Считаться вправе мудрецом, А кто твердит, что он мудрец, Тот именно и есть глупец.

Язык у человека мал, А сколько жизней он сломал, Свой проявляя низкий норов, — Виновник сплетен, склок, раздоров!

Кто вечно только модой занят — Лишь дураков к себе приманит.

Старик-дурак себя погубит, Коль он порок и кривду любит.

Глупцов глупей, слепцов слепей Те, кто не воспитал детей.

…Учится ребенок У мудрого отца с пеленок. (Кто думает не так — дурак, Ребенку и себе он враг!)

Знания приумножая, Чужие посещать края Считаю делом добрым я.

А нравственность, влеченья, знанья Зависят лишь от воспитанья.

Да, ни в богатстве, ни во власти Нет без морали людям счастья.

Так не поранит острый нож, Как ранит подлой сплетни ложь.

Кто себялюбью лишь послушен, А к пользе общей равнодушен, Тот — неразумная свинья: Есть в общей пользе и своя.

Кто, дело сделав, ждет совета, Тому не впрок ни то, ни это, А кто заране все обсудит, Тот в дураках потом не будет.

Кто женский пол чрезмерно любит, В себе живую душу губит: Как богу богово воздать, Коль слишком дамам угождать?

Хоть будь красавицей жена, Но если дурой рождена, С ней, как с глухой кобылой, мука…

Когда б не пьянство, то вовек Не знал бы рабства человек!

Кто много должностей имеет — Ни на одной не преуспеет. И тех, кто служит там и тут, И там и тут напрасно ждут.

Делами заработай право Других учить себе во славу.

Известно испокон веков: Новинка — слабость дураков.

Когда родители умны И добродетельно-скромны, То благонравны и сыны.

Царят на свете три особы, Зовут их: Зависть, Ревность, Злоба.

Нет вражды неукротимей, Чем ненависть между своими!

Муж ласков, коль жена нежна, И он суров, коль зла жена.

Нищенствовать тяжело Тому, кто истинно в беде — Противостать не смог нужде. А дармоед, само собой, Доволен нищенской судьбой.

Язык иной жены для мужа Врага отъявленного хуже.

Ловушек нет страшней на свете, Чем тайные силки и сети, Что женщины спокон веков Плетут для ловли дураков.

Три вещи мир бросают в дрожь (Четвертой не переживешь): Вдруг ставший барином холоп, Обжора, пьяный остолоп И тот, кто плоть и дух свой слабый Связал со злобной, грубой бабой.

Худая кровля не страшна — Страшна сварливая жена! Что сатана тому бедняжке, Кто с ведьмой жил в одной упряжке?

Дурак вовек не может снесть, Что он таков, каков он есть!

В чести и силе та держава, Где правит здравый ум и право, А где дурак стоит у власти, Там людям горе и несчастье.

БРАНТОМ

ПЬЕР БРАНТОМ ДЕ БУРДЕЙ (ОК. 1540 —?) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ. ПРИДВОРНЫЙ, ЗАНЯВШИЙСЯ ЛИТЕРАТУРОЙ ВСЛЕДСТВИЕ ПАДЕНИЯ С ЛОШАДИ, КОТОРОЕ НА ПОЛТОРА ГОДА ПРИКОВАЛО ЕГО К ПОСТЕЛИ.

Глаза первыми вступают в любовную схватку, и сладостен тот миг, когда взору нашему предстает нечто редкое и чудное по красоте.

Есть ли в мире что-нибудь прекраснее красивой женщины?!

Никогда не удастся природе создать женщину столь совершенную во всем, какую рождает резец, кисть и пламенная душа вдохновенного художника.

Отвага — одна из прекраснейших черт наших очаровательных дам.

БРУНО

ДЖОРДАНО БРУНО (1548–1600) — ИТАЛЬЯНСКИЙ ФИЛОСОФ-ПАНТЕИСТ И ПОЭТ. ОБВИНЕН В ЕРЕСИ И СОЖЖЕН ИНКВИЗИЦИЕЙ В РИМЕ. СТАЛ СИМВОЛОМ УЧЕНОГО, ДЛЯ КОТОРОГО ВЕРНОСТЬ ИСТИНЕ ДОРОЖЕ ЖИЗНИ.

Нет ничего, что не преодолевалось бы трудом.

Особенностью живого ума является то, что ему нужно лишь немного увидеть и услышать для того, чтобы он мог потом долго размышлять и многое понять.

Наука есть наилучший путь для того, чтобы сделать человеческий дух героическим.

Обыкновенно те, у кого не хватает понимания, думают, что знают больше, а те, которые вовсе лишены ума, думают, что знают все.

Стремление к истине — единственное занятие, достойное героя.

Воля, которая стремится к познанию, никогда не удовлетворяется оконченным делом.

Нет такого тяжелого труда, который любовь не делала бы не только легким, но даже приятным.

Искусство восполняет недостатки природы.

Истина истине не может противоречить.

Одна истина освещает другую.

Капля долбит камень не силою, а часто падая. Лучше достойная и героическая смерть, чем недостойный и подлый триумф.

Страх смерти хуже, чем сама смерть.

БУАЛО

НИКОЛА БУАЛО (1636–1711) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПОЭТ, ТЕОРЕТИК КЛАССИЦИЗМА. АВТОР ПОЭТИЧЕСКОГО ТРАКТАТА «ПОЭТИЧЕСКОЕ ИСКУССТВО».

Только истина прекрасна, лишь она любви достойна.

Кто ясно мыслит, тот ясно и излагает.

Остерегайтесь шутить в ущерб здравому смыслу.

Лучше невежество, чем ложные знания.

Гнев величав и выспренных требует слов.

Всякий глупец найдет еще большего глупца, который станет им восторгаться.

БУФФЛЕР

СТАНИСЛАС ЖАН ДЕ БУФФЛЕР (1737–1815) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПОЛИТИЧЕСКИЙ ДЕЯТЕЛЬ, ПИСАТЕЛЬ.

Ревность — сестра любви, подобно тому как дьявол — брат ангелов.

Рассуждать о любви — это терять рассудок.

О женщинах всегда найдется сказать что-нибудь новое, пока хоть одна из них останется на земном шаре.

Нравственность должна быть полярной звездой науки.

БХАСА

БХАСА (III–IV ВВ.) — ИНДИЙСКИЙ ДРАМАТУРГ.

Даже с богами обходятся свысока, если не узнают их.

Со временем беду сменяет радость, Как в ободе колесном спица спицу.

Расположенье наше и вражда всегда от нас самих зависят.

Слова провидцев бесплодными судьба не оставляет.

Идти в сраженье с ратью неверною — Все равно что жить с неверной супругой. Людей достойных и гостеприимных Ты без труда отыщешь в этом мире, Куда труднее встретить человека, Который бы ценил таких людей.

Принимаясь за трудное дело, верных слуг отыщи сначала, Их достоинства и пороки оцени по достоинству прежде, А потом судьба, от которой все успехи наши зависят, Сможет выбор твой оценить.

Мир, поход, война и укрепленья, Разделенье сил и дружба с сильным — Вот шесть способов политики владык.

Прежде всего я желаю, чтоб зять мой был славного рода, Также, чтоб был милосерд, ибо в этом великая сила, Также красив: не важна миловидность для дела, Но для женитьбы важна. Также желаю, чтоб он В будущем был для супруги надежной защитой.

Найти для дочери мужа — вот забота отца. Все остальные заботы берет на себя судьба.

Сперва лишается рассудка Тот, кто на гибель обречен!

Тому, кто достиг исполненья желаний, Легче бремя невзгод, и не страшна смерть Накопившему сокровище благочестивых деяний.

Тот, кто слаб, отрекается сразу от действий, Кто нетверд, тот свернет с полпути пред преградой. Только сильный презрит полосу неудач — Он один насладится счастливым исходом.

Люди, занимающиеся государственной политикой, становятся врагами или друзьями или остаются равнодушны друг к другу в силу политических соображений, а не по личной склонности, как обыкновенные люди.

Лучших друзей во врагов обращая, Злейших врагов превращая в друзей, Людям даруя второе рожденье, Память о прошлом стирает интрига.

Ко возвысился — зависть внушает неправедным людям. Чем ты выше поднялся, тем больше падения бойся.

Будет даже радость нам не в радость, Если ею не с кем поделиться. Ни к чему богатство, если с другом Ты его не можешь поделить!

Трешь щепку о щепку — добудешь огонь, Копаешь колодец — и воду добудешь. Упорный достигнет того, чего хочет: Усердье и разум к успеху ведут.

БЭКОН

ФРЭНСИС БЭКОН (1561–1626) — АНГЛИЙСКИЙ ФИЛОСОФ, РОДОНАЧАЛЬНИК АНГЛИЙСКОГО МАТЕРИАЛИЗМА. ЛОРД-КАНЦЛЕР ПРИ КОРОЛЕ ЯКОВЕ I.

Ветхий Завет считает благом процветание, Новый Завет — напасти.

В жизни — как в пути: самая короткая дорога обычно самая грязная, да и длинная не многим чище.

Что, в сущности, дурного в том, что себя мой друг любит больше, чем меня?

Деньги — как навоз: если их не разбрасывать, от них будет мало толку. Сам по себе муравей — существо мудрое, но саду он враг.

Бывает, что человек отлично тасует карты, а играть толком не умеет.

Друзья — воры времени.

Человек и впрямь похож на обезьяну: чем выше он залезает, тем больше он демонстрирует свою задницу.

Всякий, кто любит одиночество, либо дикий зверь, либо Господь Бог.

Красивое лицо является безмолвной рекомендацией.

Время есть величайший из новаторов.

Чрезмерная жажда власти привела к падению ангелов; чрезмерная жажда знания приводит к падению человека; но милосердие не может быть чрезмерным и не причинит вреда ни ангелу, ни человеку.

Выбрать время — значит сберечь время, а что сделано несвоевременно, сделано понапрасну.

Счастье продает нетерпеливым людям великое множество таких вещей, которые даром отдает терпеливым.

Ковыляющий по прямой дороге опередит бегущего, который сбился с пути.

Знание есть сила, сила есть знание.

В каждом человеке природа всходит либо злаками, либо сорной травою, пусть же он своевременно поливает первое и истребляет второе.

Умение легко перейти от шутки к серьезному и от серьезного к шутке требует большего таланта, чем обыкновенно думают. Нередко шутка служит проводником такой истины, которая не достигла бы цели без ее помощи.

Молчание — добродетель дураков.

Гений, ум и дух нации обнаруживаются в ее пословицах.

Книги — корабли мысли, странствующие по волнам времени и бережно несущие свой драгоценный груз от поколения к поколению.

Читай не затем, чтобы противоречить и опровергать, не затем, чтобы принимать на веру, и не затем, чтобы найти предмет для беседы, но чтобы мыслить и рассуждать.

Истинная и законная цель всех наук состоит в том, чтоб наделять жизнь человеческую новыми изобретениями и богатствами.

Три вещи делают нацию великой и благоденствующей: плодоносная почва, деятельная промышленность и легкость передвижения людей и товаров.

Наука есть не что иное, как отображение действительности.

Ученость сама по себе дает указания чересчур общие, если их не уточнить опытом.

Чтение делает человека знающим, беседа — находчивым, а привычка записывать — точным.

Есть книги, которые надо только прочитать, есть такие, которые лучше всего проглотить, и лишь немногие стоит разжевать и переварить.

Длинные речи способствуют делу настолько же, насколько платье со шлейфом помогает ходьбе.

Умеющий молчать слышит много признаний, ибо кто же откроется болтуну и сплетнику.

Кто ведает лишь свои дела, мало находит пищи для зависти.

Никакая страсть не околдовывает человека, как любовь или зависть.

Жаден человеческий разум. Он не может ни остановиться, ни пребывать в покое, а порывается все дальше.

Самое лучшее из всех доказательств есть опыт.

Скрытность — прибежище слабых.

Краска стыда — ливрея добродетели. Дружба удваивает радости и сокращает наполовину горести.

Тот, кто лишен искренних друзей, поистине одинок.

Кто стремится занять почетное место среди людей способных, ставит себе трудную задачу, но всегда это на благо обществу; а вот кто замышляет быть единственной фигурой среди пешек, тот позор для своего времени.

Семейные интересы почти всегда губят интересы общественные.

Супружеская любовь размножает человеческий род, дружеская — совершенствует его, а безнравственная — развращает и унижает.

Дети делают труд радостным, но неудачи кажутся из-за них более огорчительными; благодаря детям жизнь кажется более приятной, а смерть — менее страшной.

Заметьте… как мало действует приближение смерти на сильных духом, ибо каждый из них до конца остается самим собой. Привычка всего прочнее, когда берет начало в юных годах; это называем мы воспитанием, которое есть, в сущности, не что иное, как рано сложившиеся привычки.

Процветание раскрывает наши пороки, а бедствия — наши добродетели.

Из всех добродетелей и достоинств души величайшее достоинство — доброта.

Будь хотя бы сам честен настолько, чтобы не лгать другим.

Манеры выказывают нравы подобно тому, как платье обнаруживает талию.

Сдержанность и уместность в разговорах стоят больше красноречия.

Истина есть дочь времени, а не авторитета.

К памяти предшественника будь справедлив и почтителен, ибо иначе этот долг наверняка отдадут ему после тебя. Чрезмерная откровенность столь же неблагоприлична, как совершенная нагота.

Лесть есть род дудки, которой приманивают птиц, подражая их голосу.

Строгость рождает страх, но грубость рождает ненависть.

Должно стремиться к знанию не ради споров, не для презрения других, не ради выгоды, славы, власти или других целей, а ради того, чтобы быть полезным в жизни.

Судьи должны помнить, что их дело — истолковать закон, а не даровать его.

Один несправедливый приговор влечет больше бедствия, чем многие преступления, совершенные частными людьми: последние портят только ручьи, только одинокие струи воды, тогда как несправедливый судья портит самый источник.

Кто чрезмерно чтит старину, становится в новое время посмешищем.

Возможность украсть создает вора.

Тот, кто замышляет месть, растравляет свои раны, которые иначе уже давно бы исцелились и зажили. Поистине, совершая месть, человек становится вровень со своим врагом, а прощая врага, он превосходит его.

БЮФФОН

ЖОРЖ ЛУИ ЛЕКЛЕРК ДЕ БЮФФОН (1707–1788) — ФРАНЦУЗСКИЙ ЕСТЕСТВОИСПЫТАТЕЛЬ, ИНОСТРАННЫЙ ПОЧЕТНЫЙ ЧЛЕН ПЕТЕРБУРГСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК.

Одна из самых тяжелых потерь — потеря времени.

Пустыня есть безусловное уединение, в тысячу раз более страшное, чем уединение лесов, потому что деревья все-таки существа для человека.

Ничто так не заразительно, как заблуждение, поддерживаемое громким именем.

Не покидайте никогда дороги долга и чести — это единственное, в чем мы почерпаем счастье.

Черные глаза имеют более силы выражения и более живости, но у глаз голубых более кротости и нежности.

ВАСИЛИЙ I

ВАСИЛИЙ I МАКЕДОНЯНИН (ОК. 836–886) — ВИЗАНТИЙСКИЙ ИМПЕРАТОР, ОСНОВАТЕЛЬ МАКЕДОНСКОЙ ДИНАСТИИ. ИЗ КРЕСТЬЯН ФЕМЫ МАКЕДОНИЯ.

Чтобы царство свое сохранять в добродетели, что делать другим запрещаешь, сам никогда не делай: страшно подданным узнавать о злодеяниях власти.

От вина утомленный ум становится подобен плохому конюху, который не может повернуть колесницу: сам дергается, коня туда и сюда задергал, и видящих то забавляет; так у страдающего от вина всегда есть потребность в нем, и душа его пребывает в грехе.

Не так согрешает обидчик, как тот, кто обиду допустит. Без труда ты сделаешь другом, кого захочешь, стоит только хорошее нечто сказать о нем, когда его нет при том разговоре, о котором много желающих ему сообщить. Началу дружбы способствует похвала, началу вражды — порицание.

Если закона нет, то примером своим подвластным служи — и неизбывную память оставишь о своем правлении.

Из тех, кто рядом с тобою, поощряй не тех, кто все, что ты сделал, превозносит, но тех, кто сурово бранит тебя за твои ошибки.

Бесполезны труды такого врача, который больного не вылечит, и суетно то философское слово, которому не исцелить душевных страданий.

Не ленись читать древние книги, ибо в них ты легко отыщешь и то, что иные с таким трудом обретали в житейском опыте, и постигнешь все.

ВАСИЛИЙ ВЕЛИКИЙ

ВАСИЛИЙ ВЕЛИКИЙ (ОК. 330–379) — ЦЕРКОВНЫЙ ДЕЯТЕЛЬ, ТЕОЛОГ, ФИЛОСОФ-ПЛАТОНИК. ЕПИСКОП Г. КЕСАРИЯ.

Добытое трудом с радостью и принимается и сохраняется, а что получено без труда, то быстро исчезает.

Не говори мне: «У меня знаменитые прадеды и отцы» — верный закон каждому повелевает своею жизнью хвалиться.

Злой не видит, что является злом.

Целомудрие в старости — не целомудрие, но немощь бессилия: мертвец не венчается.

Доброе деяние никогда не пропадает втуне. Тот, кто сеет учтивость, пожинает дружбу; тот, кто насаждает доброту, собирает урожай любви; благодать, излившаяся на благодарную душу, никогда не бывала бесплодной, и благодарность обыкновенно приносит вознаграждение.

Хлеб, который ты хранишь в своих закромах, принадлежит голодному; плащ, лежащий в твоем сундуке, принадлежит нагому; золото, что зарыл ты в земле, принадлежит бедняку.

Ради кого хочешь жить, ради тех и погибнуть не бойся.

Не слова вызывают боль, но нас оскорбившая наглость и надменность.

Трем лицам пакостит клеветник: оклеветанному, слушающему и самому себе.

Насильное обучение не может быть твердым, но то, что с радостью и весельем входит, крепко западает в души внимающим.

Когда веселится сердце, расцветает лицо. Глупые богаты скорее сном, чем богатством.

Сверх меры подобает спать мертвым, а не живым.

Опечалил ли кто тебя — не печалься, ибо ему уподобишься. Ведь никто не исцеляет злом зла, но добром зло.

ВИЛАНД

КРИСТОФ МАРТИН ВИЛАНД (1733–1813) — НЕМЕЦКИЙ ПИСАТЕЛЬ ПРОСВЕЩЕНИЯ.

Великие люди ничего не делают наполовину.

Неучу все представляется возможным.

Минутное удовольствие часто бывает причиной долгих страданий.

Правда, дети должны — пока они остаются детьми — быть руководимы родительскою властью, но в то же время должны быть подготовляемы к тому, чтобы не всегда оставаться детьми.

ВИШАКХАДАТТА

ВИШАКХАДАТТА — ИНДИЙСКИЙ ДРАМАТУРГ VII В. (ПО ДРУГИМ ИСТОЧНИКАМ V–VI ВВ.).

Верность труса иль глупца — не опора господину.

Не предаст слуга господина, Если тот обладает властью, И в несчастье властелина не бросит, Если верит в его возвышенье. Но когда уже умер властитель, Кто продолжит бескорыстную службу В благодарность за минувшую милость?

Кто не смог объединить в сердце доблесть, ум и верность, Те — наложницы царей, а не истинные слуги!

Ум и храбрость — звук пустой, если преданность забыта.

Множество выгод предательство нынче сулит, Подвигом сделалась преданность для человека.

Неподобающая честь горше обиды.

Почерк ученых неразборчив, даже когда пишут они со стараньем.

ВОВЕНАРГ

ЛЮК ДЕ КЛАПЬЕ ВОВЕНАРГ (1715–1747) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ.

Высокая должность избавляет иногда от необходимости иметь еще и дарования.

Великие люди бывают подчас велики даже в малом.

Великие короли, полководцы, политики, замечательные писатели — все они люди; пышные эпитеты, которыми мы себя оглушаем, ничего не могут прибавить к этому определению.

Для того чтобы творить великие дела, нужно жить так, будто и умирать не придется.

Прежде чем ополчиться на зло, взвесьте, способны ли вы устранить причины, его породившие.

Иные живут счастливо, сами того не зная.

Мало бывает несчастий безысходных: отчаяние более обманчиво, чем надежда.

Надежда — единственное благо, которым нельзя пресытиться.

Глупо ласкать себя надеждой, будто мы способны убедить других в том, чему и сами не верим.

Страх и надежда могут убедить человека в чем угодно.

Истина — солнце разума.

Ясность украшает глубокие мысли.

Где темен стиль, там царствует заблуждение.

Лжецы угодливы и кичливы. Мы многому верим без доказательств, и это естественно.

Искусство нравиться — это искусство обманывать.

Все люди рождаются искренними, а умирают лжецами.

Нельзя быть справедливым, не будучи человечным.

Милосердие предпочтительнее справедливости.

Несправедливость всегда оскорбляет наши чувства — разве что она приносит нам прямую выгоду.

Праздность более утомляет, чем труд.

Сознание плодотворности труда есть одно из самых лучших удовольствий.

Ленивые всегда собираются что-то сделать.

Ловкачи никого не отталкивают от себя. Самые полезные советы те, которые легче всего использовать.

Когда нововведение слишком трудно установить, это служит доказательством, что в нем нет необходимости.

Мало кому удавалось совершить великое деяние по чужой подсказке.

У нас нет ни сил, ни случая сотворить все добро и зло, которое мы собирались сотворить.

Кто не способен к великим свершениям, тот презирает великие замыслы.

Лицо человека выражает и его характер, и темперамент. Глупое лицо выражает лишь физические свойства, например, крепкое здоровье и т. д. И все-таки нельзя судить о человеке по его лицу, ибо физиономии людей, равно как манера держать себя, отличаются переплетением столь различных черт, что тут очень легко впасть в заблуждение, не говоря уже о несчастных обстоятельствах, которые обезображивают природные черты и не позволяют душе отразиться в них, например, оспины, болезненная худоба и пр.

Чрезмерная осмотрительность не менее пагубна, чем ее противоположность: мало проку от людей тому, кто вечно боится, как бы его не надули.

Нет ничего полезнее доброго имени, и ничто не создает его так прочно, как достоинство.

Торг честью не обогащает.

Тот, кто требует платы за свою честность, чаще всего продает свою честь.

Сознание своих сил увеличивает их.

Нам легче приобрести лоск всезнания, чем основательно овладеть небольшим числом знаний.

Невозможно отучить людей изучать самые ненужные предметы.

Кто красноречив от природы, тот иной раз говорит великие истины с такой ясностью и краткостью, что большинство людей не думает, что в них была глубокая основательность. Неученость не есть недостаток ума, а знание не есть признак гения.

Мы знаем больше бесполезных вещей, чем не знаем полезных.

Дух подвластен тому же закону, что и тело, — невозможности существования без постоянного питания.

Нет человека настолько остроумного, чтобы никогда не быть скучным.

Ум человеческий более проницателен, чем последователен, и охватывает более того, что он может связать.

Ум должен не ограничивать, а дополнять добродетель.

Ум достигает великого только порывами.

Глупец, у которого большая память, исполнен мыслей и фактов, но он не умеет делать выводов и заключений, а в этом вся суть.

Небольшое преимущество — иметь живой ум, если не имеешь верности суждения: совершенство часов не в быстром ходе, а в верном ходе.

Ум — око души, но не сила ее, сила души — в сердце.

Разуму не постичь надобностей сердца.

Ум большинства ученых правильнее всего, пожалуй, уподобить человеку прожорливому, но с дурным пищеварением.

Не следует робеть из опасения наделать ошибок, самая большая ошибка — это лишать себя опытности.

Мы не любим, когда нас жалеют за совершенные нами ошибки.

Пусть люди совершают любые ошибки себе во вред, лишь бы им избегнуть худшей напасти — подчинения чужой воле.

Великие люди, научив слабодушных размышлять, наставили их на путь заблуждений.

Великий человек берется за великие дела потому, что сознает их величие, глупец — потому, что не понимает, как они трудны.

Мало говорят вещей основательных, когда стараются сказать что-нибудь необыкновенное.

Несколько примеров, приведенных в немногих словах и на своем месте, придают мыслям больше блеску, больше весу и авторитетности, но излишнее обилие примеров и излишек подробностей всегда ослабляют речь.

Красноречие, вероятно, наиболее редкий, равно как и самый изящный, из всех талантов.

Красноречие следует предпочесть знанию.

Кто не способен выдумывать небылицы, у того один выход — рассказывать были.

Легче сказать новое слово, чем примирить меж собой слова, уже сказанные.

Красноречив тот, кто даже непроизвольно заражает своей верой или страстью ум и сердце ближнего.

Тратить красноречие на соболезнования, когда заведомо известно, что горе притворно, значит, бесстыдно ломать комедию.

Если мысль нельзя выразить простыми словами, значит, она ничтожна и надо ее отбросить.

Непринужденная беседа — лучшая школа для ума.

Вырази ложную мысль ясно, и она сама себя опровергнет.

Чужое остроумие быстро прискучивает.

Если афоризм нуждается в пояснениях, значит он неудачен.

Насмешка — хорошее испытание для самолюбия.

Даже лучшие писатели говорят слишком много. Чашечка кофе после обеда — и наше самоуважение возрастает; точно так же достаточно порою небольшой шутки, чтобы сбить большую спесь.

Шутка у философов столь умеренна, что ее не отличишь от серьезного рассуждения.

Пьяный отпускает иногда более забавные шутки, чем записные остроумы.

Тщеславные люди — плохие дипломаты: они не умеют молчать.

Равно слабодушны и те, кто окружают свои дела непроницаемым покровом тайны, и те, кто все о них выбалтывают.

Если хотите высказывать серьезные мысли, отучитесь сперва болтать вздор.

Люди не в силах устоять перед лестью и, даже понимая, что им льстят, все равно попадаются на эту удочку.

Есть люди, которые читают лишь для того, чтобы находить у писателя ошибки. Самая новая и самая самобытная книга та, которая заставляет любить старые истины.

Кто более строг, чем законы, тот — тиран.

Страх перед людьми — вот источник любви к законам.

Рабство унижает человека до того, что он начинает любить свои оковы.

Иной раз проще создать новую партию, чем постепенно добиться главенства в уже созданной.

Легче всего уничтожить ту партию, в чьей основе лежат доводы благоразумия.

Есть люди, которые относятся к нравственности, как некоторые архитекторы к домам: на первый план ставится удобство.

Польза добродетели столь очевидна, что даже дрянные люди поступают добродетельно ради выгоды.

Достоинства человека есть драгоценные камни, которые красивее играют в оправе скромности.

Мы восприимчивы к дружбе, справедливости, человечности, состраданию и разуму. Не это ли и есть добродетель, друзья мои?

Нет покровителей надежнее, чем наши собственные способности.

Не жалко, что человек родился или умер, что он лишился своих денег, дома, имения, — все это не принадлежит человеку. А то жалко, когда человек теряет свою истинную собственность — свое человеческое достоинство.

Нет правил более изменчивых, нежели правила, внушенные совестью.

Мужество, сочетаемое с умом, помогает более, нежели один ум без мужества.

Лучшая опора в несчастье не разум, а мужество.

Кто уважает себя — внушает почтение другим. Все жизненные правила следует черпать только в мужестве.

Попробуйте в разговоре с человеком непреклонно суровым сказать доброе слово о милосердии, и вы услышите в ответ: «Если закон не будет безжалостен, нас удавят в собственной постели». О кровавая трусость!

Не полагайтесь на уважение и доверие человека, который, входя во все ваши интересы, не говорит вам о своих.

Не надо осмеивать общеуважаемые мнения — вы этим только оскорбляете людей, но не убеждаете их.

Окажись я единственным обитателем земли, владение ею не доставило бы мне радости: у меня не было бы ни забот, ни наслаждений, ни желаний, даже богатство и слава превратились бы в пустые слова, ибо не станем обманывать себя — всеми своими удовольствиями мы обязаны людям, прочее в счет не идет.

Одиночество так же необходимо разуму, как воздержание в еде — телу, и точно так же гибельно, если оно слишком долго длится.

Только общение излечивает от самонадеянности, робости, глупой заносчивости, только свободный и непринужденный обмен мнениями позволяет изучать людей, прощупывать, распознавать и сравнивать себя с ними.

Управлять одним человеком иной раз труднее, чем целым народом.

Судя по всему, человек от природы не способен к независимому существованию.

Нет искуса тяжелее для целомудрия, нежели одиночество.

Люди глупые никогда не поймут умных.

Легко критиковать автора, но труднее — оценить его.

Можно, от всего сердца любя человека, все-таки понимать, как велики его недостатки. Было бы глупой дерзостью мнить, будто нашего расположения достойно лишь одно совершенство. Порою наши слабости привязывают нас друг к другу ничуть не меньше, чем самые высокие добродетели.

Бывают весьма порядочные люди, которые умеют веселиться лишь на один манер — зло потешаясь над собеседниками.

Насмешка — детище удовлетворенного презрения.

Хотите подчинить себе других — начинайте с себя.

Стоит нам почувствовать, что человеку не за что нас уважать, и мы начинаем почти ненавидеть его.

Говорить только хорошее обо всех и вся — плохая и мелкая политика.

Люди обычно мучают своих ближних под предлогом, что желают им добра.

Человек разумный не станет придираться к прямому смыслу слов, если ему понятно, что хотел ими сказать автор.

Нет обиды, которой мы не простили бы, отомстив за нее. Люди редко примиряются с постигшим их унижением: они попросту забывают о нем.

Мы укоряем обездоленных, дабы не обременять себя состраданием.

Если человек рожден с высокой и мужественной душой, если он работящ, горд, честолюбив, чужд низкопоклонства, а ум его глубок и скрытен, я могу смело сказать, что у него есть все необходимое, чтобы его не замечали вельможи: они больше, чем остальные, боятся тех, кем не могут помыкать.

Успех создает мало друзей.

Мы не особенно довольны бываем своими друзьями, если они, ценя наши хорошие качества, позволяют себе замечать также и наши недостатки.

Люди с пылким характером редко бывают постоянны в дружбе.

По ложному пути идут женщины, избравшие своим оружием кокетство. Они мало в ком способны зажечь великую страсть, и не потому, что они, как принято считать, легкомысленны, а потому, что никто не хочет остаться в дураках.

Разве кто не имеет права любить самого себя? Разве поступок будет менее хорош только потому, что мы делаем его с удовольствием?

Лишь мелкие люди вечно взвешивают, что следует уважать, а что — любить. Человек истинно большой души, не задумываясь, любит все, что достойно уважения.

У женщин обычно больше тщеславия, чем темперамента, и больше темперамента, чем добродетели.

Женщины и молодые люди умеют ценить лишь тех, к кому питают склонность.

Соблюдение целомудрия вменяется в закон женщинам, меж тем в мужчинах они превыше всего ценят развращенность. Не забавно ли?

Постоянство — это всегдашняя мечта любви.

Неблагодарность самая гнусная, но вместе с тем и самая обыкновенная и самая исконная — это неблагодарность детей к родителям.

Любовный порыв — первый творец рода человеческого.

Любовь сильнее самолюбия: женщину можно любить, даже когда она презирает вас.

В сострадании меньше нежности, чем в любви.

Привычка — все, даже в любви.

Ясность — вот лучшее упражнение глубокой мысли.

Твердый характер должен сочетаться с гибкостью разума.

Отчаяние есть величайшее из наших заблуждений.

Страстям мы обязаны, быть может, наибольшими победами ума.

Если советы страсти более смелы, чем советы рассудка, то и силы для исполнения их страсть дает больше, чем рассудок.

Самый увлекательный разговор и тот утомляет слух человека, поглощенного страстью.

Самые высокие мысли подсказывает нам сердце.

Любая страсть, владеющая человеком, как бы открывает прямой доступ к нему.

Молодые люди плохо знают, что такое красота: им знакома только страсть.

Пылкое честолюбие с самой юности изгоняет из нашей жизни всякую радость: оно хочет править единовластно.

Кто нечестен там, где речь идет о наслаждении, тот и в делах лишь прикидывается честным. Если даже наслаждение не делает вас человечнее, значит, вы по натуре жестоки, как зверь.

Жестче всех тот, кто мягок из корысти.

Мыслить человека научили страсти.

Гордость — утешительница слабых.

В сущности, почти все, что люди считают зазорным, совершенно невинно. Мы краснеем от того, что небогаты, незнатны, что у нас горб или хромая нога, и еще по множеству поводов, о которых не стоит даже упоминать.

Кто-то заводит разговоры так же панибратски и бесцеремонно, как мы оперлись бы в церкви на соседа, если бы нам стало худо.

Самые кислые люди — это те, которые слащавы из интереса.

Тщеславие есть самое естественное свойство людей, и вместе с тем оно-то и лишает людей естественности.

Редко случается высказать здравую мысль тому, кто всегда тщится быть оригинальным.

Бывают люди, чьи таланты никогда бы не обнаружились, не будь у них еще и недостатков.

Зависть обвиняет и судит без доказательств, она преумножает недостатки, дает малейшим ошибкам громкие названия, язык ее исполнен желчи, преувеличения и несправедливости. Ничто не может успокоить завистника.

Пустое дело — пытаться угодить завистникам.

Мы подмечаем в людях много пороков, но признаем мало добродетелей.

Легкомысленные люди склонны к двоедушию.

Двоедушные люди легко меняют свои правила.

Мы куда усердней подмечаем у писателя противоречия, часто мнимые, и другие промахи, чем извлекаем пользу из его суждений, как верных, так и ошибочных.

Суровость закона говорит о его человеколюбии, а суровость человека — о его узости и жестокосердии.

Люди всегда ненавидят тех, кому причиняют зло.

Мне жаль влюбленного старика: юношеские страсти губительно опустошают изношенное и увядшее тело.

Люди от природы настолько склонны подчиняться, что с них мало законов, управляющих ими в их слабости, им недостаточно повелителей, данных судьбой, — им подавай еще и моду, которая предписывает человеку даже фасон башмаков.

Мы любим иной раз даже такие похвалы, в искренность которых не верим.

Большинство людей в глубине души презирает добродетель и плюет на славу.

«Не хвали человека, пока он жив» — вот правило, изобретенное завистью и слишком поспешно подхваченное философами. Напротив, я утверждаю, что человека нужно хвалить при жизни, если, конечно, он того заслуживает. Отважиться воздать ему должное надлежит именно тогда, когда зависть и клевета ополчаются на его добродетель и талант. Похвалить от души неопасно, опасно незаслуженно огорчить.

Неизменная скупость в похвалах — верный признак посредственного ума.

Бедность так принижает людей, что они стыдятся даже своих добродетелей.

Даже у молодой женщины меньше поклонников, чем у богача, который славится хорошим столом.

Нервы портятся легче, чем исправляются.

Мы слишком мало пользуемся мудростью стариков.

В старости не увеличивается число друзей: все потери тогда безвозвратны.

Советы старых людей — как зимнее солнце: светят, да не греют.

Не следует ждать больших услуг от стариков.

Мысль о смерти вероломна: захваченные ею, мы забываем жить.

Кто не знает цену времени, тот не рожден для славы.

Подлинно хорошая живопись чарует нас до тех пор, пока ее не начнут хвалить другие.

Светские люди не беседуют о таких мелочах, как народ, но и народ не занимается таким вздором, как светские люди.

Необходимость избавляет нас от трудностей выбора.

ВОЛЬТЕР

ВОЛЬТЕР — НАСТОЯЩЕЕ ИМЯ МАРИ ФРАНСУА АРУЭ (1694–1778) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ И ФИЛОСОФ-ПРОСВЕТИТЕЛЬ, ДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЙ ИНОСТРАННЫЙ ПОЧЕТНЫЙ ЧЛЕН ПЕТЕРБУРГСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК. БОРОЛСЯ ПРОТИВ РЕЛИГИОЗНОЙ НЕТЕРПИМОСТИ И МРАКОБЕСИЯ, ФЕОДАЛЬНО-АБСОЛЮТИСТСКОГО МИРОВОЗЗРЕНИЯ. С ЕГО ИМЕНЕМ СВЯЗАНО РАСПРОСТРАНЕНИЕ В РОССИИ ТАК НАЗЫВАЕМОГО ВОЛЬТЕРЬЯНСТВА, ПОД КОТОРЫМ ПОНИМАЮТ ДУХ СВОБОДОМЫСЛИЯ, ПАФОС НИСПРОВЕРЖЕНИЯ АВТОРИТЕТОВ, ИРОНИЮ.

Отчизна — это край, где пленница душа.

Нет человека, в котором не было бы чего-нибудь ненавистного, в котором не был бы скрыт лютый зверь, но лишь немногие честно говорят, как они справляются с этим лютым зверем.

Моя любовь к отечеству не заставляет меня закрывать глаза на заслуги иностранцев. Напротив, чем более я люблю отечество, тем более и стремлюсь обогатить мою страну сокровищами, извлеченными не из его недр.

Если бы бога не существовало, его следовало бы выдумать.

Все к лучшему в этом лучшем из миров.

Суди о человеке больше по его вопросам, чем по его ответам.

Главное — ладить с самим собой.

Всегда наслаждаться — значит вовсе не наслаждаться.

Пользуйтесь, но не злоупотребляйте — таково правило мудрости. Ни воздержание, ни излишества не дают счастья.

Мы потому клеймим ложь наибольшим позором, что из всех дурных поступков этот легче всего скрыть и проще всего совершить. Слезы — это немая речь.

Люби истину, но будь снисходителен к заблуждениям.

Не все, что является фактом, заслуживает того, чтобы быть описанным.

К живым следует относиться доброжелательно, о мертвых же нужно говорить только правду.

Никто, конечно, не рождается на свет с уже готовыми понятиями о праве и справедливости, но человеческая природа устроена так, что в известном возрасте эти истины естественным образом вырабатываются.

Честного человека можно преследовать, но не обесчестить.

Труд часто является отцом удовольствия.

Чем более читаете, не размышляя, тем более уверяетесь, что много знаете, а чем более размышляете, читая, тем яснее видите, что знаете еще очень мало.

Жить — значит, работать. Труд есть жизнь человека.

Работа избавляет нас от трех великих зол: скуки, порока, нужды.

Никогда не бывает больших дел без больших трудностей.

Видеть и делать новое — очень большое удовольствие.

Не дело создано для мысли, а мысль создана для дела.

Человек создан для действия. Не действовать и не существовать для человека — одно и то же.

Ленивые всегда бывают людьми посредственными.

Честь — это бриллиант на руке у добродетели.

Торжество разума заключается в том, чтобы уживаться с людьми, не имеющими его. Многочисленность фактов и сочинений растет так быстро, что в недалеком будущем придется сводить все к извлечениям и словарям.

Он, должно быть, невежественный человек, поскольку отвечает на все вопросы, которые ему задают.

Теории подобны мышам: они проходят через девять дыр и застревают в десятой.

Люди мало размышляют, они читают небрежно, судят поспешно и принимают мнения, как принимают монету, потому что она ходячая.

Выдать чужой секрет — предательство, выдать свой — глупость.

Чтобы добиться успеха в этом мире, недостаточно быть просто глупым, нужно еще иметь хорошие манеры.

Глуп тот человек, который остается всегда неизменным.

Признательность не всегда красноречива. Сколько нелепостей говорится людьми только из желания сказать что-нибудь новое.

Когда сказать нечего, всегда говорят плохо.

Прекрасная мысль теряет всю свою цену, если дурно выражена, а если повторяется, то наводит на нас скуку.

Знать много языков — значит, иметь много ключей к одному замку.

Язык имеет большое значение еще и потому, что с его помощью мы можем прятать наши мысли.

Способ нагнать скуку состоит в том, чтобы говорить решительно все.

Искусство быть скучным состоит в том, чтобы говорить все.

Что сделалось смешным, не может быть опасным.

Откапывая ошибки, теряют время, которое, быть может, употребили бы на открытие истин. Объясненная шутка перестает быть шуткой.

Читая авторов, которые хорошо пишут, привыкают хорошо говорить.

Читая в первый раз хорошую книгу, мы испытываем то же чувство, как при приобретении нового друга. Вновь прочитать уже читанную книгу — значит, вновь увидеть старого друга.

Книги на злобу дня умирают вместе со злободневностью.

Почему не поднять голос против злодеев прошлого, знаменитых основоположников суеверия и фанатизма, тех, кто впервые схватил на алтаре нож, чтобы отдать на заклание строптивых, не желающих принять их воззрения?

С религией получается то же, что с азартной игрой: начавши дураком, кончишь плутом.

Самый нелепый из всех деспотизмов, самый унизительный для человеческой природы, самый несообразный и самый зловредный — это деспотизм священников.

Наиболее суеверные эпохи были всегда эпохами самых ужасных преступлений.

Величайшие распри производят меньше преступлений, чем религиозный фанатизм.

Суеверные в обществе — то же, что трусливые в войске: они сами чувствуют и возбуждают в других панический ужас.

Многочисленность законов в государстве есть то же, что большое число лекарей: признак болезни и бессилия.

Свобода состоит в том, чтобы зависеть только от законов.

Только слабые совершают преступления: сильному и счастливому они не нужны.

Кто прощает преступление, становится его сообщником.

Никогда двадцать огромных томов не сделают революции, ее сделают маленькие карманные книжки в двадцать су. Добродетель и порок, моральное добро и зло во всех странах определяются тем, полезно или вредно данное явление для общества.

Твердость есть мужество ума, она предполагает просвещенную решимость. Упрямство, напротив, предполагает ослепление.

Для великих дел необходимо неутомимое постоянство.

Прекрасно быть скромным, но не следует быть равнодушным.

Угрызения совести есть единственная добродетель, остающаяся у преступников.

Люди никогда не испытывают угрызений совести от поступков, ставших у них обычаем.

Истинное мужество обнаруживается во время бедствия.

Величайшее удовольствие, какое только может чувствовать честный человек, — это доставлять удовольствие своим друзьям.

Слабость с обеих сторон — такова, как известно, особенность всех ссор.

Ни на что не годится тот, кто годится только для самого себя.

Если люди долго спорят, то это доказывает, что то, о чем они спорят, неясно для них самих.

Затянувшаяся дискуссия означает, что обе стороны неправы.

Глаза дружбы редко ошибаются.

Все почести этого мира не стоят одного хорошего друга.

Любовь — самая сильная из всех страстей, потому что она одновременно завладевает головою, сердцем и телом.

Бурная ревность совершает больше преступлений, чем корысть и честолюбие.

Внеобщественный человек не может иметь морали.

Мрачная ревность неверною поступью следует за руководящим ею подозрением, перед нею с кинжалом в руке идут ненависть и гнев, разливая свой яд. За ними следует раскаяние.

Каждый отец семейства должен быть хозяином у себя дома, а не в доме соседа.

Хорошие характеры, как и хорошие сочинения, не столько поражают вначале, сколько под конец.

Великие горести оказываются всегда плодом необузданного корыстолюбия.

Страсти — это ветры, надувающие паруса корабля; ветер, правда, иногда топит корабль, но без него корабль не мог бы плыть.

Тот, кто желает лишить человека страстей на том основании, что они опасны, уподобляется тому, кто пожелал бы выпустить из человека всю кровь, исходя из того, что она является причиной апоплексического удара.

Гордость людей низких состоит в том, чтобы постоянно говорить о самом себе, людей же высших — чтобы вовсе о себе не говорить.

Всякое желание есть зачаток новой скорби.

Самолюбие есть надутый воздухом шар, из которого вырываются бури, когда его прокалывают.

Бесконечно маленькие люди имеют бесконечно великую гордость.

Постоянная важность является лишь маскою посредственности.

Зависть — яд для сердца.

Надежда выздороветь — половина выздоровления.

Старость создана для того, чтобы получать огорчения, но она должна быть достаточно благоразумна для того, чтобы переносить их безропотно.

Для глупца старость — бремя, для невежды — зима, а для человека науки — золотая жатва.

Старый поэт, старый любовник, старый певец и старый конь никуда не годятся. В бессмертие отправляются с небольшим багажом.

С летами все страсти умирают, только себялюбие никогда не умирает.

Лучшее — враг хорошего.

ГАЛИЛЕЙ

ГАЛИЛЕО ГАЛИЛЕЙ (1564–1642) — ИТАЛЬЯНСКИЙ УЧЕНЫЙ, ОДИН ИЗ ОСНОВАТЕЛЕЙ ТОЧНОГО ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ. В ОТЛИЧИЕ ОТ ДЖОРДАНО БРУНО, ПЕРЕД ЛИЦОМ ИНКВИЗИЦИИ ОТРЕКСЯ ОТ УЧЕНИЯ КОПЕРНИКА, ЧТОБЫ СОХРАНИТЬ ВОЗМОЖНОСТЬ РАБОТАТЬ, ПРОДОЛЖАТЬ ИССЛЕДОВАНИЯ. ОСТАВШИЕСЯ ЕМУ ДО СМЕРТИ СЕМЬ ЛЕТ ПРОДОЛЖАЛ ДОБИВАТЬ АРИСТОТЕЛЕВСКУЮ ФИЗИКУ. СТАЛ СИМВОЛОМ УЧЕНОГО, РАДИ НАУКИ, РАДИ ИСТИНЫ ЖЕРТВУЮЩЕГО ДАЖЕ СВОЕЙ ЧЕСТЬЮ.

Только со смертью догмы начинается наука.

Поистине, как у того нет ушей, так и у этих глаза закрыты для света истины… Этот род людей думает, что философия — какая-то книга, как «Энеида» или «Одиссея», истину же надо искать не в мире, не в природе, а в сличении текстов.

Аристотель научил меня удовлетворять свой разум только тем, в чем убеждают меня рассуждения, а не только авторитет учителя.

Говорить путано умеет всякий, говорить ясно — немногие.

Невежество — мать злобы, зависти, алчности и всех прочих низких и грубых пороков, а также грехов.

Требовать, чтобы люди отказывались от собственных суждений и подчинялись суждениям других, и назначать лиц, совершенно невежественных в науке или искусстве, судьями над людьми учеными — это такие новшества, которые способны довести до гибели и разрушить государство.

Такова сила истины: вы пытаетесь ее опровергнуть, но сами ваши нападки возвышают ее и придают ей большую ценность.

ГВИЧЧАРДИНИ

ФРАНЧЕСКО ГВИЧЧАРДИНИ (1483–1540) — ИТАЛЬЯНСКИЙ ИСТОРИК, ФИЛОСОФ-ГУМАНИСТ И ПОЛИТИЧЕСКИЙ ДЕЯТЕЛЬ.

Нельзя пренебрегать исполнением долга из одного только страха нажить себе врагов или кому-нибудь не понравиться. Исполнение долга дает человеку славу, польза от которой больше, чем вред от возможного врага.

У человека, слава которого гремит, никогда не будет недостатка в друзьях, в приязни и доброжелательстве людей.

Нет ничего драгоценнее друзей, не теряйте поэтому случая приобретать их, когда только можете.

У всех есть недостатки — у кого больше, у кого меньше. Вот почему и дружба, и помощь, и общение были бы невозможны, если бы не существовало между нами взаимной терпимости.

Пусть неблагодарность многих не отпугивает вас от того, чтобы делать людям добро, ведь помимо того, что благотворение само по себе и без всякой другой цели — дело благородное, но, делая добро, встречаешь иной раз в ком-нибудь одном столько благодарности, что это вознаграждает за всю неблагодарность других.

Самое большое испытание человека устоять не столько против неудач, сколько против счастья.

Нужно, чтобы все мы помнили, что должны умереть, и чтобы все жили так, как если бы были уверены, что должны жить вечно.

ГЕЛЬВЕЦИЙ

КЛОД АНДРИАН ГЕЛЬВЕЦИЙ (1715–1771) — ФРАНЦУЗСКИЙ ФИЛОСОФ, ИДЕОЛОГ РЕВОЛЮЦИОННОЙ БУРЖУАЗИИ.

Люди не рождаются, а становятся теми, кто они есть.

Кто сам считает себя несчастным, тот становится несчастным.

Страх перед возможностью ошибки не должен отвращать нас от поисков истины.

Только по поступкам мы судим о внутренних движениях, о мыслях, о действиях, о других чувствованиях. Заблуждение всегда противоречит себе, истина — никогда.

Любовь к истине — это наиболее благоприятное условие для нахождения ее.

Люди обычно считают, что лучше заблуждаться в толпе, чем в одиночку следовать за истиной.

Справедливость наших суждений и наших поступков — не более как удачное совпадение нашего интереса с общественным.

Если хочешь поступать честно, принимай в расчет и верь только общественному интересу. Личный интерес часто вводит в заблуждение.

Лишь по поступкам людей общество может судить об их добродетели.

Чтобы удивиться, достаточно одной минуты, чтобы сделать удивительную вещь, нужны долгие годы.

При невежестве ум чахнет за недостатком пищи.

Любовь к отечеству совместима с любовью ко всему миру. Народ, приобретая свет знания, не наносит тем ущерба своим соседям. Напротив, чем государства просвещеннее, тем больше они сообщают друг другу идей, и тем больше увеличивается сила и деятельность всемирного ума.

Знание некоторых принципов легко возмещает незнание некоторых фактов.

Чтобы быть честным, надо присоединить к благородству души просвещенный ум. Тот, в ком соединены эти различные дары природы, всегда руководствуется компасом общественной пользы.

Всякий изучающий историю народных бедствий может убедиться, что большую часть несчастий на земле приносит невежество.

Покровители невежества суть самые ожесточенные враги человечества.

Ученый может понимать невежду, потому что он сам был таковым в детстве, невежда же не может понимать ученого, ибо никогда таковым не был.

Полное невежество приводит к полному тупоумию.

Воспитание главным образом должно засеять наши сердца полезными для индивида и общества привычками.

Глубокие идеи похожи на чистые воды, прозрачность которых затемнена их же глубиной.

Недостаток ума не следует объяснять недостатком памяти.

Следует свой ум углублять, а не расширять и, подобно фокусу зажигательного стекла, собрать все тепло и все лучи своего ума в одной точке.

Обширность ума измеряется числом идей и сочетаний их.

На земле нет ничего, более достойного уважения, чем ум.

Все ограниченные люди стремятся постоянно опозорить людей основательного и широкого ума. Степень ума, нужная, чтобы нам понравиться, служит довольно точною мерою нашего собственного ума.

Ты хочешь нравиться людям? Цени их ум.

Нет такого ложного суждения, которое не было бы следствием или наших страстей, или нашего невежества.

Книга, достоинство которой заключается в тонкости наблюдений над природой человека и вещей, никогда не может перестать нравиться.

Опыт показывает, что человек считает заблуждающимся всякого человека и плохой всякую книгу, которые расходятся с его взглядами.

Среди книг, как и среди людей, можно попасть в хорошее и в дурное общество.

В каждой стране искусство формировать людей так тесно связано с формой правления, что какоелибо значительное изменение в общественном воспитании вряд ли возможно без изменений в самом государственном строе.

Большая или меньшая степень уважения, питаемая к автору, зависит от большего или меньшего сходства его идей с идеями читателя.

Большинство авторов ведут себя в своих сочинениях так, как светские люди за беседой: занятые только тем, чтобы нравиться, они мало заботятся о том, как достигнуть этого — ложью или истиной.

Чему учит нас история религий? Что они повсюду раздували пламя нетерпимости, устилали равнины трупами, поили землю кровью, сжигали города, опустошали государства, но они никогда не делали людей лучшими.

Между религией и добродетелью нет ничего общего.

Всякий религиозный догмат — это зародыш преступлений и раздоров между людьми.

Все без исключения религии проникнуты фанатизмом и удовлетворяют его потоками человеческой крови.

Скажи мне, с кем ты близок, и я скажу, кто ты. Искусство политики — это искусство делать так, чтобы каждому было выгодно быть добродетельным.

Основа нравов людей заключается отнюдь не в их умозрительных принципах, а в их вкусах и чувствах.

Тот, кто глубоко исследует свою душу, так часто ловит себя на ошибках, что поневоле становится скромным. Он уже не гордится своей просвещенностью, он не считает себя выше других.

Общество признает и уважает только те достоинства, которые доказаны на деле. Кто хочет точно знать, чего он стоит, может узнать это только от народа и, следовательно, должен отдать себя на его суд.

Угрызения совести начинаются там, где кончается безнаказанность.

Многие почему-то думают, что несправедливые завоевания менее позорят государства, чем кражи — отдельных лиц.

Самым мужественным государством бывает то, в котором лучше всего награждается доблесть и сильнее всего наказывается трусость. Только рука друга может вырвать шипы из сердца.

Верный способ судить о характере и уме человека по выбору им книг и друзей.

Любовь становится моральным грехом, когда она делается главным занятием. Она расслабляет тогда ум и заставляет деградировать душу.

Любовь — это дар небес, который требует, чтобы его лелеяли самые совершенные души и самое прекрасное воображение. Пылкие наслаждения усыпляются браком, дар небес утрачивается под влиянием грубого и безвкусного разврата, а выгода превращает его в товар.

Сущность любви заключается в том, чтобы никогда не быть счастливым. Ревность, тревога, потеря имущества — много сказано о хорошей и плохой стороне этой страсти. Чтобы быть счастливым, нужно знать любовь не страстную, а сладострастную.

Желания — это цветы любви, а наслаждения — ее плоды.

Любовь в соответствии с различными характерами по-разному пылает. Во льве жгучее и кровожадное пламя выражается в рычании, в высокомерных душах — в пренебрежении, в нежных душах — в слезах и унынии.

Одинаковое счастье — быть победителем или побежденным в битвах любви.

Человек, не знакомый с искусством верховой езды, не возьмется давать советов, как объезжать лошадей. Но в морали мы бываем менее недоверчивы. Здесь мы всегда считаем себя знающими и способными подавать советы всем людям.

Страсти вводят нас в заблуждение, так как они сосредоточивают все наше внимание на одной стороне рассматриваемого предмета и не дают нам возможности исследовать его всесторонне.

Людям необходима основанная на природе человека, на опыте, на разуме человеческая мораль.

Скупые люди сходны с ипохондриками, которые живут в постоянном страхе, повсюду видят опасности и боятся разбиться от прикосновения к чему-либо.

Нет ничего более опасного, чем страсти, которыми разум управляет в запальчивости.

Страсти — это пресмыкающиеся, когда они входят в сердце, и буйные драконы, когда они уже вошли в него.

Жестокость есть всегда результат страха, слабости и трусости.

Из всех страстей зависть самая отвратительная. Под знаменем зависти шествуют ненависть, предательство и интриги.

Гордость не следует ни подавлять, ни даже ослаблять, ее нужно лишь направлять на достойные цели.

Очень трудно хвалить того, кто столь заслуживает похвалы.

Существуют два способа самовосхваления: один — говорить хорошо о себе, второй — поносить других.

Если хочешь быть богатым, не помышляй увеличить свое имущество, а только уменьши свою жадность.

В юности у человека зарождаются возвышенные мысли, которые должны впоследствии сделать его знаменитым.

ГЕРБЕРТ

ДЖОРДЖ ГЕРБЕРТ (1593–1633) — АНГЛИЙСКИЙ ПОЭТ.

Тот дом хорош, где хороши обитатели.

Выбор жены и покупку меча нельзя передоверять другому.

Тот, кто женится из-за богатства, продает свою свободу.

Всегда глупым не бывает никто, иногда — бывает каждый.

Люди познаются в споре и в пути. Один отец значит больше, чем сто учителей.

Пригоршня добрых дел стоит больше бочки знания.

Из одного цветка не сделаешь венка.

Несправедливо жалуется на море тот, кто терпит крушение вторично.

ГЕРДЕР

ИОГАНН ГОТФРИД ГЕРДЕР (1744–1803) — НЕМЕЦКИЙ ФИЛОСОФ, КРИТИК, ЭСТЕТИК.

В ошибке любой женщины есть вина мужчины.

Истинное величие зиждется на сознании собственной своей силы, ложное же — на сознании слабости других.

Знакомство с мыслями светлых умов составляет превосходное умственное упражнение: оно оплодотворяет ум и изощряет мысль.

Красивое не нуждается в дополнительных украшениях — больше всего его красит отсутствие украшений.

В одиночестве человек — слабое существо, в единении с другими — сильное. Глубокий, проникающий в сердце взгляд друга, слово его совета, его утешения раздвигают и поднимают низко насевшее над ним.

Позорно не наказание, а преступление.

Никакое чтение не требует столь строгой нормы, как чтение отрывочных, разбросанных мыслей.

Если язык человека вял, тяжел, сбивчив, бессилен, неопределен, необразован, то таков, наверное, и ум этого человека, ибо мыслит он только при посредстве языка.

Труд — целительный бальзам, он — добродетели источник.

ГИППЕЛЬ

ТЕОДОР ГОТЛИБ ГИППЕЛЬ (ХИППЕЛЬ) (1741–1796) — НЕМЕЦКИЙ ПИСАТЕЛЬ.

Мужчины обращают внимание на то, что о них думают, а для женщин важнее, что о них говорят.

Собственное сознание своей правоты важнее для человека, нежели двое свидетелей его невинности.

Полуправда опаснее лжи: ложь легче распознать, чем полуправду, которая обычно маскируется, чтобы обманывать вдвойне.

Если кофе проливается на одежду, это уже не кофе, а грязь. Неверные друзья — это ласточки, которых встречаешь только летом, это солнечные часы, польза от которых лишь до тех пор, пока светит солнце.

Скромность украшает гордость, как вода гасит пламя. Она подобна кольцу, которое вдевают в нос медведю.

ГОЛДСМИТ

ОЛИВЕР ГОЛДСМИТ (1728–1774) — АНГЛИЙСКИЙ ПИСАТЕЛЬ-СЕНТИМЕНТАЛИСТ. ИДЕАЛИЗИРОВАЛ ПАТРИАРХАЛЬНЫЙ УКЛАД.

Характер женщины определяется обыкновенно красотой или безобразием ее лица.

Добродетель, которая требует постоянной охраны, едва ли заслуживает часового.

Дружба людей порочных ненадежна: она длится до той лишь поры, покуда служит к взаимной выгоде.

Женщины — первые воспитательницы рода человеческого.

Мы равнодушно принимаем заслуженные комплименты и с признательностью выслушиваем те, на которые, насколько нам известно, мы не имеем никакого права.

Не задавайте мне нелепых вопросов, и я не буду говорить вам неправду.

ГОЛЬБАХ

ПОЛЬ АНРИ ГОЛЬБАХ (1723–1789) — ФРАНЦУЗСКИЙ ФИЛОСОФ, ИДЕОЛОГ РЕВОЛЮЦИОННОЙ БУРЖУАЗИИ, ИНОСТРАННЫЙ ПОЧЕТНЫЙ ЧЛЕН ПЕТЕРБУРГСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК. КРУПНЕЙШИЙ СИСТЕМАТИЗАТОР ВЗГЛЯДОВ ФРАНЦУЗСКИХ МАТЕРИАЛИСТОВ XVIII ВЕКА.

Человек — это восприимчивое, чувствующее, разумное и рассудительное существо, стремящееся к самосохранению и счастью.

Приверженность к любой системе воззрений — не что иное, как результат привычки: уму так же трудно отказаться от привычного образа мышления и усвоить новые представления, как телу — действовать и жить, не пользуясь свойственными ему способностями и органами.

Истина являет себя лишь здоровому духу в здоровом теле.

Религия по существу своему враг человеческих радостей и человеческого благоденствия. Что такое святой с точки зрения всех религий? Это человек, который молится, постится, занимается самоистязанием, бежит от мира, которому, как сове, хорошо только в полном одиночестве.

Духовенство было бы весьма недовольно, если бы его духовный труд оплачивался духовно.

Можно подумать, что религиозная мораль только для того и придумана, чтобы разрушить общество, превратить людей в первобытных дикарей.

Уживчивость, терпимость, человечность — эти основные добродетели всякой моральной системы — совершенно несовместимы с религиозными предрассудками.

Религия представляет собой узду для людей, неуравновешенных по характеру или пришибленных обстоятельствами жизни. Страх перед богом удерживает от греха только тех, кто не способен сильно желать или уже не в состоянии грешить.

Всякая религия по сущности своей нетерпима как в силу своих принципов, так и в силу своих интересов.

Всякий, кто серьезно задумается над религией и ее сверхъестественной моралью, кто трезво взвесит все ее преимущества и недостатки, сможет убедиться, что религия и ее мораль вредны человечеству и, во всяком случае, противоречат природе человека.

Невежество — первая предпосылка веры, и поэтому церковь так высоко его ценит.

Долой разум! — вот основа религии.

Незнание природы является корнем тех неизвестных сил, перед которыми так долго трепетал человеческий род, и тех суеверных вероучений, которые были источниками всех его бедствий.

Человеческий род во всех странах стал жертвой священнослужителей — они назвали религией системы, изобретенные ими для покорения человека, воображение которого они пленили, рассудок которого они затмили, разум которого они стараются уничтожить.

Поклоняться богу — значит, поклоняться вымыслу, созданному человеческим воображением, или попросту поклоняться тому, чего нет.

Ожидание будущего блаженства и страх перед будущими мучениями лишь помешали людям думать о том, чтобы стать счастливыми здесь, на земле.

Все религии, какие мы только видим на земле, дают нам лишь клубок вымыслов и бредней, возмущающих ум.

Незнание естественных причин заставило человека создать богов, обман превратил их во что-то грозное.

Суеверие, завладев душой человека, способно навсегда нарушить ее покой.

Поклонники бога ревнивого, мстительного и кровожадного — таков со всей очевидностью бог иудеев и христиан — не могут быть ни сдержанны, ни терпимы, ни человечны. Поклонники бога, которого могут оскорбить мысли и убеждения его слабых творений, который присуждает к вечным мукам, к истреблению всех, исповедующих иное вероучение, точно так же неизбежно должны быть нетерпимы, жестоки и злопамятны. Мы довольно часто встречаем самых просвещенных людей, продолжающих верить детским предрассудкам… Часто жертвами суеверия оказываются даже гениальные люди: присущая им сила воображения иногда лишь усугубляет их заблуждения и еще больше привязывает к воззрениям, которых они бы устыдились, будь им позволено прибегнуть к собственному разуму… Самые здравомыслящие люди, разумно рассуждающие по поводу любого иного предмета, впадают в детство, как только дело коснется религии.

Говорить, что религия недоступна разуму, значит допускать, что она не создана для разумных существ, значит согласиться с тем, что сами доктора богословия ничего не смыслят в тайнах, которые они каждодневно проповедуют.

Не бог создал человека по своему образу и подобию, а человек всегда творил бога по своему образцу, наделяя его своим умом, своими качествами, особенно — пороками.

Возмездие в жизни загробной — не что иное, как призрак, выдуманный для помрачения человеческого разума, изобретенный для того, чтобы обмануть и сбить с толку людей, чтобы навсегда лишить их спокойствия и превратить в послушных рабов духовенства.

Религия утешает лишь тех, кто не способен охватить ее в целом:

туманные обещания наград могут соблазнить только тех людей, которые не в состоянии задуматься над отвратительным, лживым и жестоким характером, приписываемым религией богу.

Священники скоро заметили, что, работая на богов, они работали на себя, что они могут невозбранно приложить руки к дарам, обетам и жертвам, приносимым существам, которые никогда не предъявляли требований на все эти вещи.

От суеверия следовало бы лечить, как от запоя: суеверие — хроническое заболевание, поддающееся излечению. Правда, никогда нельзя быть уверенным, что эта болезнь не даст рецидива.

Что бы ни говорили наши богословы, не стоит большого труда понять, что христианское вероучение в конечном счете устанавливалось всегда властью императоров и королей; богословские догмы, якобы наиболее угодные богу, в каждой стране преподавались народу посредством вооруженной силы; истинной оказывалась всегда та вера, которую исповедовал государь; правоверными считались всегда те, кто обладал достаточной властью и силой, чтобы истребить врагов, которые объявлялись врагами самого бога.

Стоит только непредубежденными глазами взглянуть на вещи, чтобы убедиться, что священники — чрезвычайно опасные люди. Они ставят себе целью господствовать над умами, чтобы иметь возможность грабить кошельки.

Человек всегда будет искать наслаждений, потому что ему свойственно любить все, что скрашивает и делает приятным существование, никогда не удастся заставить человека любить неудобства и несчастья. Христианская мораль, словно нарочно придуманная для того, чтобы сковать человеческую природу и поработить ее выдуманным призраком, не имела поэтому никакого влияния на большинство людей. Она послужила лишь к тому, чтобы измучить, истерзать некоторые слабые и легковерные души, и не смогла удержать ни одного человека, увлеченного сильной страстью или укоренившейся привычкой.

Чем внимательнее мы будем изучать религию, тем больше будем убеждаться, что ее единственная цель — благополучие духовенства.

Умереть за религию еще не значит доказать, что эта религия истинная и божественная, это доказывает в лучшем случае веру мучеников в то, что их религия такова. Какой-нибудь энтузиаст, идущий ради религии на смерть, доказывает разве только, что религиозный фанатизм часто может быть сильнее привязанности к жизни.

Мораль не имеет ничего общего с религией… религия не только не служит основой морали, но скорее враждебна ей. Истинная мораль должна быть основана на природе человека, мораль религиозная всегда будет зиждиться только на химерах и на произволе тех людей, которые наделяют бога языком, часто в корне противоречащим и природе, и разуму человека.

Никакой необходимости верить в бога нет, а самое разумное — о нем вовсе не думать.

Религия есть не что иное, как искусство занимать ограниченный ум человека предметом, которого он не в состоянии понять.

В вопросах религии людей можно назвать взрослыми детьми.

Самое недостоверное во всякой религии — это ее основа.

Религия по существу своему враг человеческих радостей и человеческого благоденствия. Блаженны нищие! Блаженны плачущие! Блаженны страждущие! Горе тем, кто живет в довольстве и веселье! Таковы те редкостные открытия, которые провозглашает христианство!

Догмы всякой религии оказываются нелепостью с точки зрения другой религии, проповедующей иные, столь же бессмысленные доктрины.

Полагать, что мы обязаны верить в вещи, не доступные нашему разуму, так же нелепо, как утверждать, что бог требует, чтобы мы летали, не имея крыльев.

Выбор религии народом всегда определяется его правителями. Истинной религией всегда оказывается та, которую исповедует государь; истинный бог — тот бог, поклоняться которому приказывает государь; таким образом, воля духовенства, которое руководит государями, всегда оказывается и волей самого бога.

Некий шутник правильно заметил, что истинная религия всегда та, на чьей стороне государь и палач.

Совесть — это наш внутренний судья, безошибочно свидетельствующий о том, насколько наши поступки заслуживают уважения или порицания наших близких.

Суеверие — явление преходящее: никакая сила не может быть долговечной, если она не основывается на истине, разуме и справедливости.

Говорят, что бог терпелив. Но терпеть явное зло не значит ли обнаруживать бессилие или даже соучастие в этом зле?

Отрекитесь навсегда от суеверия, могущего принести лишь несчастье; пусть вашей единственной религией будет естественная мораль, пусть вашей неизменной целью будет счастье, а вашим руководителем — разум, и да поможет вам добродетель достичь этой высокой цели; пусть эта добродетель будет вашим единственным богом. Любить добродетель и жить в добродетели — вот единственный способ поклоняться богу. Если действительно есть бог, заботящийся о своих творениях, бог справедливый, добрый и мудрый, он не прогневается на вас за обращение к разуму.

Пытаться излечить людей от пороков, не искоренив в них предрассудков, бесполезно.

Правосудие есть основание всех общественных добродетелей.

Смерть за какое-либо убеждение так же мало доказывает истинность или превосходство этого убеждения, как и смерть в сражении ни в какой степени не может служить доказательством правоты государя, ради интересов которого многие безумцы готовы отдать свою жизнь.

Говорить, что нравственные идеалы врожденны или представляются результатом инстинкта, — это все равно, что утверждать, будто человек способен читать, не зная еще букв алфавита.

Нравственность есть наука об отношениях, существующих между людьми, и об обязанностях, вытекающих из этих отношений.

Чтобы счастье наше было полно, мы нуждаемся в привязанности и помощи окружающих нас людей, последние же согласятся любить и уважать нас, помогать нам в наших планах, работать для нашего счастья лишь в той мере, в какой мы готовы работать для их благополучия, эту необходимую связь называют нравственным долгом, нравственной обязанностью.

Чтобы постичь истинные основы морали, людям нет необходимости ни в богословии, ни в откровениях, ни в богах, для этого достаточно простого здравого смысла.

Никогда нельзя жить счастливо, если все время дрожишь от страха.

Страх всегда был и будет самым верным средством обмана и порабощения людей.

Мораль есть единственный культ, единственная естественная религия человека на земле, единственное, что должно занимать его в этом мире. Только выполняя требования этой морали, мы можем считать себя выполняющими божественную волю. Если действительно бог сделал человека тем, что он есть, то, стало быть, бог наделил его и чувством самосохранения, и стремлением к счастью. Если это бог сотворил нас разумными, значит, он пожелал, чтобы мы считались с разумом, разбираясь, где добро и зло, полезное и вредное. Если он сделал нас существами общественными, значит, он хотел, чтобы мы жили в обществе и стремились к его сохранению и благополучию.

Никакой бог ничего не поделает с тем человеком, который настолько неразумен, что пренебрегает общественным мнением, игнорирует приличия, попирает законы и обрекает самого себя на позор и проклятие своих ближних. Всякий здравомыслящий человек легко поймет, что в этом мире уважение и любовь окружающих нужны для его собственного счастья и что для всех, кто вредит себе своими пороками и навлекает на себя презрение общества, жизнь становится мучительным бременем.

Друг, бесполезный для своего друга, становится для него чужим человеком.

Делать счастливыми других — вот самый верный способ стать счастливым в этом мире, быть добродетельным — значит, заботиться о счастье себе подобных.

Ни один человек не может быть героем в глазах своего лакея. Неудивительно, что бог, из которого священники делают пугало для других, мало пугает их самих и почти не оказывает никакого влияния на их поведение.

ГОЛЬДОНИ

КАРЛО ГОЛЬДОНИ (1707–1793) — ИТАЛЬЯНСКИЙ ДРАМАТУРГ, СОЗДАТЕЛЬ НАЦИОНАЛЬНОЙ КОМЕДИИ.

Человек с хорошей книгой в руках никогда не может быть одиноким.

Кто умеет довольствоваться малым, тот богат.

Любовь под маскою походит на огонь под пеплом.

Молодые жены старых мужей обычно еще при жизни мужа думают о том, кто утрет им слезы.

Ревность — это источник мук для влюбленного и обид для любимой.

Ложная скромность так же гнусна, как и тщеславие.

ГРАСИАН

БАЛЬТАСАР ГРАСИАН (1601–1658) — ИСПАНСКИЙ ПИСАТЕЛЬ-МОРАЛИСТ.

Есть люди со свойством той посуды, что впитывает запах первой налитой в нее жидкости, — что благовонной, что вонючей.

Важнее разбираться в видах и свойствах людей, чем трав и камней. Это одно из самых тонких житейских искусств.

Осанка человека — фасад души.

Все люди о себе высокого мнения, и тем больше мнят, чем меньше стоят.

В двадцать лет царит чувство, в тридцать — талант, в сорок — разум.

Возможные горести превратить в радости — значит уметь жить.

Истина — удел немногих, заблуждение же обычно и повсеместно.

Не лгать, но и всей правды не говорить. Ничто не требует столь осторожного обращения, как правда, — это кровопускание из самого сердца нашего. Немалое нужно уменье и чтобы сказать правду, и чтобы о ней умолчать… не всякую правду сказать можно: об одной умолчи ради себя, о другой — ради другого.

Правду мы часто видим, но редко слышим — в чистом виде почти никогда, особенно когда она идет издалека: в ней тогда есть примесь пристрастий, через которые она прошла.

Никогда не показывай полдела — пусть любуются в законченном виде. Начало всегда нескладно, и нескладный этот образ остается в воображении, память о нем мешает насладиться вещью, уже завершенной.

Всегда и во всем впереди шествует Ложь, увлекая глупцов пошлой своей крикливостью. Последнею и поздно приходит Правда, плетясь вслед за хромым Временем… На поверхности всегда Обман, на него-то и наталкиваются люди поверхностные. Подлинная же Суть замыкается в себе, дабы ее лучше ценили знающие и разумеющие.

Каждый должен быть величествен в своем деле.

Поступки — плоды помыслов. Будут разумные помыслы — будут хорошие поступки.

При непогоде житейской всего лучше сложить руки и выждать, пока буря уляжется: отступишь сейчас — победишь потом. Ручей и от ветерка замутится, и вода станет прозрачна не твоими стараниями, а когда от нее отойдешь. Нет лучшего средства от неурядиц, чем предоставить им идти своим чередом, — все как-нибудь уладится.

Понимать жизнь и разбираться в людях — далеко не одно и то же. Великая премудрость — постигать характеры и улавливать настроения.

Во всяком деле, коль знаешь мало, держись проверенного. Порядочность обнаруживается в речах, но куда вернее — в делах.

Действовать, когда сомневаешься в разумности деяния, — опасно, лучше воздержись. Благоразумие не допускает неуверенности, оно всегда шествует при полуденном свете разума.

Мудрый ценит всех, ибо в каждом замечает хорошее.

Мир полон дураков, да никто глупости своей не замечает, даже не подозревает.

Глуп, кто глупцов не узнает, и еще глупее тот, кто, распознав, от них не уйдет. Опасные при поверхностном общении, они губительны при доверчивой близости.

Разумному больше пользы от недругов, чем глупцу от друзей.

Все глупцы упрямы, а все упрямцы глупы.

Говорить кстати лучше, чем говорить красноречиво.

Существует множество людей, которые никогда не теряют рассудок только потому, что вообще им не обладают.

Металл узнается по звону, а человек — по слову.

Язык голову бережет.

Стрелы пронзают плоть, а злые слова — душу.

Слова имеют цену как залог дел.

Выпустить слово легко, да поймать трудно. В разговоре, как в завещании: меньше слов — меньше тяжб. Беседуя о пустяках, прощупывай почву для дел поважней. В скрытности есть что-то божественное. Кто в беседе легко открывается, того легко убедить — и победить.

Люди опытные по языку узнают пульс духа, недаром сказал мудрец: «Говори, коль хочешь, чтобы я тебя узнал…»

Особенно опасна откровенность дружеская: сообщил свои тайны другому — стал его рабом… Итак, тайн не выслушивай и сам не сообщай.

Шутка дозволенная приятна, а какую кто стерпит, зависит от способности терпеть. Кто от колкости выходит из себя, дает повод вновь кольнуть.

Молчание — алтарь осторожности.

Некоторые ценят книги по их объему, точно написаны они для упражнения рук, а не ума.

Пленять сердца — великая победа! Ее не одержишь ни безрассудной отвагой, ни докучным шутовством — дается она лишь благопристойной уверенностью, порождаемой нравом и опирающейся на достоинства.

Герою свойственно сближаться с героями, таинственное это и прекрасное свойство — одно из чудес природы.

Не надо быть невеждою, но невеждой притвориться иногда не худо. С глупцом ни к чему быть мудрецом, с безумным — благоразумным: с каждым говори на его языке.

Угодничество опаснее ненависти.

Даже вежливость бывает оскорбительна, когда подчеркивается.

Уважай себя, если хочешь, чтобы тебя уважали.

Не надо быть только голубем. С голубиной кротостью да сочетается хитрость змеиная! Легко обмануть человека порядочного: кто сам не лжет, всем верит, кто не обманывает, другим доверяет. Обману отдаются не только по глупости, но и от честности. Два рода людей способны предвидеть и обезвредить обман: обманутые, проученные на своей шкуре, и хитрые, рассчитавшиеся чужой. Пусть проницательность будет столь же четка в подозрениях, сколь хитрость ловка в кознях. И не надо быть настолько благодушным, чтобы толкать ближнего своего на криводушие. Соединив в себе голубя и змею, будь не чудовищем, но чудом.

Пусть никто не знает предела твоих возможностей, иначе дашь повод для разочарования. Никогда не позволяй видеть тебя насквозь. Когда не знают и сомневаются, почитают больше, чем когда все твои силы, хоть и большие, налицо.

Не отказывай сразу, пусть разочарование входит по капле.

Слыви лучше осторожным, нежели хитрым. Искренность всем приятна, хотя каждому угодна вчуже. Будь с виду простодушен, но не простоват, проницателен, но не хитер. Лучше, чтобы тебя почитали как человека благоразумного, нежели опасались двуличного.

Не давай себя опутывать обязательствами всем и каждому — станешь рабом, причем всеобщим… Лучше пусть от тебя зависят многие, нежели тебе зависеть от одного.

И сам не фамильярничай и другим не дозволяй. Панибратство губительно для превосходства, присущего человеку порядочному, а затем — и для почтения к нему.

На многое в делах домочадцев, друзей и особенно врагов смотри сквозь пальцы. Придирчивость всегда неприятна, а как черта характера — несносна. Постоянно возвращаться к чему-то неприятному — род мании.

Уметь просить: для одних нет ничего труднее, для других — ничего легче. Есть люди, не умеющие отказывать, к таким не надобно и подхода. Есть другие, у кого «нет» — первое слово в любой час дня, с такими надобна сноровка.

Сдержанностью своей выведешь сдержанность другого из границ — тут-то и обнаружатся его желания, хотя сердце его было непроницаемо.

Дабы в беседе быть приятным, приноравливайся к характеру и уму собеседников. Не строй из себя цензора чужих слов и выражений, иначе тебя сочтут педантом, тем более не придирайся к мыслям и суждениям, а то тебя будут избегать, даже вовсе от тебя отвернутся. Благоразумие в беседе важней, чем красноречие.

Хочешь уважения — не начинай с оскорбления.

Насмешки терпеть, но самому не насмехаться. Первое — вид учтивости, второе — драчливость.

Кто средь общего веселья сердится, сродни ослу и ослом себя выказывает.

Учись разгадывать выражение лица, по внешним знакам читать душу. Различай: кто всегда смеется — от глупости, кто никогда не смеется — от злости.

Никогда не дерись с тем, кому нечего терять: это неравный поединок. Чтобы завоевать благоволение, нужны благодеяния: твори добро направо и налево, не скупись на благие слова и еще лучше дела — люби, дабы быть любимым.

Зрелость разума узнается по неспешности доверия… Но не подавай виду, что не веришь, — это невежливо, даже оскорбительно: ты тогда даешь понять собеседнику, что либо он обманывает, либо сам обманут…

Притворное сомнение — наилучший ключик, с помощью которого любопытство раскроет все, что пожелает.

О человеке судят по его друзьям.

Нет безотрадней пустыни, чем жизнь без друзей, — дружба умножает блага и облегчает беды, отрада души, она единственное лекарство от враждебной судьбы.

Годных в добрые друзья мало, а для того, кто отобрать не умеет, — еще меньше.

Ищи любви, идущей не столько от сердца, сколько от разума, — она-то достойна личности. Важные друзья — для важных дел…

Поэтому иметь важных друзей и уметь их сберечь — важней, чем деньги иметь.

Порой, чтобы потерять друга, хватит неоплатной услуги: не в силах долг отдать, он отдаляется — должник стал недругом.

Одни друзья хороши вдали, другие — вблизи, тот, кто не очень пригоден для беседы, бывает превосходен в переписке. Расстояние сглаживает изъяны, невыносимые при близком общении.

Худшие враги — из бывших друзей: бьют по твоим слабостям, им одним ведомым, по наиболее уязвимому месту.

Господство над своими страстями — свойство высшего величия духа. Сама эта возвышенность ограждает дух от чуждых ему низменных влияний. Нет высшей власти, чем власть над собой, над своими страстями, чем победа над их своеволием.

Когда путь неясен, держись людей мудрых и осторожных — рано или поздно они находят удачный выход. Выражение удивления — этикет невежества.

Непринужденность во всем. Она животворит достоинства, вдохновляет речи, одушевляет дела, красит все прекрасное в человеке.

Для человека порядочного нет дороже того, что ему дали даром.

Не жди, пока вода подойдет к горлу, уходи заранее, зрелым размышлением предотвращай жестокость ударов.

Из всякого пустяка дело делать — самое пустое дело. Равно глупо всей душой скорбеть о том, что для тебя неважно, и пальцем не шевельнуть о том, что для тебя существенно.

Когда ведешь разговор или спор, веди его так, как если бы ты играл в шахматы.

Неприятных вестей не сообщай и, паче того, не слушай. Не перегружай себя ни трудами, ни чужой завистью — ты загубишь свою жизнь и умертвишь свой дух. Иные распространяют это правило и на знания, но ведь, кто не познает, тот не живет.

От упорства в споре больше потеряешь, чем выгадаешь, победив, — ты не истину отстаиваешь, а свою невоспитанность.

Много рассуждать — споры затевать.

Кого ничто не сердит, у того нет сердца, а бесчувственный не может быть личностью.

Тщеславная суетливость всегда несносна, в делах же смехотворна.

Желание — мера ценности.

Не будь придирой — чтобы себя не срамить и других не сердить.

Верный способ быть любезным — всегда быть невозмутимым.

Видя в людях дурное, не радуйся, тем более не обсуждай. Сплетник ненавистен вовеки. Скажешь худое, услышишь худшее.

Не всегда возражай на возражения.

Никогда не спеши и не горячись. Научись властвовать собой, тогда будешь властвовать другими.

Умей владеть собой, дабы ни в счастье, ни в несчастье тебя не осудили за несдержанность, но дивились бы высоте духа.

Пусть твоя любезность служит приманкой скорее для чувств, нежели для выгод, либо для того и другого. Одних достоинств недостаточно, коль не прибегают к приятности, только она сделает тебя любимым.

Любезность скрашивает: позлащает «нет», подслащает истину, подрумянивает даже старость. Во всех делах важно как: приветливость, подобно шулеру, играет наверняка.

Хорошее вдвойне хорошо, когда оно коротко. Кто чувствителен к мелочам, выказывает мелкую душу.

Чрезмерная простота в обхождении отдает пошлостью.

Не терзай себя недовольством — это малодушие, но и самодовольство — малоумие.

Лучшая месть — забвение, оно похоронит врага в прахе его ничтожества.

Оригинальничанье — это некий самообман, вначале приятный, соблазняющий новизной и прямой остротой, но затем, когда ничего хорошего не получится и ты прозреешь, весьма прискорбный.

Завистник не один раз умирает, а столько, сколько похвал слышит сопернику.

Мерило истинного удовлетворения — похвала славных и в деле сведущих. Лучший способ достигнуть желаемого — пренебречь.

Дабы унять злословие, не обращай внимания.

День без ссор — крепкий сон.

Не доводи до разрыва — от него всегда страдает доброе имя.

ГРИГОРИЙ НАЗИАНЗИН

ГРИГОРИЙ НАЗИАНЗИН (ГРИГОРИЙ БОГОСЛОВ) (ОК. 330 — ОК. 390) — ГРЕЧЕСКИЙ ПОЭТ И ПРОЗАИК, ЦЕРКОВНЫЙ ДЕЯТЕЛЬ И МЫСЛИТЕЛЬ.

Бог творит все, как хочет, а человек — как может.

Безумен, кто в богатстве забудет друга.

Злой человек и в богатстве живет неправедно.

Старайся всякому делать добро, а не себе одному.

Не красота всякой женщины — золото, но ум и молчание. Праведная жена — богатство дому и спасенье мужу.

Дурная жена в дому подобна злой вьюге.

Добрая жена любит труд и спасает от зла.

Пугливый муж пугливые мысли имеет.

Мудрым решения ночью приходят.

Мужу, в беду попавшему, не сотвори зла — и тебя не постигнет зло.

Никто о себе не скажет: я злодей.

Лучше смолчать, чем худое молвить.

Говорящий плохое — всегда в убытке.

Изрекать могут многие — понимают не все.

Одного невозможно избыть человеку: стремленья к женщине. Ссоры любящих длятся недолго.

Не суди по виду, суди по делам.

Не сыскать ни одной жизни, без печали прошедшей.

Многих, творящих зло, оправдает их чин.

Беседы, долго идущие, пожирают жизнь.

Душе израненной доброе слово — лекарство.

Д’АЛАМБЕР

ЖАН ЛЕРОН Д’АЛАМБЕР (1717–1783) — ФРАНЦУЗСКИЙ МАТЕМАТИК, МЕХАНИК И ФИЛОСОФ-ПРОСВЕТИТЕЛЬ, ИНОСТРАННЫЙ ПОЧЕТНЫЙ ЧЛЕН ПЕТЕРБУРГСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК.

Легкомыслие смотрит легко на вещи серьезные и серьезно на вещи вздорные.

Одна лишь посредственность не имеет врагов.

Нельзя никого тронуть, не будучи в душе тронутым, нельзя никого убедить, не будучи в душе убежденным.

Истинно честный человек должен предпочитать себе — семью, семье — отечество, отечеству — человечество. Иные люди считают себя глубокими, между тем как они просто пошлые.

Нет ничего опаснее в обществе, чем человек без характера.

Часто неясность происходит столько же от многословия, сколько и от излишней краткости.

Истинное равенство граждан состоит в том, чтобы все они одинаково были подчинены законам.

ДАНИИЛ ЗАТОЧНИК

ДАНИИЛ ЗАТОЧНИК (XII–XIII ВВ.) — ДРЕВНЕРУССКИЙ ПИСАТЕЛЬ И ПРОСВЕТИТЕЛЬ.

Как в утлый мех воду лить, так безумного учить.

Безумных ни орют, ни сеют, но сами рождаются.

Как псам и свиньям не надо злата и серебра, так глупому — мудрых слов.

Мертвеца не рассмешишь, а глупого не научишь.

Коли пожрет синица орла, коли камение восплывет по воде, коли свиния почнет на белку лаяти, тогда безумный уму научится.

Лучше слушать спор умных, нежели наставления глупых.

Всякий человек хитр и мудр о чужой беде, а о своей не может смыслить.

Злато искушается огнем, а человек — напастьми.

Богатый муж везде знаем и на чужой стороне друзей имеет, а бедный и в своей стороне ненавидим ходит.

Девица губит красоту свою блудом, а мужчина мужество — воровством.

ДАНТЕ

ДАНТЕ АЛИГЬЕРИ (1265–1321) — ГЕНИАЛЬНЫЙ ПОЭТ, СОЗДАТЕЛЬ ИТАЛЬЯНСКОГО ЛИТЕРАТУРНОГО ЯЗЫКА, МЫСЛИТЕЛЬ, УЧЕНЫЙ И ПОЛИТИК. ВОСПРИНИМАЛ МИР В ЕГО ОРГАНИЧЕСКОМ ЕДИНСТВЕ. ОКАЗАЛ БОЛЬШОЕ ВЛИЯНИЕ НА РАЗВИТИЕ ЕВРОПЕЙСКОЙ КУЛЬТУРЫ. ПО ОПРЕДЕЛЕНИЮ Ф. ЭНГЕЛЬСА, «ПОСЛЕДНИЙ ПОЭТ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ И ВМЕСТЕ С ТЕМ ПЕРВЫЙ ПОЭТ НОВОГО ВРЕМЕНИ».

Самый мудрый человек тот, кого больше всего раздражает потеря времени.

Следуй своей дорогой, и пусть люди говорят что угодно.

Нет большего мученья, как о поре счастливой вспоминать. Сострадание — это не чувство, скорее, это благородное расположение души, готовое к тому, чтобы воспринять любовь, милость и другие добродетельные чувства.

Самые жаркие уголки в аду оставлены для тех, кто во времена величайших нравственных переломов сохранял нейтралитет.

Не действуй против божества влюбленных: Какое бы ты средство ни привлек, Ты проиграешь битву, будь уверен.

ДЕКАРТ

РЕНЕ ДЕКАРТ (1596–1650) — ФРАНЦУЗСКИЙ ФИЛОСОФ, МАТЕМАТИК, ФИЗИК И ФИЗИОЛОГ. ПРЕДСТАВЛЯЛ ЧЕЛОВЕКА В ВИДЕ СВЯЗИ БЕЗЖИЗНЕННОГО ТЕЛЕСНОГО МЕХАНИЗМА С ДУШОЙ, ОБЛАДАЮЩЕЙ МЫШЛЕНИЕМ И ВОЛЕЙ.

Я мыслю, следовательно, существую.

Большинство голосов не есть неопровержимое свидетельство в пользу истин, нелегко поддающихся открытию, по той причине, что на такие истины натолкнется, скорее, отдельный человек, чем целый народ.

Нет таких отдаленных явлений, познания которых нельзя было бы достичь, и нет таких таинственных явлений, которые нельзя было бы понять.

Целью научных знаний должно быть направление ума таким образом, чтобы он выносил прочные и истинные суждения о всех встречающихся предметах.

Разум — это зажигательное стекло, которое, воспламеняя, само остается холодным.

Для того чтобы усовершенствовать ум, надо больше размышлять, чем заучивать.

Мало иметь хороший ум, главное — хорошо его применять.

Беседовать с писателями других веков — почти то же, что путешествовать.

Чтение хороших книг — это разговор с самыми лучшими людьми прошедших времен, и притом такой разговор, когда они сообщают нам только лучшие свои мысли.

Трусость очень вредна потому, что она удерживает волю от полезных действий.

Уединение нужно искать в больших городах. Уважение других дает повод к уважению самого себя.

Кто берется давать наставления, должен считать себя искуснее тех, кому он их дает, малейшая его погрешность заслуживает порицания.

Нет ни одного порока, который так вредил бы благополучию людей, как зависть, ибо те, которые им заражены, не только огорчают самих себя, но и омрачают также радость других.

Наблюдайте за вашим телом, если хотите, чтобы ваш ум работал правильно.

ДЕРЖАВИН

ГАВРИИЛ РОМАНОВИЧ ДЕРЖАВИН (1743–1816) — РУССКИЙ ПОЭТ, ВИДНЕЙШИЙ ПРЕДСТАВИТЕЛЬ РУССКОГО КЛАССИЦИЗМА. ВЫСОКИМИ ГРАЖДАНСКИМИ ЧУВСТВАМИ, МОЩЬЮ И САМОБЫТНОСТЬЮ СВОЕГО ТВОРЧЕСТВА ОКАЗАЛ ОГРОМНОЕ ВОЗДЕЙСТВИЕ НА РАЗВИТИЕ РУССКОЙ ПОЭЗИИ. ОДИН ИЗ НЕПОСРЕДСТВЕННЫХ ПРЕДШЕСТВЕННИКОВ ПУШКИНА.

Известно, что пламенное чувство изъясняется кратко, но сильно.

Чрезмерная похвала — насмешка.

Осел останется ослом, Хотя осыпь его звездами; Где должно действовать умом, Он только хлопает ушами.

Дружба не услуга, за нее не благодарят.

Славяно-российский язык, по свидетельству самих иностранных эстетиков, не уступает ни в мужестве латинскому, ни в плавности греческому, превосходя все европейские: итальянский, французский и испанский, кольми паче немецкий.

Мила нам добра весть о нашей стороне: Отечества и дым нам сладок.

Живи и жить давай другим.

Умеренность есть лучший пир.

Когда народ кого не любит,

Полки его и деньги — прах.

Я князь, коль мой сияет дух,

Владелец, коль страстьми владею,

Болярин, коль за всех болею…

Моих врагов червь кости сгложет, А я пиит — я не умру… В могиле буду я, но буду говорить.

Сегодня льстит надежда лестна, А завтра — где ты, человек? Едва часы протечь успели, Хаоса в бездну улетели, И весь, как сон, прошел твой век…

ДЕФО

ДАНИЕЛЬ ДЕФО (ОК. 1660–1731) — АНГЛИЙСКИЙ ПИСАТЕЛЬ, ПОЛИТИЧЕСКИЙ ДЕЯТЕЛЬ, ЗАЧИНАТЕЛЬ АНГЛИЙСКОГО РЕАЛИСТИЧЕСКОГО РОМАНА. СВОИМ ЗНАМЕНИТЫМ РОМАНОМ «РОБИНЗОН КРУЗО» ВОССЛАВИЛ ЗДРАВОМЫСЛИЕ И ПРАКТИЦИЗМ, ТРУД И ВОЛЮ К ЖИЗНИ.

Самая высокая степень человеческой мудрости — это умение приспособиться к обстоятельствам и сохранять спокойствие вопреки внешним грозам.

В каждом положении отыщется что-нибудь утешительное, если хорошо поискать.

Дурное употребление материальных благ часто является вернейшим путем к величайшим невзгодам.

Все наши сетования по поводу того, чего мы лишены, проистекают от недостатка благодарности за то, что мы имеем.

Такова уж человеческая натура: мы никогда не видим своего положения в истинном свете, пока не изведаем на опыте положения еще худшего, и никогда не ценим тех благ, какими обладаем, покуда не лишимся их.

Голод укрощает даже львов.

Какое игралище судьбы человеческая жизнь! И как странно меняются с переменой обстоятельств тайные пружины, управляющие нашими влечениями! Сегодня мы любим то, что завтра будем ненавидеть, сегодня ищем то, чего завтра будем избегать. Завтра нас будет приводить в трепет одна мысль о том, чего мы жаждем сегодня.

К каким только нелепым решениям не приходит человек под влиянием страха! Страх отнимает у нас способность распоряжаться теми средствами, какие разум предлагает нам в помощь.

Страх — болезнь, расслабляющая душу, как расслабляет тело физический недуг.

Страх опасности всегда страшнее опасности, уже наступившей, и ожидание зла в десять тысяч раз хуже самого зла.

В минуты сомнения, когда человек колеблется, когда он, так сказать, стоит на распутье, не зная, по какой ему дороге идти, и даже тогда, когда он выбрал дорогу и уже готов вступить на нее, какой-то тайный голос удерживает его. Казалось бы, все: природные влечения, симпатии, здравый смысл, даже ясно осознанная определенная цель — зовет его на эту дорогу, а между тем его душа не может стряхнуть с себя необъяснимое влияние неизвестно откуда исходящего давления неведомой силы, не пускающей его туда, куда он был намерен идти. И потом всегда оказывается, что, если б он пошел по той дороге, которую выбрал сначала и которую по его собственному сознанию должен был выбрать, она привела бы его к гибели… В минуты колебания смело следуй внушению внутреннего голоса, если услышишь его, хотя бы, кроме этого голоса, ничто не побуждало тебя поступить так, как он тебе советует.

Человеку не хватает мудрости успокоиться на достигнутом.

Нередко тоска по одной утраченной радости может омрачить все прочие услады мира. Никогда не поздно поумнеть.

Что является спасением для одного, губит другого.

Человек — создание по меньшей мере недальновидное, особенно когда сам берется утверждать, что счастлив, или полагает, что может жить своим умом.

Добрый советчик может вернуть человека к жизни, он вселяет отвагу в слабодушного и пробуждает в разуме человеческом способность поступать нужным образом.

Обмануть дьявола не грешно.

ДЖАМИ

АБДУРРАХМАН ДЖАМИ (1414–1492) — ПЕРСИДСКИЙ И ТАДЖИКСКИЙ ПОЭТ И ФИЛОСОФ-СУФИЙ. В СВОИХ ПРОИЗВЕДЕНИЯХ УТВЕРЖДАЛ ДОСТОИНСТВО ЧЕЛОВЕКА, ИДЕАЛЫ ДОБРА, СПРАВЕДЛИВОСТИ И ЛЮБОВЬ КАК ДВИЖУЩУЮ СИЛУ ВСЕЛЕННОЙ.

Лучший среди людей тот, кто больше приносит пользы другим.

Беспечность есть причина всяких бедствий.

Зависть для ума — что боль для глаза. От зависти ослепнуть может разум.

Не мучь безмерно душу каждый час Исканьем в мире власти и богатств.

Невыносимой мукою томим Тот, кто во всем завидует другим. Всю жизнь тоской и злобою дыша, Затянута узлом его душа.

Ешь столько, чтобы тела зданье не гибло от перееданья.

Не должностью облагораживается и возвышается человек, но должность благодаря человеку становится благородной и высокой.

Достоинству нас не научит тот,

Кто недостойно сам себя ведет.

Ты никому не можешь быть судьей, Пока к добру не обращен душой.

В победе зла — падение твое. В добре твоем — спасение твое.

Как ни грохочет эхо громких дел, У эха и у славы есть предел.

Бесчеловечия кто обнажает меч, Тот сам падет сражен мечом бесчеловечным.

Один язык у нас, а уха — два, Чтоб слышать много, но беречь слова.

Когда в грязи стираешь платье ты, Не жди от этой стирки чистоты.

ДЖЕФФЕРСОН

ТОМАС ДЖЕФФЕРСОН (1743–1826) — АМЕРИКАНСКИЙ ПРОСВЕТИТЕЛЬ, ИДЕОЛОГ БУРЖУАЗНОЙ ДЕМОКРАТИИ, АВТОР ПРОЕКТА ДЕКЛАРАЦИИ НЕЗАВИСИМОСТИ США, ТРЕТИЙ ПРЕЗИДЕНТ США.

Я не замечал, чтобы честность людей возрастала с их богатством.

Древо свободы должно время от времени орошаться кровью патриотов и тиранов. Это его естественное удобрение.

Живой и устойчивый смысл сыновнего долга постигается умом сына или дочери быстрее благодаря прочтению «Короля Лира», чем изучению сотен скучных томов об этике и божественных заповедях.

Законы пишутся для обыкновенных людей, поэтому они должны основываться на обыкновенных правилах здравого смысла.

Трус намного чаще втягивается в ссоры, чем мужественный человек.

Если ты разгневан, сосчитай до десяти, прежде чем говорить, если сильно разгневан, сосчитай до ста.

Человеку, не страшащемуся правды, нечего бояться лжи.

Проповедью должны быть наши жизни, а не наши слова.

Стремитесь всегда исполнить свой долг, и человечество оправдает вас даже там, где вы потерпите неудачу.

Я убежден, что душа каждого человека радуется, когда он делает добро другому.

Законы и установления должны идти рука об руку с прогрессом человеческой души. Забота о человеческой жизни и счастье, а не об их разрушении — это первая и единственно законная задача хорошего правительства.

Вся работа правительства сводится к искусству быть честным.

В вопросах стиля плыви по течению, в вопросах принципа стой твердо, как скала.

Я согласен с идеей, что среди людей существует естественная аристократия. Основы для нее — это добродетель и талант.

Я предпочитаю, чтобы меня помнили по тем делам, которые я совершил для других, а не по тем делам, что другие совершили ради меня.

Мы считаем самоочевидными следующие истины: что все люди созданы равными, что они наделены своим Творцом неотчуждаемыми правами, что в число этих прав входят жизнь, свобода и возможность добиваться счастья.

ДЖОНСОН БЕН

БЕНДЖАМИН (БЕН) ДЖОНСОН (1573–1637) — АНГЛИЙСКИЙ ДРАМАТУРГ, ПОЭТ И КРИТИК.

Истинное счастье состоит не в множестве друзей, а в достоинстве и свободе выбора.

Забота о людях, однажды вошедшая в сердце человека, превратится в настоящее сокровище, прежде чем обретет покой.

Мнение о человеке, как и почти о каждом существе, зависит от того, с какого расстояния на него смотреть.

Любовь без уважения недолговечна и непостоянна, уважение без любви — холодно и немощно. Добрые люди подобны звездам, светилам того века, в котором они живут, озаряя свои времена.

Боязнь поступить позорно — мужество.

Излишняя смелость — такой же порок, как и излишняя робость.

В вине тоска ищет облегчения, малодушие — храбрости, нерешительность — уверенности, печаль — радости и находят лишь гибель.

Болтливость — болезнь возраста.

Похвалы, подобно золоту и алмазу, имеют цену лишь тогда, когда они редки.

ДЖОНСОН САМЮЭЛ

САМЮЭЛ ДЖОНСОН (1709–1784) — АНГЛИЙСКИЙ ПИСАТЕЛЬ И ЛЕКСИКОГРАФ.

Во всех изречениях точность приходится в известной мере приносить в жертву краткости.

Я не желал бы жить с человеком, который лжет, когда трезв, и которого надо налить вином, чтобы вырвать у него слова правды.

Язык — одежда мыслей.

Тщеславное желание показать, что тебе доверили тайну, обычно становится главной причиной ее разглашения.

Превосходство некоторых людей — чисто местное. Они велики, потому что окружающие их слишком малы.

В семьдесят семь лет пора стать серьезным.

Печаль может быть устранена любыми средствами, кроме пьянства.

Затруднение чаще всего — дитя лени.

Доверие к самому себе — первое необходимое условие великих начинаний.

Человеку в несчастье всегда кажется, что вы мало сочувствуете ему.

Пример всегда воздействует сильнее, чем проповедь.

Если человек на своем жизненном пути не приобретает себе новых знакомых, он скоро оказывается одиноким.

Лицемерят не ради удовольствия. Закон есть высшее проявление человеческой мудрости, использующее опыт людей на благо общества.

Жить — значит непрерывно двигаться вперед.

Для усердия и искусства мало невыполнимого.

Желания необходимы, чтобы жизнь постоянно находилась в движении.

Запоминать умеет тот, кто умеет быть внимательным.

Хранить свой секрет — мудро, но ждать, что его будут хранить другие, — глупо.

Брак приносит много огорчений, однако безбрачие не дает никаких радостей.

Некоторые хитрецы выбирают себе жен поглупее, надеясь командовать ими, и всегда ошибаются.

Клевета — это месть трусов. Благими намерениями дорога в ад вымощена.

То, что написано без усилий, читается, как правило, без удовольствия.

ДИДРО

ДЕНИ ДИДРО (1713–1784) — ФРАНЦУЗСКИЙ ФИЛОСОФПРОСВЕТИТЕЛЬ, ПИСАТЕЛЬ, ИДЕОЛОГ РЕВОЛЮЦИОННОЙ БУРЖУАЗИИ, ИНОСТРАННЫЙ ПОЧЕТНЫЙ ЧЛЕН ПЕТЕРБУРГСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК. ОСНОВАТЕЛЬ И РЕДАКТОР «ЭНЦИКЛОПЕДИИ, ИЛИ ТОЛКОВОГО СЛОВАРЯ НАУК, ИСКУССТВ И РЕМЕСЕЛ» (35 ТОМОВ).

Человек создан, чтобы жить в обществе; разлучите его с ним, изолируйте его — и мысли его спутаются, характер ожесточится, сотни нелепых страстей зародятся в его душе, сумасбродные идеи пустят ростки в его мозгу, как дикий терновник среди пустыря.

Стараться оставить после себя больше знаний и счастья, чем их было раньше, улучшать и умножать полученное нами наследство — вот над чем мы должны трудиться.

В природе человеческой два противоположных начала: самолюбие, влекущее нас к себе самим, и добродетельность, толкающая нас к другим. Если бы одна из этих пружин сломалась, человек был бы злым до бешенства или великодушным до безумия.

Неизменно помни, что природа не Бог, человек — не машина, гипотеза — не факт.

Либо Бог разрешил, либо всеобщий механизм, называемый судьбою, захотел, чтобы мы в продолжение жизни были предоставлены всякого рода случайностям; если ты мудр и лучший отец, чем я, ты с молодых лет убедишь своего сына, что он хозяин своей жизни, чтобы он не жаловался на тебя, даровавшего ему жизнь.

Наилучший порядок вещей — тот, при котором мне предназначено быть, и к черту лучший из миров, если меня в нем нет.

Природа подобна женщине, которая, показывая из-под нарядов то одну часть своего тела, то другую, подает настойчивым поклонникам некоторую надежду узнать ее когда-нибудь всю.

Жизнь злых людей полна тревог. Если нет цели, не делаешь ничего, и не делаешь ничего великого, если цель ничтожна.

Гнить ли под мрамором или под землей — все равно гнить.

Такова жизнь: один вертится между шипами и не колется, другой тщательно следит, куда ставить ноги, и все же натыкается на шипы посреди лучшей дороги и возвращается домой ободранный до потери сознания.

Самый счастливый человек тот, кто дарит счастье наибольшему числу людей.

Истина любит критику, — от нее она только выигрывает, ложь боится критики, ибо проигрывает от нее.

Что такое истина? Соответствие наших суждений созданиям природы.

Если ложь на краткий срок и может быть полезна, то с течением времени она неизбежно оказывается вредна. Напротив того, правда с течением времени оказывается полезной, хотя может статься, что сейчас она принесет вред.

Искренность — мать правды и вывеска честного человека.

Предварительное знание того, что хочешь сделать, дает смелость и легкость.

Знание того, какими вещи должны быть, характеризует человека умного; знание того, каковы вещи на самом деле, характеризует человека опытного; знание же того, как их изменить к лучшему, характеризует человека гениального.

Признание своей немощности — великий урок, который мы извлекаем. Не лучше ли приобрести доверие к себе других людей искренностью признания, что я ничего не знаю, чем бормотать слова и вызывать жалость к себе потугами все объяснить? Свободно сознающийся в незнании того, что он не знает, побуждает меня верить тому, что он берется мне объяснить.

Необъятную сферу наук я себе представляю как широкое поле, одни части которого темны, а другие освещены. Наши труды имеют своей целью или расширить границы освещенных мест, или приумножить на поле источники света. Одно свойственно творческому гению, другое — проницательному уму, вносящему улучшения.

Глубокие мысли — это железные гвозди, вогнанные в ум так, что ничем не вырвать их.

Умный человек видит перед собой неизмеримую область возможного, глупец же считает возможным только то, что есть.

Даже согласившись, что люди гениальные обычно бывают странны, или, как говорится, нет великого ума без капельки безумия, мы не отречемся от них, мы будем презирать те века, которые не создали ни одного гения. Гении составляют гордость народов, к которым принадлежат, рано или поздно им воздвигают статуи, и в них видят благодетелей человеческого рода.

Люди перестают мыслить, когда перестают читать.

Если разум — дар неба и если то же самое можно сказать о вере, значит, небо ниспослало нам два дара, которые несовместимы и противоречат друг другу. Чтобы устранить эту трудность, надо признать, что вера есть химерический принцип, не существующий в природе.

Перелистайте историю всех народов земли: везде религия превращает невинность в преступление, а преступление объявляет невинным.

Нет такого уголка в мире, где различие в религиозных воззрениях не орошало бы землю кровью.

Везде, где признают Бога, существует культ, а где есть культ, там нарушен естественный порядок нравственного долга и нравственность падает.

Религия мешает людям видеть, потому что она под страхом вечных наказаний запрещает им смотреть.

Люди жили бы довольно спокойно в этом мире, если бы были вполне уверены, что им нечего бояться в другом; мысль, что Бога нет, не испугала еще никого, но скольких ужасала мысль, что существует такой бог, какого мне изображают!

Если какое-нибудь явление превышает, по нашему мнению, силы человека, то мы тотчас же говорим: это дело Божие — наше тщеславие не может удовольствоваться меньшим. Не лучше ли было бы, если бы мы вкладывали в свои рассуждения несколько меньше гордости и несколько больше философии? Если природа представляет нам какуюнибудь загадку, какой-нибудь трудно распутываемый узел, то оставим его таким, каков он есть, и не будем стараться разрубить его рукой существа, которое становится для нас новым узлом, еще труднее распутываемым, чем первый.

Только честному человеку подобает быть атеистом.

Дать обет бедности — значит, поклясться быть лентяем и вором. Дать обет целомудрия — значит, обещать Богу постоянно нарушать самый мудрый и самый важный из его законов. Дать обет послушания — значит, отречься от неотъемлемого права человека — от свободы. Если человек соблюдает свой обет, он преступник, если он нарушает его, он клятвопреступник. Жизнь в монастыре — это жизнь фанатика или лицемера.

Монастырь — это темница, куда ввергают тех, кого общество выбросило за борт.

Философы говорят много дурного о духовных лицах, духовные лица говорят много дурного о философах, но философы никогда не убивали духовных лиц, а духовенство убило немало философов.

Чудеса там, где в них верят, и чем больше верят, тем чаще они случаются.

Награждая хороших, мы тем самым наказываем дурных. Есть два рода законов: одни — безусловной справедливости и всеобщего значения, другие же — нелепые, обязанные своим признанием лишь слепоте людей или силе обстоятельств. Того, кто повинен в их нарушении, они покрывают лишь мимолетным бесчестьем — бесчестьем, которое со временем падает на судей и на народы, и падает навсегда. Кто ныне опозорен — Сократ или судья, заставивший его выпить цикуту?

Расплата в этом мире наступает всегда. Есть два генеральных прокурора: один — тот, кто стоит у ваших дверей и наказывает за проступки против общества, другой — сама природа. Ей известны все пороки, ускользающие от законов.

Напрасно трус бьет себя кулаком в грудь, чтобы набраться храбрости, ее нужно иметь прежде того и лишь укреплять в общении с теми, кто ею обладает.

Есть моральная тактичность, которая у гуманного человека сказывается во всех его поступках и которой не имеет злой человек.

Разве вам не известно, что настоящее блаженство заключается в том, что все люди нуждаются друг в друге, и что вы ожидаете помощи от себе подобных точно так же, как они ждут ее от вас?

Где бы ты ни очутился, люди всегда окажутся не глупее тебя.

Мы считаем трусом того, кто допустил, чтобы в его присутствии оскорбительно отзывались о его друге.

Моя дружба слишком осмотрительна, если опасность моего друга не заставляет меня забывать о моей собственной опасности.

Когда мужчины неуважительно относятся к женщине, это почти всегда показывает, что она первая забылась в своем обращении с ними.

Женщины пьют льстивую ложь одним глотком, а горькую правду каплями.

Любовь часто отнимает разум у того, кто его имеет, и дает тем, у кого его нет.

Разве мы властны влюбляться или не влюбляться? И разве, влюбившись, мы властны поступать так, словно бы этого не случилось?

Хороший стиль кроется в сердце.

Ревность — это страсть убогого, скаредного животного, боящегося потери, это чувство, недостойное человека, плод наших гнилых нравов и права собственности, распространенного на чувствующее, мыслящее, хотящее, свободное существо.

Родители любят своих детей тревожной и снисходительной любовью, которая портит их. Есть другая любовь, внимательная и спокойная, которая делает их честными. И такова настоящая любовь отца.

Можно обнаруживать постоянство при малодушии и скудоумии, но твердость может обнаруживать только характер, отличающийся силой, возвышенностью, умом. Легкомыслие, податливость и слабость противоположны твердости.

Страсти без конца осуждают, им приписывают все человеческие несчастья и при этом забывают, что они являются также источником всех наших радостей.

Люди, выдающиеся своими талантами, должны тратить свое время так, как этого требует уважение самих к себе и к потомству. Что подумало бы о нас потомство, если бы мы ничего не оставили ему.

Величайшее недоразумение — это вдаваться в мораль, когда дело касается исторических фактов.

Для того чтобы трогать, не нужно быть растроганным.

Тот, кто рассказывает тебе о чужих недостатках, рассказывает другим о твоих.

Если бояться смерти, ничего хорошего не сделаешь, если все равно умираешь из-за какого-нибудь камешка в мочевом пузыре, от припадка подагры или по другой столь же нелепой причине, то уж лучше умереть за какое-нибудь великое дело.

Искусство заключается в том, чтобы найти необыкновенное в обыкновенном и обыкновенное в необыкновенном.

ДОНН

ДЖОН ДОНН (1572–1631) — АНГЛИЙСКИЙ ПОЭТ.

Нет человека, который был бы, как Остров, сам по себе, каждый человек есть часть Материка, часть Суши; и если Волной снесет в море береговой Утес, меньше станет Европа, и также если смоет край Мыса и разрушит Замок твой и Друга твоего; смерть каждого Человека умаляет и меня, ибо я един со всем Человечеством, а потому не спрашивай никогда, по ком звонит Колокол: он звонит по Тебе.

ДРАЙДЕН

ДЖОН ДРАЙДЕН (1631–1700) — АНГЛИЙСКИЙ ПИСАТЕЛЬ.

Хорошо выраженная мысль звучит умно на всех языках.

Бойся гнева терпеливого человека.

Несчастные не имеют друзей.

ДЮКЛО

ШАРЛЬ ПИНО ДЮКЛО (1704–1772) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ И ИСТОРИК.

Есть три рода невежества: совсем не знать ничего, знать дурно то, что все знают, знать не то, что следует знать.

Гнев — это откровенная и мимолетная ненависть, ненависть — это сдержанный и постоянный гнев.

Порицать молодого человека за то, что он влюблен, все равно что упрекать кого-нибудь в том, что он болен.

По отношению к виновным нужно быть суровым без жестокости или снисходительным без попустительства.

ЕКАТЕРИНА II

ЕКАТЕРИНА II АЛЕКСЕЕВНА (1729–1796) — РОССИЙСКАЯ ИМПЕРАТРИЦА. НЕМЕЦКАЯ ПРИНЦЕССА СОФЬЯ ФРЕДЕРИКА АВГУСТА АНХАЛЬТ-ЦЕРБСТСКАЯ. ПРИШЛА К ВЛАСТИ, СВЕРГНУВ С ПОМОЩЬЮ ГВАРДИИ ПЕТРА III. ПРОВОДИЛА ПОЛИТИКУ ПРОСВЕЩЕННОГО АБСОЛЮТИЗМА. ДОБИЛАСЬ УКРЕПЛЕНИЯ И РАСШИРЕНИЯ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА, СПОСОБСТВОВАЛА ВЫДВИЖЕНИЮ РЯДА ВЫДАЮЩИХСЯ ПОЛИТИЧЕСКИХ И ВОЕННЫХ ДЕЯТЕЛЕЙ. ОСТАВИЛА БОЛЬШОЕ ЛИТЕРАТУРНОЕ НАСЛЕДИЕ.

Храните в себе те великие душевные качества, которые составляют отличительную принадлежность человека честного, человека великого и героя. Страшитесь всякой искусственности. Зараза пошлости да не помрачит в вас античного вкуса к чести и доблести.

В свете ничего совершеннаго нет. Мелочные правила и жалкие утонченности не должны иметь доступа к вашему сердцу. Двоедушие чуждо великим людям: они презирают все низости.

Человек с добрым сердцем старается обращать всякую вещь и дело в добро; человек с дурным сердцем старается в добре найти злое.

Мало на то надобно смысла, чтоб что опорочить.

Кто состоянием своим доволен, тому жить весело.

Кто имеет веселье и веселиться не может, тот болен или отдается мыслям своим во угнетение.

Кто завистлив или желает того и сего, тому не дождаться веселья.

Люди часто сами бывают причиною своего счастия и несчастия.

Ложь изо всех вреднейший есть порок.

Преодолевши какой ни на есть труд, человек чувствует удовольствие. Труд преодолевается трудом.

Кто привык к трудам, тому труд облегчен.

Человек и с посредственным умом, буде труд приложит, искусен быть может.

Праздность есть мать скуки и многих пороков.

Разумный человек всегда может найти упражнение.

Снести то на сердце, чего другой снести не мог, есть опыт твердой души, но учинить то добро, чего другой учинить не мог, есть похвальное дело.

Искусный стрелок, не попадая в цель, вину не кладет на лук или стрелы, но у самого себя в проронке требует отчета, однако для того бодрости духа и охоты не теряет.

Учение в счастии человека украшает, в несчастии же служит прибежищем.

Правила воспитания суть первыя основания, приуготовляющия нас быть гражданами. Любовь к отечеству, стыд и страх поношения суть средства укротительныя и могущия воздержать множество преступлений.

Самое надежное, но и самое труднейшее средство сделать людей лучшими есть приведение в совершенство воспитания.

Всякий родитель должен воздерживаться при детях своих не только от дел, но и от слов, клонящихся к неправосудию и насильству, как-то: брани, клятвы, драк, всякой жестокости и тому подобных поступков, и не дозволять и тем, которые окружают детей его, давать им такие дурные примеры.

Должно… возбуждати в них (юношестве) охоту ко трудолюбию и чтоб они страшилися праздности, как источника всякага зла и заблуждения.

Всякое дитя родится неученым. Долг родителей есть дать детям учение.

Кто не обучился в юности, того старость бывает скучна.

Леность есть дурной учитель.

Разумный человек в стыд не вменяет учиться и в совершенных летах, чему не доучился во младости.

Лучше весь век учиться, нежели пребыть незнающим.

Нет стыда признаться человеку в своей ошибке.

Бранныя слова оскорбляют уста, из которых исходят, столько же, сколько и уши, в которыя входят.

Книги суть зерцало: хотя и не говорят, всякому вину и порок объявляют.

Лучше оправдать десять виновных, нежели обвинить одного невинного.

Гораздо лучше предупреждать преступления, нежели их наказывать.

Сделай добро, дабы делать добро, а не ради того, чтоб приобресть похвалу или благодарность. Добрыя дела сами собою воздаяния приносят.

Совесть есть светило внутреннее, закрытое, которое освещает единственно самаго человека и речет ему гласом тихим, без звука; трогая нежно душу, приводит ее в чувство и, следуя за человеком везде, не дает ему пощады ни в каком случае.

Разговор с невеждами иногда более научит, нежели разговор с учеными.

Изучайте людей, старайтесь пользоваться ими, не вверяясь им без разбора, отыскивайте истинное достоинство, хоть бы оно было на краю света: по большей части оно скромно и (прячется где-нибудь) в отдалении. Доблесть не лезет из толпы, не жадничает, не суетится и позволяет забывать о себе.

Никогда не позволяйте льстецам осаждать вас, давайте почувствовать, что вы не любите ни похвал, ни низостей.

Оказывайте доверие лишь тем, кто имеет мужество при случае вам поперечить и кто предпочитает ваше доброе имя вашей милости.

В своих трудах и страдании прилично человеку иметь терпение, к людским же винам и погрешностям великодушие.

Будьте мягки, человеколюбивы, доступны, сострадательны и щедры, ваше величие да не препятствует вам добродушно снисходить к малым людям и ставить себя в их положение, так чтобы эта доброта никогда не умаляла ни вашей власти, ни их почтения. Выслушивайте все, что хоть сколько-нибудь заслуживает внимания; пусть все видят, что вы мыслите и чувствуете так, как вы должны мыслить и чувствовать. Поступайте так, чтобы люди добрые вас любили, злые боялись и все уважали.

Сделав ближнему пользу, сам себе сделаешь пользу.

Буде увидишь пороки ближняго, не оказывай ему свои осуждением.

Во всяком возрасте почитай родителей.

Доброй хозяйки должность есть: быть тихой, скромной, постоянной, осторожной, к Богу усердной, к свекру и свекрови почтительной, с мужем обходиться любовно и благочинно, малых детей приучать к справедливости и любви к ближнему, перед родственниками и свойственниками быть учтивой, добрыя речи слушать охотно, лжи и лукавства гнушаться, не быть праздной, но радетельной на всякое изделие и бережливой в расходах.

Дитя родителям оказывает благодарность покорностию и почтением.

Разврат дому есть, буде хозяйка любит слушать… разные враки, а выслушав, с прибавлением сказывает оныя мужу, и муж тому верит.

ЖУБЕР

ЖОЗЕФ ЖУБЕР (1754–1824) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ-МОРАЛИСТ.

Лучшие законы рождаются из обычаев.

Есть люди, у которых мораль всегда… материя, из которой они никогда не шьют себе платья.

Справедливость — это истина в действии.

Справедливость без силы и сила без справедливости — обе ужасны.

Если мои друзья кривы, я на них смотрю в профиль.

Воображение — это глаза души.

Тот, у кого есть воображение, но нет знаний, имеет крылья, но не имеет ног.

Всякое излишество портит или нравы, или вкус.

Вечер жизни приносит с собой свою лампу.

Воспитывая ребенка, нужно думать о предстоящей ему старости.

Лучшие душевные движения не значат ничего, если не приводят к добрым действиям.

Обучать — значит, вдвойне учиться.

Все точное — коротко.

Разум может подсказать, чего следует избегать, и только сердце говорит, что следует делать.

Вместо того чтобы жаловаться на шипы у розы, я радуюсь тому, что среди шипов растет роза. У того, кто смеется над злом в любых его проявлениях, не совсем здоровое нравственное чувство.

Пользоваться чьими-либо благодеяниями — более верный способ привязать его к себе, чем делая ему одолжения в свою очередь.

Те, кто никогда не отказываются от ранее высказанных взглядов, любят себя больше, чем истину.

ЗЕЙМЕ

ИОГАНН ГОТФРИД ЗЕЙМЕ (1763–1810) — НЕМЕЦКИЙ ПУБЛИЦИСТ И ПОЭТ, ПРОСВЕТИТЕЛЬДЕМОКРАТ.

Где было больше всего так называемой положительной религии, всегда было меньше всего нравственности.

Всякого рода привилегии — это могила для свободы и справедливости.

Кто смерти боится, тот уже не живет.

Если бы мы все обладали разумной гордостью, в мире не было бы столько мерзостей.

Кто унижает окружающих, тот никогда не будет великим сам.

У злых людей нет песен.

ИВАН IV

ИВАН IV ГРОЗНЫЙ (1530–1584) — ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ «ВСЕЯ РУСИ», ПЕРВЫЙ РУССКИЙ ЦАРЬ. ЕДВА ЛИ НЕ САМЫЙ ПРОТИВОРЕЧИВЫЙ ПЕРСОНАЖ РУССКОЙ ИСТОРИИ. ОДНИ СЧИТАЮТ ЕГО ВЫДАЮЩИМСЯ ВОЕНАЧАЛЬНИКОМ, ДИПЛОМАТОМ И ПИСАТЕЛЕМ, ОБРАЗЦОМ ГОСУДАРСТВЕННОЙ МУДРОСТИ. В ГЛАЗАХ ДРУГИХ ОН — КРОВАВЫЙ ТИРАН, ПОЧТИ СУМАСШЕДШИЙ.

Разве подобает царю, если его бьют по щеке, подставлять другую? Как же царь сможет управлять царством, если допустит над собой бесчестье?

Если вы злы, то почему умеете творить добро своим детям, а если вы считаетесь добрыми и сердечными, то почему же вы не творите так же добра нашим детям, как и своим?

Все что ни случалось с нами плохого, все это происходило из-за германцев!

Встречал ли кто-нибудь честного человека, у которого голубые глаза?

Бог скорее простит удавившегося, чем погибшего ради тщеславия.

Чтобы охотиться на зайцев, нужно множество псов, чтобы побеждать врагов — множество воинов; кто же, имея разум, будет без причины казнить своих подданных!

Как может цвести дерево, если у него высохли корни? Так и здесь: пока в царстве не будет должного порядка, откуда возьмется военная храбрость? Если предводитель не укрепляет постоянно войско, то, скорее, он будет побежденным, чем победителем, Ты же, все это презрев, одну храбрость хвалишь, а на чем храбрость основывается — это для тебя неважно.

Не подобает мужам благородным браниться, как простолюдинам.

ИОАНН ДАМАСКИН

ИОАНН ДАМАСКИН (ОК. 675 — ДО 753) — ВИЗАНТИЙСКИЙ БОГОСЛОВ, ФИЛОСОФ И ПОЭТ.

Одухотворенный и щедрый муж хоть и недолго проживет, но к долгожителям причисляется, а тот, кто житейской суетою и убогостью существует, кто не способен ни себе, ни другим пользы принести, тот кратковечен и несчастен будет, даже если и до глубокой старости доживет.

Одухотворенный муж назначен к тому, чтобы восходить, а ничтожный — всегда опускаться. Ведь очень трудно снизу забраться наверх, но сверху спускаться легко, не то, что восходить.

Умный способен понимать даже мысли ближнего, наблюдая за его поведением и обликом. Мудрый знает, как поступать и там, где не имеет опыта; глупый ошибается и в том, чему учился.

Из мудрых никто не осмелится на следующие три вещи: к царям приближаться, пить яд для пробы, вверять тайну женщине.

Благоразумного и красноречивого мужа до беседы с ним не всегда и заметишь — как и огонь, скрытый в терне, лишь когда выйдет наружу, производит на воздухе пламя.

Тот, кто смешивает драгоценные камни и жемчуг с оловом, больше бесчестит себя, чем жемчуг.

Нужно, чтобы владыки не презирали малых, которые под ними, — ведь малые уже и не малые, когда полезны великим.

Хоть и много в царском дому мышей, но нет в них нужды, пусть и близко они; птица же по имени сокол хоть и дика, но за свойства свои призывается, принимается и на царской руке сидит.

Больному не следует скрывать свою болезнь от врача, а бедняку прикрывать нищету свою перед друзьями. Буря не повреждает маленькие деревья, а высокие, сломав, вырывает с корнем.

Многие сильные побеждены бывают немощными.

Затевающие войну сами попадают в свои сети.

Лучше по огню и по змеям ходить, чем жить со злыми советчиками.

Не вверяй своей тайны тому, кто угощает тебя, прежде чем не узнаешь его верности и дружбы.

Кто останется невредим, служа царям и приближаясь к ним? Властители похожи на скверную блудницу, которая сходится со многими мужчинами.

Кто не довольствуется малым, а устремляет свои взоры на многое и дальнее, не задумываясь о причинах и следствиях, добьется того же, что мухи: им ведь недостаточно, чтобы летать на цветы и деревья, вот и оказываются они задавлены, влетев порою в слоновые уши.

Мудрость и многомощных побеждает. Даже когда враг бессилен, мудрый царский первосоветник не позволяет царю идти на бой, если можно миром уладить.

Мудрый от разума бодр, а безумный от неумия пьян.

Нет ничего сильнее хорошего совета и ничего вреднее скверного дела.

Не обличай безумного, чтобы не возненавидел он тебя.

Удаляйся от коварного человека, даже если вы в родстве или близки с ним.

Хоть сколько мажь медом горький плод, не переменит он своей горечи в сладость.

Среди мудрых нет чужаков.

Всегда ненавидят безумные мудрых, неучи — ученых, скверные — нескверных, а испорченные — хороших.

Во время испытания стекаются все беды. Дурной и коварный человек превратит любовь во вражду и смуту, если пристроится к друзьям.

Должно хранить тайны своих друзей. Не хранящий тайну бесчестит свою совесть и посрамляет доверие к себе.

Кто стремится к добру, должен быть готов терпеть зло.

Всякий, кто строит козни против ближнего своего, упадет в ров, который вырыл.

Доказательство истинной любви состоит в том, чтобы любить любимых и враждовать с врагами.

Алчная душа всем злым делам начало.

Не заботься о богатстве — человек многоумный почтен и без богатства.

Поистине нет в жизни ничего лучше, чем помощь друга и взаимная радость.

Кормить врагов весьма похвально. Нет большего удовольствия в мире, чем дружеская беседа.

Храбрый испытывается в скорбное время, а верные друзья — в беде.

Пока нет войны, усмирять врагов нужно дарами, если же ополчились они на тебя, нельзя уклоняться. Терпенье и смиренье нужно иметь и для мира, и для войны.

Бессильными врагов своих всегда называют глупые.

Дерево, даже и подрубленное топором, снова срастается, и рана от стрелы излечивается и зарастает. Но стрела словесная неисцелима, ведь она попадает в самое сердце.

Если мудрый человек оказывается в несчастье, он покоряется даже ничтожным, пока не достигнет желаемого.

Изобретательностью и умом побеждать лучше, чем сопротивлением. Не следует пренебрегать четырьмя вещами: огнем, болезнью, врагом, долгом.

Кто довольствуется малым, живет беззаботной жизнью.

ИОАНН ЗЛАТОУСТ

ИОАНН ЗЛАТОУСТ (МЕЖДУ 344 И 354–407) — ВИЗАНТИЙСКИЙ ЦЕРКОВНЫЙ ДЕЯТЕЛЬ, ЕПИСКОП КОНСТАНТИНОПОЛЯ.

Как душа без плоти не зовется человеком, так и плоть без души.

Лучше во тьме пребывать, чем без друга.

Кто не нуждается в чужом, но живет независимо, тот всех богаче.

Когда накормишь убогого, считай, что себя накормил. Такого свойства это дело: данное нами к нам же вернется.

Давайте поможем тем беднякам, которые умоляют нас об этом, и если они даже обманывают нас, не надо придавать этому слишком большого значения. Ибо такого милосердия, прощения и доброты заслуживает каждый из нас.

Ты хочешь, чтобы тебе оказали милость? Окажи милость своему ближнему.

Ничто так не смущает чистоты ума, и красоты, и мудрости, как гнев беспричинный, громким ревом вокруг разнесенный.

Лучше хлеб с солью в покое и без печали, чем множество блюд многоценных в печали и горе.

Столько же создать может слово, сколько разрушить страх.

Время скорби не то, когда зло страдаем, но когда творим зло.

Боязливой и нетвердой бывает душа в невежестве, а не по сути. Если же встречу некогда храброго, а теперь боязливого, понимаю, что это случилось не по природе порока, ибо природа так сильно не изменяется.

Дерзнуть и простые люди могут не раз, но не все способны в нужное время так поступать.

Всюду жестокостью и трудом человек увеличивает полезное.

Нельзя творить зло или ненавидеть какого бы то ни было человека, хоть нечестивого, хоть еретика, пока не приносит он вреда нашей душе.

Ни уклоняться от битвы нельзя, ни самому искать битвы: тогда и победа будет славнее.

КАЛЬДЕРОН ДЕ ЛА БАРКА

ПЕДРО КАЛЬДЕРОН ДЕ ЛА БАРКА (1600–1681) — ИСПАНСКИЙ ДРАМАТУРГ.

Величайшая победа — победа над самим собой.

Лучше всего хранит тайну тот, кто ее не знает.

Оставьте ее, сударь! Клянусь вам, она настолько горда своей красотой, что, если бы само небо упало к ее ногам, она не удостоила бы его просьбой подняться и занять свое место.

Кто избирает между умом и красотой, тот должен взять красивую своей дамой сердца, а умную — своей женой. Не лучше ли было бы во всех случаях, касающихся жениной чести, наказывать Меркурия, похищающего ее, чем покрывать позором Аргуса, бдительность которого успели обмануть.

Кто не обожает недостатки той, которую он любит, тот не может сказать, что он в самом деле влюблен.

Есть люди, испытывающие такое удовольствие постоянно жаловаться и хныкать, что для того, чтобы не лишиться его, кажется, готовы искать несчастий.

Никогда не давайте советов тому, кто просит у вас только денег.

Язык — самое опасное оружие: рана от меча легче залечивается, чем от слова.

КАНТ

ИММАНУИЛ КАНТ (1724–1804) — НЕМЕЦКИЙ ФИЛОСОФ, РОДОНАЧАЛЬНИК НЕМЕЦКОЙ КЛАССИЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ, ИНОСТРАННЫЙ ПОЧЕТНЫЙ ЧЛЕН ПЕТЕРБУРГСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК.

Дайте человеку все, чего он желает, и в ту же минуту он почувствует, что это все не есть все.

Для мужчины нет ничего более обидного, чем обозвать его глупцом, для женщины — сказать, что она безобразна.

Величайшее чувственное наслаждение, которое не содержит в себе никакой примеси и отвращения, — это в здоровом состоянии отдых после работы.

Когда справедливость исчезает, то не остается ничего, что могло бы придать ценность жизни людей.

Одна из несомненных и чистых радостей есть отдых после труда.

Долг! Ты возвышенное, великое слово. Это именно то великое, что возвышает человека над самим собой.

Есть такие заблуждения, которые нельзя опровергнуть. Надо сообщить заблуждающемуся уму такие знания, которые его просветят. Тогда заблуждения исчезнут сами собою.

Постоянно давать детям награды не годится. Через это они становятся себялюбивыми, и отсюда развивается продажный образ мыслей.

Предметы, которым обучают детей, должны соответствовать их возрасту, иначе является опасность, что в них разовьется умничанье, модничанье, тщеславие.

Нравственность должна лежать в характере. В каждой естественной науке заключено столько истины, сколько в ней есть математики.

Умение ставить разумные вопросы есть уже важный и необходимый признак ума и проницательности.

Прекрасное — это символ морального добра.

Жизнь людей, преданных только наслаждению без рассудка и без нравственности, не имеет никакой цены.

Закон, живущий в нас, называется совестью. Совесть есть собственно применение наших поступков к этому закону.

Люди бы бежали друг от друга, если бы видели один другого в полнейшей откровенности.

Человек имеет склонность общаться с себе подобными, ибо в таком состоянии он больше чувствует себя человеком, т. е. чувствует развитие своих природных задатков. Но ему также присуще сильное стремление уединяться.

Тот, кто становится пресмыкающимся червем, может ли затем жаловаться, что его раздавили?

В диспутах спокойное состояние духа, соединенное с благожелательностью, является признаком наличия известной силы, вследствие которой рассудок уверен в своей победе.

Мы часто краснеем из-за бесстыдства другого, который обвиняет нас в чем-либо.

В брачной жизни соединенная пара должна образовать как бы единую моральную личность.

Характер состоит в способности действовать согласно принципам.

Все, что зовется благопристойностью, не более как красивая внешность.

Хитрость — образ мыслей очень ограниченных людей и очень отличается от ума, на который по внешности походит.

Большое честолюбие издавна превращало благоразумных в безумцев.

Человеку свойственно по природе своей соблюдать умеренность не только из-за заботы о своем здоровье в будущем, но также из-за хорошего самочувствия в настоящем.

Кто отказался от излишеств, тот избавился от лишений.

Кто боязливо заботится о том, как бы не потерять жизнь, никогда не будет радоваться ей.

Смерти меньше всего боятся те люди, чья жизнь имеет наибольшую ценность.

Прекрасное — это нечто такое, что принадлежит исключительно вкусу.

КАРПОВ

ФЕДОР ИВАНОВИЧ КАРПОВ (ОК. 1475/8 — ОК 1540/45) — РУССКИЙ ДИПЛОМАТ И ПУБЛИЦИСТ, ОДИН ИЗ РУКОВОДИТЕЛЕЙ ВОСТОЧНОЙ ПОЛИТИКИ РУССКОГО ГОСУДАРСТВА.

Не следует непонимающему стыдиться того, чего он не понимает, но рассказывать о незнании своем знающим людям.

Как раздор является причиной смерти преждевременной, так любовь доброе единомыслие, жизнь совершенно безбоязненную и спокойную приносит.

Злые люди в этом бренном мире всегда будут с добрыми смешаны, и всегда добрые будут страдать от преступлений злых.

Законы нужны, чтобы страхом перед ними человеческая дерзость обуздалась и чтобы спокойно существовала между негодными невинность.

Терпением проверяются избранные, как золото в горниле, очищенное семь раз.

Милость без правды есть малодушество, а правда без милости есть мучительство, и обе они разрушают царство и всякое общежитие. Но милость, правдой поддерживаемая, а правда, милостью укрощаемая, сохраняют царю царство на многие дни.

Истинно, век наш есть век золотой! Покупается ныне золотом — почесть и власть, золотом — нежная страсть. Деньги ныне в цене: почет достается за деньги, дружба за деньги; бедняк людям не нужен нигде.

Вредными и дурными путями с хромыми ногами, со слепыми глазами эта земная власть и вся природа человеческая ходит теперь.

КЕЙ-КАВУС

АЛЬ-МААЛИ (КЕЙ-КАВУС) (1021–1098) — ПЕРСИДСКИЙ ПИСАТЕЛЬ, АВТОР КНИГИ «КАВУС-НАМЭ».

Если хочешь, чтобы тебя ценили по заслугам, сам цени других людей.

Когда будешь делать кому-нибудь добро, заметь, что во время свершения доброго дела получишь такое же удовольствие, какое получит и тот человек.

Повиноваться страсти — не дело разумных.

Итак, если есть у тебя разум, учись чему-нибудь, ибо разум без умения — тело без платья или человек без лица, ведь сказали: образование — лицо разума.

Избегай невежды, считающего себя ученым.

Знай, что ответ дуракам — молчание.

Если не хочешь, чтобы тебя считали безумцем, не ищи того, чего нельзя найти.

Будь красноречивым, но не пустословом, ибо пустословие — то же безумие.

Нет большего бесстыдства, чем выдавать за правду утверждение, ложность которого заведомо известна.

Лучше человеку быть без брата, чем без друзей.

Если хочешь иметь друзей, не будь мстительным.

Друзей чарки за друзей не считай, ибо они — друзья твоей чарки, а не твои друзья.

Одиночество лучше, чем плохой товарищ.

Омой, брат, руки от того друга, который водится с твоими врагами.

Не человек тот, кто не влюбляется.

Старайся не влюбляться под старость.

Если полюбишь, то люби того, кто этого стоит. Незачем быть возлюбленному Птоломеем и Платоном, но нужно, чтобы было у него и немного разума.

Хорошая жена — спасение жизни.

Ревновать жен — значит, сделать их несчастными.

Величайшее несчастье — нуждаться в помощи людей, достойных нашего презрения.

Совет, данный кому-либо в присутствии других людей, воспринимается как упрек.

Если не хочешь страдать, не будь завистливым.

Двоих надо страшиться: один — это сильный враг, а другой — коварный друг. Опасайся не гидры о семи головах, а человека о двух языках.

Во время гнева считай для себя обязательным подавлять гнев.

Если хочешь не знать страха, не чини зла.

У кого речь слаще, у того и благожелателей больше.

И противоядие становится ядом, когда его много.

КНИГГЕ

АДОЛЬФ ФОН КНИГГЕ (1752–1796) — НЕМЕЦКИЙ ПИСАТЕЛЬ, ДРАМАТУРГ, ЭССЕИСТ, ПЕРЕВОДЧИК И ПЕДАГОГ.

Достоинство каждого человека зависит только от того, как он показывает себя в своих поступках.

Искусство обхождения с людьми заключается в том, чтобы уметь выдвигать себя, не оттесняя других, применяться к взглядам, склонностям людей, не прибегая к фальши, легко, без натяжки усваивать тон любого общества, не жертвуя особенностями своего характера и не унижаясь.

Кто ведет обширное знакомство, тот точно торгует мелочью, от которой возни много, а прибыли мало.

Не выставляй бесчестным образом слабостей твоего ближнего, дабы возвысить себя самого. Не открывай его проступков и заблуждений, с тем чтобы блеснуть за его счет собственными преимуществами. Не расставайся ни с кем, не сказав ему чего-нибудь поучительного или приятного!

Если ты чего-нибудь не имеешь, если печаль и несчастье отягощают грудь твою, если ты терпишь недостаток, если чувствуешь слабость ума и сердца, то никому не жалуйся, кроме того, от кого надеешься на несомненную помощь! Немногие охотно приемлют участие в нашей скорби… Равным образом не должно хвалиться своим счастьем. Не должно слишком блистать в глазах других пышностью, богатством и дарованиями! Редкие люди могут переносить такой перевес без ропота и зависти.

Из человека можно сделать все, стоит только подойти к нему со слабой стороны.

Сколько можно показывай постоянно веселое лицо! Нет ничего привлекательнее и любезнее, как веселый нрав, происходящий из источника беспорочного, а не из сердца, обуреваемого страстями.

Не подавай каждому правой руки твоей, не обнимай каждого, не прижимай всякого к твоему сердцу! Что останется для достойнейшего и любезнейшего, и кто станет доверять знакам твоего дружества, кто придаст им должную цену, если ты расточаешь оные без всякого разбора.

Не вмешивай никого в свои частные раздоры и не требуй от тех, к которым ты обращаешься, чтобы они принимали участие в раздорах, которые происходят между тобою и другими.

Женщина, рассуждающая о своем муже с посторонним мужчиной, отдается более или менее его власти.

Не приглашай в одно время, не сажай за один стол людей, которые друг друга не знают, может быть, даже ненавидят, друг друга не понимают или взаимно наводят друг на друга скуку.

Не смущайся приходом неожиданных гостей!

Если чего, по мнению нашему, в угощении недоставало или же что-то в доме нам не понравилось, не насмехаться над тем на стороне.

Остерегайся переносить вести из одного дома в другой и разглашать откровенные застольные речи, семейные разговоры и собственные свои замечания о домашней жизни тех людей, с коими обращаешься.

КНЯЖНИН

ЯКОВ БОРИСОВИЧ КНЯЖНИН (1742–1791) — РУССКИЙ ДРАМАТУРГ И ПОЭТ, ПРЕДСТАВИТЕЛЬ КЛАССИЦИЗМА.

Брак — панихида по любви.

Читается трояким образом: первое — читать и не понимать, второе — читать и понимать, третье — читать и понимать даже то, что не написано.

Юность — весеннее время человека, в которое засеваются семена на будущие годы жизни.

Упрямство — вывеска дураков.

КОМЕНСКИЙ

ЯН АМОС КОМЕНСКИЙ (1592–1670) — ЧЕШСКИЙ МЫСЛИТЕЛЬ-ГУМАНИСТ, ПЕДАГОГ, ПИСАТЕЛЬ. ОСНОВОПОЛОЖНИК ДИДАКТИКИ.

Изучение мудрости возвышает и делает нас сильными и великодушными.

Следует постоянно освежать в памяти молодых людей золотое правило: ничего лишнего! Дабы везде можно было охранять себя от пресыщения и отвращения.

Дерево также нуждается в испарении и частом освежении при помощи ветров, дождей, холодов, иначе оно легко слабеет и вянет. Точно так же человеческому телу необходимы вообще сильные движения, деятельность и серьезные упражнения. Не гонись за похвалой, но изо всех сил старайся действовать похвально.

Ум освещает путь воле, а воля повелевает действиями.

Куда не влекут способности, туда не толкай.

Дети охотно всегда чем-нибудь занимаются. Это весьма полезно, а потому не только не следует этому мешать, но нужно принимать меры к тому, чтобы всегда у них было что делать.

Только то в человеке прочно и надежно, что всосалось в природу его в первую пору жизни.

Ничто притворное не может быть продолжительным.

Читать и не понимать — то же, что совсем не читать.

Кто, будучи даже взрослым, умеет говорить лишь одними словами, а не делами, тот и человеком-то считаться не вправе.

Книги — это инструмент насаждения мудрости.

Легко следовать правильно за тем, кто правильно идет впереди.

Мудрое распределение времени есть основа для деятельности.

Считай несчастным тот день или тот час, в который ты не усвоил ничего нового и ничего не прибавил к своему образованию.

Есть дети с острым умом и любознательные, но дикие и упрямые. Таких обычно ненавидят в школах и почти всегда считают безнадежными, между тем из них обыкновенно выходят великие люди, если только воспитать их надлежащим образом.

Вечным законом да будет: учить и учиться всему через примеры, наставления и применение на деле.

Счастлива та школа, которая учит ревностно изучать и делать хорошее, еще ревностнее — лучшее и всего ревностнее — наилучшее.

Совершенно неразумен тот, кто считает необходимым учить детей не в той мере, в какой они могут усваивать, а в какой только сам он желает.

Без примера ничему не выучишься.

Нет ничего труднее, как перевоспитать человека, плохо воспитанного.

Образование должно быть истинным, полным, ясным и прочным.

Тот, кто мало знает, малому может и учить.

Извлечение из классиков принесет прекрасную пользу, причем всегда встретится что-нибудь, что крепко засядет в голове, перейдет в плоть и кровь.

Под именем нравственности мы разумеем не только внешние приличия, но и всю внутреннюю основу побуждений.

Что такое красивый невежда, если не разукрашенный перьями попугай?

Известна особенность людей: до того, как будет сделано какое-либо замечательное открытие, они удивляются, как это оно может быть сделано, а после того — как это оно не было открыто раньше.

КОРНЕЛЬ

ПЬЕР КОРНЕЛЬ (1606–1684) — ФРАНЦУЗСКИЙ ДРАМАТУРГ, ПРЕДСТАВИТЕЛЬ КЛАССИЦИЗМА. ПО ПРАВУ СЧИТАЕТСЯ ОТЦОМ ФРАНЦУЗСКОЙ КЛАССИЧЕСКОЙ ТРАГЕДИИ.

Отчизну кто клянет — с семьей тот порывает.

Так со смертными судьба порой играет: То вознесет их вверх, то в пропасть низвергает. И так устроен мир, что в счастье иногда Уже заключена великая беда.

Честь у мужчин одна, возлюбленных так много! Любовь забыть легко, но честь нельзя никак.

Тому, кто жил, себя для славы не жалея, Перенести позор — нет ничего страшнее.

Блаженства полного никто вкусить не может: В счастливейшие дни нас что-нибудь тревожит;

Всегда волнение каких-нибудь забот Довольству нашему дорогу перебьет.

Рассказывая о своем горе, часто его облегчаешь.

Уменье властвовать не черпается из книг.

Нет страшнее Порока на земле, чем ложь. Столкнувшись с нею, От отвращенья содрогаются сердца Порядочных людей. И, уличив лжеца, Его презреньем окружают повсеместно. Нет выхода ему, солгавшему бесчестно, Как только кровью смыть позор свой…

Я всякую беду согласен перенесть, Но я не соглашусь, чтоб пострадала честь.

Мы не вправе жить, когда погибла честь.

Пример действует сильнее угрозы.

Живой пример верней, и только он велик. Скрывай желания, таи мечты свои.

Кто много говорит, тот говорит много глупостей.

Всегда везде для всех да будет правый суд.

За равную вину и кара всем равна, Виновных различать Фемида не должна.

Богам не может быть угодно преступленье.

Как украшает снисходительность героя!

Нет добродетели, то знатность не поможет.

Человек мужественный верен своему слову.

Если сердце смело, Оно не станет ждать, чтоб время подоспело.

Отважная душа не станет вероломной.

Ранимы жалостью высокие сердца, Участье к слабому — не слабость храбреца.

Кто презирает страх, тот слишком возгордился.

Чем лучший оскорбил, тем глубже оскорбленье.

Чужая боль не то, что боль души своей.

Дарите исподволь — и цену дар удвоит: То, как вы дарите, самих подарков стоит. Один проигрывает в карты, а другой Колечко снятое забудет взять с собой. Невежа, если щедр, то одаряет даму Так, словно милостыню ей дает, и сраму Ему не избежать, и он старался зря: Хотел понравиться — и оскорбил, даря.

Когда мы верного утрачиваем друга,

Ничто не исцелит душевного недуга.

Из двух красивей та, Которая при нас не открывала рта.

Хуже муки нет, чем страстно полюбить Того, кто ненавистью будет вам платить.

Когда любовь неложна,

Того, кто ей не мил, любить нам невозможно,

Все домогательства тогда обречены.

Можно ли пенять На небеса за то, когда по их веленью Две связаны души, когда ни на мгновенье Они не в силах друг о друге позабыть? Коль этой связи нет, любви не может быть.

У брака и любви различные стремленья: Брак ищет выгоды, любовь — расположенья.

Любовь обманутая — больше не любовь.

Сдержан только тот, кто перестал любить.

Любовь — жестокий царь, ее всесильно иго.

Бесчестье равное волочит за собой Тот, кто предаст любовь и кто покинул бой.

Слезам возлюбленной легко осилить нас — Неотразим сквозь них огонь прекрасных глаз! Над сердцем в этот миг так властны сожаленья. Приходит — кроткая, царит же — как тиранка, Но раз твоей душе понравилась приманка, Преодолеть любовь душа уж не вольна.

Женщинам дарована богами Столь пагубная власть над лучшими мужами! И жены слабые, бессмертных теша взгляд, Над сильными, увы, и смелыми царят!

Одна лишь красота нас покоряет силой, Мы, смерти не страшась, боимся гнева милой!

Обманутый в любви не знает снисхожденья.

От веры до любви короткая дорога. Внушить доверие — о, это очень много! Когда поверишь ты, что он в тебя влюблен, Полюбишь и сама: таков любви закон.

Давно замечено, что любопытство тоже

Сердца иные жжет и на любовь похоже.

Когда нет того, кого любишь, приходится любить то, что есть.

Ревность возбуждать одной любви пристало.

Разве можно Исправить ревностью мужчину? Осторожно Тут надо действовать.

Возлюбленных найдешь, супруг — незаменим.

Коль совершился брак, то брачного союза Нерасторжима связь, ее нельзя порвать: Супруги не должны в разлуке пребывать.

Бог страсти — злой тиран, и он за все в ответе.

Коль страсти одолели, Дано им бушевать, пока не минет срок. Но в скором времени иссякнет их поток.

Живет надеждой страсть и гибнет вместе с ней: То пламень, гаснущий, когда нет пищи новой.

До преступления доходит страсти сила: Богов она винит, вступая в спор с судьбой.

Сначала в силах мы сопротивляться страсти, Пока она своей не показала власти. Сердца, не знавшие тревоги и боренья, Бесчувствием своим внушают подозренье.

Нельзя, чтобы гордец так сразу уступил. Он знает, что не прав, но сердце в нем надменно, И тягостно ему сознаться откровенно.

Дух, приученный быть доблестным всегда, Принесть повинную не может без стыда.

Беспечность — худший враг, чем вражеская рать.

Кто свой скрывает гнев, тот лучше мести служит.

Где нет опасности, не может быть и славы.

Не у толпы… искать опоры надо, Ее хвалебный гул — непрочная награда.

Слава громкая, которой столь горды мы, Пройдет как легкие, рассеиваясь, дымы.

Пасть за отечество — счастливая чреда: Умерший доблестно бессмертен навсегда.

Сколь зависти достоин Тот, кто, теряя мощь, теряет жизнь как воин, И сколь казним судьбой отважный человек, Который долго жил и пережил свой век!

ЛАБРЮЙЕР

ЖАН ДЕ ЛАБРЮЙЕР (1645–1696) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ, МАСТЕР АФОРИСТИЧЕСКОЙ ПУБЛИЦИСТИКИ. АНДРЕ МОРУА НАЗЫВАЛ ЛАБРЮЙЕРА ПЕРВЫМ ВЕЛИКИМ ФРАНЦУЗСКИМ ПИСАТЕЛЕМ, КОТОРЫЙ СТАЛ НА ПУТЬ ИМПРЕССИОНИЗМА. И КАК МЫСЛИТЕЛЬ, И КАК ХУДОЖНИК, ЛАБРЮЙЕР ЗАВЕРШАЕТ КЛАССИЧЕСКИЙ ВЕК И ОТКРЫВАЕТ НОВУЮ СТРАНИЦУ В ИСТОРИИ ФРАНЦУЗСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.

Сколько замечательных людей, одаренных редкими талантами, умерли, не сумев обратить на себя внимание! Сколько их живет среди нас, а мир молчит о них и никогда не будет говорить.

Большинство людей употребляет лучшую пору своей жизни на то, чтобы сделать худшую еще более печальной.

Неблагодарное ремесло избрал тот, кто пытается создать себе громкое имя: жизнь его подходит к концу, а работа едва начата.

К высокому положению ведут два пути: протоптанная прямая дорога и окольная тропа в обход, которая гораздо короче.

Будем смеяться, не дожидаясь минуты, когда почувствуем себя счастливыми, иначе мы рискуем умереть, так ни разу и не засмеявшись.

Чтобы чувствовать себя счастливыми, нам довольно быть с теми, кого мы любим: мечтать, беседовать с ними, хранить молчание, думать о них, думать о чем угодно, только бы не разлучаться, — остальное безразлично.

Ни к кому не ходить на поклон и не ждать, что придут на поклон к вам, — вот отрадная жизнь, золотой век, естественное состояние человека!

Иные люди так страстно и упорно добиваются предмета своих желаний, что, боясь упустить его, делают все от них зависящее, дабы действительно его упустить.

Жизнь коротка, если считать, что названия жизни она заслуживает лишь тогда, когда дарит нам радость: собрав воедино все приятно проведенные часы, мы сведем долгие годы всего к нескольким месяцам.

Перед лицом иных несчастий как-то стыдно быть счастливым.

Все наши беды проистекают от невозможности быть одинокими.

Истинно несчастен человек лишь тогда, когда он чувствует за собой вину и упрекает себя в ней.

Прямая противоположность тому, что говорят о делах и людях, часто и есть истинная правда о них.

Справедливость по отношению к ближнему следует воздавать безотлагательно, медлить в таких случаях — значит, быть несправедливым.

Кто идет медленно и не спеша, тому не длинна никакая дорога, кто терпеливо готовится в путь, тот непременно приходит к цели.

Трудно сказать, чего больше заслуживает нерешительность — жалости или презрения, и неизвестно, что опаснее — принять ошибочное решение или не принимать никакого.

За усердное исполнение своего долга человек вознаграждает себя удовлетворением, которое он испытывает, и не заботится о похвалах, почете и признательности, в которых ему отказывают.

Невежество — состояние привольное и не требующее от человека никакого труда, поэтому невежды исчисляются тысячами.

Взыскивать с детей за проступки, которых они не совершили, или хотя бы строго наказывать их за мелкие провинности — значит, лишиться всякого их доверия и уважения.

Для интриг нужен ум, но, когда его много, человек стоит настолько выше интриг и происков, что уже не снисходит до них — в этом случае он идет к успеху и славе совсем иными путями.

Человек, сильно убежденный в том, что он очень умен, почти всегда принадлежит к числу тех людей, у которых или мало ума, или вовсе нет его.

Легче встретить людей, обладающих умом, нежели способностью употреблять его в дело, ценить ум в других и находить ему полезное применение.

Известная духовная ограниченность помогает иным людям идти по стезе мудрости.

Быть в восторге от самого себя и сохранять незыблемую уверенность в собственном уме — это несчастье, которое может стрястись только с тем, кто или вовсе не наделен умом, или наделен им в очень малой степени.

Человек посредственного ума словно вырублен из одного куска: он постоянно серьезен, не умеет шутить, смеяться, радоваться пустякам.

Одна из примет посредственности ума есть желание постоянно рассказывать.

Только человек благородный по происхождению или хорошо воспитанный способен хранить тайну.

Тупица — это глупец, который не раскрывает рта, в этом смысле он предпочтительней болтливого глупца.

Ум всех людей, вместе взятых, не поможет тому, у кого нет своего: человек, лишенный зрения, не способен восполнить этот недостаток за счет окружающих.

Как жаль, что мы живем недостаточно долго, чтобы пользоваться уроками своих ошибок.

Если бы глупец боялся сказать глупость, он уже не был бы глупцом.

О вещах серьезных следует говорить просто: напыщенность тут неуместна; говоря о вещах незначительных, надо помнить, что только благородство тона, манеры и выражений могут придать им смысл.

В устную речь можно вложить еще более тонкий смысл, чем в письменную.

Все давно сказано, и мы опоздали родиться, ибо уже более семи тысяч лет на земле живут и мыслят люди.

Беда, когда у человека не хватает ума, чтобы хорошо сказать, или здравого смысла, чтобы осторожно промолчать.

Не следует позволять себе даже самую невинную шутку иначе как с людьми вежливыми и умными.

Чем меньше человек говорит, тем больше он выигрывает: люди начинают думать, что он не лишен ума, а если к тому же он действительно неглуп, все верят, что он весьма умен.

Мы редко раскаиваемся в том, что сказали слишком мало, но часто сожалеем о том, что говорили слишком много — избитая и банальная истина, которую все знают и которой никто не следует.

Один из признаков посредственности — беспрестанная болтовня.

В разглашении тайны всегда повинен тот, кто доверил ее другому.

Льстец льстит только потому, что он невысокого мнения ни о себе, ни о других.

Наказанный преступник — это пример для всех негодяев, невинно осужденный — это вопрос совести всех честных людей.

Что такое льстец? Это гибкий и снисходительный ум, который раболепно улыбается при каждом вашем взгляде, вскрикивает при каждом вашем слове и рукоплещет всем вашим действиям.

Глупцы читают книгу и ничего не могут в ней понять; заурядные люди думают, что им все понятно; истинно умные люди иной раз понимают не все, запутанное они находят запутанным, а ясное — ясным. Так называемые умники изволят находить неясным то, что ясно, и не понимают того, что очевидно.

Если книга возвышает душу, вселяя в нее мужество и благородные порывы, судите ее только по этим чувствам: она превосходна и создана рукой мастера.

Если бедность — мать преступлений, то недалекий ум — их отец.

Свобода — это не праздность, а возможность свободно располагать своим временем и выбирать себе род занятий, короче говоря, быть свободным — значит, не предаваться безделью, а самолично решать, что делать и чего не делать. Какое великое благо такая свобода!

Когда человек, не предубежденный в пользу своей страны, сравнивает различные образы правления, он видит, что невозможно решить, какой из них лучше: в каждом из них есть свои дурные и свои хорошие стороны. Самое разумное и верное — счесть наилучшим тот, при котором ты родился, и примириться с ним.

У подданных деспота нет родины. Мысль о ней вытеснена корыстью, честолюбием, раболепством.

Скромность так же нужна достоинствам, как фигурам на картине нужен фон: она придает им силу и рельефность.

Человек с большими достоинствами и большим умом, которые признаны всеми, не безобразен, если имеет даже уродливые черты лица: безобразие, хотя бы оно и было, не производит впечатления.

Щедрость состоит не столько в том, чтобы давать много, сколько в том, чтобы давать своевременно.

Человек трусливый, потерявший всякий стыд, может согласиться на всякую гадость. Признательность за услугу уносит с собой немалую долю дружеского расположения к тому, кто сделал нам добро.

Если человек помог тому, кого он любил, то ни при каких обстоятельствах он не должен вспоминать потом о своем благодеянии.

Нет на свете излишества прекраснее, чем излишек благодарности.

Пусть каждый старается думать и говорить разумно, но откажется от попыток убедить других в непогрешимости своих вкусов и чувств: это слишком трудная затея.

Самое изысканное удовольствие состоит в том, чтобы доставлять удовольствие другим.

Нам следует искать расположения тех, кому мы хотим помочь, а не тех, от кого ждешь помощи.

Чем больше наши ближние похожи на нас, тем больше они нам нравятся: уважать кого-то — это, по-видимому, то же самое, что приравнивать его к себе.

Не следует судить о человеке по лицу — оно позволяет лишь строить предположения.

Не столько ум, сколько сердце помогает человеку сближаться с людьми и быть им приятным.

Люди, украшенные достоинствами, сразу узнают, выделяют, угадывают друг друга; если вы хотите, чтобы вас уважали, имейте дело только с людьми, заслуживающими уважения.

Кто после разговора с вами бывает доволен собою и своим умом, тот и вами вполне доволен.

С теми хитрецами, которые прилежно слушают и мало говорят, говорите еще меньше, а если уж вам приходится говорить много, старайтесь ничего не сказать.

Талантом собеседника отличается не тот, кто охотно говорит сам, а тот, с кем охотно говорят другие.

Люди слишком мало дорожат случаем доставить радость ближнему.

Вы думаете, что этот человек одурачен вами, а если он притворяется одураченным, то кто больше одурачен: он или вы?

Люди в большинстве случаев сперва гневаются, потом наносят обиду, некоторые же поступают наоборот: сначала оскорбляют, потом сердятся.

Прийти к заключению, что иные люди не способны мыслить здраво, и заранее отвергнуть все, что они говорят, сказали и скажут, — значит избавить себя от множества бесполезных споров.

Ключ к сердцу человека — сочувствие страстям, поглощающим его душу, или сострадание к недугам, снедающим его тело.

Приятно бывать в обществе людей, когда к этому побуждают нас лишь дружеская склонность и уважение; тягостно искать с ними встречи, когда ждешь от них услуг: это значит набиваться на дружбу.

Кто умеет внушить, что он не очень хитер, тот уже далеко не прост.

Доверие — первое условие дружбы.

Не слишком хороший характер у того, кто нетерпим к дурному характеру ближнего: будем помнить, что в обращении требуется и золото, и разменная монета.

Нельзя далеко идти в дружбе, если друзья не расположены извинять друг другу небольшие недостатки.

Мы преисполнены нежности к тем, кому делаем добро, и страстно ненавидим тех, кому нанесли много обид.

Мир населен людьми, которые, по привычке сравнивая себя с окружающими, всегда отдают предпочтение себе и поступают соответственным образом.

Истинной дружбой могут быть связаны только те люди, которые умеют прощать друг другу мелкие недостатки.

Вы нашли себе преданного друга, если, возвысившись, он не раззнакомился с вами.

В жизни чаще встречается беззаветная любовь, нежели истинная дружба. Друзья потому находят удовольствие в общении друг с другом, что одинаково смотрят на нравственные обязанности человека.

В истинной дружбе таится прелесть, непостижимая для заурядных людей.

Мужчина соблюдает чужую тайну вернее, чем свою собственную, а женщина лучше хранит свою, нежели чужую.

Подобно тому, как рыбу надо мерить, не принимая в расчет головы и хвоста, так и женщин надо разглядывать, не обращая внимания на их прическу и башмаки.

Если две женщины, к которым мы равно питаем дружеские чувства, рассорились, то, даже не имея никакого касательства к причине их ссоры, нам все же не удается сохранить одинаково добрые отношения с той и другой: чаще всего приходится выбирать между ними или терять обеих.

Женщина, которую все считают холодной, просто еще не встретила человека, который пробудил бы в ней любовь.

Мнение мужчин о достоинствах какой-нибудь женщины редко совпадает с мнением женщин: их интересы слишком различны. Те милые повадки, те бесчисленные ужимки, которые так нравятся мужчинам и зажигают в них страсть, отталкивают женщин, рождая в них неприязнь и отвращение.

Легче спросить старика о том, когда он умрет, нежели женщину о том, когда она родилась.

У каждого свое понятие о женской привлекательности; красота — это нечто более незыблемое и не зависящее от вкусов и суждений.

Порою женщины, чья красота совершенна, а достоинства редкостны, так трогают наше сердце, что мы довольствуемся правом смотреть на них и говорить с ними.

Женщины утверждают, что мужчины непостоянны, а мужчины доказывают, что женщины ветрены.

Когда женщина перестает любить мужчину, она забывает все, даже милости, которыми его дарила.

Непостоянная женщина та, которая уже не любит; легкомысленная та, которая любит уже другого; ветреная та, которая не знает, любит ли она и кого любит; равнодушная та, которая никого не любит.

Если женщина ждет возлюбленного, она наряжается к его приходу, но, если он нагрянет внезапно, она забывает о своей внешности и не думает о том, как она выглядит. Другое дело, когда к ней приходят люди, ей безразличные: тут она помнит о малейшей небрежности в своем уборе, сразу начинает прихорашиваться или же исчезает на минуту, чтобы вскоре появиться в полном блеске.

Как бы сильно ни любила молодая женщина, она начинает любить еще сильнее, когда к ее чувству примешивается своекорыстие или честолюбие.

Мужчина громко негодует на женщину, которая его разлюбила, и быстро утешается; женщина не столь бурно выражает свои чувства, но долго остается безутешной.

Неужели нельзя изобрести средство, которое заставило бы женщин любить своих мужей?

Как мало на свете таких безупречных женщин, которые хотя бы раз на дню не давали своим мужьям повода пожалеть о том, что они женаты, и позавидовать холостякам.

Давнишний любовник так мало значит для женщины, что его легко меняют на нового мужа, а новый муж так быстро теряет новизну, что почти сразу уступает место новому любовнику.

Если женщина неверна и это известно тому, кому она изменяет, она неверна, и только; но если он ничего не знает — она вероломна.

Столичный житель для провинциалки — то же, что для столичной жительницы — придворный.

Женщины склонны к крайностям: они или намного хуже, или намного лучше мужчин.

Тосковать о том, кого любишь, много легче, чем жить с тем, кого ненавидишь.

На свете нет зрелища прекраснее, чем лицо любимой, и нет музыки слаще, чем звук любимого голоса.

Тот, кто влюбляется в дурнушку, влюбляется со всей силой страсти, потому что такая любовь свидетельствует или о странной прихоти его вкуса, или о тайных чарах любимой, более сильных, чем чары красоты.

Самый сладкий из всех голосов — это голос женщины, которую мы любим.

Труднее всего исцелить ту любовь, которая вспыхнула с первого взгляда.

Любовь возникает внезапно и безотчетно. Довольно одной привлекательной черты, чтобы поразить сердце и решить нашу судьбу.

Чем больше милостей женщина дарит мужчине, тем сильнее она его любит и тем меньше любит он ее.

У друзей мы замечаем те недостатки, которые могут повредить им, а у любимых те, от которых страдаем мы сами.

Время укрепляет дружбу, но ослабляет любовь. Как ни требовательны люди в любви, все же они прощают больше провинностей тем, кого любят, нежели тем, с кем дружат.

Умирает любовь от усталости, а хоронит ее забвение.

Угасание любви — вот неопровержимое доказательство того, что человек ограничен и у сердца есть пределы.

Мы хотим быть источником всех радостей или, если это невозможно, всех несчастий того, кого любим.

Мужчине легко обмануть женщину притворными клятвами, если только он не таит в душе истинной любви к другой.

По-настоящему мы любим лишь в первый раз, все последующие наши увлечения уже не так безоглядны.

Источник ревности нередко кроется не в сильной любви, а в свойствах нашего характера, однако невозможно себе представить сильную страсть, которую не омрачала бы неуверенность.

Мы так же не можем навеки сохранить любовь, как не могли не полюбить.

И при зарождении, и на закате любви люди всегда испытывают замешательство, оставаясь наедине друг с другом.

Полюбить — значит проявить слабость, разлюбить — значит иной раз проявить не меньшую слабость.

В устах настоящего француза слова «жениться на вдове» означают «составить себе состояние», однако частенько слова эти оказываются ловушкой.

Бывают странные отцы, до самой смерти занятые лишь одним: дать детям основания не слишком скорбеть о ней.

Тесть не любит зятя, свекор любит невестку, теща любит зятя, свекровь не любит невестку — все в мире уравновешивается.

От хитрости до плутовства — один шаг, переход от первой ко второму очень легок: стоит прибавить к хитрости ложь, и получится плутовство.

Нет ничего бесцветнее, чем характер бесхарактерного человека.

Страсть без труда берет верх над рассудком, но она одерживает великую победу, когда ей удается одолеть своекорыстие.

В жизни бывают случаи, когда самой тонкой хитростью оказываются простота и откровенность.

Человек, высокомерный и спесивый в обществе, обычно добивается результата, прямо противоположного тому, на который рассчитывает, — если, конечно, он рассчитывает на уважение.

Назойлив только глупец, умный человек сразу чувствует, приятно его общество или наскучило, и уходит за секунду до того, как станет ясно, что он — лишний.

В любом самом мелком, самом незначительном, самом неприметном нашем поступке уже сказывается весь наш характер: дурак и входит, и выходит, и садится, и встает с места, и молчит, и двигается иначе, нежели умный человек.

Тот, кто хлопочет за других, всегда исполнен уверенности в себе как человек, который добивается справедливости, выпрашивая или домогаясь чего-нибудь для себя, он смущается и стыдится как человек, который клянчит милости.

Часто гораздо короче и полезнее приноровиться самому к другим, чем заставить других приноравливаться к себе.

Суть учтивости состоит в стремлении говорить и вести себя так, чтобы наши ближние были довольны и нами, и самими собою.

Манерность жестов, речи и поведения нередко бывает следствием праздности или равнодушия, большое чувство и серьезное дело возвращают человеку его естественный облик.

Учтивые манеры не всегда говорят о справедливости, доброте, но они хотя бы создают видимость этих свойств, и человек по внешности кажется таким, каким ему следует быть по сути.

Нет такого порока, который не рядился бы под какую-нибудь добродетель или не прибегал бы к ее помощи.

Одни ценят в собеседнике учтивость, другие — большие дарования и неколебимую добродетель, однако в любом случае учтивые манеры оттеняют достоинства и придают им приятность.

Я не уверен, что о человеке можно судить по первому его проступку, вызванному крайней необходимостью, сильной страстью, порывом.

Нельзя судить о человеке с первого взгляда, как мы судим о картине или статуе, а нужно проникнуть в глубины его души. Достоинства обычно окутаны покровом скромности, недостатки прикрыты маской лицемерия; только немногие сердцеведы умеют сразу постичь характер ближнего, ибо и совершенная добродетель, и закоренелый порок обнаруживают себя лишь постепенно, да и то под давлением обстоятельств.

Опыт говорит нам, что попустительство и снисходительность к себе и беспощадность к другим — две стороны одного и того же греха.

Нахальство — это самовлюбленность, доведенная до предела; человек самовлюбленный утомляет, докучает, надоедает, нахал отталкивает, ожесточает, раздражает, оскорбляет.

Человек самовлюбленный — это нечто среднее между глупцом и нахалом: в нем есть кое-что и от того, и от другого.

Высокомерие — вот единственная причина того, что мы так дерзко заносимся перед низшими и так постыдно пресмыкаемся перед высшими.

Человек тщеславный равно получает удовольствие, говоря о себе как хорошее, так и дурное, человек скромный просто не говорит о себе.

У некоторых людей величие подменяется надменностью, твердость — бесчеловечностью, ум — плутовством.

Человек самовлюбленный — это тот, в ком глупцы усматривают бездну достоинств.

Большинство людей, стремящихся к цели, способны, скорее, сделать одно большое усилие, чем упорно идти избранной дорогой, из-за лени и непостоянства они часто утрачивают плоды лучших своих начинаний и дают обогнать себя тем, кто отправился в путь поздней, чем они, и шел медленней, но зато безостановочно.

Резкость, грубость, неотесанность — это пороки, от которых иной раз не свободны даже умные люди.

Наглость — это не умышленный образ действий, а свойство характера, порок, но порок врожденный. Кто не родился наглецом, тот скромен и нелегко впадает в другую крайность. Бесполезно поучать его: «Будьте наглы и вы преуспеете» — неуклюжее подражание не пойдет такому человеку впрок и неминуемо приведет его к неудаче.

Неучтивость — не особый порок, а следствие многих пороков: пустого тщеславия, отсутствия чувства долга, лености, глупости, рассеянности, высокомерия, зависти.

Ложная скромность — самая утонченная уловка тщеславия.

Плуты склонны думать, что все остальные подобны им.

Если вы тщательно присмотритесь к людям, которые никого не могут хвалить, всякого порицают и никем не довольны, то вы узнаете, что это те самые люди и есть, которыми никто не доволен.

Водись на свете поменьше простаков, было бы меньше и тех, кого называют хитрецами и ловкачами.

Раб зависит только от своего господина, честолюбец — от всех, кто способен помочь его возвышению.

Склонность к осмеиванию говорит иногда о скудости ума.

Часто люди падают с большой высоты из-за тех же недостатков, которые помогли им ее достичь.

Говоря о том, что их затрагивает, люди признаются только в своих самых незначительных недостатках.

Под насмешкой скрывается иногда духовная нищета.

Мы быстро подмечаем в себе малейшие достоинства и медленно обнаруживаем недостатки.

Хвалебные эпитеты не составляют похвалы. Похвала требует фактов, и притом умело поданных. Мы гораздо чаще хвалим то, что расхвалено другими, нежели то, что похвально само по себе.

Только люди с низменной душой могут рассыпаться в похвалах тем, о ком до их возвышения отзывались пренебрежительно.

Пренебрежительно отвергая любую похвалу, мы проявляем своего рода грубость: нам следует благодарить за нее, если она исходит от достойного человека, который чистосердечно хвалит то, что заслуживает похвалы.

Богатству иных людей не стоит завидовать: они приобрели его такой ценой, которая нам не по карману, — они пожертвовали ради него покоем, здоровьем, честью, совестью. Это слишком дорого — сделка принесла бы нам лишь убытки.

Кратчайший и вернейший способ составить себе состояние — это дать людям понять, что им выгодно делать вам добро.

Хороший врач — это человек, знающий средства от некоторых недугов или, если болезнь ему незнакома, зовущий к больному тех, кто сможет ему помочь.

Богат тот, кто получает больше, чем тратит, беден тот, чьи траты превышают доходы.

Невоздержание превращает в смертельный яд пищу, назначенную для сохранения жизни.

Жизнь — это то, что люди больше всего стремятся сохранить и меньше всего берегут.

У детей нет ни прошлого, ни будущего, зато в отличие от нас, взрослых, они умеют пользоваться настоящим.

Старик, если только он не очень умен, всегда высокомерен, спесив и неприступен.

Как излишняя небрежность в одежде, так и чрезмерная щеголеватость равно подчеркивают дряхлость и умножают морщины стариков.

Мы боимся старости, хотя не уверены, что доживем до нее. По любви к жизни нам старость желанна, от страха же смерти нам старость страшна.

Мы надеемся достигнуть старости, но боимся состариться.

Стремление некоторых стариков любить молодых женщин неразумно еще и потому, что они требуют к себе ответную любовь и питаются иллюзией, что они еще вправе на это рассчитывать. Впрочем, вина здесь не только самих стариков, а и тех молодых женщин, которые поддерживают в них это неразумие.

Влюбчивый старик — одно из величайших уродств в природе.

Если мужчину мучит вопрос, не изменился ли он, не начал ли стареть, ему следует заглянуть в глаза молодой женщине и обратить внимание на то, как она с ним разговаривает: он сразу узнает, что так боится узнать. Суровый урок!

Мы так любим критиковать, что теряем способность глубоко чувствовать поистине прекрасные творения. С точки зрения милосердия смерть хороша тем, что кладет конец старости. Смерть, упреждающая одряхление, более своевременна, чем смерть, завершающая его.

Если бы нам был дан выбор: умереть или жить вечно — никто бы не знал, на что решиться. Природа избавляет нас от необходимости выбирать, делая смерть неизбежной.

То, что людям известно о смерти, немножко смягчается для них тем, чего они не знают о ней, неопределенность времени прихода ее несколько походит на бесконечность.

Сожаление о неразумно растраченном времени, которому предаются люди, не всегда помогает им разумно употребить его остаток.

Кто не умеет с толком употребить свое время, тот первый жалуется на его нехватку: он убивает дни на одевание, еду, сон, пустые разговоры, на размышления о том, что следует сделать, и просто на ничегонеделанье.

Великое удивляет нас, ничтожное отталкивает, а привычка примиряет и с тем, и с другим.

ЛАРОШФУКО

ФРАНСУА ДЕ ЛАРОШФУКО (1613–1680) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ-МОРАЛИСТ. В АФОРИСТИЧЕСКОЙ ФОРМЕ ИЗЛОЖИЛ ФИЛОСОФСКИЕ ИТОГИ НАБЛЮДЕНИЙ НАД ПРИРОДОЙ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ХАРАКТЕРА. ЛАРОШФУКО ХОТЕЛ ПОМОЧЬ ЧЕЛОВЕКУ ПОЗНАТЬ САМОГО СЕБЯ И СЧИТАЛ ВЕЛИЧАЙШИМ ПОДВИГОМ ДРУЖБЫ ОТКРЫТЬ ДРУГУ ГЛАЗА НА ЕГО СОБСТВЕННЫЕ НЕДОСТАТКИ.

Вкусы меняются столь же часто, сколь редко меняются склонности.

Хороший вкус говорит не столько об уме, сколько о ясности суждений.

Чтобы стать великим человеком, нужно уметь искусно пользоваться всем, что предлагает судьба.

Только стечение обстоятельств открывает нашу сущность окружающим и, главное, нам самим.

Мы вступаем в различные возрасты нашей жизни, точно новорожденные, не имея за плечами никакого опыта, сколько бы нам ни было лет.

Легче познать людей вообще, чем одного человека в частности.

Люди никогда не бывают ни безмерно хороши, ни безмерно плохи.

Как бы ни кичились люди величием своих деяний, последние часто бывают следствием не великих замыслов, а простой случайности.

Миром правят судьба и прихоть.

Судьба все устраивает к выгоде тех, кому она покровительствует.

Мы редко до конца понимаем, чего мы в действительности хотим. Окончательно соскучившись, мы перестаем скучать.

Нигде не найти покоя тому, кто не нашел его в самом себе.

Может ли человек с уверенностью сказать, чего он захочет в будущем, если он не способен понять, чего ему хочется сейчас.

Судьбу считают слепой главным образом те, кому она не дарует удачи.

С судьбой следует обходиться, как со здоровьем: когда она нам благоприятствует — наслаждаться ею, а когда начинает капризничать — терпеливо выжидать, не прибегая без особой необходимости к сильнодействующим средствам.

Зло, как и добро, имеет своих героев.

Если кто-нибудь сделает нам добро, мы обязаны терпеливо сносить и причиняемое этим человеком зло.

Причинять людям зло большей частью не так опасно, как делать им слишком много добра.

Как бы ни был проницателен человек, ему не постигнуть всего зла, которое он творит.

Опаснее всего те злые люди, которые не совсем лишены доброты.

Чистосердечно хвалить добрые дела — значит, до некоторой степени принимать в них участие.

Умеренность счастливых людей проистекает из спокойствия, даруемого неизменной удачей.

Наши прихоти куда причудливей прихотей судьбы.

Нам дарует радость не то, что нас окружает, а наше отношение к окружающему, и мы бываем счастливы, обладая тем, что любим, а не тем, что другие считают достойным любви.

Счастье и несчастье человека в такой же степени зависят от его нрава, как и от судьбы. Как ни обманчива надежда, все же до конца наших дней она ведет нас легкой стезей.

Счастливые люди неисправимы: судьба не наказывает их за грехи, и поэтому они считают себя безгрешными.

Счастье и несчастье мы переживаем соразмерно нашему себялюбию.

Существует такая степень счастья и горя, которая выходит за пределы нашей способности чувствовать.

Наше душевное спокойствие или смятение зависят не столько от важнейших событий нашей жизни, сколько от удачного или неприятного для нас сочетания житейских мелочей.

Где надежда, там и боязнь: боязнь всегда полна надежды, надежда всегда полна боязни.

Умение ловко пользоваться посредственными способностями не внушает уважения и все же нередко приносит людям больше славы, чем истинные достоинства.

Мудрец счастлив, довольствуясь немногим, а глупцу всего мало, вот почему почти все люди несчастны.

Обычно счастье приходит к счастливому, а несчастье — к несчастному.

Человек никогда не бывает так несчастен, как ему кажется, или так счастлив, как ему хочется.

Не бывает обстоятельств столь несчастных, чтобы умный человек не мог извлечь из них какую-нибудь выгоду, но не бывает и столь счастливых, чтобы безрассудный не мог обратить их против себя.

Не так благотворна истина, как зловредна ее видимость.

Высшая ловкость состоит в том, чтобы всему знать истинную цену.

Как раз те люди, которые во что бы то ни стало хотят всегда быть правыми, чаще всего бывают неправы.

Суждения наших врагов о нас ближе к истине, чем наши собственные.

Не следует обижаться на людей, утаивших от нас правду: мы и сами постоянно утаиваем ее от себя.

Мало обладать выдающимися качествами, надо еще уметь ими пользоваться.

В серьезных делах следует заботиться не столько о том, чтобы создавать благоприятные возможности, сколько о том, чтобы их не упускать.

Философия торжествует над горестями прошлого и будущего, но горести настоящего торжествуют над философией.

Невозмутимость мудрецов — это всего лишь умение скрывать свои чувства в глубине сердца.

Все жалуются на свою память, но никто не жалуется на свой разум.

Уму не под силу долго разыгрывать роль сердца. Проявить мудрость в чужих делах куда легче, нежели в своих собственных.

Люди редко бывают достаточно разумны, чтобы предпочесть полезное порицание опасной похвале.

Нет ничего глупее желания всегда быть умнее всех.

Для того, чтобы воспользоваться хорошим советом со стороны, подчас требуется не меньше ума, чем для того, чтобы подать хороший совет самому себе.

Мы находим несколько решений одного и того же вопроса не столько потому, что наш ум очень плодовит, сколько потому, что он не слишком прозорлив и, вместо того чтобы остановиться на самом лучшем решении, представляет нам без разбора все возможности сразу.

Люди мелкого ума чувствительны к мелким обидам, люди большого ума все замечают и ни на что не обижаются.

Наш ум ленивее, чем тело.

Лишены прозорливости не те люди, которые не достигают цели, а те, которые проходят мимо нее.

Можно дать другому разумный совет, но нельзя научить его разумному поведению.

Ум служит нам порою лишь для того, чтобы смелее делать глупости.

Ум ограниченный, но здравый в конце концов не так утомителен в собеседнике, как ум широкий, но путаный.

Самое причудливое безрассудство бывает обычно порождением самого утонченного разума.

Упрямство рождено ограниченностью нашего ума: мы неохотно верим тому, что выходит за пределы нашего кругозора.

Люди недалекие обычно осуждают все, что выходит за пределы их понимания.

Хитрость — признак недалекого ума. Мы легко забываем свои ошибки, когда они известны лишь нам одним.

Есть люди, которым на роду написано быть глупцами: они делают глупости не только по собственному желанию, но и по воле судьбы.

Бывают в жизни положения, выпутаться их которых можно только с помощью изрядной доли безрассудства.

В звуке голоса, в глазах и во всем облике говорящего заключено не меньше красноречия, чем в выборе слов.

Истинное красноречие — это умение сказать все, что нужно, и не больше, чем нужно.

Всем достаточно известно, что не подобает человеку говорить о своей жене, но недостаточно известно, что еще меньше ему подобает говорить о себе.

Лесть — это фальшивая монета, которая имеет хождение только из-за нашего тщеславия.

Говорить всего труднее как раз тогда, когда стыдно молчать.

Люди охотно молчат, если тщеславие не побуждает их говорить.

Люди скорее согласятся себя чернить, нежели молчать о себе.

В то время, как люди умные умеют выразить многое в немногих словах, люди ограниченные, напротив, обладают способностью много говорить — и ничего не сказать.

Ни один льстец не льстит так искусно, как себялюбие.

Изысканность ума сказывается в умении тонко льстить.

Если бы мы не льстили себе сами, нас не портила бы чужая лесть.

Иногда людям кажется, что они ненавидят лесть, в то время как им ненавистна лишь та или иная ее форма. Куда полезнее изучать не книги, а людей.

Наше раскаяние — это обычно не столько сожаление о зле, которое совершили мы, сколько боязнь зла, которое могут причинить нам в ответ.

То, что мы принимаем за добродетель, нередко оказывается сочетанием корыстных желаний и поступков, искусно подобранных судьбой или нашей собственной хитростью, так, например, порою женщины бывают целомудренны, а мужчины — доблестны совсем не потому, что им действительно свойственны целомудрие и доблесть.

Постоянство не заслуживает ни похвал, ни порицаний, ибо в нем проявляется устойчивость вкусов и чувств, не зависящая от нашей воли.

То, что мы принимаем за благородство, нередко оказывается переряженным честолюбием, которое, презирая мелкие выгоды, прямо идет к крупным.

Великодушие всем пренебрегает, чтобы всем завладеть. У людских достоинств, как и у плодов, есть своя пора.

Воздавать должное своим достоинствам наедине с собою столь же разумно, сколь смехотворно превозносить их в присутствии других.

Иные достоинства подобны зрению или слуху: люди, лишенные этих достоинств, не способны увидеть и оценить их в окружающих.

О достоинствах человека нужно судить не по его хорошим качествам, а по тому, как он ими пользуется.

Высшая доблесть состоит в том, чтобы совершать в одиночестве то, на что люди отваживаются лишь в присутствии многих свидетелей.

Злоупотребление хитростью говорит об ограниченности ума — люди, пытающиеся прикрыть таким способом свою наготу в одном месте, неизбежно разоблачают себя в другом.

Своим недоверием мы оправдываем чужой обман.

Все хотят снискать славу, но никто не хочет лишиться жизни, поэтому храбрецы проявляют не меньше находчивости и ума, чтобы избежать смерти, чем крючкотворцы — чтобы приумножить состояние.

Чтобы вступить в заговор, нужна неколебимая отвага, а чтобы стойко переносить опасности войны, хватает обыкновенного мужества.

Трусы обычно не сознают всей силы своего страха.

Опасно упрекать в робости тех, кого хотят от нее исцелить.

Не может отвечать за свою храбрость человек, который никогда не подвергался опасности.

У нас всегда достанет сил, чтобы перенести несчастье ближнего.

На каждого человека, как и на каждый поступок, следует смотреть с определенного расстояния. Иных можно понять, рассматривая их вблизи, другие же становятся понятными только издали. Люди кокетничают, когда делают вид, будто им чуждо любое кокетство.

Мы ничего не раздаем с такой щедростью, как советы.

Притворяясь, будто мы попали в расставленную нам ловушку, мы проявляем поистине утонченную хитрость, потому что обмануть человека легче всего тогда, когда он хочет обмануть нас.

Истинно ловкие люди всю жизнь делают вид, что гнушаются хитростью, а на самом деле они просто приберегают ее для исключительных случаев, обещающих исключительную выгоду.

Хитрость и предательство свидетельствуют лишь о недостатке ловкости.

Вернейший способ быть обманутым — это считать себя хитрее других.

Тот, кто думает, что может обойтись без других, сильно ошибается, но тот, кто думает, что другие не могут обойтись без него, ошибается еще сильнее.

Чрезмерная поспешность в расплате за оказанную услугу есть своего рода неблагодарность.

Поистине ловок тот, кто умеет скрывать свою ловкость.

Показная простота — это утонченное лицемерие.

Мы всегда любим тех, кто восхищается нами, но не всегда любим тех, кем восхищаемся мы.

Мы нередко относимся снисходительно к тем, кто тяготит нас, но никогда не бываем снисходительны к тем, кто тяготится нами.

Пока человек в состоянии творить добро, ему не грозит опасность столкнуться с неблагодарностью.

Необычайное удовольствие, с которым мы говорим о себе, должно было бы внушить нам подозрение, что наши собеседники его отнюдь не разделяют.

Невелика беда — услужить неблагодарному, но большое несчастье — принять услугу от подлеца.

Боится презрения лишь тот, кто его заслуживает.

Мы считаем здравомыслящими лишь тех людей, которые во всем с нами согласны.

Мы потому возмущаемся людьми, которые с нами лукавят, что они считают себя умнее нас.

Нам почти всегда скучно с теми людьми, с которыми не полагается скучать.

Нам почти всегда скучно с теми, кому скучно с нами.

Когда нам удается надуть других, они редко кажутся нам такими дураками, какими кажемся мы самим себе, когда другим удается надуть нас.

Нередко нам пришлось бы стыдиться своих самых благородных поступков, если бы окружающим были известны наши побуждения.

Больше всего оживляет беседы не ум, а взаимное доверие. Людские ссоры не длились бы так долго, если бы вся вина была на одной стороне.

Крушение всех надежд человека приятно и его друзьям, и недругам.

Люди, которых мы любим, почти всегда более властны над нашей душой, нежели мы сами.

Чаще всего вызывают неприязнь те люди, которые твердо уверены во всеобщей приязни.

Уверенность в себе составляет основу нашей уверенности в других.

Все любят разгадывать других, но никто не любит быть разгаданным.

Нет вернее средства разжечь в другом страсть, чем самому хранить холод.

Будучи обмануты друзьями, мы можем равнодушно принимать проявления их дружбы, но должны сочувствовать им в их несчастьях.

Не доверять друзьям позорнее, чем быть ими обманутым.

Величайший подвиг дружбы не в том, чтобы показать другу наши недостатки, а в том, чтобы открыть ему глаза на его собственные.

Мы охотно прощаем нашим друзьям недостатки, которые нас не задевают.

В дружбе, как и в любви, чаще доставляет счастье то, чего мы не знаем, нежели то, что нам известно.

Как ни редко встречается настоящая любовь, настоящая дружба встречается еще реже.

Слишком лютая ненависть ставит нас ниже тех, кого мы ненавидим.

На свете немало таких женщин, у которых в жизни не было ни одной любовной связи, но очень мало таких, у которых была только одна.

Легкое поведение — это наименьший недостаток женщин легкого поведения. Целомудрие женщин — это большей частью просто забота о добром имени и о покое.

Женщины не сознают всей беспредельности своего кокетства.

Непреклонная строгость поведения противна женской натуре.

Женщине легче преодолеть свою страсть, нежели свое кокетство.

Ум у большинства женщин служит не столько для укрепления их благоразумия, сколько для оправдания их безрассудств.

На свете мало порядочных женщин, которым не опостылела бы их добродетель.

Почти все порядочные женщины — это нетронутые сокровища, которые потому и в неприкосновенности, что их никто не ищет.

Женщина долго хранит верность первому своему любовнику, если только она не берет второго. Влюбленная женщина скорее простит большую нескромность, нежели маленькую неверность.

Женщины в большинстве своем оттого так безразличны к дружбе, что она кажется им пресной в сравнении с любовью.

Когда женщина влюбляется впервые, она любит своего любовника, в дальнейшем она любит уже только любовь.

Мало на свете женщин, достоинства которых пережили бы их красоту.

Порядочная женщина — это скрытое от всех сокровище, найдя его, человек разумный не станет им хвалиться.

Большинство женщин сдается не потому, что сильна их страсть, а потому, что велика их слабость. Вот почему обычно имеют такой успех предприимчивые мужчины, хотя они отнюдь не самые привлекательные.

Чиста и свободна от влияния других страстей только та любовь, которая таится в глубине нашего сердца и неведома нам самим.

Никакое притворство не поможет долго скрывать любовь, когда она есть, или изображать — когда ее нет.

Нет таких людей, которые, перестав любить, не начали бы стыдиться прошедшей любви.

Если судить о любви по обычным ее проявлениям, она больше похожа на вражду, чем на дружбу.

Любовь одна, но подделок под нее — тысячи.

Любовь, подобно огню, не знает покоя: она перестает жить, как только перестает надеяться или бояться.

Истинная любовь похожа на привидение: все о ней говорят, но мало кто ее видел.

Постоянство в любви — это вечное непостоянство, побуждающее нас увлекаться по очереди всеми качествами любимого человека, отдавая предпочтение то одному из них, то другому; таким образом, постоянство оказывается непостоянством, но ограниченным, то есть сосредоточенным на одном предмете. Постоянство в любви бывает двух родов: мы постоянны или потому, что все время находим в любимом человеке новые качества, достойные любви, или же потому, что считаем постоянство долгом чести.

Ни в одной страсти себялюбие не царит так безраздельно, как в любви: люди всегда готовы принести в жертву покой любимого существа, лишь бы сохранить свой собственный.

Очарование новизны в любви подобно цветению фруктовых деревьев: оно быстро тускнеет и больше никогда не возвращается.

Разлука ослабляет легкое увлечение, но усиливает большую страсть, подобно тому как ветер гасит свечу, но раздувает пожар.

Мы не можем вторично полюбить тех, кого однажды действительно разлюбили.

Любовники только потому никогда не скучают друг с другом, что они все время говорят о себе.

Пока люди любят, они прощают. В любви обман почти всегда заходит дальше недоверия.

Бывает такая любовь, которая в высшем своем проявлении не оставляет места для ревности.

Когда человек любит, он часто сомневается в том, во что больше всего верит.

Величайшее чудо любви в том, что она излечивает от кокетства.

Человек истинно достойный может быть влюблен как безумец, но не как глупец.

Тот, кого разлюбили, обычно сам виноват, что вовремя этого не заметил.

Настоящая дружба не знает зависти, а настоящая любовь — кокетства.

Одинаково трудно угодить и тому, кто любит очень сильно, и тому, кто уже совсем не любит.

Верность, которую удается сохранить только ценой больших усилий, ничуть не лучше измены.

Порою легче стерпеть обман того, кого любишь, чем услышать от него всю правду.

В волокитстве есть все, что угодно, кроме любви.

Тот, кто излечивается от любви первым, всегда излечивается полнее.

Любая страсть толкает на ошибки, но на самые глупые толкает любовь.

На старости любви, как и на старости лет, люди еще живут для скорбей, но уже не живут для наслаждений.

Существуют разные лекарства от любви, но нет ни одного надежного.

Есть люди, столь поглощенные собой, что, влюбившись, они ухитряются больше думать о собственной любви, чем о предмете своей страсти.

Твердость характера заставляет людей сопротивляться любви, но в то же время она сообщает этому чувству пылкость и длительность; люди слабые, напротив, легко загораются страстью, но почти никогда не отдаются ей с головой.

Благоразумие и любовь не созданы друг для друга: по мере того, как растет любовь, уменьшается благоразумие.

Кто очень сильно любит, тот долго не замечает, что он-то уже не любим.

Как естественна и вместе с тем как обманчива вера человека в то, что он любим!

Любовь правильнее всего сравнить с горячкой: тяжесть и длительность той и другой нимало не зависят от нашей воли.

Ревность питается сомнениями, она умирает или переходит в неистовство, как только сомнения превращаются в уверенность.

В ревности больше себялюбия, чем любви. Ревность всегда рождается вместе с любовью, но не всегда вместе с нею умирает.

Терзания ревности — самые мучительные из человеческих терзаний и к тому же менее всего внушающие сочувствие тому, кто их причиняет.

Ревнивая жена порою даже приятна мужу: он хотя бы все время слышит разговоры о предмете своей любви.

Чтобы оправдаться в собственных глазах, мы нередко убеждаем себя, что не в силах достичь цели, на самом же деле мы не бессильны, а безвольны.

У нас не хватает силы характера, чтобы покорно следовать всем велениям рассудка.

Предательства совершаются чаще всего не по обдуманному намерению, а по слабости характера.

Слабость характера — это единственный недостаток, который невозможно исправить.

Похвалы за доброту достоин лишь человек, у которого хватает твердости характера на то, чтобы иной раз быть злым; в противном случае доброта чаще всего говорит лишь о бездеятельности или о недостатке воли.

На свете мало недостижимых вещей, будь у нас больше настойчивости, мы могли бы отыскать путь почти к любой цели.

Иной раз нам не так мучительно покориться принуждению окружающих, как самим к чему-то себя принудить.

Истинно мягкими могут быть только люди с твердым характером, у остальных же кажущаяся мягкость — это чаще всего просто слабость, которая легко превращается в озлобленность.

Долговечность наших страстей не более зависит от нас, чем долговечность жизни.

Страсть часто превращает умного человека в глупца, но не менее часто наделяет дураков умом.

Мы сопротивляемся нашим страстям не потому, что мы сильны, а потому, что они слабы. Страсти — это единственные ораторы, доводы которых всегда убедительны, их искусство рождено как бы самой природой и зиждется на непреложных законах. Поэтому человек бесхитростный, но увлеченный страстью, может убедить скорее, чем красноречивый, но равнодушный.

Страстям присущи такая несправедливость и такое своекорыстие, что доверять им опасно и следует их остерегаться даже тогда, когда они кажутся вполне разумными.

Наши страсти часто являются порождением других страстей, прямо им противоположных: скупость порой ведет к расточительности, а расточительность — к скупости, люди нередко стойки по слабости характера и отважны из трусости.

Люди часто похваляются самыми преступными страстями, но в зависти, страсти робкой и стыдливой, никто не смеет признаться.

Ум всегда в дураках у сердца.

Кто никогда не совершал безрассудств, тот не так мудр, как ему кажется. Легче пренебречь выгодой, чем отказаться от прихоти.

Никакому воображению не придумать такого множества противоречивых чувств, какие обычно уживаются в одном человеческом сердце.

Те, кому довелось пережить большие страсти, потом всю жизнь и радуются своему исцелению, и горюют о нем.

Достойно вести себя, когда судьба благоприятствует, труднее, чем когда она враждебна.

Чаще всего тяготят окружающих те люди, которые считают, что они никому не могут быть в тягость.

Юношам часто кажется, что они естественны, тогда как на самом деле они просто невоспитанны и грубы.

Приличие — это наименее важный из всех законов общества и наиболее чтимый.

Ничто так не мешает естественности, как желание казаться естественным.

Наше самолюбие больше страдает, когда порицают наши вкусы, чем когда осуждают наши взгляды.

Люди не только забывают благодеяния и обиды, но даже склонны ненавидеть своих благодетелей и прощать обидчиков. Необходимость отблагодарить за добро и отомстить за зло кажется им рабством, которому они не желают покоряться.

Не будь у нас недостатков, нам было бы не так приятно подмечать их у ближних.

Если бы нас не одолевала гордость, мы не жаловались бы на гордость других.

Своекорыстие говорит на всех языках и разыгрывает любые роли, даже роль бескорыстия.

Одних своекорыстие ослепляет, другим открывает глаза.

Кто слишком усерден в малом, тот обычно становится неспособен к великому.

Ненависть к людям, попавшим в милость, вызвана любовью к этой самой милости.

В повседневной жизни наши недостатки кажутся порою более привлекательными, чем наши достоинства.

Так же легко обмануть себя и не заметить этого, как трудно обмануть другого и не быть изобличенным.

Мы так привыкли притворяться перед другими, что под конец начинаем притворяться перед собой.

В людях не так смешны те качества, которыми они обладают, как те, на которые они претендуют.

Величавость — это непостижимая уловка тела, изобретенная для того, чтобы скрыть недостатки ума.

Судьба исправляет такие наши недостатки, каких не мог бы исправить даже разум.

Иные люди отталкивают, невзирая на все их достоинства, а другие привлекают при всех их недостатках.

Скупость дальше от бережливости, чем даже расточительность.

Пороки входят в состав добродетелей, как яды в состав лекарств, благоразумие смешивает их, ослабляет их действие и потом умело пользуется ими как средством против жизненных невзгод.

Только у великих людей бывают великие пороки.

Когда пороки покидают нас, мы стараемся уверить себя, что это мы покинули их.

У человеческих характеров, как и у некоторых зданий, несколько фасадов, причем не все они приятны на вид.

Всецело предаться одному пороку нам обычно мешает лишь то, что у нас их несколько.

Чем бы мы ни объясняли наши огорчения, чаще всего в их основе лежит обманутое своекорыстие или уязвленное тщеславие.

Люди упрямо не соглашаются с самыми здравыми суждениями не по недостатку проницательности, а из-за избытка гордости: они видят, что первые ряды в правом деле разобраны, а последние им не хочется занимать.

Одним людям идут их недостатки, а другим даже достоинства не к лицу.

В основе так называемой щедрости обычно лежит тщеславие, которое нам дороже всего, что мы дарим.

Гордость часто разжигает в нас зависть, и та же самая гордость нередко помогает нам с ней справиться.

Многие презирают жизненные блага, но почти никто не способен ими поделиться.

Слабость характера нередко утешает нас в таких несчастьях, в каких бессилен утешить разум.

Признаваясь в маленьких недостатках, мы тем самым стараемся убедить окружающих в том, что у нас нет крупных.

Зависть еще непримиримее, чем ненависть.

Иные недостатки, если ими умело пользоваться, сверкают ярче любых достоинств.

Мы так нетерпимы к чужому тщеславию, потому что оно уязвляет наше собственное.

Любой наш недостаток более простителен, чем уловки, на которые мы идем, чтобы его скрыть.

Мы стараемся вменить себе в заслугу те недостатки, которых не желаем исправлять.

Порою из дурных качеств складываются великие таланты. Люди независтливые встречаются еще реже, чем бескорыстные.

Никто так не торопит других, как лентяи: ублажив свою лень, они хотят казаться усердными.

Поистине необычайными достоинствами обладает тот, кто сумел заслужить похвалу своих завистников.

Иные упреки звучат как похвала, зато иные похвалы хуже злословия.

Уклонение от похвалы — это просьба повторить ее.

Жажда заслужить расточаемые нам похвалы укрепляет нашу добродетель; таким образом, похвалы нашему уму, доблести и красоте делают нас умнее, доблестнее и красивее.

Слава великих людей всегда должна измеряться способами, какими она была достигнута.

Какие бы похвалы нам ни расточали, мы не находим в них ничего для себя нового. Мы браним себя только для того, чтобы нас похвалили.

Презрение философов к богатству было вызвано их сокровенным желанием отомстить несправедливой судьбе за то, что она не наградила их по достоинствам жизненными благами; оно было тайным средством, спасающим от унижений бедности, и окольным путем к почету, обычно доставляемому богатством.

Изящество для тела — это то же, что здравый смысл для ума.

Воздержанность в еде рождена или заботой о здоровье, или неспособностью много съесть.

Юность меняет свои вкусы из-за пылкости чувств, а старость сохраняет их неизменными по привычке.

Старики потому так любят давать хорошие советы, что уже не способны подавать дурные примеры.

К старости недостатки ума становятся все заметнее, как и недостатки внешности. К старости люди становятся безрассуднее — и мудрее.

Равнодушие старости не больше способствует спасению души, чем пылкость юности.

Как мало на свете стариков, владеющих искусством быть стариками!

Старые безумцы еще безумнее молодых.

Невозмутимость, которую проявляют порой осужденные на казнь, равно как и презрение к смерти, говорит лишь о боязни взглянуть ей прямо в глаза; следовательно, можно сказать, что то и другое для их разума — все равно что повязка для их глаз.

Ни на солнце, ни на смерть нельзя смотреть в упор.

Самые смелые и самые разумные люди — это те, которые под любыми благовидными предлогами стараются не думать о смерти.

Мы всего боимся, как и положено смертным, и всего хотим, как будто награждены бессмертием. У великих людей презрение к смерти вызвано ослепляющей их любовью к славе, а у людей простых — ограниченностью, которая не позволяет им постичь всю глубину ожидающего их несчастья и дает возможность думать о вещах посторонних.

Нам следовало бы удивляться только нашей способности чему-нибудь еще удивляться.

ЛАФАТЕР

ИОГАНН КАСПАР ЛАФАТЕР (1741–1801) — ШВЕЙЦАРСКИЙ ПИСАТЕЛЬ.

Не отнимай ни у кого убеждений, способствующих его счастью, если не можешь дать ему лучших.

Не доверяйте человеку, который все находит хорошим, который все считает дурным, а еще больше человеку, который безразлично относится ко всему.

Хочешь быть умным, научись разумно спрашивать, внимательно слушать, спокойно отвечать и переставать говорить, когда нечего больше сказать.

ЛАФОНТЕН

ЖАН ДЕ ЛАФОНТЕН (1621–1695) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ. В СВОИХ ПОЛНЫХ МЫСЛИ И САТИРЫ ПРОИЗВЕДЕНИЯХ ОПИРАЛСЯ НА НАРОДНУЮ МУДРОСТЬ И ФОЛЬКЛОР.

Путь, усыпанный цветами, никогда не приводит к славе.

Истинное величие состоит в том, чтобы владеть собою.

Любовь, любовь, когда ты овладеваешь нами, можно сказать: прости, благоразумие!

Скрывать что-либо от друзей опасно; но еще опасней ничего от них не скрывать.

На крыльях времени уносится печаль.

Тонет больше мух в меду, нежели в уксусе.

Выведи, мой друг, меня сперва из затруднения, а нравоучение ты и потом прочтешь.

Нет ничего опаснее невежественного друга.

Терпение и время дают больше, чем сила или страсть.

ЛЕЙБНИЦ

ГОТФРИД ВИЛЬГЕЛЬМ ЛЕЙБНИЦ (1646–1716) — НЕМЕЦКИЙ ФИЛОСОФ, МАТЕМАТИК, ФИЗИК, ЯЗЫКОВЕД. ПО ПРОСЬБЕ ПЕТРА I РАЗРАБОТАЛ ПРОЕКТЫ РАЗВИТИЯ ОБРАЗОВАНИЯ И ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ В РОССИИ.

Настоящий мир — наилучший.

Когда какая-нибудь вещь среди творений Бога кажется нам достойной порицания, мы должны заключить, что она недостаточно нами понята и что мудрец, который постиг бы ее, решил бы, что невозможно даже желать чего-либо лучшего.

Любить — это находить в счастье другого свое собственное счастье.

Настоящее время чревато будущим.

Зависть есть беспокойство (неудовольствие) души, вытекающее из того, что желательным нам благом обладает другой человек, которого мы не считаем более нас достойным владеть им.

Любовь есть склонность находить удовольствие в благе, совершенстве, счастье другого человека.

Скромные люди, будучи только свидетелями неприличного поступка, испытывают ощущения, похожие на ощущения стыда.

Наше счастье вовсе не состоит и не должно состоять в полном удовлетворении, при котором не оставалось бы больше ничего желать, что способствовало бы только отупению нашего ума. Вечное стремление к новым наслаждениям и новым совершенствам — это и есть счастье.

Я стою на том, что плохая голова, обладая вспомогательными преимуществами и упражняя их, может перещеголять самую лучшую, подобно тому, как ребенок может провести по линейке линию лучше, чем величайший мастер от руки.

Горе — это беспокойство души, когда она думает о потерянном благе, которым она могла бы дольше наслаждаться, или когда она мучается из-за испытываемого ею в настоящий момент зла.

Библиотеки — это сокровищницы всех богатств человеческого духа.

Если бы геометрия так же противоречила нашим страстям и интересам, как нравственность, то мы бы так же спорили против нее и нарушали ее вопреки всем доказательствам.

Музыка есть радость души, которая вычисляет, сама того не сознавая.

ЛЕОНАРДО ДА ВИНЧИ

ЛЕОНАРДО ДА ВИНЧИ (1452–1519) — ВЕЛИКИЙ ИТАЛЬЯНСКИЙ ЖИВОПИСЕЦ, СКУЛЬПТОР, АРХИТЕКТОР, УЧЕНЫЙ, ИНЖЕНЕР. СОЧЕТАЯ РАЗРАБОТКУ НОВЫХ СРЕДСТВ ХУДОЖЕСТВЕННОГО ЯЗЫКА С ТЕОРЕТИЧЕСКИМИ ОБОБЩЕНИЯМИ, СОЗДАЛ ОБРАЗ ЧЕЛОВЕКА, ОТВЕЧАЮЩИЙ ГУМАНИСТИЧЕСКИМ ИДЕАЛАМ ВЫСОКОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ. СВОИМИ МНОГОЧИСЛЕННЫМИ ОТКРЫТИЯМИ, ПРОЕКТАМИ, ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫМИ ИССЛЕДОВАНИЯМИ В ОБЛАСТИ МАТЕМАТИКИ, ЕСТЕСТВЕННЫХ НАУК, МЕХАНИКИ НА ВЕКА ОПЕРЕДИЛ СВОЕ ВРЕМЯ.

Я предпочитаю смерть усталости. Я никогда не устаю служить другим.

Железо ржавеет, не находя себе применения, стоячая вода гниет или на холоде замерзает, а ум человека, не находя себе применения, чахнет.

Где дух не водит рукой художника, там нет искусства.

Существует три разновидности людей: те, кто видит; те, кто видит, когда им показывают; и те, кто не видит.

Сияющая красота юности уменьшается в своем совершенстве от чрезмерных и слишком изысканных украшений.

Всякая жизнь, хорошо прожитая, есть долгая жизнь.

Где умирает надежда, там возникает пустота.

Слава в руках труда.

Любое препятствие преодолевается настойчивостью.

Знания, не рожденные опытом, матерью всякой достоверности, бесплодны и полны ошибок.

Наука — капитан, а практика — солдаты.

Вред приносишь ты, если хвалишь, но еще больше вреда, если порицаешь то, в чем мало смыслишь.

Живопись — это поэзия, которую видят, а поэзия — это живопись, которую слышат.

Живопись спорит и соревнуется с природой.

Не всегда хорошо то, что красиво.

Истина была единственной дочерью времени.

Кто не карает зла, тот способствует, чтобы оно совершилось.

Противник, вскрывающий ваши ошибки, гораздо полезнее, чем друг, скрывающий их.

Оскорбляя другого, ты не заботишься о самом себе.

Поистине всегда там, где недостает разумных доводов, их заменяет крик.

Проси совета у того, кто умеет одерживать победы над самим собою.

В числе глупцов есть некая секта, называемая лицемерами, которые беспрерывно учатся обманывать себя и других, но больше других, чем себя, а в действительности обманывают больше самих себя, чем других.

Поистине тот, кто не ценит жизнь, ее не заслуживает.

Если запастись терпением и проявить старание, то посеянные семена знания непременно дадут добрые всходы. Ученья корень горек, да плод сладок.

Печальная участь ожидает того, кто наделен талантом, но вместо того, чтобы развивать и совершенствовать свои способности, чрезмерно возносится и предается праздности и самолюбованию. Такой человек постепенно утрачивает ясность и остроту ума, становится косным, ленивым и обрастает ржавчиной невежества, разъедающей плоть и душу.

Глаза и уши, охочие до чужих секретов, всегда найдутся. В природе все мудро продумано и устроено, всяк должен заниматься своим делом, и в этой мудрости — высшая справедливость жизни.

Бездельника хлебом не корми, а дай порассуждать, да и в умении очернить других ему не откажешь. Он всегда готов найти оправдание собственной никчемности.

Лучше умереть, чем маяться в неволе.

От наших родителей мы получили величайший и бесценный дар — жизнь. Они вскормили и взрастили нас, не жалея ни сил, ни любви. И теперь, когда они стары и больны, наш долг — вылечить и выходить их!

Умеренность служит надежной защитой от пороков.

Как теплая одежда защищает от стужи, так выдержка защищает от обиды. Умножай терпение и спокойствие духа, и обида, как бы горька ни была, тебя не коснется.

Никогда не следует гнушаться добрым советом, особенно когда находишься в незнакомом месте.

Всяк, кто желает иметь верных друзей, должен быть добрым и терпимым, проявляя внимание к чужим нуждам. Почет и уважение добываются не силой, а великодушием и готовностью поделиться с нуждающимся последним куском.

Кто в страхе живет, тот и гибнет от страха.

И для льва выдаются несчастливые дни, когда все идет шиворот-навыворот и на каждом шагу подстерегают злоключения.

За сладкое приходится горько расплачиваться.

Куры под одной крышей живут в мире и согласии, а два петуха никогда не могут ужиться в одном курятнике — уж такова их природа.

Осел готов сносить все тяготы и огорчения. А упрямым его величает всяк, кому самому недостает выдержки и терпения.

Истинная любовь сказывается в несчастье. Как огонек, она тем ярче светит, чем темнее ночная мгла.

Да разве тайну долго убережешь, коли мирская молва, что морская волна, все выплескивает наружу.

Так же, как поглощение пищи без удовольствия превращается в скучное питание, так занятие наукой без страсти засоряет память, которая становится неспособной усваивать то, что она поглощает.

Подобно тому как хорошо прожитый день приносит счастливый сон, так и хорошо прожитая жизнь влечет за собой счастливую смерть.

ЛЕССИНГ

ГОТХОЛЬД ЭФРАИМ ЛЕССИНГ (1729–1781) — НЕМЕЦКИЙ ДРАМАТУРГ, ТЕОРЕТИК ИСКУССТВА И ЛИТЕРАТУРНЫЙ КРИТИК ПРОСВЕЩЕНИЯ, ОСНОВОПОЛОЖНИК НЕМЕЦКОЙ КЛАССИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.

Ни один народ в мире не одарен какой-либо способностью преимущественно перед другими.

Люди не всегда бывают тем, чем кажутся.

Мир житейский — это часы, гири которых — деньги, а маятник — женщина.

Хорошее и даже самое лучшее быстро приедается, если оно становится повседневным. Судьба подчас чересчур уж сильно замахивается, когда хочет легонько стукнуть нас. Казалось, она вот-вот нас раздавит, а на самом-то деле она всего лишь комара у нас на лбу прихлопнула.

Ожидание радости тоже есть радость.

Радоваться в одиночку грустно.

Считать себя счастливее или несчастнее, чем на самом деле, — обычное заблуждение молодости.

Не может быть великим то, что не правдиво.

Подобно тому как комплимент бывает редко без лжи, так и грубость редко бывает без известной доли правды.

Уж лучше терпеть несправедливость, чем ее совершать.

Самый медлительный человек, если он только не теряет из виду цели, идет быстрее, чем тот, кто блуждает бесцельно. Если б люди всегда думали об исходе своих предприятий, они бы ничего не предпринимали.

Горячая лошадь вместе со всадником может сломать себе шею как раз на той тропинке, по которой осторожный осел идет не спотыкаясь.

Спорьте, заблуждайтесь, ошибайтесь, но, ради бога, размышляйте, и хотя криво, да сами.

Самое меньшее благо в жизни — это богатство; самое большое — мудрость.

Кто при известных обстоятельствах не лишается ума, тот не имел чего лишиться.

Кто из людей премудрым не мнит себя?

Стыдливость может быть уместна везде, только не в деле признания своих ошибок.

Если глупец и подаст невзначай хороший совет, то выполнить его следует умному человеку. Разговаривая, редко высказывают качества, которыми обладают, скорее выдают те, которых недостает.

Разве смеяться — дурно? И разве нельзя смеяться, сохраняя полную серьезность?.. Смех лучше сохраняет нам разум, нежели досада и огорчения.

Суеверия, в которых мы выросли, не теряют своей власти над нами даже и тогда, когда мы познали их.

Набожным восторгам предаваться Безмерно легче, чем творить добро. Знай, слабый человек, хоть он подчас Того и сам не ведает, охотно В восторженном безделье пребывает, Чтоб только добрых дел не совершать.

Самый отъявленный злодей старается извинить себя и уговорить, что совершенное им преступление не особенно существенно и обусловлено необходимостью.

Не все те свободны, кто смеется над своими цепями.

Птицу можно поймать. Но можно ли сделать, чтобы клетка была ей приятнее вольного воздуха?

Плохо, если царь Орел средь падали, но ежель он Сам падаль средь орлов — пиши пропало!

Красота души придает прелесть даже невзрачному телу, точно так же, как безобразие души кладет на самое великолепное сложение и на прекраснейшие члены тела какой-то особый отпечаток, который возбуждает в нас необъяснимое отвращение.

Когда мы прекрасны, мы прекраснее всего без нарядов.

Воображение… сообразуется с нашими деяниями, и если эти деяния отвечают тому, что мы зовем нашим долгом, нашей добродетелью, то воображение лишь приумножает для нас покой и радость.

Злые люди всегда ищут местечко потемнее, уже потому, что они злые. Но что толку, если они и скроются от всего света? Совесть-то поважнее целого света, обвиняющего нас.

Очарование — это красота в движении.

Солдатом надо быть во имя отчизны или из любви к делу, за которое идешь в бой. Без цели служить сегодня здесь, а завтра там — значит быть подручным мясника, не более.

Герой — это муж, знающий, что есть блага, которые дороже жизни; муж, посвятивший свою жизнь служению государству, себя одного — служению многим.

Люди, сознающие, что и они блуждали по запретным тропам, не могут быть слишком строги. Да и не должны. Важны ведь не преграды, которые добродетель воздвигает перед любовью, важно уметь прощать человеческую слабость тем, кто оставил позади эти преграды, и разумно судить о вытекающих отсюда последствиях.

В некоторых случаях женщина намного проницательнее сотни мужчин.

Непростительная гордость — не хотеть быть обязанным любимому человеку своим счастьем.

Равенство — самая прочная основа любви.

Если тебе придется услышать о чьей-либо чудовищной неблагодарности, разберись сперва как следует во всех обстоятельствах этого дела, а потом уж решай, заслужил ли тот человек такой позорный упрек. Истинные благодетели редко когда упрекнут кого-нибудь в неблагодарности, и даже — хочется верить, к чести людей, — никогда. А благодетели с мелкими, своекорыстными намерениями пусть винят себя сами, что вместо признательности пожинают неблагодарность.

Исполнять обязанности дружбы несколько потрудней, чем восхищаться ею.

Кто ищет друзей, достоин того, чтобы их найти; у кого нет друзей, тот никогда их и не искал.

Одна женщина никогда не признает прелесть другой.

Природа намеревалась сделать женщину вершиной творения, но ошиблась глиной и выбрала слишком мягкую.

Ничто не придает столько выражения и жизни, как жесты, движения рук, особенно при душевных волнениях; без жестов самое красивое лицо маловыразительно. Ничтожна та любовь, что не страшится навлечь презрение на любимую.

Любить надо бескорыстно.

Переполненное сердце не может взвешивать слова.

Подпасть пороку по неведению — одно, знать его и тем не менее в нем погрязнуть — совсем другое.

Художники пишут глазами любви, и только глазам любви следует судить их.

Высшая похвала художнику — это когда перед его произведением забываешь о похвалах.

Яд, который не действует сразу, не становится менее опасным.

ЛИННЕЙ

КАРЛ ЛИННЕЙ (1707–1778) — ШВЕДСКИЙ ЕСТЕСТВОИСПЫТАТЕЛЬ, СОЗДАТЕЛЬ СИСТЕМЫ РАСТИТЕЛЬНОГО И ЖИВОТНОГО МИРА, ИНОСТРАННЫЙ ПОЧЕТНЫЙ ЧЛЕН ПЕТЕРБУРГСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК.

Природа не делает скачка.

Изнеженность расслабляет тело.

В естественной науке принципы должны подтверждаться наблюдениями.

С помощью искусства природа творит чудеса.

ЛИХТЕНБЕРГ

ГЕОРГ КРИСТОФ ЛИХТЕНБЕРГ (1742–1799) — НЕМЕЦКИЙ ПИСАТЕЛЬ-САТИРИК, ЛИТЕРАТУРНЫЙ, ТЕАТРАЛЬНЫЙ И ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ КРИТИК ЭПОХИ ПРОСВЕЩЕНИЯ, УЧЕНЫЙ-ФИЗИК. ИНОСТРАННЫЙ ПОЧЕТНЫЙ ЧЛЕН ПЕТЕРБУРГСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК.

Постоянно оказывается, что так называемые дурные люди от более основательного изучения их выигрывают, а хорошие от этого теряют.

Самая занимательная для нас поверхность на земле — это человеческое лицо.

Старайся не быть ниже своей эпохи.

Есть люди, которые рождаются со влечением ко злу.

Родители, которые замечают, что сын хочет стать поэтом, должны пороть его до тех пор, пока он либо не бросит стихоплетства, либо не станет великим поэтом.

Великих мира сего часто упрекают, что они не сделали всего того хорошего, что могли бы сделать. Они могут возразить: «Подумайте-ка о всем том зле, которое мы могли бы причинить».

Девиз: «Стремиться найти истину» — заслуга, если даже на этом пути и блуждаешь.

Тот факт, что многие ищут истину и не находят ее, объясняется, вероятно, тем, что пути к истине, подобно дорогам в ногайской степи, ведущим от одного места к другому, столь же широки и длинны.

Мы, правда, уже не сжигаем ведьм, но зато сжигаем каждое письмо, в котором содержится полная правда.

Общение с разумными людьми надо очень рекомендовать каждому именно потому, что дурак таким образом из подражания привыкает поступать умно.

Самая опасная ложь — это истины, слегка извращенные.

Быть человеком — значит, не только обладать знаниями, но и делать для будущих поколений то, что предшествовавшие делали для нас.

Есть люди, которые полагают, что все, что делается с разумным видом, разумно.

Люди, которым всегда некогда, обыкновенно ничего не делают.

Пытаться сделать все сразу — значит ничего не сделать.

Золотое правило: судить о человеке не по его мнениям, а по тому, что делают из него эти мнения.

Некоторые ученые накапливают знания только для того, чтобы хвалиться ими.

Кто не понимает ничего, кроме химии, тот и ее понимает недостаточно. Нам следовало бы стремиться познавать факты, а не мнения, и, напротив, находить место этим фактам в системе наших мнений.

Не следует ложиться спать прежде, чем не скажешь себе, что за день ты чему-то научился. То, что понимаю я под словом «научился», — это стремление раздвинуть границы нашего научного и какого-либо иного полезного знания.

Быстрое накопление знаний, приобретаемых при слишком малом самостоятельном участии, не очень плодотворно. Ученость также может родить лишь листья, не давая плодов.

Учить разуму и быть разумным — совсем разные вещи.

Изучай все не из тщеславия, а ради практической пользы.

Там, где прежде были границы науки, там теперь ее центр.

Слово «трудность» совершенно не должно существовать для творческого ума.

Общепризнанные мнения о том, что каждый считает делом давно решенным, чаще всего заслуживают исследования.

Знатоки науки никогда не бывают гордыми; напротив, надутыми от гордости становятся лишь те, кто, не имея способностей развивать науку сами, занимаются популяризацией ее темной истории или же горазды рассказывать все, что сделали другие.

В слове «ученый» иногда заключено лишь понятие того, что человека многому учили, но не то, что он сам чему-то научился.

Следует стремиться увидеть в каждой вещи то, чего еще никто не видел и над чем еще никто не думал.

Большинство людей больше живет по моде, чем по разуму.

Ум человека можно определить по тщательности, с которой он учитывает будущее или исход дела.

С остроумием дело обстоит, как с музыкой: чем больше ее слушаешь, тем более тонких созвучий желаешь.

Ничто так не способствует душевному спокойствию, как полное отсутствие собственного мнения.

Многие скорее считают добродетелью раскаяние в ошибках, чем старание их избежать.

Великие люди тоже ошибаются, и некоторые из них так часто, что почти впадаешь в искушение считать их людьми незначительными.

Каждый человек имеет свою особенную манеру ошибаться, тем более что ошибки заключаются часто в неправильно понятой точности.

Можно порицать ошибки великого человека, но не следует из-за них порицать и самого человека.

Перемудрить — это один из самых позорных видов глупости.

Красивые птицы поют хуже других. То же относится к людям. В вычурном стиле не стоит искать глубокую мысль.

Поистине многие люди читают только для того, чтобы иметь право не думать.

Очень важное значение имеет, как что-нибудь говорится; я думаю, что самые обыкновенные вещи можно сказать так, что многие подумают: уж не сам ли дьявол внушил их говорящему.

Остротами и причудами следует пользоваться так же осторожно, как и всеми вещами, способными ржаветь.

Характер человека никогда нельзя понять вернее, чем по той шутке, на которую он обижается.

В мире было лишь два человека, которых он нежно любил: первый — самый большой его льстец, второй — он сам.

Причина того, что люди так мало запоминают прочитанное, заключается в том, что они слишком мало думают сами.

Он постоянно делал выписки, и все, что он читал, переходило из одной книги в другую, минуя голову.

Книга — это зеркало; и если в него смотрится обезьяна, то из него не может выглянуть лик апостола. Книгой следовало бы, собственно, называть лишь ту, которая содержит нечто новое, все прочие — лишь средство быстро узнать, что уже сделано в той или иной области.

Несомненный признак всякой хорошей книги — это тот, что она нравится тем больше, чем человек становится старше.

Во многих сочинениях знаменитого писателя я бы охотней прочитал то, что он вычеркнул, чем то, что он оставил.

Когда книга сталкивается с головою и при этом раздается глухой пустой звук, разве всегда виновата книга?

Люди, очень много читавшие, редко делают большие открытия; следует больше видеть самому, чем повторять чужие слова.

Он написал восемь томов. Было бы, безусловно, лучше, если бы он посадил восемь деревьев или родил восемь детей.

Неудивительно ли, что люди так часто воюют за религию и так редко живут по ее предписанию?

После того как Бога признало сердце, т. е. страх, его начал искать и разум, подобно тому, как бюргеры ищут привидений.

Чтобы поступать справедливо, нужно знать очень немного, но чтобы с полным основанием творить несправедливость, нужно основательно изучить право.

Два всадника, сидя на одном коне, дерутся друг с другом — прекрасная аллегория государственного устройства!

Единственное, что было в нем мужественного, он не мог обнаружить из-за приличий.

Заставить умных людей поверить, что ты являешься не тем, кем ты являешься на самом деле, во многих случаях трудней, чем стать действительно тем, кем желаешь казаться.

Прежде чем осудить, всегда надо подумать, нельзя ли найти извинение.

Всякая беспартийность искусственна. Человек всегда партиен и глубоко прав в этом. Сама беспартийность партийна.

Я знаю мину показного внимания: это самая глубокая степень рассеянности.

Отыскивать маленькие недостатки — издавна свойство умов, которые мало или вовсе не возвышались над посредственностью. Возвышенные умы молчат или же возражают против целого, а великие умы творят сами, никого не осуждая.

Заурядный человек всегда приспосабливается к господствующему мнению и господствующей моде, он считает современное состояние вещей единственно возможным и относится ко всему пассивно.

«Хороший тон» находится октавой ниже.

Не следует доверять человеку, который, утверждая что-либо, кладет руку на сердце.

Слушатели часто считают себя убежденными там, где их только заговорили.

Рецензенты имеют право не только говорить людям в глаза, что они дураки, но даже доказывать им это.

Публику, когда она хвалит нас, всегда считают компетентным судьей. Но как только она нас порицает — признают неспособной говорить о произведениях ума.

Каждый человек имеет свою моральную «оборотную сторону», которую он не показывает без нужды и, пока возможно, прикрывает ее штанами благопристойности.

Поучение находишь в жизни чаще, чем утешение.

Человек любит общество, будь это даже общество одиноко горящей свечки.

Как мало друзей остались бы друзьями, если бы они могли полностью узнать мысли друг друга.

Девушка, открывающая душу и тело своему другу, открывает таинства всего женского пола.

Влюбленный в самого себя в своей любви имеет, по крайней мере, то преимущество, что у него никогда не будет много соперников.

Рабский поступок — не всегда поступок раба.

Бывает состояние… когда присутствие и отсутствие любимого человека одинаково трудно вынести; во всяком случае, в его присутствии не испытываешь того удовольствия, которого можно было бы ожидать, страдая от его отсутствия.

В характере каждого человека есть нечто такое, чего нельзя сломать: это костяк характера.

Самые здоровые и красивые, пропорционально сложенные люди — это те, которых ничего не раздражает.

Это старое правило, что человек, когда захочет, может казаться скромным; но скромный человек не может казаться бесстыдным.

Гордость — благородная страсть — не слепа по отношению к собственным недостаткам. Этим отличается надменность.

Неукротимое честолюбие и недоверчивость я встречал всегда вместе.

Есть люди, которые не начнут слышать, прежде чем им не отрежут уши. Там, где умеренность — ошибка, там равнодушие — преступление.

Скрывая свои недостатки, лучше не станешь; наш авторитет выигрывает от той искренности, с которой мы признаем их.

Наши слабости нам уже не вредят, когда мы их знаем.

Пусть тебя слишком не огорчает незаслуженное порицание; зато ведь и хвалят тебя иной раз ни за что.

Лучший способ хвалить живых и умерших — это извинять их слабости; но только не приписывать им добродетелей, которыми они не обладали, это все портит и даже истинное делает подозрительным.

Ничто не старит так скоро, как неотвязная мысль, что стареешь.

Ни на один день не уклоняться от своей цели — вот средство продлить время, и притом очень верное средство, хотя пользоваться им и нелегко.

Склонность людей считать незначительные вещи значительными породила немало значительного.

Для шума выбирают маленьких людей — барабанщиков.

Муха, которая не желает быть прихлопнутой, безопасней всего чувствует себя на самой хлопушке.

ЛОКК

ДЖОН ЛОКК (1632–1704) — АНГЛИЙСКИЙ ФИЛОСОФ, СОЗДАТЕЛЬ ИДЕЙНО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ ДОКТРИНЫ ЛИБЕРАЛИЗМА.

Счастье в своем полном объеме есть наивысшее наслаждение, к которому мы способны, а несчастье — наивысшее страдание.

Двадцать проступков можно простить скорее, чем одно нарушение правды.

Ничто так не прекрасно для глаза, как правда для ума; ничто так не безобразно и непримиримо с разумом, как ложь.

У лжи постоянная спутница — хитрость. Действия людей — лучшие переводчики их мыслей.

От правильного воспитания детей зависит благосостояние всего народа.

Великое искусство научиться многому — это браться сразу за немногое.

Бесцельно со стороны воспитателя говорить об обуздании страстей, если он дает волю какойлибо собственной страсти; и бесплодными будут его старания искоренить в своем воспитаннике порок или непристойную черту, которые он допускает в себе самом.

В дурно воспитанном человеке смелость принимает вид грубости; ученость становится в нем педантизмом; остроумие — шутовством, простота — неотесанностью, добродушие — льстивостью.

Создавайте лишь немного законов, но следите за тем, чтобы они соблюдались.

Истинное мужество выражается в спокойном самообладании и в невозмутимом выполнении своего долга, невзирая ни на какие бедствия и опасности.

Если строгость и приводит к исцелению от скверной наклонности, то этот результат часто достигается за счет насаждения другого, еще худшего и более опасного недуга — душевной пришибленности.

Нравственные правила нуждаются в доказательствах, следовательно, они не врожденны.

Вежливость — первая и самая приятная добродетель.

Истинное мужество готово встретиться с любой опасностью и остается непоколебимым, какое бы бедствие ни угрожало.

Скажите страстно влюбленному мужчине, что возлюбленная обманывает его, представьте ему двадцать свидетелей неверности его возлюбленной, и можно держать пари, ставя десять против одного, что несколько любезных слов ее опровергнут все свидетельства обвинителей.

Притворство пытается исправить природные недостатки. Цель его — нравиться, но оно никогда ее не достигает.

Нет большей грубости, чем прерывать другого во время его выступления.

Никому еще не удавалось быть настолько хитрым, чтобы скрыть это свое качество.

Хитрость есть только отсутствие разума: не будучи в состоянии достигнуть своих целей прямыми путями, она пытается их добиться плутовскими и окольными путями; и ее беда заключается в том, что хитрость помогает лишь один раз, а потом всегда лишь мешает.

Насмешка — это наиболее утонченный способ выставить недостатки других.

Гимнастика удлиняет молодость человека.

ЛОМОНОСОВ

МИХАИЛ ВАСИЛЬЕВИЧ ЛОМОНОСОВ (1711–1765) — ПЕРВЫЙ РУССКИЙ УЧЕНЫЙ-ЕСТЕСТВОИСПЫТАТЕЛЬ МИРОВОГО ЗНАЧЕНИЯ, ПОЭТ, ХУДОЖНИК, ИСТОРИК, ПОБОРНИК ОТЕЧЕСТВЕННОГО ПРОСВЕЩЕНИЯ, РАЗВИТИЯ РУССКОЙ НАУКИ И ЭКОНОМИКИ. СИЛЬНАЯ ЛИЧНОСТЬ, ЛОМОНОСОВ СУМЕЛ ПРОБИТЬСЯ ИЗ КРЕСТЬЯНСКОЙ СРЕДЫ АРХАНГЕЛЬСКОГО ЗАХОЛУСТЬЯ В ПЕРВЫЕ РЯДЫ ЛЮДЕЙ СВОЕГО ВЕКА.

Дерзайте отчизну мужеством прославить!

Только в бодром горячем порыве, в страстной любви к своей родной стране, смелости и энергии родится победа. И не только и не столько в отдельном порыве, сколько в упорной мобилизации всех сил, в том постоянном горении, которое медленно и неуклонно сдвигает горы, открывает неведомые глубины и выводит их на солнечную ясность.

Ничто не происходит без достаточного основания.

Ежели ты что хорошее сделаешь с трудом, труд минется, а хорошее останется, а ежели сделаешь что худое с услаждением, услаждение минется, а худое останется.

Кто малого не может, тому и большее невозможно.

Нет такого невежды, который не мог бы задать больше вопросов, чем может их разрешить самый знающий человек.

Один опыт я ставлю выше, чем тысячу мнений, рожденных только воображением.

Журналист не должен торопиться порицать гипотезы. Оные — единственный путь, которым величайшие люди успели открыть истины самые важные.

Наука есть ясное познание истины, просвещение разума, непорочное увеселение жизни, похвала юности, старости подпора, строительница градов, полков, крепость успеха в несчастии, в счастии украшение, везде верный и безотлучный спутник. За общую пользу, а особливо за утверждение науки в Отечестве, и против отца своего родного восстать за грех не ставлю.

Те, кто пишут тёмно, либо невольно выдают свое невежество, либо намеренно худо скрывают его. Смутно пишут о том, что смутно себе представляют.

Ошибки замечать не много стоит: дать нечто лучшее — вот что приличествует достойному человеку.

Язык, которым Российская держава великой части света повелевает, по ея могуществу имеет природное изобилие, красоту и силу, чем ни единому европейскому языку не уступает. И для того нет сумнения, чтобы российское слово не могло приведено быть в такое совершенство, каковому в других удивляемся.

Неусыпный труд все препятствия преодолевает.

Красота, величие, сила и богатство российского языка явствуют довольно из книг, в прошлые века писанных, когда еще не токмо никаких правил для сочинений наши предки не знали, но и о том едва ли думали, что оные есть или могут быть.

Повелитель многих языков, язык российский, не только обширностью мест, где он господствует, но купно собственным своим пространством и довольствием велик перед всеми в Европе.

Не здраво рассудителен математик, ежели он хочет божескую волю вымерять циркулем. Таков же и богословия учитель, если он думает, что по псалтире научиться можно астрономии или химии.

Духовенству к учениям, правду физическую для пользы и просвещения показующим, не привязываться, а особливо не ругать наук в проповедях.

Любовь сильна, как молния, но без грому проницает, и самые сильные ее удары приятны.

Ленивый человек в бесчестном покое сходен с неподвижною болотною водою, которая, кроме смраду и презренных гадин, ничего не производит.

Не токмо у стола знатных господ или у каких земных владетелей дураком быть не хочу, но ниже у самого Господа Бога, который дал мне смысл, пока разве отнимет.

Журналист никогда не должен создавать себе слишком высокого представления о своем превосходстве, о своей авторитетности, о ценности своих суждений. Ввиду того, что деятельность, которой он занимается, уже сама по себе неприятна для самолюбия тех, на кого она распространяется, он оказался бы совершенно не прав, если бы сознательно причинял им неудовольствие и вынуждал их выставлять на свет его несостоятельность.

ЛОПЕ ДЕ ВЕГА

ЛОПЕ ФЕЛИКС ДЕ ВЕГА КАРПЬО (ЛОПЕ ДЕ ВЕГА) (1562–1635) — ИСПАНСКИЙ ДРАМАТУРГ, КРУПНЫЙ ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ВОЗРОЖДЕНИЯ. АВТОР СВЫШЕ 2 ТЫСЯЧ ПЬЕС, 500 ИЗ КОТОРЫХ ИЗДАНЫ.

Свободу, царство, счастие нашел Тот, кто избрал при жизни ореол Высокой чести и бессмертной славы.

Мирская слава — вспышка пакли. Пылает миг — и гаснет вдруг.

Поверьте, признак мудреца — великодушное забвенье.

Вся доблесть состоит в уменье Стать выше, чем слепая страсть.

Чем больше трудностей в борьбе, Тем и победа будет краше.

Тем, кто в бой вступил с судьбой, Не о гордости пустой, А о долге печься надо.

Порыв рождается душой, Осуществленье — грудью смелой, Отвага — внутреннею силой, Гордыня — тайным размышленьем, Решимость — пламенным желаньем, Одушевление — надеждой, Неколебимость — мощью духа, Непримиримость — раздраженьем, Общительность — благоразумьем, Бесстрашие — высокомерьем, Великодушье — благородством, Влюбленность — прелестью предмета, Благожелательность — радушьем, Отчаянье — самозабвеньем, Все дружелюбное — любовью, А грозное — ревнивым сердцем.

Ведь раб не тот, кто стонет под кнутом, Не тот отшельник, кто по воле неба Живет в уединении глухом, И нищ не тот, кто просит корку хлеба. Но тот и раб, и нищ, и одинок, Кто в жизни выбрал спутником порок.

В деле чести непригоден Астрологии язык.

Природу трудно изменить, Но жизнь изменчива, как море. Сегодня — радость, завтра — горе, И то и дело рвется нить.

Во все времена земля была человеку родной матерью, а вода злою мачехой.

Кто мудр, испытывать не станет Ни женщин, друг мой, ни стекла.

Раз сделать глупость — не беда. Беда — хотеть ее исправить. И глупость первую оставить Нам безопаснее всегда.

Надежда на счастье, пусть даже обманчивая, никогда не причиняет человеку зла, потому что она облегчает жизнь.

Учтивость отомкнет везде Расположенье и доверье А глупое высокомерье — Ключ к неприязни и вражде.

Уважать женщин — это долг, которому всякий честный человек должен повиноваться с рождения.

Помни друг: трудней найти

Друга, нежели подругу.

Измена другу — преступленье

Без оправданья, без прощенья.

Плащ на золотой подкладке

Все прикроет недостатки.

… чужой секрет

Мучительнее всех несчастий!

Раздражению неведомы полутона.

Ведь тот, кто больше не полезен, Забыт и сердцу не любезен.

Служить великодушным людям — Приятней всяких награждений.

Когда мы любим, мы теряем зренье.

Слугу не терпят, если он Кой в чем искусней господина.

Кто мягко стелет для колен, Тот голову не прочь отрезать.

Ничто не усиливает любви так, как неодолимые препятствия.

Всегда надменна красота. Да. Но жестокость — некрасива.

Любовь ревнивые замки Волшебной силой отмыкает.

Любовью оскорбить нельзя, Кто б ни был тот, кто грезит счастьем; Нас оскорбляют безучастьем.

Давно известно — меж неравных Не уживается любовь.

Тот, кто любит, но в разлуке Подавить не может ревность, Тот любви не знает, ибо Нет любви, где нет смиренья.

Любовь — огонь, тоска по счастью. Ее неодолимой власти Любая тварь подчинена.

…Нам ценна Любовь, когда она вольна.

Бог любви неумолим: Он за обиду мстит и губит.

В любви всегда согласие и лад, Но букву зачеркнуть — и выйдет ад!

Любовь, конечно, рай, но райский сад Нередко ревность превращала в ад.

Проклятая любовь всему виной. Кто ей поддастся, тот утратит разом Свою свободу, мужество и разум.

Любовь могуча и сильна, Права имеет самодержца, Измены нет, какой она Простить была бы не вольна, Когда услышит голос сердца.

Любовь — вернейшее родство, И в мире ближе нет его.

…нет для любящих сердец Уместней кары, чем венец.

Любовь подобна придворному, который все поступки, идущие от сердца, прикрывает маской учтивости.

Сильней любви в природе нет начала.

Я знаю твердо, что любовь пройдет, Когда два сердца разделяет море.

Когда душа к другой душе стремится, Она ослеплена и не страшится.

Любовь глуха, прошу запомнить, Она ничьих речей не слышит, Красуясь на своем престоле.

Когда любящий гневается на любимую, это приводит лишь к тому, что любовь становится еще более пылкой и нежной.

Влюбленных зренье услаждает, И только тот в любви вкушает Весь аромат ее, кто зряч.

Кто не постучался в сердце, Тот стучится в дверь напрасно!

Как бы ни был влюблен человек, себя он любит еще сильнее.

Любовь, деньги и заботы скрыть невозможно: любовь — потому, что она творит глазами, деньги — потому, что они сказываются в роскоши того, у кого водятся, а заботы — потому, что они написаны на челе человека.

Наша воля ни над чувством,

Ни над временем не властна.

Видим мы, что нас любили,

Лишь когда любовь утратим.

Крайняя противоположность любви вовсе не разлука, не ревность, не забвение, не корысть, а ссора.

Глаза ревнивцев, повторяю это, Опаснее любой другой напасти.

Поверьте мне: любовь уходит Путем, которым входит ревность.

Есть люди, которые не могут полюбить, прежде чем их не оскорбили, и то, что у других вызывает отвращение, только разжигает их страсть.

Прелестниц ветреных, мой друг, Мы страстно любим, но не вечно. Мы любим долго и сердечно Дишь добродетельных подруг.

Прелесть в женщине, конечно,

Быть новой и меняться вечно.

…На сто обманутых красавиц, Каков бы ни был средь людей их чин, Всегда пятьсот обманутых мужчин.

Нет ядовитее сосудов Для чувства смертного мужчины, Чем эти женские глаза.

У женщины — как опыт учит нас — Здоровье с красотою неразлучны.

Ведь женщине во мненьи света Легко упасть, когда весь день Ей в зеркало глядеть не лень.

А ведь жена при старом муже — Что плющ, повисший на ветвях: Когда раскидистому клену Он обовьет и ствол и крону, Он юн и свеж, а клен зачах.

Знай, о друзьях и об идеях, О женщинах и о картинах Не следует судить поспешно. Друзья нам могут изменить; Идеи требуется взвесить; В картины надобно всмотреться… А женщины являют часто Прекрасный облик без души.

Кто недостоин высоты,

Тому судьба очнуться павшим.

Но лучше всякого обмана — В беседе с умным человеком Сказать ему простую правду.

… Женщине влюбленной Лукавой быть — немудрено́! Злословить, и остро при этом,

Весьма приятно, милый мой. Ведь было сказано поэтом: Злословье греет нас зимой И освежает жарким летом.

В чужой не шляйся дом блудливо, Коль должен свой беречь от зла.

Танцы прелестью своей В полете, в радостном порыве Красавиц делают красивей, Дурнушек делают милей.

Непоправимым оскорбленьям Приносит время исцеленье.

Кто ловок, различает ясно, Что пустяки, а что опасно.

Кто столько блеска проявил В искусстве лгать и лицемерить, Тому дозволено не верить, Хотя б он правду говорил.

Шепчет кривда, шепчет ложь, А правда громко говорит.

Кто раз умеет обмануть, Тот много раз еще обманет.

В дороге и в тюрьме всегда рождается дружба и ярче проявляются способности человека.

Быть легковерным — глупо и опасно, И легковерье — это путь страданий. Но видеть без разумных оснований Кругом обман — не менее ужасно.

Любая книга — умный друг: Чуть утомит, она смолкает; Она безмолвно поучает, С ней назидателен досуг.

Человеку рождение не прибавляет заслуг и не отнимает их у него, ибо оно не зависит от его воли, но за свои поступки, как хорошие, так и дурные, он полностью отвечает сам.

Нет! Никогда не умирает тот, Чья жизнь прошла светло и беспорочно, Чья память незабвенная живет, В сердцах людей укоренившись прочно.

Как много смерть несет открытий, И перемен, и превращений В любой державе или доме.

ЛЮТЕР

МАРТИН ЛЮТЕР (1483–1546) — ВОЖДЬ РЕФОРМАЦИИ В ГЕРМАНИИ, ОСНОВАТЕЛЬ ЛЮТЕРАНСТВА. «ОСВОБОДИЛ ЧЕЛОВЕКА ОТ ВНЕШНЕЙ РЕЛИГИОЗНОСТИ, СДЕЛАВ РЕЛИГИОЗНОСТЬ ВНУТРЕННИМ МИРОМ ЧЕЛОВЕКА». ПЕРЕВЕЛ С ЛАТИНСКОГО НА НЕМЕЦКИЙ ЯЗЫК БИБЛИЮ, ЧЕМ ВНЕС ЗНАЧИТЕЛЬНЫЙ ВКЛАД В СОЗДАНИЕ НЕМЕЦКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.

Те, кто не ищет счастья, найдут его быстрее других; ибо те, кто ищет счастье, забывают, что самый верный способ добиться счастья для себя — это искать его для других.

Никто не должен покидать своего ближнего, когда тот в беде. Каждый обязан помочь и поддержать своего ближнего, если хочет, чтобы ему самому помогли в несчастье.

Любовь, подобно теплу, должна согревать со всех сторон и склоняться в ответ на любую мольбу наших братьев.

Любовь порождает радость, добрую волю и свободу в душе, которая охотно служит ближнему и не считается с благодарностью и неблагодарностью, хвалой и хулой, приобретениями и утратами.

Ложь всегда извивается, как змея, которая никогда не бывает прямой, ползет ли она или лежит в покое; лишь когда она мертва, она пряма и не притворяется.

На том стою, и не могу иначе, и да поможет мне Бог!

МАЙМОНИД

МОИСЕЙ МАЙМОНИД (МОШЕ БЕН МАЙМОН) (1135–1204) — ЕВРЕЙСКИЙ ФИЛОСОФ.

Предотвращай милостыню, не допуская нищеты; помогай обедневшему соседу, дав ему подарок или деньги, научив его торговать или вручив ему ремесло, чтобы он мог честно заработать себе на жизнь и не был вынужден протягивать руку за подаянием. Это высочайшая ступень золотой лестницы добродетели.

Самый благословенный и желанный дар совершается тогда, когда даритель остается безымянным.

Никто не обеднеет, подавая милостыню.

МАКИАВЕЛЛИ

НИККОЛО МАКИАВЕЛЛИ (1469–1527) — ИТАЛЬЯНСКИЙ ПОЛИТИЧЕСКИЙ МЫСЛИТЕЛЬ, ИСТОРИК И ПИСАТЕЛЬ. РАДИ УПРОЧЕНИЯ ГОСУДАРСТВА СЧИТАЛ ДОПУСТИМЫМИ ЛЮБЫЕ СРЕДСТВА. ОТСЮДА ТЕРМИН «МАКИАВЕЛЛИЗМ» ДЛЯ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ПОЛИТИКИ, ПРЕНЕБРЕГАЮЩЕЙ НОРМАМИ МОРАЛИ.

Заблуждается тот, кто думает, что новые благодеяния могут заставить великих мира сего позабыть о старых обидах.

Неразумие людей таково, что они часто не замечают яда внутри того, что хорошо с виду.

Люди так простодушны и так поглощены ближайшими нуждами, что обманывающий всегда найдет того, кто даст себя одурачить.

Человеку разумному надлежит избирать пути, проложенные величайшими людьми, и подражать наидостойнейшим, чтобы если не сравниться с ними в доблести, то хотя бы исполниться ее духа.

Умы бывают трех родов: один все постигает сам; другой может понять то, что постиг первый; третий — сам ничего не постигает и постигнутого другим понять не может.

С врагом можно бороться двумя способами: во-первых, законами, во-вторых, силой. Первый способ присущ человеку, второй — зверю.

Чтобы постигнуть сущность народа, надо быть государем, а чтобы постигнуть природу государей, надо принадлежать к народу.

Государства приобретаются либо своим, либо чужим оружием, либо милостью судьбы, либо доблестью.

Люди, веря, что новый правитель окажется лучше, охотно восстают против старого, но вскоре они на опыте убеждаются, что обманулись, ибо новый правитель всегда оказывается хуже старого.

Достойную осуждения ошибку совершает тот, кто не учитывает своих возможностей и стремится к завоеваниям любой ценой.

Кто меньше полагался на милость судьбы, тот дольше удерживался у власти.

Нельзя честно, не ущемляя других, удовлетворить притязания знати, но можно — требования народа, так как у народа более честная цель, чем у знати: знать желает угнетать народ, а народ не желает быть угнетенным.

Государь не волен выбирать себе народ, но волен выбирать знать, ибо его право карать и миловать, приближать и подвергать опале.

Основой власти во всех государствах — как унаследованных, так и смешанных и новых — служат хорошие законы и хорошее войско.

Государю нет необходимости обладать всеми добродетелями, но есть прямая необходимость выглядеть обладающим ими.

Как показывает опыт, заговоры возникали часто, но удавались редко.

Об уме правителя первым делом судят по тому, каких людей он к себе приближает.

Люди по своей натуре таковы, что не меньше привязываются к тем, кому сделали добро сами, чем к тем, кто сделал добро им.

Расточая чужое, ты прибавляешь себе славы, тогда как расточая свое — ты только себе вредишь. Ничто другое не истощает себя так, как щедрость: выказывая ее, одновременно теряешь самую возможность ее выказывать и либо впадаешь в бедность, возбуждая презрение, либо разоряешь других, чем навлекаешь на себя ненависть.

Следует остерегаться злоупотреблять милосердием.

Дружбу, которая дается за деньги, а не приобретается величием и благородством души, можно купить, но нельзя удержать.

Любовь плохо уживается со страхом.

Следует заранее примириться с тем, что всякое решение сомнительно, ибо это в порядке вещей, что, избегнув одной неприятности, попадаешь в другую.

Всякая перемена прокладывает путь другим переменам.

Нет дела, коего устройство было бы труднее, ведение опаснее, а успех сомнительнее, нежели замена старых порядков новыми.

Люди — враги всяких затруднительных предприятий.

Чужие доспехи либо широки, либо тесны, либо слишком громоздки.

МАРАТ

ЖАН ПОЛЬ МАРАТ (1743–1793) — ДЕЯТЕЛЬ ВЕЛИКОЙ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ, ОДИН ИЗ ВОЖДЕЙ ЯКОБИНЦЕВ. СРЕДИ ЕГО СОВРЕМЕННИКОВ НИ ОДНО ИМЯ НЕ ВЫЗЫВАЛО СТОЛЬ ОЖЕСТОЧЕННЫХ СПОРОВ, НЕ ПОРОЖДАЛО СТОЛЬ ГОРЯЧИХ И ПРОТИВОПОЛОЖНЫХ ЧУВСТВ — ЛЮБВИ И УВАЖЕНИЯ У ОДНИХ, ЖГУЧЕЙ НЕНАВИСТИ У ДРУГИХ, — КАК ИМЯ ЖАНА ПОЛЯ МАРАТА. ПОГИБ ОТ УДАРА КИНЖАЛОМ, НАНЕСЕННОГО ЖЕНСКОЙ РУКОЙ, КОТОРУЮ НАПРАВЛЯЛИ ЕГО ПОЛИТИЧЕСКИЕ ВРАГИ.

Вашим страданиям конец, если вы устали их терпеть: вы свободны, если у вас есть мужество быть свободными.

Истина и справедливость — вот единственное, чему я поклоняюсь на земле.

Жажда золота иссушает сердца, и они замыкаются для сострадания, не внемлют голосу дружбы, кровные узы порываются, люди томятся лишь по богатству и способны продать все, вплоть до человечества.

Мысль о равенстве в области прав влечет за собой также мысль о равенстве в области пользования жизненными благами.

Единственной законной целью всякой политической ассоциации является общее счастье. Каковы бы ни были притязания власть имущих, любое соображение должно отступать перед этим высшим законом.

Политика — такая же наука, как и всякая другая; она знает определенные положения, законы, правила, а также до бесконечности разнообразные сочетания; она требует постоянного изучения, глубоких и долгих размышлений.

Трусливость самих народов — вот что дает возможность ковать для них цепи.

МАРГАРИТА НАВАРРСКАЯ

МАРГАРИТА НАВАРРСКАЯ (1429–1549) — ФРАНЦУЗСКАЯ ПИСАТЕЛЬНИЦА, КОРОЛЕВА НАВАРРЫ. ПОКРОВИТЕЛЬНИЦА ГУМАНИСТОВ.

Тот, кто делает добро другим, сам от этого вкушает радость.

Можно вынести все, кроме безделья.

Люди дурные готовы искать зло, где угодно, только не там, где оно есть на самом деле.

Если окажется, что та, кого вы полюбили, как две капли воды похожа на вас и хочет всего того, что хотите вы, в действительности вы будете любить не ее, а только себя.

Самым невежественным оказывается тот, кто считает, что знает все.

Любовь слепа, и она способна ослепить человека так, что дорога, которая кажется ему наиболее надежной, оказывается наиболее скользкой.

Самые тяжелые муки — это муки любви.

Мне столько раз приходилось слышать о людях, которые умирают от любви, но за всю жизнь я не видел, чтобы кто-нибудь из них действительно умер.

Легче расторгнуть сотню браков, чем разлучить одного священника с его служанкой.

Настоящая любовь не признает никаких приказаний и никаких обетов.

Человек не очень-то властен над своим сердцем и не может по собственной воле заставить себя любить или ненавидеть.

Самыми изобретательными в делах любви оказываются именно те, у кого меньше всего ума.

Настоящая любовь и изобретательность свойственны иногда вовсе не тем, в ком мы рассчитываем их найти.

Обида имеет больше власти над женщиной, чем любовь, особенно если у этой женщины благородное и гордое сердце.

Сладка не та месть, которая убивает врага, а та, которая несет жизнь истинному другу.

Сильнее всего бывают те, кто направляют силы на добрые дела.

Не бывает огня без дыма, но зато дым мне много раз пришлось видеть и там, где не было никакого огня.

Человек, известный своими дурными наклонностями, всегда будет на подозрении.

Как неразумен человек, когда от добра, которое он имеет, он еще ищет другого. Не довольствуясь тем, что у него есть, и гоняясь за большим, человек теряет и то, что имел.

Непостоянство всегда достойно осуждения. Наказывается не преступление, а глупость.

Старики привыкли думать, что они всегда умнее, чем поколение, которое идет им на смену.

Труднее всего человеку бывает справиться с досадой и гневом.

Главное — это то, как человек сам оценивает свои поступки.

Уж если кто-нибудь действительно что-то знает, так это тот, кто уверен, что ничего не знает.

МАРЕШАЛЬ

ПЬЕР СИЛЬВЕН МАРЕШАЛЬ (1750–1803) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ, ФИЛОСОФ-ПУБЛИЦИСТ. УЧАСТНИК ДВИЖЕНИЯ «ВО ИМЯ РАВЕНСТВА» ПОД РУКОВОДСТВОМ Г. БАБЁФА.

Мудрец — больше, чем Бог: он исправляет зло, которое Бог допускает на нашем нелепом земном шаре.

Не бойся твоего Бога — бойся самого себя. Ты сам творец своих благ и причина своих бедствий. Ад и рай находятся в твоей собственной душе.

Появление на земле священных книг ничуть не заставило исчезнуть пороки, преступления и несчастья, являющиеся их следствием.

Общество безбожников более совершенно, чем всякая другая организация.

Лишь добродетельный человек имеет право быть атеистом.

Религии отличаются друг от друга только декорациями.

Религия — это слабость, которая чаще всего присоединяется к другим человеческим слабостям.

Мой разум — основа моего поведения, а мое сердце — мой закон. Мне столь же мало нужен Бог, как я ему.

Наши книги по математике и физике нанесли много вреда святым письменам. Место чудес у нас заняли дивные явления природы.

Религия — это не что иное, как цепи, выдуманные для того, чтобы закрепить узы политического гнета.

МИКЕЛАНДЖЕЛО

МИКЕЛАНДЖЕЛО БУОНАРРОТИ (1475–1564) — ИТАЛЬЯНСКИЙ СКУЛЬПТОР, ЖИВОПИСЕЦ, АРХИТЕКТОР И ПОЭТ. С НАИБОЛЬШЕЙ СИЛОЙ ВЫРАЗИЛ ГЛУБОКО ЧЕЛОВЕЧНЫЕ, ПОЛНЫЕ ГЕРОИЧЕСКОГО ПАФОСА ИДЕАЛЫ ВЫСОКОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ, А ТАКЖЕ ГРОЗНОЕ ОЩУЩЕНИЕ КРИЗИСА ГУМАНИСТИЧЕСКОГО МИРОПОНИМАНИЯ. ТВОРЧЕСТВО ЕГО ОТЛИЧАЕТСЯ ГЛУБИНОЙ МЫСЛИ И ВЫСОКИМ ТРАГИЗМОМ. КАК ЛИЧНОСТЬ, ВОПЛОТИЛ В СЕБЕ ВСЕ МУКИ ВОЗРОЖДЕННОГО ЧЕЛОВЕКА — ЕГО БОРЬБУ, СТРАДАНИЕ, ПРОТЕСТ, НЕУДОВЛЕТВОРЕННЫЕ СТРЕМЛЕНИЯ, РАЗЛАД ИДЕАЛА И ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ.

Благодарение Богу за то, что я всегда желаю большего, чем могу достичь.

Я тысячами душ живу в сердцах Всех любящих, и, значит, я не прах, И смертное меня не тронет тленье. Искусство ревниво:

оно требует, чтобы человек отдавался ему всецело.

Будь каждый каждому такой опорой, Чтоб, избавляя друга от обуз, К одной мечте идти одною волей.

Творенье может пережить творца: Творец уйдет, природой побежденный, Однако образ, им запечатленный, Веками будет согревать сердца.

МИЛЬТОН

ДЖОН МИЛЬТОН (1608–1674) — АНГЛИЙСКИЙ ПОЭТ И ПОЛИТИЧЕСКИЙ ДЕЯТЕЛЬ. В СВОЕМ ТВОРЧЕСТВЕ ПОСТАВИЛ ВОПРОС О ПРАВЕ ЧЕЛОВЕКА ПРЕСТУПАТЬ ОСВЯЩЕННУЮ БОГОСЛОВИЕМ МОРАЛЬ.

Кто царствует внутри самого себя и управляет своими страстями, желаниями и опасениями, тот более чем царь.

Любовь должна не туманить, а освежать, не помрачать, а осветлять мысли, так как гнездиться она должна в сердце и в рассудке человека, а не служить только забавой для внешних чувств, порождающих одну только страсть.

Может быть, не меньше служит тот Высокой воле, кто стоит и ждет.

Я не могу похвалить слабую и робкую добродетель, непроворную и замкнувшуюся, которая не делает вылазок и не имеет врагов, а крадется по жизненному пути, вместо того чтобы по жаре и пыли бежать за венком бессмертия.

МИРАБО

ОНОРЕ ГАБРИЭЛЬ РИКЕТТИ ДЕ МИРАБО (1749–1791) — ДЕЯТЕЛЬ ВЕЛИКОЙ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ. ВЕЛИЧАЙШИЙ ОРАТОР СВОЕГО ВРЕМЕНИ, ПО ОПРЕДЕЛЕНИЮ МАРКСА, «ЛЕВ РЕВОЛЮЦИИ».

Великое искусство подчинять людей заключается в умении брать их с хорошей стороны.

Несчастные всегда виноваты: виноваты в том, что существуют, что говорят, что нуждаются в других и что не могут оказать им услуг.

Долг, интерес и честь предписывают сопротивляться высшим распоряжениям монарха и даже вырвать у него власть, если злоупотребления его могут уничтожить свободу и не остается иных средств ее спасти.

Моя ошибка была в том, что я ожидал плоды от дерева, способного приносить только цветы.

Я всегда полагаю и буду так полагать и впредь, что безразличие к несправедливости есть предательство и подлость.

Человеку для того, чтобы разорвать свои цепи, дозволены все средства без исключения.

МОЛЬЕР

ЖАН-БАТИСТ ПОКЛЕН (МОЛЬЕР) (1622–1673) — ФРАНЦУЗСКИЙ КОМЕДИОГРАФ, АКТЕР, ТЕАТРАЛЬНЫЙ ДЕЯТЕЛЬ, РЕФОРМАТОР СЦЕНИЧЕСКОГО ИСКУССТВА. СОЗДАЛ ЖАНР СОЦИАЛЬНО-БЫТОВОЙ КОМЕДИИ, ВЫСМЕИВАЛ СОСЛОВНЫЕ ПРЕДРАССУДКИ ДВОРЯН, ОГРАНИЧЕННОСТЬ БУРЖУА. ОКАЗАЛ ОГРОМНОЕ ВЛИЯНИЕ НА РАЗВИТИЕ МИРОВОЙ, В ТОМ ЧИСЛЕ РУССКОЙ, ДРАМАТУРГИИ И ТЕАТРА.

Что бы ни говорили, есть в человеке что-то необыкновенное — такое, чего никакие ученые не могут объяснить.

Правдивость не порок.

Молодые люди дурно себя ведут чаще всего потому, что отцы их плохо воспитывают.

На свете нет лекарств противу клеветы. Нам надо честно жить и презирать злословье, А сплетники пускай болтают на здоровье.

Бессильна с клеветой бороться добродетель.

От речей дело вперед не двигается. Надо действовать, а не говорить, дела решают спор лучше, чем слова.

Тот, кто хочет обвинять, не вправе торопиться.

Как приятно знать, что ты что-то узнал!

Ученость в дураке несноснее всего.

От книжной мудрости глупец тупее вдвое.

Грамматика повелевает даже царями.

Сильный удар наносится порокам, когда они выставляются на всеобщее посмеяние. Порицание легко переносят, но насмешку далеко не так. Никто не хочет быть смешным.

Лжеправедники есть, как есть лжехрабрецы. Бахвальством не грешат отважные бойцы, А праведники те, что подают пример нам, Не занимаются кривляньем лицемерным.

Знатное происхождение без добродетели — ничто. Славе наших предков мы сопричастны лишь в той мере, в какой сами стремимся походить на них. Блеск их деяний, что озаряет и нас, налагает на нас обязанность воздавать им такую же честь, идти по их стопам и не изменять их добродетели, если мы хотим считаться их истинными потомками.

Добродетель — это первый признак благородства, именам я придаю куда меньше значения, чем поступкам.

Терять поклонников кокеткам тяжело, И чтобы вновь привлечь внимание, с годами Они становятся завзятыми ханжами. Их страсть — судить людей. И как суров их суд! Нет, милосердия они не признают. На совести чужой выискивают пятна, Но не из добрых чувств — из зависти, понятно. Злит этих праведниц: зачем доступны нам Те радости, что им уже не по зубам?

Подражай людям в их склонностях, следуй их правилам, потворствуй их слабостям, восторгайся каждым их поступком — и делай из них что хочешь; это самый лучший путь, можно смело играть в открытую… Пересаливать не бойся, тут и самый умный человек поймается, как последний дурак, явный вздор, явную нелепость проглотит и не поморщится, если только это кушанье приправлено лестью. Нельзя сказать, чтобы это было честно, но к нужным людям необходимо применяться. Раз другого средства нет, виноват уже не тот, кто льстит, а тот, кто желает, чтобы ему льстили.

Кто всякому друг, того я другом своим не считаю.

Женщины больше всего любят, когда на них тратятся.

Красавица все может себе позволить, красавице все можно простить.

Не рассудок управляет любовью.

Зарождающееся влечение таит в себе неизъяснимое очарование, вся прелесть любви — в переменах. Кто не знал любви, тот все равно что не жил.

Коль нанесли тебе сердечную обиду, Плати забвением — так гордость нам велит; Не можешь позабыть — тогда хоть сделай вид, Не унижай себя.

Когда веленью чувств готовы мы поддаться, Стыдливость в том всегда мешает нам признаться. Умейте ж распознать за холодностью слов Волнение души и сердца нежный зов.

Нет ничего более сладостного, чем сломать сопротивление красавицы.

Самое несносное в любви — это спокойствие. Безоблачное счастье может наскучить, в жизни никак нельзя обойтись без приливов и отливов: с препятствиями и любовь разгорается сильней, и наслаждение ценится больше.

В любви притворство очень похоже на правду.

В проступке нет вреда, в огласке только вред. Смущать соблазном мир — вот грех, и чрезвычайный, Но не грешно грешить, коль грех окутан тайной.

Высшее доказательство любви — это подчинение воле того, кого любишь.

Мы любим иногда, не ведая о том, А часто бред пустой любовью мы зовем.

Кто всегда уныл, ревнив и мрачен, Того дебют в любви частенько неудачен.

Любовь ревнивца более походит на ненависть.

Коль девушку ведут неволей под венец, Тут добродетели нередко и конец. Ведь может быть супруг за честь свою спокоен Лишь при условии, что сам любви достоин. И если у мужей растет кой-что на лбу, Пускай винят себя — не жен и не судьбу.

Коль жены думают лишь о своих мужьях, Им вовсе ни к чему рядиться в пух и прах.

Кто чересчур насчет рогов опаслив, тот вовсе не женись — другого средства нет.

Благоразумие просвещает, а страсть ослепляет. Кто хоть раз в жизни не терял рассудка?

Завистники умрут, но зависть — никогда.

Модные пороки сходят за добродетели.

Притворство сплачивает воедино тех, кто связан круговой порукой лицемерия.

На фимиам не проживешь. Одних похвал человеку недостаточно, ему давай чего-нибудь посущественнее; лучший способ поощрения — это вложить вам что-нибудь в руку.

Медицина — одно из величайших заблуждений человечества.

Крепнет нравственность, когда дряхлеет плоть.

Дурная жизнь приводит к дурной смерти.

Кто время выиграл — все выиграл в итоге.

Когда говорит человек в мантии и шапочке, всякая галиматья становится ученостью, а всякая глупость — разумной речью.

МОНТЕНЬ

МИШЕЛЬ ДЕ МОНТЕНЬ (1533–1592) — ФРАНЦУЗСКИЙ ФИЛОСОФ-ГУМАНИСТ. ВОЛЬНОДУМЕЦ И СКЕПТИК, ВРАГ СХОЛАСТИКИ И ДОГМАТИЗМА; РАССМАТРИВАЛ ЧЕЛОВЕКА КАК САМУЮ БОЛЬШУЮ ЦЕННОСТЬ.

Взять город приступом, выслать посольство, царствовать над народом — все это блестящие деяния. Смеяться, любить и кротко обращаться со своей семьей, не противоречить самому себе — это нечто более редкое, более сложное и менее заметное для окружающих.

Мера жизни не в ее длительности, а в том, как вы ее использовали.

Ум, не имеющий никакой определенной цели, теряется; быть везде — значит быть нигде. Старикам не стоит думать о смерти: пусть лучше позаботятся о том, как получше разрыхлить грядки на огороде.

Когда творишь добро, сам испытываешь некое радостное удовлетворение и законную гордость, сопутствующие чистой совести.

Жизнь сама по себе — ни благо, ни зло: она вместилище и блага и зла, смотря по тому, во что вы сами превратили ее.

Кто попадает далее цели, тот так же промахивается, как и тот, кто не попал в цель.

Порицать в другом свои недостатки, думается мне, столь же допустимо, как порицать — а это я делаю весьма часто — чужие в себе, обличать их следует всегда и везде, не оставляя им никакого пристанища.

Нет стремления более естественного, чем стремление к знанию…

Недостаточно, чтобы воспитание только не портило нас, — нужно, чтобы оно изменяло нас к лучшему. Чтобы обучить другого, требуется больше ума, чем чтобы научиться самому.

Не представляю себе, как можно довольствоваться знаниями, полученными из вторых рук; хотя чужое знание может нас кое-чему научить, мудр бываешь лишь собственной мудростью.

Очень многих я видел на своем веку, которые были доведены до совершенной тупости неумеренной жаждой знания.

Очень полезно оттачивать и шлифовать свой ум об умы других.

Нашему остроумию, как кажется, более свойственны быстрота и внезапность, тогда как уму — основательность и медлительность.

Самым лучшим доказательством мудрости является непрерывное хорошее расположение духа.

Вовсе не требуется всегда говорить полностью то, что думаешь, это было бы глупостью, но все, что бы ты ни сказал, должно отвечать твоим мыслям; в противном случае это — злостный обман.

Те, кто уверяет, что имеет в голове много мыслей, но выразить их не умеет из-за отсутствия красноречия, — не научились понимать самих себя.

Откровенная речь, подобно вину и любви, вызывает такую же откровенность.

Подлинным зеркалом нашего образа мыслей является наша жизнь.

Упрямство и чрезмерный пыл в споре — вернейший признак глупости.

Невозможно вести честный и искренний спор с дураком.

Книги сопровождают меня на протяжении всего моего жизненного пути, и я общаюсь с ними всегда и везде. Они утешают меня в мои старые годы и в моем уединенном существовании. Они снимают с меня бремя докучной праздности и в любой час дают мне возможность избавляться от неприятного общества. Они смягчают приступы физической боли, если она не достигает крайних пределов и не подчиняет себе все остальное.

Надо уметь переносить то, чего нельзя избежать.

Если, с одной стороны, наш ум крепнет вследствие соприкосновения с умами обширными и развитыми, то, с другой стороны, нельзя себе представить, насколько он теряет и вырождается вследствие постоянного знакомства и сношения с умами низменными и болезненными.

Люди ничему так твердо не верят, как тому, о чем они меньше всего знают, и никто не выступает с такой самоуверенностью, как сочинители всяких басен — например алхимики, астрологи, предсказатели, хироманты…

Я говорю правду постольку, поскольку осмеливаюсь ее говорить; чем старше я становлюсь, осмеливаюсь делать это все реже.

В дружбе нет никаких иных расчетов и соображений, кроме нее самой.

Настоящий друг — это тот, кому я поверил бы во всем, касающемся меня, больше, чем самому себе.

Сильное воображение порождает событие.

Пытливости нашей нет конца, удовлетворенность ума — признак его ограниченности или усталости.

Книжная ученость — украшение, а не фундамент.

Истинные ученые подобны колосьям в поле. Пока колос пуст, он весело растет и гордо подымает кверху главу; но когда он разбухает, наполняется зерном и созревает, он проникается смирением и опускает голову.

Я осуждаю всякое насилие при воспитании юной души, которую растят в уважении к чести и свободе. В суровости и принуждении есть нечто рабское, и я нахожу, что то, чего нельзя сделать с помощью разума, осмотрительности и уменья, никак нельзя добиться силой.

Все средства — при условии, что они небесчестны, — способные оградить нас от бедствий и неприятностей, не только дозволены, но и заслуживают всяческой похвалы.

Наихудшее состояние человека — это когда он перестает сознавать и владеть собой.

От недостатка уважения к себе происходит столько же пороков, сколько и от излишнего к себе уважения. Истинное достоинство подобно реке: чем она глубже, тем меньше издает шума.

Молчаливость и скромность — качества, очень пригодные для разговора.

Нет ответа более унижающего, чем презрительное молчание.

Можно поучиться и у врага.

Самые выдающиеся дарования губятся праздностью.

Среди других прегрешений пьянство представляется мне пороком особенно грубым и низменным.

Страх то придает крылья ногам, то приковывает их к земле.

Кто боится страдания, тот уже страдает от боязни.

Трусость — мать жестокости. Высокомерие складывается из чересчур высокого мнения о себе и чересчур низкого о других.

Обвинениям в адрес самого себя всегда верят, самовосхвалению — никогда.

Лживость — гнуснейший порок.

Если бы ложь, подобно истине, была одноликою, наше положение было бы значительно легче. Мы считали бы в таком случае достоверным противоположное тому, что говорит лжец. Но противоположность истине обладает сотней тысяч обличий и не имеет пределов.

Не без основания говорят, что кто не очень-то полагается на свою память, тому нелегко складно лгать.

Кто очень сухощав, тот охотно носит фуфайку, у кого мало содержания — те раздувают его словами.

Кто заражен страхом болезни, тот уже заражен болезнью страха.

Не все, что колеблется, падает.

Врач, впервые приступая к лечению своего пациента, должен делать это изящно, весело и с приятностью для больного; и никогда хмурый врач не преуспеет в своем ремесле.

Не беспокойтесь, что не сумеете умереть: сама природа, когда придет срок, достаточно основательно научит вас этому; она сама все за вас сделает, не занимайте этим своих мыслей…

Смерть должна быть такая же, как и жизнь; мы не становимся другими только потому, что умираем.

Плакать из-за того, что мы не будем жить сто лет спустя, столь же безумно, как плакать из-за того, что мы не жили сто лет назад.

Счастье человеческое состоит вовсе не в том, чтобы хорошо умереть, а в том, чтобы хорошо жить.

Я хотел бы, чтобы смерть застала меня за работой в поле.

Ни одна страсть не помрачает в такой мере ясность суждения, как гнев. Иметь дело с людьми, которые восхищаются нами и во всем нам уступают, — удовольствие весьма пресное и даже вредное для нас…

Я наблюдал только одно действие розги — она или притупляет или озлобляет.

МОНТЕСКЬЕ

ШАРЛЬ ЛУИ МОНТЕСКЬЕ (1689–1755) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПРОСВЕТИТЕЛЬ, ПРАВОВЕД, ФИЛОСОФ. ВЫСТУПАЛ ПРОТИВ АБСОЛЮТИЗМА. СРЕДСТВОМ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ЗАКОННОСТИ СЧИТАЛ ПРИНЦИП РАЗДЕЛЕНИЯ ВЛАСТЕЙ.

Если бы желать только быть счастливым, то этого скоро можно достигнуть. Но люди желают обыкновенно быть счастливее других, а это почти невозможно, потому что мы считаем других всегда более счастливыми, чем они есть на самом деле.

Очень счастливые люди, равно как очень несчастные, одинаково склонны к черствости.

Какое удовлетворение испытывает человек, когда, заглянув в собственное сердце, убеждается, что оно у него справедливое.

Нужно быть правдивым во всем, даже в том, что касается родины. Каждый гражданин обязан умереть за свою родину, но никогда нельзя обязать лгать во имя родины.

Несправедливость, допущенная в отношении одного человека, является угрозой всем.

В хорошем поступке есть всегда и доброта и сила для его совершения.

Надо много учиться, чтобы знать хоть немного.

Лучшее средство привить детям любовь к отечеству состоит в том, чтобы эта любовь была у отцов.

Обаяние чаще заключается в уме, чем в лице, так как красота лица обнаруживается сразу и не таит ничего неожиданного; но ум раскрывается лишь понемногу, когда сам человек этого желает, и в той мере, в какой он этого желает.

Утонченные люди это те, у которых к каждому представлению или восприятию присоединяется много дополнительных представлений и восприятий.

Когда гонятся за остроумием, ловят порой лишь глупость.

Природа мудро позаботилась, чтобы человеческие глупости были преходящими, книги же увековечивают их. Дураку следовало бы довольствоваться уже тем, что он надоел всем своим современникам, но он хочет досаждать еще и грядущим поколениям, хочет, чтобы потомство было осведомлено о том, что он жил на свете и чтобы вовеки не забыло, что он был дурак.

Важность — это щит глупцов.

То, чего недостает ораторам в глубине, они восполняют длиннотами.

Обыкновенно боятся отступления в речи, а я думаю, что те, которые умело делают отступления, подобны длинноруким — они больше могут захватить.

Иногда молчание бывает выразительнее всяких речей.

Праздные люди всегда большие говоруны. Чем меньше думаешь, тем больше говоришь.

Чтобы стряхнуть с себя назойливые и несносные мысли, мне достаточно взяться за чтение; оно легко завладевает моим вниманием и прогоняет их прочь.

Чтение было для меня наилучшим средством против неприятностей в жизни; не было такого горя, которого час чтения не рассеял.

Любить чтение — это обменивать часы скуки, неизбежные в жизни, на часы большого наслаждения.

Никогда не следует исчерпывать предмет до того, что уже ничего не остается на долю читателя; дело не в том, чтобы заставить его читать, а в том, чтобы заставить его думать.

Законы должны иметь для всех одинаковый смысл.

Жестокость законов препятствует их соблюдению.

Человек управляется неизменными законами; как существо, одаренное умом, он беспрестанно нарушает законы, установленные Богом, и изменяет те, которые сам установил.

Вникните в причины всякой распущенности, и вы увидите, что она проистекает от безнаказанности преступлений, а не от слабости наказаний.

Свобода есть право делать все, что дозволено законами. Если бы гражданин мог делать то, что этими законами запрещается, то у него не было бы свободы, так как то же самое могли бы делать и прочие граждане.

Для гражданина политическая свобода есть душевное спокойствие, основанное на убеждении в своей безопасности.

Самая жестокая тирания — та, которая выступает под сенью законности и под флагом справедливости.

Принцип демократии разлагается не только тогда, когда утрачивается дух равенства, но также и тогда, когда дух равенства доводится до крайности и каждый хочет быть равным тем, кого он избрал в свои правители.

Есть средство воспрепятствовать преступлениям — это наказание; есть средства изменять нравы — это благие примеры. Всякий человек, обладающий властью, склонен злоупотреблять ею.

Чтобы совершать великие дела, не нужно быть величайшим гением; не нужно быть выше людей, нужно быть вместе с ними.

Когда человек изо всех сил выискивает средства заставить других бояться его… он прежде всего достигает того, что его начинают ненавидеть.

У женщины есть только одна возможность быть красивой, но быть привлекательной есть сто тысяч возможностей.

Женщины говорят больше мужчин.

Следует тщательно различать у народов ревность, которая порождается страстью, от ревности, которая имеет основание в обычаях, нравах, законах. Одна — всепожирающее лихорадочное пламя; другая же, холодная, но порою страшная может соединяться с равнодушием и презрением.

Французы почти не говорят о своих женах: боятся говорить при посторонних, которые знают этих жен лучше, чем сами мужья.

Безбрачие создано распущенностью.

Оба пола избегают союза, который должен сделать их лучшими, и пребывают в союзе, который делает их худшими.

Обычно в нашей воле дать своим детям наши знания; и еще больше, дать им наши страсти.

Освобождать себя от соблюдения правил приличия не значит ли искать средства для свободного проявления своих недостатков?

В природе разумных существ заложена способность чувствовать свои несовершенства; поэтому-то природа и дала нам стыдливость, то есть чувство стыда перед этими несовершенствами.

Праздность больше всех пороков ослабляет мужество.

Следовало бы непрерывную праздность поместить среди мучений ада, а ее поместили в число блаженств рая.

Если характер в целом хорош, то не беда, если в нем оказываются и некоторые недостатки.

Как мал промежуток между временем, когда человек еще слишком молод и когда он уже слишком стар.

Следует оплакивать людей, когда они родятся, а не тогда, когда они умирают.

Мне кажется, что наиболее совершенно то, которое достигает своих целей с наименьшими издержками.

МОР

ТОМАС МОР (1478–1535) — АНГЛИЙСКИЙ ГУМАНИСТ, ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ДЕЯТЕЛЬ И ПИСАТЕЛЬ. ОДИН ИЗ ОСНОВОПОЛОЖНИКОВ УТОПИЧЕСКОГО СОЦИАЛИЗМА. КАНЦЛЕР АНГЛИИ. БУДУЧИ КАТОЛИКОМ, ОТКАЗАЛСЯ ПРИСЯГНУТЬ КОРОЛЮ КАК ВЕРХОВНОМУ ГЛАВЕ АНГЛИКАНСКОЙ ЦЕРКВИ, ПОСЛЕ ЧЕГО ОБВИНЕН В ГОСУДАРСТВЕННОЙ ИЗМЕНЕ И КАЗНЕН.

Похищать чужое удовольствие, домогаясь своего, несправедливо.

Счастье заключается не во всяком удовольствии, а только в честном и благородном.

Кто робок от природы, тот не только сам не совершит каких-либо храбрых подвигов, но внушит еще страх товарищам. Здоровье есть само удовольствие или неизбежно порождает удовольствие, как огонь создает теплоту.

Мудрец будет скорее избегать болезней, чем выбирать средства против них.

Женщины обычно не по злобе, но по природе своей ненавидят тех, кого любят их мужья.

Скорая возможность и вероятность побуждают человека посягать даже на то, о чем он и помышлять не смел.

Гордыня и жажда суетной славы и власти — вот та ядовитая змея, которая, раз проникнув в вельможные сердца, внедряется в них до тех пор, пока разобщением и рознью не сокрушит всего, что есть: ибо каждый стремится быть сначала вторым после первого, потом равным первому и, наконец, — главным и выше первого.

Не было такого страшного обвинения, для которого не находилось бы предлога.

МУРАСАКИ СИКИБУ

МУРАСАКИ СИКИБУ (ОК. 978 — ОК. 1016) — ВЕЛИЧАЙШАЯ ПИСАТЕЛЬНИЦА ЯПОНСКОГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ.

Как все-таки странно, что мелочи вдруг приходят на память, а то, что волновало когда-то, с годами забывается.

Сердце изменяется так быстро — не уследишь.

Каждый устроен по-своему, и нет человека, который был бы законченным злодеем. Нет и таких, кто сочетал бы в себе все достоинства: красоту, сдержанность, ум, вкус и верность. Каждый хорош по-своему, и трудно сказать, кто же действительно лучше.

Там, где льются изящные стихи, не остается места суесловию.

Если человек хорош в чем-то, в чем-то он и плох. Не к лицу, когда молодая дама ведет себя чересчур серьезно, а дамы, занимающие высокое положение, предаются шалостям.

Следует говорить, взвешивая слова. Такое умение встречается редко. И разве достойно держаться чересчур неприступно? С другой стороны, вряд ли стоит соваться туда, куда тебя не просят. Словом, трудно вести себя как то следует при всяком ходе дел.

Выискивать недостатки у других — легко, а себя сдерживать — трудно. Тот же, кто забывает о том и мнит о себе много, одних — умаляет, других — поносит, обнаруживает лишь собственную мелочность.

Я никогда не видела человека, который бы стал долгожителем благодаря соблюдению запретов.

Трудно найти человека, который бы действительно понимал тебя.

Обычно люди судят лишь своими мерками, а других просто не принимают в расчет.

Главное для женщин — быть приятной и мягкой, спокойной и уравновешенной. И тогда ее обхождение и доброта будут умиротворять. Пусть ты непостоянна и ветрена — если нрав твой от природы открыт и людям с тобой легко, они не станут осуждать тебя. Та же, кто ставит себя чересчур высоко, речью и видом заносчива, обращает на себя внимание излишне, даже если ведет себя с осторожностью. А уж если на тебя устремлены взоры, то тут уже не избежать колкостей по поводу того, как ты входишь и садишься, встаешь и выходишь. Те же, чья речь полна несуразностей, суждения о людях пренебрежительны, привлекают к себе еще больше глаз и ушей. Если же у тебя нет дурных наклонностей, то злословить о тебе не станут и отнесутся с сочувствием, хотя бы и показным.

Ах, если бы знали, сколько на этом свете злых языков и как много в нем печали!

Беды этого мира — лишь недолговечная роса, и не до ′ лжно душе заботиться ими, и не стоит жалеть сил, дабы прилепиться к праведности.

Тот, кто выходит из себя и задевает других, достоин насмешек. Люди истинно добросердечные думают и заботятся даже о тех, кто ненавидит их. Но как трудно достичь этого.

Для каждой малости есть свое место и время.

НАВОИ

НИЗАМАДДИН МИР АЛИШЕР НАВОИ (1441–1501) — УЗБЕКСКИЙ ПОЭТ, МЫСЛИТЕЛЬ И ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ДЕЯТЕЛЬ. БЫЛ ВИЗИРЕМ СУЛТАНА, ПОКРОВИТЕЛЬСТВОВАЛ УЧЕНЫМ, ЛЮДЯМ ИСКУССТВА. ПОЭТИЧЕСКОЕ ТВОРЧЕСТВО НАВОИ ОТЛИЧАЕТСЯ МНОГОГРАННОСТЬЮ И ГУМАНИЗМОМ.

Словами можно смерть предотвратить, Словами можно мертвых оживить.

Развязность языка сама себя корит, рождает сотни бед, несчастий и обид.

Правдивость речи хороша и гладкость, Но как прекрасна слов правдивых краткость.

Милее книги в мире друга нет. Чем жив, кто дружбы не познал святой? Подобен он жемчужнице пустой.

Кто посвятит свою жизнь служению науке, того имя и после смерти будет бессмертным.

Имеющие терпение способны создавать шелк из листьев и мед из розовых лепестков.

Пройти мир и остаться несовершенным — это то же, что выйти из бани невымытым.

Когда корысть звучит в словах, не верь Ни лести женщины, ни проискам мужчины.

НАСИР ХОСРОВ

АБУ МУИН НАСИР ХОСРОВ (1004 — ПОСЛЕ 1072) — ТАДЖИКСКИЙ И ПЕРСИДСКИЙ ПОЭТ, ФИЛОСОФ, РЕЛИГИОЗНЫЙ ДЕЯТЕЛЬ.

Беда тому, кто на себя взвалил То дело, что исполнить нету сил.

Когда участвуешь ты в скачке спора, Не горячись, и упадешь не скоро.

В совете горьком, что нам друг дает, Снаружи — горечь, в сердцевине — мед.

Облегчи седому путь, помоги хоть малость. Сам поймешь когда-нибудь, что такое старость.

НИЗАМИ

АБУ МУХАММЕД ИЛЬЯС ИБН ЮСУФ НИЗАМИ ГЯНДЖЕВИ (ОК. 1141 — ОК. 1209) — АЗЕРБАЙДЖАНСКИЙ ПОЭТ И МЫСЛИТЕЛЬ.

Слово, идущее от сердца, проникает в сердце.

Чтоб клады счастья обрести, прибегни ко всесилью слов.

Влюбленный слеп. Но страсти зримый след Ведет его, где зрячим хода нет.

Бывает, что любовь пройдет сама, Ни сердца не затронув, ни ума. Дни свои влачить без друга — наигоршая из бед. Жалости душа достойна, у которой друга нет.

Потворствуй преданным друзьям, их за поступки не гони. Как напоит тебя сосуд, тобой разбитый в черепки?

Коль порою жало горя поражает в грудь, В эти дни броню терпенья, сын мой, не забудь.

НОВИКОВ

НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ НОВИКОВ (1744–1818) — РУССКИЙ ПРОСВЕТИТЕЛЬ, ПИСАТЕЛЬ, ЖУРНАЛИСТ, ИЗДАТЕЛЬ. ВЫСТУПАЛ ПРОТИВ КРЕПОСТНОГО ПРАВА. ПРИМКНУЛ К МАСОНАМ. ПО ПРИКАЗУ ИМПЕРАТРИЦЫ ЕКАТЕРИНЫ II БЫЛ ЗАКЛЮЧЕН В ШЛИССЕЛЬБУРГСКУЮ КРЕПОСТЬ.

Процветание государства, благополучие народа зависят неотменно от доброты нравов, а доброта нравов неотменно от воспитания.

Когда просишь милости, тогда правды говорить не надлежит.

Кто привык лгать, тому всегда надобно за собою носить большой короб памяти, чтоб одну и ту же ложь не переиначить.

Человек, себя за ничто почитающий, не может к другим иметь никакого почтения и в обоих случаях являет низкость мыслей.

Ничто не действует в младых душах детских сильнее всеобщей власти примера, а между всеми другими примерами ничей другой в них не впечатлевается глубже и тверже примера родителей.

Улыбка всегда хороша, ибо она приоткрывает простой внутренний мир человека.

Иной русский разум гораздо превосходнее бывает заморского; но поелику оный не имеет еще столько уважения и одобрения, как иностранный разум, то он часто от того тупеет.

НЬЮТОН

ИСААК НЬЮТОН (1643–1727) — АНГЛИЙСКИЙ МАТЕМАТИК, МЕХАНИК, АСТРОНОМ, ФИЗИК И ТЕОЛОГ. ОДИН ИЗ САМЫХ ЯРКИХ И РАЗНОСТОРОННИХ ГЕНИЕВ В ИСТОРИИ НАУКИ.

Я смотрю на себя, как на ребенка, который, играя на морском берегу, нашел несколько камешков поглаже и раковин попестрее, чем удавалось другим, в то время как неизмеримый океан истины расстилался перед моим взором неисследованным.

Гений есть терпение мысли, сосредоточенной в звестном направлении.

Природа проста и не роскошествует излишними причинами.

Гипотез не измышляю.

Если я видел дальше других, то потому, что стоял на плечах гигантов.

ОМАР ХАЙЯМ

ОМАР ХАЙЯМ (ОК. 1048 — ПОСЛЕ 1122) — ПЕРСИДСКИЙ И ТАДЖИКСКИЙ ПОЭТ, МАТЕМАТИК И ФИЛОСОФ. ЕГО ВСЕМИРНО ИЗВЕСТНЫЕ ФИЛОСОФСКИЕ ЧЕТВЕРОСТИШИЯ — РУБАИ — ПРОНИКНУТЫ ГЕДОНИЧЕСКИМИ МОТИВАМИ, ПАФОСОМ СВОБОДЫ ЛИЧНОСТИ, АНТИКЛЕРИКАЛЬНЫМ ВОЛЬНОДУМСТВОМ.

Человек — это истина мира, венец, Знает это не каждый, а только мудрец.

Ты — рудник, коль на поиск рубина идешь, Ты — любим, коль надеждой свиданья живешь. Вникни в суть этих слов — и нехитрых, и мудрых: Все, что ищешь, в себе непременно найдешь!

Благородство и подлость, отвага и страх — Все с рожденья заложено в наших телах.

И скупец гибнет в жарком огне, как злодей. Так пророком начертано: лучше неверный, Если он мусульманина будет щедрей.

Нищим дервишем ставши — достигнешь высот. Сердце в кровь изодравши — достигнешь высот. Прочь, пустые мечты о великих свершеньях! Лишь с собой совладавши — достигнешь высот!

Не рождается зло от добра и обратно… Различать их нам взгляд человеческий дан!

Где, когда и кому, милый мой, удавалось До потери желаний себя ублажить?

Чем за общее счастье без толку страдать — Лучше счастье кому-нибудь близкому дать. Лучше друга к себе привязать добротою, Чем от пут человечество освобождать.

Не искавшему путь вряд ли путь и укажут — Постучись и откроются двери к судьбе!

Из тех, что мир прошли и вдоль и поперек, Из тех, кого Творец на поиски обрек, Нашел ли хоть один хоть что-нибудь такое, Чего не знали мы и что пошло нам впрок?

Чтобы уши, глаза и язык были целы, — Тугоухим, незрячим, немым надо быть.

Кто достоин в деяньях названия мужа, Чем сильней, тем способней смиренье принять.

Упавший духом гибнет раньше срока.

Ты лучше голодай, чем что попало есть, И лучше будь один, чем вместе с кем попало.

С людьми ты тайной не делись своей, Ведь ты не знаешь, кто из них подлей. Как сам ты поступаешь с Божьей тварью, Того же жди себе и от людей.

Лучше кости глодать, чем прельститься сластями За столом у мерзавцев, имеющих власть.

Я научу тебя, как всем прийтись по нраву, Улыбки расточай налево и направо, Евреев, мусульман и христиан хвали — И добрую себе приобретешь ты славу.

Если подлый лекарство нальет тебе — вылей! Если мудрый нальет тебе яду — прими!

И с другом и с врагом ты должен быть хорош! Кто по натуре добр, в том злобы не найдешь. Обидишь друга — наживешь врага ты, Врага обнимешь — друга обретешь.

Если ты не поделишься вовремя с другом — Все твое состоянье врагу отойдет.

В этом мире любовь — украшенье людей, Быть лишенным любви — это быть без друзей. Тот, чье сердце к напитку любви не прильнуло, Тот — осел, хоть не носит ослиных ушей!

Тот гончар, что слепил глины наших голов, Превзошел в своем деле любых мастеров. Над столом бытия опрокинул он чашу И страстями наполнил ее до краев.

Вино запрещено, но есть четыре «но»: Смотря кто, с кем, когда и в меру ль пьет вино. При соблюдении сих четырех условий Всем здравомыслящим вино разрешено.

От безбожья до Бога — мгновенье одно! От нуля до итога — мгновенье одно. Береги драгоценное это мгновенье: Жизнь — ни мало ни много — мгновенье одно!

Меняем реки, страны, города… Иные двери… Новые года… А никуда нам от себя не деться, А если деться — только в никуда.

Отчего всемогущий творец наших тел Даровать нам бессмертия не захотел? Если мы совершенны — зачем умираем? Если несовершенны — то кто бракодел?

Мы до смерти не станем ни лучше, ни хуже. Мы такие, какими нас создал Аллах!

Страсть не может с глубокой любовью дружить, Если сможет, то вместе недолго им быть.

ПАСКАЛЬ

БЛЕЗ ПАСКАЛЬ (1623–1662) — ФРАНЦУЗСКИЙ МАТЕМАТИК, ФИЗИК, ФИЛОСОФ И ПИСАТЕЛЬ. СЧИТАЛ ЧЕЛОВЕКА ТРАГИЧНЫМ И ХРУПКИМ СУЩЕСТВОМ, НАХОДЯЩИМСЯ МЕЖДУ ДВУМЯ БЕЗДНАМИ — БЕСКОНЕЧНОСТЬЮ И НИЧТОЖЕСТВОМ (ЧЕЛОВЕК — «МЫСЛЯЩИЙ ТРОСТНИК»). ВСЕ, О ЧЕМ ПИСАЛ ПАСКАЛЬ, БЫЛО ГЛУБОКО ИМ ПЕРЕЖИТО И ВЫСТРАДАНО. ЛУЧШЕ ВСЕГО О САМОМ СЕБЕ СКАЗАЛ ОН САМ: «Я ТОЛЬКО С ТЕМИ, КТО, СТЕНАЯ, ИЩЕТ ИСТИНУ».

Человек не ангел и не животное, и несчастье его в том, что чем больше он стремится уподобиться ангелу, тем больше превращается в животное.

Мы так тщеславны, что хотели бы прославиться среди всех людей, населяющих землю, даже среди тех, кто появится, когда мы уже исчезнем; мы так суетны, что тешимся и довольствуемся доброй славой среди пяти-шести близких людей. Чувствительность человека к пустякам и бесчувственность к существенному — какая страшная извращенность!

Люди делятся на праведников, которые считают себя грешниками, и грешников, которые считают себя праведниками.

Непостижимо, что Бог есть, непостижимо, что его нет; что у нас есть душа, что ее нет; что мир сотворен, что он нерукотворен…

Всякий раз мы смотрим на вещи не только с другой стороны, но и другими глазами — поэтому и считаем, что они переменились.

Суть человеческого естества — в движении. Полный покой означает смерть.

Горе людям, не знающим смысла своей жизни.

Нет несчастья хуже того, когда человек начинает бояться истины, чтобы она не обличила его.

Кто не любит истину, тот отворачивается от нее под предлогом, что она оспорима.

Всего невыносимей для человека покой, не нарушаемый ни страстями, ни делами, ни развлечениями, ни занятиями. Тогда он чувствует свою ничтожность, заброшенность, несовершенство, зависимость, бессилие, пустоту. Из глубины его души сразу выползают беспросветная тоска, печаль, горечь, озлобление, отчаяние.

Так протекает вся жизнь: ищут покоя, боясь бороться против нескольких препятствий, а когда эти препятствия устранены, покой становится невыносимым.

Люди ищут удовольствия, бросаясь из стороны в сторону только потому, что чувствуют пустоту своей жизни, но не чувствуют еще пустоты той новой потехи, которая их притягивает.

Кто не видит суеты мира, тот суетен сам.

Вообразите, что перед вами множество людей в оковах, и все они приговорены к смерти, и каждый день кого-нибудь убивают на глазах у остальных, и те понимают, что им уготована такая же участь, и глядят друг на друга, полные скорби и безнадежности, и ждут своей очереди. Вот картина человеческого существования.

Неоспоримо, что вся людская нравственность зависит от решения вопроса, бессмертна душа или нет. Меж тем философы, рассуждая о нравственности, отметают этот вопрос. Они спорят о том, как лучше провести отпущенный им час.

Нашему уму свойственно верить, а воле — хотеть; и если у них нет достойных предметов для веры и желания, они устремляются к недостойным.

Человек чувствует, как тщетны доступные ему удовольствия, но не понимает, как суетны чаемые; в этом причина людского непостоянства.

Мы жаждем истины, а находим в себе лишь неуверенность. Мы ищем счастья, а находим лишь горести и смерть. Мы не можем не желать истины и счастья, но не способны ни к твердому знанию, ни к счастью. Это желание оставлено в нашей душе не только, чтобы покарать нас, но и чтобы всечасно напоминать о том, с каких высот мы упали.

Справедливость без силы — одна немощь, сила без справедливости — тиранична. Надо, стало быть, согласовать справедливость с силой и для этого достигнуть, чтобы то, что справедливо, было сильно, а то, что сильно, было справедливо.

Человека иногда больше исправляет вид зла, чем пример добра, и вообще хорошо приучиться извлекать пользу из зла, потому что оно так обыкновенно, тогда как добро так редко.

Кто входит в дом счастья через дверь удовольствий, тот обыкновенно выходит через дверь страданий.

Мы часто утешаемся пустяками, ибо пустяки нас и огорчают.

Истина так нежна, что чуть только отступил от нее, впадаешь в заблуждение; но и заблуждение это так тонко, что стоит только немного отклониться от него, и оказываешься в истине.

Искание истины совершается не с весельем, а с волнением и беспокойством; но все-таки надо искать ее потому, что, не найдя истины и не полюбив ее, ты погибнешь.

Можно, конечно, сказать неправду, приняв ее за истину, но с понятием «лжец» связана мысль о намеренной лжи.

Существуют люди, которые лгут просто, чтобы лгать.

Изучая истину, можно иметь троякую цель: открыть истину, когда ищем ее; доказать ее, когда нашли; наконец, отличить от лжи, когда ее рассматриваем.

Истина и справедливость — точки столь малые, что, метя в них нашими грубыми инструментами, мы почти всегда делаем промах, а если и попадаем в точку, то размазываем ее.

Гнусны те люди, которые знают, в чем истина, но стоят за нее, лишь пока им это выгодно, а потом отстраняются.

Понятие справедливости так же подвержено моде, как женские украшения.

Судить о добродетели человека следует не по его порывам, а по ежедневным делам.

Случайные открытия делают только подготовленные умы.

Веления разума гораздо более властны, чем приказания любого повелителя: неповиновение последнему делает человека несчастным, неповиновение же первому — глупцом.

Доводы, до которых человек додумывается сам, обычно убеждают его больше, нежели те, которые пришли в голову другим.

Ничто так не согласно с разумом, как его недоверие к себе.

Все наше достоинство — в способности мыслить. Только мысль возносит нас, а не пространство и время, в которых мы — ничто. Постараемся же мыслить достойно: в этом — основа нравственности.

Чем человек умнее и добрее, тем больше он замечает добра в людях.

Чем умнее человек, тем более он находит оригинальных людей. Заурядные личности не находят разницы между людьми.

Говорите как все, но думайте по-своему.

Две крайности: зачеркивать разум, признавать только разум.

Красноречие — это живопись мысли. Сила разума в том, что он признает существование множества явлений, ему непостижимых; он слаб, если неспособен этого понять. Ему часто непостижимы явления самые естественные, что уж говорить о сверхъестественных!

Инстинкт и разум — признаки двух различных сущностей.

Отчего это хромой человек нас не раздражает, а умственно хромающий раздражает? Оттого, что хромой сознает, что мы ходим прямо, а умственно хромающий утверждает, что не он, а мы хромаем.

Люди безумны, и это столь общее правило, что не быть безумцем было бы тоже своего рода безумием.

С какой легкостью и самодовольством злодействует человек, когда он верит, что творит благое дело!

Красноречие — это искусство говорить так, чтобы те, к кому мы обращаемся, слушали не только без труда, но и с удовольствием, чтобы захваченные темой и подстрекаемые самолюбием, они хотели поглубже в нее вникнуть.

Красноречие должно быть приятно и содержательно, но нужно, чтобы это приятное в свою очередь было заимствовано от истинного.

И самая блестящая речь надоедает, если ее затянуть.

Истинное красноречие не нуждается в науке красноречия, как истинная нравственность не нуждается в науке о нравственности.

Мысль меняется в зависимости от слов, которые ее выражают.

Есть люди, говорящие красиво, но пишущие далеко не так. Это происходит оттого, что место, слушатели и прочее разгорячают их и извлекают из их ума больше, чем они могли бы дать без этого тепла.

Истинное красноречие смеется над витиеватостью.

Истинное красноречие пренебрегает красноречием.

Каждую книгу нужно уметь читать. Иначе расставленные слова обретают другой смысл, иначе расставленные мысли производят другое впечатление.

Мы должны благодарить тех, которые указывают нам наши недостатки.

Молчание — величайшее из человеческих страданий; святые никогда не молчали.

Ухо наше для лести — широко раскрытая дверь, для правды же — игольное ушко.

Во мне, а не в писаниях Монтеня содержится все, что я в них вычитываю.

Насколько справедливее кажется защитнику дело, за которое ему щедро заплатили!

Человек, решивший исследовать, на чем зиждется закон, увидит, как непрочен, неустойчив его фундамент, и, если он непривычен к зрелищу сумасбродств, рожденных людским воображением, будет долго удивляться, почему за какое-нибудь столетие к этому закону стали относиться так почтительно и благоговейно.

Почему люди следуют за большинством? Потому ли, что оно право? Нет, потому, что сильно. Почему следуют стародавним законам и взглядам? Потому ли, что они здравы? Нет, потому, что общеприняты и не дают прорасти семенам раздора.

Нехорошо быть слишком свободным. Нехорошо ни в чем не знать нужды.

Нет беды страшнее, чем гражданская смута. Она неизбежна, если попытаться всем воздать по заслугам, потому что каждый тогда скажет, что он-то и заслужил награду.

О нравственных качествах человека нужно судить не по отдельным его усилиям, а по его повседневной жизни.

Людей учат чему угодно, только не порядочности, между тем всего более они стараются блеснуть порядочностью, а не ученостью, то есть как раз тем, чему их никогда не обучали.

Мы стойки в добродетели не потому, что сильны духом, а потому, что нас с двух сторон поддерживает напор противоположных пороков.

Хотите, чтобы люди поверили в ваши добродетели? Не хвалитесь ими.

Совесть — лучшая нравоучительная книга из всех, которыми мы обладаем, в нее следует чаще всего заглядывать.

Добродетель человека измеряется не необыкновенными подвигами, а его ежедневным усилием.

Когда человек пытается довести свои добродетели до крайних пределов, его начинают обступать пороки.

Мы по опыту знаем, как велика разница между благочестием и добротой.

Нет ничего постыднее, как быть бесполезным для общества и для самого себя и обладать умом для того, чтобы ничего не делать.

Для человека, который любит только себя, самое нетерпимое — оставаться наедине с собой.

Как мало бы уцелело дружб, если бы каждый вдруг узнал, что говорят друзья за его спиной, хотя как раз тогда они искренни и беспристрастны.

Хотите, чтоб о вас хорошо говорили, — не говорите о себе хорошего.

Человек страдает невыносимо, если он принужден жить только с самим собою и думать только о себе.

И чувство и ум мы совершенствуем или, напротив, развращаем, беседуя с людьми. Стало быть, иные беседы совершенствуют нас, иные — развращают. Значит, следует тщательно выбирать собеседников.

Мы бываем счастливы, только чувствуя, что нас уважают.

Величайшее счастье, доступное человеку — любовь, — должно служить источником всего возвышенного и благородного.

Разумный человек любит не потому, что это выгодно, а потому, что он в самой любви находит счастье.

Ничто не одобряет так порока, как излишняя снисходительность.

Хороший острослов — дурной человек. Любопытство — то же тщеславие; очень часто хотят знать для того только, чтобы говорить об этом.

Сколько держав даже не подозревают о моем существовании!

В любви молчание дороже слов. Хорошо, когда смущение сковывает нам язык: в молчании есть свое красноречие, которое доходит до сердца лучше, чем любые слова. Как много может сказать влюбленный своей возлюбленной, когда он в смятении молчит, и сколько он при этом обнаруживает ума.

Надеясь снискать благосклонность женщины, мужчина первый делает шаг навстречу — это не просто обычай, это обязанность, возлагаемая на него природой.

Эгоизм ненавистен, и те, которые не подавляют его, а только прикрывают, всегда достойны ненависти.

Человек — это сплошное притворство, ложь, лицемерие не только перед другими, но и перед собой. Он не желает слышать правду о себе, избегает говорить ее другим. И эти наклонности, противные разуму и справедливости, глубоко укоренились в его сердце. Несомненно, что худо быть полным недостатков; но еще хуже быть полным их и не желать сознавать в себе, потому что это значит прибавлять к ним еще недостаток самообмана.

Только кончая задуманное сочинение, мы уясняем себе, с чего нам следовало его начать.

Мы никогда не живем настоящим, все только предвкушаем будущее и торопим его, словно оно опаздывает, или призываем прошлое и стараемся его вернуть, словно оно ушло слишком рано.

Все правила достойного поведения давным-давно известны, остановка за малым — за умением ими пользоваться.

Люди живут в таком полном непонимании суетности человеческой жизни, что приходят в полное недоумение, когда им говорят о бессмысленности погони за почестями. Ну не поразительно ли это!

Лучше умереть, не думая о смерти, чем думать о ней, даже когда она не грозит.

Предвидеть — значит, управлять.

ПЕЙН

ТОМАС ПЕЙН (1737–1809) — ПРОСВЕТИТЕЛЬ РАДИКАЛЬНОГО НАПРАВЛЕНИЯ, УЧАСТНИК ВОЙНЫ ЗА НЕЗАВИСИМОСТЬ В СЕВЕРНОЙ АМЕРИКЕ 1775–1783 ГГ. И ВЕЛИКОЙ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ. ОТСТАИВАЛ ИДЕЮ СУВЕРЕНИТЕТА НАРОДА И ЕГО ПРАВО НА РЕВОЛЮЦИОННОЕ ВОССТАНИЕ.

Не может быть хорошей женой женщина, которая не является и не способна быть другом своему мужу.

Клевета — порок, обладающий необычными свойствами: стремясь умертвить ее, вы тем самым поддерживаете ее жизнь; оставьте ее в покое — и она умрет сама.

Умеренность в проявлении нрава — всегда добродетель. Такова уж неодолимая природа правды, что она просит и желает только одного — свободного права появиться на свет.

Солнце не нуждается в пояснительной надписи — его и так отличат от тьмы.

Ничто не содействует столько торжеству разума, сколько спокойствие тех, которые служат ему. Истина страдает часто более от горячности своих защитников, чем от своих противников.

Если одно-два приветливых слова могут сделать человека счастливым, надо быть негодяем, чтобы отказать ему в этом.

Если ты дважды подумаешь, прежде чем один раз сказать, ты скажешь вдвое лучше.

Когда все остальные права попраны, право на восстание становится бесспорным.

Тщеславный так полон самим собою, что в нем нет места ничему другому.

Пьяный человек — не человек, ибо он потерял то, что отличает человека от скотины, — разум.

Малодушие — удел ничтожных.

Тот, чье сердце твердо, чьи поступки совершаются в согласии с его совестью, будет отстаивать свои принципы до конца своей жизни.

Я чту человека, способного улыбаться в беде, черпать силы в горе и находить источник мужества в размышлении.

ПЕНН

УИЛЬЯМ ПЕНН (1644–1718) — ОСНОВАТЕЛЬ АНГЛИЙСКОЙ КОЛОНИИ В СЕВЕРНОЙ АМЕРИКЕ, ПОЛУЧИВШЕЙ НАЗВАНИЕ ПЕНСИЛЬВАНИЯ. КВАКЕР.

Тому, кто живет ради жизни в веках, смерть не страшна.

Одна из самых гибельных наших ошибок — портить хорошее дело плохим проведением его в жизнь.

Сердится первым тот, кто не прав.

Каждый удар, наносимый нами в гневе, в конце концов обязательно падет на нас самих.

Избегайте льстецов — это переодетые воры.

Быть невинным — это значит не иметь вины, а быть добродетельным — значит преодолевать собственные дурные чувства и намерения.

ПЕТР I ВЕЛИКИЙ

ПЕТР I ВЕЛИКИЙ (1672–1725) — ПЕРВЫЙ РОССИЙСКИЙ ИМПЕРАТОР. СВОИМИ ДЕЯНИЯМИ СОЗДАЛ МОГУЩЕСТВЕННОЕ АБСОЛЮТИСТСКОЕ ГОСУДАРСТВО, ДОБИЛСЯ ПРИЗНАНИЯ ЗА РОССИЕЙ АВТОРИТЕТА ВЕЛИКОЙ ДЕРЖАВЫ. О ПЕТРОВСКИХ ПРЕОБРАЗОВАНИЯХ В. БЕЛИНСКИЙ ПИСАЛ: «УЧИСЬ ИЛИ УМИРАЙ: ВОТ ЧТО БЫЛО НАПИСАНО КРОВЬЮ НА ЗНАМЕНИ ЕГО БОРЬБЫ С ВАРВАРСТВОМ». ЧЕЛОВЕК НЕСОКРУШИМОЙ ВОЛИ, ПЕТР ОБЪЕДИНЯЛ В СЕБЕ БЕЗУДЕРЖНОЕ САМОВЛАСТИЕ С САМОПОЖЕРТВОВАНИЕМ, НЕ ЖАЛЕЛ СЕБЯ РАДИ ОБЩЕГО БЛАГА. ИСТОРИК С. СОЛОВЬЕВ НАЗЫВАЛ ПЕТРА «РЕВОЛЮЦИОНЕРОМ НА ТРОНЕ», Ф. ЭНГЕЛЬС — «ПОДЛИННО ВЕЛИКИМ ЧЕЛОВЕКОМ».

Я предчувствую, что россияне когда-нибудь, а может быть, при жизни нашей, пристыдят самые просвещенные народы успехами своими в науках, неутомимостью в трудах и величеством твердой и громкой славы.

Промедление смерти подобно.

Зло тихо летать не может.

Я знаю, что я подвержен погрешностям и часто ошибаюсь, и не буду на того сердиться, кто захочет меня в таких случаях остерегать и показывать мне мои ошибки.

Неблагодарный есть человек без совести, ему верить не до ′ лжно. Лучше явный враг, нежели подлый льстец и лицемер; такой безобразит человечество.

Всякий потентант (т. е. правитель), который едино войско сухопутное имеет, одну руку имеет, а который и флот имеет, обе руки имеет.

Деньги суть артерия войны.

Победу решает военное искусство и храбрость полководцев и неустрашимость солдат. Грудь их — защита и крепость отечеству.

Мир — хорошо, однако при том дремать не надлежит, чтоб не связали рук, да и солдаты чтоб не сделались бабами.

Надлежит законы и указы писать явно, чтоб их не перетолковать. Правды в людях мало, а коварства много. Под них такие же подкопы чинят, как и под фортецию.

Кто станет говорить речи, другому — не перебивать, но дать окончать и потом другому говорить, как честным людям надлежит, а не как бабам торговкам.

Весьма имеют быть наставлены те, которые сами не знают.

Выше всех добродетелей рассуждение, ибо всякая добродетель без разума пуста.

За признание — прощение, за утайку — нет помилования. Лучше грех явный, нежели тайный.

Забывать службу ради женщины непростительно. Быть пленником любовницы хуже, нежели быть пленником на войне; у неприятеля скорее может быть свобода, а у женщины оковы долговременны.

Врачую тело свое водами, а подданных — примерами. И в том и в другом исцеление вижу медленное.

ПЕТРАРКА

ФРАНЧЕСКО ПЕТРАРКА (1304–1374) — ИТАЛЬЯНСКИЙ ПОЭТ, РОДОНАЧАЛЬНИК ГУМАНИСТИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ ВОЗРОЖДЕНИЯ. ЛИЧНОСТЬ, ПОЭТ, МЫСЛИТЕЛЬ, УЧЕНЫЙ, ФИГУРА ОБЩЕСТВЕННАЯ — В НЕМ НЕРАЗДЕЛЬНЫ. СВОИМ ТВОРЧЕСТВОМ ОН СУМЕЛ ПРИВИТЬ ГРЯДУЩИМ ПОКОЛЕНИЯМ СОЗНАНИЕ НЕКОЕГО ДУХОВНОГО И КУЛЬТУРНОГО ЕДИНСТВА, БЛАГОТВОРНОСТЬ КОТОРОГО СКАЗЫВАЕТСЯ И В НАШЕ ВРЕМЯ.

Что может быть на свете прекраснее, что может быть достойнее человека и что может в большей степени уподобить его Господу, чем служение людям по мере своих сил? Тот, кто способен служить людям и не делает этого, отвергает высочайший долг человека, и поэтому ему должно быть отказано в имени и природе человека.

Можно и прекрасное любить постыдно.

Надежда и желание взаимно подстрекают друг друга, так что когда одно холодеет, то и другое стынет, и когда одно разгорается, то закипает другое.

В книгах заключено особое очарование; книги вызывают в нас наслаждение: они разговаривают с нами, дают нам добрый совет, они становятся живыми друзьями для нас.

Что пользы в том, что ты многое знал, раз ты не умел применять твои знания к твоим нуждам.

Кто в состоянии выразить, как он пылает, тот охвачен слабым огнем.

Раз человек желает избавиться от своего жалкого состояния, но желает искренно и вполне, — такое желание не может оказаться безуспешным.

У кого много пороков, у того много и повелителей.

Жадный беден всегда. Знай цель и предел вожделения.

В делах спорных суждения различны, но истина всегда одна. Чем больше скупость, тем больше жестокость.

Похвала полезна умному, вредна глупому.

Подобно тому как тень не может родиться и держаться сама по себе, так и слава: если фундаментом ей не служит добродетель, она не может быть ни истинной, ни прочной.

Лучше не иметь славы, чем иметь ложную славу.

Слава никогда не помогает мертвым. Живым она много раз была гибельна.

Спор даже между друзьями имеет в себе что-то грубое, неприязненное и противное дружеским отношениям.

Истинно благородный человек не рождается с великой душой, но сам себя делает таковым великолепными своими делами.

Унижать других — гораздо худший вид гордости, чем превозносить себя не по заслугам.

ПИЗАНО

ЛОРЕНЦО ПИЗАНО (1395–1470) — ИТАЛЬЯНСКИЙ ПИСАТЕЛЬ, ТЕОЛОГ И МОРАЛИСТ.

Природа вещей и мир неизменны, а все, что движется, притягивается любовью и рассеивается враждой.

Кто же, кроме безумцев, не знает, что любовь соединена со страстью и слепым заблуждением, из-за которых разделяет связанное и разрывает соединенное.

Во всем, что радуется в природе своему изяществу, изобилует плодородием и блещет красой, проявляется любовь, печать же ее нарушения несет то, что изнемогает от вялости, бледности, слабости и близости смерти.

Любовь интеллекта отличается снежной чистотой и целомудренной стыдливостью, но вместе с тем некоторой вялостью и холодностью. Воля же одарена противоположной природой, она ничего не приемлет от вещей, а хочет их самих и, пока наслаждается ими, борется, безумствует, разрастается и жаждет все большего. Поэтому ее любовь горячая, пылкая, страстная, огненная и безумная даже в достойном.

Первые семена и зачатки истинной любви находятся всегда в интеллекте, но пока они не сформируются, их согревает тепло воли.

Цель всякого хорошего действия — любить достойное любви, ненавидеть достойное ненависти, наслаждаться достойным наслаждения и пользоваться приносящим пользу. Дурного же — пользоваться тем, чем нужно наслаждаться, наслаждаться тем, чем следует пользоваться, ненавидеть любимое и любить ненавистное.

Лучше чему-нибудь научиться, публично признавшись в своей слабости, чем, изображая ученость, бесстыдно упорствовать в невежестве.

ПОП

АЛЕКСАНДР ПОП (1688–1744) — АНГЛИЙСКИЙ ПОЭТ, КРУПНЕЙШИЙ ПРЕДСТАВИТЕЛЬ АНГЛИЙСКОГО КЛАССИЦИЗМА. ВЫСТУПАЛ КАК ЗАЩИТНИК СУЩЕСТВУЮЩЕГО МИРОПОРЯДКА, УВЕРЕННЫЙ В ЕГО «ДАРОВАННОЙ СВЫШЕ» ЦЕЛЕСООБРАЗНОСТИ.

Каждый человек отличается от другого и с каждым днем отличается от себя.

Болезнь — своего рода преждевременная старость.

Приходить в гнев — значит вымещать на себе ошибки другого.

Слова подобны листьям: дерево, производящее их очень много, приносит очень мало плодов. Тот, кто лжет, не отдает себе отчета в трудности своей задачи, ибо ему предстоит еще двадцать раз солгать, чтобы поддержать первую ложь.

Нет микроскопа, который бы так увеличивал, как глаза человека, любующегося собой.

В каждом человеке ровно столько тщеславия, сколько ему недостает ума.

Недостаток скромности есть недостаток ума.

Надежда, сопровождающая нас всю жизнь, не покидает нас даже в час смерти.

Силу уму придают упражнения, а не покой.

Всем глупцам не терпится осмеять кого-нибудь.

Стараться подействовать на пошлого человека мягкою и тонкою речью, все равно что пытаться обтесывать каменную глыбу бритвою.

Большинство людей ищет общества не столько целью слушать, сколько говорить. Молчание есть лоск дураков и хитрость мудреца.

Наиболее доверчивы самые серьезные люди.

Ошибаться — человечно, прощать — божественно.

Что считается добродетелью в женщине, очень разнится с тем, что под этим подразумевается у мужчин. Очень хорошая женщина представляла бы собою очень жалкого мужчину.

Большинство женщин не имеет характера: они или блондинки, или брюнетки; это лучший способ различать их.

РАБЛЕ

ФРАНСУА РАБЛЕ (1494–1553) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ-ГУМАНИСТ, МОНАХ, ВРАЧ И БОТАНИК. ВЕЛИЧАЙШИЙ ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ФРАНЦУЗСКОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ. В СВОЕМ ЗНАМЕНИТОМ РОМАНЕ «ГАРГАНТЮА И ПАНТАГРЮЭЛЬ» ПОДВЕРГ БЕСПОЩАДНОЙ КРИТИКЕ СРЕДНЕВЕКОВЫЙ АСКЕТИЗМ, ОГРАНИЧЕНИЕ ДУХОВНОЙ СВОБОДЫ, ХАНЖЕСТВО И ПРЕДРАССУДКИ.

Разум человека сильнее его кулаков.

Каждый человек стоит ровно столько, во сколько он сам себя оценивает.

Кто обладает терпением, может достичь всего.

РАДИЩЕВ

АЛЕКСАНДР НИКОЛАЕВИЧ РАДИЩЕВ (1749–1802) — РУССКИЙ РЕВОЛЮЦИОННЫЙ МЫСЛИТЕЛЬ, ПИСАТЕЛЬ. РЕЗКО ОБЛИЧАЛ САМОДЕРЖАВИЕ И КРЕПОСТНИЧЕСТВО. ДОКАЗЫВАЛ, ЧТО ЧЕЛОВЕК НЕ МОЖЕТ БЫТЬ СЧАСТЛИВ, ЕСЛИ НЕСЧАСТЕН МИР; ОБЛИЧАЛ ТРУСОСТЬ ЗРЯЧИХ, КОТОРАЯ ОБЪЕКТИВНО УПРОЧИВАЛА СОЦИАЛЬНОЕ ЗЛО. БЫЛ СОСЛАН В СИБИРЬ. ПОСЛЕ ВОЗВРАЩЕНИЯ ВНОВЬ ВЫСТУПИЛ ЗА УНИЧТОЖЕНИЕ КРЕПОСТНОГО ПРАВА; УГРОЗА НОВЫХ РЕПРЕССИЙ ПРИВЕЛА РАДИЩЕВА К САМОУБИЙСТВУ.

Добродетелью я называю навык действий, полезных общественному благу.

Ничто для нас столь обыкновенно, ничто столь просто кажется, как речь наша, но в самом существе ничто столь удивительно есть, столь чудесно, как наша речь.

Только тогда станешь человеком, когда научишься видеть человека в другом.

Яко упражнения в телодвижениях укрепляют телесные силы, тако упражнения в размышлениях укрепляют силы разумные.

Священнослужители были всегда изобретатели оков, которыми отягчался в разные времена разум человеческий, они подстригали ему крылие, да не обратит полет свой к величию и свободе.

РАСИН

ЖАН РАСИН (1639–1699) — ФРАНЦУЗСКИЙ ДРАМАТУРГ, ПОЭТ, ПРЕДСТАВИТЕЛЬ КЛАССИЦИЗМА. В ЕГО ПРОИЗВЕДЕНИЯХ — МАСШТАБНОЕ ПОЭТИЧЕСКОЕ ИЗОБРАЖЕНИЕ ТРАГИЧЕСКОЙ ЛЮБВИ, КОНФЛИКТА МЕЖДУ МОНАРХИЧЕСКИМ ДЕСПОТИЗМОМ И ЕГО ЖЕРТВАМИ, ПРОТИВОБОРСТВА СТРАСТЕЙ В ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ДУШЕ, УТВЕРЖДЕНИЕ НЕОБХОДИМОСТИ СЛЕДОВАТЬ ТРЕБОВАНИЯМ НРАВСТВЕННОГО ДОЛГА.

С велением богов нам спорить не по силам. Долг смертных — принимать, что властный рок судил им.

Нередко дар богов бывает божьей карой.

Я обнимаю своего соперника, но только с целью задушить его. Сеешь зло — так жди кровавой жатвы.

Сильней страдают те, чье горе молчаливо.

Без дела веры нет: оно ее мерило.

Быть вождем лишь тот один достоин, Кому и честь, и жизнь вручает слепо воин.

Тиран медоточив, пока не в полной силе.

Народ покорствует и чтит царя обычно До той поры, пока царь не попал в беду; Тогда он восстает и рвет свою узду.

У человека с заурядными свойствами умеренность — добродетель весьма заурядная.

Величие души нам без труда дается, Когда чужая кровь, а не родная льется!

Со страху человек на все готов пойти.

Ненависть к отцу ложится и на сына.

Выкормив змею, вы можете быть ею Укушены за то, что ей продлили дни.

Зло всегда в чести, страдает же — невинный, И тот, кто жертвует собою для других, Лишь неприязнь и злость в ответ находит в них.

Кто праведно живет, тот нечестивцу враг.

Всевластная любовь повелевает нами И разжигает в нас, и гасит страсти пламя. Кого хотим любить, тот нам — увы! — не мил; А тот, кого клянем, нам сердце полонил.

Любовь трудней сломить, чем полчища врагов.

Неверным может ли быть тот, кто не любим?

Чье сердце не болит Желаньем угодить тому, кто в нем царит?

Все, кто на свет рожден, — все Афродиту чтут.

Яснее всего видят наши недостатки как раз те люди, которые охотнее всего закрывают на них глаза.

Страсть, как ее ни прячь, видна чужому глазу. Все выдает нас: вздох, движенье, слово, взгляд. Скрываемый огонь сильнее во сто крат.

Препятствовать страстям напрасно, как грозе.

Ревнивая досада Не внемлет разуму. Ей ненавистен тот, Кто масла ярости в ее костер не льет.

Гневу доверять судьбу — неосторожно.

Как прямодушному постигнуть лицемерье?

РЕЙ

ДЖОН РЕЙ (1627–1705) — АНГЛИЙСКИЙ БИОЛОГ. ПРЕДЛОЖИЛ ПЕРВУЮ ЕСТЕСТВЕННУЮ СИСТЕМУ РАСТЕНИЙ.

Ошибка одного — урок другому.

Лучше быть одному, чем в плохой компании.

Здоровье дороже богатства.

Несчастье умудряет человека, хотя и не обогащает его.

РИВАРОЛЬ

АНТУАН РИВАРОЛЬ (1753–1801) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ-МОРАЛИСТ.

На мысли следует нападать с помощью мыслей: по идеям не палят из ружей.

Те, которые дают советы, не сопровождая их примерами, походят на дорожные столбы, которые дорогу указывают, но сами по ней не ходят.

В области нравственности не следует выказывать свою добродетель по малозначительным поводам: девственностью не хвастаются.

Презрение должно быть самым молчаливым из всех наших чувств. Пословицы суть плоды опытности всех народов и здравый смысл всех веков, переложенные в формулы.

Невинную девушку растлевают бесстыдными речами, женщине легкого поведения кружат голову почтительной любовью: в обоих случаях — неизведанным плодом.

Глупость, сопровождаемая музыкой, танцами, обставленная блестящими декорациями, все же глупость, но ничего большего.

Близкое общение — вот откуда берут начало нежнейшая дружба и сильнейшая ненависть.

РОБЕСПЬЕР

МАКСИМИЛЬЕН РОБЕСПЬЕР (1758–1794) — ДЕЯТЕЛЬ ВЕЛИКОЙ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ, ОДИН ИЗ РУКОВОДИТЕЛЕЙ ЯКОБИНЦЕВ. ФАКТИЧЕСКИ ВОЗГЛАВЛЯЛ РЕВОЛЮЦИОННОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО, СЫГРАЛ ОГРОМНУЮ РОЛЬ В РАЗГРОМЕ ВНУТРЕННЕЙ И ВНЕШНЕЙ КОНТРРЕВОЛЮЦИИ. ЗА МУЖЕСТВО В ЗАЩИТЕ НАРОДНЫХ ИНТЕРЕСОВ, ЗА БЕСКОРЫСТИЕ, ЧИСТОТУ ПОМЫСЛОВ И ДЕЛ ЗАСЛУЖИЛ У НАРОДА ПОЧЕТНОЕ ПРОЗВИЩЕ НЕПОДКУПНЫЙ. КАЗНЕН ТЕРМИДОРИАНЦАМИ.

Не будем следовать ропоту тех, кто предпочитает спокойное рабство свободе, обретенной ценою некоторых жертв.

Порадуемся же и поблагодарим небо, мы достаточно хорошо послужили отечеству, чтобы нас сочли достойными кинжалов тирании!

Для отечества сделано недостаточно, если не сделано все.

Следует помнить, что правительства, какие бы они ни были, установлены народом и для народа.

Где же еще найти любовь к родине и верность общей воле, если не у самого народа?

Первым правилом политики должно быть управление народом — при помощи разума и врагами народа — при помощи террора.

Считайтесь только с благом общества и интересами человечества!

Не во власти тиранов и их слуг лишить меня смелости.

В наши расчеты и не входило преимущество долгой жизни.

РОНСАР

ПЬЕР ДЕ РОНСАР (1524–1585) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПОЭТ. ПРИНАДЛЕЖАЛ К СТАРИННОМУ ДВОРЯНСКОМУ РОДУ, ПОЛУЧИЛ СЕРЬЕЗНОЕ ГУМАНИСТИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ. БЫЛ ПРОЗВАН «ПРИНЦЕМ ПОЭТОВ», ОКАЗАЛ БОЛЬШОЕ ВЛИЯНИЕ НА РАЗВИТИЕ ФРАНЦУЗСКОЙ ПОЭЗИИ.

Один лишь человек счастливым быть не может:

Нас вечно что-нибудь снедает, мучит, гложет.

Бессмертно вещество, одни лишь формы тленны.

Господний мир — театр. В него бесплатный вход, И купола навис вверху небесный свод.

Пред женской красотой мы все бессильны стали. Она сильней богов, людей, огня и стали.

Весь мир — театр, мы все — актеры поневоле, Всесильная Судьба распределяет роли, И небеса следят за нашею игрой!

Друзья, обманем смерть и выпьем за любовь. Быть может, завтра нам уж не собраться вновь, Сегодня мы живем, а завтра — кто предскажет!

Так стоит ли мечтать о жизни беспорочной На свете, где, как дым, все зыбко и непрочно, Все переменчиво, как ветер и волна!

Но ни один из всех, какого б ни был роду, Не властен сам свою переменить природу, Прожить чужую жизнь, сыграть чужую роль.

Блажен, стократ блажен, кто соблюдает меру, Кто мудро следует лишь доброму примеру И верен сам себе в любые времена.

Величие души, закон и правый суд — Все добродетели — в глуши лесов живут, Но редко им сродни роскошная порфира.

…Красота — непрочный материал, И как бы ярко день нам ни сиял, Он минет, как минует все на свете.

Лишь преданность друзей — сокровище владык, Оно прекраснее, чем все богатства мира.

Сон любит девушек, он не в ладу с часами!

Несчастен властелин, приблизивший льстеца.

Любовь напастью звать я не могу покуда, А если и напасть — попасть любви во власть, Всю жизнь готов терпеть подобную напасть.

Но такова любовь и так устроен свет: Кто счастье заслужил, тому ни в чем удачи, А дураку зато ни в чем отказа нет.

Любил лишь тот, кто ввек с дороги не свернул, Кто счастлив был, одну любовь предпочитая.

Рассудком воевать с любовью — безрассудно. Чтоб сладить с божеством, потребно божество.

Ни ум, ни сердце, ни душа В любви не стоят ни гроша.

Кто жив, напрасно ждет похвал толпы надменной.

… Достоинствам живого Толпа бросает вслед язвительное слово, Но богом, лишь умрет, становится певец.

Найдется ли еще на свете существо, Что ищет гибели для рода своего? И только человек при случае удобном Охотно нанесет ущерб себе подобным.

Но, чтобы обрести признанье в наше время, Потребно честь и стыд отбросить, словно бремя. Бесстыдство — вот кумир, кому подчинены Все сверху донизу: сословья и чины.

Не кончился еще срок золотого века: Невольно в наши дни в груди у человека При виде золота захватывает дух.

Земное счастье так неверно! И завтра прахом станет тот, Кто королевских ждал щедрот И пресмыкался лицемерно.

От наслаждения неотделима боль.

Как плотью, жилами, и кровью, и костями Так от рожденья мы наделены страстями.

Нальем! Пускай нас валит хмель! Поверьте, пьяным лечь в постель Верней, чем трезвым лечь в могилу!

Пускай бы сдох он, бос и гол, Кто первым золото нашел, Из-за него ничто не свято. Из-за него и мать не мать, И сын в отца готов стрелять, И брат войной идет на брата.

Ты без богатства век протопчешься на месте, Но хуже, если есть оно — и нету чести!

Ах, если б смерть могли купить И дни продлить мы златом, Так был бы смысл и жизнь убить На то, чтоб сделаться богатым.

А что такое смерть? Такое ль это зло, Как всем нам кажется? Быть может, умирая, В последний горький час, дошедшему до края, Как в первый час пути — совсем не тяжело?

РОХАС

ФЕРНАНДО ДЕ РОХАС (ОК. 1465–1544) — ИСПАНСКИЙ ПИСАТЕЛЬ.

Нет таких сильных горестей, которых рассудок и время не могли бы смягчить.

Никто не хранит тайны лучше того, кто ее не знает.

Удовольствие, о котором нельзя говорить, не удовольствие.

Радостное выражение лица врача — начало выздоровления больного.

РУДАКИ

АБУ АБДАЛЛАХ ДЖАФАР РУДАКИ (ОК. 860–941) — ТАДЖИКСКИЙ И ПЕРСИДСКИЙ ПОЭТ, РОДОНАЧАЛЬНИК ПОЭЗИИ НА ФАРСИ. ДОЛГОЕ ВРЕМЯ БЫЛ ГЛАВОЙ ПОЭТОВ В САМАРКАНДЕ ПРИ ДВОРЕ САСАНИДОВ, ГДЕ ПОЛЬЗОВАЛСЯ БОЛЬШИМ ПОЧЕТОМ. ОДНАКО К СТАРОСТИ ВПАЛ В НЕМИЛОСТЬ, БЫЛ УДАЛЕН ОТ ДВОРА И УМЕР В НИЩЕТЕ.

Становится новое старым, потом промчатся года —

И старое сменится новью, так было, так будет всегда.

Изгони из сердца жадность, ничего не жди от мира,

И тотчас безмерно щедрым мир покажется тебе.

Нет в этом мире радости сильней,

Чем лицезренье близких и друзей.

Нет на земле мучительнее муки,

Чем быть с друзьями славными в разлуке.

Счастье в воздухе не вьется — трудом дается.

Один враг — много, тысяча друзей — мало.

Как ни ласкай змею, назвав любимым чадом, —

Она, рассвирепев, тебя отравит ядом.

Кто мерзок — мерзостью змеиной обладает,

С мерзавцем не водись, не будь с презренным рядом.

С тех пор как существует мирозданье,

Такого нет, кто б не нуждался в знанье.

Какой мы ни возьмем язык и век,

Всегда стремится к знанью человек.

С тех пор как мир возник во мгле,

Еще никто на всей земле

Не предавался сожаленью

О том, что отдал жизнь ученью.

Тех, кто жизнь прожив, от жизни не научится уму,

Никакой учитель в мире не научит ничему.

Как жаль, что отпрыск неразумный

Рождается от мудреца:

Не получает сын в наследство

Талант и знания отца.

К добру и миру тянется мудрец,

К войне и распрям тянется глупец.

От знанья в сердце вспыхнет яркий свет.

Оно для тела — как броня от бед.

РУМИ

ДЖАЛАЛЕДДИН РУМИ (1207–1273) — ПЕРСОЯЗЫЧНЫЙ ПОЭТ, ПРОПОВЕДНИК, СУФИЙСКИЙ ШЕЙХ. РЕБЕНКОМ ПОКИНУЛ РОДИНУ СО СВОИМ ОТЦОМ — УЧЕНЫМСУФИЕМ. МНОГИЕ ГОДЫ СТРАНСТВОВАЛ ПО БЛИЖНЕМУ И СРЕДНЕМУ ВОСТОКУ. ВОЗГЛАВЛЯЛ МЕДРЕСЕ. МИРОВУЮ ИЗВЕСТНОСТЬ ЕМУ ПРИНЕСЛИ ГАЗЕЛИ.

Дружите с умным, ибо друг дурак Порой опаснее, чем умный враг.

Да поразит возмездие бедой Тех, кто за дружбу заплатил враждой.

Любовь должна быть тем, что нас бы услаждало. Любовь нам радости без счета может дать. Я в матери-любви обрел начало. Благословенна будь навеки эта мать!

Когда болвана учат мудрецы, Они посев бросают в солонцы, И как ни штопай — шире чем вчера Назавтра будет глупости дыра.

И зноем дня не будет опален Тот, кто в терпенье гордом закален.

РУССО

ЖАН-ЖАК РУССО (1712–1778) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ И ФИЛОСОФ. ОСУЖДАЛ ОФИЦИАЛЬНУЮ ЦЕРКОВЬ И РЕЛИГИОЗНУЮ НЕТЕРПИМОСТЬ. ТРАКТОВАЛ ЧАСТНУЮ СОБСТВЕННОСТЬ КАК ПРИЧИНУ СОЦИАЛЬНОГО НЕРАВЕНСТВА, ИДЕАЛИЗИРОВАЛ «ЕСТЕСТВЕННОЕ СОСТОЯНИЕ» ЧЕЛОВЕЧЕСТВА. ОБОСНОВЫВАЛ ПРАВО НАРОДА НА СВЕРЖЕНИЕ АБСОЛЮТИЗМА. БЫЛ САМЫМ ЗНАМЕНИТЫМ ПИСАТЕЛЕМ ФРАНЦИИ, ЕВРОПЫ, МИРА. ПРЕНЕБРЕГ СЛАВОЙ ВСЕМИРНОГО ПРИЗНАНИЯ, ВЕЛ ЖИЗНЬ МЯТЕЖНОГО СКИТАЛЬЦА, АСКЕТА И ОТШЕЛЬНИКА, ОДИНОКОГО МЕЧТАТЕЛЯ, ОЗАБОЧЕННОГО ЗАВТРАШНИМ ДНЕМ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА И ЛИШЕННОГО В ДНЕ СЕГОДНЯШНЕМ КРОВА НАД ГОЛОВОЙ И ДРУЗЕЙ, КОТОРЫМ МОГ БЫ ДОВЕРИТЬСЯ. ИДЕИ РУССО ОКАЗАЛИ ВЛИЯНИЕ НА ОБЩЕСТВЕННУЮ МЫСЛЬ И ЛИТЕРАТУРУ МНОГИХ СТРАН.

Люди, будьте человечны! Это ваш первый долг. Будьте таким для всех состояний, для всех возрастов, для всего, что не чуждо человеку. Лишь великие события создают великих людей.

Порывы чувствительных сердец кажутся химерами всякому, кто их не испытывал; и любовь к отечеству, во сто крат более пылкая и более сладостная, чем любовь к возлюбленной, познается только тогда, когда ее испытаешь.

Недостаточно сказать гражданам: «Будьте добрыми!» — надо научить их быть таковыми; и даже пример, который в этом отношении должен служить первым уроком, не есть единственное необходимое здесь средство. Любовь к отечеству всегда действеннее, ибо всякий человек добродетелен, когда его частная воля во всем соответствует общей воле; и мы с охотою желаем того же, чего желают любимые нами люди.

Золото и серебро — на взгляд поэта, железо и хлеб — на взгляд философа — вот что цивилизовало людей и погубило человеческий род.

Иной сходит в могилу ста лет, а умер, едва родившись.

Сама по себе жизнь ничего не значит; цена ее зависит от ее употребления. Первый, кто, огородив участок земли, придумал заявить: «Это мое!» и нашел людей достаточно простодушных, чтобы тому поверить, был подлинным основателем гражданского общества. От скольких преступлений, войн, убийств, несчастий и ужасов уберег бы род человеческий тот, кто, выдернув колья или засыпав ров, крикнул бы себе подобным: «Остерегитесь слушать этого обманщика; вы погибли, если забудете, что плоды земли — для всех, а сама она — ничья!»

Жить — это не значит дышать, это значит действовать. Не тот человек больше всего жил, который может насчитать больше лет, а тот, кто больше всего чувствовал жизнь.

Во все времена будут люди, которым суждено подчиняться воззрениям своего века, своей страны и своего общества. Иной корчит из себя сегодня вольнодумца и философа; по той же причине он обязательно был бы фанатиком во времена Лиги.

Отнимите у нашего сердца любовь к добру — вы отнимете всю прелесть жизни.

Печаль, тоска, сожаления, отчаяние — это невзгоды преходящие, не укореняющиеся в душе; и опыт нас учит, как обманчиво горькое чувство, под влиянием которого мы думаем, что наши беды вечны. Доброе — это прекрасное в действии.

Искусство усиливать наслаждение заключается в умении быть скупым на него.

Если тщеславие сделало кого-нибудь счастливым, то наверняка этот кто-то был дурак.

Никто не может быть счастлив, если он не пользуется своим собственным уважением.

Чрезмерная радость исторгает скорее слезы, нежели смех.

Мы видим вокруг нас почти только таких людей, которые жалуются на свою жизнь, и многих таких, которые лишают себя жизни, когда это в их власти; законы божеский и человеческий вместе едва способны остановить этот беспорядок. А случалось ли вам когда-либо слышать, чтобы дикарь на свободе хотя бы только подумал о том, чтобы жаловаться на жизнь и кончать с собою. Судите же с меньшим высокомерием о том, по какую сторону мы видим подлинное человеческое несчастье.

Тысячи путей ведут к заблуждению, к истине — только один. Правдивое сердце — главное оружие истины.

Я принял сообразно природному моему разумению сторону истины, и чего бы я ни добился, одна награда все же не уйдет от меня — я найду ее в глубине моего сердца.

Ложное может выступать в бесконечных сочетаниях, истина же существует лишь в одном виде.

Есть принципы для разговоров, а другие для применения в жизни; противоречие между ними никого не возмущает — по общему убеждению, они не должны согласовываться между собою; даже от писателя, особенно же от моралиста, не требуют, чтобы он говорил то же, что пишет в своих книгах, и действовал так, как говорит.

Мое дело сказать правду, а не заставлять верить в нее.

Честность еще дороже порядочным людям, чем ученость людям образованным.

Воздержанность и труд — вот два истинных врача человека: труд обостряет его аппетит, а воздержанность мешает злоупотреблять им. Оскорбления — это доводы неправых.

Фальшивых людей опаснее иметь друзьями, чем врагами.

Хула — очень удобная вещь: нападают с помощью одного слова, а нужны целые страницы для защиты.

Первая награда справедливости — это сознание, что справедливо поступили.

Видеть несправедливость и молчать — это значит самому участвовать в ней.

Неподкупный глаз честного человека всегда беспокоит мошенников.

Трудись для того, чтоб наслаждаться.

Люди от природы ленивы; но страстное стремление к труду — это первый плод благоустроенного общества; и если народ вновь впадает в состояние лени и безразличия, то это происходит опять-таки из-за несправедливости этого же самого общества, которое не придает уже больше труду той цены, которой он заслуживает. Лгать самому себе для своей выгоды — подделка; лгать для выгоды другого — подлог; лгать для того, чтоб повредить, — клевета; это худший вред лжи.

Самым близким к естественному состоянию из всех тех занятий, которые способны обеспечить существование человека, является труд его рук. Из всех общественных положений самое независимое от судьбы и от людей — положение ремесленника.

Ходьба оживляет и воодушевляет мои мысли. Оставаясь в покое, я почти не могу думать; необходимо, чтобы мое тело находилось в движении, тогда ум тоже начинает двигаться.

Ходьба и движение способствуют игре мозга и работе мысли.

Расходуйте свои силы осторожнее, чтобы впоследствии сделать больше, но остерегайтесь когда-либо делать меньше.

Почти во всех делах самое трудное — начало.

Чем меньше люди знают, тем обширнее кажется им их знание.

Без движения жизнь — только летаргический сон.

Главные движущие силы, которые заставляют людей действовать, если их хорошенько рассмотреть, сводятся к двум: сластолюбию и тщеславию; если вы отнимете у первого то, что принадлежит второму, то обнаружите при окончательном рассмотрении, что все сводится почти что к одному только тщеславию.

Всякий праздный гражданин является вором.

По-моему, праздность не меньшее зло среди людей, чем одиночество. Ничто так не угнетает ум, ничто не порождает столько мелочности, сплетен, беспокойства, как постоянное пребывание вместе, лицом к лицу друг с другом в четырех стенах, когда все занятия сводятся к беспрерывной болтовне.

Знать хорошее важнее, чем знать многое.

Важно знать не то, что есть, а то, что полезно.

Из доступных нам знаний иные ложны, другие бесполезны, третьи служат пищей для гордости того, кто ими обладает. Лишь незначительное число тех, которые действительно способствуют нашему благополучию.

Первоначальное воспитание важнее всего, и это первоначальное воспитание, бесспорно, принадлежит женщинам.

Много рассуждают о качествах хорошего воспитания. Первое, которое я потребовал бы от него, — а оно предполагает и много других — это не быть человеком продажным.

Воспитание человека начинается с его рождения; он еще не говорит, еще не слушает, но уже учится. Опыт предшествует обучению.

Никогда не следует прежде времени рассуждать с детьми о высоких материях, резонерствовать. Ничего нет пошлее детей, с которыми резонерствовали. Рассудок развивается после всех других способностей, и начинать с него — значит, начинать с конца. Если бы причины, резоны всех вещей были понятны детям, тогда их нечего было бы и воспитывать.

Родина не может существовать без свободы, свобода без добродетели, добродетель без граждан. У вас будет все, если вы воспитаете граждан; без этого у вас все, начиная с правителей государства, будут лишь жалкими рабами. Однако воспитать граждан — дело не одного дня; и чтобы иметь граждан-мужей, нужно наставлять их с детского возраста.

Истинное воспитание состоит не столько в правилах, сколько в упражнениях.

Величайшая ошибка при воспитании — это чрезмерная торопливость.

Час работы научит большему, чем день объяснений, ибо если я занимаю ребенка в мастерской, его руки работают в пользу его ума: он становится философом, считая себя только ремесленником.

Никакие учителя не понадобились тем, кому природою было предназначено создать школу. Бэконы, Декарты и Ньютоны — эти наставники человеческого рода сами не имели никаких наставников; и какие педагоги привели бы их туда, куда вознес этих людей их могучий гений?

Вовсе не обязательно делать из человека философа прежде, чем делать из него человека.

С первой минуты жизни надо учиться быть достойными жить.

Скучные уроки годны лишь на то, чтобы внушить ненависть и к тем, кто их преподает, и ко всему преподаваемому.

Если вы хотите воспитать ум вашего ученика, воспитывайте силы, которыми он должен управлять. Постоянно упражняйте его тело; делайте его здоровым и сильным; пусть он работает, действует, бегает, кричит; пусть всегда находится в движении; пусть будет он человеком по силе, и вскоре он станет им по разуму… Если мы хотим извратить этот порядок, то произведем скороспелые плоды, в которых не будет ни зрелости, ни вкуса и которые не замедлят испортиться: у нас будут юные ученые и старые дети.

Наши истинные учителя — опыт и чувство.

Великий секрет воспитания — в уменье добиться того, чтобы телесные и умственные упражнения всегда служили отдыхом одни для других.

Люди испорчены; они могли быть еще хуже, если бы имели несчастье родиться учеными.

Состояние размышления — это уже состояние почти противоестественное, а человек, который размышляет, — это животное извращенное.

Разум человеческий многим обязан страстям, которые, по общему признанию, также многим ему обязаны.

Науки и искусства обязаны своим происхождением нашим порокам; мы бы меньше сомневались в их достоинствах, если бы своим происхождением обязаны они были нашим добродетелям… Не будь людской несправедливости, зачем понадобилась бы нам юриспруденция? Что сталось бы с историей, если бы не было ни тиранов, ни войн, ни заговорщиков?.. Неужто мы созданы для того, чтобы умереть прикованными к краю колодца, в котором скрылась истина? Одно только это соображение должно было с первых шагов отпугнуть всякого человека, который всерьез стремился бы просветиться, изучая философию.

Язык ума будет услышан, если он проходит через сердце.

Из всех способностей человека разум, представляющий собою объединение всех других, развивается труднее всего и позже всего.

Имейте в виду, что никогда незнание не делает зла; пагубно только заблуждение. Заблуждаются же люди не потому, что не знают, а потому, что воображают себя знающими.

Дураки не бывают застенчивы, хотя застенчивость принимает все виды глупости.

Мудрец вовсе не гонится за богатством, но он не равнодушен к славе; и когда он видит, как дурно она бывает распределена, его добродетель, которую дух соревнования оживил бы и сделал бы полезною для общества, начинает томиться и постепенно угасает в нищете и безвестности.

Занимаясь делом, говорят только тогда, когда есть что сказать; но в безделье является потребность говорить беспрерывно.

Вообще люди, мало знающие, много говорят, а те, которые много знают, говорят мало.

Красноречие производит сильное, но зато минутное действие. Люди, легко поддающиеся возбуждению, так же легко и успокаиваются. Холодное и мощное убеждение не производит такого подъема; но если оно охватило человека, оно проникает в него, и действие его неизгладимо.

Акцент — это душа языка, он придает ему не только чувство, но и достоверность.

Злоупотребление чтением убивает науку. Чрезмерное пристрастие к чтению создает лишь самонадеянных невежд. Как бы ни был правдив человек, раз он католический епископ, ему приходится лгать.

Суеверие — один из ужаснейших бичей рода человеческого.

Христианство — это религия всецело духовная, занятая исключительно делами небесными; отечество христианина не от мира сего. Он исполняет свой долг, это правда; но он делает это с глубоким безразличием к успеху или неудаче его стараний. Лишь бы ему не за что было себя упрекать, а там — для него не важно, хорошо или дурно обстоит все здесь, на земле.

Опаснейший подводный камень для правосудия — это предубеждение.

Чем более неистовы страсти, тем более необходимы законы, чтобы их сдерживать.

Все, что нарушает единство общества, никуда не годится; все установления, ставящие человека в противоречие с самим собою, не стоят ничего.

Сила не творит право, и люди обязаны повиноваться только властям законным. Свободные народы, помните правило: «Можно завоевать свободу, но нельзя обрести ее вновь».

Опыт давно уже приучил народ быть благодарным своим правителям за то, что они ему не причинили всего того зла, какое они могли ему причинить, и обожать своих правителей, когда народ им не ненавистен. Глупец, которому повинуются, может, как и всякий другой, карать преступления — настоящий государственный деятель умеет их предупреждать; он утверждает свою достойную уважения власть не столько над поступками, сколько, в большей еще мере, над волею людей.

Законы — это лишь условия гражданской ассоциации. Народ, повинующийся законам, должен быть их творцом: лишь тем, кто вступает в ассоциацию, положено определять условия общежития.

Слова «рабство» и «право» противоречат друг другу; они взаимно исключают друг друга. Такая речь: «Я с тобой заключаю соглашение полностью за твой счет и полностью в мою пользу, соглашение, которое я буду соблюдать, пока это мне будет угодно, и которое ты будешь соблюдать, пока мне это будет угодно» — будет всегда равно лишена смысла, независимо от того, имеются ли в виду отношения человека к человеку или человека к народу.

Только в отношении людей со средним достатком законы действуют со всей своей силой; они в равной мере бессильны и против сокровищ богача и против нищеты бедняка; первый их обходит, второй от них ускользает; один рвет паутину, а другой сквозь нее проходит.

Цензура может быть полезна для сохранения нравов, но никогда — для их восстановления. Учреждайте цензоров, пока законы в силе; как только они потеряли силу — все безнадежно; ничто, основанное на законе, больше не имеет силы, когда ее не имеют больше сами законы.

Страх и надежда — вот два орудия, при помощи которых управляют людьми, но вместо того чтобы пользоваться этими двумя орудиями, не делая различия между ними, следует использовать их в соответствии с их природой. Страх не возбуждает, он сдерживает; и использование его в законах о наказаниях служит не тому, чтобы побуждать делать добро, а тому, чтобы помешать творить зло. Не видно даже, чтобы страх перед нищетою делал когда-либо бездельников трудолюбивыми. Вот почему для того, чтобы возбудить среди людей настоящее соревнование в труде, следует показывать им, что труд — это не средство избежать голода, а способ достигнуть благосостояния. Так давайте же установим такое общее правило: никто не должен быть покаран за то, что он не делал чего-либо, но за то, что он сделал.

Не знаю, как это получается, но хорошо знаю, что более всего мошенничеств оказывается именно в тех делах, в которых больше всего реестров и счетных книг.

Вместо того чтобы обуздывать роскошь при помощи законов против роскоши, лучше предупреждать ее при помощи такого управления, которое делает ее невозможною.

Это великолепное средство научить все подчинять Закону — когда все видят, как возвращается к частной жизни человек, которого столь уважали, когда он был в должности; и для него самого уверенность в том, что он когда-нибудь опять станет частным человеком, преподает ему великий урок блюсти права частных лиц.

Я бы хотел жить и умереть свободным, т. е. таким образом подчиненным законам, чтобы ни я сам, ни кто-либо другой не мог сбросить с себя их почетного ярма, этого спасительного и нетяжкого ярма, под которое самые гордые головы склоняются тем послушнее, что они не способны склониться под какое-либо иное.

Частые помилования предвещают, что вскоре преступники перестанут в них нуждаться, а всякому ясно, к чему это ведет.

Мудрый законодатель начинает не с издания законов, а с изучения их пригодности для данного общества.

Сила законов зависит еще больше от собственной их мудрости, чем от суровости их исполнителей; а общественная воля получает наибольший свой вес от разума, которым она продиктована.

Пока народ принужден повиноваться и повинуется, он поступает хорошо; но если народ, как только получает возможность сбросить с себя ярмо, сбрасывает его, — он поступает еще лучше; ибо, возвращая себе свободу по тому же праву, по какому ее у него похитили, он либо имеет все основания вернуть ее, либо же вовсе не было оснований ее у него отнимать.

Отказаться от своей свободы — это значит отречься от своего человеческого достоинства, от прав человеческой природы, даже от ее обязанностей. Невозможно никакое возмещение для того, кто от всего отказывается. Подобный отказ несовместим с природою человека; лишить человека свободы воли — это значит лишить его действия какой бы то ни было нравственности.

Законодательная власть — сердце государства, власть исполнительная — его мозг.

Всякий, кто зависит от других и не имеет своих внутренних средств, не сможет стать свободным. Союзы, договоры, доверие людей — все это может привязать слабого к сильному, но не сильного к слабому.

Народный героизм — это минутный порыв, за которым следуют слабость и упадок сил. Нужно основывать свободу народа на его образе жизни, а не на его страстях. Ибо его страсти преходящи и изменчивы; между тем действие хорошего государственного устройства длится столько же, сколько оно существует; никакой народ не может продолжать оставаться свободным дольше, чем до тех пор, пока он ощущает благо свободы.

Всякий человек, рожденный в рабстве, рождается для рабства; ничто не может быть вернее этого. В оковах рабы теряют все, вплоть до желания от них освободиться.

Пусть же родина явит себя общей матерью граждан; пусть выгоды, коими пользуются они в своей отчизне, сделают ее для них дорогою; пусть правительство оставит им в общественном управлении долю, достаточную для того, чтобы они чувствовали, что они у себя дома; и пусть законы будут в их глазах лишь поручительством за общую свободу.

Самый сильный никогда не бывает настолько силен, чтобы оставаться постоянно повелителем, если он не превращает своей силы в право, а повиновение ему — в обязанность. Отсюда — право сильнейшего; оно называется правом как будто в ироническом смысле, а в действительности его возводят в принцип.

Всякая власть — от Бога, я это признаю; но и всякая болезнь от Него же: значит ли это, что запрещено звать врача?

Надо найти такую общую форму соединения, которая защищала бы и охраняла своей общей силой личность и имущество каждого своего члена и посредством которой каждый, соединяясь со всеми, повиновался бы, однако, только самому себе, оставаясь столь же свободным, как и раньше.

Люди всегда стремятся к своему благу, но не всегда видят, в чем оно. Народ не подкупишь, но часто его обманывают и притом лишь тогда, когда кажется, что он желает дурного.

В ту минуту, когда правительство узурпирует суверенитет, общественное соглашение разорвано, и все простые граждане, по праву возвращаясь к своей естественной свободе, принуждены, а не обязаны повиноваться.

Если брать этот термин в точном его значении, то никогда не существовала подлинная демократия, и никогда таковой не будет. Противно естественному порядку вещей, чтобы большее число управляло, а малое было управляемым. Нельзя себе представить, чтобы народ все свое время проводил в собраниях, занимаясь общественными делами, и легко видеть, что он не мог бы учредить для этого какие-либо комиссии, чтобы не изменилась и форма управления.

Если бы существовал народ, состоящий из богов, то он управлял бы собою демократически. Но правление столь совершенное не подходит людям.

Легче завоевывать, чем управлять. С помощью соответствующего рычага можно одним пальцем поколебать мир; но чтобы поддерживать его, необходимы плечи Геракла.

Политический организм так же, как и организм человека, начинает умирать с самого своего рождения и несет в себе самом причины своего разрушения.

Как только служение обществу перестает быть главным делом граждан и они предпочитают служить ему своими кошельками, а не самолично, — государство уже близко к разрушению.

Единственное средство удержать государство в состоянии независимости от кого-либо — это сельское хозяйство. Обладай вы хоть всеми богатствами мира, если вам нечем питаться — вы зависите от других… Торговля создает богатство, но сельское хозяйство обеспечивает свободу.

Повсюду, где царствуют деньги, те деньги, которые народ отдает, чтобы поддерживать свою свободу, всегда служат только орудием его же порабощения; и то, что платит он сегодня по доброй воле, используется для того, чтобы заставить его платить завтра по принуждению.

Всякого рода привилегии выгодны для частных лиц, которые их получают, и ложатся бременем на нацию, которая их дает.

Все правительства, основанные на насилии, впадают в смешное противоречие: желая держать народы в состоянии слабости, они тем не менее сами хотят с их помощью стать сильными.

Ничего могучего, ничего великого не может выйти из-под продажного пера.

Вся нравственность человека заключается в его намерениях.

Дурной поступок мучает нас не тогда, когда он только что совершен, а когда, спустя долгое время, вспоминаешь его, потому что память о нем не угасает.

Одно из преимуществ хороших поступков состоит в том, что они возвышают душу и предрасполагают ее к еще лучшим делам.

Один только урок нравственности годен для детства и в высшей степени важен для всякого возраста — это не делать никому зла.

У духа есть свои потребности, как и у тела.

Распущенность нравов — неизбежное следствие роскоши — в свою очередь ведет к испорченности вкуса. Если же случайно среди людей, выдающихся по своим дарованиям, найдется один, у которого достанет твердости в душе, чтобы не примениться к духу своего века и не унизить себя жалкими творениями, — то горе ему! Он умрет в нужде и забвении.

Мне известны только три орудия, при помощи которых можно влиять на нравы народа: сила закона, власть общественного мнения и привлекательность наслаждения.

Чтобы жить в добродетели, мы всегда должны вести борьбу сами с собой.

Терпение горько, но его плод сладок.

Прямодушие украшает все сопровождаемые им чувства.

Против всего можно устоять, но не против доброты.

Доброта, высказанная нам каким-либо человеком, привязывает нас к нему.

Не надо смешивать смелость с наглостью и грубостью: нет ничего более несходного и по своему источнику, и по результату.

Нетрудно понять, что война и завоевания, с одной стороны, и усугубляющийся деспотизм — с другой, взаимно помогают друг другу; что у народа, состоящего из рабов, можно вволю брать деньги и людей, чтобы с их помощью покорять другие народы; что война дает одновременно и предлог для новых денежных поборов и другой не менее благовидный предлог для того, чтобы постоянно содержать многочисленные армии, дабы держать народ в страхе.

Пока умножаются жизненные удобства, совершенствуются искусства и распространяется роскошь, истинное мужество хиреет, воинские доблести исчезают; и все это тоже дело наук и всех этих искусств, что развиваются в тени кабинетов.

Чистая совесть гасит жажду легкомысленных забав.

Самый дурной человек — тот, который больше всего замыкается в себе, направляет все сердечные помыслы на самого себя.

Есть избыток строгости и избыток снисходительности: обоих надо одинаково избегать.

Никто не любит знаться с мошенниками, если он сам не мошенник.

Не к чему спрашивать, каков источник стественного неравенства, потому что ответ содержится уже в простом определении смысла этих слов.

Мудрецы, которые хотят говорить с простым народом своим, а не его языком, никогда не смогут стать ему понятными. Однако есть множество разного рода понятий, которые невозможно перевести на язык народа.

Естественное состояние — это такое состояние, когда забота о нашем самосохранении менее всего вредит заботе других о самосохранении.

Сострадание — это естественное чувство, которое, умеряя в каждом индивидууме действие себялюбия, способствует взаимному сохранению всего рода.

От природы люди вовсе не враги друг другу.

Если бы не существовало таких точек, в которых сходились бы интересы всех, не могло бы быть и речи о каком бы то ни было обществе.

Уединение пробуждает любовь к людям, неназойливый интерес к ним.

Весьма опасаюсь, как бы тот, кто с первого знакомства обходится со мною так, будто мы дружим лет двадцать, не обошелся бы со мною двадцать лет спустя как с незнакомцем, попроси я его о важной услуге.

Мужчина говорит то, что знает, женщина — что нравится; первый, чтобы говорить, нуждается в знаниях, вторая — во вкусе; первый должен иметь в виду полезные вещи, вторая — приятные.

Тот, кто поносит порядочного человека, поносит этим самого себя.

Тот, кто ради своей пользы подвел бы друга, не имеет права на дружбу.

Привязанность может обойтись без взаимности, но дружба — никогда.

Когда женщина бывает до конца женщиной, она представляет больше ценности, нежели когда она играет роль мужчины. Развивать в женщине мужские свойства, пренебрегая присущими ей качествами, — значит, действовать явно ей во вред.

Царство женщины — это царство нежности, тонкости и терпимости.

Первое и важнейшее качество женщины — кротость.

Мужчина лучше женщины философствует о сердце человеческом, но женщина лучше его читает в сердце мужчин.

Дайте детству созреть в детстве. Истинная любовь не дерзка и не легкомысленна; робость делает ее осмотрительной; она не отваживается на многое, зная, что можно потерять.

Жена, домогающаяся власти, становится тираном своего мужа, а господин, сделавшийся рабом, бывает смешным и жалким созданием.

Среди страстей, которые волнуют сердце человека, есть одна — пылкая, неукротимая, которая делает один пол необходимым другому; страсть ужасная, презирающая все опасности, опрокидывающая все препятствия; в своем неистовстве она, кажется, способна уничтожить человеческий род, который она предназначена сохранять. Во что превратятся люди, став добычей этой необузданной и грубой страсти, не знающей ни стыда, ни удержу, и оспаривающие повседневно друг у друга предметы своей любви ценою своей крови.

Жалкое заблуждение — воображать, что телесные упражнения вредят умственным занятиям! Как будто эти два дела не должны идти рядом, как будто одним не должно направляться другое!

Чтобы сделать ребенка умным и рассудительным, сделайте его крепким и здоровым: пусть он работает, действует, бегает, кричит, пусть он находится в постоянном движении! Любите детство; поощряйте его игры, его забавы, его милый инстинкт. Кто из вас не сожалел иногда об этом возрасте, когда на губах вечно смех, а на душе всегда мир?

Производя и питая детей, отец исполняет этим только третью часть своей задачи. Он должен роду человеческому дать людей, обществу — общественных людей, государству — граждан. Всякий человек, который может платить этот тройной долг и не делает этого, виновен и, может быть, более виновен, если платит его наполовину. Кто не может выполнить обязанности отца, тот не имеет права быть им. Ни бедность, ни работа, ни уважение людей не избавляют его от обязанности кормить своих детей и воспитывать их самому.

Если вы уступите ребенку, он сделается вашим повелителем; и для того, чтобы заставить его повиноваться, вам придется ежеминутно договариваться с ним.

Когда мужчина берет жену ниже себя по званию, он не унижает себя, но возвышает свою супругу; наоборот, заключая брак с особою более высокого звания, он унижает ее и сам не возвышается.

Вам не удастся никогда создать мудрецов, если будете убивать в детях шалунов.

Не соединяйте брачными узами людей, кои подходят друг другу лишь в известных условиях жизни и не будут подходить, если эти условия изменятся; но соединяйте людей, которые будут соответствовать друг другу, в каком бы положении они ни очутились, в какой бы стране ни обитали, в каком бы звании ни оказались.

Не будем перемещать возрастов, как и времена года: до ′ лжно быть самим собой во все времена и не бороться против природы, ибо тщетные усилия растрачивают жизнь и мешают ею пользоваться.

Первые слезы детей — их просьбы; если не остеречься, они вскоре становятся приказаниями, они начинают с того, что заставляют себе помогать, а кончают тем, что заставляют себе служить. Так из их собственной слабости, откуда вытекает сначала чувство зависимости, рождается позднее идея власти и господства, но эта идея вызывается не столько их потребностями, сколько нашими услугами.

Знаете ли вы самое верное средство сделать вашего ребенка несчастным? Это приучить его ни в чем не знать отказа… Сначала он потребует трость, которую вы держите; потом ваши часы; потом птицу, которая летает; потом звезду, которая сияет на небе; он будет требовать все, что увидит; не будучи Богом, как вы его удовлетворите?

Любить глубоко — это значит забыть о себе.

Не правы те, кто разделяет страсти на позволительные и запретные и затем предается первым и избегает вторых. Все страсти хороши, когда человек господствует над ними, и все плохи, когда он им покоряется.

Того, кто вздумал бы препятствовать зарождению страстей, я счел бы почти таким же безумцем, как и того, кто вздумал бы уничтожить их.

Когда язык ничем не стесняется, все бывают стеснены.

Истинная вежливость заключается в благожелательном отношении к людям.

Чрезмерное ликование и отчаянное горевание одинаково недостойны мыслящего человека.

Тщеславие человека бывает источником величайших его бедствий.

Всякая злость происходит от бессилия. Большая часть болезней наших — это дело наших собственных рук; мы могли бы почти всех их избежать, если бы сохранили образ жизни простой, однообразный и уединенный, который предписан нам был природою.

Истинное наслаждение просто и безмятежно; оно любит тишину и покой; тот, кто его испытывает, поглощен им всецело, он не забавляется тем, что говорит: «Я наслаждаюсь». Но тщеславие — это плод предрассудков; из них оно рождается и ими питается.

Два противоположных состояния ввергают людей в оцепенение безделья: одно из них — то душевное спокойствие, в силу которого мы довольствуемся тем, чем обладаем; второе — это ненасытное вожделение, дающее чувствовать невозможность его удовлетворения. Тот, кто живет, не имея желаний, и тот, кто знает, что не может получить того, что желает, равным образом пребывают в бездействии. Чтобы действовать, нужно и стремиться к чему-либо и быть в состоянии этого достигнуть.

Если бы мы могли обойтись без денег и вместе с тем иметь все те выгоды, которые они дают, мы гораздо лучше использовали бы такие преимущества, чем обладая богатствами; потому что мы отделили бы эти выгоды от пороков, которые их отравляют и которые деньги приносят с собою.

Пьянство унижает человека, отнимает у него разум, по крайней мере, на время, и в конце концов превращает его в животное.

Мы всего больше заботимся о жизни по мере того, как она теряет свою ценность; старики больше сожалеют о ней, чем молодые.

Молодость — вот время для усвоения мудрости, старость — время для ее применения.

Хорошее употребление времени делает время еще более драгоценным.

Каждый возраст имеет свои особые склонности, но человек всегда остается одним и тем же. В десять лет он под обаянием сластей, в двадцать — возлюбленной, в тридцать — удовольствий, в сорок — честолюбия, в пятьдесят — скупости.

Прекрасна клятва солдат Фабия: они клялись не умереть или победить; они поклялись вернуться победителями и сдержали клятву.

Каждому художнику желанны рукоплескания. Похвалы современников — это самая драгоценная часть его награды. Везде, где приятное заменяют полезным, приятное почти всегда на этом выигрывает.

Время — движущийся образ неподвижной вечности.

Прекрасно то, чего нет.

Похвала развращает тех, кому она нравится.

РУСТАВЕЛИ

ШОТА РУСТАВЕЛИ (ОК. 1172 — ОК. 1216) — ГРУЗИНСКИЙ ПОЭТ, АВТОР ЭПИЧЕСКОЙ ПОЭМЫ «ВИТЯЗЬ В ТИГРОВОЙ ШКУРЕ». ВЫСТУПАЛ ПРОТИВ ПАССИВИЗМА, ПРИЗЫВАЛ К ДЕЯТЕЛЬНОЙ БОРЬБЕ ВО ИМЯ СПРАВЕДЛИВОСТИ. МНОГИЕ ПОКОЛЕНИЯ ГРУЗИНСКОГО НАРОДА МЫСЛИЛИ НРАВСТВЕННЫМИ КАТЕГОРИЯМИ РУСТАВЕЛИ, СОСТАВИВ ИЗ ЕГО АФОРИЗМОВ СВОЕОБРАЗНЫЙ КОДЕКС ЛИЧНОЙ И ОБЩЕСТВЕННОЙ МОРАЛИ.

Преступно промедленье,

если путь великий ждет.

Радости вкушать нетрудно,

лучше крепким в горе будь!

Если действовать не будешь, Ни к чему ума палата. Клевета для слуха то же, что полынь для языка.

Мудрый друг не бросит друга, несмотря на все лишения. Кто в беде покинул друга, сам узнает горечь бед.

Тяжело тому в несчастье, Кто найти не может друга.

Надругательство над дружбой — это с мудростью разлад.

Легкомыслен, кто стяжает, жадностью себя черня.

Ложь несет душе и телу бесконечные мученья.

Злую весть узнать — для злого нет приятнее утех!

Не открыв врачу болезни, разве можно исцелиться?

Уж таков закон влюбленных: Все они друг другу братья. В плен захваченным любовью трудно муку превозмочь.

Надо другу ради друга не страшиться испытаний, Откликаться сердцем сердцу и мостить любовью путь.

Мудрый борется с судьбою, Неразумный унывает.

Тот, кто в жизни неразумен и ведет себя, как лжец, Кто сберечь не может тайны — погибает наконец.

Для того и знанье людям, Чтобы душу укреплять.

Человек, лишенный сердца, По своим живет законам.

Человек, ума лишенный, Своеволен и угрюм.

Все равны мы перед смертью, Всех разит ее копье, Лучше славная кончина, Чем позорное житье.

Только тот узнает счастье, Кто печаль перенесет.

Зло мгновенно в этом мире, Неизбывна доброта.

Лишь добро одно бессмертно, Зло подолгу не живет!

Из врагов всего опасней враг, Прикинувшийся другом.

СААДИ

СААДИ (МУСЛИХИДДИН АБУ МУХАММЕД АБДАЛЛАХ ИБН МУШРИФАДДИН) (МЕЖДУ 1203 И 1210–1292) — ПЕРСИДСКИЙ ПОЭТ, ПИСАТЕЛЬ И МЫСЛИТЕЛЬ. БОЛЕЕ 20 ЛЕТ СТРАНСТВОВАЛ В ОДЕЖДЕ ДЕРВИША ПО МУСУЛЬМАНСКОМУ МИРУ. В СВОИХ ПРОИЗВЕДЕНИЯХ СТАВИЛ СЛОЖНЫЕ РЕЛИГИОЗНЫЕ, ФИЛОСОФСКИЕ И ЭТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ, ПРОПОВЕДУЯ СООТВЕТСТВУЮЩИЕ ОБРАЗЦЫ ПОВЕДЕНИЯ.

Тот, кто не желает поднять упавшего, пусть страшится упасть сам, ибо, когда он упадет, никто не протянет ему руку.

Что наспех делается — недолго длится.

Только терпеливый закончит дело, а торопливый упадет. Если ты равнодушен к страданиям других, ты не заслуживаешь названия человека.

Ученик, который учится без желания, — это птица без крыльев.

Мудрец подобен лотку москательщика: молчаливо показывает он свои совершенства; а глупец, как походный барабан: обладает громким голосом, а внутри пуст и ничтожен.

Ум невежды — молчание. Если невежда это понял, он стал наполовину мудрецом.

Если мудрец попадает к глупцам, не должен он ждать от них почета, а если глупец болтовней своей победит мудреца, то нет в этом ничего удивительного, ибо камнем можно расколоть алмаз.

Если мудрецу среди невоспитанных людей не удастся сказать слова, не удивляйся: звук лютни не слышен во время грохота барабана, а аромат амбры пропадает от вони чеснока.

Человек выше животного способностью речи, но он ниже его, если делает недолжное употребление из нее. Люди рождаются только с чистой природой, и лишь потом отцы делают их иудеями, христианами или огнепоклонниками.

Два человека бесплодно трудились и без пользы старались: тот, кто копил богатство и не пользовался им, и тот, кто учился наукам, но не применял их.

Ученый без трудов — дерево без плодов.

Не может покоя в стоянке найти, кто бросил товарищей в трудном пути.

Знать меру следует во всем, везде.

Знать меру надо в дружбе и вражде.

Тот истинный друг, кто укажет в пути

Препятствия все и поможет пройти.

Льстецов причислять опасайся к друзьям.

Тот истинный друг твой, кто честен и прям.

Не спрашивай друзей о своих недостатках — друзья о них умолчат. Лучше разузнай, что говорят о тебе враги.

Лучше молодой жене стрела в бок, чем старик под боком.

Мужество — не в силе руки и не в искусстве владения мечом, мужество — в том, чтобы владеть собой и быть справедливым.

Говори с людьми в соответствии с их разумом.

Собеседникам не докучай, замолкни прежде, чем вскричат «кончай!».

Покуда человек не говорит, неведом дар его, порок сокрыт.

Тот, кто дает упрямцу совет, сам нуждается в совете.

Не поддавайся на обман врага и не покупай славословий у льстеца; один расставил сеть хитрости, а другой раскрыл глотку жадности.

Тайны и друзьям поверять нельзя, Ибо у друзей тоже есть друзья. Старательно тайны свои береги, Сболтнешь — и тебя одолеют враги.

Тот, кто сеет зло, — пожинает раскаяние.

Гнев сверх меры вызывает страх, а неумеренная ласка уменьшает к тебе уважение в людских глазах. Не будь настолько суров, чтобы всем надоесть, и настолько кроток, чтобы тебе дерзили.

Свойство старости делать острее шипы и бледнее цветы жизни.

Из всех даров мира остается только доброе имя, и несчастен тот, кто не оставит даже этого.

Неверного ты другом не зови.

Изменчивый достоин ли любви?

Кто опыт отринув, делами вершит — В грядущем немало увидит обид.

Кто доброе сеет — добро его плод, Кто злое посеет — злодейство пожнет.

Нежными словами и добротой можно на волоске вести слона.

Принимать совет врагов — ошибка, но выслушивать их нужно, чтобы поступить наоборот. Это и будет истинно правильный образ действия.

Лишь тот в совете — солнце, в битвах — лев, Кто разумом смирять умеет гнев.

Мускус — то, что обладает ароматом, а не то, о чем москательщик говорит, что это мускус.

Ложь подобна тяжкому удару: если рана и заживет, рубец останется.

Не знает тот, кто клевету плетет, Что клевета потом его убьет.

В основу всех дел если зло ты кладешь, Свой корень подрежешь, плода не сберешь.

Там, где нужна суровость, — мягкость неуместна… Мягкостью не сделаешь врага другом, а только увеличишь его притязания.

Говорят, что среди животных лев — высшее, а осел — низшее; но осел, ношу таскающий, поистине лучше, чем лев, людей раздирающий.

Да не увидит дел исхода злого, Кто никогда не делает дурного. Злодей же злом повсюду окружен, Как сам себя язвящий скорпион.

Разумный властитель всегда терпелив, И гнева умеет сдержать он прилив.

Кто вспыльчиво руку заносит с мечом, Грызет тот, раскаявшись, руки потом.

Страшен нам укус того врага, что другом кажется среди людей.

Кто вечно разжигать вражду людскую любит, Того в конце концов его ж огонь погубит.

С невеждой о науках рассуждать — Что злак пшеничный в солончак бросать.

Тот, кто хранит молчанье в шумных спорах, Мудрее болтунов, на слово скорых. Молчаливо сидящий в углу, прикусивши язык, Лучше тех, кто язык за зубами держать не привык.

Кто с глупой, порочной связался женой,

Не с женщиной тот сочетался — с бедой.

Коль горе чужое тебя не заставит страдать, Возможно ль тебя человеком тогда называть?

Коль нет зубов — хлеб разжуешь всегда, Коль хлеба нет — вот горшая беда!

Коль вдруг муравьи сообща нападут,

Осилят и льва, как бы ни был он лют.

Никто не вечен в мире, все уйдет, Но вечно имя доброе живет.

Если бы не власть желудка, ни одна птица не попала бы в силки охотника, да и сам охотник не ставил бы силков.

С тем, кто свои заблужденья возвел в правоту, Лучше не спорь, нелегко исцелить слепоту. Сердце такого подобно кривому зерцалу: Все исказит и в ничто превратит красоту.

Слабые руки увесистый меч не удержат, От слабодушных не ждите вы праведных дел.

Кто злому поможет, тем самым, поверь, Он людям готовит немало потерь.

САКС

ГАНС САКС (1494–1576) — НЕМЕЦКИЙ ПОЭТ, МЕЙСТЕРЗИНГЕР. БАШМАЧНИК.

Искусство стряпчих таково: Туман — и больше ничего!

Известно — каждый поп и инок Дом Божий превращает в рынок.

Толпа церковников жадна: Привыкнув грабить издавна, Живя бессовестным обманом, Церковник ловко лжет мирянам.

Трудитесь! Мир не будет раем Для тех, кто хочет жить лентяем.

Лишь дружба нам поможет Тех, коих зависть гложет, Сплотить в один союз Посредством крепких уз.

… мир не кровью, А дружбой и любовью Должны мы уберечь.

Добро и ласку обнаружа, Вы переделаете мужа.

Жена худая — злое зелье, А добрая жена — веселье. Чтоб мир в семье был укреплен, Воспитывать должны вы жен.

За честным мужем и жена Сама становится честна.

Муж глух, жена слепа к тому же — Тогда счастливым будет брак.

Так повелось уже веками: Обжегшись, мы не лезем в пламя. А тот, кто правду говорит, Бывает беспощадно бит.

Когда избрал ты верный путь, Судьей тебе лишь совесть будь!

Трудиться разве не досадно Крестьянину по целым дням, Чтобы поповским холуям Сидеть в трактирах было можно, Кутить и пьянствовать безбожно?

СВИФТ

ДЖОНАТАН СВИФТ (1667–1745) — АНГЛИЙСКИЙ САТИРИК, ДЕКАН СОБОРА СВЯТОГО ПАТРИКА В ДУБЛИНЕ. В СВОИХ ПРОИЗВЕДЕНИЯХ ГРОТЕСКНО ОСМЕИВАЛ ОБЩЕСТВЕННЫЙ СТРОЙ И ПОЛИТИКУ ГОСПОДСТВУЮЩИХ КЛАССОВ. С НЕКОТОРОЙ ОПАСКОЙ ОТНОСИЛСЯ К ФИЗИЧЕСКОЙ И ЭМОЦИОНАЛЬНОЙ ПРИРОДЕ ЧЕЛОВЕКА, К ТРЕБОВАНИЯМ ЕГО ПЛОТИ И СТРАСТЯМ; ЧТО ЖЕ КАСАЕТСЯ СПОСОБНОСТИ РАЗУМА ПРОТИВОСТОЯТЬ ИМ И ОБУЗДАТЬ ИХ, ТО НАХОДИЛ ЕЕ ДАЛЕКО НЕ ВСЕГДА ДОСТАТОЧНОЙ.

Когда на свете появляется истинный гений, то узнать его можно хотя бы по тому, что все тупоголовые соединяются в борьбе против него.

Мудрец менее всего одинок тогда, когда он находится в одиночестве.

Кроме действительных болезней мы подвержены множеству болезней мнимых.

Отдаваться гневу часто все равно, что мстить самому себе за вину другого.

Лесть, говорят, пища глупых, между тем сколько умных людей готовы от времени до времени отведать хоть глоток этой пищи.

Тщеславие скорее есть признак ничтожества, нежели величия.

Как человека можно распознать по обществу, в котором он вращается, так о нем можно судить и по языку, которым он выражается.

Лишь очень немногие живут сегодняшним днем. Большинство готовится жить позднее.

Если вы направляете в чей-либо адрес остроту, вы должны быть готовы принять ее и в свой адрес.

Клевета наносит удары обыкновенно достойным людям, так черви предпочтительно набрасываются на лучшие фрукты. Книги — дети разума.

Религия — болезнь души.

Сатира — своеобразное зеркало, в котором каждый, кто смотрит в него, видит любое лицо, кроме собственного.

Чужого превосходства вид Нас раздражает и гневит, А дружба лишь тогда прелестна, Когда сравненье с другом лестно.

Пусть одарен Фортуной вдруг Наш недруг, только бы не друг; Мы первое стерпеть готовы, Но не переживем второго.

СЕНТ-ЭВРЕМОН

ШАРЛЬ СЕНТ-ЭВРЕМОН (1614–1703) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ.

В молодости мы живем, чтобы любить; в зрелом возрасте мы любим, чтобы жить.

Нет стеснения более жестокого, как не сметь сказать то, что думаешь.

Неблагодарных гораздо меньше, чем полагают, ибо щедрых значительно меньше, чем думают.

Слезы — женское красноречие.

СЕРВАНТЕС

МИГЕЛЬ ДЕ СЕРВАНТЕС СААВЕДРА (1547–1616) — ИСПАНСКИЙ ПИСАТЕЛЬ. В БОГАТОЙ ПРИКЛЮЧЕНИЯМИ ЖИЗНИ ЕМУ ДОВЕЛОСЬ БЫТЬ ВОИНОМ, РАБОМ, ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫМ ЧИНОВНИКОМ-КАЗНОКРАДОМ. В СВОЕМ ГЛАВНОМ ПРОИЗВЕДЕНИИ — РОМАНЕ «ДОН КИХОТ» — СЕРВАНТЕС ОРГАНИЧЕСКИ СЛИЛ ВОЕДИНО РЕАЛИЗМ, ГЕРОИКУ И РОМАНТИКУ, ТРАГИКОМИЧЕСКИ ИЗОБРАЗИЛ МИР НЕПРАКТИЧНОГО ДУХА И БЕЗДУХОВНОЙ ПРАКТИКИ. ОБРАЗЫ СТРАНСТВУЮЩЕГО РЫЦАРЯ ДОН КИХОТА И ЕГО ОРУЖЕНОСЦА САНЧО ПАНСЫ СТАЛИ НАРИЦАТЕЛЬНЫМИ.

Великие люди способны на великую доброту.

Тот, кто отдает заранее, отдает вдвойне.

Каждый из нас — сын своих дел. Добрые деяния никогда не следует откладывать: всякая проволочка неблагоразумна и часто опасна.

Горе в одинаковой мере может и связать и развязать язык страдающего.

Праздношатающийся люд в государстве — это все равно что трутни в улье, пожирающие мед пчел-работниц.

Всякого человека до ′ лжно судить по его делам.

Ты можешь порицать людей, но не поносить и не подымать их на смех, ибо сплетня, смешащая многих, все же дурна, если она копает яму хотя бы одному человеку.

Говорить, не думая, — все равно что стрелять, не целясь.

Бывают люди, которым знание латыни не мешает все-таки быть ослами.

О мужественное сердце разбиваются все невзгоды.

Живи по правде — вот самая лучшая проповедь.

Правда иной раз гнется, но никогда не ломается и всплывает поверх лжи, как масло — поверх воды.

Лучше краска на лице, чем пятно на сердце.

Любой судьбе любовь дает отпор.

В присутствии предмета любви немеют самые смелые уста и остается невысказанным именно то, что так хотелось бы сказать.

Любовь носит такие очки, сквозь которые медь кажется золотом, бедность — богатством, а капли огня — жемчужинами.

Ревнивцы вечно смотрят в подзорную трубу, которая вещи малые превращает в большие, карликов — в гигантов, догадки — в истину.

У добрых супругов — две души, но единая воля. Заслуги отца на сына не распространяются.

Не в том суть, от кого ты родился, а в том, с кем ты водишься.

В несчастье судьба всегда оставляет дверку для выхода.

Ничто не обходится нам так дешево и не ценится так дорого, как вежливость.

По части учтивости лучше пересолить, чем недосолить.

Пусть молчит тот, кто дал; пусть говорит тот, кто получил.

Беду ни праздностью, ни ленью не поправишь.

Лучшее лекарство от безделья — постоянный и честный труд.

Человек, выпивший лишнее, не хранит тайн и не исполняет обещаний.

Бескорыстие — одна из самых похвальных добродетелей, порождающих славу добрую.

В душах трусливых нет места для счастья.

Очень редко, а вернее — никогда не бывает так, чтобы наше честолюбие не приносило вреда другому.

Собственная похвала унижает человека.

Многословие обычно порождает скуку.

Похвала только тогда хороша, когда хорош тот, кто хвалит.

Кто был хорошим оруженосцем, сумеет быть и хорошим губернатором.

Унция доброй славы весит больше, нежели фунт жемчуга.

Смелость, граничащая с безрассудством, заключает в себе более безумия, нежели стойкости.

Жестокость не может быть спутницей доблести.

Когда малодушный трус попадает в фавор, он наглеет и не боится оскорблять людей более значительных, чем он сам.

В любой науке, в любом искусстве лучший учитель — опыт.

Смелость, которая не зиждется на осмотрительности, именуется безрассудством, подвиги же безрассудного скорее должны быть приписаны простой удаче, нежели его храбрости.

Воин, павший в бою, доблестнее спасшегося бегством.

Предательство, может, кому и нравится, а предатели ненавистны всем.

Тело римского папы занимает столько же места в могиле, сколько и тело пономаря.

Под плохим плащом нередко скрывается хороший пьяница.

СКОВОРОДА

ГРИГОРИЙ САВВИЧ СКОВОРОДА (1722–1794) — УКРАИНСКИЙ ФИЛОСОФ, ПОЭТ, МУЗЫКАНТ, ПЕДАГОГ. ВЕЛ ЖИЗНЬ СТРАНСТВУЮЩЕГО НИЩЕГО. СМЫСЛ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО СУЩЕСТВОВАНИЯ ВИДЕЛ В ПОДВИГЕ САМОПОЗНАНИЯ.

Чем лучше добро, тем большим трудом окопалось, как рвом. Кто труда не перейдет, и к добру тот не придет.

Мы должны быть благодарны Богу, что он создал мир так, что все простое — правда, а все сложное — неправда.

(парафраз П. Л. Капицы).

Не тот глуп, кто не знает, но тот, кто знать не хочет.

Что может быть вреднее человека, обладающего знанием самых сложных наук, но не имеющего доброго сердца? Он все свои знания употребит во зло.

Кто стыдится признать недостатки свои, тот со временем будет бесстыдно оправдывать свое невежество, которое есть наибольший порок.

Избегай людей, которые, видя твои пороки и недостатки, оправдывают их или даже одобряют. Такие люди или льстецы, или трусы, или просто дураки. От них не жди помощи ни в какой беде или несчастье.

В пьянстве нет ни ума, ни добродетели.

Кто не любит хлопот, должен научиться просто и убого жить.

У истины простая речь.

Лучше у одного разумного и добродушного быть в любви и почтении, нежели у тысяч дураков.

СМИТ

АДАМ СМИТ (1723–1790) — ШОТЛАНДСКИЙ ЭКОНОМИСТ И ФИЛОСОФ. ОДИН ИЗ КРУПНЕЙШИХ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ КЛАССИЧЕСКОЙ ПОЛИТЭКОНОМИИ.

Пустые и малодушные люди нередко обнаруживают перед своими подчиненными и перед тем, кто не смеет выказать им сопротивления, припадки гнева и страсти и воображают, что выказали этим свое мужество.

Наше уважение к общим правилам нравственности и есть собственно чувство долга.

Самообладание в минуту гнева не менее высоко и не менее благородно, как и самообладание в минуту страха.

Тщеславие есть не что иное, как несвоевременная попытка получить громкую известность, прежде чем мы заслужили ее.

Только крайне малодушный и крайне пустой человек может находить удовольствие в похвалах, которых, как ему хорошо известно, он не заслужил.

Характер каждого человека оказывает влияние на счастье прочих людей, смотря по тому, имеет он свойство приносить им вред или пользу.

Чтобы научить людей любить справедливость, надо показать им результаты несправедливости.

Заблуждения, заключающие в себе некоторую долю правды, самые опасные.

СПИНОЗА

БЕНЕДИКТ (БАРУХ) СПИНОЗА (1632–1677) — НИДЕРЛАНДСКИЙ ФИЛОСОФ-ПАНТЕИСТ. СЧИТАЛ ЧЕЛОВЕКА ЧАСТЬЮ ПРИРОДЫ, А ВСЕ ЕГО ДЕЙСТВИЯ — ВКЛЮЧЕННЫМИ В ЦЕПЬ УНИВЕРСАЛЬНОЙ МИРОВОЙ ДЕТЕРМИНАЦИИ. ОКАЗАЛ БОЛЬШОЕ ВЛИЯНИЕ НА РАЗВИТИЕ АТЕИЗМА И МАТЕРИАЛИЗМА.

В желании выражается сущность человека.

Как только вы вообразите, что не в состоянии выполнить определенное дело, с этого момента его осуществление становится для вас невозможным.

Зависть есть не что иное, как сама ненависть, поскольку чужое несчастье причиняет удовольствие, и наоборот, чужое счастье причиняет неудовольствие. Опыт слишком часто поучает нас, что люди ни над чем так мало не властны, как над языком своим.

Страх возникает вследствие бессилия духа.

Все то, что когда-либо почиталось из ложного благочестия, ничего, кроме фантазий и бреда подавленной робкой души, не представляло.

Свободный человек ни о чем так мало не думает, как о смерти, и мудрость его состоит в размышлении о жизни, а не о смерти.

Блаженство — не награда за добродетель, но сама добродетель.

Истина — пробный камень самой себя и лжи.

Незнание — не довод. Невежесто — не аргумент.

Понимание — начало согласия.

Ссылка на авторитет — не довод. Если вы хотите, чтобы жизнь улыбалась вам, подарите ей сначала свое хорошее настроение.

Никто так не падок на лесть, как тот честолюбец, который хотел быть первым, но не смог им стать.

Крайняя гордость или крайнее унижение есть крайнее незнание самого себя.

Честолюбие есть чрезмерное желание славы.

СУВОРОВ

АЛЕКСАНДР ВАСИЛЬЕВИЧ СУВОРОВ (1730–1800) — ВЕЛИКИЙ РУССКИЙ ПОЛКОВОДЕЦ, ГЕНЕРАЛИССИМУС. ВОЕННУЮ СЛУЖБУ НАЧАЛ КАПРАЛОМ. ОДЕРЖАЛ РЯД БЛИСТАТЕЛЬНЫХ ПОБЕД, НЕ ПРОИГРАЛ НИ ОДНОГО СРАЖЕНИЯ. СОЗДАЛ ОРИГИНАЛЬНУЮ СИСТЕМУ ВЗГЛЯДОВ НА СПОСОБЫ ВЕДЕНИЯ ВОЙНЫ И БОЯ, ВОСПИТАНИЯ И ОБУЧЕНИЯ ВОЙСК. ВРАГ ДОГМАТИЗМА И ШАБЛОНА.

Горжусь, что я — россиянин.

Мы русские и потому победим.

Скорость нужна, а поспешность вредна.

Искренность отношений, правда в общении — вот дружба.

Будь чистосердечен с друзьями твоими, умерен в своих нуждах и бескорыстен в своих поступках.

Служба и дружба — две параллельные линии: не сходятся.

Непреодолимого на свете нет ничего.

Трудолюбивая душа должна всегда быть занята своим ремеслом, и частые упражнения для нее столь же живительны, как обычные упражнения для тела.

С юных лет приучайся прощать проступки ближнего и никогда не прощай своих собственных.

Возьми себе в образец героя древних времен, наблюдай его, иди за ним вслед, поровняйся, обгони — слава тебе!

Гляжу на предметы только в целом.

Дисциплина — мать победы.

Праздность — корень всему злу, особливо военному человеку. И в нижнем звании бывают герои.

Легко в учении — тяжело в походе, тяжело в учении — легко в походе.

Стреляй редко, да метко. Штыком коли крепко. Пуля обмишулится, штык не обмишулится: пуля — дура, штык — молодец.

Солдату надлежит быть здорову, храбру, тверду, решиму, правдиву, благочестиву.

Ученье свет, а неученье — тьма. Дело мастера боится.

За ученого трех неученых дают.

Всякий воин должен понимать свой маневр.

Где пройдет олень, там пройдет и солдат.

Негоден тот солдат, что отвечает: «Не могу знать». Послушание, обучение, дисциплина, чистота, здоровье, опрятность, бодрость, смелость, храбрость — победа.

Сам погибай — товарища выручай.

Кто напуган — наполовину побит.

Не бойся смерти, тогда наверное побьешь. Двум смертям не бывать, а одной не миновать.

В бою смены нет, есть только поддержка. Одолеешь врага, тогда и служба кончится.

Как бы плохо ни приходилось, никогда не отчаивайся, держись, пока силы есть.

Пока идет бой — выручай здоровых, а раненых без тебя подберут. Побьешь врага — всем сразу легче станет: и раненым и здоровым.

Расположение к человеку — желать ему счастья. Без добродетели нет ни славы, ни чести.

Солдат — не разбойник.

Я люблю правду без украшений.

ТАССО

ТОРКВАТО ТАССО (1544–1595) — ИТАЛЬЯНСКИЙ ПОЭТ ВОЗРОЖДЕНИЯ И БАРОККО.

Там, где царит праздность, не сверкают лучи гения, там нет стремления к славе и бессмертию, там не возникает ни представления о добродетели, ни даже видимости его.

Как молния сверкает раньше грома, Так сострадание предшествует любви.

Ожидание несчастья — худшее несчастье, чем само несчастье.

Великие скорби безмолвствуют: они слезами не выражаются. Мастер клеветы обвиняет, даже рассыпаясь в похвалах.

Движение может по своему действию заменить любое средство, но все лечебные средства мира не могут заменить действие движения.

ФЕНЕЛОН

ФРАНСУА ФЕНЕЛОН (1651–1715) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ, АРХИЕПИСКОП.

Сокровища наши — здоровье, простота жизни, свобода, крепость тела и духа, любовь к добродетели, согласие с соседями, привязанность к друзьям, кротость в благополучии, непоколебимость в несчастии, дерзновение говорить всегда смело правду, ненависть к лести.

Великое, всегда невинное, всегда спасительное лекарство — трезвость, умеренность в наслаждениях, спокойствие духа, телесные упражнения.

Нужда учит человека тому, чего он без нее никогда не мог бы постигнуть.

Прежде чем подвергаешься опасности, надобно предусматривать, бояться ее. Но когда она постигнет, тогда одно оружие — преодолевать ее мужественно.

Люди, ненавидящие правду, ненавидят также и людей, имеющих смелость высказывать ее.

Кто лжет, тот не достоин быть человеком.

Нет ничего презреннее, чем записной говорун, который из своих слов делает то же, что шарлатан из своих лекарств.

Слишком красивые слова вызывают недоверие.

Чем больше вы скажете, тем меньше люди запомнят.

Слушать стоит лишь того, чья речь подчинена мысли, а мысль — истине и добру.

ФИЛДИНГ

ГЕНРИ ФИЛДИНГ (1707–1754) — АНГЛИЙСКИЙ ПИСАТЕЛЬ, КЛАССИК ЛИТЕРАТУРЫ ПРОСВЕЩЕНИЯ.

Счастлив тот, кто считает себя счастливым.

Люди чересчур хитрые часто делают промахи, воображая других умнее или, лучше сказать, хитрее, чем они суть на самом деле.

Истинная честь не может терпеть неправду.

Безутешное горе и бурная радость действуют на человека почти одинаково, а когда они обрушиваются на нас врасплох, то могут вызвать такое потрясение и замешательство, что мы часто лишаемся всех своих способностей.

Лесть всегда нам нравится, когда она касается качеств, которых нам недостает. Скажите дураку, что он очень умен, и плуту, что он честнейший человек в свете, и они заключат вас в свои объятия.

Любить того, кто очевидно нас ненавидит, не в природе человека.

Гораздо полезнее уметь предсказывать поступки людей при тех или иных обстоятельствах на основании их характера, чем судить об их характере на основании их поступков.

Величайшее утешение во всех моих горестях в том и состоит, что никакие враги не властны отнять у меня совесть, а я никогда не стану таким врагом себе, что нанесу ей ущерб.

Никакие выгоды, достигнутые ценой преступления, не могут вознаградить потерю душевного мира.

Ошибочное милосердие — не только слабость, но граничит с несправедливостью и весьма пагубно для общества, потому что поощряет порок.

Дурные книги могут так же испортить нас, как и дурные товарищи. Люди глупые не всегда безопасны: у них хватает ума сказать ровно столько, сколько нужно для того, чтобы оскорбить или оклеветать ближнего.

Человек беспристрастный и вдумчивый никогда не торопится произнести свой приговор.

Клевета — оружие более ужасное, чем шпага, так как наносимые ею раны всегда неизлечимы.

Клевета со стороны некоторых господ — такая же хорошая рекомендация, как похвала со стороны других.

Наряду с законами государственными есть еще законы совести, восполняющие упущения законодательства.

Всеобщий мир царил бы на земле, если бы не было понятий «мое» и «твое».

Губительным ядом, отравляющим наши души, является зависть.

Вероломный друг — самый опасный враг.

ФИРДОУС И АБУЛЬКАСИМ

ФИРДОУСИ (ОК. 940 — 1020) — ПЕРСИДСКИЙ И ТАДЖИКСКИЙ ПОЭТ. АВТОР ЭПИЧЕСКОЙ ПОЭМЫ «ШАХ-НАМЕ», ОКАЗАВШЕЙ ВЛИЯНИЕ НА ЛИТЕРАТУРУ ВОСТОКА ОТТОЧЕННОСТЬЮ ФОРМЫ, ИДЕЯМИ ТИРАНОБОРЧЕСТВА, СПРАВЕДЛИВОСТИ И ГУМАНИЗМА.

Дела переносить на завтра неумно; Что завтра может быть, нам ведать не дано.

Не усердствуй некстати.

Уж если оказал кому-нибудь услугу, не поминай о ней ты ни врагу, ни другу.

Не уколовшись шипами, розы не сорвешь.

…Тайной не пребудет слово. Есть тайна двух, но тайны нет у трех, И всем известна тайна четырех.

Не решай ничего опрометчиво, Не подумавши — действовать нечего.

Доблесть — достояние стремящихся к высокой цели.

Все в мире покроется пылью забвенья, Лишь двое не знают ни смерти, ни тленья: Лишь дело героя да речь мудреца Проходят столетья, не зная конца.

Лишь в разуме счастье, беда без него, Лишь разум — богатство, нужда без него.

Пусть разум твои направляет дела.

Он душу твою не допустит до зла.

Если дело достойно завершено,

Вознесет и прославит тебя оно.

Если путь твой к познанию мира ведет, Как бы ни был он долог и труден — вперед!

Где правда проступает сквозь туман, Там терпит поражение обман…

…Нарушающим обет, В душе народа уваженья нет!

Лишь тот судьбою одарен счастливой, Тот радостен, чье сердце справедливо!

Кто врага лелеет своего, Безумцем в мире назовут того.

Чтоб быть справедливым возмездье могло, Лишь злом воздавать подобает за зло.

ФИХТЕ

ИОГАНН ГОТЛИБ ФИХТЕ (1762–1814) — НЕМЕЦКИЙ ФИЛОСОФ, ПРЕДСТАВИТЕЛЬ НЕМЕЦКОГО КЛАССИЧЕСКОГО ИДЕАЛИЗМА.

В человеке есть разные стремления и задатки, и назначение каждого из нас — развить свои задатки по мере возможностей.

В понятии человека заложено, что его последняя цель должна быть недостижимой, а его путь к ней — бесконечным.

Ученый по преимуществу предназначен для общества: он, поскольку он ученый, больше, чем представитель какого-либо другого сословия, существует только благодаря обществу и для общества. Последняя высшая цель общества — полное согласие и единодушие со всеми возможными его членами. Но так как достижение этой цели, достижение назначения человека вообще предполагают достижение абсолютного совершенства, то и первое и второе равно недостижимо, пока человек не перестанет быть человеком и не станет Богом.

Ученый по своему назначению есть учитель человеческого рода.

Пусть ученый забудет, что он сделал, как только это уже сделано, и пусть думает постоянно о том, что он еще должен сделать.

Ничто так не умерщвляет неукоснительно любовь женщины, как подлость и бесчестность мужчины.

Женщина не видит дальше любви, и ее природа не идет дальше любви.

Пусть покинет меня все остальное, только б не покинуло мужество.

ФИЧИНО

МАРСИЛИО ФИЧИНО (1433–1499) — ИТАЛЬЯНСКИЙ ФИЛОСОФ-НЕОПЛАТОНИК.

Красота трояка — красота душ, тел и голосов. Красота душ постигается умом; тел — воспринимается зрением; голосов — только слухом.

Когда мы говорим о любви, ее надо понимать как желание красоты, ибо в этом заключается определение любви у всех философов.

Любовь есть желание наслаждаться красотой. Красота же есть некое сияние, влекущее человеческую душу.

Полюбив, самые тупые изостряют свой ум.

Существует два вида любви: одна простая, другая взаимная. Простая — когда любимый не любит любящего. Тогда любящий целиком мертв. Когда же любимый отвечает на любовь, то любящий, по крайней мере, живет в нем. В этом заключено нечто восхитительное.

ФОНВИЗИН

ДЕНИС ИВАНОВИЧ ФОНВИЗИН (1744 ИЛИ 1745–1792) — РУССКИЙ ПИСАТЕЛЬ, ПРОСВЕТИТЕЛЬ. СОЗДАТЕЛЬ РУССКОЙ СОЦИАЛЬНОЙ КОМЕДИИ. ВИДЕЛ КОРЕНЬ ВСЕХ БЕД РОССИИ В КРЕПОСТНОМ ПРАВЕ, ЕДКО ВЫСМЕИВАЛ НРАВЫ ДВОРЯНСКОГО СОСЛОВИЯ, СИСТЕМУ ДВОРЯНСКОГО ВОСПИТАНИЯ И ОБРАЗОВАНИЯ.

Наука в развращенном человеке есть лютое оружие делать зло. Просвещение возвышает одну добродетельную душу.

Две тысячи душ и без помещичьих достоинств всегда две тысячи душ, а достоинствы без них — какие к черту достоинствы.

Корыстолюбие делает из человека такие же чудеса, как и любовь.

Взятки запрещать невозможно. Как решать дело даром, за одно свое жалованье?

Как можно подумать, что Богу, который все знает, неизвестен будто наш табель о рангах?

Сердце человеческое есть всегда сердце, и в Париже и в России: оно обмануть не может.

Как судьбина милосердна! Она старается соединить людей одного ума, одного вкуса, одного нрава.

Без ума жить худо; что ты наживешь без него?

Корыстолюбие редко любовь побеждает.

Возможно ли тому статься, чтоб в книгах врали?

Много печатного вздору у нас не оттого, что больше стало еретиков, а разве оттого, что больше стало дураков.

Женщины обыкновенно бывают целомудренны с людьми заслуженными, а с повесами редко. В мое время, когда я еще был помоложе, народ был гораздо крупнее.

Молодой человек подобен воску.

У кого чаще всех Господь на языке, у того черт на сердце.

Начинаются чины — перестает искренность.

Имей сердце, имей душу, и будешь человек во всякое время.

Невежда без души — зверь. Самый мелкий подвиг ведет его во всякое преступление.

Все состоит в воображении. Последуй природе, никогда не будешь беден. Последуй людским мнениям, никогда богат не будешь.

Прямо любочестивый человек ревнует к делам, а не к чинам; чины нередко выпрашиваются, а истинное почтение необходимо заслуживается; гораздо честнее быть без вины обойдену, нежели без заслуг пожаловану.

Для прихотей одного человека всей Сибири мало!

В большом свете водятся премелкие души.

Оставлять богатство детям? Умны будут — без него обойдутся; а глупому сыну не в помощь богатство. Наличные деньги — не наличные достоинства. Золотой болван — все болван.

Одно почтение должно быть лестно человеку — душевное; а душевного почтения достоин только тот, кто в чинах не по деньгам, а в знати не по чинам.

Совесть всегда, как друг, остерегает прежде, нежели как судья наказывает.

Нельзя не любить правил добродетели. Они — способы к счастью.

Прямую цену уму дает благонравие. Без него умный человек — чудовище.

Все равно, иметь ли мужа или быть связанной.

Дурное расположение людей, не достойных почтения, не должно быть огорчительно. Знай, что зла никогда не желают тем, кого презирают, а обыкновенно желают зла тем, кто имеет право презирать. Люди не одному богатству, не одной знатности завидуют: и добродетель также своих завистников имеет.

Всякий найдет в себе довольно сил, чтобы быть добродетельну. Надобно захотеть решительно, а там всего будет легче не делать того, за что б совесть угрызала.

Степени знатности рассчитаю я по числу дел, которые большой господин сделал для отечества, а не по числу дел, которые нахватал на себя из высокомерия; не по числу людей, которые шатаются в его передней, а по числу людей, довольных его поведением и делами.

Не тот богат, который отсчитывает деньги, чтоб спрятать их в сундук, а тот, который отсчитывает у себя лишнее, чтоб помочь тому, у кого нет нужного.

Когда же то тебя так сильно изумляет, Что низка тварь корысть всему предпочитает И к счастию бредет презренными путьми, — Так, видно, никогда ты не жил меж людьми.

Без знатных дел знатное состояние ничто.

А разве тот счастлив, кто счастлив один? Вообрази себе человека, который бы всю свою знатность устремил на то только, чтоб ему одному было хорошо, который бы и достиг уже до того, чтоб самому ему ничего желать не оставалось. Ведь тогда вся душа его занялась бы одним чувством, одной боязнию: рано или поздно сверзиться. Счастлив ли тот, кому нечего желать, а лишь есть чего бояться?

В глазах мыслящих людей честный человек без большого чина — презнатная особа; добродетель все заменяет, а добродетели ничто заменить не может.

Не имей ты к мужу своему любви, которая на дружбу походила б. Имей к нему дружбу, которая на любовь бы походила. Это будет гораздо прочнее.

Честь есть душа супружеского согласия.

Надобно, чтоб муж твой повиновался рассудку, а ты мужу, и будете оба совершенно благополучны.

Береги жену, не давай ей воли.

И сам не знаю я, на что сей создан свет! Храбрость сердца доказывается в час сражения, а неустрашимость души во всех испытаниях, во всех положениях жизни. И какая разница между бесстрашием солдата, который на приступе отваживает жизнь свою наряду с прочими, и между неустрашимостью человека государственного, который говорит правду государю, отваживаясь его прогневать. Судья, который, не убояся ни мщения, ни угроз сильного, отдал справедливость беспомощному, в моих глазах герой.

В человеческом невежестве весьма утешительно считать все то за вздор, чего не знаешь.

Слава Богу, что на вранье нет пошлин! Ведь куда бы какое всем было разорение!

Как не быть довольну сердцу, когда спокойна совесть!

ФОНТЕНЕЛЬ

БЕРНАР ЛЕ БОВЬЕ ДЕ ФОНТЕНЕЛЬ (1657–1757) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ, УЧЕНЫЙ-ПОПУЛЯРИЗАТОР.

Человек редко может заставить любить себя, но заставить уважать себя может всегда.

Хвастать силою — таскать быка на плечах — значит, быть ему подобным.

Женщины не прочь оттого, чтоб их нежно любили, но они хотят, чтоб их забавляли, и кто делает одно без другого, тот ничего не делает; женщины предпочитают даже, чтоб их забавляли, не любя, чем любили, не забавляя.

Любовь — самое утреннее из наших чувств. Просвещенный ум составляется из умов всех предшествующих веков.

Красивая женщина для глаз — рай, для души — ад, а для кармана — чистилище.

Нет ничего печальнее жизни женщин, которые умели быть только красивыми.

Все люди ошибаются, но великие люди сознаются в ошибках.

ФРАНКЛИН

БЕНДЖАМИН ФРАНКЛИН (1706–1790) — АМЕРИКАНСКИЙ ПРОСВЕТИТЕЛЬ, ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ДЕЯТЕЛЬ, УЧЕНЫЙ, ОДИН ИЗ АВТОРОВ ДЕКЛАРАЦИИ НЕЗАВИСИМОСТИ США И КОНСТИТУЦИИ. ИНОСТРАННЫЙ ПОЧЕТНЫЙ ЧЛЕН ПЕТЕРБУРГСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК. РОДИЛСЯ В СЕМЬЕ РЕМЕСЛЕННИКА, РАБОТАЛ В ТИПОГРАФИИ. ПРИЗЫВАЛ К ОТМЕНЕ РАБСТВА НЕГРОВ. НАЧИНАТЕЛЬ ВСЕХ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛЕЗНЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ, ВДОХНОВИТЕЛЬ РЕВОЛЮЦИОННОЙ БОРЬБЫ. КАК В СФЕРЕ НАУЧНОЙ, ТАК И В СФЕРЕ ПОЛИТИЧЕСКОЙ СЫГРАЛ ВАЖНУЮ РОЛЬ ПЕРЕДОВОГО ЧЕЛОВЕКА, УКАЗАВШЕГО НОВЫЕ ПУТИ И ВОЗМОЖНОСТИ ДАЛЬНЕЙШИХ ЗАВОЕВАНИЙ.

Трудно вообразить, какую силу над материей может приобрести человек.

Кто так часто обманывает тебя, как ты сам? Никогда не ожидай беды и не беспокойся о том, чего, может быть, никогда и не будет. Держись поближе к солнечному свету.

Чтобы быть довольным своим положением, необходимо сравнивать его с положением худшим.

Легче подавить первое желание, чем утолить все, что следует за ним.

Если бы мошенники знали все преимущества честности, то они ради выгоды перестали бы мошенничать.

Ничто нечестное не может быть действительно благодетельным.

Опытность — это школа, в которой уроки стоят дорого, но это — единственная школа, в которой можно научиться.

Землепашец, стоящий на своих ногах, гораздо выше джентльмена, стоящего на коленях.

К занятому человеку редко ходят в гости бездельники — к кипящему горшку мухи не летят. Понуждай сам свою работу; не жди, чтобы она тебя понуждала.

Труд — отец счастья.

Настоящая честь — это решение делать при всех обстоятельствах то, что полезно большинству людей.

Пусть первым уроком ребенка будет повиновение. Тогда вторым может стать то, что ты считаешь необходимым.

Человек живет не тем, что он съедает, а тем, что переваривает. Положение это одинаково справедливо относится к уму, как и к телу.

Не исправление ошибки, а упорство в ней роняет честь любого человека или организации людей.

Заткнуть дураку глотку — невежливо, но позволить ему продолжать — просто жестоко.

Трое могут сохранить секрет, если двое из них мертвы. Восторг — дитя невежества.

Свободные народы должны неутомимо и с ревностною бдительностью охранять свою свободу.

Пожертвовавший свободой ради безопасности не заслуживает ни свободы, ни безопасности.

В реках и плохих правительствах наверху плавает самое легковесное.

Большая империя, как и большой пирог, легче всего объедается с краев.

Мы называем их дикарями потому, что их нравы отличаются от наших, которые мы считаем верхом учтивости; они думают то же самое о своих нравах.

Трезвость кладет дрова в печку, мясо — в кастрюлю, хлеб — на стол, кредит — государству, деньги — в кошелек, силу — в тело, одежду — на спину, ум — в голову, довольство — в семью.

Маленьких врагов не бывает. Способный терпеть способен добиться всего, чего он хочет.

Если хочешь крепко спать, возьми с собой в постель чистую совесть.

Отсутствующие всегда остаются виноватыми; присутствующие всегда имеют возможность оправдаться.

Выбирай друга не спеша, еще меньше торопись променять его.

Брат может не быть другом, но друг — всегда брат.

Если хотите узнать недостатки девушки, похвалите ее перед подругами.

Брак без любви чреват любовью без брака.

Будь вежлив со всеми, общителен с многими, фамильярен с некоторыми.

Я ни о ком не буду говорить плохо, но расскажу все хорошее, что знаю о каждом.

Кто раздувает пламя ссоры и ворочает головни, тот не должен жаловаться, если искры попадают ему в лицо.

Гордецы ненавидят гордость в других людях.

Вероятно, из всех наших прирожденных страстей труднее всего сломить гордость; как ни маскируй ее, как ни борись с ней, души, умерщвляй ее — она все живет и время от времени прорывается и показывает себя.

Лень делает всякое дело трудным.

Лень — это ржа ума и тела; ключ, которым часто пользуются, всегда блестит, как новый.

Лень, как ржавчина, разъедает быстрее, чем труд изнашивает.

Разврат завтракает с Богатством, обедает с Бедностью, ужинает с Нищетою и ложится спать с Позором.

Гордость, обедающая тщеславием, получает на ужин презрение. Гнев всегда имеет основания, но редко достаточно веские.

Что началось гневом, кончается стыдом.

Все преимущество иметь деньги заключается в возможности ими пользоваться.

Помните, что деньги обладают способностью размножаться.

Богатство главным образом зависит от двух вещей: от трудолюбия и умеренности, иначе говоря — не теряй ни времени, ни денег и используй и то и другое наилучшим образом.

Трать на один пенс меньше, чем зарабатываешь.

Человек иногда более щедр, когда у него мало денег, чем когда их много; может быть, чтобы не дать подумать, что у него их нет вовсе…

Из всех лекарств лучшие — отдых и воздержание.

Одно сегодня стоит двух завтра. Если хочешь продлить свою жизнь, укороти свои трапезы.

Лучший врач тот, кто знает бесполезность большинства лекарств.

С тех пор как люди научились варить пищу, они едят вдвое больше, чем требует природа.

Любишь ты жизнь? Тогда не теряй времени; ибо время — ткань, из которой состоит жизнь.

Поскольку ты не уверен даже в одной минуте, не трать попусту ни одного часа.

Если время самая драгоценная вещь, то растрата времени является самым большим мотовством.

Если хочешь иметь досуг, не теряй времени даром.

Не откладывайте на завтра то, что можно сделать сегодня.

Время — деньги.

Нельзя помочь тому, кто не желает слушать советы.

Я не откажусь снова прожить свою жизнь от начала до конца. Я только попрошу права, которым пользуются авторы, исправить во втором издании ошибки первого.

В каком бы положении люди ни находились, они всегда могут найти удобства и неудобства.

ФУЛЛЕР

ТОМАС ФУЛЛЕР (1608–1661) — АНГЛИЙСКИЙ БОГОСЛОВ, ИСТОРИК И БИОГРАФ.

Тот, кто становится мужчиной в шестнадцать лет, будет ребенком в шестьдесят.

Тот, кто награждает за лесть, ищет ее.

Праздные люди мертвы в течение всей своей долгой жизни.

Если совет хорош, неважно, кто его дал.

Большое число соучастников не оправдывает преступления.

Благодарность — самая малая из добродетелей, тогда как неблагодарность — самый худший из пороков.

Превратности судьбы — пробный камень для мужественного человека.

Тот, кто оставляет все на волю случая, превращает свою жизнь в лотерею.

Тот, кто не прививает своему сыну ничего полезного, кормит вора.

Пусть первым уроком ребенка будет повиновение — тогда вторым может стать то, что ты считаешь необходимым.

Самая сильная ненависть — порождение самой сильной любви.

Если друг упрекнет тебя в каком-либо недостатке, думай всегда, что он сказал тебе еще не все.

Хочешь быть счастливым всю жизнь — будь честным человеком. Если вы владеете знанием, дайте другим зажечь от него свои светильники.

Надежды — это обручи, которые не дают лопнуть сердцу.

Добрая слава лучше красивого лица.

Не всегда пышная шляпа покрывает достойную уважения голову.

Один час сегодня стоит двух часов завтра.

Кто ни о чем не спрашивает, тот ничему не научится.

Хороший язык — доброе оружие.

Тот, кто в глаза вас боится, за глаза будет ненавидеть.

У строптивого животного должен быть хладнокровный погонщик.

Тот, кто слизывает мед с крапивы, платит за него слишком дорого.

ХАФИЗ

ШАМСЕДДИН ХАФИЗ (ОК. 1325–1389 ИЛИ 1390) — ПЕРСИДСКИЙ ПОЭТ. РОДИЛСЯ В БЕДНОЙ СЕМЬЕ, ПОЗНАЛ БЕЗРАДОСТНОЕ ДЕТСТВО И ТЯЖЕЛЫЙ ТРУД. БЛАГОДАРЯ ВЫДАЮЩИМСЯ СПОСОБНОСТЯМ ПРИОБРЕЛ БОЛЬШИЕ ПОЗНАНИЯ В БОГОСЛОВИИ. ИСТОЧНИКОМ СУЩЕСТВОВАНИЯ ДЛЯ НЕГО БЫЛО ЧТЕНИЕ КОРАНА ПО УСОПШИМ. ТВОРЧЕСТВО ХАФИЗА, СОСТОЯВШЕЕ ГЛАВНЫМ ОБРАЗОМ ИЗ ГАЗЕЛЕЙ, ПРОНИКНУТО ГЕДОНИСТИЧЕСКИМИ И БУНТАРСКИМИ МОТИВАМИ, ЧАСТО ОБЛЕЧЕННЫМИ В ФОРМУ ПОУЧЕНИЙ.

Слово, удержанное тобою, — раб твой; слово, вырвавшееся у тебя, — господин твой.

Чтобы обрести покой в обоих мирах, соблюдай два правила: с друзьями будь великодушным, с врагами — сдержанным.

Любовь — как море. Ширь ее не знает берегов. Всю кровь и душу ей отдай: здесь меры нет иной.

Не заблужденье ли — искать спокойствия в любви? Ведь от любви лекарства нет, — нам старцы говорят.

Жизнь я растратил, а сколько желаний имел! Небо вращалось, но что обрести я успел? Всем, кто встречался мне, я предлагал свою дружбу, Все становились врагами. Таков мой удел!

ХУАН ЮНЬ-ЦЗЯО

ХУАН ЮНЬ-ЦЗЯО (XVI–XVII ВВ.) — КИТАЙСКИЙ ПИСАТЕЛЬ.

Не уговоришь: старика не вспоминать о прошлых днях.

Трудно забыть: речи возлюбленной; людей, которые помогли тебе в беде.

Притворяется: молодая, что не умеет пить вино.

Хорошего не жди: если, нарушив семейные устои, вторично выходишь замуж.

До добра не доведет: если позволяешь жене грубить старшим в доме; если клянешься на каждом слове; если женщины ходят по знакомым и судачат; если жена вечно затевает свары; если проводишь время с бездельниками.

Долго не удерживаются: молодая жена у старика-мужа; красивая служанка у ревнивой хозяйки.

Сердцу милы: хозяйственная жена; послушный сын; молчаливая невестка; юноша, который любит поговорить со стариками.

Неприглядны: льстивый чиновник на приеме у начальника; человек с манерами базарного торговца.

Не провести: серьезного человека — красноречивому вралю.

Зря пропадают: лунная ночь, если спишь; красивые места, если ими не любуешься; жена молодого повесы.

Не переделать: насмешника; хитреца; лгуна; крючкотвора; интригана.

ХУН ЦЗЫЧЕН

ХУН ЦЗЫЧЕН (XVII В.) — КИТАЙСКИЙ ПИСАТЕЛЬ, АВТОР СБОРНИКА АФОРИЗМОВ «ВКУС КОРНЕЙ».

Слова — врата ума. Если держать их открытыми, ум ускользнет наружу.

О своих заслугах перед другими не нужно помнить. О своих проступках перед другими нельзя не помнить. О милости других к себе нельзя забывать. А об обидах, нанесенных вам, нельзя не забыть.

Когда судишь других, ищи в их вине отсутствие вины. Тогда в людях будет согласие. Когда судишь себя, ищи вину там, где вины не видно. Тогда твои добродетели еще более упрочатся.

Путь небесной истины невообразимо широк. Стоит лишь немного помечтать о нем, и на сердце становится легко и просторно. Путь людских страстей поразительно узок. Стоит вступить на него, и перед глазами вечно будут колючие травы да грязные лужи.

Не пеняй другим за мелкие проступки. Не уличай других в злом умысле. Не припоминай другим старых обид. Если следовать этим трем правилам, можно взрастить в себе добродетель и избежать неприятностей.

Не давай обещаний сгоряча. Не сердись во хмелю. Не строй планы в радостном возбуждении. Не думай о предстоящих делах уставшим.

Если ты пользуешься доверием, не обманывай даже злодея. Если ты наделен силой, не кичись своим превосходством. Если у тебя есть достоинства, не обнажай недостатков других. Если у тебя нет способностей, не завидуй умению других.

Не жаждай успеха в мире. Не впасть в заблуждение — это уже успех. Не ищи милости людей. Не заслужить их ненависти — это уже милость.

Поведение должно быть возвышенным, но не причудливым. Мысли должны быть тонкими, но не мелочными. Характер должен быть уравновешенным, но не безвольным. Манеры должны быть воспитанными, но не жеманными.

Не враждуй с низшим человеком.

На узкой тропе придержи шаг и дай пройти путнику, идущему навстречу. За едой возьми себе третью часть, а остальное отдай ближнему. Вот секрет того, как всегда быть счастливым в этом мире.

Если тебя преследуют неудачи, подумай о тех, кто неудачливей тебя, и твои обиды рассеются. Если в твое сердце закрадется нерадивость, подумай о тех, кто преуспел больше тебя, и ты воспрянешь духом.

Когда, содеяв зло, человек боится, что о том узнают люди, он еще может найти путь к добру. Когда, сделав добро, человек старается, чтобы о том узнали люди, он порождает зло. Гони от себя злобу — вот лучший способ держаться подальше от беды.

Воюя с негодяями, оставляй им путь к отступлению. Быть с ними беспощадным — все равно что закупоривать мышиную нору: мыши, сдохшие в норе, отравят все вокруг.

Если хотя бы немного не отстраниться от мира, то уподобишься мотыльку, летящему в огонь, и барану, бодающему ворота. Как же тут найти покой и счастье?

Добротой можно часто причинить вред, поэтому, когда хочешь сделать добро, тщательно все обдумай.

Друзьям оставь втрое больше, чем себе. Для себя сохрани хотя бы крупицу первозданной чистоты сердца.

Покой среди покоя — не истинный покой. Лишь когда обретешь покой в движении, воистину постигнешь небесную природу. Веселье среди веселья — не истинная радость. Лишь когда постигнешь радость в печали, поймешь, чем живет сердце.

Если в доме нет хозяина и всем распоряжается слуга, то разве не воцарятся в нем бесовщина и помрачение?

Учись находить в жизни радость — вот лучший способ привлечь счастье.

Если чересчур заботиться о своей репутации, не сможешь помогать людям.

Продолжительность времени определяется нашим восприятием. Размеры пространства обусловлены нашим сознанием. Поэтому, коли дух покоен, один день сравнится с тысячей веков, а коли помыслы широки, крохотная хижина вместит в себя целый мир.

Страсти и заботы проистекают из суетности сознания. Побори суетное сознание в себе, и в тебе проявится сознание истинное.

Я знатен — и люди чтут меня. Но то, что они чтут, — это высокая шапка и широкий пояс. Я унижен — и люди презирают меня. Но то, что они презирают, — это холщовый халат и соломенные сандалии. Но ведь в действительности люди меня не чтут — чему же мне радоваться? Они в действительности меня не презирают — чему же мне огорчаться?

Все радости и несчастья людей созданы их собственными мыслями.

С друзьями не будь развязен, иначе в друзьях у тебя окажутся одни ничтожества.

Тот, кто много накопил, многого лишится.

ЧЕСТЕРФИЛД

ФИЛИПП ДОРМЕР СТЕНХОП ЧЕСТЕРФИЛД (1694–1773) — АНГЛИЙСКИЙ ПИСАТЕЛЬ И ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ДЕЯТЕЛЬ.

Каждое потерянное мгновение — потерянное дело, потерянная польза.

Молодой человек должен быть благоразумным, не стараясь им казаться; старик должен казаться благоразумным, хотя бы и не был таким.

Ложь и коварство — прибежище глупцов и трусов.

Если ты хочешь понравиться людям, обращайся к чувствам, умей ослепить взгляды, усладить и смягчить слух, привлечь сердце. И пусть тогда разум их попробует что-нибудь сделать тебе во вред.

Я смотрю на праздность как на своего рода самоубийство.

Когда тебя похвалят, обдумай хорошенько, заслуживаешь ли ты похвалы; если не заслуживаешь, то, значит, тебя осмеяли.

Часто нужнее скрывать презрение, чем злобу: обиды еще могут быть забыты, но презрение никогда не прощается.

Доказывая свое мнение и опровергая другие, если они ошибочны, будь сдержан как в словах, так и в выражениях.

Кто сам говорит о своих достоинствах, тот смешон, но кто не сознает их — глуп.

Сознание своего достоинства делает умного человека более скромным, но вместе с тем и более стойким.

Когда заметишь, что противник твой горячится, положи конец спору какой-нибудь шуткой.

Праздность — утеха глупых. Умный человек иногда торопится, но ничего не делает второпях.

Как движение возбуждает аппетит, так труд возбуждает жажду удовольствий.

Частый и громкий смех есть признак глупости и дурного воспитания.

Люди ненавидят тех, кто дает им почувствовать их более низкое положение.

Хорошие манеры — лучшая защита от дурных манер другого.

Относись к другим так, как тебе хотелось бы, чтобы они относились к тебе, — вот самый верный способ нравиться людям.

Никогда не придерживай людей за пуговицу или руку, чтобы они тебя выслушали: если тебя не хотят слушать, лучше придержи свой язык.

Конечная цель красноречия — убеждать людей.

Мало кому нравятся советы, и меньше всех их любят те, кто больше в них нуждается.

Если можешь, будь умнее других, но не показывай этого.

Первый признак высокого ума есть снисходительность.

Если мужчине хочется, чтобы его считали умнее, чем он есть на самом деле, а женщине — чтобы ее считали красивее, заблуждение это благотворно для них обоих и безобидно для окружающих. И я предпочел бы сделать их своими друзьями, потакая им, нежели своими врагами, стараясь, и притом напрасно, вывести их из этого заблуждения.

Если кто уверяет, что выпил шесть или восемь бутылок вина за один присест, то из одного только милосердия я буду считать его лжецом, не то мне придется думать, что он — скотина.

Хорошее воспитание надежнее всего защищает человека от тех, кто плохо воспитан.

Не верьте тому, кто, едва успев познакомиться с вами, вдруг, без всякого видимого повода, воспылает к вам горячей любовью.

ЧОСЕР

ДЖЕФРИ ЧОСЕР (1340? — 1400) — АНГЛИЙСКИЙ ПОЭТ. ПОЛОЖИЛ НАЧАЛО РЕАЛИСТИЧЕСКОЙ ТРАДИЦИИ В АНГЛИЙСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ.

Остерегайтесь гнусным поведением, А паче неуместным снисхожденьем Детей своих губить.

Кто для других законы составляет, Пусть те законы первым соблюдает.

Друзья должны в согласье полном жить. Насилье может дружбу задушить.

…Праздностью рождается разврат, Всех мерзостей источник преопасный. В высоких душах жалость — частый гость.

Не жди добра, кто злое сотворил, Обманщик будет в свой черед обманут.

Недаром говорят: в любви и власти Никто охотно не уступит части…

Кто пьет, тот стал на путь разврата.

Жадность — корень всех зол.

ЧЭНЬ ГАО-МО

ЧЭНЬ ГАО-МО (XVII В.) — КИТАЙСКИЙ ПИСАТЕЛЬ.

Вызывает добрую улыбку: тот, у кого острый язык; тот, кто мастер изображать других; кто, попав в компанию, сразу становится своим человеком; кто умеет удачно ответить; кто понимает без слов; кто умеет подать рассказ в новом свете; кто одним невзначай сказанным словом заставляет умолкнуть спорящих.

Остерегайся в своих шутках: задевать чужие интимные дела; таить кинжал издевки; смеяться над тем, кто чего-то не понимает; касаться семейных дел;

глумиться над мудрецами древности; поддерживать одну из сторон в споре; ставить человека в глупое положение; заставлять себя смеяться, когда не смешно; смеяться шутке прежде других; выражать свою неприязнь; быть многословным.

ШАМФОР

НИКОЛА СЕБАСТИАН ШАМФОР (1741–1794) — ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ-МОРАЛИСТ.

В серьезных делах люди выказывают себя такими, какими им подобает выглядеть; в мелочах — такими, какие они есть.

Людей, которые ни к чему не подлаживаются, живут как им велит сердце, поступают согласно своим правилам и чувствам, — вот кого мне почти не доводилось встречать.

В природе каждое явление — запутанный клубок, в обществе каждый человек — камешек в мозаичном узоре. И в мире физическом, и в мире духовном все переплетено, нет ничего беспримесного, ничего обособленного.

Люди делятся на две части: у одной, меньшей, есть обед, но нет аппетита; у другой, большей, — отличный аппетит, но нет обеда.

Чтобы жизнь не казалась невыносимой, надо приучить себя к двум вещам: к ранам, которые наносит время, и к несправедливостям, которые чинят люди.

Скажем прямо: счастливо живет в свете только тот, кто полностью умертвил некоторые стороны своей души.

Со счастьем дело обстоит, как с часами: чем проще механизм, тем реже он портится.

Клевета похожа на докучную осу: если у вас нет уверенности, что вы тут же на месте убьете ее, то и отгонять ее не пытайтесь, не то она вновь нападет на вас с еще большей яростью.

Плуты всегда стараются хотя бы отчасти казаться честными людьми.

Созерцательная жизнь очень безрадостна. Нужно больше действовать. Воспитание должно опираться на две основы — нравственность и благоразумие: первая поддерживает добродетель, вторая защищает от чужих пороков. Если опорой окажется только нравственность, вы воспитаете одних простофиль или мучеников; если только благоразумие — одних расчетливых эгоистов.

Наш разум приносит нам подчас не меньше горя, чем наши страсти.

Три четверти безумств на поверку оказываются просто глупостями.

Осмеивать и вышучивать нужно так, чтобы осмеянный не мог рассердиться; в противном случае считайте, что шутка не удалась.

Шутка призвана карать любые пороки человека и общества; она оберегает нас от постыдных поступков, помогает нам ставить каждого на его место и не поступаться собственным.

Существует поговорка, что самая красивая женщина не может дать больше, чем имеет. Это кругом неверно: она дает мужчине решительно все, чего он от нее ждет, ибо в отношениях такого рода цену получаемому назначает воображение.

Выслушать чужую тайну — это все равно что принять вещь в заклад.

Молчание человека, известного своим красноречием, внушает гораздо больше почтения, чем болтовня заурядного говоруна.

Наслаждайся и дари наслаждение, не причиняя зла ни себе, ни другим, — в этом, на мой взгляд, заключается суть нравственности.

В уединении мы счастливей, чем в обществе. И не потому ли, что наедине с собой мы думаем о предметах неодушевленных, а среди людей — о людях?

Кто слишком усердно убеждает, тот никого не убедит.

По-настоящему мы знаем лишь тех, кого хорошо изучили; людей же, достойных изучения, очень мало. Отсюда следует, что человеку подлинно выдающемуся не стоит в общем стремиться к тому, чтобы его узнали. Он понимает, что оценить его могут лишь немногие и что у каждого из этих немногих есть свои пристрастия, самолюбие, расчеты, мешающие им уделять его дарованиям столько внимания, сколько они заслуживают. Чтобы управлять людьми, нужна голова: для игры шахматы мало одного добросердечия.

Сперва любовь, потом брак: сперва пламя, потом дым.

Имеется три вида друзей: друзья, которые вас любят, друзья, которые к вам безразличны, и друзья, которые вас ненавидят.

Наряд — предисловие к женщине, а иногда и вся книга.

Как бы плохо мужчина ни думал о женщинах, любая женщина думает о них еще хуже.

Когда женщина выбирает себе любовника, ей не так важно, нравится ли он ей, как нравится ли он другим женщинам.

Любовь как прилипчивая болезнь: чем больше ее боишься, тем скорее подхватишь.

Любовь — единственное чувство, в котором все истинно и все лживо; скажи о ней любую нелепость — и она окажется правдой. Влюбленный человек всегда силится превзойти самого себя в приятности, поэтому влюбленные большею частью так смешны.

Всякий раз, когда я вижу женщин, да и мужчин, слепо кем-то увлеченных, я перестаю верить в их способность глубоко чувствовать. Это правило меня еще ни разу не обмануло.

Почти все люди — рабы, и это объясняется той же причиной, какой спартанцы объясняли приниженность персов: они не в силах произнести слово «нет»…

Удачен лишь разумный брак, увлекателен лишь безрассудный. Любой другой построен на низменном расчете.

Брак — слишком совершенное состояние для несовершенного человека.

Человек без твердых правил почти всегда лишен и характера: будь у него характер, он почувствовал бы, как необходимы ему правила.

Люди извращают свою душу, совесть, разум точно так же, как портят себе желудок.

Честолюбие воспламеняет низменные души гораздо легче, нежели возвышенные: омет соломы или хижина загораются быстрее, чем дворец.

Любая страсть всегда все преувеличивает, иначе она не была бы страстью.

Кто не хочет быть фигляром, пусть избегает подмостков: взобравшись на них не фиглярствовать уже нельзя, иначе публика забросает вас камнями.

Богаче всех человек бережливый, беднее всех — скряга.

Как не пожелать, чтобы негодяй был ленивцем, а глупец — молчальником!

ШЕКСПИР

УИЛЬЯМ ШЕКСПИР (1564–1616) — ВЕЛИКИЙ АНГЛИЙСКИЙ ДРАМАТУРГ, ПОЭТ, АКТЕР. В СВОИХ ДРАМАТИЧЕСКИХ ПРОИЗВЕДЕНИЯХ СОЗДАЛ ТРАГИЧЕСКИЕ ОБРАЗЫ ГЕРОЕВ, НАДЕЛЕННЫХ МОГУЧЕЙ ВОЛЕЙ, СИЛЬНЫМИ СТРАСТЯМИ, РАЗВИТЫМ СОЗНАНИЕМ И ВЫСОТОЙ НРАВСТВЕННЫХ ЧУВСТВ; ИХ ГИБЕЛЬ ОБУСЛОВЛЕНА НЕ РОКОВОЙ ОШИБКОЙ ИЛИ СЛАБОСТЬЮ, А НЕПРИЯТИЕМ ВСЕГО МИРОПОРЯДКА, УСИЛЕННОГО НЕОТВРАТИМЫМ СТОЛКНОВЕНИЕМ С МИРОМ КОРЫСТИ, ПОСРЕДСТВЕННОСТЬЮ И ЖЕСТОКОСТЬЮ. АВТОР «СОНЕТОВ», ИСПОЛНЕННЫХ ГЛУБОКОГО ЛИРИЗМА И ФИЛОСОФСКОГО ОСМЫСЛЕНИЯ ЦЕННОСТЕЙ БЫТИЯ.

Восхваление утраченного порождает драгоценные воспоминания.

Ничто не ободряет так порока, как излишняя снисходительность. Одно из прекраснейших утешений, которые предлагает нам жизнь, — то, что человек не может искренне пытаться помочь другому, не помогая самому себе.

Разумный глупец лучше глупого мудреца.

Хорошие ноги рано или поздно станут спотыкаться; гордая спина согнется; черная борода поседеет; кудрявая голова облысеет; прекрасное лицо покроется морщинами; глубокий взор потускнеет; но доброе сердце, подобно солнцу и луне; и даже скорее солнцу, чем луне; ибо оно сияет ярким светом, никогда не изменяется и всегда следует верным путем.

Благословенны миротворцы на земле. Люби всех, доверяй избранным, не делай зла никому.

Моя честь — это моя жизнь; обе растут из одного корня. Отнимите у меня честь — и моей жизни придет конец.

Люди — хозяева своей судьбы.

Доброта в женщине, а не соблазнительные взоры завоюют мою любовь. Ни в чем я не нахожу такого счастья, как в душе, хранящей память о моих добрых друзьях.

Мы молимся о милосердии, и эта молитва должна научить нас с почтением относиться к милосердным поступкам.

Легкое сердце живет долго.

Как далеко простираются лучи крохотной свечки! Так же сияет и доброе дело в мире ненастья.

Безнравственностью не достигнешь большего, чем правдой. Добродетель отважна, и добро никогда не испытывает страха. Я никогда не пожалею о том, что совершил доброе дело.

Будь верен себе, и тогда столь же верно, как ночь сменяет день, последует за этим верность другим людям.

Чтоб оценить чье-нибудь качество, надо иметь некоторую долю этого качества и в самом себе.

Иногда мы и в самой потере находим утешение, а иногда и самое приобретение горько оплакиваем.

Внешняя красота еще драгоценнее, когда прикрывает внутреннюю. Книга, золотые застежки которой замыкают золотое содержание, приобретает особенное уважение.

Видеть и чувствовать — это быть, размышлять, жить.

Счастья целиком без примеси страданий не бывает.

Горе налегает сильнее, если заметит, что ему поддаются.

Надежда на радость немного меньше, чем сбывшееся удовольствие.

Излишняя торопливость, точно так же как и медлительность, ведет к печальному концу.

Труд, который нам приятен, излечивает горе.

Работа, которую мы делаем охотно, исцеляет боли.

Если бы не было разума, нас заездила бы чувственность. На то и ум, чтобы обуздывать ее нелепости. Хочешь достигнуть цели своего стремления — спрашивай вежливее о дороге, с которой сбился.

Желание — отец мысли.

Гнилое не терпит прикосновения.

Если бы острое слово оставляло следы, мы бы все ходили перепачканные.

Счастлив тот, кто, слыша хулу себе, может ею воспользоваться для исправления.

В уме нечутком не место шуткам.

Интрига составляет силу слабых, даже у дураков хватает ума, чтобы вредить.

Где мало слов, там вес они имеют.

Самое лучшее — прямо и просто сказанное слово.

Не давай языка необдуманным мыслям и никакой необдуманной мысли не приводи в исполнение. И хорошие доводы должны уступать лучшим.

Истина любит действовать открыто.

Подтверждение истины никогда не излишне, даже и тогда, когда спит всякое сомнение.

Ни один порок не настолько прост, чтобы не принимать с внешней стороны вид добродетели.

Отрицание своего дарования — всегда ручательство таланта.

Трудно запугать сердце, ничем не запятнанное.

Глупость и мудрость с такой же легкостью схватываются, как и заразные болезни. Поэтому выбирай себе товарищей.

Не скреплена дружба умом — легко расторгает ее и глупость.

Не хватайся за колесо, когда оно вниз катится: шею сломишь понапрасну. Вот если оно вверх идет, держись за него: сам наверху будешь. Только настоящий друг может терпеть слабости своего друга.

Когда дружба начинает слабеть и охлаждаться — она всегда прибегает к усиленной вежливости.

Совет друга — лучшая опора против врагов.

Честь девушки — все ее богатство, оно дороже всякого наследства.

Любовь придает благородство даже и тем, которым природа отказала в нем.

Любовь всесильна: нет на земле ни горя — выше кары ее, ни счастья — выше наслаждения служить ей.

Любовь — над бурей поднятый маяк, Не меркнущий во мраке и тумане, Любовь — звезда, которою моряк Определяет место в океане.

Бедна любовь, если ее можно измерить.

Не любит тот, кто про любовь всем трубит. Истинная любовь не может говорить, потому что истинное чувство выражается скорее делом, чем словами.

Все влюбленные клянутся исполнить больше, чем могут, и не исполняют даже возможного.

Всякое препятствие любви только усиливает ее.

Слова любви немеют при разлуке.

Ревность — чудовище, само себя и зачинающее, и рождающее.

Ревнивцы не нуждаются в поводе: они часто ревнуют совсем не по поводу, а потому, что ревнивы.

Увлекшись ревнивой подозрительностью, можно оскорбить и совершенно невинного человека.

Наша личность — это сад, а наша воля — его садовник.

Сомнения — предатели: заставляя бояться попытки, они лишают нас и того добра, которое часто мы могли бы приобрести. Кому не хватает решительной воли — не хватает ума.

Ребячество — плакать от боязни того, что неизбежно.

О том, что утрачено и утрачено невозвратимо, горевать бесполезно.

В страданиях единственный исход — По мере сил не замечать невзгод.

Самопочитание никогда не бывает столь мерзостно, как самоунижение.

Будь со всеми обходителен, но никак не запанибрата.

Не вдавайтесь и в извинениях в такие же крайности, как в оскорблениях.

Слова — ветер, а бранные слова — сквозняк, который вреден.

Ничто не бывает постоянно одинаково хорошим, потому что и хорошее, делаясь чересчур уж полнокровным, умрет от своего же переизбытка. Есть ли что-нибудь чудовищнее неблагодарного человека?

Кто любит, чтобы ему льстили, — стоит льстеца.

Жить только для себя — есть злоупотребление.

Из всех низких чувств страх — самое низкое.

Страх — всегдашний спутник неправды.

Заносчивость — непрочный матерьял: Она, как стираная ткань, садится.

Общая участь всех хвастунов: рано ли, поздно ли, а все-таки непременно попадешь впросак.

Интрига составляет силу слабых.

Гнусному и доброта и мудрость кажутся гнусными; грязи — только грязь по вкусу.

Излишняя забота — такое же проклятье стариков, как беззаботность — горе молодежи. Следуй голосу ума, а не гнева.

Здоровье — дороже золота.

Если смерти серп неумолим, Оставь потомков, чтобы спорить с ним!

Опасна власть, когда с ней совесть в ссоре.

Небольшие жеманные стихотворения раздражают нервы больше, нежели скрип немазаных колес.

Любовь сильнее страха смерти.

ШЕРИДАН

РИЧАРД БРИНСЛИ ШЕРИДАН (1751–1816) — АНГЛИЙСКИЙ КОМЕДИОГРАФ И ОБЩЕСТВЕННЫЙ ДЕЯТЕЛЬ.

Кто ищет почета при жизни, стоит только жалким зазывалой в дверях ее храма и, не брезгуя, ловит в грязном дыхании каждого проходимца слово хвалы.

Жизнь, прожитую достойно, следует измерять деяниями, а не годами.

Ум теряет все свое очарование, если он проникнут злостью.

Когда старый холостяк берет молодую жену, он заслуживает… да что там! Преступление в самом себе уже содержит кару.

Я не очень люблю видеть благоразумие, прикрепленное к зеленой почке молодости, это словно плющ, обвивающий куст и мешающий его развитию.

Болтливы те, кто не умеет думать.

Самая могущественная страсть — тщеславие. Спаси меня от этой страсти, и я сам избавлюсь от остальных.

Победа над самим собою — единственное торжество, в котором удача не имеет доли.

ШИЛЛЕР

ИОГАНН ФРИДРИХ ШИЛЛЕР (1759–1805) — НЕМЕЦКИЙ ПОЭТ, ДРАМАТУРГ И ТЕОРЕТИК ИСКУССТВА ПРОСВЕЩЕНИЯ. В СВОИХ ДРАМАХ ВЫРАЗИЛ МЯТЕЖНОЕ СТРЕМЛЕНИЕ К СВОБОДЕ, УТВЕРЖДЕНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ДОСТОИНСТВА, НЕНАВИСТЬ К ФЕОДАЛЬНЫМ ПОРЯДКАМ. СОЗДАЛ ТЕОРИЮ ЭСТЕТИЧЕСКОГО ВОСПИТАНИЯ, В КОТОРОМ ВИДЕЛ СПОСОБ ДОСТИЖЕНИЯ СПРАВЕДЛИВОГО ОБЩЕСТВЕННОГО УСТРОЙСТВА.

У человека с открытой душой и лицо открытое.

Благодарность забывчивей всего.

Человек отражается в своих поступках.

Свободен лишь тот, кто владеет собой. Великие души переносят страдания молча.

Воля есть отличительный признак человеческого рода, а сам разум — только вечное правило для руководства волею.

Родители меньше всего прощают своим детям те пороки, которые они сами им привили.

В игре детей есть часто смысл глубокий.

Верная любовь помогает переносить все тяготы.

Любовь быть хочет жертвою свободной.

Пусть лишь любовь цветок любви срывает, Ведь лучший дар принадлежит тому, Кто сердцем всем откликнется ему.

Любовь возвышает великие души.

Любовь и голод правят миром.

Настоящая дружба правдива и отважна.

Если я ненавижу, я отнимаю у себя нечто; если я люблю, я обогащаю себя тем, что я люблю. Человеконенавистничество — медленное самоубийство; себялюбие — величайшая нищета живого создания.

На вершине величия не забывай, что значит друг в беде.

Честность красит звание любое.

Честь дороже жизни.

Мерилом справедливости не может быть большинство голосов.

Мужество растет с опасностью: чем туже приходится, тем больше сил.

Кто чист душой, тот разума победу над собой признает.

Сильнее всех побед — прощение.

Для хороших актеров нет дурных ролей.

Чем сильнее заблуждение, тем более торжествует истина.

Дилетант принимает темное за глубокое, дикое — за мощное, неопределенное — за бесконечное, бессмысленное — за сверхчувственное.

В лице своих богов человек рисует свой собственный портрет.

Как для одних наука кажется небесною богиней, Так для других — коровой жирною, что масло им дает.

Лучше страшный конец, чем бесконечный страх.

Горе мне, если мои убеждения будут колебаться в зависимости от биения моего сердца.

Когда шутник смеется своей остроте, она теряет цену.

Ничего так не делает жизнь легко переносимой, как деятельность, направленная к одной цели. Только тот может горячо любить добро, кто способен от всей души, непримиримо ненавидеть зло.

Слово всегда отважнее дела.

Человек вырастает по мере того, как растут его цели.

Глупец тот, кто бросает дело на полдороге и смотрит, разинув рот, со стороны, что из всего этого выйдет.

Коль дело есть — скорей его кончай.

Средь скверного скверней всего язык колючий.

Слова пустые сердца не облегчат.

Красота — тоже добродетель, красивая женщина не может иметь недостатков.

Истина ничуть не страдает оттого, что кто-либо ее не признает. Если хочешь познать самого себя, то посмотри, как это делают другие; если же хочешь других понять, то посмотри в свое собственное сердце.

Кто кается не краснея, тот кается постоянно.

Разве солнце светит мне сегодня для того, чтобы я раздумывал о вчерашнем дне?

Истина — зеркало, отражение которого невыносимо для притворства и лицемерия.

ЭДВАРДС

ДЖОНАТАН ЭДВАРДС (1703–1758) — АМЕРИКАНСКИЙ ПИСАТЕЛЬ, МЫСЛИТЕЛЬ, РЕЛИГИОЗНЫЙ ФИЛОСОФ.

Никаких идей, мыслей, умственных процессов не может возникнуть, пока разум не получит какого-то начального толчка от ощущения.

Почти все люди, даже те, которые кажутся крайне несчастными, любят жизнь. Им трудно перенести мысль, что этот прекрасный и восхитительный мир навсегда погаснет для их очей. Знание того, что каждый прожитый нами миг прекрасен, даже если мы и не обращаем на это особого внимания, а лишь испытываем некое удовольствие, принуждает нас, если мы поставлены перед выбором, предпочесть жизнь, полную страданий и невзгод, ее утрате.

Духовная красота бесконечно прекраснее всех других, и поэтому тела, будучи лишь тенями сущего, должны обладать очарованием, говорящим о красоте духовной. Такой тип красоты принадлежит природе и превосходит искусство, сотворенное человеком.

ЭНГЕЛЬ

ИОГАНН ЯКОБ ЭНГЕЛЬ (1741–1802) — НЕМЕЦКИЙ ПИСАТЕЛЬ.

Самый лучший ответ на клевету — молчаливое презрение к ней.

Все льстецы, как правило, лгуны.

Нескромный вопрос вызывает стыдливый ответ.

Обороты речи — это своего рода одежда, в которую облачены мысли.

ЭРАЗМ РОТТЕРДАМСКИЙ

ЭРАЗМ РОТТЕРДАМСКИЙ (1465–1536) — ГУМАНИСТ ЭПОХИ ВОЗРОЖДЕНИЯ, ФИЛОЛОГ, ПИСАТЕЛЬ. В САТИРЕ «ПОХВАЛА ГЛУПОСТИ» ВЫСМЕИВАЛ НРАВЫ И ПОРОКИ СОВРЕМЕННОГО ЕМУ ОБЩЕСТВА. ВРАГ РЕЛИГИОЗНОГО ФАНАТИЗМА. СЫГРАЛ БОЛЬШУЮ РОЛЬ В ПОДГОТОВКЕ РЕФОРМАЦИИ, НО НЕ ПРИНЯЛ ЕЕ.

Даруй свет, и тьма исчезнет сама собой.

Любовь — это все, что у нас есть, единственный способ, которым мы можем помочь другому человеку.

Принести спасение человечеству мы можем только собственным хорошим поведением; иначе мы промчимся, подобно роковой комете, оставляя повсюду за собой опустошение и смерть.

Знаю, что значит любовь: любовь — помраченье рассудка.

Все превращает любовь, и неумного делает мудрым. Все превращает любовь: красноречье дает молчаливым, Старцев в юнцов превратить милая может любовь. Силу ломает любовь, но и слабых быть сильными учит, В робких отвагу вдохнуть также умеет любовь.

Даже в самой худшей судьбе есть возможности для счастливых перемен.

Тот, кто делает добро другу, делает добро себе.

Никакие житейские блага не будут нам приятны, если мы пользуемся ими одни, не деля их с друзьями.

Если заводишь новых друзей, не забывай о старых.

Друг должен принимать на себя часть огорчений друга.

Иметь много друзей — значит не иметь ни одного. Потакать слабостям своих друзей, закрывать глаза на их недостатки, восхищаться их пороками, словно добродетелями, что может быть ближе к глупости?

Язык — лучший посредник для установления дружбы и согласия.

Церковь основана на крови, кровью скреплена и кровью расширилась.

Ничто так не беспокоит людей, как нечистая совесть.

Ничего нет трудного для человека, имеющего волю.

Изящество потребно не в одних искусствах, но во всех делах человеческих.

Вежливость порождает и вызывает вежливость.

Если кому-либо не хватает даров природы, он возмещает этот изъян усиленной дозой самодовольства.

Лесть несовместима с верностью. Ничто так не ускоряет старости, как неумеренные попойки, необузданная любовь и не знающая меры похотливость.

То, чем мы грешим в молодости, приходится искупать в старости.

Что постановит страсть, то непродолжительно, мимолетно; что определит разум, в том век не раскаешься.

Люди разумные часто бывают ненавистны могущественным властителям.

Предвидение будущего получается не от оракулов и авгуров, а от мудрости.

Нет зверя настолько дикого, чтобы он не отзывался на ласку.

Каков супруг, во многом зависит от супруги.

ЮМ

ДЭВИД ЮМ (1711–1776) — АНГЛИЙСКИЙ ФИЛОСОФ, ИСТОРИК, ЭКОНОМИСТ. СЧИТАЛ ПРОБЛЕМУ ОТНОШЕНИЯ БЫТИЯ И ДУХА НЕРАЗРЕШИМОЙ. ОТРИЦАЛ ОБЪЕКТИВНЫЙ ХАРАКТЕР ПРИЧИННОСТИ И СУБСТАНЦИИ.

Дружба — это спокойная и тихая привязанность, направляемая и укрепляемая привычкой, возникающей из долгого общения и взаимных обязательств.

Тот счастлив, кто живет в условиях, соответствующих его темпераменту, но тот более совершенен, кто умеет приспосабливать свой темперамент к любым условиям.

Человеку, который долго говорит о себе, трудно избежать тщеславия. Склонность к радости и к надежде — истинное счастье; склонность к опасению и меланхолии — настоящее несчастье.

Ничто не свободно так, как мысль человека.

Когда религиозность соединяется со страстью к чудесному, тогда конец всякому здравому смыслу, и свидетельство людей теряет всякий авторитет.

Content

Анатолий Павлович Кондрашов
Великие мысли великих людей. Средневековье и Просвещение

Афоризмы IV–XVIII века