Вадим Чинцов

Внедрение в ЦК

Глава 1

По возможности отмыв кровь с одежд, бойцы моего отряда, собравшись около конюшни, шокировали Гришку и Федьку своим видом — вернувшись с операции, мы выглядели как забойщики мяса. Ребята еще не отошли от адреналинового возбуждения, но держатся молодцом. Проверив и затянув подпруги, мы пристегнули шашки и, держа наготове автоматы и винтовки, тронулись в обратный путь. На выезде из города подобрали своих казаков, которые к нашему возвращению успели нашинковать разводящего и шестерых казаков.

— Командир, как бы казачки не подняли шум — мы минут сорок как уничтожили караул, который должен был сменить наш пост, пропажа казаков вызовет тревогу в казарме.

Я оглянулся и прислушался — вроде пока тихо, но это ненадолго — Уходим! — я отдал повод своего коня ближайшему бойцу и пересел в коляску, в которую установили станкач Максим. Пленник еще был в отключке.

Наш отряд рысью стал удаляться от Таганрога, погруженного в сон, надеюсь погоня будет немногочисленной. Рядом застонал Батюшин, с которого я снял путы и вынул кляп, освободив ему рот. Я из баклаги дал напиться генералу и тот удивленно оглянулся — Где мы? И кто вы такой?

— Командир диверсионного чекистского отряда Сорокин Андрей Юрьевич, к вашим услугам! Сегодня нами были уничтожены все офицеры, устроившие свои квартиры по Греческой улице, Штаб Ставки вместе с Главнокомандующим уничтожен, вы же, Николай Степанович — мой пленник.

— Но почему я? — удивлению генерала не было предела — Я мелкая сошка в штабе ВСЮР, несмотря на свой генеральский чин. Вы не с кем меня не спутали?

— Я решил вас спасти от вас самого! — осмотрев в бинокль окрестности и, убедившись в отсутствии погони, я продолжил диалог — Вы профессиональный контрразведчик, ваше место — в Российской армии. Эти золотопогонники готовы сотрудничать хоть с чертом, лишь бы загнать восставший народ обратно в рабское ярмо. Эту нечисть скоро выкинут за пределы России и бывшие полковники и генералы будут работать таксистами в Париже. А кто будет стоять на страже Родины?

Генерал усмехнулся — Вы же уничтожаете всех офицеров, именно поэтому мы здесь сражаемся с вами.

— Это не совсем так, Николай Степанович, Советской власти служат и бывшие царские генералы: полные генералы — шестнадцать генералов от инфантерии, трое генералов от кавалерии, трое генералов от артиллерии и один инженер-генерал; сорок девять генерального штаба генерал-лейтенанты, семеро генерал-лейтенантов, окончивших Михайловскую артиллерийскую академию, двое генерал-лейтенантов, окончивших Николаевскую инженерную академию и генерал-лейтенант, окончивший Александровскую военно-юридическую академию; всего около четырехсот генералов и адмиралов.

Батюшин пораженно молчал, он не подозревал о таких значительном количестве генералов, перешедших на сторону Красных.

— И вот еще — подумайте о своей семье! Ваши жена и дочери прозябают в Казани, они нуждаются в вас, товарищ генерал! Если вы согласитесь честно служить своей Родине, то ваша семья будет вывезена в Москву, вам будет предоставлена квартира.

Генерал откинулся назад и задумался.

Интерлюдия

Шестого ноября на совместном совещании ВЦИК, посвященное итогам подготовки празднования двухлетия Октябрьской революции, Ленин пришел в приподнятом настроении, потрясая иностранными газетами — Вот что пишут английские и французские газеты, товарищи! Журналисты просто бьются в истерике, называя уничтожение Деникинского штаба ночью кровавых ножей, вот послушайте: «Сотни трупов с ножевыми ранами были найдены на своих квартирах, расположенных на улице Греческая, реки крови пролиты безжалостными красными убийцами. Будто ураган смерти промчался по Таганрогу, уничтожая всех на своем пути»!

Троцкий усмехнулся — Товарищ Сорокин умеет удивлять, после смерти Деникина и его штаба казаки переходят на нашу сторону целыми полками, Оставшиеся части ВСЮР оставили Таганрог, Екатеринослав и Ростов-на-Дону, в панике отступив к Екатеринодару и Херсону. В Таганроге белыми были брошены двадцать пять отремонтированных танков. Нами готовится наступление на Екатеринодар и Херсон, скоро мы скинем белых в Черное море. Вот такой каламбур, товарищи! С двумя десятками пластунов провернуть такую операцию! Вроде даже без потерь! Везение невероятное!

Ленин убрал улыбку с лица, сразу став серьезным и жестким — Лев Давыдович, сколько в РККА пластунов? Почему же их не использовали так, как товарищ Сорокин? У вас большое число военспецов из бывших офицеров, однако наши войска могли даже при численном превосходстве только драпать, бросая тяжелое вооружение. Нынешнему успеху на Южном фронте мы целиком и полностью обязаны вчерашнему гимназисту. Может вы, товарищ Троцкий, чужое место в наркомате занимаете? Вы отлично нагоняете страху своими децимациями, однако этого мало, вы же считаете зазорным учиться знаниям, необходимым военному министру, отдав военспецам всю организацию наркомата.

Наркомы кто сочувственно, кто злорадственно смотрел на Троцкого, от ярости готового выплеснуть в ответ обвинения в недальновидности вождя.

— Я не держусь за свою должность, готов уступить ее более достойному!

Ленин прищурился и кивнул — Хорошо, мы рассмотрим ваше желание освободить пост наркома, не беспокойтесь, мы подыщем вам подходящую работу.

Троцкий, задыхаясь от гнева, вышел из зала совещаний, стукнув дверью. Ленин пожал плечами и спросил Главковерха — товарищ Каменев, что слышно о отряде Сорокина — где сейчас он и его люди?

Сергей Сергеевич вскочил и невольно разгладил свои великолепные усы — Вчера отряд Сорокина с боем перешел линию фронта, вместе с его отрядом вышли добровольно присоединившиеся солдаты артиллерийского дивизиона вместе с семью орудиями и сотня пластунов из Первой Кубанской пластунской отдельной бригады. Ожидается переход на нашу сторону всей бригады — казаки устали воевать за белых, не имеющих конкретных целей развития России. Первая Верхне-Донская дивизия готова в полном составе перейти на нашу сторону.

Товарищ Сорокин захватил в Ставке Деникина генерала Батюшина, опытного офицера разведки, по донесению Сорокина, генерал готов служить Советской власти.

— Вот! Сорокин вместе с двумя десятками человек делает работу за весь наркомат по военным и морским делам. Товарищи, предлагаю вместо товарища Троцкого наркомом утвердить товарища Фрунзе. А Льва Давыдовича назначим заместителем наркома, начальником Главного военно-политического управления. Пусть подымает военно-патриотическую работу в РККА! — Ленин на минуту задумался и продолжил — В связи отменой Ревтрибуналов предлагаю товарища Крыленко назначить заместителем наркома юстиции. В связи с отменой многонациональной политики нашего государства наркомат национальностей расформировывается и я предлагаю утвердить нашего партийного товарища Кобу моим заместителем с исполнением обязанностей наркома финансов, а товарища Крестинского освободим от управления этим наркоматом — слишком бездумно тратятся народные деньги, это не чужой кошелек, из которого можно брать, не задумываясь о его наполнении. Товарища Крестинского предлагаю утвердить заместителем Председателя ВЦСПС.

Николай Иванович Бухарин (после закрытия Коминтерна, в котором состоял членом Исполкома, лез из кожи, пытаясь занять место наркома Внутренних дел, решив — Дзержинскому и ВЧК хватит), Григорий Евсеевич Зиновьев (после закрытия Коминтерна назначенный заместителем председателя Моссовета), Лев Борисович Каменев (Председатель Моссовета) и Алексей Иванович Рыков (председатель ВСНХ РСФСР) с завистью смотрели на Сталина, Бухарин при этом сжал свои кулаки — все они метили на место, которое во время болезни Ленина занимал Свердлов. Все они хотели подержаться за руль Советского государства. Сам Сталин едва заметно усмехнулся и потянулся к коробке папирос.

Ленин просмотрел свои черновые наброски и продолжил — Высказывайтесь, товарищи! Может у кого-то есть возражения по моим предложения?

Интерлюдия

Великобритания. Лондон, Даунинг-стрит, 10. Несколько человек пили чай и болтали о каких-то пустяках, не начиная основного разговора, ради которого они и собрались. Премьер-министр Дэвид Ллойд-Джордж поражал ярко-голубыми блестящими глазами и слегка взлохмаченной прической снежно-белых волос. Эти волосы окружали голову, точно волшебное сияние. Такие же снежно-белые усы были подстрижены по-русски. Одет Ллойд Джордж был в светло-серый с голубоватым отливом (под цвет глаз!) костюм, на длинном черном шнурке висело золотое пенсне, которым хозяин в ходе разговора весьма искусно манипулировал — Граф, содержание полностью снаряженного герцога стоит столько же, сколько содержание двух дредноутов, а герцоги — такой же ужас, и они служат дольше». Министр иностранных дел Граф Керзон Кедлстонский (один из организаторов интервенции против Советской России), с мужественным лицом, с зачесанными назад темными волосами пожал плечами, не ответив на тонкий юмор хозяина кабинета.

Канцлер казначейства Остин Чемберлен сквозь монокль чопорно разглядывающий графа, военный министр и министр авиации Уинстон Черчилль и первый лорд Адмиралтейства Уолтер Лонг собрались обсудить заявление Советской России о признании долгов царской России и требование возместить финансовые и материальные потери от интервенции, и самое наглое требование — отдать России часть репараций.

Наконец Премьер-министр отложил пустую фарфоровую чашку и медленно начал свой монолог, неожиданно акцентируясь при этом на важных моментах — Ленин вдруг отказался от своего прежнего решения установить мир с Германией без аннексий и контрибуций. Как вы знаете, Брест-Литовский Договор был аннулирован решением советского ВЦИК от тринадцатого ноября восемнадцатого года на фоне революционных событий в Германии. И теперь, фактически, Советы в состоянии войны с Германией. Это щекотливый момент, господа!

В августе восемнадцатого года был заключен дополнительный (секретный) двусторонний договор. Согласно финансовой части данного соглашения РСФСР обязывалась выплатить — контрибуцию в 6 миллиардов марок (2,75 миллиарда рублей): в том числе 1,5 миллиарда рублей золотом (245,5 тонны), 545,44 миллиона — кредитными обязательствами, а ещё один миллиард — поставками сырья и товаров. Большевикам же удалось добиться признания своего контроля над Баку. Однако при этом Германия получала четверть производимой там продукции (прежде всего нефти). 11 ноября того же года между Германией и Антантой было заключено Компьенское перемирие. Одним из условий соглашения являлся отказ Германии от всех условий Брестского и Бухарестского мирного договоров.

Брестский мир стал формальным поводом для стран-членов Антанты приступить к вторжению на территорию России. Мы и наши союзники высадили свои контингенты в Мурманске, Архангельске и Владивостоке. Кроме того, мы начали поддерживать представителей Белого движения и объявили о своём патронате над действующим в центре России чехословацким корпусом. Однако большевики не сидели, сложа руки, наблюдая за действиями Германии. Ещё до революции, когда руководство царского Генштаба отвергло предложения своих офицеров использовать крайне левые группировки для разложения Германии изнутри, большевики активно помогали своим немецким единомышленникам и вели идеологическую борьбу с имперскими властями. Придя к власти в России, большевики сделали свою идеологическую работу на германском направлении ещё более интенсивной. «Без влияния Ленина не было бы в Германии таких мощных социал-демократов, которые оказались способны устроить там революцию, инициировав протесты в Киле и других городах. Таким образом, Советская Россия тоже внесла свой вклад в прекращение Первой мировой войны и дальнейшее развитие европейской истории. Параллельно большевики использовали полученную ими в результате Брестского мира передышку, чтобы создать боеспособную армию. Уже в начале осени девятнадцатого года последние наши части покинули Архангельск. Не сегодня, так завтра красные скинут остатки белой армии в Черное море. Наши агенты докладывают — после смерти Деникина и его штаба войска сдаются красным целыми полками! Это катастрофа, господа. Закончив Гражданскую войну победой, красные, используя весь накопленный боевой опыт, могут заключить союз с немцами и как катком раздавят лягушатников.

— Не дай Бог, если Советам придет идея повторить ночь кровавых ножей уже в Лондоне! — флегматично произнес Уинстон Черчилль и буквально всех в этом кабинете поразили его слова — действительно, если красные смогли без шума упокоить больше двухсот человек посреди города, буквально набитого войсками, то они могут повторить это и здесь, посетив дома беспечных закулисных правителей мира.

— Что же делать, господа? Будем соглашаться на условия Ленина, или же запремся в крепости Тауэр, переждав там несколько лет, пока все не успокоится? — министр иностранных дел осуждающе покивал головой — Хотя даже в средние века в такие крепости пробирались убийцы ассасины, так что в наш просвещенный век это сделать будет еще проще.

Остин Чемберлен процедил — Если мы будем вынуждены принять условия красных, то что мы скажем союзникам, убедить их будет очень непросто. Интересно, откуда у русских взялись эти «ассасины»?

— Значит, готовим проведение переговоров с этими лапотниками, захватившими власть? — министр иностранных дел вопрошающе посмотрел на Премьер-министра.

Тот кивнул — Готовьте ноту, будем договариваться!

* * *

Добравшись до Москвы, я отпустил своих бойцов на Спецобъект отдыхать, сам же отправился к себе на Лубянку, первым делом посетив своего начальника с отчетом о проделанной работе. За мной порученцы внесли мешки с похищенными документами и бабками и Дзержинский крепко обнял меня, растрогав этим своим неожиданным проявлением чувств.

— Молодец, Андрей, молодец! Честно говоря, я не ожидал такого успеха — максимум думал, ну гранаты в штабное окно кинете, а тут такая сказочная операция проведена, молодец! За вашу ночь кровавых ножей все приставлены к ордену.

— Феликс Эдмундович! Пора уже расширить перечень советских наград — Красное знамя не должно оставаться единственным орденом республики.

— И какие же награды вы хотите предложить, Андрей Юрьевич? — Дзержинский с интересом ждал моих предложений.

— Во-первых, ввести Высшие степени отличия РССР — звание Героя Советской Республики и звание Героя Социалистического Труда за совершение подвига или выдающиеся заслуги во время боевых действий, а также и в мирное время, с вручением медали Золотая звезда Героя и ордена Ленина.

Во-вторых, ввести наивысший государственный орден имени Ленина за особо выдающиеся заслуги в революционном движении, трудовой деятельности, защите социалистического Отечества, развитии дружбы и сотрудничества между народами, укреплении мира и иные особо выдающиеся заслуги перед Советским государством и обществом.

Второй по значимости орден — Орден Октябрьской Революции за активную революционную деятельность, большой вклад в становление и укрепление Советской власти; за выдающиеся заслуги в построении социализма и строительстве коммунизма.

Следующим по стату Орден Красного знамени для награждения за особую храбрость, самоотверженность и мужество, проявленные при защите социалистического отечества. Орден Трудового Красного Знамени — общегражданская награда, вручавшаяся за трудовые заслуги.

Орден Красной Звезды для награждения за большие заслуги в деле обороны РССР как в военное, так и в мирное время, в обеспечении государственной безопасности.

Орден «Знак Почёта» для награждения за высокие достижения в производстве, научно-исследовательской, государственной, социально-культурной, спортивной и иной общественно полезной деятельности, а также за проявления гражданской доблести.

Орден «За личное мужество» для награждения за мужество и отвагу, проявленные при спасении людей, охране общественного порядка и социалистической собственности, в борьбе с преступностью, стихийными бедствиями и при других чрезвычайных обстоятельствах.

Орден Славы первой, второй и третьей степени для награждения лица рядового и младшего командного состава Красной Армии, проявившие в боях за Советскую Родину славные подвиги храбрости, мужества и бесстрашия. Этот орден будет аналогом царских георгиевских крестов с такой же ленточкой.

Также необходимо ввести медали — Медаль «За отвагу» для персонального награждения за личное мужество и отвагу, проявленные при защите Отечества и исполнении воинского долга. Медаль «За боевые заслуги» для награждения за умелые, инициативные и смелые действия, сопряженные с риском для жизни, содействующие успеху боевых действий с врагами Советского государства. Медаль «За трудовую доблесть» для награждения за трудовые заслуги. Медаль «За отличие в охране государственной границы РССР». Медаль «За отличие в воинской службе» за отличные показатели в боевой и политической подготовке; за особые отличия на учениях и маневрах, при несении боевой службы и боевого дежурства; за отвагу, самоотверженность и другие заслуги, проявленные в период прохождения воинской службы. Медаль «За отличную службу по охране общественного порядка» для награждения: рядового и начальствующего состава органов внутренних дел за подвиги и заслуги, проявленные в охране общественного порядка и борьбе с уголовной преступностью. Медаль «За отвагу на пожаре». Медаль «За спасение утопающих». Медаль «За безупречную службу» трех степеней для награждения сотрудников военного наркомата, наркомата внутренних дел и органов госбезопасности, прослуживших в соответствующих структурах не менее десяти лет и не имеющие взысканий за период службы (Медаль I степени за 20 лет безупречной службы, Медаль II степени за 15 лет безупречной службы, Медаль III степени за 10 лет безупречной службы).

— Эк ты как далеко глядишь! — Дзержинский удивленно покачал головой — И зачем последнюю медаль предлагаешь, о ней пусть через 10 лет и подумают!

— Это, чтобы не додумались до награждения боевыми наградами за выслугу лет. Это обесценит сами награды.

И еще — Феликс Эдмундович, необходимо разрешить ношение царских боевых наград, раз мы протянули руку всем бывшим, нужно признать и знаки отличия за героизм при защите нашего общего Отечества — России.

— Хорошо, раз ты все так продумал, то ты, Андрей, и эскизы предлагаемых наград набросал?

— Так точно, готов немедленно передать с порученцем.

— Хорошо, отдыхай сегодня, а завтра чтоб был на службе!

Глава 2

Ленин, Сталин, Фрунзе и главковерх Каменев с интересом знакомились с новым предложением Сорокина, комментирую рисунки и описание наград.

Ленин с сомнением разглядывал орден, который Сорокин предложил назвать в его честь — Сомневаюсь я, голубчики, в целесообразности помещения меня на на высшую награду республики, как-то не комильфо! Я ничего особенного для этого не сделал. Не надо из меня икону делать!

Сталин возразил — Если Вы недостойны, то я даже не знаю, чье имя достойно этого ордена.

— Это правда, Владимир Ильич! — Дзержинский своим пронизывающим взглядом обвел присутствующих — Вы вождь мирового пролетариата, награждаемые будут гордиться вашим профилем на своей груди.

— Мне это совершенно, батенька, не нравится, предлагаю учредить орден Карла Маркса, его теория помогла большевикам победить царизм и буржуазию — Ленин прищурился и откинулся на спинку стула.

— Я тоже, посомневавшись, предложил Пророку увековечить Маркса, на что он мне ответил — Маркс не был единым создателем марксизма, его источниками стали Георг Гегель, Людвиг Фейербах, Адам Смит и Давид Рикардо, Анри Сен-Симон, Шарль Фурье, Роберт Оуэн. Его теория не безупречна и утопична в главной идее — построении коммунизма. Маркс наивен в своем преклонении перед пролетариатом. Невозможно построить коммунизм, опираясь на обычных людей, большинство которых не захотят жить как все, желая роскоши и безделья. К сожалению, чистка аппарата ВЧК это подтверждает, к власти дорвались совершенно чуждые нам люди, которые своей демагогией и показательной жестокостью к так называемым врагам революции делающие себе карьеру.

Взять фабрики — простой пролетарий, который получил полную свободу начинает пить, гнать брак на заводе и требовать преференций. Без жесткой руки и без контроля люди превращаются в паразитов и бывшие правящие классы еще цветочки, что вырастет из наших партийных функционеров — а получится та же элита, которая захочет намного лучшей жизни, чем остальной народ.

Дзержинский закурил и продолжил — Сгоряча я чуть не приказал арестовать Пророка, а затем понял — он прав и нужно начинать бороться с барством в высших эшелонах власти уже сейчас. Спецпайки мы ввели, осталось завести себе прислугу, назвав ее домохозяйками! Все к этому идет, товарищи! Я тогда спросил Пророка — Какой вы видите цель нашей партии?

Я получил такой ответ — «Партийные функционеры не должны навязывать свое мнение руководителям органов исполнительной, законодательной и судебной власти. Задача партии — разработка теории построения социализма в РССР и помощь исполнительной власти в практическом воплощении ее теории. Целями партии должны стать, в первую очередь, рост благосостояния каждого советского человека до таких высот, которым могли бы позавидовать самые высокооплачиваемые специалисты мирового империализма — каждая советская семья должна иметь хорошее бесплатное жилье со всеми удобствами с числом спален по количеству жильцов квартиры или дома; один-два автомобиля; возможность не экономя делать запас качественных и разнообразных продуктов в электрическом холодильнике; достаточное количество качественной мебели; удобную и красивую одежду; размер зарплаты каждого гражданина должен обеспечивать все потребности, в том числе и ежегодный отдых не менее двух недель за границей. Граждане должны иметь право на выбор страны проживания, бесплатные медицину, среднее и высшее образование, ежегодный отдых с лечением в санаториях, занятия любым видом спорта, коммунальные услуги и проезд в общественном транспорте. Необходим запрет высшему руководству одеваться и питаться в спецмагазинах, тогда они волей-неволей будут создавать благосостояние не только для себя, но и для всего народа. Ответственных работников, от которых зависит строительство и ремонт жилья при невыполнении качества и темпов строительства переселять в обычные коммуналки. Трата народного состояния должна быть только на эти цели и в гораздо меньшей пропорции — на оборону страны и ее перевооружение с жестким контролем расходования средств. Первоочередные цели — электрификация и газификация страны, добыча и переработка полезных ископаемых, строительство заводов станкостроения, автомобильного производства, химической промышленности и оборонной промышленности. Постепенный отказ от поставок за рубеж леса, металла, зерна и полезных ископаемых, а изготовление качественной современной продукции и продажа ее внутри страны и за рубежом. Восстановлению подлежит прежнее образование с отказом от изучения мертвых языков (кроме медицины) и богословия и с введением изучения логики. Стране архиважно требуются инженерные и ремесленные училища, университеты должны в первую очередь выпускать технарей, а не гуманистов. Для подготовки кадров красной дипломатии и военной разведки необходимо создание училища военной разведки при новой структуре ГРУ, главного разведывательного управления, наркомата военных и морских дел, а также дипломатической академии при наркомате иностранных дел. Задачи ГРУ — военная разведка за рубежом. Также отдельно будет работать структура военной контрразведки.»

— Кстати, благодаря опять же, товарищу Сорокину, уже создан и полностью укомплектован учебный полк, на основе которого будет создаваться наша армия нового образца. Пророк намечает вести в полку занятия по новой тактике штурма укрепленных пунктов и выработке методов противостояния лучшим подразделениям буржуазных армий, вроде тактику использования танков и броневиков в современной войне разрабатывает.

— Да уж, нарисовал нам товарищ Сорокин сказку с кисельными реками и пряничными берегами — фыркнул Сталин, чуть не подавившись дымом из прикуренной папиросы. — Товарищ Сорокин уже перерос свою должность, мне кажется ему самое место в только что созданной Ревизионной комиссии.

Ленин в полной тишине отметил — Буржуйские» привычки, любовь к гаванским сигарам Троцкого всем известны, роскошь обстановки и отличное питание в поезде Троцкого тоже. Многие большевики, дорвавшись до власти, стали проявлять слабость к «буржуазным излишествам». Это факт! И замалчивать мы его не можем. Хорошо, обсуждение орденов мы еще проведем на совещании ВЦИК, думаю никто против не будет. Первую звезду Героя нужно архисрочно изготовить и перед отъездом в Америку вручим ее товарищу Сорокину, он ее действительно заслужил. А после его возвращения поставим на Политбюро вопрос о назначении его Председателем ревизионной комиссии при ЦК РКП(б).

Добравшись на выделенном наконец-то автомобиле до Спецобъекта, я, зайдя в комнату секретаря коменданта, то бишь моего братца, увидел свою тетку, печатающую что-то на машинке.

— Арина Павловна! Выбрались наконец из Тамбова! Как я рад вас видеть.

Мы обнялись и тетя моего предшественника, в чье тело я попал, заплакала.

— А где Саша? Мы тут так расшумелись, что будь он в кабинете, уже вышел бы.

— Он в классе с курсантами, проводит занятия. Сашенька с помощью тамбовских чекистов помог мне выехать и добраться до Москвы. Если бы не Сашенька, недолго бы я еще протянула — есть в городе практически совсем нечего — тетка достала платок и промокнула вмиг повлажневшие глаза. Брат твой совсем повзрослел, большим человеком стал. А ты, как он утверждает, вообще генеральскую должность при новой власти занимаешь. Жаль, не дожила сестра, а то бы порадовалась за вас. Саша сказал — отца вы недавно лишились, сиротинушки вы мои!

Мне стало стыдно — пытаюсь решить глобальные задачи, а о родной тетке не подумал.

— Я очень рад нашей встрече, уверен — здесь вы голодать не будете. И мы не одни — у нас же еще есть вы, тетушка! Я ненадолго в Москве, мне скоро в командировку длительную нужно будет уехать. Пойду с китаезами нашими разомнусь.

Интерлюдия

Поверенный в делах Великобритании в России Фрэнсис Освальд Линдли чопорно поздоровался с наркомом иностранных дел РССР и вручил ему папку с нотой правительства Великобритании.

Чичерин начал чтение: Советскому правительству лимонники предлагали выплату отступных за последствия интервенции и предлагалось для начала переговоров на высшем уровне обменяться послами и установить дипломатические отношения. Молодая Советская власть имела все шансы вернуться в международную политику. Чичерин удивленно покосился на англичанина — «Чего же вы так испугались, господа хорошие! Понять бы что вас заставило так быстро отреагировать на наше заявление.»

* * *

Дзержинский выложил на стол французские паспорта — это ваши документы прикрытия, ни один таможенник не подкопается. — Председатель ВЧК потер виски — Уже двое суток не сплю, только балтийским чаем себя поддерживаю.

— Феликс Эдмундович, вы так себя в гроб вгоните за короткий срок. Кокаин не является лекарством — это наркотик. Вы себя медленно но верно убиваете.

Дзержинский поморщился — Почему же тогда он продается аптеками?

Я усмехнулся — Такая вот темная еще медицина! Государство вообще крайне мало вмешивались в жизнь людей. Границы были открыты, экономическое регулирование было минимальным, а до таких специфических областей, как наркопотребление, руки часто не доходили.

— А ты, значит Андрей Юрьевич, знаток? Понимаешь, вчера на Совнаркоме обсуждалась ситуация с Финляндией, вот и приходится не спать, все пытаюсь найти ответ на сложившуюся ситуацию. С марта прошлого года, преследуя финских «красных» в ходе Гражданской войны в Финляндии, белофинские войска пересекли российско-финляндскую границу и вошли в Восточную Карелию, официально война Советской России была объявлена буржуазным правительством Финляндии В мае после разгрома Финляндской Социалистической Рабочей Республики, на поддержку которой мы влили много золота. Фрунзе предлагает добить белых на Юге и освободившиеся силы перебросить на захват Финляндии, но сделать это хочет по старинке — с наскока и без разведки. Боюсь, Андрей Юрьевич, поляжет немало наших бойцов, ведь Финляндия не степь, там можно успешно вести партизанскую войну, нанося нам огромные потери. Твои казачки уже ходили один раз в тыл финам, может организуешь перед заокеанским турне разведку своим силами? А я вам дам пятерых надежных, проверенных товарищей, финской национальности.

— Не беспокойтесь, товарищ Дзержинский — ваш приказ будет выполнен в сжатые сроки. Я сам возглавлю разведку, только финнов нужно проверить на выносливость, иначе они станут обузой.

Устроив кросс по пересеченной местности на пятнадцать километров, я отсеил трех финнов, решив что качество лучше количества. С собой в Финляндию я решил взять шестерых лучших своих пластунов, в том числе Антона Титаренко с Степаном Грицацай, и братьев-сибиряков Тимофея и Григория Крапивиных, вооружив всех снайперскими винтарями и автоматическим оружием. Пистолеты Маузер решил не брать — болтающиеся кобуры будут цепляться и создавать шум. Запасшись прочной белой материей, решил заказать швейной мастерской колонии имени Горького маскхалаты, карабины и автоматы приказал маскировать белыми полосами из этой же материи, а шорникам я еще месяц назад поставил задачу изготовить из кожи и парусинового брезента сбруи типа армейского лифчика для ношения коробчатых магазинов и гранат на груди, заодно обеспечив бойцов и защитой от пуль. Получившиеся лифчики всего то осталось тоже обшить белой тканью для маскировки. Лыжи вместе с Крапивиными отбирал долго — от их качества зависела наша жизнь. Помимо меховых рукавиц заказал теплые варежки с отдельным указательным пальцем — для прицельной стрельбы. Под маскхалаты я и мои разведчики оденем теплое шерстяное нижнее белье, толстые свитера, также отдельно заказанные ватные шаровары с наколенниками из кожи, шерстяные вязанные носки с утепленными портянками, белые овчинные полушубки, ушанки из волчьего меха, за отсутствием производства унт ноги будут обуты в валенки, подшитые подошвой из толстого войлока.

Уже неделю занимаемся всем составом группы — нам нужно как можно быстрее пройти боевое слаживание, пришлые финны обучаются нашим командам, отдающимся руками, мы же изучаем простейшие фразы на финском. Выпавший в Москве снег дал возможность опробовать наши лыжи. Для боезапаса и продуктов с собой берем самодельные легкие сани в количестве пяти штук. На паре саней размещаем станкачи Максим, сняв тяжелые щитки. Наша группа будет неожиданно зубастой для неприятеля.

Но вот и день отправки. Не забыв про несколько биноклей, я последний раз проверяю нашу амуницию. Пока добирались в ободранном вагоне третьего класса до Петрограда, успели с запасом выспаться. Наш проводник опасливо сторонился увешанных с головы до ног страшных чекистов, не высовывая нос из своего купе.

Я знакомился с картой интересующей нас местности и размышлял — Красная армия сейчас освобождает Карелию от интервенционистских войск Антанты, в реальной истории в октябре следующего года подпишут мирный договор. Финляндия в целом останется в границах Великого Княжества Финляндского. Советская Россия передаст Финляндии незамерзающий порт Печенга (Петсамо) в Заполярье, благодаря чему Финляндия получит выход к Баренцеву морю. На Карельском перешейке также была оставлена старая граница, проведённая по реке Сестра (Райяйоки). Ребольская и Поросозерская волости, а также Северная Ингрия останутся за Советской Россией, и финские войска в течение полутора месяцев будут выведены с этих территорий.

Тартуский договор был призван положить конец военным действиям между Россией и Финляндией. Однако и здесь мир не наступит. Финское руководство рассматривало его как временное перемирие и вовсе не планировало отказываться от претензий на Карелию. Финские националистические круги восприняли Тартуский мир как позорный и жаждали реванша. Не прошло и двух месяцев с подписания мира, как в декабря двадцатого года в Выборге будет создано Объединённое Карельское правительство. Далее финны применят ту же тактику, что и в девятнадцатом году, — в течение лета двадцать первого года будут отправлять на территорию советской Карелии партизанские отряды, которые постепенно займут приграничные деревни и займутся разведкой, а также осуществляя агитацию и вооружение местного населения, организуют карельское национальное восстание.

Ни в коей мере этого нельзя допустить, в идеале бы зачистить территорию Финляндии, выкинув остатки финно-угров в Швецию. Население страны было весьма небольшим — около трех миллионов человек. Очень слабым местом, помимо разношерстности кадров, был тот факт, что в стране не было военно-обученного ресурса (весьма важного в те времена). Так как с 1898 года в финских землях не было воинской повинности и лишь небольшие контингенты служили в царской армии. Финские же стрелковые полки (1-12) к 1914 году финскими были номинально, укомплектованы были русскими солдатами. Финская экономика, будучи выкусана из царской, хотя и была сравнительно развита, все же не могла обеспечить страну всеми видами вооружений, хотя армия могла опереться на запас вооружений доставшихся в трофеи.

Ввиду этого, финское командование, вновь созданное в лице Министерства Обороны и Генерального Штаба, хотя и лелеяло планы создать 10–12 дивизий, могло к 1920 году реально опереться на кадровый состав офицеров и обученного персонала лишь в пределах 6–7 дивизий и 1 егерской бригады.

Что представляла собою на этот момент финская военная машина, в общих чертах:

Прежде всего, финны нисколько не смущаясь, завели себе «как у больших» Генеральный Штаб, который разрабатывал вопросы военного планирования, использования. Помимо этого были созданы командования (управления) сухопутных войск, ВВС и Флота.

Финны, не глядя на крошечность страны, не отказались от собственного военного образования, создав в январе 1919 года военное училище — Kadettikoulu. (Все-таки по европейским меркам Финляндия обладает довольно большой, хотя и слабозаселенной территорией, поэтому называть её «крошечной» как-то неправильно). Это училище, в отличие от пехотных школ и курсов Красной Армии, имело срок обучения полтора года. Руководили академией выходцы из «егерей» — то есть представители германской школы военного дела, причем ветки заточенной под «легко-пехотные» действия. В отличие от соседней России, финны несмотря на трудности экономического характера, сразу ввели у себя воинскую повинность (сроком 1 год для солдат, и 1 год и 3 месяца для офицеров запаса).

Дополнительной помощью вооруженным силам должна была стать национальная гвардия (шюцкор), а так же пограничные войска (Rajavartiolaitoksen).

Шюцкор стал той основной опорой, на которую могла опереться Финляндия в обороне. Организована она была по территориальному составу, поделена на округа, каждый из который имел ряд участков (пунктов). Национальные гвардейцы были весьма мотивированными людьми, вокруг объединяющей идеи — финской национальной независимости и играли очень большую роль в политической и общественной жизни. Многие политики и военные являлись челнами Национальной Гвардии. При этом численность Национальной Гвардии составляла 80–90 тысяч человек. Еще порядка 15–16 тысяч членов Национальной Гвардии служило в армии (офицеры, кадровые унтер-офицеры, солдаты по призыву). Планировалось, что национальная гвардия в угрожаемый период сможет быстро собраться и сформировать ряд подразделений для прикрытия мобилизации, а так же организовать мелкие отряды для ведения диверсионной и партизанской борьбы.

Белые пытались привлечь финнов для борьбы с Советской властью, однако целью Финляндии была далеко не борьба с большевизмом. Здесь позиция Маннергейма, регента Финляндского государства, была достаточно прагматичной. В 1919 г. Маннергейм написал:

«К сожалению, сейчас неизвестно, что лучше — Россия большевицкая, или новая Россия: обе будут равно неудобны соседям, особенно маленьким. Русские ничему не научились и ничего не забыли, несмотря на то, что они пережили, и я предвижу, что мы скоро должны будем считаться с Россией, еще более империалистической и националистической, чем когда-либо, которая захочет соединить массы и заставить забыть внутренние неурядицы ради великой идеи реставрации старой Руси. К сожалению, невозможно избежать столкновений с этой Россией — рано или поздно это произойдет. Невозможно заставить ее исчезнуть и заменить на карте большим белым пятном, и этих обстоятельствах лучше рыцарским жестом, как, например, освобождение Петербурга, создать положительную исходную ситуацию для будущих отношений».

5 ноября 1919 г. правительство Финляндии официально заявило об отказе от наступления на Петроград. Свой отказ кроме экономических причин Хельсинки мотивировал отсутствием гарантий о признании своей независимости. Кроме того, даже страны Антанты к осени 1919 г. окончательно убедились в бесперспективности вооруженной интервенции, а Финляндия только месяц назад потерпела поражение в Олонецком походе. Финляндия попыталась все же реализовать свой план захвата русских территорий. Спорной территорией между Финляндией и Советской Россией оставалась Карелия. К осени 1919 г. под контролем РККА оказалась Южная Карелия — финские войска были вынуждены уходить, с ними уходило и Олонецкое правительство.

Глава 3

Периодом создания и становления финских спецслужб стали 1918−1919 годы. Но их предыстория связана с еще более ранним периодом революционного движения в России и Первой мировой войной. В Финляндии разведка «выросла» из таких специально созданных активистами организаций, как «Бюро информации», «Этапное бюро» и «Новое лесное бюро». Каждый из них имел свои особенности, в том числе представительства резидентуры германской разведки в Швеции и на территории Великого княжества Финляндского.

Активная разведывательная деятельность, начатая в пользу Германии сторонниками независимости Финляндии, особенно заметна с 1916 года и по нарастающей силе увеличивалась в два последующих десятилетия; это было соперничество даже не разведок двух соседних стран, а социалистической и капиталистической политических систем. При этом сотрудничество с Берлином специально не афишировалось. Еще с весны 1915 года известна деятельность «Бюро информации» по направлениям Хельсинки, Выборг и Сортавала, Оулу и Лапландия, в задачи которого входил не только сбор информации о русских войсках, но и диверсионная деятельность. Летом того же года создано «Этапное бюро», поставляющее добровольцев в лагеря подготовки. Зарегистрированное в формате коммерческой организации «Новое лесное бюро» имело задачи сбора информации о российских войсках, организации каналов связи, изготовления документов.

Весной 1918 года создается «Отдел безопасности освобожденных территорий», занимающийся политическим сыском и борьбой с красными финнами, в том же году переименованный в «Отдел разведки по уголовным делам против государства». Военная разведка росла из разведывательного отдела Генштаба — «Бюро информации», его в то время возглавлял Исак Альфтан, с подчинением главному квартирмейстеру Игнатиусу. В том же 1918 году создается структура иностранного отдела и институт военных атташе.

В 1919 году был создан Иностранный отдел, занимавшийся не только Россией, он имел три направления: СССР, Скандинавия и все крупные государства Европы. Финская тайная полиция также образовалась в 1919 году.

Во время становления финской государственности Генштаб Оборонительных сил Финляндии возглавлял Оскар Карлович Энкель. Образование получил в Финляндском кадетском корпусе, директором которого был его отец. Выпущен подпоручиком в лейб-гвардии Семёновский полк. В 1903 окончил Николаевскую академию Генерального штаба по первому разряду. С мая 1903 — штабс-капитан гвардии с переименованием в капитаны Генерального штаба. Цензовое командование ротой отбывал в пехотном Оренбургском полку. Участник русско-японской войны. В 1912 году дослужился до полковника, с апреля 1913 — делопроизводитель ГУГШ (Главное управление Генерального штаба Российской империи). Руководил Особым делопроизводством (разведки и контрразведки). С января 1914 года военный агент в Италии. В годы первой мировой войны внёс большой вклад в организацию координации боевых действий и обмену разведданными по вооруженным силам Австро-Венгрии между двумя странами, а также в размещение российских военных заказов на предприятиях Италии (винтовки, патроны, автомобили «Fiat», авиамоторы, прожекторное оборудование, некоторое количество артиллерийских орудия и т. д.). После революции 1917 года вступил в Вооруженные силы Финляндии и предпринял много сил и энергии для возведения против красных линии долговременной обороны, стал генерал-майором.

Первый план линии обороны был разработан подполковником Раппе в 1918 году, затем работу над планом обороны продолжил немецкий полковник барон фон Бранденштайн, его план был утверждён в августе. В октябре 1918 года финское правительство выделило на строительные работы 300 000 марок. Работы выполняли немецкие и финские сапёры (один батальон) и русские военнопленные. С уходом немецкой армии работы были значительно сокращены и всё свелось к работам финского учебного сапёрного батальона.

В октябре Энкель разработал новый план оборонительной линии — комплекс оборонительных сооружений между Финским заливом и Ладогой длиной 132–135 км, названый сначала его именем, только потом укрепления назовут в честь Манергейма. Основные проектировочные работы выполнял член французской военной комиссии майор Гро-Куасси — 17 укреплённых узлов в составе 168 бетонных и железобетонных сооружений, из которых 114 пулемётных, 6 — артиллерийских и одно — смешанное. Практически все сооружения должны располагаться на главной оборонительной полосе и только единичные прикрывали важнейшие направления на тыловой полосе.

Оскар Карлович удовлетворенно кивал, заслушивая своих подчиненных, с блеском обосновавших потребное количество стройматериалов для оборонительной линии. — Какие последние разведданные из Советской России? — Энкель с ожиданием взглянул на начальника разведки, протянувшего ему напечатанный отчет за неделю, быстро пробежал глазами текст и отложил его. — Господа, а не провести ли нам внезапную инспекцию наших развед-пунктов в Выборге, Сортавале, Каяани и Рованиеми? Заодно совместим полезное с приятным — устроим охоту на медведя!

Штабисты одобрительно зашумели — развлечений практически не было, затея с охотой всем пришлась по душе; только активист Илмари Реландер, создавший иностранный отдел разведки, недовольно поморщился — у него были совсем другие планы — он собирался встретиться с Рейно Хенриком Халламаа на острове Гогланд, где тот собирал информацию о военно-морском движении в Финский залив и движения Красного флота в частности. Он слушал советское радио вместе с Рагнвальдом Линдом. Реландер собирался ему поручить обучать радистов и отправить в командировки в Котка и Турку попытаться отремонтировать радиостанции, оставленные там русскими. У финской разведки были агенты на самом высоком уровне финской компартии — и в подполье в Финляндии, и в советской России, инспекция позволит лишний раз проконтролировать их работу, а то и направить им связных— пора налаживать постоянный поток информации.

В этот момент в сопровождении президента Финляндии Каарло Юхо Столбера вошел грузноватый и какой-то поникший Юденич.

— Добрый день, господа! — президент щегольски подкрутил усы и обозначил поклон в сторону гостя — Николай Николаевич сегодня прибыл из Эстонии, куда его остатки войск вышвырнули красные. Николай Николаевич хочет предложить свои услуги нашему Генштабу! В шестнадцатом году генерал успешно взял штурмом крепость Эрзерум, это две линии одиннадцати хорошо подготовленных к круговой обороне фортов. Почти каждый форт представлял собой долговременное оборонительное сооружение в виде каменной многоярусной башни с амбразурами для орудий. Часть из них имела два-три вала и систему рвов. Форт вмещал до пятидесяти орудий с расчетами и до четырехсот солдат пехоты. Фланги турок надежно упирались в горы. Так что есть чему поучиться у такого полководца. А чему вы тут так радуетесь, какой повод, господа?

— Господин президент, мы собираемся организовать охоту на медведя, попутно проверив работу наших развед-пунктов, не хотите ли составить нам компанию?

— С удовольствием, думаю и господин Юденич не откажется, не так ли?

Юденич кивнул, мрачно обводя штабных взглядом уставшего человека, его роскошные усы тоже как то упаднически обвисли — поражение тяжело далось генералу, он совсем недавно представлял себе захват Петрограда и продолжение преследования красных на московском направлении.

* * *

Вот уже вторую неделю мы обживаем леса Суоми, устроили свою базу в найденном нами заброшенном охотничьем домике, в котором нашлась выложенная из камня печь. В первый же день на нашу поляну забрел любопытный лось, обеспечивший нас халявным мясом. Устроив с помощью захваченных с собой досок и сетей на двух вековых соснах секреты, мы обеспечили контроль под прицелом всех подходов к избушке. Днем, оставляя четверых пластунов для охраны базы, наш отряд выдвигался к окраинам Выборга в поисках удобного проникновения в город, где находилась финская разведка. На пересечении улиц Harmaidenveljestenkatu (Серых братьев, ныне Краснофлотская) и Karjaportinkatu (Прогонной) стояло двухэтажное здание. Здание было построено компанией по производству крепких спиртных напитков, а сейчас здесь находились выборгские отделения шюцкора и женской военизированной организации «Lotta-Svärd».

Я вместе с проводниками финнами решил войти в Выборг через его предместье, Петербургский форштадт. Переодевшись в форму шюцкора, мы проверили свои «левые» документы и двинулись в Выборг. Наше обмундирование выглядело более похожим на финскую одежду в противовес официальной армии, которая стала заимствовать детали зарубежных армий. Основой формы стал мундир серо-коричневого цвета для меня как фельдфебеля и блузы коричневого цвета с тёмно-коричневыми обшлагами и воротником для сержантов и рядовых шюцкора, двубортные шинели. На левом рукаве была нашивка в виде геральдического щита с белой буквой «S» в центре и тремя веточками ели над ней. На моем рукаве было четыре серебряных угла, у остальных — один серебряный угол, так как два других удостоверения личности были капральскими.

Не спеша продвигаясь по заснеженной улице, мы напряженно высматривали появление натуральных полицейских, которые могли докопаться до незнакомцев.

Навстречу нам шла молодая девушка, одетая в поношенную и местами подлатанную одежду, которая пару — тройку лет уместно бы смотрелась на барышне дворянского происхождения, наверняка она и блистала в царское время, сейчас же обострившееся от голода лицо и испуганный взгляд выдавал ее нынешнее состояние человека второго сорта — финны оказались жесткими националистами, которые русских наряду с евреями в восемнадцатом году тысячами уничтожали прямо здесь, в Выборге.

Отшатнувшись от нас, девушка поскользнулась и упала. Я бросился ее поднимать, при этом с головы девушки слетела шапочка и роскошные золотистые кудри рассыпались по плечам, открыв милое лицо совсем юной девушки. Тут меня словно накрыло — я понял, что безнадежно влюбился с первого взгляда. Чудеса и только!

— Как вас звать, прекрасная незнакомка? — подняв и отряхнув потертую шубку, я подал девушке шапочку, которую она сразу же надела, спрятав свои шикарные волосы.

— Екатерина Михайловна Софийская.

— А меня Андрей Юрьевич Сорокин, к вашим услугам!

— Вы, русский, служите в финской полиции?

— Не совсем так, но это я не хотел бы обсуждать посреди улицы. Где ваш дом?

Оказалось, что квартира семьи Софийских находилась в пятидесяти метрах и я напросился вместе со своими напарниками в гости.

В небольшой квартире из трех комнат было не топлено и мать Екатерины Людмила Андреевна и старшая сестра Наталья, с толстой русой косой и застенчивым взглядом, старались не замерзнуть, закутавшись в кучу одежды. Встретили нас настороженно, но, узнав что я — русский и в этой форме провожу разведку в тылу врага, оттаяли и рассказали немного о себе — командир Выборгского артиллерийского полка подполковник Михаил Тимофеевич Софийский вместе с такими же как и он русскими офицерами, волей службы оказавшийся в Финляндии, в прошлом году во рвах Аннинских укреплений был расстрелян егерями Маннергейма. Мои финны отлучились и минут через пятнадцать вернулись с охапками наколотых дров, прихваченных ими в каком-то дворе. Людмила Андреевна, протягивая руки к растопленной печке, рассказывала о случившейся трагедии — Белая гвардия вошла в крепость через так называемую Восточную позицию и, рассыпавшись по городу, стала арестовывать всех носивших военную форму и не умеющих говорить по-фински. Как говорили, на офицеров существовал какой-то проскрипционный «черный список», куда будто бы были включены фамилии некоторых. Никто этому значения не придавал, так как беспартийность русских офицеров была, казалось бы, вне сомнения. Но, по-видимому, такой список действительно был, так как, например, подполковник Высоких был арестован потому, что у него в квартире нашли разыскиваемого капитана Климова. Большая часть расстрелянных офицеров — артиллеристы крепостной артиллерии.

Я достал из кармана шинели свой сухпай, четверть ковриги ржаного хлеба и грамм двести соленного сала и буквально заставил оголодавших женщин немного поесть — Жуйте медленнее и неспеша, барышни, а то желудок с голодухи не выдержит. Мы сейчас вынуждены уйти — нам нужно в центр города, но мы попозже вернемся. Дождитесь нас, мы поможем вам выбраться из этого ада.

Женщины неверяще посмотрели на меня и неуверенно кивнули. Я подал знак своим проводникам и мы вышли на улицу, направляясь к цели нашего разведрейда. Уже подходя к центру города мы встретили двоих полицаев в такой же форме, только настоящие шюцкоры были рядовыми. Я изобразил злобного служаку и полицаи отдали нам честь. Мы минут двадцать уже наблюдали за зданием финской разведки, когда к входу подкатили пять легковых автомобилей, которые сопровождал грузовик, набитый вооруженными полицаями. Из автомобилей, на ходу разминая замерзшие конечности, начали вылезать немалые чины в форме. Не поверив своим глазам, я в упор разглядывал генерала Юденича, о чем-то разговаривающего с гражданским мужиком в богатой шубе. Меня толкнул в бок один из моих напарников, Кейлви Ярвинен — Господин в шубе — президент Столбер! А рядом с ним — генерал Энкель!

— Интересно девки пляшут! — я нащупал в кармане шинели гранату, раздумывая, смогу ли ею положить большинство фиников, в это время из здания вбежали местные разведчики, подобострастно расшаркивающиеся перед высоким начальством. Граната не решит проблему, всех не положит, да и мы уйти не успеем. — О чем они говорят?

— О какой-то медвежьей охоте. А, понял — они собираются поднять медведя из берлоги, местные обещают за два-три дня найти берлогу, привлекут местного знатока, за ним послали сани и скоро охотника привезут сюда.

На перекресток буквально влетели сани, запряженные саврасовой кобылкой, от которой валил пар. Из саней вылез приземистый фин лет пятидесяти, одетый в черную доху.

— Короче, парни! Кровь из носу, но вы должны выяснить адрес этого охотника и установить за ним наблюдение — мы должны узнать место охоты и сделать рядом засаду. Веса Хирвонен — остаешься здесь, мы ждем тебя на квартире русского подполковника. Все, уходим!

Оставив наблюдателя, мы не спеша шли по улице, проверяясь на наличие хвоста. Проходя мимо рынка под открытым небом, я обратил внимание на сани, запряженные оленем. Оказалось, что их можно купить и довольно не дорого. Как пояснили продавцы, хитровыебаные улыбчивые парни лет тридцати, к концу девятнадцатого века (времена голода в Финляндии) лесные северные олени были практически истреблены на ее территории. Только в районе Кухмо еще можно было изредка встретить отдельных особей или небольшие стада. Семья этих оленеводов решила разводить животных, отловив нескольких красавцев, сюда они добрались с севера, пытаясь получить за упряжки приемлемую цену. Недолго думая, я купил упряжку и, выяснив как управлять оленями, мы сели в необычную упряжку. Встречные жители со смехом встречали наши сани, махая руками.

Наше приобретение переполошило соседей Софийских, в чьем дворе мы решили на время спрятать наш транспорт, но несколько марок примирило их с временным неудобством.

Квартирка Софийских встретила нас теплом, мы получили чашки с горячим морсом из клюквы и меня забросали вопросами о жизни в советской России.

Невольные эмигрантки не могли поверить, что ужасы диктатуры пролетариата закончились и расстрелы бывших офицеров прекратились. Я честно отвечал, что проблемы с продовольствием пока еще остались, однако высказывал надежду на скорое решение этого вопроса.

Появление Весы прервало наше общение и я предложил семье убитого подпола покинуть Выборг и уйти с нами за кордон, в Россию. Те, недолго думая, согласились и, собрав в узелок памятные семейные ценности, погрузились в сани.

На выезде из города мы спрятали женщин под соломой, прихваченной из соседнего двора и прошли пост, угостив мерзнущих полицаев папиросками.

В дороге до охотничьей избы я от нашего финна узнал — охота намечается послезавтра, завтра же с утра местный Соколиный Глаз проведает известную ему берлогу и своими санями проторит к ней дорогу. Добравшись до отряда, я приказал своим сибирякам вместе с Весой в маскхалатах завтра утром затемно добраться до дома охотника и проследить за ним, не выдав своего присутствия — мы должны точно знать место охоты для подготовки засады. Оленя освободили от упряжи и покормили ягелем, пару мешков которого взяли у продавца.

Поужинав шашлыком из лосятины, женщин положили поближе к горячей печке, определили время дежурства, избавив от него троих разведчиков и легли спать.

Я встал пораньше, около трех ночи, проводил разведку, которую на оленьей упряжке отправил с Кейлви, который должен был вернуться назад, оставив разведчиков на окраине Выборга. Проверив секреты и поменяв на них бойцов, опять уснул.

* * *

После проведения инспекции работы выборгских разведчиков и просмотра рапортов и донесений штабистам был накрыт шикарный стол: lohikeitto (молочная уха) сводил с ума своим ароматом, аппетитный бульон на сливках с крупными кусками лосося без костей, картошки, лука и небольшого количества зелени и душистого перца не оставил ни кого равнодушным; мustamakkara (кровяная колбаса), рoronkäristys pottuvoilla (жаркое из оленины) таяла во рту, оленина получилась очень нежной, подавалась с брусничным соусом и лучшим гарниром к этому блюду — картофельным пюре; graavilohi из семги и форели мариновались в течение нескольких дней, а потому приобрели неповторимый вкус; kalakukko выглядил не слишком привлекательно, потому что напоминал обычный ржаной батон, однако внутри скрывалось настоящее гастрономическое чудо — это традиционный финский рыбный пирог из форели с беконом; копченный угорь; медвежатина в глиняных горшочках, котлеты из лосятины и все это запивалось горячим Glögi (Глёг), похожим по происхождению и рецептом на глинтвейн, безалкогольный напиток из виноградного сока, или сока других ягод; нефильтрованное пиво сахти стояло по соседству с французскими коньяком и арманьяком десятилетней выдержки.

Утром следующего дня большинство офицеров встало с похмелья, которое лечилось заранее оставленным пивом. Наскоро перекусив остатками вчерашнего застолья и выпив крепкого кофе, охотники разбирали ружья и грузились в сани, устланные медвежьими и оленьими шкурами, последними грузились полицаи охраны. Наконец санный поезд из пятнадцати саней потянулся из Выборга, финны в дороге хвастались своими охотничьими победами и мерялись размерами добытой ими ранее дичи, заключались пари, чей выстрел свалит хозяина леса. За километр до берлоги, когда лесная дорога практически затерялась среди соснового леса сани остановились и народ начал подходить к важному, буквально надувшемуся от сознания значимости, охотнику.

— Господа, прошу вести себя потише, лес любит тишину! — важно произнес устроитель охоты и в это время раздался винтовочный залп, Юденич успел бросить свое тяжелое тело в сугроб, второй залп накрыл охотников буквально через пару секунд. Стоявший столбом президент Столбер вышел из ступора и рухнул среди трупов и раненных, третий залп уложил большинство оставшихся в живых, пытавшихся дать отпор невидимым нападающим и по выживших стали выбивать одиночными выстрелами. Из леса появлялись призраки в белом, добивая раненых.

Раненного в плечо охотника, Юденича и Столбера подняли пинками, я указал на президента — Этого отпустить вместе с местным, перевяжите ему рану. Оставьте им ножи и пусть валят обратно, лошадок добить, нехрен оставлять финам подарки, генерала связать и на нарты, уходим! «Интересно, как прошла зачистка Разведпоста в Выборге? Все ли живы, не попали сами в руки полицаев?»

Через десять минут, собрав все патроны и документы офицеров, а также приглянувшееся их личное оружие, отряд растаял в лесу, оставив лошадиные и человеческие трупы. Столбер наконец-то выдохнул и потянулся за фляжкой с коньяком — следовало обмыть свое второе рождение.

Глава 4

Пара лучших моих пластунов, Антон Титаренко и Степан Грицацай, усиленная одним из финнов, получили задание проникнуть в развед-пункт и, получив максимум документов и информации, вернуться назад в охотничий домик. Эта пара прирожденных диверсантов под видом шюцкоровцев вошла в помещение разведки, в котором в это время начальник разведки генерального штаба отчитывал троих местных офицеров, чей доклад показался ему лишенным конкретики.

Мои бойцы первым вырубили ничего не понимающего полковника, остальных отправили на тот свет ножами. Сейф был раскрыт, так как проверяющий работал с его содержимым, поэтому полковнику влили в рот бутылку найденного коньяка и, собрав все бумаги и карты, моментально опьяневшего языка сунули в его шинель и нахлобучили шапку. Так под ручки его и вывели, бешено вращающего глазами, усадили в подготовленные сани, запряженные унылой мелкой лохматой лошадкой и домчали на нашу временную базу.

Выходя к своим, вырезали встреченный финский пограничный пост и уже на нашей стороне границы повязали наш секрет, в котором красноармейцы смолили цыгарки. Отп… дев слегка охреневших наших мудозвонов и обстоятельно напоследок внушив им, что курение на посту — это смерть, оставили ротозеев с бланшами под глазами и через сорок минут выбрались на позиции передового полка нашей дивизии, нацеленной на финнов.

Комиссар полка, от которого несло сивухой, попробовал было покачать права, требуя разоружить непонятных шпионов, но после моего апперкота комиссар прилег отдохнуть, а я, пользуясь случаем, не обращая внимания на опешивших красноармейцев, обратил внимание своих бойцов — Во время такого удара ваши бедра направляются ВНИЗ к полу, в то время как удар направляется ВВЕРХ в вашего соперника. Причина этого в том, что апперкот не берет свою силу от того, что вы отпрыгиваете от земли. Сила генерируется от вращений бедер, и чтобы почить мощное вращение вашего корпуса и бедер вы должны оставаться на земле низко. Мои бойцы дружно кивнули и взяли под контроль приходящих в себя красноармейцев.

Появление командира полка спасло ситуацию и охладило горячие головы тех, кто потянулся было к оружию. Я представился и предъявил свое удостоверение ВЧК. Молодой еврейчик, которого волной революции подняло на такую немаленькую должность после нажатия на точку на губе начал приходить в себя и я зло сплюнул — Эту гниду под трибунал, нечего ему в кожанке красоваться, пусть рядовым послужит, а нас ждут в Москве. Обеспечьте срочную отправку!

Добравшись до своего спецобъекта, я отправил женщин устраиваться в свободной комнате, решив их пристроить преподавателями к моим курсантам. За длительную дорогу мы сблизились в общении с Екатериной, восхищенно посматривающей на меня и скромно отводящей взгляд при встрече с моим. Ее мама, глядя на нас только качала головой. Напоследок я притянул к себе не сопротивляющуюся девушку и поцеловал ее в губы. Катерина доверчиво прижалась к моей груди, ответив неумелым поцелуем — Ты самая замечательная! Дождись меня — я сегодня вернусь поздно вечером!

Девушка кивнула и, покраснев, скрылась в выделенной им комнате. Мой братец поощрительно кивнул мне и показал поднятый вверх большой палец правой руки. Обе девушки были с восхищением восприняты Александром, шепнувшего мне на ухо — Умеешь ты, Андрюха, барышень подбирать!

Я же похлопал его по плечу и приказал привезти из леса и установить в клубе пушистую елку, а в Кремль доставить трехметровую красавицу — через пару недель наступит Двадцатый год и захотелось отметить его с русским размахом.

Накормленных и пропаренных в нашей баньке пленных я на санях под конвоем конных казачков доставил к Дзержинскому, с интересом разглядывающего нервничающего Юденича. Финского полковника сразу отправили на допрос, сам разведчик Дзержинского не заинтересовал.

Ну что, генерал! — Председатель ВЧК подошел к стоящему Юденичу и сверху вниз презрительно смотрел на пленного — Николай Николаевич, по отзывам бывших генералов, перешедших на нашу сторону, вы один из самых видных генералов Российской империи во время Первой мировой войны, «мастер импровизации». После выигрыша крупного сражения под Эрзурумом и овладения городом Трапезунд вы были награждены орденом Святого Георгия 2-й степени, после вас этот орден такой степени в Российской империи больше никто не получал.

Генерал расправил плечи и подтянулся, подняв свой подбородок, он наконец посмотрел собеседнику в глаза.

Дзержинский удовлетворенно кивнул и опять вернулся на свое место за столом — Генерал, есть ли желание послужить вашей Родине, наше молодое государство намерено вернуть России все потерянные в семнадцатом-восемнадцатом годах территории, недобитые остатки белых на Юге прислали нам предложение провести переговоры, которые с их стороны возглавит вернувшийся в Крым Врангель. Ошметки ВСЮР хотят избежать эмиграции и остаться в РССР. Кстати, переход на нашу сторону большинства уральских казаков и продолжающееся дезертирство солдат приведут к скорому краху и самозванному правительству Колчака.

Юденич при этих словах озадаченно почесал свою лысину и кивнул — господин Дзержинский, я готов послужить своей великой стране, подарок немцам, сделанный правительством господина Ульянова, возмутил меня до глубины души, правда господин Сорокин просветил меня, что отдача территории немцам было вынужденной мерой и Советы со временем вернут потерянное. Я готов принести присягу новой власти, а за свои слова я всегда отвечаю.

Дзержинский взглянул на меня, стоявшего у окна и контролирующего своего пленника — Николай Николаевич, по моим сведениям, так называемое правительство адмирала Колчака выделило вам десять миллионов франков, можно хоть часть этих денег переправить сюда, в Москву — у Советской власти почти нет валюты, эти деньги могли бы хотя бы частично помочь борьбе с голодом. Наше правительство решило отказаться от продаж на запад драгоценностей и золота.

Юденич подумал и ответил — Мне нужно связаться с генералом Кондзеровским, думаю Пётр Константинович тоже захочет вернуться и он имеет доступ к счетам. Если я пошлю весточку генералам Глазенапу и Владимирову, находящимся в Эстонии, то они также вернутся назад.

— Мы еще с вами побеседуем, товарищ Юденич! — Дзержинский подал мне знак и я вызвал конвойного. Дождавшись, пока Юденича уведут, мой босс подошел ко мне, открыл форточку и закурил — Вы меня снова удивили, Андрей Юрьевич! Вам наверное черт ворожит — у черта на куличиках в лесах под Выборгом нарваться на генштаб финнов и полностью его уничтожить!

— Повезло конечно. Сам в шоке. Не дай Бог еще прозовут уничтожитель штабов!

Дзержинский улыбнулся и подошел к своему столу, затушив в пепельнице окурок — Сегодня ваше награждение, едем в Кремль, товарищ Сорокин! Ваше представление на награждение всех участников операции в Финляндии я подписал, ваши бойцы тоже не останутся обделенными. На выходе из здания Лубянки нам встретился часовой с георгиевским крестом на груди — Пока вы охотились в Финляндии, Совнарком разрешил ношение царских боевых наград — Дзержинский несмотря на морозец надел фуражку и застегнул шинель. Нам пришлось немного подождать — авто никак не хотел заводиться.

Я и мой босс вошли в Кремлевский дворец. Как я уже узнал, Луначарский все-таки добился выселения из Большого Кремлёвского дворца семей всех членов правительства, исключение сделали для Ленина и его родных, однако весной намечался переезд семьи вождя в деревню Горки. Ленин выбрал в качестве места жительства старую усадьбу расположенную на возвышенности (фактически на горке). До второй половины восемнадцатого века усадьба называлась «Вышние Горки», принадлежала небогатому дворянскому роду Спасителевых, которые также владели деревней «Нижние Горки». В 1909 г имение приобрела Зинаида Григорьевна Морозова-Рейнбот — вдова Саввы Морозова.

Зинаида Григорьевна решила превратить небольшую усадьбу в крупнокапиталистическую ферму. Дом с двумя флигелями в неоклассическом стиле пережил реорганизацию усадьбы. В 1914 г главный усадебный дом украсили колоннами и барельефами, пристроили веранду. К флигелям пристроили полуротонды и портики с колоннами. По заказу Зинаиды Григорьевны возвели здания хозяйственного двора, водонапорную башню, конюшни и две беседки-ротонды.

Здание, в котором Ленин решил обустроить свою квартиру, расположено относительно далеко от главного усадебного дома. Оно одноэтажное, украшено колоннами. В 1918 г усадьбу с фермой национализировали, в зданиях разместили санаторий. Владимир Ильич Ленин впервые посетил «Большие Горки» в сентябре 1918 г. Он отдыхал в санатории, восстанавливался после ранения.

Семьи же всех кремлевских небожителей переселили в бывшую усадьбу Суханово, в которой осенью провели капитальный ремонт. Усадьба Суханово расположена рядом с деревней Суханово к юго-западу от города Видное Московской области, на высоком берегу речки Гвоздянки. К усадьбе прилегает ландшафтный парк с искусственными прудами. Неподалёку расположена Свято-Екатерининская пустынь. В 1918 году после революции по указу Святейшего Синода монахи мужского Свято-Екатерининского монастыря были переведены в разные монастыри Московской губернии. Екатерининская пустынь была определена для размещения 164 сестёр Красностокского женского монастыря, эвакуированного из Польши. Пустынь реорганизовали в трудовую артель, однако вскоре закрыли, а настоятельницу арестовали. Однако сейчас освобожденная настоятельница добилась повторного разрешения на открытие артели и теперь сестры на старом оборудовании шьют женскую одежду и постельное белье. Надеюсь, что здесь не возникнет секретная тюрьма для жертв репрессий 1937 года, как в реальной истории.

Награждение проводили в Георгиевском зале Кремля. Помимо меня и моих пластунов вместе с двумя сибиряками, ошалело рассматривающих дворец с открытым ртом, награждения ожидали Фрунзе, Буденный с двумя Георгиями на груди, Ворошилов, Миронов, Гая Гай, Федько, Тухачевский с орденами Владимира 4-й степени с мечами и бантом, Святой Анны 2-й степени с мечами, Святой Анны 3-й степени с мечами и бантом, Святой Анны 4-й степени с надписью «За храбрость» и Святого Станислава 3-й степени с мечами и бантом и Чапаев с Георгиевской медалью и солдатскими Георгиевскими крестами трёх степеней, удивленно поглядывающих на моих диверсантов, толпившихся около меня как цыплята возле курицы.

В моей реальной истории Чапаевской дивизии выпало сыграть роль палача Уральского казачества. Фурманов свидетельствовал: «Едва вступив на казачью землю, Чапаев «уловил, что с казаками бороться нужно иначе, чем с насильно мобилизованными колчаковскими мужичками… Главное здесь — не захватывать территорию, главное — уничтожать живую силу». И это стало обычной практикой. По всей земле казачьей не осталось ни кола, ни двора — ничего… Как будто и не жил здесь человек.» Такой масштаб террора не имел аналогов в практике расказачивания в других регионах. Оренбургское и Уральское войско было поставлено перед альтернативой — поголовное уничтожение с женами и детьми или исход «всем миром». Казаки выбрали второе. И начался, пожалуй, самый беспрецедентный эпизод гражданской войны, перед которым меркнут даже «ледовый переход» каппелевцев и знаменитая врангелевская эвакуация из Крыма. Уральские и оренбургские казаки уходили на юг, через пески Средней Азии, всем народом. С наседающей на пятки смертью уральцы прошли вдоль всего казахского и туркменского берега Каспия до Ирана, через Иран — к водам Персидского залива, где их подобрали английские военные корабли и перевезли в Австралию. Теперь же этой драмы не случилось.

Благодаря отмене расказачивания Чапаев получил в ряды своей дивизии опытных и умелых казачков, перешедших на нашу сторону.

Еще в июне — августе этого года, Восточный фронт Красной Армии разгромил армию Колчака на Урале. Советские войска провели ряд одновременных последовательных операций по восстановлению советской власти на Урале. Это был полный разгром колчаковцев. Окончательно утратившие инициативу, обескровленные и деморализованные, белые армии оставили Урал и отступили в Сибирь. В июне колчаковцы ещё избежали полного уничтожения, однако спаслись они не собственными силами, а благодаря наступлению армии Юденича на Петроград и ВСЮР Деникина на юге России.

Наконец появились Ленин, Калинин и Сталин в сопровождении своих помощников.

Нас наскоро выстроили в ряд вдоль стены, я покосился через плечо на витую колонну и затем с интересом косился на интерьер огромного помещения. Было немного холодно, из-зо рта шел пар. Я, в своих красных шароварах, которые теперь обязан носить на всех торжественных мероприятиях, с орденом Красного знамени и с почетным золотым оружием на боку со своими архаровцами оказался в конце строя, который замыкали бывшие сибирские охотники.

Фрунзе наградили орденом Ленина; Чапаева, Тухачевского, Буденного и Ворошилова — орденами Октябрьской революции; Миронова, Гая Гая и Федько — Боевым Красным Знаменем. Когда награждающие остановились около меня, Калинину подали папку и он торжественно, сверкая стеклами очков, зачитал — За беспрецедентную разработку операции по ликвидации Деникина и его штабистов, проявленное мужество при проведении операции под своим командованием товарищу Сорокину Андрею Юрьевичу присваивается почетное звания Героя Советской России с вручением медали Золотая звезда и ордена Ленина! — Калинин пожал мне руку и вручил две коробочки с наградами и удостоверениями на право их ношения, затем продолжил — За предотвращение покушения на товарища Ленина и на участников заседания в здании Московского парткома товарищ Сорокин Андрей Юрьевич награждается вторым орденом Ленина! — Калинин опять пожал мне руку и вручил еще одну награду с удостоверением и продолжил — За успешное выполнение задания правительства во вражеском тылу, за уничтожение Генерального штаба противника и за захват совершенно секретных документов товарищ Сорокин Андрей Юрьевич награждается орденом Октябрьской революции! Калинин отошел награждать моих бойцов, представленных мною к Боевому Красному Знамени и Красной Звезде, а меня поздравили Ленин и Сталин.

Ленин чуть развернулся влево и обратился к уже награжденным командирам — Вы, наверное, товарищи уже думаете, что стали прославленными полководцами и вам никакая учеба ни нужна! Однако вы ошибаетесь, товарищи! Всем нам надо учиться и еще раз учиться! После окончания Гражданской войны все вы, даже нарком, будете направлены командовать ротами в учебный полк, созданный товарищем Сорокиным, помимо этого там же будете постигать современную науку войны! Не улыбайтесь, товарищ Тухачевский, несмотря на ваши царские награды, вам исключения сделано не будет. Не бойтесь — через учебы в этом полку пройдут все наши красные командиры гражданской. И только после успешного выпускного экзамена вас направят сдавать экзамены в Академию советского генерального штаба. Только не надейтесь, что ваше героическое участие в Гражданской войне заменит вам знание предметов, необходимое для поступления в Академию. Советскому государству не нужны липовые академики. До встречи, товарищи! — Ленин с усмехнувшимся в усы Сталиным прошли дальше вдоль строя поздравлять награжденных, не обращая внимания на вытянувшиеся лица советских полководцев.

После награждения я отправил своих молодцов к выходу, а сам присоединился к горяче обсуждавшим слова Ленина командирам и достал из кармана широких штанин трофей — фляжку с отличным французским коньяком — Товарищи командиры, прошу не побрезговать трофейным напитком и выпить за наши награды, дай Бог не последние! — отхлебнув глоток обжигающего и горячащего пищевод напитка, передал стоящему рядом Чапаеву.

Тот выпил, прошелся пальцем по усам и крякнул — Хороша наливочка, как родная пошла!

Приняв от Василия Ивановича фляжку, Тухачевский, выпив, улыбнулся — Какая же наливка, это самый настоящий французский коньяк!

Чапаев неуверенно смотрел на меня, пытался что-то вспомнить, даже начал чесать затылок — Сорокин, Сорокин! Это не ты ли предотвратил прорыв белых в тыл моей дивизии? А я еще в сентябре гадал, на какой так спешно полк к позициям моего штаба перебрасывают.

— Я, конечно! Рано тебе было помирать, Василий Иванович!

— Да я, да ты мне лучший друг теперь, я тебе по гроб обязан! — Чапаев обнял так, что ребра затрещали.

Буденный вернул мне прошедшую по рукам всех командиров фляжку и предложил — А не прогуляться ли нам по морозцу, красота то на улице какая! По дороге заглянем ко мне — у меня найдется пара литров яблочной водки, кальвадос называется — под нее товарищ Сорокин расскажет, чему он нас учить собирается!

— А пойдем, только моих башибузуков в казарму отправлю! — я поправил саблю и мы всей гурьбой покинули Большой Кремлевский Дворец.

Глава 5

В доме номер Три по Романовскому переулку в Москве, построенному за девятнадцать лет до революции, всегда жили приближенные к власти люди. Так уж исторически повелось: на месте этого дома при Иване Грозном стояли покои для опричной обслуги.

Позже здесь обосновался боярин Никита Романов, его палаты занимали четную сторону переулка. Тогда переулок был частью Кисловских слобод: «кислошники» поставляли к царскому двору квас и соленья. Позже переулок назвали Шереметьевским.

Граф Николай Петрович Шереметев жил в особняке вместе с супругой, бывшей крепостной актрисой Прасковьей Жемчуговой.

Вплоть до Октябрьской революции жильцами комплекса были ведущие врачи и адвокаты той поры, артисты Московской консерватории и Большого театра. Сразу после революции в этом доме располагалась конспиративная квартира Сиднея Рейли, английского разведчика. В Москве Рейли легко и свободно вербовал советских служащих (в том числе и секретаршу ЦИКа Ольгу Стрижевскую) и получал от них нужные ему документы, в том числе свободный пропуск в Кремль по подлинному удостоверению сотрудника ЧК на имя Сиднея Релинского. Также выступал под собственным именем, под именами сотрудника УгРо Константинова, турецкоподданного негоцианта Массино, антиквара Георгия Бергмана.

Многие дела Рейли проваливались: попытка убить Ленина не удалась из-за отмены митинга, где тот хотел выступить, восстание левых эсеров провалилось, задание Локхарта организовать мятеж в петроградском гарнизоне тоже провалилось.

Удалось осуществить убийство эсером Яковом Блюмкиным немецкого посла Мирбаха и покушение на Ленина 30 августа 1918 года, которое чекисты объясняли «заговором послов». На заочном суде в ноябре 1918 года в Москве Рейли был приговорён к расстрелу и объявлен вне закона.

После разоблачения заговора Локхарта и убийства Кроми Рейли сбежал через Петроград — Кронштадт — Ревель в Англию, где стал консультантом Уинстона Черчилля по русским вопросам и возглавил организацию борьбы с советской властью. Он писал, что большевики — «раковая опухоль, поражающая основы цивилизации», «архивраги человеческой расы», «силы антихриста». «Любой ценой эта мерзость, народившаяся в России, должна быть уничтожена… Существует лишь один враг. Человечество должно объединиться против этого полночного ужаса».

В начале декабря 1918 года Рейли опять в России, в белом Екатеринодаре, офицер связи союзной миссии в ставке главкома ВСЮР Деникина. В начале 1919 года посещает Крым и Кавказ, с февраля по начало апреля 1919 находится в Одессе в качестве эмиссара. С апреля эвакуируется вместе с французами из Одессы в Константинополь, где недолго работает в британском комиссариате. В мае прибывает с докладом правительству в Лондон, участвует в работе Парижской мирной конференции. После недавнего признания Великобританией Советской России направлен в Москву для выяснения источников успехов Советов на политической арене и получения сведений о подразделении красных, уничтожившем сначала штаб Деникина, а затем и генеральный штаб финской республики.

Новой власти тоже приглянулся этот комплекс. После изгнания Троцкого из квартиры в Кремле, здесь он нашел временное пристанище в квартире № 62А. Одним из самых знаменитых обитателей дома был легендарный конник, «красный Мюрат», Семен Михайлович Буденный. Ворошилову и Фрунзе тоже достались квартиры в этом доме.

— Я вас сейчас с моей женой познакомлю! Надежда у меня настоящая казачка! — Буденный восторженно предвкушал попойку и не заметив, толкнул выходившего со двора, в котором виднелся чугунный фонтан. Двор отделён от проезжей части переулка оградой с закрытыми воротами и встречный нами товарищ как раз только вышел из калитки, как напоролся на нашу оживленную компанию.

После столкновения с Буденным человек в черном пальто нагнулся поднять слетевшую с его головы меховую шапку и, выпрямившись, выдавил на своем надменном лице подобие улыбки. Этот профиль даже с имеющейся аккуратной бородкой я не мог спутать ни за что на свете — передо мной стояла легенда английской разведки. — «Ай да я, ай да сукин сын! Мне чертовски везет в этом времени!»

Мой неожиданный удар в подбородок отправил в нокаут английского шпиона и я его подхватил не давая упасть — Помогите, друзья этого козла до квартиры Семена Михайловича дотащить! Ничего не понимающие Фрунзе и Чапаев подхватили мой нежданный трофей и вскоре я допрашивал Рейли, привязанного к стулу и еще не понимающего толком происходящего. Буденный, Ворошилов, Тухачевский и Гая Гай что-то накрывали на стол, а Василий Иванович вместе с Михаилом Васильевичем Фрунзе, Филиппом Кузьмичем Мироновым и Иваном Фёдоровичем Федько стояли позади меня, морщась каждый раз, когда я вставлял пленнику кляп и нажимом на болевые точки причинял тому жуткую боль. Заставив шпиона выдать всех завербованных им агентов, я с облегчением потянулся и еще раз пробежался взглядом по листку с фамилиями, именами и должностями — дело было сделано.

В квартиру неожиданно ворвался Дзержинский в сопровождении охраны — внимательно оглядев присутствующих, он с каждым поздоровался и ожидающе посмотрел на меня.

Позвольте представить — я кивнул на привязанного пленника — Британский подданный Сидней Рейли, секретный агент сотрудничавший со Специальным отделом Скотланд-Ярд и зарубежным отделом Британской секретной службы. Именно он стоял за покушением Фанни Каплан на Владимира Ильича; при его участии подкупили командира латышских стрелков, полковника Эдуарда Берзина, которому передали 700 тысяч рублей, чтобы личная охрана Ленина, нёсшая охрану Кремля — латышские стрелки, организовали мятеж и убийство советского правительства — «Я мысленно усмехнулся над значительностью суммы — зарплата Ленина тогда была 500 рублей в месяц». — Рейли координировал мятеж левых эсеров 6 июля 1918 года в Москве. Так же именно он организовал убийство эсером Яковом Блюмкиным немецкого посла Мирбаха. А это — завербованные им агенты. — я подал своему боссу листок и тот, скривившись пробежался по фамилиям.

Рейли отвязали и увели, Дзержинский пожал мне руку и, попрощавшись с награжденными вместе со мной командирами, покинул квартиру.

Через десять минут после горячего обсуждения задержания мною шпиона, наша компания перебралась за скудно накрытый стол, главным украшением которого были Кальвадос и десяток банок тушенки в саморазогревающихся банках шестнадцатого года выпуска, привезенной с фронта. При повороте днища вода вступала в контакт с негашеной известью, в результате чего выделялось много тепла и тушенка разогревалась.

За годы Первой мировой войны в России было сделано столько консервов, что ими питались всю гражданскую войну и белые, и красные.

Кальвадос пили из серебряных стопок, трофея Буденного. После третьей стопки на меня насели наши доблестные командиры, только Фрунзе помалкивал. Его кумиром был великий восточный полководец Тамерлан, сам Фрунзе чем-то его напоминал. Полководцем он был талантливым, причём от природы, без соответствующего военного образования и военного опыта, командования полками, дивизиями и корпусами. Обладал редкой интуицией, умел находить неординарные решения, порой шёл на риск и всегда выигрывал. С одной стороны, проявлял жестокость, с другой — рыцарство и гуманизм. Он быстро навёл порядок в 4-й красной армии, которая взяв Уральск, стала разлагаться. Солдаты не хотели идти зимой в степь, штурмовать казачьи станицы. На попытки восстановить дисциплину солдаты ответили бунтами, убили члена Реввоенсовета Линдова, представителей центральной власти Майорова и Мяги. Фрунзе простил мятежников, даже убийц высокопоставленных лиц. Завоевал авторитет командира. В феврале 1919 года 4-я армия глубоко вклинилась между силами оренбургских и уральских казаков, выдвигаясь на линию Лбищенск — Илецк — Орск. Путь на Туркестан был открыт. Заново была создана ударная 25-я дивизия под началом Чапаева. На базе нескольких разрозненных частей, прорвавшихся из Туркестана, Фрунзе сформировал Туркестанскую армию. Он стал командующим Южной группы армий. Она была нацелена на разгром уральского и оренбургского белого казачества. Теперь же он — военный министр и хотел разобраться в тактике и стратегии новой войны, которую Сорокин пытался донести до опьяненных победами прославленных военачальников РККА.

— Семен Михайлович, время кавалерии уходит, пришла эра авто-бронетанковых соединений. Пуленепробиваемый броневик, вооруженный даже не пушкой, а крупнокалиберным пулеметом окажется крепким орешком, а если на пути конницы окажутся три, пять таких броневиков все просто перейдут в разряд мертвецов. Василий Иванович, вы же поняли мощь применения техники — с лошади вы пересели на автомобиль!

Чапаев задумчиво кивнул — после ранения в бедро еще в Первую Мировую, верховая езда для него стала в тягость. Именно поэтому одним из первых красных командиров Чапаев пересел на автомобиль. Всего их было три модели. Началось все с «Стевера», который сильно трясло на бездорожье и Чапаев достаточно быстро раскритиковал данный автомобиль.

Следующим был паккард красного цвета. Можно сказать, что данный автомобиль действительно подошел. Возможно даже, что Василий Иванович любил его. Хороший мягкий, удобный. Кому бы он не понравился? В каждой бочке мёда всё-таки присутствует ложка дёгтя. Так и в этом случае. Машина была ярко красного цвета, что в военных условиях затрудняло её перемещение по фронту. А также очень плохая проходимость привела к тому, что у Чапаева всегда были в запасе еще два автомобиля — неприхотливые Ford Model T. Генри Форд стремился сделать простое и дешёвое средство передвижения. И у него это получилось. Конечно за счёт удешевления всего что можно. Использовались самые простые материалы. Однако машина получилась очень удачной. Небольшой вес, скоростные характеристики (до 70 км/час), и проходимость сделали её настоящим боевым товарищем для многих, в том числе и для Василия Ивановича.

Я же продолжил под действием алкоголя в крови свой спор — Танки со временем модернизуются и станут более проходимыми и скоростными, смогут нести мощные орудия, их броня будет становиться все толще и как вы, товарищи командиры собираетесь воевать с этими бронированными монстрами? Нужна будет мощная артиллерия. Авиация станет ударной силой, живая сила, укрепления и танки будут уничтожаться мощными бомбами с воздуха. Кавалерия станет ездящей на лошадях пехотой, приехали к месту боя, слезли и в укрытия. В крайнем случае прорыв конницей заранее обработанных артиллерией позиций противника и рейд по его тылам с уничтожением тыловых служб, штабов, складов, мостов. И еще — нельзя экономить на боеприпасах и снарядах — люди важнее, обучение опытных бойцов стоит не только денег и продовольствия, но и времени, потраченного на его обучение. Что мы, что белые зачастую бросали людей в лобовую атаку без предварительной разведки, зачастую без использования преимущества артиллерии. В моем учебном полку вы будете не просто учиться, а сами создавать новую тактику и стратегию.

* * *

На спецобъект я вернулся уже протрезвевший, мне навстречу из здания, отданного под квартиры, вышла Катя, смущенно бросившаяся мне на шею — Я заждалась твоего возвращения! Твои солдаты установили в клубе елку и мы только недавно закончили ее наряжать, пойдем взглянешь — вроде получилось очень красиво, совсем как раньше!

— Катюша, я прошу твоей руки, с первой встречи я буквально потерял голову!

— Я согласна! Я то же тебя… — девушка запнулась и покраснела — Тоже тебя люблю! Ты настоящий офицер, бесстрашный и благородный, папенька, будь жив, дал бы свое благословение!

Я прижал к себе Катю и наши губы слились в долгом поцелуе, луна выглянула из-за облаков и осветила нас, стоящих среди кружащих снежинок, тишина вокруг иногда прерывалась рычанием собак, демонстрирующих выполнение своих обязанностей бдительных сторожей.

На втором окне отодвинулась штора — Катина мама немного посмотрела на нас и с улыбкой отошла от окна.

* * *

На следующий день Ленин за столом для совещаний в окружении Дзержинского, Сталина и Калинина с интересом слушали рассказ Фрунзе о вчерашнем задержании английского шпиона, невольным участником которого и стал сам нарком военных и морских дел.

— Невероятный везунчик — резюмировал Владимир Ильич, на что Дзержинский возразил — Помимо везения Пророк наблюдателен и имеет не просто фотографическую память на лица, он только по приметам шпиона, по составленному захваченным агентом его описания внешности смог его опознать.

— Какое впечатление произвел на вас товарищ Сорокин?

Фрунзе немного подумал и ответил — Удивительный знаток тактики и стратегии, его предвидения развития военного искусства и техники поразительны! Я бы с удовольствием поработал с ним вместе, мне кажется, что Андрей Юрьевич прекрасно бы справлялся с обязанностями моего заместителя.

Сталин усмехнулся в свои усы, а Дзержинский немедленно вмешался — Он и на своем месте в ВЧК меня вполне устраивает!

Ленин отпил горячего чая и задумчиво произнес — Интересно, получается — вчерашний отличник гимназист просто поражает наркомов своими знаниями и идеями! И даже Маркса критикует, приводя логичную аргументацию, которая от марксизма почти ничего не оставляет! Кстати, что еще за очередная идея товарища Сорокина устроить в Кремле елку! Нам еще рождественских предрассудков не хватает! С поповскими обычаями нужно заканчивать, церковь мы отделили от государства, а сами будем отмечать церковный праздник?

— Пророк предлагает отмечать встречу Нового года, украшая елкой празднование не Рождества, а только новогоднего праздника, а уж если верующие хотят у себя дома праздновать церковные праздники — мешать им не имеет смысла, тем более граждане имеют свободу вероисповедания. Я согласовал с Мальковым размещение в Георгиевском зале привезенной сотрудниками Сорокина просто сказочной ели — Дзержинский достал было папиросу, но отложил ее обратно в портсигар — За день до Нового года протопим дворец и у наряженной елки накроем банкетный стол для членов ВЦИК, а утром Первого января для детей наших сотрудников устроим театральное представление, я уже договорился с актерами Малого театра, они с радостью согласились за дополнительный продовольственный паек.

Ленин встал и подошел к окну, любуясь заснеженным Кремлем. Сразу же после Октябрьской революции Советское правительство провело ряд мероприятий, в результате которых театр впервые стал действительно доступным для широких трудящихся масс и значительно повысил свое просветительное и идейно-воспитательное значение. Культивировавшие пошлое искусство частные театры фарсов, миниатюр были закрыты, театральный репертуар очищен от салонных, бульварных, антихудожественных пьес, место которых заняли лучшие произведения русской и зарубежной классики, а затем и советские пьесы. Подписанный им, Лениным 26 августа 1919 г. декрет «Об объединении театрального дела» установил, что театры, «признаваемые полезными и художественными», являются национальным достоянием и субсидируются государством.

Крепнущая связь театра с жизнью страны проявилась уже в годы гражданской войны, когда десятки актерских коллективов выезжали на фронт с концертами, спектаклями и там встречали горячий прием у красных бойцов.

Несмотря на огромные трудности, вызванные гражданской войной, разрухой, голодом, потребность в театральном искусстве ощущалась настолько сильно, что по всей стране стали возникать сотни новых театров и театральных студий. Только в Москве в это время было более ста профессиональных театров, принадлежавших к самым различным творческим течениям. Продолжали действовать старые реалистические театры — Малый, Московский Художественный.

— Когда Камо и Пророк отправляются в свое турне? — вопрос Ильича не застал Дзержинского врасплох.

— В середине января, Владимир Ильич! В Берлин как раз готовится наша делегация наркомата иностранных дел, вот в ее состав и включим группу Сорокина. После открытия в Берлине конторы по продаже акций финансовой пирамиды то же самое планируется в Париже и Лондоне. Из Саутгемптона наши аферисты на трансатлантическом лайнере Olympic отправятся в США, куда они прибудут через неделю.

— Хорошо! Давайте прервемся и встретимся через час на совещании совнаркома.

Глава 6

Утром я на коленях попросил руки своей избранницы у ее матери, решив до отъезда жениться и захватить в турне свою жену. Получив благословение, обрадовал своих тетю и брата скорой свадьбой и пробежался по Спец-объекту с инспекцией. Не найдя к чему придраться, позанимался с китайцами и на санях рванул на Лубянку.

После планерки пригласил Дзержинского и начальников отделов на свадьбу, сразу предупредив, что помимо регистрации в ЗАГСе я намерен обвенчаться в церкви. Член коллегии ВЧК Кедров озадаченно спросил — Разве коммунист может участвовать в поповских обрядах? При этом председатель ВЧК хитро с прищуром ждал моего ответа.

Я усмехнулся — наивные романтики революции, сейчас я вас ошарашу такими бронебойными аргументами: В одна тысяче восемьсот сорок третьем году Карл Маркс венчался со своей женой Женни фон Вестфален. Через венчание в церкви стали мужем и женой Владимир Ильич и Надежда Константиновна Крупская, товарищ Дзержинский тоже женат, а до революции все браки заключались только в церкви!

Я с удовольствием посмотрел на своих коллег, большинство которых стояли с упавшими нижними челюстями. Только Феликс Эдмундович едва заметно улыбался, затем я первым покинул кабинет, задав себе риторический вопрос — кто решится прийти ко мне на свадьбу, затем пригласил по телефону в качестве гостей Фрунзе; Буденного которого я ошарашил этой новостью, не позабыв его попросить прихватить с собой отдыхающего в Москве до середины января Чапаева; Сталина; Камо, с которым предстоит командировка по миру. Затем, посомневавшись, красивыми завитушками на чистом листе бумаги написал приглашение на бракосочетание и венчание в Смоленском Соборе бывшего Новодевичьего монастыря супругам Ульяновым. Бракосочетание я назначил на субботу двадцать седьмого декабря в одиннадцать часов.

С поисками священника проблем не было — с моего разрешения и после взятия с него расписок о неразглашении при соборе поселился иеромонах, который освободился из лагеря и долго бился в кабинеты ЧК с ходатайством жить в любом московском монастыре. Я с ним встретился, понял, что монах не глуп и вреда от него не будет, разрешил ему присматривать за имуществом храма, сюда же перенеся предметы Богослужения из Покровской надвратной церкви.

В субботу на спецобъект привезли сотрудницу ЗАГСа, процедуру бракосочетания решили провести в клубе. К назначенному сроку стали собираться приглашенные гости, все инструктора моего Спецобъекта были также приглашены и курсанты остались под командованием только назначенных из их числа командиров отделений. К одиннадцати часам прибыли все приглашенные, последними добрались Ленин с Крупской в сопровождении многочисленной охраны. Сцену помещения клуба украшала наряженная елка, под потолком на протянутых нитках висели вырезанные из бумаги снежинки.

Свидетелями на нашей свадьбе были мой брат и сестра невесты. Расписавшись в толстой книге и выслушав поздравления работницы ЗАГСа, накинув верхнюю теплую одежду, процессия во главе с женихом и невестой направились в храм.

Крупская шепнула мужу на ухо — Завтра по Москве пойдут слухи, что ты, Володенька, по церквам шастаешь! Причем вместе со всей верхушкой ВЧК и части наркомов.

— Ленин заговорщически прижал к себе жену и ответил — Главное, чтобы не обвиняли в похождениях по любовницам. А церковь что? Забыла, Наденька, как мы с тобой так же перед аналоем стояли?

* * *

Через сорок минут выйдя из украшенного еловыми ветками Собора, мы направились к столовой, в которой закончили обедать курсанты и дежурные по столовой сдвигали столы в виде буквы П и накрывали их праздничными скатертями, которые как и все на рынке стоили сущие копейки, меняясь в основном на еду. Вчерашний подледный лов рыбы протянутой через проруби сетью обеспечил свадебный стол ухой, жаренной рыбой и рыбными котлетами, сомятиной в кляре. Камо задействовал свои связи и на столе стояли кавказские вина, я же смог достать бочонок крепкой медовухи.

Моя тетка временами промакивала глаза платочком, радостно поглядывая на меня и мою жену, брат неуверенно косился на руководителей республики. Сталин и Фрунзе с интересом прислушивались и приглядывались к моим пластунам, сибирякам и бывшим офицерам, ставших на Спец-объекте инструкторами и преподавателями. Чапаев вместе с Буденным о чем то с хохотком вспоминали, фыркая тихо в усы. Владимир Ильич поднялся и я вилкой постучал по фужеру, вмиг народ стих, устремив взгляды на вождя.

— Дорогие товарищи! Сегодня родилась новая советская семья, новая ячейка нашего общества! Товарищ Сорокин сумел нанести нашим врагам, противникам Советской власти урон, сравнимый с ударом целой Армии, за что его героизм и оценен так высоко и нашей Партией и правительством.

Семья Сорокина, от имени совнаркома хочу вас обрадовать — Германия в в качестве выплаты репараций произведет в нашей стране строительство восьми заводов: станкостроительного, сталелитейного и механообработки стали, электромеханического, производство портландцемента, двух по производству бетона, автомобильного и оружейного по производству автоматического оружия.

Также немцы обязуются в Москве построить пять десятков жилых высотных зданий, квартиры которого будут оснащены всеми современными благами западной буржуазии. Первые два дома будут возводиться согласно генерального плана «Новая Москва», разработанного специально организованной архитектурной мастерской Моссовета под руководством Алексея Щусева и Ивана Жолтовского. В его основу положена традиционная для города радиально-кольцевая планировка и принцип сохранения большинства старинных сооружений. Но при этом Московский Кремль будет использоваться как музей, общественный центр столицы перенесется в Петровский парк, а силуэту города придадут конусообразный вид. Щусев собирается перенести административный центр на Петербургское шоссе, так что всем наркоматам предстоит большое переселение.

По этому плану лучшие старинные здания будут отремонтированы и государство будет нести охрану их художественной ценности. Интересно, что с генпланом «Новая Москва» связан замысел создания вокруг Москвы (за кольцевой железной дорогой) многочисленных рабочих посёлков типа европейских городов-садов. Будем делать Андрей Юрьевич, твою сказку о прекрасной жизни для простого народа, былью.

Так вот, Семья Сорокиных имеет полное право выбора квартиры в первых новых домах. Немцы берутся их возвести за год, следующим они за три года построят небоскреб из стекла и металла, в котором разместятся несколько наркоматов.

Крупская тронула мужа за руку и тот, взглянув на нее, наконец то закончил свой спич — Что-то вино у вас на свадьбе горькое, подсластить бы надо, горько!

Гости дружно за вождем подхватили «Горько»!

Мы с Катей встали и поцеловались, причем этот поцелуй уже сильно отличался от нашего первого, когда моя суженная продемонстрировала абсолютную неопытность в отношениях с мужчиной. Сейчас же я любовался своей женой — Белое платье и фата ей очень шли, на плечи было накинуто горностаевое манто, мой подарок на свадьбу. Моя Екатерина выглядела как Великая княжна или царевна, я не мог ею налюбоваться.

Затем изрядно поддатые гости начали одаривать молодоженов подарками. Мы с улыбками на лице принимали китайские фарфоровые сервизы, гобелен предположительно фламандской мануфактуры, серьги с крупными изумрудами, пару комплектов шелкового постельного белья, отрез ткани из кашемировой шерсти, самовар с медалями на боку, граммофон с пластинками, пару килограммов зеленого китайского чая, зная мою страсть к холодняку, мне подарили несколько клинков, наверняка экспроприированных из чьей-то коллекции, каминные часы.

Через час гости стали разъезжаться, Ленин, прощаясь, обратился ко мне — Голубчик, завтра в десять утра я жду вас на совещании Политбюро Центрального комитета Партии, прошу не опаздывать!

Я помог Крупской надеть пальто и проводил Ульяновых до их автомобиля.

Дзержинский со всем руководством ВЧК погрузились в автомобили и кортеж из десятка легковых машин покинул Спецобъект.

Постепенно все рассосались, в столовой остались пластуны, из своих запасов доставшие самогон. Они впервые после поступления на Спецобъект смогли напиться — у меня соблюдался строгий сухой закон.

Я с женой дошли до спальни, оставив за дверью моих родственников и присоединившихся к ним Буденного с Чапаевым. Катя скинула манто и медленно стала освобождаться от платья. Я разделся и стал помогать супруге, шелковая сорочка упала с ее плеч и золото волос рассыпалось по плечам, доставая до упругой попы. Жена смущенно попыталась прикрыть свои прелести, но я развел ее руки и нежно поцеловал в губы, раздвигая их своим языком и проникая дальше, затем ласки перевел на шею, под моими губами билась едва заметная жилка. На роскошной груди стали твердыми два набухших розовых соска, проведя по ним языком, я почувствовал возбуждение неопытной девушки, поцелуями ее шеи я еще более заводил ее молодое, не знающее мужчин тело.

Тело моей жены сотрясала крупная дрожь, я уложил Катю на кровать, продолжая ласкать ее эрогенные зоны. Мой взгляд опустился на лобок жены, и я сделал себе зарубку в памяти — обязательно удалить острой бритвой все волосы на ее лобке, мохнатки меня не очень то возбуждали, не понимаю Тинто Брасса с его влечением к волосатым интимным зонам женщин.

Раздвинув ноги, я провел пальцем — ее лоно уже было готово принять меня и я не спеша вошел в нее, с трудом преодолев преграду. Катя застонала и я, не желая ей причинять боль, вышел из ее тела и из кувшина обмылся, снял испачканную в крови простыню и застелил новую, пока моя жена подмывалась.

— Дорогая, тебе может показаться странным мое желание, но тебе сейчас нельзя продолжить заниматься любовью, однако ты сможешь это сделать губами.

Усадив Катю на кровать, я ее поцеловал и она закрыла глаза, стараясь не смотреть на мой член у ее лица. Я им раздвинул ее губы и и попросил аккуратно сжать ртом его головку, надавливая на затылок я задал нужный мне темп и разрядившись, прижал ее голову сильнее, получив наконец классный оргазм. Как же мне этого не хватало! Приходилось держать свои желания в кулаке — то мечешься как гончая, то пашешь как вол, времени на сон толком не оставалось.

Мимолетных связей я опасался — не хватало подхватить сифилис. Свои эротические потуги приходилось гасить медитацией и занятиями цигун.

Свой первый сексуальный опыт Катя восприняла без внутреннего отторжения и когда я лег на спину сама неумело принялась ласкать языком и губами сморщившийся отросток, доведя его до готовности продолжить любовный забег по новой. Черт, возьми, какая же умница моя избранница! Как я ее люблю!

* * *

После утренней пробежки и спарринга с китайцами, обтерся снегом, посвежевший и получивший заряд бодрости поспешил в Кремль, мельком заметивший шушуканье Кати с ее сестрой, которая жаждала выведать подробности самого процесса.

Представ перед членами Политбюро, я вытянулся в струнку, не понимая причины вызова. Ленин, Троцкий, Каменев, Крестинский, Сталин и кандидаты в Политбюро — Зиновьев, Бухарин, Калинин рассматривали меня каждый по своему: Ленин поощряюще улыбался, лицо Сталина было внешне непроницаемым, только в его хитрых глазах проскакивали веселые искры, Калинин задумчиво поблескивал стеклами своих очков. Троцкий смотрел как на врага народа, Крестинский, Зиновьев, Каменев и Бухарин со смесью зависти и презрения.

Наконец вождь удовлетворенно оглядел своих соратников и произнес — Сегодня я с полным удовлетворением хочу поставить на рассмотрение Бюро кандидатуру Андрея Юрьевича Сорокина, который на своем посту в аппарате ВЧК проявил себя как непримиримый борец с прохиндеями, авантюристами и приспособленцами, можно даже сказать, хамелеонами, пробравшимися в Чрезвычайную комиссию. (Слово хамелеон, услышанное однажды от Сорокина так понравилось Ильичу, что он его частенько вставлял в свои речи).

Товарищ Сорокин также умело устраняет всех врагов нашей республики, не зря первым получив звание Героя Советской России! Вчера товарищ Сорокин стал семейным человеком, а значит повзрослел и такой потенциал грех нам не использовать. Я хотел было предложить товарищу Сорокину должность председателя Ревизионной комиссии после его возвращения из Америки, однако наблюдая беззубость Курского, Луначарского и Цивцивадзе, которая возможно проявляется из-за загруженностей этих товарищей своей основной работой в своих наркоматах, я решил произвести перемены уже сейчас.

На следующем съезде ВКП(б) мы утвердим переизбрание членов Ревизионной комиссии. Товарищ Сорокин останется членом Коллегии ВЧК, он станет курировать органы безопасности. Может кто-то хочет высказаться?

Калинин прокашлялся и встал — Товарищ Сорокин вполне заслужил войти в состав Полити́ческого бюро́ Центра́льного комите́та нашей всенародно любимой партии!

Ленин довольно кивнул и посмотрел на Сталина. Не вставая, Иосиф Виссарионович поддержал мою кандидатуру — Товарищ Сорокин проявил себя как настоящий коммунист, он своим примером демонстрирует и чекистам и красным командирам облик настоящего коммуниста!

— Кто за то, что бы Андрея Юрьевича Сорокина назначить Председателем Ревизионной Комиссии и ввести его кандидатом в члены Политбюро Партии? — Ленин первым поднял свою руку, Сталин отзеркалил его жест, остальные члены Политического Бюро нехотя подняли свои ладони и Ленин резюмировал — Единогласно! Поручим новому Председателю подобрать кадры и за работу!

— Товарищи, прошу согласовать переименование комиссии — правильнее ее называть Комиссией Партийного контроля.

— Что ж, батенька, ваше предложение довольно интересное и я не против! — Ленин посмотрел на своих коллег — Возражения будут, товарищи? Возражений нет. Поздравляю вас, кандидат в члены Политбюро при ЦК, председатель Комиссии Партийного контроля товарищ Сорокин! Присаживайтесь — как кандидат вы имеете совещательный голос в совещаниях Политбюро.

Я сел на свободный стул и Сталин поинтересовался — Андрей Юрьевич, вы уже знаете кого можно привлечь для работы в Комиссии?

— Как не странно это покажется, но я знаю тех, кто сможет выполнять эту работу, не запачкавшись в грязи коррупции. Это Розалия Самойловна Землячка, начальник политотдела Тринадцатой армии и Лев Захарович Мехлис, комиссар сорок шестой стрелковой дивизии.

Ленин уважительно на меня взглянул и спросил — Да, Демон революционерка со стажем, известна своей честностью и несгибаемой волей, целиком и полностью поддерживаю ваш выбор, а вот откуда вы знаете товарища Мехлиса?

— В поисках кадров для черезвычайки я просмотрел дела огромного количества людей, уверен в честности и партийной принципиальности Льва Захаровича.

— Хорошо, начинайте работать, товарищ Сорокин. На повестке следующий вопрос — Грузия. Доложит о нынешнем состоянии дел товарищ Сталин.

— В мае восемнадцатого года была провозглашена Грузинская Демократическая Республика. В акте о независимости не определялись границы Грузии, немцы решили помочь Грузии в деле обеспечения её границ. В Грузии стали формировать отряды Народной гвардии численностью около десяти тысяч человек под началом Джугели. Затем формирование грузинской армии занялся подполковник русской царской армии Георгий Мазниев (Мазниашвили). К середине июня восемнадцатого года более пятнадцати тысяч германских войск с авиацией и артиллерией находилось в Закавказье, Грузия начала округлять свои владения за счёт осетин, лезгин, аджарцев, татар, армян. В результате национальные меньшинства составили более половины населения новоиспечённого государства. Весной восемнадцатого года вооруженные силы Грузии вторглись в Абхазию, свергли местную советскую власть и установили свой контроль над её территорией. Этот процесс сопровождался столкновениями между большевиками и вооруженными отрядами меньшевиков, которые после Октябрьской революции заняли руководящие должности в Сухуме. Ефрему Эшба, Нестору Лакоба и Георгию Атарбекову удалось добиться преимущества за счет привлечения дополнительных сил из сельских районов. В апреле восемнадцатого года грузинские товарищи установили контроль над Абхазией. В мае грузинские отряды атаковали наши части и захватили Сухуми. Генерал Мазниев был назначен генерал-губернатором Абхазии, давил большевистское сопротивление. Абхазский национальный совет, чтобы сбросить власть грузин, решил попросить помощи у Турции. В ответ грузинские власти разогнали Абхазский совет. Уже во второй половине мая нашим товарищам под напором грузинской армии пришлось оставить Сухум, Новый Афон, Гудауту и Гагру. Отступая, или вернее сказать, бежав, наши товарищи бросали орудия, пулеметы и снаряжение. Против большевиков начались репрессии со стороны новой администрации Грузии. В числе прочих под арест попал Лакоба, прокатилась волна убийств среди русского и армянского населения. В свою очередь, Абхазский национальный совет (АНС) обратился к командованию белой Добровольческой армии с предложением ввести войска и изгнать грузин с Сухумской области. Грузинское меньшевистское правительство санкционировало массовое переселение в Абхазию грузинских крестьян. На территории Абхазии была создана епархия Грузинской православной церкви.

Второго июля грузинские войска пересекли границу Сочинского округа и приступили к аннексии российской территории. В то время Кубано-Черноморская Советская Республика находилась на грани краха под ударами деникинцев и восставших кубанских казаков, и не могла организовать существенный отпор. Пользуясь поддержкой населения, грузинские войска заняли к третьему июля Гагры и Адлер. Выбив наши части с позиций у реки Кудепста пятого июля, они вошли в Сочи.

Войска Красной Армии предпринимали попытки контратаковать, однако после серии боев с в июле грузинские войска полностью завладели инициативой и двадцать седьмого июля вошли в Туапсе. Продолжая наступление, грузинские войска встретились с основными силами РККА общей численностью около четырех тысяч человек во главе с Антоновым. Это войско имело три пушки, бронепоезд под названием «Борец за свободу № 2» и множество пулеметов. После шестичасового упорного боя отряды Красной армии Антонова потерпели поражение и рассеялись. Сотнями исчислялись количество раненых и убитых красноармейцев. Разбит бронепоезд, сожжен паровоз и пойман весь состав поезда, захвачены две пушки, 30 пулеметов, огромное количество пуль для пулеметов, гранаты и винтовки. Захватили также исправную полевую кухню, целый поезд с машинами для рытья ров, муку, консервы в ящиках, целое имущество связи, стадо баранов, четыре состава поезда.

По приказу Правительства Грузии, Мазниашвили должен был занять железнодорожную линию Туапсе-Майкоп с тем, чтобы вывести оттуда обещанные Кубанским правительством хлеб и нефть. Полностью выполнить приказ не удалось, так как коренным образом изменилась военно-политическая обстановка в регионе. Вся прибрежная территория к сентябрю 1918 года была оккупирована и объявлена «временно присоединенной к Грузии».

Между добровольцами и отрядом Мазниева уже налаживалось взаимодействие, но отступавшая из-под Новороссийска советская Таманская армия под командованием матроса-черноморца Матвеева выбила грузин из района Туапсе к Сочи.

Во время похода Таманской армии, которая отступала под натиском добровольцев, наши войска в конце августа 1918 года столкнулись с частями пехотной дивизии Грузинской республики в районе Геленджика. Грузинская армия, базировавшаяся в Туапсе, занимала побережье Чёрного моря до Геленджика. Таманцы легко сбили передовой заслон грузин 1 конный дивизион в 250 сабель и 26 августа заняли Геленджик.

Продолжая наступление в августе подошли к Архипо-Осиповке, где натолкнулись на более серьёзное сопротивление. К грузинским передовым силам подошло подкрепление — остальные батальоны пехотного полка всего 2000 штыков и морская артиллерийская батарея на траулерах. Грузины открыли сильный огонь и остановили таманцев. Тогда наши войска с помощью кавалерии обошли врага и полностью его разгромили. Грузины понесли серьёзные потери, таманцы заняли Ново-Михайловскую. 1 сентября таманцы в жестоком бою, снова применив обходной маневр конницы, разгромили грузинскую дивизию и взяли Туапсе. При этом таманцы, которые уже практически исчерпали свои боеприпасы, захватили в Туапсе большое количество трофеев: 16 орудий, 6000 снарядов, 10 пулеметов, 800000 патронов, 1 паровоз, 100 вагонов, вооружение и запасы грузинской пехотной дивизии. Это позволило Таманской дивизии продолжить поход и успешно прорваться к своим.

После ухода таманцев из Туапсе, грузины снова заняли город. Практически одновременно с ними в город вошли и добровольцы, конница Колосовского. Когда же преследующий таманцев добровольческий конный полк занял 26 августа Туапсе, обнаружилось неожиданное: к юго-востоку от него грузины сосредоточили до 5 тыс. пехоты, спешно сооружают у Сочи и Адлера оборонительную линию фронтом на север — против Добровольческой армии, — а генерал Мазниев заменен генералом Кониевым. Приняв представителей добровольцев, Кониев без обиняков заявил, что столь резкая перемена в отношении к ним — результат указаний германского командования. Его словам тут же нашлось веское подтверждение: на усиление грузинских войск у Дагомыса и Адлера высадились две десантные группы немцев. Штаб Добровольческой армии расценил это как угрозу Новороссийску. Одновременно первыми пароходами, прибывающими из Поти, Сочи и Сухума, в Новороссийск хлынули русские беженцы. Они сообщали будоражащие подробности о беспощадных гонениях против русских, умоляли избавить Сочинский и Сухумский округа от грузин. Привезенные ими грузинские газеты были полны обвинений Добровольческой армии в «старорежимности», ее начальники именовались «черносотенцами». Новороссийск взят Добровольческой армией 13 августа 1918.

По поручению Деникина, бывший генерал-квартирмейстер штаба Кавказского фронта Е. В. Масловский, выехал в район Туапсе. Он должен был объединить все антибольшевистские силы на Черноморском побережье до Майкопа. При этом, опираясь на свой авторитет бывшего генерал-квартирмейстера штаба Кавказского фронта, Масловский должен был включить Черноморскую область в сферу Добровольческой армии. Командование Добровольческой армии принимает решение захватить Сочинский округ. Этому попытались помешать англичане и стали готовить туда высадку своего десанта. Воспользовавшись сочинским конфликтом, они могли легко прибрать к рукам спорную территорию, пообещав обеспечить ее нейтралитет и статус буферной зоны. В декабря совершенно неожиданно для штаба Добровольческой армии грузинские части начали эвакуацию из Сочинского округа. Деникин тут же приказал генералу Колосовскому, начальнику Приморского отряда, не вступая в бой с грузинами, продвигаться вперед и занять округ. 16 декабря грузинские части закрепились на речке Лоо, которая стала новой «границей».

Когда в округе началось восстание армянского населения против грузинских властей, те ответили разгромом армянских сел. И Деникин, под предлогом защиты армян, приказал Колосовскому занять Сочинской округ. Опередив английский десант, белые в феврале 1919 атаковали грузинские части с фронта, а сформированные ими армянские дружины — с тыла и фланга. Грузинские части капитулировали и сдали оружие. 24 января 1919 Приморский отряд вступил в Сочи, а затем за четыре дня очистил от грузинских войск территорию всего округа и остановился на речке Бзыбь. Тем не менее, грузины все равно попытались отправить свои отряды, зафрахтовав для этого частный пароход «Кавказ». Тогда англичане стали действовать более решительно. Они отобрали этот пароход. Грузинские части выступили пешим порядком, но уже никуда не успели. Добровольческая армия не только взяла Сочи, но и Адлер. К 10 февраля 1919 г. белые заняли территорию до реки Бзыбь. Только после этого деникинское командование, по настоянию тех же англичан, сделало официальное заявление о том, что их армия прекращает боевые действия против Грузии.

Многие бывшие офицеры русской императорской армии, вроде генерала Мазниева, стали ядром грузинской армии. Командир грузинской дивизии Мазниев согласился войти в подчинение Добровольческой армии (ДА). Глава Добровольческой армии генерал Алексеев послал Мазниеву письмо, в котором выразил радость от заключенного союза. Деникин в тот период пытался ограничить распад России, сохранив в её сфере влияния Закавказье. Грузия, по словам Деникина, жила «русским наследием» (что было правдой) и не могла быть самостоятельным государством. Также в Грузии располагались основные тыловые склады бывшего Кавказского фронта, а белые нуждались в оружии, боеприпасах и снаряжении для войны с красными. Деникин хотел получить часть этого наследства Российской империи. Кроме того, Грузия в этот время находилась под влиянием Германии, а Деникин считал себя верным союзу с Антантой. Казалось, что две антибольшевистские силы войдут в прочный союз. Грузинские деятели, политику которых Деникин охарактеризовал, как «антирусскую», не желали союза ни с большевиками, ни с добровольцами. Меньшевики видели угрозу и в большевиках, и в белых. Грузинские меньшевики были настоящими революционерами, они участвовали в организации Февральской революции и последующей смуты в России. Поэтому генерала Мазниева обвинили в русофильстве и отозвали в Тифлис. Его заменили на генерала Кониева. Он занял жесткую позицию по отношению к добровольцам. Грузинские войска были отведены от Туапсе и образовали фронт у Сочи, Дагомыса и Адлера, куда грузины стянули дополнительные силы и начали возводить укрепления. Таким образом, Тифлис блокировал дальнейшее продвижение армии Деникина вдоль побережья.

Таким образом, белые сберегли для нас Абхазию и Сочи.

24 января белые войска начали движение на Сочи. Проигнорировав протесты англичан, Добровольческая армия, поддержанная ударами с тыла армянских ополченцев, вошла 6 февраля в Сочи, причем был пленен командующий войсками генерал Кониашвили. 8 февраля гарнизоны Сочи и Адлера сдались в плен, в их составе начальник грузинского штаба полковник Церетели. В общей сложности, в Сочи были пленены 700 солдат и 48 офицеров армии Грузии, а число убитых составило всего 7 человек белогвардейцев и 12 человек грузинских войск. К 10 февраля 1919 года «деникинцы» заняли Адлер, Сочи и Гагры, и заставили отступить грузинскую армию за реку Бзыбь. Грузия направила на реку 6 батальонов Народной гвардии, но дальнейшее развитие войны остановили британцы. Они разделили враждующие стороны своим постом. И это притом, что Великобритания требовала от белых оставить Грузии Сочи и даже угрожала бомбардировкой из орудий английской эскадры, крейсировавшей в Чёрном море. Однако Деникин проигнорировал протесты англичан и фактически сохранил за Россией черноморское побережье. В дальнейшем Добровольческая армия и Грузия оставались во враждебных отношениях. Из Грузии Чрезвычайный комиссар Юга России Орджоникидзе нелегально перебрался в Баку и далее через Астрахань летом 1919 года прибыл в Москву. По его словам грузины готовят наступление, особенно сейчас после полного разгрома Красной Армией Добровольческой Армии. Нужно срочно решить — будем ли мы переходить границу Грузии, или нет.

В настоящее время перешедшие на нашу сторону беляки переформированы, вооружены и рвутся в бой — Сталин налил себе воды и залпом выпил.

Ленин, недолго думая, дал высказаться мне — По флотскому обычаю, насколько я знаю, первым дают высказаться самым младшим чинам, предлагаю как самому молодому слово товарищу Соркину.

— Мне кажется, для начала нужно провести полноценную разведку и лишь затем разрабатывать операцию по захвату всего Кавказа. Но Кавказ должен остаться в составе РССР.

Глава 7

Новый год прошел весело — удалось достать пару десятков китайских фейерверков, за стеной бывшего монастыря построили ледяную горку, курсанты и инструкторы здорово повеселились, на льду пруда провели потешные бои без оружия, закончив их «стенкой на стенку». Сибиряки показали класс, только благодаря им победили те, на чьей стороне бились Тимофей и Григорий Крапивины, их отец, Федор Пантелеевич все тоже рвался поначалу показать силушку богатырскую, так сыновья еле отговорили — вдруг еще прибьет кого из курсантов. Назначив призы, провели соревнования по стрельбе и метанию холодного оружия. С синяками, но довольные, расходились по казармам нынешние жильцы Новодевичьего монастыря.

Лучшие курсанты по итогам обучения в количестве десяти человек и столько же подростков из колонии имени Горького посетили первого января Кремлевскую елку, которую организовали для детей работников государственных органов власти.

На московских складах нашлась форма воспитанников Второго Московского Императора Николая I кадетского корпуса и теперь все курсанты щеголяли новыми мундирами, на которых отсутствовали погоны. Вот этими мундирами наши курсанты и поразили детвору, собравшуюся на представление в Кремле.

Перед отъездом я вызвал в Москву Александра Сергеевича Пучкова, служившего начальником военно-санитарных поездов. Зная, что в моей истории, когда в двадцать первом году в Москве случилась эпидемия тифа, именно Пучков руководил центропунктом, созданным для борьбы с заболеванием, я настоял на его назначении заместителем Главврача Шереметевской больницына, на базе которой создали Московскую станцию скорой медицинской помощи, руководить которой и утвердили Пучкова. Я предупредил Александра Сергеевича о возможности эпидемии сыпного тифа и предложил ему привлекать любых врачей для создания центра, который бы уже сейчас начал выработку мер предотвращения распространению заболевания, которое в период между семнадцатым и двадцать первым годами унесло около трех миллионов человек.

Также благодаря мне амбулатория и больница на десять коек для работников правительственных учреждений была перенесена из двухэтажного здания на Потешном дворе Кремля в здание на Воздвиженке, бывшей усадьбы Разумовских — Шереметевых.

Здание представляет собой трех-композиционное сооружение с центральным ризалитом и двумя боковыми флигелями. Главный фасад обращён к Воздвиженке, боковой фасад выходит в Романов переулок. Один из боковых флигелей соединён галереей с церковью Знамения. Отмечается, что отделка дворца сходна с домом Разумовского в Петербурге, на Мойке. Дом в основном одноэтажный, в центральном ризалите устроен второй жилой этаж-мезонин.

В отделке фасадов использованы детально проработанные классические фризы, карнизы, орнаментальные межэтажные тяги. Отмечается строгость и изящество отделки фасада, тонкая графика линий. Формы центрального ризалита подчёркивают пилястры коринфского ордера и треугольный фронтон. Декор боковых ризалитов — пары ионических полуколонн и лучковые фронтоны. В центральной части для въезда были сооружены полукруглые пандусы. По личной рекомендации Семашко начальником Управления санитарного надзора Кремля, приказом ВЦИК и СНК за подписью Свердлова и Ленина, был назначен врач-гигиенист и бактериолог Яков Борисович Левинсон. С февраля девятнадцатого года руководство и часть административного аппарата Санупра Кремля (в дальнейшем Лечсанупра Кремля) располагались в здании Вознесенского монастыря, рядом со Спасской башней Московского Кремля. Главврачом Кремлевки я помог стать раньше на девять лет Владимиру Николаевичу Розанову. Я с большим трудом уговорил Ленина в первых числах января довериться Розанову и извлечь пули, оставшиеся после покушения на его жизнь Фанни Каплан. Эту операцию Розанов должен был провести через два с лишним года, все это время находившиеся в теле Ильича пули ослабляли его организм.

Надо отметить, что к врачам-соотечественникам Ленин относился скептически. «Упаси боже от врачей-товарищей вообще, врачей-большевиков в частности! Право же, в девяносто девяти случаях из ста врачи-товарищи «ослы», как мне раз сказал хороший врач. Уверяю вас, что лечиться (кроме мелочных случаев) надо только у первоклассных знаменитостей. Пробовать на себе изобретение большевика — это ужасно», — сообщал он Горькому. Лечащим врачом Ленина был Фёдор Александрович Гетье, а Главным врачом Владимира Ильича стал Отфрид Ферстер, в лечении Ленина врач делал ставку не на медикаменты, а на длительные прогулки и специальные «успокоительные» упражнения.

Поговорив с Фрунзе, убедил его проходить длительное предоперационное лечение язвы, эффект которого может исцелить заболевание, не доводя до операции.

* * *

Дождавшись приезда новых сотрудников Комиссии партийного контроля, я сразу загрузил Землячку и Мехлиса созданием картотеки на партийных работников, включая состав Политбюро ЦК партии. К приезду членов комиссии я уже реформировал аппарат Ревизионной комиссии, больше половины сотрудников лишив теплого места, взамен приняв молодых энергичных фанатиков коммунизма. При комиссии мною были созданы Управление финансового контроля, без согласования которого невозможны траты из партийной кассы; Управление, ответственное за контроль партийной дисциплины, отдел корреспонденции, отвечающий за входящую и исходящую почту, ее сортировку и оперативно-следственный отдел под руководством Кошко. Аркадий Францевич принял мое приглашение и не эмигрировал за границу. Благодаря ему удалось создать систему слежки, в которую вовлекались сотрудники советских государственных и партийных структур страны, готовые за материальное поощрение или из-за авантюризма характера стать секретными сотрудниками (сексотами).

Низовая структура Комиссии выглядела так: при всех губкомах партии должны быть организованы из наиболее беспристрастных и пользующихся всеобщим доверием организации товарищей специальные партийные комиссии, подчиненные непосредственно Комиссии партийного контроля при ЦК, в которые должны поступать соответствующие жалобы. Ни одна такая жалоба, если она подписана хотя бы малой группой членов партии, не должна оставаться без мотивированного ответа комиссии или резолюции губкома». Если жалобы касались руководства губернских комитетов партии, то они немедленно должны пересылаться в Москву. В фойе зданий сначала петроградских и московских горкомов и губкомов партии установили почтовые ящики с надписью «Жалобы в КПК при ЦК РКП(б)», при наличии жалоб ежедневно отправляя почту фельдъегерем в отдел корреспонденции Комиссии партийного контроля. В течении месяца такие почтовые ящики должны установить во всех губкомах. Все партийные комиссии и суды, конфликтные отделы, выбираемые для рассмотрения различного рода дисциплинарных проступков ликвидировались, Наркомат государственного контроля переформировали в Комиссию советского контроля при СНК РССР и ее Председатель назначался заместителем Председателя Комиссии партийного контроля при ЦК, то есть подчинили этот орган тоже мне. Теперь, убрав лишних чиновников, Комиссия партийного контроля совместно с Комиссией советского контроля при СНК РССР действовала как единый советско-партийный орган.

Мне удалось согласовать сопровождение в турне моей жены и ей срочно готовили документы, согласно которым Кэт была моей невестой француженкой баронессой Дальгейм. Я же стал английским аристократом по имени Генри Джон Ральф Бэнкс, у которого, в реальности, были две сестры, Дафна и Виола. Камо достались бумаги Ваче Манукяна, англичанина армянского происхождения. Из пластунов решил взять три удачно сложившихся тройки лучших мастеров переводить все живое в разряд потустороннего, которые согласно французским паспортам, являются в прошлом русскими офицерами и низшими чинами царской армии, бежавшими от революции в Париж.

Добравшись в составе советской делегации в комфортабельном вагоне первого класса до Берлина, разделившись на пять групп и помотавшись по городу, сбрасывая хвосты местной службы контрразведки, воссоединились уже на в заранее снятой нашими агентами конторе рядом с Александрплатц, в центре площади виднелась колоссальная медная статуя Беролины, аллегории Берлина. Величавая дева, в римском одеянии, высотой 7,5 м гордо возвышалась на 6,5-метровом постаменте. В 1944-ом ее распилят и отправят на расплавку для изготовления оружия и боеприпасов. Одобрив выбор наших коллег, мы опять же распавшись на группы по двое-трое на такси добрались до Лертского железнодорожного вокзала, на который вел мост через Шпрее.

Через двадцать один час после посадки в вагоны мы прибыли на Gare de Nord, Северный вокзал. Бельгийские вагоны были прекрасны — перед купе проходит коридор, стены которого украшены зеркалами, а пол покрыт мягкими коврами, и, идя по нему вдоль больших окон, попадаешь в салон. Невозможно поверить, что вагон может содержать в себе такое роскошное помещение! Кресло за креслом следуют с обеих сторон, на заднем плане видно элегантное канапе, две люстры свисают с потолка. Хорошо в этом мире, у кого в карманах есть «гроши». Были для более скромной публике в составе простые вагоны на сорок-пятьдесят человек, в которых пришлось добираться нашим казачкам.

Выйдя из здания вокзала, мы полюбовались его фасадом, украшенного скульптурами, символизирующими города, в которые ходили поезда. Затем направились на улицу Риволи, на которой, воспользовавшись объявлением в газете, на первом этаже пятиэтажного дома сняли помещение под нашу контору, наняв управляющего и оформив на него доверенность на регистрацию нашей фирмы, поручили ему оформление необходимых бумаг и наем персонала мы перекусили в ресторанчике, в котором было приличное количество мужчин в русской офицерской форме.

На сцене заканчивал свое выступление песней Вечерний звон» хор донских казаков Сергея Жарова.

Затем совсем молодая русская певичка исполнила романс Филарета Чернова:

Замело тебя снегом, Россия,

Запуржило седою пургой

И холодныя ветры степныя

Панихиды поют над тобой.

Ни пути, ни следа по равнинам,

По сугробам безбрежных снегов.

Не добраться к родимым святыням,

Не услышать родных голосов.

Замела, замела, схоронила

Всё святое, родное пурга.

Ты, — слепая жестокая сила,

Вы, — как смерть, неживые снега.

Замело тебя снегом, Россия,

Запуржило седою пургой

И холодныя ветры степныя

Панихиды поют над тобой.

Я с чувством глубоко презрения посмотрел на эту публику, проливающие пьяные слезы о России вместо восстановления ее экономической и военной мощи и подал знак закругляться — времени было в обрез, нас ждала Англия. Лондон встретил нас сыростью и пронизывающим холодным ветром.

Английская экономика находилась в длительной хронической депрессии. Англия была одной из немногих промышленно развитых стран, которой так и не удалось к 1920-му году достигнуть довоенного уровня, конечно, не все отрасли промышленности находились в состоянии депрессии. Некоторые из них, особенно новые — автомобильная, авиационная, моторостроительная, химическая, электротехническая и другие, демонстрировали заметный рост: с одной стороны, эти предприятия были оснащены новым оборудованием, а с другой — их продукция была защищена высокими импортными пошлинами и к тому же потреблялась в основном на внутреннем рынке. В этих условиях английские предприятия пошли на нетрадиционные меры: они стали производить автомобили, мотоциклы, самолеты, стрелковое оружие, ткани и другие товары, которые отличались очень высоким качеством и пользовались спросом у особо богатых зарубежных потребителей, даже несмотря на относительно высокие цены. Но эти товары выпускались мелкими сериями и не занимали значительного удельного веса в общем объеме ВВП.

Англия испытала еще один удар: в некоторых частях Британской империи развернулось движение за национальное освобождение, особенно ожесточенное — в Ирландии, Индии, Египте.

В Лондоне удалось недорого купить юридическую фирму, занимающуюся трастовыми инвестициями, фирма была не грани разорения, вкладывая финансы в авантюрные проекты. Офис не так далеко от центра города нас полностью устроил и мы не стали увольнять ее малочисленный персонал.

Три дня ушло на оформление необходимых бумаг и наконец-то наша уставшая от беготни по чиновничьим кабинетам компания авантюристов прибыла в порт Саутгемптон, после таможенного осмотра мы наконец-то поднимались по траппу гигантского лайнера «Олимпик», брата близнеца невезучего «Титаника», унесшего за собой на дно более одной тысячи пятисот жизней.

Корпус «Олимпика» был 269 метров в длину, имел 16 водонепроницаемых отсеков, 29 котлов, гигантские двигатели, вместе с турбиной, вырабатывали мощность примерно в 50 000 л. с., чтобы вести судно на скорости в 23 узла (42,5 км/ч). Оставив при себе двоих телохранителей, я с «невестой» и Камо отправились в каюты первого класса. В одной каюте разместились молодожены, в соседней — Камо с телохранителями. Оставив вещи, решили осмотреть корабль.

Интерьеры «Олимпика», в отличие от немецких кораблей, не были столь пафосны, умеренность и изящество делали их привлекательными. И хотя обеденный зал располагался на одной палубе (а не занимал пространство трёх, как это предлагалось изначально), это было самое большое в мире помещение на судне, простиравшееся во всю его ширину от борта до борта и способное вместить одновременно 532 человека. Отделка его была в стиле времён династии Стюартов. Другим роскошным помещением был курительный зал первого класса, отделанный в тёмных тонах, с удобными креслами и обтянутыми зелёной тканью карточными столами. Также привлекала внимание приёмная на палубе D, смежная с носовой парадной лестницей. К услугам пассажиров первого класса были турецкая баня, гимнастический зал на шлюпочной палубе, корт для игры в сквош (вид спорта с мячом и ракеткой в закрытом помещении) и бассейн. Для большего комфорта пассажиры могли не ходить по лестнице, а перемещаться между палубами на лифте. Пассажиры первого класса могли гулять на основных прогулочных палубах: шлюпочной палубе, на палубе A и застеклённом променаде на палубе B.

Поглазев на роскошь первого класса, решили навестить нашу основную часть диверсантов, расположившихся в каютах второго класса. По сравнению с большинством других лайнеров, не только пассажиры первого класса были устроены с роскошью и комфортом. О втором классе нередко отзывались как о равноценном первому классу на других судах. Столовая была обставлена в раннем английском стиле и могла разместить примерно 400 человек. Курительная была также сделана в британском стиле с тёмной деревянной обшивкой. Каюты тоже выглядели очень привлекательно. Пассажиры второго класса могли гулять по шлюпочной палубе, которая была предназначена для первого и второго класса, и по кормовой части палубы В.

Решив не останавливаться, всей гурьбой отправились оценить каюту третьего класса. Третий класс был намного лучше и удобней третьего класса на других пароходах, что в целом характерно для «Уайт Стар лайн» — на их судах, начиная с «Океаника», помещения третьего класса хорошо освещались и вентилировались. На судах 1900-х было нормально, чтобы пассажиры третьего класса спали в общем кубрике, а пассажир третьего класса «Олимпика» жил в каюте, хотя и делил её с тремя другими пассажирами. Третьему классу были предоставлены и некоторые развлечения. Мужчины имели доступ к весьма большой курительной, расположенной на палубе С в корме. Стена к стене она стояла с идентичным общим залом третьего класса.

Наконец все четыре трубы нашего корабля задымили так сильно, что только наличие ветра спасло нас от неизбежной копоти, убрали трап и судно медленно отчалило, направляясь в Нью-Йорк.

Мы с Кэт вернулись в каюту, где переоделись и направились в бассейн. Сегодня ни у кого не возникнет сомнений в пользе плавания. Ведь оно помогает бороться с лишним весом, укрепляет сердце и мышцы, делает кожу эластичной. Плавание тонизирует весь организм и продлевает жизнь. История возникновения плавательных бассейнов уходит на многие века назад. Археологические раскопки говорят о том, что еще в Древнем Египте строились бассейны. Правда, сооружались и использовались они не для плавания. Бассейны возводились с целью увлажнения сурового сухого воздуха, присущего египетскому климату, из религиозных соображений, а также просто как эстетические сооружения.

После того, как Римская Империя пала, о бассейнах надолго забыли. Старые бассейны пришли в негодность и были разрушены, а новые не возводились. Вспомнили европейцы о бассейнах лишь во времена крестовых походов, когда побывали в роскошных стенах восточных дворцов. Однако вскоре бассейны были запрещены церковью, которая признала их безнравственными и развращающими. И только в девятнадцатом веке, когда популярность приобретает спорт и здоровый образ жизни, в Европе снова вспоминают о бассейнах. В 1837 году, в столице Англии Лондоне было построено шесть крытых бассейнов с трамплинами для прыжков. Рост популярности плавания связан именно с началом строительства искусственных бассейнов. «Олимпик» и «Титаник» стали первыми океанскими лайнерами, на которых был установлен плавательный бассейн. Воспользоваться им могли только пассажиры первого класса за скромную плату в один шиллинг (или 25 центов). Особым интерьером или стилем он не выделялся, в отличие от бассейнов на более поздних судах, но в те времена подобную услугу не предоставлял ни один пассажирский пароход в мире.

Бассейн располагался рядом с Турецкими банями и был довольно больших размеров: десять метров в длину, пять в ширину и глубиной два с половиной метров. Для наполнения чаши использовалась подогретая морская вода. В воду спускались две мраморные лестницы с тиковыми поручнями. Уже в процессе эксплуатации бассейна на «Олимпике» были выявленные первые «подводные камни». Чистый, влажный мрамор лестницы и половая плитка очень скользкие, и при качке это приводило к частым падениям людей. Дабы это предотвратить на обоих концах бассейна (на полу) были положены решетки из тикового дерева. Ещё одним травмоопасным местом считались трамплины, установленные с двух сторон бассейна. Согласно данным с того же «Олимпика» во время даже небольшой качки, вода в бассейне начинала быстро плескаться из стороны в сторону, образуя при этом неглубокие места и, прыгающие с трамплина люди могли получить довольно серьезные травмы, ударяясь об дно. Именно по этой причине трамплины убирались во время шторма, а в последующем их вовсе перестали устанавливать. Слева от бассейна, вдоль внутренней стены располагался ряд из тринадцати кабинок для переодевания с дверцами из красного дерева. Перед тем как войти в бассейн пловцам, необходимо было принять душ. В распоряжении пассажиров было две раздельные душевые кабинки с пресной водой.

Пассажиры еще видать раскладывали свои вещи и мы с женой, посетив сначала турецкую баню, вдоволь наслаждались чистой океанской водой. Минут через двадцать к нам присоединились Камо и телохранители, устроившие прыжки с трамплинов, и вынудившие нас закончить ловлю кайфа, я даже вдруг подумал, что мы находимся в моем будущем, так комфорт Олимпика подействовал на мою душу, зарубцевавшуюся от огня гражданской войны.

Глава 8

Вернувшись в каюту, развесили сушиться свои купальные костюмы. Начало последнего века в тысячелетии ознаменовалось кардинальными изменениями в сознании людей: ушли в небытие меланхоличность и аристократическая бледность, модными стали загар и подтянутые фигуры. Немалую роль тут сыграло и развитие спорта. Еще в конце XIX века плавание вошло в число олимпийских дисциплин, и перемены в купальных костюмах не заставили себя долго ждать. Мужчины-пловцы впервые появились на публике в плавках, чем шокировали ее поначалу. А одну из первых женщин-пловчих Аннет Келлерман даже арестовали в 1907 году на бостонском пляже «за непристойное поведение». Она посмела сама сшить купальный костюм, похожий на мужской, и продемонстрировать его в общественном месте.

Однако процесс уменьшения ткани в купальнике было уже не остановить. К двадцатому году от него остались только шорты, соединенные с кофточкой (о ужас, даже без рукавов!). В это время на пляжах постоянно дежурили мужчины-блюстители морали (часто это были полицейские). Они должны были проверять длину купальных костюмов выше колена. В случае нарушения женщина штрафовалась и выдворялась с пляжа.

Активные водные процедуры пробудили просто зверский аппетит. Тут как раз вовремя вернулась наша троица, Камо в восторге от такого сервиса шепотом грозился добиться от совнаркома повсеместного строительства бассейнов и уютных профессионально сделанных бань. День уже приближался к полудню и мы, переодевшись «дорого и шикарно» отправились в ресторан. Кэт надела роскошное платье изумрудного оттена, ее украшали сногсшибательно дорогущий гарнитур с крупными изумрудами — серьги, диадема, кольцо и колье. Этот гарнитур мне под роспись выдали из Государственного хранилища ценностей Наркомфина. На мне был костюм-двойка, на правой руке на среднем пальце и мизинце были перстни с изумрудами, в кармашке жилетки лежали золотые часы с золотой цепочкой, украшенные мелкими брильянтами.

Идея установить на «Олимпике» ресторан на 140 мест — где посетители могли заказать то, что они хотели, и не ограничиваться стандартным меню обеденного салона — изначально была воспринята критиками скептически. Многие посчитали это ненужной, да ещё и дорогостоящей роскошью. Хотя у руководства «Уайт Стар Лайн» на это был свой взгляд. Оно решило поэкспериментировать с подобным заведением у себя на лайнерах, так сказать побаловать пассажиров, но настоящий мотив, скорее всего, был банален — прибыль. Среди сотен пассажиров всегда найдутся такие, которые захотят покушать и не в часы работы обеденного зала или может просто будут неудовлетворенны его меню. Были пассажиры, которые покупали билет, в стоимость которого не входило питание.

Так же, отчасти, установка ресторана A la Carte решала проблему отсутствия свободных мест в обеденном зале в вечернее время, т. к. часть пассажиров могла перейти сюда и свободно разместиться за круглыми столиками. Билет первого класса служил пропуском в ресторан в любое время. Только здесь приходилось платить из своего кармана, а счёт выставлялся в конце путешествия. Мы с женой заняли отдельный столик, Камо с охраной разместились рядом, через стол.

Как оказалось, в A la Carte можно заказать всё, что душе угодно. Если высокопоставленный господин почувствует голод после игры в сквош или дамы проголодаются после долгой прогулки по променаду, они всегда могли воспользоваться услугами ресторана. Здесь часто заказывали столики небольшие компании. Изюминкой заведения считалось индивидуальное меню, которое составлялось под конкретного пассажира на каждый день (по желанию). Для этого даже могли распечатать в типографии персональное меню.

Кэт восхитили столики, украшенные композициями из розовых роз и белых ромашек… Женщины, в своих красивых мерцающих платьях из атласа и шёлка, а мужчины были манерны и безупречны в стиле … Струнный оркестр, играющий музыку от Пуччини до Чайковского… А блюда были просто превосходны. Здесь вам икра, лобстер, перепела из Египта, яйца ржанки, виноград и свежие персики, свежая клубника.

За высочайший уровень обслуживания A la Carte прозвали «Ritz» в честь фешенебельного ресторана при парижском отеле «L’hôtel Ritz». Возможно, именно с этого момента слово «Ritz» стало окончательно ассоциироваться со словом «роскошь» (позже английский язык обогатился прилагательным «ritzy», что означает элегантный и модный). Располагался ресторан в кормовой части палубы В, и был рад видеть своих посетителей с восьми утра до позднего вечера. Интерьер был выдержан в стиле Людовика XVI.

Все мужчины постоянно бросали осторожные взгляды на Кэт, она была божественно красива!

К нашему столику подошла семейная пара лет сорока — пятидесяти с девочкой лет семи — Разрешите присесть за ваш столик, сэр? — У мужчины был огромный с залысиной лоб, внимательный цепкий взгляд.

Я оценил с виду скромную но дорогую одежду то ли англичан, то ли америкосов и приветливо кивнул — С удовольствием!

— Разрешите представиться! Сенатор Соединенных штатов от штата Вашингтон Майлз Пойндекстер и моя жена Элизабет Гейл Пейдж. А эта милая девочка — моя племянница, Салли Перкинс Раттер. Упросила нас взять с собой в Англию.

Имя девочки мне показалось знакомым, блин, ну конечно же — передо мной была будущая знаменитая актриса кино Гейл Пейдж, начавшая свою карьеру с тридцать восьмого года, снимаясь с пятьдесят четвертого еще лет десять в сериалах. Мой отец, в молодости работавший в штатах в советском посольстве, был без ума от этой актрисы, привезя в СССР Постеры с ее симпатичной мордашкой.

Я встал и представился — лорд Генри Джон Ральф Бэнкс и моя невеста баронесса Священной Римской Империи Екатерина Дальгейм.

Разговор у нас был практически ни о чем, супруга сенатора пожаловалась, что пассажирам первого класса не совсем комфортно вкушать самые изысканные блюда в дорогом ресторане, пока за ними пристально из окон наблюдают прогуливающиеся снаружи пассажиры второго класса. После обеда наши женщины вышли на палубу прогулять озорную сенаторскую племянницу, а мы с ним шли за ними следом, общаясь на тему экономической ситуации в США.

Период экономического бума начинался очень неприятно для США: уменьшились правительственные затраты и заграничный спрос на американские товары. Вернувшиеся с фронтов солдаты имели трудности с устройством на работу. Число безработных с 0.5 млн увеличилось до 5 миллионов. В 1920 году вступила в силу 18 поправка к Конституции — Сухой Закон. Началась контрабанда спиртного и производство самогона в домашних условиях.

Я слушал и поддакивал, зная что с 1923 года начнется процесс оздоровления.

Причины подъёма американской экономики следующие: усиление американского империализма в годы Первой мировой; выход США на лидирующие позиции в мире; превращение США в финансовый центр мира. Имея в своём распоряжении большой капитал, американские монополии успешно проведут массовое обновление основного капитала, будут построены новые заводы и фабрики. Незаметно мы перешли на личность Президента.

Нынешний президент То́мас Ву́дро Ви́льсон был одним из инициаторов создания Лиги Наций, однако Сенат США отказал во вступлении в эту организацию. В 1913 году Вильсон подписал законопроект о создании Федеральной резервной системы, которая выполняет роль центрального банка США, имеет инструменты государственного влияния, но форма собственности капитала является частной — акционерная с особым статусом акций.

В течение 1914–1917 годов Вудро Вильсон удерживал страну от вступления в Первую мировую войну. В 1916 году он предложил свои услуги в качестве посредника, но воюющие стороны не отнеслись к его предложениям серьёзно. Республиканцы, возглавляемые Теодором Рузвельтом, критиковали Вильсона за миролюбивую политику и нежелание создавать сильную армию. Вместе с тем, Вильсон завоевал симпатии пацифистски настроенных американцев, утверждая, что гонка вооружений приведёт к втягиванию США в войну.

Вильсон активно выступал против неограниченной подводной войны, которую развязала Германия. В рамках неограниченной подводной войны немецкие военно-морские силы уничтожали корабли, входящие в зону, прилегающую к Великобритании. 7 мая 1915 года немецкая подводная лодка потопила пассажирский лайнер «Лузитания», погибли более 1000 человек, из них 124 американца, что вызвало возмущение в США. В 1916 году он выдвинул ультиматум против Германии о прекращении неограниченной подводной войны, а также отправил в отставку своего пацифистски настроенного госсекретаря Брайана. Германия согласилась с требованиями Вильсона, после чего тот потребовал у Великобритании ограничить морскую блокаду Германии, что привело к осложнению англо-американских отношений.

На втором президентском сроке Вильсон сосредоточил свои усилия на Первой мировой войне, в которую США вступили 6 апреля 1917 года, спустя немногим более месяца после начала второго президентского срока Вильсона. Когда Германия возобновила неограниченную подводную войну в начале 1917 года, Вильсон принял решение о вступлении США в Первую мировую войну. Он не подписывал союзнических соглашений с Великобританией или Францией, предпочитая действовать самостоятельно как «ассоциированная» (а не союзная) страна. Он сформировал многочисленную армию через воинскую повинность и назначил командующим генерала Джона Першинга, оставив ему значительную свободу усмотрения в вопросах тактики, стратегии и даже дипломатии. Он призвал «объявить войну, чтобы закончить все войны» — это означало, что он хотел заложить основы для мира без войн, предотвратить будущие катастрофические войны, сеющие смерть и разрушение. Эти намерения послужили основой для «Четырнадцати пунктов» Вильсона, которые были разработаны и предложены с целью решить территориальные споры, обеспечить свободную торговлю, создать организацию по поддержанию мира (Лигу Наций). Вудро Вильсон к тому времени решил, что война стала угрозой для всего человечества. В своей речи об объявлении войны он заявил, что если бы США не включились в войну, вся западная цивилизация могла бы быть разрушена.

После того, как в России произошла Октябрьская революция и она вышла из войны, союзники послали войска, чтобы предотвратить присвоение большевиками либо немцами оружия, боеприпасов и других поставок, которые союзники осуществляли в помощь Временному правительству. Вильсон послал экспедиции на Транссибирскую железную дорогу, в ключевые портовые города Архангельск и Владивосток с целью перехватить поставки для Временного правительства. В их задачи не входила борьба с большевиками, однако несколько столкновений с ними все же произошли.

Вильсон уделял недостаточное внимание проблемам демобилизации после войны, данный процесс был плохо управляемым и хаотическим. Четыре миллиона солдат были отправлены домой с небольшим количеством денег. Вскоре возникли проблемы в сельском хозяйстве, очень многие фермеры разорились. В 1919 году прошли волнения в Чикаго и других городах.

После ряда нападений радикальных анархистских групп в Нью-Йорке и других городах Вильсон поручил генеральному прокурору Митчелу Палмеру положить конец насилию. Было принято решение об аресте внутренних пропагандистов и высылке внешних. В 1919 году Вильсон активно агитировал за ратификацию соглашения о Лиге Наций, ездил с выступлениями по стране, в результате чего стал испытывать физическое перенапряжение и усталость. После одной из его речей в поддержку Лиги Наций в Пуэбло Вильсон серьёзно заболел, а 2 октября перенёс тяжёлый инсульт, в результате которого у него парализовало всю левую сторону тела и он ослеп на один глаз. В течение нескольких месяцев он мог передвигаться только в инвалидной коляске, впоследствии он мог ходить с тростью.

— И кого же в следующем году изберут следующим президентом? — поинтересовался я у сенатора, который ни минуты не задумываясь ответил — Уоррена Гардинга, хотя он известен как любитель богемного образа жизни (покер, пристрастие к спиртным напиткам, любовные похождения). Нам срочно нужно снизить налоги на прибыль, поднятые во время войны, увеличить тарифы на сельскохозяйственные товары, чтобы защитить американских фермеров, а также провести более широкие реформы, такие, как субсидирование строительства автомобильных дорог, авиационных компаний и радио.

В США уже началось формирования общества потребления. Рядовой американец подвергается массированному воздействию со стороны производителей товаров: его постоянно осаждают призывами покупать, покупать ещё больше. А у тех, у кого не было при себе необходимой суммы, предлагается безотказный механизм — покупка в рассрочку, в кредит — сенатор поморщился и продолжил — У американцев даже появилось понятие — жизнь в кредит, когда подобным образом приобретается большая часть машин, холодильников, радиоприёмников. Однако проблема неравномерности распределения доходов не была ими учтена: две трети американских семей не в состоянии приобрести даже предметы первой необходимости. Что касается корпораций, часть прибылей монополий превращается в ценные бумаги, которые поглощают нераспределённые доходы. Акции ценятся лишь потому, что их покупают, потому что на них можно было заработать. В стране рекламируются лёгкие пути к богатству через акции.

Я мысленно потер руки — Подожди Америка еще недельку-другую, к тебе плывет лучший специалист по ценным бумагам, наученный в свое время МММ, Хопер-Инвест и подобными им пирамидами. Я знал, что к 1929 году на бирже играло не менее одного миллиона американцев, которые, вложив все свои ограниченные средства в покупку акций, ждали успеха. Ничего, я это проверну на девять лет раньше. Председатель финансового комитета «Дженерал Моторс» Рэскоб будет утверждать в те годы, что если экономить по 15 $ в неделю и на эти деньги покупать акции, то через 20 лет удастся накопить капитал в 80.000 $. Обладатели ценных бумаг влезали в огромные долги, активно пользовались кредитами. Позже в период Великой депрессии акционеры очень сильно пожалеют, что вообще связали свою жизнь с этой рулеткой. В Америке установится стереотип о вечном процветании и о победе над кризисами. Всего через четыре года после начала Великой депрессии (1929 год) США будет лежать в экономических руинах. «Всё, что было нажито непосильным трудом, всё погибнет!» Жизнь в кредит не приведет к бесконечному и беспрепятственному росту. В банковской сфере в 1920-х годах 5.000 банков было закроется. Уровень промышленного производства упадет на треть, безработица вырастит на 20 %. Конечно же я постараюсь приблизить эту дату, терпеть не могу неискренних, улыбающихся вам в глаза америкосов и показывающих «фак» из автомобиля, зная что их не будут догонять и бить морду.

Попрощавшись с семьей сенатора и договорившись встретиться вечером в курительном зале, мы с Кэт отправились в каюту заняться сексом. Хотелось сразу сорвать с жены платье, однако пришлось не спеша ее раздеть, стараясь не испортить настоящее произведение искусств французского модельера Поля Пуаре, чьи заслуги перед модой XX века приравниваются к вкладу Пикассо в искусство XX века.

Я в ванную — быстро сказала Кэт и упорхнула. Я почувствовал ее игривый настрой. Вернувшись она отправила принять душ и меня. Мы оба были обнажены. Она подошла и начала меня ласкать. Целовала плечи, спину, спускаясь все ниже. Потом перешла на грудь немного поигралась с сосками язычком. Покусывала торс. Мой член наливался все больше немного пульсируя. Она усадила меня на край кровати. А сама стала на коленки передо мной. Я уперся руками в кровать и она делала все сама, я чувствовал как она старается повторить мои уроки ласки головки, стараясь доставить мне настоящее наслаждение. Не выдержав, я поднял ее с колен и уложил на кровати задом ко мне. Медленно войдя, я начал ускоряться, меняя темп и глубину проникновения, производя вращение внутри нее работая тазом. Минут через пятнадцать мы одновременно пришли к оргазму и уснули в объятьях друг друга.

Глава 9

Разбудил нас стук в дверь — Господин лорд, не соизволите выйти на ужин?

Камо, сдерживая смех, дождался нашего выхода только через десять минут.

— Кам там наши бойцы? — поинтересовался я про большую часть нашей группы.

— То же неплохо проводят время, конечно не как вы с женой, сэр! Сейчас уже наверное, тоже ужинают.

— Что ж, для разнообразия сходим в обеденный зал. Отделка зала была в стиле времён династии Стюартов — деревянные панели, потолок со сложным рисунком. Применены пилястры, карнизы и новые орнаменты в стиле классицизма. Перекусив и немного поболтав ни о чем на английском, мы в сопровождении Камо и двух охранников направились в курительный зал первого класса, отделанный в тёмных тонах, с удобными креслами и обтянутыми зелёной тканью карточными столами, куда сразу и направился Камо попробовать свое везение.

Подошли наконец и семейство сенатора, с которым мы не спеша стали обсуждать возможность открытия в Вашингтоне и Нью-Йорке контор по продаже акций моей фирмы «Бэнкс и Компания», купившей в Южной Африке убыточную золотоносную шахту и обнаружившую в ней россыпи алмазов.

— Алмазов, россыпи? — скептически хмыкнул сенатор и я достал из внутреннего кармана футляр с огромным, размером с голубиное яйцо бесцветным брильянтом девяносто девяти карат.

— Что вы скажете, сэр, о этом красавце? Сенатор достал платок и вытер вмиг вспотевшую залысину — Черт возьми, какая красота! Посмотри, дорогая, какая прелесть — сенатор протянул футляр с брюликом своей супруге, онемевшей от блеска камня, на который попал свет люстры.

В течении сорока минут мы обсуждали возможность лоббирования интересов моей компании под ответный мой жест — значительный взнос в выборный сенаторский фонд.

Я мысленно потер руки — не успев сойти на берег, удалось выгодно решить вопрос с продажей в США акций фальшивой компании.

После этого довольный Майлз Пойндекстер, закурив сигару, начал восхвалять систему выборов президента США — Система выборов в США уникальна. Она очень сложна, но при этом достаточно прозрачна. Ведь ее создатели считали главной своей задачей не простоту и прозрачность выборов, а создание системы, которая не допустила бы прихода к власти в стране диктатора или тирана. Президент США избирается не непосредственно гражданами страны, а Коллегией Выборщиков (Electoral College). Каждый штат США обладает определенным количеством голосов выборщиков, которое определяется на основе числа сенаторов и конгрессменов, представляющих штат. Выборщики, представляющие определенный штат, должны отдавать свои голоса за того кандидата, который набрал в их штате большинство голосов (даже если преимущество составляет один голос). Именно поэтому кандидаты в президенты стараются объехать максимум штатов, но при этом отдают предпочтение крупным штатам, у которых больше представителей в Коллегии Выборщиков.

Количество членов в Коллегии Выборщиков непостоянно и меняется из года в год, и зависит от количества населения, реально проживающего в каждом конкретном штате страны в момент выборов, поэтому у нас перепись проводится раз в четыре года. Кандидат, который набирает более 50 % избирательных голосов в Коллегии Выборщиков, становится президентом США. Если ни один из кандидатов не набирает большинства в 50 % голосов плюс один голос, то судьба будущего президента решается в нижней палате парламента — Палате Представителей Конгресса США (House of Representative), где, опять — таки, голосуют штаты, а не личности. В процессе голосования каждый штат США получает право одного голоса. Так как ныне в США входят сорок восемь штатов, кандидат должен набрать двадцать пять голосов, чтобы стать президентом. Если и Палата Представителей не определяет победителя, то последнее слово должен сказать Сенат США (US Senate). В ходе этого голосования Сенаторы могут отдать свой голос в соответствии со своим личным мнением, а не руководствуясь волей избирателей штата. Победителем становится претендент, набравший простое большинство голосов. Каждая из партий, участвующих в президентской гонке, выдвигает кандидатов в президенты и вице-президенты. Во время голосования американские избиратели отдают свои голоса не тандему президента и вице-президента, а каждому политику по отдельности.

— Скажите, господин сенатор, в настоящее время Аляска не является отдельным штатом или частью какого-либо штата. Насколько реально оторвать Аляску из управления США?

— Аляска — инкорпорированная организованная территория США, существующая с августа 1912 года. Инкорпорированная территория — это территория, на которой Конгресс США установил действие Конституции США в полном объёме, включая предоставление гражданства её жителям. Такая территория считается неотъемлемой частью США и не может быть выведена из их состава. Это переходная форма управления перед получением прав штата. Многие из нынешних штатов образовались из подобных территорий, зачастую в процессе их дальнейшего дробления и размежевания, к примеру, Орегон, Монтана, Айдахо, Вашингтон. В 1916 году население Аляски составляло 58 тысяч человек. Джеймс Уикершем, представитель Аляски в Конгрессе, представил законопроект о преобразовании Аляски в штат. Однако в тот момент законопроект не получил достаточного интереса со стороны населения Аляски, и не был принят Конгрессом.

— Жаль! было бы интересным попробовать урвать у Штатов нашу по глупости царя Александра Второго потерянную территорию! — негромко по-русски подосадовал я.

Стоимость сделки составила 7 200 000 долларов золотом. К США переходили территории Северной Америки западнее 141 меридиана западной долготы, в том числе полуостров Аляска, береговая полоса шириной в 10 миль вдоль западного берега Британской Колумбии; Александровский архипелаг; Алеутские острова с островом Атту; Ближние острова, Крысьи, Лисьи, Андреяновские, острова Шумагина, Тринити, Умнак, Унимак, Кадьяк, Чирикова, Афогнак и другие более мелкие острова; острова в Беринговом море: Св. Лаврентия, Св. Матвея, Нунивак и острова Прибылова — Св. Георгия и Св. Павла. Общий размер проданной сухопутной территории составил около 1 519 000 км², следовательно, за квадратный километр было уплачено по 4 доллара 73 цента, то есть — по 1,9 цента за акр. В то же самое время, когда была продана Аляска, одно-единственное трёхэтажное здание в центре Нью-Йорка — нью-йоркского окружного суда, построенное «шайкой Твида» (Безраздельным лидером организации демократической партии штата Нью-Йорк (Таммани-холла), полновластным хозяином «политической машины» демократов. С помощью своего окружения Твид не только непосредственно брал огромные взятки за подряды на строительство, выделение земли, «разводнение» акций в Нью-Йорке, но и прямо воровал из федеральной казны и бюджета штата и города), обошлось казначейству штата Нью-Йорк дороже, чем правительству США — вся территория Аляски. Возвести здание суда обошлось налогоплательщикам в двенадцать миллионов долларов. При уже завышенной сметной стоимости здания около полутора миллиона долларов США эти деньги были списаны подрядчикам по подложным накладным за несуществующие работы.

Посмотрев на часы, я попрощался с сенатором, проводив Кэт в каюту и переодевшись, я со своим сопровождением направился в гимнастический зал на шлюпочной палубе, не желая терять даром время и не давать мышцам покоя, от которого мне грозит появление ненужных жировых складок. Камо хвастался своим карточным выигрышем — ему удалось опустошить карманы джентльменов на пятьсот долларов, довольно неплохие деньги при средней зарплате в США сто семнадцать долларов в месяц.

Неделя прошла не без прибыли — удалось завести знакомства с Розуэллом Миллером-младшим и его женой Маргарет Карнеги Миллер, у которой недавно умерший отец Эндрю Карнеги был крупный сталепромышленник, мультимиллионер и филантроп.

Немного подружился с Джоном Пирпонтом Морганом младшим, американским банкиром, представителем династии Морганов, Президентом и владельцем банковской корпорации J.P. Morgan Co.

Морган сыграл заметную роль в финансировании Первой мировой войны, он выдал первый кредит в размере двенадцать миллионов долларов России. В 1915 году кредит в размере пятидесяти миллионов долларов был предоставлен Франции. Банк Моргана был единственным торговым агентом для всех военных закупок в Соединённых Штатах для британского правительства, покупая хлопок, сталь, химикаты и продукты питания.

Разделение компанией британских и французских интересов дали повод обвинять банк в сговоре с правительством США с целью поддержки союзников и спасения своих кредитов. Морган организовал синдикат из около 2200 банков и выдал кредитов союзникам на сумму пятисот миллионов долларов.

В начале Первой мировой войны министр финансов США Уильям Макэду и другие члены администрации Вудро Вильсона очень настороженно относились к роли J.P. Morgan Co., как британского агента по поставкам и банковским услугам. Но когда Соединённые Штаты вступили в войну, это отношение уступило место тесному сотрудничеству, в ходе которого Морган получил финансовые уступки, чем Морган очень гордился. После Первой мировой войны и Версальского договора «Morgan Guaranty» управлял немецкими платежами по возмещению ущерба. Морган совершил несколько поездок в Европу, чтобы провести исследования и подготовить отчёты о финансовых условиях.

В последний день путешествия на Олимпике мы с моими новыми знакомыми напоследок гульнули — «Вдова Клико» текло рекой, черная и красная икра; телячья щечка, томлённая в красном вине, с картофельным рагу, трюфелем и муссом из пряных трав, голубые устрицы, зеленый черепаховый суп, лобстеры и голубая малина.

Сойдя на берег, на трех машинах такси и отправились в отель Уолдорф-Астория. Отель Waldorf-Astoria возник как два отеля, построенных бок о бок враждующими родственниками на Пятой авеню в Нью-Йорке.

Оригинальный отель Waldorf открылся в 1893 году на углу Пятой авеню и 33-й улицы, на месте, где миллионер-застройщик Уильям Уолдорф Астор ранее построил свой особняк. Построенный в стиле немецкого Ренессанса он имел высоту шестьдесят девять метров, пятнадцать общественных и 450 гостевых комнат, а также еще 100 комнат, отведенных для прислуги, с прачечной на верхних этажах. Он был богато обставлен антиквариатом, приобретенным управляющим-основателем и президентом Джорджем Болдтом и его женой во время визита в Европу. Empire Room был самым большим и богато украшенным залом в Waldorf, и вскоре после открытия он стал одним из лучших ресторанов Нью-Йорка, соперничая с Delmonico's и Sherry's.

Отель Astoria открылся в 1897 году на юго-западном углу Пятой авеню и 34-й улицы, по соседству с отелем Waldorf. Здание также было спроектировано Харденбергом в стиле немецкого Ренессанса, высотой около восьмидесяти двух метров, с шестнадцатью этажами, двадцатью пятью общественными помещениями и 550 номерами для гостей. Бальный зал в стиле Людовика XIV был описан как «изюминка» отеля, вмещающий 700 человек на банкетах и 1200 человек на концертах. Столовая Astor была точно воспроизведена из оригинальной столовой особняка, который когда-то стоял на этом месте. Это был первый отель с электричеством и отдельными ванными комнатами на всей территории. Он был разработан специально для удовлетворения потребностей социально видных «богатых слоев общества» Нью-Йорка и выдающихся иностранных гостей города. Соединенный коридором длиной 300 метров (980 футов), известным как «Павлинья аллея» после объединения в 1897 году, отель имел 1300 номеров, что делало его крупнейшим отелем в мире в то время. Снаружи два и три нижних этажа в соответствующих зданиях были из красного песчаника, в то время как остальная часть была из красного кирпича и красной терракоты. Здание покоилось на твердой скале и имело несгораемый стальной каркас. На первом и втором этажах располагались общественные помещения. Снаружи были лоджии, балконы, фронтоны, группы дымоходов и черепичные крыши. Одной из главных особенностей был внутренний садовый дворик с фонтанами и цветами, стенами из белой терракоты, фресками и витражами. Главный вход в отель был «укрыт изысканным шатром из матового стекла и кованого железа», а вестибюль был отделан сиенским мрамором, с мозаичным полом и кессонным потолком. Первоначальная стойка регистрации отеля Waldorf стала регистрационной стойкой, когда он объединился с отелем Astoria в 1897 году.

Отель также сыграл важную роль в повышении статуса женщин, которых впускали поодиночке, без сопровождения.

За вестибюлем находился главный коридор, ведущий в Имперский зал с альковом, в котором находились лифты и парадная лестница. Рядом с ней находилась гостиная Марии-Антуанетты, которая использовалась как приемная для женщин. В нем хранились предметы антиквариата 18-го века, привезенные Болдтом и его женой из поездки в Европу в 1892 году, в том числе бюст Марии-Антуанетты и старинные часы, которые когда-то принадлежали королеве. На потолке были фрески Уилла Хикока Лоу, центральная из которых называлась «Рождение Венеры». Кафе для джентльменов было обставлено «прочными панелями из черного дуба, охотничьими фресками и шандальерами из оленьего рога». В здании были восемнадцать лифтов, питающиеся от своей электростанции.

Нам помогли заполнить формуляры, выдали ключи от шести двухместных номеров на седьмом этаже и после душа мы начали подтягиваться в ресторан, созданный по образцу большого салона Дворца Нимфенбург в Мюнхене, с атласными драпировками, обивкой мебели и мраморными колоннами, все бледно-зеленого цвета. Стильно оформленный ресторан Waldorf украшали колонны из темно-зеленого мрамора, а пилястры напротив были из красного дерева. Колпаки и основания обеих колонн и пилястр были позолочены. Эта обработка занимала большую часть пространства стены. Потолок был разделен тяжелыми балками, идущими от колонны к колонне, а между ними плоское пространство было разделено на панели овальной и другой формы с легкой лепниной. Цветовая гамма была выдержана в бледно-зеленых и кремовых тонах. Панели потолка были расписаны розовато-красными фигурами на фоне голубого неба или поля. Стены были в основном из красного дерева и золота, с небольшим количеством цвета в сравнительно небольших пространствах между проемами. Среди других комнат были турецкая курительная комната, с низкими диванами и старинными мавританскими доспехами, и бальный зал, в белых и золотых тонах, с украшениями Людовика XIV.

Собравшись после обеда мужской компанией в бальном зале, изображая ценителей архитектуры и интерьера, мы приступили к главному — определились с проведением разведки в «Нэшнл Сити Бэнк», расположенный на Уолл-стрит 55. Первыми туда отправились я с Кэт, посетив банк под предлогом открытия счета.

Здание банка произвело на нас впечатление. Восьмиэтажное здание на Уолл-стрит с гранитным фасадом содержит две многоярусные колоннады, обращенные к Уолл-стрит, каждая с двенадцатью колоннами. На Уолл-стрит к помещению банка вела пара бронзовых дверей, каждая из которых весила 1500 килограмм. Высота потолка помещения составляет примерно восемнадцать метров, а купол высотой двадцать пять метров имеет ширину около шестнадцати метров. С каждой стороны расположены четыре коринфские колонны, они поддерживают антаблемент, который окружает пространство на две трети высоты помещения. Светло-серый камень был импортирован из Европы для колонн и полов, а для полов и стен использовался серый мрамор. Потолок освещен бронзовыми люстрами, а также по всему пространству были размещены печати Национального городского банка.

А Камо с бойцами должен был проследить за тремя клерками после закрытия банка и довести их до самого места их проживания, с тем что бы определиться, с кем можно без привлечения внимания пообщаться.

Поздно вечером картина стала полностью проясняться. Ребята выбрали самый оптимальный вариант — молодой работник банка жил один в маленькой квартирке, его и было решено взять и допросить. Прямо в его квартире, вставив кляп и вынимая для ответов на задаваемые вопросы, довольно толково выяснили всю подноготную работы банка, перед уходом инсценировав самоубийство неудачливого служащего.

В каждом углу банковского зала расположены офисы на трех этажах, которые использовались банком. В юго-восточном углу первого этажа располагались шестикомнатные президентские апартаменты, в которые входили кабинеты руководителя и секретаря, два конференц-зала, холл и декорированный туалет. Бухгалтеры и отделы облигаций и иностранных дел National City Bank находились в каждом из других углов. Конференц-залы на третьем этаже были размещены в другом роскошном люксе. Пневматические трубки и телеграфные системы использовались для передачи данных между различными отделами National City Bank. Офисные мезонины соединены бронзовыми и железными балконами, которые проходят по двум сторонам комнаты рядом с окнами.

В южной части банковского этажа установлен большой сейф, размером семь с лишним метров в высоту и шесть с лишним в ширину. Сейф имел систему защиты, которая выпускала горячий пар, если кто-то пытался взломать. Вокруг сейфа была мраморная ширма и столы банковских кассиров. В других отделениях банковского зала были столы для банковских служащих. На листе бумаги покойный клерк указал план помещений и расположение рабочих мест банковских служащих и охраны.

— Нам понадобится отвлекающий фактор для полиции подальше от банка. Ищем подходящий объект для теракта, куда стянутся все силы полиции. Эту задачу нужно решить за три дня. Максимум пять. По коням, бойцы! — видя не понимающие лица, пояснил — Вперед и с песней! — это вызвало еще большее непонимание.

Глава 10

Камо, дождавшись тет-а-тет, немедленно поинтересовался — Почему ты ограничил поиск пятью днями? Куда спешим?

— В записи вашего допроса клерка есть такая небольшая конкретика — банк через неделю сдаст в Федеральный резервный банк все отобранные старые мелкие купюры, учетом номеров таких купюр, отправляемых на уничтожение, в этом банке заниматься не будут, это епархия Федеральной резервной системы. Именно эти нигде не числящиеся номера купюр можно тратить в первую очередь, не боясь нарваться.

— Ясно! Когда выезжаем на поиск отвлекающей цели?

— Завтра с утра, после завтрака. А сегодня нам кровь из носу нужно арендовать офис для нашей фирмы, желательно с подвалом — нам нужно место для хранения денег. Немедленно обзваниваем конторы по недвижимости.

В итоге нам удалось снять у брокерской фирмы подходящее помещение на Уолл-стрит. Уолл-стрит представляет собой узкую и извилистую улицу, идущую от Ист-Ривер до Бродвея и застроенную небоскребами, а также зданием Нью-Йоркской фондовой биржи и Национальным мемориалом Федерал-Холл. Улица находится недалеко от нескольких линий метро Нью-Йорка, наше арендованное помещение находилось в квартале от офисов банка Моргана.

Почти весь следующий день мы мотались на такси, постоянно меняя машины. Но на удаленной стороне города мы нашли что искали — Борум-Хилл — небольшой район в северо-западной части нью-йоркского района Бруклин, ограниченный Шермерхорн-стрит на севере и Четвертой авеню на востоке.

В двух кварталах друг от друга находились полицейский участок и оружейный магазин. Как выяснилось, хозяин магазина жил этажом выше в скромной квартире один, без семьи — жена сбежала от него в молодости, с тех пор тот и не женился. Эти сведения мы случайно узнали от хозяйки соседней закусочной, куда я с Камо зашли взять пончиков. Женщина лет пятидесяти приличной полноты болтала без умолку о всякой ерунде, мы уже расплатились и собирались выйти, когда услышав треп про владельца оружейного магазина, немного тормознулись, получив в итоге на халяву полный расклад.

Оставив неподалеку тройку боевиков, вернулись в гостиницу за алиби.

* * *

Эдвард Фицпатрик, рыжий ирландец, подсчитал выручку и собирался уже закрывать магазин, но зашли трое мужчин и, изобразив на лице улыбку, хозяин магазина задал потенциальным покупателям вопрос — Что господа желают приобрести?

Взгляд приблизившегося парня навел дикий ужас на Эдварда, появилось желание срочно посетить сортир, рука незнакомца мгновенно оказалась у груди ирландца и острая боль пронзила сердце, пробитое узким клинком.

— Дверь! — указание старшего тройки было немедленно выполнено и выйдя наружу один из нападавших прикрыл обитую снаружи металлом наружную дверь, а мощная металлическая щеколда заблокировала ее.

— Ну что же, это мы удачно зашли! — при быстром осмотре стало ясно — магазинчик мог вооружить целый взвод, причем в наличии были даже шесть автоматов Томпсона. — Ищем патроны и запасные магазины к автоматам и пистолету Кольт M1911, их тут два ящика, хватит каждому даже с учетом два ствола на человека. Интересно, американцы немного доработали свой пистолет — удлинён «хвост» клавиши рукояточного предохранителя, спица взводимого при выстреле курка и удерживающая рука лучше разделены; задняя часть рукоятки приобрела дугообразную форму; меньше выступает спусковой крючок и уменьшена длина его хода; появились наклонные углубления в рамке позади спускового крючка для указательного пальца; насечка на щёчках рукоятки доходит до винтов крепления. Если бы не вес, больше килограмма, вообще бы цены этому пистолету не было бы. Прихватим еще вон тот пулемет — старший указал на стоявший в углу на треноге станковый пулемет — Браунинг M1917 с воздушным охлаждением ствола, с ёмкостью матерчатой ленты 250 патронов.

— Смотрите, что я нашел! Канистра с керосином! — перед старшим тройки появилась двадцатилитровая канистра и тут-же было принято решение.

— Ищем стеклянные бутылки, заливаем их керосином и затыкаем тряпочными фитилями. Будем скоро готовить блюдо «жареный коп».

Трое боевиков, не делая лишних движений, занялись своим любимым делом, любовь к диверсиям им привил их командир, слепивший из пластунов настоящий спецназ, равному которому сейчас нет во всем мире.

* * *

Около полуночи к полицейскому участку, по бокам входа которого висели зеленые фонари, подошел хорошо одетый молодой белый мужчина, мельком глянул на припаркованный полицейский автомобиль и вошел внутрь.

Сержант, дежурный по участку, только что закончил давать указания одному из патрулей. В начале двадцатых годов радиосвязь прочно заняла место в армии и полиции. Оперативная связь — это то, о чем «силовики» мечтали тысячелетиями. Причем, во многих случаях, даже двусторонней связи не нужно, достаточно довести до подчиненных приказы, которые им надлежит выполнять. В частности, до автопатрулей, которые примерно в то же время стали более-менее массовым явлением. И хотя первые автомобильные радиоприемники коммерческого типа были, мягко говоря, громоздкими — возможности, которые открывались для полиции были поистине захватывающими. Если раньше патрульные должны были периодически заезжать в участок, чтобы получить новое задание или, как минимум, регулярно названивать дежурному (со стационарных телефонов или с носимых/возимых, подключаемых в специальные розетки), то моментальное оповещение по радио сокращало время между принятием решения и получением патрульными приказа до невероятно низких по тем временам величин. Правда, патрульным все равно нужен был проводной телефон, чтобы подтвердить получение приказа, потому что про двустороннюю связь из машины тогда мечтать не приходилось, возможен был только прием голоса (и скажите спасибо, что не морзянки, причем, специально обученным человеком). Полиция начала сваливаться на головы преступников в рекордно короткие сроки, срывая им все расчеты. На фотографиях первые экспериментальные машины на шасси Ford-T, но уже через три года по городу катались и два «крейсера», тяжелых семиместных автомобиля с опергруппами. Оснащенные радиосвязью и несущие, помимо десанта полицейских, еще и солидный запас тяжелого оружия — они изрядно попортили крови гангстерам.

— Добрый вечер! Что вы хотели, вам есть что заявить о готовящемся или совершенном преступлении? — сержант выбрался из-за стола и подошел к посетителю.

Сидевшие в паре метров парочка копов пили кофе и слушали радиоприемник. Окинув взглядом вошедшего, не сочли его опасным и продолжили свое занятие. Незнакомец начал руками показывать знаки, имитируя глухонемого, сержант закатил вверх глаза, досадуя на проблемного клиента. Неожиданный удар по горлу разбил трахею, коп еще стоял, когда ночной посетитель прыгнул к сидевшим полицейским, нанеся удар ногой в висок одному из них, а второму, с вытаращенными глазами двумя движениями сломал шею.

Осмотрев участок и никого не обнаружив, диверсант вернулся ко входу, куда уже вошли еще двое его друзей. Пока один страховал у входа, остальные быстро раздели копов, переодевшись в полицейскую форму.

Осмотрев полицейские револьверы Colt Police Positive с вороненым стволом, парни удовлетворенно кивнули — машинка была солидной и убойной.

Спрятав трупы, стали ждать возвращения патрульных экипажей. Время от времени названивал телефон, но не зная языка, бойцы к нему не подходили.

Минут через тридцать подъехала одна из патрульных машин, из которой, потягиваясь, вылезла пара копов, которые ранее пытались дозвониться в участок, но так и не смогли дождаться поднятия трубки. Войдя в участок, копы не успели удивиться чужакам в форме, как после ударов в солнышко и в горло и последующего сворачивания шеи перешли в мир иной, практически без мучений.

Также избавив копов от формы, стали ждать следующих.

* * *

Когда, загримировавшись и совершенно изменив свой облик, мы всей мужской компанией на рассвете покинули гостиницу и, поменяв несколько такси добрались за пару кварталов до участка полиции и пешком дошли до нужного здания, около него стояли десяток автомобилей. Все переоделись в подобранную форму и тонкие лайковые перчатки, прихватили автоматы, пистолеты и пулемет, до которого, мы надеялись, не дойдет очередь.

Наведя грим на тройку уже поработавших бойцов, приготовив пулемет, стали ждать начало нового рабочего дня, когда прибудут копы на смену ночным патрульным и копы, работающие днем в разных отделах.

Вошедших сразу резали и оттаскивали в сторону, стараясь не испачкаться в крови, которая уже струйками собиралась в лужи. Пару оставили в живых — начальника участка и одного сержанта, которого посадили рядом со мной у телефона для консультации насчет входящих звонков. Сержант страшно потел, все время просил меня оставить ему жизнь.

— Не бойся, самое страшное у тебя позади!

Поступили несколько вызовов, на которые я отвечал — Ждите, к вам уже выехали, патруль скоро будет.

Дождавшись времени, позволяющего добраться к банку к его открытию, отправили на тот свет двоих переживших немного своих коллег. Набрав номер департамента полиции я придав голосу паники закричал — На участок шестьдесят два совершенно нападение, человек сорок-пятьдесят ведут огонь из автоматического оружия, почти все убиты, мы долго не продержимся! Выстрелив очередью около трубки, оборвал связь.

Затем загрузились в три автомобиля, дождавшись поджога фитиля, рванули в сторону выбранного банка. Фитиль поджег разлитый керосин, разбитые бутылки с керосином должны убедить копов в том, что участок был забросан импровизированными гранатами, всем трупам нанесли колотые раны в сердце и шею. Установленные внутри ящики с патронами после воспламенения здания начали взрываться, создавая впечатление беспорядочной стрельбы. Через несколько минут загорелись полицейские машины, от которых к зданию вели керосиновые дорожки.

Уже добравшись о банка, мы встретили пару полицейских машин, спешащих к нашему погрому.

Я в форме лейтенанта с серебряным значком вместе с Камо, одетым в сержантский мундир с тремя шевронами и тройкой бойцов вошли в здание банка и к нам навстречу поспешили пара охранников — В чем дело, офицер!

— Господа, проводится полицейская операция, срочно проводите меня к управляющему, всех сотрудников охраны и сотрудников банка собрать здесь — их проинструктирует сержант, в течении часа нам требуется подготовить операцию по предотвращению ограбления вашего банка.

Не давая опомниться подошедшему начальнику охраны, заторможенно подтвердившего выполнение моего приказа своим подчиненным, я поторопил его и тот отвел меня в офис в роскошный кабинет управляющего. Не давая директору банка придти в себя и начать звонить для прояснения ситуации в полицию, я воздействовал на него голосом и жестами, обещая за помощь полиции почетную грамоту, а возможно и медаль.

Банковские клерки удивленно спрашивая друг друга о причинах нарушения работы банка, собрались в операционном зале вместе с охранниками, по моему знаку в банк вошли остальные бойцы, повесив на входной двери табличку «Закрыто» и заперев внутренние решетчатые двери.

Под направленными стволами Томпсонов разоружили охранников, заставили всех отойти в непросматриваемое с улицы помещение и, связав всем руки за спиной, усадили их на колени и оставив для контроля одного бойца.

Управляющего подвели к сейфу и приставив ствол к его паху вежливо попросили открыть сейф — Господа, поверьте — я не могу вам ничем помочь, вы же меня без ножа режете.

— Что ж, если у вас яйца лишние, Джерри, отстрели ему эту несущественную деталь тела!

Я подал знак и Камо резко нажал стволом револьвера в пах банкира, отчего тот неожиданно обмочился и завизжал так, как будто его уже лишили той малости, что от страха сморщилась до размера воробьиного яйца.

— Не надо, я открою сейф!

Через десять минут сейф раскрыл свои закрома. Внизу лежали опломбированные мешки с мелкими купюрами, всего пять штук.

Управляющий вытер со лба пот и показал на мешки — Два мешка по десять долларов по пятьсот тысяч в каждом, два мешка по пять долларов по двести пятьдесят тысяч и мешок с двадцати долларовыми купюрами на сумму девятьсот пятьдесят тысяч. Пять мешков по одному доллару по пятьдесят тысяч в каждом. На полках упаковки по пять долларов на сумму два миллиона, по десять долларов на сумму полтора миллиона, по двадцать долларов на сумму миллион долларов, по пятьдесят долларов на сумму миллион долларов и по сто долларов на сумму семьсот тысяч. В железном ящике двадцати долларовые золотые монеты одна тысяча штук.

Я взял одну монету и рассмотрел ее со всех сторон — на аверсе в центре монеты изображен профиль женщины, символизирующей свободу, а на ее голове украшение с надписью «LIBERTY». Край монеты украшен декоративным орнаментом и тринадцатью звездами. В самом низу указан год чеканки, 1907. на реверсе — край реверса также украшен декоративным орнаментом, по верхнему краю расположена надпись «UNITED STATES OF AMERICA», а в самом низу указан номинал «TWENTY D.». В центре монеты изображен геральдический символ США — белоголовый орлан. Его грудь закрыта щитом, в лапах он держит стрелы и ветвь лаврового дерева, а в клюве символическую ленту с надписями «EPLURIBUS» и «UNUM» по обе стороны. Над головой орлана в лучах солнца изображен овал из тринадцати звезд. Я мысленно прикинул вес купюр, раздумывая, все ли забирать, золото точно тащить смысла нет — оно обменивается на купюры того же номинала, что монеты. Вес монеты был солидный — 33,44 граммов, то есть килограмм золота стоил около 598 долларов.

Вес одной банкноты США составляет примерно 1 грамм и не зависит от номинала. Получается следующая картина:

Миллион долларов в разных купюрах составляет:

по 100$ — 10 кгпо 50$ — 20 кгпо 20$ — 50 кгпо 10$ — 100 кгпо 5$ — 200 кг.

И наконец, вес миллиона однодолларовыми купюрами составляет целых 1000 кг или тонну.

— Загружаем машины и вперед! Господин управляющий, мы оставляем золото, можете поделить его между вами и охраной для моральной компенсации, полиции укажите, что грабители забрали все золото!

Погрузка заняла минут сорок, сменив форму американских копов на деловые костюмы, мы покинули здание, остановившись около мусорных баков для избавления от мундиров и амуниции, предварительно изрезав все ножами, полицейские револьверы и значки решили вечером выкинуть в Гудзон.

К нашему новому офису машины подъезжали по одной, мешки споро заносились внутрь, затем автомобили отгонялись в удаленные районы, бросались припаркованными на малолюдных улицах.

Я по телефону договорился с сенатором о встрече через неделю — он обещал, что к тому времени нужные нам документы будут готовы.

— Камо, обзванивай газеты, будем рекламу давать.

* * *

Мэрия Нью — Йорка, расположенная в центре парка Сити-Холл в районе Сивик-Центр Нижнего Манхэттена, между Бродвеем, Парк-Роу и Чемберс-стрит является старейшим зданием мэрии в Соединенных Штатах, в котором до сих пор находятся его первоначальные правительственные функции, такие как офис мэра Нью-Йорка и палаты городского совета Нью-Йорка. Комиссар полиции Нью-Йорка Ричард Эдвард Энрайт поправил шляпу и вошел в здание, неся в портфеле отчет о расследовании нападения на Участок в Бруклине.

Мэр Нью-йорка Джон Фрэнсис Хайлан, сверкая стеклами своих очков, угрюмо слушал комиссара — Нападение на участок было хорошо спланировано, предварительно было совершено убийство хозяина находившегося в двух кварталах оружейного магазина, в котором неизвестные вооружились и под утро напали на участок, перебив находящихся в нем полицейских. По видимому, патрульные, возвращающиеся с улиц, так же убивались. Бандитам хватило наглости дожидаться сотрудников, с утра заступающих на смену. Пожар конечно сильно повредил тела, но однозначно, всех убили холодным оружием, не сделав ни единого выстрела.

— Ты понимаешь, что ты мне несешь! — мэр не выдержал и сорвался в крик — У тебя всю ночь режут полицейских как овец, продолжая среди белого дня убивать твоих хваленных борцов с преступностью! Для этого даже револьверы не понадобились! У тебя что — в Департаменте полиции набирают маменькиных сынков? Которые за себя постоять не могут! Все, на своей карьере можешь поставить крест! Если в течении недели не найдешь преступников — можешь готовиться валить на пенсию.

Комиссар полиции после услышанного не решился доложить о ограблении банка, из которого похитили просто космическую сумму — восемь миллионов двести двадцать тысяч долларов.

Глава 11

Получив разрешение на проведение финансовых операций в США, в частности на выпуск и продажу акций, мы во всех значимых газетах разместили рекламу, в центре которой красовалось фото нашего брильянта. Первую партию акций, защищенных водяными знаками (изображение раскрытой раковины с лежащим в ней брильянтом и надпись «Каждый человек имеет право на счастье») мы уже получили и начали их продажи, используя методы МММ — предлагая инвесторам акции номиналом сто долларов, выпущенные в бумажной форме, наша фирма ввела «двусторонние котировки» с определённой маржой на покупку и продажу собственных акций, которые постоянно росли. Это привело к тому, что они начали расходиться быстро, поскольку торговались с самого начала по принципу «сегодня всегда дороже, чем вчера».

Связавшись с нашими европейскими филиалами я отдал распоряжение немедленно начинать торговлю акциями, предупредив, что бы не жалели денег на рекламу. С начала работы всех наших филиалов их охрану на себя взяли прибывшие из Москвы чекисты. В Вашингтоне со дня на день должен был так же открыться филиал по продаже наших акций.

Задолго до краха Уолл-стрит в 1929 году я решил его намного приблизить.

Крах на Уолл-стрит в 1929 году, также известный как Великий крах, был крупным обвалом американского фондового рынка, произошедшим осенью 1929 года. Он начался в сентябре и закончился в конце октября, когда цены на акции на Нью-Йоркской фондовой бирже рухнули.

Это был самый разрушительный крах фондового рынка в истории Соединенных Штатов, если принять во внимание всю степень и продолжительность его последствий. Великий крах в основном связан с 24 октября 1929 года, называемым Черным четвергом, днем крупнейшей распродажи акций в истории США и 29 октября 1929 года, называемым Черным вторником, когда инвесторы продали около 16 миллионов акций на нью-йоркской фондовой бирже за один день. Крах, последовавший за сентябрьским крахом Лондонской фондовой биржи, ознаменовал начало Великой депрессии.

Я находился в своем небольшом офисе, когда услышал шум в нашей конторке, торгующей нашими акциями. Выйдя в операционный зал, я оторопел — полная богато одетая тетка третировала нанятую мною два дня назад молодую девушку — Какие гарантии дает ваша компания, продавая свои акции?

Я решил немедленно вмешаться — Доброе утро, мадам! В чем вопрос, почему шумим? Я управляющий нашего Нью-Йоркского филиала.

Тетка оглядела меня, решая для себя, могу ли я ей помочь и ринулась ко мне — Я хочу знать, чем подтверждается вложение моих денег в разработку алмазной трубки, ваши акции не имеют никаких гарантий!

— Позвольте с вами не согласиться — во-первых у нас есть документы о исследовании месторождения алмазов, подписанные известной компании геологоразведки «Шлюмберже». Они разработали и ввели в промышленное использование метод электроразведки полезных ископаемых. Во-вторых, цена на наши акции растет каждый день. Если сегодня вы купите их по цене сто тридцать долларов за стодолларовые акции, через неделю вы сможете их нам вернуть с приличной наценкой, предполагаю, что их цена за неделю вырастет на двадцать-тридцать долларов.

В этот момент удачно зашел старый еврей с пейсами в черной шляпе и черном костюме тройке — Вот, хочу купить ваших акций на пятьдесят тысяч долларов.

Еврей сделал знак и один из его сопровождения начал выкладывать из кожаного саквояжа пачки денег.

— Постойте, я первая в очереди! Я возьму на тридцать тысяч! — Из своего обширного ридикюля достала три пачки сотенных купюр и довольная, получив акции, ушла.

Зазвонил телефон, я вернулся в конторку — Инвестиционная компания «Эльдорадо», слушаю!

— Доброе утро, сэр! — взволнованный голос Камо невозможно было не узнать — Мне нужна ваша помощь — я жду в баре Джулиуса в доме сто пятьдесят девять на десятой улице в Гринвич-Виллидж, в Манхэттене. Захватите с собой грим, пожалуйста.

— Вам что-нибудь угрожает?

— Не мне, одному товарищу нужна помощь!

Я мысленно чертыхнулся — гребаные революционеры, и здесь умудрился товарища найти — Ждите, я выезжаю!

Взяв с собой пару бойцов с автоматами я сел за руль арендованного Lincoln L-Series, шестиместного седана с откидывающейся крышей. Уже подъезжая к бару, я его вспомнил — я был в Нью-Йорке на стажировке, по модному тогда международному обмену опытом, десяток америкосов отправился в Москву, ну а я и еще девять моих коллег сюда прибыли. Так вот, нам организовали экскурсию по городу, показав и этот гей-бар.

Гомосексуалы начали посещать бар в 1950-х годах, но официально их стали обслуживать в нём с 1966 года, после акции «Глоток», которую провели в баре четыре члена Общества Маттачине. Эта акция привела к признанию права гомосексуалов на обслуживание в питейных заведениях штата Нью-Йорк, имеющих лицензию на торговлю спиртными напитками.

Частыми посетителями заведения были драматург Теннесси Уильямс, писатель Трумэн Капоте и танцор Рудольф Нуреев. Уйдя на пенсию, я лазил в интернете, вспоминая знакомые мне места, оказалось, что в 2016 году бар был включён в список Национального реестра исторических мест США, как объект, имеющий значение для социальной истории. Я еще тогда помню хохотал как сумасшедший — гей-бар стал национальным достоянием.

Оставив машину так, чтобы мои бойцы видели вход в угловое здание, я с саквояжем в руке и с пистолетом в кобуре скрытого ношения вошел в бар, заметив Камо с незнакомым мужчиной лет двадцати с небольшим в дальнем уголке, попивающих кофе, когда я подошел к столику, то учуял присутствие в напитке коньяка.

Волевое симпатичное лицо незнакомого брюнета как ни странно показалось мне знакомым, я определенно видел это лицо на фотографии.

— Это мой друг Генри Джон Ральф Бэнкс, а это Сальваторе Лукания, он итальянец. Представляешь, Генри, иду я по улице, изучаю улицы ближайших кварталов, вижу — двое копов вяжут этого молодого человека. Пришлось вмешаться — грех не помочь такому симпатичному человеку. Немного попетляв, мы заскочили сюда. Меня то копы толком не разглядели, а вот Сальваторе нужно загримировать от греха подальше.

«Сальваторе, Господи, ну Камо, обязательно в какой-нибудь блудняк впишется! Это же известный в будущем мафиози Лаки Лучиано, по прозвищу Счастливчик. Посвятив себя уголовному ремеслу, он занимается разнообразными видами криминальной деятельности: вымогательством, грабежами, контрабандой, торговлей наркотиками, организацией нелегальной проституции и игорного бизнеса.

В апреле 1931 года Лучиано организует убийство босса своего мафиозного клана — Джузеппе Массерии, которому до того служил на протяжении многих лет, и займет его место. Обладая большими организаторскими способностями, он начнет реформировать преступный мир Нью-Йорка, перестраивая его «под себя». Лучиано считал, что мафия в США должна строиться на тех же принципах, на каких строятся американские промышленные корпорации.

Организует «Большую семёрку» — супертрест гангстеров по продаже спиртного. В качестве младших партнёров выступали «Нью-Йорк индепенденс» и «Независимые бутлегеры Нью-Йорка» — гангстерская группа Сигала — Лански и группы контрабандистов Нью-Йорка, Бостона, Род-Айленда и Атлантик-Сити.

По-хорошему, нужно поближе сойтись с этим Счастливчиком — в будущем можно будет воспользоваться помощью мафии — ее руками можно устранять мешающих увеличению мощи России политиков, исследователей и ученых.

— Уважаемый Сальваторе! Я немного слышал о вас, вы очень далеко пойдете!

— И что же вы обо мне слышали, Генри? — напрягшийся мафиозо напомнил мне готового к броску тигра.

— Я слышал совсем немного — вы работаете на итальянскую мафию, отсидели полгода вместо положенного года, выйдя досрочно. У вас сильный характер, начав рядовым мафиозо вы имеете потенциал стать Боссом.

— Серьезно? — итальянец обернулся на удивленного Камо и немного расслабился — Я уже думал, вы из полиции, но вот вытянутая физиономия Ваче меня убедила в обратном, он и не подозревал о ваших знаниях о рядовом солдате непростой организации. Вы так разглядывали меня, будто не могли вспомнить, где могли видеть.

— У вас очень интересный итальянский типаж, немного напоминаете одного итальянца, я даже засомневался, не он ли это. А некоторые сведения о вашей организации я собираю для поиска человека, с которым эдак лет через десять можно плотно работать и взаимовыгодно получать прибыль.

— Ваче, начинай гримировать уважаемого Сальваторе, мы пока немного пообщаемся с нашим новым другом — я кивнул на саквояж и Камо стал доставать парик и бородку.

— Я представляю международный клуб бизнесменов, который стремится к финансовой власти над всем цивилизованным миром, в эту организацию входят богатые люди, конгрессмены и сенаторы, министры. Так вот, всегда есть личности, мешающие нашей организации, независимо от того, какую должность они занимают. Моя должность в организации — Доктор Смерть. Я отвечаю за ликвидацию данных шестеренок в нашем финансовом механизме. Как только вы, уважаемый Сальваторе, станете Боссом, а вы им определенно станете, к вам обратится мой человек и скажет пароль — Поклон Счастливчику от Доктора Смерть. Мой человек будет уполномочен мной передать вам список людей, которые уже давно зажились на этом свете, за солидное конечно вознаграждение, желательно, что бы их смерть явственно была или несчастным случаем или нападением случайного грабителя или наркомана.

Я протянул руку и итальянец, не сомневаясь, пожал ее.

— Хорошо, Генри! Я с удовольствием помогу вам здесь, в Америке с вашими проблемами.

— Если вам, наш итальянский друг, нужна будет подобная помощь в Европе, скажите об этом нашему посреднику.

Лучиано вызвал такси и мы попрощались.

— Ну, господин Манукян, готовьтесь к поездке в Вашингтон, возьмете пятерых бойцов и начинайте там продажу акций. Связь будем держать по телефону. По мере накопления денег мы будем направлять в Вашингтон Форд-Т, внутренние стенки кузова обошьем листовым железом и сделаем бойницы для стрельбы, сопровождать наш псевдо-броневик будет еще одна машина с ребятами. Я прикину, сколько в грузовичок поместится мешков с деньгами, и будем где-то раз в неделю вывозить их сюда, а уж затем отправим океаном на родину. И еще — чтобы сегодняшняя ваша самодеятельность была первый и последний раз, ваша задача не привлекать к нам внимание полиции, а вы как подросток наплевали на конспирацию, на безопасность нашего задания.

— Извините, сэр, больше не повторится!

— Я надеюсь на это, иначе отправлю с первым же пароходом назад.

Вернувшись к конторе, я чуть не открыл рот при виде очереди в наш офис — желающих расстаться с деньгами было не меньше сотни человек.

— Нам срочно нужно помочь нашему кассиру, давай бегом.

В шесть рук уое-как удалось справиться с наплывом желающих обогатиться и я принялся названивать в агентства, ища дополнительных сотрудников для отъема денег у лохов.

— Камо, имей в виду — на новом месте бери сразу нескольких кассиров, иначе проблем не оберемся.

В конце дня подсчет кассы показал — мы за день продали акций на шестьсот семьдесят три тысячи долларов.

Мы уже собирались закрываться, когда в дверь вошли четыре верзилы с внешностью гориллы, мои бойцы невольно схватились за оружие. Все четверо жевали жвачку, которая появилась в США аж в 1869 году, с 1915 года компания Wrigley, которой стало тесно в США и Канаде, строит завод в Австралии. Для популяризации жевательной резинки среди детей выпускается книжка «Матушка гусыня» со стихами и красочными иллюстрациями. В рекламных целях рассылаются пластинки жевательной резинки всем ньюйоркцам, фамилии которых значатся в городском телефонном справочнике. Позже пластинку жевательной резинки стали выдавать каждому иммигранту, въезжавшему в США через Эллис-Айленд. Так жевательная резинка Уильяма Ригли стала символом Америки.

За своей охраной в наш офис вошел мужчина с тщательно выбритым лицом, лет тридцати, в дорогом костюме. Оглядев наш небольшой операционный зал, запозднившийся гость представился — Добрый вечер, господа, мое имя — Джон Донато Торрио, надеюсь это имя вам знакомо? Правда, в основном меня знают жители Чикаго.

«Да что же за день такой! Гангстеры так и бросаются под колесо!» — Кто в Америке не слышал о итало-американском гангстере, известном как «Папа Джонни» и «Лис». Он участвовал в создании криминальной империи, известной как Чикагская организация (Chicago Outfit) в 1920-х годах, которую позже возглавит его протеже Аль Капоне. Торрио был племянником Джеймса «Большой Джим» Колозимо, одного из первых главарей Чикагской мафии, который был известен своим вульгарным образом жизни и империей, построенной на организации проституции, азартных играх и рэкете. Колозимо приобрел прозвище «Джим Бриллиант», которое получил за то, что часто надевал белый костюм и носил бриллиантовые булавки, кольца и другие украшения.

В течение нескольких лет Колозимо расширил свой бизнес до двухсот публичных домов и занялся азартными играми и рэкетом. К 1909 году Колозимо серьёзно угрожала банда «Чёрная рука», членами которой были в основном итальянские эмигранты. Он обратился за помощью к своему племяннику Джону «Лису» Торрио, которого привез в Чикаго из Бруклина и сделал вторым в своей команде. В следующем году Колозимо открыл ресторан в Чикаго по адресу 2126 South Wabash, назвав его в честь себя — Кафе Колозимо. В 1919 году Торрио и Колозимо открыли публичный дом по адресу 2222 South Wabash, названный «Четыре двойки».

Закурив сигару, гангстер процедил — Меня прислали уважаемые люди Чикаго, они тоже хотят вложиться в разработку ваших алмазов. Фото вашего брильянта взбудоражил многим голову. Мой бывший Босс, Фрэнки Йель, поделился со мной своими планами вложиться в ваши акции и мы вместе с моим дядей решили — Чикаго не должен остаться в стороне. Завтра часикам к двум дня люди Йеля и мои вот эти джентльмены привезут деньги. Не знаю, сколько будет у Фрэнки, мы же завтра доставим пять миллионов долларов, из которых миллион в купюрах по пятьсот долларов и три миллиона тысячными купюрами. Да, будьте готовы к покупке ваших акций нашими коллегами с западного побережья, по моим сведениям вся семья Южной Калифорнии, включая Джозефа Ардиццоне, собирает все свои заначки, считая, что брильянты принесут больше прибыли, чем продажа спиртного. Только, имейте в виду, господа — если ваши акции не принесут нам обещанной прибыли, лучше вам самим повеситься — вы знаете, что такое сицилийский галстук?

Камо удивленно поинтересовался — Нет, а что это?

— Это наказание по итальянски, при котором через перерезанное горло у еще живого человека наружу вытягивается язык. Ладно парни, будем надеяться, что вы сделаете все, что бы не красоваться с такими галстуками.

Гангстеры развернулись и вышли, мы, оставив тройку охраны на ночь, закрыли вход в офис и отправились на вокзал.

Сегодня должны вернуться из Вашингтона моя жена и ее охранник, отправленные вчера осмотреть предложения агентства недвижимости и заключить договор аренды на понравившийся офис.

Поезда № 524 в северном направлении и № 525 в южном направлении назывались Нью-Йорк Экспресс и Вашингтон Экспресс, соответственно. Время в дороге занимало четыре с половиной часа, поезд «Мэрилендер» предлагал высокий уровень пассажирских удобств, таких как салонные вагоны с отдельными гостиными, полный сервис в вагонах-ресторанах, роскошные салонные вагоны, а также бортовое радио и телефонное обслуживание. Пользовались популярностью его вагоны-рестораны, известные своим декором и свежей кухней Чесапикского залива, которую подают на дрезденском фарфоре в богато украшенных вагонах со стеклянными люстрами и с мебелью в колониальном стиле. Фирменными блюдами вагона-ресторана были устрицы и рыба Чесапикского залива, подаваемые с кориандром.

Мы чуть опоздали и и на вокзал прибыли когда поезд уже выгружал пассажиров. Решили ждать у выхода на перон, народу было очень много, мы чуть не потерялись в такой толпе.

Наконец то мы с женой обнялись и собравшись, всем коллективом отправились в гостиницу. Назавтра нужно заказывать доставку новой партии акций и договариваться о отправке первой партии денег в Россию.

Глава 12

С отправкой денег в РССР никак не получалось. Однако вслед за признанием советской республики Великобританией ее вынуждены признать и остальные страны, одними из первых это сделали США. В Вашингтон приехал посол РССР и соответственно все сотрудники посольства, в том числе и военный атташе Александр Ильич Егоров, выполняющий функции резидента нашей разведки.

Полковника получил перед революцией, он был кадровым офицером, имел классическое военное образование, полученное еще в Российской империи, большой опыт службы в царской армии, участвовал в Первой мировой войне в качестве боевого командира. С августа 1918 года Егоров воевал на фронтах Гражданской войны, был командующим 10-й армией РККА, получил тяжелое ранение, затем в июле — октябре 1919 года был командующим 14-й армией РККА.

Так вот, от Егорова я получил сообщение — привезти в посольство десять миллионов долларов, на которые посольские будут закупать зерно у америкосов, а на остальные самостоятельно скупать перспективные заводы и отправлять все оборудование большей частью в Мурманск, а меньшую — в порт Владивостока. Решение это было правильным — развитие дальнего востока вызвало бы и увеличение населения и укрепило бы военную мощь страны.

Не мудрствуя, я решил как и в моем времени, только в 1928 году это сделал Сталин, обратиться к Альберту Кану, возглавлявшему в Детройте Albert Kahn Associates, архитектурно-дизайнерскую фирму. В предыдущие годы компания внедрила новую технологию в промышленном строительстве, включающую уникальный метод железобетона, называемый Строительная система Kahn с использованием запатентованной запатентованной арматурной стали производства Trussed Concrete Steel Company. Строительство автомобильных заводов и других типов заводов было преобразовано из деревянного каркасного строительства. Помимо того, что это была передовая технология прочности, которая привела к более широкому открытому внутреннему пространству, она отличалась высокой степенью огнестойкости и большим пространством для освещения. Фирма, основанная Альбертом Каном, течение многих лет строила заводы для Chrysler, Ford Automobile и Packard Automobile. Другими важными клиентами фирмы были Republic Steel и General Motors.

После передачи десяти лямов нашему посольству, после двух месяцев продажи акций у меня накопилось аж шестьсот миллионов долларов. В Европе выручка составила в переводе на доллары около пятисот миллионов. Я чувствовал, что пора закрывать свою пирамиду, поэтому отдав приказ всем филиалам Европы и США закрыть продажи к первому апреля и немедленно выбросить на биржи акций на сумму более миллиарда долларов, сделав сообщения в СМИ о обнаружении еще одной алмазной трубки и о начале строительства современного завода по обработке алмазов. Рынок просто взорвался, многие крупные корпорации немедленно стали скупать наши акции, чья цена выросла до пяти тысяч за акцию. Наша прибыль от продаж на бирже составила около трех миллиардов, которые я тут же перевел в золото — пять тонн четыреста килограммов были отправлены в Москву вместе с закупленным зерном.

Первого апреля все офисы нашей пирамиды остались закрытыми, от пришедших на работу служащих и кассиров, хлопающих глазами перед закрытыми дверями, пытались получить хоть какие-нибудь сведения люди из огромных очередей желающих обогатиться на наших акциях. Публикация в СМИ проведенного полицией расследования просто обрушила биржи мира — акции «Эльдорадо» признаны недействительными в виду отсутствия в собственности компании каких-либо алмазных шахт. Вся компания существовала только на бумаге.

Наша гоп-компания еще до апреля съехала из гостиницы, жену я сразу отправил вместе с Камо в Москву, сам же со своими бойцами перешел на полулегальное положение, имея документы прикрытия сотрудников нашего посольства. Меня теперь искали не только копы, но и вся мафия америки, вложившая в акции около пятидесяти лямов. За мою голову назначили двадцать штук, за живого — сто тысяч баксов.

Добравшись до Детройта, я провел трехдневные переговоры с Альбертом Каном, в итоге его фирма подписала контракт с РССР на шестьдесят миллионов долларов на Проекты строительства двух тракторных заводов в Волгограде и в Челябинске. Так же сорок миллионов Кан запросил на разработку генерального плана Магнитогорского металлургического комбината, который был увеличенным вариантом аналогичного завода U.S. Steel в городе Гэри (штат Индиана). Следующим проектом должен стать Уральский завод тяжёлого машиностроения. При этом в Москве Кан брался открыть свой офис, с направлением в него ведущих проектировщиков и взять на стажировку тридцать выпускников Санкт-Петербургской и Московской школ подготовки архитекторов, а также региональных высших учебных заведений при инженерно-строительных факультетах в Варшаве, Риге, Киеве и Томске, закончивших свое обучение незадолго до революции.

Для Московского завода, основанный братьями Бромлей и пока еще не получившего название «Красный пролетарий», машиностроительного завода «Кубаноль» и уже строящегося немцами в Новосибирске завода «Станкосиб» были закуплены станки самых последних разработок, полностью закрывающих потребности станкостроения. Через наше посольство в Германии удалось договориться о продаже фирмой «Schiess» в Дюссельдорфе пары токарно-карусельных станков, которые я запланировал отправить на тракторные заводы — пора начать разработку отечественных танков. Так же на обучение в Дюссельдорф будут направлены наши инженеры для обучения будущих конструкторов и технического персонала по обслуживанию и изготовлению современных станков.

* * *

В период с 1912 по 13 гг. Братья Джанолла захватили банду рэкетеров района Виандотт, начав вражду с боссом мафии Виандотт Вито Адамо. Братья Джанолла почувствовали, что одержали победу в Виандотте после нападения на банду Адамо, в результате которых погибли несколько членов банды Адамо. Адамо укрылся в Детройте и присоединился к лидеру мафии Пьетро Мирабиле, в то время как Джаноллы нацелились на рэкет в Маленькой Италии, в основном на незаконную торговлю пивом.

Эпоха братьев Адамо закончилась в ноябре 1913 года, когда 34-летний Вито и 32-летний Сэм Адамо были застрелены стрелками возле своего дома.

Теперь банда Джаноллы будет безраздельно править примерно 4–5 лет как доминирующая итальянская преступная группировка в Детройте. Банда Джаноллы контролировала самые прибыльные рэкеты в итальянском преступном мире Детройта, и эта банда положила начало карьере некоторых из самых известных преступных фигур в истории Детройта. Среди ведущих членов банды, которые возглавили Детройтскую мафию и правили местным преступным миром, были Джон Витале, Сальваторе Каталанотте, Анджело Мели, Уильям Токко, Джозеф Зерилли, Леонардо «Черный Лео» Селлура, Анджело Полицци и множество других известных мафиози. Тони Джанолла оставался лидером банды, ведущей свои операции со своей базой в Виандотте. За эти годы его младший брат Сэм закрепил за собой репутацию жесткого силовика, лидера группы убийц, в то время как Гаэтано оставался советником группы.

В начале двадцатого года братья Джанолла присоединились к бандиту из района Виандотт Джону Витале, который вместе с соратником Сэмом занялся винным бизнесом. Чиприано, Питер Боско и Джозеф Стефано. Альянс Джанолла-Витале и их «ликеро-водочный комбинат» были главными конкурентами братьев Адамо и были ключом к противостоянию Адамо, поскольку ни Джанолла, ни группа Витале не могли справиться с богатой группой Адамо в одиночку. В то время как Джаноллы и их войска сражались напрямую с Адамосами, Витале и его соратники продолжали вести дела своего алкогольного бизнеса вместе с братьями Джанолла. Было достигнуто соглашение между Джаноллой и Витале относительно равного контроля над различными местными рэкетами, было достигнуто понимание относительно рэкета с алкоголем и другой прибыльной преступной деятельности. Судя по всему, к этому времени война была окончена, но с принятием Закона Вольстеда в октябре 1919 года появилась новая мотивация для самых амбициозных бандитов.

С введением сухого закона ставки в преступном мире Детройта стали больше, чем когда-либо было поставлено, поскольку теперь на карту поставлены десятки миллионов долларов незаконных прибылей и контроль над новым импортом спиртных напитков и бутлегерством торговля внутри итальянского сообщества и, в конечном итоге, весь Детройт определит, кто правит безраздельно. В то время, когда было достигнуто соглашение о мирном соглашении, и Джанолла, и Витале, возможно, уже были предупреждены о возможности начала закона и планировали реорганизовать свои группы в ожидании нового и очень прибыльного рэкета, так что даже после заключения мира кто то один должен был уйти из этого бизнеса.

В начале октября 1919 года, за несколько недель до Закона Волстеда, в конце октября, когда Сэм Джанолла случайно вышел из своего банка после обналичивания чека на 200 долларов, он был поражен шквалом пуль, выпущенным из припаркованной машины возле обочины прямо перед берегом. В Джаноллу ранили двадцать восемь раз, Джанолле удалось вернуться в банк, где он упал и умер.

Так в начале 1920 года Джон Витале стал главным боссом мафии в Детройте. Сейчас он сидел в своем кресле, напоминающем трон, и слушал своих ближайших помощников, готовясь защищать свою с таким трудом добытую власть.

— Кстати, Босс, нашлись наши аферисты, кинувшие все семьи благословенной Америки — Сальваторе Эвола выжидающе посмотрел на Джона и тот резко повернулся к нему с немым вопросом на лице — наш осведомитель из Детройт Хилтон Отеля сообщил, что вчера к ним заселились одиннадцать человек, один их которых ну очень похож на якобы английского лорда, главного среди этой шайки аферистов. Все эти постояльцы произвели на осведомителя жуткое впечатление — от них так и разило смертью. Этот портье немного повоевал с немцами и вояк чует за милю. Так эти люди, по его словам, опытные солдаты, им лишить жизни человека, как прихлопнуть муху.

— Интересно, что им понадобилось в нашей дыре. Готовьте людей, этого лже-аристократа притащите мне живым, можно немного помятым, но живым!

* * *

Решив все вопросы с Каном, вернувшись в отель и получая ключ от номера, мне не понравились бегающие глазки портье, который, кстати, пару дней назад заселял нашу гоп-компанию. На лице портье явственно был виден страх и в то же время проскальзывали нотки ожидания радости, будто этот неприятный мужичок с бледным крысиным лицом ждет получения высоких чаевых. Или же мы опознаны и портье уже мысленно делит предназначенные за наши головы доллары. Это скорее всего так и есть, вон как его тянет к телефонной трубке, но ждет нашего ухода в лифты.

Странно, я и мои бойцы без грима, который мы поддерживали, изображая аристократа и его охрану. На чем же мы прокололись? Я взглянул на нас со стороны и понял — выдавали нас наши взгляды, дерзкие, наглые глаза хладнокровных убийц. Жаль, что сейчас не лето — не мешало бы спрятаться за солнцезащитными очками.

Отходя от гостиничной стойки я подал своим псам войны знак опасности и отправился собирать вещи в номер. Забив саквояж подписанными Каном договорами и несколькими пачками баксов, проверил пистолеты и рассовал их в кобуры, прихватил автомат Томпсона, спрятанного в чехол от скрипки.

Заказ у Томпсона Троцким большой партии автоматов подхлестнул его изобретателя, ускорившего его вывод своего оружия на гражданский рынок на пару лет, с коробчатыми обоймами на 20 и 30 патронов, а также с барабанными на 50 и 100 патронов, рекламируя его, как «анти-бандитский пистолет-пулемёт». Цена на такое оружие составляла 200 долларов США, что в переводе на деньги моего будущего времени равнялось трем тысячам долларов! Для сравнения: легковой автомобиль Ford Model A стоил тогда около 350–400 долларов, то есть логично, что во времена Сухого закона очень многие люди жили в нищете и не смогли бы себе позволить такое оружие, ровно, как и армия, для которой это было слишком дорого. Но деньги нашла нищая Россия, дав возможность изобретателю совершенствовать свои модели. В США до 1927 года его пистолет-пулемёт пользовался популярностью только у американской мафии. И именно итало-американские гангстеры сделали «Томми-ган» по-настоящему культовым оружием.

Из-за своей относительно короткой длины (около 32 дюймов в длину ~ 81,28 см) пистолет-пулемёт Томпсона по своей форме как раз идеально помещался в небольшом деревянном футляре для скрипки. Ствол оружия отлично вписывался в пространство, отведенное для грифа скрипки. В чехле от скрипки даже хватало место и для нескольких барабанных обоим с патронами. Мы нашу гоп-компанию после окончания аферы с пирамидой позиционировали как представителей чешской фабрики Bohland and Fuchs.

В моем номере через пять минут собрались все мои диверсанты и я обрисовал сложившуюся проблему — Портье скорее всего нас опознал и сдал местной мафии, нам придется уходить из гостиницы, отбиваясь от боевиков, которые наверняка уже обложили здание. Быстро надеваем парики, клеим усы и бороды, меняем внешность — вдруг удастся сбить мафиозо с толку.

К сожалению, грим нам не помог — как оказалось позже, гангстеры были готовы к этому и просто открыли охоту на мужчин, державшихся вместе, зная наше количество.

Стук в дверь и женский голос, спрашивающий меня — Мистер Дворжак, вас просят пройти к менеджеру отеля, какие-то проблемы с вашим номером, вам предоставят точно такой же на этом же этаже.

Я выглянул в окно — возле нашего восемнадцатиэтажного здания припарковалось большое количество машин, гангстеры делают вид что читают газеты, наслаждаются видами улицы, Станиславский уже бы кричал — не верю! Даже копы начали присматриваться к возросшей у отеля публике. С нашего седьмого этажа прекрасно было видно этих страдающих от безделья гориллоподобных в длинных плащах, под которыми у них наверняка наготове оружие.

С помощью выключателя гашу свет в номере и кричу — Иду, айн момент, я только что из душа!

Открыв дверь, отхожу в сторону и, ныряя в туалетную комнату с двумя ножами в руках, кричу — заходите, открыто!

Вскочившие в номер пара гангстеров теряется, попав с освещенного коридора в темное помещение, зрение еще не стабилизировалось и они тупо водят перед собой револьверами не понимая что происходит. Появившись за их спинами, я наношу серию одновременных ударов в их почки, успеваю достать из кобур пистолеты и выглядываю в коридор м одновременным приседанием, уводя тело с линии возможного огня.

В коридоре еще пара с Томпсонами на изготовку, делаю одновременный залп и бандиты м простреленными лбами падают на пол.

— Чисто! Уходим! Мне передали мой саквояж, который я доработал, приделав к нему длинный ремешок, позволяющий повесить на плечо неудобную сумку. Убрав пистолеты, беру в каждую руку автомат и двигаю к лестнице, зная что у лифта нас уже ждут.

Лестничный проход наверх тоже был под контролем пяти человек, которых я от души нашпиговал свинцом. Бросив разряженные стволы, предварительно протерев из платком, я из поданного мне моего футляра достал и собрал свой автомат, то же самое сделали остальные.

— Выходим и сразу двигаем в ресторан, пробиваемся через их черный вход — давая указания, я окинул взглядом хол — в разные стороны разбегались постояльцы, шестеро бандитов с оружием спешили нам навстречу — стреляют первая и вторая тройки длинной очередью, затем если еще остается кто жив из этих гребаных итальяшек, добиваем я и третья тройка.

Подбежавших к лестнице встретил ураган пуль из пятидесяти патронных магазинов. Добивать было некого. Пока менялись магазины, мы вчетвером, проскакивая мимо выхода на улицу, очередями отогнали подальше стоявших там гангстеров и, расталкивая встречных ошалевших людей, проскочив зал ресторана вывалились в помещения кухни, изученные нами сразу по приезду в отель.

У черного входа стояла только одна машина с пятью гангстерами, поленившимися вылезти наружу, за что они тут же схлопотали по десятку пуль в свои бренные тела. Выкинув тела, я и еще трое сели в нее и отъехали, остальные, спрятав оружие под плащами, рассредоточились по тройкам и направились на точку сбора, железнодорожный вокзал. Через час нас уже не было в городе.

«Дилетанты! Если бы нам перекрыли пути отхода из города, нам пришлось бы кисло!»

Глава 13

Пятнадцатого апреля в Кремле состоялось заседание ВЦИК, посвященное подведению итогов первого квартала, организации посевной, подготовке к празднованию Первого мая. Ленин был на подъеме, забыл про все свои болезни — В Москву прибыл Камо с отличными новостями.

— Товарищи! Слово имеет товарищ Тер-Петрося́н, выполнявший вместе с товарищем Сорокиным секретное задание правительства РССР за границей.

Камо вышел к трибуне и окинул собравшихся взглядом — в первом ряду сидел Троцкий, то и дело протирающий свои пенсне. Выражение его лица демонстрировало презрение и немного ревности — Лейба и сам был бы не против поездки за границу, последнее время его затирали и отодвигали в сторону. Троцкий к этому не привык — после Октябрьской революции реклама и самореклама Троцкого приносила свои плоды. В речах и брошюрах при перечислении вождей революции фамилию Троцкого нередко ставили впереди имени Ленина. «Вот пришла великая революция, — говорил Урицкий, — И чувствуется, что как ни умен Ленин, а начинает тускнеть рядом с гением Троцкого». А некоторые видные партийные деятели, как писал Луначарский, вообще были «склонны видеть в нем подлинного вождя русской революции». Да и сам нарком просвещения немало сделал, чтобы поддержать у общественности это мнение. В его книжке «Великий переворот» как самые выдающиеся вожди революции были выдвинуты на первый план вместе с Лениным и Троцким такие лидеры как Зиновьев, Каменев, Мартов и, разумеется, сам автор книжки. Следует обратить внимание, что это были партийные деятели, попавшие после первой русской революции в эмиграцию и почти не принимавшие непосредственного участия в работе российского революционного подполья. При этом, Луначарский отмечал, что «больше всего шума и блеска было вокруг Троцкого», который проявлял «огромную властность», «необыкновенную элегантность», «ораторский и писательский талант», «большую ортодоксальность, чем у Ленина». По словам Луначарского, Ленина отличали «грубость», «монотонность ораторских жестов», «бесцветность», «застенчивость» в общении с европейскими социал-демократами и их лидерами, «неспособность становиться на точку зрения противника», стремление за дискуссиями коллег «видеть столкновение разных классов и групп». «Доминирующей чертой его характера была воля». «Не надо думать, — указывал Луначарский, — что второй великий вождь революции во всем уступает своему коллеге; есть стороны, в которых Троцкий бесспорно превосходит его; он более блестящ, он более ярок, он более подвижен. Ленин как нельзя более приспособлен к тому, чтобы сидя в председательском кресле Совнаркома, гениально руководить мировой революцией, но, конечно, он не мог бы справиться с титанической задачей, которую взвалил на свои плечи Троцкий, с этими молниеносными переездами с места на место, этими героическими речами, этими фанфарами тут же отдаваемых распоряжений».

— Товарищи! В отсутствие руководителя нашей группы я кратко освещу ее деятельность. Нами были подготовлены к работе офисы вымышленной компании в Европе и США, была проведена экспроприация банка, на вырученные деньги мы смогли начать финансовые операции по продажам и скупке своих акций несуществующей алмазодобывающей фирмы. К первому апреля на биржи были выброшены акций на миллиард акций, общая прибыль от этой операции — более четырех миллиардов долларов! На десять миллионов было закуплено отборное зерно, которого должно хватить на посевную. При цене пятьдесят центов за тридцать пять килограммов зерна закупили семьсот тысяч тонн. Перед возвращением в РССР товарищ Сорокин собирался в Канаду для закупки еще двух миллионов тонн зерна, нами заключен договор с лучшими проектировщиками современных заводов о создании нескольких проектов самых необходимых стране заводов, а так же обучении наших инженеров-строителей передовым методам проектирования. Нашей группой по вполне выгодной цене закуплены пять тонн золота, которое в ближайшие дни будет в Москве. Сами знаете — денежные знаки, не обеспеченные запасом золота, быстро обесцениваются и превращаются в обычные бумажки, тем более наша страна объявила о хождении в стране свободно конвертируемой валюты. Так же, не ожидая строительства заводов, в США буквально в эти дни заключаются договора о поставки в РССР тракторов Фордзон Ф по шестьсот семьдесят долларов и грузовых автомобилей Мак серии «АС» Бульдог грузоподъемностью две с половиной тонны и самое главное — запчастей на эту технику.

Камо налил себе воды в стакан и отпил, затем продолжил — Теперь я хотел немного отвлечься от целей нашей группы и затронуть тему развития сельского хозяйства. В 1891–1913 годах среднегодовое производство зерна в России составляло почти семьдесят пять миллионов тонн. В те годы девять процентов выращенного урожая экспортировалось за рубеж. Агрохимик Александр Николаевич Энгельгардт обращал внимание на то, что Америка продает избыток зерна, а Россия экспортирует зерно, которого не хватает даже для питания детей и для достижения россиянами уровня жизни американцев зерна нужно производить в два раза больше — обычно российскому мужику приходится не только питаться хлебом самого низкого качества, но и недоедать. Царский министр финансов Вышеградский говорил о том, что непомерные объемы экспорта зерна привели в 1911 году к голоданию тридцати двух миллионов крестьян, которые вынуждены были питаться лебедой. Вывод — ни в коем случае в погоне за валютой нам нельзя продавать пшеницу за границу, пока не сможем получать урожаи, полностью обеспечивающие население хлебом, пока не создадим в стране запасы зерна на случаи неурожая.

Камо выплеснул на слушателей результаты бесед с Сорокиным и сразу на душе полегчало — он довел до правительства главное, что он сам вынес из споров с этим странным головорезом Сорокиным.

Выступление Камо Бронштейн слушал с огромным скептицизмом — ему совершенно было насрать на развитие экономики в молодом государстве, на трактора и грузовики, даже на голодающих русских мужиков. «Да хай они все вымрут, русское быдло!». Он и его люди вкусно жрали и были хорошо одеты. Его беспокоил только костер мировой революции, в который он был готов бросить всю эту гребаную страну до последнего полена, его роль в мировой истории — быть почитаемым в Европе и штатах, стать Богом для революционеров всех мастей этого цивилизованного Запада.

Троцкий с юношеских лет готовился в вожди, о чем немало свидетельств в его биографии и всем жизненном пути. Не здесь ли следует искать корни того недоверия, которое он испытывал к себе среди партийцев и рабочих.

Родился Лейба Бронштейн 26 октября 1879 года. «День моего рождения, — писал он позднее, — совпадает с датой победы Октябрьской революции». Его отец не земледелец, как писали в биографических брошюрах 20-х годов, и не помещик, как стали квалифицировать позднее. Это был крупный землевладелец-арендатор, торговец зерном, очень богатый человек, эксплуатирующий сотни наемных работников. Он дал прекрасное домашнее образование своим детям, которые привлекались к подсчету немалых барышей. Военные поставки сделали его миллионером, а революция лишила всего накопленного, заставив по протекции сына заниматься в голодной Москве хорошо знакомым ему «хлебным делом».

Вопреки призванию, Льва Бронштейна определили в Одесское реальное училище, которое наряду со средним образованием давало специальность бухгалтера. Но математика и счетное дело не увлекли «реалиста». Он с удовольствием пишет сочинения, стихи, мечтает стать писателем или поэтом. Переводит на украинский язык басни Крылова. Много читает, увлекается современной литературой. После окончания реального училища для продолжения образования переезжает в Николаев и поступает там в местный университет.

Настольной книжкой студента Бронштейна становится «Эристика» Шопенгауэра, небольшая, но, как оказалось позднее, весьма нужная книга. Эристикой называли искусство спора. Она учила одерживать верх в любой дискуссии, независимо от того, доказывалась истина или заблуждение. Лев Давидович почти наизусть выучил эту книжку и всегда применял ее положения и рекомендации в диспутах, которые кипели в молодежной среде. Здесь же, в университете, он зачитывается Некрасовым, Салтыковым-Щедриным, Козьмой Прутковым, модными западными авторами.

Однако главные интересы Бронштейна формировались не на университетской скамье. Он вступает в «Южно-русский рабочий союз», находившийся тогда в плену идей либерального народничества, экономизма и других мелкобуржуазных концепций общественной жизни. Члены этого николаевского союза (в городе Николаеве) собирались нелегально на окраине парка одного из магнатов в маленьком домике садовника, чета которого разделяла их взгляды. На этих сходках превозносилась пресловутая теория героев и толпы, предавался анафеме марксизм как «надуманное учение лавочников и торгашей», обсуждались экстравагантные концепции общественного переустройства из арсенала западной социологии.

В этих продолжавшихся сутками спорах Лев Бронштейн выделялся неистовостью, претенциозностью, переменчивостью взглядов. Первые написанные им рефераты были посвящены критике марксизма. «Я считал себя противником Маркса, книг которого, правда, не читал», — вспоминал он с гордостью. Часто меняя свои взгляды, Бронштейн называл себя то «социал-демократом», то «слугой народа», но чаще всего он подчеркивал свой «немарксизм». Выделялась в дискуссиях в садовом домике Александра Львовна Соколовская, которая первая увлеклась работами Маркса и Энгельса. Она стремилась склонить Бронштейна к серьезному знакомству с марксизмом и он, будучи неравнодушен к ней, загорелся интересом, обещал поддержать ее в споре, но когда вопрос вставал напрямую, чаще всего переходил на диаметрально противоположные позиции. Имея ввиду это вероломство и «тушинские перелеты», друзья прочили, что из него «выйдет или великий герой, или великий негодяй».

По доносу Шренцеля вся организация была арестована и оказалась в заключении. Из Николаева арестованных перевезли в Одессу, где их ожидала новая, построенная по последнему слову техники, большая тюрьма. В числе арестованных оказалась и Александра Соколовская, родившая незадолго до ареста Лейбе Бронштейну-Троцкому первую дочь. Всех арестованных суд приговорил к разным срокам ссылки. Льву срок был определен в четыре с половиной года, два из которых были проведены в тюрьме. Осужденных перевели в московскую Бутырскую тюрьму, где поместили в отдельном флигеле ожидать очередной этап. Обстановка здесь была лучше, чем в Одессе. Встречи и передачи не ограничивались, двери камер не закрывались, можно было сколько угодно гулять в тюремном дворике. Здесь Бронштейн вопреки воле родителей обвенчался с Соколовской.

Лев Давидович не являлся физически сильным человеком. Он страдал эпилептическими припадками, не потреблял мяса и вина, часто чувствовал недомогания. «Рабочие интересовали Бронштейна как необходимые объекты его активности… Он любил в них самого себя. От Бронштейна больше всего отталкивали «резко выраженный эгоизм, гипертрофированное самомнение, чрезмерное и болезненное самолюбие, стремление к экстравагантности в речи, писаниях, поступках». Он ни в чем не терпел первенства над собой и «одержать победу над ним в крокете означало приобрести в нем злейшего врага». Плеханов пригласил Бронштейна в «Искру», что было для молодого ссыльного весьма почетно. Лев Давидович оставляет полюбившийся в Иркутске крокет, жену с двумя малолетними детьми без средств к существованию (младшей было два месяца), бежит из Усть-Кута, собственноручно вписав в купленный бланк паспорта фамилию «Троцкий», которую он позаимствовал у главного надзирателя одесской тюрьмы, держиморды и шовиниста, которого побаивались не только заключенные, но и тюремщики.

Побег удался. После конспиративных встреч в столице он перешел границу Австрии, начав поездку по европейским странам. Здесь он сближается с Аксельродом и другими будущими меньшевиками, с Виктором Адлером и его сыном Францем, включившись в водоворот европейского социал-демократического движения. В Женеве, заручившись мандатом от сибирской организации, как сбежавший из ссылки, Троцкий участвует во Втором съезде, где вначале, по словам меньшевика Рязанова, играет роль «дубинки Ленина», а затем переходит на позиции Мартова.

Через месяц после съезда меньшевики в противовес избранному на нем ЦК сформировали свое бюро, в которое вместе с Троцким вошли Аксельрод, Мартов, Потресов и Дан. Был разработан план борьбы с большевиками. Однако, в меньшевистском бюро амбиции Троцкого натолкнулись на интриганство Дана и он выходит из него, заняв «свою позицию». В этот период появляется брошюра Троцкого «Наши политические задачи», с предисловием выходца из России Гельфанда (Парвуса), нажившего на спекуляциях миллионы и вскоре ставшего яростным противником революции. Вопреки претензиям, эта брошюра отразила чисто меньшевистское кредо автора, по мнению которого «Ленин совсем не марксист», «вождь реакционного крыла партии», «узурпатор», «диктатор», превращающий социал-демократов в послушные «винтики». Сам Троцкий, разумеется, является демократом и гуманистом. Однако, создать собственную фракцию ему не удалось и пришлось быть «вне фракций», на самом деле по всем коренным вопросам примыкая к меньшевикам.

С началом революции 1905 года Троцкий прибыл в Петербург, сменив на гребне революционной волны свою ориентацию, «кончает с мистицизмом демократии», приступив к разработке «теории перманентной революции». Раскрывая сущность этой «теории», он утверждал, что для обеспечения своей победы пролетарский авангард «придет во враждебные отношения не только со всеми группировками буржуазии, но и с широкими массами крестьянства, при содействии которых он пришел к власти. Противоречия в положении рабочего правительства в отсталой стране, с подавляющим большинством крестьянского населения, смогут найти свое разрешение в международном масштабе, на арене мировой революции пролетариата». Отсюда, по мнению Троцкого, ленинское учение о революционно-демократической диктатуре рабочих и крестьян ведет к «самоограничению» пролетариата, который должен установить единовластную диктатуру и пока эту диктатуру не смело враждебное социализму крестьянство, перенести ее на штыках с помощью «революционно-агрессивной тактики» в развитые европейские страны.

В годы первой империалистической войны Троцкий, встретивший ее во Франции, ведет яростную антивоенную пропаганду. Одностороннее обличение милитаристских зверств англо-французской и русской стороны привело к административной высылке в Испанию. Оттуда вскоре на деньги американских евреев-социалистов Троцкий перебирается в США «как деятельный участник в борьбе за русскую свободу, к которой в Америке всегда относились с большим сочувствием». Однако, ожидаемой триумфальной встречи в Нью-Йорке не состоялось, хотя в печати и была отдана дань ораторскому мастерству прибывшего. Подвел Троцкого недостаток демократизма в общении со слушателями. После Февральской революции Троцкий покидает негостеприимную Америку, но англичане арестовали его в Галифаксе, поместили в лагерь интернированных, откуда он был освобожден по настоятельным требованиям Петросовета и министра иностранных дел Временного правительства Милюкова. Прибыв в мае 1917 года в Петроград, Троцкий, по словам Луначарского, пришел к большевизму «несколько неожиданно и сразу с блеском». Вначале он в составе «межрайонки» держался вне большевиков и меньшевиков, противился ее объединению с большевистской организацией столицы, выступал за сотрудничество с Временным правительством, ставил под сомнение ленинский курс на социалистическую революцию. После разгона июльской демонстрации отмежевался от большевиков и попросил Временное правительство заключить его в тюрьму. Просьба была удовлетворена. Однако, вопреки намерениям Троцкого VI съезд партии включил «межрайонку» в ряды большевиков, а ее представителей — Троцкого и Урицкого избрал в состав ЦК. После разгрома корниловского мятежа председателем Петросовета на место Чхеидзе по рекомендации Каменева был предложен выпущенный из «Крестов» Троцкий. Причем кампанию по его избранию в Петросовет возглавлял левый эсер Павел Деконский, разоблаченный вскоре как агент царской охранки.

Лейба усмехнулся, вызвав этим недоуменный взгляд Камо, заканчивающего свою речь. Ему пришла вдруг в голову мысль, испугавшая его, но дававшая ему возможность стать единственным Вождем мировой революции — необходим Заговор, убирающий всех противников с Олимпа Советской власти. В первую очередь необходимо устранить Ленина, Сталина и Дзержинского. Нужно привлечь военспецов, всем обязанных ему своей карьерой в Красной армии, взять того же Тухачевского, который спит и видит себя на месте наркома военных дел. «Черт, совсем забыл про Сорокина и его банду! Нужно срочно поднять все свои связи среди американских евреев, этот чертов бандит не должен вернуться из своего турне. Последнее турне! Добытому им золоту он, Бронштейн, найдет лучшее применение, чем эти долбанные большевики». Эта мысль настолько воодушевила Троцкого, что он первым зааплодировал выступлению Камо, с усмешкой поглядывая на живых мертвецов в этом зале, которые ненароком задержались на этом свете.

Глава 14

Совнарком покидал Кремль — было принято решение освободить памятник культуры и дать возможность москвичам как и до революции гулять внутри Кремля и посещать его храмы. Переезжали в комплекс зданий бывшего Московского дворянского института для девиц благородного звания на Новою Басманную. При этом Народный комиссариат путей сообщения освободил это здание и перебрался в Петроград на набережную реки Фонтанки, 117, где раньше располагалось Министерство путей сообщения Российской империи. Было принято решение частично разгрузить Москву и часть аппарата вернуть в Петроград. Наркомом путей сообщения неожиданно назначили Троцкого и тот был недоволен переводом наркомата из столицы. Ленин потребовал от нового наркома немедленно восстановить в здании бывшего Юсуповского дворца Институт инженеров путей сообщения с привлечением оставшихся в живых преподавателей.

Ленин должен был покинуть свой кабинет последним, он с сожалением расставался с уютом кремлевского дворца. Ну а сегодня он пригласил к себе высших иерархов русской православной церкви, за столом для совещаний сидели и пили чай Патриарх Тихон; Митрополит Казанский и Свияжский Кири́лл (в миру Константи́н Илларио́нович Смирно́в; Митрополит Ярославский и Ростовский Агафанге́л (в миру Алекса́ндр Лавре́нтьевич Преображе́нский); Архимандрит и настоятель московского Златоустовского монастыря Пе́тр (в миру Пётр Фёдорович Поля́нский); иеросхимонах Алексий (в миру Соловьёв); Архимандри́т Крони́д, наместник Троице-Сергиевой лавры (в миру Константи́н Петро́вич Люби́мов); Архиепископ Иннокентий (в миру Константин Павлович Соколов); настоятель в Троицко-Селижаровском монастыре Тверской губернии Никон (в миру Николай Фёдорович Дегтяренко); директор Высшего богословского института Варфоломе́й (в миру Никола́й Фёдорович Ре́мов); иеромонах Григорий (в миру Сергей Алексеевич Козырев); духовник на Афонском подворье в Москве Па́вел (в миру Па́вел Миха́йлович Галько́вский; епископ Белёвский, викарий Тульской епархии Игна́тий (в миру Серге́й Серге́евич Садко́вский); епископ Бийский, викарий Томской епархии Иннокентий (в миру Константин Павлович Соколов).

— Наша встреча, товарищи служители культа, вызвана сложившейся необходимостью — гражданскую войну мы закончили, объявили всем врагам нашей республики полное прощение их преступлениям. Страна возвращается к мирной жизни, скоро посевная, как и в гражданскую, будем теперь биться с нашей землицей за урожай! — Ленин скупо жестикулировал, разглядывая своих непростых гостей — Я хочу узнать — как вы видите свою жизнь в Российской Советской Социалистической Республике?

Патриарх пожал плечами — Будем и впредь служить Господу Богу нашему! Будем окормлять нашу паству! Православная Церковь была отделена от государства, но при этом не получила прав частного религиозного общества. Принципиальное отличие советского законодательства «о культах» от правового режима отделения Церкви в таких государствах, как США или Франция, заключается в последних параграфах «Декрета», положения которых неизменно воспроизводились в более поздних актах: «Никакие церкви и религиозные общества не имеют права владеть собственностью. Прав юридического лица они не имеют. Все имущества существующих в России церквей и религиозных обществ объявляются народным достоянием».

Ленин задумчиво отпил глоток горячего ароматного чая, он, несмотря на проводимую им политику борьбы с «религиозными предрассудками», в 1918–1920 годах периодически давал указания против оскорбления чувств верующих. Выступая на Первом Всероссийском съезде работниц 19 ноября 1918 года, он отметил: «Бороться с религиозными предрассудками надо чрезвычайно осторожно; много вреда приносят те, которые вносят в эту борьбу оскорбление религиозного чувства». Аналогичная установка была включена Лениным в проект Программы РКП(б) в 1919 году: «осуществлять фактическое освобождение трудящихся масс от религиозных предрассудков, добиваясь этого посредством пропаганды и повышения сознания масс, вместе с тем заботливо избегая всякого оскорбления чувств верующей части населения…». В «Предложениях к проекту постановления Пленума ЦК РКП(б) о пункте 13 Программы партии» он указал, что следует: «не выпячивать вопроса о борьбе с религией». Более того, Ленин поддержал просьбы верующих из Ягановской волости Череповецкого уезда содействовать достройке местного храма, заложенного ещё в 1915 году, послав записку председателю Афанасьевского сельсовета Бахвалову от 2 апреля 1919 года со словами: «Окончание постройки храма, конечно, разрешается».

— Мы, большевики, не приняли определения Поместного Собора РПЦ от 2 декабря 1917 года, устанавливающего привилегии РПЦ перед другими конфессиями (первенствующее публично-правовое положение, сохранение ряда государственных постов только за православными, освобождение от повинностей священников и монахов и тому подобное), что ещё более усилило взаимный антагонизм. Однако не все православные поддержали идею продолжения привилегированного положения РПЦ в новом государстве — были и те, кто надеялся на духовное обновление церкви в условиях равноправия. Мы конечно же не будем оказывать поддержку одной какой-то конфессии, но и не дадим распространяться откровенным сектам, таким как иностранные христианские и псевдохристианские секты, псевдохристианские секты отечественного происхождения — хлысты, скопцы, субботники, духоборы, молокане, Мурашковцы. Особенно опасны сатанисты! — при этих словах священнослужители одобрительно загудели — В 1919 году, несмотря на тяжёлую для Советской республики ситуацию на фронтах, мною был подписан декрет об освобождении представителей ряда сект от военной службы. Не хватало еще распространения их ложных убеждений в Красной армии.

Ленин прихлопнул ладонью по столешнице и продолжил — Правительством принято решение — все действующие православные церкви передаются РПЦ в безвозмездную аренду с обязательством РПЦ взять на себя ремонт и содержание зданий. Большая часть монастырей будет сдана РПЦ в аренду чисто за символическую плату на тех же условиях — взять на себя ремонт зданий и помещений. Вам, товарищи служители культа, разрешается открытие артелей среди монахов и монахинь с налогообложением согласно принятого закона о артелях. В пределах каждой епархии вам, как и мусульманам, разрешается открытие артелей по предоставлению верующему населению услуг, связанных с церковными обрядами. Все артели будут иметь возможность открытия банковского счета, священники смогут официально получать зарплату, после выхода на пенсию — пенсионные выплаты. Если у вас есть вопросы и проблемы — я их внимательно выслушаю и постараюсь решить.

* * *

Мы с нашей гоп-компанией заканчивали гастроли и возвращались из Канады в штаты на арендованном тентованном грузовике. Прикрыв глаза, я хотел немного вздремнуть, но мои мысли постоянно возвращались к Троцкому, что то меня тревожило последнее время, моя чуйка просто кричала — от этого самовлюбленного павиана можно ждать чего угодно.

В мое время для историков оставалось загадкой материальное благополучие этого неистового революционера. Он никогда не нуждался: ни в годы дореволюционной эмиграции, ни во время пребывания на важных государственных постах Советской России. Даже после изгнания из страны в результате сталинских интриг Лев Давидович не опустился на дно социальной жизни, свои последние годы он прожил на мексиканской вилле в окружении охраны. Свет на тайну безбедной жизни Льва Давидовича проливают несколько интересных фактов…

В 1917 году на пароходе «Христиания» Троцкий из Нью-Йорка возвращался в Россию, где только что произошла Февральская революция, объявившая амнистию всем политическим эмигрантам. В порту канадского города Галифакс Троцкого задержали местные власти по подозрению в пропаганде в пользу Германии — Канада являлась в то время членом Антанты, военно-политического союза, воевавшего против Германской империи.

При обыске у Троцкого обнаружили десять тысяч долларов (в пересчёте на валютный курс моего прошлого времени это двести тысяч «зелёных). Канадской полиции это показалось странным, ибо сам Лев Давидович уверял, что за годы пребывания в США он заработал не более 310 долларов. Однако разобраться в этой истории канадцам не удалось. Троцкого попросили выпустить люди из… администрации тогдашнего президента США Вудро Вильсона! Это выглядело дико — за революционера, не раз грозившего «проклятым буржуям» мировым революционным пожаром, заступились американские «акулы» капитализма. Просьба «акул» была удовлетворена — Троцкий благополучно отбыл из Галифакса в Петроград вершить красную революцию.

Эта история вновь всплыла в 1919 году, уже после октябрьского переворота в России, на заседании специальной Сенатской комиссии, расследовавшей большевистскую деятельность в Америке. Сенаторам удалось выяснить, что Троцкий не только вывез из США крупную сумму денег наличными, но и перекачал в Европу немало «безналички»: деньги из Нью-Йорка поступали в один из шведских банков, а уже оттуда доллары шли на ведение коммунистической пропаганды в России и на вооружение отрядов Красной гвардии. Однако и здесь расследование было прекращено под давлением президентской администрации…

Чтобы разобраться в связях Троцкого с американцами, следует понять специфику отношений США и России на рубеже XIX–XX веков. В конце 19-го столетия в итоге бурного развития капитализма на передовые позиции в финансовом мире стали выходить крупнейшие банковские объединения, сосредоточенные в Нью-Йорке на знаменитой улице Уолл-стрит. Эти объединения были сильны ещё и тем, что прибирали к своим рукам не только чисто финансовые структуры, но и целые отрасли промышленности. Например, знаменитое семейство Рокфеллеров владело одновременно «Гаранти траст банком» и нефтяной корпорацией «Стандарт Ойл», именно в это время у этих магнатов возникла идея овладения миром путём разрушения национальных экономик и целых государств.

Царь Николай Второй перед первой мировой издал указ, в соответствии с которым иностранному капиталу позволялось свободно размещаться в России, но вывоз сырья и получаемой в России прибыли ограничивался размером в 12,8 процента. То есть хочешь разрабатывать и продавать наши полезные ископаемые, прими российское гражданство, а выручку оставь в России.

В итоге у страны появились огромные деньги, а следом начался бурный экономический рост России. Английский эксперт Эдвард Торн писал в 1913 году:

«Если западные страны не сумеют удержать Россию, то к 1930 году ей не будет соперников. Европа и США окажутся на коленях у сырьевого гиганта».

Неудивительно, что дельцы с Уолл-стрит через своих ставленников в правительстве США объявили нам хоть и негласную, но очень жёсткую войну. В декабре 1911 года посол США в Петербурге вручил русскому министру иностранных дел ноту о разрыве договора о торговле и мореплавании, существовавшем между нашими странами с 1832 года. В американской прессе началась травля всего русского. Россию называли варварской, дикой, антисемитской и так далее. А известный банкир, владелец банковского дома «Кун, Леб энд компани» Джейкоб Шиф прямо призывал «поставить подлую Россию на колени». Шиф и его соратники по Уолл-стрит сделали ставку на разжигание внутренних беспорядков в Российской империи. И огромные финансовые потоки полились в кассы революционеров всех мастей — от эсеров до большевиков. Только один Шиф потратил на это «святое дело» 20 миллионов долларов личных средств.

Троцкий попал в поле зрения американцев ещё в годы первой русской революции 1905 года, когда Лев Давидович возглавлял Петроградский Совет рабочих депутатов, готовивший антиправительственный вооруженный мятеж. С тех пор Троцкий никогда не испытывал материальной нужды!

Не забывали банкиры о своём подопечном и после того, когда Троцкий со своими соратниками взяли власть.

Директор Федерального резервного банка в Нью-Йорке Уильям Томпсон в 1919 году лично внёс в казну большевиков миллион долларов.

После перехода к НЭПу по моей методичке товарищ Троцкий на совещании ЦК требовал отдать американским компаниям право на неограниченную эксплуатацию сырьевых месторождений Кавказа — главным образом марганца и нефти, точно так же, как и в моей реальной истории и в течение 10 лет существования НЭПа американцы ежегодно вывозили до 90 процентов всех добытых полезных ископаемых, получая многомиллиардные доходы, только тогда это ему удалось, а здесь ему обломилось. Я заметил ненависть, сверкнувшую в его глазах, когда Ленин принял мою сторону, не позволив отдать на разграбление наши недра практически даром.

Но главный куш в моей истории Уолл-стрит сорвал с финансовой политики большевиков. В международное отделение главной финансовой структуры Советского Союза — Государственного банка — с подачи Троцкого вошли такие американские банки, как «Гаранти траст», «Кун Леб», «Чейз Нэшнл» и прочие, кто ранее засветился на финансировании Октябрьского переворота. Фактически эти зарубежные учреждения от имени нашего Госбанка курировали все зарубежные денежные операции Советской власти. Валюта за вывоз сырья поступала в Госбанк СССР, который, в свою очередь, переводил деньги на депозитные счета в США в те же банки, чьи фирмы это сырьё… вывозили!

Таким образом, эксплуатация сырьевых источников в России дельцам с Уолл-стрит ничего не стоила, зато прибыль была такова, что даже в двухтысячных годах ведущие банки Америки отказываются предоставлять данные о своих доходах, относящихся к 20-м, началу 30-х годов. Надо сказать, что кроме депозитных счетов на хранение в США передавались ещё и золотые запасы Советов, полученные в результате ограбления имущих слоёв бывшей империи, разворовывания церковных богатств, продажи произведений искусства…

Потерю таких фантастических прибылей финансисты США мне точно не простят! С приближением к границе со штатами моя чуйка просто начала вопить — Алярм! Остановив водителя, вышел из кабины и предупредил своих бойцов — Разворачиваемся, попробуем уйти домой океаном через порт Ванкувер.

* * *

Троцкий перед переездом в Петроград пригласил к себе Тухачевского — Здравствуй, Михаил Николаевич! Видишь — гонят меня из столицы! Последний день в этом кабинете, уже все самое необходимое вывезли. Ты чего такой смурной?

— Вскоре Сорокин возвращается, придется мне как кадету желторотому в учебном полку слушать его шибко умные лекции. Это мне-то! А со мной будут сидеть за партой Чапаев, Ворошилов, Буденный. Фрунзе вроде тоже по мере появления свободного времени будет с нами грызть гранит науки.

— И когда Сорокин будет в Москве?

— Получили телеграмму из Ванкувера — на зафрактованном зерновозе сегодня отправился в порт Мурманска.

Бронштейн выругался на иврите и зло сплюнул на пол.

— Михаил Николаевич, не кажется ли тебе, что ты уже давно вырос из кадетских штанишек и ты вполне можешь заменить Фрунзе?

Тухачевский задумчиво потер ямочку на подбородке и ожидающе посмотрел в глаза Троцкому.

Тот выдержал этот поединок взглядов и понизив голос продолжил — Ленин и Сталин изменили мировой революции и должны уйти. Мавр сделал свое дело, мавр может уходить. Вы, Михаил Николаевич, и только вы должны возглавить наркомат вместо Фрунзе, этого выскочки, дилетанта в военном деле. Вы согласны?

— Интересное предложение, не спорю! Только как вы видите исполнение вашего плана?

— Убедите своих коллег в наркомате присоединиться к нам и поддержать военный переворот. Пообещайте им рост в званиях и должностях. Есть у вас такие на примете?

— Найдутся, конечно! А что делать с Скворцовым и его секретным объектом, на котором готовятся преданные ему кадры? И что выбудете делать с Дзержинским?

— Будем есть слона по кусочкам! Вам нужно этот учебный полк сделать своим, подумайте над этим! Дзержинский же давно болен, ему нужно лечь в санаторий, пусть лечит свой туберкулез. Если же будет ставит палки в колеса, то и на него найдется своя Каплан! Я буду ждать ваших предложений в Петрограде через месяц! До свидания, товарищ Тухачевский!

Глава 15

В день отплытия из Ванкувера я купил газету «Монреаль Стар», которая перепечатала статью из «Washington Times», сообщавшую о рухнувших американских Биржах и крахе финансовых кредитных организаций. Моя афера помогла намного быстрее лопнуть мыльному пузырю ипотечного кредитования. Для компаний существенно сократились возможности получения капиталов при размещении ценных бумаг — им просто не верили после моих акций, обещавших сверхприбыли каждому американцу. Непосредственным предшественником общего финансового и банковского кризиса в США стал кризис высокорисковых ипотечных кредитов (subprime), то есть ипотечного кредитования лиц с низкими доходами и плохой кредитной историей. В точности, как это будет в 2007–2008 годах.

И точно так же финансовый кризис в США стал детонатором глобального кризиса. Американские инвестиционные структуры, сталкивающиеся с проблемами на внутреннем рынке, начали сбрасывать свои зарубежные активы, что вызвало отток денежных средств с рынков новых развивающихся стран. В результате этого от кризиса, возникшего в США, начала страдать вся мировая экономика.

Президентом США Вильсоном (в реальной истории это сделает в 1933 году Франклин Рузвельт) был подписан Указ о фактической конфискации у населения и организаций золота, находившегося в слитках и монетах. Так как Вильсон уже практически покинул пост Президента, ему нечего было опасаться падения своего рейтинга, в отличие от Рузвельта, которому в 1933 году было что терять. И он тогда всячески отмазывался от внимательного ознакомления с новым законом.

Согласно указу все находящиеся на территории США физические и юридические лица (в том числе иностранные граждане и компании, хранившие золото на территории США), за редким исключением, были обязаны до 1 июля 1920 года обменять золото на бумажные деньги по цене девятнадцать долларов за тройскую унцию в любом банке на территории США, имевшем на тот момент право принимать золото. Также объявлялись незаконными любые контракты и ценные бумаги, номинированные в золоте, выплаты по ним предписывалось производить бумажными деньгами в соответствии с указанным обменным курсом.

Целью Указа Вильсон назвал облегчение критического положения в банковской отрасли, а также предотвращение панического вывоза золота за рубеж.

Не подлежало конфискации золото на территории США, принадлежавшее иностранным государственным банкам и иностранным государствам, а также предназначавшееся для международной торговли. Частные лица могли оставить себе золота не более чем на сто долларов, а также редкие и имеющие коллекционную ценность монеты. Отдельно регламентировались незначительные запасы золота, предназначавшиеся для профессиональной деятельности. История с ограблением собственного населения произошла раньше чем в РИ. И это называется демократическое государство! Взяли и отобрали золотые накопления, ювелирные изделия. Грабеж среди белого дня, и в это государство как ненормальные стремятся попасть со всех стран будто в страну обетованную. Идиотизм полный! За уклонение от сдачи золота были установлены репрессивные меры: штраф до 10 000 долларов и (или) тюремное заключение до 10 лет. Вильсон объявил о конфискации золота у банков (закон о золотом резерве: в обмен на золотые сертификаты, которые нельзя было обменять на золото).

После революции весь мир ругал большевиков, отнявших золотишко у бывших господ, но когда правительство США тупо отобрало его у своих и иностранных граждан, это в порядке вещей — это же страна демократии! Только в 1975 году американцы получат право владеть золотом! И это станет началом инвестиций золота в эту страну, причем никто не задумывается — что еще придет в головы администрации и не повторит ли она трюк с изъятием драгметалла уже в отношении иностранных банков!

Хотя частное владение золотом в Соединенных Штатах было легализовано 15 августа 1974 года, президент по-прежнему имеет возможность конфисковать его. Президент все еще сохраняет право, согласно чрезвычайному закону о банках, «расследовать, регулировать или запрещать… импорт, экспорт, хранение, плавку или клеймение золота» во время чрезвычайного положения в стране.

* * *

Мурманск насчитывал менее двух с половиной тысяч жителей и находился в упадке. Промышленность была представлена в основном кустарными артелями, рыбный промысел пришёл в упадок. Городской пейзаж представлял безрадостную картину: две-три улочки одноэтажных домов, угрюмые перенаселённые рабочие бараки, беспорядочное скопление лачуг, брошенные интервентами «чемоданы» — дома из гофрированного железа с полукруглой крышей, приспособленные под жильё железнодорожные вагоны. Город получил название «красная деревня» из-за теплушек красного цвета, приспособленных для жилья. А в центре Мурманска находилась братская могила политкаторжан страшной Иоканьгской тюрьмы, мы всей командой возложили цветы на место захоронения жертв концентрационного лагеря для политических заключённых, созданного интервентами и существовавший с сентября 1919 года по февраль 1920 года..

В городе возводились заводские корпуса, создавалась база индустриального рыболовства. На месте прежнего военного предприятия по рыбообработке и судоремонту строился рыбный порт, введение в строй которого дадут стране два миллиона центнеров рыбы ежегодно.

Я отправился в местное ЧК познакомиться с положением дел, не думал что все окажется в запущенном состоянии. Новые правители Мурманска не хотели ничего плохого. И первые их шаги, и последующие были направлены в том числе на сохранение правопорядка. В Мурманске 1920 года это, в общем-то, удалось. В частности, была побеждена проституция. Одним из первых законодательных шагов советской власти был приказ о регистрации и принудительном медицинском освидетельствовании жриц любви. Постепенно «падших женщин», как говорили в ту пору, выжили из города. Некоторые отправились в места лишения свободы, большинство, глядя на это, уехали промышлять в более теплые края, а оставшиеся перековались.

Скудные запасы продовольствия, оставшиеся от англичан, были взяты под жесткий контроль. Чтобы предотвратить вывоз продуктов, организовали заградотряды. В ноябре того же года вышло постановление об организации в городе яслей и детских площадок. «Предложить издать обязательное постановление о доставке специально установленной нормы молока от каждой коровы для детских столовых», — говорится в другом документе органов власти.

Но, борясь за социальную справедливость и перевоспитывая проституток, новая власть проморгала другую беду — тиф. Тиф принесли в Мурманск пришлые из Центральной России. К лету они оклемались и отправились на разбойный промысел, унеся с собой и своих вшей, которые, собственно, и были причиной вспышки тифа. Люди жили в переполненных бараках, что приводило к быстрому распространению тифа. К тому же почти все эти дома были плохо построены — у одного крыша текла, у другого через стены гулял ветер, у третьего и то, и другое.

И тут началось. В Мурманске жриц любви сменили настоящие бандиты. Ехали они сюда, главным образом, чтобы отсидеться, спрятаться, поскольку их искали в других местах за прошлые грехи. Но в Мурманске им стало скучно, и они снова взялись за старое. По городу прокатилась волна грабежей и квартирных краж. Преступников особо никто не ловил. Ничего удивительного в этом нет. Ведь преступность проникла и в ряды правоохранителей. Появились те, кого сейчас принято называть оборотнями в погонах. Так, начальник местной милиции Чучкин организовал банду из своих сотрудников, которая занималась расхищением ценных материалов на железной дороге. И милиционерам попросту было не до воров. Железная дорога привлекала к себе внимание преступников всех мастей. Вдоль нее орудовало несколько банд. Они небольшие — 5–6 человек неместных, как правило, выходцев из Центральной России.

Бандиты действовали нахрапом. Убийства были не редкостью, обычно для этого использовали топоры. И если уж шли на мокрое дело, не щадили никого. Поэтому мурманские милиционеры при задержании бандитов не миндальничали. Сначала стреляли, а потом уже разбирались. Другим бедствием для Мурмана было повальное распространение, как теперь принято называть, спиртосодержащей продукции. Внутрь употреблялось все — спирт этиловый, денатурированный, самогон, бражка, настойки и прочее. Рейды по изъятию самогонных аппаратов и разгромы подпольных винокурен были обыденным делом для мурманских милиционеров. Чем больше люди пили, тем больше было драк и поножовщины. Особенно часто в неблагополучных портовых районах Мурманска происходили массовые драки, в которых участвовали по нескольку десятков человек. С переменным успехом шла борьба и с контрабандой, которая расцвела во время нэпа. Финские и норвежские предприниматели свободно торговали прямо на пристанях. Товар сдавался оптом перекупщикам, и обе стороны испарялись еще до появления милиции. Приходилось вести слежку и устраивать облавы по всему краю. Пользовались успехом у населения и так называемые «двойные лавки», где можно было приобрести любую контрабанду, но по огромной цене.

А что же милиция? Куда она смотрела? Тут, как говорится, все решали кадры. Подбор милиционеров в этот период проводился исключительно по классовому, а начальствующего состава — и по партийному принципам. Чины бывшей регулярной полиции могли приниматься, но при условии, что они ранее не работали в политическом сыске и были незаменимыми специалистами. Но если на работу в милицию приходил выходец из рабочих или крестьян с нужным образованием, то «бывшего» увольняли. Милиционерам банально не хватало оружия: один револьвер приходился на двух-трех человек. Поэтому каждый вооружался чем мог. Носили наганы, браунинги, маузеры, смит-вессоны. Боеприпасы тоже добывали сами.

Пришлось наводить порядок в городе, сначала выявив оборотней и поставив их к стенке, затем привлекая простых поморов, рыбаков, удалось навести порядок, выбив из Мурманска уголовников, много приходилось бороться и с преступниками другого типа, которые никого не грабили, ни убивали, но вред приносили не меньший. Это были «расхитители социалистической собственности», которые тайно и изощренно набивали свои карманы, находясь на различных служебных постах.

Александр Моисеевич Меллер, которого я забрал из военного трибунала округа по моему настоянию стал начальником милиции и узнав от меня про питомник служебного собаководства под Москвой, выпросил у меня несколько собак для разведения — Меллер решил создать при управлении Мурманской милиции свой питомник, понимая, насколько служебные собаки облегчат жизнь советских милиционеров.

Пользуясь своей властью, вывел почти все мужское население на строительство жилья и общественных бань. Бараки срочно расселялись, строилось здание скорой помощи с стационаром на пятьсот мест. Из центра по моей просьбе были отправлены три десятка врачей и несколько преподавателей-медиков — в Мурманске решили открыть для начала медицинское училище, затем, года через полтора, после строительства корпусов — медицинский институт.

Сталин постоянно слал телеграммы, торопя меня в Москву и я пообещал ему через неделю выехать в столицу. Посещая поселок Дровяное, где находилась военная часть, занимающаяся строительством, я знакомился со срочниками, разыскивая подходящие кандидатуры для занятия постов в городе, которые освободились после ареста воров и взяточников. Меня сразу же привлекла фамилия Косыгин. Алексею было еще только семнадцать лет, будущий председатель Совета Министров Советского Союза, наверняка после получения лучшего образования сможет создать необходимую стране экономику.

Через Сталина я выбил оплачиваемое совнаркомом направление на обучение Косыгина и еще девятнадцати способных выпускников царских гимназий в Лондонскую школу экономики и политических наук. В Великобритании специализация в области изучения экономики происходит уже на начальном этапе обучения. Выбранными специальностями могут быть: внешняя торговля, мировая экономика, финансы и кредит, экономика труда, бухгалтерский учет, анализ и аудит, экономическая теория, налогообложение, а также статистика и информационные технологии в экономике. Программы обучения составлены так, что теория сразу применяется на практике и отрабатывается в реальных деловых ситуациях. Кроме того, британская бизнес-школа предлагает огромное количество модулей на выбор. Каждый сможет подобрать то, что нужно именно ему, в зависимости от целей и карьерных планов. Лондонская школа экономики и политических наук — это подразделение Лондонского университета. Она основана в 1895 году и входит в элитную группу «Рассел» и Золотой треугольник ведущих научно-исследовательских университетов Великобритании. Среди выпускников Лондонской школы экономики больше миллиардеров, чем у любого другого университета Европы.

Короче, Мурманск мы покинули уже с Косыгиным, который в Петрограде получит необходимые бумаги и оттуда направится в Европу. В Петрограде мы вышли из вагона и чуть не завязли в людском море, оккупировавшем вокзал — крестьяне с мешками, их жены с корзинами, красноармейцы, бывшие офицеры в мундирах со споротыми погонами, вездесущие чекисты, затянутые в кожу. Мои ребята образовали вокруг меня» коробочку», отпихивая в стороны тех, кто не давал проходу с виду невооруженным и одетым в новые модные дорогие костюмы высоким и крепко сбитым парням.

Выйдя на площадь мне попался на глаза слегка поклонившийся Кошко! Вот уж кого я не ожидал здесь встретить, так это моего начальника службы безопасности. Аркадий Францевич сбрил бородку и усы, помолодев сразу на несколько лет. Кошко, не подав вида, что мы знакомы, направился в сторону стоявших извозчиков. Оказалось, что он заранее нанял четыре пролетки. Дождавшись, пока мы займем места, пролетки медленно покатили прочь от вокзала. Мой один из самых доверенных людей молчал и я не стал мучить его вопросами в присутствии извозчика. В свои пятьдесят три года Кошко выглядел просто отлично — я обязал его учиться у китайцев тайцзи и это однозначно отразилось на его самочувствии, думаю, ему теперь не грозит смерть в двадцать восьмом году.

Высадив нас у дома номер 13 на Большой Конюшенной улице, пролетки отъехали. Четырехэтажное здание ранее было доходным домом. Кошко организовал здесь конспиративную квартиру, причем как он похвастался, о ней никто не знает даже в ЧК, удалось задействовать старых знакомых, которые пристроились на теплые места в Петроградском Совете рабочих и солдатских депутатов. Поднявшись в четырехкомнатную квартиру на третьем этаже, Кошко усадил нас за обеденный стол и начал его накрывать.

Пообедав, мы с моим начальником безопасности уединились в хорошо обставленном кабинете и я узнал о готовящемся военном перевороте, который решил возглавить амбициозный Троцкий — Мои люди отслеживают все передвижения Бронштейна — Кошко налил нам обоим хорошего цейлонского чая и пил его маленькими глотками — После назначения главного фигуранта наркомом железных дорог и его переезда сюда, в Питер, к нему зачастили Тухачевский, Мартын Иванович Лацис, Иона Эммануилович Якир, Август Иванович Корк, Борис Миронович Фельдман. Пару раз приезжал Григорий Евсеевич Зиновьев и минут по сорок запирался с новоназначенным наркомом путей сообщения. Вот здесь у меня записаны все встречи заговорщиков и датами и местами встреч — я принял лист бумаги и пробежался по нему взглядом. Срочно набросал текст телеграммы в штаб Западного фронта, а копии телеграммы я отправил Ленину, Сталину и наркому вооруженных сил Фрунзе и главкому Каменеву, переговорив с Сталиным по телефону и убедив того согласовать с Владимиром Ильичем мою командировку.

* * *

Сын обедневшего смоленского потомственного дворянина и крестьянки, Миша Тухачевский мечтал стать военным, чтобы добиться высокого положения в обществе. В 1912 году он окончил Московский кадетский корпус, в 1914 году — Александровское военное училище.

Как один из лучших выпускников, Тухачевский был зачислен в лейб-гвардии Семёновском полк, а вскоре уже сражался на фронте в составе 1-й гвардейской дивизии.

Он демонстрировал отчаянную храбрость, заработав за полгода войны пять орденов. Но когда в феврале 1915 года его рота была окружена немцами, Тухачевский поднял руки вверх одним из первых. Большая часть сослуживцев предпочла смерть в жестокой схватке, а будущий советский маршал оказался в плену.

Сохранив жизнь, офицер не собирался всю войну оставаться в лагере. После четырех неудачных попыток побега он все-таки сумел вернуться на Родину осенью 1917 года. В России бушевала революция, и Михаил Тухачевский быстро определился с тем, за кого он. С юных лет он был увлечен Наполеоном, и хорошо помнил, что его взлет начался именно на службе революции. В марте 1918 года 25-летний Тухачевский добровольно поступает на службу в Красную Армию.

В сентябре 1918 года, командуя 1-й армией РККА, он проведет одну из первых успешных операций против войск Колчака, отбив у белых родной город Ленина — Симбирск. Личная благодарность, посланная в адрес молодого командарма, дорогого стоила.

На Восточном фронте войска Тухачевского умело действовали против лучших войск противника, включая части знаменитого Владимира Каппеля. За победу над Колчаком Тухачевский был награждён Почётным революционным оружием. В начале 1920 года он успел проявить себя в качестве командующего Кавказским фронтом, воевавшим против Деникина. Но уже в апреле его назначают командующим Западным фронтом, действующим против поляков.

На захват Юзефом Пилсудским Киева у Тухачевского нашелся мощный контрудар, благодаря которому Красная Армия, преодолевая по шестьдесят километров в день, уже к концу мая благодаря переходу белых на сторону Советской власти и вливанию их в Красную армию) вышла к Неману. Уже действовал Временный революционный комитет Польши, Феликс Дзержинский готовился возглавить правительство нового государства рабочих и крестьян. До Варшавы оставалось два десятка километров, когда части Тухачевского увязли в обороне противника и умело окопавшиеся поляки перевели свое отступление, напоминавшее бегство, в активную оборону.

Троцкий требовал от своего ставленника немедленной атаки поляков, считая, что после наглядной победы Тухачевский взлетит так, как ни Ворошилову, ни Буденному и не снилось — ое уже считал что кресло наркома у Тухачевского в кармане и тот сможет двинуть армию против Ленина и Сталина, сковырнув по ходу дела и Дзержинского.

Тухачевский третий раз перечитывал телеграмму от появившегося в Питере Сорокина:

«Тов Тухачевский немедленно прекратить атаки зпт окопаться и крепить свою оборону зпт подтягивать растянувшиеся тылы! Выезжаю в штаб Западного фронта тчк Председатель комиссии Партийного контроля Сорокин».

Глава 16

Поручив будущего министра ПетроЧК, начальник которого клятвенно обещал до прибытия остальных студентов поставить Косыгина на довольствие и выделить нары в казарме, я со своей бандой посетил городскую баню и организовал срочную отправку на Западный фронт пяти бронепоездов, только закончившие ремонт и выбил для их обслуживания моряков-артиллеристов с Балтийского флота. Заняв места на следующем по перегонам первым броне-составе, я и мои ребята отсыпались до узловой станции города Гродно, в котором был штаб фронта. Выйдя из броневагона, я удивился — нас встречал Дзержинский в сопровождении нескольких человек охраны.

Подойдя к этому фанатику революции, я сам не ожидая от себя проявления каких-либо чувств, обнял Феликса и тот через мгновение тоже сжал меня в своих крепких объятиях — Честно говоря, я успел по вам соскучиться, Феликс Эдмундович!

— Еще бы, столько времени гулять по Европам да Америкам! Ты, Андрей Юрьевич, не можешь, что бы подарков не натащить — председатель ВЧК кивнул на с трудом выбитые мною бронепоезда, заходящие с небольшим промежутком на станцию.

— Не нравится мне отношение к этой войне с поляками, без тяжелого вооружения решили шапками закидать противника? Далеко штаб?

— Тут все рядом, городок небольшой.

Я кивнул, история города отличилась большим разнообразием. 1 декабря 1918 года город Гродно вместе с Гродненской губернией вошёл в состав Литвы, а 10 апреля 1919 года был занят Польшей. По условиям мирного договора между Литовской Республикой и РССР от 12 июля 1920 года Гродно должен был отойти к Литве. В ходе советско-польской войны уже признанный за Литвой город в конце мая (в РИ в июле) 1920 года заняла Красная армия, которая на настоящий момент и удерживала город.

Мы всей организованной колонной по двое дошли до улицы Банковой (Ленина), на которой стояло здание бывшего Крестьянского поземельного банка. В декоративном оформлении фасадов применено сочетание желтого кирпича и белых лепных деталей. Двухэтажное здание, Г-образное в плане, с двускатной черепичной крышей, купол над которой также покрыт черепицей. На куполе был виден след от герба Российской империи — двуглавого орла.

— В годы Первой мировой войны здесь размещался военный госпиталь, а мы, заняв город, определили это здание под штаб фронта — Дзержинский отдал приказ одному из своих охранников и тот повел моих ребят в соседнее здание определиться на постой — Пойдем, твоя телеграмма наделала шуму, Каменев в недоумении, почему ты влез в его епархию, только вмешательство Старика прекратило истерику Главкома, твое указание выполнено и наши части вместо атаки на Варшаву окапываются на линии рек Неман — Щара — Свислочь, используя при этом в качестве второго рубежа обороны оставшиеся с Первой мировой войны мощные германские укрепления.

Поднявшись на второй этаж, Дзержинский провел меня к большому кабинету, в котором у огромной, на всю стену карты спорили семеро командиров, что-то доказывая Тухачевскому, с вальяжным видом сидевшим за столом рядом с картой.

Увидев нас, командующий фронтом поднялся и подошел к нам, протянув руку для рукопожатия. Поздоровавшись, мы с Дзержинским присоединились к спорщикам. Часть Западного фронта преобразовали в Юго-Западный фронт, командующим войсками которого был назначен Александр Егоров. Он-то сейчас и пытался доказать нелепость остановки успешного контрнаступления Красной армии. При моем появлении все замолчали, некоторые с насмешкой смотрели на меня, как и любой военный смотрит на шпака, пытающего его научить как правильно воевать.

Сергей Александрович Меженинов командовал Двенадцатой армией Юго-Западного фронта, Иероним Петрович Уборевич — Четырнадцатой армией, а Семен Михайлович Буденный — переброшенной с Кавказа Первой конной армии этого же фронта, Август Иванович Корк командовал Пятнадцатой армией Западного фронта, Николай Владимирович Сологуб — Шестнадцатой армией, Владимир Саламанович Лазаревич — Третьей армией, Евгений Николаевич Сергеев — Четвертой армией, а Гая Дмитриевич Гай — кавалерийским корпусом этого же фронта.

Тухачевский взял указку и с помощью карты кратко отчитался о последних проведенных наступательных операциях — Основной удар нами был нанесен на правом, северном фланге, на котором было достигнуто почти двукратное превосходство в людях и вооружении. Замысел операции заключался в обходе польских частей кавалерийским корпусом Гая и оттеснении 4-й армией РККА Белорусского фронта к литовской границе. Эта тактика принесла успех: 1-я и 4-я польские армии начали быстро отходить в направлении Лиды, и, не сумев закрепиться на старой линии немецких окопов, в конце июля отступили к Бугу. За короткий период времени Красная Армия продвинулась более, чем на шестьсот километров: поляки оставили Бобруйск и Минск, затем части РККА взяли Вильно. В районе Белостока РККА перешла уже непосредственно на польскую территорию, несмотря на приказы Пилсудского, советским войскам почти без сопротивления был сдан Брест. На южном направлении поляки оказали упорное сопротивление под Володаркой и Бродами. Мы ожидали восстания польской бедноты, которая ударит в тыл белополякам и это вынудит их сдаться, но чуда не случилось. Как отметил товарищ Каменев, «теперь наступил тот момент, когда рабочий класс Польши уже действительно мог оказать Красной армии ту помощь… но протянутой руки пролетариата не оказалось. Вероятно, более мощные руки польской буржуазии эту руку куда-то запрятали».

Я задал вопрос начальнику штаба Западного фронта Шварцу — Николай Николаевич, какие сведения о противнике предоставила разведка фронта? Вы знаете точные силы противника, его вооружение, его планы?

— Шварц смущенно посмотрел на Тухачевского и неохотно ответил — Мы, к сожалению не располагаем такими сведениями, пару раз разведчики отправлялись в тыл к полякам, но безрезультатно, оба раза едва вырывались от преследования и с огромными потерями возвращались обратно.

— Надо же! Николай Николаевич, вы окончили Николаевскую военную академию по первому разряду, последняя ваша должность при царской армии — начальник первого разведывательного делопроизводства (позднее отделения) разведчасти отдела 2-го генерал-квартирмейстера Главного управления Генерального штаба. Уж вы то должны понимать, что наступление на обороняющегося противника без разведданных — полная глупость, если не назвать это преступлением! Неужели, наступая, вы не взяли ни одного пленного офицера?

— Красноармейцы сразу ставили такую сволочь к стенке! — высокомерно произнес Тухачевский и даже Дзержинский при его словах поморщился.

— То есть у вас под рукой не армия, а партизанская вольница? — я усмехнулся, краем глаза заметив понурившегося Шварца. Великие стратеги, вы в курсе, что наступление на окопавшегося и хорошо вооруженного противника должно проводиться только при минимальном превосходстве атакующего в два-три раза! А вы, не зная что вас ждет в укрепленных окопах, хотите авантюристическим авось слить такую успешную кампанию? Когда подтянутся ваши тыловые службы, тяжелое вооружение? Опять молчите? Позор! Вам только в детской песочнице играть, а не вести лучшие силы Красной армии в неизвестное, которое вполне может оказаться полным разгромом. И я сомневаюсь, что после этого вы дружно приставите ко лбу револьвер и смоете кровью свое поражение.

— Хорошо, Андрей Юрьевич! Что вы предлагаете? — Дзержинский закурил и подошел к форточке.

— Я отправлю в разведку две группы по пять человек в каждой. Из Петрограда я отправил запрос в Москву на необходимое им снаряжение, которое во-вот прибудет в Гродно. Пока же мои люди изучат по картам местность, в которой они будут работать. Пока же все силы обоих фронтов должны быть направлены на укрепление своих позиций и создание пулеметных и пушечных деревоземляных огневых точек.

* * *

Через три дня мои бойцы в «лохматках», вооруженные снайперками и автоматическим оружием, растворились в темноте за Белостоком и ушли за линию фронта.

Первая группа под командованием Антона Титаренко взяла направление на Варшаву, в вторая под командованием Степана Грицацая должна была провести разведку вдоль линии фронта, углубившись на двадцать километров. Через десять дней обе РДГ должны были вернуться обратно. Все это время я контролировал отправку на Западный фронт артиллерии, снарядов, новых полков, сформированных из бывшей Добровольческой армии. Все эти эшелоны формировались на Кубани и на Дону, через пару недель вся эта собранная мощь ожидалась в Гродно.

Труднее всех пришлось группе Грицацая — им приходилось постоянно двигаться среди насыщенной войсками и техникой обороне противника, испахав брюхом польскую землю. На карту наносились значки и цифры, которые только после расшифровки могли дать полную картину обороны польской армии. Уже на девятый день группа стала пробираться назад, рыская из стороны в сторону в поисках прохода к линии фронта. Преодолев вторую линию обороны поляков и выйдя к первой, за которой уже начиналась нейтралка, разведчики остановились — выротой и укрепленной лесоматериалами траншее не было видно конца. Удивление разведчиков вызвало отсутствие обмундирование у встреченных поляков — около пятнадцати процентов солдат Седьмой польской пехотной дивизии ходили босиком, а внешний вид их был ужасным. Вооружение польской армии было разного происхождения — австрийского, немецкого, французского, русского, американского. Весной 1920 года винтовок и пулеметов в польской армии было достаточно. Особенно помогли поставки оружия из-за границы. Франция, отчасти Англия и США, поставили в Польшу 1494 орудия, 2800 пулеметов, 385 тысяч винтовок, 42 тысячи револьверов, около 700 самолетов, 200 бронеавтомобилей, 800 грузовиков, 576 миллионов патронов, 10 миллионов снарядов, 4,5 тысячи повозок, 300 тысяч комплектов обмундирования, 400 тысяч пар обуви, средства связи, медикаменты и все равно этого не хватало. Правда, при этом сохранялся разнобой в системах оружия (винтовки Манлихера и Маузера, Лебеля и Мосина, пулеметы Максима, Гочкиса, Льюиса, Браунинга) и в образцах патронов. Постепенно увеличивался артиллерийский парк, тоже в основном за счет поставок из Франции. Зато вполне хватало лошадей: на 1 мая 1920 года в армии насчитывалось более 73 тысяч лошадей. За счет конской мобилизации и зарубежных поставок (свыше 10 тысяч голов) число лошадей в кавалерии и обозах выросло до 181 тысячи.

Прямо перед разведчиками в траншее находился наблюдательный пункт, вынесенный метров на пять вперед. Трое человек прошли по траншее на НП, изучая позиции русских в оптику, оставив в траншее двух пулеметчиков с «Максимом» на треноге. Полнолуние и отсутствие облаков позволяло наблюдать за русскими укреплениями, которые никто не пытался маскировать, а наличие пулемета придавала полякам ощущение защищенности. Степан подал знак и пулеметчики осели на пол траншеи с ножами в спине, пронзив их сердца. Затем две тени просочились на НП, оставив там два труппа и волоча обратно связанного командира батальона из второго полка седьмой польской пехотной дивизии. Грицацай махнул рукой и подхватив пленного, разведка двинулась в обратный путь, замыкающий был не в силах бросить пулемет и теперь тащил его на своих могучих плечах. Пару коробок с лентами нес сам командир, пораженный жадностью подчиненного.

* * *

Я вместе с командирами разведчиков прибыл в штаб фронта. Титаренко перешел фронт почти одновременно с Грицацаем, перехватив в глубоком тылу вестового от командующего Пятой армией генерала Владислава Сикорского в Варшаву. Вестового и его сопровождение зарыли в землю, а его бумаги доставили в Гродно.

— Итак, товарищи командиры! Мои разведчики получили самые свежие и достоверные данные о противнике. Пока начальник штаба переносит на карту польскую систему обороны на разведанном участке фронта, я оглашу цифры: Великобритания фактически перестала оказывать Польше военную и экономическую помощь, Германия и Чехословакия закрыли границы с Польшей, и единственным пунктом доставки грузов в республику остался Данциг. Впрочем, основные поставки и помощь осуществлялись не вышеперечисленными странами, а Францией и США, которые не прекращают свою деятельность.

Двум фронтам РККА противостоят три польских:

Северный фронт генерала Юзефа Халлера;

5-я армия генерала Владислава Сикорского;1-я армия генерала Францишека Латиника;2-я армия генерала Болеслава Рои.

Центральный фронт генерала Эдварда Рыдз-Смиглы.

4-я армия генерала Леонарда Скерского;3-я армия генерала Зигмунта Зелинского.

Южный фронт генерала Вацлава Ивашкевича.

6-я армия генерала Владислава Енджеевского; Армия УНР генерала Михайла Омельяновича-Павленко.

Наши силы и армия противника примерно равны — около двухсот тысяч человек с каждой стороны. Планы генералитета поляков утверждают главнокомандующий Войска Польского — маршал Польши Юзеф Пилсудский, военный министр — генерал Юзеф Лесневский, начальник Генерального штаба — генерал Станислав Халлер. При формировании Войска Польского использовался принцип всеобщей воинской повинности и в январе 1919 г. был объявлен первый призыв. В марте было произведено еще пять призывов. Из Франции прибыли войска генерала Юзефа Халлера (70 тысяч солдат и офицеров), из Сибири дошли остатки Сибирской Польской дивизии (700 солдат и 120 офицеров), послужившие основой для формирования Сибирской бригады. В апреле 1920 года общая численность войска Польского составляла 738 тысяч человек, а к августу ее должны увеличить до одного миллиона человек. Всего поляки сформировали 8 армий, в состав которых входит 22 пехотные дивизии, 3 пехотные бригады и 2 отдельных пехотных полка. Польская кавалерия состоит из 25 полков (2 шеволежерских, 18 уланских, 1 татарско-уланский и 4 конно-стрелковых). Конные стрелки приданы пехотным дивизиям; полки улан и шеволежеров сведены в 7 кавалерийских бригад. В целом, несмотря на разнокалиберность артиллерийского парка, благодаря помощи держав Антанты, недостатка ни в орудиях, ни в боеприпасах поляки не имеют. В 1919 г. из Франции в течение войны для формирования 1-го танкового полка (3 танковых батальона по три роты (всего 9 рот по 24 танка по штату в каждой)) прибыли 120 легких танков «Renault FT-17» (из состава французского 513-го полка). Полк не используется целиком, действуя лишь отдельными ротами и взводами. Поляки имеют десять бронепоездов легкого типа, построенные, в основном по австро-венгерской схеме — с казематными артиллерийскими установками с добавлением пулеметных броневагонов (2–4 орудия и 8-20 пулеметов). Польская авиация насчитывает 119 самолетов, летный состав представлен 142 пилотами и 66 летчиками-наблюдателями.

Наши полки едва достигают численности реальных батальонов: польская дивизия (4 полка) превосходит нашу (9 полков), как по количеству штыков, так и по количеству тяжелого вооружения. В стрелковой дивизии РККА 24–32 орудия против 48 орудий в польской пехотной дивизии; кроме того, поляки обладают значительным числом ручных пулеметов, которых почти нет в Красной Армии.

И вы хотите с таким соотношением вооружения и бойцов с легкостью взять Варшаву?

Польский план контрнаступления предусматривает концентрацию крупных сил на реке Вепш и внезапный удар с юго-востока в тыл войск Западного фронта. Для этого из двух армий Центрального фронта генерала Эдварда Рыдз-Смиглы формируются две ударные группы. В руки моих разведчиков попал приказ 8358 / III о контрударе под Вепшем с подробной картой (В РИ все это попало в руки красноармейцев, но советское командование посчитало найденный документ дезинформацией, целью которой был срыв наступления Красной Армии на Варшаву. В тот же день и польская радиоразведка перехватила приказ по 16-й армии о наступлении на Варшаву 14 августа. Чтобы опередить красных, по приказу Юзефа Халлера 5-я армия Владислава Сикорского, защищающая Модлин, из района реки Вкра ударила по растянувшемуся фронту Тухачевского на стыке 3-й и 15-й армий и прорвала его. В ночь на 15 августа две резервные польские дивизии атаковали с тыла советские войска под Радимином. Вскоре город был взят), нам предстоит предотвратить его и разработать операцию по уничтожению собранной польской группировки.

Дзержинский что-то сказал по-польски, видимо матюгнулся, и вышел из кабинета, направившись к телеграфному аппарату — полученную информацию нужно было срочно донести до Ленина, который тоже был уверен в поддержке польским пролетариатом захвата Польши Красной Армией и ратовал за скорейший захват Варшавы.

Глава 17

Сунув местных наполеонов лицом в лужу, я вместе с начальником штаба изучал театр военных действий. Начиная с июня, войну в Белоруссии можно было назвать поединком графов. Польский командующий фронтом граф Станислав Шептицкий воевал против командарма-16 бывшего полковника графа Николая Владимировича Сологуба, брат которого воевал на стороне поляков — полковником генштаба. Огромным преимуществом красных в компании 1920 года следует считать кавалерию. Первая Конная армия Буденного и Третий кавалерийский корпус Гая были соединениями, без которых продвижение красных было бы вообще невозможно. Сама по себе идея создания конной армии представлялась Пилсудскому «стратегической нелепостью», но четыре кавалерийские дивизии с собственной конной артиллерией при эффективной поддержке бронеавтомобилей и бронепоездов доказали полякам ошибочность их взглядов. Особо неприятным сюрпризом для поляков были пулеметные тачанки. Польская кавалерийская тактика — пика и сабля столкнулась с конармейской тактикой — пулеметный обстрел с тачанок, огонь с коня из пистолетов и револьверов и шашка. Все это усугублялось для поляков численным превосходством красных в кавалерии в два-три раза. Буденный благодаря численному перевесу прорвал польский фронт всеми четырьмя кавдивизиями. В Житомире он атаковал едва спасшийся штаб Украинского фронта, в Бердичеве захватил и взорвал склад с одним миллионом артиллерийских снарядов. Было освобождено семь тысяч пленных красноармейцев. Все это вынудило к отходу польские войска, но в целом действия красных не привели к полному разгрому польских войск: Третья польская армия, которая (по плану красных) должна была быть уничтожена, избежала окружения. В дальнейшем на Юго-Западном фронте красные продвигались вперед лишь благодаря своей кавалерии. Следует отметить крайне низкий боевой уровень пехоты Красной Армии: малочисленная, практически не пополняемая, плохо обученная, она лишь следовала за наступающей красной кавалерией. Первой Конной армии приходилось нелегко, так как против нее действовали главные силы поляков, но несогласованность ударов противника позволяла красным избежать разгрома. Юго-Западный фронт продолжал находиться в сложном положении и вынужден был распылять свои силы между польским фронтом и повстанцами. Произвести местную мобилизацию было невозможно. Только благодаря сдаче Врангеля и его кучки прихлебателей Красная армия смогла отозвать войска из Крыма, провела переформирование дивизий, доведя их до требуемого штата. Западный фронт скоро добьется превосходства в силах и сможет подготовиться к наступлению.

План Тухачевского до моего вмешательства, планировал взятие Варшавы. Более половины сил он нацелил для глубокого обхода польской столицы с севера, что являлось повторением действий русского фельдмаршала Паскевича в 1831 году. Главные силы Тухачевского — Третья, Четвертая и Пятнадцатая армии находились севернее Варшавы, Шестнадцатая армия должна была прорвать фронт и взять Варшаву в лоб. Польский начальник Генерального штаба генерал Розвадовский, вычислив планы Тухачевского, разработал идею контрнаступления на Красную Армию. Польское командование провело реорганизацию действующей армии, образовав три фронта. Основной удар должен был нанести Центральный фронт в составе пяти пехотных дивизий с приданной им кавалерией, всего сорок пять тысяч бойцов. Единственным противником готовящегося внезапного наступления польской группировки оказывалась растянутая на двести километров Мозырсхая группа Хвесина (три слабые дивизии, общей численностью три-четыре тысячи человек). Неравенство сил усиливалось и низкой квалификацией Хвесина (Тихон Серафимович родился в еврейской семье портного. В 1911 году вступил в РСДРП. В 1916 году был арестован, приговорён к ссылке. Ссылка была заменена службой в армии. Во время Первой мировой войны дослужился до унтер-офицера. В 1918 году стал военкомом Саратовской губернии. В годы Гражданской войны командовал многими войсковыми соединениями: в сентябре-ноябре 1918 — Четвертой армией Восточного фронта, в марте-мае 1919 — Восьмой армией Южного фронта, в мае-июне 1919 года возглавлял Экспедиционную группу, подавлявшую казачьи восстания на Дону, затем был помощником командующего Оренбургской группой войск и Первой армией, в 1920 году — помощником командующего Особой группы войск Туркестанского фронта, затем был переброшен на Польский фронт, где стал командующим Мозырской группы. Охренительная карьера, неправда ли?). Именно сюда и направлялись шесть новых сформированных дивизий, четыре из которых были пехотными, а две — кавалерийскими, всего около пятидесяти тысяч человек. Вместо Хвесина, отправленного мной командовать батальоном (на большее ставить этого еврейчика было некомпетентностью, если не преступлением) командующим был назначен барон Врангель, которому я дал шанс заработать очки перед Советской властью.

— Николай Николаевич, я считаю ошибкой атаку Варшавского укрепрайона, Шестнадцатая армия должна выйти к первой линии обороны и закрепиться вне зоны обстрела орудий противника. На севере Третий конный корпус Гая должен дойти до Вислы, обложив города Плонск и Плоцк, не делая попыток захвата этих городков.

В полосе Юго-Западного фронта продолжать неспешное наступление без отставания тылов. Четырнадцатой армии необходимо взять Яворов и сделать его неприступным узлом современной обороны, но вынуждена была выделить часть сил для прикрытия румынского направления. Двенадцатой армии поставить задачу сдерживать Третью польскую армию. Конная армия Буденного должна выйти ко Львову. Но все это можно начинать только после разгрома польской группировки, только разгромив ее полностью!

Дождавшись скрытого подтягивания резервов, мы укрепили свои позиции, польское наступление будто наткнулось на бронированный кулак, в тыл полякам ударили кавалеристы и мешок захлопнулся, никто из него не вырвался, мною был дан приказ пленных не брать.

Все начиналось на белорусской земле, у населенного пункта с непритязательным названием Зябки. Именно здесь пошли в первую атаку красноармейские танки, именно здесь родились советские танковые войска. Зябки — ныне столица белорусских дайверов, центр экотуризма, а тогда, в 1920 году, крошечная станция на железной дороге Полоцк — Молодечно: несколько жалкого вида станционных строений, а над ними — круглая кирпичная «голова» водокачки. На запад, между озерами Свядово и Долгое, рассекая советские и польские окопы, пролегала линия железнодорожного полотна. Именно здесь, между Полоцком и Молодечно, в 1920 году завязло майское наступление нашей Пятнадцатой армии Западного фронта. Польские войска, предусмотрительно взорвав железнодорожный мост, хорошо укрепились: подготовили три полосы окопов полного профиля, опорные пункты, оснащенные огневыми средствами (одних станковых пулеметов — пятьдесят штук!) и прикрытые двенадцатью рядами колючей проволоки и минными полями. В межозерном дефиле, шириною в версту, перед самыми траншеями несла свои воды речонка Аута, а за нею — проволочные заграждения в два-три кола. Для участия в прорыве польского фронта в Полоцк были доставлены три танка Второго танкового отряда. Они были отбиты у деникинцев и прошли основательный ремонт на Путиловском заводе в Петрограде: «большой» Mk V («Рикардо») и два «малых» FT17 «Рено». Чтобы перевезти их на левый берег Западной Двины, спешно был сооружен большой паром. Танки двинулись к Зябкам. Кроме танков Второго танкового отряда и пехоты Тридцать третьей Кубанской стрелковой дивизии, которые после артиллерийской подготовки должны были пойти на прорыв обороны противника, в бой вводились бронемашины Четырнадцатого броне-отряда и бронепоезд № 8 «Раскольников», который поддерживал атаку мощным артиллерийским огнем. Пожалуй, впервые за годы Гражданской войны и иностранной интервенции в одном бою задействовалось столько тяжелого вооружения. В шесть часов утра четвертого июня 1920 года под аккомпанемент пушек Тридцать третьей Кубанской дивизии танки начали выдвигаться на исходный рубеж. Поляки ответили огнем практически сразу. Под прикрытием тумана бронепоезд № 8 вышел из-за станционных построек и двинулся от Зябков к взорванному мосту через Ауту. Поляки тут же сосредоточили на нем огонь всех своих батарей. Бронепоезд «Раскольников» начал маневрировать на открытой местности и с ходу бить по батареям противника. Маневрировал успешно — в него не попал ни один снаряд. Тем временем три серых неуклюжих танка на предельной скорости в семь километров в час переползли через первую линию красноармейских окопов и, не открывая огня, развернулись в боевую линию. В момент, когда танки приблизились к проволочным заграждениям и начали рвать «колючку», из окопов поднялась красная пехота и пошла вперед — не резво, не так чтоб уж очень прытко, но сердито и уверенно. Заговорили польские пулеметы. Танки, в свою очередь, тоже открыли огонь. Их пулеметы поливали свинцом польские окопы, а пятьдесят семи миллиметровые и тридцати семи миллиметровые пушки точными выстрелами уничтожали пулеметные гнезда. Часть польских пушек перенесла огонь на танки. В этот момент бронепоезд Калиновского, ведя безостановочный огонь из всех калибров, подошел к самому мосту и… остановился, вызывая огонь вражеской артиллерии на себя. Два танка были подбиты, три пробоины получил бронепоезд. Вперед упорно полз теперь только один танк. Но дело было сделано. Красноармейская цепь стремительно преодолела покинутую врагом первую линию окопов, затем вторую, третью. В прорыв устремились бронеавтомобили, за ними — кавалерия. Части Семнадцатой пехотной дивизии генерала Енджеевского в беспорядке откатились на пятнадцать верст к местечку Плисса. Польский фронт у Зябков был прорван. Интересно, что поляки тоже имели танки — восемь легких машин, присланных из Франции и США. Их предполагалось использовать в бою, и тоже под Зябками. Вполне вероятен был и первый в нашей истории встречный танковый бой. Но пилсудчики опоздали на несколько дней. В последующие недели семь из восьми польских «Рено» и «Фиатов» достались красноармейцам в качестве боевых трофеев. Как отмечал впоследствии командир бронепоезда № 8 Константин Брониславович Калиновский, сразу и навсегда влюбившийся в «сухопутные дредноуты», в бою у станции Зябки команды танков вели себя мужественно, хотя и не безошибочно. Командир группы был ранен, но не покинул машину. Попав под артиллерийский огонь противника, танки не повернули обратно, а продолжили атаку. Но сами танки стреляли мало. Кроме того, во время атаки одна машина застряла в болоте, а экипаж другой принялся ее вытаскивать. Танкисты того танка, по сути дела, вышли из боя ради помощи товарищу, забыв, что лучшая поддержка соседа в бою — скорейшее уничтожение противника. Но вместе с тем бой под Зябками наглядно показал, что за этими боевыми машинами большое будущее — одно внезапное появление всего трех танков повергло врага в замешательство и обратило его в бегство. Опыт боя под Зябками был оперативно проанализирован на самом верху, в штат автотанкового отряда были внесены необходимые коррективы: число танковых взводов было доведено до двух (по два танка в каждом), введена пехотная команда прикрытия и сопровождения танков (30 человек с двумя ручными пулеметами «Льюис»). Особо оговаривалось, что танки в составе взводов должны быть одного типа, что упрощало и применение танков, и их обслуживание. Начало боевому применению танков было положено, и совсем скоро танковые войска станут главной ударной силой Сухопутных войск Красной Армии.

По указанию Советского правительства в Советской России в 1918 году началось создание Броневых сил РККА. 31 января 1918 года приказом Народного комиссариата по военным делам был образован первый центральный орган управления всеми броневыми частями Советской Республики, сокращенно — Центробронь Всего же в 1919–1920 годах советскими войсками в качестве трофеев были захвачены 93 танка (59 Mk V, 17 Mk A, 1 Mk B, 14 FT17 «Рено»), из них 83 — в Европейской России, 10 — на Дальнем Востоке. Лишь в 1920 году в Красной Армии сложились условия, позволившие приступить к формированию собственных танковых отрядов. В марте 1920 года в Екатеринодаре на базе захваченного имущества белогвардейской школы английских танков были организованы курсы по подготовке танкистов из шоферов. Другим центром формирования танковых частей РККА стал Смоленск, куда в мае 1920 года из Петрограда прибыл Первый танковый отряд. Все танки Красной Армии были отнесены к трем основным типам: 1) тип «Б» («большой») — английский тяжелый танк Mk V («Рикардо»); 2) тип «С» («средний») — английские танки Mk A «Уиппет» и Mk B («Тейлор»); 3) тип «М» («малый») — легкие танки типа FT17 «Рено» французского, итальянского, американского и советского производства.

Первая Конная армия, совершая свой легендарный польский поход, подошла к городу Новоград-Волынску. Здесь белополяки сильно укрепились, преградив путь Красной коннице густой сетью проволочных заграждений, окопов и пулеметных гнезд. Товарищ Ворошилов приказал артиллерии пробить своим огнем проходы в проволочных заграждениях. Не раз артиллерии приходилось выполнять такие задачами в мировую империалистическую, и в гражданскую войну. Часа полтора-два напряженного огня, расход 200–250 снарядов — и проход шириной в 6 метров будет готов. Но всего один проход. А сколько надо таких проходов, чтобы пропустить в атаку целую кавалерийскую дивизию? Сколько тысяч снарядов нужно потратить на это? А снаряды в то время Конная армия подвозила за триста-четыреста километров от линии фронта на подводах. Легко ли было в этих условиях расходовать снаряды тысячами? Но доблестные красные артиллеристы умели по-большевистски решать самые сложные боевые задачи. Вот их решение. Из-за леса полным карьером вылетел дивизион конной артиллерии. 12 пушек стремительно неслись прямо к позициям противника. Подлетев почти вплотную к проволочным заграждениям-, перед самыми окопами белополяков дивизион круто повернул «налево кругом» и в то же мгновение открыл картечью в упор по проволочным заграждениям. При такой стрельбе в упор картечью один снаряд сразу пробивал шестиметровый проход в проволоке, то-есть заменял собой двести-двести пятьдесят снарядов, которые нужно было выпустить для этого с закрытой позиции.

Несмотря на большой прогресс в стрелковом вооружении, кавалерия еще могла с успехом предпринимать атаки с шашкой в руке. И если тактическая ценность кавалерии все же упала, то ее стратегическое значение было очень высоким. Это значение кавалерии, впервые осознанное американцами во время гражданской войны 1861–1865 годов, было понято и принято в качестве доктрины только в русской армии. Во время войны 1914-18 гг. кавалерия применялась весьма ограниченно, что привело к ее недооценке даже поляками, традиционно сильными кавалеристами. Красное командование продолжило традиции стратегического применения кавалерии в русской армии, усилив ее техническими новшествами, например тачанками. В рейдах красной кавалерии просматриваются черты будущих блицкригов, а 1-ю Конармию можно считать прообразом танковых дивизий.

Я в десятый раз объяснял Дзержинскому нежелательность захвата Польши РССР, но этот фанатик уперся как баран, пытаясь доказать свою правоту, надев розовые очки — Успех в войне с Польшей не только поможет отстоять независимость Советской власти на Украине и в Белоруссии, но и установит новый порядок в Европе. Захват Польши лишит Францию и Германию буферной зоны от прямого удара Красной армии. Владимир Ильич считает, что позже можно будет с Польши поддержать рабочее движение в Германии, а во Франции из-за банкротства начнется революция.

— Феликс Эдмундович! Ну вы то знаете, сколько золота передано через прикрытый ныне Коминтерн немецким коммунистам. Их революция закончилась пшиком — причина этого в совершенно другом менталитете нашего народа и всех этих европейцев. Вспомните сколько В России было бунтов крестьян и казаков! Я в Англии и Франции взбунтовавшуюся толпу использовали мелкие лавочники, свергнув своих королей и создавших себе возможность резкого обогащения. И все, дальше как болото — всех все устраивает, западные рабочие вкладывают свои средства в акции, становясь совладельцами предприятий и получают с этого как и хозяева, прибыль. Вот честно ответьте как исконный поляк — поляки будут целовать русских в губы, или же постоянно как при царизме, будут браться за оружие?

Дзержинский нахмурился — он понимал к чему я его веду.

— Нет, поляки не успокоятся и постараются обрести свою независимость! Однако..

— Никакого однако! Не нужно обманывать себя и своих товарищей. Мы захватим Львов, заберем себе восточную Галицию и заставим Пилсудского сдаться. Затем ограбим Польшу, вывезя в качестве контрибуции ее заводы и фабрики, все автомобили и трактора, не оставим ни станка! Всех поляков с захваченной территории, не желающих жить под нашей властью, отправим Пилсудскому. Польша пусть и в урезанном виде будет служить нам буфером, не давая возможности немцам, в случае войны с нами, напасть на РССР без объявления войны — им придется сначала захватить бедных поляков!

Освободившиеся войска бросим на захват Прибалтики, Финляндии и Бессарабии. Эти земли Россия потеряла и она должна их вернуть обратно.

Глава 18

Дзержинский все таки уступил моему напору и организовал паровоз с двумя вагонами, в которых разместились он, Тухачевский, я и наша охрана. Остановки до Москвы наш литерный делал только для замены паровоза с новой бригадой. В дороге я пытался с комфронта поговорить начистоту, сначала он отнекивался, но куда ему против зубра допросов — я расколол несостоявшегося заговорщика, уличив того, как и остальных предоставлением перечня всех встреч заговорщиков в Москве и в Питере. Правда Тухачевский отрицал, что Троцкий получил его согласие — он опасался проиграть, не был уверен в поддержке армии. Вернуться к вопросу о участии в перевороте он думал после взятия Варшавы — став народным героем, которому Советская власть окажется сильно должна.

От Гродно до столицы добрались меньше, чем за сутки, сразу поспешив на заседание ВЦИК.

Незаметно на вокзале ко мне подошел Кошко, передав портфель и успев шепнуть — Интересные сведения удалось купить у моих немецких коллег о нашем фигуранте! — кивком указал на шедшего немного впереди Тухачевского — Это бомба!

Докладчиком был Тухачевский, полностью обрисовавший положение нашей и польской армий. Я же знакомился с содержимым портфеля.

Троцкий по окончании доклада взял слово — Товарищ Сорокин превысил свои полномочия, без согласования с правительством и ВЦИК остановил подготовленное наступление, сорвав этим освобождение рабочего класса Польши и установление в еще одной стране справедливой рабоче-крестьянской власти! Я требую поставить вопрос о самоуправстве товарища Сорокина, который зазнался и вообразил себе, что может не советоваться с товарищами по партии и влезать в работу наркоматов как ему вздумается! Необходимо поставить вопрос ребром и на Политбюро ЦК — таким анархистам не место не только в Партийном контроле, но и в партии!

Дзержинский вступился за меня — Лев Давыдович, если бы не так называемое самоуправство товарища Сорокина, наше наступление оказалось бы пшиком — организованная товарищем Сорокиным и проведенная его бойцами разведка выявила подготовку поляков операции против наступающих красноармейских частей с растянутыми тылами и их полное уничтожение. Разведкой штаб Западного, да и Юго-Западного фронтов пренебрегал, пытаясь на авось взять хорошо укрепленную Варшаву. Похоже, штабы обоих фронтов после удачной контратаки и выхода к польской границе заразились шапкозакидательством, без тяжелого вооружения и припасов хотели взять хорошо укрепленные позиции одной конницей, посылая ее на пушки и пулеметы, которых у противника огромное количество, особенно много ручных пулеметов, которых в нашей армии практически нет. Насчет революции в Польше — товарищ Сорокин прав, не пойдут польские рабочие против своих панов.

Рабочий класс, численность которого составляет всего около девяти процентов трудоспособного населения, имеет низкий профессиональный и культурный уровень. Польские рабочие страдают не только от прямой эксплуатации, но и от безработицы, которая не опускается ниже двадцати процентов. Но вдумайтесь — рабочих всего девять процентов! Даже если они и захотят что-то изменить в политике Польши, это просто не выйдет из-за их малочисленности. К тому же новая власть объявила о проведении реформ и модернизации в большинстве случаев отсталой польской промышленности.

Польша является аграрной страной, более шестидесяти процентов населения занято в сельском хозяйстве. Крупным земельным собственником остается католическая церковь, в деревне насчитывается более миллиона безземельных крестьян. По продуктивности сельского хозяйства, не смотря на достаточно благоприятные климатические и почвенные условия, Польша находится на одном из последних мест в Европе. Поэтому аграрный вопрос в Польше имеет не столько политическое, сколько экономическое значение. От ликвидации помещичьего землевладения, а это около двадцать пять процентов всех пахотных земель, зависит становление товарных отношений в деревне, быстрое развитие экономики в целом. Пока же власть эти реформы только разрабатывает, вряд ли она создаст что-то действительно передовое и необходимое.

Мы должны в своей стране добиться успехов нашего крестьянства и пролетариата, с тем, чтобы население всех стран завидовала нашему строю, тогда оно само придет к развитию аналогичных государств. Товарищ Троцкий все продолжает гнуть линию прямого вмешательства нашего государства в Европу, хотя мы только что вышли из мировой изоляции, вступаем в Лигу наций.

Товарищ Сорокин прав в сохранении Польши, пусть и урезанной нами на востоке, это поможет нам, выселив за границы нашей республики, ярых националистов, которыми являются большинство поляков, избежать нам постоянных восстаний, от которых в свое время натерпелась царская администрация. Прямая граница с крупным государством Германия опасна для молодой республики, которой нужно набирать собственные силы, а не лезть спасать тевтонов и лягушатников от буржуазии, которая практически стала для них родной матерью. Я закончил и прошу предоставить слово товарищу Сорокину.

Я смотрел на Ленина и Сталина, с любопытством в свою очередь наблюдающим за тем, как я выскочу из капкана, в который сам и залез и поддержка Дзержинского стала для них сюрпризом. Они переглянулись после окончания речи фанатика революции польского разлива и пробежались взглядом по лицам присутствующих членов ВЦИК, в основной массе своей выражавшими праведный гнев — сначала я залез в чужую епархию, а затем начну командовать в их наркоматах и комитетах, отодвигая старых партийцев от власти!

— Товарищи! Прежде чем отвечать на обвинения товарища Бронштейна — при произнесении мной истиной еврейской фамилии Троцкого, по которой его никто не называл из чувства такта, зал смолк, Ленин подался вперед и впился взглядом в наркома железных дорог — тот побледнел и хотел открыть рот для гневного ответа, но я не дал ему этого сделать, продолжив — Я хочу пригласить сюда обратно Михаила Николаевича, которому Лев Давидович, как и еще нескольким красным командиров высшего звена предлагал под его руководством провести военный переворот, физически устранив товарищей Ленина, Сталина, Дзержинского и меня.

Зал будто взорвался и успокоился только через десять минут. Тухачевский дал показания, Троцкий нервно вытирал платком лоб, жалея, что при нем нет оружия — с каким бы удовольствием он пустил бы пулю в лоб этому мальчишке, вчерашнему гимназисту.

— Предлагаю освободить товарища Троцкого от должностей наркома путей сообщения и заместителя наркома вооруженных сил по агитации и поместить под арест для проведения следствия по делу о контрреволюции и терроризму в отношении высших государственных лиц республики! — Дзержинский дождался голосования большинства и вызвал конвой.

— Товарищи, но я не закончил! Хотелось бы теперь пересмотреть назначение командующим Западным фронтом. Мои сотрудники добыли в Германии интересные бумаги, подлинность которых предстоит нам установить, отстранив пока товарища Тухачевского от командования! — я усмехнулся, видя в глазах стоявшего рядом комфронта удивление.

— Михаил Тухачевский задолго до революции утверждал, что родом из польской шляхты, хотя документально это нигде не подтверждено. Мальчика пристроили в Московский кадетский корпус Екатерины Великой, по окончании которого он был переведен в Александровское военное училище. Учился он хорошо, занимался спортом — и как отличник боевой и политической подготовки дорос в училище до фельдфебельского чина. В этом чине он отличился принципиальностью и «требовательностью к подчиненным». Из-за чего один из его подчиненных застрелился, другой был близок к самоубийству. Но такая «требовательность» больше походила на обычное сержантское самодурство и желание расправиться с неугодными с помощью должностного положения. Однако все это юноше в фельдфебельских погонах по непонятным причинам сошло с рук. Разбирательство было, все подчиненные «принципиального фельдфебеля» охарактеризовали его как полного морального урода. Но дело спустили на «тормозах», и в 1914 году свежеиспеченный подпоручик Михаил Тухачевский, как окончивший училище по первому разряду (и третьим по успеваемости), был выпущен в святая-святых — Семеновский полк, младшим командиром в 7-ю роту.

Семеновский полк — это не просто гвардия, это элита. Офицеров в нем рассматривали со всех сторон, начиная от успеваемости во время учебы, происхождения — и заканчивая объемом наличности в кошельке. Что там забыл не очень знатный мальчик Миша, непонятно. Обычно небогатые отличники стремились попасть в кавалерию или артиллерию (что было престижно), в более-менее крупный город. Траты офицера Семеновского полка на мундиры и всякое представительство были далеко не каждому юнцу по карману. Но, похоже, у Тухачевского в кармане водились денежки, иначе он бы выбрал место службы попроще — благо у него, как у лучшего из выпускников, было право выбора. Офицерское собрание Мишу приняло. Хотя таких вот излишне «требовательных» офицеров в гвардии не особо любили. Зато очень любили умеющих хорошо выпить и закусить в ресторации…

И стал в 1914 году подпоручик Тухачевский заместителем командира 7-й роты гвардейского Семеновского полка. Но грянула война, и роту вместе со всем полком отправили на фронт. В феврале 1915 года у деревни Пясечно под Ломжей немецкий штурмовой отряд ночью обошел с тыла позиции роты, снял часовых и всю роту вырезал. Ротный Веселаго был изрезан штыками, получил более 20 ран и был опознан только по Георгиевскому кресту. Остальные бойцы были убиты… А подпоручик Тухачевский весь бой… проспал в блиндаже. И попал в плен в не испачканном даже мундире, то есть не использовав всех возможностей к сопротивлению. Странно, не так ли?

Солдат держали в бараках, где содержание было вполне пристойным, а офицеров селили в общагах — с правом выхода в город, под их честное слово не убегать до официального освобождения. Тухачевский такое слово тоже дал — и тут же попытался сбежать. Его поймали, а других офицеров после его побега переселили из общаг в бараки, чтобы не бегали…По немецким законам военнопленный за побег отправлялся в тюрьму, так как это считалось уголовным преступлением. Наш герой же этой участи избежал аж целых четыре раза — именно столько раз он пытался бежать. В конце концов его таки посадили в тюрьму, где он познакомился с французским капитаном Шарлем Де Голлем, имевшим на тот момент в активе всего одну неудачную попытку побега. Кстати, Де Голль потом пытался бежать еще раз пять — но все неудачно. Даже за ворота ему выбраться не удавалось.

Тухачевский был ярым монархистом. И вдруг с середины 1917 года стал заявлять что он — убежденный ленинец и марксист, хотя едва ли читал самого Маркса. Это при том, что в 1917 году большевиков открыто называли немецкими шпионами, а их партию считали маловлиятельной. И вдруг будущий комфронта стал ярым большевиком. Хотя с политической системой России 1917 года он просто не мог быть знаком, раз сидел в плену вплоть до сентября того же года. Но дальнейшие детали его биографии еще странней.

В сентябре Тухачевский бежит из военной тюрьмы в пятый раз. И побег удается. Странно тут даже не то, что ему улыбнулась такая удача, а то, что это произошло аккурат перед событиями октября 1917 года. Он как-то хитро материализовался в расположении своего Семеновского полка, где никто не стал вдаваться в подробности того ночного боя у деревни Пясечно… Миша тут же уходит в отпуск — и где-то шляется до марта 1918-го года. При этом его успевают избрать ротным и вручить ему капитанские погоны… Сперва Тухачевский крутился вокруг фигур второго плана — пролеткультовцев, интеллигентов, стоявших ближе к Троцкому, чем к товарищу Ленину. Те и рекомендовали его Владимиру Ильичу — после чего начался настоящий взлет «товарища Тухачевского». Сначала по рекомендации видного большевика Валериана Куйбышева, по молодости тоже согрешившего учебой в кадетском корпусе и в Военно-Медицинской академии, Михаила Николаевича назначают на хлебную, особенно в период мобилизаций должность военкома Москвы. Более того, его, дворянина и бывшего офицера-гвардейца, то есть трижды классового врага, сразу принимают в ВКП(б) без всякого испытательного срока. И Троцкий уже в августе 1918 года доверяет ему целую армию! Это при том, что к середине 1918 года недостатка в военспецах Красная армия не испытывала. На ее стороне воевала элита бывшей русской армии, от Брусилова и Шапошникова до Бонч-Бруевича. Генералов и полковников с академическим образованием хватало по три-четыре штуки на каждую армию. Но 1-ю армию Восточного фронта почему-то доверяют именно Тухачевскому, прослужившему в общей сложности менее года.

Воевал он, несмотря на то, что его штаб был «усилен» военспецами, хреново. Под Симбирском его дубасит Каппель, и Тухачевский вместе с его армией удирает на 80 верст от Симбирска. Колчаковцы бьют его в хвост и в гриву… И только общий развал в рядах белых, утративших всякую поддержку населения, позволяет Тухачевскому торжественно «освободить» брошенный белыми Симбирск. После чего его рекомендуют на должность комфронта. Прославился же он не военными подвигами, а вводом в своих частях античной децимации — расстрела перед строем каждого десятого бойца и командира отступившего подразделения.

Согласно этим бумагам — я показал всем немецкое досье на нашего комфронта — Завербовали Тухачевского еще когда он учился. Девиз немецкой разведки в то время был — «Нет отбросов, есть кадры». Поэтому отличник боевой и политической подготовки при таком подходе был идеальной кандидатурой для вербовки. Именно немецкая разведка гарантировала оплату немалых расходов молодого гвардейца, ибо обязательные траты офицера-семеновца в несколько раз превышали размер его жалования. При этом семеновцы были элитой, более того — вхожи ко двору Николая Второго. И иметь в этой среде агента — было бы огромным успехом немецкой разведки. Досье объясняет, почему немцы смогли вырезать всю седьмую роту Семеновского полка, подобравшись к ней скрытно (значит, знали, где стояли дозоры и секреты), а Тухачевский весь бой отсиделся в блиндаже…

Побеги ему его кураторы «организовывали», но они по различным причинам срывались. А пятый его побег «сделали» аккурат перед событиями октября 1917 года. И четко проинструктировали его о порядке дальнейших действий. На период революционной неразберихи Тухачевский затаился в отпуске, а после через «нужных людей», возможно, тоже завербованных в разное время немцами — пролез в высшее руководство РККА. Именно поэтому так странно вел себя Тухачевский на фронтах Гражданской войны. С Колчаком войну откровенно филонил, пока его не пнули как следует, полякам военную компанию вообще практически слил — план похода на Варшаву был известен польской разведке. Поэтому место бывшему нашему товарищу в соседней камере с предателем революции Бронштейном, котый по моим сведениям, работал на финансовых воротил США и его целью было дать возможность своим благодетелям получить бесконтрольный доступ к ценным ресурсам РССР!

Дзержинский охренев от моего обвинения, вызвал еще конвой и Тухачевского увели из нового здания совнаркома.

Сталин выругался по-грузински — Чатлах! Предлагаю от лица ВЦИК выразить благодарность товарищу Сорокину, выявившего как настоящий чекист, гниль в наших рядах, надеюсь, что свои места в камерах займут все враги революции, примазавшиеся в партии большевиков из корыстных побуждений! — при этих словах среди собравшихся установилась тишина, помимо ненависти на лицах получивших огромную власть людей, появился плохо скрываемый страх — Также предлагаю проголосовать за присоединение в РССР отобранные у Польши земли и оставить урезанную Польшу как буферную зону, отделяемую нас от буржуазных мощных экономическим и военным положением. Так же поддерживаю возврат Финляндии, Бессарабии и Прибалтики! Голосуем, товарищи!

Лес поднявшихся рук вызвал у меня невольную улыбку — вот что значит хороший кнут, которым стоит погрозить этим болтунам в розовых очках.

После окончания заседания я поспешил к своей жене — мне Ленин дал два дня на отдых, после которых придется опять пахать минимум по десять часов, искореняя гниль и паразитов, присосавшихся к власти.

Как сказал в моем мире Сталин, став правителем России — Не власть портит людей, а наоборот — самые испорченные люди больше всего тянутся к власти.

Конфуций же сказал: Государства гниют изнутри, внешние враги лишь заканчивают дело.

Глава 19

Польша. Варшава. Генеральный штаб Войска Польского.

Совсем недавно подало в отставку правительство Грабовского, Пилсудский назначил премьер-министром растерянного лидера Крестьянской партии Винценты Витоса. Положение было хуже некуда. Раздавленная поражением Германия встрепенулась, надеясь на новый раздел Польши в случае победы большевиков. Стала подтягивать отряды «самообороны» из бывших фронтовиков к польской границе, доведя их численность до пяти полнокровных дивизий. Президент Чехословакии Томаш Масарик закрыл свои границы для прохода корпуса венгерских «добровольцев», которые были обещаны Польше правительством этой страны. Будапешт опасался возмездия «мировой революции», только-только (с огромным трудом) подавив собственное коммунистическое восстание. Чем ближе подходили дивизии Красной Армии к Варшаве, тем меньше иностранных дипломатов оставалось в польской столице.

Когда из Парижа примчался генерал Розвадовский, там он застал лишь папского нунция Ратти, будущего Папу Пия XI-го. Все остальные посольства были закрыты или оставили вторых-третьих секретарей. Пилсудский, полумертвый от переживаний, назначил Тадеуша начальником Генштаба Войска Польского. Первое совещание с Пилсудским и правительством было очень коротким. Генерал окинул мертвенным взглядом перепуганных министров и генералов, посмотрел на планы польского контрнаступления, предложенные шефом франко-британской миссии в Польше, генералом Максимом Вейганом. Резко крутнулся на каблуках и быстро вышел. Коротко бросив через плечо: «Кто действительно хочет победить, жду в полночь у себя в Генштабе».

Первым, с кем встретился Розвадовский, был начальник подразделения шифровальщиков поручик Ян Ковалевский.

— Докладывайте, поручик! — генерал исследовал расшифрованные перехваты русских и, указав Ковалевскому на стул, продолжил читать толстые папки с сотнями расшифрованных радиограмм, десятки радиодепеш за подписями Фрунзе, Каменева, Тухачевского, Якира и Гая… И ещё сотня — от прочих командиров Красной Армии..

Присев на самый краешек, поручик начал свой доклад — Математиками и аспирантами Варшавского университета были взломаны практически все шифры белых и красных, мы были в курсе событий на территории России. От Петрограда до Сибири, от Мурманска и до Чёрного моря. В январе этого года моя группа взломала и немецкие военные шифры.

Взяв шифровки, генерал отправился к Пилсудскому, который молча подписал план контрнаступления, подготовленный Розвадовским. Хотя он казался форменным безумием. Замысел состоял в концентрации оставшихся сил польской армии по линии рек Вепш, Нарев и Ожиц. Затем — удар в «неизвестность» (как сказал Пилсудский), в тыл войск Западного фронта. Пилсудский лишь смог выторговать у начальника Генштаба право командовать ударной группой под Вепшем.

Удар провалился, красные каким то образом прознали про подготовку наступления и заманили поляков в хорошо усиленную войсками ловушку, вся с таким трудом собранная группировка была разбита, Львов был взят красными и расшифрованные немецкие переговоры убедили генерала в ближайшем наступлении немцев на Варшаву. Красные же радиограммы расшифровке больше не поддавались. Генерал не мог знать, что некий Сорокин привлек к шифрованию математиков, собранных по всей России, даже из Перми.

В начале гражданской бо́льшая часть российских специалистов криптографов попала к белым. Благодаря этому, шифровальное дело в белых армиях находилось на более высоком уровне, чем в РККА. Но и их шифры взломали поляки. Немногие квалифицированные криптографы, которые приняли сторону советской власти, оказались разбросанными по различным штабам Красной Армии. Большинство — пользовались устаревшими, малонадёжными методиками и лишь изображали высокий профессионализм. В 1920 году после сдачи остатков врангелевской армией в Крыму красные взяли начальника станции радиоперехвата Ямченко. По результатам его допросов, Михаил Фрунзе сделал такой вывод: «Решительно все наши шифрованные радиограммы читаются врагами. Вся наша радиосвязь — великолепное средство ориентирования противника. Вся секретная переписка Наркоминдела с его представительствами слово в слово известна англичанам. К шифрам, не поддававшимся немедленному взлому, белым присылались ключи из Лондона. Общий вывод такой: все наши враги, в частности Англия, были постоянно в курсе всей нашей военно-оперативной и дипломатической работы. Именно поэтому Фрунзе сразу согласился с доводами Сорокина о отмене старых шифров и создании Секретной службы связи при штабе РККА. Разыскали и привлекли к работе в службе лучших математиков России — Андрея Андреевича Маркова, Абрама Самойловича Безиковича, Николая Максимовича Гюнтера, Вениамина Фёдоровича Кагана, Якова Давидовича Тамаркина, Якова Викторовича Успенского и Георгия Феодосьевича Вороного, которым была поставлена задача в кратчайший срок создать аналог шифровальной машины «Энигмы». Немецким коммунистам было поручено похитить и вывезти в РССР Артура Шербиуса, создателя прототипа Энигмы.

Дзержинский тоже не остался в стороне и издал приказ — Постановка шифровального дела бессистемна и случайна, у врагов государства есть возможность проникнуть в его тайны. Необходимо создать при ВЧК специальный отдел, задачи которого — постановка шифровального дела в РССР, подготовка кадров необходимых специалистов.

— Разрешите, пан генерал! — Розвадовского отвлек от раздумий поручик Ян Ковалевский.

— Что случилось, поручик?

— Красные вышли с нами на связь и предлагают начать переговоры! Фрунзе лично требует принять его представителя, намекая на чтение немецких шифров и и, соответственно, о их подготовке вторжения на территорию Польши! Если мы не согласимся, то красные приступят к штурму укреплений Варшавы.

Генерал попросил соединить его с Пилсудским и согласовал с ним ультиматум, выдвинутый красными. Решено было начать переговоры и выяснить, чего же хотят красные, которые практически уже выиграли войну.

В Варшаву выехал бывший граф бывший полковник царской армии а ныне командарм Николай Владимирович Соллогуб, первым кто его встретил на окраине Варшавы, был его двоюродный брат Сергей Иванович Соллогуб, полковник польского генштаба. Гладко выбритый, с щегольскими усами, в 1912 году окончивший Николаевскую академию Генерального штаба по Второму разряду и имевший шесть царских орденов, родственник раскинул руки — Обнимемся, брат?

* * *

Через три дня поляки согласились со всеми требованиями советского правительства, отказавшись от захваченной РССР территории, взяв у англичан кредит, выплатили репарации и отдельным пунктом провели в договоре поддержку РССР против вооруженной агрессии Германии, на что Ленин потребовал этот пункт превратить в дополнительное секретное соглашение — заключения военного союза против Германии с дальнейшим привлечением третьего союзника — Чехословакии. Пилсудский махнул на все рукой и уехал в Лондон, его место занял Тадеуш Розвадовский.

После заключения мира оба фронта РККА начали возвращение Бессарабии и Прибалтики, Созданный Северный фронт под командованием Чапаева начал захват Финляндии, не церемонясь с сопротивлением местных жителей, выселяя мирных жителей в среднее Поволжье, расселяя их среди поволжских немцев.

* * *

Огромную роль в свое время сыграло воззвание группы бывших царских генералов, призывавших в 1920 году офицерство переходить на сторону красных. Вот цитаты:

«Свободный русский народ освободил все бывшие ему подвластными народы и дал возможность каждому из них самоопределиться и устроить свою жизнь по собственному произволению. Тем более имеет право сам русский и украинский народ устраивать свою участь и свою жизнь так, как ему нравится, и мы все обязаны по долгу совести работать на пользу, свободу и славу своей родины — матери России». «Иначе наши потомки будут нас справедливо проклинать и правильно обвинять за то, что из-за эгоистических чувств классовой борьбы мы не использовали своих боевых знаний и опыта, забыли родной русский народ и загубили свою матушку — Россию». Воззвание подписали известные и уважаемые в старой армии люди: генералы Поливанов, Зайончковский, Клембовский, Парский, Балуев, Акимов, адмирал Гутор. Первой стояла фамилия авторитетнейшего военачальника Алексея Брусилова. И это воззвание, кстати, имело громадный успех. После того, как оно появилось, в Красную Армию пришли пятьдесят тысяч офицеров.

Хотя что касаемо Брусилова… Должно быть, сотрудничая с большевиками, этот известный оккультист, страстный последователь небезызвестной мадам Блаватской, испытывал нешуточный душевный дискомфорт. Евреев среди большевиков хватало — а его высокопревосходительство был антисемитом патологическим. Академик Заболотный, бактериолог и эпидемиолог воспоминал, что еще до революции встречался в прифронтовой полосе с Брусиловым. Когда ученый пожаловался, что для его опытов очень трудно в нынешние тяжелые времена добывать обезьян, генерал «серьезно спросил: «А жиды не годятся? Тут у меня жиды есть, шпионы, я их все равно повешу, берите жидов». И, не дожидаясь моего согласия, послал офицера узнать: сколько имеется шпионов, обреченных на виселицу. Я стал доказывать его превосходительству, что для моих опытов люди не годятся, но он, не понимая меня, говорил, вытаращив глаза: «Но ведь люди все-таки умнее обезьян, ведь если вы впрыснули человеку яд, он вам скажет, что чувствует, а обезьяна не скажет». Вернулся офицер и доложил, что среди арестованных по подозрению в шпионаже нет евреев, только цыгане и румыны. «И цыган не хотите? Нет? Жаль»».

После капитуляции Польши из Стамбула в Россию вернулся с женой и группой офицеров не кто иной, как бывший врангелевский генерал Слащев, тут же призвавший остававшихся за границей врангелевцев последовать его примеру.

Личность эта мало того что колоритнейшая — кокаинист, бунтарь, постоянно ссорившийся с Врангелем, хозяин персонального зоосада, который возил в своем вагоне, — но и залитая кровью по самую маковку. Пожалуй, никто из белогвардейских генералов (атаманы вроде Семенова и Анненкова не в счет) не имел такой репутации лютейшего вешателя. С особенным удовольствием приказывал вздергивать во множестве большевиков и евреев персонально, но не обходил вниманием дезертиров, вообще всех, кто в недобрую минуту подворачивался под руку. Весь путь Слащева по югу России — это одна бесконечная цепь виселиц. В Севастополе на причале его встречал сам Дзержинский! Решено было направить Слащева преподавать в академию Генштаба, начальником которой был генерал-лейтенант Андрей Евгеньевич Снесарев, который был единственным человеком в РККА, не снявшим свои погоны. Он открыто щеголял в генеральских погонах с аксельбантом генштабиста на груди. На выпад Сталина, немедленно снять царские погоны, он сказал, как отрубил: «Не вы мне их вручали. И не вам их с меня снимать».

* * *

Отгулял свои нежданные выходные вместе с беременной женой на своем Объекте в бывшем Новодевичьем монастыре, мы побродили по зеленеющим полям, которые вспахали и засеяли рожью курсанты моих частей спецназа. Пахали курсанты на лошадях, закупив изготавливаемую воспитанниками колонии имени Горького сельскохозяйственную технику. К Макаренко выстроилась очередь желающих купить продукцию завода, который возвели колонисты. В планах Макаренко было освоение производства велосипедов и мотоциклов. Выпускающиеся колонисты предпочитали селиться в соседней деревне, оставаясь работать на предприятиях колонии.

— Ну что, Александр! Сам-то чему-нибудь научился вместе с курсантами?

— А то! Нас уже учат разбивать кирпичи, в том числе головой! — мой брат взахлеб начал грузить меня своими успехами в рукопашке, я же кивал и старался не заморачиваться — так все настохренело, устал и морально и физически, опять впереди сон по пять часов бесконечные совещания по пустяковым вопросам.

— Скажи-ка, братец, а тебя все устраивает, ни к чему не стремишься? — вытерпев словесный понос Сашки, умудрился вставить в небольшую паузу свой вопрос.

— Да нет, благодаря тебе, у меня все отлично, любимая работа, хорошая квартира, вкусное и полезное питание, тетя говорит, что я живу уже при коммунизме. И она права — у меня все есть. Я уже и за девушкой ухаживаю, она дочь нашего инструктора, здесь работает на кухне помощницей поварихи. Зиночка такая прелесть! Мне кажется я в нее влюблен.

— Стихи ей писал?

— Писал, правда мне кажется, они не идеальны!

— Ну ты и скромник! Когда свадьба?

— Пока об этом речи не было, но тетушка предлагает посвататься до зимы. Да, Андрей, совсем забыл — наш собачий питомник разросся чересчур, столько мяса на него уходит!

— Ладно, пойдем посмотрим, меня уже несколько человек просило у них организовать питомники, так что подсократим собачье поголовье.

* * *

Первый рабочий день после возвращения в Москву у меня начался с заслушивания своих начальников отделов, Кошко обещал отчитаться к концу дня — он в течении дня встречается со своими агентами. Землячка и Мехлис за мое отсутствие подготовили компромат на всех московских и питерских партийцев, включая область. За год их отделы должны прошерстить всех членов партии, занимающих все более-менее значимые посты. Ознакомившись с подготовленным компроматом, я подготовил докладную записку для ЦК, на совещание которого я должен был быть к одиннадцати часам.

На совещании Центрального комитета Сталин зачитывал протоколы допросов Троцкого и Тухачевского. Я же уже с ними был знаком, поэтому позволил немного задуматься. Ленин и другие основатели РСДРП первоначально задумывали организацию с принципами внутренней демократии, вследствие чего в партии никогда не было должности председателя, председателя ЦК или председателя Политбюро ЦК. Секретарь ЦК изначально имел техническую роль.

Согласно уставу партии, ЦК осуществлял руководство всей деятельностью партии, областных и местных партийных органов, руководил кадровой политикой партии. ЦК направлял работу центральных государственных и общественных организаций, трудящихся через партийные группы в них, создавал различные органы, учреждения и предприятия партии и руководил их деятельностью, назначал редакции центральных газет и журналов, работающих под его контролем, распределял средства партийного бюджета и осуществлял контроль его исполнения. ЦК был коллегиальным руководящим органом и проводил регулярно пленумы — собрания всех членов и кандидатов в члены ЦК (согласно уставу партии, не менее одного раза в 6 месяцев); кандидаты в члены ЦК имеют на пленумах совещательный голос. На Пленумах ЦК избирал Политбюро (Президиум), Секретариат и Оргбюро ЦК, Комиссию партийного контроля. Политбюро ЦК партии было высшим партийным органом, руководившим политической работой ЦК между его Пленумами, решало наиболее важные политические, хозяйственные и внутрипартийные вопросы. Николай Николаевич Крестинский был снят с поста Ответственного секретаря ЦК РКП(б) и на эту должность был назначен Сталин, который руководил текущей работой Секретариата. Секретариат ЦК — это коллективный руководящий рабочий орган ЦК. Секретари ЦК имели право присутствовать на заседаниях Политбюро ЦК КПСС с правом совещательного голоса. При Секретариате работал аппарат ЦК с отраслевыми отделами, с помощью которого велась вся оперативная деятельность. Члены ЦК Владимир Ильич, Иосиф Сталин, Елена Дмитриевна Стасова, Лев Борисович Каменев.

На заседании присутствовали все секретари — Дзержинский Феликс Эдмундович, инструктор в аппарате ЦК и кандидат в члены Оргбюро ЦК Матвей Константинович Муранов, Клавдия Тимофеевна Свердлова-Новгородцева (вдова Свердлова, член Учёного Совета Наркомпроса РССР. Здесь она стала ближайшей соратницей Надежды Константиновны Крупской. Ей принадлежит большая заслуга в деле подготовки и издания первых советских учебников для начальной школы. Работа эта требовала большой эрудиции и организационных способностей), Адольф Абрамович Иоффе, занимающий должность члена Совета обороны и которого я привлек в Комиссию партийного контроля для курирования Туркестана.

После доклада Сталина Ленин прикрыл глаза и произнес сквозь зубы — Мерзавцы, подонки!

Затем он пересилил себя и обратился к присутствующим — Товарищи! Предлагаю провести открытый судебный процесс, предоставив этим проституткам мирового капитализма адвокатов и представив улики их предательства Революции. Процесс должен показать — в нашей демократической стране подсуден каждый, будь он хоть член Политбюро ЦК! За измену Родине, коррупцию и злоупотребление служебным положением к стенке встанет любой. Правильно говорит товарищ Сорокин — Власть накладывает на чиновника государственного аппарата огромную ответственность, а уж на партийного работника — вдвойне! После ареста Троцкого меня закидали нотами послы США и Англии, требуя его освободить! Его хозяева пытаются спасти это говно! Кто за Открытый процесс над нашими бывшими товарищами Троцким и Тухачевским?

Оглядев лес рук, Ленин удовлетворенно кивнул — Единогласно! После небольшого перерыва рассмотрим остальные вопросы!

Глава 20

После перерыва Ленин предложил вместо выбывшего Троцкого принять меня в члены ВЦИК, голосование прошло ожидаемо и я, войдя в состав Всероссийского центрального исполнительного комитета, остался на совещании на законных основаниях. Рассматривали состоянии дел республики на востоке.

Докладчиком был Блюхер. После сдачи Крыма остатками белых Комдив Пятьдесят первой стрелковой дивизии был сразу же назначен председателем Военного совета, главнокомандующим Народно-революционной армии Дальневосточной республики и военным министром ДВР. Блюхер провёл реорганизацию НРА ДВР, укрепил дисциплину и одержал победу, взяв Волочаевский укреплённый район в районе станции Волочаевка Амурской железной дороги, на подступах к Хабаровску. Уральские и Оренбургские казаки перешли на сторону красных и их после переформирования отдали под руку Блюхера, без боя был взят Хабаровск.

— Барон фон Унгерн и атаман Семенов два дня назад сдались вместе со своим штабом, приказав своим войскам сдаться и перейти на сторону Красной армии. Барон просит его вместе со своим другом, Семеновым использовать для захвата Монголии. Унгерн буквально одержим идеей реставрации империи Чингис-хана от Тихого океана до Каспия. В боях с белыми отличился командир Тридцатого кавалерийского полка Тридцатой стрелковой дивизии Пятой армии РККА Константин Рокоссовский, я написал на него представление, орден Боевого Красного знамени он однозначно заслужил.

— Эх куда замахнулся генерал! — Каменев задорно засмеялся — Нам еще войны с китайцами не хватает!

Сталин переглянулся с Ильичем, о чем то пошептался с сидящим рядом Дзержинским, затем подмигнул мне и предложил — Предлагаю выслушать мнение самого молодого коллеги. Товарищ Сорокин, какое ваше мнение по поднятому вопросу?

Я вышел к трибуне, которую освободил Блюхер — Уважаемые товарищи, в столице Монголии Урге образовалось две подпольные антикитайские группы. Первая из них возглавляется Догсомыном Бодоо, высокообразованным 35-летним ламой, работавшим при Богдо-хане в российском консульстве в Урге. Руководителями второго кружка, «Восточное хурэ», являются Солийн Данзан, бывший служащий Министерства финансов, и Дансрабилэгийн Догсом из Военного министерства. Одним из менее примечательных членов группы является Дамдин Сухэ-Батор, сержант расформированной монгольской армии. Очень перспективный товарищ, с ним просто необходимо установить доверительные отношения, скорее всего он займет лидирующее положение в партии. В июне этого года обе группы объединились в Монгольскую народную партию. Эта партия готова установить связь с Советской Россией и нам следует направить в Ургу делегацию из знающих командиров и знатоков восточных языков.

Монголам нужно оказать помощь — они готовят революцию и их взгляды приведут их к социализму. Что даст нам социалистическая Монголия? Это буфер между Китаем, поставки в РССР мяса, молочных продуктов и шерсти.

В Китае в настоящее время сплошная анархия, начавшаяся со смерти генерала Юань Шикая, очень удобное время для вывода Монголии из под крыла китайцев. Предлагаю дать барону возможность реабилитировать себя перед советской властью, назначив ему заместителем Рокоссовского. Пусть армия Унгерна станет на острие нашего удара по Урге, за его армией для подстраховки направить отдохнувшие и доведенные до необходимой штатной численности бывшие войска ДВР. Саму республику необходимо распустить, Дальний восток разбить на области: Амурскую со столицей в Благовещенске, Бурятию со столицей в Верхнеу́динске, Забайкальский край со столицей в Чите, Камчатский край со столицей в Петропавловск-Камчатском, Магаданская область со столицей в Магадане, Приморский край со столицей в Владивостоке, Якутский край со столицей в Якутске, Хабаровский край со столицей в Хабаровске, Чукотский край со столицей в Анадыре. Наша задача — укрепить и заселить эту территорию русским населением, Разработать и построить новый флот, который будет прикрывать север и Восток страны.

Наша цель на перспективу — возвращение в состав России Сахалинской области со столицей в Южно-Сахалинске, сейчас японский город Тоёхара. Сахалин целиком вместе с прилегающими островами должен быть русским! Японцам нужно направить ноту — немедленно вывести свои войска с нашей территории!

Зиновьев согласно кивнул — Пора уже япошкам убраться назад на свои острова!

Его поддержали все собравшиеся и Наркому иностранных дел поручили подготовить ноту и после подписания направить императору Японии.

— Товарищи! Пользуясь случаем, прошу согласовать еще несколько вопросов! — я посмотрел на председателя Совнаркома и тот поощряюще кивнул. — Во-первых, нам нужно разработать и принять новый Уголовный кодекс, в котором ввести равную уголовную ответственность за хищения частного и государственного имущества, от пяти лет вплоть до высшей меры, расстрела. Хищения, совершенные руководителями партии и чиновниками государственной власти, коррупция а также злоупотребления властью в личных целях членами партии и чиновниками государственной власти должны также караться высшей мерой. Доносы граждан должны пристально рассматриваться следствием и при отсутствие доказательств обвинений, доносчики должны за свою клевету минимум десять лет провести в исправительно-трудовых колониях, которые заменят царскую каторгу. Все обвинения в государственной измене и шпионаже в пользу других стран, убийствах, в том числе серийных совершенных маньяками, и изнасилованиях должны иметь веские основания, при попытках работников следствия закрыть эти дела выбиванием из подозреваемых признаний, а не поиском улик, все подобные сотрудники прокуратуры, милиции и органов безопасности должны быть преданы суду и расстреляны. Чтобы не было подобных случаев, ни в коей мере не должно быть никаких планов по раскрытию преступлений, тем более наказаний за длительность раскрытий. Представьте себе, что в небольшом городке, где местные власти знают почти всех граждан в лицо, всех уголовников нашли и изолировали от общества, область требует представить столько-то хулиганов, воров и шпионов. Данный план заставит следствие заводить ложные дела, так как невыполнение плана скажется на карьере сотрудников, лишении их премий. Лучшим показателем как раз станет действительное отсутствие криминала в городе. За это и следует поощрять продвижением в званиях.

— Постойте, какие маньяки в социалистическом государстве, товарищ Сорокин! — подскочил Крестинский — Маньяк развивается только в буржуазной среде, что невозможно в высоконравственной социалистической стране.

— Вы городите чушь, Николай Николаевич, что говорит о вашем несоответствии занимаемой должности!

Крестинский покраснел как рак и пытался что-то возразить, но я не дал ему шанса — Маньяки — это больные люди с психическими расстройствами, а болезни не важна страна, в которой родился психически ненормальный человек. И следствие должно привлекать к расследованию психиатров и психологов. Так как подобные заболевания не лечатся, до появления способов излечения душевных болезней подобных маньяков требуется не признавать больными, а как минимум пожизненно изолировать от общества в колониях с самым строгим режимом содержания на рудниках, опасных для здоровья. Лучше конечно расстрел, к примеру каково сокамерникам жить с людоедом?

При моих словах Надежда Ильинична Островская, Надежда Константиновна Крупская и Раиса Моисеевна Азарх побледнели, а Островская в ужасе прикрыла рот ладошкой.

Во-вторых, разработать положение о Исправительно-трудовых колониях с передачей их министерству юстиции. Колонисты обязаны за качественное питание, предоставление форменной робы и обуви и нормальные условия проживания выполнять тяжелые работы на лесозаготовках, строительстве каналов и других земельных работах, работе в шахтах бесплатно. В последующем, при обучении в колониях различным ремеслам, ввести современные производства. Ни в коей мере не допустить создания в колониях криминальной власти отдельных заключенных, всех уголовников, отказывающихся работать, переводить в колонии с тюремным содержанием с жесткими правилами, вынуждающими эти отбросы отрабатывать свое питание, лучше конечно таких прямо в колонии выездным судом приговорить к высшей мере и сразу ставить к стенке.

Для раскрываемости преступлений ввести денежные вознаграждения гражданам, дающим сведения о совершении преступлений и личности преступников. Из комсомольцев и коммунистов при отделах милиции формировать дружины добровольных помощников милиции, патрули из которых должны в вечернее время поддерживать порядок на улицах.

В-третьих, прием в партию и комсомол не должны превратиться в фикцию, в рядах лучших не должны состоять пьяницы, наркоманы, бездельники и эгоисты, которые красиво смогут говорить цитатами товарищей Маркса, Энгельса и Ленина. Цель члена партии — не строить свою карьеру, а своим примером помогать строить социализм. Если член партии не в состоянии руководить заводом, его нельзя ставить на руководство овощной базы к примеру. Если человек не имеет задатков руководителя, пусть он остается рядовым членом партии и работает там, где и освоил профессию токаря, конюха, или дворника. Членство в Партии не должно стать приобщением к элите, так мы и новых дворян заведем! — при этих словах зал зашумел — На предприятиях парторг не должен быть освобожденным от работы, свою зарплату он должен получать за качественный труд согласно установленных норм изготовления продукции, а работу с партийцами вести в свободное время. Создание подобных чиновников опять же создаст замену дворянства — зал все больше раскалялся — Достаточно содержание за счет бюджета сотрудников центрального аппарата Партии, Обкомов и Горкомов. Райкомы также должны вести свою работу после отработки рабочей смены. И еще — слово члена партии не должно быть выше беспартийного, все граждане равны вне зависимости от партийной принадлежности.

В-четвертых — супруги членов партии не могут себе позволить барышней нежиться в достатке. Все совершеннолетние члены семей партийных и государственных чиновников, кроме пенсионеров конечно, должны честным трудом строить в стране социализм. — при этих словах зал озадаченно замолк. Выделенный чиновнику автомобиль должен использоваться только для служебных поездок, если чиновник за счет государства решит отвезти детей в школу, жену на рынок или в магазин, или на дачу, то привилегии на авто такого человека нужно лишать, поставив вопрос о его дальнейшем пребывании в партии. Действия чиновников, расставляющих на ответственные посты родственников, или бездарей для усиления своего влияния в государстве, необходимо приравнивать к коррупции.

И последнее — гражданская война закончилась, на территории РССР существует только одна армия — Красная. Пора возвращать прежние звания и знаки отличия, внеся небольшие изменения — убрать путаницу с отсутствием звезд при наличии просветов, убрать звания штабс-капитан, поручик и подпоручик. Армейцы в независимости от родов войск, милиционеры и сотрудники безопасности должны иметь одинаковые звания. Небольшие отличия будут у моряков. Солдаты и матросы могут выслуживаться от рядового до ефрейтора, младшего сержанта, сержанта, старшего сержанта, старшины. Думал внести отличия названий званий для матросов, но решил пойти по более простому пути. Офицерские звания начнутся с прапорщика (мичман во флоте), это звание можно присвоить опытному старшине после ускоренных офицерских курсов. Затем младший лейтенант, лейтенант, капитан (капитан-лейтенант во флоте), майор (капитан третьего ранга во флоте), подполковник (капитан второго ранга во флоте), полковник (капитан первого ранга во флоте), генерал майор (контр-адмирал), генерал лейтенант (вице адмирал), генерал полковник (адмирал), маршал (адмирал флота). Мы вернем погоны и звания не потому что они были при царе, а потому что наша армия имеет свои традиции, погоны лучше смотрятся на военной форме и отражают суть военного!

Спасибо, товарищи за внимание!

Я в полной тишине вернулся на свое место и на трибуну поднялся Ленин — Андрей Юрьевич, несмотря на молодость, в нашем молодом государстве как хирург, вскрывающий гнойники на теле революции и я благодарен ему за эту помощь. Предлагаю создать комиссию по приведению нашего законодательства к нормам демократии и равноправия! И конечно же усилению борьбы с преступностью не только среди обычных граждан, но и в высших эшелонах власти. Членами комиссии предлагаю назначить товарищей Сорокина, Дзержинского, Каменева, Зиновьева, Яковлеву, Микояна, председателем комиссии — Курского. Есть возражения? — не дождавшись возражений вождь продолжил — Товарищ Сорокин как Председатель Партийной комиссии разработает внесение изменений в Партийный Устав! На ближайшем заседании Политбюро рассмотрим предложение о реструктуризации райкомов Партии и парткомов на крупных предприятиях. Пора заканчивать с двоевластием на предприятиях, где парторг является вторым лицом после директора и вмешивается в производственный процесс. Предложение вернуть чины и погоны может и преждевременное, но вот товарищ Снесарев Андрей Евгеньевич так и продолжает носить генеральский мундир. Я думаю, раз бывшие офицеры перешли на службу в РККА, мы можем пойти на уступки и вернуть прежнюю форму с некоторыми изменениями конечно.

Неделю спустя. Япония. Императорский дворец Мэйдзи в Токио.

В зале Фениксов император Тайсё принимал своих министров — Советская Россия прислала ноту с требованием немедленного отвода армии Японии с территории РССР. Тайсё вот уже восемь лет правил страной, в детстве он страдал менингитом. В молодые годы болезнь отступила, но на следующий год после интронизации монарх снова заболел. Из-за этого он не мог полностью выполнять свои государственные обязанности. Это был первый японский монарх, который ввёл моногамию при императорском дворе. С отцом на совещании присутствовал Девятнадцатилетний наследный принц Хирохито.

Япония довольно успешно использовала Первую мировую войну для своего экономического развития, увеличив на двадцать пять процентов свое национальное богатство. Ослабление конкуренции великих держав на Дальнем Востоке позволило японской промышленности развиваться за счёт экспорта, но восстановление довоенной ситуации привело к спаду вследствие узости внутреннего рынка. С 1900 года японская Императорская армия и Военно-морской флот обладали правом вето при формировании кабинета министров.

Премьер-министр Японии Хара Такаси был самурайского происхождения, лидер ведущей парламентской партии «Риккэн Сэйюкай». Министр иностранных дел Японии Утида Косай же родился в семье врача, некоторое время работал послом в Российской Империи, затем вернулся в Японию.

— Господин Такаси, какое ваше мнение относительно требования русских?

— Ваше Величество! Советская Россия закончила гражданскую войну, заставив противников новой власти сдаться, провела победоносную войну с Польшей, отобрав у нее часть земель. В настоящее время Красная армия воюет с Румынией, Финляндией и Прибалтийскими государствами-лимитрофами, желая полностью вернуть себе Прибалтику и Финляндию, а так же Бессарабию, которую захватили румыны. Наши агенты уверяют, что долго война не затянется, война закончится до осени победой России. Есть у России трудности в перемещении своих войск с запада на Восток, но это вопрос времени. Русские строят на востоке заводы по изготовлению оружия и боеприпасов. Пока их только заложили! А вот после окончания строительства снабжение их армии на Дальнем востоке возрастет количественно. Может не стоит этого ждать и воспользоваться тем, что войска русских связаны войной на Западе и поторговаться. Ответим пока отказом, а там посмотрим.

Министр иностранных дел кивнул — Хорошее решение, ваше Величество. Как говорят русские, за длительное время или ишак сдохнет или падишах. В проигрыше мы не останемся. Тем более русские не обладают флотом, который мог бы нам угрожать.

Эпилог

Узнав о отрицательном ответе японцев на наше предложение я удивился — в реальной истории японцы без особых проблем покинули наши порты. Придется вас, самодовольные макаки наказать, придется опять со своим спецназом скататься в чужую страну с «дружественным» визитом. Ни разу я не был в Токио, нужно закрыть этот пробел, вот на Хоккайдо один раз нас забрасывали, было дело, навели немного шороху. Ну что, встречай император русских гостей, тебе даю все сто процентов, что мы понравимся.

Content

Вадим Чинцов
Внедрение в ЦК

Глава 1

Интерлюдия

Интерлюдия

Глава 2

Интерлюдия

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Эпилог