Георгий Лопатин

Подлинник

Пролог

Поплакав минут пять, Сицилия со слезами выплеснув из себя копившееся несколько месяцев чудовищное психологическое напряжение, затихла в объятиях своего мужа Экскарта, что до сего дня вынужден был играть роль второго сына графа Эстара Сандора лер Маренонга — Трексара. И даже жена об этом до последнего момента не подозревала. Впрочем к его огромному облегчению Сицилия легко приняла то, что она на самом деле обвенчалась не с Трексаром, а с его дублером-двойником, что до того как начать играть эту роль был обыкновенным ассенизатором. Впрочем причиной такой ее легкости в личности Трексара, что был тем еще моральным уродом и даже большим, чем она это могла себе представить и о чем тоже узнала.

«Да и дальше придется играть роль этого урода», — нейтрально подумал парень.

Но если раньше необходимость выдавать себя за другого человека его морально угнетала, то сейчас, после того как жена обо всем узнала, это уже не имело для него большого значения. Главное, что Сицилия все знает, относится к этому с пониманием, а остальное не важно.

Как так вышло?

Да в общем-то все банально… Хотя — это как посмотреть.

В общем оригинальный Трексар оказался тем еще моральным уродом, если не сказать больше… Да чего уж там, маньяком он был, садистом-насильником. И вот однажды во время очередного своего маньяческо-садистского развлечения с жертвой, допустил фатальную для себя ошибку. Может хотел обострить ощущения или просто сплоховал, завязывая жертву, но она смогла вырваться, и улучив момент зубами вырвала кусок плоти из шеи своего истязателя. И хоть аристократы из древних родов весьма живучи, обычно смертельные для простых людей раны для них не столь страшны, но в данном случае этот фактор не сыграл. Трудно выжить, когда тебе разорвали сонную артерию и кровь бьет фонтаном… Если бы ему сразу помогли свитские может и выжил бы, но они не помогли, сидели за дверью ожидая когда господин закончит свои игрища…

В общем помер Трексар и хрен бы с ним, но из-за его гибели могли сильно пострадать эти самые свитские, коих граф точно бы не пощадил, да и просто зачистил свидетелей семейного позора. Вот они и решили заменить своего господина-маньяка дублером. Доставить его в графское поместье и грохнуть уже там, где они вроде как уже ни при чем и знать ничего не знают.

Свитским феерически повезло, они нашли не просто похожего на Трексара человека, а бастарда графа. Погулял тот в свое время в Ланкерте — городе-казино, что располагался на берегу Лазурного моря — излюбленное место отдыха аристократии всей Гардариканской империи.

Или не повезло — это как посмотреть. Ведь Экскарт будучи бастардом представителя древнего рода имел кое-какие способности присущие именно аристократам, а именно «чувство опасности». Пусть не сильно развитые, специально не тренируемые, но тем не менее дающие о себе знать в момент смертельной угрозы.

Вот и сыграла эта фишка. В ночь, когда его пришли убивать, он не смог уснуть, более того заметил истечение газа которым его хотели отравить и сумел защититься, а потом достойно встретил убийц… По итогу этой встречи они решили, что Экскарт продолжает играть роль Трексара вплоть до того, что женился на предназначенной этому маньяку-убийце невесте.

А повезло причем не только свитским, но и самому Экскарту в том, что будучи бастардом, а значит носителем крови рода Маренонгов его опознал как своего родовой амулет (простенький в виде перстня), а потом и замковый призрак — дух основателя рода (он наверняка определил подмену, но смолчал ибо ему на такие «мелочи» было наплевать, главное что Экскарт его потомок и значит главное условие продолжения рода соблюдено), так что обман не раскрылся в самый ответственный момент. А то бы их всех ждали очень непростые деньки полные боли и страдания с понятным печальным концом.

Казалось бы все — живи и радуйся. Но нет, история начавшаяся с покушений, ажно целых трех имела продолжение. В брачную ночь правда выяснилось, что одно из трех покушений организовала невеста Трексара. Все-такие какие-то неприятные сведения о нем просочились, к примеру плохое отношение к слугам, что многое говорит о человеке, еще какие-то нелицеприятные моменты и Сицилия не желала становиться женой такой мрази… Но вот оставшиеся два нападения случившиеся сначала на дирижабль, а потом на поезд должны были получить продолжение и они его получили.

Организатором нападения явился Марриор Каск сир Лодар, якобы пропавший много лет назад без вести кронпринц. Его хотели отстранить от наследования трона в силу его чрезвычайной магической мощи, чтобы он и дальше развивался в этом направлении и штамповал мощные амулеты различного направления, в первую очередь целительские, защитные и боевые, ну и просто двигал вперед маготехнику, в чем у него тоже был талант.

Кронпринц был с этим категорически не согласен и сбежал, затаился и начал готовить почву для захвата власти в империи. Одним из элементов данного Плана должен был стать Трексар. Вот его Марриор Каск и пытался дважды захватить, чтобы подменить на гомункула, как это он проделал с многими другими, и потом сделать так, чтобы этот искусственно выращенный и полностью контролируемый им организм стал главой рода Маренонгов и в числе других подконтрольных «глав родов» во время смуты в империи, что он так же спровоцировал, выбрать себя новым императором.

Третья попытка захвата беглому кронпринцу все же удалась.

Но все остальное не срослось. Операция по пересадке памяти от Экскарта-Трексара в гомункула с помощью маго-технического устройства сорвалась, Экскарт с женой и свитскими смогли сбежать и растрезвонить о планах кронпринца на всю империю. Так что ему тоже пришлось стать беглецом уже полноценным…

Но он, как любая маниакальная личность, не забыл и не простил, и при первой же возможности несмотря на опасность раскрытия, постарался отомстить. Тем более что его беглецы нашли для него отличное убежище — древний храм внутри потухшего вулкана, что к тому же являлся Местом Силы, где его не смогли бы найти ставшие на след имперские ищейки.

Но опять не повезло. Экскарт стал для кронпринца каким-то сосредоточием провала. Мог бы без проблем убить своего врага, но как любой злодей он решил поглумиться над своим врагом попавшему ему в руки в том числе в буквальном смысле этого слова, что его и подвело…

Тайна же Экскарта раскрылась перед женой во время этого противостояния с Марриором Каском. Один из свитских пойдя на предательство из-за словесного недержания (ведь надо было оправдаться и одновременно склонить на свою сторону остальных свитских, но они не склонились…) растрепал перед непосвященными истинную историю парня.

Впрочем, как говорится, все что ни происходит, все к лучшему. Размолвки между супругами из-за раскрытия подноготной Экскарта не то, что не случилось, но наоборот отношения стали еще крепче. Словно стена какая-то рухнула… Ведь Сицилия нет-нет, да сомневалась в том, что Трексар изменился (как уверял Экскарт, чтобы расположить к себе жену, дескать покушения, близость смерти, заставили его переродиться в нового человека, и теперь он не тот моральный урод, что она знала до свадьбы), а там и до откровенного охлаждения недалеко со всеми вытекающими.

1

— Думаю имеет смысл вернуться на озеро к болотоходу, — сказал один из свитских, адвокат Рамони инс Лонг. — Скоро стемнеет, а обстановка для ночевки, как мне кажется, здесь не самая располагающая…

На это Экскарт только хмыкнул.

Ну да, обстановка доставляла. Все-таки это место катастрофы огромного дирижабля принадлежащего кронпринцу, который они собственно и подбили… Так что вокруг помимо живописно разбросанных конструктивных элементов воздушного судна валялось большое количество трупов членов экипажа. А погода надо сказать весьма теплая, так что очень скоро трупы вздует и они завоняют. Не самое лучшее соседство.

«Кроме того трупы скоро привлекут хищников, — подумал парень. — Ночью они осмелеют, голод подстегнет их решительность. А потому запах гари их не отпугнет…»

Что до болотохода «черепаха», то это было оригинальное транспортное средство на шнековых шасси, частично бронированное — крыша из котельного железа, созданное местной «очумелой ручкой», да еще и женщиной по имени Олифия Гисс, на котором они пытались сбежать от охотников за головами из отряда «адские гончие», что по факту являлись легально действующим инструментом покойного кронпринца, помимо нелегальных, вроде различных банд и пиратов.

— Идем дорогая, — сказал Экскарт и помог подняться жене.

Телохранитель Трексара — Сторм эф Монс помог подняться телохранительнице Сицилии — Эмилии, а маголекарь Менлир инс Ханк в свою очередь подняться той самой женщине-механику Олифии, на которую он запал. Только адвокату не понадобилось никому помогать. Ему бы самому кто помог… впрочем он помог себе сам употребив целебные эликсиры.

Это все, кто выжил после случившихся приключений с погонями, похищениями, блужданий по храму с кучей ловушек внутри, и ожесточённых сражений.

Рамони инс Лонг подобрал отрубленную Экскартом голову Марриора Каска и замотал ее в подвернувшийся под руку обгоревший кусок ткани, пояснив на вопросительный взгляд парня:

— Доказательство смерти кронпринца. Нам это может помочь в плане репутации перед императорской семьей…

— Понятно…

Парень пожал плечами, решив, что адвокату лучше знать, что и как делать.

По пути к озеру наткнулись на разбившийся ящик с сухпайками и запаслись продовольствием, так как с этим у них обстояло совсем плохо. Прежние запасы подошли к концу.

— Как будем выбираться? — спросил парень, после того как они разместились на берегу озера, сев вокруг костра.

Болотоход сильно пострадал во время боевых действий и в качестве транспорта выступать не мог, даже в качестве водного, что тоже было заложено в его ТТХ. Более того «черепаха» могла еще погружаться под воду, что их и спасло от поимки.

— Плот будем делать? — не то спросила, не то предложила Сицилия.

Озеро у потухшего вулкана являлось частью речной системы, так что они могли сплавиться до самого океана, а там на побережье хватает селений рыбаков. Они уже доставят куда надо.

— Зачем нам эти муки? — сказал на это телохранитель. — Тем более такое путешествие весьма небезопасно…

— Да госпожа, плот не подходит, — подтвердила Эмилия.

Экскарт с Сицилией понятливо кивнули. Местные жители болотных джунглей — дикие аборигены, хоть и считались довольно мирными, но незачем их лишний раз провоцировать на агрессию, демонстрируя свою слабость, а значит и доступность. Целых три женщины опять же…

— Тогда как? — спросили они хором.

— Нет ничего проще, вызовем такси! — хохотнул Сторм эф Монс, веселость которого не вязалась с его характером, ибо обычно он был угрюмым и немногословным.

«Но может это Эмилия на него так влияет, — подумал парень, — а точнее то, что она выжила…»

— Беспроводной телеграф уцелел, так что скоро… то есть дня через три, прибудет дирижабль, что и эвакуирует нас отсюда, — продолжила его мысль Эмилия. — Обойдется правда это нам не дешево, но заплатить думаю есть чем…

— Понятно.

Что до оплаты, то да, заплатить есть чем, это не считая официальных счетов рода Маренонг которыми теперь уже можно было воспользоваться без опаски ибо раньше это привлекло бы внимание кронпринца. А так, в карманах беглецов оказалось некоторое количество ценностей из храмовой сокровищницы. В основном они прихватили с собой крупные драгоценные камни. Но их светить перед спасателями все-таки не стоило, а то появится много ненужных вопросов об источнике сего богатства. А за обладание такой информацией могут и прибить, а не спасти…

Естественно встал вопрос о легенде.

— Про храм молчим? — поставил вопрос Экскарт, скорее в утвердительной форме.

Понятно, что речь шла не только и не столько о храме внутри потухшего вулкана, сколько о сокровищах. Естественно, что парня, как любого нормального человека, после того как опасности остались позади обуяла некоторая… алчность. Оно и неудивительно, имея под рукой богатства сравнимые с золотым запасом не бедного государства, как бы не самой Гардариканской Импери, его не мог не поразить синдром «золотой лихорадки».

— Хотелось бы, но в тайне нам это не удержать, — скептично покачал головой адвокат. — Стоит только засветить первые находки, как нами заинтересуются и хорошо если наше же СИБ, а могут ведь и спецслужбы вражеских государств за мягкое место прихватить. Так что лучше законно получить причитающуюся нам долю. Она и так будет такой, что войдем в число богатейших людей мира.

— Но и сразу ничего говорить не станем, — добавил телохранитель. — Империи на данный момент деньги не сильно нужны… пусть пока политическая обстановка стабилизируется, а то такие ценности могут скорее принести вред, чем пользу.

— А как тогда…

— Да просто исключим из повествования эпизод с храмом, — сказал маголекарь, параллельно занимавшийся головой кронпринца, чтобы она не испортилась.

— А твоя пассия? — кивнул Экскарт в сторону Олифии, что придирчиво осматривала свой болотоход на предмет ремонтопригодности в полевых условиях, все равно ей заняться было нечем, а без дела она долго сидеть не могла.

— Не проболтается, — криво усмехнулся Менлир инс Ханк. — Уж я об этом позабочусь…

«Как и о том, что она тебе в глаз зарядила за то, что ты ее использовал в качестве щита, как и о самом этом факте», — мысленно усмехнулся парень.

Экскарт подумал, что не мешало бы потребовать от них всех клятву верности дабы исключить в дальнейшем возможность предательства. Ведь именно из-за отсутствия такой клятвы один из свитских смог взбунтоваться и растрепать о подлоге. Но решил, что сейчас не место и не время.

— А что потом будем делать? — поинтересовался Экскарт. — Останемся в колониях или вернемся в империю?

— Посмотрим по обстоятельствам, — пожал плечами адвокат. — Хоть с нашего побега в джунгли времени прошло немного, но ситуация могла сильно измениться. Вот почитаем газеты, посмотрим, что к чему, и решим.

— Понятно…

— Хотя в империю возвращаться все же спешить не стоит, — заметил маголекарь.

— Почему? — удивилась Сицилия, что была явно сыта по горло свалившимися на них приключениями и хоть империя сейчас в состоянии войны, но она идет на юге, в не востоке или ее родном севере.

— После все этих событий с гомункулами и марионетками, граф наверняка захочет проверить своего второго сына более тщательно. И если с кровным родством еще что-то можно придумать, то вот контрольные вопросы Экскарт провалит. Надо объяснять, что сделает граф?

— Не надо…

— Так что сидим здесь и лишний раз не дергаемся, при этом всячески отбиваясь от требований графа вернуться…

2

Посидеть на берегу озера пришлось даже несколько дольше предполагаемого — пять дней, но это особо никого не напрягло. Аборигены на виду не появлялись, если что, то им хватало трофеев с места крушения: оружие, металл, ткань, прочее барахло которое не растащить по своим селениям и за месяц, а рисковать и нападать на до зубов вооруженных чужаков они не стали.

Еды тоже хватало. Пайков набрали с запасом. К тому же Экскарт разнообразил пайки добавкой из рыбы: жареной, вареной и копченой, устроив рыбалку, сварганив удочку из подручных материалов, клевало неплохо. А телохранитель сходил на охоту, подстрелив какого-то ящера, что заявился из болот на к месту крушения дирижабля на своеобразное пиршество… Так что были различные мясные блюда. Сицилия несмотря на свой статус аристо неплохо готовила, но да северянка, у них нравы попроще.

Утром шестого дня прилетел грузопассажирский дирижабль, что совершал регулярные рейсы в Новый Рескюль, не шибко доходные надо сказать, так что командир воздушного судна был весьма рад дополнительному заработку. Спасение спасением, но за все надо платить. Не составило труда ему подцепить искалеченную «черепаху». Со своим болотоходом Олифия Гисс не желала расставаться категорически.

Вечером того же дня они все уже были в столице колонии королевства Люксер, формальными гражданами которого они являлись, так как при побеге из империи от кронпринца, зарулили в это небольшое королевство с конституционной монархией и за некоторую сумму, получили почти настоящие паспорта. Так-то они никого не обманут, много кто при трудных жизненных обстоятельствах покупал себе гражданство Люксера, но на первое время этого должно было хватить.

Вот и знакомый зал городской гостиницы. Экскарт тоже обзавелся газетой, вчитываясь в новости приходящие из империи. А дела там обстояли не лучшим образом. И если на фронтах ситуация вроде стабилизировалась, армия отступив еще на двести километров севернее на заранее подготовленные позиции и встала стеной, Ланкерт — город-казино, при этом Альянсом был взят в сухопутную блокаду, но держался благодаря поставкам с моря и воздуха, то вот с внутренней обстановкой все было заметно хуже.

Произошел целый вал диверсий на предприятиях оборонного назначения, взрывались склады с боеприпасами, а так же пускали под откос поезда с военными грузами. Проводились террористические атаки на государственные учреждения, убивали госслужащих, активизировался криминал, и так далее, и тому подобное.

Начались первые попытки раскачать внутриполитическую обстановку с помощью забастовок и шествий, где сначала требования рабочих поднять заплату и улучшить условия труда менялись на политические, вплоть до отмены монархического правления. Естественно, что такие мероприятия жестоко подавлялись и кровь текла ручьями, что только подогревало недовольство, чего собственно и добивались устроившие все это.

— Так и до революции недалеко, — с хмурым видом сказал Рамони инс Лонг.

В целом империя пока справлялась с вызовами, но если так продолжится и дальше, то всякое могло случиться. Достаточно один раз ошибиться и все могло рухнуть в ад.

Прибежал знакомый посыльный мальчик с бланком телеграммы в конверте.

— Что там? — спросил Экскарт, хотя уже догадывался, как и все остальные.

— Как и предполагали, требование графа срочно возвращаться, — прочитав сообщение, озвучил его содержание адвокат.

Рамони инс Лонг еще во время полета, воспользовавшись беспроводным телеграфом дирижабля отправил сообщение графу Эстару Сандору лер Маренонгу с кратким описанием их приключений и заверением, что несмотря на некоторые потери в свите и слугах с сыном графа и его женой все в полном порядке.

— Как отбрехиваться будем?

— Сложной обстановкой на месте, — пожал плечами адвокат, — тем более что это недалеко от истины.

— То есть?

— Люксер вот-вот присоединится к Альянсу, как следствие сейчас начнут активно охотиться на шпионов и под эту категорию, как вы понимаете, попадут все, кто приобрел паспорта королевства и все еще находится на ее территории и колонии. Так что пока нас не взяли в оборот, надо сваливать из этой вонючей дыры.

Экскарт только закатил глаза.

— Прям дежа вю какое-то…

— Да, — хмыкнул адвокат, — тем более что дирижаблем опять не воспользоваться. Если не здесь, так в конечной точке нас точно примут под белы рученьки.

— К счастью, на этот раз мы можем воспользоваться собственным транспортом, если кго конечно до сих пор не обнаружили и не угнали. Осталось только его заправить, а то как-то не хочется ходить под парусом, очень уж мороки много будет. Надеюсь, тут можно разжиться топливом?

— Тут его хоть залейся, — обнадежил парня адвокат. — У них тут неподалеку выход нефти есть, так что с топливом проблем не будет. Будут проблемы с доставкой к субмарине, но это все вполне решаемо.

— Тогда заправляемся и валим в колонии империи. Разве что нам не помешал бы собственный механик на субмарину…

Подводная лодка угнанная у кронпринца была очень сильно автоматизирована, требуя самого минимального экипажа, но из-за этого требовала хорошего обслуживания агрегатов. И если пока за счет отменных материалов и продуманной конструкции все было в норме, но как говорится, с течением времени все рвется, все ломается и риск подобного возрастает особенно если опять попадут в какой-нибудь переплет, что в условиях войны очень даже вероятно. В общем хороший ремонтник был очень нужен.

— Менлир, ты еще не успел порвать со своей пассией? — спросил парень.

— Нет. Думал напоследок к ней еще раз заглянуть… или даже несколько раз, — усмехнулся в ответ маголекарь.

— Тогда постарайся ее уговорить присоединиться к нам. Точнее сделай ей такое предложение, а уговаривать ее уже буду я.

— Нет проблем. Согласится.

— Только ты ей не сильно мозги прессуй…

— И не собирался даже, — серьезно ответил маголекарь. — Как ты говоришь «пресс» хорош только на краткий период, а в долгосрочной перспективе это может быть опасно. Однажды ментальная установка слетит, те же женские критические дни ее сбросят в момент гормонального шторма, поймет, что ее принудили и тогда жди беды. Месть ее будет страшна… если сразу не возмутится, а затаится и подойдет к делу с выдумкой. А учитывая, что она «очумелая ручка» с выдумкой у нее все в порядке, так что даже страшно представить, что она сможет нам приготовить.

— Ну да…

Экскарт понятливо кивнул головой.

Именно похожая штука сделала Трексара окончательно маньяком. Там только все было связано с изменением внешности женщины с которой он имел в этот злосчастный момент близость. Но принцип тот же.

Что до Олифии то ее все же пришлось поуговаривать.

— У меня здесь много работы, — заявила она на предложение Экскарта. — Благо у меня теперь есть на что ее вести. Не говоря уже о том, что весь город на мне…

— Имеете ввиду свой новый двигатель?

— Да…

— Он действительно такой перспективный? — засомневался парень.

— Да. Представьте, что вам больше не нужен громоздкий котел и соответственно вода для него. Только лишь топливо.

— Это действительно сильно облегчит любую конструкцию…

— Это при том, что он в перспективе при той же размерности рабочих элементов будет в несколько раз мощнее! — возбудилась при обсуждении своего нового проекта Олифия.

— Что ж, зная вас, а так же зная, что у вас не предвидится проблем с финансированием, я уверен, что все получится и вы доведете свой новый двигатель до рабочего состояния…

— Спасибо!

— Не за что… Но теперь отвлекитесь от технических деталей проекта и посмотрите на ситуацию со стороны.

— О чем вы?

— Допустим вы в кратчайшие сроки доводите столь перспективный двигатель до рабочего состояния и?..

— И?

— И вообще-то, к слову, идет война, уважаемая Олифия. И хоть ваш предыдущий проект военным не потребовался, то от такого они наверняка будут в восторге.

— Конечно! Ведь это увеличение полезного объема и снижение массы для тех же бронеходов! — кивнула она.

— Вот только кто сказал вам, что несмотря на удачный проект вы с него хоть что-нибудь получите?

— Что вы хотите этим сказать? — нахмурилась женщина-механик.

— Только то, подобные работы наверняка ведутся и в других странах. Так?

— Возможно… даже скорее всего… Но при чем тут…

— При том, что за вами никто не стоит. Вы одиночка. Талантливая, даже где-то гениальная, но одиночка. Вас некому защитить от нападок. И стоит вам только показать свой двигатель, как конкуренты в лучшем случае попытаются купить у вас его и не сказать, что задорого. Хорошо если затраты отобьете, ну и что-то сверху капнет. Начнете его патентовать и вам тут же выкатят десятки исков, придираясь к различным мелочам, а это снова деньги и время. Сэр Рамони инс Лонг не даст соврать, прицепиться будет к чему…

Адвокат кивнул.

— Государство ваше, будем говорить прямо, слабое и чиновники продажны, так что они вас сдадут с потрохами. Будете отрицать?

— Нет…

— И даже если суд встанет на вашу сторону, за время процесса конструкцию у вас украдут, что-то незначительно изменят для вида и запустят в производство воспользовавшись своими ресурсами и вы вообще останетесь ни с чем.

— А вы стало быть предлагаете свое покровительство? — с кривой от недоверчивости усмешкой спросила Олифия.

— В принципе да. Ничто не мешает вам продолжить работу над своим творением. Нам ваш двигатель вообще по барабану. Нам нужны вы как главный механик на подводную лодку… да-да, у нас есть личная подводная лодка, а вот с механиками беда, а у меня в этом смысле откровенно недостаточная квалификация. И если у вас все же все получится, то да, семья Маренонгов прикроет вас от откровенных наездов и поможет с патентованием, а то и с производством.

— Это конечно все хорошо, но как быть с вашим, хм-м…

— Бастардством? — помог ей парень, так же понимая, что это самое слабое его место, стоит только об этом всем узнать.

— Да. По сути, вы ведь вне закона сейчас…

— Ну, об этом еще должны узнать, что если и случится, то не скоро, а то и вовсе не случится. Как вы понимаете, даже узнав, граф не станет выносить эту информацию для всеобщего обозрения. Я даже не уверен, что он откажется от продолжения данной игры с моим дублерством даже если узнает. Не выгодно ему это будет не только с репутационной точки зрения, но и с финансовой.

— А если все же ситуация пойдет по негативному направлению, — вступила в разговор Сицилия, — то вас прикроет семья Басканов. Это хоть и не графский род, но тоже весьма весомый, тем более северный и этим все сказано.

Ну да, северяне могли резаться между собой почем зря, но стоило в их дела вмешаться кому-то со стороны, как они все объединялись против него.

— Мне надо подумать…

— Конечно, думайте. Время еще есть. Нам еще топливо закупать, да придумать, как его доставить к… «Пиранье», — дал в последний момент название подводной лодке Экскарт, осознав, что кронпринц с названием как-то не заморачивался, по крайней мере ничего такого он на борту не видел, а если название все же есть, то ничего не мешает переименовать, тем более что эта подлодка не отличалась большими размерами и при этом была весьма зубаста.

3

Олифия согласилась. Да не могла не согласиться, какой бы она ни была «очумелой ручкой», коей остальной мир по боку в момент процесса творения своего очередного шедевра, но вот в период простоя, являлась вполне трезвомыслящей женщиной. Опять же с братом — владельцем гостиницы скорее всего посоветовалась, а уж он какой-никакой, а делец на ниве отельного бизнеса и понимал трудности с которыми рано или поздно могла столкнуться сестра в процессе продвижения на рынок своего уникального продукта. И какой рынок! Там такие монстры производителей паровых двигателей, что просто схарчат такую одиночку с ее новинкой в один присест и косточек не оставят.

Конечно, она не кинулась в объятия с криком «на все согласная», а подошла к процессу со всеми формальностями, а именно потребовав заключить договор подключив местных юристов. Но с этим возился Рамони инс Лонг, он адвокат, так что это его епархия.

С грехом пополам, но подводную лодку удалось заправить банально сплавив бочки с нефтью по воде и не задерживаясь дольше необходимого отчалили на север в сторону гардариканских колоний. Благо что с управлением подводной лодкой особых сложностей не было. Экскарт в процессе прошлого затяжного путешествия, от нечего делать научился всему, что знал в управлении субмаринами Бавр инс Оск — погибший свитский, что первоначально собирался стать подводником, так что в предмете разбирался, хотя конечно поначалу было боязно, но вскоре обвыкся и чувствовал себя уверенно.

Потратив неделю, прячась ото всех, они оказались в водах Первой колонии. Могли и быстрее, но предпочли дать кругаля, чтобы не быть обнаруженными ни силами береговой обороны враждебных колоний, что весьма активно мониторили прибрежные воды, ни с воды рыбацкими баркасами и просто транспортными судами, ни с воздуха, что было даже куда вероятнее. И дело не только в военных дирижаблях ведущих патрулирование, сколько в торговых, что сновали между материками. Но если через океан они шли одним маршрутом определяемым попутным воздушным потоком, то на подлете к цели расходились веером каждый к своей цели, и риск быть обнаруженными заметно возрастал.

А так, воспользовавшись окном пролетов дирижаблей они проскочили опасные участки вдали от берега и направились к Ормундо — столице Первой колонии, названной так в честь императора, что собственно и начал процесс экспансии империи на Амерон.

Сами колонии по странной и не до конца понятно, как возникшей традиции, получали такие вот названия в виде порядковых номеров.

При входе в территориальные воды Первой колонии ввиду нервозной обстановки из-за войны, чтобы их не потопили почем зря, было принято решение всплыть и идти к городу в надводном положении. Более того, чтобы оставаться как можно дольше инкогнито, замаскировались под рыбацкий баркас, подняв-таки мачту с парусом и установив фальшивые борта. Идея вполне могла сработать так как в колониях до сих популярен парусный флот, а сами кораблики имели самые разнообразные конструкции. Опять же время подхода к городу выбрали вечернее, так что много любопытствующим не разглядеть.

Но войти в порт Ормундо не вышло. В условиях войны были приняты самые серьезные меры безопасности. Как выяснилось чуть позже, каждое судно получало свой пароль и при приближении к городу должно было его назвать с помощью простейшего искрового передатчика. А то мало ли к то плывет и что у него в трюмах?

Вот и «Пиранью» засек малый пограничный дирижабль, и поскольку выхода на связь с озвучиванием пароля не произошло, то навстречу подозрительному судну рванула дежурная канонерка с абордажной командой. Кораблик хоть и устаревший, по четыре пушки в бортах, а не в башнях, да и сами пушки калибром не ахти, но для «Пираньи» одного бортового залпа хватило бы с лихвой.

— Оно и к лучшему, — сказал Рамони инс Лонг, когда окончательно стало ясно, что это прибыли по их души.

— Почему? — спросил Экскарт.

— Нас как подозрительных личностей проведут в военный порт, точнее на арестантскую стоянку, подальше от любопытных глаз, что собственно нам и надо. Бесплатная охрана опять же, — улыбнутся адвокат.

Вот одноколесная канонерка (одно колесо в раздвоенной корме), нещадно коптя еще похоже угольным дымом (модернизировать совсем уж устаревшую мелочовку на жидкое топливо не стали), развернулась и пошла параллельным курсом.

— Остановитесь, назовитесь и приготовьтесь к досмотру! — потребовали с канонерки в рупор, коя как оказалось имела название «Гарпун».

При этом еще бронзовые пушки явственно смотрели на подозрительный кораблик. С такой дистанции промах в принципе исключался, если только канониры откровенно не слепые и не косорукие.

— Я — Трексар Сандор инс Маренонг. Для вас мое имя пустой звук, а вот для СИБ оно значит очень много, тем более, что я имею для Службы имперской безопасности сведения чрезвычайной важности. На этом основании в досмотре моего судна отказываю. Отконвоируйте нас куда положено в таких случаях и пригласите для разговора главу местного СИБ. Только с ним я буду разговаривать предметно.

Видя, что командир канонерки в сомнениях, Экскарт добавил:

— Просто сообщите в СИБ и вам дадут исчерпывающие инструкции относительно нас.

Наконец недовольный командир корабля ушел отбивать сообщение и очень скоро вернулся весь возбуждённый, словно в пятую точку укушенный, с требованием немедленно развить максимальный ход, чтобы как можно скорее добраться до города.

— Лучше будет если вы возьмете нас на буксир, словно мы арестованы, дабы не привлекать ненужного внимания. А так вы для всех поймали очередного контрабандиста или еще кого. Ну и десяток людей на борт могу все же принять для виду. Тем более что на скорости это никак не скажется, так как мы сами дадим ход машинами.

— Да, так действительно будет лучше…

Подали буксировочный трос, дюжина досмотровой команды разместилась на борту «Пираньи» и таким манером добрались до Ормундо уже в полной темноте. На рейде держать не стали, сразу дали команду пришвартоваться к отдаленной пристани. С этим правда возникли некоторые трудности и пришлось просить услуги буксира. Все-таки необходимым мастерством в управлении подлодкой Экскарт не обладал, чтобы пришвартоваться к причалу самостоятельно. Мог и субмарину попортить и сам причал, чего не хотелось.

4

Глава местного отделения СИБ, неопределенного возраста и какой-то невзрачный, среднего телосложения, как по росту, так и в целом по комплекции, облаченный в черный кожаный плащ, но при этом с непокрытой головой с зачесанными назад длинными тёмно-русыми волосами, подкатил на шестиколесном тяжелом и угловатом и явно забронированном паромобиле, как раз в тот момент, когда крепили швартовочные концы. Хотя отряд СИБ прибывшие на грузовиках находился здесь уже давно и они быстро сменили досмотровую команду канонерки.

— Присвар Тауф инс Арсен, — представился он, ступая на борт «Пираньи». — Вам представляться не надо господа и дамы, вы все хорошо известные личности, хотя кое-кого все же не хватает… или на борту не все?

— Погибли.

— Сожалею… Будет лучше, если мы поговорим у вас на борту.

— Прошу…

— Благодарю.

Все, кто вышел на палубу вновь скрылись внутри субмарины. Экскарт провел гостя в кают-кампанию предложив ему место во главе стола.

— Итак, что вы хотели бы сообщить такого чрезвычайно важного?

— Сторм…

Телохранитель кивнул и из шкафчика в котором хранились карты, какие-то приборы и все такое прочее достал коробку в каких транспортируют дорогие шляпы-котелки и поставил ее на стол. После очередного кивка Экскарт, он дернул за конец банта и снял верхнюю часть. Глава СИБ с интересом наблюдавший за действиями, чуть отшатнулся назад, так как увидел под стеклянным колпаком отрубленную голову кронпринца, что законсервировал маголекарь. Таксидермист из него правда получился неважный, что странно ведь как корректор внешности он был очень даже неплох.

Кстати, за время плавания все привели свою внешность к исходному состоянию, потому глава местного отделения СИБ их без проблем узнал.

— Кха! Хм-м… — поперхнулся воздухом Присвар инс Арсен, благо, что Экскарт, зная, что предстоит этот показ, не стал предлагать гостю чего-нибудь попить и тем боле поесть, потому как голова выглядела мягко говоря неприглядно.

— Ну не умею я с мертвой плоть работать и не люблю, — сложив руки на груди, раздраженно буркнул Менлир инс Ханк.

— Чья это голова?

— У нас есть все основания полагать, что это голова оригинального кронпринца Марриора Каска сир Лодара, а не его очередного гомункула, — сказал Экскарт.

— Хм-м… и какие же это основания?

— История будет не самой короткой, но и она ничего не докажет. Думаю, самым лучшим доказательством станет проверка тканей этих останков. Как я в курсе, очень сложно подделать возраст настоящего биоматериала, так что хорошие специалисты быстро все поймут.

— Да, это так… но историю вам рассказать все придется и не один раз.

— Мы это понимаем, — кивнул парень.

— И на ваш счет есть указание как можно скорее доставить вас Старград.

— А вот это будет лишним, господин Присвар Тауф, — вступил в разговор адвокат.

— Почему?

— Для начала давайте кое-что проясним. Когда поступил такой приказ и от кого?

— Да как только вся эта история с вами и кронпринцем случилась, так и поступил приказ. А от кого, так от директора СИБ Юсмитта Лима…

— Который как известно, отправлен в отставку с мутными формулировками…

— Возможно, — поморщился Присвар Тауф. — Но приказ при этом никто не отменял.

— Что неудивительно при том бардаке, что творился в СИБ.

— Что вы этим хотите сказать?

— Как минимум то, что приказ имеет довольно сомнительную законность, а как максимум, был отдан марионеткой кронпринца, а значит выполняя его вы по сути передаете нас в руки других марионеток кронпринца.

— Но вы уверены, что он мертв, — сказал глава ормундского отделения СИБ, кивнув на колбу с головой. — А значит вам нечего его бояться. А поговорить с вами есть желание не только у моего нового начальства, но и у императорской семьи… А это уже…

— Разговор с членами императорской семьи честь для нас, но… вынуждены отказаться.

— Почему?

— Из соображений безопасности, конечно. Откуда мы можем быть уверены, что вы вычистили всех агентов из своих рядов? А значит безопасность нам вы гарантировать не можете. Они могут в любой момент нанести по нам удар выполняя заложенные в них господином команды. Ну и забываем о неправомерности приказа… Но при этом мы открыты к сотрудничеству с законом и готовы в любой момент дать все необходимые показания, но здесь в колониях, где мы сможем хоть в какой-то степени контролировать ситуацию.

— Понятно… — помрачнел Присвар инс Арсен. — Что ж, признаю, что вы в праве на данном этапе относиться к нашей службе с подозрением. Чистка аппарата и впрямь до конца не завершена… и на мелких должностях еще могут оставаться внедренные глубоко спящие агенты кронпринца, коих простой проверкой не выявить.

Немного помолчали глядя, как Сторм эф Монсснова накрывает колбу сголоыой картонной коробкой и завязывает, после чего он спросил:

— Чем намереваетесь заняться в дальнейшем?

Этот вопрос во время плавания активно обсуждался между членами своеобразной команды, а потому уже Экскарт, выложил заготовленный ответ:

— Как верные подданные императора и патриоты империи мы конечно хотим поступить на службу и защищать нашу Родину от посягательства врагов, внешних и внутренних.

— Похвально!

Может Экскарт и не горел большим желанием идти на войну, и будь он простым человеком, тем самым ассенизатором, ему бы это в укор даже не поставили, что поделать, подлое сословие оно и есть подлое… Но вот как второй сын графа он должен был действовать согласно некоему алгоритму, что были прописаны в Кодексе Чести. В общем освобождались от службы согласно этому Кодексу только наследники рода, остальные обязаны были встать на защиту страны грудью, прям-таки наперегонки. Иначе несмываемый позор на веки вечные.

— Я так понимаю, вы хотите использовать в деле свой трофей? — осмотрелся гость.

— Да. Его только нужно слегка подремонтировать и довооружить.

— С ремонтом проблем не будет. А что по поводу вооружения?

— Нужна небольшая пороховая пушка, что-то вроде горной, ну и торпеды. У нас только четыре штуки осталось…

— Это да… дали вы прикурить, — криво усмехнулся Присвар инс Арсен. — Моряки вас на части порвать хотят!

— Мы защищались…

— Да я все понимаю и не обвиняю. Но если с пушкой думаю проблем не будет, как и с боеприпасами к ней, то вот с торпедами… Все используется на основном театре боевых действий. У на ничего нет.

— Сделать самостоятельно?

— Нужно уточнить, но по мне так сомнительно. Очень уж специфический продукт в плане сложности. Не факт, что наши заводы потянут, по крайней мере в больших количествах и хорошего качества.

— Понятно…

Глава ормундского отделения СИБ, назначив время для официального допроса в офисе, прихватив с собой «презент» наконец покинул «Пиранью», а прибывшие в Ормундо решили остаться на борту до утра, чтобы не мучиться ночью с поиском гостиницы и вселением. Благо все удобства есть.

— Проблемы с торпедами, я правильно поняла? — поинтересовалась Олифия с трудно читаемым видом.

— Да…

— Если вам интересно, то у меня есть один занимательный проект на эту тему… — как бы между прочим добавила она.

— Хм-м… Сложный? — осторожно, даже с опаской спросил Экскарт.

— Наоборот, проще некуда! — загорелась женщина-механик, увидев интерес к своей идее. — И что особенно ценно в нашем случае, сделать их можно будет чуть ли не в мастерской!

— Да?

— Я вам докажу! У нас есть неделя?

— Неделя точно есть, — кивнул Экскарт, переглянувшись с адвокатом и телохранителем, те кивнули. — Может даже месяц. Пока отремонтируют корабль, пока наймем недостающий экипаж… собственно его и нет. Пока люди освоятся, то да се, сама понимаешь…

— Тогда дайте мне возможность и через неделю я представлю вам результат!

— Договорились.

5

Утром прибывшие заселились в гостиницу и едва позавтракав отправились в городское отделение СИБ для дачи показаний и давали их до самого обеда. Допрашивал лично Присвар инс Арсен и надо сказать не особо наседал с целью поймать на каких-то противоречиях и недоговорках. Скорее всего понимал, что допрашиваемы давно договорились между собой. Чувствовал, что они о чем-то недоговаривают, но припереть их к стенке было нечем, не обвиняемые все-таки и значит более действенные меры не применить, как к каким-нибудь преступникам опоив эликсирами правды, а если и это не поможет, то и мага пригласить, чтобы на мозги «покапал».

Так что, пообедав в ресторане, Экскарт и прочие занялись своими делами.

Олифия побежала в промышленный район города с многочисленными фабриками, мануфактурами и заводиками делать заказы на торпеду своей оригинальной конструкции.

Маголекарь двинулся в противоположную сторону. Ему требовалось закупить необходимые медикаменты и ингредиенты для производства собственных алхимических эликсиров.

— А мы пойдем на биржу труда, искать людей, — сказал адвокат.

На «Пиранью» в качестве экипажа требовалось минимум двадцать пять человек, механики и оружейники в торпедный отсек и на пушку. Плюс еще человек тридцать в качестве абордажной команды с последующим сопровождением взятых призов в Ормундо, этот город решили сделать портом приписки «Пираньи».

Когда Экскарт поинтересовался, зачем им абордажники, Рамони инс Лонг пояснил:

— Война должна не просто окупать себя, но еще и приносить прибыль.

— Мы что, займётся пиратством?!

— Если говорить, прямо, то да, самый что ни на есть обыкновенный морской разбой, прикрытый условиями войны. Зачем топить груз вместе с вражеским транспортным корытом, если этот груз можно взять себе и продать? Все лучше, чем воевать только лишь на свои деньги. Это конечно благородно, но все-таки так и разориться недолго. Топливо, техническое обслуживание, я уже молчу про торпеды, все это стоит больших денег. Если не выйдем на самообеспечение, то граф быстро перекроет нам финансовый доступ и снова потребует вернуться, и нам останется либо послушаться с закономерным результатом, либо продавать субмарину казне. Получим самый минимум и придется идти в обычную пехоту, либо кавалерию. Горишь желанием пыль глотать? Да еще под командованием какого-нибудь высокородного кретина, что может послать тебя на убой просто потому, что ты ему не понравился ибо недостаточно тщательно вылизывал ему задницу?

— Не особо.

— Вот и мне кажется, что лучше действовать самостоятельно и с прибылью.

— Я понял.

— Так-то мы можем сами собрать собственную сухопутную армию и тоже действовать почти самостоятельно, приказы будем получать из штаба, — добавил телохранитель, — но это опять-таки очень дорого. Сможем себе это позволить, если только вернемся в храм и воспользуемся тамошними богатствами. Но это засветить источник средств, что нам тоже не надо…

С размещением заявки на прием людей проблем не возникло. Как уже сказал Сторм эф Монс теоретически любой благородный мог собрать хоть целую армию, вопрос лишь в цене и бросал кличь на сбор охотников. Как правило аристократы набирали от взвод до батальона в зависимости от финансовых возможностей, профессиональной подготовки конечно же амбиций.

Для простых людей имелись как плюсы службы под началом аристократа, так и жирные минусы. По крайней мере по сравнению со службой в регулярных частях.

С одной стороны служба в отрядах аристо приравнивалась к службе в армии, ведь сами аристократы подчинялись армейскому командованию. И тут начинались плюсы. Если служить по призыву в чисто армейских частях, то по факту это служить за хлеб и воду «отдавая долг Родине», то в отрядах аристо полагалось более существенное денежное довольствие, опять же аристо чтобы не опозориться и повыпендриваться друг перед другом снаряжают своих людей по максимуму. Порядки в таких отрядах тоже помягче, тупой муштрой как правило не долбают, разве что в качестве наказания. А случись какой трофей, то дербанят его между собой согласно договору, а не сдают интендантам… за «красивые», а точнее бесстыжие глаза в которые хочется сначала плюнуть, может даже кулаком приложиться пару раз, а потом вынуть с особой жестокостью.

Но и минусов при службе у аристо тоже хватало. Прежде всего дело в самих аристо. Кто-то грамотный в военном отношении и бережет своих людей, а кто-то просто напыщенный дурак с которым проблем не оберешься. Но самые опасные среди аристо, это восторженные юнцы жаждущих славы, признания общества и наград, что ради этого сами готовы бросаться в самое пекло сражения.

Опять же армейское командование, по большому счету находящееся не в восторге от такой практики формирования части армии, не иначе как по какому-то недоразумению сохранившуюся со средневековых времен в сии просвещенные времена, имеет дурную привычку ставить такие отряды на самых проблемных местах. Не всех конечно, а с кем какие-то разногласия возникли, вражда там застарелая уходящая корнями в глубины веков и просто сам аристо ничего из себя особого не представляет и значит его не жалко, то бишь за его смерть родственники особых претензий выкатить не смогут, так что можно им заткнуть какую-то дыру с приказом «ни шагу назад».

Но если дружинам в метрополии выбирать особо не приходится, когда по рекрутскому набору с феода рода в добровольно-принудительном порядке собирают отряд под командование одного из младших сыновей, как например в случае с братом Экскарта — Хомсом, третьим сыном графа (если его вдруг не возьмут в регулярную армию изъяви вдруг он такое желание), то в колониях, где эта традиция в силу разных причин была не столь крепка, желающие сами могли выбирать к кому примкнуть.

Но даже при имеющихся свободных вакансиях в отрядах аристо потенциальные добровольцы предпочитали поступить в регулярную армию… Не дураки, собирали информацию о аристократах, что за люди, где и как себя проявили и так далее. В общем сарафанное радио работало исправно. Так что если кто-то и желал собрать целую армию имея на это средства, то вот наработанная репутация этого не всегда позволяла.

С репутацией у Экскарта, то бишь Трексара Сандора инс Маренонга в колониях было просто никак, потому добровольцы к нему все же потянулись. И по тем же традициям с людьми ему предстояло общаться лично, а не перекладывать на какое-нибудь доверенное лицо, того же Сторма эф Монса например, имеющего подходящую внешность брутального бойца и командира.

Собственно, сделать это он мог, но тогда не стоило бы удивляться тому, что люди к нему просто не нанялись. В личном же общении люди по косвенным признакам, пытались прокачать свое возможное начальство на вменяемость. Этакая психологическая разведка.

Но если с чисто технической частью экипажа механиками и машинистами и даже оружейниками к подложке все оказалось просто, более того пришлось даже устроить конкурсный отсев в чем помогала Олифия, выбирая самых лучших. Она же и явилась причиной этой простоты.

Развив бурную деятельность в заводском районе она сразу стала весьма популярной личностью. Оно и понятно, мало того, что является женщиной механиком, редкость, но бывает, так еще из породы очумелых ручек. Как у людей, всех этих техников, работала логика не до конца понятно, но они почему-то решили, что раз у этого аристо служит такая неординарная персона, то и им можно без опаски наниматься.

Завербованный техперсонал на следующий день сразу же включились в процесс ремонта субмарины. Хотя там не так уж и много надо было ремонтировать. Разве что хвостовой руль почти весь заменить не мешало…

А вот с абордажниками получилось сложнее. Этих на мякине не проведешь. Под пулями ведь ходить придется.

Поначалу шли какие-то откровенные проходимцы с откровенно уголовными рожами и прочие оборванцы, но этих заворачивали без разговоров телохранители.

Похоже это в условиях отсутствия внятной информации о данном аристо тоже было своеобразной проверкой — возьмет он эту откровенную шваль или не возьмет, станет вообще разговаривать или не станет, потому как достойные кандидаты пошли только после того как спал этот мутный поток.

— Предупреждаю, я набираю людей на условиях дружины с клятвой верности на время действия контракта.

Многим клятва верности была явно поперек горла, очень многим. Ведь такая клятва накладывает серьезные обязательства на бойца. В случае серьезной заварушки если поступит приказ держаться до конца, так просто не отступишь, действительно придется стоять до последней возможности, потому так люди придирчиво отбирают аристо-командиров, смотря на то, как часто он отдает подобные неудобны приказы. А тут аристо о котором ничего неизвестно и риск попасть на неадеквата слишком высок.

Но в течении недели необходимый состав абордажной команды из тридцати человек был набран. Их непосредственным командиром естественно стал Сторм эф Монс, что как оказалось в свое время был сержантом и командовать умел.

Что до оснащения этих людей вооружением, то с этим проблем не возникло. На «Пиранье» имелся достаточный арсенал.

6

Обстановка в Амероне стремительно накалялась. Армия Третьей колонии вступила в настоящий бой с войсками колонии принадлежащей Сарманской республике входящей в Альянс. Обе стороны заявили о своей победе, но по факту была ничья, так как ни одна из сторон не перешла в наступление развивая успех «победы».

Если война за океаном переходила в позиционную фазу, войска практически перестали носиться бешеными псовыми стаями по степи, строились укрепления и рылись окопы, то здесь в колониях она все еще имела маневренный характер с широким использованием кавалерии, и использовалось простое пороховое оружие, что армии метрополий себе позволить не могли из-за широкого применения установок Теслау из-за которых порох и другие взрывчатые вещества детонировали в радиусе создаваемого этими установками энергетического поля. Так что солдатам приходилось использовать громоздкие и тяжелые, не говоря уже о сложности обслуживания и использования системы вооружения — паровые винтовки, ведь даже карбидные попадали под воздействие установок стоило только привести их в боевое положение и начать выработку горючего газа. Оные использовали именно во время маневренной фазы войны.

Тем более что установками не столько воздействовали на врага, сколько прикрывали себя. Ведь дальнобойная артиллерия могла бить с дальней дистанции куда «детонирующее» поле не доставало, но вот снаряды, начиненные взрывчаткой, взрывались бы над головами своих войск не долетая до вражеских позиций. Так что обстрел если и велся, то болванками для динамического разрушения укреплений или для создания газовой завесы перед началом атаки. Но это было малоэффективно, тем более, что надо еще умудриться попасть в тот же пулеметный ДЗОТ или вражеские установки Теслау, дабы отключив свои, успеть засыпать противника фугасными снарядами… А попасть по установке тоже было непросто несмотря на их внушительные размеры, ведь они не стояли на месте, а передвигались вдоль фронта на железнодорожных платформах.

Ну а пока установки целы, опасность представляла только массированная бомбардировка с дирижаблей шрапнельными бомбами, что при падении с высоты в несколько километров подрывались входя в поле. Но этим дирижаблям еще требовалось добраться до вражеских позиций, что получалось очень редко и с большими потерями из-за активного противодействиями всеми возможными методами от открытия зенитного огня, до воздушных сражений между дирижаблями.

Ученые работали над новыми типами взрывчатки способные не обращать внимание на этот фактор, или не реагировать на поле так бурно, а с некоторой задержкой, чтобы у снаряда была возможность долететь до вражеских позиций, но пока получалось плохо. Либо страны держали результаты разработок в секрете, чтобы использовать свое ноу-хау в решающий момент.

Что до флота, то пока установки Теслау были весьма громоздки и потребляли такую прорву электрической энергии, что установить их даже на самый большой корабль, а главное запитать не представлялось возможным. Так что корабли перестреливались нормальными снарядами и пускали торпеды.

Кстати о торпедах.

Активность Олифии на заводах на которых выполнялись так же военные заказы не могла пройти мимо главы городского отделения СИБ, так что пришлось посвятить его в свои паны.

— Вы сами сказали, что с торпедным вооружением все очень плохо, потому мы вынуждены рассмотреть возможность изготовления необходимого боеприпаса самостоятельно имеющимися здесь ресурсами. Уважаемая Олифия Гисс отличный инженер-механик и талантливый изобретатель, потому мы верим в ее гений.

— Хм-м… очень интересно. Я хотел бы знать результаты испытаний. ВМФ колоний тоже сильно страдает от недостатка торпедного вооружения. Я уже молчу о том, что положительными результатами могут заинтересоваться в метрополии.

— Мы будем только рады оказать помощь Флоту в этом плане. Хорошо если бы они для испытаний подготовили мишень… Не по берегу же стрелять?

— Думаю с мишенями проблем больших не будет, хотя можно и по берегу, а еще лучше по айсбергам. Мне как раз сводка от разведки пришла о ледовой опасности. Так что я могу дать вам координаты ближайшего айсберга размером с корабль.

— Ну или так, — согласился Экскарт.

И вот спустя неделю Олифия позвала всех на премьеру в том числе прибыл Присвар инс Арсен от СИБ и представитель ВМФ, как потенциальный заказчик.

— Представляю вам свою разработку, новое слово в минно-торпедном вооружения, господа! — с радостью в голосе произнесла она, срывая с изделия брезентовую ткань.

— От скромности она не умрет, — проворчал кто-то из флотских.

Экскарт вообще мало что понимал в торпедах, как наверное и все прочие, кроме моряков. Ну, по его мнению это здоровенный цилиндр такой с винтом в хвосте… разве что небольшие крылышки-плавники смущали парня. Не помнил он такого на обычных торпедах. По крайней мере классических. А еще в носу, к тому же остроконечном, а не тупом имелась какая-то непонятная фиговинка. Подумал сначала, что это выступающий элемент детонатора, но быстро понял, что это не так.

Зато в торпедах понимал адмирал Кварн инс Тромн.

— Э-э… — протянул представитель ВМФ, подойдя к творению «очумелой ручки». — Что это собственно такое?

— Торпеда, сэр!

— А где винт? — заглянул он в хвост, точно под юбку.

— Нету, сэр!

— А как же тогда…

— За счет реактивной тяги, сэр!

— Реактивной? Как у ракеты что ли? — изумился старый адмирал, задрав брови высоко на лоб. — То-то я смотрю на сопло больше походит…

— В точку сэр! Это ракетная торпеда!

«Тогда понятно зачем нужны крылышки-плавники, — смекнул Экскарт. — У нормальной торпеды есть хвостовое оперение, но если там пламя…»

— Э-э…

Адмирал явно не знал как реагировать на подобную инновацию в сфере вооружения.

— А вот эта пимпчка зачем? — указал он на «фиговинку» в носу.

— За счет этого элемента господин адмирал в водной среде создается газовое облако по принципу холодного кипения и моя торпедная ракета не пробивается сквозь толщу воды, а словно летит в воздушном пространстве! Разве что хвост частично погружен в воду, но это уже не важно, нет того сопротивления на головную часть.

— Хм-м…

Экскарт где-то даже понимал смущение адмирала. Слишком уж революционную идею предложила Олифия Гисс. В общем лишний раз подтвердив свой статус «очумелой ручки».

— Гениально! — воскликнул Присвар инс Арсен и даже зааплодировал. — Ракета, летящая под водой! Это гениально!

— Благодарю, сэр! — буквально растаяла от похвалы Олифия.

— Как вы назвали свое творение, уважаемая?

— «Шквал», господин!

— Да, очень подходящее название, я бы даже сказал говорящее! Удивительно, как до такого решения не додумались раньше! Ведь просто же все! Как впрочем и все гениальное!

— Косность мышления… раз ракета, то под водой ей делать нечего.

— Скорее всего так и есть. Еще раз примите мои поздравления!

— Благодарю, сэр!

Маголекарь даже покосился на фонтанирующего восторгом сибовца, заподозрив того в попытке отбить любовницу.

В принципе конструкция и впрямь оказалась довольно простой, обычный ракетный двигатель на карбидной основе, какие используются теми же дельтапланеристами. Только торпеде не требовались свои запасы воды, кроме небольшого объема чтобы собственно запустить химическую реакцию выделения газа на первичный разгон. Дальше вступала в дело забортная вода.

— Посмотрим, как это еще будет летать… под водой, — с явным скепсисом проскрипел наконец пришедший в себя адмирал.

— Я верю в эту леди и уверен, что ракетная торпеда полетит!

И она полетела. Причем в прямом смысле этого слова, вылетела во время пуска из торпедного аппарата, нырнула на глубину, потом пошла вверх и взмыла в воздух… Как только она «высохла», то есть прекратилось поступление воды на карбидный реагент, двигатель заглох и ракетная-торпеда пролетев по параболе вновь нырнула в воду, где двигатель снова запустился и она пошла на глубину. И уже там на глубине подорвалась, ударившись о дно.

— Первый блин комом. Наверное, с гироскопом что-то… все-таки мне пришлось использовать доведенную до ума выбраковку, — с легким смущением пробормотала женщина-механик. — Это даже хорошо… поверье есть такое, что если с первого раза все пошло хорошо, то это на самом деле плохо закончится в дальнейшем… Стреляйте следующие…

Выстрелили. Благо всего для испытаний за неделю было изготовлено четыре штуки, как раз зарядить все носовые аппараты.

Бух!

Второй «шквал» выйдя из пусковой торпедной шахты и оставляя позади себя бурную дорожку из пузырьков унесся вперед на скорости в несколько раз превосходящей скорость винтовой торпеды.

Экскарт заметил, что Олифия скрестила пальцы, но торпеда шла на удивление идеально.

— Миля!

Парень, изучив вопрос с торпедами, чтобы не выглядеть совсем уж невежей, знал, что сейчас это предельное расстояние, что могут пройти торпеды классической конструкции. Да и попасть на такой дистанции можно только при помощи системы наведения, кою противник может при желании как-то обмануть и «отпугнуть» торпеду.

— Две мили! Ход идеальный и скорость только растет! — доложил наблюдатель на воздушном шаре, что прибыл вместе с представителем ВМФ на испытания и использующий мощную оптику. — Три мили! Ход прямой! Четыре! Горизонт!

Собственно торпеда больше была не видна уйдя за горизонт. Впрочем, стрелять на такие дистанции никто не собирался — напрасная трата боеприпаса так как попасть будет просто нереально. Корабль, даже очень крупный на таких дистанция просто точка. Опять же след от торпеды очень заметный и противник всегда успеет увернуться.

«Разве что можно долбануть залпом по длинному конвою, — подумал парень. — Авось да попадем хотя бы одной из всего залпа, а не попадем, так во время маневра уклонения сами между собой столкнутся…»

— А если систему наведения воткнуть, — закатил глаза в предвкушении Присвар инс Арсен, что позволил себе отвлечься от рутины по ловле шпионов и прочего вражеского элемента, выбравшись на эту «морскую прогулку».

Оставшиеся две ракетные торпеды «шквал» так же показали себя с лучшей стороны. Хотя четвертая перед тем как ударить в айсберг и взорваться, все же немного вильнула. Но учитывая, что изделие новое, «сырое», изготовлено из некондиционных деталей, это было в пределах дозволенного и изделие будет доведено до ума в кратчайшие сроки. Собственно, даже с такими недочетами их можно было использовать, тем более что выбора у них особого не имелось.

7

А не осталось выбора по той простой причине, что граф Эстар Сандор лер Маренонг обрезал финансирование, заблокировав банковские счета Трексара.

— То ли просто потерял терпение и вынуждает нас из-за финансового голода вернуться в империю, дескать подводную лодку мы отремонтировали, заправились и есть на чем безопасно вернуться самостоятельным ходом, то ли что-то заподозрил, — сказал адвокат. — Не удивлюсь, если скоро здесь появится человек твоего отца с мутными разговорами-воспоминаниями о прошлом.

— Контрольные вопросы на которые мог знать ответ только настоящий Трексар? — догадался Экскарт.

Рамони инс Лонг подтверждающе кивнул.

— Паршиво…

Собравшиеся несколько пригорюнились, понимая, что Экскарт с треском провалит проверку и тогда графу придется все рассказать от начала до конца, какое решение он в этом случае примет остается только гадать.

«Официально вряд ли объявит меня самозванцем — себе дороже выйдет, но вот устроить нам всем несчастный случай, тем более в условиях войны, это он запросто сможет. Дескать погибли вследствие вражеской диверсии», — подумал парень.

Остальные это тоже прекрасно понимали.

Потому им не осталось ничего другого, как дождавшись изготовления партии торпед и выйти на охоту в море. Что до «шквалов», то для их производства выделили целый завод. Очень уж они понравились морякам. Ну а как иначе, устаревшие корабли, медленные с малым радиусом действия и слабой артиллерией на канонерках и фрегатах до сих пор бронзовые пушкистоят, вооруженные такими ракето-торпедами превращались в грозную силу. Шутка ли, пулять ими до самого горизонта можно!

Так что не прошло и недели, как все формальности с оформлением патентов и заключением контрактов были завершены, изготовлен боезапас и «Пиранья» отправилась на свою первую охоту.

Шли не вслепую, примерный маршрут вражеских конвоев дал глава СИБ Первой колонии Присвар инс Арсен, сказав:

— Имперский флот сейчас весь плотно занят обороной побережья и городов от десанта, ну и охраной собственных конвоев от атак как из-под воды, так и с воздуха, не говоря уже классического нападения, так что для проведения рейдерских операций сил откровенно не хватает. Так что у вас есть все шансы на хороший улов, по крайней мере на первых порах вашей деятельности. Так что воспользуйтесь этим по максимуму.

— Для этого нам нужно, чтобы мы получали боеприпасы и топливо в море, дабы не возвращаться каждый раз после израсходования того и другого в Ормундо, — сказал Экскарт.

— С этим проблем не будет. Флот, как морской, так и воздушный обеспечит вас и тем и другим, я за этим прослежу…

Контроль СИБ в этом плане был совсем не лишним дабы исключить различные эксцессы и откровенный саботаж по крайней мере со стороны ВМФ. А то моряки, точнее адмирал, попытался отжать подводную лодку себе, а когда не получилось — сосватать на субмарину свой экипаж, напирая на то, что они любители, а любым делом должны заниматься именно профессионалы, но и здесь потерпел фиаско. Экскарт не собирался терпеть на борту чужих людей, что могут перехватить управление, а то и чего доброго «потерять» настоящих владельцев, списав их гибель на какой-нибудь несчастный случай.

Отчего такая настойчивость? Ну так адмирал не дурак и понимал, что такой совершенный подводный корабль, которому по факту нет аналогов в мире, покажет высокую эффективность. А кому приятно, что реальный результат даст каковой-то левый борт не находящийся у него в прямом подчинении? Это ведь позор. Официальный Флот ничего реально показать не может, а приблуды на своем корабле бьют врага в пух и прах. Награды пролетают мимо. Да и демоны бы с этими наградами, ведь так и до неудовольствия императора недалеко со всеми вытекающими…

Проблема ведь заключалась еще и в том, что в составе колониального флота вообще не было подводных лодок. Ну вот вообще ни одной единицы даже устаревших самых первых серий, крайне неудачных конструкционно и ненадежных, как результат прозванных самотопами. Да даже если бы таковые и были бы, то это ничего бы не изменило. Подводные лодки рассматривались как элемент береговой обороны, для создания этаких подводных засад, имели мизерный запас хода и долго под водой находиться не могли, так что не до рейдов по вражеским коммуникациям.

— Как и за тем, чтобы информация о вас не попала к врагам. Точнее о вас конечно узнают и быстро, сами ведь топить их будете, но с остальных сторон прикрою.

Экскарт понятливо кивнул. То, что они не будут каждый раз возвращаться в столицу Первой колонии и другие порты им очень выгодно в свете вероятного появления в Ормундо доверенного лица от графа. Дескать и рады бы пообщаться, да боевая обстановка такова, что не до пустых встреч, с врагами империи как истинному патриоту сражаться надо.

8

Зная примерное время прохода конвоя, а так же маршрут его следования, найти первую жертву для атаки не составило большого труда. Альянс в опаске, что империя все же изыщет резервы и выпустит несколько крейсеров порезвиться на морских коммуникациях формировал караваны транспортных судов и вел их под сопровождением линкора и пяти крейсеров. Правда конвоирование шло не до конца маршрута, а всего половину дистанции.

Можно конечно и до конца маршрута проводить, по крайней мере до момента «рассыпания», благо, что запаса топлива хватит для этого, особенно если иметь в своем составе топливозаправщик, но зачем? Ведь у потенциальных охотников этих самых топливозаправщиков нет, они будут сильно сковывать движение. Так что, подсчитав, примерную территорию возможной охоты имперских крейсеров в штабе ВМФ Альянса пришли к выводу, что сопровождать транспорты имеет только на половине маршрута до Амерона. И то это много, хватит и до трети, но решили подстраховаться.

Отпустив одни суда шедшие в колонии, боевые корабли приняли под охрану суда шедшие из Амерона и пошли назад.

Имелся еще колониальный флот, что мог встретить суда Альянса, но там все было печально. Устаревшие корабли хоть и были опасны для транспортов, но им еще нужно было сблизиться с ними на дистанцию выстрела. А вот с этим уже имелись проблемы, купцы вполне могли потягаться с ними скоростями и банально убежать. Ну и опять-таки радиус действия у старых боевых кораблей на угольном ходу был еще меньше и они могли действовать только в своих территориальных водах.

И даже если бы они воспользовались услугами плавучего угольного бункера, чтобы повысить свою дальность хода, то не стоит забывать о шпионах, что тут же засекут массовый выход кораблей и тут же сообщат кому надо. Так что старенькие корабли могли превратиться из охотников в жертв, если эскадра сопровождения продолжит охранять транспорты до самого Амерона.

В этом караване шло двадцать два транспорта, на шесть больше, чем они могли утопить, даже если бы на одно судно хватило бы одной торпеды. Но проблема заключалась в том, что одной торпеды точно не хватит, нужно минимум две, а лучше три. Да и вероятность попадания последующими залпами значительно снизится из-за отчаянных маневров бросившихся в рассыпную судов.

— Первую атаку сделаем максимально громкой, — предложил Экскарт. — Повредим столько, сколько сможем пока они идут гуськом, потом такого шанса не представится и они сразу после того, как корабли сопровождения их оставят, начнут разбегаться. А потом уже добьем.

С этим предложением никто спорить не стал и вот они эти транспорты все еще идут один за другим в то время как дымы боевых кораблей конвоя со своими новыми подопечными в количестве двенадцати пароходов (далеко не все по тем или иным причинам хотели пользоваться охраной и ходили на свой страх и риск самолстоятельно) давно скрылись за горизонтом. Использовать насадки поглощающие дым они видимо не считали нужным. Ну да, не боевая ведь операция, так зачем извращаться со скрытностью?

Для гарантии конвой охотники сопровождали еще полсуток (вечер и ночь), чтобы боевые корабли даже услышав виз о нападении просто не успели бы прибыть на помощь.

И вот «Пиранья» на рассвете, заняв выгодную позицию, изготовилась к атаке.

— Торпедные аппараты товсь!

— Готовы!

Несмотря на войну разведка СИБ все же имела возможность узнать в каком транспорте какой груз и Присвар инс Арсен поделился этой информацией с охотниками. Оно и понятно, зачем топить транспорт груженый в основном тряпками то бишь формой и прочим малозначимым грузом? Лучше топить суда с тем, что может принести проблемы. Например, со снарядами.

Вот на такой транспорт, везущий снаряды, «Пиранья» и навелась. Брать на абордаж это судно не имело большого смысла. Во-первых, там была большая команда и надо думать хорошо вооруженная, так что просто так не сдадутся, а во-вторых, груз этих снарядов для армии империи был просто бесполезен из-за разной системы используемых калибров пушек. Разве что на переплавку? Но так проблем с металлолом у имперских колоний нет, да и мороки с выемкой взрывчатки много.

Поскольку надежность «шквалов» все еще оставалась под вопросом, то решили выстрелить винтовыми торпедами, чтобы уж наверняка.

— Что им мешало заранее и малыми партиями завезти боеприпасы? — недоумевал Экскарт. — А теперь так рисковать…

— Ну, наша разведка тоже зря хлеб не ест и засекли бы такие поставки, — сказал адвокат. — И как следствие всполошились бы раньше времени.

Тем временем жертва вошла в зону поражения.

— Первый аппарат — пуск!

— Есть пуск!

«Пиранья» чуть вздрогнула в момент выхода торпеды из шахты.

Экскарт начал доворачивать маневровыми двигателями субипину наводя на другие корабли в караване.

— Второй — пуск! Третий — пуск! Четвертый — пуск! Перезарядка.

Четыре торпеды устремились к другим целям.

Пока шла перезарядка шахт новыми ракето-торпедами комсостав наблюдал за развитием первой атаки. Надо отдать должное, атаку заметили своевременно и начали противоторпедный маневр. Увы, судно было большим, тяжелогруженым и маневр получился откровенно медленным. Но и он мог бы получиться если бы не тот фактор, что стреляли с минимально допустимой дистанции, так что времени на реагирование у жертвы почти не было.

Бах!

Первая торпеда врезалась в главную цель.

Бах!

Вторая торпеда так же нашла свою цель.

А вот вторая третья торпеда прошла мимо. Транспорт успел отвернуть.

На четвертом пароходе кажется служили какие-то тормоза, потому как ничего не сделали и закономерно получили свою торпеду.

Бах!

— Перезарядка завершена!

И снова выстрелы. Две торпеды в главную цель и по одной по ранее торпедированным.

Ни один «шквал» не прошел мимо.

Ба-бах! Бах! Бах!

Поднялись высокие султаны взрывов.

Баб-бабах!!!

Внутренний взрыв буквально разломил судно пополам. В воздух взлетел груз и стал осыпаться градом вокруг.

— Срочное погружение!!!

Ба-бах! Раздался еще один мощный взрыв, взметнувший в воздух еще кучу взрывоопасного груза.

«Пиранья» стала резко уходить на глубину, чтобы не получить неприятных подарков. Снаряды наверняка везли без вкрученных взрывателей, как собственно и полагается, но взрывчатка могла детонировать и при сильном ударе.

Увидев такой фейерверк, остальные суда начали быстро разбегаться врассыпную словно тараканы от тапка. При этом два ближайших транспортника, что шли впереди и сзади подбитого и стремительно идущего ко дну, пострадали как от ударной волны, так от прилетевших в их борта и на палубу снарядов, что при ударе частично взорвались вызывая разрушения и провоцируя пожары.

Еще два ранее подбитых судна медленно тонули.

— Всплываем…

«Пиранья» снова всплыла на оптимальную для стрельбы торпедами глубину.

— Торпедный отсек! Все торпедные аппараты заряжены! — раздался голос командира торпедного отсека.

— Отлично!

Транспорты разбегались во все стороны совершая противоторпедные маневры и от обычных винтовых торпед они были вполне действенны, тут еще свое слово могли сказать пулеметные расчеты и подбить торпеду… Но вот против «шквалов» все эти ужимки были уже не столь эффективны.

Экскарт вывел свою субмарину на очередную цель, что так же везла снаряды.

— Первый аппарат — пуск! Второй — пуск!

Подводная лодка дважды вздрогнула «выплевывая» «шквалы» и ракетные торпеды умчались вперед. Они были столь быстры, да и дистанция все еще была небольшой, так что пароход просто не мог успеть довернуть, как получил два удара в левый борт.

И снова раздался сильный внутренний взрыв расколовший судно и разбросавший снаряды.

Доворот на новую цель…

— Третий аппарат — пуск! Четвертый — пуск!

На этот раз одна торпеда прошла мимо. То ли маневр все-таки помог, то ли сама торпеда оказалась с дефектом и вильнула в сторону, но один взрыв все же прозвучал и транспорт лишившись двух гребных колес по левому борту, и получив пробоину начал выписывать неуправляемую циркуляцию.

— Перезарядка!

9

Пока экипаж запихивал в шахты новые торпеды субмарина в надводном положении на всех парах бросилась в погоню за очередным транспортным судном, что, как и все прочие, нещадно дымя пытался оторваться от глубинного хищника.

Этот и еще два судна после торпедных атак «Пираньи» пошли на дно.

В шахтах осталось два «шквала», этакий резерв на случай неприятностей, хотя они могли потопить еще один транспорт, но для этого пришлось бы слишком долго гнаться за жертвой. Догнать-то они могли, но потопив еще одно судно, охотники в этом случае оставались с пустыми руками, беглецы окончательно разбегутся и их уже будет не догнать.

— Пора заполучить трофеи…

К сумеркам «Пиранья» догнала один из выбранных в качестве добычи четырехколесный трехтрубный пароход довольно свежей постройки. Ведь в качестве приза выступал не только груз, но и сам транспорт, так зачем брать развалюху?

Субмарина встала на параллельный курс и всплыла. Артиллеристы быстро установили пушку, вытащили ящик снарядов и дали выстрел под нос беглецу подняв красноречивый фонтан воды. Сигнальщик отмигал световым аппаратом требование остановиться и принять досмотровую команду иначе обещали утопить, раз уж по радио комсостав не пожелал общаться. Световые вспышки проигнорировать они уже не могли.

— Надеюсь обойдется без глупостей с их стороны… — пробормотал Экскарт.

На палубе судна в бинокль было видно много вооруженного народу.

— Еще и пулемет ставят… Сторм! — обратился парень к своему телохранителю. — Что-то они плохо понимают, пулемет ставят, дай им понять, что они это зря…

— Сам хотел предложить, — хмыкнул в ответ он с хищной улыбкой.

Секунда и раздалась длинная пулеметная очередь. Крупнокалиберные пули смели с палубы часть матросов, издырявили надстройку и уничтожили пулемётную позицию.

— Вот так всегда, — сокрушался Экскарт, глядя на ответные световые вспышки. — Никто не хочет понимать по-хорошему. Всегда нужно довести до применения силы.

Приближаться борт к борту Экскарт все равно не рискнул. Мало ли что там у капитана в башке замкнет и он пойдет на еще какую-нибудь глупость и попытается повредить субмарину, да хотя бы швырнув с борта ящик, даже несколько, со взрывчаткой. Так что к пароходу отправились две надувные лодки с пятнадцатью абордажниками на каждой.

На веслах было бы слишком долго, потому рулевой просто опустил за борт на специальном подвесе реактивный карбидный двигатель — очередное изобретение Олифии Гисс (по сути, уменьшенный вариант ракетного движка от «шквала») и лодки набрав скорость резво поскакали по волнам.

Проблем с захватом судна не возникло. Экипаж, получив хорошую трепку и не желая повторения оной, сам спустил штормтрап и абордажники быстро с удобствами поднялись на борт и взяли пароход под свой полный контроль.

Сигнальщик от абордажников сообщив, что дело сделано, так же дал понять, что они нашли в грузовом трюме не совсем то, что ожидали.

Так по наводке главы ормундского СИБ на этом судне должно было находиться стрелковое вооружение и боеприпасы к нему. Хороший трофей, что всегда в цене.

В общем-то там действительно оказались винтовки, но не те, что ожидали. По документам перевозили полуавтоматические пороховые «галилы», а на деле…

— Там винтовки-паровики…

Это вызвало недоумение. Столь сложное, габаритное, тяжелое и неудобное в использовании вооружение в колониях популярностью совсем не пользовалось. Оно нужно было там, где массово применялись установки Теслау.

Так-то эти установки на Амероне имелись у всех крупных игроков и защищали они в основном города. Но ситуация быстро стала такой, что включать их для своей защиты стало себе дороже, произойдёт массовая детонация пороховых боеприпасов и прочей взрывчатки.

Но если собственные запасы можно было как-то экранировать или просто вывезти за город, то кто даст гарантию, что враг готовившийся к войне не один месяц, а может даже и год, не завез в города некоторые запасы взрывчатки и не заложил их в самых интересных местах? Да просто заложить немного взрывчатки где-нибудь на чердаке с емкостью какой-нибудь горючки и пожар после взрыва обеспечен. Так что стоит только включить установку Теслау и весь город взлетит на воздух.

Потому оборонятся лучше пороховым оружием.

Подозрительности добавляла именно подмена одних винтовок другими с попыткой замести следы фальшивыми накладными.

«Словно в расчете на то, что имперские агенты могут иметь доступ к документации, вот и подсунули фальшивку», — подумал Экскарт.

Поверить в то, что произошла ошибка с погрузкой не на тот пароход он не мог.

— Просто так это на Амерон не повезли бы, — сказал Экскарт. — А значит, это что-то да значит… Вот только что?

Правда, что это могло бы значить единого мнения не возникло.

— Хотят перейти к жесткой обороне под защиту установок Теслау? — предположила Сицилия.

— Они вроде не исчерпали наступательный потенциал, — сказал адвокат. — Пятая колония держится из последних сил…

— Ну, на Пятую колонию их сил скорее всего хватит и мы ее скоро потеряем. А вот дальше… чтобы мы не отбили ее после перегруппировки и концентрации сил своим пороховым оружием нужно установить линию обороны под прикрытием энергополя…

— Вполне может быть, — кивнув, согласился Рамони инс Лонг.

— Ладно, нечего попусту гадать, пусть этим занимаются те, кому по должности положено, а именно в СИБ, — сказал Экскарт.

Оставив полтора десятка абордажной команды на призе Экскарт решил прихватить еще какое-нибудь судно раз уж удача им улыбалась во все тридцать два зуба, но увы, беглецы насилуя двигатели выведя их на запредельный режим работы и рискуя сломаться, уходили на максимальной скорости, так что их стало не догнать, а портом и не найти.

Но помимо борьбы с транспортами везущие военные грузы и прочее, что так же могло быть использовано на войне, им предписывалось терзать рыболовный флот противника, чем «Пиранья» и занялась на следующий день, потопив шесть парусных шхун. Они всплывали перед судном, приказывали экипажу сесть в шлюпки, а потом расстреливали парусное корыто из пушки или пулемета если на лоханку было жалко тратить снаряды.

Разгром конвоя транспортных судов и трепка рыболовного флота не могла остаться незамеченной и над морем в районе охоты подлодки вскоре появились вражеские дирижабли. И теперь уже «Пиранье» пришлось спасаться бегством, чтобы не попасть под бомбовый удар.

10

«Пиранья» приняв в точке рандеву с плавбазой груз топлива и торпед еще две недели резвилась в территориальных водах Альянса, но трофеев больше не было. Просто топили рыбацкие шхуны, появляясь то тут, то там, так что ни морской флот противника, ни воздушный не успевал настигнуть подлодку и покарать за учиненный беспредел. Однажды ночью подобрались к городу на побережье и воспользовавшись безалаберностью противника все еще не осознавших подводную угрозу, сделали два залпа, потопив несколько пароходов находящихся под погрузкой или выгрузкой и учинив сильный пожар.

В какой-то момент море вымерло, либо появлялись лишь небольшие лодочки деревенских рыбаков и то ввиду берега, но на них жалко было тратить даже пулеметной очередь. Посеяв страх и ужас, «Пиранья» вернулась в порт приписки, экипажу требовалось дать отдых после почти месячного нахождения в море. Опять же исчерпали топливные запасы топливозаправщика.

Ну и совсем уж зарываться не стоило, от дирижаблей в небе стало не протолкнуться, казалось противник поднял в воздух все что только могло летать, вплоть до обычный воздушных шаров. Пытались на «Пиранью» на раннем этапе охотиться и морские военные корабли, но после потопления одного эсминца, причем всего одной торпедой, они тоже попрятались в своих портах.

А вот со сбытом трофеев возникли некоторые трудности. Если пароход без вопросов забрал на свои нужды Флот, выкупив четвертую часть трофея, что по закону принадлежала его захватившему (тут как в ситуации с нашедшим клад, государство себя не обижало), то Армия от паровых винтовок только морщила нос и словно нехотя забрав свою долю, выкупать оставшееся две с половиной тысячи единиц не спешила. Хотя поначалу и от своей доли пыталась отбиться в счет будущих более ликвидных трофеев, но тут уже адвокат постарался, дескать закон есть закон, берите свою долю и делайте с ней что хотите, хоть на свалку выкиньте. Пришлось арендовать склад у тех же армейцев и хранить остатки трофея, как свою собственность.

— Да, странная ситуация с этими винтовками, — согласился ормундский глава СИБ Присвар инс Арсен с задумчивым видом, после того как получил доклад. — Противник явно что-то задумал иначе не стал бы заниматься такой махинацией с подменой данных.

— Как вы считаете, что они могли задумать?

— Да все что угодно!

— Если навскидку?

— Как правило в таких случаях проводится целый комплекс мероприятий и пытаются добиться сразу нескольких целей тактического и стратегического плана. Мне видится, что на тактическом уровне это попытка выявить наших агентов, как в метрополии, так и здесь на Амероне, а на стратегическом… нет, не понимаю… Здесь подобное оружие практически бесполезно. Настораживает еще то, что у наших врагов не так уж и хорошо с вооружением, едва-едва удовлетворяют потребности своих армий и тут вместо того, чтобы создать резерв на случай неизбежных потерь, они отправляют его в колонии… Зачем? В общем странно все и тревожно.

— Да, действительно, — согласился Экскарт. — А как там вообще ситуация?

— Стабилизировалась, — поморщился глава СИБ Первой колонии. — То и дело нами проводятся атаки, но развить их не получается. Как собственно и у них. В общем получается такой кровавый маятник, то мы отобьем у них окопы, то они выбивают нас из них и пытаюсь захватить наши позиции…

— Да уж… представляю…

— А вот у нас, пока вы пиратствовали в море, дела откровенно не задались. Пятая колония практически потеряна. Пока удерживаем столицу, но это уже агония и главное, что ничем помочь невозможно. Просто не успеем. Да и обнажать другие направления нельзя… войск не хватает.

— Хм-м…

— Что?! — тут же отреагировал Присвар Тауф инс Арсен на задумчивый вид Экскарта, почувствовав своим профессиональным чутьем, что в его голову пришла какая-то идея.

— Да даже не знаю…

— Говорите, может ваше мнение и не слишком ценно и оригинально, но может и наоборот…

— Я конечно не великий стратег… но в общем мне сейчас пришла в голову мысль, что если Альянсу не так уж и нужна победа именно в метрополии?

— Хм-м… интересный заход. Оригинальный даже. Продолжайте…

— Империя на своей исконной земле сильна и мобилизовав все ресурсы сможет всегда отбить отнятое у нее, если конечно не случится совсем уж чего-то запредельно катастрофического, что разрушит ее изнутри.

Глава ормундского СИБ снова поощрительно кивнул.

— Так-так…

— Внутренние деструктивные процессы есть и их противник естественно поддерживает, стараясь держать империю в напряжении в дополнение к внешнему давлению. Но мне представляется сомнительным, что Альянс всерьез рассчитывает свалить империю таким образом.

— То есть вы хотите сказать…

— Что война в метрополии это лишь отвлечение внимание от дел в колониях, — кивнул Экскарт. — Серьезное такое отвлечение внимания, даже пытаются создать впечатление, что война в колониях это лишь отголоски основной войны на главном поле боя, и большого значения не имеют. Но что ели все наоборот и главная цель войны — это захват наших колоний на Амероне? Тогда поставка паровых винтовок при некоторых обстоятельствах начинает играть совсем другими красками. Ведь мы не знаем, сколько таких поставок уже было и сколько еще планируется. Поверить в то, что это разовая поставка и мы на нее нарвались лично мне сложно.

— Это смелое предположение, очень смелое… — выдавил из себя после короткой паузы Присвар инс Арсен. — И чем больше я над ним думаю, тем сильнее мне кажется, что оно очень близко к истине. Но если это так, то дела наши плохи… Беда еще в том, что наши генералы вряд ли с ней согласятся. У них сейчас на фронтах так «жарко», что не до пристального анализа ситуации за океаном. И значит в принципе не станут выделять нам сколько-нибудь значимых ресурсов для отражения угрозы, решив, что отобьют все назад после победы на главном фронте…

— Могут не отбить?

— Что-то отобьют, это несомненно, но вот какой ценой?

— Что вы имеете ввиду?

— Да взять ситуацию с Шестой колонией например, — скривился глава ормундского отделения СИБ. — Ни для кого не секрет, что новые колонии заселяются в основном контингентом сомнительного качества… проще говоря отбросами.

Экакрт понятливо кивнул. В общем собирались бродяги, спихивался туда и откровенный криминалитет, когда заключение на малый срок заменялось отправкой в колонию, в общем сбрасывался человеческий мусор. Так что нечего удивляться тому, что они становились проблемой. Но если раньше эту проблему удавалось в конечном итоге нивелировать, но на этот раз, судя по всему, рецепт утилизации и переработки человеческой массы не сработал.

— В общем видимо с ними хорошо поработали, хотя вряд ли эмиссарам противника пришлось так уж сильно стараться… и там, как нигде сильна идея независимости и образования суверенного государства, — продолжил Присвар Тауф инс Арсен. — Стоит нам отступить, и они его провозгласят. Надо ли говорить, что государства Альянса с радостью их признают, наладят дпотношения и конечно же помогут в военном плане, чтобы империи было на что отвлечься после войны. Но и это не главное и плохое…

— А что?

— Подобные идеи витают в Четвертой и Третьей колонии пусть и в меньшей степени, но… сами понимаете, если будет иметься удачный пример и провести грамотную компанию, кого-то переманить подкупом на свою сторону, то получить нужный нашим врагам результат можно, пусть для этого придется развязать там гражданскую войну, им все в масть…

— Да уж…

11

Неизвестно как убеждал армейское командование явно встревоженный ситуацией глава ормундского СИБ, но через три дня интенданты выкупили оставшиеся паровые винтовки. Могли наверное и еще помариновать владельцев, дескать никуда не денутся с подводной лодки, не тот товар. Но видимо Присвар Тауф инс Арсен хотел поддержать с владельцами подводной лодки хорошие отношения, так что нажал на кого надо. Благо компромат на таких деятелей всегда в достатке, и казначейство расщедрилось причем на полную цену, даже не пытаясь крутить по своему обыкновению всякие хитрые комбинации, дабы и заплатить меньше получив за это поощрение от командования и себя при этом не забыть финансово.

Благодаря этим деньгам удалось взять в аренду большое поместье для отдыха вдали от города, не задействовав средства из заначки. Место выбрали вдали от Ормундо в хорошо просматриваемой долине, так чтобы к дому трудно было подобраться незамеченным, из-за опасности покушения агентов противника. Ведь выяснить кто так хорошо потрепал их торговый караван, а потом еще долго резвился в водах, им все-таки не составит большого труда, ну и чтобы не допустить подобного в дальнейшем наверняка постараются ликвидировать угрозу и сделать это на берегу легче чем выловить в океане.

Поместье же, что трудно было сделать в городе, даже приобретя дом, можно было хорошо укрепить вплоть до установки легкой артиллерии не говоря уже о пулеметных гнездах, подготовить периметр банально его заминировав, и нанять дополнительную охрану, чем и занялся Рамони инс Лонг на пару с телохранителем. Вот они и наняли дополнительно двадцать человек из тех, кого в армию уже не берут по возрасту, но еще относительно крепких бойцов пригодных для несения гарнизонной службы. Опять же маголекарь Менлинр инс Ханк их довел до кондиции своими микстурами, так что они обрели резвость молодых… до такой степени, что по бабам снова захотели.

И стоило им только обосноваться в поместье, как заявился человек от графа.

Понимая, что его появление неизбежно, а отказ от встречи равносильно признанию в своей фальшивости со всеми вытекающими… но и встречаться тоже обеспечить себе провал, Экскарт как-то поинтересовался у маголекаря:

— А можем мы ему устроить какую-нибудь каверзу?

— Например?

— Сделаешь ему какой-нибудь состав, что вольем в него насильно, а потом убедим, что разговор состоялся и он получил все необходимые ответы.

— Не поможет, даже если бы я смог сделать что-то подобное.

— Почему?

— Потому, что он наверняка будет вести голосовую запись для графа.

— Тогда выбьем из него необходимые ответы на все вопросы которые он намеревался задать и я отвечу на них как надо! — скорректировал план Экскарт.

— Повторяю, вряд ли у меня получится… Не стоит думать, что граф не предусмотрел такого варианта развития событий и значит его человек как минимум защищен от подобного воздействия.

— Не говоря уже о том, что он может просто не знать этих ответов, — добавил телохранитель. — Просто задаст вопросы, а анализировать ответы станет уже лично граф.

— Скорее всего так оно и будет, — согласился адвокат.

— Проклятье…

— Неужели совсем ничего нельзя сделать? — спросила Сицилия.

— Увы…

— Устроим им несчастный случай? — вопросом предложил Сторм эф Монс. — Бандитов развелось в последнее время просто страсть. Революционеры всякие…

— А смысл? — поморщился адвокат. — Это только лишь отсрочка неизбежного. Да и не поверит граф в такой поворот событий, а значит и ответ его будет предельно жестким.

— Тогда что? — спросил Экскарт.

— Ничего, — сказал Рамони инс Лонг. — Встречаем эмиссара, ты с ним разговариваешь как ни в чем ни бывало и он уезжает.

— И граф узнает, что я фальшивка.

— И граф узнает, что ты фальшивка, — кивая, повторил адвокат. — Вопрос в том, какие именно меры он предпримет. Как мы все понимаем, огласка того, что ты не Трексар, ему не нужна.

— Что он предпримет?

— А сам как думаешь?

— Не знаю. Может убить…

— Слишком радикально и ненадежно, может возникнуть шум, случайности в таких делах неизбежны, — отрицательно качнул головой адвокат. — К тому же может пострадать Сицилия, а этого Басканы графу не простят и отомстят.

— А он-то тут причем? Напали какие-то бандиты или даже наймиты Альянса…

— Ну, он может предполагать, что мы после прибытия его человека можем установить мину замедленного действия в виде классического сообщения «В моей смерти прошу винить…», что взорвется после твоей смерти.

— Да, тогда убивать ему меня станет опасно, — с облегчением согласился Экскарт. — Более того, он наоборот нас будет пытаться защитить, чтобы ему не прилетело рикошетом.

— Именно. А где лучше всего тебя защищать?

— В своем родовом поместье… То есть он нас постарается похитить?

— Я бы поставил именно на этот вариант, — кивнул Рамони инс Лонг. — Мягкий захват с использованием не летального оружия.

Парень невольно содрогнулся представив, что его ждет в плену у графа. Вряд ли садистские пытки, хотя кто этого графа знает учитывая, что его средний сынок стал маньяком, но клетку ему обеспечат из которой будут вынимать по мере надобности хорошенько промыв мозги.

«Или поступит еще более радикально, — подумал он. — Дескать несчастный случай, получил травму и с Басканами вроде как ссориться причины нет. Правда еще нужно будет повлиять на Сицилию, чтобы она не разболтала все родителям… Но думают они и на этот случай подготовились».

Конечно, все могло быть не так сурово и граф вполне мог пойти по мягкому варианту, ведь Экскарт все-таки его сын, пусть и бастард, а значит могли договориться полюбовно из принципа «кровь не водица», но парень предпочитал исходить из худшего. Все-таки Эстар Сандор лер Маренонг не показался ему сентиментальным человеком, ну вот ни капли, другие во главе рода долга не держатся. Не пощадит родную кровь, тем более бастардную…

Чтобы не выглядеть бледно, и беспомощно не бекать и не мекать делая вид, что тут помню, а тут не помню выдумывая для этого какие-то байки, Экскарт решил взять ситуацию в свои руки и фигурально говоря, перейти в наступление, что как известно лучший способ обороны.

— Уважаемый Сайрус Ванг, — обратился он к человеку графа, что прибыл в сопровождении дюжины бойцов из графской дружины, и с саквояжем в котором действительно оказалось записывающее устройство с чистыми пластинками. — Сейчас я буду рассказывать вещи составляющие родовую тайну, так что вам лучше покинуть сию комнату дабы по приезду граф не ликвидировал вас, как ненужного и опасного свидетеля.

— Я верный слуга сэра…

Парень только махнул рукой и в слугу графа впился дротик с сильным снотворным коим выстрелил телохранитель.

Включив устройство, даже Олифию звать не пришлось в помощь, Экскарт заговорил, по сути стал зачитывать заранее заготовленную речь:

— Здравствуйте папа… позвольте мне все же называть вас именно так, тем более что я действительно ваш сын, что подтвердил ваш перстень-артефакт и дух хранитель, пусть и бастард. Что до Трексара, чью роль вынужден играть в силу некоторых обстоятельств, то…

В общем Экскарт рассказал графу всю историю, что случилась, как с самим Трексаром, так и свою. Пластинок едва хватило, тем более, что говорил не только он, но и остальные.

— …Вот такие дела, папа. С нетерпением жду вашего решения. Ваш… э-э… сын.

«Любящий» парень решил не произносить. И так получилось слишком уж… просто слишком, учитывая разницу в положении. Как бы граф не принял это за тонкую издевку, что чревато. Хотя не без того, не удержался парень от некоторой вольности с подковырками.

— Ну вот и все, — выдохнул он, остановив запись. — Теперь нам действительно остается ждать ответа и гадать над тем, каким он будет.

Хотя, чтобы он не получился слишком уж жестким, Экскарт все-таки дал намек на то, что оставит несколько закладок на тот случай если вдруг скоропостижно скончается, хоть и сделал уступку в том отношении, что она не сработает в случае его гибели вместе с подводной лодкой. Война есть война и на ней случаются гибнут. Ну а если все же его убьют на суше, то что ж, не повезло — судьба.

12

— Дорогая, будет лучше, если ты на этот раз останешься в поместье, — сказал Экскарт, погладив жену по животу, показывая тем самым, что в курсе ее положения, которое она отчего-то старалась скрыть.

Еще на подлодке ее стало тошнить, при этом микстуры маголекаря ей не сильно помогали. Оно и понятно, причина тошноты совсем иная. На берегу после нескольких дней затишья тошнота у нее возобновилась. Снова пошли отговорки, что это из-за еды, дескать отравилась, но тут уже не требовалось быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что к чему. Да и пристрастия в еде появились странные. В общем классика.

— Нет.

— Но…

— Нет.

— Я не могу и не хочу тобой рисковать в конце концов, в любой момент нас могут потопить! Это в лучшем случае! А могут ведь и в плен взять, и тогда даже страшно представить, что они будут с нами вытворять, после того, что мы им сделали!

— Можно подумать на берегу мне безопаснее, — фыркнула Сицилия совершенно не отреагировав на описанные ужасы. — Как бы не наоборот. Так что лучше я на субмарине с вами буду. Как там в брачной клятве… в горе и радости…

Экскарт вынужден был согласиться.

— Чего тогда не сказала?

— Вот из-за такого разговора…

— Понятно, — вздохнул парень. — Что, в горе и радости и в один день…

— Вот именно!

В общем спровадив человека от графа и дождавшись, когда команда нагуляется в кабаках и публичных домах, сбрасывая проституткам свою долю от трофеев, женатых среди членов экипажа оказалось немного, «Пиранья» вышла в новый поход. Как раз должен был подойти новый конвой.

Глава ормундского СИБ вновь снабдил Экскарта разведанными относительно того какой корабль какой груз везет, чтобы выбрать самое ценное для захвата и потопления ненужного, но опасного для армии имперских колоний.

В поместье остался адвокат Рамони инс Лонг. В море его профессия была совсем не нужна. А на берегу он как раз мог очень сильно пригодиться, ведя все хозяйственные и юридические дела отряда получившего одноименное название с субмариной. Ну и просто для связи на непредвиденные ситуации. Опять же сотрудничество с СИБ это хорошо и ценно, но они всегда ведут свою игру, рассматривая всех остальных как свои пешки, так что собственные независимые источники информации не помешают, потому он оставался еще и для того, чтобы по возможности создать свою сеть информаторов.

Только эта охота грозила закончиться даже не начавшись. Ну или пройти совсем по другому сценарию и из охотника самим превратиться в петляющую дичь.

— Дирижабль на горизонте! — поступил доклад от наблюдателя.

Это было неприятно, но вполне ожидаемо после того разгрома, что они учинили в прошлый раз. Противник не мог не отреагировать и не попытаться обезопасить себя задействовав дополнительные силы как ВМФ так и ВВФ.

— Боевая тревога! Приготовиться к погружению! — тут же отреагировал Экскарт.

Если его наблюдатель засек воздушный корабль, то значит и они могли его зафиксировать, точнее след на воде, что субмарина оставляла за собой. А то, что никак до сих пор не отреагировали и не кинулись в атаку, так может хитрость такая и сейчас сюда спешат все, кто способен вести охоту на субмарину.

«Пиранья», заглушив паровой двигатель, быстро погрузилась, уходя на максимальную глубину, так что заскрипела от натуги обшивка и сменила курс. Через час курс снова сменили, а потом еще раз. Через три часа хода субмарина легла на дно и затаилась. Если от дирижаблей они наверняка скрылись, то специальные охотники за подлодками из состава ВМФ могли засечь ее шум.

Но нет, час проходил за часом, а никаких признаков того, что они обнаружены не было. Скорее обитатели «Пираньи» первыми бы узнали о приближении в район своего залегания вражеских кораблей просто за счет более совершенного оборудования обнаружения, что даже в пассивном режиме сканирования было эффективнее активных методов поиска по крайней мере тех корабельных систем, что сплавлялись в колони ведущими державами.

Прошло еще два часа томительного ожидания. Экскарт явно перестраховывался, может быть из-за присутствия на борту беременной жены не желая подвергать ее риску. Но вот на поверхности наступила ночь, да и лежать долго нельзя из-за того, что конвой пройдет мимо, так что он все же вынужден был отдать приказ на всплытие.

— Вседержатель сегодня явно на нашей стороне! — радостно воскликнул парень, когда субмарина всплыла и ее начало ощутимо болтать на волнах. — Запустить паровую машину!

Да, океан штормило. Не сильно, кораблям такие волны по большому счету не помеха, а вот дирижабельной группировке пришлось уйти к берегу и вставать на прикол. Либо подниматься совсем уж в вышину, где возможно ветер не столь крепок. Но что они оттуда увидят, если небо затянули низкие насыщенные электричеством облака?

— Полный вперед!

«Пиранья» устремилась в погоню за конвоем, что на всех парах спешил к материку.

Выматывающая погоня в условиях усиливающегося шторма длилась всю ночь. Сицилия окончательно слегла, благо Менлир инс Ханк сварганил ей очередную микстуру учитывавшую ее новое состояние и она не мучилась, просто погрузившись в глубокий сон.

Наконец наблюдатель доложил о дымах. Сами дымы на темном фоне он еще не видел, это только на востоке начало светать, а на западе все еще царила темень, но помогла мощная оптическая система с линзой воспринимающей инфракрасный свет. Вот еще одна причина почему стоило использовать фильтрующие насадки на дымовые трубы, дольше бы остались незамеченными, а там глядишь успели бы добраться до берега или на худой конец прилетели бы на подмогу дирижабли, ведь шторм к утру стал постепенно стихать…

«Пиранья» скорректировала курс, вошла точно в кильватер каравана. Там ее судя по всему не ждали. Корабли охранения шли на флангах. Но вот с ними что-то надо было делать, потому как стоит даже всего парочке их остаться в заслоне и субмарине может стать не сладко, скорее даже сильно горько.

— Попробуем их разогнать и смешаться, — сказал Экскарт, — Боевая тревога! Торпедный отсек! Приготовиться к полному залпу! Торпеды во второй режим хода!

— Есть приготовиться к полному залпу! Торпеды во второй режим хода!

Олифия Гисс смогла модернизировать «шквалы» и теперь они могли нестись под водой в ракетном режиме не только строго по прямой, но и зигзагом, это собственно и был второй режим хода.

— Торпедный отсек! Залп!

— Есть залп!

Торпеды с секундной задержкой выскочили из торпедных аппаратов и устремились к цели при этом вскоре начав расходиться в стороны.

В таком режиме при стрельбе залпом существовала не маленькая вероятность того, что торпеды столкнутся между собой на сходящихся курсах ведь у каждой своя амплитуда. Чтобы этого не случилось им задали разную глубину хода, но в условиях шторма это не панацея, волны могли сбить направление и глубину.

Сразу после залпа Экскарт сделал правый поворот, чтобы пройдя по дуге и выйти на более удобный ракурс последующей стрельбы.

Вообще он готов был к тому, что ни одна торпеда не попадет в цель, все-таки дистанция между кораблями чувствительная и «шквалы» могли пройти в эти зазоры. Но видимо Вседержатель в этот день действительно был на стороне охотников…

Бу-бум! Бум! Бум!

Один за другим раздалось три взрыва, что зафиксировала акустическая аппаратура, а так же подтвердил наблюдатель, засекший три огненных вспышки.

— Всего один промах! — восхитился парень результативностью залпа.

Правда потом выяснилось, что попали всего дважды. А первый взрыв, что показался ему каким-то подозрительным, приняв за детонацию взрывоопасного груза, явился следствием столкновения торпед.

Но и два попаданий, в транспорт и боевой корабль, сделали свое дело, среди транспортных судов началась паника. Они развалили строй смешавшись с боевыми кораблями, мешая им выполнять свою работу, перекрывая сектора обстрела.

13

Надо отдать командиру конвоя должное, он быстро понял откуда пришла угроза и отрядил четыре корабля в составе линкора, двух крейсеров и фрегата в арьергард. Но это как уже понятно, было бесполезно, «Пиранья» давно выходила на цель с правой стороны. А к моменту, когда вышла на боевой курс командир конвоя смог восстановить порядок снова собрав в кучу разбежавшееся стало транспортов, что ему своим хаотическим мельтешением так мешало найти угрозу. А потом стало поздно…

— Да где же он? — бормотал Экскарт выглядывая главную цель среди транспортов, которую следовало потопить, так как груз по данным разведки состоял и дирижабельных бомб.

«Если только опять не подстава с подменой… — отстранено подумал он. — А вот сейчас и узнаем!»

Нужный транспорт был найден. Доворот…

— Первый аппарат — пуск! Второй — пуск! Третий — пуск! Четвертый — пуск!

На такую цель с очень опасным для пехоты и укреплений содержимым Экскарт не пожалел полного залпа. Два «шквала» пронесись мимо цели, зато остальные врезались точно в мишень.

Бум! Бум!

Раздались взрывы, а в следующий момент случился настоящий Армагеддон с последующим светопреставлением. Рвануло так, что даже «Пиранье» досталось гидродинамическим ударом несмотря на то, что она находилась в полупогруженном состоянии и на приличной дистанции.

Вслед за ослепительной вспышкой первого взрыва от которого судно просто перестало существовать, раздались вторичные, часто-часто, словно рванула связка петард, это взрывались взлетевшие в воздух бомбы. По-своему красивое и завораживающие зрелище.

— Это машинное отделение! — раздался яростно-возмущенный голос Олифии Гисс. — У меня от этого сотряса накрылась паровая машина!!!

— Да и демоны с ней! Все равно сейчас идем на погружение!

После такого охота за подлодкой начнется не шуточная.

Но взрыв не только уничтожил само судно везущее бомбы, но и сильно повредил позади— и впередиидущие транспорты. Их сначала приложило мощной ударной волной, а потом разбомбило разлетевшимися бомбами. А крейсер, что шел в непосредственной близости и вовсе опрокинуло на борт, ну и бомбами тоже закидало.

— Чего он так близко к нему шел? — удивился Экскарт.

— Может готовился принять удар на себя? — пожав плечами, предположил Сторм эф Монс. — Они нас скорее всего все-таки засекли, просто немного не успели. Все еще не могут привыкнуть к скорости наших торпед.

— Типа телохранитель? — хмыкнул парень. — Хотели закрыть своим телом?

— Типа того, — вернул усмешку телохранитель. — Груз уж очень нужный им для поддержки наступления, вот и решили сберечь его даже гибелью крейсера. Тем более что он вполне мог выдержать эти два попадания. И даже три. Все-таки какой-никакой броневой пояс стоит, да и переборок больше, так что даже если бы пробили…

Экскарт понятливо кивнул.

«Пиранья» быстро уходила на глубину, а вокруг замельтешили крейсера и фрегаты охранения, начав бросать за борт глубинные бомбы. Но бомбёжка шла впустую, пусть немного, но враги не успевали достать юркую субмарину, ни по глубине, ни по упреждению и бомбы рвались где-то наверху и за кормой.

Но противник, потеряв главный груз и крейсер, что все-таки пошел ко дну, не желал успокоиться и продолжал бить по площадям.

— Похоже, пока все бомбы не выкинут, не остепенятся, — скорее констатировал Экскарт.

Субмарина снова легла на дно пережидая период активности.

— Надо будет всяким хламом в следующий раз запастись… — задумчиво продолжил он.

— Зачем? — удивился маголекарь.

— Да, выбросим его они и успокоятся.

— Хорошая идея, — одобрил телохранитель. — Тем более что следующая наша охота может получиться еще более… опасной.

Экскарт согласно кивнул. Нужно быть дураком, чтобы не предвидеть того, что противник после двух таких разгромов не мобилизуют вообще все силы для охоты на подлодку, так что не помешают никакие хитрости, чтобы сбить врага с толку.

Но вот бомбежка прекратилась и вскоре все корабли ушли из района догонять конвой. Двинулась следом и «Пиранья».

— Олифия, как там наш паровик?

— В процессе починки, командир… — сварливо ответила она.

— Прогноз есть?

— Еще часа два колупаться.

— Что ж, придется идти на электромоторах…

Элетромоторы не обеспечивали полного хода, но тем не мене этой скорости было достаточно, чтобы не отставать от беглецов, все-таки транспорты не отличаются скоростными качествами.

Правда, как быть дальше Экскарт не понимал. Им нужны трофеи, а если конвой и дальше будет идти вместе до самого Амерона, то дело плохо. В виду берега, да еще при угрозе налета дирижабля брать кого-то на абордаж слишком уж опасная затея.

Так что если ничего не изменится, то не останется ничего другого, как просто расстрелять все торпеды и попытаться утопить как можно больше транспортных судов. Военные корабли в этом плане, как ни странно, куда как менее опасны, да и потопить их гораздо сложнее.

— Вседержатель сегодня определенно нам благоволит! — воскликнул радостно Экскарт, когда увидел маневры конвоя.

Неизвестно как размышляли капитаны судов и командир охранения, может решили, что субмарина больше не опасна или же изначально был таков план, но транспорты стали разделяться. Они поделились на три четыре группы и каждое пошло со своим охранением.

Экскарта заинтересовала группа из двух пароходов под охраной всего одного крейсера. За ними он и повел «Пиранью».

— Может ловушка? — проявил бдительность Сторм эф Монс.

— Хм-м… не исключено, но и просто отпустить их тоже выше моих сил. Да и что они могут нам сделать с одним крейсером? Ветер, судя по облакам все еще крепкий и опасности от дирижаблей ждать не приходится. Так что в погоню!

Выжав из введенного в строй двигателя все что можно и срезав маршрут «Пиранья» постепенно нагоняла свою цель.

— Боевая тревога! Торпедный отсек! Приготовиться к полному залпу!

— Есть приготовиться к полному залпу!

— Залп!

— Есть залп!

Экскарт и в этот раз решил не жадничать и угостить крейсер сразу четырьмя «шквалами», чтобы уж наверняка.

Пуски на крейсере заметили, но и только. Что-то сделать они уже не успевали, слишком быстры ракето-торпеды, да еще стреляли со средней дистанции. Слишком уж рисковать и приближаться на минималку все же не стали.

В этот раз все четыре торпеды угодили в цель, но одна при этом почему-то не взорвалась. Что-ж, такое тоже нет-нет да случается. Жахнуло три мощных взрыва и крейсер начал заваливаться на левый борт, слишком обширны оказались повреждения.

Транспорты рванули в разные стороны, видимо надеясь, что хоть одному да удастся сбежать. Но никого отпускать Экскарт не собирался.

Всплывшая «Пиранья» сначала принудила остановиться один пароход выстрели ему под нос из споро установленной пушки и спустив абордажную команду на лодках, а потом погналась за вторым судном, что орало на весь эфир о нападении. Но помочь ему было сейчас не кому. Дирижаблям все еще было противопоказано подниматься в воздух, а боевые корабли… просто могли стать очередной жертвой торпедной атаки и командиры это отлично понимали, потому не сильно спешили на зов. Более того, у них успела развиться боязнь подводных лодок, так что немало оглушенных левиафанов всплыло кверху брюхом из-за того, что их приняли за субмарины…

Пополнив боезапас и топливо, благо Олифия со своей бригадой механиков справилась с возникшими проблемами у паровой машины и субмарина продолжила свою рейдерскую деятельность в территориальных водах колоний относящихся к государствам Альянса.

14

Как и в прошлый раз, похулиганив еще две недели, правда в этот раз пришлось проявлять большую осмотрительность из-за дирижаблей, что круглые сутки висели в небесах высматривая наглую субмарину, и потому потопить удалось совсем мало рыбацких шхун осмелевших под прикрытием воздушного флота, используя для этого торпеды, чтобы не тратить время на всплытие, рискуя попасть под воздушный бомбовый удар, что называется со спущенными штанами, «Пиранья» вернулась в Ормундо.

На этот раз никаких накладок с трофеями не возникло, ВМФ забрал пароходы, а ВВФ их груз, так как он предназначался для воздушного флота Альянса: баллоны с гелием, оболочки, двигатели с запчастями и прочее связанное с дирижаблями.

— Навели вы шороху! — радостно улыбался глава СИБ Первой колонии. — Они там, как говорят плебеи, сейчас на ушах стоят! Такие потери! Причем на этот раз не только в транспортах, но и боевых кораблях! Два потопленных крейсера! Это уже не пощечина, а хороший такой удар в челюсть!

— Плохо, что не нокуат, потому как теперь стоит ждать ответных ударов от противника.

— Это да, — посерьезнел Присвар Тауф. — Пошло какое-то невнятное шевеление… Но не беспокойтесь, мы отслеживаем ситуацию.

— Благодарю, — кивнул Экскарпт.

«Вопрос только в том, тех ли вы отслеживаете», — подумал он при этом.

Ведь помимо агентов Альянса могли проявлять активность люди графа.

Парень поморщился. Из-за этой возни папаши они рисковали проморгать удар врага.

— Хочу так же вас порадовать, — продолжил СИБовец.

— С чем?

— По своим каналам, мне стало известно, что вша деятельность высоко оценена Его Величеством и сейчас рассматривается вопрос с вашим награждением. Будь вы на прямой службе по линии ВМФ, то новое звание уже было бы у вас в кармане с причитающейся наградой…

Экскарт понятливо кивнул. Проблемы с награждением таких вот полувольных отрядов являлось еще одним минусом положения.

— Но как минимум на Белую Звезду еще за первый свой рейс вы можете смело рассчитывать.

Экскарт невольно вздернул брови. Все-таки третья по значимости награда.

— Не жирно? Тогда ни одного боевого корабля не потопили… Я еще понял если бы дали Красную и то наверное жирновато.

— Ну не Хрустальную же цеплять? — усмехнулся собеседник.

Да, была и пятая Звезда — Хрустальная, презрительно прозванная аристократической средой — Стекляшка. Ее действительно изготавливали из алхимического хрусталя, что переливалась всеми цветами радуги. А так Звезды делались из различных драгоценных камней.

«Стекляшкой» же аристократов не награждали вот уже лет двести. Так повелось, что она стала высшей наградой для простонародья и то, для этого надо было совершить что-то поистине эпическое. А раз так, то награждение Хрустальной Звездой аристократа, можно было рассматривать как оскорбление со стороны императора, дескать, на и отвяжись. Так что лучше получить формально более низкую награду — Золотой Крест, чем Стекляшку.

Кстати, в дополнение к самой награде для простых людей шло возведение их в личное дворянское сословие — эфами, может оттого и невзлюбили эту награду аристократы. Опять же им дополнительного бонуса не полагалось. Нет, раньше тоже безземельных дворян «инсов» возводили на более высокую ступень, давая возможность стать основателями нового рода, делая баронам, графами или даже сразу герцогами в зависимости от уровня награды, но с некоторых пор свободной земли для раздачи не стало, вот и отменили сию практику.

— Ну, хватило бы что-нибудь из второго эшелона наград, какой-нибудь крест. Даже Серебряного хватило бы за глаза, опять же учитывая то обстоятельство что я вольный охотник.

— Нормально. Опять же стоит учитывать политический момент. В других обстоятельствах именно крестом бы и отделались, опять же не самым престижным. Могли и вовсе Бронзой обойтись. Вот ваши свитские, как члены экипажа как раз кресты и получат. Олифия Гисс как простолюдинка и вовсе обойдется какой-нибудь медалью. В лучшем случае медным крестом, а знатные бронзовыми и серебряными.

— Не понял… Как это я в политику вляпался? — удивился и неприятно поразился Экскарт.

Политика — это опасно. Никогда не знаешь откуда прилетит.

— Стране нужны герои, — криво улыбнулся Присвар инс Арсен. — И если там на основном фронте их хватает, то здесь на Амероне с этим не очень хорошо. Когда идут поражения, Пятая колония окончательно пала, Шестая на грани отделения, награждать кого-то наградами высшего порядка не комильфо. А так вы обеспечили победу, тем более на море и это никак не связано с сушей.

— Понятно…

— После этого похода, думаю и на Желтую Звезду не поскупятся.

— А после третьего удачного рейда, глядишь и Черную вручат?! — хохотнул парень.

— Не исключено, — не принял шутки Присвар инс Арсен.

— Да ладно…

К наградам Экскарт не особо стремился, это нужно аристократам для продвижения по карьерной лестнице, но все-таки где-то в глубине души было приятно. А возможность получить высшую награду империи — Черную Звезду, не могло не колыхнуть струны тщеславия в его душе.

— Да-да. Дело даже не столько в очередной возможной победе, даже потопленный линкор если уж пошло на то, не стоит Черной Звезды, сколько в том, что ваши успешный походы заставили Его Величество и адмиралов в целом пересмотреть свое отношение на роль подводных лодок в морских сражениях.

— И меня хотят сделать знаменем преобразований, — догадался парень.

— Да. И чтобы это знамя было более весомым и заметным для остальных, на нем должна сверкать высшая награда.

— Ясно. Снова политика…

— Уже не только и не столько политика, сколько реальная обороноспособность империи. Ведь ваш пример подводной войны заставил пересмотреть свое отношение к субмаринам не только наших адмиралов, но и Альянса.

— Хм-м…

— Да, — кинул СИБовец. — Наша служба этот интерес зафиксировала, что послужило еще одним камешком на весы в вашу пользу и более активного развития подводного флота. Теперь вопрос в том, кто быстрее успеет создать субмарины нового поколения и ударит первым.

— Надо же…

Экскарт невольно поразился тому, как сильно его действия повлияли на переосмысление роли подводных лодок в войне, что рассматривались раньше исключительно как силы береговой обороны. А сейчас будет пересмотрена вся концепция Флота, его стратегия и тактика. Понятно, что его лодка не чета нынешним оттого и результат впечатляющий.

«Прямо-таки историческая личность из меня вырисовывается… знали бы только они кем я был! Но несмотря на это мне осталось не так уж и долго шалить в море-океане, — вдруг подумалось ему с неожиданной грустью, ведь особого влечения к бескрайним водным просторам у него никогда не было и нет сейчас. — У моряков не забалуешь. Это в Армии можно иметь свои отряды, а Флот таких шуток не понимает, что странно ведь раньше, по крайней мере во времена парусов, они ничего против патентованных каперов не имели».

Становиться полноценно флотским парень желанием н горел. Даже если ему вдруг вручат Черную Звезду и присвоят высокое звание, он все равно останется белой вороной, выскочкой которого не примут в свою касту. Он ведь не учился с ними в Академии ВМФ, в общем с боку припека. А значит, чтобы не «пятнал честь мундира» постараются избавиться, возможно даже с фатальными для него последствиями. Да банально на дуэль по надуманному предлогу вызовут… И никого не остановит, что дуэли во время войны запрещены.

А то, что все это произойдет очень скоро, он не сомневался. Ведь начинается гонка вооружений и тут опоздать никак нельзя иначе проиграешь. Кроме того, империя корабли строить умела и делала это очень быстро, причем в больших количествах и хорошего качества. Дольше подготовить экипаж, чем построить корабль. Но на первое время хватит экипажей с устаревших подлодок.

«Так что еще месяц вольной жизни и все, потом повяжут по рукам и ногам морскими узлами, так что не вырвешься, — подумал Экскарт. — Но в еще один поход сходить успею… а то и все два, за Черной Звездой, хе-хе».

15

По возвращению на арендованную виллу Экскарт поведал своим подельникам о том, что рассказал ему глава ормундского СИБ и своих выводах.

— Согласна, — кивнула Сицилия. — В ВМФ нас терпеть не станут, всеми правдами и неправдами постараются убрать вплоть до подставы. Более того, если вдруг Экскарта наградят высшей наградой Империи, то не только не станет «охранной грамотой», но наоборот прибавит недоброжелателей, потому как будет постоянным напоминанием всем, что они все такие красивые и умные профессионалы сели в лужу. Так что мертвый герой им более выгоден, чем живой мозолящий глаза.

— Да, неприятно, — задумчиво сказал Рамони инс Лонг, — но ожидаемо…

— Так что будем делать? — повторил вопрос Экскарт.

— А ты как думаешь? — поинтересовался маголекарь.

— После того как сходим еще пару раз в рейд и на нас всерьез начнут давить, продать им «Пиранью». Думаю, мы за нее хорошо возьмем, тем более в условиях войны. Но вот, что дальше делать? Просто так ведь отсидеться в тылу у нас не получится. Граф опять же…

— Формировать свой отряд, — пожал плечами телохранитель. — Больше нам ничего не остается.

Экскарт поморщился. Собирать свой отряд он хотел еще меньше, чем пиратствовать на субмарине. Но видимо другого пути действительно не оставалось. Положение обязывает, тем более как аристократа награжденного как минимум Желтой Звездой. Если начнет отсиживаться в тылу, то его мягко говоря не поймут, начнут третировать и здравствуй дуэль.

Плохо было еще то, что лучшие бойцы уже давно рассосались по подобным подразделениям и остался откровенный мусор. Так что с такими бойцами каши не сваришь.

Опять же, можно набрать небольшой отряд пусть и сброда, после чего влиться в какой-то другой. Но опять встает вопрос подстав на почве зависти. Не будь у него высоких наград, все бы ничего, но все упирается в пресловутое тщеславие аристократов… В общем будут ревновать к награде и значит до проблем не далеко.

Беспокоило отсутствие ответа со стороны графа. Его человек уже давно должен был добраться до родовых земель Маренонгов, да и вернуться. Но видимо граф все никак не мог определиться со своей позицией. И его можно было понять, ситуация далеко не тривиальна.

Так ничего конкретно и не придумали. Опять же ситуация пока не жмет, и время на подумать есть.

— Господа и дамы, хочу поделиться с вами радостной вестью! — произнесла возбужденная Олифия Гисс во время ужина.

Несмотря на ее статус простолюдинки принимала пищу она за одним со всеми столом. На этом настоял Экскарт. Сицилии было все равно, на севере нравы проще, а остальным пришлось смириться. Собственно, смиряться пришлось только адвокату. Тот же Менлир инс Ханк, что продолжал усиленно «окучивать эту грядку», был только «за».

— Я наконец закончила свою работу над двигателем!

— Поздравляю! — тут же отозвался Экскарт.

За ним поздравили «очумелую ручку» остальные.

Работала Олифия над своим творением не только и не столько в мехмастерской виллы, сколько на субмарине. Благо там места хватало. Приходилось правда этот двигатель перегружать с подложки на сушу и обратно, транспортироваться из порта на виллу и обратно, но чего только не сделаешь, чтобы иметь под рукой такого высококлассного специалиста?

— Мы можем взглянуть?

— Конечно! — вскочила из-за стола женщина-механик. — Идемте!

— Только сначала доедим!

— Ну да…

Женщина-механик быстро справившись со своей порцией и добавкой, с явным трудом дождалась окончания приема пищи остальных, от нетерпения ерзая на стуле своей немаленькой попой отчего деревянный стул протестующе поскрипывал. Раньше она всегда убегала работать, к чему относились с пониманием, но не в этот раз.

Наконец чай был выпит и все проследовал в механическую мастерскую.

— Вот…

По устоявшейся традиции Олифия Гисс стянула со своего творения брезентовую ткань.

На первый взгляд творение «очумелой ручки» выглядело неказисто и размерами не впечатляло. Видимо увидев промелькнувший скепсис, она заторопилась с пояснениями:

— Это блок на четыре цилиндра! Несмотря на небольшие размеры он выдает такую же мощность, как турбинный паровик на «Пиранье»!

Вот теперь все впечатлились, ибо паровая турбина на субмарине выглядела очень представительно, как по размерам, так и выдаваемой мощности. А таких двигателей, что сделала Олифия на место турбины можно поставить штук десять, а то и больше.

— Как видите у моего двигателя нет котла, процесс горения происходит внутри цилиндров толкая поршни напрямую и транспорту, на который его поставят, не потребуется возить лишний объем и соответственно массу в виде воды! Представляете сколько высвобождается полезного объема и возрастает грузоподъёмность?!

Все синхронно кивнули.

— Более того, на тот же отрезок расстояния, что требуется паровому двигателю, моему по всем расчетам потребуется в десять раз меньше топлива! А это тоже экономия все той же массы с объемом, да еще и денежные, ведь топливо не дешево!

— Владельцы дирижаблей будут в восторге от таких новшеств, — сказал Рамони инс Лонг.

— И что, нет совсем никаких недостатков? Одни достоинства? — поинтересовался Экскарт.

Это да, им как никому другому важно снизить лишнюю впустую перевозимую массу.

— Есть, — со вздохом признала изобретательница и плечи ее несколько поникли, а улыбка увяла. — И самый главный из них, это шум… Даже глушитель, что я смастерила не сильно помог.

С этими словами Олифия Гисс нажала на кнопку, сначала загудел небольшой электродвигатель-стартер, а потом, после пары хлопков будто выстрелов из-за которых рефлекторно вскинулся телохранитель… раздался оглушительный рев, словно дал о себе знать какой-то крупный и безусловно хищный зверь, так что все инстинктивно закрыли уши ладонями.

— Глуши! — замахала рукой Сицилия.

Олифия послушно заглушила свой двигатель.

— Да уж… — Экскарт аж встряхнул головой едва удержавшись от того, чтобы поковырять в ушах пальцами. — Звук действительно излишне громкий, но думается его все же можно еще немного снизив укрыв мотор в специальный шумопоглощающий кожух. Так что несмотря на это, думаю желающих его приобрести все равно будет много, очень уж большие выгоды он сулит, так что на шум закроют глаза… Что уважаемая Олифия Гисс, сегодня, не побоюсь этого слова, знаменательный день в истории нашего мира, скажу больше, вы открыли дверь в новую эпоху его развития, можно сказать даже, что век пара остался позади и начинается эра гиссов.

— О! — совсем смутилась женщина-механик, когда осознала, что двигатель изобретенный ею, будет назван в ее же честь.

— Осталось только все правильно задокументировать, но думаю с этим превосходно справиться господин Рамони инс Лонг.

Адвокат кивнул.

— Ну, а чтобы окончательно застолбить за вами первенство, сделав его бесспорным, надо изготовить несколько десятков гиссов, а лучше сотню и протестировать их на различной технике: грузовиках, лодках, дрезинах, еще где-нибудь… Здесь есть такая возможность?

— Есть! — радостно кивнула «очумелая ручка».

16

Экскарт проснулся в поту с бешено колотящимся сердцем и издав потусторонний утробный хрип-вздох будто вынырнувший с большой глубины монстр, принял вертикальное положение и окинул спальню невидящим взглядом.

Еще несколько мгновений он не мог прийти в себя от стоящих перед его взором жутких картин, что породил его взбудораженный мозг. Последнее, что он запомнил из того снившегося ему мутного сумбурного кошмара, это пикирующая на него стая огненных тварей уродливых в своей инфернальной внешности, кои падая на землю, превращались в огненный вихрь, что окончательно разрушали и без того полуразрушенные стены домов неведомого города…

Но он уже знал, что именно стоит за подобными снами. Не в первый раз.

— А?.. Что такое?.. — неразборчиво спросила проснувшаяся от резкого движения мужа Сицилия.

Какой-то дикий взгляд Экскарта заставил ее окончательно сбросить остатки сна и в первое мгновение даже отшатнуться.

— Кошмар приснился?

Вместо ответа Экскарт схватил ее за руку и резко стянул с кровати на пол, а саму кровать, весьма нелегкую надо заметить, собранную из дубовых досок в следующий момент со звериным рыком, опрокинул на бок закрывая окно.

— Что проис…

Договорить Сицилия не успела, как ее голос был прерван быстро нарастающим пронзительным пробирающим до нутра воющим звуком, а потом грохотом сильного взрыва.

Ба-бах!

Поставленную на бок кровать швырнуло назад ударной волной, но она успела выполнить уготованную ей парнем роль уловителя стеклянного крошева, что могло натворить серьезных дел вплоть до фатальных.

— Вниз!!!

Экскарт потянул жену прочь из спальни, а взрывы продолжили рваться на территории виллы иногда попадая в основное здание и прочие постройки. Уже покидая комнату в разбитое окно он увидел в небе многочисленные чуть светящиеся дымные следы тянущиеся от холмов на севере и все стало предельно ясно — противник пускает ракеты.

На грани сознания мелькнуло удивление — как это враги смогли притащить такое количество ракет, да еще незаметно почти к самой вилле? Понятно, что СИБ явно проморгало этот момент. Хотя вариантов надо признать хватало. Вполне возможно даже, что поставка была не внешней, а ракеты взяли уже на месте. Где? Да с военных складов и взяли. Мало ли какую операцию провернул противник, чтобы уничтожить экипаж «Пираньи», по крайней мере командный его состав. Могли ради такого дела даже каким-нибудь своим агентом пожертвовать.

«Но ракетной атаки явно недостаточно, нет гарантии, а значит последует атака живой силой», — подумал парень, сбегая вниз по ступенькам, страхуя при этом жену, а то не дай Вседержатель оступится, а в ее положении это чревато.

Ба-бах!

Дом снова сильно тряхнуло, по коридорам сверху пошла ударная волна и Сицилию все же швырнуло вперед, но Экскарт успел ее подхватить и смягчить падение использовав свое тело как подушку. Благо что все произошло уже в конце спуска, а то так бы полетели по ступеням кубарем. Так и шею сломать можно.

Тут подоспели их телохранители так же облаченные лишь в нижнее белье и помогли встать своим подопечным.

— Целы? — спросил Сторм эф Монс.

— В норме… — кивнул парень, хотя спина сильно болела.

Но на ушибы можно было не обращать внимание.

— Я тоже… — ответила Сицилия.

А вот про телохранителей этого сказать было нельзя. Их ночные пижамы были изрезаны стеклянными осколками и пропитаны кровью.

— А вы-то как?

— Пустяки, — отмахнулся телохранитель. — Основной удар пришелся на вашу сторону дома, что вообще-то считалась более безопасной… Нас лишь слегка осыпало…

По дому в панике метались немногочисленные слуги, но не обращая на них внимание телохранители продолжили путь в подвальное помещение. Это и укрытие, там же есть все необходимое: одежда, оружие, прочее оснащение.

— Газы! — послышался истошный голос одного из бойцов.

И правда, через разбитые окна повалили облака густого дыма. Действительно ли это были газы или просто дымовая завеса, хотя вполне возможно, что и комбинированное воздействие, но этого проверять не стали. Экскарт с женой и телохранителями, а так же приевшиеся к ним в последний момент маголекарь с Олифией (судя по отсутствию одежды и то, что они прикрывались лишь простыней да пододеяльником их атака застала в самый интимный момент) и адвокатом, юркнули в подвальный бункер и спешно закрыли дверь.

Все бросились к своим шкафчикам со всем необходимым, что было приготовлено на похожий экстренный момент.

Они быстро оделись и вооружились. Менлинр инс Ханк успел начала оказать первую медицинскую помощь телохранителям продезинфицировав раны и залепив их пластырями.

Взрывы прекратились, но это никого отнюдь не успокоило.

— Они в атаку должны идти, — ровным голосом сказал Сторм эф Монс. — На зачистку…

Экскарт с прочими понятливо кивнул, соглашаясь. Газо-дымовая атака должна если не потравить защитников, на что надежды откровенно нет, у всех есть фильтрующие маски под рукой, так по крайней мере скрыть от их взора атакующие группы нападающих.

— Сицилия… — начал было Экскарт.

— Нет!

— Но…

— Я иду с тобой и тоже буду защищаться! — выхватила она пистолет.

Парню не осталось ничего другого как согласиться. Все равно ведь не усидит. Возникла мысль ее усыпить, вон и маголекарь подает условные сигналы, но… он отказался от этой мысли. Обидится ведь, очень сильно обидится, несмотря на понимание, что все ради е же блага.

— Ладно… но не рискуй. Обещаешь?

— Обещаю!

Экскарт посмотрел на телохранителя, дескать тебе лучше знать, что нам дальше делать и тот кивнув, сказал:

— Возвращаемся в свои комнаты и используем их как огневые точки. Ясно?

Все кивнули.

— Тогда пошли!

Экскарт с женой и свитскими натянули на лица маски, опустили на глаза гогглы и поспешили покинуть бункер в который тут же словно вода хлынул тяжелый дымный туман.

17

Защитники заняли позиции у разбитых окон, шурша битым стеклом и осторожно выглядывали наружу. Вот только не видно было ни зги. Густой дымный туман плотно окутал всю виллу. Одна из дымовых ракет вонзившаяся в землю прямо под окном комнаты супругов до сих пор продолжала вырабатывать клубы дыма и оттого небольшой ветерок не спасал положение.

Экскарт чуть осмелев, понимая, что и противник тоже их не видит, немного поэкспериментировал с гогглами, ставя и убирая дополнительные линзы, комбинируя их, но ничего не добился.

— Присядь, а то живот немного выпирает, ну и грудь… — с тяжелым вздохом посоветовал Экскарт жене.

— Хм, — смущенно выдала Сицилия и последовала совету.

Бах! Бах! Бах! Тра-та-та-та-тах!

Начали стрелять охранники в том числе из пулемета. Видимо они уже засекли противника вплотную приблизившихся к вилле, что даже стали видны сквозь дымовую завесу.

Ба-бах!

Сильный взрыв проделал в кирпичной стене большую дыру.

В ответ так же заработал крупнокалиберный пулемет и защитники вынуждены были снизить плотность огня. Кроме того они начали нести первые потери в своем составе.

Бум-бум-бум!

Зазвучали гулкие взрывы мин. Противник как-то смог провести разминирование, расчищая проход.

Взрывы закончились и Экскарт услышал знакомый звук работы грузового парового двигателя и в образовавшийся проем стала протискиваться темная туша бронированного «мастодонта» с пулеметной башенкой позади водительской кабины. А перед ней катился каток, какой используют при укладке асфальта. Им и провели разминирование.

Это было неприятно. Противник слишком много знал о системе охраны и хорошо подготовился.

Защитники открыли стрельбу по бронетранспорту, но все было бесполезно. Пули с визгом и искрами рикошетили от бронелистов. Все что могли сделать обороняющиеся, это пробить шины, но и это не помогло. «Мастодонт» уверенно двигался даже на спущенных колесах.

Парогрузовик въехал во внутренний двор виллы и открыл шквальный пулемётный огонь по стене. Защитники вынуждены были бежать со стен, так как не имели защиты на такой случай, стена не была рассчитана на атаку изнутри.

Это сказалось самым пагубным образом. Почти не встречая сопротивления в пролом стали проникать вражеские бойцы. Обороняющиеся засевшие в доме открыли бешеную стрельбу по врагу, но результативность огня оставляла желать лучшего. Тут и расстояние сказывалось, ну и конечно же дым мешавший точному прицеливанию. Опять же противник оказался неплохо оснащен штурмовой броней, так что требовалось попасть в голову и то не факт, что удастся при этом сразить врага, по крайней мере не пистолетной пулей, это точно.

Пулеметчик на «мастодонте» отвлекся от расстрела стены, благо он ее практически вычистил от обороняющихся и переключился на здание, начав расстреливать окна в которых были видны вспышки выстрелов.

— Ложись!!!

Супруги залегли и спешно отползли подальше от стены, кою пули крупнокалиберного пулемета уверенно прошивали насквозь. Пусть не всегда, но пробивали. Стены оказались сделаны из шлакоблоков и лишь снаружи облицованы кирпичом, а изнутри тонкими деревянными плашками…

Бух! Бух! Бух!

Снаружи несколько раз ярко вспыхнуло, но без сильных взрывов, просто хлопки. Тем не менее пулемет почти тут же замолк.

Экскарт вернувшись ползком к окну, не обращая внимание на битое стекло, осторожно выглянув наружу, увидел жарко пылающий парогрузовик, что забросали огненной смесью. Это явно постаралась парочка личных телохранителей, только они могли бросить так далеко и точно весьма не легкие литровые бутыли со смесью.

«Коктейль Менлира», — машинально отметил парень.

Еще несколько секунд и вновь раздались частые выстрелы, но это детонировал боезапас передвижной огневой точки… так что на судьбе пулеметчика и водителя можно было поставить… точку. Но это ничего не меняло.

Свою задачу этот бронетранспорт с пулемётной башенкой выполнил — обеспечил проникновение противника на внутреннюю территорию виллы. И бойцов этих было очень много. По крайней мере их сил было достаточно для того, чтобы уверенно давить обороняющихся.

Пользуясь все еще густой дымовой завесой, противник, прикрываясь штурмовыми щитами, шустро рассредоточился по территории занимая удобные места для ведения боя. Скорее даже сдерживания немногочисленных охранников засевших в опорных пунктах в виде угловых башен и казармы с прочими постройками куда успели забежать бойцы со стены.

Сами стены по периметру виллы сейчас играли роль бортиков своеобразного бассейна, не давая рассеиваться тяжелому дыму, а одной пробоины было явно недостаточно для быстрого истечения скопившегося содержимого, так что этот дым надежно прикрыл несколько штурмовых групп устремившихся к главной цели их атаки — центральному особняку.

Экскарт сделал несколько выстрелов и вроде даже один раз попал, хотя может это был чей-то чужой результативный выстрел, стреляли отовсюду, но враги несмотря на противодействие быстро добрались до дома.

Раздался условный свист разнесшийся по всему дому и Сицилия начла бросать гранаты из окна, к ней присоединился Экскарт. Впрочем, сейчас практически все обороняющиеся лихорадочно швыряли наружу взрывающиеся «подарки».

Вокруг дома часто звонко загромыхало. Но и внутри дома взорвалось несколько гранат, что швырнули в окна атакующие перед тем как ворваться внутрь. А ворвалось их порядочно. Штурмовая броня хорошо защитила атакующих, хотя без потерь среди них тоже не обошлось, когда гранаты взрывались чуть ли не под ногами, эти ноги практически отрывало, ну или ломало…

Бой переместился внутрь дома. Обороняющиеся с первого этажа, неся потери, вынуждены были отступить на этаж выше.

Казалось бы, лучше отсидеться в бункере, но это не так. Бункер превращался лишь в ловушку. Выхода наружу — потайного хода, из него не имелось.

Обороняющиеся снова применили гранаты, сбросив их вниз по лестнице, а потом завязалась перестрелка. Засевшие на верхних этажах, не давали штурмующим подняться и выполнить поставленную задачу.

В ход снова пошел дым, но это атакующим не сильно помогало. На столь коротких дистанциях специальные линзы гогглов вполне надежно обозначали противника, а система «свой-чужой» не давала подстрелить своего.

Одно плохо, штурмовые винтовки нападающих легко прошивали внутренние дощатые стены. Только несущие кирпичные стены могли дать защиту.

— Хр-р… — захрипел Экскарт, отброшенный попавшей в его бронежилет пулей, что как раз пробила стену, за которой он засел, стреляя по врагу.

Оставалось порадоваться только тому, что пуля прилетела по касательной. В последний момент он чисто на инстинктах успел чуть повернуться. Сработал «зов крови» сообщившей о смертельной опасности, а так эта пуля пробила бы бронежилет словно фанеру.

— Экс! — бросилась к нему Сицилии.

— В норме!.. — хрипло ответил он, почувствовав вкус крови на губах, благо маска скрывала рот и жена не видела, ей и так хватало поводов для нервов, что в ее состоянии не есть хорошо.

На самом деле, как он отстранённо отметил, у него было сломано как минимум одно ребро с правой стороны и отбито правое же легкое, но вроде не порвано. Сейчас в запале драки это ему пусть и мешало двигаться столь же легко как раньше, но он оставался вполне боеспособным, что и доказал, сделав еще несколько неприцельных выстрелов в сторону врага, заставив его отступить. Ну и телохранитель подсобил, выдав целую серию выстрелов и судя по раздавшемуся грохоту, кто-то из атакующих словил по полной, так что кубарем полетел вниз по ступенькам.

18

Осознав, что с наскока обороняющихся не взять, наступающие решили перейти к планомерной осаде, более того, попытались поджечь здание. Запалить его получалось плохо, все декоративные элементы обшивки и мебель были пропитаны специальным составом, но вот всяческое тряпье, бумага, горело хорошо и если постараться, то и мебель все же займется, а там и деревянные панели интерьера.

Бах! Бах! Бах!

Раздалась активная стрельба этажом ниже и явно стреляли не по засевшим наверху.

— Чего это они задумали? — удивился парень. — В кого стреляют?

Удивляться действительно было чему. Штурмовики подавили сопротивление охраны и стрельба снаружи практически стихла, так что это точно не контратака защитников.

Тут вдруг из пола вылетел сноп щепы.

— Они стреляют в потолок! — воскликнула Сицилия, так же заметив своеобразный фонтан из взлетевших из пола щепок.

«Что-то мне это напоминает…» — невольно подумал Экскарт.

Впрочем, вспоминать долго не пришлось. Подобное случилось с ним во время нападения на поезд. Правда тогда нападавшие атаковали сверху и стреляли в пол, так что пули в обороняющихся летели с потолка.

Сицилия уже приготовилась открыть ответную стрельбу, но Экскарт, имевший опыт подобной перестрелки, ее остановил:

— Нет! Ты только обозначишь себя! Да и не причинят пули из пистолета им вреда, если вообще пробьют пол. У них ведь штурмовые винтовки…

— Ну да…

Она осмотрелась.

— Только где прятаться?

— Только не у угол! Иди ко мне… и двигайся вместе со мной…

Экскарт, встав, приобняв жену и буквально слился с окружающим миром пытаясь прочувствовать, где сейчас опасно, а где наоборот. Слияние получилось быстрым и полным, благо и в этом у него имелся хороший опыт, набрался опыта когда бродил по коридорам подземного храма полных ловушек, так что стрельба ему не помешала.

Бах! Бах! Бах!

Снизу пали по потолку не меньше трех человек, но пули пробив препятствие пролетали мимо цели. Иногда в опасной близости, буквально в считанных сантиметрах, но мимо. Супружеская пара плавно перемещалась по комнате из одного ее конца в другой по затейливой траектории, то и дело выписывая пируэты…

Но вот стрельба прекратилась. По крайней мере в потолок и Экскарт остановился с трудом выходя из состояния слияния.

Тут до его ушей донесся звук перестрелки и она велась снаружи.

«Неужто уцелевшая охрана все же что-то предприняла?» — подумал он все еще несколько заторможено.

— Это был самый… странный… танец… какой только можно представить, — прошептала потрясенная до глубины души Сицилия.

— Хм-м… если взглянуть со стороны, то наверное это действительно было отдаленно похоже на танец, — согласился парень. — Но кто с кем демоны подери там воюет?

— Действительно…

Супруги осторожно приблизились к окну и выглянули наружу.

Над домом стремительно пронеслась темная треугольная тень, оставляя дымный след. В воздух стреляли штурмовики, а по штурмовикам соответственно палили летуны ну и гранаты кидали, так что во дворе вновь воцарился кромешный ад.

При этом дельтапланеристы еще на подлете к вилле по всей видимости сбросили десант внутри охранного периметра, и они сейчас тоже пытались проникнуть в здание.

— Ничего не понимаю…

Бум! Бум! Бум!

Раздались не сильные взрывы на крыше.

— Десант у нас в тылу…

— Может это СИБ? — неуверенно предположила Сицилия.

— Не похоже… Мы не успели подать сигнал бедствия. Они явно задействовали глушилку и обрезали провода перед атакой.

— Может Присвар Тауф хотел связаться с нами, но не смог, вот и…

— Но не такими же силами сразу реагировать… Сначала послали бы разведку, а уж потом… Да и если бы это все же была СИБ, то сейчас над нами висел бы полноценный дирижабль ведя отстрел врагов и спустили нормальный десант по тросам, а не дельтапланы вертелись кои сюда прилетели явно издалека.

Собственно, ни одна из сторон не могла воспользоваться для атаки на виллу дирижаблем именно по той причине, что на время войны контроль за их маршрутом стал особенно жестким и летать они могли только по выделенным диспетчерами коридорам и любое отклонение тут же провоцировало взлет перехватчиков с последующими разбирательствами и крупными штрафами. А ну как вражеский бомбардировщик пожаловал под прикрытием?

— Тогда остается только граф.

— Скорее всего, — согласился Экскарт. — И раз он решился на жесткий вариант, то значит они нам совсем не союзники…

— Странно что они решились атаковать в одну и ту же ночь… Бывают же совпадения!

— А может и не совпадение. Просто наблюдатель от графа засек атаку на нас неизвестных сил, вот они и сорвались раньше времени, чтобы мое «завещание» не всплыло. Графу я нужен живым в отличие от боевиков Альянса.

— Да, так вероятнее всего…

Боевики активно изничтожали друг друга, доходило даже до рукопашных. При этом альнсовские штурмовики решили, что это прибыла подмога к осаждающим и предприняли еще одну решительную попытку атаки, чтобы достать клиентов и нарвались на встречную атаку графских бойцов, что атаковали с крыши. Они вцепились в жесткий клинч быстро выбивая людей друг у друга. Гремели выстрелы и взрывы. Очередного взрыва лестница не выдержала и тяжело оснащенные боевики Альянса с криками рухнули вниз, куда им прилетело еще несколько гранат и они затихли.

Бойцы графа, оснащенные гораздо легче, понесли большие потери убитыми и ранеными, так что обороняющимся не составило труда перебить их, по сути перекрестным огнем. Приходилось действовать жестко, хоть и н хотелось.

Творящийся беспредел видимо не остался незамеченным жильцами близлежащих вилл и вот они уже вызвали правоохранителей, так что спустя еще какое-то время в небе появились дирижабли ВВФ и СИБ.

Заметив новых столь серьезных во всех отношениях участников развернувшегося действа обе нападавшие стороны попытались сбежать. И если дельтапланеристы, на выходе из пике кого-то даже подхватив из своих смогли шустро свинтить, то альянсовские попали под раздачу и были практически полностью перебиты. Хотя после этого боя их и так осталось всего-ничего.

Утром уже выяснилось, что штурмовиков было шестьдесят человек, да людей графа два десятка, плюс те, кто все же смог уйти.

Ранены оказались все кроме Сицилии. Экскарт помимо пули в грудь, словил еще одну в ногу, и даже не мог вспомнить от кого и когда она прилетела, от штурмовиков или же уже от людей графа. Хотя могло статься, что это вообще результат «дружественного огня».

Сильно пострадал адвокат. Он по факту находился между жизнью и смертью. Обычный человек давно бы откинул копыта, но Рамони инс Лонг несмотря на тяжелое ранение в живот, так что все кишки разворотило и вывалились наружу внутренние органы, так же поврежденные, еще держался.

Серьезно пострадали телохранители, а так же сам маголекарь и его любовница, но им всем своевременно оказали помощь медики СИБ.

Из-за этого нападения, пока не выздоровели раненые очередной поход в море пришлось отложить на неделю…

19

Этот поход не задался с самого начала. На полпути в район охоты сильно заштормило, но если для подводной лодки это было не так критично, можно уйти на глубину, где тихо и спокойно, и там переждать буйство природы, то вот корабль снабжения сильно помотало и снесло далеко в сторону от того района, где он должен был дрейфовать. Кроме того возникли проблемы с двигателем, разболтало два и четырех гребных колес, плюс возникли течи. Кораблик-то старенький… В общем им пришлось возвращаться обратно на ремонт.

«Пиранье» в таких условиях предстояло провести лишь одну-две атаки и тоже уходить.

К счастью с топливом, а точнее с дальностью хода проблема должна была быть решена в походе. Олифия взялась смонтировать свой двигатель внутреннего сгорания для ходовых испытаний, благо место для него много не надо и оно в машинном отделении имелось. А его мощности должно было хватить для хода субмарины на ту же дистанцию с одной заправки, что и раньше, на паровом ходу с несколькими дозаправками. Вопрос лишь в торпедах.

Вот и район охоты.

Подводная лодка шла медленно готовая в любой момент, при первой же опасности, нырнуть на глубину. Но в том-то и дело, что опасностей никаких не было видно и это напрягало даже больше, чем ее наличие.

— Не нравится мне эта тишина, — признался Экскарт после трех дней дрейфа. — Что в море пусто, что в небе чисто… Подозрительно как-то…

— Может зная, что мы все-таки выжили в атаке и даже снова вышли в поход, они свернули свои конвои? — предположила Сицилия.

Оставить жену на берегу не удалось, да и не настаивал он.

— Я могу еще согласиться с тем, что они могли свернуть океанские конвои, хотя, если честно, не верится, но почему нет дирижаблей-разведчиков? Мы для них не опасны, а вот они для нас большая проблема.

— Наверное сменили маршрут и теперь дав дугу идут где-нибудь сильно южнее, — выдал свою версию маголекарь.

— Может быть… — кивнув, согласился парень. — Это даже логично. Отведя маршрут хода конвоев южнее они как бы связывают нам ноги, лишая маневра за счет выработки топлива. Только теперь у нас есть для них сюрприз…

Нервов добавляло то обстоятельство, что в Объединенном штабе Альянса узнав о неудаче с ликвидацией комсостава «Пираньи» рвали и метали. Высокопоставленные лица требовали решить вопрос с надоедливой субмариной раз за разом если не срывающей поставки в Амерон, то сильно их осложняющих, ну и потери конечно очень обидные и терпеть подобное дальше они не собирались. Об этом со смехом поведал глава ормундского СИБ Присвар инс Арсен.

— Кстати, что говорит твоя Олифия? Сколько ей еще надо времени на монтаж своего гисса?

— Работа по установке практически закончена. Еще сутки и можно будет проводить испытания, — ответил Менлир инс Ханк.

— Мн-да… испытания в боевых условиях это конечно нонсенс, но с другой стороны секрет удержим чуть подольше…

Спустя сутки Олифия отчиталась:

— Все готово. Можно запускать.

— Давай, — согласился Экскарт.

Болтаться дальше в заданном районе не имело смысла, требовалось начинать активные поиски целей и для этого лучше использовать более экономичный двигатель.

Гисс заработал и по субмарине прокатилась волна гула, несмотря на то, что двигатель постарались шумоизолировать, но это как видно оказалось не так-то просто сделать. Но если к шуму на подлодке еще можно было привыкнуть, ну или в крайнем случае вставить в уши затычки, то в полный рост встала другая проблема.

— Мы теперь как уличные мороженщики, проезд которых за квартал слышно… — поморщился телохранитель Сторм эф Монс. — Только если к мороженщикам заслышав их колокольный звон ребятня сбегается со всей округи, то от нас наоборот начнут разбегаться… ну или тоже сбегаться, но только затем, чтобы потопить.

Это да, звук в воде разносится куда как лучше, чем в воздушной среде. Но деваться было некуда и пришлось изображать из себя такого излишне шумного «мороженщика».

Экскарт нервничал все больше. Отсутствие дирижаблей его нервировало, появись хоть один где-нибудь на горизонте и он даже успокоился бы.

«Словно специально убрали отсюда, чтобы не спугнуть нас… — подумал он. — Засада?.. Но что они могут предпринять в таком случае?»

Парень действительно не понимал, как можно устроить засаду на подводную лодку в открытом море.

«Где-то затаился корабль и ждет нас? — продолжал он недоумевать. — Так мы его заметим раньше и уйдем под воду, в итоге охотник сам превратится в добычу. Не поможет даже отсутствие дыма…»

В общем реальную опасность представляли только дирижабли, а их как раз и не видать.

20

Но опасность подкралась откуда парень ее совсем не ждал. Неожиданно несколько раз тревожно красным мигнула голографическая сфера, что отображала окружающее пространство, точнее подводную полусферу, так как «Пиранья» шла в надводном положении, а атмосферу этот удивительный артефакт отображал очень плохо.

Откуда-то со дна, сразу с трех сторон: справа, слева и почти прямо по курсу, под углом в сорок пять градусов поднималось шесть меток по направлению к «Пиранье».

Экскарт автоматически отметил, что это по всей видимости залпы устаревших подводных лодок противника. У них как раз всего по два носовых торпедных аппарата. Собственно, у имперских подводных лодок тоже так.

Торпеды поднимались довольно медленно, не «шквалы», но тем не менее те, что шли по правому борту должны были достигнуть цели примерно через полторы минуты, те что по левому — через три минуты, а те что впереди, где-то за четыре.

— Боевая тревога!!! Немедленное погружение! — проорал Экскарт по внутренней связи и врубил тревожную сирену.

— Люки задраены, командир! — через десять секунд послышался доклад от наблюдателя.

Экскарт тут же начал процесс погружения, но не успевал. Пока цистерны заполнятся… торпеды противника уже всплыли и шли точно на его субмарину подавляемые системой самонаведения.

И не сманеврировать лишний раз. Тоже не успевал, да и бесполезно, если торпеды с самонаведением и надо думать, что это так, раз уж так тщательно подготовили засаду, то использовать для атаки должны самые лучшие боеприпасы.

Но к счастью на этот случай имелся контраргумент. На «Пиранье» стояло десять своеобразных магнитных буев-мин размером с ведро. Вот две из них он и отстрелил, по правому и левому борту. Вылетев из гнезда по короткой дуге они упали в полусотне метров от подводной лодки и начали генерировать сильное магнитное поле, на которое и повелись торпеды.

Ба-бах!

Из воды взметнулся фонтан воды и огня.

Вторая торпеда, шедшая чуть сзади своей товарки получила сильный гидродинамический удар и просто разрушилась, после чего самоликвидировалась и прозвучал второй взрыв.

Близкие подрывы сильно ударили по «Пиранье». Любая другая подлодка наверняка получила бы повреждения вплоть до течей, но «Пиранья» была хорошо спроектирована и построена из лучших материалов, так что пострадала не сильно, если не считать несколько разлетевшихся плафонов освещения и одного обрыва трубопроводной линии. К счастью сработала дублирующая линия и не управление, ни ход не пострадали.

Ба-бах!

Второй гидродинамический удар пришелся с левого борта, но не столь сильно за счет того, что Экскарт делал правый поворот и успел немного отдалиться от буя. Хотя в этом случае могло сильно достаться рулевому оперению, но пока признаков этого не имелось.

Он выстрелил еще два буя по оба борта, чтобы на них среагировали те торпеды, что изначально шли ему в нос, а сейчас вынуждены были догонять свою жертву, что успела завершить разворот. Проблема была только в том, что отстреливать буи пришлось уже под водой, так что далеко они не удалились.

— Держитесь!

Ба-бах! Ба-бах!

Подлодку снова мощно тряхнуло. На этот раз без проблем не обошлось. К новым обрывам трубопроводов все же добавились течи, о чем посыпались доклады экипажа.

Но хуже всего то, что лодка стала плохо слушаться руля…

А проблемы только начинались. Комплекс обнаружения зафиксировал появление тех самых подводных лодок, что сделав залпы всплыли со дна и теперь направлялись в сторону своего объекта охоты, чтобы добить.

— Как демоны их побери они смогли так точно узнать, где мы пройдем если мы сами даже точно не знали где будем устраивать нападение?! — негодовал Экскарт.

— Может устроили несколько засад, — предположил Сторм эф Монс.

— Скорее всего оракулов привлекли, — сказал маголекарь. — Узнали вероятности того, где мы можем пройти и устроили засады…

— Проклятье!..

Субмарины противника тем временем снова дали залп торпедами.

— Да что б вас!

Подлодка, тяжело поворачиваясь, сбросила один буй, после чего продолжила погружение.

— Торпедный отсек!

— Торпедный отсек на связи!

— Первая торпеда на самоподрыв через тридцать секунд!

— Торпеда одни, тридцать секунд! Готово!

— Пуск!!!

— Есть пуск!

— Вторая и третья торпеда, глубина двести!!!

— Вторая и третья торпеда, глубина двести! Готово!

— Пуск!!!

— Есть пуск!

Спустя тридцать секунд, как и было запланировано произошел самоподрыв первого «шквала». И этот взрыв разрушил первую торпеду противника, а вторая, получив повреждения сошла с курса уйдя резко вправо и начав всплывать.

Остальные два «шквала» пройдя зону подрыва устремились навстречу своей цели — вражеской субмарине. Ее маневренности и скорости отчаянно не хватало, чтобы выйти из зоны поражения. Противник видимо тоже сбросил буи, чтобы отвлечь торпеды и они их отвлекли, да вот беда сама подлодка не успела выйти из зоны поражения. Двойной взрыв в непосредственной близости не оставил субмарине Альянса шансов на спасение. Корпус буквально смяло как консервную банку.

Ба-бах!!!

Бухнул взрыв сзади и сверху относительно «Пираньи», что продолжала разворот.

— Четвертая торпеда, самоподрыв через тридцать секунд!

— Торпеда четыре, тридцать секунд! Готово!

Экскарт довел субмарину на нужный угол и скомандовал:

— Пуск!!!

— Есть пуск!

Четвертый «шквал», как и в первом случае пошел на подрыв своих визави.

Бухнули взрывы, только на этот раз одна вражеская торпеда все же оказалась цела и продолжила ход к цели.

Экскарт произвел сброс еще одного буя снова уходя на глубину, уже зная, что основной удар за счет увеличения давления воды идет вверх.

Ба-бах!!!

Буй выполнил свою задачу выманив торпеду на себя, но «Пиранью» все равно долбануло словно кувалдой. Полетели только что установленные экипажем заплаты и открылись новые течи. Самих людей швыряло в отсеках и калечило вплоть до переломов.

— Торпедный отсек! Перезарядка! Доложить, как будут готовы первый и второй аппарат!

— Есть доклад по мере зарядки первого и второго аппарата!

Ждать, пока будут перезаряжены все четыре аппарата было слишком долго.

Экскарт выворачивал подлодку по направлению к ближайшей вражеской субмарине, как самой опасной.

— Торпедный отсек! Первый и второй аппараты заряжены!

— Глубина двести пятьдесят для обоих торпед!

— Первая и вторая торпеда, глубина двести пятьдесят! Готово!

— Пуск!

— Есть пуск!

На этот раз две подводные лодки выстрелили друг по другу практически одновременно. Экскарт сбросив сразу два буя дал полный назад. Погружаться еще глубже было просто опасно с их полученными и «незалеченными» повреждениями. Поврежденный корпус стонал от давления.

Торпеды разминулись и пошли дальше к своим целям.

Пустила свои торпеды вторая подлодка Альянса…

Взрывы торпед прозвучали практически одновременно. Вражеские торпеды снова кинулись на буи, как и «шквалы». Но как и в предыдущем случае устаревшая вражеская подводная лодка не успела уйти достаточно далеко и сильно пострадала, хотя и разрушаться и тонуть, как первая не спешила. Наоборот, начала всплывать.

Экскарт довернул все еще шедшую задним ходом «Пиранью» выпустив последние буи под залп третьей вражеской субмарины.

Баб-бабах!

— У них остался последний залп… — напомнил телохранитель.

— Знаю…

Тем временем произошла перезарядка третьего и четвертого торпедного аппарата о чем доложили из торпедного отсека.

— Дозарядить первый и второй!

В итоге Экскарт приказал запрограммировать торпеды в самых разных режимах. Так первая на самоподрыв, для попытки подорвать вражеские торпеды, второй «шквал» должен был пойти спиралью, третья — змейкой, а четвертая — прямо.

Дождавшись выстрела противника, Экскарт так же начал стрелять:

— Пуск! Пуск! Пуск! Пуск!

— Ах ты ж! — воскликнул маголекарь, заметив, что противник тоже решил соригинальничать, запустив свои торпеды спиралью, так что первый «шквал» самоподорвался без какой быто ни было пользы.

Вражеская субмарина тем временем так же попыталась защититься буем и уходом на глубину с одновременным отступлением задним ходом.

То, что произошло дальше невозможно объяснить ничем кроме как Провидением. Третья торпеда вырвавшаяся вперед, столкнулась с одной из вражеский торпед. Ударная волна встряхнула «шквал», что был выпушен вторым и сбила его с курса, да так круто, что он фактически развернулся на девяносто градусов при этом в сторону второй вражеской торпеды.

Столь сильное отклонение запустило процесс самоликвидации и уже этот взрыв привел к разрушению второй торпеды противника.

Четвертый «шквал» подорвал буй и судя по всему подлодка Альянса сильно не пострадала. Увидев, что «Пиранья» уцелела она бросилась прочь.

— Ну нет, не так быстро!

Экскарт бросился в погоню. Управляемость по-прежнему оставляла желать лучшего, но вот скорости более чем хватало, чтобы догнать свою жертву.

— Ты чего собираешься делать? — с подозрением спросил Сторм эф Монс, после того как поступил доклад о перезарядке торпедных аппаратов, но Экскарт никаких приказов на их программирование не отдавал. — Таранить что ли?..

— В точку! Буду я на них еще торпеды тратить! Их и так мало осталось! Снесу им винты сетерезом!!! Всплывут, тут мы их из пушки и продырявим!

— Это глупо, не говоря уже о том, что опасно… — сказал маголекарь, добавив: — Сицилия опять же на борту…

Это парня несколько отрезвило сбив азарт погони.

— Ладно, демоны с ними… Всплываем. Но сначала… Торпедный отсек! Первый торпедный аппарат! Пуск!

«Шквал» унесся вдогонку и вскоре раздался взрыв. Вражеская подводная лодка, пустив пузыри, топором пошла на дно.

— Осталось второго подранка притопить.

Но на него торпеды тратить не стали, а расстреляли из пушки. Артиллерийского вооружения у противника не оказалось, только пулемет. Но его быстро смахнули ответным пулеметным огнем, а потом уже артиллеристы наделали во вражеской субмарине дырок и она тоже пошла на дно без возможности всплытия.

21

Понимая, что эта всплывшая подводная лодка Альянса все это время орала в эфир об обнаружении «Пираньи» и не слишком удачном бое с ней, а значит в данный район на всех парах спешат враги: корабли ВМФ и ВВФ, экипаж принялся за срочный ремонт всего того, что можно было отремонтировать.

В первую очередь постарались восстановить хвостовое рулевое оперение, что близкими взрывами сильно разбило. Когда Экскарт увидел, что случилось с рулями он вообще очень удивился тому, что подлодка вообще сохранила способность хоть как-то маневрировать.

Благо запасных частей для подобного ремонта хватало. Ведь повреждение хвостового руля и «плавников» весьма прогнозируемо. Поврежденные элементы просто скидывали за борт и ставили новые. По факту за час работы, экипаж под руководством Олифии смонтировал новый руль.

Имелись повреждения и в бортах. Близкие взрывы буквально вмяли металл внутрь из-за чего хорошо стали просматриваться места нахождения шпангоута. Создавалось впечатление, что это кожа обтягивает ребра сильно исхудавшего левиафана.

Вот только металл в отличие от кожи не обладает большой эластичностью из-за чего местами произошли разрывы швов. И если повреждения выше ватерлинии исправили достаточно быстро, наложив заплатки и заварив их, то вот с подводной частью было сложнее.

К счастью, ниже ватерлинии, как показал осмотр водолазами, произошло всего одно нарушение целостности корпуса, ведь в основном взрывы шли «над головой» и ударная волна приходилась на верхнюю часть корпуса. Тем не менее на «залечивание» одной этой подводной «раны» «Пираньи» ушло времени столько же, сколько на устранение всех прочих вместе взятых.

— Воздух! Дирижабль на два часа! — заорал наблюдатель с телескопом.

— Боевая тревога! — тут же отреагировал Экскарт. — Приготовиться к погружению!

Противник дал для ремонта «Пираньи» чуть меньше двух часов, но этого все же хватило, чтобы привести ее в относительную норму и откачать всю воду. Все это время работал гисс крутя генератор, чтобы зарядить изрядно разрядившиеся батареи.

— Воздух! Дирижабль на пять часов!

Ремонтники спешно доделывали последние дела и начали заносить оборудование.

— Море! Корабль на десять часов! — продолжал оповещать о неприятностях наблюдатель.

— Не хватает только еще угрозы с глубины… — сплюнул Сторм эф Монс.

Но все понимали, что подлодки противника в принципе не смогли бы добраться сюда даже находись они на расстоянии «вытянутой руки». Слишком уж у них скорости низкие. Даже те подлодки, что участвовали в засаде на «Пиранью» по общему мнению пришли сюда не своим ходом, а были буксированы, а то и вовсе перевезены сухим методом.

— Нам и без них придется изрядно побегать, — проворчал парень, понимая, что это только первые ласточки и скоро небо и вода будет прямо-таки кишеть от вражеских бортов.

Но вот экипаж юркнул внутрь субмарины и «Пиранья» начала спешное погружение под воду. Оставалось только печалиться тому факту, что погода стояла на редкость тихая и ни морским кораблям, ни тем более воздушным ничего не помешает для ведения охоты на подводный корабль, что с высоты было хорошо видно.

Спустя некоторое время послышались первые взрывы. Это начал бомбометание дирижабль.

Управляемая Экскартом субмарина металась из стороны в сторону. Он полностью задействовал свой «фактор крови», что подсказывал ему откуда ждать наибольшей опасности и старался отвернуть в противоположную сторону.

Пока бомбил всего один дирижабль это было достаточно просто, но вот к нему присоединился второй воздушный корабль и ситуация резко ухудшилась.

Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах!

Близкие взрывы били по ушам и сотрясали «Пиранью» кою буквально зажали в огненные клещи. А если точнее, то бомберы создали натуральный объемное пространство взрывов. Противник не жалел бомб и сыпал их словно пригоршнями установив самую разную глубину подрыва, чтобы беглец не смог уйти от возмездия на глубину или наоборот резко всплыв.

Вновь начались течи.

— Эх… сделать бы ракеты, да запустить по ним! — в сердцах бросил парень. — Чтобы прямо из-под воды по ним бить!

— В принципе можно, но для этого придется перестроить чуть ли не половину подлодки, — сказала Олифия.

Казалось, еще немного и «Пиранья» будет смята в кусок бесформенного металла словно консервная банка, но вот у первого дирижабля, что не дождавшись напарника начал охоту, видимо желая получить лавры победителя в одиночку потопив субмарину имперцев, кончились бомбы. Это сразу же позволило Экскарту вывести свою подлодку из-под удара второго дирижабля.

«Вопрос только в том, сколько их еще сюда летит?..» — подумал он хмуро.

А летело их немало. По сути, на охоту за проклятой субмариной отправилось все что могло летать и плавать. Хотя надводные корабли занимались не столько охотой, сколько при необходимости должны были наводить дирижабли на цель. А оных в небе стало столько, что дошло до того, что выстроилась целая очередь из дирижаблей желающих отбомбиться по цели. Но пока светило солнце в услугах надводных кораблей не было необходимости, на воздушных кораблях и так прекрасно видели хаотично мечущуюся жертву.

С до предела обострившимся чувством опасности, буквально войдя в какое-то медитативное состояние Экскарт управлял подводной лодкой выписывая ею какие-то совсем уж невероятные кульбиты фигур высшего пилотажа, еще немного и он сделал бы «мертвую петлю» под водой… А так, закладывал крутые виражи с погружением и всплытием. Резко останавливался и сдавал назад…

Минуты шли за минутами, складываясь в тягучие часы, но субмарина отделываясь лишь незначительными повреждениями выходила из смертельных ловушек в кои ее пытались загнать целый флот дирижаблей. Более того, воздушные корабли так увлеклись охотой на «Пиранью», что допустили опасное сближение между собой. Непредсказуемый порыв ветра и вот два дирижабля влепились друг в друга сминая и рвя свои оболочки… ребра жесткости зацепились друг за друга и вот два дирижабля бесформенной кучей рухнули в воду, а потом еще и взорвались на собственных бомбах.

Произошедшая катастрофа несколько охладила пыл других участников охоты, они стали еще более внимательно относиться к своему положению в воздухе, что естественно несколько ослабило давление на избиваемую субмарину.

Насосы практически перестали справляться с откачкой воды, а экипаж падал с ног от усталости в борьбе за живучесть судна, заделывая все новые и новые пробоины, чиня старые, но субмарина продолжала выкручиваться из ситуаций в которых любая другая подводная лодка уже давно бы пошла на дно разорванная на части. Оставалось только благодариться кронпринца Марриора каска, за то, что он не пожалел средств и из лучших материалов создал столь прочную конструкцию.

Незаметно подступил вечер. Вода тут же налилась свинцовой синевой и дирижабли стали практически бесполезны в охоте на все никак не желавшую тонуть субмарину. В дело вступили надводные корабли. Они рассредоточились на огромной площади и начали бросать бомбы.

Ба-бах! Ба-бах! Ба-бах!

Взрывы шли на всю глубину от поверхности до дна, поднимая глубинный ил.

— Экс! Экс!!!

— Что?.. — очнулся парень.

Из его носа обильно шла кровь от перенапряжения и истощения.

— Расщелина!

— Понял…

Экскарт повел подводную лодку к указанной маголекарем расщелине. Но видимо то, что его вывели из медитативного транса сказалось и одна из бомб подорвалась так близко, что вскрыла сразу два верхних отсека. Впрочем, это неудивительно, так как подводная лодка была и без того сильно избита.

Но вот и возможное укрытие.

Бомбы стали рваться гораздо чаще и кучнее.

Экскарт после очередной серии подрывов, что буквально закрыла илом «Пиранью», задействовал обманку. К поверхности рванул большой объем воздуха, а так же топлива. Ну и конечно различный мусор. А чтобы имитация уничтожения субмарины была совсем полной вместе с мусором стали всплывать тела в матросской форме.

Где взяли? Так в морге. Там полно всякого сброда оседает, что порешили друг друга в кабацких драках. Менлин инс Ханк их подготовил, чтобы не испортились до поры до времени, но и так, чтобы если тело все же выловят и начнут проверять, то не разобрались, что оно не совсем свежее. Не в первый раз таким занимался, так что опыт имелся…

Несмотря на то, что появились доказательства гибели подлодки, враги еще долго не могли успокоиться и продолжали метать глубинные бомбы, что было затаившимся во многом на руку, так как поднимаемая муть все сильнее накрывала «Пиранью», так что ее стало невозможно разглядеть даже с помощью магоприборов.

Но вот поверив наконец, что ненавистная подлодка действительно погибла, корабли Альянса стали уходить восвояси.

22

Экскарт отключился еще до того, как отгремели последние взрывы глубинных бомб. Может почувствовал, что они не несут грозы, а может просто ментальное истощение дошло до критической стадии и чтобы окончательно не выгореть, организм перешел в спящий режим. Его положили в одной каюте со спящей Сицилией. Да, ее с началом боя крепко усыпили. Это было одно из условий, что ее возьмут в поход, а не оставят под охраной СИБ в бункере на военной базе. А то ведь сильно нервничать станет, а это в ее положении весьма чревато плачевными последствиями.

Так что основной накал по борьбе за живучесть судна прошел мимо него. А экипаж, местами по горло в мутной ледяной воде заделывал полученные в бою разрывы в корпусе. В паре отсеков так и вовсе работали в водолазных костюмах, ибо насосы там включать было вовсе бесполезно из-за дыр в которые мог пролезть человек.

Но пусть под допингом от маголекаря, люди все же залатали пробоины и началось осушение внутренних объемов подводной лодки. Вскрытым в итоге остался только один отсек на который пришелся чуть ли не прямой удар. Рваная рана которую уже не залатать.

Экскарт провел в бессознательном состоянии целых трое суток, все это время за ним ухаживала проснувшаяся жена и к моменту его пробуждения, лодка худо-бедно могла продолжить путь, но все еще лежала на дне в расщелине занесенная слоем ила.

— Как обстановка? — несколько апатично спросил он, чтобы что-то спросить.

— Спокойная, — ответила Сицилия. — Несколько раз, на следующий день после боя над нами проходили корабли, видимо проверяли, на месте ли мы, а вчера даже субмарина крутилась.

— И даже торпеду не пустили, чтобы добить наверняка? — удивился парень.

— Видимо наш внешний вид говорит сам за себя, что пожалели торпед… и так потратились на наше потопление. Мне сказали, что было больше тысячи подрывов глубинных бомб…

— Да уж, — присвистнул Экскарт. — Но мне в тот момент не до подсчета было…

— Представляю. А может побоялись стрелять. По крайней мере такую мысль высказал Сторм эф Монс.

— И чего, по его мнению, они испугались?

— Ты положил «Пиранью» в глубокую расщелину и нас дополнительно хорошо занесло донными отложениями, а потому, чтобы в нас попасть им нужно подойти к нам слишком близко. И если единичный взрыв собственной торпеды их лишь хорошо тряхнет, то, что случится если взрыв торпеды приведет к детонации наших «шквалов»?

— Да, это их самих утопить может, тем более что вся энергия взрыва пойдет на них, как от направленной мины, — согласился Экскарт. — У нас большие потери?

— Семнадцать погибших и двенадцать серьёзно раненых, про переломы и ушибы упоминать даже не стоит, в этом плане пострадали практически все. Но их Менлир быстро поставит на ноги.

Парень только кивнул. Он все еще чувствовал себя опустошенным. Спать не хотелось, но и двигаться — тоже.

В таком отрешенном состоянии он провел еще сутки, пока окончательно не завершился ремонт субмарины насколько это было возможно в данных условиях. Но поработали ремонтники очень хорошо. Они даже выходили наружу и подлатали вновь сильно поврежденный хвостовой руль.

— Олифия, уточни результаты по ремонту.

— В принципе все пробоины заделаны, но верхняя часть четвертого отсека затоплена. Тут только доковый ремонт поможет.

— Но движению субмарины это не сильно помешает?

— Нет, разве что все маневры будут выполняться тяжеловесно.

— Это понятно. А как у нас с ходовой?

— Двигатели, что паровик, что… гисс в порядке, — все еще с непривычки «спотыкалась» на названии мотора женщина-механик.

— Батареи?

— С этим хуже. Мы сделали все что могли, но развить можем хорошо если шестьдесят процентов мощности от нормы, ну и по времени работы соответственно просели, подзарядки потребуется делать чаще. А так, хоть сейчас в путь.

В принципе действительно можно было уходить. Это желание, как можно быстрее добраться домой читалось во взглядах собравшихся, но Экскарт, после короткой паузы, сказал:

— Нет, мы останемся на месте…

— Зачем? — спросила жена.

— Они считают нас погибшими и больше не опасаются угрозы из-под воды. Я считаю, что этим обстоятельством надо воспользоваться на полную катушку.

— Ты хочешь атаковать?! — изумилась она.

Да и остальные выглядели ошарашенными.

— Да! Надо напоследок хорошенько им вмазать. Ну и трофеи нужны. Плохо что придется выбирать жертву наудачу без наводки со стороны СИБ, но будем ориентироваться на сопровождение. Серьезный груз повезут под хорошей охраной, вот его и экспроприируем.

— Хм-м… — выдавил из себя маголекарь. — В принципе может получиться… нас действительно списали со счетов.

А еще Экскарт просто н хотел возвращаться побитой собакой. И то, что его пинали такой толпой целый день, ничуть не меняет факта того, что его все же отпинали. В этом случае на высшую награду империи можно не рассчитывать, обойдутся награждением «Желтой звездой». Тоже неплохо, но лучше все же «Черную».

Надо все-таки думать о будущем и ее наличие может облегчить жизнь в некоторых ситуациях. Одно дело, когда к тебе с каким-то делом обращается какой-то рядовой аристократ и совсем другое тот же аристократ, но с высшей наградой империи, который благодаря этой награде может в любой момент обратиться к императору (есть за этой наградой такая привилегия, что можно трижды в год обратиться к главе государства, но лучше конечно не злоупотреблять и не дергать императора по пустякам).

«Может это даже на графа подействует и он все-таки смирится с тем, что я его бастард и признает меня за полноценного сына, без последующих попыток нацепить ошейник и посадить на короткий поводок», — подумал он.

Враждовать с графом бесперспективно с какой стороны ни посмотри.

В общем причин оставить последнее слово за собой, хватало.

23

Транспортные суда Альянса вновь начали смело шнырять по океану от материка к материку в том числе в одиночку. Те, что шли с Амерона как и раньше были не сильно интересны с их грузом продовольствия, лошадей и сырья. А вот те, что шли на Амерон…

Поверив в то, что проклятая субмарина имперцев наконец потоплена, противник вновь стал распускать конвой в точке рандеву посреди океана, хотя сопровождение у некоторых транспортов все равно имелось, но оно, как полагал Экскарт больше выделялось для защиты от атаки с воздуха.

— Вот вроде достойная цель, — сказал Экскарт, показав на две метки.

С ним согласились. А кого еще может сопровождать цельный тридцатипушечный линкор? Пусть устаревший, колониальный, но все же шестиколесный линкор.

— И что особенно прекрасно — пройдут точно над нами! Просто праздник какой-то!

«Пиранья» все это время лежавшая на грунте, стала осторожно выбираться из своего убежища. Раздались какие-то скрипы, субмарина словно стонала от болезненных ощущений в своем теле…

«Ничего, это последний раунд, а потом на капитальное лечение», — мысленно обратился парень к субмарине, словно к живому существу.

Цели медленно приближались. Впереди шел линкор, а позади раза в два больший транспорт крутя восемью колесами по четыре с борта.

— Что ты делаешь? — с недоумением и даже опаской спросил телохранитель.

— Собираюсь сделать так, чтобы у противника не осталось ни единого шанса на спасение…

Экскарт, чуть сманеврировав, выйдя точно в нос линкору, начал увеличивать положительный дифферент «Пираньи», то есть задирая ее нос вверх все выше и выше, пока наконец подводная лодка не встала свечой.

— Пуск! — скомандовал себе парень и лично произвел выстрелы.

Все четыре «шквала» с секундной задержкой ракетами вертикально вверх выскочили из торпедных аппаратов.

Шансов на спасение у линкора не было по определению, даже если там заметили пуски торпед. Просто не успевали среагировать, «шквалы» очень быстро сближались с целью. В последний момент с линкора все же выстрелили магнитными буями, но сейчас большая дальность отлета буев от борта сыграла против жертвы. Из-за дальности их магнитная активность воспринималась слабее, чем близкий корпус линкора, так что все четыре торпеды врезались в днище корабля. Бухнуло четыре мощных взрыва и корпус линкора стал рассыпаться на части, после чего быстро тонуть. Экипаж даже не успел спустить ни одной шлюпки. Лишь пара десятков человек остались на поверхности за счет спасательных кругов.

Экскарт едва успел вернуть «Пиранье» нормальное положение и выйти из зоны затопления развалившегося на части корабля, чтобы не быть погребенный его обломками. А там ведь кроме обломков была куча снарядов и глубинных бомб, что своеобразным градом стали сыпаться сверху.

— Всплываем! Абордажным командам приготовиться к захвату!

Транспорт надо сказать оказался не беззубым и стоило только субмарине всплыть как рядом встал султан воды от взрыва снаряда.

Ба-бах!

Второй выстрел противника пришелся точно по измочаленной рубке подлодки нанеся ей рваную рану, которую снова придется заделывать.

Экскарт принялся резко маневрировать на сколько это позволял дышащий на ладан руль, взрывы вновь стали поднимать фонтаны воды, но очень уж близко.

— Да заткните эту пушку!

Пулемет установили быстрее и Сторм эф Монс начал садить по артиллерии транспортного судна. Это несколько снизило их скорострельность и точность, что позволило установить свою пушку и началась артиллерийская дуэль, но без особых успехов с обеих сторон.

— Абордажники, дело за вами!

Две лодки быстро нагнали транспорт. По ним попытались стрелять из винтовок, но пулемет на «Пиранье» быстро подавил эту неуместную активность команды парохода, хотя абордажники потеряли несколько человек ранеными. Но даже после пулеметного обстрела команда транспорта не успокоилась и за борт полетели гранаты. Метали вслепую и одна из гранат упала все же очень удачно. Людей разметало в стороны, а саму лодку порвало в клочья.

— Проклятье!

Со второй лодки на борт в свою очередь так же полетели гранаты и вот их взрывы оказались куда как более действенны. Осколки смели обороняющихся с палубы, а так же заставили замолчать пушку. Абордажники кинули веревку-лестницу с «кошкой», готовясь проникнуть на палубу и покарать всех самым жестоким образом.

Бух! Бух! Бух! Бух!

— Что это? — удивилась Сицилия.

А это оказались подводные взрывы, что раздались изнутри корпуса транспорта.

Пароход получив пробоины начал быстро тонуть.

— Что за демоны?! Они затопили свое судно, чтобы только оно не досталось нам?! — изумлялся Экскарт.

— И что они такого везут, что не хотят, чтобы мы это захватили? — пробормотал маголекарь.

— Вот мы и посмотрим…

Судно быстро затонуло и «Пиранья» подобрав своих людей последовала за ним на дно.

Экскарт даже лично решил прогуляться, надев водолазный костюм. С ним шел телохранитель, представитель от флота и Олифия с парой своих механиков.

Судно легло ровно, небольшой крен практически не мешал. Вошли через одну из пробоин, она была достаточно велика для этого.

— И что это за хлам? — пробормотал Экскарт, осветив груду какого-то металлолома и стекла.

Стало ясно, что одновременно со взрывами, что отправили судно на дно, так же прогремели взрывы в грузовом отсеке, уничтожая груз.

Олифия тем временем отошла чуть в сторону, ее внимание привлекла какая-то деталь сложной формы, хоть и помятой. Повертев в руке деталь, она достала планшет и написала: «Это излучатель «Теслау», только размеры маленькие…»

«Понятно», — написал Экскарт в ответ. — «Возвращаемся. Нам тут больше нечего делать».

Стало понятно внушительное сопровождение, сопротивление экипажа и самозатопление. Установка «Теслау» штука весьма дорогая и имеет стратегическое значение. Не говоря уже о том, что у каждого государства имелись свои секреты в технологии создания отчего у них была различная эффективность. Так на километр фронта кому-то требовалась одна установка, а кому-то все пять и судя по всему эта установка была одной из самых совершенных.

«Возможно это переносной вариант», — добавила Олифия, еще немного покопавшись в этом железном хламе.

«А вот это совсем паршиво», — подумал Экскарт, быстро осознав, чем это грозит для колониальной имперской армии. — И становится понятно насыщение армии противника паровым оружием. Они просто походя сметут нас задействовав переносную установку «Теслау», сделав нас обычным дикарями с дубинами, пусть и частично железными…»

«Возвращаемся!» — снова написал он в ответ.

И все поняли, что это не о возвращении на подлодку, а в Ормунд. Неизвестно ведь сколько уже таких установок доставлено и значит командование должно узнать об угрозе как можно быстрее и по возможности успеть подготовиться.

Но возвращались все-таки не с пустыми руками. На обратном пути прихватили первый же попавшийся пароход с грузом из паровых полевых пушек в двести стволов и боеприпасами к ним по тысяче снарядов на ствол, потопив его сопровождение в виде крейсера.

24

Вернувшуюся «Пиранью» встречала огромная толпа народа, что заполнила все пространство порта и даже склоны окружающих холмов. Люди что-то кричали, размахивали флагами и приветственными плакатами… Экскарта все это несколько удивило, но глава ормундского СИБ, встречающий в первых рядах, пояснил:

— По политическим мотивам было принято решение осветить вашу боевую деятельность в прессе максимально широко. На фоне неудач с Пятой и Шестой колонией, требовалось показать людям, что есть и победы. Опять же требовалось провести информационную подготовку перед награждением одной из высших наград империи.

— Понятно…

Как выяснилось чуть позже, пока они отлеживались после побоища на дне океана, Пятая колония окончательно пала под натиском колониальной армии Альянса, а Шестая отложилась. Там спешно провели референдум и была объявлена независимость. Теперь Шестая колония называлась Шаскарской республикой. Быстро выбрали парламент и президента.

Следующей под удар по всей видимости должна была попасть либо Четвертая, либо Третья колония, смотря откуда будет нанесен главный удар, а направлений хватало. Войска Альянса маневрировали, заставляя имперцев опасно растягивать свои силы. Рано или поздно противник должен был переиграть в плане разведки, сосредоточиться в одном месте и ударить.

«А могут и на обе сразу напасть, — подумал парень, вспоминая о мобильных установках Теслау. — Но наверное все-таки не рискнут…»

Присвар Тауф инс Арсен тем временем продолжал:

— Когда СМИ Альянса сообщили о том, что потопили вас был настоящий траур. Канцелярия императора на этом фоне наконец разродилась распоряжением наградить тебя «Желтой Звездой» посмертно. Уже собирались опубликовать это заявление, но тут пришла информация о потоплении линкора с транспортом, как раз в районе вашей якобы вашей гибели и я своей властью придержал публикацию, ну и в метрополии по моему совету тоже притормозили. Я был уверен, что это ваша работа, ведь собственно никто другой этого больше сделать не мог, разве что произошла какая-то трагическая для них, но счастливая для нас случайность. Но в такие случайности я не верю…

— Может диверсия?.. — с невеселой усмешкой предположил Экскарт.

— Организация подобных диверсий проходит через меня. Да и успели они сообщить в эфир об атаки подложки.

— Ну да…

— Так что после такой вашей эпопеи «Черной Звезды» тебе не миновать, — засмеялся глава ормунского отделения СИБ.

Вот только потом ему стало резко не до смеха, когда Экскарт сообщил о грузе затонувшего самоподрывом транспорта и выводе Олифии Гисс о том, что это мобильные установки Теслау.

— Это катастрофа… — пробормотал он, быстро и в полном объеме осознав последствия их применения на фронте.

— А представьте, что их установят на специальные корабли, и произойдет прорыв вражеской эскадры к городу… — добил его парень.

На Присвара инс Арсена было больно смотреть.

— Если это случится, они отрежут нас от океана, а значит от снабжения. Но если у них есть мобильные установки Теслау, то чего медлят?

— Накапливают силы?

— Очень может быть. И то, что они активно вооружаются паровыми винтовками подтверждают твою версию… Четвертая колония… Альянс атакует именно ее, именно там они смогут наиболее успешно использовать эту свою новинку… Надо ускорить ремонт твоей субмарины…

— Кстати о субмарине…

— Что? Отремонтируем в первую очередь, бросив на это все силы, материалы и лучших спецов…

— Нет, вы не поняли… Я хотел бы передать ее в состав ВМФ, ну и желательно что-то с этого получить.

— Чего так? Или приключения с охотой всего морского и воздушного флотов Альянса повлияло на решение?

— И это тоже. Хотя решение было принято еще до данного выхода.

— Вот как? А именно?

Экскарт выложил свои аргументы, о том, что он станет в флотской среде «белой вороной» и чем это может для него обернуться.

— Резонно, — после короткой паузы согласился глава ормундского СИБ. — Думаю ВМФ пойдет вам навстречу, а я сделаю все, чтобы моряки выплатили вам максимальную сумму за «Пиранью». Хотя много все же получить не рассчитывайте.

— Благодарю.

— Но если после награждения «Звездой» какого бы ранга она ни была, вы останетесь не у дел, это могут не понять…

— Я не собираюсь отсиживаться в тылу. Сформирую свой сухопутный отряд.

— С этим могут возникнуть проблемы, — предостерег сибовец. — Все, кто мог уже вошел в подобные отряды, остальных призвали в армию. Так что свободных людей не осталось.

— Это понятно, — кивнув, соглашаясь с Присваром Тауфом, сказал Экскарт, — Но у меня появилась одна идея и для отряда, который я хочу сформировать, подойдут отставники, коим по предельному возрасту уже просто физически трудно служить в пехоте с их постоянными маршами и рытьем укреплений, но что все еще довольно крепки.

В кавалерию вообще старше тридцати пяти не брали. На первый взгляд странно, казалось бы, скачи на коне, все не на ногах, но нет, таких «стариков» во время скачки растрясывает так, что они уже ни на что не способны. Так что только пехота до пятидесяти лет и то, от сорока и выше не все годны, разве что на гарнизонную службу в городах и фортах.

— Отряд из стариков?!

— Из крепких стариков, этаких живчиков, что еще не прочь пострелять и если уж предстоит умереть, то сделать это в бою с оружием в руках. Думаю, таких найдет в нужном мне количестве…

Экскарт вспомнил постельничего Пункока. Тот был весьма боевит несмотря на весьма почтенный возраст.

— Да, думаю таких наберется достаточное число, — чуть подумав, согласился Присвар инс Арсен. — Особенно здесь, в колониях.

— Вот и я о том же. Так что в мой отряд, они записаться захотят, особенно когда их чуть тонизирует мой маголекарь своими настойками. Тем более передвигаться им предстоит с относительным комфортом…

— Заинтриговали! И что же это будет за отряд? Может я смогу вам оказать содействие в его формировании.

— Да, ваше содействие будет очень даже не лишним, чтобы сократить срок его формирования до самого минимума и обеспечить максимальную секретность проекту или скорее создать плотную дымовую завесу, полную секретность все-таки обеспечить будет нереально.

— Рассказывайте! — уже с откровенным азартом, потребовал глава ормунского СИБ.

Экскарт рассказал. Все равно мимо СИБ это не пройдет, докопаются, а вот если со стороны спецслужбы будет оказано содействие, то это будет просто отлично. А то, что содействие будет оказано максимально полно он уже не сомневался.

Враг у ворот, а если еще и устроит десант на Ормундо с использованием мобильных установок Теслау, то это будет фактически поражение и потери всех колоний империи на Амероне. Чего конечно Присвар Тауф инс Арсен допустить не мог, а потому накрутит хвосты всем от армии и флота, до того, что прижмет хвосты промышленникам.

— Мне нравится ваша идея! Это, при грамотном использовании, действительно может остановить врага, а то и вовсе обратить ситуацию вспять!

Ну и завертелось. Дел сделать нужно было очень много и приходилось крутиться с раннего утра до позднего вечера размещая заказы и контролировать их исполнение по срокам и качеству, и даже ночью не было покоя.

В такой круговерти даже награждение «Черной Звездой» наместником императора, каким-то его дядей, прошло почти незамеченным. Точнее вызвало раздражение от ощущения потерянного времени, когда целый день улетел на пустое празднование с кучей пафосных речей от наместника и прочих высокопоставленных государственных и военных чиновников, а перед этим еще три дня пришлось костюм себе специальный делать и даже сверхрасторопного и профессионального портного хотелось убить из-за постоянных примерок.

Получили награды и остальные члены экипажа максимального достоинства из возможных, различные медали и даже «Медные кресты». Не поскупились и для Олифии Гисс, получившей наравне со всеми свитским Экскарта «Золотой крест», хотя она вообще-то была не только простолюдинкой, но еще и подданной другого государства, но поскольку королевство Люксер все еще формально оставалось нейтральным (хотя по факту уже давно работало на Альянс), то на это закрыли глаза, тем более она подала прошение о смене подданства, что быстренько удовлетворили. Торпеды «шквал» опять же, что высоко оценили моряки, тоже весьма весомый вклад в дело обороны империи и не отметить это было нельзя. Вот и получила по совокупности.

25

То, что должно было рано или поздно произойти — произошло — война в колониях перешла из маневренной в позиционную. Колониальные войска Гардариканской Империи, отступив на некоторое расстояние вглубь Четвертой колонии, закрепились на выгодных позициях врывшись в землю.

С правого фланга их прикрывали горы, а на левом землю раскалывал глубокий каньон и вот это пространство холмистой долины пяти километров шириной имперские воска и перепахали окопами в несколько линий. Кроме того, позиции обороняющихся по фронту дополнительно прикрывала широкая река Эмпара, что величественным водопадам обрушивалась в каньон. Дальше она образовывала огромное озеро, точнее даже целый каскад озер, переходя в Великие болота в которых начинались колониальные территории королевства Люксер.

И все бы хорошо, подобные природные и рукотворные препятствия на пути противника в любых других обстоятельствах были бы практически непреодолимы, по крайней мере для этого потребовалось бы многие десятки тысяч жертв со стороны штурмующих, но проблема заключалась в том, что обороняющиеся мало что могли противопоставить атакующим. Точнее много чего, но это было бесполезно при многочисленных работающих установках Теслау.

Чтобы остановить врага, требовалось паровое оружие, а вот с ним у гардариканцев в колониях было не очень. Всем казалось, что время данного типа вооружения уходит в прошлое, но как оказалось, так только казалось. Потрошились мобилизационные склады, спешно приводился в порядок хранящийся в не самых надлежащих условиях там хлам, понимались на вооружение трофеи взятые Экскартом, ну и спешно разворачивали производство собственными силами используя стволы от газового и порохового оружия, так как на поставки из метрополии можно было особо не рассчитывать, там едва покрывали собственные нужды.

Вроде бы ничего сложного в этом оружии не имелось, топка да котел высокого давления, что солдаты таскали в ящике на спине, но оно было очень уж капризным и ненадежным, не говоря уже о том, что неудобным. Достаточно было одного осколка в «паровой блок», как винтовка становилась бесполезной. Часто забивались топливные форсунки из-за чего падало давление пара и вновь становилось невозможно сделать выстрел. Ну и в случае спешного отступления это оружие солдаты просто бросали предварительно приведя в негодность, оно и понятно, попробуй побегать с двадцатью пятью килограммами за спиной, плюс сама винтовка килограмм пять весит. Потому и была столь велика потребность в таком оружии, что даже развитая промышленность империи едва успевала ее покрыть для основного фронта, так что не до поставок в колонии.

Солдаты Альянса были уверены в победе и их боевой дух держался на весьма высоком уровне. Пропаганда постаралась на славу рисуя солдат противника слабаками и неумехами, ну и результат был на лицо, Пятая колония захвачена довольно легко, разве что столица отчаянно сопротивлялась, но и она в итоге пала, а Шестая колония и вовсе сама упала им в руки. Ну пусть не им, а объявила независимость, но армейские агитаторы уверяли, что и прочие колонии сами отпадут от империи став их данниками, стоит только еще немного поднажать. И вот они готовились этот жим обеспечить.

По притокам реки Эмпар в нее сплавлялись огромные лодочные плоты и прямо напротив позиций противника инженерные войска Альянса стали разворачивать переправу. Плоты бросали якоря и их во многом с помощью течения разворачивало в плавучие мосты. Один, второй, третий, пятый, десятый…

Было в этом что-то издевательское так как имперцы практически ничего не могли с этим поделать при работающих установках Теслау. Артиллерия могла стрелять только болванками, но много ли ими настреляешь? Сначала в мост надо попасть и даже попав, большого урона не нанесешь. Разбитые секции сноровисто ремонтировали. Да и попадали больше случайно, так как реку застилал рукотворный туман, что укрыл переправу плотным белесым саваном.

Артиллеристы полевой мелкокалиберной паровой артиллерии, что могли стрелять прямой наводкой, видели эти переправы лучше, но стоило им только заявить о себе, как позиции имперцев закидали дымовыми снарядами-чемоданами и обзор стал совсем никакой.

Попытались уничтожить наведенные переправы бомбардировкой с дирижаблей, но и это противником было предусмотрено и атака силы Альянса успешно парировали собственным воздушным флотом, так что в небе разгорелся ожесточенный бой.

Десятки дирижаблей палили друг по другу из всех стволов, пускали ракеты и получив повреждения стали выходить из схватки с трудом маневрируя и резким снижением. Бомбардировщики при этом сбрасывали свой груз куда придется. Иногда накрывая позиции собственной пехоты.

Другие падали пылая, их обрабатывали зажигательными средствами дельтапланеристы, что неся страшные потери все же пробивались сквозь плотный пулеметный огонь. Один такой дирижабль, то ли полностью потеряв управление, то ли командир сознательно направив свой погибающий воздушный корабль на врага, войдя в зону действия установки Теслау вспыхнул огромным взрывом-фейерверком… но даже уничтожение одной установки Теслау ничего не меняло.

Так и не нанеся какого-то серьезного ущерба понтонным переправам имперские дирижабли вынуждены были уйти и началось наступление Альянса. Сотни и тысячи солдат быстрым шагом перебирались на противоположный берег по качающимся мостам.

Как только плацдарм был занят по мостам проехали легкие бронеходы, по сути, тяжелые грузовики, обшитые броней. С полноценными бронеходами у Альянса на Амероне тоже было непросто, все они требовались на основном фронте в метрополии. От них много не требовалось, все-то подобраться поближе к вражеским позициям и выстрелить «кошкой» словно гарпуном, после чего сдать назад.

Зачем? Так перед позициями имперцев были натянуты заграждения из колючей проволоки, вот их таким способом и пытались убрать. Не всем эрзац-бронеходам удалось выполнить свою миссию, часть их все-таки подбили артиллеристы, но свою задачу на многих участках фронта они выполнили, расчистив путь для пехоты.

Но и после расчистки заграждения, пехота Альянса не кинулась в атаку, чтобы не попасть под веерный огонь пороховых пулеметов. Закрепившись на позициях и создав на скорую руку оборонительные рубежи и подтянув свою артиллерию приступившей у к стрельбе по пушкам имперцев, они стали ждать главное действующее лицо этой битвы… и оно появилось.

Небольшой паровой речной тягач буксировал за собой баржу на которой располагалась мобильная установка Теслау. Вот баржа пристала к берегу и ее сноровисто пришвартовали. Упали широкие трапмы и сразу четыре трактора выбросив из себя черные клубы дыма стали стаскивать ее на берег.

На воде встали фонтаны от упавших болванок артиллерийских снарядов, какие-то ушли глубоко в песок и землю, но точность имперских пушкарей оказалась весьма посредственной, к тому же им сильно мешали стрелять артиллеристы Альянса ведя контрбатарейную борьбу.

Вот установка была стащена на берег с баржи и она заработала. Раздался утробный какой-то вибрирующий гул, остро запахло озоном и в воздухе затрещали электрические разряды. Рукотворные молнии хаотично бившие в небо. извивались ударяя в землю, в бронеходы и даже людей, точнее в их каски. Но вреда людям эти энергетические разряды не приносили, так как они были надежно заземлены.

Трактора продолжая изрыгать черный дым потащили установку в сторону позиций имперских солдат.

Полевая артиллерия не обращая на огонь своих визави, так же пыталась уничтожить установку, благо они могли стрелять прямой наводкой, но сделать это оказалось не так-то просто, установка была надежно защищена бронеплитой, как и трактора прикрыты бронелистами, так что снаряды-болванки просто рикошетили высекая искры.

Вот энергополе приблизилось к имперским позициям и молнии словно живые, зашарили по земле, перескакивая с одного места на другое, словно какой-то щуп неведомой инфернальной твари и на месте, где электрическое щупальце замирало на мгновение раздавался взрыв.

Как только минное поле было ликвидировано установкой в атаку ринулись солдаты Альянса. Зазвучали выстрелы паровых винтовок, но натиск противника был очень силен и имперским бойцам неся потери под натиском превосходящих сил пришлось отступить на вторую линию обороны…

Раздались крики полные торжества и радости.

26

— Начать подготовку пушек к бою! — дал приказ Экскарт, когда они вышли в условную точку и до противника оставалось сделать один короткий быстрый бросок.

Прошло немного времени и из труб пятидесяти бронеходов, что продирались через лес пятью колоннами по десять машин, сминая кустарник и молодые деревца, повалил густой черный дым. Это заработали топки паровых котлов, но не паровых двигателей, а просто котлов высокого давления для подачи пара в паровые орудия.

Конечно этот дым их сильно демаскирует, но это по большому счету это уже не имело значения, их и так быстро обнаружат, так как скоро они выйдут на открытое пространство (пастбище или пахотное поле), так что минутой раньше или минутой позже… противник в любом случае не успеет ничего предпринять для отражения атаки.

Сейчас парня все знали как лорд-полковника Трексара инс Маренонга, командира бронеходческой бригады под названием «Стальной кулак». Даже символику себе сделали соответствующую, черный флаг — символ черного дымы, в центре белый круг символизирующий пар, а внутри красная (символ крови) латная клепаная перчатка с тремя шипами.

«Черная звезда», а так же финансовые возможности после продажи трофеев и «Пираньи» ВМФ за два месяца позволила создать такой отряд бронеходов в личной собственности. Позволили ему это еще и потому, что на Амероне у Империи как таковых бронеходческих подразделений не имелось, а значит формального подчинения кому бы то ни было тоже не было, разве что что непосредственно маршалу, что командовал всеми армиями колоний, но это немного другое.

Всего удалось построить пятьдесят бронеходов — глубокой идейной модернизации болотохода Олифии Гисс. Собственно, она и спроектировала новую машину на основе своей «Черепахи», учтя ее недостатки. Только теперь машины получились угловатые, а не с покатым верхом, так как использовались нормальные бронелисты, а не кусок от взорвавшегося корабельного котла приобретенного ею по случаю.

Шасси так же использовались шнековые. «Специалисты» предлагали поставить ставшую классикой для подобного вида боевой техники закольцованную ленту, отчего-то получившую странное название «гусеница» или на худой конец «многоножку» использующий тот же принцип гусеницы но технически сложнее, но Олифия была непреклонна — только шнеки.

— Почему? — спросил Экскарт, которому тоже была не совсем понятна ее настойчивость в этом вопросе, тем более ему казалось, что гусеница проще, да и ход помягче за счет катков.

Многоножку и он всерьез не воспринимал, рассматривая как конструкторский курьез, хоть по камням, где гусеницы могли порваться, они вроде должны были ходить лучше.

— Тем более мы не в болотах и их тут вообще нет.

— Гусеница очень ненадежна в том плане, что ее легко порвать и бронеход, получив такое повреждение просто встанет, превратившись в неподвижную мишень. Это неприемлемо. Со шнеками такой проблемы не будет. Кроме того, шнеки обеспечат бронеходам плавучесть, а это сам понимаешь какие перспективы открывает в плане маневренности, что для нас важнее всего.

На этом моменте Экскарт вынужден был согласиться, тем более что женщина-механик и здесь пошла по пути модернизации и вместо двух шнеков сделала четыре, по два с борта, один за другим. Так что если один шнек все же получит повреждение от попадания снаряда, то это не должно сильно сказаться на проходимости бронехода.

На бронеходы, получившие название «носорог» были установлены двигатели ее имени, но двигался бронеход не напрямую от него, а все же на электрических моторах, точнее двух, что как раз ставили между шнеками. То есть гиис крутил генератор, а тот уже обеспечивал электричеством два электрических мотора. Аккумуляторов понятное дело не имелось, не подводная лодка, опять же бронеходы не были рассчитаны на полное погружение как болотоход «Черепаха», а то иначе некуда было бы поставить паровой котел и заложить боеприпасы.

Сделана такая схема не от хорошей жизни, а в целях упрощения всей системы движения и управления. Промышленность колонии не могла сделать сложную и надежную систему передачи вращающегося момента движителя на ходовую часть, точнее на это потребовалось бы слишком много времени при практически ручной работе. А устанавливать простую, это надо иметь очень опытных и физически сильных механиков-водителей, а откуда их взять? И обучать времени нет. Да и как говорится иная простота хуже воровства. Очень уж ломкая такая система.

Так что пришлось идти по такому вот альтернативному и заковыристому варианту, когда достаточно запустить гисс, получить от генератора энергию на электромоторы и просто передвинуть ручку на резисторе, чтобы начать движение без всяких лишних переключений скоростей при помощи рычагов да педалей. В общем просто, дешево и сердито, и при этом надежно, ибо ломаться практически нечему.

Из-за нехватки времени на конструирование и постройку бронеходов, ну и неспособности промышленности, так же пришлось отказаться от идеи вращающейся башни, к чему уже пришли в метрополии, по крайней мере в мперии, довольно быстро отказавшись от установки большого количества пушек: спереди, сверху (чтобы стрелять назад) и бортовые. Одна пушка, но стреляющая во все стороны выгодне.

Потому пушка установленная в носу «носорога» имела очень ограниченный угол поворота, всего сорок пять градусов вместо двухсот будь у бронехода нормальная башня.

Обеспечить триста шестьдесят градусов поворота с паровой пушкой не могли пока даже в метрополии из-за парового патрубка. Вот для пороховой пушки с этим проблем бы не имелось… только их никто пока в бронеходы не ставил.

И вот это «стадо» «носорогов» выскочив из леса и разворачиваясь в боевой клин устремилось на позиции врага. Они успели преодолеть половину поля до позиций противника, прежде чем враг заметил неладное и начал суетиться в попытке отразить атаку «Стального кулака» имперцев.

Да, враг никак не ожидал увидеть гардариканские бронеходы у себя в тылу. Может быть готовились отразить атаку по фронту, для чего в больших количествах подтянули полевые мелкокалиберные пушки хорошо показавшие себя против бронеходов, но ни как не сзади.

Конечно, разведчики Альянса знали и сообщили своему командованию о том, что имперцы спешно строят себе бронетехнику, такое не скрыть при всем желании, но можно напустить туману и слить заранее подготовленную дезу, то что собственно шпионы ожидали услышать и увидеть. Агенты СИБ сделали все, чтобы противник посчитал, что строят обычные бронированные машины на паровом ходу.

Почему это было так важно? Все дело в ТТХ двигателей, гиссы крыли по КПД обычные паровики как бык овцу, как в плане мощности, так и в плане автономности хода.

Бронеходы на паровых машинах имели ну очень малую дальность хода, были массивны, медлительны и неповоротливы, хорошо если пятьдесят километров в день смогут преодолеть без дозаправки топливом и водой. У «носорогов» с гиссами таких проблем не имелось и они могли на одной заправке преодолеть до пятисот километров за тот же день, что собственно и сделали, задав огромный крюк, чтобы незаметно выйти в тыл армии Альянса.

И тут способность преодолевать водные преграды оказалось, как нельзя кстати, ибо сначала бронеходы еще ночью сплавились по одному из притоков Эмпары, преодолели саму Эмпару, ушли вглубь захваченной противником территории, преодолели еще несколько рек и вышли в тыл противнику. Враг в принципе не мог представить, что такое возможно, генералы были уверены в своих силах, считали, что имперцы станут играть от обороны, ведь все говорило в эту пользу, и потому окружающая территория так далеко не контролировалась патрулями, за что и поплатились.

— Огонь!

«Носороги» останавливаясь и прицелившись открыли стрельбу. Сначала ими была подавлена дальнобойная пороховая артиллерия, что вела контрбатарейную борьбу с артиллерией гардариканцев, после чего они буквально вонзились в «тело» армии Альянса, что готовились к переправе дабы поддержать наступление передовых частей, давя и круша все что попадалось им на пути, но главной их целью являлись конечно же для начала стационарные установки Теслау…

— Огонь!

Бронеходы открыли кинжальный огонь по установкам и те начали разлетаться на куски. Вот они испустили последние молнии…

— Вперед! — скомандовал Экскарт, понимая, что сейчас здесь разверзнется кромешный ад, ведь то, что установки перестали работать имперцы тут же узнают, для этого собственно и висит высоко в небесах наблюдательный дирижабль.

Бронеходы беспрепятственно добрались до реки и плюхнулись в воду на ходу ведя стрельбу по войскам противника на противоположном берегу, что спешно разворачивали пушки новой угрозе.

«Носороги» успели преодолеть половину дистанции до берега, как позади загромыхали мощные взрывы поднимавшие в воздух тонны земли и смешивая с нею вражеских солдат коих там скопилось великое множество. Били и шрапнельные снаряды, чья начинка накрывала площадь диаметров в километр превращая тела в кровавое месиво.

Выжить в таком месиве было очень непросто, почти невозможно, так как дальнобойная крупнокалиберная артиллерия гардариканцев работала на максимальной скорострельности и для такого случая, подтянули все что только было можно.

Бронеходы выбравшись на берег продолжили атаку буквально сминая полевую артиллерию противника.

Машина Экскарта получила несколько попаданий, но снаряды срикошетили от толстой лобовой брони.

А вот и мобильная установка Теслау.

— Выключите ее и не вздумайте испортить, — высунувшись из люка, потребовал он от операторов, что ею управляли.

А чтобы не вздумали шутить, нацелил на них пулемет.

Оставшиеся три из пяти установок так же были захвачены. Одну установку имперцы все-таки смогли уничтожить прямым попаданием болванки крупного калибра. Случайность во многом, ведь стреляли издалека с закрытых позиций.

Как только и мобильные установки замолчали, для успевших переправиться войск так же все закончилось. Их паровые ружья совсем не играли против пороховых винтовок и пулеметов имперских солдат. Командиры подразделений это отлично понимали и видя, что творится на противоположном берегу, не желая испытывать все это на себе, стали сдаваться. Деваться им было некуда.

27

— Великолепно! Превосходно!!! — выражал свою радость маршал Хенран инс Вирт. — Только ради этой битвы стоило сделать эти бронеходы! Грандиозный успех! Полная победа!!!

Экскарт заставил себя улыбнуться и кивнуть головой.

Кто бы только знал, чего ему стоило настоять именно на обходном маневре, а не на лобовом фронтальном ударе, как настаивал штаб во главе с маршалом — старым кавалеристом. Привыкли понимаешь биться лоб в лоб встречными ударами. Тем более именно так и использовались те медленные и неуклюжие бронеходы на основном театре боевых действий, там в метрополии, вот и не хотели выдумывать ничего нового.

На одной из ближайших к полю боя вилле, что заняли под штаб, в зале устроили настоящий праздник, даже женщины имелись, в основном жены офицеров. Вино лилось рекой, все ходили радостные, тут и там звучал смех. Оно и понятно, первая крупная, даже можно сказать грандиозная победа после череды поражений с потерей двух колоний. Вражеская армия полностью разбита и теперь следовало воспользоваться результатами этого разгрома, чтобы перейти в контрнаступление.

Экскарт принимал поздравления высших офицеров армии и лорд-командиров свободных отрядов. Последние, впрочем, делали это с натянутыми улыбками. И это тоже понятно — зависть. Зависть к его «Черной Звезде» и новому успеху, что так же не останется без внимания в плане награды.

И если к высшей награде они раньше относились скажем так не столь остро, понимая, что получил он ее больше по политическим мотивам, отчего было такое снисходительное отношение, как к любому выскочке, даже пренебрежение, опять же получил он ее за действие на море, а тут суша (отчего собственно и возникли проблемы с продвижением своего видения тактики и стратегии использования бронеходов), то сейчас все изменилось.

Своим рейдом глубокого обхода с выходом в тыл Экскарт подтвердил, что награда выдана заслуженно. К счастью, именно наличие «Черной Звезды» помогло протолкнуть именно свой план, ведь в теории Экскарт мог апеллировать к самому императору и парень в какой-то момент устав бороться с костностью мышления своего начальства, под конец спора, вполне прозрачно намекнул на такое желание. Не будь ее маршал бросил бы его в лобовую атаку и не факт, что удалось бы выполнить поставленные задачи. Ведь противник знал о строящихся бронеходах и готовился их встречать именно в лобовом ударе, для чего спешно насытил занятый плацдарм мелкокалиберной артиллерией с бронебойно-зажигательными снарядами.

А так из пятидесяти машин во время боя было потеряно всего пять. Два «носорога» утонули во время переправы из-за пробития шнеков отчего их заполнило водой, а еще три машины были сожжены уже на своем берегу. Вроде и зажигательной смеси немного в этих каких-то несерьезных, даже смешных снарядиках, хорошо если пригоршня, но очень уж злой алхимический состав в них залит, не потушить. Опять же возникает эффект объемного взрыва, когда при пробитии брони снаряд разрушается и весь состав в один миг распыляется во внутреннем пространстве бронехода и вспыхивает. Так что экипажи погибали мгновенно, что было особенно погано.

К счастью, экипажи с двух утонувших «носорогов» все же спаслись, причем во многом благодаря матросским надувным спасжилетам, кои Экскарт заставлял носить экипажи, как раз на подобный случай. А то старики ворчали.

— Ну теперь они у нас попляшут! — продолжал фонтанировать радостью изрядно набравшийся маршал Хенран инс Вирт. — Заставим умыться кровью! За все заплатят!

Экскарт только продолжал вымученно улыбаться. Ага, заставлять-то придется ему, понятно, что теперь в глазах маршала он стал основной ударной силой и этакой палочкой-выручалочкой. Вот только эффект внезапности тю-тю, враг больше не даст им такой шикарной возможности надавать себе по заднице, как в прямом так и переносном смысле и станет тщательно осматриваться.

«В общем все логично и прогнозируемо, — с тяжелым вздохом подумал парень. — Теперь надо искать какие-то другие тактические варианты действий. Потери конечно возрастут в разы, но тут уже ничего не поделаешь…»

Оставалось радоваться, что взамен утерянных машин пока они находились в рейде успели сделать новые и скоро их должны доставить по железной дороге, а то и вовсе на дирижаблях. Все дело в экипажах, но и здесь пока резервы есть. Но все это растает как снег на летнем солнышке если его вдруг решат подставить.

И если со стороны маршала подлянок в целом ждать все-таки не стоит, успех бронеходов ему выгоден, а то и так едва удержался на своем посту главнокомандующего колониальными войсками (просто желающих в таких условиях занять его место не нашлось), то вот кадровым генералам он как кость в горле. Некоторые были бы не прочь перехватить управление его бронеходческой бригадой. Но для этого надо показать его некомпетентность. Так что подставы весьма возможны.

«Надо все-таки искать союзников, — снова подумал Экскарт, — следует сделать так, чтобы во мне видели возможность самим получить высокие награды и звания…»

Но с этим имелись немалые трудности.

Армейских сразу стоило вычеркивать из возможных соратников, ни один регулярный отряд под его руку не пойдет по определению. А вот командиры собственных отрядов-дружин не пойдут просто потому что западло. Причина? Его возраст. Парню едва перевалило за двадцать, а командирам давно за тридцать, а многим за сорок.

К тому же помимо возраста мешала разница в статусах. С одной стороны там не было наследников родов, а значит формально они равны, но это только формально, всегда есть те кто равнее. Реально они все являлись сыновьями герцогов и пойти под начало сына графа им было не комильфо.

«Проклятье…» — с тоской вздохнул он, понимая, что шансов договориться с кем-то не то, чтобы близки к нулю, но очень маленькие.

По крайней мере делать это на виду у всех точно не стоит, только кулуарно, представив, что их взаимодействие случайно-вынужденное.

28

Но вот торжества по случаю грандиозной победы завершились и настала пора для наступательных операций. Альянс потерпев сокрушительное поражение, потеряв лучшую армию, спешно отступал, выводя второстепенные части которые могли выполнять лишь полицейско-карательные функции из Четвертой колонии, одновременно подтягивая резервы желая закрепиться на какой-нибудь выгодной в плане обороны позиции.

Немногие уцелевшие в побоище части бежали кто куда мелкими группами, но уйти от многочисленных кавалерийских отрядов вооруженных пороховым оружием мало кто смог. Крупные подразделения окружались при помощи пехоты и принуждались к сдаче после небольшой огневой обработки артиллерией или бомбежки с дирижаблей. Так что пленных было очень много именно, и их великое количество во многом сыграло негативную роль в задержке наступления, повиснув гирями у имперской армии. Ведь все эти тысячи и даже десятки тысяч человек следовало охранять и сопроводить в лагеря военнопленных, которые к тому же следовало еще создать.

В общем промедление имперской армии по тем или иным причинам позволило Альянсу надежно закрепиться на выгодной позиции, тоже на реке, пусть не такой широкой, но зато быстрой, причем на высоком берегу и дальше сразу шли высокие холмы за которыми пряталась артиллерия.

— Лорд-полковник Маренонг, у вас есть какие-то предложения или уточнения? — со слащавой улыбкой спросил Экскарта один из штабных генералов Биссман инс Ровер, что собственно курировал взаимодействие с ним и прочими лорд-командирами отрядов-дружин.

Парень только скрипнул зубами, давя в себе раздражение.

«По крайней мере ясно кто мой враг, — подумал он. — Хотя… не факт, что он единственный, точнее является их лидером. Может есть кто поумнее, что просто вывел этого гада на свет, а сам остался в тени, как паук».

Предложить ему тут был нечего. Атаковать вражеские позиции с целью захвата плацдарма предстояло практически сходу и что самое поганое — в лоб. На другом берегу конечно имелось несколько мест для относительно удобного выхода из реки, но надо думать, что их особенно хорошо укрепили и насытили противобронеходной артиллерией.

Самое паршивое это то, что противник, пока не будут смонтированы собственные установки Теслау, может некоторое время стрелять разрывными снарядами. И лишь когда заговорят дальнобойные орудия империи они их включат, чтобы не огрести самим по первое число.

«Надо проконтролировать разворачивание нашей артиллерии, — подумало Экскарт. — А то сделают вид что опоздали… обычное дело, особенно если погода подгадит».

Других возможностей атаковать врага он сам не видел. Слева и справа позиций Альянса возвышаются горы. Не скалы с ущельями и обрывам, но вполне себе высокие сопки густо поросшие лесом, в общем не пройти, по крайней мере быстро, а скорость решает все. В тыл тоже не зайти. Любая попытка этого лишь приведет его в какую-нибудь засаду, противник не дурак и отнесется к его бригаде бронеходов со всей серьезностью.

«Разве что на дирижаблях перенести в тыл?..» — подумал он.

Но быстро отказался от этой заманчивой идеи. Империя пока не обладала превосходством в воздухе. Более того, как бы не наоборот. Все строящиеся боевые дирижабли направляются на основной фронт, где кстати по-прежнему держится шаткое равновесие и ни одна из сторон не может переломить ситуацию.

Империя из-за внутренних проблем, что все никак не удается разрешить, а Альянс… по мнению Экскарта и не собирается двигаться дальше, просто держит империю в постоянном напряжении, чтобы она не полезла в колонии, которые собственно и хочет отжать Альянс.

Кроме того, даже если дирижабли каким-то образом сумеют без боя прорваться в тыл противника, бронеходы придется выгружать слишком далеко от позиций противника и враг успеет подготовиться для встречи.

«Тут надо сразу, как говорят моряки, с корабля на бал…» — мысленно вздыхал он.

— Нет сэр Биссман, у меня не имеется предложений и пожеланий по данному плану.

— Прекрасно! Тогда вся надежда на вашу бригаду бронеходов, сэр Трексар! Она вновь станет тем элементом, что пробив оборону противника принесет империи победу!

«Сволочь», — снова подумал Экскарт.

Но делать было нечего. Не отказываться же? Нет, так-то он теоретически мог отказаться, но это означало только то, что его бригаду «Стальной кулак» расформируют, после чего казна выкупит «носороги» в добровольно-принудительном порядке по минимальной цене и сформирует бригаду вновь. После чего Экскарт может забыть о том, что его вновь допустят до формирования личных отрядов.

Более того, его скорее всего призовут в армию… рядовым! Ведь соответствующего военного образования для получения хотя бы младшего офицерского чина у него нет.

29

— Хорошо бы дождь пошел… — вздохнул его механик-водитель Крум Зарик.

Армия встала на очередной привал, ну и бронеходы тоже. Некоторым из них требовался мелкий ремонт, благо с этим не было проблем из-за трех ремонтных летучек на том же шасси, полные запчастей, что шли вместе с ними. Они даже способны были произвести буксировку сломавшегося «носорога» на гусеничном прицепе. Вот с одним таким бронеходом у которого отчего-то заклинили шнеки как раз активно возились ремонтники.

— Это да… — согласился наводчик Димс Транкс. — А то все кишки растрясли…

— Еще немного и зубы последние вывалятся, — поддержал его смехом подающий снаряды и обслуживающий паровой котел Грим Наву.

Старики, экипаж командирского бронехода продолжили лениво перебрасываться фразами, смоля «козьи ножки» — самокрутки из газеты имитирующие курительные трубки, воняя при этом жутким табаком-самосадом.

Экскарт, полностью согласный с подчиненными, невольно посмотрел в хмурое небо. Дождь им действительно бы не помешал. В то время как осадки большая проблема для остальной армии, ведь образуется сильная грязь, что застопорит движение, для бронеходов на шнековом ходу это благо.

Несмотря на то, что они передвигались по полям, трясло действительно изрядно.

«А это что за…» — подумал парень, вглядываясь в облака, что стали вести себя как-то не так.

В них словно возникали вихри.

Но вот их свинцовой пелены стали будто вываливаться огромные туши дирижаблей. Это их винты взбили облачную массу, создав эффект завихрения.

— Тревога! — заорал он. — По машинам!!!

Сигнальщик затрубил в рог, в небо полетела красная сигнальная ракета и бронеходчики засуетились, ныряя в своим машины и заводя двигатели. К счастью на подобный случай имелись инструкции, так что никаких дополнительных приказов отдавать не требовалось.

А вражеские дирижабли выныривали из облаков и шли на вставшую лагерем армию имперцев.

«Или на мою бригаду?» — подумал Экскарт, увидев, как дирижабли сразу как оказались под облачным покровом чуть сманеврировали и двинулись точно на поляну, где расположились «носороги».

— Как же их проморгали-то? — сокрушался Димс Транкс.

Впрочем, удивляться тут было особо нечему. В облаках мало что можно рассмотреть, а противник скорее всего все это время скрывался именно в них. Есть конечно специальные приборы, что должны просвечивать облака, как раз чтобы не допустить подобного, но они не очень надежны в тех случаях, когда тучи находятся в предгрозовом состоянии, в них слишком много электричества скопилось, что ставит сильные помехи.

Что ж, Экскарт мог гордиться, раз его подразделение приняли столь серьезно, что решили послать эскадру ВВФ.

«Практически смертники», — подумал он, увидев, как сноровисто развернулись пороховые зенитные орудия и принялись палить по воздушным кораблям на пределе своей скорострельности.

Вот взревели гиссы изрыгая черный дым и бронеходы начали рассредоточиваться на как можно большей площади, но все же не успевали выйти из зоны поражения. Двенадцать дирижаблей-бомбардировщиков образовали широкий фронт.

Зенитчики все же не зря ели свой хлеб и вот один из дирижаблей чью оболочку буквально изорвало на ошметки начал падать на землю. Еще несколько получили повреждения, но все же продолжили идти в атакующем строю…

Посыпаюсь первые бомбы.

И тут видимо зенитчики попали очень удачно, в открытый бомбовый отсек, так называемый «золотой выстрел». Дирижабль просто исчез во вспышке взрыва, а ударная волна, а так же разлетевшиеся во все стороны бомбы словно картечь разорвала оболочки двух соседних дирижаблей, что так же рухнули на землю и взорвались на собственных бомбах.

Но остальные дирижабли все же продолжили атаку и стена бомбовых взрывов стала быстро приближаться к месту стоянки броне ходов, что как уже стало ясно не успевали выскочить из зоны поражения, слишком широк огненный вал. Усугублялось все тем, что бомбы использовались не обычные, то есть падающие вертикально вниз, а планирующие, что обеспечивало им хаотическое рассеивание по площади и значит проскочить в своеобразные коридоры из взрывов не получится.

Сейчас Экскарт очень пожалел, что не смог отстоять за собой хотя бы одну затрофеенную с помощью его бригады мобильную установку Теслау. Будь она сейчас здесь и включена, то дирижабли не смогли бы нанести урон, все бомбы рванули за пределами зоны безопасности.

«В следующий раз буду умнее и настойчивее в отстаивании своих интересов. Впредь мне наука будет… — подумал он. — Жаль только, что эта наука обойдется мне так дорого…»

А «платить» он уже начал. Одна из бомб взорвавшись в непосредственной близости от «носорога», буквально отшвырнула его в сторону, словно консевную банку и тот полетел кувыркаясь и теряя элементы конструкции. Про экипаж тоже можно было забыть. И если после кульбитов еще имелась какая-то надежда на выживание, то не после того, как измятый бронеход вспыхнул пламенем из-за воспламенившегося разлитого топлива.

Вот подбили еще один дирижабль… но это уже не имело значения. Воздушные корабли освободив бомболюки от смертоносного груза начали набирать высоту, чтобы вновь скрыться в спасительных облаках.

К счастью потери оказались не так уж и велики. Противник явно не ожидал, что бронеходы смогу так быстро стронуться с места и они окажутся столь юркими. В общем в потерях Экскарт насчитал всего четыре боевых машины, плюс одна ремонтная.

Только это оказалось еще не все. Может противник думал, что имперцы включат трофейную мобильную установку Теслау и бомбардировка окажется бесполезной, а потому они сбросили дельтапланеристов, так же несших бомбовый груз, маленькие зажигательные бомбочки в количестве четырех-пяти штук и вот от них увернуться оказалось куда как сложнее.

Дельтапланеристы на реактивной тяге закладывая крутые виражи, уходя от огня стрелкового оружия резко переходили в пикирование и сбрасывали сразу весь свой груз.

Хватало попадания одной бомбочки, чтобы прожечь в броне боевой машины дыру. И если попадание приходилось на двигательный отсек или топливный бак, то дело было совсем плохо.

«Носороги» крутились на земле, выписывая замысловатые зигзаги, но дельтапланеристы видно тоже были не пальцем деланные и сближались с целью на минимальную дистанцию дабы уверенно ее поразить, так что нет-нет, но то один то другой бронеход вспыхивал неугасаемым огнем. Некоторые машины принимали на себя все пять «подарков» отчего выгорали в труху.

И было этих дельтапланеристов до ужаса много, казалось, небо просто кишело от темных треугольников от которых тянулись белесые дымные нити, из-за чего в воздухе повисла хаотичная паутина «укуренного паука».

Подвергся атаке и бронеход Экскарта.

— Влево! Вправо! — то и дело командовал он водителю, вертясь в люке на крыше. — Жми!!!

«Носорог», что носился по полю на максимальной скорости, резко дергался из стороны в сторону в последний момент уходя из-под удара. Ну и сам парень на пару с наводчиком высунувшегося из соседнего люка этому способствовали, стреляя из пороховой винтовки по атакующим дельтапланеристам. Подающий снаряды споро перезаряжал оружие.

Кто-то не выдерживал прессинга и на вираже, так что едва выдерживала конструкция дельтаплана, выходил из атаки, другие все-таки сбрасывали свой груз, но мимо. Иногда бомбы падали на расстоянии вытянутой руки.

Точность стрельбы как самого Экскарта, так и прочих командиров бронеходов с наводчиками, что так же высунувшись в люк наравне с командирами вел огонь по противнику, оставляла желать лучшего, но нет-нет, да попадали и дельтапланы потеряв управление вонзались в землю. Некоторые, что не успели сбросить бомбы при этом вспыхивали ярким пламенем и от тел этих пилотов потом не оставалось даже пепла…

Произошло даже несколько столкновений летающих конструкций, ведь скорости у них были очень высоки и просто не успевали среагировать, тем более что обзор у пилотов оставлял желать лучшего. Сталкивались и бронеходы, их водители тоже были «полуслепыми», но для бронемашин это было не так фатально…

Налет длился бесконечно долгое время и казалось, что вся бригада была полностью уничтожена, но как потом выяснилось, дельтапланы атаковали всего пять минут, больше собственно ракетные двигатели не работали, и что еще удивительнее, имелись даже неповрежденные бронеходы. К счастью большая часть экипажей подбитых машин сумела спастись.

— Сколько осталось в строю? — с тяжелым сердцем спросил Экскарт, у главного механика бригады Лиона Шпиро, что успел осмотреть всю поврежденную технику.

— Восемнадцать машин полностью боеспособны, сэр… Пятнадцать полностью сгорели…

— Сколько сможете восстановить?

— В зависимости от сроков, сэр. Но за двое, а лучше трое суток силами экипажей сможем восстановить самые легко пострадавшие в количестве семи-десяти машин. Остальные требуют минимум недельного ремонта. Да и запчастей на всех не хватит. Нужны двигатели, шнеки, паровые котлы…

— Ясно. Вот только недели у нас нет… Максимум на ремонт смогу выбить два дня, так что десять машин нужно восстановить железно.

— Сделаем, сэр.

30

На ремонт даже дали целых пять дней. Все-таки ливанул дождь и дороги развезло, так что армия осталась стоять на месте, дожидаясь пока хоть немного подсохнет. Этой заминкой воспользовались на полную катушку.

Механики и экипажи сумели восстановить десять обещанных машин. Более того, даже переделали две ремонтным шины в транспортно-боевые. Пушки в полевых условиях на них установить оказалось невозможно, но зато установили паропулеметы, сразу по три на машину, так что Экскарт мог располагать тридцатью двумя бронеходами. Но этого было все-таки маловато. Даже изначальных пятьдесят «носорогов» могло не хватить для выполнения поставленной задачи, все-таки лобовая атака предполагает большие потери.

Парень пытался придумать хоть какое-то средство, чтобы избежать такого негативного развития событий, ведь он рисковал потерять вообще все машины, но не получалось. Идей не было от слова «совсем», что доводило его до отчаяния.

В небе разгорелся очередной бой между дирижаблями. Имперские воздушные корабли хотели пробомбить позиции Альянса, разбив шрапнельными бомбами стационарные установки Теслау и залив все горючим составом, но этому естественно стремились помешать.

Бой, не сказать, что вышел такой уж ожесточенный, скорее это была разведка боем, чтобы выявить место расположение установок, линию железных путей и навести на них дальнобойную артиллерию, но тем не менее результат был. Один из вражеских дирижаблей потерял ход и поскольку ветер дул с позиций Альянса в сторону имперцев, то их снесло на вражескую территорию, где они и приземлились, причем очень жестко, так что буквально смяло гондолу, окончательно разорвало баллоны и опала оболочка, повиснув на ветвях деревьев.

И тут в голове Экскарта словно что-то щелкнуло и вспыхнула лампочка.

— А это идея… — пробормотал он задумчиво, глядя на колышущуюся под напором ветра ткань. А было ее очень много!

— Это бред! — возразил маршал, после того как парень обратился к нему со своим смелым предложением. — Тем более атака вашими бронеходами запланирована на завтра после артподготовки! Так что на все эти ваши глупости у нас просто нет времени.

— Господин Маршал, вам важно выдержать время плана, который вы же и составили или же вам нужно получить победу? Говорю вам ответственно, что если мои «носороги» пойдут в лобовую атаку, то она совсем не гарантирована. Ветер все еще очень силен и дымовую завесу будет сносить, по крайней мере необходимой плотности добиться не удастся и противник нас заметит загодя и расстреляет еще в воде! А потом добьют тех, кто все же сможет выбраться на вражеский берег. С потерей же моих бронеходов, добиться убедительной победы не получится, если вообще получится победить. Враг хорошо подготовился и переломить ситуацию можно только его неприятно удивив, смертельно удивив.

Хенран инс Вирт недовольно пожевал губами. Ему сильно не нравился этот молокосос со званием лорд-полковника. Буквально вся его сущность желала раздавить этого нахала, что так непочтительно с ним обращается. И ведь не в первый раз.

Сначала он продавил обходной маневр вместо фронтальной атаки, но тогда маршал был близок к отчаянию, плюс недвусмысленный намек на апелляцию к императору как обладателю «Черной Звезды» и он уступил.

И вот снова.

А поражения Хенран инс Вирт боялся пуще огня. После прошлой победы вновь появились желающие занять его место главнокомандующего и они конечно же сделают все, чтобы его утопить, после вполне возможного поражения, указав императору, что лорд-полковник Маренонг предлагал иной рецепт победы, но его не послушали.

И к этим голосам в ставке императора прислушаются, ведь именно тактический ход от лорд-полковника обеспечил предыдущую победу.

«Кстати, ему за этот обходной маневр «грозит» очередная звезда, возможно, что даже желтая, — с завистью и раздражением подумал маршал. — А ведь и этот финт, если он закончится удачей, без награды не обойдется… Если так пойдет и дальше, то он на груди соберет все Звездное скопление!»

— Демоны с вами, раз вам так хочется разбиться в лепешку, то Вседержатель вам в помощь, делайте что задумали. У вас пять дней на подготовку… Я прикажу ВВФ оказать полное содействие в вашем безумии! Ступайте!

— Благодарю, господин маршал.

— Это сумасшествие! — воскликнул генерал Приск инс Омит командующий ВВФ, услышав, что от него хотел добиться Экскарт. — Мы только впустую понесем потери, а они и так велики! Не успеваем вводить в строй ранее поврежденные корабли!

— Возможно, но это наш единственный шанс, не просто победить в сражении, а быстро отбить Пятую колонию. Один налет и победа или же этих налетов будет десяток без гарантии на успех. В последнем случае ваши потери будут в разы больше.

— Что ж, это ваше решение, так что препятствовать не стану и помогу.

— Благодарю.

И работа завертелась. Когда люди узнавали, что задумал лорд-полковник, то только мысленно крутили пальцем у виска, но все же делали необходимую работу.

31

И вот настал решающий день. Экскарт сильно мандражировал, но и отказаться от своей идеи, что воплощали целую неделю тоже не мог. Конечно, были проведены все необходимые проверки, но одно дело полигонные испытания и совсем другое — боевые. Но как бы паршиво он себя ни чувствовал, старался держаться уверенно, а никакие эликсиры, что маголекарь под видом укрепляющих настоек давали членам экипажей бронеходов не спасут от массового дезертирства. Слишком уж сильно воздействовать на мозги людей было просто опасно. От людей сейчас требовалось все их умение, а если их прессануть эликсирами, то они превратятся в тупых «зомби» и машины будут потеряны.

Отрыв…

Солдаты Альянса сидящие в окопах сильно нервничали и смолили сигареты с самокрутками или трубками. А нервничать их заставляли непонятные действия противника. Имперцы давно должны были их атаковать, все у них к этому готово, но почему-то не атаковали, а значит готовил какую-то каверзу и это выматывало психологически. Неопределенность била по нервам, в таких случаях лучше уж бой.

И вот, когда в небе появились имперские дирижабли, они даже испытали некоторое облегчение — началось.

ВВФ Альянса, надо отдать ему должное отреагировало оперативно и навстречу имперцам полетели собственные дирижабли.

Воздушный бой завязался еще над позициями противника, но имперцы с настойчивостью катка продолжали двигаться вперед выдерживая строй. Все заметили, что три самых больших дирижабля гардариканцев, что шли в центре построения практически не участвуют в сражении. Да, стреляли из пушек и отстреливались пулеметами от дельтапланеристов долбя по ним картечью, но от размена ударами борт в борт они уклонялись, их всячески опекали прочие воздушные корабли.

Такая плотная опека не могла не настораживать.

— Бомбардировщики…

— Не в первый раз…

— Только никогда их так не защищали. Может везут что-то новенькое на наши головы…

И чем ближе к позициям Альянса приближались дирижабли имперцев тем более подозрительными они становились.

— Что у них там под брюхом висит?!

Заработали на полную мощность установки Теслау. Молнии от них даже дотягивались до дирижаблей, создавалось впечатление, что они ощупывали объекты, но результата не было.

Впрочем, это ничего не значило. Если нет бомб со взрывчаткой, то попасть под удар «зажигалок» ничуть не лучше. Но это явно были не они.

— Что это?! — заволновались солдаты, с недоумением и страхом смотря в небеса.

А в этот момент от подозрительных дирижаблей стали отделяться какие-то массивные тела источавшие дым. Мгновение и вот над ними с хлопками распускались купола, по четыре штуки, после чего объекты стали медленно опускаться вниз.

Молнии от установок Теслау зашарили по ним. И даже не без результата. То там, то тут складывались парашюты, стропы которых были сожжены молниями, но это почти никак не влияло на спуск объектов, ну разве что чуть ускоряло процесс.

Хотя одному объекту не повезло фатально. На нем сошлось сразу дюжина молний от двух установок Теслау и стропы стали лопаться одна за другой, как результат сложились три из четырех парашютов и объект камнем ухнул вниз. Один парашют не смог справиться со своей задачей, да и он вскоре схлопнулся…

Бах…

Но ничего не произошло. Ни мощного взрыва, ни огненной вспышки. Хотя потом все же вырвалось облако пара, а потом воспламенилось, но это явно не то, чего ожидали солдаты альянса.

Но вот первые объекты коснулись земли.

Пух! Раздался странный звук, словно прозвучал судорожный вздох какого-то неведомого существа.

Половина объема объекта враз исчезло.

Те кто находился ближе всего поняли, что это сдулись воздушные мешки, что смягчили приземление туш…

— Бронеходы!!! Это бронеходы!!! — раздались панические крики тут и там.

И правда послышался оглушительный рев и бронеходы, что оказались прямо посреди позиций Альянса, как-то враз избавившись от парашютов рванули к своим целям.

У солдат Альянса возник острый приступ бронеходобоязни. Да и как тут ему не возникнуть? Все уже знали, кто именно виновен в сокрушительном поражении Альянса и отчего пришлось свернув наступление перейти к обороне, и вот они снова здесь, выскочили как демоны из преисподней… хотя наверное будет все правильнее сказать, спустились с небес как ангелы мщения… но да не суть важно, главное, что вот они и противостоять им рядовому бойцу просто нечем. А «носороги» наоборот бьют из парапулеметов и стреляют картечью из парапушек разрывая тела неудачников в клочья…

Сердце ухнуло куда-то в живот, когда произошел сброс. Экскарту после нескольких пробных десантировании бронеходов пришлось своим примером показывать, что такое десантирование внутри техники вполне безопасно, но привыкнуть за это время он к такому не успел и волновался…

Тут же хлопнуло и встряхнуло — это раскрылись парашюты.

Сначала он думал сделать спуск с помощью шаров, но быстро понял, что если их пробьют зенитной пушкой, то машины упадут, в то время как пробитие парашютов было не столь опасно.

За время полета к фронту паровые котлы были запущены и выведены на рабочий режим.

Когда завязался бой оставалось только молиться, чтобы их дирижабль не подбили, хотя для них это было не смертельно, просто произвели бы десантирование досрочно. Гораздо страшнее если попадет артснаряд в «носорог» или же повредит парашютною систему и тогда они разобьются в лепешку после сброса.

Наводчик предложил поучаствовать в сражении, но парень его остановил:

— Нет, без нас управятся, а мы только боеприпас потратим, что нам на земле пригодится.

По броне несколько раз щелкнули пули, это видимо дельтапланеристы постарались, что крутились вокруг дирижаблей словно мошкара.

Запахло озоном и раздался специфический звук. Все поняли, что это в них уперлись молнии установок Теслау.

Щелк… щелк… щелк…

Звук был такой, словно лопались струны.

«Носорог» несколько раз вздрогнул.

— Что это было? — с тревогой спросил водитель, невольно озираясь, словно что-то мог увидеть сквозь стальную броню.

Выглянув в смотровое окошко, Экскарт ахнул.

«Об этом я не подумал», — мелькнуло у него в голове с паническим оттенком, когда он увидел, как оборвался очередной трос парашюта.

В кокой-то момент бронеход дернуло и он словно провалился, спуск пошел быстрее.

Сердце аж пропустило удар и подскочило к горлу словно собиралось выскочить изо рта.

— А-а-а!!! — закричали члены экипажа в страхе.

Но кричать им пришлось недолго.

Бух-х…

«Носорог» жестко ударился о землю, но воздушная подушка, надувшаяся в момент сброса с дирижабля, все же спасла от совсем уж плохого итога.

— Мы целы! — радостно воскликнул подающий снаряды. — Хвала Вседержателю!!!

— Вперед!

Взревел гисс и Экскарт выбил стержни из корпуса к коим крепились тросы парашютов.

Десяток «носорогов» тем временем рванули в сторону артиллерийских позиций выкашивая обслугу, а потом дополнительно расстреливая из пушек уже нормальными снарядами котлы высокого давления, да и просто давили шнеками сами пушки. Они были небольшими и «носороги» их буквально втаптывали в землю.

Остальные бронеходы рванулись вперед, стараясь перебраться через перевал к главной цели атаки — установкам Теслау.

Противник все же учел некоторые уроки из прошлого поражения, когда бронеходы зайдя с тыла без особых проблем разрушили установки Теслау и сейчас защитили их артиллерийскими засадами. И атакуй их «носороги» с дальних дистанций у них не было бы ни единого шанса добраться до цели, а так они в буквальном смысле свалились им как снег на голову и противник просто не успевал… фатально не успевал.

Без потерь конечно не обошлось, артиллеристы успели подбить пятнадцать машин из двадцати участвовавших в атаке непосредственно на установки Теслау, но остальные выполнили поставленную задачу, уничтожив свои цели, ну и артиллерийские «гнезда» разворошили.

И как только стало ясно, что установки Теслау вышли из игры заработала тяжелая артиллерия имперцев, что буквально стала ровнять с землей все укрепления противника, «носороги» что резвились непосредственно на боевых позициях «Альянса» едва успели перебраться за перевал, чтобы не попасть под массированный артудар.

И вновь, не выдержав такого с собой обращения, противник побежал.

Что называется «на плечах» бегущих, уцелевшие бронеходы ворвались на позиции тяжелой артиллерии Альянса и устроили там вакханалию и ничего с ними поделать не могли, ведь крупнокалиберные пушки при всем желании не нацелишь на юркие мишени, а легкой артиллерии там не было, хотя по идее в качестве охранения что-то да должно было быть, но все поставили на передовую отражать фронтальную атаку бюронеходов…

32

«Сицилия меня убьет», — подумал парень, развернув очередную газету.

Репортеры наверное бились в экстазе, когда описывали произошедшее, ну и несколько переусердствовали в желании сделать свой репортаж более ярким, оно и понятно, это ведь дополнительные деньги за счет увеличения тиража своей газеты, а читатели уставшие от постоянных поражений или просто застоя на фронтах, хотят получить позитивные сведения. И вот она позитивная информация, да еще какая!

Даже фотографии того, как на парашютах спускаются «носороги» имелись. «Акул пера» после первой победы в армии значительно прибавилось. И именно эти фотодокументы делали описания журналистов более достоверными.

«А ей волноваться нельзя…» — снова вздохнул он.

После боя из тридцати двух машин на ходу осталось всего четырнадцать. Две машины разбились в лепешку, у одной из них вообще не сработала парашютная система… Остальные подбили из пушек, но шесть бронеходов механики в течение недели обещали вернуть в строй.

Половина экипажей подбитых «носорогов» погибла или получили тяжелые ранения, но нельзя было не признать, что даже такие весьма тяжелые потери для его бригады были минимальны по сравнению с тем если бы он атаковал вражеские позиции в лоб с форсированием реки.

Осмотрев после сражения укрепления Альянса Экскарт пришел к однозначному выводу, что в таком случае он потерял бы вообще всю технику и при этом не добился бы никаких результатов, их просто перебили бы на берегу, тем более что удобные пути проезда бронеходов были перегорожены вкопанными толстыми бревнами. А так своим маневром он добился полного успеха, враг разгромлен и бежит.

Только на этот раз добиться полного разгрома и захватить значительную часть солдат Альянса в плен не представлялось возможным по ряду причин, тут и задержка и трудности из-за сильного течения с наведением понтонной переправы (в прошлый раз воспользовались вражеской), а так же горные условия, кавалерии особенно не развернуться.

Тем не менее по факту Пятую колонию удалось отбить назад. Противник отступал со всех ранее занятых позиций без боя с формулировкой «выпрямления линии фронта», видимо желая закрепиться на официальной границе.

— Признаться, я до последнего момента не верил в вашу затею, сэр Трексар, — на очередном банкете по случаю победы сказал маршал Хенран инс Вирт. — Видимо стар я стал для таких новшеств. Мир для меня стал меняться слишком быстро… Но, впрочем, я не для того к вам подошел, чтобы жаловаться на старость. Хочу вас поздравить, как мне только что доложили, император весьма высоко оценил ваш поступок с десантированием бронеходов прямо на голову врагу, и в дополнение к «Красной Звезде» за ваш предыдущий обходной рейд в тыл противника, рассматривается вопрос о награждении вас еще и «Белой Звездой»…

— Осталось получить «Желтую» для полного комплекта, — несколько нервно хмыкнул Экскарт.

Так уж повелось, что при вручении первых четырех звезд «Хрустальная Звезда» вручалась автоматически и в этом случае ее наличие у аристократа не рассматривалось, как некое скрытое оскорбление.

Еще Экскарта смутно беспокоило то обстоятельство, что из него делают национального героя. С одной стороны оно вроде как и неплохо, граф поостережется идти на дальнейшую конфронтацию с таким человеком, ему волей-неволей придется с ним договариваться, а с другой стороны, радо или поздно ему предъявят к оплате счет. И остается только гадать в чем будет заключаться плата. Опять же не стоило забывать о народной поговорке, гласящей, что чем выше взлетаешь, тем больнее падать.

— Ну, думаю за этим дело не встанет! — засмеялся маршал, находящийся в прекрасном расположении духа, так как после второй победы укрепил свое положение. — Война еще не окончена и у вас еще думаю будет много возможностей заполучить себе полное скопление.

— Даже не представляю, что мне для этого придется сделать…

— Уверен, вы что-нибудь придумаете!

Экскарт понял, что станет для маршала своеобразной отмычкой для вскрытия обороны противника. Скорее даже кувалдой или тараном. Только кувалда уменьшилась до размера молоточка. Так-то ему в ближайшее время обещали прислать еще десять бронеходов, но это собственно все, на большее их финансовых возможностей не хватит.

«С одной стороны хорошо — прикроет от нападок недоброжелателей среди высших офицеров, коих теперь прибавится в числе, я ему выгоден как никто другой, — подумал он о маршале. — А с другой стороны, стоит только хоть раз не оправдать надежд, а даже с подкреплением это весьма вероятно, или появится конкурент, что так же обзаведётся бригадой бронеходов и он может от меня избавиться…»

Но чтобы такого не произошло надо было сделать несколько шагов, а именно не допустить, чтобы кто-то еще мог обзавестись бронеходами, а сделать это можно было только загрузив моторостроителей своими заказами, чтобы они не ушли на сторону.

«Вот только денег на это у нас не хватит даже если сбросим все прихваченные из подгорного храма ценности», — с сожалением подумал он.

Тем не менее он дал такое распоряжение, объем выпуска гиссов хоть и рос, но был еще довольно скромен, но как выяснилось, несколько опоздал. За гиссами выстроилась настоящая очередь расписанная на несколько месяцев вперед.

— И никак не вклиниться в эту очередь, что бы не создать проблем с выплатами неустоек, — сообщала Сицилия, взявшая на себя все финансовые и производственные вопросы. — Хотела попробовать вариант перекупить часть контрактов, но нет, не соглашаются на уступку.

— Кто основной заказчик? — спросил Экскарт.

Ему хотелось знать, от кого в первую очередь ждать неприятностей.

— Крупных заказчиков нет.

— То есть? — удивился парень.

— Заказы в основном штучные. Самый крупный заказ — пять двигателей. А так берут по одному-два, или три мотора.

Как выяснилось, заказы поступили валом еще после его ставшего уже легендарным обходного рейда. Кто же захотел обзавестись своими бронеходами? В основном это оказались лорд-командиры мелких отрядов-дружин до взвода, главным образом кавалеристы.

Как правило это были молодые люди жаждавшие славы, но быстро осознавшие, что славы им особой не заработать. Опять же многие понесли большие потери в предыдущих боях и восстановить отряд до штатной численности по разным причинам не смогли.

Стать рядовыми кавалеристами?

Вот еще! Это урон чести!

И тут они увидели новое направление, так сказать непаханое поле на котором можно быстро подняться, что и показал Трексар-Экскарт.

Так что эти деятели, сбросив остатки своих дружин более удачливым лорд-командирам, да еще получив за это откупные, бросились делать заказы на бронеходы. И было их довольно много, что сыграло положительный момент в том плане, что когда крупные игроки из «стариков» очухались и тоже решили поучаствовать, очередь выстроилась, что называется до горизонта!

И опять Экскарту повезло в том плане, что первыми шустриками были именно молодые люди.

Почему?

А дело в том, что им волей-неволей требовалось объединиться в какую-то более крупную формацию, ту же бригаду, да вот беда гонор и спесь не позволяла им уступить первенство.

И тут Экскарт вновь напомнил о себе своим десантированием, через что приобрел непререкаемый авторитет среди молодежи. Да, он такой же как и они молодой «инс», но только в отличие от них имеет «Черную Звезду», а скоро получит еще парочку и находиться в подчинении такого лорд-командира уже совсем не зазорно.

Так что вместе с десятком своих «носорогов», он стал получать «временных вассалов» с личными бронеходами, что просили их принять под свою руку. Благо армия приводила к покорности Шестую колонию и там бронеходы совсем не требовались. Точнее кавалерийские лорд-командиры постарались оттереть его от этой операции, чтобы получить себе хоть какие-то награды и славу. В итоге славу они получили, но совсем не такую, на какую рассчитывали, а именно карателей… очень уж грязно они себя вели.

А пока шла эта карательная операция, у Экскарта было достаточно времени, чтобы по мере поступления добровольцев распределять их по подразделением и проводить боевое слаживание, а то ведь они ничего не умели, ни как командиры, да и их экипажи оставляли желать лучшего.

Очень скоро бригада Экскарта «Стальной кулак» перевалила за сто машин, так что подразделение пришлось реформировать для лучшей управляемости и эффективности использования, разделив на пять полков, то что это получилось по числу пальцев было лишь случайностью, хоть и знаковой. Ну а раз так, то и неформальные названия полков при этом получились весьма специфическими, то есть по названию пальцев: большой, указательный, средний, безымянный и мизинец. А после некоторого раздумья и флаги им сделали в тему, то есть кулак с советующим выставленным пальцем.

У Экскарта при этом возникало странное ощущение, когда он видел знак полка «Средний», что ему достался по жребию (он на данном этапе собирался совмещать командование всей бригадой и отдельным полком). Жребий же тянули оттого, что из-за чисто ребяческо-фрейдмановских заморочек все хотели получить название «Большой» и никто не хотел мизинца.

— Есть в этом что-то вызывающее… даже где-то оскорбительное… Но может оно и к лучшему.

33

Пока проводилась карательная операция в Шестой колонии с многочисленными полевыми судами-тройками ускоренного делопроизводства в связи с военным положением, где в качестве основного наказания для главных идеологов отделения от Империи использовалось немедленное повешенье или расстрел (в зависимости от статуса приговоренного), а для всех сколько-нибудь замаравшимся в сепаратизме — посылкой в Штрафной легион, Экскарт времени даром не терял и помимо формирования бригады бронеходов по мере поступления добровольцев разрабатывал тактику применения нового рода войск. Не один конечно, а с теми из аристократов, кто пошел под его командование. Дело новое во всех смыслах, так что споров было много и довольно жарких, но постепенно формировалась новая тактика, помимо широко применяющейся сейчас «кавалерийской» фронтальной атаки на укрепленные позиции врага.

Произошло награждение и Экскарту вручили сразу две звезды: «Красную» и «Белую». Беспрецедентное явление на самом деле. Но как говорится, что-нибудь все случается впервые.

Боевая мощь его отряда и награды конечно не могли не остаться без последствий. Так он стал лорд-генералом и несмотря на молодость, не замечать его дальше уже просто не могли.

— Лорд-генерал, вас желает видеть господин маршал, — заявил штабной посыльный в лейтенантском звании.

Парень поспешил в штаб.

Он конечно был в курсе, что операция в Шестой колонии подходила к концу, события широко освещались в прессе и радио, а значит скоро военные действия должны были перекинуться на территорию Альянса.

— Господин маршал, — с легким поклоном поприветствовал главнокомандующего колониальными войсками Экскарт.

В штабе помимо пары армейских кадровых генералов присутствовали самые авторитетные командующие личных отрядов-дружин, пять лорд-полковников и два лорд-генерала.

— Приветствую лорд-генерал Маренонг. Я призвал вас, чтобы произвести предварительное планирование наступления на противника.

Экскарт понятливо кивнул. Про такую затейливую практику планирования операций он уже был в курсе. Сначала маршал советуется с командирами крупных отрядов-дружин, и уже с учетом их предложений проводит окончательное планирование с армейским генералитетом.

Муторно? Ничего не поделаешь — политика. Слишком значительную часть армии составляют отряды-дружины.

Маршал вынужден делать перед лорд-полковниками и лорд-генералам подобные реверансы, игнорировать их чревато. А то ведь если командиры отрядов-дружин почувствуют, что их мнение не учитывается, то они могут завалить любой план, а потом будут разводить руками, дескать, ну не шмогла я не шмогла… вот если бы учли наши соображения, то глядишь и получилось бы все, как по писаному. И не важно, что планирование было без изъянов и учтены все мелочи, важно то, что их не уважили и не посоветовались. И обвинить их в саботаже как правило невозможно, если они конечно откровенно не забьют на приказ.

И вот Экскарт обрел подобный военно-политический вес.

«Вопрос только в том, учтут мое мнение или нет», — подумал он со смешанными чувствами.

Вообще он предпочел бы переговорить с маршалом с глазу на глаз, чтобы на него не давили остальные лорд-генералы, что могут из принципа, ревнуя к его славе, завалить все даже самые лучшие предложения. Но увы…

«Остаётся только надеяться, что уже маршал с армейскими генералами в пику много возомнивших о себе лорд-командиров учтут мои соображения, дабы поставить их на место», — подумал он и поморщился от происходящего. Понять его можно, тут война, а они в политику играются, так и заиграться недолго с катастрофическими последствиями.

Но надежда на то, что он не останется не услышанным действительно имелась.

Маршал тем временем расстелил на большом столе карту региона и взяв деревянную указку начал ею водить по карте, говоря:

— По данным разведки противник решил закрепиться вот на этом участке, снова за рекой, но от нее одно название, ширина в пределах пятидесяти метров, так что ваши бронеходы преодолеют ее сходу. Не смотрите так на карту сэр Трексар… обходной маневр невозможен, к нему противник подготовлен. Вот здесь по границе, словно стена проходит железная дорога и по ней курсируют бронепаровозы с морскими пушками. Стоит только воздушной разведке засечь вас, а они вас непременно засекут, как вам навстречу тут же подгонят бронепаровозы по железке и вас расстреляют крупным калибром. На десантирование с воздуха тоже можно не рассчитывать. Позиции буквально нашпигованы зенитными пушками.

Экскарт только кивнул. Он и не ожидал, что удастся дважды воспользоваться уже засвеченными тактическими ходами. Каждый раз надо удивлять. Верно сказал кто-то из великих, удивить — значит победить.

— Ясно, господин маршал…

— Так что вам придется идти в прямую атаку и захватить плацдарм, чтобы мы смогли навести переправу…

— Боюсь даже вся моя бригада с этим не справится сэр…

Кавалеристы презрительно скривились и кто-то даже показательно громко фыркнул…

«Словно лошадь, — в ответ усмехнулся Экскарт. — Правду говорят, с кем поведешься, от того и наберешься».

— Противник не дурак, — продолжил парень с невозмутимым видом, — и я уверен они прекрасно понимают всю опасность моей бригады и подготовились, причем не просто насытив фронт артиллерией против моих бронеходов, но вплоть до того, что нарыли там «противоносорожьих» ям в которые мы и попадаем.

— Это возможно, — с задумчивым видом признал маршал. — Я тоже на их месте подготовил что-то подобное…

— Потому я считаю, что атака должна вестись одновременно вместе с пехотой, что под прикрытием наших пушек проверят самые опасные для бронеходов места атаки.

— Мы не сможем ее переправить при сильном противодействии… понтонные переправы как вы знаете строятся не быстро, а под огнем противника и того медленнее. А на плотах и лодках много не переправить, да и разбомбят их… И даже если удастся что-то доставить на противоположный берег, то там их встретят плотным огнем.

— Я это понимаю, господин маршал, — кивнул Экскарт у которого только что появилась оригинальная идея, которую он решил озвучить: — Потому предлагаю использовать бронеходы, как плавающие тягачи. Более того, мы протянем заранее собранный мост от берега к берегу. Для одного такого моста хватит двадцати «носорогов». А если использовать остальные, то можно протянуть хоть пять мостов, даже шесть, главное обеспечить завесу и ураганный огонь по противнику.

— А ведь верно… как-то мы упустили эту возможность ваших бронеходов… Если удастся удержать целыми хотя бы два моста в течении получаса, то мы сможем переправить на тот берег всю пехоту вооруженную паровыми винтовками и даже полевую артиллерию!

Провели пару учений и вот когда Шестую колонию окончательно задавили, начали развивать наступление на колонии Альянса.

Пока в небе шла схватка между дирижаблями, а дальнобойная артиллерия забрасывала противоположный берег дымовыми снарядами, чтобы противник точно ничего толком не смог разглядеть и оперативно отреагировать, одновременно в реку бросили дымовые шашки и вот в этот густой кисель дымовой завесы поползла многоножка заранее собранного понтонного моста, роль лап по обе стороны играли бронеходы. Ревя двигателями «носороги» столкнули свою ношу в воду и погребли вперед.

За первым мостом пошел второй, потом третий, четвертый, пятый и шестой. Когда мосты утыкались в противоположный берег, сбрасывались якоря, бронеходы отцеплялись и плыли вперед, занимая оборону на противоположном берегу, чтобы противник не попортил как-нибудь мосты, например не разведя на понтонах термитный огонь.

Наверное, враг все-таки что-то заметил, скорее всего с дирижаблей и в воду через какое-то время стали падать «чемоданы» дальнобойной артиллерии Альянса, поднимая фонтаны воды. И один мост они все-таки разрушили в первую же минуту, скорее случайно, сработал закон больших чисел, а снарядов в реку противник кидал огромное количество.

Тем временем по уцелевшим мостам в атаку рванула имперская пехота с полевой артиллерией и вот на противоположном берегу завязался ожесточенный бой. Штурмовые отряды под прикрытием артиллерии проверяли путь для бронеходов и ловушки-таки нашли, те самые ямы которых так опасался Экскарт.

Над головами, взбивая воздух и дым лопастями винтов прошел дирижабль Альянса, что распылил реагент для осаживания дымовой завесы, и туман сильно поредел, после чего застучали вражеские пулеметы и пушки. По броне бронеходов тут же задолбили снаряды, горохом стучали пули, хотя стреляли по пехотинцам и им сильно досталось, стали падать убитые и раненые.

Впрочем, хорошая видимость оружие обоюдоострое и пулеметные точки тут же оказались под массированным обстрелом «носорогов».

— Вперед! — приказал Экскарт, увидев, что до вражеских позиций осталось всего-ничего.

Бронеходы рванули в атаку, но некоторые «носороги» все же не миновали ям.

Ухнул в яму один из бронеходов, что шел впереди командирской машины.

— Давай прямо по его крыше! — приказал он водителю, что собрался объезжать рискуя свалиться в другую яму-ловушку.

Вот и позиции противника. Только на этот раз вражеские солдаты не побежали. Как оказалось окопы противника имели многочисленные замаскированные щели выдвигающиеся вперед словно зубья расчески, вот их солдаты и использовали чтобы неожиданно для атакующих сблизиться с имперскими машинами на «расстояние вытянутой руки». В сторону бронеходов со всех сторон полетели бутыли, что разбиваясь о броню, вспыхивали негасимым огнем. Некоторые «носороги» оказались залиты вот буквально полностью от носа до кормы.

— Проклятье!

Впрочем, подожгли они не так уж и много машин, поторопились, и вместо того, чтобы кинуть по две-три емкости с зажигательным веществом на одну машину, чего хватило бы с гарантией, они закидывали на один бронеход по два десятка. К счастью, несмотря на жаркое пламя быстро проедавшее металл, большая часть экипажей смогла спастись без особых последствий, просто сдав назад и выскочить через кормовые люки укутавшись в специальные плащи, что некоторое время могли противостоять воздействию раздающего состава.

А потом имперцы на огонь ответили огнем, в прямом смысле этого слова, так как часть машин являлись огнеметными (банально из-за нехватки паровых пушек, но сейчас это стало положительным фактором) и вот они уже послали в окопы струи всепожирающего огня.

Подоспели пехотинцы с «окопными метлами» в виде многозарядных дробовиков и противник не выдержал такого напора. Бросая оружие он драпанул прочь. Ну а дальше все пошло, что называется по накатанной. Хотя не совсем.

Установки Теслау, как оказалось, на этот раз защищали не только артиллерийские засады, но и альяновские бронеходы и вот с ним столкнулись «носороги».

Впрочем, это противнику совсем не помогло, хотя без дополнительных потерь со стороны имперцев не обошлось. «Носороги» оказались быстры и противник зачастую не успевал взять нужную поправку и безбожно мазал, а вот сами, будучи медлительными и неповоротливыми, отхватывали полной мерой.

34

Третье поражение подряд словно лишило боевого духа солдат Альянса. Скорее даже сломало их. Завидев бронеходы имперцев они в панике оставляли свои позиции и бросались бежать. Ну и дело еще может в том, что против быстрых «носорогов» все никак не могли найти эффективные методы противодействия. Даже собственные бронеходы Альянса были против «носорогов» бесполезны, тем более что их насчитывалось совсем немного. Видимо тоже пытались наладить собственное производство, но оно оставляло желать лучшего, как по количеству, так и по качеству, часто ломались на поле боя, превращаясь в идеальные мишени для расстрела.

Бронеходы имперцев словно стилет, пробивали оборону противника и в эту пробоину, точно вода под давлением, врывалась кавалерия, что производила охваты вражеских позиций заходя вместе с «носорогами» в тыл, а в лоб по фронту била пехота и артиллерия.

Образовывались котлы в которые попадали многие тысячи солдат Альянса, что как правило сдавались на милость победителя. Может они и повоевали бы, чтобы пробиться из окружения к своим, но паровые винтовки, даже если их не бросали при спешном отступлении, быстро становятся бесполезными, после выработки топлива и воды. А прыгать с голой пяткой на саблю… дураков нет.

В армии имперцев тем временем возникла и словно заразное поветрие быстро распространялась мода на странный жест символизирующий победу. Вот и сейчас проезжая мимо колонны весело марширующих солдат, они дружно с восторгом взревели и начали вскидывать вверх правую руку со сжатым кулаком, а потом выставляли средний палец. Радость солдат при виде бронеходов была более чем понятна, ведь если в бой идут «носороги», то потери среди них окажутся минимальными, если вообще будут!

Экскарт, высунувшись из люка, им вымученно улыбался и скрывая раздражение с радостным выражением лица махал рукой в ответ.

— Улыбаемся и машем…

«И ведь не объяснить им, что мне этот жест не нравится, — с тоской думал он, — тем более что я сам не понимаю почему…»

— Остается только жалеть, что мне достался не большой палец, ведь это было бы гораздо симпатичнее…

Сейчас он жалел, что решил поиграть в демократию и не присвоил себе «большой палец» по праву командира.

К счастью, вскоре его перестали донимать этим жестом. Почему? Ну, как это часто бывает произошла трансформация изначального смысла на противоположный.

Это как со словом «трахнуть». Изначально имело смысл «сильно ударить», ну а потом стало то, что стало… что в приличном обществе не произнести.

Причиной же этого стало то, что солдаты сидя в окопах, начали дразнить противника данным жестом, дескать сейчас приедут «носороги» и вас всех в землю закатают. Появился и сексуальный подтекст… типа вертеть на пальце. Ну а раз средний палец стали показывать с негативным смыслом для врага, то показывать его друзьям стало неприлично.

Так что Экскарт вздохнул с облегчением. Впрочем, больше от того, что колонии, принадлежащие государствам Альянса, сдавались одна за другой и штурмовать такие нудобные цели как города, не приходилось. Никто не хотело лишаться своего имущества во время боев от тех же неизбежных в таком случае пожаров.

Кто-то и вовсе пытался объявить независимость от метрополии по примеру Шестой колонии, чтобы не попасть под удар имперцев и договориться на боле мягких условиях капитуляции с сохранением своих активов, но не помогало. Империя подгребала под себя территории неприятеля, не реагируя на хитро вывернутые уловки.

Наверное единственные, кто радовался потере своей «болотной» колонии, что не приносила прибыль, а вытягивала соки из метрополии на свое содержание, являлись правящие круги королевства Люксер, что не так давно официально вошло в состав Альянса. Им собственно деваться было некуда, трудно сохранять нейтралитет, когда все вокруг вошли в союз и косо смотрят на «белую ворону», начиная давить политически и главное — экономически, да весьма прозрачно на вторжение намекать. Ведь сначала им как нейтралам сделали богатые заказы на различную продукцию словно наркоторговцы подсадив на дурь, а потом стали их зажимать, говоря, что вновь оные последуют, надо только однозначно определиться со стороной конфликта, вот они и определились, ведь империя далеко, а Альянс близко.

А так, нейтралов империя не трогала, даже тех, кто плотно сотрудничал с Альянсом, чтобы не вспугнуть остальных и не заставлять их дергаться, провоцируя откровенно встать на сторону врага с последующими поставками пушечного мяса… что исход войны не изменит, но затянет победу и увеличит потери.

Под конец войны в колониях порадовала Сицилия, родив мальчика, коего назвали Экскартом. Такая вот шутка-юмора, раз уж самому Экскарту теперь до конца жизни придётся носить имя Трексар.

По такому случаю в бригаде устроили грандиозный сабантуй, Экскарт, как командир бригады стал очень популярен у своих подчиненных, да и в целом в армии. Обрел и немалый военно-политический вес. Дошло до того, что маршал стал приглашать его на планирование операций наравне с кадровыми генералами, на всех уровнях подготовки, от предварительных до заключительных этапов.

Не сидела без дела его протеже Олифия Гисс, буквально вылизав свой первый вариант ДВС, она получив первые деньги от продажи лицензий в Империи, где очень заинтересовались ее моторами после успеха их широкого применения в бронеходах «носорог», принялась за конструирование других моделей, от совсем маленьких одноцилиндровых для байков, до огромных для линкоров, ну и конечно для всего промежуточного спектра транспорта: легковых и грузовых машин, катеров и яхт, дирижаблей, поездов и судов.

В общем развернулась она не на шутку, дошло до того, что ей приходилось подсыпать ударные дозы снотворного в питье и еду, чтобы она хоть немного отдохнула ибо ее мозг вышел на такие запредельные режимы работы, что становилось страшно даже не за ее здоровье, а саму жизнь! Осунулась, похудела, под глазами легли темные круги и даже сам Менлир инс Ханк ничего не мог с этим поделать.

— Я не могу отдохнуть! — с лихорадочным блеском в покрасневших словно у вурдалака глазах жаловалась она. — Идеи просто переполняют меня! Кажется, что если я их не реализую, то голова просто взорвется от их переизбытка как паровой котел!

В общем обычное состояние для тех «очумелых ручек», что получили-таки столь желаемое признание. Они тоже начинают фонтанировать другими идеями, но в большинстве случаев, их новые прожекты никому не интересны и их активность вскоре затухала до привычного уровня. С Олифий не так, ее новые двигатели были очень даже интересны и это ее подпитывало словно мощный допинг.

Ее идеи империи были настолько интересны, что агенты СИБ взяли ее под плотную охрану, так не охраняли наверное даже самого императора. Оно и понятно, императором может стать любой хрен с горы, даже умственно отсталый дебил, а вы найдите гения, что родит столько всего полезного!

— Я словно подключилась к какому-то хранилищу информации и буквально вижу все эти двигатели, их направления развития, со свечами, без свечей… — продолжала с пылом объяснять женщина-механик. — Иногда вижу такое, что даже непонятно, где и как это можно использовать! Вот посмотрите например на это…

Олифия сунула Экскарту в руки чертеж очередного своего творения. Выглядел он действительно странно и даже где-то забавно. Пять поршней, расположенных по кругу, образуя звезду.

— Вращательный момент у такого двигателя получается просто бешеным! Такое на мобиль не поставить, кому нужна скорость в пятьсот километров в час?! Конструкция просто развалится на части просто не выдержав нагрузки на свои узлы и агрегаты! Да и не справится никто с такой скоростью! На катер тоже не сунешь иначе даже самая маленькая волна на таких скоростях, что яма или бугорок под колесом, трясти будет нещадно! Воздухоплавателям тоже избыточно… При этом сколько-нибудь тяжелый транспорт он не потянет!

У Экскарта мелькнула мысль, где это можно использовать, но она тут же была выбита из головы и завалена другими проектами протеже, что продолжала лихорадочно на него вываливать.

Но как известно, в любой бочке меда может появиться ложка дегтя. Появилась таковая и в «бочке» Экскарта.

— Ваша бригада и ваш ум нужны империи, — сказал специальный посланник императора в полковничьем звании. — Его Императорское Величество рассчитывает, что вы до конца исполните свой долг аристократа и патриота в защите государства от врагов, будь они внешние или внутренние!

«Ну вот, пришло время платить по счетам», — со вздохом подумал парень.

Он ждал чего-то подобного ибо слишком уж густо его осыпали звездами. Так-то, будь он простым аристократом не призванным официально в армию, мог посчитать, что его долг защитника-добровольца выполнен, но не в его случае, когда из него слепили национального героя. Отрабатывать вложения придется до конца… того или иного.

Так же мелькнула мысль, что это лишь первичный слой который ему видно и вполне может быть, что таких слоев несколько, а это политика в которой он ни в зуб ногой.

— Не сомневайтесь, я счастлив и рад, что император не забыл обо мне и до конца выполню свой долг перед империей и императором, — сказал он положенные в таком случае слова.

35

Ехать с пустыми руками в империю было невместно. Так что вместе с Экскартом погрузившись на три транспортных парохода ехала его бригада из ста боевых машин «носорог», ну техперсонал на десяти машинах. Добровольцев хватило с избытком. Старики не хотели вновь превращаться немощных развалин, а эликсиры Менлира инс Ханка делали из них тех еще живчиков.

Но перед отправкой парень заглянул к главе ормундского СИБ Присвару Тауфу инс Арсену с которым у него сложились неплохие дружеско-деловые отношения, чтобы узнать, что там собственно происходит за океаном, дабы не попасть, как выражаются моряки, с корабля на бал. Требовалось иметь хоть какую-то вменяемую информацию. Ну и если возникнут «глупые» вопросы, то лучше задать их знакомому здесь, а не терять свой авторитет там, тем более что там у него друзей нет и ему банально могут соврать, чтобы он с треском провалился.

— Твоя догадка о том, что именно колонии империи являются главной целью Альянса в войне, а все что происходит там лишь отвлечение внимания от здешних дел, оказалась верна, — сказал глава СИБ Первой Колонии. — Мы ее проверили по своим агентурным каналам и получили подтверждение. Но как сам понимаешь, теперь это не актуально и виноват в этом ты, — усмехнулся сибовец.

Экскарт хмыкнул в ответ. Отнекиваться и притворно смущаться он не стал, прекрасно понимая, что его бронеходы кардинальным образом переломили войну в колониях, приведя империю в Амероне к победе. И видимо чего-то подобного от него ждали на основном, теперь уже действительно основном, театре боевых действий.

— Сейчас все изменилось, — продолжил Присвар Тауф. — Колонии потеряны, отбить их без переправки сюда большого количество войск нереально, на что они естественно пойти не смогут, ибо это гарнированное поражение там, а это конец всего так как империя ничего не забудет и не простит, наказание будет жестоким. И теперь для Альянса настали тяжелые времена, они вынуждены будут биться банально за свое существование. И если раньше они могли себе позволить «странную войну», не заходя в контратаках дальше некоторой линии, позволяя потом выбить себя на прежние позиции, или даже отступить чуть глубже заманивая наши подразделения в засады, а потом их вернуть устроив своеобразный маятник, то сейчас все изменится — она будут наступать по-настоящему.

— А хватит у них на это силенок? Одно дело на позициях сидеть отбивая наши атаки и совсем другое наступать всерьез.

— К сожалению хватит…

Экскарт выразил немое удивление.

— Да ладно, потенциал несопостовим…

— Да-да, сэр Трексар, хватит, — вздохнул Присвар инс Арсен. — Потенциал потенциалом, вот только положение в империи очень непростое и продолжает ухудшаться несмотря на все меры принимаемые нами и прочими службами. Постоянные диверсии на заводах и забастовки срывают военные заказы из-за чего противник имеет превосходство в воздухе и даже на море…

— Почему они до сих пор не воспользовались этим своим превосходством?

— Все снова благодаря тебе, — невесело хохотнул сибовец.

— То есть?

— То есть мы, благодаря новым двигателям для бронеходов и просто транспорта, что может быстро перевозить тяжелые орудия и боеприпасы к ним, получили более маневренные сухопутные части, что пока компенсируют воздушное превосходство Альянса. Противник просто не может передвигаться с такой же скоростью и расстояния, а потому империя может концентрировать резервы на каких-то участках фронта больше сил парируя начавшуюся атаку.

— Понятно…

— Но как понимаешь, рано или поздно, и скорее рано, чем поздно, данное равновесие будет нарушено. Инженеры Альянса работают над собственными двигателями внутреннего сгорания и вскоре их получат. Тем более наверняка у них есть трофейные образцы и хоть сделали все возможное, чтобы этого не случилось, закладывая мощную термитную взрывчатку на случай попадания в руки врага, но что-то у них на руках все же должно было остаться.

Экскарт понятливо кивнул.

— Так что очень скоро империю ждут большие проблемы. Альянс начинает реализацию плана «Двойной удар».

— Что это значит?

— Вместе с наступлением на фронте, активизируются внутренние враги. Скажу больше, северные провинции очень неспокойны, там усиливаются сепаратистские настроения. Бузят горцы, так что поезда теперь вынуждены ходить с постоянной охраной… Сейчас рассматриваются планы вообще ввести туда войска как во времена покорения.

— Проклятье… И какова вероятность, что они могут отделиться?

— Если империя потерпит громкое поражение на юге и юго-запад будет захвачен альянсом, то вполне могут и отделиться, создав КСК — Конфедерацию северных княжеств. Ну и горцы тоже при прямой поддержке Альянса образуют что-то подобное. А это потеря источников ценного сырья, что сильно ударит по империи.

— А что СИБ?

— А что СИБ? — пожал плечами Присвар Тауф. — Стоит нам только там кого-то серьезно прижать, как может вспыхнуть досрочно, все на взводе. Второй фронт на севере империи точно не нужен, тем более с привкусом гражданской войны, что может спустить лавину в других регионах, так что приходится сидеть тихо и не провоцировать их.

— Постарался же Марриор Каск… — поморщился Экскарт, понимая, что это действует план беглого кронпринца, коему нужна была гражданская война для восшествия на престол и несмотря на его смерть, а так же чистку знати СИБ его план все равно продолжает работать, пусть и не так активно, как планировалось им, но все равно развивается.

«Это, потому что до сих пор выявили не всех гомункулов и марионеток, внедренных кронпринцем», — подумал он.

Собственно, это было и невозможно. И так, когда начались проверки, хай в аристократической среде поднялся до небес. Оно и понятно, а вдруг СИБ под благовидным предлогом просто убирает неугодных империи аристократов? Экскарт даже допускал, что такое на самом деле могло иметь место, чем себя спецслужбы и дискредитировали, а гомункулы с марионетками умело раскручивают эту истерию вспоминая старые двухсотлетней давности обиды.

— Так что единственный способ уцелеть государствам Альянса, это развалить империю минимум на три части и спровоцировать внутри гражданскую войну, как между ее частями, так и внутри между сословиями, тем самым погрузив страну в хаос смуты.

— Понятно. В этом случае они не только уцелеют, но и смогут чуть позже вернуть колонии и снова попытаться занять наши, как в первоначальном плане, — сказал Экскарт. — А то и все южные провинции под себя подгребут.

— Верно… Империи или… ее частям будет не до заокеанских земель.

— Но мне все равно не очень понятно, зачем я там нужен со своей бригадой… Ни я лично, ни мои «носороги» погоды не сделают. Ну ладно, сто бронеходов, это сто бронеходов и лишними они не станут, ни один генерал будучи в своем уме от них не откажется. Но вот самим генералам я точно не нужен. Наверняка наш опыт они тщательно изучили и вряд ли они от него отмахнутся… Опять же обстановку они лучше знают.

— Все так. Но тут уже начинается политика. Ты нужен больше, как знамя для воодушевления людей и еще каких-то неочевидных целей. При прочих равных победа может склониться именно на сторону того, чей дух более высок. Так что там хватаются за любую возможность, чтобы утяжелить свою чашу весов войны. Ситуация действительно очень угрожающая, а настроения в армии… непростое.

— И я могу стать таким… средством повышения духовной… потенции? — скривился парень.

Сибовец засмеялся и кивнул.

— Да. Имперская пропаганда сильно постаралась делая из тебя национального героя и надо признавать, сильно в этом преуспела, ты очень популярная личность, так что твое появление на фронте действительно может поднять… боевой дух наших солдат и одновременно опустить его у противника, что не менее ценно.

— Что ж, все ясно…

36

Переправка национального героя и его бригады бронеходов «Стальной кулак» прошла как полноценная войсковая операция. Империя не могла по глупости потерять такую фигуру, что так старательно растила для своих пропагандистских целей. Так что конвой транспортных пароходов охраняло два десятка боевых кораблей в том числе пять линкоров. Над головой всегда висел бомбардировочный дирижабль, а вокруг сновали малые разведчики, благо теперь за счет новых двигателей и сответственно возросшей автономности оно это могли делать без постоянного пополнения топлива и воды. Более того, как Экскарт узнал чуть позже, конвой на заключительном этапе на дальнем рубеже охраняли новейшие подводные лодки.

Парня вообще-то хотели по-быстрому доставить в империю на скоростном высотном дирижабле, но он отказался и решил плыть вместе со всеми. Все-таки он еще не состоял на официальной службе, а потому мог позволить себе некоторую вольность. Ну и не хотелось ему терять бригаду из-за недостаточной охраны, а враг наверняка пошел бы на очень многое, чтобы ее уничтожить и оказался прав.

Противник действительно нацелился на конвой и между субмаринами случилось подводное сражение. Отряд имперцев из десяти бортов потеряв одну подлодку смогли не пустить к конвою настоящую стаю из двух дюжин субмарин врага, ну и охранный дирижабль под конец отметился, закидав все глубинными бомбами, так что побитые подводные лодки Альянса были рассеяны и ушли.

Что до бригады бронеходов, то Экскарт, после того как жест со средним пальцем стал окончательно идентифицироваться как оскорбительный, отказался от знамен с выставленными пальцами, оставив лишь одно со сжатой в кулак латной перчатки.

Сицилия вместе с ребенком осталась в Амероне, не стоило ей ехать в империю, где с каждым месяцем становилось все горячее и в любой момент могло вспыхнуть всепоглощающим огнем гражданской войны и революции. Экскарт, ожидая что она не согласится и решит поехать с ним, готовился с ней биться по этому поводу до конца, вплоть до ссоры, но к его безмерному удивлению она практически сразу согласилась.

Впрочем, объяснение этому феномену нашлось, а именно ребенок. Сицилия превратилась в натуральную наседку. Так что его безопасность ставилась во главу угла. Так что парень на какое-то время мог вздохнуть свободно.

Стоило конвою добраться до побережья Гераумига, как его тут же взяли в оборот, погрузили на дирижабль и отправили в Старград. Еще в воздухе целая команда портных пошила ему несколько костюмов и парадных кителей.

А еще в полете его мурыжили маголекари беря всяческие анализы, как Экскарт понял, проверяли не гомункул ли он часом, что таким вот хитро вывернутым способом через победу над врагом решил добраться до императорского тела.

Потом был триумф. Почти как в древности, то есть проезд кортежа по центральной улице столицы. Не хватало только собственной армии за спиной и гонимых пленников впереди. Но и так получилось празднично.

Пропаганда действительно постаралась на славу и на улицы высыпала тьма тьмущая народу, чтобы посмотреть на национального героя. Вот только наблюдал Экскарт за «своим» проездом со стороны. Ну да, опасно ехать лично, придурков всяких хватает, что захотят остаться в истории за счет убийства, да и враги тоже не дремлют, так что вместо него ехал двойник.

«Двойник двойника, — усмехнулся парень. — И как такого будет правильнее назвать? Тройник?..»

Но обошлось благополучно, без терактов. Всякие экзальтированные девицы пытались пробиться к паромобилю, но полиция и солдаты создавшие живой коридор перехватывали таких не совсем адекватных личностей. Кидали букеты цветов, но они по какой-то причине н долетали до цели.

«Какое-то защитное поле… — понял Экскарт. — но видимо что-то сколько-нибудь тяжелое или быстрое оно не остановит».

Потом была официальная аудиенция у императора, и бал в честь героя.

«Интересно, император-то хоть настоящий или тоже как я — дублер?» — думал парень, слушая речь главы государства полную пафоса, дескать с такими героями враг будет разбит, и победа будет за нами.

Для присутствующих журналистов старался. Эту братию он сильно невзлюбил после их «атаки на поезд» с последующей пресс-конференцией, когда ему чуть не выбили зубы микрофоном, но эти вели себя скромно сделав всего полдюжины снимков, ну и снимали процедуру на два синемааппарата.

— …И я очень надеюсь, что в самом скором времени мне передоит снова встретиться с вами и лично вручить недостающую «Желтую Звезду», — закончил он длинную речь.

— Приложу к этому все свои силы, Ваше Императорское Величество, — произнес в ответ Экскарт с поклоном.

Дальше был собственно бал, который парень почти не запомнил, даже не понял какая из дочерей императора с ним танцевала, а то может и со всеми тремя, слишком уж он был скован и все его внимание было сосредоточено на том, чтобы не проколоться. Все-таки на таком мероприятии присутствовали главы родов и их наследники и он как «инс» был тут в единственном числе, то есть по сути никто, несмотря на свои награды.

Скорее некоторые высокородные наследники из тех, что помладше, явно из зависти к его успехам и наградам, пытались его как-то психологически задеть. Но видимо попытки были столь тонки, что Экскарт просто не понял сути, но тем похоже было все равно и после «наезда» отойдя в сторонку шушукались между собой и посмеивались, дескать «как я его этого деревенщину на место поставил».

Встретился на балу с отцом и «матерью», но общение вышло чисто формальным. Граф с хмурым видом многообещающе зыркал глазами, но похоже стал пересматривать свое отношение к сыну-бастарду. Все-таки успехи его говорили сами за себя и грех отказываться от таких активов.

В общем Экскарт мог прийти в себя и вздохнуть свободно, лишь когда вырвался из столицы и оказался вместе со своей бригадой «носорогов» на фронте. Там ему высшие офицеры тоже устроили праздничную встречу, но с ними парню было несколько проще, хотя ушами хлопать тоже не стоило, хотя те, кто искренне был рад его видеть хватало, в основном среди офицеров среднего звена.

«А вот высшие аристократы ментально «не читались», кроме тех мажоров», — с запозданием и некоторым удивлением пополам с недоумением осознал Экскарт. — Так хорошо себя контролируют или какие-то амулеты?»

С генералами много пришлось общаться о его опыте боевых действий в Амероне, так сказать передавать опыт из рук в руки. А то одно дело читать сухие отчеты и совсем другой коленкор выспросить тонкости у непосредственного разработчика операций и участника их исполнения.

37

Линия соприкосновения между Империей и Альянсом растянулась на четыре сотни километров от Лазурного моря на западе до гор на востоке, пролегая в основном через степную местность. И на всей протяженности линии фронта обе стороны за время противостояния создали мощные рубежи обороны начиная от нескольких линий окопов полного профиля и заканчивая небольшими фортами.

Кроме того провели несколько железнодорожных линий, как для маневра установками Теслау в непосредственной близости от линии фронта, так и в отдалении для бронепоездов с мощной пороховой корабельной артиллерией для большего огневого маневра, это в дополнение к обычной дальнобойной артиллерии, что время от времени меняла свои позиции.

В общем и в целом несмотря на редкие атаки и контратаки ситуация была стабильной, но все понимали, что после окончания противостояния в Амероне победой Империи, на основном фронте все изменится, к чему интенсивно готовились обе стороны в меру своих сил.

В целом империи из-за внутренних политико-экономических проблем было выгоднее сохранение нынешнего положения, но не выгодно Альянсу, потому имперские генералы готовились к обороне с возможным переходом в контрнаступление. Хотя развить его полноценно пока не представлялось возможным.

— Главное не попасть в очередную ловушку, — с тяжелым вздохом сказал маршал Омунс инс Лодар — дядя императора.

«Интересно, знает он, что я его старшего братца завалил?» — с некоторой опаской подумал Экскарт.

Естественно, что он опасался банальной мести. А то, что маршал ведет себя словно ничего не случилось ничего не значит.

Вообще официально Марриора Каска нашло и ликвидировало СИБ, но это официально. Внутри же семьи могли знать настоящее положение дел.

«А могут и не знать, — снова подумал он. — Либо маршалу наплевать. Неизвестно же какие у него с братом были отношения в свое время, скорее даже как у всех высших и старых аристократических родов, то есть враждебные. Хотя вряд ли, когда кронпринц пропал Омунсу было лет десять… а значит по факту чужие люди, что вообще никак между собой не соприкасались».

Экскарт, несмотря на то, что вновь стал лишь лорд-полковником, присутствовал на совещаниях генерального штаба по выработке плана обороны, но особо не высовывался.

Впрочем, его мнением особо не интересовались и откровенно сказать, ему самому нечего было предложить в стратегическом плане. Да и в тактическом — тоже. Все-таки его опыт был изучен, а паркетные генералы, что хороши в мирное время подмахивать и вылизывать вышестоящему начальству различные интимные части тела, после более чем года тяжелой и кровопролитной войны сменились на вполне адекватных в профессиональном плане.

Что до его бригады, то ей реально обрадовались. Дело в том, что все бронеходы империи имели гусеничный ход, либо две, либо четыре, то есть по две независимых гусеницы с борта, имелось даже некоторое количество «многоножек», хотя они не пользовались популярностью из-за сложности производства и обслуживания, а вот от шнекового хода отказались в принципе несмотря на простоту. Ни болот, ни рек в зоне боевых действий не было, а те реки что все же имелись, легко преодолевались вброд.

В прочем это было понятно, все-таки плавность хода на таком шасси оставляла желать лучшего и возникали сложности с прицеливанием из-за того, что бронеход на малейшей неровности довольно чувствительно перекашивало, тогда как гусеничный ход «проглатывал» эту помеху, за счет изменения высоты катков и чтобы прицелиться требовалось значительно больше времени, что в условиях интенсивного боя могло дорого стоить. В Амероне это не сильно сказывалось, просто в силу того, что противник не успел найти методы противодействия и насытить свою армию бронеходами, здесь же все было по-взрослому и ценилась каждая секунда.

Радость же от прибытия именно шнековых «носорогов» объяснялась тем, что небольшой участок фронта, примерно полсотни километров, проходил по натуральной пустын (с продвижением которой на север из-за хищнической вырубки лесов в прошлом, всячески боролась империя высаживая новые лесополосы и удобряя степь, но пока без особого успеха), то есть с настоящим песком и даже небольшими барханами. И как оказалось на такой местности гусеничные шасси и тем более «многоножки» оказались практически бесполезны, бронеходы банально утопали в песке и о каком-то быстром маневре можно было сразу забыть, теперь же все изменилось. Кроме того из-за всепроникающего песка и без того невеликий рабочий ресурс двигателей снижался еще больше, а поломки из-за износа различных узлов и агрегатов становились делом обычным. Шнеки позволяли двигаться по песку без проблем. Не воспользоваться таким ресурсом не могли.

— Ваша бригада может стать неприятным сюрпризом для противника, сэр Трексар, — с радостной улыбкой сказал маршал. — Как показывает разведка и логика, атака противника вероятнее всего случится либо с правой, либо с левой стороны от вашей позиции, дабы обезопасить себя с одного из флангов закрывшись песками, через которые мы не сможем быстро перебросить значительные силы с других участков фронта и вот тут-то настанет ваш час. Ваш «Стальной кулак» должен будет нанести врагу мощный нокаутирующий удар!

— Противник может быть в курсе о нашем прибытии на данный участок фронта, сэр… разведка у них работает не хуже нашей.

— Это мало что меняет. Ваше прибытие произошло в последний момент, а их планы давно сверстаны, силы накоплены, по сути это как снежная лавина, что уже сошла и ее уже не остановить, разве что только совсем остановить наступление. Но сами подумайте, станут ли опасаться генералы Альянса всего ста «бронеходов»?

— Сомнительно сэр… — вынужден был признать Экскарт.

Он уже успел насмотреться на работу имперских генералов, что хоть и являлись генералами военного времени, но все равно имелась в их мышлении некая абстрактность восприятия реальности. А значит и генералы Альянса страдают схожими психологическими завихрениями.

— Вот и я о том же, — покровительственно похлопал парня Омунс инс Лодар. — Какую-то корректировку в своих планах они произведут, но это значит, что им придется выделить против вас часть основных сил, но очень небольшую иначе из-за этого пострадает главная ударная мощь, на что они пойти не смогут.

38

— Не правда ли похоже на застывший штормовой океан? — спросил Экскарта майор, тридцатилетний Эмурсон инс Таврид, командир двести двенадцатой пехотной бригады, что отвечала за один из участков линии фронта, как раз в самом центре пустыни.

Несмотря на возраст и звание с должностью, выглядел он как юноша со взором горящим или рыцарь печального образа. Заводить знакомства с такими людьми Экскарт не любил из-за их пустых, но очень многословных разговорах о глобальных вещах, при этом с каким-то наивно-восторженным представлением о жизни, точнее не о самой жизни, а о том, как ее стоит изменить. Дескать надо сделать то-то и так-то, и будет всем счастье. Дурачок в общем. Из таких идеалистов получаются идейные бойцы-революционеры, не годные для кропотливой работы для достижение этого всеобщего благополучия, но готовые на пафосное самопожертвование или что хуже — принесения в жертву других. Даже не понятно, как они такие получаются в аристократических родах…

Экскарт как раз проводил рекогносцировку местности, чтобы составить личное впечатление о своем участке ответственности.

— Весьма… — согласился парень.

Правда все очарование исчезало из-за его профессиональной деформации личности, что видимо останется с ним навсегда и уже никак не исправить. А с чем может ассоциироваться золотистый цвет у ассенизатора? То-то и оно… Но опошлять он все же не стал. Не поймут.

Что до оборонительных позиций в пустыне, то они являлись довольно слабыми. Оно и понятно, все ресурсы сосредоточены на степных районах, где и происходили основные сражения. Здесь же среди песков, ровно год назад, пока здесь не было сплошной линии окопов случилась всего одна кавалерийская атака дивизии из Исидийского халифата. Точнее верблюдская… ее отбили и все, с тех пор тишина. Иногда вели беспокоящий артиллерийский огонь, да дирижабли могли налететь сбросив по каким-то причинам не выработанный на других участках бомбовый груз (погода помешала или противодействие ВВФ Империи было сильным), могли просто пострелять из пушек с пулеметами и обработать ракетами.

В общем воевать в пустыне было тяжело, небоевые потери в случае наступления выходили как бы не больше боевых, и дело это дурное прекратили обе стороны. А то империя тоже пыталась что-то такое изобразить… так солдаты даже до противника не добрались, как половина слегла от теплового удара и физического истощения — попробуй побегай по сыпучему песку.

Так что попасть сюда, несмотря на жару, проблемы с водой и песком на зубах и прочих самых неожиданных местах из-за чего неопытные люди натирали себе кровавые синяки, считалось большой удачей. Отдых. Даже больше того — курорт! Ну это для офицеров. Солдатам было куда хуже. Окопы постоянно заносило песком из-за то и дело поднимающегося ветра, иногда проносились настоящие самумы, и их приходилось регулярно расчищать. Но все же лучше пролить ведро пота, чем литр крови.

Полевая артиллерия практически отсутствовала, да и крупнокалиберной в тылу тоже не имелось, все пришлось отдать на более активные участки фронта, где им нашлось реальное применение. Даже пулеметы имелись лишь по минимуму, причем не самые лучше по качеству и морально устаревшие.

С фортами та же беда. Да и смысл их строить? Чтобы они стояли пустыми? В общем случись что, одна надежда — подоспеют бронепоезда. Но все так привыкли к тишине, что и не ждали тут какой-то активности.

Альянс тем временем накопив сил и проведя сосредоточение, начал боевые действия, причем по обе стороны от пустыни. А так же у Лазурного моря на западе и у гор на востоке. Противник пытался рассредоточить силы империи перед нанесением главного удара.

То, что удары по краям фронта ложные было ясно с самого начала, но тем не менее игнорировать их империя не могла, так как в истории не раз случалось, что изначально ложные удары ввиду их удивительной успешности из-за ошибок противника превращались в основные.

Впрочем, в этот раз такого конфуза можно было не опасаться, активность боевых действий со стороны Альянса, на востоке и западе быстро сошла на нет, а вот по обеим сторонам пустыни только нарастала и понять, где-же именно враг атакует с прорывом фронта было до последнего непонятно. Создавалось впечатление, что и сами генералы Альянса этого не знали, дожидаясь ошибки со стороны имперцев. Но это сомнительно.

Не обошли вниманием и позиции имперцев в пустыне, работала артиллерия, а также, пользуясь своим явным господством в воздухе, налетали дирижабли, засыпая окопы шрапнельными бомбами и горючей смесью.

— Зачем? — удивлялся Экскарт.

Но на этот его вопрос «аборигены» только пожимали плечами. Никто не понимал таких действий Альянса. Даже при превосходстве в воздухе глупо распылять свои силы, чтобы нанести ничего не решающие удары по откровенно ничего не значащим позициям.

Было бы понятно, если бы ВВФ Альянса пытался бы добраться до места дислокации «Стального кулака» и забомбить «носороги», но они этого не делали. Да и бесполезно. Экскарт помня прошлый налет, еще а Амероне, рассредоточил свои бронеходы по большой площади и хорошенько их замаскировал, что оказалось не сложно.

Плюс к этому сделал обманки возле которых с деловым видом время от времени крутились люди, всего-то и надо слепить из песка что-то похожее на бронеход. А чтобы песок не осыпался, использовать клей. В общем старички вспомнили детство и вылепили муляжи очень достоверно, так что даже с десяти шагов не отличишь муляж от настоящего «носорога». Но не пригодилось.

«А может все-таки противник в курсе, что это муляжи, вот и не стали проводить бесполезную бомбежку», — подумал Экскарт.

Он вполне допускал, что вражеские разведчики добирались до позиций и чуть ли не ощупали все руками. Были такие специалисты у исидийцев, ведь пески их дом родной.

Но смысл налетов на позиции он все равно понять не мог. Хотя нутром чувствовал, что все неспроста и под этим есть четкое обоснование.

— Если только они не хотят от чего-то отвлечь наше внимание…

Парень понял, что ухватился за ниточку. Осталось только ее потянуть.

— Что изменилось?

И тут же пришел ответ раскрывший подноготную действий противника.

— Прекратились наши разведывательные облеты позиций…

Таковые действительно регулярно совершались, скучные безрезультативные, но тем не менее разведчики вели постоянный контроль пустыни. А с началом налетов перестали.

— Да ладно… — пробормотал Экскарт, не поверив собственным выводам.

Но что-то подсказывало ему, что он прав и его пробила нервная дрожь, потому как если это действительно так, то им конец. Сколько-нибудь сильного удара они не выдержат, но судя по всему, бить будет не просто сильно, а наотмашь. Их просто сомнут. Походя.

— И ведь в штабе не поверят… — откровенно загрустил парень, осознавая, что когда люди в чем-то уверены, то любая информация идущая вразрез с их убеждениями просто игнорируется.

А маршал с генералами уверены, что удар будет нанесен Альянсом либо справа, либо слева пустыни, но никак через нее саму.

Тем не менее они отбил телеграмму маршалу о своих подозрениях с просьбой все-таки провести глубокую разведку. Увы, но его просьба осталась проигнорирована, дескать это просто отвлечение внимания. Оставалось только ждать и готовиться.

— Хотя как тут подготовишься?.. Но ведь и не сбежать… остается только драться.

39

Экскарт все-таки решил провести разведку собственными силами, послав вперед несколько «носорогов», а пока они шныряли между барханов, всячески таясь при пролете дирижаблей противника, парень исследовал возможное поле боя в попытке составить тактику предстоящего сражения. В его неизбежности он был убежден, тут даже его способности не требовались, хотя и они нашептывали, что впереди опасность.

А как следует обмозговать не мешало, все та же «кровь» ему подсказывала, что тупое лобовое столкновение для него плохо кончится. Да и любое другое для него станет немногим лучше.

Его бронеход, взобравшись на вершину самого высокого бархана, распустил «зонтик» — маскировочная ткань на деревянных рейках, что дополнительно облеплена песком. Визуально с высоты машину под таким зонтиком при беглом осмотре не обнаружить, а чтобы затруднить обнаружение маготехническими средствами, бронеход облепили мешками с песком.

Впрочем, ломать голову особо над тактикой боя не приходилось, местность диктовала свои специфические условия и осталось только воспользоваться преимуществом «носорогов» перед бронеходами Альянса, а именно скоростью и проходимостью.

— Но численное преимущество, это численное преимущество… и неизвестна кратность этого преимущества, — пробормотал он. — Воздух опять же за противником…

Оставалось только жалеть, что сильного ветра по всем прогнозам ждать не приходится. Оно и понятно, противник специально выбрал такое время, а то их просто занесло бы песком превратив в очередные барханы.

Но вот вернулись разведчики. Правда не все, а лишь двое из пяти машин. Остальные были подбиты бросившимися вдогонку дирижаблями сопровождения, что их все-таки засекли. Но поставленную задачу они все же выполнили, принеся сведения о противнике.

— Идут, тремя колоннами, здесь, здесь и здесь, — указал разведчик на карте, что составлялась после каждого сезона ветров заново, ибо барханы иногда образовывали совершенно новый пейзаж.

Вот и сейчас волны песка замерли причудливыми линиями, образовав своеобразные зигзагообразные тропы по которым и шли бронеходы Альянса.

— Оценочная численность?

— От пятисот машин… но думаю, что больше минимум в два раза. Шлейф поднимаемого песка был виден до самого горизонта. Завтра к полудню будут у нас.

— Ясно… — с силой провел по лицу ладонью Экскарт и сплюнул.

— Что будем делать, командир?

— Отступим?

Все с выжиданием посмотрели на лорд-полковника.

Так-то действительно, отступление в такой ситуации самый логичный ход и в общем-то его за это даже никто бы не осудил. По крайней мере официально. Все-таки минимум пятикратное превосходство, а потенциально — десятикратное. Но вот неофициально…

— Если отступим не задержав их хотя бы на сутки, для фронта это будет катастрофа, — сказал он глухо. — И ладно бы просто поражение… не в первой, но ситуация в империи сейчас такая, что это может спустить неконтролируемую политическую лавину… и мы банально проиграем войну. Альянс вложил в это наступление все силы. Мы потеряем весь юг, а там и север отколется, да и центр может на несколько частей развалиться… по границам великих герцогств. Так что империя вполне возможно, что и не доживет до своего тысячелетнего юбилея, что собираются отмечать черед три месяца. Вспыхнет внутри империи. Жарко вспыхнет и Альянс будет рад подбросить дровишек в этот костер гражданской войны. Так что есть все шансы нам встретиться в бою уже друг против друга… Чтобы этого не произошло или хотя бы снизить накал страстей, нам нужно устоять. Не люблю говорить пафосные вещи, но судьба Гардариканской Империи в наших руках…

Командиры рот и полков еще больше насупились, от осознания цены их дальнейших действий. Их явно морально придавило.

— Лучше сдохнуть сейчас с в бою с Альянсом, чем убивать потом друг друга… — сказал один из них.

И с этим утверждением все согласились.

— Приказывай, лорд-полковник.

— Сегодня ночью выдвигаемся навстречу противнику и как всегда нам надо сделать то, что от нас не ждут.

Собравшиеся заулыбались. Да, не раз и не два они неприятно удивляли врага и за счет этого побеждали, вот и сейчас… Правда перевес очень уж велик, но все равно надежда есть.

— Навяжем им бой на своих условиях, а не на этом рубеже к которому они подойдут развернувшись в боевой порядок.

Может в штабе Альянса узнали о донесении от Экскарта, его беспокойство, что налеты дирижаблей не просто так, а попытка не дать проводить свои разведывательные вылеты, и видимо решили лишний раз не нервировать лорд-полковника и командира бригады «Стальной кулак», чтобы он успокоился не беспокоил ставку имперцев, но на этот раз налетов не было, что Экскарту сыграло на руку.

Как только стемнело его «носороги» выдвинулись навстречу врагу. Шли три часа, заметая за собой след специальными граблями и «вениками», ну и ветерок им в помощь зашлифовал.

Достигнув рубежа, бронеходы взобрались на самые высокие барханы вдоль «транспортных путей» и экипажи начали их спешно окапывать, буквально по самую крышу, плюс еще мешками завалили и «зонтик» развернули.

— Огонь открывать только по моей команде! Ну или если вас засекли и уже не останется другого выхода…

40

На рассвете снова поднялся ветерок, что окончательно замел следы от бронеходов, что люди все-таки пытались маскировать, но под природу закосить все равно не получилось. Но Экскарт по этому поводу не волновался, времени что он провел в пустыне было достаточно, чтобы ее немного изучить и знать, на что она способна.

Его больше беспокоили дирижабли. Экипажи небесных кораблей перед атакой будут как никогда внимательны ко всем странностям на земле.

Вот и они.

Дирижабли-бомбардировщики прошли на большой высоте и приличной скорости.

— Бомбить нас полетели… — хмыкнул кто-то из членов экипажа.

Ремонтные бригады на этот случай должны были установить дымовую завесу над муляжами и имитировать своими ремонтными машинами активную даже паническую движуху, дополнительно поднимая песчаную пыль.

— Едут…

И правда, на горизонте показался высоченный и широкий пыльно-песчаный шлейф от десятков и сотен бронеходов, что настойчиво пробивались через пустыню. Экскарт надеялся, что этот марш им дался непросто и хотя бы часть техники они потеряли из-за поломок.

«Но даже если лишились сотни машин, оставшегося нам хватит за глаза», — подумал он, чуть нервно.

Его все-таки несколько потряхивало.

— Скорее бы уж…

Прошло еще два часа, прежде чем они увидели первые бронеходы Альянса тяжело ползущие между барханами. Тяжелые четырехбашенные машины (в главной башне по центру была вставлена крупнокалиберная гаубица, а в двух задних разнесенных по бортам мелких башенках протвобронеходные пушченки, из передней еще более мелкой башенки торчал пулемет) на широких гусеницах ползли медленно но верно издавая жуткий грохот, тут и рев двигателей и лязг гусениц.

Хотя вообще модельный ряд был весьма разнообразен, как по количеству башен, та и с гусеницами извращались как могли. Оно и понятно, каждое государство Альянса лепило свои модели машин, а то и не по одной. Предприятия-то частные вот инженеры и лепили кто во что горазд. Настоящий зоопарк, учитывая название моделей: «черепахи», «броненосцы», «тигры», «гиены», «львы», «медведи» и так далее в том же духе.

Некоторые командиры машин высунулись из главных башен и осматривались. Ну или просто проветривались, ведь в этих жестяных банках было жарко как в бане, да еще двигатели добавляли жара.

Имперцам в этом плане было немного легче, но все равно тоже обтекали потом, так что воду пили как лошади, благо запасли ее изрядно.

Экскарт зажмурился и наверное впервые за много лет искренне взмолился прося у Всевышнего, чтобы их не заметили. Их и не заметили. То ли маскировка была очень хороша, то ли противник уже устал настолько, что мозг людей уже отключился из-за однообразной картины наблюдаемой вот уже третий день.

Вот проползли мимо первые бронеходы Альянса, а дальше стало полегче, засевших в засаду дополнительно укрыла пылевая завеса.

— Огонь!

Пушка выстрелила и снаряд ударил точно в главную башню очередного проходящего мимо тяжелого бронехода. Одновременно с этим Экскарт дал сигнал на открытие огня своей бригаде искровым передатчиком.

Как смогли выстрелить не раскочегарив паровой котел высокого давления, что и отвечает за стрельбу? Сейчас можно было особо не беспокоиться на счет установки Теслау и стрелять при помощи карбидной системы.

— Огонь!!!

Второй снаряд впечатался в ранее выбранную цель, а то в первый раз пробития не случилось, но на этот раз попали в борт, пробив его из открытых люков факелами вырвалось пламя.

«Носорог» смог сделать еще десять безответных выстрелов полностью уничтожив еще три вражеских бронехода и перебив гусеницу еще одному.

— Добивайте его!

Взметнулись первые песчаные фонтаны перекрывая обзор. Экскарт машинально отметил, что противник использует снаряды со взрывчаткой, то есть фугасные. Что было в общем-то логично. Они не собирались входить в зону действия имперских установок Теслау, точнее ожидая что их разбомбят дирижабли массированным налетом.

Но взрывчатые снаряды им помочь не могли против хорошо укрытых «носорогов». Вот когда кто-то сможет взобраться на соседний бархан и начать палить оттуда, тогда да, возникнут проблемы. Ну а пока «носороги» расстреливали вражеские бронеходы словно в тире.

Те пытались маневрировать, но… резвости у них было как у беременных черепах, плюс мешали уже подбитые соседи, а так же барханы.

В стане противника воцарилась настоящая паника, не готовы они были к такому повороту и бездарно гибли под перекрестным огнем «носорогов» стрелявших фактически в упор.

В считанные минуты бригада «Стальной кулак» не понеся потерь, уничтожила больше трехсот машин противника, то есть весь авангард.

Это был феноменальный успех и его требовалось развить, пока враг не очухался и не успел перестроиться в оборонительную формацию.

— В атаку! — скомандовал Экскарт своему экипажу и дал условный сигнал остальным искровым передатчиком.

«Носорог» взревев гиссом вырвался из песка и резво скатился бархана.

Не попавшие под первый удар бронеходы противника пытались отступить, одновременно образовав какой-то оборонительный порядок, но пока получалось откровенно плохо. «Носороги» перебираясь с бархана на бархан, маневрируя среди подбитых вражеских машин выскочили на очередные возвышения и снова вступили в перестрелку. Только на этот раз все же пошли первые потери, враг все же не беззуб и кое-что тоже умел. Но все же размен был в пользу «носорогов» примерно один к четырем.

Потеряв десять машин Экскарт скомандовал отступление.

Обозленный противник, зная сколько против него стоит имперцев и видя, что их число сократилось, кинулся вдогон в надежде добить остальных, что стало их ошибкой. Вынудив противника разрушить строй и вытянуться, имперцы пошли во встречную атаку смешиваясь с противником в кучу малу. Медленные относительно «носорогов» бронеходы Альянса просто не успевали и среди барханов началась сюрреалистичная игра в кошки-мышки.

Имперцы хорошо запомнили фразу своего лорд-полковника, что движение — это жизнь и двигались, останавливаясь только на несколько секунд, чтобы прицелиться и сделать выстрел, хотя частенько палили на ходу. Они носились между барханами, по самим барханам, закрывались подбитыми вражескими машинами и стреляли, стреляли, стреляли.

Некоторые забывались, или просто попадали в невольные ловушки и гибли, их ожесточенно расстреливали сразу несколько вражеских машин превращая корпус в кучу изорванного снарядами железа. Но в целом «Стальной кулак» оправдывая свое название изничтожал вражеские бронеходы, что горели в песках чадным пламенем и искрили фейерверками от внутренних детонаций снарядов.

Потери Альянса перевалили за пятьсот машин при потере чуть больше тридцати «носорогов» и неизвестно, как ситуация развивалась бы дальше, может альянсовские бронеходы и вовсе все были бы все изничтожены, потому как даже сбежать бы не смогли, но тут стали возвращаться с бомбежки имперских позиций дирижабли…

Бомбовый груз они истратили на муляжи «носорогов» и уничтожение установок Теслау, плюс хорошенько прошлись по окопам уничтожая возможные артиллерийские позиции, но у них оставалась собственная артиллерия и что еще хуже — дельтапланеристы.

— Воздух!

Экскарт высунувшись из люка взялся за пулемет. Так же поступили остальные командиры машин, но все же попасть в юркие дельтапланы при собственном весьма дерганном движении было непросто. Да, сбивали, но и на «носороги» посыпались зажигательные снаряды.

Некоторые машины вспыхнули, но от первых попаданий «носорогов» защитили мешки с песком, что все так же находились на их «спинах».

Не сумев сбить очередной «треугольник» из-за закончившихся патронов, Экскарт ухнул внутрь бронехода в последний момент успев закрыть люк, как сверху упали зажигательные снаряды. Огонь мгновенно спалил мешки и горючий алхимический состав впитавшись в песок бесполезно ссыпалась с брони.

«Все, от второй атаки спасения нет», — как-то отстраненно подумал Экскарт, вновь высовываясь наружу и спешно перезаряжая пулемет, чтобы вновь открыть стрельбу по настырным дельтапланеристам.

Бум!

Взрыв подбросил «носорог», не ясно даже кто попал, вражеский бронеход из крупного калибра, или же с дирижабля прилетело, да и не важно это, главное то, что послышался душераздирающий скрежет. Один из шнеков оказался поврежден из-за чего резко снизилась маневренность машины, но подвижность все же сохранилась и «носорог» продолжал метаться среди барханов ведя беспрестанный огонь по врагам.

Образовалась уже настоящая куча мала, горели сотни машин и если альянсовцы испытывали шок и трепет, страх мешал им заставляя дергаться и мазать, все что они хотели это поскорее выйти из боя, спастись, то имперцы ощущали какой-то веселый, даже безумный азарт, они что называется охренели в атаке, испытывая так называемое упоение боем. Ведь они видели результат своих действий и это придавало им сил и еще больше наглости, хоть они и потеряли уже больше половины своего состава и продолжали терять одну машину за другой…

Еще один налет и по броне противно застучали зажигательные снаряды…

— Вот и все…

Ба-бах!

Сильный взрыв опрокинул бронеход Экскарта и в какой-то момент объятый пламенем «носорог» закувыркался вниз с бархана…

«Это точно прилетело с дирижабля, причем главным калибром», — мелькнула мысль в голове Экскарт за мгновение до сильного удара ею о борт.

41

Очнулся Экскарт от того, что ему явно меняли повязки, бинтуя голову, не просто лоб, а все лицо. Было очень неприятно, кожа сильно зудела, так что инстинктивно захотелось ее почесать. Руки дернулись, но дотянуться до лица не смогли. Огни вообще ничего не смогли, так как оказались привязаны. Да и сами руки тоже зудели.

«В плену?» — подумал он, но пи этом как-то вяло.

Подобное было бы неудивительно. Другое дело, что его вообще взяли в плен, а не добили.

«Разве что для пропагандистских целей, — снова подумалось ему. — Национальный герой империи в плену Альянса. Наверное, на этом можно как-то сыграть».

Но как именно парню было откровенно лень ломать голову. Тем более что оная дико болела, как с сильного перепоя.

«Ну да, башкой приложился знатно, — вспомнил он. — Даже шлем не спас… или наоборот спас — это смотря как посмотреть».

— Тихо-тихо, все хорошо, — донесся до него чей-то голос, явно женский, но как-то глухо, словно издалека и при этом через какое-то искажающее звук препятствие типа берушей.

Его руки мягко постарались вернуть в исходное положение. Стало понятно, что руки привязали, чтобы он из-за рефлекторных действий — желания почесаться не причинил себе неприятностей.

«Да я же обгорел…» — дошло до него.

— Это я… Сицилия, — произнесла сиделка, оказавшаяся женой. — Ничего не говори, у тебя сильные ожоги, причем не только кожи, но и горла с легкими…

Экскарт успокоился.

«Значит не в плену, а остальное неважно», — с облегчением подумалось ему.

Потом правда подумал, что рожу ему явно знатно опалило, раз забинтован так плотно словно мумия. Ну и за глаза обеспокоился. Но потом понял, что они целы, шевелятся, а раз так, то даже если и ослеп, то зрение восстановят, даже если это будет стоить очень дорого, с деньгами учитывая клад в подгорно-вулканическом храме проблем не будет. В крайнем случае протезы сделают, как у телохранителя кронпринца, хоть и не хотелось бы такое уродство иметь.

Как выяснилось чуть позже, пострадал он действительно не так сильно, как мог бы. Глаза спасли гогглы, а лицо — дыхательная маска, что каким-то чудом удержалась на голове в момент удара, а потом кувырков бронехода с бархана. Так к же некоторое время спасали от воздействия жара, но потом они все же сползли и вот тогда досталось…

Лечили его и впрямь интенсивно, поили различными эликсирами и обмазывали целебными мазями, давали дышать алхимическим лечебным паром, так что через неделю после его первого пробуждения раздражающие бинты окончательно сняли. Выглядел он правда краше в гроб кладут — вместо лица жутковатая маска, а от ушей остались одни воспоминания, но и это тоже было поправимо. Вырастят.

Говорить смог еще через три дня. Голос из-за обожжённых связок изменился до неузнаваемости, стал более грубым и хриплым, но это вообще пустяк. Даже наоборот, более мужественно и брутально получилось.

Сицилия как оказалось примчалась в империю из Амерона сразу же после сражения, то есть потратила на дорогу неделю и очнулся парень в день ее появления в палате.

— Чем все закончилось? — спросил он.

— Вы победили… — явно сдерживая слезы, произнесла Сицилия.

— Ну, вряд ли бы мы выбрались сами…

— Нет, и по этому поводу, когда ты окончательно оклемаешься, я еще с тобой поговорю… — с угрозой в голосе пообещала она.

— Именно о вас я и подумал, когда принял то решение, — ответил Экскарт на невысказанный упрек. — Сама прекрасно понимаешь, чтобы началось после того, как через наши позиции прошла бы эта бронированная орда Альянса, не прими мы бой и отступи. Твой отец еще не вступил в партию сепаратистов страждущих отделения?

— Нет…

— Впрочем, как бы он ни поступил мало что изменится… все равно придется драться, на той или другой стороне. Вот только на какую сторону при этом должен встать я? Ладно, продолжай…

— Когда ты сообщил в Ставку, что по пустыне согласно полученным разведкой данным идут сотни бронеходов Альянса генералы во главе с маршалом перепугались, что им в тыл зайдут эти полчища и раскатают их в блин, все-таки направили к вам с десяток дирижаблей. Больше они ничего выкроить с фронта не смогли, бои там шли жаркие круглые сутки, и как я поняла, даже такое ослабление позиций им дорого обошлось. Но дешевле, чем могло бы, если бы вы их не остановили. А так, потеряв три дирижабля, они оттеснили противника и вытащили всех, кто уцелел в том побоище.

— Сколько собственно выжило? — с тяжелым сердцем спросил Экскарт.

— Своим ходом смогло выскочить только три «носорога»… но даже они имели повреждения. Остальные были к тому моменту подбиты и сожжены. Из подбитых машин уцелело сорок пять человек, сумели выскочить и уцелеть. В твоем бронеходе помимо тебя спасся только наводчик… если можно так сказать…

— То есть?

— Помимо полученных ожогов, огненный состав буквально разъел ему ноги… Тебе повезло, что при этом не разлилось топливо.

— Ясно…

Экскарт тяжело вздохнул. Победа далась ему дорогой ценой. По факту он потерял свою бригаду «Стальной кулак». И демоны бы с «носорогами», бронеходы это всего лишь железо, главное, что он лишился большей части экипажей. Да и те, что уцелели, коме тех, что смогли все-таки отойти своим ходом, наверняка к дальнейшей службе станут не годны, да и не захотят, даже те, кто уцелел, хотя последних спрашивать не станут, вернут в строй по призыву. Война.

Но они знали на что шли и своей гибелью, тяжелыми ранами предотвратили еще большее количество смертей и как минимум отсрочили развал империи. Вряд ли предотвратили, но отсрочили — точно, а там глядишь если все же не удастся избежать развала, хоть смута пройдет по более мягкому варианту.

«Главное Альянс успеть задавить до того, как начнется основное веселье внутри страны», — подумал он хмуро.

Но вот с этим-то как раз имелись определенные проблемы. Альянс потерял свою армию из бронеходов, но в остальном отношении остался вполне боеспособен. Как потом стало точно известно его бригада подбила больше шестисот машин противника, а уцелевшие уже не в состоянии были выполнить поставленную перед ними задачу и отступили. В итоге из пустыни вернулось на исходные позиции меньше ста машин из тысячи, остальные остались в песках из-за поломок и они наряду с подбитыми бронеходами вскоре, после начала сезона ветров превратились в очередные барханы так что искать их и вытаскивать для ремонта стало бесполезно.

Увы, но наступать армия империи по-прежнему была неспособна, а значит инициатива оставалась за Альянсом и не надо иметь семи пядей во лбу для понимания, что вскоре противник снова попытается нанести удар. Ему жизненно необходимо свалить находящуюся в состоянии горячки, но все еще стоящую на ногах империю.

«Тут нужен какой-то неожиданный ход, — думал он. — Но какой?»

На краю сознания что-то забрезжило, но все никак не желало оформляться в готовый ответ.

Как только Экскарт более-менее пришел в себя, стали появляться другие посетители.

Так заявились сослуживцы, те кто уцелел или пострадал не так сильно.

— Ты это… давай быстрее выздоравливай, а то нам награды все никак выдавать не желают, — попытался пошутить один из командиров, под несколько натужный смех остальных. — Говорят без тебя никак нельзя, только все вместе к императору допустят, чтобы его величество десять раз не напрягать.

— Постараюсь!

— А бригаду нашу все-таки решили восстановить, — сказал другой. — И даже сохранить за ней твое прежнее название. Так сказать преемственность к славной истории бригады.

— Зачем?

— Понравилось генералам, как «носороги» по пескам носятся, болота тоже не препятствие, а так же преодолевают водные преграды. Прошел слух, что такими машинами будут оснащать морскую пехоту. Даже специальные корабли для их транспортировки спроектируют, нос у них будет открываться словно ворота и бронеходы станут выходить прямо в воду и на берег…

— Логично…

— Так что нас туда зовут.

— Желаю удачи, — порадовался за них Экскарт.

Заглянула и Олифия. Ее изобретательская горячка начала спадать и теперь она доводила до ума ранее изобретенное. Вот при ее виде у парня в голове словно звезда вспыхнула.

— Олифия…

— Да?

— У меня к тебе небольшая просьба… Мне надо, чтобы ты кое-что для меня сделала.

— Конечно!

— Я хочу, чтобы ты довела до рабочего образца один из своих двигателей.

— Какой?

— Тот, применение которому ты так и не нашла. Тот странный, пятипоршневой, где цилиндры расположены по кругу.

— Да, я помню. Ты придумал, где его можно использовать?!

— Да. Зайди завтра утром, я тебе кое-какие рисунки дам, как раз успею подготовить, тоже хочу, чтобы ты довела их до ума.

— С радостью!

— Не увлекайся только сильно…

— Постараюсь, — смутилась она.

Заходили телохранитель и адвокат.

Ну и не могли не проповедать героя и сына графская семья.

Младший братец Хомс откровенно скривился от одного взгляда на Экскарта, и ничего не сказал даже. Только лишь кивнул.

«Наверное пожалел, что не подох, — с едкой усмешкой подумал Экскарт. — А уж как его от зависти к наградам плющит! Вон как свои пару медалек надраил!..»

«Мать» сумела сохранить лицо при виде обезображенного облика раненого «сына» и что-то пробормотала подобающее случаю, дескать рада что жив, поправляйся и все такое.

Старший брат не появился. Налег на расстроившиеся из-за войны дела рода, как наследник, так как графу приходилось вертеться на политическом поприще в столице, что стало столь неопределенным в последнее время и тут промахнуться нельзя. Опять же пытался урвать себе какие-то военные заказы.

Ну и собственно граф. Он тоже, отделавшись формальными фразами, молчал.

— Прошу вас остаться рядом еще на минутку… папа, — остановил его Экскарт, когда «дружная» семейка выполнив свой долг собиралась покинуть палату.

— Да? — обернулся граф.

— Я думаю нам для начала надо определиться с отношением друг к другу. Вы не можете не признавать, что в ситуации с вашим сыном Трексаром я вообще никак не виноват.

— Пусть идет так, как идет, — после короткой паузы с хмурым видом выдавил из себя Эстар Сандор лер Маренонг.

«Тем более, что я тебе такой… «красивый» зело выгоден, — мысленно хмыкнул парень. — Так прославил род, что наверняка подняло твои акции в политических интригах. Хотя могло и не повлиять…»

— Попыток похищения больше не будет?

— Нет.

— Отлично. Тогда у меня будет небольшая просьба. Так сказать, в качестве извинения с вашей стороны за тот… инцидент.

— Что именно? — насторожился граф.

— Да не пугайтесь вы так! — хрипло засмеялся Экскарт. — Не разорю. Даже наоборот сможете чуть позже на исполнении этой моей просьбы хорошо заработать, так как империя точно даст большие заказы. Если у меня конечно все получится.

— Хм-м… Что я должен сделать? — не смог не заинтересоваться граф.

— Мне нужно, чтобы вы сделали мне сто двигателей…

Граф действительно занимался их производством, быстро оценив перспективу нового продукта стоило только Экскарту запросить поддержки и покровительства в этом вопросе.

— Хочешь восстановить «Стальной кулак»? — удивился граф.

— Нет. Бронеходы для меня уже пройденный этап.

«Прямо какая-то традиция уже стала появляться, — невольно подумал парень. — Стоило только врагу хорошо отметились меня, когда я командовал подводной лодкой и я пересел на бронеходы. Вот и сейчас, отметелили мою бригаду бронеходов и я снова меняю вид деятельности…»

— Тогда что?

— Примите завтра Олифию Гисс, я ее пошлю к вам со всеми необходимыми данными и она вам все объяснит и доведет все до ума. А меня сейчас прошу простить, что-то от столь долгого разговора горло стало сильно саднить…

Экскарт и впрямь уже сильно сипел и хрипел, так что даже пришлось взяться за маску и запустив прибор вдохнуть лекарственного пара. Граф понятливо кивнул, сказав:

— Хорошо. Я все сделаю… сын.

— Благодарю вас… папа.

Экскарт постарался, чтобы прозвучало без неуместной иронии.

42

Экскарт провалялся в госпитале еще неделю. Маголекари, а именно Менлир инс Ханк со своим дядей, работали с ним очень плотно, восстанавливая кожный покров, так, чтобы лицо не выглядело натянутой резиновой маской. Что до ушей, то в специальной «пресс-форме» залитой алхимическим питательным раствором вырастили хрящ, а потом нарастили на него кожу, после чего, результат прирастили к голове парня.

Получилось великолепно, идеальная симметричность, а то вообще-то у него раньше одно ухо было чуть оттопырено, под волосами было не видно, но все же…

«Осталось обзавестись шевелюрой. Или лучше наоборот остаться полностью лысым? — подумал Экскарт с некоторым удивлением обнаружив, что полностью чистая от волос голова ему тоже идет. А то если некоторые лысые люди выглядит забавно, но не в его случае. — А главное с прическами мучиться не надо!»

— А ведь уши можно тогда вообще любой формы выращивать… — задумчиво пробормотал парень, разглядывая результат в зеркале.

— Эльфийские например! — хохотнул Менлир инс Ханк.

— Точно!

— Ты что, серьезно?

— Не… просто…

— Нет, ты не понял, — отмахнулся маголекарь.

— Чего именно? О чем ты вообще? — пришло время удивляться Экскарту.

— Слышал когда-нибудь о закрытом клубе «Средиземноморье»?

— Да нет, как-то не доводилось…

— Вот чудак-человек! Всю жизнь прожил в этом вертепе разврата Ланкерте, а о его легенде ни сном, ни духом!

— Да мне как-то не до легенд города было, дерьмо за господами убирал… — начал раздражаться парень. — Объясни толком, что к чему. И при чем тут эльфийские уши?

— Лет пятьдесят назад, когда эту технологию выращивания хрящей и кожи отработали до совершенства, кто-то вот так же решил, что можно выращивать «эльфийские» уши, ну и вырастили. После чего наклепали эльфиек. Догадываешься для каких целей?

— Публичный дом?

— В точку! Были правда ценители иных рас, гоблинок к примеру. Делали их из маленьких женщин, а то и вовсе лилипуток. Тем и другим удаляли по одной или две пары ребер, чтобы стройными становились, что надо увеличивали, ну а цвет кожи даже на зеленый поменять, это вовсе пустяк. Впрочем находились любители на мускулистых орчанок, а то и вовсе зверолюдок — мохнатых и хвостатых.

— Мн-да…

— Женщины, как понимаешь помимо красавчиков эльфов предпочитали особей покрупнее — орков, а то и огров с троллями. Догадываешься, что именно им из хряща делали и каких размеров, особенно огро-троллям? Ха-ха-ха!

— Да ладно?!

— Вот тебе и ладно! Им ведь постоянно в рабочем состоянии его держать надо! А эликсиры для этого дела вещь такая, постоянно употреблять никакого здоровья не хватит. Организм сгорит за пару месяцев регулярного употребления. В лучшем случае импотентами станут. Так что нашли им такой вот выход. Сначала кость хотели вставит, как у некоторых морских животных… но решили, что это как-то не того, потому взяли более гибкий материал, ха-ха-ха!

— Как же они тогда… с таким?..

— Заправляли в штанину! Тем более что длину им до колена делали!

Маголекарь снова расхохотался.

— Но зато богатыми становились в считанные недели, хотя впахивать приходилось так что и шахтерам не снилось. Но за год работы обеспечивали себе существование до конца жизни, так что такое неудобство можно и потерпеть.

Парень почему-то вспомнил картинки восточных шаманов с короной из рогов, подумав при этом, а что, если это была не съёмная корона, а вот такая приживленная, что могла еще расти в течение жизни?

Или на руки какие-нибудь костяные шипы которые будут выдвигаться вперед с помощью дополнительных мышц. А то и вовсе стальные лезвия сделать… штуки три. Дальше как-то фантазия пасовала.

— Впрочем долго эта мода не продержалась, лет пять-шесть.

— Оно и понятно, — согласился Экскарт. — Подумаешь уши заостренные. Все остальное-то как ужен, чай не поперек. И платить за эти ушки раз в десять дороже?

— Верно… Хотя впрочем и сейчас находятся любители подобной экзотики. Пару лет назад дядя для кого-то такой заказ исполнял…

— Слушай, а ведь тогда вполне может быть так, что все эти легенды о других расах имеют под собой реальную основу… Только существовали они не сами по себе, а были вот так же созданы древними магами.

— Вот же, — усмехнулся маголекарь. — Вообще-то официальная точка зрения так и звучит, если ты и об этом н в курсе.

— Не в курсе… Только зачем их маги лепили?

— Как зачем? Орков конечно не в качестве любовников для дамочек делали, хотя может те и использовали их по данному назначению, а в качестве воинов, сильные бесстрашные…туповатые правда, но для солдат это н порок. Представь себе такую дружину?

— Отсюда и легенды про жестокие набеги орков…

— В точку.

— Гномы — низенькие и сильные — шахтеры. Тролли и огры могли как на тяжелых работах использоваться, камни да бревна тягать, так и в качестве тяжелой штурмовой пехоты.

— Верно.

— А эльфы? Тоже воины?

— Типа лучники! Лесные рейнджеры! — снова засмеялся маголекарь.

— Почему нет?

— В принципе могли и так, но лично я думаю, что делать красивых особей в качестве воинов просто глупо.

— Ну да… как-то нелогично, — согласила парень. — Лишня морока.

— Именно. Так что эльфы скорее всего исполняли роль замковых слуг, которых по желанию можно использовать для утех.

— Это действительно логичнее… А гоблины?

— Да тоже для чего угодно, — пожал плечами маголекарь. — Те же шахтеры. Может для каких-то мелких работ делали, что-нибудь перебирать. Не знаю… Маги ведь независимо друг от друга себе помощников создавали по своему разумению, вот и пошли разными путями для решения схожих задач. Иногда соревновались между собой, у кого лучше получится, даже турниры в полный контакт устраивали. Целые сражения по нескольку тысяч воинов случались.

— Мн-да, прямо день открытий какой-то… — слегка ошарашено пробормотал парень.

43

И вот снова Старград и императорский дворец. Мало кто из нетитулованной аристократии имел честь лицезреть императора хоть раз в своей жизни, а уж чтобы поручкаться с ним дважды меньше чем за полгода… Но и причина имелась боле чем достойная — награждение одной из высших наград Гардариканской Империи.

Правда в зале было полно других награждаемых помимо Экскарта и выживших членов экипажей «носорогов» их бригады «Стальной кулак», около сотни человек всех родов войск.

Начали с мелких наград — крестов. Ими награждали «соседей», что отражали отвлекающие удары, но вот очередь постепенно дошла до подчиненных Экскарта. И здесь император не поскупился, что в общем-то понятно, ведь именно его бригада бронеходов спасла империю от краха, что все прекрасно понимали. Да и в целом результат не имевшей прецедента битвы впечатлял.

Газеты до сих пор не могли успокоиться, и дело даже не в заказе с целью пропаганды, хотя и не без этого. Со страниц не сходили фотографии с поля боя и выглядело действительно внушительно, особенно с высоты. Более того по мотивам битвы собирались снимать эпическую синему. Самого парня и его людей задолбали своими вопросами режиссер и сценаристы, но можно было надеяться, что синема «Противостояние», как решили назвать картину, получится близкой к реальности.

Всех выживших простолюдинов наградили «Хрустальными Звездами» сделав их личными дворянами. Командиров бронеходов, а их выжило пятеро — «Красными Звездами». Двух командиров полков — «Белыми Звездами», ну а самому парню досталась недостающая награда — «Жёлтая Звезда».

Теперь он стал полным «Звездным кавалером». Экскарт вошел в очень узкий круг людей, что имели честь носить на груди полную Плеяду Звезд, а из ныне живущих вообще единственным. За все время существования этого вида наград, таких насчитывалось всего одиннадцать человек и вот он стал двенадцатым.

Хотя с формальной точки зрения вообще-то тринадцатым… был в свое время один император, любитель цеплять на себя высшие награды, считающий себя великим полководцем не выигравший ни одной битвы… но его в этом плане предали забвению, вычеркнув потом из списков кавалеров.

— Я знал, что вы сэр Трексар человек чести, и держите слово, но никак не ожидал, что выполните мое пожелание встретиться с вами и вручить недостающую Звезду столь быстро, — начал светскую беседу император.

— Признаться, ваше императорское величество, я сам не ожидал, что повод для этого подвернется так скоро… но не смог не воспользоваться им.

— Ваше деяние очень велико и «Желтая Звезда» не может покрыть этот долг…

— Я сражался с врагом не ради наград, ваше императорское величество.

— Я знаю, — кивнул император, — вы исполняли долг каждого аристократа по защите Империи, но это не отменяет того, что империя должна достойно награждать за подобное. В вашем случае я решил возродить традицию дополнительного награждения титулом и землей. А поскольку вы нетитулованный аристократ, то я позволяю вам основать свой род. Герцогский.

В этот момент в тронном зале, где до сего момента стоял легкий гул голосов переговаривающихся о чем-то между собой придворных, воцарилась полнейшая тишина, словно в один миг выключили звук. Экскарту аж не по себе стало.

— Э-э… благодарю вас, ваше императорское величество. Это большая честь для меня…

— Так же я позволяю вам самому выбрать себе земли, благо вы сами сделали все, чтобы они появились у Империи, уже одно это достойно того, чтобы вы сами выбрали себе манор.

С этими словами, император сдернул со стены у трона шелковую ткань, что как оказалось скрывала под собой обновленную карту мира, где отвоеванные у Альянса колонии были уже обозначены как имперские.

— Выбирайте любую колонию, что станут вашими герцогскими родовыми землями.

«Вот это подстава!» — лихорадочно подумал парень, краем глаза заметив обращенные на него взгляды.

На лицах аристократов застыли нейтральные словно восковые маски, но Экскарт не обманывался и понимал, что все завоеванные земли, а точнее находящиеся там активы в виде заводов, земель, железных дорог и всего прочего, давно уже кулуарно поделены между ними.

Ход императора ломал им все их планы, буквально выдирая куски сочного мяса в которые они уже успели впиться своими острыми зубами. Ну а отыграются они на новоиспеченном герцоге, который им на фиг не сдался и делиться с ними львиной долей доходов с этих земель, которые он вдруг пожелает себе взять, никто не собирается. В общем у него по любому возникнут проблемы, как финансового, так и политического плана.

А быть формальным главой земель, ничего с того, не имея, когда все его распоряжения останутся лишь пустым звуком, Экскарту тоже было не комильфо. Все всё прекрасно поймут и фигурально выражаясь станут вытирать об него ноги. Ему это надо? Да ни на грамм!

Ну а то, почему император предоставил ему право выбора тоже нет ничего удивительного. Он скидывал с себя ответственность, дескать я не я и лошадь не моя, какие ко мне претензии?

«Наверное, решив, что я как молодой и глупый, начав претендовать на какие-то богатые земли, еще какие-то свои политические проблемы с моей помощью решает, о которых я даже понятия не имею», — с раздражением подумал парень.

Ну да, на кого-то надавит, кому-то поможет и вот уже этот кто-то обязан императору и вынужден будет этот долг рано или поздно как-то оплатить сыграв в каком-то политическом вопросе в пользу императора. Не говоря уже о том, что новоиспеченный герцог будет императору кругом обязан ибо без его поддержки Экскарту на первых порах никуда. Сожрут. А как говорят в народе: коготок увяз, всей птичке пропасть. В общем не вырваться и станет его ручной собачкой, что гавкает и кусает тех на кого указал хозяин.

«И ведь не взять время на подумать, — мысленно поморщился парень. — Так бы хоть с графом посоветовался, да через него мосты с заинтересованными лицами навел».

Но тут его взор упал на одно довольно значительное по размерам пятнышко, которое несмотря на размеры в глаза при этом не бросалось. Хитро так подкрасили.

«А это вариант, — с облегчением подумал он. — Несмотря на внушительные размеры, вряд ли кто-то позарился на эти земли, а если и позарился, то с ними можно будет и побороться своими силами. Ну и не забываем про скрытый там клад…»

— Я выбираю бывшую колонию королевства Люксер, ваше императорское величество.

По оттаявшим лицам аристократов, и даже появившимся у них на губах легким улыбкам, Экскарт понял, что прав, на эти болота желающих не было, точнее они не в высшем эшелоне аристократического бомонда. Земля есть земля.

— Хм-м… оригинально.

Стало понятно, что император не очень доволен его выбором, хотя на его лице это никак не отразилось и даже в голосе, скорее парень это понял по ментальному эху. А значит у него действительно были какие-то далекоидущие планы на нового герцога.

— Не объясните причин для такого выбора. Ведь как я думаю, вы в курсе, что там одни ни на что не годные болота?..

— В курсе, ваше императорское величество. А что до причин, то размер колонии достаточный, чтобы подтвердить герцогское достоинство, остальные в этом плане не тянут больше, чем на большое графство. А что до того, что там сплошные болота, то… основной доход я рассчитываю получить с промышленных предприятий, что намерен там построить после войны.

— А что именно собираетесь производить, если не секрет?

— Пока не знаю, ваше императорское величество, все это буду обдумывать после победы. Пока только смутные наметки.

Вообще-то наметки были очень даже конкретные, но, но зачем раскрывать все карты раньше времени? А ну как перехватят идеи?

— Что ж, да будет так, объявляю эти земли великим герцогством Фаулерсамрф а вас соответственно герцогом Трексаром Сандором дин Фаулерсамрфским. Владейте!

— Служу империи и императору!

— Хм-м… забавно, что это единственная колония в присоединении которой к империи вы не принимали прямого участия… — перед расставанием с усмешкой добавил император.

То, насколько император все же обиделся на Экскарта, стало ясно, когда перевели название этого с позволения сказать великого герцогства с одного из старых языков народов-основателей империи, о чем его просветила Сицилия, что как оказалось неплохо разбиралась в этом вопросе.

— И что оно значит? — спросил он.

— Гнилое болото.

— Ну, оно действительно болотное…

— Но ведь не гнилое! — возразила Сицилия.

44

А дальше для Экскарта наступил самый натуральный ад… великосветский. Он просто ужаснулся от вала приглашений, на ужины и прочие рауты с балами.

— Что им всем от меня надо?! — чуть ли не в панике воскликнул он.

Ведь на все приглашения не попасть иначе придется обходить десяток с лишним адресов в день, и формальными часовыми посещениями не отделаться, кому-то придется отказать, а это обида. При случае припомнят… с процентами.

— Новоиспеченный герцог, даже таких задрипанных по общему мнению земель, это все же герцог, — сказала Сицилия.

— И?

— И это не просто титул, но и голос в Палате, он же Имперский Совет.

Хоть Гардариканская Империя не являлась конституционной монархией с выборным парламентом, но и не учитывать мнения высшей аристократии было бы непозволительной глупостью для императоров, а потому имелась Палата, через которую аристократия могла вполне официально доносить свое мнение до главы государства, продвигать своих министров, разбирать возникающие между ними споры, что в былые времена решались силой оружия. В случае чего Палата избирает регента, а то и вовсе нового императора, что через нее и хотел провернуть свое избрание кронпринц Марриор Каск.

— Так что нет ничего удивительного, что тебя, как новый элемент политической жизни империи хотят вовлечь в свой круг те или иные партии.

— Тут нет ни одного приглашения от других герцогов… только от графов, — сказал Экскарт, просматривая стопку писем.

— Естественно. Зачем им самим… унижаться, получив отказ? Они все проворачивают через своих клевретов уровнем ниже. Приглашения от высшей аристократии последуют только после установления предварительных договоренностей и прояснения позиций.

— Понятно… Точнее я вообще ничего в этом не понимаю! — схватился парень за голову. — Кто там против кого, отчего и почему?! Не хотелось бы встрять в чужие разборки в качестве простого пушечного мяса… А ты как? Разбираешься во всей этой тряхомудии?

— Не особо. Я ведь из баронской семьи, да еще северянка, а там уровень вовлеченности в политическую жизнь государства слабенькая, как говорится и труба пониже и дым пожиже. Провинциальный уровень так сказать.

— Ну, хотя бы общие принципы тебе известны.

— Этого катастрофически мало, — отрицательно качнула головой Сицилия.

— Что тогда нам делать?

— Тут надо к твоему отцу обращаться.

— Ну да…

— Не хочешь?

— Хочу — не хочу, это уже не важно. Придется.

— Да. Тем более что все эти приглашения, как мне видится просто дополнительный повод через тебя установить взаимодействие с партией в которой состоит граф Маренонг.

— А без этого связь установить никак?

— Никак. Те, кто первым предлагает подобные переговоры о возможном сотрудничестве, как бы принимают образ просителя, что сам понимаешь ставит их в позицию слабого, ведь сильный не просит. Такие вот политические нюансы.

— А тут вроде как нейтрально все, тем более, что все решили, что я по определению должен вступить в партию в которой состоит отец.

— Именно.

— Мн-да… как же все… хитровывернуто.

— Вопрос в том, вступим ли мы в партию в которой состоит твой отец?

— А у нас есть выбор?

— Не особо. Свою игру нам точно не повести, эти интриганы сожрут на раз, так что пойти под чью-то руку все равно рано или поздно придется, вопрос в условиях. Партия твоего отца по определению даст лучшие.

— Вот и я так думаю. Значит и кочевряжиться не имеет смысла, — вздохнул парень. — Что ж, давай звать моего отца…

Эстар Сандор лер Маренонг себя ждать и уговаривать не заставил, более того ждал этого, и прибыл в тот же день, к счастью один, даже без жены. Потом был долгий крайне откровенный разговор, точнее даже монолог. Граф разжевывал Экскарту политическую ситуацию в империи, все эти подводные течения и взаимоотношения партий, а так же того, кто в какой состоит.

Понять все это было парню сложно, мозг отторгал это знание, тем не менее для себя он вычленил главное, а именно то, что герцогство надо поделить на части, выделив три-четыре графства и штук тридцать отдельных бароний.

Земли конечно так себе, хуже только откровенная пустыня, но это в данном случае не важно, главное земельный статус. Есть земля и значит титул наполнен содержанием. В конце концов любое болото можно осушить, было бы желание и деньги, ну и перспектива отбить затраты. А если найдется способ использовать болота в том виде в каком оно есть, то и вовсе шикарно.

Одно такое баронство граф попросил для своего младшего сына.

— А я думал вы ему графство затребуете, — неподдельно удивился Экскарт.

— Баронства хватит с лихвой, — отмахнулся Эстар лер Маренонг. — Жирно ему будет сравняться с отцом, тем более получив титул из рук брата. Вот его мать могла бы потребовать графства… любимчик все-таки.

— Экскарт понятливо кивнул. Хомс действительно был любимчиком графини. Так оно всегда бывает, что младшие получают больше внимания. Старший сын идет как обязательный элемент брачного союза, второй тоже не менее обязательный в качестве страховки на случай гибели первенца. А вот третий уже во многом по желанию… типа плод любви супругов. К этому моменту супруги волей-неволей психологически притираются друг к другу, даже если изначально (как оно в основном и случается) вступили в брачный союз по расчёту и если никто из них не является изначально моральным уродом и делает шаги навстречу, устанавливают какие-то компромиссы, то если и не любовь, то взаимное уважение и симпатия возникает.

— Но политически это будет неправильно. Графства лучше отдать сыновьям герцогов-союзников, чем дополнительно скрепим союз, баронства — сыновьям графов. А поскольку желающих будет много, а мест мало, то и получим с этих счастливчиков дополнительные преференции.

— Только я хочу зарезервировать несколько бароний для своих людей…

Парень планировал вознаградить ту же Олифию, не собирался он забыть телохранителя с адвокатом и маголекаря, ну и конечно тех, с кем служил и шел в безнадежный бой. Так что десяток бароний уходил по личным мотивам.

— Это твое право, — кивнул граф. — Более того никто не понял бы, если бы ты не отметил их наградой, а все раздал лишь исходя из политической необходимости.

— Даже так?!

— Именно. Тут много нюансов.

Экскарт только сокрушенно покачал головой, что ему эти хитрости придется все изучить, чтобы не ударить в грязь лицом.

Так же выяснилось, что император все же мимо не пролетел, так как партия в которой состоял граф Маренонг и в которую вошел новоиспеченный герцог являлось проимператорской.

«Потому собственно в моем случае и решил возродить традицию награждения землей, так как точно знал, что в проигрыше в любом случае не останется», — подумал Экскарт.

Ну а потом, собственно, началось хождение по кругам великосветского ада. И если Сицилия чувствовала себя вполне вольготно, то заинструктированный до потери сознания Экскарт был сильно психологически зажат, чтобы не ляпнуть что-нибудь не то. К счастью говорил в основном граф, а к нему особо не докапывались.

«Лучше еще один жаркий бой, чем эти рауты…» — с тоской подумал он.

Что до герба, то что-то выдумывать он не стал и взял за основу символ своей бронеходческой бригады «Стальной кулак» — красная латная перчатка в белом круге и черным полем.

45

Спустя две недели бесконечных раутов Экскарт наконец смог вырваться из этого великосветского болота, где все говорили какими-то намёками, отсылками к каким-то событиям о которых он не имел никакого понятия, и недосказанностями, создавая у него ощущение какого-то бреда. Каждую фразу приходилось расшифровывать, но хуже все то, что они могли нести сразу несколько смыслов. В общем это было целое политическое искусство в котором парень ничего не понимал.

— Мне бы шашку да коня… да на линию огня… а дворцовые интрижки… энто все не про меня…

— Откуда это? — с удивлением и любопытством спросила Сицилия. — Раньше ты в стихосложении замечен не был.

— Не знаю… то ли слышал где-то, то ли сам сочинил… точнее как Олифии просто в голову пришло…

В общем отговорившись делами вновь формируемого отряда, коих там действительно накопилось изрядно, Экскарт покинул Старград. Опять же требовалось решить некоторые вопросы с генералитетом на линии фронта о том, как использовать его новое подразделение не имеющее аналогов. Ну, почти не имеющее…

Генералы не очень понимали где расположить его новый отряд, так как ни с чем подобным им иметь дело не приходилось и как его использовать они тоже имели самое смутное представление.

— В идеале мне нужен дирижабль, а лучше два специально переоборудованных под мои нужды, чтобы иметь возможность быстро перебрасывать весь свой отряд на самые угрожающие участки фронта, — сказал он.

— Дирижаблей и так катастрофически не хватает, — отвечал маршал, — о чем вы прекрасно осведомлены, лорд-генерал. Так что я не могу ослабить ВВФ, да еще проведя их модернизацию, что исключит их дальнейшее использование в качестве бомбардировщиков.

— Осведомлен. Но вы же сами видели, что могут мои машины и должны представлять какой урон они могут нанести врагу если их использовать в нужный момент! Мои машины смогут нанести противнику такой урон, что не под силу и десятку боевых дирижаблей!

— Видеть-то видел, но не уверен, что их потенциал действительно столь велик, как вы пытаетесь представить…

«Проклятые ретрограды! — внутренне закипал парень. — Или тут опять замешана чертова политика? К какой партии он принадлежит? И что хуже всего, к императору тоже обращаться скорее всего бесполезно… не поддержит после того как я не оправдал его надежд с выбором земли под свое герцогство…»

— Ладно… разместите нас на самом опасном участке фронта, где в ближайшее время ожидается наступление врага.

— Это можно… проблема только в том, что таких мест несколько и где в действительности произойдет прорыв, а главное когда это случится понять не представляется возможным…

После того поражения в пустыне Альянс действительно затаился, на фронтах повисла тревожная тишина. Беспокоящие обстрелы и редкие атаки с последующими отходами не в счет. Враг явно готовился, клепая новую бронеходческую армаду взамен потерянной в песках.

Велись постоянны маневры в тылу и угадать, когда и в каком месте они сконцентрируют силы для удара, действительно было невозможно.

«Хотя насчет времени предположить как раз не трудно, — подумал Экскарт. — День, когда станут отмечать тысячелетие провозглашения Гардариканской Империи. Или это слишком очевидный вариант?»

Как бы там ни было, а Экскарт уже получил приглашение на императорский бал по этому поводу, а значит и прочие аристократы герцогского, княжеского и графского достоинства будут в этот момент во дворце. Ну и высшие сановники, все эти министры, губернаторы, генералитет, маршалы так и вовсе в обязательном порядке, а значит армия по сути останется без пригляда.

«Или все-таки не все так безнадежно плохо? — размышлял парень. — Не могут же они не понимать всей опасности такого ситуации?»

На бал этот Экскарт ехать категорически не хотел, он самым плотным образом осваивал новую машину, на которой предстояло сражаться его отряду, но и уважительной причины придумать не мог. Даже имитация аварии с серьезной травмой делу не поможет, любое ранение вылечат за считанные дни, а то и часы. Разве что позвоночник сломать… но это уже перебор.

Тем временем ситуация внутри империи продолжала накаляться. Рабочие требовали сокращения рабочего дня, повышения зарплаты, оплачиваемого отпуска, бесплатного медицинского обслуживания, пенсий…

Из политических требований — это конституция и выборного права. Более того, дошли уже до требований уравнять свои социальные права с аристократией!

В преддверии празднества власти жестко закрутили гайки, подавляя малейшие акты неповиновения, пополняя штрафные легионы. Но если внешне все притихло, то потом начались акты саботажа от явного, когда ломалось оборудование, устраивались поджоги, до скрытого, когда деталь вроде выглядит как надо, но стоит только ее нагрузить, как она тут же приходила в негодность. Из-за этого выходили из строя двигатели, взрывались котлы, рвались газовые баллоны в дирижаблях и так далее и тому подобное…

Все громче заявляли о себе северяне, уже в открытую говоря о желательности отделения и создания своей конфедерации.

Непросто было и с особенно сильно страдающим от войны югом.

В общем напряжение снаружи и изнутри империи достигло опасной черты и все чувствовали, что вот-вот должно произойти что-то ужасное в своей непоправимости…

46

Вот и день празднования Тысячелетия Гардариканской Империи. Вновь пришлось делать себе парадную форму, а Сицилии шить бальное платье, но она в отличие от Экскарта получала даже от этого процесса удовольствие. А выглядела она в нем просто потрясающе.

А чтобы не выглядеть бедными родственниками, были изготовлены различные украшения достояны герцогов, с драгоценными камнями, что они прихватили из подгорного храма.

В императорский дворец собирались все герцогские семьи, а так же графские. Имелось среди приглашенных некоторое количество влиятельных баронских родов, ну и конечно же высокопоставленные чиновники имперского уровня и высшие военачальники: маршалы, генералы и адмиралы.

Глядя на все это сверкающее великолепие, а сверкало от драгоценных камней в свете ламп действительно ослепительно, Экскарт чувствовал себя крайне неуютно.

— Один удар и вся империя обезглавлена, — буркнул он жене.

— Надо полагать, что служба безопасности тоже это понимает и предприняла все необходимые меры, — сказала она на это, продолжая улыбаться.

— Только на это и остается надеяться… только мне все равно как-то не по себе…

— Это от непривычной обстановки.

— Хорошо бы если так…

— Иди ты считаешь, что это предчувствие? — все же спросила Сицилия.

— Не знаю… Тем более что вряд ли я такой один уникальный, а значит и остальные должны чувствовать опасность…

— И скорее всего гораздо лучше тебя.

Но как ни старался Экскарт убедить себя, что его нервозность это результат нахождения на данном сборище аристократов, но получалось плохо. С каждой минутой усиливалось ощущение того, что он вместе со всеми угодил в одну огромную мышеловку, что вот-вот захлопнется.

«Но что можно придумать, чтобы прихлопнуть тут нас всех одним махом? — задавался он вопросом, так же прекрасно понимая, что служба безопасности дело свое знает туго и наверняка перетряхнула дворец снизу до верху. И все сколько-нибудь подозрительное было проверено и удалено, вплоть до того, что почистили от крысиного дерьма, а то вдруг крысы взрывчаткой срут?

Да и не водились во дворце крысы, как впрочем и насекомые чей хитин тоже мог бы иметь какие-то незапланированные природой свойства (работали соответствующие отпугивающие амулеты да и просто кошки), так что доставить с их помощью компоненты чего-то опасного невозможно. Все технологические коммуникации, те же вентиляционные шахты, так же регулярно чистились от мха и плесени если они вдруг появлялись. Не подобраться ко двору и по подземельям. Как Экскарт был в курсе, такую попытку пытались уже совершить, но ничего не вышло.

Вообще надо признать, что Охранка мух ртом не ловила, в том плане, что существовал специальный отдел куда служащие СИБ направляли свои измышления о том, как можно проникнуть во дворец и пронести взрывчатку или отравляющие вещества. Даже своеобразный конкурс на лучшее покушение есть с выплатой крупных премиальных за лучше всего проработанные идеи, так что Охранка отрабатывала все возможные варианты вплоть до самых экзотических в виде того же крысиного дерьма из взрывчатки…

И все равно парень не находил себе места, то и дело озираясь в поиске возможного укрытия. Но не находил ничего, что в качестве оного можно было бы использовать.

Императору то ладно, почти ничего не грозит, если только что-то совсем уж внезапное произойдет вроде мощнейшего землетрясения так что рухнет сверхпрочное здание дворца (но его вроде спровоцировать невозможно), на каждом этаже дворца существует несколько комнат-сейфов из бронестали, куда его при первых же признаках опасности спрячут, а вот остальным… придется спасаться самим.

Нервозность Экскарта невольно передалась жене.

— Может уйдем? — спросил он. — Вроде бы уже достаточно тут побыли…

Сами торжества начались в шесть часов вечера. Сначала император в пустом зале на третьем этаже дворца задвинул пафосную речь примерно на час. Потом еще несколько высокопоставленных аристократов — неформальные лидеры партий выразили верноподданнические чувства, к ним присоединились маршалы, адмиралы и министры.

После этой утомительной говорильни гости поднялись на четвертый этаж, где в течении часа подкрепились закусками с легким вином при этом снова были речи-тосты.

Потом снова спустились и на третий этаж и тут уже состоялись танцы. Танцевали около двух часов с небольшими перерывами на поговорить в кружках по интересам.

После танцев опять поднялись на четвертый этаж, где подкрепились уже более основательно, были самые разнообразные рыбные и мясные блюда и напитки были покрепче.

И опять спустились на третий этаж растрясти съеденное с помощью бальных танцев.

Сейчас гости снова готовились подняться на этаж выше для поедания сладкого, чтобы потом снова потанцевать и разойтись.

— Нельзя… мы сейчас в центре внимания… Стоит только уйти и это все воспримут как знак того, что наша политическая партия выражает императору неудовольствие. Плюс он сам воспримет это как оскорбление и это после того, как он одарил тебя герцогским титулом. Даже боюсь предположить какие последствия возникнут после такого нашего демарша, как внутриполитические, так и непосредственно для нас.

— Проклятье… — покачал головой парень от осознания того, как его простое желание свалить будет расшифровано окружающими.

Вот наконец объявили, что можно наконец подняться дабы попить чаю с тортами и прочими сладостями.

Экскарт с Сицилией поднялись в числе первых согласно своему статусу герцога. Аристократы занимали свои места ведя свои неспешные беседы ни о чем.

Парень продолжая все больше нервничать крутил головой.

И тут он увидел за окном нечто странное. Какое-то зеленовато-желтоватое сияние. Пульсирующее как у светлячков. Вот только светлячки тут не водились.

— А это что такое?..

— Что? Где? — не поняла Сицилия.

— Вон то сияние…

— Н-не знаю…

— Надо предупредить охрану императора и его самого. Может и нас с тобой в качестве благодарности прихватят…

Экскарт встал, продолжая смотреть в окно, заметив, что эта масса довольно быстро приближается к дворцу.

Перед парнем вырос гвардеец-телохранитель.

— Ваше…

— Я чувствую опасность. Вон видишь желто-зеленое сияние за окном?

Гвардеец посмотрел в окно и заторможено кивнул. После чего развернулся и зашагал к императору, начав что-то ему говорить.

Император посмотрел в окно и встав вместе с императрицей стремительно пошел на выход из зала. Экскарт с женой попытался последовать за ним, но их отсекли гвардейцы.

— Нельзя…

Парень только поджал губы.

— Это какие-то насекомые… — сказала Сицилия продолжая наблюдать за происходящим снаружи.

Экскарт согласился, а в следующие мгновения в оконные стекла стали биться эти странные светлячки, на полной скорости, буквально расшибаясь в лепешку. Точнее разбивались их брюшки и по стеклу стало растекаться их содержимое. В какой-то момент возник эффект града.

— За мной!

— Куда?!

— Вниз!

А насекомые, какое-то странное сочетание цикад и светлячков продолжали биться в окна во все больших масштабах. Так что возник гулких шум как от проезжающего на полном ходу паровоза.

В зале сначала возникла тревожная тишина, никто ничего не понимал, все с недоумением взирали на это странное и тревожное происшествие, а потом… лопнуло одно из стёкл, осыпавшись осколками. Это при том, что они вообще-то все были пуленепробиваемыми.

«Какая-то кислота?!» — подумал он.

Потом лопнуло еще одно стекло, потом еще и еще.

Зал начал стремительно заполняться насекомыми.

Завизжали женщины сбрасывая с себя густо налипших на них насекомых.

Экскарт с Сицилией тем временем сбегали вниз по лестнице. Зал на третьем этаже так же подвергся нападению инсектоидов, но слуги успели запереть двери и слышен был лишь гул и шорох от их хитиновых крыльев.

— Куда мы?!

— В подвал!

Крики паники и боли позади тем временем стремительно усиливались.

— Ведите нас в подвал если хотите жить! — крикнул парень лакеям, что стояли в коридорах.

Те услышав крики и увидев монстровидных светлячков, быстро поняли, что они представляют смертельную угрозу и ломанулись вперед.

Позади тоже бежали люди. Вот только бальные платья плохо приспособлены для бега. В общем то ли сама какая-то женщина споткнулась, то ли ей наступили на подол сзади, результат был один — падение, а где одно падение, там и второе… в итоге образовался натуральный завал из человеческих тел, где упавшим уже не суждено было подняться их просто затаптывали насмерть. А следом летели насекомые продолжая атаковать людей и они падали от боли создавая новые кучи из человеческих тел.

В какой-то момент насекомые облепили людей так плотно, что их под этим хитиновыми тельцами стало просто не видно, а потом и вовсе заполнили пространство дворца набившись так плотно словно семечки в коробку…

Но этого ни Экскарт ни Сицилия не увидели. Они вполне успешно добрались до подвала вместе со слугами, благо двери почти все были открыты на пути к спасительному помещению, либо же их быстро отворяли — охрана у дверей тоже хотела жить.

— Закрывайте двери! — крикнул Экскарт, видя, что никого больше за ними нет.

Некоторое количество насекомых залетело следом садясь на людей, но их быстро посбивали с себя и раздавили.

Но даже закрыв двери Экскарт не почувствовал себя в безопасности. Наоборот, тревога скачком возросла.

«Значит опасность не в укусах», — четко осознал он.

Его тоже несколько раз укусили эти гадские светлячки, но они были явно не ядовиты. Опасность представляла кислотная жидкость в их брюшках. Но и она по крайней мере в малых дозах, не являлась смертельно опасной.

— Бежим дальше!

— Куда?!

— В винный погреб! Здесь есть ход в винный погреб?!

— Да!

— Ведите!

Спорить с аристократом слуги не стали, они привыкли подчиняться, да и сами хотели еще дальше убраться от опасности.

Но и в погребе, куда добрались меньше чем за минуту, Экскарт не почувствовал облегчения. Боле того, он понял, что остались считанные секунды, что отделяют их всех от смерти.

— А там что? — указал парень на металлическую дверь с рычагом.

— Холодильник, ваше…

Экскарт рванулся к холодильнику и открыв дверь втолкнул туда жену и юркнул внутрь сам.

Следом набились дворцовые слуги, человек тридцать, и закрыли дверь.

А потом мир содрогнулся от чудовищного взрыва, так что даже укрывшиеся в холодильнике потеряли сознание.

47

Если кто-то смог бы выжить в зоне атаки этих видоизмененных насекомых, то увидел бы, как вспышке взрыва в мгновение ока исчез императорский дворец, а потом на его мест встало зеленоватое грибовидное облако. Впрочем, жители столицы, услышавшие сам взрыв и почувствовавшие землетрясение его заметили.

Подняли по тревоге столичный гарнизон и отправили во дворец. От дворца собственно действительно ничего не осталось, только кое-де угловые элементы стен, да опорные столбы. Обломки стен раскидало на несколько километров. Но комиссар, что в связи с чрезвычайной ситуацией взял управление в свои руки искал «сейфы» и конечно их нашли, тяжелые, они не могли улететь слишком далеко и были хорошо заметны, начав вскрывать один за другим, пока не нашли тот в котором укрылась вся императорская семья.

Вот только «сейфы» не предназначались для полетов по воздуху, а ведь их потом еще хорошенько по земле покувыркало…

— Что там?

— Что с императором?!

То, что осталось от императора и прочих пытавшихся спастись вместе с ним представляло собой жуткую картину… Этакое кровавое месиво из изломанных тел. Тут даже феноменальная живучесть ничем помочь не могла.

— Как такое вообще могло произойти?!

Люди с ужасом и недоумением озирались по сторонам.

— Здесь есть живые, — дал знать маг-поисковик.

Собаки, что специально дрессировали на поиск выживших только лишь беспомощно крутились на месте и фыркали от неприятного запаха, так что лишь одаренные могли что-то почувствовать.

Спасатели бросились расчищать завалы и вскоре добрались до места, где смогли не просто укрыться, но даже как оказалось выжить.

Выживших впрочем оказалось немного, всего двое и то, жизнь в них едва теплилась. Еще немного и не останется никого, кто смог бы хоть что-то рассказать о случившемся.

— В лазарет!

Благо госпитальный дирижабль с маголекарями уже завис над местом катастрофы.

Уцелевших быстро подлатали и привели в чувство и они даже смогли рассказать, что произошло во что сначала даже трудно было поверить, но нашлись и соответствующие улики.

Стало понятно, что даже несмотря на смерть кронпринца Марриора Каска и проведенную чистку его марионеток и гомункулов, отдельные элементы его Плана продолжал работать. Вот и эти насекомые на основе цикад и светлячков, коих он создал своим гением созрели и выкопались из земли в нужный день и атаковали свою цель, точнее просто летя на свет, как делали это мотыльки… видимо и их эта особенность тоже была заложена в данных инсектохимерах.

Надо ли говорить, что случившимся обезглавливанием империи тут же воспользовались как внешние так и внутренние недруги?

Северные княжества провозгласили свою независимость и образование Конфедерации.

Вспыхнули внутренние бунты и во множестве городов провозгласили создание Коммун с выбором городских советов и Народных мэров. Сил, чтобы их подавить просто не было. Начались столкновения между этими народными армиями и дружинами владетелей, что пытались подавить бунтовщиков, но сил им откровенно не хватало. В некоторых городах власть захватили откровенные бандиты, начался разгул вышедшей из тени преступности со всеми вытекающими непотребствами в отношении состоятельных граждан и аристократов.

Ну и вишенка на торте — перешел в наступление Альянс. Фронт после невнятных боев был фактически опрокинут и стальные армады Альянса под прикрытием армад воздушных поползли на север занимая по пятьдесят километров в день. Гардариканская армия в которой творился настоящий хаос из-за того, что Штрафные легионы либо сдавались, либо прорвавшись через заградительные отряды бежали вглубь страны превращаясь в хорошо вооруженные и организованные банды бравшие целые области под свой контроль, а части из северных княжеств дезертировали в полном составе, захватывали паровозы, чтобы вернуться на получившую «свободу» родину (и остановить их было некому), не могла противостоять удару в который Альянс вложил все свои силы и откатывалась в тыл.

Отдельные имперские армии все же показывали героизм и стойкость. Но долго ли они могли сдерживать противника без подвоза продовольствия и боеприпасов к тому же рискуя оказаться в окружении? Так что эти до конца верные присяге армии тоже вынуждены были отходить.

48

Лежа в госпитале и читая газеты Экскарт ужасался тому, что происходит в империи. Да, чего-то подобного он подспудно ожидал, но одно дело ожидание и сосем другое воспринимать это как данность в реальности. Империя трещала по швам от внутренних потрясений, отваливались куски вроде северных княжеств и захваченного Альянсом юга, где коллаборационисты объявили о создании какой-то Демократической директории.

Помимо внутренних ударов усиливались внешние. Альянс продолжал наступление и к моменту, когда Экскарта с Сицилией можно было выписывать из госпиталя, вражеская армия находилась в полусотне километрах от Старграда, что называется в одном рывке. Шла она на север практически не встречая сопротивления. Скорее ее тормозил сложный рельеф местности из рек и гор, да погода — зарядили дожди, а то вполне возможно, что столица была уже на осадном положении. И лишь у самой столицы наконец возвели оборонительные рубежи и то не сказать, что такие уж крепкие.

Вот то состояние государства которого добивался покойный кронпринц Марриор Каск, чтобы под давлением внутренних и внешних угроз принудить всех, кого он не смог превратить в своих марионеток под давлением гомункулов занявших места гав родов признать себя императором.

Но его давно не было в живых, кризис власти продолжал стремительно нарастать, а катастрофичес-кая ситуация шириться не по дням, а по часам.

А что же армия? Ведь не все же разбежались кто-куда несмотря на как никогда в истории империи низкий боевой дух солдат…

Не все. Вот только армия без высшего офицерского командного состава — это просто вооруженная толпа, что несмотря на оружие безобидна в той же мере что и имеющий рога баран, да может боднуть и больно, но и только.

Куда подевались практически все генералы и даже значительная часть полковников?

Наследство они получать побежали. Ведь кем они все были? Вторыми-третьими-четвертыми сыновьями герцогов и графов пошедших согласно традиции по военной стезе, что погибли в императорском замке во время празднества. А погибли не только сами главы родов, но и их наследники. Вот и поспешили вступить в права владения фактически бросив свои подразделения на майоров, а в отдельных случаях на капитанов, что происходили из баронских родов.

Ну казалось бы, долго ли вступить в права и вернуться на фронт продолжить командовать своими армиями и полками? Не долго. Тем более что они в качестве дополнительного аргумента в свою пользу ссылаясь на проблемы с безопасностью прихватили с собой под видом охраны до роты в качестве силовой поддержки, на случай если кто-то из претендентов не захочет признавать именно его первенство на герцогскую или графскую корону.

Только вот какая штука, осталась бесхозной императорская корона и новоиспечённые герцоги схлестнулись между собой за обладание ею. Все они имели практически равные права на опустевший трон, а кому не хватало родственных связей, те брали внешней поддержкой… у кого она все-таки имелась, ну или пытались ее себе обеспечить собирая под свои «знамена» графов и баронов.

Ведь в споре за обладание таким призом, все прежние договоренности были быстро забыты и ранее сплоченные «партии» моментально рассыпались. Но заключить новые не так-то просто, все участники хотели пересмотреть ранее установленные порядки и взобраться повыше, и соответственно поиметь больше за свою поддержку той или иной стороны. Как результат, те кто еще вчера являлся союзником, превратился в оппонента. Что в свою очередь породило напряжение вплоть до того, что начались покушения…

Даже к Экскарту представители той или иной партии зачастили. Из по сути пустышки-марионетки, к которой несмотря на титул серьезно никто не воспринимал, он превратился в фигуру, нет, все же не игрока, но фигуру, ведь теперь как ни посмотри, он все же герцог и его голос — это голос, а как известно даже лишняя соломинка может переломить хребет верблюду если положить ее в нужный момент. Вот и он мог стать такой соломинкой.

Печально было то, что это противостояние с выбором нового императора могло затянуться на очень длительный срок и более того, привести к полноценной гражданской войне, как в старые, но совсем не добрые времена, когда вот так же, герцоги сражались между собой силой оружия выясняя, кто из них достойнее.

Но сходить в Палату и высказать свое мнение Экскарту все же пришлось. Ну он и высказал все что о них думал.

— Господа, мне глубоко наплевать, кто из вас в итоге станет императором!

Герцоги и влиятельные графы, эти генералы, адмиралы и полковники, малость… прихренели от такого громкого, если не сказать сильнее, заявления наглого юнца.

— Да, сиятельные господа, наплевать, потому как кто бы ни стал императором, просидит он на троне, если все продолжится в том же духе, очень и очень недолго. Максимум месяц. Потом Старград падет под напором Альянса, а дальше империя будет раздроблена на куски. Юг уже аннексирован, север отложился, ну и центр я думаю тоже будет недолго един. Враги нас рассорят по принципу «разделяй и властвуй» помогая одним и натравливая одни на других. Так что извините, но мне некогда тут сидеть вместе с вами и заниматься политическим ананизмом. Враг у ворот, сиятельные господа! И я намерен его остановить, а вы дальше выясняйте у кого длиннее и толще… родословная.

Несмотря на ошарашенность, некоторые графы заулыбались. Хотя большинство готовы были в любой момент взорваться гневными криками и даже непонятно почему они до сих пор сдерживались. Уж точно не из-за уважения к герцогскому титулу Экскарта.

— Я же намерен врага остановить! Единственное что прошу, хотя бы не мешать мне в этом из-за своих политических амбиций. Ну а если кто-то поможет, то буду только рад.

Шок, вот что испытывали собравшиеся. Совсем не таких слов от него ждали.

Жена тоже была шокирована, так что даже не сразу смогла начать разговор с Экскартом, когда они покинули здание. Задерживаться он не стал, напоследок так и сказав:

— Прямо сейчас, я еду на фронт и надеюсь, что не один.

Так в гнетущей тишине и вышел из зала.

— Не слишком ли это было…. Я даже слова подобрать не могу, чтобы охарактеризовать твою речь!

— Вот и они не смогли! — чуть нервно хохотнул Экскарт.

— Понимаешь, что они тебе этого не простят?

— Понимаю. Но, мне на это наплевать по большому счету.

— То есть?

— Империя на всех парах, как паровоз без машиниста, идет к краху и когда она развалится, все мои слова это просто сотрясание воздуха. Всем им будет не до меня, выжить бы да отбиться от соседей ибо смута которая неизбежно начнется, растянется на десятилетия.

— Но ты ведь это сказал рассчитывай, что они помогут тебе сохранить империю… и если она сохранится, то…

— То если не дураки, все равно ничего мне не сделают. Более того, сделают вид, что ничего не говорил. Вряд ли мне удастся жаждущих императорской короны отвлечься от столь увлекательного процесса ее добычи, но если найдется некоторое количество графов, что все-таки смогут оставить интриги и вернуться к своим подразделениям, то будет прекрасно.

— Хм-м…

Сицилия посмотрела на мужа, словно увидела впервые.

— Что? — удивился он.

— Да так…

— А поподробнее?

— Если бы я не была точно уверена, что ты не претендуешь на корону, то решила бы, что ты этой речью решил принять участие в борьбе за нее.

— Э-э… с чего бы это?

— Многие решат, что таким шагом, ты хочешь консолидировать вокруг себя по-настоящему болеющих за империю аристократов недовольных этой избирательной возней перед лицом врага, бросив вызов старым родам, что, как говорят в народе, забили болт на защиту государства, коим жажда власти затмила разум. И этот твой демарш станет быстро и широко известен всем в том числе простым людям. А это тоже фактор с которым всем придется считаться, так как ситуация сейчас такая, что никаким инструментом в добыче власти пренебрегать не стоит.

— Вот те на… За такое действительно могут прибить.

Экскарт действительно в тот же день поехал на линию фронта, точнее в свой отряд, что ни разу не вступив в бой отступал к столице. Да и как принять. Его так и не смогли вписать ни в одну структуру, а значит и со снабжением возникли трудности. Банально невозможно было купить топлива, а оное требовалось высшего качества и все это строго распределялось между потребителями и то им не хватало.

Такой его демонстративный шаг действительно спровоцировал возвращение в армии многих полковников и генералов.

Неожиданно для Экскарта его и без того немалая популярность в армии взлетела до совсем уж небывалых величин. К прежним заслугам добавился именно тот фактор, что он единственный из герцогов, кто «встал в строй». Ну и речь его сначала среди низового офицерства разошлась как степной пожар, а потом и солдаты стали в курсе.

49

— Солдаты Великой Армии Альянса! — хрипели динамики переносных радиоприемников агитбригад. — Победа наша близка! Предстоящее наступление последнее в этой Великой войне за независимость и свободу государств Альянса! Герои! Осталось сделать последний натиск, чтобы империя Тьмы жаждавшая нашего порабощения пала! Она уже разрушается под нашим натиском! Отложился север, отпал юг, и чтобы наш исконный враг не восстал и не принялся за старое, надо разрушить центр, для чего захватить столицу! Так давайте вобьем наши клинья бронеходческих и воздушных армад, словно осиновый кол в сердце вампира!

— Да-а!!! — в унисон взревели солдаты альянса.

С чего такая бурная реакция? Причин хватало, тут и близкий конец тяжелой войне, причем победный конец, ну и… добавили им в пищу кое-чего, чтобы солдаты проявляли повышенную храбрость и в целом были бодры и веселы.

И вот под прикрытием мобильных установок Теслау взревев двигателями поползли бронеходы, а за ними сдвинулась солдатская масса. А чтобы такую толпу не разбомбили, пусть и изрядно поредевшая ВВФ империи вперед устремились дирижабли Альянса имевших цель не только прикрыть свою армию, но и разбомбить позиции противника, чтобы обеспечить брешь для бронеходческих клиньев.

Но дирижаблей ВВФ империи они так и не увидели. Да и глупо было бы надеяться на это, ведь имперцы хорошо если полусотню дирижаблей в воздух могут поднять, это против более чем трех сотен воздушных кораблей Альянса. Верная смерть.

Зато увидели кое-что другое.

— Множественны цели прямо по курсу! — поступил доклад наблюдателя.

— Что это? — удивился командир флагмана приставив к глазам мощный бинокль.

Впереди действительно были видны странные точки. И это явно не дельтапланы. У них просто не хватит топлива продержаться в воздух так долго имея хоть какой-то боезапас.

Прошла тягучая минута и командир флагмана смог наконец рассмотреть более подробно летящие им навстречу объекты коих насчитывалось ровно сто штук, вот только понятнее не стало, более того в них ощущалась смертельная угроза.

— Приготовиться к отражению атаки!

Что же увидели военные воздухоплаватели Альянса? Некие птицеобразные конструкции, только у этих моторных «птиц» было не по одной паре крыльев, а по две, больше сверху, и чуть меньше снизу.

На нижней паре крыльев особенно наблюдательные смогли заметить подвески с крупнокалиберными ракетами, по пять штук на крыло. Их и спустили первыми «птицы».

Рой ракет ушел навстречу дирижаблям и большая часть попала в цель. Промахнуться по таким гигантам было сложно, даже стреляя прямо по курсу. Ну так они и заходили чуть ли не вертикально сверху сделав «горку», так что площадь поражения являлась очень большой. «Спины» дирижаблей вспухли взрывами…

Одна атака и почти треть дирижабельной армады по факту вышла из строя. Потеряв значительную часть баллонов с летучим газом, подбитые дирижабли начали быстро снижаться. Вряд ли они разобьются, сейчас экстренно надуваются запасные баллоны восполняя потери, но как боевые единицы они действительно перестали представлять ценность, так как для снижения скорости спуска сбросили весь свой бомбовый груз в чистое поле.

С подбитых воздушных кораблей стартовали дельтапланеристы.

— Запустить дельтапланы! — отдал приказ командующий, увидев, что на этом атака «птиц» не закончилась.

Заложив виражи, эти бипланы начали стрелять по дирижаблям из курсовых пулеметов, а как он заметил, их имелось по одному с борта, закреплённые в центре нижнего крыла, на верхней плоскости. Три-четыре захода и дирижабль выйдет из строя, особенно если ему еще повредят двигатели…

— Проклятье!!!

По «птицам» конечно же тоже открыли бешеный зенитный огонь из многочисленных зенитных пулеметов, но несмотря на высокую плотность огня результатов пока видно не было. Пулеметчики не привыкли стрелять по столь дальним целям, ведь вражеские дельтапланеристы атаковали дирижабли обычно с гораздо более коротких дистанций, и не успевали брать поправку.

— О нет! Только не он! — в ужасе воскликнул один из офицеров на мостике.

— Что? Кто?! — встрепенулся командующий. — О чем вы, капитан!

— Трексар инс Маренонг сэр! Точнее теперь уже герцог Фаулерсамрфский! Это его знак! Точнее производная от его герба!

Приглядевшись, командующий заметил, что на бортах «птиц» действительно изображены этакие вариации герба новоиспеченного имперского герцога — черное поле щита, белый круг и красная латная перчатка внутри. Только если герб герцога — это сжатый кулак, то на «птицах» снова выставлены пальцы, как в случае с полками бронеходов. Только если на бронеходах были выставлены по одному пальцу, то тут по нескольку: один (только большой), два, три…

Но у атакующего флагман «птицы» был изображен «чистый» герб.

«Ставлю золотой против медяшки, что это он сам!» — подумал командующий дирижабельным флотом Альянса, и скрипнул зубами, когда эта «птица» двойной пулеметной очередью вспорола обшивку его флагманского воздушного корабля.

— Проклятье… — уже глухо ругнулся он.

Этот выскочка, взлетевший на самый верх заставил себя уважать и бояться. Командующий помнил, как он со всеми радовался, когда клятая подводная лодка под командованием этого новоиспеченного герцога потопила кучу кораблей и транспортных судов, а несколько взяв в качестве приза. Но нет, как оказалось в воде он не тонет и даже в огне не горит, что показал опыт его войны в качестве лорд-командира бригады бронеходов с помощью которых он воюя еще в Амероне лишил государства Альянса всех колоний на этом материке.

И вот он решил теперь покорить воздух и как всегда проявил оригинальность.

Еще три десятка дирижаблей растерзанные «птицами» пошли на вынужденную посадку сбросив бомбы, балласт и топливо.

Наконец в бой вмешались дельтапланеристы. Казалась эта огромная стая из сотен дельтапланов должна легко сбить эти «птицы», ведь на каждую «птицу» приходилось по пять дельтапланов, но нет, все пошло совсем не так.

«Птицы» ушли вверх утягивая за собой дельтапланы и там началась кошмарная свалка. Вниз посыпались рваные треугольники. Как оказалось помимо двух курсовых крупнокалиберных пулеметов имелся еще один дробовой предназначенный как раз против дельтапланов.

Впрочем, без потерь «птицы» все же не обошлись, все-таки численное превосходство сказало свое слово, и то одна, то другая, оставляя дымный след падала вниз. Но даже в гибели своей они старались нанести ВВФ Альянса урон, врезаясь своими горящими машинами в оболочки дирижаблей… и два воздушных корабля так были выведены из строя.

Но бой между ними продлился недолго, сильно поредевшие в численности дельтапланы выработав топливо своих реактивных двигателей вынуждены были отступить. Вернуться на носители для переоснащения смогли лишь считанные единицы, остальные вынуждены были садиться на землю, вернуться всем кто уцелел не позволили «птицы», что вновь набросились на дирижабли.

Пулеметчики вскоре все же приноровились и начали сбивать вражеские машины, но размен шел очень уж невыгодный, примерно один к одному… И самое ужасное в этой ситуации являлось то, что они совершенно ничего не могли с этим поделать. Их рвали точно стадо каких-то морских коров.

Но вот уцелевшие «птицы» поднялись в вышину и словно стая гусей выстроившись в клин ушла назад к линии фронта. Стало ясно, что улетели они только по причине полной выработки боезапаса.

— Потери?! — спросил командующий у офицера, что вел подсчет вышедших из строя дирижаблей.

— Ровно сто пятьдесят дирижаблей сэр! Еще двадцать девять кораблей получили сильные повреждения…

— Проклятье! Половины армады считай нет!

Но и оставшихся в строю воздушных кораблей должно было с избытком хватить на пробитие бреши в оборон противника, так что они перестроившись продолжили путь.

Вот и линия фронта.

Заработала зенитная артиллерия противника и под удар попали дирижабли получившие сильные повреждения и неспособные держать большую высоту полета. Собственно командующий специально подставил их под зенитную артиллерию имперцев в качестве удобных мишеней, дабы остальные смогли без особых проблем выполнить поставленную перед ними задачу.

— Проклятье! Снова они!!!

Да, стая «птиц» сильно предела, их было даже меньше чем вышло из боя и вернулось, максимум половина от первоначального количества, видимо все же получили сильные повреждения и без ремонта негодны для нового боя, только на этот раз их поддерживали имперские дирижабли.

— Это конец… — прошептал командующий, увидев как «птицы» вновь зайдя в атаку жали новый залп ракетами, при этом попал под удар и его дирижабль, причем атаковал его лично герцог «Гнилого болота».

— Мы падаем! Сэр! Сэр!

Но командующему было уже все равно.

50

Второй вылет оказался менее результативным, но оно и понятно, сорок восемь машин против ста в первой атаке. Тридцать два самолета было сбито и еще десять едва дотянули до аэродрома и смогли сесть, при этом пять машин плюхнулось на землю очень неудачно, так что их только на запчасти… Но свою сотню дирижаблей ракетным обстрелом и пулеметным огнем они все-таки ссадали, потеряв еще двенадцать машин сбитыми и семь поврежденными.

Дальше в бой пошли дирижабли ВВФ империи. И бой у них получился очень жестким, доходило до таранов. В конечном итоге от пятидесяти воздушных кораблей империи осталось в небе всего пять и то требующих серьезного ремонта, а вот назад из дирижаблей Альянса не вернулся ни один.

Несмотря на условную гибель воздушной армады (условную, так как ранее подбитые не над линией фронта все же остались ремонтопригодными и рано или поздно снова поднимутся в небо) натиск Альянса по суше продолжился. И он был просто чудовищной силы. Солдаты альянса рвались вперед словно какие-то бешеные зомби.

Стальные клинья понеся сильные потери от полевой артиллерии и ям-ловушек, все же пробили оборонительные линии имперцев и устремились к столице, которую с вершин холмов уже можно было увидеть в бинокли, что придавало солдатам противника сил, ведь вот она цель, только руку протяни! А за бронеходами словно вода через разрушенную запруду хлынула пехота еще больше расширяя проход.

Авиаполк Экскарта, сократившийся до пятидесяти машин, это после ремонта, принимал самое активное участие в этом яростном сражении. Пилоты, хлебая придающих сил настойки от Менлира, делали по десять вылетов в день, с утра до ночи атакуя колонны противника, расстреливая из пулеметов и сбрасывая бомбы, но остановить эту набравшую скорость лавину оказалось невозможно.

Вражеская армия впервые в истории Гардариканской империи вступила в Старград и начались ожесточенные городские бои.

Но как оказалось этот натиск оказался не столь силен как мог бы. Все-таки потери при пробитии обороны, а потом еще фланговые бои ведущиеся без поддержки дирижабельного флота оказались слишком велики. Опять же в городских боях приняли участие не только армейские части, но и городское ополчение использовавшее пороховое оружие там, куда не доставало действие установок Теслау.

Так что армия Альянса скорее на инерции вкатившись в город и получив хороший отлуп, выползла обратно, а потом и вовсе покатилась назад. Растянутые коммуникации не позволяли ей закрепиться на месте. Диверсионные мероприятия имперцев не давали восстановить силы и пополнить боеприпасы в нужном количестве.

Оставался еще воздушный флот, что экстренно отремонтировали, но много ли им привезешь, тем более что с господством в небе все стало совсем неоднозначно? Да, самолеты не имели достаточного радиуса действия, но после того как Экскарт показал, что могут его машины, генералы от ВВФ быстро передали ему все оставшиеся дирижабли на переделку под носители «кречетов» именно такое неформальное название получили помимо цифрового обозначение ЭО-1. Так что с этого момента для воздушного флота Альянса наступили поистине последние дни.

«Кречеты» рвали вражеские дирижабли в клочья и не было от них спасения.

А потом и вовсе вражеская армия фактически побежала.

Почему?

На вооружение поступило всего десять ЭО-2 «орлан», то есть двухмоторные бипланы бомбардировщики. Брали они не так уж и много, всего пятьсот килограмм, но зато они могли пикировать, за счет чего класть свой груз очень точно. А благодаря скорости, что они развивали с ними не могла справиться никакая зенитная артиллерия предназначенная для борьбы с медленными неповоротливыми и огромными мишенями, то есть дирижаблями.

Так что один налет десятка «орланов» и ценой потери всего одной машины, и то не факт, что его подбили, а не рухнула из-за технической неисправности, и все установки Теслау противника были выведены из строя. И к этому армия была готова… то есть перевооружена на пороховое оружие, легкое, скорострельное, простое и удобное.

Любые попытки восстановить на рубежах обороны защитное поле были обречены на провал. «Орланы» сметали их бомбами-болванками и дальше, после мощной крупнокалиберной дальнобойной артиллерии, буквально перепахивавшей позиции противника, под прикрытием бронеходов в атаку шла пехота.

Противник, осознав что установки Теслау стали бесполезным элементом, тоже перевооружил свою армию на порох, но это уже по большому счету не имело значения. Бомбардировщики уничтожали эшелоны с боеприпасами, которых требовалось очень много, уничтожали артиллерийские позиции, так что вскоре армия Альянса откатилась к своей прежней границе и… запросили мира, без аннексий (не считая колоний Амерона) и контрибуций.

Смелая просьба-требование учитывая, как дорого империи обошлась эта война, не говоря уже про несмываемый позор от того факта, что враг вообще смог добраться до столицы и войти в нее, но рассчитали они все правильно и имели все основания на согласие. Империя несмотря на последние военные успехи оказалась истощена до предела и ресурсов для дальнейшего наступления у нее тоже не имелось.

Продолжать наступать дальше, это терять солдат в штурмах уже чужих городов, что станут цитаделями, а с пополнением все печально. Города бунтуют, север отвалился… в общем срочно требовалось наводить порядок внутри страны.

И герцоги, что так и не смогли выбрать промеж себя нового императора (продолжать политические игрища в тот момент, когда столицу штурмуют вражеские войска было бы совсем уж за гранью добра и зла), согласились на такие условия. Может быть еще и потому, что опасались дальнейшего роста влияния Экскарта, тягаться же с ним по популярности уже стало просто бессмысленно, в этом плане он в глазах простых людей превратился практически в живого святого или ангела возмездия.

А что до влияния, то Экскарт стал эксклюзивным обладателем универсального ключа, что вскрывал все возможные оборонительные порядки противника. Вот только «ключик» один, а «замков» много и герцоги-генералы, то бишь теперь уже маршалы, вернувшиеся в войска вынуждены были его просить подсобить в первую очередь именно им, а не кому-то еще.

Так что ничего удивительного, что именно партия Экскарта росла как на дрожжах.

Почему?

Так ведь после победы над Альянсом надо будет возвращать свои бунтующие территории и города к покорности и чем раньше это сделать, тем лучше, меньше будет инфраструктурных потерь. А кому новый герцог поможет в первую очередь? Правильно, своим союзникам…

Так-то теоретически все они могли создать свои самолеты, ничего особого сложного в их конструкции не имелось — деревянные этажерки, вот только двигатели надо покупать у того же Экскарта и пилотов-инструкторов брать у него же! А это снова политические потери.

Неожиданно для самого себя Экскарт из фигуры политической жизни империи превратился в полноценного игрока. Пусть неумелого, но зато стремительно набирающего силу, а кто бы там чего ни говорил иногда грубая сила оказывается решающим элементом в драке против профессионального бойца, пусть и в качестве исключения. Так вот, Экскарт имел все шансы стать таким «исключением» из правил в политической борьбе, если уж только совсем ушами хлопать не станет, но за этим следила Сицилия, что собственно и выстраивала интригу, ведя переговоры и привлекая союзников.

К тому же если уж на то пошло, то нынешние герцоги и графы, так же не являлись гениями политической манипуляции в выстраивании многоходовок. Все-таки длительная служба в армии, отсутствие специфического образования, что прямо-таки впитывают с молоком матери наследники родов, не могла не сказаться на их манере мышления, сделав ее более прямолинейной, привычка приказывать, а не договариваться — профессиональная деформация личности, от этого никуда не деться. Военное планирование хоть и научило их чему-то, всем этим ложным атакам, отступлениям и обходам, но это все-таки не совсем то, даже совсем не то…

В общем мир с Альянсом был заключен с фиксацией сложившейся конфигурации.

51

После заключения договора о мире герцоги-маршалы вновь вернулись к прерванному весьма увлекательному занятию — выяснению того, кто же из них все-таки станет императором.

Экскарт не мог уклониться от этого процесса просто в силу набранного политического веса. Каждая группировка добивалась его поддержки предлагая какой-нибудь пост.

— Самое выгодное предложение — наместник Амеронских владений, — сказала Сицилия. — Это тебе предлагают сразу четыре партии.

— Неплохо… — хмыкнул Экскарт. — А что, никто не поднял ставку до поста канцлера?

— Было одно такое предложение, но оно от партии с минимальными шансами на успех, в ней всего один герцог, потому и предлагает пост тебе, но он прямо сказать не самый сильный. И то мое ощущение, что долго тебе этот пост не удержать, попросят освободить местечко чрез годик другой в пользу одного из его родственников. А так, позиция канцлера у всех групп уже занята, все-таки вторая должность после императора… такой пост отдадут только самым верным соратникам, еще лучше с хорошей родственной привязкой. В этом плане тебе со мной не повезло, я вообще северянка и личность подозрительная…

Экскарт только усмехнулся.

— Что, хочешь стать канцлером? — с ехидцей поинтересовалась жена.

— Да я даже наместником быть не хочу! — стал отмахиваться руками Экскарт. — С герцогством бы этим своим болотным разобраться…

— Так кого будем поддерживать?

Парень всерьез задумался. Поддерживать на самом деле никого не хотелось, но так же понимал, что нейтралитет в этом деле невозможен. Надо кого-то поддержать.

Вот только кого?

Поддержишь сильного, воспримут как само-собой разумеющееся, похлопают по щеке одобрительно с мусоленными словами «хороший мальчик», если вообще оценят. Он сильно сомневался, что даже пост наместника надолго останется за ним, тот же год-два.

Слабых поддерживать тоже смысла нет. Шансы на победу малы, а значит придется драться всерьез. Зачем ему это?

Поддержать кого-то из середнячков? А они что могут предложить?

«А мне собственно что-то надо?» — удивился Экскарт.

То, что он вообще подумал на эту тему, ему не сильно понравилось, но видимо это закономерно. Или ты занимаешься политикой или политика занимается тобой и ты из игрока снова превращаешься в фигуру.

— Не знаю… Кстати, что отец тебе пишет? Как там обстановка в княжествах?

— Дошло уже до боевых действий. Отцовское баронство пока в стороне, но…

— Понятно…

Отец Сицилии просто вынужден был по примеру прочих вступить в ряды сепаратистов, по-другому, даже если ты хотел сотрудничать с империей в силу налаженных торговых отношений, было нельзя, тут же заклюют. Но как видно, даже то, что все публично поддержали идею независимости, это не спасло княжества от конфликтов.

Оно и неудивительно, независимость-независимостью, а деньги-деньгами, то есть начался передел сфер влияния и отжатие сильными собственности у слабых, как результат — боевые действия.

— А сколько-нибудь влиятельные сторонники сближения с империей есть?

— Хватает…

— Много?

— Да как бы не половина, просто сам понимаешь, публично об этом говорить не комильфо.

И это тоже неудивительно. Ведь у значительной части князей куча различной собственности в империи. И что, вот так взять и все потерять, по факту оставшись с голой задницей, но независимым.

— Хм-м…

— Что?

— А что если мы поможем партии сторонников сближения с империей?

— Как? Стоит только двинуть войска на север, как все тут же объединятся, даже сторонники империи будут с ней сражаться.

— Никаких войск.

— А как тогда?

— Чисто по-родственному. Я как герцог могу послать свою дружину в помощь своему тестю?

— Хм-м…

— Ну а то, что дружина эта будет размером с армию, это уже другой разговор. Благо нам есть на что ее нанять… надо только в один храм заглянуть.

Сицилия заливисто рассмеялась, после чего сказала:

— Да, это может сработать!

— А что до того, кого из претендентов на императорский трон поддержать… Ну давай герцога Диорнара поддержим. Вроде адекватный человек, да и раньше этот род возглавлял партию, в которой стоял мой отец и я успел поучаствовать. Есть какие-то возражения или иные кандидаты.

— Я не против.

Ну а раз так, то быстро согласовали встречу на которой Экскарт и выразил кандидату в императоры свою поддержку.

— У меня только есть одно условие.

— Какое?..

— Начну издалека. Мне кажется, что вы все совершаете одну, на мой взгляд фундаментальную ошибку…

— Это какую же?!

— Не берете в расчет мнение северян.

— Так они же отложились!

— Это так. Но ведь будущий император, кем бы они ни был, все равно решит вернуть эти земли в состав империи?

— Конечно! Иначе и быть не может!

— Вот об этом я и говорю, — тяжело вздохнул Экскарт. — Империя их уже один раз присоединила силой и они этого не забыли, так что при первой же возможности снова откололись… И если мы пойдем по проторенной дорожке, то эта ситуация рано или поздно повторится. Север так и будет смотреть на нас волком.

— Что ты хочешь сказать?

— Сделать северян такими же основателями империи, чтобы в дальнейшем у них не было повода бузить. Нужно провести в Совете решение, чтобы избрание императора было произведено после замирения северян.

— Хм-м… и мы на голосовании получим дополнительную поддержку союзных князей, а союзны нам будут все, кому мы поможем.

— Именно.

— Интересный и очень многообещающий ход…

— Вот только если мы двинем армии на север, то они забыв о своих внутренних разборках встанут единым фронтом.

— Вот именно этого варианта я и хочу избежать, к чему мы неизбежно придем если сначала выберем императора, а потом пойдем на север войной. Я не хочу этой войны, не буду в ней участвовать ни в каком качестве. Не надо двигать армии… Поможем сторонникам интеграции с империей своими дружинами. У вас вроде тоже есть родственники из числа северян?

— Мне твоя идея нравится все больше и больше, — хищно оскалился герцог Диорнар.

Понять его было можно. Вообще-то родственников из северян среди герцогских родов тоже хватало, но не все они числились в сторонниках сближения с империей.

— Осталось провести это решение через Совет. Крику будет много, все же не дураки сидят, а тем кто не поймет объяснят советники, но думаю у нас есть на это все шансы…

Криков в совете действительно было много, кто-то понял все правильно, кто-то просто не хотел прощать северян за предательство. Но сама идеология вопроса, а также неготовность имперской армии при проблемах внутри империи вести войну на севере с объединенными силами княжеств, что станут использовать партизанскую тактику, заставило герцогов согласиться с замирением северян «по-родственному» с привлечением проимперски настроенных князей в выборах императора.

52

Экскарт смотался в свое герцогство походя переименовав его столицу Новый Рескюль в Аусзайхнунг, что в переводе означало награда. Целью поездки стало вроде как приведение к присяге жителей герцогства и взять собственно в свои руки власть над дарованными ему покойным императором землей, а так же рассадить новых баронов и графов.

Кстати сказать встретили его жители прямо скажем без особого восторга, но и не враждебно. Скорее пофигистично, может даже с оттенком надежды на перемены к лучшему, ведь отношение к себе прежних «родных» властей они прекрасно знали. Ну и сказалось наличие Олифии Гисс, их землячки, ставшей знаменитой на весь мир женщине-механике и изобретательницы. Вот ее встречали с восторгом, тем более что она стала баронессой, а значит вроде как в случае чего будет кому их защитить перед герцогом, если тот начнет чудить.

На самом же деле Экскарту требовалось снова проникнуть в подгорный храм и запастись некоторым количеством средств для найма армии. С этим сложностей не возникло и по уже хорошо знакомому пути команда добралась до сокровищницы, за несколько ходок вынеся большое количество золота и драгоценных камней.

С наймом «дружины» тоже проблем не возникло. Тут и мелкие дворяне со своими настоящими дружинами под его руку начали стекаться, так и просто наемники, коих тоже хватало с избытком после частичной демобилизации армии, и они постарались примкнуть именно к Экскарту, мало того что он прославленный лорд-генерал, так и платит не скупясь.

Участие «родственных» сил в дела северных княжеств кардинальным образом изменило тамошний политический расклад. Яростные националисты что-то пытались кричать о внешнем вторжении и под этим соусом консолидировать вокруг себя таких же отбитых на всю голову патриотов, но видимо все же что-то уже изменилось в сознании северян за века нахождения в составе империи, так что она уже не воспринималась ими откровенно чуждой, и стоило только появиться подходящему поводу, как проимперские силы тут же себя проявили.

В общем националистов, что сильно замарали себя попытками отжать собственность и боле того, провести чистку по национальному признаку, то есть изгнать всех в ком текла иная кровь, а таких тоже хватало, ведь не только дочери северян выходили замуж за имперцев, как Сицилия, но и сами женились на представительницах имперских родов, стали успешно давить.

Не попытались бы действовать так грубо, по факту бандитскими методами и еще неизвестно, как бы все в итоге вышло. Но националисты тем и отличаются от остальных людей, что считают, что им все позволено и за все гадости, что они творят, прикрываясь национальной идеей им ничего не будет.

Но если на севере ситуация стала входить в нормальное русло и вот-вот должно было окончательно устаканиться, то вспыхнуло в самой империи.

Герцоги окончательно разосравшись и оказавшись не в состоянии пересилить собственные амбиции начали вооружённое противостояние. Кто-то на кого-то устроил покушение и понеслась… Потом и вовсе сказался эффект снежной лавины. То есть если можно одним решить дело кулаками, то и остальные отставать не стали и до предела обострили ситуацию. Все-таки боевые генералы есть боевые генералы, это не паркетные интриганы, особенности их психологии сказалось в полной мере, и пошли по простому пути прямого вооруженного конфликта не видя в этом ничего зазорного, типа нет человека — нет проблемы, вот и решили убрать своих конкурентов знакомым им методом.

Вскоре уже стало трудно понять кто против кого воюет. Только что заключенные союзы распадались и заключались новые. По сути дрались все против всех.

Неудивительно, что в такой ожесточенной междоусобице, когда атаковались родовые гнезда, гибли вставшие во главе герцогских домов генералы. Конечно, надеть корону всегда было кому. Вот только претендентов иногда было слишком много и кому стать новым главой рода иногда выясняли грубой силой, а когда ее откровенно не хватало, привлекали на свою сторону кого-то со стороны.

А что они могли предложить за помощь в обретении герцогской короны? Только свою лояльность и голос в Совете.

Н остался в стороне от этого гражданского замеса и Экскарт, благо что армия у него была одна из сильнейших, да еще северяне в союзниках.

— Хотите, чтобы ваш политический вес в делах империи стал более значимым? — спросил он у князей, что взяли с его помощью верх в противоборстве со своими политическими противниками. — Помогите теперь мне.

И они помогли.

Эпилог

Год длилось это безобразие, до тысяча первого года со дня рождения империи, а когда стихло, выяснилась удивительная вещь, две трети герцогов так или иначе оказались в должниках Экскарта, плюс северные князья в союзниках.

И кому в таких условиях становиться императором если герцог Диорнар (против него временно объединилось сразу две партии), кому Экскарт изначально выразил свою поддержку погиб в числе первых, а новым герцогом Диорнаром стал его племянник, совсем молодой человек восемнадцати лет и получивший герцогскую корону при активной поддержке Экскарта?

— Вот ты и становись императором, — сказал князь Бардор, один из северных князей, неформальный глава проимперской партии и собственно дет Сицилии, когда они все собрались.

— Я?!

— Ты.

— У меня на это нет прав. Я и герцог-то в первом поколении!

— В данном случае вновь действует право сильного. А сильнее всех сейчас ты. Ну а то, что герцог лишь в первом поколении, так может оно и к лучшему. Ты теперь можешь стать символом обновления империи, что чуть не рухнула едва перевалив тысячелетний рубеж. Чтобы она продолжила жить, нужно начать все с чистого листа, а значит нужна новая династия. Совсем новая без привязки к прошлым. И ты никому ничего не обязан, даже нам. А то, что ты женат на северянке, привяжет север кровно лучше чем бы то ни было. Или кто-то против?

Экскарт осмотрелся.

Тех, кто являлся противником его кандидатуры, хватало, но они промолчали. Сила действительно сейчас за Экскартом и то, что ее легко можно было снова пустить в ход против ясно заявивших о себе оппонентов, останавливало противников от вербального выражения несогласия.

Северных князей тоже можно понять. Им совсем не улыбалось видеть на престоле империи кого-то из старых родов с которыми у них имелось полно противоречий уходящих своими корнями еще в те времена, когда магия безраздельно царила на планете. Так что новое лицо им было выгоднее, чтобы начать с чистого лица. Такой вот шаг навстречу империи и это трудно было не понять. Как и то, что империи в лице герцогских родов-основателей теперь тоже требовалось сделать встречный шаг. И пусть с помощью мощного пинка под зад, но она его сделала…

— Да здравствует Император Гардарикии Его Императорское Величество Трексар Первый! — воскликнул князь Бардор.

— Да здравствует Император Гардарикии Его Императорское Величество Трексар Первый!! — громогласно воскликнули за ним остальные князья и несколько неуверенно герцоги, даже числившиеся в должниках у Экскарта, но не ожидавшие что в императоры пролезет именно он — выскочка.

— Да здравствует Император Гардарикии Его Императорское Величество Трексар Первый!!! — уже более бодро прокричали герцоги-должники под хмурыми взглядами северных князей и даже противники, наконец окончательно осознав, что им ничего не светит… разве что только смерть, прямо здесь и сейчас.

— Вот дерьмо… — пробормотал ошарашенный Экскарт наконец осознав, что произошло, благо за криками поздравления искренними и не очень, этого никто не услышал.

А «дерьма» в этом решении Совета более чем хватало. Империя после войны с Альянсом и гражданского противостояния лежала фактически в руинах. То есть потребуется очень много средств, а казна пусть и не надо быть гением, чтобы понять, что герцоги и те же князья-союзники постараются накинуть на него финансовую удавку, давая займы, через что склонять его к нужным им решениям, по факту передачи реальной власти в их «надежные» руки.

«Ну что же, кому как не мне — ассенизатору, это дерьмо, что вы же и навалили, за вами убирать?! Не в первой! — скривился в мысленной и даже несколько злобной усмешке парень. — Только обломитесь уроды, «чистящих» средств у меня своих хватает!!!»

Конец.

Content

Георгий Лопатин
Подлинник

Пролог

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

Эпилог