Ксения Мелова

Другая жизнь

Иногда наша жизнь — совсем не то, чем кажется.

Глава 1

Эта зима в Джакарте была относительной: местные поговаривали, что давненько не было так прохладно в январе (термометры показывали около двадцати градусов по Цельсию), туристы из Европы поспешно снимали пуховики, а старожилы снисходительно на них посматривали. Мол, сколько вас будет ещё таких.

Утром уже вовсю гудел транспорт, а миллионы пешеходов оживляли улицы. Разноцветные моторикши-баджаджи рассекали влажные от ночного дождя дороги, сигналили ярко-розовые и зеленовато-желтые такси, неповоротливые красные автобусы терпеливо пропускали многочисленных мотоциклистов. Шум стоял неимоверный.

Узкие тротуары заполонили люди: студенты с тяжелыми сумками, дети с родителями, офисные работники. Все спешили по своим делам. Мегаполис только-только открывал глаза, а люди нескончаемым потоком уже бороздили его вены и артерии.

— Быстрее! Мы опаздываем! — несколько парней бежали по узкой улочке, изо всех сил стараясь уворачиваться от вездесущих горшков с цветами и неспешащих уступать дорогу местных.

— Лови такси! — крикнул темноволосый парень с огромным черным тубусом за спиной, — у нас десять минут, максимум! Нам конец, если опоздаем!

Его друг, на ходу застегивая вчерашнюю, но зато ещё относительно белую рубашку, врезавшись в рыжего парня, быстро пробормотал извинения и махнул, подзывая такси. Тут же подъехала голубая Blue bird, и парни запрыгнули в неё чуть ли не на ходу.

— Ещё успеем, Адам, — заверил друга темноволосый и откинулся на сидение, тяжело дыша.

Тот, кого он назвал Адамом, сказал адрес таксисту и посмотрел в открытое окно. Гомон Джакарты стал для него уже привычным делом. Толпы людей, запахи, от которых чешется в носу, вездесущие дети — за три года всё стало привычным, но не своим.

Адам вздохнул и нервно посмотрел на часы. У них есть пять минут. Этого должно хватить. Начальник сам редко приходит вовремя, хотя именно сегодня, скорее всего, так и случится.

Этот день начался неправильно. Поздно ночью они закончили чертежи и набросали план презентации. Всё, казалось, было готово, но потом начались проблемы. И, если вдруг выключившийся ноутбук был меньшим из зол, то разлитый прямо на чертежах кофе вывел из себя обоих.

— Как вернемся, буду спать три дня, так и знай, — пробормотал Шон, — я за эти два месяца чуть коньки не отбросил.

Адам мысленно с ним согласился.

Оставалось ещё два квартала, как такси остановилось.

— Что там? — спросил Шон, теребя тубус, — пробка?

— Не знаю, — пожал плечами таксист, — может, и авария.

— Да, вы издеваетесь! — не выдержал и закричал Шон, — слушай, тут недалеко, побежали!

Адам уже начал подумывать о том, чтобы отказаться от презентации проекта, но внутреннее упорство не давало показать слабину. Шон уже поворачивал за угол, пока Адам расплачивался с таксистом.

Машины стояли четырьмя яркими лентами и не двигались.

«Точно, что-то случилось», — мимоходом подумал Адам и повернул вслед за другом. Однако, Шона уже и след простыл.

Парень остановился, чтобы перевести дух. Волосы совсем растрепались, рубашка пропиталась потом и измялась. Шеф точно не оценит их внешний вид.

«Ещё одну минутку и побегу дальше», — успел подумать он, как заметил на улице одинокого ребенка. Темноволосая девочка, лет трёх, ничего не опасаясь, вышла на проезжую часть, а многочисленные прохожие, казалось, даже не замечали её.

— Эй! — Адам крикнул и замахал руками, когда с другой стороны улицы показался запыленный автобус.

Однако, вновь никто его не услышал. Люди будто и не видели его, не понимали, что совсем скоро на этой улице случится несчастье.

Парень бросился бежать, время будто замедлилось, а сердце уже выпрыгивало из горла, когда он подхватил девочку. Та крепко вцепилась в него своими ручонками, рядом кто-то завизжал, а Адам понял, почему этот день так начался. Это точно был не его день. Ему бы послушаться знаков и остаться дома. Не первый проект и не последний. Но он почему-то спешил, так спешил, чтобы теперь оказаться перед неминуемой смертью. Теперь он это понял, но было ужасно поздно. И ребенок… она так крепко его держала, не оттолкнуть. А времени — меньше секунды. Он сжал ребенка.

Раз, два…

И ничего не случилось! Капля пота скатилась по виску, и Адам открыл глаза и обернулся. Автобус замер перед ним в нескольких сантиметрах. Адам видел покрасневшее лицо водителя, очевидно, старающегося притормозить, испуганные лица пассажиров и людей вокруг. Но… все они замерли.

Адам посмотрел на спасённого ребёнка и испуганно опустил руки. Безвольная, не двигающаяся кукла упала на асфальт. Сглотнув, он ошарашенно смотрел вокруг. Казалось, замерло всё, и эта тишина пугала больше всего. Живой, бурлящий мегаполис сдулся, как детский шарик.

— Только… только не снова, — пробормотал Адам.

Перед глазами закружилась дорога, противные чёрные точки пустились в пляс. На ватных ногах, спотыкаясь он пошёл вперёд. Не разбирая толком дороги. Недвижимые люди встречали его: кто с поднятыми руками, кто-то замер во время оживлённого разговора, кое-кто показывал пальцем на дорогу. Но они не двигались.

Адам шарахнулся от одного парня и чуть не сбил его. Тошнота подступала к горлу, становилось трудно дышать. И он побежал. Подальше, подальше отсюда!

* * *

Мэл сегодня не успела позавтракать. Их группу собирали для очередного инструктажа. «Отлов новеньких» должен начаться совсем скоро, так что ничего необычного. Странным было другое. Всех их настоятельно попросили ничего не говорить Эйдану, негласному лидеру их группы. Мэл чувствовала себя неуютно. Эйдан всегда был на их стороне, и утаивать что-то от него казалось неправильным, но приказ есть приказ.

— Привет, — кивнул Сол. Этот кудрявый рыжий парень был новеньким в их группе и привязался почему-то именно к ней.

— Привет-привет, — пробурчала Мэл, накидывая куртку, — пошли. И помалкивай по дороге. Если что, говорить буду я.

И как накаркала. Из-за угла показался Эйдан и сразу же их заметил.

— Куда направляетесь?

— На тренировочную базу, — как можно увереннее отчеканила Мэл, — этот дурень, — кивнула она на рыжего, — может испортить отлов, так что погоняю его немного.

— Не переусердствуй, — сказал Эйдан и пошёл дальше.

Мэл передёрнула плечами. Первый раз она соврала ему.

— Надеюсь, оно того стоило, — сказала она.

— О чём ты? — не понял Сол.

— Шагай уже вперёд!

Весь день она чувствовала странное волнение. Едва проснувшись, она сразу поняла, что этот день будет необычным. Ничто не предвещало нарушение рутины, пока она не получила сообщение о тайной встрече.

Миновав тренировочную базу, Мэл оглянулась. У Эйдана было чутьё на обман, но сегодня, кажется, он не заметил ничего подозрительного.

— Куда мы идём?

Девушка махнула рукой, указывая направление. Этот рыжий ужасно раздражал.

— Да ладно?! — изумлённо воскликнул он, — нам можно туда? Я думал, только старшие там бывают. Ну, и повезло же!

— Да заткнись ты! — рыкнула Мэл.

Сейчас она чувствовала себя странно. Волнение достигло своего пика. Минута-другая, и воздушный шар лопнет, всё прояснится. Но что это будут за новости: хорошие или плохие?

Их встретили остальные. Они тоже были встревожены. Зеленоглазая Анна кусала губы, Сэм постукивал пальцем по столу, Джон вроде бы сидел совершенно спокойно, но сдвинутые брови говорили о многом. Им всем было здесь не по себе без Эйдана. Каждый был ему обязан, а сейчас каждый из них обманывал его.

— Приветствую вас, группа 5, - в комнату вошёл пожилой человек, и все встали. Перед ними был никто иной, как третий советник. Его настоящее имя никто не знал. Уж в их группе это точно. Может быть, только кто-то из старших. — Рад, что вы сдержали своё слово. Поверьте, это никак не навредит Эйдану. Скорее, наоборот. Думаю, вы все печётесь о его благе. Итак, преступим, — третий советник махнул рукой, и на стене появилась фотография молодой девушки.

— Вы отправляетесь в Джакарту на отлов. Вот наши кандидаты. Первая.

Мэл выдохнула. И всего-то? Но, почему нельзя было сказать Эйдану? Они не первый раз участвуют в отлове.

— Второй.

Девушка всматривалась в лица. Их нужно было запомнить. Конечно, они получат координаты и прочее, но лучше сейчас внимательно их изучить.

— Третий.

Рыжий что-то спрашивал у Джона, а она так и не могла понять, что же, собственно говоря, происходит. Да, и как им всем уехать, не предупредив Эйдана?

— Ну, и, наконец, четвертый, — третий советник махнул рукой и на стене появилось фото молодого человека.

Мэл резко встала, и стул за её спиной упал на пол.

— Я знаю, о чём вы все думаете. Это невозможно. Так не бывает. Но, поверьте, знаки не врут.

Рыжий ничего не понимал и крутил головой, а Мэл зажала рот рукой, чтобы не закричать, чтобы не задать сотню вопросов. Невозмутимый Джон тоже встал со своего места и подошёл к изображению.

— Это ведь не он? Просто очень похож?

Мэл с надеждой уставилась на третьего советника, будто от его ответа зависела её собственная жизнь.

— Это он. Но, вы же знаете, что ещё не всё решено. Он может и не пройти. Так что не обольщайтесь. Именно поэтому я и просил вас ничего не говорить Эйдану.

Теперь-то Мэл понимала.

Анна странно на неё посматривала, словно хотела что-то спросить, но не решалась, а сама Мэл не могла отвести взгляд от фото. Он смотрел на неё и улыбался. Те же каштановые волосы, серые глаза, родинка под правым глазом. Он улыбался. А они не могут. Ни она, ни Эйдан. Они больше не смеются. Уже три года как…

— Вы отправляетесь прямо сейчас. Не нужно брать вещи, вам всё выдадут. Процедура стандартная для всех. Мне ведь не нужно говорить, что вы не должны помогать ни одному из кандидатов?

— Конечно, — сухо сказал Джон. Мэл кивнула, остальные тоже.

— Удачи вам, ребята, — сказал третий советник и грустно улыбнулся. Он уже шёл к выходу, когда вдруг остановился и посмотрел на противоположную стену за их спинами.

— Выходи уже, — недовольно сказал он.

Мэл обернулась. За ними стоял Эйдан.

Глава 2

Адам сидел под мостом и тяжело дышал. Он не помнил, как попал сюда, и даже толком не представлял, в каком именно районе находится. Но по разбросанному мусору можно было предположить, что он где-то в Западной части города.

Парень вытер пот со лба. Рубашка прилипла к телу, жара стояла невыносимая, и даже мост не спасал его.

Зазвонил телефон. Адам нехотя посмотрел на экран. Шон. Просто Шон.

— Эй! Ты где был?! Ты знаешь, сколько раз я звонил? Ты вообще живой?

— Типа того, — пробормотал Адам, язык еле ворочался и ужасно хотелось спать, словно все его силы закончились там, на улице перед остановившимся автобусом.

— Что с голосом? Влип в неприятности? Где ты? Наш проект одобрили! Ты слышишь?

— Слышу-слышу.

— Назови адрес, я заберу тебя. Чего молчишь? Ты хоть знаешь, как напугал меня? Только не говори, что ты в больнице!

— Нет. Под мостом.

— Каким ещё мостом? — в голосе Шона послышалось волнение, — эй, друг, опять?

— Похоже на то.

— Слушай, осмотрись! Я сейчас буду. Хотя бы название улицы. Встать сможешь?

Адам вяло пошевелился. Ноги совершенно отказывались идти.

— Не думаю.

— Только не бросай трубку! Я сейчас же наберу Си. Она поможет. Можешь кого-нибудь подозвать? Есть рядом люди?

Адам только сейчас заметил играющих у канала мальчишек.

— Да, дети играют. Какая-то речка, небольшая… Попробую.

— Давай! Не отключайся! Слышишь?

Адам всё слышал, но сейчас даже простой разговор отнимал последние силы. С ним уже давненько такого не случалось. Не стоило бросать таблетки, доктор Саундерс его точно не похвалит.

— Э-эй! — Адам постарался крикнуть погромче, но не вышло. Однако, мальчишка его услышал и подбежал. Загоревший ребенок с интересом смотрел на Адама.

— Где я? Что это за место?

— Джакса, — отвечает мальчик, а Адам снова тянется к трубке.

— Я слышал, — говорит Шон, — держись, скоро будем.

Мальчишка ещё раз внимательно осматривает взрослого с нетипичной для этих мест внешностью и убегает по своим более важным делам.

Адам не знал, сколько прошло времени. Может быть, десять минут, а, может быть, и полдня. Он то проваливался в сон, то просыпался из-за криков местных, шума транспорта. Вот и сейчас он услышал, как остановилась машина, и тут же послышались голоса.

— Это уже третий мост!

— Знаю! Но надо и его осмотреть! — прямо перед глазами Адама показалось миловидное лицо темноволосой девушки, — Нашла! Шон, быстрее!

— Друг, ну, ты даешь… — только и сказал Шон, стоило ему увидеть Адама, — если бы не знал тебя, точно бы решил, что ты обнюхался какой-нибудь местной дряни.

— Не мели чепухи! — разозлилась девушка и подставила Адаму плечо, чтобы он смог опереться, — и помоги же! Чего стоишь?

— Сейчас-сейчас! Слушай, я здорово виноват, так торопился и сразу же столкнулся с шефом, представляешь? Он даже слова не дал сказать, приказал тут же показать проект. Я сказал, что ты приболел. Как в воду смотрел!

— Да ты можешь замолчать уже?! — не выдержала Си, — разве похоже, что он тебя в чём-то обвиняет? Ему бы дойти до машины!

— Точно! Прости, чувак!

Адам бы охотнее его простил, если бы Шон просто-напросто замолчал, но это было не в его власти. Друг продолжал болтать, перескакивая от их общего проекта к тому, как долго они его искали и сколько будет стоить эта поездка. Адам ответил бы, что заплатит и сам, но глаза снова закрылись, и он уснул, ничего не чувствуя.

* * *

— Нет, ну вы видели?! — вопрос Рыжего остался без ответа. — Он просто всё остановил! Никогда такого не видел! — не унимался Сол.

Мэл мрачно барабанила пальцем по столешнице в забегаловке напротив дороги. Отсюда открывался отличный вид на дорогу, и все они прекрасно видели произошедшее.

— Мы должны его забрать! — возбужденно воскликнул Сол.

— Джон и Анна пошли за ним, — ответила Мэл, — успокойся уже и поменьше разговаривай. Смотри, как действуют старшие и запоминай.

— Я знаю, — кивнул Сол, — но… просто это невероятно!

Мэл не могла не согласиться. А, если бы Сол знал больше, то его удивлению не было бы предела.

— Что будем делать? — она спросила Эйдана, хотя очень боялась его ответа.

Мужчина молчал. Он всё ещё смотрел на дорогу, где до сих пор не шевелились замерзшие куклы-люди.

— Эйдан?

— Подождём ещё немного, — спокойно ответил он, — я хочу кое-что проверить.

— Что же? — Мэл чувствовала накатывающее раздражение. Как он может оставаться таким спокойным после того, что увидел? Ей самой казалось, что она просто взорвётся от накатывающих эмоций.

Эйдан ничего не ответил. Он вышел на улицу, и тут же сотни людей «проснулись», кто-то кричал, заскрипели тормоза, расплакался ребенок. Не обращая внимание на всю эту какофонию звуков и чувств, Эйдан шёл вперед по улице. Он видел направление «новичка», его шаги всё ещё были видимы на земле, как, собственно, и шаги Анны с Джоном.

* * *

— Сколько он будет так сидеть? — спросил Джон. К нему вновь вернулось его хваленое самообладание, но Эйдан-то видел, что друг едва не бросился бежать на помощь, когда Адам упал у моста и из последних сил забрался под его хлипкое укрытие.

— Скоро его заберут.

— Разве мы не должны забрать его прямо сейчас?

— Нет.

— Почему? — вмешалась в разговор Анна, — одного того, что мы увидели хватает. Ему здесь не место.

— Вы ведь тоже слышали, как и я? Он говорил «только не снова». Помните, там на улице?

Джон и Анна переглянулись.

— А раз такое уже происходило, мне очень интересно, почему только сейчас нас отправили на отлов. И, может быть, кто-то очень не хотел, чтобы мы увидели Адама. Я хочу увидеть полную картину.

— Смотри, он зовёт ребёнка. Ему совсем плохо, — не удержалась Анна.

— Ещё бы! После такого-то выброса всем бы было плохо, — поддакнул Джон.

Спустя какое-то время подъехало малиновое такси, и двое тут же выбежали на улицу. Они знали, что искать, так как сразу бросились к мосту.

— Его друзья?

— Скорее всего. Люди всегда липли к нему. Иначе просто не могло быть, — просто сказал Джон.

— Теперь можем уходить, — Эйдан поднялся с камня, — едем за ними.

* * *

— К доктору Саундерсу? Да ты шутишь! Хоть выспись немного. Знаешь, сколько мы тебя искали?

— Он прав, Шон, — встала на сторону друга Си, — я уже позвонила доктору, сказала, что мы скоро будем.

— Не то, чтобы я против. Но в таком состоянии…

Адам опять провалился в сон. Он, вроде бы, понимал, что они едут в такси, даже слышал голоса друзей и шум древнего мотора, но и дремал. А в дрёме ему виделось странное: то сизые облака вокруг, то странные тени, мельтешащие перед глазами, то что-то яркое за спиной. Он резко открывал глаза, стоило им, этим неясным теням, приблизиться и вновь засыпал, не в силах бороться со слабостью.

Наконец, они остановились. Шон помог выйти Адаму, который буквально повис у него на руках. Си расплатилась с таксистом.

Перед ними открылось серое семиэтажное здание. Психиатрическая лечебница. Си быстро набрала номер, и уже через несколько минут к ним навстречу вышел доктор в расстегнутом белом халате.

— Адам! Ты меня слышишь? — доктор Саундерс всматривался в лицо парня, проверяя зрачки.

Сам Адам его слышал, но, казалось, что силы всё-таки не безграничны. Он висел тряпичной куклой на плечах друга и не мог даже пошевелить губами. Он слышал, как выкатили носилки, чувствовал, что его бережно положили на них, куда-то везли. Сознание, словно играло с ним, не позволяя окончательно отключиться и перевести дух. Оно теплилось маленьким угольком, где-то в самой глубине.

* * *

Эйдан зашёл в палату и осмотрелся. По местным меркам даже роскошно: одна кровать, нет соседей, стол и несколько стульев, вездесущая зелень.

Анна и Джон прошли следом.

— Он лечится в психиатрической больнице, Эйдан… Они считают его чокнутым.

— Нет, — возразил мужчина, — он сам себя таким считает.

Эйдан подошёл к столику и осмотрел лекарства, разложенные по дозировкам.

— Что там?

— Сильные антидепрессанты, нейролептики.

— После них он будет как растение! — растерянно пробормотала Анна, — как же так?

— Мне же интересно, как часто он прибегает к помощи этого врача и почему мы только сейчас об этом узнали, — Эйдан сел на стул у койки и посмотрел на бледное лицо пациента, — как так получилось? Мы думали, что ты свободен…

Джон потянул Анну за собой, и они вышли в коридор.

— Позовём Мэл?

— Не думаю, что это хорошая идея, — ответил Джон и посмотрел в окно: во внутреннем дворике прогуливались пациенты под присмотром сестёр, — пусть лучше не видит его таким.

Анна кивнула.

— Что решит Эйдан?

— Это знает только он, но почти уверен, что Адама мы заберём с собой, иначе он действительно сойдёт с ума.

— Как думаешь, он хоть что-то помнит?

— Не знаю, Анна, не знаю…

Глава 3

Кондиционер совершенно не спасал от жары. Ещё раннее утро, а солнце уже немилосердно греет.

— Ну, вот, надеюсь, в этот раз вы не будете запускать лечение? Напоминаю, что стоит появляться на осмотре раз в несколько месяцев. Хотя бы! — доктор Саундерс поднял вверх указательный палец, — я бы и сегодня вас не отпускал, Адам.

— Спасибо, доктор. Чувствую себя лучше. У меня много работы, сами знаете.

— Конечно, молодой человек. Решать вам, настаивать не могу. Но последний приступ…

— Я вам благодарен, доктор, — перебил его Адам, — сделаю всё, чтобы это не повторилось.

Доктор нахмурился, но больше не решился возражать.

— А вот и мы! — дверь в палату открылась, и на пороге появились Си и Шон.

— Доктор, вы просто волшебник! — не удержался Шон, — смотрите, теперь мой друг выглядит как человек, а не как последний наркоман.

Си больно стукнула его под рёбра.

— Готов?

Адам улыбнулся ей. В отличие от Шона, у его подруги было чувство такта.

— Давай собирайся, Си устроила небольшую вечеринку для нас троих, заказала вкуснятины.

— Это должен был быть сюрприз! — теперь Си стукнула Шона по голове, да так, что ещё немного и тому понадобилась бы помощь доктора Саундерса.

— Прости-прости… Больно-то как!

— Заслужил! Вот, кто тебя тянул за язык?!

Адам засмеялся. Он очень их любил, и Шона, и Си. Такие непохожие даже внешне, они были его самыми близкими друзьями и знали о нём всё. Во всяком случае, столько, сколько он сам о себе знал.

Три года назад он проснулся здесь, в клинике Джакарты и совершенно ничего не помнил о себе. Он никого не узнавал, мало на что реагировал. Тогда доктор Саундерс впервые помог ему, и Адам смог без страха выйти за пределы клиники, начать работать. Шон и Си работали на тот момент в волонтерской реабилитационной службе, и он стал их своеобразным клиентом. Там, на курсах, он выяснил, что имеет способности к рисованию, и даже может чертить планы зданий. Адам так увлёкся этим делом, что совсем забыл о своей болезни, а Шон и Си всячески его тогда поддерживали. Потом им поручили первое настоящее дело. Шон ещё по привычке присматривал за бывшим подопечным, но в итоге получилось так, что именно Адам выполнял львиную долю работы.

— Заснул, что ли? — спросил Шон, потирая голову, — у меня теперь будет шишка.

Адам, всё ещё улыбаясь, закрыл сумку и попрощался с доктором. Ещё вчера он оплатил все счета, так что можно было спокойно идти домой.

— Мы даже твою квартирку убрали, — вставил Шон и снова получил по голове, — да, сколько можно?! Я могу хоть что-то сказать, чтобы не быть избитым?!

— Думай хоть иногда, прежде, чем говорить!

— Спасибо, ребята, — улыбнулся Адам и посмотрел на слепящее солнце. Знакомые звуки города доносились и сюда. Он уже представлял стройные транспортные линии, крики водителей, толпы пешеходов в ярких, разноцветных одеждах. Эта привычная картинка внушала спокойствие, несмотря на свою живость и энергию.

— Да, брось! Даже не благодари, — ответила Си, — если бы не ты, Шон так и не добился бы ничего с проектом, так что это лишь малая часть того, что он может для тебя сделать.

— Точно! — поддакнул Шон, — чувак, ты же не сердишься, кстати? Шеф поймал меня прямо на входе…

— Ты уже говорил.

— Ну, я просто расстерялся…

— Я не сержусь.

— Зато я сержусь, — ввернула Си, открывая дверцу такси и пропуская Адама на заднее сидение, — теперь шеф подумает, что ты безответственный, Адам. Если взялись делать проект вместе, надо вместе и продолжать.

— Зато его одобрили! — горячо возразил Шон, — я ведь не знал, что у Адама снова… ну…

Адам сел рядом с Си и откинулся на мягкую спинку. В салоне сильно пахло ментолом.

— Всё же ты был не прав. Надо было дождаться Адама или вернуться.

— Да всё дело заняло десять минут! Шеф прямо в холле посмотрел план!

— Не кричи на меня!

— Ты первая начала!

Адам закрыл глаза и улыбнулся. Эти двое всегда спорили, когда оказывались рядом. Раньше он думал, что они когда-нибудь просто разругаются, но нет, проходил день, и всё начиналось снова.

Невозмутимый водитель жевал жвачку и не обращал внимания на повышенные тона в салоне.

— Адам, спишь? — спросила Си, её тон тут же изменился, исчезло раздражение, уступив место вниманию и неподдельной заботе, — мы почти на месте.

— Нет.

— Друг, ты… это… отдохни хорошенько недельку. Шеф сказал, что раньше десятого числа не начнём всё равно. Если будет что-то срочное, я тебе сразу наберу.

— Хорошо, — легко согласился Адам.

Машина резко затормозила, и Шон выругался.

— Уважаемый, чуть помягче, а? Я чуть лбом не протаранил стекло!

Таксист что-то пробормотал на местном диалекте, и Адаму показалось, что это была маленькая месть.

— Пойдём уже, — Адам потащил Шона за собой, чтобы разговор не перешёл в ссору.

Улица не изменилась, те же обшарпанные домики и веревки с бельем, кадки с цветами и грязная мостовая. За одним исключением. На углу стояла группа людей. Трое мужчин и одна женщина. Они выделялись и своей внешностью, нетипичной для этих мест, и неброской тёмной одеждой. А ещё они очень внимательно смотрели на Адама и его друзей.

— Эй, Шон, ты их знаешь?

Шон растерянно оглянулся.

— Кого?

— Ну, вон тех, на углу?

Адам сразу заметил, как Шон и Си перебросились быстрыми взглядами. Но Шон уже улыбался, словно Адам ничего не спрашивал.

— Друг, пошли уже, хватит по сторонам смотреть! У меня просто слюнки текут, стоит подумать, какой стол нас ждёт. А ещё проверим, как раскошелилась Си. Она же скупая, как моя тётка! Ну, ты помнишь ту, с бородавками? — Шон мог говорить бесконечно, поэтому Си просто потащила их за собой. Адам не выдержал и оглянулся: незнакомцы были там и провожали их взглядами. Всё выглядело реально, да и чувствовал себя Адам хорошо. Это просто не могла быть очередная галлюцинация.

* * *

— Выпьем за нашего друга, Адама! — уже в пятый раз предлагал Шон. Сам Адам просто отмахнулся, алкоголь он не любил, да и с теми таблетками, которые он принимал, вряд ли можно было сочетать такие напитки. Си, тем не менее, присоединилась.

— За здоровье нашего дру-уга, — протянула она.

Си действительно постаралась, заказала много еды, именно того, что любил Адам. Сейчас они все чувствовали облегчение: друг вернулся в строй, можно не переживать, хотя бы какое-то время.

— Эй, Адам, а что ты увидел тогда?

— Шон! — рявкнула Си так, что вздрогнул сам Адам.

— Ничего, Си. Не думаю, что это большая тайна, да и доктор советовал всё рассказывать. Просто теперь мне кажется это таким нереальным и странным.

— Ну, расскажи же! Интересно же! — Шон как раз наливал шестую стопку.

— Хорошо. Раз тебе так интересно. Ты ведь помнишь, когда ты выбежал, я остался расплатиться и пошёл сразу же за тобой. Остановился только на углу и увидел ребёнка на проезжей части. Навстречу ехал автобус, так что я побежал вперёд, схватил девочку, а потом… Потом время, не знаю, все люди… всё остановилось. Представляете? Они были похожи на манекенов в супермаркете. Даже автобус замер в нескольких сантиметрах от меня.

И Шон, и Си смотрели на него, открыв рты.

— Ну и ну, — выдавил Шон и налил очередную стопку, тут же её выпив, — тебе надо книги писать.

— Шон, вот ты вообще нормальный? — тут же взвилась Си, — как ты можешь такое ему говорить? Он испытал такой стресс.

— А что не так? У него богатая фантазия! Мне бы такое и в голову не пришло. Надо извлекать пользу, чувак. Даже из твоей болезни.

Адам усмехнулся и посмотрел в окно. Уже темнело.

Никакие книги он, конечно же, писать не будет. Всё, что он хотел — только забыть все эти странности, пусть их сотрёт как ластиком новый день, пусть эта злосчастная болезнь исчезнет в небытие, пусть его жизнь станет самой обычной.

Когда перевалило за 11, Шон уехал на такси, а Адам пошёл провожать Си. Она жила через несколько кварталов и решила пройтись.

Ночные улицы Джакарты мало уступали дневным: также много людей и шума, трафик и запахи уличных забегаловок, хотя уже не так жарко и можно в удовольствие гулять.

— Тебе лучше? — спросила Си, как раз, когда они проходили мимо лавки с жареной курицей и прочими закусками.

— Да, — честно ответил Адам, — теперь лучше. Я просто… испугался. Очень. Такого ещё не было, столько людей…

Си кивнула.

— Мне страшно представить, что ты чувствуешь в эти моменты.

Адам не нашёлся, что ответить и просто вздохнул. Воздух Джакарты казался концентрированной смесью.

— Адам, — они остановились у аллеи совсем неподалёку от квартиры девушки, — знаю, что сейчас не время, но я должна это сказать, иначе мне не будет покоя, — Си грустно улыбнулась и взяла друга за руку. — ты мне нравишься. Очень давно. Не говори ничего, — девушка сжала его руку крепче, — ты всё время один, никого не подпускаешь ближе. Конечно, всё непросто. Эта болезнь. Но, может быть, ты дашь мне шанс?

Адам не ожидал. Он не знал, что ответить. Молчание становилось неловким.

— Я напугала тебя?

— Нет! Просто… такой, как я… Не думал, что смогу кому-то понравится.

Си засмеялась.

— Ты очень невнимательный. Ты нравишься многим, уж поверь. Я знаю тебя и понимаю, поэтому не отвечай прямо сейчас. Я могу подождать ещё.

— Си…

— Что ж, спасибо, что проводил, — чересчур бодро сказала девушка, — дальше я сама! Иди уже, поздно ведь. — Си отпустила его руку и пошла дальше по аллее. Адам остался на оживлённой улице, но звуков почти не слышал. Нет, он не мог отпустить её так. Только не её, того самого человека, которому он обязан своим спасением, здравым рассудком и желанием жить дальше.

— Стой! — крикнул он, и Си оглянулась, — тебе ведь завтра не нужно идти на работу? Я помню, не отнекивайся! Всегда мечтал о прогулке по ночному городу. Ты ведь не бросишь меня больного?

Си усмехнулась и протянула ему руку.

Они пошли вперёд, перебрасываясь словами, словно и не было прошлых неловких минут. Ни он, ни она не забыли, просто дали себе время подумать.

Они не видели, что за ними следят. Те же самые люди, что ждали их у дома.

Глава 4

— Что думаешь об этом, Эйдан? — спросила Мэл, — кажется, ему с ними хорошо, — она проводила взглядом троих друзей, поднимающихся в квартиру Адама.

— Думаю, что ты права, — сухо ответил он.

— Мы отнимем у него это? Ты, правда, хочешь так поступить?

Эйдан промолчал, только тихо вздохнул.

Они остались следить до вечера. Остальные отправились присматривать за другими новичками. Оставалось совсем немного времени, скоро нужно возвращаться, и желательно не с пустыми руками.

Мэл нетерпеливо била ботинком о стену. Казалось, вот-вот, и её прорвёт, но нет, девушка молчала.

— Ну, не будут же они там ночевать, в самом деле?! — наконец, воскликнула Мэл, и, словно в ответ на её вопрос, на улице показались все трое. Темноволосый Шон, пошатываясь, доковылял до такси, а двое, парень и девушка, пошли вниз по улице.

Эйдан кивнул Мэл, и они бесшумно двинулись следом. Си и Адам остановились у аллеи.

— Ты мне нравишься, — сказала девушка.

Мэл дёрнулась, но Эйдан её задержал. Он шумно выдохнул и закрыл глаза, словно очень устал.

— Ты всё время один, никого не подпускаешь ближе. Конечно, всё непросто. Эта болезнь. Но, может быть, ты дашь мне шанс? — донёсся до них голос девушки.

— Этого не может быть, — прошептала Мэл, и Эйдан ощутил, как задрожала её рука. Он только крепче её сжал. — Он ведь не согласится, Эйдан? Только не это…

Сам Эйдан так и стоял в тени с закрытыми глазами. Он не хотел это слушать, не хотел быть здесь и видеть всё это своими собственными глазами.

— Я напугала тебя? — спросила встревоженно Си.

Эйдан ощутил её неуверенность, беспокойство и тайный, тщательно скрываемый страх.

— Нет! Просто… такой, как я… Не думал, что смогу кому-то понравиться, — ответил Адам.

И это было правдой. Эйдан не уловил ни крупицы лжи. Адам был удивлён и действительно не знал, что ответить. Он не лгал, никогда. Ни раньше, ни сейчас.

— Эйдан… если он согласится, — начала было Мэл, но парень остановил её и открыл глаза. Адам был в десятке шагов от них. Очень близко, но и несоизмеримо далеко. Их разделяла его память, три года и его ответ сейчас.

Си явно чувствовала неловкость и собралась уже уходить, но Адам остановил её.

— Стой! Тебе ведь завтра не нужно идти на работу? Я помню, не отнекивайся! Всегда мечтал о прогулке по ночному городу. Ты ведь не бросишь меня больного?

— Пойдём за ними? — спросила Мэл, но Эйдан покачал головой.

— Нет, рано или поздно, он вернётся к себе. Ему тоже нужно подумать, да и нам с тобой.

Мэл с тоской посмотрела на держащуюся за руки парочку и опустила голову.

— Ревнуешь? — спросил Эйдан.

Девушка дернулась и со злостью посмотрела на него, но Эйдан не усмехался, скорее, наоборот.

— Да, — прошептала она, — хотя… глупо было надеяться, наверное.

— Наверное, — согласился Эйдан и посмотрел на ночное небо. Удивительно ясно, видно так много звезд.

— А ты? — вдруг спросила Мэл, — ты сам-то решил, что теперь будешь делать?

— Думаешь, у меня есть выбор? — невесело усмехнулся Эйдан и вдохнул насыщенный воздух города, — понимаю, почему он выбрал это место, такое непохожее на наш дом.

Мэл не нашлась, что ответить. Ей всегда было непросто разговаривать с ним. Иногда она спрашивала Эйдана об одном, он же отвечал совершенно иное. Этот человек был для неё загадкой. Как впрочем, и для многих. С ним мало кто мог сдружиться или хотя бы найти общий язык, но кое-что было у Эйдана не отнять — он был надёжной скалой. Если они шли на отлов или любую другую миссию с ним, то можно было быть уверенным на все сто, что всё пройдёт так, как надо. Он защитит их, всё организует. С ним было безопасно.

Девушка поёжилась, но совсем не от холода, и искоса посмотрела на своего попутчика. Темноволосый (раньше он завязывал отросшие волосы в хвост, теперь же совсем коротко подстригся), с тонким носом, Эйдан казался хищником, выслеживающим добычу. Черты его лица заострились, между бровями прорезалась морщина, а темно-карие глаза, кажется, стали ещё холоднее, утратив прежний солнечный блеск. Хотя Мэл помнила, что он не всегда был таким. Три года назад они все были другими.

— Рассматриваешь меня?

Девушка улыбнулась. Эйдан всегда был прямым и откровенным. Пожалуй, даже чересчур.

— Да. Ты изменился.

— Ты тоже.

Она кивнула. Так и есть. Мэл каждое утро смотрела в зеркало и находила что-то новое, будь то седой волосок или уставшие от всего глаза.

— С ним что-то ушло, правда? — спросила она, не особенно надеясь на ответ. Но он ответил.

— Всё, Мэл. С ним ушло всё.

Они никуда не торопились, ночь была тихой и тёплой. Слова больше не шли, и Мэл просто наслаждалась покоем. Совсем скоро они уедут отсюда. Осталось лишь несколько дней.

* * *

Адам шёл домой. Он всё же проводил Си, они болтали ни о чём, и, в то же время, о многом. Ему показалось, что подруга немного успокоилась, да и он сам привёл свои мысли в норму. Он совершенно не помнил произошедшее с ним три года назад, как и то, что было раньше. Возможно, у него кто-то был, или он был к кому-то привязан. Но сейчас, идя по аллее, он твердо и чётко понимал, что Си — не тот человек. Она — самый близкий его друг, он бесконечно ей благодарен за всю ту помощь, за всё её внимание и заботу, но не больше и не меньше.

Парень вздохнул и остановился напротив своего дома. Он сел на лавочку и погладил сидевшего рядом кота. Тот выгнул спину и замурлыкал.

— Везёт тебе, — ласково пробормотал Адам.

— Привет.

Адам поднял голову и столкнулся с внимательным взглядом незнакомой девушки.

— Привет, мы знакомы?

В ответ она грустно улыбнулась и покачала головой.

— Можно я тут посижу?

— Да, конечно, — Адам неловко подвинулся и снова посмотрел на незнакомку. Светлые русые волосы были туго затянуты в хвост, высокая и подтянутая, она точно была не из этих мест. В свете мигающей лампы ему показалось, что у неё голубые глаза.

— Почему не идёшь домой, Адам? — вдруг спросила она.

— Ты знаешь моё имя? — парень начал испытывать смутное беспокойство. Она не пугала его, но мысль о том, что это снова галлюцинация всегда была где-то рядом.

— Знаю. Только не нервничай. Я всё объясню.

— Хорошо, — Адам потёр вспотевшие руки.

— Ты не болен.

— Что?

— Я сказала, что ты не болен. Твои галлюцинации — реальны.

Адам резко встал и замахал руками.

— Я пойду. Всё это мне только кажется. Это полная ерунда. Это не по-настоящему.

— Адам, — девушка спокойно встала и подошла к нему, — просто возьми меня за руку.

— Нет-нет…

— Ну, же. Я — такой же человек, как и ты. Я говорю правду и помогу тебе. Прости, что мы не пришли раньше.

Адам остановился. Первым его желанием было убежать и найти таблетки. Как назло, он совсем забыл их принять сегодня. А ведь обещал! Но сейчас… Как бы он хотел верить, что так оно и есть, но ведь этого просто не может быть!

Он протянул руку и коснулся её запястья. Тонкая жилка на тыльной стороне билась. Она нервничала, как и он.

— Садись, Адам.

Он послушно вернулся на лавочку. Фонарь над ними отчаянно замигал и погас. Секундная темнота, и он уже смог немного различать её лицо в темноте.

— Кто ты такая?

— Меня зовут Мэл.

— Мне это ни о чём не говорит, — начал сердиться Адам, — просто Мэл? Что ты знаешь обо мне?

— Сейчас это не так важно. Просто хочу, чтобы ты дал нам шанс всё объяснить. Ты не один такой. В мире всегда были те, кто выделялся из толпы.

Адам нахмурился.

— Что за чушь ты несёшь?

— Это не чушь. Ты ведь и сам чувствовал, просто гнал эти мысли. Вспомни, все странности происходили, когда ты испытывал сильные эмоции. Страх, злость, что-то вроде этого.

Адам только пожал плечами. Доктор Саундерс говорил ему нечто похожее: болезнь прогрессирует, стоит забыть о контроле над эмоциями, именно поэтому он принимает кучу лекарств.

— Твои эмоции — твоя сила и ключ к способностям. Ты не должен их заглушать, скорее, наоборот.

— Я не хочу это слушать, — Адам раздражённо встал, — если ты такая умная и всё знаешь, то, может быть, поймёшь, что такое лежать под капельницами, вслушиваясь в стук своего сердца и молиться, чтобы твой пульс оставался ровным и спокойным. Ведь из-за любого эмоционального всплеска, ты видишь странные вещи, а потом на тебя показывают пальцем. За твоей спиной шепчутся. Еще бы! Ты ведь чокнутый! А ты не понимаешь, кто перед тобой — реальный человек или очередная игра твоего воображения.

— Адам…

— Я устал. Очень. Сегодня был трудный день, да и ночь тоже. Мне всё равно, кто ты. Я тебя не знаю и не хочу знать. Уходи. Мне не нужна твоя правда, кем бы ты ни была. Такие, как ты, приходили и раньше… Просто сгинь.

Адам, слегка пошатываясь, побежал к себе, а Мэл осталась на улице. Фонарь снова мигнул, показывая фигуру Эйдана у угла дома.

— Придётся тебе самому, — виновато сказала девушка, — он меня даже не узнал, — в её голосе он уловил разочарование.

— Он сказал, что к нему уже приходили, — вместо ответа проговорил Эйдан, — как думаешь, кто это был и почему мы не в курсе?

Девушка задумалась. Всё это было очень странно, раньше такого никогда не было. Но и случай Адама уникальный.

— Думаешь, всё бесполезно? В прошлый раз он тоже отказался?

— Не знаю, — Эйдан почесал переносицу и улыбнулся. Мэл совсем этого не ожидала, — но я знаю Адама. Думаю, завтра всё решится.

— Что ты задумал?

Парень пожал плечами. Ерунда, мол. Но Мэл-то знала, что всё очень серьёзно. Если Эйдан что-то решил, то никто не сможет ему помешать.

Глава 5

Адам так и не уснул в ту ночь. Не помогли ни таблетки, ни самовнушение. Слишком много событий для него, слишком много мыслей.

Рассвет пробился сквозь занавески и вывел парня из ступора. Он просидел на полу у кровати много часов. На улице послышались первые звуки просыпающегося города, и это внушало спокойствие. Это было нормальным, тем, что обычные люди видят каждый день. За это и надо держаться, думал Адам. За звуки стандартной, приемлемой жизни, а не за расшалившееся воображение.

Выпив утренние таблетки и наскоро позавтракав, он решил пробежаться. Физические упражнения всегда помогали привести мысли в норму. Адам надеялся, что так будет и теперь.

Кивнув старушке-соседке, он накинул капюшон и побежал к аллее, излюбленному месту для пробежек. Кто-то уже спешил по своим делам: открывать магазины и лавочки, на работу и учёбу, но ещё не было так людно, поэтому и бежалось в удовольствие.

Адам облегчённо дышал. Вчерашний вечер — это лишь то, что ему привиделось. Наверняка, слова Си повлияли на него. Теперь он точно это знал.

Завернув за угол, Адам резко остановился. Группа подростков окружила худенького мальчишку в школьной форме. Судя по всему, вымогали деньги или просто приставали.

Адам тяжело вздохнул и пошёл к ним.

— Эй! Что-то случилось? — он очень надеялся, что его вид помешает им, и подростки просто разбегутся в стороны, но, очевидно, они были настроены очень серьёзно.

— Вали отсюда, чужак!

— Можно и повежливее, — Адам неторопливо шёл вперед, стараясь отвлечь их от жертвы. Но мальчишка, как назло, не двигался и даже не думал бежать. Просто дрожал как осиновый лист.

Подростки громко засмеялись и что-то сказали на бахасе. Хотя Адам и прожил здесь три года, местный язык так и не выучил, лишь несколько фраз, не больше. Однако, не стоило обманываться, вряд ли это было что-то хорошее.

Адам отодвинул мальчика за спину и устало посмотрел на шпану.

— Идите по своим делам.

— Иди-ка ты сам, — один из парней вытащил нож, и Адам невольно сделал шаг назад, уловив улыбки превосходства на лицах подростков, — что теперь, дядя?

— Мы просто уйдём, не нужно никого трогать, — Адам поднял руки вверх и собирался медленно отступить к более людной улице, но не тут-то было. Подросток ловко прыгнул вперёд, мастерски размахивая ножом. Адам отвлёкся, отталкивая запаниковавшего школьника и сам подставился под удар. К счастью, нож только скользнул по толстовке, оставляя после себя дыру на ткани и маленькую царапину на коже.

— Хватит! — предпринял последнюю попытку он, — иначе я позову полицию!

Но нападавший уже не сомневался и ринулся вперед, остальные двое заходили со спины. Адам успел только выдохнуть, и время завертелось с ужасной скоростью. Удар — уклониться, пригнувшись, подставить подножку, оттолкнуть. Снова замахивается и очередной удар, железное жало сморит прямо на тебя — и… время густеет будто патока, подросток двигается медленнее и медленнее, пока совсем не останавливается. Нож замирает в нескольких сантиметрах от лица Адама.

Адам тяжело дышит, усталость наваливается бетонной плитой. Неужели снова? Таблетки не помогают совсем…

— Адам? — из-за угла показывается вчерашняя девушка. Как её там? Мэл? — Ты как? Просто дыши, дыши. Скоро всё пройдёт. Теперь ты мне веришь?

Адам оседает на землю, и она поддерживает его.

— Успокойся, всё хорошо. Это не галлюцинация. Всё реально, просто поверь мне. Я тут, рядом.

Она бормочет что-то ещё, но парень с трудом слышит её. Он чувствует, как кто-то ещё помогает ему подняться, но не видит лица. В голове шумит похлеще, чем на оживленных улицах Джакарты в час пик. Невыносимо хочется спать.

— Сейчас, потерпи, мы поможем тебе.

Адам хочет что-то сказать, но язык не слушается. Последнее, что он помнит — лицо школьника, испуганное и заплаканное.

* * *

— Не могу поверить, что разрешила это тебе!

— Успокойся! Зато мы узнали наверняка.

— Да уж, узнали! Он спит уже 8 часов!

— Ему не повредит.

— Не узнаю тебя!

Адам открыл глаза и осмотрелся. Его квартира. Точнее, спальня. Неужели это был лишь сон?

— Привет! — Мэл обеспокоенно рассматривает его, касаясь лба.

«Значит, не сон», — подумал Адам и зажмурился, по-детски надеясь, что скоро всё исчезнет.

— Адам? Ты чего?

Парень разочарованно выдыхает.

— Что тебе от меня нужно? Почему ты не оставишь меня в покое?

Мэл устраивается поудобнее у него на кровати и улыбается.

— А ты уверен, что всё это тебя устраивает? Твоя работа…

— Мне нравится. Это точно моё.

— Конечно, но ты не знаешь других вариантов. Твоё лечение?

— И с этим я тоже справлюсь, — Адам поворачивается и откидывает одеяло. Ещё ощущается слабость во всём теле, да и головокружение, но всё же он чувствует себя лучше, чем вчера, — полежу в клинике подольше, не впервой. Что ещё ты можешь мне сказать?

Мэл закусила нижнюю губу и тряхнула головой.

— Хорошо! Я скажу правду. Я и такие, как я, мы помогаем людям, спасаем жизни. Хотя они совсем не в курсе, что мы существуем.

— Тайная организация? — Адам взъерошил волосы и похлопал себя по щекам, — что за чушь!

— Ну, не совсем. Мы живём довольно далеко, находим похожих на нас. Таких не так уж и много. Помогаем им, учим. Пойми, наше дело важное, и скоро ты сам в этом убедишься.

— Я не хочу, — твёрдо ответил он, — я вижу подобное не в первый раз.

— О чём ты? — Мэл подобралась поближе и посмотрела куда-то за спину Адама.

Парень обернулся, но в комнате больше никого не было.

— Когда я только-только стал приходить в себя, в клинике доктора Саундерса, я вышел на улицу, думал, что поправился, — Адам горько усмехнулся, — а потом увидел его. Он появился как будто из ниоткуда. Просто секунда, и вот этот старик передо мной.

— Старик?

— Да, полностью седой и какой-то дряхлый.

— И? Что он сказал?

— Сказал, что я — полное ничтожество, калека, что не могу даже прогнать собственные галлюцинации, что он будет приходить и напоминать о моём жалком состоянии. Я… я рассказал всё врачу, и он прописывал новые и новые лекарства, а этот старик не исчезал, он стоял за спиной доктора Саундерса и продолжал нести всякий бред. И только, когда я перешёл на сильный нейролептики, он исчез. Я просто лежал, как растение и не хотел ничего. Только тогда я освободился.

— Адам…

— Уходи и ты. Я не верю больше ничему. Не доверяю своим глазам. Меня здесь всё устраивает, — продолжал бормотать Адам. Эти слова были как внушение.

Мэл снова бросила взгляд за спину Адама и опустила голову.

— Хорошо, прости, что я помешала тебе. Мне действительно очень жаль.

Адам ничего не ответил. Снова накатывала сонливость.

— Я пойду, — сказала Мэл и, кивнув, вышла за дверь.

Стоило двери захлопнуться, как он упал обратно на кровать и закрыл глаза. Он смог. Преодолел. На самом деле, он рассказал лишь малую часть того, что видел раньше. Этот старик с его болтовнёй и многие странные вещи после.

Адам тяжело дышал. Как бы он хотел стереть всё это из памяти, уничтожить под корень и сжечь каждое видение, каждое страшное воспоминание.

* * *

Эйдан появился на улице не сразу. Мэл даже не уловила тот момент, когда он просто вырос у неё за спиной.

— Ты сам всё видел. Если бы ещё знать, что этот старик! Из-за этого он даже не хочет меня слушать.

— У меня есть кое-какие догадки.

Мэл покосилась на мужчину. Но он, похоже, не собирался делиться с ней своими мыслями.

— Не везти же его с собой насильно?

— Нет, но он сам всё поймёт, если увидит, как это важно.

— Я думала, ты хотел только проверить? Та драка со шпаной. Ты задумал ещё что-то?

— Собери остальных. Сегодня вечером мы уходим. С новичками.

Мэл раздражённо цокнула. Как всегда, Эйдан ничего ей не объяснял и не отвечал толком на её вопросы. Но приказ выполнить она обязана.

Обернувшись, она с тоской посмотрела на открытое окно в квартире Адама.

* * *

— Эй, друг! Хватит дрыхнуть! — у Шона были ключи от квартиры Адама, да и у Си тоже. Они договорились об этом давным-давно. На всякий случай, — сказала тогда Си. — Ты что только спишь? Надо выходить и дышать свежим воздухом!

— Не такой уж он и свежий, — буркнул из-под одеяла Адам.

— Свежий. Поверь. Ну, давай, вставай!

Адам заставил себя встать. Слабость ещё не прошла.

— Иди в душ, а я тут наведу порядок. Живёшь, как свинья.

Парень поплёлся в душ только, чтобы не слышать и дальше Шона. Если его не останавливать, он мог говорить до бесконечности.

— Я тебе и завтрак принёс, — донесся до него голос друга.

Адам закрыл глаза и открыл кран. Тёплая вода показалась сначала холодной, но через минуту он уже привык. Капли стекали по телу, освежая и будто обновляя. Хотелось остановить этот момент, когда сон и слабость уступают место пробуждающейся энергии.

— Ты там не умер?

Адам улыбнулся. Шон. И этим всё сказано.

— Всё нормально. Сейчас выйду.

Вытирая волосы полотенцем, он вышел из ванной и засмеялся.

— Говоришь, мне завтрак принёс?

— Конечно! — бодро ответил друг, — что-то не так?

— Ты же прекрасно знаешь, что я не ем морепродукты.

— Зато я ем! А ты же не хочешь завтракать в одиночестве. И где твоя благодарность? Смотри, сколько я на тебя потратил! И зачем мне такой неблагодарный друг?

— Ладно-ладно, — засмеялся Адам и принялся за еду.

— Ну, давай, рассказывай, — подвинулся поближе Шон, — что там Си? Специально оставил вас, так сказать, наедине.

— Не понимаю, о чём ты.

— Хватит заливать, тоже мне. Я знаю её подольше. И вижу очень хорошо, что ты ей нравишься.

— Не уверен, что это хорошая идея.

— Почему? — Шон ел и говорил, при этом чавкая. Адам засмеялся, — эй, чего смеёшься? Из-за Си?

— Нет, конечно. Дело не в этом. Я просто не думаю, что смогу стать хорошей парой хоть для кого-то.

— То же самое могут сказать о себе 90 % населения, а остальные 10 % — самовлюблённые кретины.

— Я болен, Шон, — Адам откусил булочку и запил кофе, — она ведь и сама это знает. Это просто жалость.

— Сомневаюсь, друг. К тому же, найди сейчас здорового. Не довод.

— Мои галлюцинации не проходят, постоянно их вижу.

Шон замер и вытер рот.

— Говорил с доктором?

— Нет. Добьём проект и лягу в клинику. Побуду там подольше, как в прошлый раз. Главное, сейчас сильно не нервничать.

— Проект я и сам закончу, самое сложное ты ведь уже сделал! Так что не ищи отговорки. И это… это единственная причина, почему ты не ответил Си?

Адам улыбнулся. Шон знал его очень хорошо.

— Нет. Я не люблю её. Даже не знаю, способен ли на такое чувство вообще.

Шон хмыкнул и снова вернулся к еде.

— О деньгах не волнуйся. Лечись столько, сколько нужно. Потрясу шефа, пусть отдаёт аванс.

Адам кивнул и вернулся к еде.

— Проводи меня. У меня сегодня куча дел, — вдруг сказал Шон и стал собираться.

— Хорошо, — Адам накинул толстовку и наткнулся на дыру в правом боку.

— Что там? Порвалась кофта, а у тебя вид, будто ты призрака увидел.

— Ты ведь тоже это видишь?

— Ну да. Друг, тебе бы к морю, что ли.

— Ладно, пойдём на свежий воздух.

Спустившись, они оказались на улице и недоумённо огляделись.

— Что это такое? — Шон задрал голову и смотрел на тёмное небо, — смотрел прогноз? Тайфун что ли?

— Нет, да я и не включал телевизор даже в последнее время.

— Странно, темень такая… Ладно, я побегу, чтобы успеть.

— Давай вызовем такси, — предложил Адам, с опаской осматриваясь, — мне это не нравится. Здесь что-то не так…

Стоило ему это сказать, как воздух стал гуще, а вокруг потемнело ещё больше.

— Шон, иди внутрь, нельзя здесь оставаться! — закричал Адам и потащил друга обратно, но Шон дёрнулся и вырвался из его рук. Плотный туман облепил улицу, так что разглядеть что-то не представлялось возможным. Где-то недалеко раздался крик, и Адам рванул туда.

Шон лежал на дороге и не шевелился, а над ним витало нечто страшное: чёрный клубок, пульсирующий сгусток с кроваво-алыми всполохами.

Дёрнувшись, Адам остановился на секунду. Очередная галлюцинация? Или же это реально? Нет, это только кажется, только кажется. Он колебался, боялся сделать шаг вперёд, и лишь шептал:

— Это не реально. Мне только кажется. Этого не существует.

Глава 6

Иногда кажется, что секунда длится так долго, время тянется подобно резине, неохотно, и нужно приложить усилия, чтобы это мгновение, наконец-то, закончилось.

Адам стиснул кулаки и заставил себя сделать первый шаг, потом второй. Дальше уже было легче, и он побежал вперёд, к другу.

Тёмный дым над Шоном не исчезал. Наоборот, становился больше и как будто сильнее, словно подпитывался и рос. Молнии-всполохи ярче сверкали, а внутри что-то бурлило.

Адам остановился, не зная, что нужно сделать, но этого мгновения оказалось достаточно. Чем бы ни было то, что забирало у его друга жизненную силу, оно замерло, и Адам мог поклясться, посмотрело на него. Секунда, и оно уже находит более вкусную жертву. Почему-то в тот момент у Адама мелькнуло в голове чувство облегчения: значит, с Шоном всё будет в порядке.

Тёмное облако оставило Шона и неумолимо двинулось к Адаму. Тот сделал шаг назад, но понял, что бежать нет смысла. Оно сильнее и догонит в два счёта. Он закрыл глаза, чувствуя, что оно уже рядом. Резкая боль, а затем и слабость накрыли с головой. Адам упал на землю и застонал. Кажется, выворачивался каждый сустав, в голове мелькали разрозненные образы: неясные лица, так что рассмотреть черты было просто невозможно, странные места, которых он раньше не видел, вода с играющими на ней бликами. Боль ушла, осталось равнодушие и почему-то именно этот вид водной глади. Адам не помнил, чтобы видел нечто подобное раньше.

Но тут же всё резко изменилось: вернулась боль и пропало «воспоминание» о воде. Он снова почувствовал, что лежит на земле, понял, где находится и смог открыть глаза. Перед ним стояла Мэл, она что-то выкрикивала, а в её руке был сверкающий клинок. Адам потёр глаза, и клинок исчез. Как исчезло и странное тёмное облако. Вокруг разом посветлело, вернулись привычные звуки и тёплый воздух. Только сейчас он понял, что его потряхивает от озноба.

Повернувшись на бок, он увидел, что Мэл стоит на коленях рядом с Шоном. Она положила ладони ему на виски, и от её рук исходит мягкий свет.

— Что… что ты делаешь?

— Я должна сначала ему помочь. Не двигайся, я подойду через минуту.

Адам был бы и рад встать, но, казалось, что все его силы иссякли.

Мэл села рядом и ободряюще улыбнулась.

— Как Шон?

— С ним всё будет нормально, — Мэл провела рукой по голове Адама и печально улыбнулась, тут же он почувствовал странное тепло, растекающееся по всему телу, — ему нужен отдых, как и тебе.

Адам глубоко вдохнул. От её рук исходила самая настоящая энергия, к нему словно возвращалась жизнь. Он чувствовал, как она течёт по его венам.

— Что это было?

— Не шевелись, я ещё не закончила, — остановила его попытки встать Мэл, — ты, правда, хочешь это знать?

— Да.

— Помнишь, я говорила тебе, что мы помогаем людям? Так вот, от таких существ мы их и спасаем.

Адам спокойно дышал, вслушиваясь в её голос. Приятный звук.

— Это был Кеоллак, поглощающий силы, забирающий жизнь.

Адам услышал, как рядом завозился Шон. Он повернулся к другу. Тот уже сидел и мотал головой.

— Друг, как ты?

— Что случилось? Я, что упал в обморок, как какая-то девчонка?

Рядом прыснула Мэл.

— Похоже, на то, — Адам смог встать с земли, хотя голова всё ещё кружилась. — Спасибо, — он обернулся к Мэл, но девушка просто пожала плечами. Мол, не стоит благодарности.

— Кому это ты говоришь? — Шона пошатывало, и он нетвёрдо стоял на ногах, так что Адам поддерживал его.

— Девушке, что помогла нам. Вот же она, — он указал на улыбающуюся Мэл, но Шон только потряс головой.

— Друг, похоже нас обоих хорошо приложило. Тут никого нет. Отведи меня обратно. Ужасно хочу спать.

— Не волнуйся, — сказала Мэл, — он не видит меня. Но то, что произошло, реально. Если захочешь узнать больше, я буду ждать здесь до вечера.

Адам отвернулся и потащил друга в свою квартиру. Внутри, стоило им переступить порог, как оба упали в коридоре, так и не дойдя до дивана.

— Оставь меня тут, Адам, я просто посплю, — пробормотал с закрытыми глазами Шон.

Сам Адам тяжело дышал. Путь и подъём сюда были подобны горном восхождению. Что же произошло, что все его силы остались там, внизу, на улице?

Адам громко вздохнул и поднялся, сначала на корточки, а потом, держась за стену, и в полный рост. Подхватив уже спящего друга, он уложил его на диван, укрыв пледом. Сам же просто опустился на пол и закрыл лицо руками.

Нужно было принять решение. Шон не видел её, значит, это галлюцинация? Теперь Адам не был уже так уверен.

Но…

Это «но» не давало покоя. Неясность, неопределенность — все эти слова он ненавидел, потому что они не позволяли ему вздохнуть полной грудью, спать спокойно, без кошмаров, жить, не оглядываясь на неясное прошлое и в страхе перед будущим. Он так хотел знать правду и, вместе с тем, боялся её всем сердцем.

Дёрнув раздражённо рукой, Адам зарычал от бессилия и посмотрел в окно. Он не знал, сколько сейчас времени, и, что самое главное, сколько у него самого осталось времени. Но выбор… Выбор оставался за ним.

* * *

— Как думаешь, он придёт?

— Да, — просто ответил Эйдан, — я уверен.

— Почему? — Мэл нервно расхаживала из стороны в сторону, остальные тихо ждали, не вмешиваясь в их разговор.

— Потому что это его слабое место, — грустно улыбнулся Эйдан, — он и раньше отдавал всё, чтобы помочь другим.

— Я помню! Зачем об этом напоминать?! — разозлилась Мэл и пнула пустую банку.

— Эй, девочка, успокойся! — махнул Джон, — мы все на взводе, просто подождём ещё.

— Я устала ждать. Я пойду и заберу его против его силы. Сейчас он мне помешать не сможет, не в том состоянии, — Мэл шагнула вперёд к дому, но входная дверь уже открылась. Перед ней стоял Адам. Он держался за стену и, похоже, опасался сделать ещё один шаг. Покрасневшее, потное лицо и блестящие, как в лихорадке глаза — он будто спрашивал: что я делаю?

— Адам… — Мэл замялась и остановилась, — ты решил?

Парень опустил глаза, он тяжело дышал. Каждое слово давалось ему с трудом.

— Я… хочу знать правду.

Мэл облегченно улыбнулась.

— Пойдём с нами? Прошу тебя! Мы всё расскажем.

— Мои друзья, они…

— Не волнуйся о них. Я обещаю, что с ними всё будет нормально. Они не вспомнят о тебе…

— Нет! — Адам ответил так резко, что Мэл, не ожидавшая этого, вздрогнула, — я не хочу, чтобы они не помнили.

— Хорошо, — кивнула девушка, — я устрою и это. Лечение в другой клинике? Переезд?

Адам кивнул. Так было лучше.

— Дай мне руку, Адам, — девушка протянула свою, — я расскажу тебе правду. Обещаю.

Адам как заворожённый смотрел на протянутую руку. Сколько между ними? Шаг или два? Но почему это расстояние кажется таким далёким и труднопреодолимым?

Он закрыл глаза и сделал шаг вперёд. Мэл тоже шагнула навстречу и хорошо: Адам чуть не упал, ноги заплетались, не было сил даже идти. А, может, и само решение забрало последнее, что у него было. Теперь пути назад не было.

— Не бойся, я не дам тебе упасть, — Мэл крепко обхватила его, и это прикосновение было реальным, точно не галлюцинацией, живым свидетельством того, что он не болен, что всё может быть не так, как ему казалось раньше. — Сейчас тебе трудно, я знаю, поверь мне, знаю, как ты сомневаешься, но, пожалуйста, просто доверься мне. Я тебя не предам. Это просто невозможно, — Мэл улыбнулась и почему-то заплакала.

Адам со смущением смотрел на её слёзы, не зная, что нужно сделать. Дрожащими пальцами он коснулся её щеки, вытирая солёные дорожки.

— Не плачь. Не нужно.

Мэл по-детски шмыгнула и ещё сильнее вцепилась в него, словно боялась, что секунда — и он исчезнет.

— Эй! Что вы тут развели? — перед Адамом появился крепкий мужчина, — привет, я — Джон.

Адам устало кивнул. В голове снова стало шуметь, виски неприятно покалывало.

— Добро пожаловать, Адам! — он перехватил совсем ослабевшего Адама у Мэл, — тебе нужен отдых. Просто поспи, мы обо всём позаботимся.

Адам всматривался в новые лица. Кто эти люди? Правильно ли он поступает? Что будет с Шоном и Си? Быстро ли они забудут его, будут ли искать?

Но тут он столкнулся с чьим-то внимательным взглядом. Он стоял позади всех, просто наблюдал. Адам из последних сил боролся со сном и накатывающей слабостью.

— Ты… — он поднял руку и указал на мужчину, — я… кажется, уже видел тебя.

Остальные замерли, или так просто показалось Адаму. Их лица расплывались, голоса становились невнятными, а потом и едва слышными, пока совсем не исчезли.

Глава 7

— Долго он ещё будет спать?

— Столько, сколько надо. Кеоллак — это не шутки, хоть и задел немного совсем.

— Эйдану влетит же…

— Конечно! Но он знал, на что шёл.

— Надо же, не думал, что он решится на такое…

Адам открыл глаза и осмотрелся. Совершенно незнакомое место. Он сразу почувствовал, что уже не в Джакарте. Даже сам воздух был другим.

— Смотри, проснулся!

Над ним склонились уже знакомые лица. Мужчину, кажется, звали Джоном, а вот женщина…

— Привет, я — Анна.

— Привет, — прошептал Адам и откашлялся.

— Не вставай, тебе нужен нормальный отдых. Пока ты будешь отдыхать, мы введём тебя в курс дела. Спешить нам некуда.

Адам всё же сел на кровати. Анна заботливо подоткнула подушку за спину и критически его осмотрела.

— Где я?

— На нашей базе. Далеко от того места, где ты жил.

— Мои друзья?

— Мы сообщили, что доктор Саундерс отправил тебя лечиться за границу. Все необходимые документы есть. Мы объяснили, что появилась возможность действительно тебя вылечить. Они поверили и не стали задавать вопросов.

— Я могу с ними связаться? Позвонить?

Анна быстро посмотрела на Джона.

— Не уверена, что это правильно.

— Так могу или нет?

— Мне нужно спросить, Адам. Ты только не нервничай, но, когда мы сюда попадаем, то обычно обрубаем все контакты. Так лучше не столько для нас, сколько для тех, кто остался. Они смогут идти дальше, завести новые знакомства.

Адам промолчал. Он чувствовал себя виноватым, ведь даже не попрощался с Шоном, не говоря уже о Си.

— Может быть, тебе будет интересно, но ты оказался не единственным новеньким, кого мы нашли. Хочешь познакомиться?

Адам устало кивнул. Мысли о друзьях не покидали, но увидеть такого же, как он сам, действительно было интересно.

— Я сейчас, — Анна встала и кивнула Джону, — позову её и вернусь.

За Анной хлопнула дверь, а Джон взял какие-то бумаги и стал их рассматривать. Адам молча наблюдал. Он всегда был терпеливым и мог ждать, но сейчас это было ужасно трудно. Он так хотел задать сотни вопросов, но чувствовал, что теперь просто не тот момент.

Анна вернулась через несколько минут и пропустила внутрь подстриженную под ёжик девчонку-подростка.

— Знакомьтесь, Адам, это Кейт.

— Привет, — смущённо пробормотал Адам. Девочка была намного моложе него самого.

— Привет, — нагло и растягивая слова буркнула она, — чего мне здесь делать? С этим больным сидеть, что ли?

Казалось, Анна опешила от такого вопроса, и даже Джон отвлёкся от своих бумаг.

— Н-нет, ну, можете просто познакомиться, — не зная, что и сказать, ответила Анна.

— Познакомилась. Дальше что? — Кейт засунула руки в карманы джинсов.

— Вы оба новенькие здесь, можете поговорить.

— Не хочу. Что мне тут обсуждать с этим стариканом? Пойду к себе, — не спрашивая разрешения, девочка вышла из комнаты, стукнув по входной двери ногой.

— М-да, — раздалось от Джона.

Анна смущённо посмотрела на Адама.

— Ты… это… не обижайся, она совсем юная ещё, да и сам понимаешь, такая смена места, переживает.

Но Адам и не думал расстраиваться. Наоборот, лица Анны и Джона, растерянные и забавные, веселили его. Он улыбнулся. Впервые легко и свободно.

— Смеешься? Почему? — Анна села у его ног.

— Эта девочка, Кейт, очень интересная, — пояснил он, — а вы бы видели свои лица!

Анна кивнула.

— Ты прав, она застала меня врасплох.

— Каждый защищается, как может, — сказал Адам, — всем нужно время, не торопите её.

Джон отложил бумаги в сторону и посмотрел на Адама.

— Ты прав. Хотя это мы сейчас должны вас успокаивать. Кейт и ты — не единственные новички, вам дают несколько дней, чтобы прийти в себя, затем мы всё расскажем и о себе, и о ваших способностях. Выздоравливай и старайся не волноваться, — мужчина подмигнул ему и обернулся к Анне, — пойдём, мы, наверняка, надоели ему.

Анна смущённо улыбнулась.

Они хотели уже уходить, когда Адам остановил их.

— Подождите, я… могу выходить из комнаты?

— Конечно, ты можешь ходить, где хочешь. Даже, если ты потеряешься, спроси у любого дорогу к блоку 1. Здесь всегда живут новички и их первые наставники.

— Хорошо, спасибо.

Дверь закрылась, и Адам остался один. Полная тишина. Он не слышал ни голосов, ни какого-либо другого шума. Голова была ясной, значит, хорошо отдохнул. Поворочавшись, он решил встать с кровати и получше осмотреться.

Первое далось относительно легко, так что он прошёл в ванную и немного освежился. Тут же нашёл стопку чистой одежды — треники и футболку. После душа дышалось легче, проснулся аппетит. Адам заметил на столе воду и упаковки с готовой едой. Как раз там, где совсем недавно сидел Джон.

Перекусив, он ещё немного побродил по комнате, выглянул в окно. Вокруг был густой и высокий лес, словно самая настоящая природная граница, вдалеке маячили какие-то поля и фигурки людей. Но, что они там делали, Адам так и не понял.

Он посмотрел в настенное зеркало и криво улыбнулся: светло-каштановые волосы торчали в разные стороны, и он постарался их пригладить, серые глаза смотрели настороженно, немного бледный, но после всего пережитого это была сущая мелочь.

Адам подошёл к двери. Этот шаг тоже был тяжелым, но вечно сидеть здесь не получится. Он повернул ручку и вышел в коридор. Ключа ему не дали, поэтому он просто захлопнул дверь. Вокруг было пусто, и Адам решил найти выход на улицу.

Он шёл по коридору, с любопытством осматриваясь. Высокие потолки, странные металлические конструкции сверху, множество одинаковых дверей без каких-либо указателей или номеров.

Повернув направо, он вышел в большой холл. Тоже пустой. Дверь наружу была уже перед ним, поэтому Адам решил не мешкать и пошёл вперёд.

Тишина разом сменилась звуками, яркими и бурными, вокруг, то тут-то там, прямо на траве или деревянных лавках, сидели люди, небольшими группами и что-то оживлённо обсуждали. Адам никого не знал. Здесь не было ни Мэл, ни Анны с Джоном.

Адам вдохнул свежий, хвойный воздух и успел сделать лишь несколько шагов. Все замолчали и посмотрели на него. От неожиданности он немного оторопел. Всё же не хотелось настолько привлекать внимание. И, вроде бы, Джон говорил, что он не единственный новенький. Так что…

Адам неловко улыбнулся и пошёл дальше, мимо притихших людей. Они внимательно смотрели на него. Пожалуй, даже чересчур. Провожали тяжелыми, физически ощутимыми взглядами. Почему так? Чем он заслужил такое внимание?

Вдруг он увидел у кромки леса водную гладь. Адам остановился в нерешительности. Ему показался этот вид знакомым, словно когда-то он уже видел его или нечто подобное. Разом он забыл о взглядах, направленных на него и пошёл дальше. Кеды тонули в густой траве, солнце припекало, но прохладный ветер из глубины леса не давал почувствовать жару.

Он остановился у небольшого озера, в котором отражалось само солнце. Адам мог бы поклясться, что знает это место, но разве это имело смысл?

Присев, он коснулся воды ладонью и улыбнулся. Вода была тёплой, так что захотелось нырнуть, освежиться и смыть с себя всё то, что накипело за последние дни. Но он сдержался, стянув с себя кеды и носки и закатав штаны до колена, только наступил в воду.

Хорошо. Тепло. Спокойно.

Он медленно гулял по берегу, совершенно забыв о своих прежних волнениях. Это место внушало такой нужный ему покой и умиротворение.

— Адам!

Он резко обернулся. За его спиной стояла Мэл и улыбалась ему.

— Что делаешь?

— Да так… — Адам не нашёлся с ответом. Да и как ей объяснить, что только здесь он почувствовал себя хорошо? Такого не было в его квартире в Джакарте, среди друзей, в клинике доктора Саундерса, нигде.

— Нравится тут?

— Очень, — просто ответил он.

— Почему?

— Что? — не понял Адам, продолжая шлёпать по воде.

— Почему тебе всегда тут так нравилось? В смысле, нравится… вообще, — неловко закончила Мэл и почесала переносицу, — ведь обычное же место.

Адам усмехнулся.

— Вовсе нет, необычное, здесь легко думается и даже можно забыть обо всём. Побыть немного нормальным.

— Адам…

— Я знаю, что ты скажешь. Не надо, — остановил её Адам, — я не жалею пока о своём выборе.

— Ты найдёшь дорогу обратно к своей комнате?

Адам уверенно кивнул. Мэл немного помялась рядом и пошла обратно, к блокам. Неподалёку стояла вся их группа. Хотя это не совсем верно. Здесь были не только Анна и Джон, Сол и Эйдан. Здесь были все. Они старались, чтобы Адам не заметил их, кто-то прятался за деревьями, кто-то выглядывал из-за угла, кто-то делал вид, что им всё равно. Но Мэл точно знала, что здесь нет равнодушных.

— Как он? — спросила Анна.

— Нашёл своё место.

— Кто бы сомневался, — буркнул Джон, — всегда там бродил, часами.

— Не слишком ли людно? — раздражённо огляделась девушка.

— Им не запретить. Не только ты скучала, — словно бы извиняясь, сказала Анна, — пускай смотрят, от этого не будет вреда.

— От них — да, — Мэл посмотрела на Эйдана, — но это только пока не вернутся другие группы. Что будем делать тогда?

— Тогда и решим, — просто ответил Эйдан и, бросив быстрый взгляд на озеро, развернулся и пошёл прочь. Мэл видела, как остальные тоже понемногу разбредаются, шепчутся, строят догадки.

— Его уже наказали?

Ответил, как ни странно, Сол.

— Ты бы слышала, как кричал советник. Эйдан поступил странно, так необдуманно. Сам выпустил Кеоллака. А если бы люди пострадали? Если бы кто-то умер? Что тогда?

— У него всё было под контролем.

— Не думала, что ты когда-нибудь будешь его защищать, — сказала зеленоглазая Анна и мягко улыбнулась, — становишься мудрой, Мэл.

Девушка просто пожала плечами и тяжело вздохнула. В мудрости ли здесь дело? Или в том, что она и сама бы пошла на всё лишь бы Адам вернулся?

— Пойдёмте, хватит тут маячить, не стоит привлекать лишнее внимание, — Джон потянул за собой и Анну, и Сола.

Мэл ещё немного постояла. Отсюда Адам казался таким одиноким и беззащитным. Отчаянно не хотелось уходить, но она стиснула зубы и пошла обратно в блок. Есть моменты, когда ты ничего не можешь сделать, только дать время и ждать. Это тоже требует сил, тоже заставляет мучиться.

Глава 8

— Нас всех собирают. Пошли, старикан! — Кейт заглянула в комнату Адама, — быстрее давай!

— Иду-иду, — улыбаясь, сказал он, — зачем, не знаешь?

— Мне всё равно, — буркнула девчонка и побежала вперёд, не дожидаясь его.

— Если всё равно, зачем так торопиться? — усмехнулся парень и тоже поспешил в указанном направлении. Прошло два дня, значит, теперь пришла пора узнать правду. Ради этого он здесь: понять, кто он такой на самом деле, и что может делать, болен он или нет, нормальный человек или кто-то другой.

Скоро он заметил и остальных. Мэл что-то настойчиво доказывала Анне, но, стоило им его увидеть, как обе тут же замолчали. В холле было многолюдно. На новичков с любопытством посматривали, сами же новенькие взволнованно переглядывались. Никто не знал, что случится через минуты. Может быть, конец прежней жизни, а, может быть, начало другой.

Двери распахнулись, и перед ними появился пожилой человек, полностью седой, со старческими мутными глазами. Однако, держался он уверенно.

— Приветствую вас!

Новички замерли. Кто-то неловко ответил на слова приветствия, кто-то просто кивнул.

— Прошу вас проходите, — старик отошёл в сторону, пропуская новеньких.

Адам оглянулся. Мэл и Анна стояли позади и проходить не спешили. Значит, останутся здесь.

— Проходи.

Похоже, Адам остался один. Старик терпеливо ждал. Адам шагнул в большой зал, и дверь тут же захлопнулась за ним.

— Я знаю, что у вас много вопросов, и вы обязательно получите свои ответы. Ещё немного терпения, — прокаркал старик. Никто его не перебивал, хотя Адам заметил, насколько все взволнованы. Кейт так и вовсе ожесточённо грызла ногти. — Сейчас я попрошу вас выбрать для себя одну вещицу, камень. Этот камень совсем не прост, он станет вашим и только вашим, амулетом, накопителем, спасением. Как его выбрать? Очень просто! — старик хлопнул в ладоши, — просто доверьтесь себе и выберите тот, который вам понравился. Не думайте о его свойствах, почувствуйте и не мешкая возьмите.

На постаменте стоял широкий поднос с наваленными камешками. Адам стоял позади всех, но не торопился вперёд. Первой не выдержала Кейт и чуть ли не подбежала к подносу.

Адам видел её дрожащую руку и сморщенный от напряжения лоб. Девочка резко схватила первый попавшийся камень и зажала его в кулаке.

— Молодец! — похвалил старик, и почему-то посмотрел на Адама.

Остальные цепочкой стали подходить к подносу, выбирая приглянувшийся камень. Старик, кажется, заснул стоя. Он прикрыл глаза, выражая спокойствие и неторопливость. Но, стоило Адаму подойти к подносу, как он тут же «проснулся» и цепко осмотрел новичка.

— Остался только ты.

Так и было. Новички уже сбились в круг, рассматривая выбранные камни.

Адам посмотрел на поднос. Камней было ещё много, но они казались какими-то простыми. Вот этот, с серебристыми прожилками, вроде бы, и ничего, но нет… Не такой, какой ему нужен. Здесь были и разноцветные камни, но он не видел в них ничего примечательного. Пока не приметил один, совсем маленький с пол ногтя, из-за своего размера, он казался даже неприметным. Камень застрял под стенкой подноса. Адам ковырнул его пальцем и взял на ладонь. Чёрный, с мелькающей в глубине синевой, он казался интересным, а, если посмотреть на него подольше, то он даже менялся в цвете.

— Где… где ты его взял? — Адам посмотрел на старика и столкнулся с удивлённым, даже ошарашенным взглядом. Всё его спокойствие испарилось, глаза нервно бегали от ладони Адам к подносу, — его же там не было…

— Был, — растерянно ответил парень, — он просто застрял, я не сразу заметил.

— Не может быть… — старик закрыл лицо морщинистой рукой, но уже через несколько секунд взял себя в руки и ласково улыбнулся Адаму, — молодец, иди к своим.

Сам Адам всё ещё рассматривал камень, поэтому просто пожал плечами. Мало ли, что могло показаться этому старику. А вот камень… Адам прищурился, ему показалось, или он стал больше и изменил форму? Да нет, такого ведь не может быть. Хотя… даже по весу стал будто бы тяжелее.

— Что ж, вы выбрали свои камни. Теперь мы можем продолжить. Садитесь, — старик указал на деревянные лавки. — Для начала я расскажу вам, где вы находитесь. Это место мы называем Ноирин. Вы не найдёте его на картах и ни в одной стране. Мы не живём среди обычных людей, не вмешиваемся в их жизни, но ставим своей целью защитить их. Войти в Ноирин могут лишь свои, и только с особого разрешения. У тех, кто привёл вас сюда, были специальные ключи, без них вход просто-напросто невозможен. Так что и вам не выйти, — старик всматривался в каждого новичка, — теперь о том, кто мы и от чего защищаем людей. Мы — тоже люди, но наделённые особым даром. Нам подвластно изменение. Некоторые могут управлять воздушными силами. Мы зовём их Эбер. Другие видят силу земли и призывают её на помощь. Они — Креван. Кто-то сможет зачаровать огонь, это Кеган. Нас много, и мы все разные. Здесь в первом блоке новички учатся понимать, кто они, что именно они могут изменить, к какой группе принадлежат.

Старик откашлялся и немного задумался. А Адам вспомнил, что происходило с ним раньше. Он остановил время. Ведь так? Или это был не он? Но старик ничего не сказал о подобном, значит, такая способность не так уж и важна. Это не сравнится с теми, кто управляет силами воздуха, земли или огня.

— Так мы, что, маги?

Это Кейт. Не удержалась. Остальные улыбнулись. Напряжение схлынуло. Старик тоже усмехнулся.

— Думаю, вам стоит привыкать к другому названию. Оно оставлено нам предками, такими же, как и мы сами. Катэйр. Это значит «воин».

— От чего мы должны защищать людей? — спросила Кейт. Она была среди них младшей и, похоже, пользовалась своим положением. Ей было любопытно — она спрашивала, не опасаясь показаться странной или наглой, часто говорила, что думала. Адам улыбнулся, это девчонка нравилась ему своей непосредственностью.

Старик вздохнул и поправил седую бороду.

— Мы несём большую ответственность, так как имеем знания, как вызывать и прогонять Двэйнов, страшных существ, населяющих оболочку мира. Как я и говорил, мы и сами не живем среди людей, в реальном мире. Наше место — в толщине сумеречной оболочки, здесь же обитают и Двэйны. Они кровожадны, ослеплены лишь голодом и жаждой убийства, они не разумны, не знают жалости, не понимают чувств. Они хотят лишь есть, поглощать энергию, жизнь, воспоминания. Иногда они проникают в мир людей, но куда чаще они нападают на нас.

— Разве не проще уйти отсюда? — на этот раз спросила миниатюрная розовощёкая девушка, — тогда они останутся здесь одни, и никто не пострадает.

— К сожалению, нет. Из-за наших сил мы не сможем долго прожить среди людей. Любой эмоциональный всплеск: злость, раздражение, ревность, даже любовь может погубить окружающих. Мы не всегда контролируем свои силы, мы здесь только для того, чтобы уберечь остальных.

Девушка смущённо кивнула.

— А если я не хочу быть этим вашим Катэйром? — Адам обернулся. За ним сидел худой паренёк, именно он и задал этот вопрос.

— Хочешь скажу тебе правду? Никто из нас не хочет. Поверь мне. Но сейчас у нас нет выбора. Я отпущу тебя обратно в мир людей, а, когда ты разозлишься, ты сожжёшь свой дом и мирно спящих в нём дотла. Ты сможешь жить с этим?

Парень занервничал и не нашёлся, что ответить.

Адам задумался. Старик в чём-то прав, но, в то же время, что-то не давало ему покоя, что-то мешало принять все эти слова на веру.

— Мы не только воины, хоть и носим это звание. Те из нас, кто не чувствуют силы к открытой борьбе, остаются в Ноирин наставниками, целителями, помощниками. Это тоже почётно и не возбраняется.

— Наши семьи…

— Забудьте о них! — внезапно рявкнул старик, — для вас они остались там, под защитой! Вашей же защитой. Утешайтесь мыслью, что вы их талисман, им не грозит зло, пока вы тут.

Адам поморщился. Ему совсем не нравилось то, что говорил этот советник.

— И ещё, сегодня вы выбрали камни, которые всегда должны быть при вас. Ваши наставники позже объяснят вам их полное назначение. Но помните, никогда не отдавайте их. Никому.

Адам крепко сжал свой камень и тут же вздрогнул. Ему показалось, что камень завибрировал, и изнутри что-то толкнуло его в ладонь. Ещё раз он внимательно осмотрел камень, но тот выглядел, как и прежде. Неужели показалось?

— Вы не сможете его потерять теперь, — продолжил советник, — он всегда будет с вами, однако, только если вы не решитесь отдать его добровольно. Ещё раз повторю, пока вы не знаете своих способностей, пока не обрели должной связи с камнем, не разрешайте никому касаться его. Поняли?

Новички ответили нестройным гулом.

— Что ж, теперь обсудим остальное. Ваши комнаты, пока вы остаётесь в них. Совсем скоро у вас появятся наставники. Иногда они забирают учеников к себе, это разрешается. За новичками всегда присматривают очень и очень внимательно. Будьте готовы к подобному вниманию.

Теперь Адам понял все те взгляды, направленные на него. Неужели они думают, что он натворит дел?

— Думаю, на сегодня этого достаточно. Через несколько недель я вновь соберу вас для следующего выбора.

— Нам снова нужно будет выбирать камень? — полюбопытствовала Кейт.

— Нет, — терпеливо пробасил советник, — следующий выбор будет иным. Сегодня отдыхайте.

Новички встали с лавок и поспешили на выход. Советник остался на своём месте. Адам снова поймал направленный на него взгляд. Да что с ним не так?

В холле его встретили Мэл и Анна. Обе махнули ему, и Адам поспешил к ним.

— Ну, как, выбрал? — выпалила Мэл. Было видно, что она нервничала, переступала с ноги на ногу. Анна вела себя спокойнее.

— Да, — улыбнулся Адам и раскрыл ладонь.

Обе женщины замерли, а затем удивлённо посмотрели на него.

— Что это? — почему-то спросила Анна.

— Камень же, — растерянно сказал Адам, — я взял его с подноса, как и все остальные.

Анна и Мэл переглянулись.

— Говоришь, он лежал на подносе?

— Ну да, — пожал плечами парень, — а что? Что-то не так? Мне показалось, советник тоже удивился.

— Ещё бы! — выпалила Анна и тут же получила локтём в бок от Мэл.

— Просто он интересный. Никогда такого не видела!

Адам облегчённо улыбнулся. Сначала ему показалось, что они чего-то не договаривают.

— Ну да, как живой, честное слово! Иногда мне кажется, что он меняется.

— Правда?

— Да. Да и остальные — просто обычные камни.

— Ты — молодец! — Мэл хлопнула его по плечу, — пойдём, мы покажем тебе, где общая столовая. Туда ты можешь приходить в любое время, когда проголодаешься.

Адам кивнул и пошёл за Мэл. Анна извинилась, сказала, что у неё ещё какие-то дела.

Теперь в холле было многолюдно. Новички смешались с остальными, рассматривая и хвастаясь камнями.

— Ты можешь положить его в карман, — предложила Мэл, — не бойся, его невозможно потерять.

Адам так и поступил, но тут же почувствовал какую-то пустоту, словно отпустил из рук живое существо.

Он уже хотел было снова взять камень, как они оказались в общей столовой.

— Это… столовая, говоришь?

Мэл весело кивнула и потащила его к свободному столу. Адам неловко поплёлся следом.

Он оказался в огромном холле. Сводчатый потолок улетал ввысь, и можно было лишь догадываться, сколько до него метров. Где-то там, наверху Адам смог разглядеть контуры фресок, но что именно было изображено, оставалось непонятным. Вокруг были столы, маленькие — всего лишь для двоих, или большие — для групп из десяти и больше человек. Весь этот рой шумел. Напротив, дальше у стены располагался большой стол.

— Кто это там?

— А-а, это, самые сильные из нас, Адам. Не все заслужили право быть за тем столом.

Парень кивнул. Он увидел знакомое лицо.

— Там ведь тот, кто был с тобой? Ну, помнишь, в Джакарте?

Мэл тихо вздохнула.

— Да, ты прав. Это Эйдан, старший в нашей группе. На данный момент, самый сильный в Ноирин.

— Правда?

— Да, посмотри, его место ближе всего к центру.

— А почему не в центре?

Мэл отвлеклась, наложила полные подносы еды и принесла их Адаму.

— Понял, где нужно брать еду? Напитки, вон там, слева.

— Да, это понятно. Почему не в центре?

— Ну-у, это место свободно всегда. Скажем так, нет предела совершенству.

— Ерунда какая-то… — пробормотал парень.

— Ешь давай!

— Хорошо-хорошо, — Адам снова отвлёкся и посмотрел на этот стол, — за ними висят чьи-то портреты?

— Угу, — Мэл казалась увлечённой едой.

— Я много спрашиваю?

— Вовсе нет. Просто это не то, что я хотела бы рассказывать, если честно.

— Ладно, — согласился Адам, — не буду тебя беспокоить.

Ему показалось, что Мэл облегчённо выдохнула.

— А могу я спросить о наставниках?

— Да, конечно! — улыбнулась девушка, — что тебе интересно? Кто станет твоим наставником?

— Ну, да, — Адам смущенно почесал затылок, — ты знаешь?

— Конечно, — серьёзно кивнула девушка, — это буду я.

— Ты?!

— А что? Тебя что-то не устраивает? Я забрала тебя и ту девочку, Кейт. Если не хочешь, так и скажи.

— Нет-нет, просто я… не ожидал. Это хорошо.

— Правда? — в голосе Мэл послышалась затаённая тоска, — ты правда так думаешь?

— Конечно, — Адам улыбнулся и непроизвольно погладил её по руке. Мэл тут же окаменела и уставилась на его руку. — Что? Я сделал что-то не то? Ты… это… прости, не специально, — парень неловко улыбнулся. Ему показалось, что в шумной столовой стало тихо, что все уставились на них. Мэл покраснела и пролепетала в ответ что-то непонятное, а потом и вовсе уткнулась в тарелку с едой.

Адам нервно передёрнул плечами. Надо быть осторожнее, — подумал он, — похоже, не стоит проявлять дружелюбие настолько открыто. Всё же, она — мой будущий наставник. Может быть, я подвёл её?

Но Мэл уже через несколько минут рассказывала ему разные байки про отлов новичков. Казалось, что ничего и не произошло.

Глава 9

— Итак, теперь я — ваш наставник. Как вы знаете, меня зовут Мэл. Так и обращайтесь ко мне. Я отвечу на все ваши вопросы, помогу с занятиями, расскажу об устройстве Ноирин. Сегодня до обеда у нас экскурсия по всем блокам. Вас часто будут посылать по поручениям к старшим и в библиотеку, на тренировочные поля, так что вы должны точно знать, где что находится. Пойдёмте за мной!

Мэл вышла из первого блока, а Адам и Кейт двинулись следом за ней. Девочка была очень молчаливой с утра и даже не придиралась к Адаму.

— Начнём со второго блока, — Мэл указала на здание за густым пролеском, — там живут те, кто решил остаться в Ноирин. Они не хотят бороться с Двэйнами, живут своей жизнью и очень всем помогают. Вам стоит уважать их, — в голосе Мэл прозвучала недосказанность, как будто она сама не верила в то, что говорила. Адам сделал мысленную зарубку разобраться с этим позже.

— Смотрите, здесь несколько входов, для удобства. Тут проводят научные исследования, здесь же и лазарет.

Адам кивнул.

— Дальше — третий блок, пойдёмте.

Лес сгущался, но протоптанная тропинка была удобной. Было видно, что по ней ходили долгие годы.

— Здесь живут старшие, те, кто проявил себя с лучшей стороны. Самые уважаемые Катэйры.

— Круто! — протянула Кейт. Запрокинув голову, она всматривалась в высокое здание.

— Что скажете?

— Ничего особенного, — спокойно ответил Адам, — я бы не хотел тут жить.

— А ты и не достоин, — фыркнула Кейт, — слышал? Только самые уважаемые Катэйры! Ты же пока никто.

Адам засмеялся.

— Ты права, Китти, но всё равно место ужасно. Тёмное и мрачное.

— Как ты меня назвал?!

— Тихо! — рыкнула Мэл, — не стоит нам тут чересчур веселиться. Но Адам прав. Это место, оно своеобразное.

— А где живёшь ты, Мэл? — спросила Кейт.

— В первом блоке, я часто занимаюсь с новичками, так удобнее, но у меня есть и своё отдельное жильё, позже покажу вам, — подмигнула она, — идём дальше.

Тропинка вильнула направо, и они оказались на большой поляне. Лес словно уступил это место человеку, однако продолжал надёжно защищать со всех сторон.

— Здесь начинаются тренировочные площадки. Мы должны быть в хорошей физической форме, уметь быстро бегать и плавать, управляться с оружием. Здесь вы этому и научитесь. Не сразу, конечно. Там, — Мэл махнула в сторону деревьев, — другие площадки, но они для старших. Ходить туда не запрещается, но и не желательно, так как они отрабатывают действительно сложные вещи. Вас просто может задеть. Так что не стоит туда ходить. Вы меня услышали?

Кейт кивнула, хотя было очевидно, что она точно в ближайшее время посмотрит, что там и как. Мэл заметила это и тихо вздохнула. Иногда действительно полезнее получить один раз по голове, чем выслушивать десяток нотаций.

— Так, теперь вернёмся. Слева, подальше от леса живут советники. Их башню вы видите и отсюда.

И, правда, острый шпиль торчал над высокими деревьями, устремляясь в небесную синь.

— Не страшно им? — спросила Кейт.

— Думаю, нет, и они любят жить сами по себе. Они — наши мудрые наставники, помогают и учат нас, — в голосе Мэл послышался холодок, который не смогли не заметить оба её ученика.

— Правда? — скептически спросила девочка.

— Да. Они — кладезь мудрости, знают очень и очень много.

Адам посмотрел на Мэл. Девушка поджала губы. Было очевидно, что говорила она не всё, что хотела.

— Я покажу вам тропинку к башне советников на тот случай, если вас отправят с поручением к ним, но заходить не будем. У нас и так много дел.

Ученики переглянулись. Похоже, Мэл совсем не жаловала этих советников, и, хотя не сказала об этом прямо, ясно дала понять это своим поведением.

— Сегодня я хочу вам показать ещё кое-что интересное. Уверена, вам понравится, — Мэл заговорщицки улыбнулась и подмигнула обоим.

Она снова свернула в пролесок, и тут тишина накрыла их с головой. Их собственные шаги отдавались резким шумом, так что и Адам, и Кейт невольно вздрагивали, если наступали на сухую ветку.

— Здесь так тихо неспроста, — пояснила наставница, — они любят тишину.

— Кто? — не выдержала Кейт и взвизгнула. Прямо перед ней стояло белоснежное животное, похожее на львицу.

— Не бойся, — Мэл подняла руку, — и не двигайся. Они вас не обидят, скорее, наоборот. Но и мешать им не стоит. Здесь их вотчина.

Адам посмотрел на животное. Ничего подобного он раньше не видел. Белоснежная шерсть была будто покрыта инеем, а ярко синие глаза выдавали в этом существе неземное создание.

— Кто они? — прошептала, запинаясь Кейт.

— Это наши помощники, но они сами выбирают, кому помогать. Перед вами Нуала. Будьте внимательны, она очень мудра и прекрасно вас понимает. Нуала — глава своего рода.

Адам сделал шаг вперёд. Мэл хотела остановить его, но не успела. Нуала рысью метнулась к парню. За спиной отчаянно закричала Кейт. Но сам Адам не испугался, он вытянул руку вперёд, и Нуала уткнулась ему в ладонь мокрым носом, а потом и вовсе лизнула руку. Адам засмеялся.

Животное подняло голову и серьёзно, по-человечески посмотрело на него. Адаму показалось, что в голове зашумело. Он нахмурился, а затем резкая боль пронзила виски.

— Нуала! — крикнула Мэл, и животное послушно отошло от Адама.

— Как ты? — встревоженно спросила наставница.

— Всё нормально, просто… резко заболела голова.

— Так бывает, когда они хотят поговорить с нами, все антэйны — эмпаты, так они общаются с нами, но для этого тоже нужны силы. Адам, ты пока слаб, поэтому тебе больно.

Парень кивнул. Он тоже понял, что Нуала совсем не хотела причинить ему боль. Он опустился на одно колено и снова протянул руку. Нуала медленно пошла ему навстречу.

— Ты такая красивая, Нуала, — нежно пробормотал он и провёл рукой по шёлковой белоснежной шерсти, — совсем скоро я научусь понимать тебя. Ты ведь подождёшь?

Антэйн кивнула. Адам оторопел.

— Она, правда, всё понимает?

Мэл засмеялась за его спиной.

— Мне даже кажется, что они знают больше нас самих. Так что да, они всё прекрасно понимают.

Нуала выразительно смотрела на Адама, словно ждала чего-то от него.

— Я могу приходить сюда сам? — парень спрашивал, глядя на Нуалу. Антэйн в ответ лизнула его руку.

— Вот тебе и ответ, — сказала Мэл, — думаю, для тебя это место открыто.

Но тут Антэйн зарычала, её шерсть поднялась дыбом, а глаза засияли опасным алым цветом.

Адам обернулся. Позади стояла группа парней, шестеро или семеро.

— Что вы здесь делаете?! — выкрикнула Мэл. В её голосе послышалась самая настоящая злость и плохо скрытое раздражение.

— Разве это место принадлежит только тебе, Мэл? — вперёд вышел высокий парень с огненно-рыжей гривой, затянутой в хвост, — что я вижу… Слухи правдивы… Представь моё удивление, я вернулся меньше часа назад, а мне сообщают такие новости.

Кейт взволнованно посматривала на незваных гостей и потянулась к Адаму.

— Кто они такие? — прошептал он и машинально погладил, успокаивая Нуалу.

Девочка съёжилась и покачала головой. Она не знала.

— Долго будешь ещё скрывать своих учеников, Мэл? — протянул рыжий, — кстати, почему именно ты стала наставницей? За прошлые заслуги? Выпросила-таки…

— Прекрати!

— А что, разве я не прав? Твоя мечта наконец-то исполнилась.

— Хватит! — Мэл повернулась к ученикам, — мы возвращаемся в первый блок.

— Это ничего не изменит. Кеган всё помнят. Твои ученики не принадлежат тебе, — рыжий с любопытством посмотрел на Адама и на Нуалу у его ног. — Прости, Антэйн, что потревожили твою землю.

— Пойдёмте! — Мэл схватила Адама за руку и потянула за собой.

Рыжий стоял на тропинке и не думал уходить в сторону. Мэл что-то громко рявкнула и потащила их за собой через заросли.

Адам обернулся. Рыжий смотрел им вслед. Нуала стояла неподалёку, провожая его тоскливым взглядом.

— Кто они такие? — спросил Адам, когда Мэл немного отдышалась, и они выбрались на очередную тропку.

— Они — Кеган, управляют огнём, — пояснила наставница, — это касается вас обоих — никогда не общайтесь с ними, ни при каких обстоятельствах. Не отвечайте им, просто проходите мимо. Понятно?

Адам кивнул. Ему не нужны были неприятности. А вот Кейт, её продолжало тихо трясти.

— Ты как? — парень потрепал её по плечу.

— Отвали, старикан! — буркнула девочка и побежала вперёд к блоку.

Мэл выдала им по толстой книге и сказала, чтобы к вечеру они разобрали чуть ли не половину. Кейт скривилась, а Адам вернулся к себе в комнату и сел у окна.

Томик был старым и потрёпанным. Не одно поколение учеников пользовалось им раньше. Парень улыбнулся и открыл первую страницу.

Катэйры. Классификация и деление сил.

— Интересно, — пробормотал Адам и сразу же открыл содержание. Проведя пальцем по списку пока что новых названий, он нашёл слово Кеган, а затем и нужную страницу.

— Кеган — повелители огня, буйны нравом, злопамятны и имеют огромную силу. Часто плохо её контролируют. Сильнейшим Словом является выжигание существа изнутри дотла. Имеют подразделение до десяти Сил, от первого уровня — самого слабого, до десятого — наивысшего, — прочитал Адам вслух и задумался.

Что ж, получается, Мэл права. С ними действительно лучше не общаться.

— Выжигание существа изнутри дотла, — повторил он и посмотрел в окно. Отсюда, с высоты не было разницы, кто перед ним: наставники или ученики, представители первого уровня или десятого.

Адам машинально листал страницы, а, когда обратил внимание, оказался в середине книги.

Рассеянно посмотрел на страницу и прочитал:

— Люди издревле называли таких Катэйров разными именами: Риманн, так как мудрость их была выше многих, Аодхвин, потому что часто белое сияние окутывало их тела во время боя, Конн, за умение вести за собой, но сами повелители Времени не причисляли себя ни к одному из видов. Мирно сосуществуя с остальными, руководя Катэйрами, они вели Ноирин к миру. Без повелителя Времени начинались ссоры и распри, каждый клан стремился к высшему положению, что вело к долгим затяжным междоусобицам. Самым ярким представителем Риманнов являлся первый из правителей Ноирин — Файонн. Однако, сейчас…

Адам перевернул страницу и нахмурился. Кто-то вырвал листок. Странно. Из середины книги.

Парень полистал ещё, но отсутствующей страницы не было. На следующей уже был текст о Креван.

Перевернув страницу обратно, он снова прочитал текст вслух.

— Повелители Времени… Риманн. Аодхвин. Конн. Глупости всё это! — Адам отложил книгу, — и о чём я только думаю? Ну, в самом деле, не могу же я…

Он снова посмотрел на закрытый том и громко выдохнул. Он помнил, что Мэл просила его не выходить, но… разве может он спокойно сидеть тут?

Накинув тёмную рубашку, Адам взял книгу и вышел из комнаты. В коридоре было пусто. Наверное, все были заняты своими делами или отдыхали. На улице уже начинало темнеть. Из столовой раздались голоса, и Адам подумал, что там он бы точно встретил Мэл и смог бы задать ей пару вопросов и прояснить, кто же такие эти повелители Времени.

Он шёл на голоса, крепко сжимая книгу в руке. Наивно было полагать, что он может быть таким же, но… Но ведь у него получалось раньше остановить время или нет? Это ведь не казалось ему?

Парень остановился в нерешительности, представив, как он будет спрашивать у Мэл, а не повелитель ли он Времени? Усмехнувшись, он хотел было вернуться назад и внимательнее прочитать книгу, как дверь в столовую распахнулась и перед ним оказалась миниатюрная рыжеволосая девушка. Её глаза широко открылись, стоило ей приметить Адама.

— Наконец-то! — закричала она и потянула его за собой. Все в столовой замерли. — Я тебя нашла! Как же долго я тебя искала! — незнакомка бросилась ему на шею. От неё шёл странный аромат — лесного костра и свежего, только спиленного дерева, — ты ведь шёл ко мне? Ну, конечно!

Адам стал оглядываться. Как назло, Мэл рядом не было, а эта сумасшедшая продолжала привлекать к себе внимание.

— Я докажу тебе, что всегда была самой верной.

Адам нахмурился. О чём это она?

— Нам всем запретили. А я скажу!

Кто-то поднялся из-за стола старших и побежал к ним.

— Я одна расскажу тебе правду, Адам. Я знаю, кто ты! Ты всегда был с нами, а теперь вернулся. Ты — наш…

Эйдан схватил девушку за руку и оттолкнул от Адама.

— Что за балаган вы тут устроили? Пошла прочь отсюда!

— Ты не смеешь… — взвизгнула девушка, её глаза налились алым, и Адам мог поклясться, что их них полился жидкий огонь. — Не смеешь приказывать! Ты — никто! Жалкий прихвостень! — из пальцев девушки полыхнули искры.

— Немедленно уходи, — спокойно ответил Эйдан и встал перед Адамом, закрывая его.

Вокруг них образовалась толпа. Все вскочили с мест и с любопытством ждали, что произойдёт дальше.

— Ты не достоин, — с выражением брезгливости на лице сказала девушка, — мы — самые преданные, и сейчас я это докажу, — она махнула рукой и жидкое пламя окутало всю столовую, отрезая Эйдана от Адама. Кто-то закричал, кто-то побежал наружу. Становилось трудно дышать. Адам закашлялся и осмотрелся, закрывая рот ладонью: вокруг царила неразбериха, Эйдан отбивался от девушки, шипящие искры наполняли воздух. Парень протёр глаза и упал на колени. Пол был горячим то ли от полыхающего повсюду огня, то ли от странной магии, наполнившей холл.

Тем временем, к девушке присоединился знакомый уже Адаму рыжий, и вдвоём они стали теснить Эйдана. Хоть тот и держался, но сам Адам видел, что ему совсем нелегко.

За дверью слышались крики. Наверное, это помощь подоспела, но створки были спаяны жидким пламенем. И когда только успели?

Искры разгорались всё сильнее, хвосты огненных комет летали над головами. Адам пригнулся в очередной раз и спрятался за массивный стол. Теперь он заметил, что девушка упала на пол и тяжело дышит. Эйдан сражался только с рыжим. Дверь же едва-едва держалась. Снаружи кто-то колотил по ней изо всех сил.

Он закрыл глаза, гарь как будто въелась в каждую клеточку тела, но у него не было сил выбраться, даже сдвинуться с места.

Наконец, дверь поддалась, и в столовую вбежали люди. Среди них было несколько пожилых старцев. Шум сменился резкой тишиной, огонь исчез словно по мановению волшебной палочки.

Адам сильно закашлялся и упал на пол, обессиленный. Кто-то подбежал к нему. Похоже, Мэл.

— Что тут творится? Кеган, что вы себе позволяете? — старик-советник говорил не громко, но в его голосе слышалась ощутимая угроза.

Рыжий вышел вперёд и нахально улыбнулся, с его пальцев всё ещё срывались редкие искры.

— Мы в своём праве, советник. И никаким безродным собакам, — тут он посмотрел на Эйдана, — нам не помешать.

Адам с трудом поднялся и столкнулся с внимательным взглядом рыжего. Он не смотрел на Адама свысока, только с любопытством, словно чего-то ждал.

— Что ж, если сегодня не вышло, это не значит, что не получится завтра. Хорошего дня, советник. Уважаемые Катэйры! — рыжий коротко кивнул и как ни в чём ни бывало вышел из столовой.

— Где она? — вдруг рявкнул Эйдан. Адам сразу понял, что тот говорит о сумасшедшей девице, но её уже не было в столовой. Ещё минуту назад она лежала на полу, а теперь и след простыл.

— Мэл, отведи Адама к себе, — коротко приказал Эйдан, — и, пожалуйста, следи внимательнее.

Девушка виновато склонила голову и, подхватив Адама под руку, увела его.

Глава 10

— Мэл…

— Всё потом, — наставница плотно закрыла дверь, не забыв выглянуть из неё, словно боялась, что кто-то может ворваться в комнату Адама.

— Я хочу знать, что всё это значит, — он чувствовал, что начинает болеть голова, но не мог успокоиться. Слова этой сумасшедшей всё ещё звенели в его голове. — Кто она такая? О чём она говорила?

Мэл громко выдохнула и виновато посмотрела на него.

— Ты мне не скажешь?

— Нет, — призналась она, — прости. Однако, ты должен знать кое-что о Кеган. Сониа — та, кто… гхм… говорила с тобой, одна из повелителей огня. Они не очень уравновешены, говорят, это естественно из-за стихии, которая даёт им силы. Я советую тебе не общаться с ними.

Адам нахмурился.

— Однако, эти Кеган, похоже, единственные, кто хочет мне что-то рассказать. Остальные только смотрят, показывают пальцами и шепчутся за спиной, — парень чувствовал, как накатывает раздражение. — Теперь-то я начинаю понимать всё это внимание. Я думал, это лишь потому что я новенький. Но, похоже, всё не так уж и просто.

— Адам…

— Что?! Почему я должен слушать тебя и остерегаться этих самых Кеган? Если я не услышу нормального объяснения, то пойду к ним прямо сейчас и всё спрошу!

— Стой! — Мэл сорвалась с места и схватила парня за руку. Но тут же, словно испугавшись своего порыва, отступила, — этого нельзя делать!

— Да почему?

— Это… это может причинить тебе вред, — Мэл съёжилась и опустила голову. Адам закрыл глаза, успокаиваясь. Почему он так разозлился на неё? Ведь очевидно же, что она лишь старается выполнить все приказы. Ослушаться не в её силах.

— Прости, — он взял её за руки и вздрогнул: ладони Мэл были ледяными, — прости, я разозлился. Ты ни в чём не виновата, — он усадил её на кровать и принялся растирать её руки. Девушка тихонько всхлипнула.

— Я понимаю, что ты не можешь мне всего рассказать, но одно я скажу тебе наверняка — теперь я просто обязан выяснить правду. Сейчас или завтра, но я всё узнаю.

Мэл вздрогнула и отвернулась.

— Не знаю, почему вы всё скрываете. У вас могут быть свои причины. Но разве я не достоин честности?

Мэл сжала губы.

— Успокойся, наставница, — Адам потрепал её по голове, — я не прошу выложить мне все карты, просто не мешай. Хорошо?

Девушка нерешительно кивнула и откашлялась.

— Ты не пострадал? Там было много огня… — казалось, что всё её смущение куда-то разом исчезло, перед ним снова была его наставница, уверенная и знающая.

— Нет, просто испугался, — признался он.

— Ещё бы, пламя было ужасным…

— Нет, — Адам отмахнулся, — дело не в этом, её слова, этой Сонии… Я чувствовал и раньше, как будто всё не так просто. А теперь она. Она меня узнала, а я не знаю её совершенно. Мне страшно от того, что я ничего не помню и не знаю, как мне быть. А ещё я боялся, что они его убьют.

— Эйдана?

— Да.

Мэл в ответ только засмеялась.

— Поверь, Кеган это не под силу. Если он не расправился с ними сразу, значит, так было надо, и он просто тянул время. Его мысли не знаем даже мы.

Адам улыбнулся.

— Не стоит переживать о случившемся. Я знаю, это трудно выбросить из головы, но постарайся. Тебе нужен отдых. Завтра будем усиленно работать, а через несколько дней второй день выбора. Камень всё ещё при тебе?

Парень похлопал по карману и облегчённо выдохнул. Во всей этой суматохе он умудрился его не потерять. Мэл словно угадала его мысли.

— Он всегда будет с тобой, пока ты сам его не отдашь.

— Зачем мне это делать? И ты, и советник уже десяток раз сказали, что этот камень очень важен для нас.

Мэл делано равнодушно пожала плечами.

— Опять секреты?

— Просто всему своё время. А сейчас не уходи отсюда и не открывай дверь никому. Я принесу тебе еды и разузнаю, что к чему.

— Так дверь никогда и не закрывается, я как раз хотел спросить об этом…

Девушка улыбнулась.

— Так и есть, но только ты можешь разрешить, кому сюда можно войти, а кому нет. Поэтому будь осторожен.

— Хорошо.

Мэл закрыла за собой дверь, а Адам минуту боролся с искушением. Ему очень хотелось выйти из этой, теперь казавшейся тесной, комнаты и узнать всё, спросить прямо, что они скрывают.

Он тяжко вздохнул, и звук, казалось, повис в комнате. Самому себе он боялся признаться в своих мыслях. А слова Сонии память усиленно хранила, заставляя повторять их снова и снова.

Я одна расскажу тебе правду, Адам. Я знаю, кто ты! Ты всегда был с нами, а теперь вернулся. Ты — наш…

— Всегда был с нами, а теперь вернулся, — произнёс он вслух и усмехнулся, — вернулся ли? — парень с тоской осмотрел комнату. Она не вызывала никаких ассоциаций, он мог поклясться, что раньше никогда не видел этого места. Он не помнил лиц этих людей, совершенно никого, они казались незнакомцами. Кроме…

Адам вскочил с кровати и зашагал по комнате. Тогда, в Джакарте он впервые увидел Эйдана и узнал его. Ведь так? Неужели, они были и раньше знакомы?

Ты — наш… — вспомнил он слова Сонии.

— Наш кто? Друг? Враг? Да нет, тогда она не стала бы искать со мной встречи… Не понимаю.

В дверь постучали, и Адам вздрогнул от неожиданности.

— Это я, Мэл. Открой, пожалуйста, дверь.

Адам заставил себя успокоиться и открыл дверь. Мэл стояла перед ним с подносом.

— Принесла, что могла. В столовой теперь немного… м-м… грязно.

Адам хмыкнул и взял поднос из её рук.

— Слушай, я давно хотел спросить, как Кейт. После встречи с тем рыжим она вела себя странно.

Наставница с интересом посмотрела на него. Было видно, она довольна, что разговор не вернулся в прежнее русло.

— Ты так думаешь?

— Да. Я заметил, что ей было страшно при встрече с ним. Я даже не знаю, не думаю, что она видела его раньше.

Мэл задумалась.

— Здесь может быть много причин. Совсем скоро после вашего второго выбора мы узнаем точно, но у меня есть одна догадка.

Адам откусил булочку и запил крепким чаем.

— Кеган всегда находились в противоборстве с другим кланом. Очень малочисленным и редким. Возможно, она будет принадлежать им. Кто знает?

— Почему ты так думаешь?

Мэл улыбнулась, наблюдая, как он ест.

— Потому что Дара — олицетворение растений и деревьев, они боятся огня. Люди называли таких, как они друидами.

— Это значит, что они слабее? — спросил Адам и отложил в сторону еду.

— Нет. Совсем не обязательно. В каждом из нас, в той силе, что мы обладаем есть то, что мы называем Словом, сильными заклинаниями, нашими преимуществами и то, что мы называем Пустотой, это наши страхи, наши недостатки. Не бывает всемогущих, мы дополняем друг друга. Просто они забыли, что мы — одна семья, Адам.

* * *

Настал день второго выбора. Адам всё время сидел за книгами, стараясь отвлечься и не думать о произошедшем. Казалось, никто больше не вспоминал о Сонии и её словах, на него никто не пялился и не показывал пальцем, но он чувствовал напряжение, куда сильнее и отчётливее, чем прежде.

— Старикан!

— Чего тебе, Кейт?

— Нам пора идти. Мэл сказала поторопиться.

Парень с тоской отложил начатую книгу и хмуро посмотрел в зеркало. Он не хотел идти, неизвестность убивала, заставляла чувствовать себя неуверенно, словно он шёл по зыбучим пескам: никогда не знаешь, когда бесповоротно утянет вниз.

— Ты идёшь или нет? — взволнованно крикнула Кейт и исчезла за дверью, не дожидаясь его ответа.

Вздохнув, он нехотя пошёл следом. Вокруг было оживлённо. Все шли в одном направлении, и противное ощущение беспокойства охватило Эйдана целиком.

— Неужели они все будут присутствовать? — раздражённо прошептал он и столкнулся взглядом с Мэл. Она стояла у двери в зал и нервно теребила руки. Стоило ей его увидеть, как девушка ободряюще улыбнулась и подмигнула.

Адам ощутил облегчение и не смог не улыбнуться в ответ.

— Как ты? Переживаешь? — спросила она, угадывая его мысли.

— Да, — признался он, продолжая наблюдать за бесконечным потоком людей, — в прошлый раз не было так многолюдно.

— Потому что это был первый выбор камня. Чем меньше людей его видят, тем лучше. Здесь же… В общем, это трудно скрыть. К тому же, новички теперь смогут сразу найти друзей, тех, кто будет направлять, свой клан.

Адам кивнул. Теперь стало ещё хуже. А если у него нет никаких способностей? Опростоволоситься перед всеми — да уж, это то, чего ему так не хватало в последнее время.

— Если я скажу, что всё будет хорошо, ты мне поверишь? — спросила Мэл.

Поток людей закончился, и они одни остались у распахнутых створок.

Адам внимательно посмотрел на неё. Мэл нервничала, кровь прилила к её щекам, и она то и дело облизывала губы, но он точно знал, что она говорила правду.

— Поверю, — просто сказал он и погладил её по голове. С каждый прожитым здесь днём ему всё труднее было воспринимать её как наставницу, скорее, как друга и помощника. Ценного и всегда готового помочь. — Спасибо.

— Тебе пора. Заходи, — она легонько подтолкнула его, и Адам окунулся в тишину зала. Все внимательно смотрели вперёд, и он подошёл к таким же новеньким, как и он.

Уже знакомый ему советник вышел вперёд и поднял руки. В зале стало оглушительно тихо. Казалось, что никто даже не дышал.

— Сегодня — благословенный день для всех Катэйров, ибо именно сегодня мы приветствуем в наших семьях новых детей. Пока ещё неразумных, но с помощью каждого из нас они станут сильными и продолжат великое дело, — старик посмотрел на новичков и ласково улыбнулся, — приветствую вас, в день второго выбора вы обретёте свои семьи, вы больше не будете одиноки. Ваши силы и способности станут вам понятны, вы разделите беспокойства с такими же, как и вы, и поймёте своё предназначение.

Старик махнул рукой и перед ним появился камень, похожий на сталагмит с острыми конусами. Адам заметил, что камень переливается подобно льду.

— Подойдите сюда.

Новички неуверенно затоптались, но всё же через несколько секунд один их них, дёрнув головой, вышел вперед.

— Дотронься до камня.

Адам не смог сдержать восхищённого возгласа. Стоило новоявленному Катэйру опустить ладонь на камень, как тот тут же засветился мягким светом, сначала белоснежным, а потом насыщенным синим. Он услышал волны, вокруг запахло морем и, кажется, даже подул бриз, несущий с собой мириады запахов.

— Добро пожаловать в клан Иде. Теперь ты один их них, — советник похлопал парня по плечу, и, стоило тому убрать руку, как наваждение исчезло, и звуки волн разом испарились.

— Следующий!

Адам наблюдал за нервничающими новичками и любопытными взглядами опытных Катэйров. Они ждали новой крови и новой силы, он видел это. Советник называл кланы семьями, но сам Адам в это не был уверен. Скорее, объединённые общими способностями и целями, не более.

Мэл стояла за спиной советника, как и все другие наставники. Они следили за отбором, но не вмешивались. Адам заметил и Джона с Анной, рядом с ними — равнодушный и невозмутимый Эйдан. Мелькали и другие знакомые лица.

— Адам!

Парень вздрогнул от неожиданности.

— Твоя очередь, — мягко сказал советник.

Как и в прошлый раз, он совсем не заметил, как остался в полном одиночестве. А ведь он даже не понял, что и Кейт прошла церемонию второго выбора. Интересно, какие способности оказались у неё?

Адам сделал несколько шагов и остановился. Камень засветился, распуская вокруг искры.

— Не бойся. Так и должно быть, — ответил советник, поощряя его, но Адам с опаской косился на сталагмит. Раньше он такого не замечал. — Положи руку на камень, — сказал старик и посмотрел куда-то за спину Адама.

Не оставалось ничего иного, как подчиниться, и парень опустил руку на колючую поверхность камня. Но тот оказался совсем другим: ладонь Адама словно погрузилась в теплую воду, острые каменные иглы совсем не ранили, наоборот, ему почудилось, что кто-то по ту сторону взял его за руку.

Адам видел лица зрителей вокруг. Ничего не происходило. Не было восхищенных вздохов, как раньше, не было запахов моря и шума волн. Тишина, глухая и пустая, неподвижные лица людей. Даже сам советник замер не моргая и не шевелился. Этот старик всё так же смотрел за спину Адама.

Когда же он скажет, что этого достаточно и можно убирать руку?

Адам растерянно оглянулся. Никто не шевелился. И тогда… тогда он понял. Всё повторилось, как и в Джакарте.

Парень обернулся. На стене, за его спиной висели массивные часы. Стрелки замерли и не шевелились.

Адам тяжело задышал и неловко отступил, отнимая руку от камня. Ему послышался разочарованный вздох и непонятный шёпот, который тут же растворился в гуле дыхание и голосов.

Советник моргнул и уставился на Адама. По залу пронеслись шепотки. Снова взволнованные лица, любопытство и скрытая от него правда.

— Что ж, — советник откашлялся, — ты можешь возвращаться к остальным, Адам.

Вот и всё. Ни слова о его клане и способностях.

Резким гулом ударили часы. Все обернулись и как заворожённые наблюдали за ожившими стрелками.

— Иди-иди, Адам, — подтолкнул его советник.

Парень опустил голову. Новички все разбрелись по своим новым кланам. Кейт с восхищением слушала какую-то женщину, кто-то торопливо задавал вопросы, кто-то смеялся. А он был один. Он не принадлежал ни к одну из кланов. У него не было никого и здесь.

Он горько усмехнулся и тут же почувствовал, что рядом кто-то стоит.

— Похоже, я так и останусь твоей наставницей.

Мэл!

— Что ты раскис? Что-то не так?

— Ну…

Девушка взяла его за руку и повела к своей группе. К Джону и Анне, Сэму и Солу, к Эйдану, который хмуро на них посматривал.

— Мы поможем тебе, Адам, — сказала она, — все мы. Если для тебя не нашлось семьи из кланов, мы станем ею. Каждый из нас имеет свои способности, и пусть они отличаются от твоих…

— У меня они есть?

Анна прыснула, а Джон заулыбался.

— В этом ты можешь не сомневаться. Мы не такие, как ты, но это разве плохо? Останешься с нами, в нашей группе?

Адам почувствовал огромное облегчение. Значит, он действительно что-то может и ему не казалось всё это время, это не наваждение бреда, не болезнь. И, самое главное, он не один.

— Я…

— Мы так не думаем.

Адам обернулся. За его спиной стояли Сониа и уже знакомый им рыжий.

— На этот раз Адам пойдёт с нами.

Глава 11

Сониа подошла к Адаму и, улыбнувшись, взяла его за руку.

— Прости, я, наверное, напугала тебя тогда?

За спиной кто-то хмыкнул. Похоже, это была Анна. Но Сониа не обращала ни на кого внимания. Она смотрела только на Адама.

— Ты ведь и сам понимаешь, что они не говорят тебе правду? Ты теряешься в догадках, не знаешь, как быть. Ты сам уже многое понимаешь, но боишься себе признаться…

— Хватит! — рявкнул Эйдан, и лицо Сонии исказилось от злобы.

— Не тебе говорить с нами! Ты даже на это не имеешь права!

Адам не понимал, почему она так ненавидит Эйдана, но в её словах была правда. Он именно так себя и чувствовал.

— Если ты пойдёшь с нами, — голос Сонии снова стал мягким и спокойным, — я расскажу тебе всё. Всё, что они скрывают, потому что боятся тебя.

— Что за чушь ты несёшь?! — на этот раз не выдержала Мэл и схватила Адама за другую руку, но он отстранился. На губах Сонии заиграла победная улыбка.

— Ты же сам видишь, как они мешают мне, не дают рассказать правду.

Адам отошёл от Сонии и внимательно посмотрел на неё. Это был лёгкий путь. Она действительно знала многое и готова была всё открыть. Тогда он бы понял, что с ним произошло, тогда он бы мог жить дальше, а не топтаться на одном месте. Но он видел и нечто другое: и эта Сониа, и тот рыжий за её спиной имели свои интересы. Он зачем-то нужен им. Но, что он может? И, что самое важное, что он должен отдать за сказанную правду? Адам сильно сомневался, что они не потребуют ничего взамен.

— Адам? — Сониа потянула к нему руки, но он остался стоять на своём месте, — ты не веришь мне?

— Верю, — просто ответил он, — ты права.

Девушка улыбнулась и обняла его, прильнув всем телом.

— Я знала, что так будет. Ты всегда прислушивался ко мне, и это неудивительно. Ведь никогда у тебя не будет никого вернее меня.

Адам стоял, не шевелясь. Ноздри щекотал запах костра.

— Пойдём? Я покажу тебе твой новый дом…

— Нет.

— Что? Почему? — девушка рассеянно посмотрела на Адама, — ты ведь сказал, что веришь мне?

— Так и есть. Ты не солгала. Но я не хочу идти с тобой.

Сониа нахмурилась и со злостью посмотрела на остальных.

— Это из-за них? Они опять подведут тебя! Это всё из-за них! Как же я их ненавижу! — её голос срывался на крик, но она тут же взяла себя в руки.

— Нет, это не из-за них. Я знаю, что мне не всё говорят, я ведь не слепой. Но я узнаю всё сам. Я смогу вспомнить.

Сониа поджала губы. Рыжий впервые улыбнулся.

— Так и знал, — сказал он, — теперь ты становишься прежним. Рад это видеть, Адам.

— О чём ты?! — взвизгнула Сониа, но рыжий успокоил её, махнув рукой, — добро пожаловать обратно, Адам! Тебя здесь не хватало.

— Эй! — Сониа всё не унималась, но рыжий кивнул остальным и пошёл к выходу. Кеган ещё немного потопталась и побежала следом.

— Адам, — Мэл нерешительно подошла к нему, — ты пойдёшь с нами? — в её голосе он слышал волнение и страх: она, и правда, боялась, что он может отказать, что отвернётся от них.

— Я пойду с вами.

Глаза Мэл засияли, а остальные облегчённо выдохнули и заулыбались.

— Добро пожаловать домой, — Эйдан протянул ему руку, и Адам ответил на жест. И, хотя он почти повторил слова Кеган, Адам всё же заметил разницу. Здесь его действительно ждали, здесь ничего не попросят взамен. Он дома.

* * *

Тренировки день ото дня становились всё тяжелее. Адам много читал, затем задавал вопросы Мэл или Анне, утром и вечером Джон гонял его по тренировочным полям, заставляя бегать и плавать. Последнее, кстати, Адам очень любил и не отлынивал. То самое озеро, которое сразу показалось ему знакомым, стало любимым местом. Здесь он отдыхал, учился и тренировался, стоило выпасть подобной возможности.

— Адам, быстрее! — орал Джон, и парень бежал вперёд, что было сил, не всегда понимая, зачем он это делает. Пока никто не говорил о развитии его способностей, никто толком не объяснял, что именно он может. Физические нагрузки сейчас были в приоритете, но и сам Адам не возражал. Они помогали отвлечься, забыть хотя бы на время беспокойные мысли и сказанные мельком слова.

На него больше не показывали пальцем и не шептались за его спиной, но сам факт, что люди вокруг знают больше, чем он сам, мешал, заставляя сомневаться в сделанном выборе.

— Ты что улитка?! Быстрее, говорю!

Снова Джон. Адам опустил голову и, закусив губу, побежал ещё быстрее, хотя тяжёлое дыхание и колотящееся сердце порядком мешали.

— Стой! Хватит! — Джон махнул рукой, — иди сюда, поплавай немного, а потом час на отдых. Понял? Мэл будет ждать тебя в столовой.

Адам просто кивнул, так как сил ответить не было.

Озеро манило спокойной гладью и прохладой. Здесь в Ноирин частенько было жарко, даже душно. Густой лес не всегда спасал от зноя, и озеро оказалось как нельзя кстати. Однако, Адам заметил, что никого больше оно не прельщает. Он ни разу не видел плавающих здесь, да и гуляющих поблизости. Катэйры словно обходили это место стороной.

Скинув футболку и кеды, Адам нырнул в воду, и сразу ощутил, как его усталое тело оживает, будто смывается боль и напряжение. Исчезали и нелёгкие мысли. Хотелось задержаться здесь, в темноте (лучи солнца почти не проникали сюда), закрыть глаза и отпустить тело на волю волн. Пусть его качает и несёт озеро, пусть ничто не мешает покою…

Адам вздрогнул и поплыл к поверхности. На негнущихся ногах он с трудом вышел на берег и повалился на землю.

Что это было? Он чуть не утонул!

Парень потряс головой и нахмурился. Там, под водой, он словно слышал колыбельную, не хотелось даже двигаться, не то, что выплыть.

Адам оглянулся. Как обычно, никого. Значит, всё дело в воде?

Выдохнув, он пошёл на поводу своего любопытства и снова зашёл в воду. На этот раз спокойно и не торопясь.

Он прислушивался к окружающим звукам, но сейчас, казалось, что всё замерло. Адам остановился по пояс в воде и провёл рукой по поверхности. Вода едва касалась ладони и завораживала. Хотелось опуститься ниже. Так он и поступил, сделав ещё пару шагов вперёд.

Вновь темнота, внизу лианы водорослей и тёмные, как смоль, камни. Ни единого звука. Абсолютная тишина.

Адам словно парил в воздухе. Без чувств, мыслей и желаний.

Вынырнув, он вдохнул свежего воздуха и понял, что умудрился заплыть очень далеко, чуть ли не на середину озера. Парень решил плыть к берегу и разобраться со всем позже, но тут его нога за что-то зацепилась, и его потянуло вниз.

Отчаянно взмахнув руками, он нырнул, но разобрать, что именно тянет его, было невозможно. Тёмное дно приближалось с огромной скоростью, и тут вздыбившийся со дна песок полностью окружил его. Адам понял, что стоит на дне озера. Он поднял голову — поверхности не было видно.

Кольца страха, сковавшие его тело, постепенно исчезали. Песок оседал, а Адам понял, что здесь он может не задерживать дыхание и расслабился.

— Наконец ты вернулся.

— Кто ты? — спросил Адам и с удивлением проследил, как из его рта вылетел пузырёк воздуха.

— Я — дух озера.

— Чего ты хочешь? — парень поймал себя на мысли, что совсем не боится, хотя никогда раньше о таком даже не слышал. Разве что в детских книгах, да и то…

— Я должен тебе кое-что вернуть. Теперь ты готов и не будешь сильно страдать.

— О чём ты? — Адаму показалось, что впереди что-то блеснуло.

— Когда-то ты попросил меня об одолжении, и я ждал твоего возвращения. Ты был слишком слаб сначала, так что я не мог даже заговорить с тобой. Теперь ты должен справиться.

— Ничего не понимаю… — Адам зажмурился, блеск впереди стал ярче и, кажется, приближался к нему.

— Прости, это больно, но ты сам просил меня об этом.

— Что? — только и успел сказать Адам, как тело выгнулось дугой, вспышка ослепила всё вокруг, давление усилилось, словно вся вода озера давила на него одного. Адам схватился за горло, резко стало не хватать воздуха, по телу пробегали искры боли, которая, наконец, сосредоточилась в голове.

Большой зал. Все склонили головы и ждут.

— Мы поступим так, как вы скажете, — говорит кто-то. Адаму не разобрать лица. Всё словно в дымке.

Он кивает, и все послушно уходят. Остаётся лишь несколько человек.

— Что ты задумал? — этот голос кажется ужасно знакомым.

— О чём ты?

— Тебе меня не обмануть. Я знаю тебя, как себя, ведь мы — братья.

Адам чувствует, что он усмехается.

— Тебе лишь кажется. Я мало что могу в этой ситуации.

Собеседник задумывается. Ему, и правда, нечего сказать. Но тут кто-то другой подбегает к нему и хватает за руку.

— Пожалуйста, не натвори глупостей!

— Не стоит так волноваться, — он пытается мягко высвободится, но это не так-то просто.

— Если не станет тебя, мы тоже исчезнем. Ты же знаешь это? Прошу, подумай хотя бы о нас!

Он молча соглашается. Если бы они только знали, что он всегда думал о них и совсем никогда о себе. Но даже они, самые близкие ему люди, не видят этого. Их страшит неизвестность, и он не будет ещё больше усугублять этот страх.

Он отпускает их и опускается прямо на холодный пол. Таким его мало кто видел. Он сомневается: стоит ли? Может быть, оставить всё, как есть? Кто-то другой, кто обязательно придёт ему на смену, сможет всё. Почему именно он?

Но тут же он качает головой. После того, что он узнал, иначе поступить нельзя.

Он проводит рукой по гладкому полу и замысловатому рисунку на нём, не отрывая пальца, он чертит линии, и рисунок раскрывается, каменные плиты уходят в стороны, и из потайной ниши он достаёт шкатулку.

— Ты побудешь здесь до моего возвращения. Надеюсь, я ещё вернусь…

— Адам!!!

Он чувствует какую-то тяжесть на груди, а голоса рядом кажутся ужасно громкими. Голова раскалывается от боли и почему-то трудно дышать.

— У него кровь… Всё лицо в крови, — похоже на голос Анны.

— Отойдите у сторону, — взволнованный строгий голос — это Эйдан, — Адам, ты меня слышишь?

— Д-да… — слова даются с трудом, перед глазами ещё картинка из прошлого. Как же больно оказывается вспоминать.

— Что случилось? — спрашивает Мэл, в её голосе слышатся слёзы, и Адаму хочется её успокоить.

— Не сейчас, — снова Эйдан, — ему нужно прийти в себя, Джон, помоги.

Адам чувствует, как его поднимают и куда-то несут. Он ещё что-то слышит, что-то ощущает, но едва-едва, и скоро снова опускается в темноту, как на дно озера.

Глава 12

Он просыпается среди ночи. Вокруг тихо, только кто-то шелестит листами книги. Адам поворачивает голову и видит Кейт. Девочка настолько увлеклась чтением, что не замечает его пробуждения.

— Ты чего здесь?

— Адам! — она вскакивает со стула, и книга падает на пол, — надо позвать остальных!

— Стой, погоди-ка, — парень откашливается, — сейчас, наверное, поздно. Не стоит никого будить.

Кейт переминается с ноги на ногу. Сомневается.

— Но Мэл сказала, сразу же…

— Лучше помоги мне встать.

Не без труда, но он всё же поднялся с кровати и зябко передёрнул плечами.

— Помнишь, что с тобой случилось? — спрашивает встревоженно Кейт.

— Ты больше не зовёшь меня стариканом. Надо же…

— Я не шучу!

— Знаю-знаю. Жаль, что заставил всех так переживать. Помню не всё, но кое-что я бы хотел проверить.

— И что же? Эй! Куда это ты собрался?

— Я должен кое-что проверить.

— Мэл просто убьёт меня, если я отпущу тебя одного, — Кейт стала перед дверью, скрестив руки на груди.

— Так пошли со мной, — Адам устало подмигнул, — не уверен, что сейчас осилю путь сам.

К счастью, коридоры были пусты, и неудивительно: поздняя ночь. Адам помнил, куда нужно идти. Во всяком случае, ему хотелось так думать, потому что, если ему лишь привиделось, значит, он просто тонул, и всё, что он видел, было лишь галлюцинацией. Не более того.

Они остановились перед массивными деревянными дверями. Адаму на миг послышались голоса за дверью, но тут же воцарилась тишина.

— Ты что-то слышала?

Кейт пожала плечами.

— Наверное, показалось.

— Нам сюда?

— Может быть…

— Адам, давай вернёмся. Мне как-то неуютно.

— Не переживай. Если что, вали всё на меня. К тому же, я старше и несу за тебя ответственность.

— Ответственность он несёт, — хмыкнула девочка, — смотри, я сама тебя несла сюда.

Это была правда. Без её помощи Адам бы просто так не дошёл, ноги подкашивались, всё тело казалось слабым и непослушным.

Он улыбнулся ей и толкнул створки.

Знакомый по видению зал встретил его тишиной и мрачным великолепием: высокие, резные стены уходили ввысь, а своды казались воздушными, где-то там, наверху, талантливый мастер изобразил небо, и звёзды сверкали как настоящие.

— Адам, мне не по себе, — повторила девочка и прижалась к нему, — такое ощущение, что на меня кто-то смотрит.

Парень остановился и прислушался к себе. Да, она права. Он ещё раз осмотрелся, но, хотя зал и был огромным, никого не было видно.

— Раз уж я сюда пришёл, то должен проверить кое-что. Не думаю, что это займёт много времени.

— Хорошо, — нехотя согласилась девочка и громко выдохнула. Она совсем не привыкла вести себя, как трусиха. — А что ты тут ищешь?

— Вещь, принадлежавшую мне.

— Правда? Ты был тут раньше?

— Может быть. Не знаю.

Он шёл вперед по каменным плитам, зная, что эта вещь ждёт его там впереди. В центре зала был каменный постамент, к которому вели ступеньки. Но само возвышение было пустым и каким-то осиротевшим.

Адам остановился у первой ступени и посмотрел вперёд. Это место ни о чём не говорило ему, ничего не трогало в душе. Но как же тогда видение и дух озера?

— Адам…

— Сейчас, — парень обернулся к Кейт, — это должно быть где-то тут, — он сел прямо у подножия ступеней и провёл рукой по серому холодному полу, казавшемуся монолитными.

— Тут же ничего нет.

— Должно быть, — он закрыл глаза, ещё раз прокручивая обрывки видения в голове, — просто я не помню, как… — тут он задел указательным пальцем почти невидимый скол и поранился.

— Адам!

— Да, ерунда, всего лишь капля крови, — поспешил он успокоить девочку и тут же замер. Каменные плиты на полу у его ног начали расходиться в стороны, подобно цветочным лепесткам. Кейт отпрыгнула ему за спину и зажала рот рукой. Внутри образовалось отверстие, и плиты остановились.

— Что там? — спросила девочка, с любопытством заглядывая внутрь, — ничего не вижу.

— Сейчас и проверим, — Адам опустил руку внутрь и достал простую чёрную коробку. Казалось, что в ней не было замка, но он уверенно нажал пальцем на крышку, и она открылась.

— Откуда ты… — начала было Кейт, но парень остановил её.

Он вытащил из коробки простое, даже чересчур, потемневшее от времени кольцо.

— Какое-то страшное кольцо, старикан, — протянула Кейт. Теперь она чувствовала себя посвободнее и к ней вернулись прежние привычки. — Это то, что ты искал?

— Выходит, что так, — сам Адам с любопытством осматривал кольцо, но не заметил ничего особенного, даже гравировки.

Кейт хмыкнула за его спиной.

— Раз взял его, пойдём обратно. Мне тут очень не нравится.

Адам был с ней согласен. Кольцо он забрал, а коробку положил на место. Стоило ей опуститься на место, как каменные плиты снова сдвинулись, и через несколько секунд перед ними вновь был монолитный пол без единой трещины.

— Ты… наденешь его? — спросила Кейт, — может быть, лучше посоветоваться со старшими?

— Нет. Оно принадлежит мне, и я надену его.

— Откуда ты знаешь?

— Просто чувствую, — признался Адам, и понял, что так оно и есть. Он надел кольцо на безымянный палец правой руки. Оно село как влитое.

— Адам, пойдём уже?! Мэл меня убьёт, если узнает!

— Хорошо-хорошо, — пробормотал он, продолжая заворожённо смотреть на кольцо.

Кейт потянула его за собой, он не сопротивлялся. Ему казалось, что он вернул нечто очень важное.

Когда за ними захлопнулась дверь, спали щиты, и больше двух десятков Катэйров озабоченно переглянулись.

— Как это понимать, Эйдан? Ты говорил, что он ничего не помнит. И не вспомнит долгое время, — протянул седой советник, — ты, очевидно, ошибся.

— Думаю, это из-за озера. Вчера Адам чуть не утонул. Возможно, дух снова помогает ему.

— Мне это не нравится, — советник потёр бороду и оглядел всех, — запрещаю вам помогать ему, слышите? Особенно, вы, Кеган!

Рыжий вежливо улыбнулся.

— Следите за ним в оба глаза! Обо всём докладывать немедля!

* * *

— Адам, ты прочёл всё? — Мэл сегодня была не в духе, как будто он провинился перед ней, но парень терпел и вежливо кивал, — конечно, Мэл.

— Значит, сейчас и проверим, — мрачно сказала она и начала опрос. Она спрашивала обо всём: об истории Ноирин, классификации Катэйров и Двэйнов и даже о том, что ещё не задавала. Но придраться ей было не к чему. И, кажется, этот факт её разозлил.

— Ты много читаешь, — наконец, сказала она.

— Мне интересно, — просто ответил Адам и снова посмотрел на своё кольцо. Это не укрылось от Мэл, и она вздохнула.

— Адам, ты ничего не хочешь мне рассказать?

— Вы ведь тоже не честны со мной на все сто. Так что и я спрошу, ты ничего не хочешь мне рассказать?

Мэл вспыхнула и закусила губу.

— Прости, не хотел тебя обидеть.

— Ты не обидел. Ты во всём прав, но я, и правда, не могу. Так лучше для тебя.

Адам только хмыкнул. Очень полезная отговорка.

— Ладно, не будем об этом.

Мэл молча согласилась, но, время от времени, продолжала с опаской смотреть на тёмный ободок на его пальце. Это кольцо внушало ей ужас даже сейчас в состоянии покоя, но она помнила его в силе, сияющего серебром.

* * *

Каждый вечер Адам навещал Нуалу. Других Антэйн он почему-то никогда не видел, а сама Нуала частенько уже ждала его. Так вышло и сейчас. Свернув на поляну, он улыбнулся, увидев знакомую белоснежную фигуру. И, хотя Антэйн походила на животное, он никогда не мог назвать её так, даже про себя.

— Привет.

Нуала боднула его в руку и улеглась у его ног.

— Как ты?

Антэйн потёрлась носом о его штанину.

— Мэл зверствует. Дуется на меня из-за кольца и думает, что я этого не замечаю.

Антэйн посмотрела на его правую руку. Взгляд был серьёзный и очень осмысленный.

— Ты тоже его боишься? — спросил Адам и встретился взглядом с Нуалой.

Антэйн совсем по-человечески покачала головой и лизнула его праву руку.

— Ну, хоть кто-то. Понимаешь, я просто чувствую, что оно моё, и без него мне было бы сложно. Я не могу его отдать никому, это и ноша, и то, без чего я просто себя не представляю. Запутанно, да?

Антэйн только шумно вздохнула.

Сидеть так, в тишине, среди волнующейся травы было удивительно спокойно. Здесь Адам мог расслабиться на все сто. Он знал, что Нуала его понимала, будто видела его мысли насквозь. Хоть сам он и не мог общаться с ней, но ему стало казаться, что теперь он улавливает какие-то знаки, словно приблизился ещё на один шаг к осознанию самого себя.

* * *

Нуала проводила его до озера и остановилась. Адам не мог понять, что теперь чувствует, стоит ему посмотреть на прежде такую любимую водную гладь.

— Думаешь, я боюсь?

— Нет.

Адам вздрогнул и огляделся. Но, как и прежде, рядом с озером никто не гулял. Вдали шумели деревья, и, если кто-то и стоял за ними, то Адам бы его не услышал.

— Нуала? — по его спине пробежал холодок.

Антэйн молчала, но ему показалось, что она улыбается.

— Это была ты? Мне ведь не показалось?

В ответ она только облизнула его руку и побежала обратно.

Адам в нерешительности постоял на берегу. Смеркалось, и нужно было возвращаться. Однако, до сих пор его мучала мысль: а что, если всё это вымысел? Он так привык к клинике и словам доктора Саундерса, что не был уверен во всём происходящем до сих пор.

Тяжело вздохнув, он побрёл к себе.

Высокие ветви гнул ветер. Листья падали ему на плечи. Адам остановился. Он ещё ни разу не видел такой непогоды здесь, в Ноирин. Неужели, что-то случилось?

Он хотел поспешить домой, но не успел. Прямо перед ним в небе будто произошёл взрыв, разорвавший тучи, словно старую ткань.

Адам отступил. Сверху появлялись странные создания, из ниоткуда, словно проходили через барьер. Они были черны и немного напоминали фигурой людей, но были искалеченными, изломанными и двигались как игрушки в руках неумелого кукловода.

Парень помедлил секунду, не веря в происходящее, а потом бросился бежать. Но время было упущено. Его окружали со всех сторон. Где-то вдалеке послышался гул — сигнал тревоги. Но пока все доберутся сюда… А Двэйны всё прибывали и прибывали. Разрывы в небе становились больше, и теперь вся поляна напоминала жужжащий тёмный улей.

Он сжал кулаки, но отступать было некуда. Что он мог противопоставить им? Книжные знания или свои время от времени проявляющиеся способности?

Но и Двэйны медлили, словно ждали чего-то, они не нападали. Лишь смотрели, а их голоса, прежде шумные и жужжащие, становились тише и будто понятнее.

— Ч-чего вы хотите? — Адам немного осмелел и сделал шаг вперёд, — что вам от меня надо?

Одна из фигур отделилась и хромающий Двэйн тяжело вышел вперед, он протянул изуродованную конечность к Адаму, но тот не испугался. Двэйн показывал на его правую руку.

— Кольцо? — сразу понял Адам, — вам нужно моё кольцо?

Двэйн кивнул.

— Зачем?

Но ответа он так и не услышал. Вокруг зашумело, и Двэйны зарычали. Жужжание стало невыносимым, поднялся гул, и Адам, оглушенный, закрыл уши. Кто-то стал перед ним, будто защищая. Неужели тот самый Двэйн?

Сквозь слезящиеся глаза Адам пытался рассмотреть, что происходит, но яркое, бьющее по глазам свечение и странная сила, заставляющая пригибаться и прятаться, не давала ему это сделать. Запахло деревом и костром, и огненные вспышки разорвали темноту леса.

Двэйны кричали, но разобрать их слова он не мог. Он ничего не мог и чувствовал себя абсолютно беспомощным.

Сила давила сверху, словно кто-то держал его. Но кто это был: свои или чужие?

Воцарившаяся тишина была ещё громче недавнего гула. Адам, тяжело дыша, поднялся с земли и осмотрелся. Вокруг грудами лежали Двэйны, как тряпичные куклы. Катэйры медленно подходили, осматривая тёмные тела.

— Адам! — Мэл подбежала к нему и обхватила его лицо руками, — ты цел? Мы так испугались! Что произошло? Они напали на тебя? Ты не ранен?

Она задавала и задавала вопросы, а Адам не мог поверить в произошедшее. Двэйны не хотели причинять ему вреда, тогда почему сейчас они все мертвы? Почему им не дали даже шанса объяснить, зачем они здесь?

Адам почувствовал странное головокружение и острое чувство вины. Они пришли к нему что-то узнать, а теперь… Теперь правда сокрыта под грудами тел. Совсем скоро Кеган сожгут и их, и истина, погребённая под пеплом, развеется в этом лесу.

Глава 13

В те дни все вели себя странно, и Адам снова чувствовал отчуждённость. Не то, чтобы на него вновь показывали пальцами, и дело было даже не в чрезмерной опеке Мэл и секретах остальных. Нет, ему казалось, что Катэйры обвиняют его в чём-то. Неужели, эти странные создания пришли именно к нему? Но ведь он их не звал…

Адам не хотел вспоминать увиденное и, вместе с тем, не мог и забыть. Страшные, искорёженные фигуры и ужасный запах — вот чем ему запомнилась встреча с Двэйнами.

Мэл не хотела его слушать, и он не стал рассказывать больше ничего. Они не поверили ему, когда он объяснил, что эти самые Двэйны не нападали на него. Они будто хотели что-то сказать. Не больше.

Но мысли не прогнать, внутренние страхи не унять, они продолжают жить где-то глубоко, выбираясь на поверхность, стоит дать лишь повод.

— Адам, сегодня ты остаёшься у себя. Я принесла тебе книги, изучи их и ответь на эти вопросы, — Мэл помахала листком перед его носом.

— Хорошо.

— Обед тебе принесёт Кейт. Немного позже.

— Хорошо.

— Адам, ты…

Парень повернулся к ней и равнодушно посмотрел на взволнованное лицо.

— Что?

— Прости, ничего. Я, пожалуй, пойду.

— Хорошо, — в который раз повторил он.

Можно сказать, его заперли и не доверяли даже выйти в холл, но он и не стремился. Ему было нужно время справиться со страшными мыслями, среди которых наиболее ужасной была мысль о собственной беспомощности и неведении.

* * *

— Опять не ест? — спросил Эйдан у Кейт.

Девочка кивнула. Она хотела сказать, что не нанималась доставлять еду этому старикану, но перед Эйданом робела. Что-то в этом человеке внушало уважение, и иногда и затаённый страх.

— Спасибо, — коротко бросил он и, развернувшись, пошёл по своим делам.

— Почему бы тебе самому не таскать ему еду, раз делать нечего? — не удержалась Кейт, но вопрос свой задала тихо, шёпотом, чтобы он не услышал.

Эйдан знал, куда нужно идти. Хотя двери и были внешне одинаковыми, но не угадать такую знакомую силу он просто не мог. Остановившись, он тяжело вздохнул и постучал.

— Заходи, Мэл.

Эйдан улыбнулся. Адам ещё не научился чувствовать их. Такой слабый.

— Добрый день.

Адам вскочил с кровати и с удивлением уставился на неожиданного гостя. С момента пожара в столовой они толком не пересекались. Несколько слов приветствий не в счёт.

— Проходи. У меня тут… немного не убрано…

Эйдан хмыкнул. Пол был усеян книгами и исписанными листами. Очевидно, Адам решил обернуть на пользу своё временное заточение.

— Не суетись. Я пришёл просто поговорить. Комната твоя, так что не утруждайся.

Адам немного успокоился и сел на кровать. Он был немного взъерошенный, явно, не выспавшийся. Глаза покраснели от долгого чтения, и он их постоянно тёр.

— Ты, наверное, думаешь, что в чём-то виноват? Это не так, — мягко сказал Эйдан и убрал томик из-под ног, — сейчас тебе приходится проводить много времени в четырёх стенах только потому, что мы не справились и не уследили. Виноваты только мы.

Адам нахмурился. Он будто хотел что-то сказать, но сомневался.

— Говори, — понял его колебания Эйдан.

— Ты не поверишь.

— Кто знает…

— Эти существа…

— Двэйны.

— Да, Двэйны, — Адам потянулся к стакану с водой, но он был пуст, — они не хотели причинить мне вред.

— Дальше.

Адам внимательно посмотрел на сидящего напротив мужчину. Он пока не спорил, но сказать что-то по лицу Эйдана было невозможно. Полная невозмутимость. Поверит он или нет — было загадкой.

— Мне показалось, что им было нужно моё кольцо.

Короткий взгляд на правую руку и ничего больше. Эйдан хорошо владел собой.

— Почему ты так решил?

— Один из них показал на него, — Адам поднял руку, — я не чувствовал опасности, хотя сначала здорово перетрусил. Я такого никогда не видел…

Эйдан как-то странно хмыкнул.

— Но они… Всё не так, как пишут в этих ваших книгах!

— Просто ты не видел их в ярости, когда они голодны. Они сминают всё и всех на своём пути, уж, поверь. Однако, я не сомневаюсь и в твоих словах. В этом что-то есть. Дай мне кольцо.

Сомнение продлилось не больше секунды. Адам спокойно снял кольцо и протянул его Эйдану.

— Так просто? — почему-то спросил он, — а если я попрошу тебя отдать мне твой камень?

Адам только пожал плечами. Об этом он не задумывался.

— Ладно. Что ты знаешь об этом кольце? — Эйдан поднёс тёмный ободок к свету и внимательно изучал, покручивая его в пальцах.

— Абсолютно ничего.

— Так ли это?

— О чём ты?

— Дух озера. Что он показал тебе?

Адам вздрогнул. Воспоминания были не очень приятными.

— Лишь отрывки, как найти его. Дух сказал, что я сам попросил его об этом, что эта вещь моя и должна принадлежать только мне.

Эйдан тяжело вздохнул и вернул кольцо.

— Значит, пусть так и будет. Если бы мы не пришли, ты бы отдал им кольцо, совершенно не зная, что за сила внутри него. А вдруг бы ты дал Двэйнам страшное оружие?

Адам хмыкнул, но тут же осёкся. В этих словах была и доля истины.

— Ты жалеешь Двэйнов лишь потому, что не помнишь, как они убивали и мучили нас, как отбирали у нас самое ценное. Вспомни свою первую встречу с Двэйном там, в Джакарте. Они умеют забирать твои силы, твои чувства, твою энергию, они выпивают людей без остатка, оставляя лишь остатки, уже непохожие на человеческие тела. Ты всё ещё жалеешь их?

— Не знаю…

— Возможно, тебе стоило бы увидеть воочию, что они делают с беззащитными детьми и отказаться от своей жалости раз и навсегда, но мы не можем себе позволить быть такими беспечными и потерять тебя ещё раз!

— Значит, это правда? — Адам сел на кровать и печально улыбнулся, — хотя всё об этом говорит, но я сомневался до последнего. Я был здесь, жил в этих стенах, а потом что-то случилось. Три года назад. Я стал простым человеком?

Эйдан хмуро кивнул и снова подошёл к окну.

— Нас не так много, как тебе может показаться. И потеря любого из нас ощутима. Очень.

— Я сделал что-то не так, раз потерял все силы?

Адам ждал ответа, но Эйдан молчал, будто погрузился в свои мысли.

— Почему…

— Достаточно на сегодня. Теперь будь осторожнее. Можешь выходить из своей комнаты, но бери сопровождающих с собой. И, — Эйдан внимательно посмотрел на парня, — никогда не отдавай своё кольцо так просто, даже мне.

Адам успел только кивнуть, а Эйдан уже поспешно выходил из комнаты, словно боялся сболтнуть лишнее и теперь постыдно убегал.

— Да что же тут происходит, чёрт возьми? — пробормотал парень в пустоту комнаты, — как же я запутался…

* * *

В тёмной нише пустого холла стояли двое. Им не нужны были слова, чтобы обменяться последними новостями и соответствующими мыслями. Они знали, что действовать нужно быстрее, иначе он найдёт третий предмет, и тогда… Тогда всё пойдёт прахом, все их попытки освободиться от векового гнёта. Если он вновь обретёт силу, свободы им не видать.

— Убери от него подальше Мэл и остальных.

— Сделаю.

— И ещё, меня волнует Эйдан.

— Он за нас!

— Кто знает…

— Вы сомневаетесь в нём? Но ведь…

— Прежние распри могут быть забыты, всё же семья — есть семья.

— Мне присмотреть за ним?

— Да. И не отсылай всех сразу, это могут заметить и обратить внимание. Нам оно ни к чему.

Собеседник в тёмном капюшоне опустил голову в поклоне.

— И ещё одно.

— Что прикажете?

— Кеган. Мне не нравится их активность, займи их чем-нибудь, но на задания не отправляй. Пусть будут в пределах видимости, но не вмешиваются в наши дела.

— Будет исполнено, господин.

— Что ж, надеюсь, мы всё предусмотрели, и в этот раз не случится катастрофы.

— Господин?

— Что?

— А если… если он вспомнит всё и без третьего предмета? Ведь дух озера…

— Чепуха! Третий предмет — ключ ко всему, и он его не найдёт, уж мы постараемся. Дух же свою миссию выполнил. Он ничего не скажет. Они все до единого боятся причинить ему вред и всячески опекают, — в голосе мужчины почувствовалось явное презрение, — никто не думает о том, какой вред он сам может причинить. Нет, всех заботит только его психическое здоровье.

Собеседник отчаянно закивал.

— Этот случай с Двэйнами лишь подчёркивает мою убеждённость. Мы должны убрать его с дороги, и желательно до того, как он что-то вспомнит. Пусть немного окрепнет, пусть отправится на первую миссию. Вот там-то и произойдёт несчастный случай.

— Так точно, господин. Всё уже готово.

— Только в этот раз без лишних следов. Мне кажется, Эйдан многое подозревает.

— Он не настолько умён.

Мужчина ничего не ответил и, оглянувшись, покинул нишу. Спустя несколько минут из укрытия вышел и другой человек. Он свернул в тёмный коридор, сначала озирался и шёл сгорбившись, словно боялся попасться кому-то на глаза. Услышав голоса, он спрятался в очередную нишу, но стоило ему свернуть в светлый холл, как он сбросил капюшон и разом выпрямился, будто стал совершенно другим человеком. Седые волосы и немного водянистые глаза цепко осматривали встреченных по пути Катэйров, и, хотя он улыбался и здоровался с каждым, глаза оставались холодными и настороженными.

* * *

— Адам, привет! — Мэл толкнула дверь и зашла внутрь, — я к тебе с новостями.

Парень отложил книгу и встал с кровати.

— Что-то случилось?

— Нет-нет, просто меня направляют на очередной отлов. Правда, в этот раз я должна ехать не со своей группой. Немного странно, раньше нас никогда не разделяли.

— Почему же в этот раз так? — Адам почувствовал какое-то смутное беспокойство.

— Советникам виднее, — Мэл пожала плечами, — мне сказали, что в этот раз ничего серьёзного, всего лишь один новенький, так что я быстро со всем справлюсь, — чересчур громко воскликнула девушка, однако, Адам не уловил в её голоси искренности.

— Ты уверена? Что-то мне это не нравится. Что сказал Эйдан?

— На самом деле, совершенно ничего, — Мэл потёрла запястье, — он просто выслушал новость и ушёл.

— Ушёл?

— Ну, да, он такой. Немного нелюдимый, но мы ему доверяем. Если бы действительно была опасность, он бы встал на мою защиту. Он может не сказать сразу, но, точно знаю, он присматривает за всеми нами. Эйдан — очень хороший.

Адам задумался.

— Ты только не переживай, я вернусь очень скоро, а пока ты будешь заниматься с остальными, тебя не оставят одного.

— Я волнуюсь не об этом…

— Да, знаю, — Мэл махнула рукой и расплылась в широкой улыбку, — ты думаешь, что я не могу постоять за себя?

— Нет!

— Вот видишь! Значит, всё пройдёт легко и просто.

Адам не был в этом уверен, но решил не нагнетать. Раз все говорят, что задание плёвое, значит, так оно и есть.

— Когда отправляешься?

— На самом деле, уже сейчас.

Адам заставил себя улыбнуться.

— Удачи тебе.

— Спасибо, Адам, — девушка улыбнулась и пошла к двери.

— Подожди!

— Что такое?

— Я…, - Адам порылся в кармане и достал тёмный камень, — я хочу, чтобы ты его взяла с собой.

В глазах Мэл отразился испуг.

— Ты что?! Я не могу, это…

— Послушай, я понял, что следует доверять своей интуиции, если ты не видишь всей картины, и сейчас я хочу поступить именно так. Бери!

Мэл протянула дрожащие руки к тёмному камню и едва-едва коснулась его пальцем.

— Ну же!

— Адам… Хорошо, но я верну его, как только выполню миссию.

— Конечно, вернёшь. Камень принадлежит только мне, — усмехнулся парень и тут же поймал себя на ощущении дежа-вю, словно такое уже когда-то происходило, — береги себя, Мэл.

Девушка смущённо кивнула и, зажав камень в кулаке, медленно вышла из комнаты.

Глава 14

Темнело быстро. Адам даже не замечал, как пробегал день, проносясь со скоростью молнии. Было ли дело в портящейся погоде, или в том, что он остался совсем один. Сначала уехала Мэл, вроде бы, на простое задание, но оно затянулось. На помощь ей отправились Джон и Мэри. Кеган перестали тревожить его. С одной стороны, неплохо, но почему-то ему было неспокойно. Теперь же уехала и остальная часть группы. Эйдан сухо сказал, что у них какие-то дела и всё. Больше ни единого слова. Кейт последний раз заходила дня три назад и объяснила, что приходить пока не сможет: наставник забросал её заданиями и тренировками.

Ещё никогда раньше он не ощущал такого одиночества и странной уязвимости. Он мог обратиться к любому за помощью, но… не видел в этом смысла. Это были не те люди.

В дверь постучали, и Адам вздрогнул. Сегодня он никого не ждал. Улыбнувшись, он подумал о Мэл. Это должна быть точно она!

Парень открыл дверь и столкнулся с внимательным взглядом пожилого человека.

— Добрый вечер, Адам. Не помешаю?

— Нет, конечно… — растерянно ответил он. Перед ним был советник, об этом говорил и тёмный плащ, и преклонный возраст. Только среди старших выбирали советников. Но этого человека Адам раньше не видел.

— У тебя довольно уютно. Могу я присесть?

Адам только кивнул. Старик же сам выдвинул стул и расположился, продолжая осматривать комнату.

— Что привело вас ко мне?

— Молодые такие нетерпеливые, — усмехнулся советник, — что ж, перейдём к делу. Ты же уже знаешь, что многие группы разъехались. И дело не только в отлове новичков, Двэйны распоясались. Похоже, кое-где появились бреши, поэтому много сил брошено на восстановление барьеров.

Адам молчал. Он до сих пор не понимал, что нужно этому высокопоставленному Катэйру.

— Так что мы сейчас испытываем нехватку сил. Тебе тоже придётся немного помочь.

— Мне? — Адам откровенно удивился, — да что я могу?

— Пока что действительно немного, — согласился советник, — но это же и возможность поучиться. Завтра ты отправишься с одной из групп на миссию. Задача не самая сложная — наблюдение, тебя введут в курс дела. Нужно найти брешь и защитить людей, прочесать несколько районов, не более того. Однако, это не значит, что нужно расслабляться. Камень ведь с тобой?

Адам похолодел, но постарался ничем себя не выдать.

— Да, конечно.

— Вот и хорошо. Обязательно возьми его с собой, лишняя защита. Группа не даст тебя в обиду, посмотришь, как мы работаем. Всё приходит непосредственно с опытом, юноша.

— Но я думал, что группа 5…

— У нас нет времени на это, Адам. Мы все одна семья, не стоит привязываться к кому-то в ущерб всему делу. Ты меня понял?

Парень кивнул.

— Вот и хорошо, — уже куда более ласково ответил советник, — сейчас отдыхай, завтра за тобой зайдут и принесут необходимые вещи, с собой не брать ничего лишнего.

— Ясно.

Советник, кряхтя поднялся со стула и улыбнулся парню.

— Наверное, ты волнуешься. Первая миссия. Но, уверяю, не стоит. Всё пройдёт гладко.

— Всё пройдёт гладко, — повторил Адам, когда дверь за советником закрылась. Тем не менее, он так совсем не думал. Странное ощущение не давало ему сомкнуть глаза всю ночь. Что-то было не так. Но что именно?

* * *

— Вставай! — такой крик за дверью разбудил бы кого угодно, но Адам уже не спал. На самом деле, он так и не уснул. Мысли не давали покоя, какой уж тут сон!

— Чего кричишь? — Адам недовольно уставился на подростка со свёртком.

— А… ну, это… Вот, держи, — он протянул Адаму свёрток, — твои вещи, через пол часа тебя ждут внизу.

— Хорошо, — хмуро согласился Адам и захлопнул дверь, хотя подросток хотел ещё что-то спросить.

Кусок в горло не лез, поэтому он даже не думал о столовой, быстро переоделся, похлопал по пустому карману, усмехнулся самому себе в зеркало и вышел из комнаты.

Вокруг сновали Катэйры. Похоже, у всех много дел или разъезжаются по миссиям. Советник всё же оказался прав.

— Вот и ты! — навстречу Адаму вышла женщина средних лет, — пойдём, познакомимся позже, — она махнула паре мужчин, и они все вместе двинулись к выходу. — Первая миссия?

— Наверное, — честно сказал Адам.

— Понимаю, — улыбнулась она, — не волнуйся, тебя в обиду не дадим.

Адам подумал, что она усмехается, но нет, ни женщина, ни сопровождающие крепкие на вид мужчины даже не улыбнулись.

Они свернули на тропинку, совершенно незнакомую Адаму.

— Это только наш ход, — хитро подмигнула женщина. Было видно, что в группе она за главную, — думаю, пора нам и познакомиться. Меня зовут Стэф, а эти два молчуна — Притам и Саро.

Адам неловко кивнул.

— Не стесняйся, все свои. Это место нас слышит и помогает нам.

«Потому что Дара — олицетворение растений и деревьев, они боятся огня. Люди называли таких, как они друидами», — Адам вспомнил слова Мэл. Теперь понятно, с кем он в команде. На душе потеплело, и он немного успокоился.

Они снова свернули, казалось, тут и не было тропинки, но деревья будто уступали им дорогу, раздвигая густые ветви.

— Непривычно без своих?

— Немного, — признался он.

— А нас всегда было мало, так что мы привыкли, — сказала Стэф, и Адам уловил в её голосе тоску.

— Как так вышло?

Женщина невесело посмотрела на него.

— Иногда, когда защищаешь самое дорогое для себя, не жалко и жизни. В одной из схваток, погибла почти вся наша семья. Мы первыми бросились на Двэйнов, так как заметили неладное. Пока подоспели остальные, многие мои друзья полегли.

— Мне очень жаль.

— Знаю, — ответила Стэф, — но знаю и то, что поступить иначе они не могли. Мы все имеем выбор, и не стоит ни о чём жалеть, Адам.

— О чём ты?

— Надеюсь, ты никогда не узнаешь.

— Что…

— Пришли, — буркнул темнокожий Притам.

Адам осмотрелся: широкая поляна, а прямо перед ним — два высоких тонких дерева, их кроны качал небольшой ветерок, но стоило им подойти на несколько шагов ближе, как ветви встрепенулись и, наклонившись, образовали самую настоящую арку.

— Ничего себе! — восхищённо воскликнул Адам.

Стэф в ответ только улыбнулась.

— Притам, иди первым. Мы следом.

Темноволосый мужчина кивнул и подошёл к стволам деревьев. Почтительно коснувшись их, он сделал шаг вперёд и исчез из вида.

Адам моргнул и потёр глаза.

— Это портал, Адам. Наш портал. У каждой семьи есть такой. Через него мы и попадаем в мир людей, отправляемся на миссии. Через него же и возвращаемся домой.

Адам нерешительно подошёл к деревьям. Тонкие, гладкие стволы — таких он не видел прежде.

— Он живой, — Стэф стояла рядом. Кажется, теперь она не спешила, — мы слышим их все.

Парень с восхищением посмотрел на неё, и это не укрылось от женщины.

— Спасибо тебе, Адам. Мы рады, что сегодня ты с нами. А теперь пойдём, нельзя заставлять других ждать.

Адам закрыл глаза и пошёл вперед. Ласковый ветер охватил его тело, прошло не более секунды, и он уже открыл глаза. Притам стоял к нему спиной и осматривал узкую улицу. Саро не было рядом. Стэф тоже вышла из портала. Здесь, в мире людей он не был виден вовсе, не было никаких вспышек света или светящихся кругов, которые Адам видел в фантастических фильмах. Женщина словно появилась из пустоты.

— Пойдём, у нас много дел. Притам?

— Слишком тихо, — отозвался мужчина, и Адам только сейчас понял, что тот абсолютно прав. Они находились явно в каком-то неблагополучном районе: грязная улица и серые облезшие коробки домов. Несмотря на то, что сейчас был день, вокруг не было ни души. Словно все вымерли.

Стэф нахмурилась.

— Примерно так мы и думали, — отозвался Саро и внимательно посмотрел на Адама.

— Лучше помолчи!

Мужчина в ответ почтительно поклонился. Никто не оспаривал решения Стэф. Железная дисциплина.

— Адам, ты идёшь рядом со мной. Если слышишь или видишь что-то подозрительное, сразу падай на землю. Не геройствуй. Или ищи прикрытие получше. Не ввязывайся в драку, просто наблюдай. Хорошо?

Адам кивнул. Теперь он ещё больше не понимал, зачем он тут. Он не может им помочь, его силы, если их можно так назвать, абсолютно хаотичны и совершенно ему не подчиняются. Но спрашивать и отвлекать остальных он не решился.

Они не спеша шли по улице, всматриваясь в холодные прорези зданий. Создавалось ощущение, что тут не жили десятилетиями. Тишина давила на уши, отчаянно хотелось что-то сказать, лишь бы не слышать этой могильной пустоты.

Адам стиснул зубы и постарался взять себя в руки, однако, мыслям не запретишь. Итак, что мы имеем? — думал он, — их отправляют на миссию по защите людей, а самих людей здесь нет и не было уже Бог знает сколько. От вида самого места хотелось сбежать куда-нибудь подальше. Неужели это…

— Стоп! — Стэф подняла ладонь вверх, и Притам юркнул вправо под укрытие каменного выступа. — Слышите?

Адам замер, но до него не доносилось ни единого звука. Оглушающая тишина.

— Здесь кто-то есть, — прошептала женщина и встала перед Адамом так, чтобы закрыть его, — на крыше.

Адам резко поднял голову, но тут же чьи-то сильные руки дёрнули его в сторону. Раздался грохот, от которого в этой тишине чуть не лопнули барабанные перепонки. Парень закашлялся, песок и пыль были столбом.

— Не шевелись, — голос Притама над ухом, и Адам счёл за лучшее послушаться. Однако, прищурившись, он просто не поверил своим глазам. Асфальт вздыбился, и через разломы показались уродливые корни дерева-исполина, они вились подобно щупальцам, облепляя здания вокруг.

Раздался крик где-то вдалеке, и Адам услышал, как довольно хмыкнул до сих пор закрывающий его Притам.

— Ещё рано, не шевелись, — повторил Катэйр.

Адам закрыл глаза. Волнение постепенно исчезало, на смену приходило чувство растерянности и бесполезности. Притам надёжно защищает его, но кто защищает тех двоих?

— Вставай. Похоже, уже всё, — наконец-то, выдохнул Притам, и Адам не без труда поднялся. Теперь-то он мог рассмотреть всё в подробностях. Кто бы здесь ни жил раньше, теперь точно не сможет сюда вернуться. Улица превратилась в мелкое крошево, здания оказались развороченными, будто по ним прошлись бомбами.

— Всё нормально? — к ним шла Стэф, вся в пыли, но она улыбалась, — мы нашли шпиона.

Адам посмотрел за её спину. Саро завязывал кому-то руки.

— Адам, ты как?

Парень только горько хмыкнул в ответ. Отвечать ничего не хотелось.

— Я же говорила, что мы не дадим тебя в обиду.

Так стыдно ему ещё не было, но Адам сдержался и поблагодарил всех.

Стэф похлопала его по плечу, но тут же замерла. Адам увидел, как расширились её глаза, а потом… потом он заметил красное пятно, растекающееся по её груди. Вокруг снова всё загремело, а он смотрел только в глаза Стэф: удивлённые и такие ясно-голубые.

Женщина упала ему прямо на руки. Вокруг пришли в движение корни, земля поднялась на несколько метров вверх, закрывая их от нападавших. Но Адам никого не видел, кроме Стэф. Он зажал её рану руками и понятия не имел, что делать.

— Адам…

— Тихо! Ничего не говори! — кажется, он кричал, — я тебя вытащу! Сейчас вытащу!

— Только… только ничего не вспоминай…

Женщина безвольно лежала у него на руках, а он продолжал зажимать рану и судорожно оглядываться. Пусть только представится шанс, он сразу же унесёт её подальше отсюда. Куда именно — он не знал, главное нельзя оставлять её здесь.

Земля и крошки асфальта сыпались ему на голову, а он всё держал её и держал.

Кто-то дёрнул его за плечо. Саро. С разбитой головой и искровавленным лицом.

— Беги! Сейчас же! Мы прикроем!

— Нет! — заорал Адам, но в этом шуме его мало кто услышал, он ещё крепче сжал Стэф.

— Да беги же, глупец! Это была ловушка!

— Нет… — повторил Адам и посмотрел на женщину на свои руках. Она больше не дышала. Даже грохот падающих камней и скрежет от раздираемых на клочья зданий не мешали ему понять это. Он, именно он стал причиной её гибели.

Саро кричал что-то ещё, пытался отволочь Адама подальше, но сам парень словно замер, все его чувства разом испарились, уступая место пустоте. И как жить в такой пустоте? Ты не чувствуешь боли, но ты и не ощущаешь ничего вокруг. Не было ни жары, ни холода, ни ветра, ни дождя. Здесь и сейчас было лишь ничто. Адам даже не дышал. Пустота была передышкой. Совсем скоро (он это точно знал!) она закончится, и он снова ощутит всё в полной мере. Но пока, пока он может перевести дух. Сейчас, когда грудь не сдавило от боли утраты, он может успокоиться. Но иногда даже пустоты мало…

— Брось её! — голос Саро разорвал паутину сладкой тишины, и Адам вернулся на разбитую улицу. Грохот оглушил, не давая времени, чтобы прийти в себя.

— Нет, — на этот раз он не кричал. Адам бережно опустил Стэф на содрогающуюся от ударов землю, закрыл её глаза. Почему-то смотреть в эти небесные цвета было больнее всего.

Саро рядом упал на колени и сжал голову руками. Адам видел, что время на исходе. Больше никто не сможет его защитить. Он сделал шаг вперед, и укрывающий его столп земли отодвинулся. Притам лежал на дороге и не шевелился, но Адам откуда-то знал, что тот был ещё жив. Откуда пришло это знание и эта уверенность? Не было и секунды, чтобы поразмыслить.

Прямо перед ним стоял тот самый пленник и криво улыбался. В его руке горел синевой камень.

— Наконец-то! — радостно завопил он.

Адам мог поклясться, что никогда не видел его раньше, но не стоило обольщаться. Память — это не то, на что он мог полагаться. Куда лучше довериться интуиции.

— Я стану героем! — снова заорал бывший пленник и вскинул руки вверх. Адам понятия не имел, что произойдёт дальше, он не знал, как ответить на эту атаку, он не умел ничего. Знал много теории, он ведь прочитал уйму книг, но руки не слушались его. Внутри был словно замок, который не позволял открыть потайную дверцу. И сейчас… Сейчас он ясно увидел, что это конец. Рядом нет его группы, нет защиты, нет ничего. Снова пустота, но уже другая. Чужая.

Сгусток синего дыма сорвался с пальцев незнакомца и молнией рванулся к Адаму, окружая со всех сторон. Последней его мыслью был не страх и не воспоминания о спокойной жизни в Джакарте. Почему-то нет. Он снова и снова видел ясные голубые глаза Стэф.

Дым стиснул его в жёстких, совсем неласковых объятьях. Адам стал задыхаться, горло загорелось огнём, а внутренности сжало с такой силой, что он заорал от нестерпимой боли.

Ехидный смех был ответом. Незнакомец решил немного его помучить?

Адам упал на землю, и острые камни, разбросанные повсюду, иглами впились в его кожу. Кажется, боль была везде, в каждой клеточке тела, в каждой мысли. Парень стиснул кулаки и зубы, но крики всё равно не сдержать. Они рвались наружу, нисколько не облегчая мучения.

Он повернул голову набок и увидел, сквозь какую-то мутную пелену, грязный ботинок прямо у своего лица.

— Мы этого долго ждали, Адам. Порадуйся за нас, что ли, — незнакомец хмыкнул, — твои мучения доставили мне большое удовольствие.

Адам тяжело дышал. Боль понемногу отступала, и это была передышка, но лишь передышка перед неминуемым концом.

— Ты, наверное, ничего не понимаешь. Но это и хорошо. Если бы ты знал правду, давно бы бросился к нам прямо в руки. Адам, — незнакомец присел и наклонился к распростёртому на земле парню, — на твоих руках реки крови. Ты такой же убийца, как и я. Ничем не лучше. Ты породил страшных созданий, ты погубил множество наших близких, ты — исчадие ада. Такие, как ты не должны существовать ни в мире людей, ни в нашем.

Адам закрыл глаза.

Прав ли этот незнакомец? Тогда почему остальные так стремились защитить его? Почему Стэф так улыбалась ему? Почему Мэл так старалась научить его? Где правда?

— Что ж, хватит болтовни. Просто хотел, чтобы ты сдох именно с этими мыслями.

Краем глаза Адам уловил вновь возвращающийся синий дым. Мысли о предстоящей боли вихрем заметались в голове, и Адам закрыл глаза.

За каждый проступок мы несём ответ. Если он виноват, если послужил причиной гибели многих людей, он должен ответить. Но почему же голубые глаза Стэф так осуждающе смотрят на него? Почему она не согласна с ним?

Адам раздражённо махнул рукой, прогоняя видение. Но куда там! Оно не уходило, наоборот, стало ещё более явным. Теперь он видел женщину как живую.

— Я зря спасала тебя? Я зря отдала за тебя жизнь?

Зря! — хотел крикнуть он, ведь он ничего из себя не представляет. Она действительно зря отдала свою жизнь. И ведь знала… — Адам пронзила горькая мысль, — они все знали о ловушке. Знали и всё равно шли туда, защищая его, Адама. Почему?

Стэф из его видения грустно улыбнулась.

Синий дым коснулся его тела, продвигаясь от пальцев к конечностям, целясь в самое сердце.

Но сейчас Адам не чувствовал боли. В голове бился вопрос — Почему? Почему они все защищают меня? Почему?!

Незнакомец что-то крикнул, и дым клубами окутал лежащего парня, но и сейчас не приносил ему никакого вреда. Адам махнул рукой, словно хотел избавиться от надоедливой мошки, и дым исчез в ту же секунду.

— Что… Что происходит? — незнакомец растерянно смотрел на медленно поднимающегося парня.

— Я не знаю, — хрипло отозвался Адам. Всё же он сорвал голос. — Но я узнаю всю правду.

Незнакомец сделал шаг назад, словно увидел что-то другое в лице Адама, что-то, чего не было раньше.

— Ты… Не может быть! У тебя ещё нет третьего элемента!

— У меня ничего нет, — сказал Адам и сжал кулаки, что было сил. Время остановилось. Не как раньше, медленно сгущаясь, а разом. Незнакомец замер, его глаза были испуганными. Видел ли и понимал ли он, что Адам медленно идёт к нему? Сам Адам этого не знал, но он точно узнает. Он заставит всех и каждого рассказать ему правду!

Протянув руку к незнакомцу, Адам хотел лишь одного — причинить ему ту же самую боль, заставить так же мучиться. За Стэф и всех остальных. С его пальцев не сорвался дым. Нет. Но рябь прошла по всему телу мужчины, он содрогнулся. В глазах мелькнул последний всплеск страха, и неподвижная, замершая во времени фигура пошла трещинами, будто стеклянная ваза. Трещины зачастили, и через мгновенье разорвали тело на мельчайшие крупицы.

Адам ошеломлённо стоял перед крупицами пыли, ещё несколько секунд назад бывшими настоящим человеком, дышащим, думающим и ненавидящим его, Адама.

Парень упал на колени и опустил израненные ладони на землю.

— Что я наделал… — его губы затряслись, а он всё повторял и повторял эти слова. Под его пальцами был пепел, единственное что осталось от его врага, от того, кто убил Стэф.

Адам зарыдал. Но почему же сейчас намного больнее? Пусть бы лучше его сожрал тот синий дым! Пусть кто-нибудь заберёт это ужасное чувство!

— Адам…

Парень обернулся, размазывая слёзы по лицу. Позади стоял Притам, он поддерживал висящего кулем Саро.

— Ты живой. Слава всем Богам!

Адам горько усмехнулся. Да, он остался жив. Ему снова повезло. Он не имел ни малейшего понятия, как он всё это провернул. Но… лучше бы всё было иначе.

— Стэф? — спросил он, уже зная ответ.

— Её больше нет в этом мире, — Притам сел рядом, — не казнись. Твоей вины тут нет.

Адам сжал губы. Он думал иначе. Ещё одна душа на его совести.

— Ты нас спас.

— Что? — Адам недоверчиво посмотрел на Притама, — что ты такое говоришь?

— Правду, — бесхитростно ответил тот, — мы не умеем лгать. Может быть, именно поэтому нас так мало. Но это наш путь. Миссия есть миссия. Никто бы из нас не отказался, это бесчестно. Мы догадывались, на что шли. А ты нас спас. Мы, — Притам кивнул на Саро, — твои должники. А Стэф… Она, наконец-то, со своей семьей. Дара не умирают как люди, они просто возвращаются домой. Так что мы не боимся смерти, как остальные.

Адам кивнул через силу. На сердце всё ещё было тяжело, и вряд ли успокаивающие речи Притама тут помогут. Совесть не даст ему больше покоя.

— Ты убил его?

Адам сразу понял вопрос.

— Да.

— Как? Ни мы, ни Стэф не могли этого сделать. У него в руках был камень, подпитанный сотнями, не меньше…

— Я не знаю, — устало ответил Адам, — не знаю…

— Ладно, сейчас не время, — разумно рассудил Притам и нервно осмотрелся, — не думаю, что он был тут один. Наверняка, кто-то наблюдал, так что давай-ка убираться.

Адам хмуро поднялся. Все силы иссякли, теперь болело всё тело, некоторые порезы кровоточили. Он оглянулся ещё раз на то место, где стоял его противник. Ветер уже унёс весь пепел, не осталось ничего на этой разрушенной улице, что напоминало бы об этом человеке. Лишь его горькие слова навсегда врезались Адаму в память.

Они прошли мимо воронки, где он прятался со Стэф. Но её тела там уже не было. Адам даже не хотел знать, куда оно исчезло. Сейчас он мечтал об очередной потере памяти. Пусть амнезия уберёт все последние события из его головы, очистит и боль, и ужас от потери.

— Адам, поспеши!

Хотя Притам и торопился, таща на себе друга, сам Адам мог поклясться, что тут больше никого нет. Если кто и был раньше, то ушёл. Это место было пустым, ни единой души.

Притам открыл портал и потянул Адама за собой. Секунда, а, может, даже меньше, и он снова вдыхает знакомый запах. Их ждут. Первое, что он видит — обеспокоенные лица, испуганная Мэл закрывает рок руками и тут же несётся к нему, Эйдан, злой и нахмуренный, даже Кейт тут, и кто-то из Кеган. Но он снова вернулся в свою пустоту, туда, где нет чувств, туда, где нет и слёз. Очередная передышка. Что последует за ней?

Глава 15

— Доброе утро, Адам! Как ты? — озабоченное лицо Мэл склоняется прямо перед ним, волосы из её наспех завязанного хвоста щекочут его кожу.

— Всё хорошо.

— Правда?

Адам не ответил. Конечно, правда. Всё же, лучше, чем у Стэф. Он-то остался жив.

— Советник хочет с тобой поговорить.

Парень нехотя встаёт с кровати и смотрит в окно. Пасмурно. Уже который день.

Мэл раскрывает шторы и тоже недовольно всматривается.

— С твоего возвращения так. Природа тоже скорбит.

Адам опустил голову. Он тоже так думал. Дара — олицетворение природы, и, хотя они не умирают, но оставляют после себя пустоту. Он как будто проснулся, а его любимый парк исчез. Перед ним голое поле, без единой травинки или деревца. Так и на душе, безмолвно и тоскливо.

— Твоей вины тут нет, — уже в сотый раз повторила Мэл.

— Знаю.

— Так ли это?

Адам не ответил и в этот раз.

— Я пришла, чтобы вернуть тебе это, — девушка разжала пальцы и протянула ему на ладони уже знакомый камень, — он спас мне жизнь. Ты будто знал, что он мне понадобится. Ничего не предвещало опасности, обычный отлов. А потом… Потом появились Двэйны, их было так много. Не думаю, что справилась бы. Этот камень… нет, ты, спас мне жизнь.

Адам взял камень, и тот дёрнулся в его руках, наливаясь теплом. Пустота, испугавшись, сжалась в комок и спряталась где-то глубоко-глубоко.

— Спасибо! — выдохнул Адам и впервые за это время улыбнулся, — мне его не хватало.

— Это тебе спасибо! — Мэл села рядом на кровать и взяла его за руки, — с нами произошли странные вещи, Адам. Мы чуть не погибли. Возможно, я могла не увидеть тебя снова. Сейчас… сейчас я очень счастлива.

Адам растерянно посмотрел на едва сдерживающую слёзы Мэл.

— Ты что, плачешь?

— Нет!

— Но…

— Тебе просто показалось! — девушка резко вскочила, — давай быстрее, советники не очень-то любят ждать.

Адам не успел ничего ответить, как она уже исчезла за дверью, оставив после себя чувство недоумения и лёгкий аромат хвои.

Несмотря ни на что, парень почувствовал себя лучше, словно проснулся от тягостного кошмара. Наскоро приняв душ и накинув свежие вещи, он вышел из комнаты. Теперь он ещё отчётливее ощущал вибрацию камня. Тот будто и сам скучал, и сейчас источал нетипичную для него жизнь.

Советник уже ждал внизу, однако, никак не рассердился на Адама за его задержку.

— Как ты? Отдохнул? — вместо приветствия начал старик.

— Да, благодарю. Всё хорошо.

— Замечательно! У меня есть для тебя небольшое дело. Ты ведь сможешь выполнить мою просьбу?

— Конечно, только…

— Только я бы тебя попросил никому об этом не говорить. Твоим друзьям, в том числе. Они недавно вернулись и не в лучшей форме. Скажем так, мы недооценили опасность. Кроме того, я прошу о личной услуге. Без огласки.

Адам кивнул, но прежнее благостное настроение испарилось. Ему не нравился ни этот советник, ни то, что придётся утаивать что-то от друзей. Недавняя беда была уж очень ярким напоминанием — не стоит верить всем без разбора.

— Теперь послушай, — советник отвёл Адама в сторону и воровато осмотрелся, холл был совершенно пустым, — не нужно идти в мир людей, дело необходимо решить тут. За лесной полосой, дальше полей для тренировок, есть старая хижина. Там живёт м-м… отшельник, так сказать. Ему нужно передать послание, — советник вытащил из-за пазухи тонкий конверт, — передай прямо в руки. Понял?

Адам почувствовал облегчение. Всего лишь передать письмо, ничего страшного.

— Только отправится нужно сейчас же, не мешкая. Не возвращайся в комнату. Если кото-то встретишь, не говори ничего. Придумай любую отговорку. Наши не очень-то любят этого отшельника, а я без его совета просто пропаду, — старик смутился, словно его поймали на чём-то постыдном, — я ведь советник, Адам. Остальным не надо думать, что я чего-то не знаю или не могу.

Советник выглядел ужасно жалко и даже как-то торопился. Адам не хотел идти, но и отказать в таком пустяке просто не мог.

— Хорошо.

Старик облегчённо выдохнул.

— Ты меня просто спас. С меня причитается, Адам. Да, и, кстати, поторопись, сегодня вечером церемония — обретение третьего предмета. Она очень важна для познания своих способностей.

— Да, я понял.

— Иди-иди, поторопись.

Адам вышел из здания и вдохнул свежий воздух. Камень грел, даже сквозь одежду. Парень чувствовал себя спокойно и уверенно. Гнетущие мысли отошли на второй план. Он даже был немного рад этому незапланированному походу: так он не будет постоянно вспоминать Стэф.

Надо бы проведать Саро и Притама, — подумал он и пошёл в сторону леса.

Лес встретил его почтительным молчанием, ветер почти не проникал сюда: тишина, глухая, но не безжизненная. Адам проходил мимо знакомых тренировочных площадок. К его удивлению, вокруг действительно никого не было: ни Катэйров, ни наставников. Парень пожал плечами, хотя он и привык видеть эти места многолюдными.

Ему нравился этот лес, такой спокойный и величавый. Кажется, он был здесь задолго до всех людей, видел и знал куда больше, а теперь просто не считал нужным делиться с такими проблемными существами, как люди.

Уже показался просвет за деревьями, как Адам услышал какой-то шум, словно кто-то позвал его. Он обернулся, но вокруг были лишь деревья, не обращающие на него никакого внимания.

Он уже собрался было идти дальше, как звук повторился — тонкий, едва слышный шёпот отчётливо произнес его имя.

Тропинка вела прямо, но голос шёл откуда-то слева. Адам нахмурился и свернул с основной тропы. Он понимал, что не стоит так делать, но просто не мог устоять. Шёпот постепенно становился громче, превращаясь в женский голос. Адам не видел никого, но упорно шёл на звук. Ноги будто сами несли его.

Отодвинув хвойную лапу, он оказался на заросшей бурной травой поляне, деревья расступились, образуя идеальный круг. Он мог поклясться, что голос был совсем рядом, но тут было пусто. Ни души. Адам растерянно оглянулся: как он мог забраться в такую глушь? Совсем не похоже на него действовать так безрассудно.

Машинально он засунул руку в карман и коснулся камня. Тот сразу же полыхнул огнём. Адам вздрогнул, посмотрел на руку, но на чистой ладони не было и следа ожога.

Почувствовав неладное, он развернулся и бросился бежать в обратном направлении, но отчётливо видимая ранее тропинка исчезла, словно её и не было. Чаща становилась всё гуще. Адам запыхался и остановился. Куда ни кинь взгляд — высокий частокол деревьев, сквозь которые даже не протиснуться.

Адам опёрся о еловый ствол и задышал спокойнее. Мыслей было много: и подозрения насчёт советника, и проклятия в адрес собственной доверчивости и глупости. Но все они были лишними. Надо от них избавиться. Адам крепче сжал камень и присел прямо на землю. Так его не было вовсе видно: трава поднималась до пояса.

Он сидел так с закрытыми глазами, пытаясь успокоиться. Камень был горячим, но, как раньше, руку не обжигал. Значит ли это, что главная опасность миновала? Парень не был в этом так уверен.

Он прислушивался к тишине леса, пытаясь уловить хоть какие-нибудь звуки. Но нет. Лес не помогал ему сегодня. Он решил устраниться и посмотреть, как этот непутёвый человек справится без его помощи.

— Хорошо, — уже увереннее сказал Адам и поднялся. Отряхнув штаны, он посмотрел на кольцо на одной руке и на камень в кулаке другой. С ними почему-то было спокойнее. — Кто тут? Я знаю, что ты где-то рядом! — голос Адама в лесной тишине прозвучал чересчур громко, не расслышать его было невозможно.

И точно. Лёгкий смешок. Шевеление листьев, и перед ним появилась фигура в плаще.

— Кто ты? — Адам не мог разобраться, кто именно перед ним: мужчина или женщина, капюшон скрывал лицо полностью, — что тебе нужно?

Вместо ответа фигура рванула вперёд, прямо к Адаму. В воздухе блеснул короткий клинок. Именно этот блеск и взбодрил парня: острая игла страха от груди пронеслась по всему телу, падающий прямо перед ним лист замедлил движение, как и незнакомец. Адаму казалось, что тот будто прорывается сквозь вязкую пелену, но его сил было недостаточно. И правда, из-под капюшона раздалось злое рычание.

— Не-на-ви-жу…

Адам увернулся как раз вовремя. Незнакомец, как в замедленной съемке, пролетел мимо, так и не раня парня.

Время вернулось на круги своя, и листок упал на землю.

— Ты не сможешь каждый раз призывать время. Ты слаб, — прошипел незнакомец.

Адам не спорил. Да и какой смысл тратить энергию и отвлекаться? Тем более, что этот неизвестный прав. Он действительно мало что умеет.

Незнакомец вновь бросился вперёд. Адам выставил правую руку, напрочь забыв о тренировках и словах наставников. Разве так он должен был защищаться? Но, похоже, что действительно помогло! Парень открыл глаза (от страха он успел зажмуриться!) и увидел, как вибрирует кольцо на его пальце, как наливается светом камень. Вокруг появился барьер, его можно было увидеть, дотронуться, но попасть внутрь — нет.

Нападавший размахивал руками и что-то кричал, но слова не долетали до Адама, их поглощал барьер. Рука задрожала, крупный пот побежал по его лицу. Надолго его сил точно не хватит. Ну, почему здесь никого нет?!

Не прошло и минуты, как барьер, звякнув, лопнул, и стеклянный осколки упали на траву, разом исчезнув.

— Хватит уже детских шуток, — по голосу незнакомца Адам понял, что его терпение на исходе.

Нападавший не произнёс ни единого слова, ни взмахнул рукой, ничего, но Адам вдруг упал на колени, а потом и повалился на спину, съёживаясь в комок. Его рот искривился от боли, но тишину лесной чащи не нарушил даже стон.

— Сдохни уже наконец! Хватит так цепляться за жизнь! — закричал незнакомец.

Зелёные ветви зашелестели. Лёгкий ветерок заколыхал полы плаща.

Адам размазывал кровь по лицу, хватался окровавленными пальцами за стылую землю и не мог произнести ни звука.

— Ты мне уже надоел! — завопил незнакомец и достал из-за пояса длинный кинжал, — поблагодари меня, сейчас я остановлю твои мучения раз и навсегда.

Белоснежная вспышка мелькнула перед его глазами, то ли мираж, то ли лезвие клинка. И тут же боль ушла. Адам боялся открыть глаза. Что всё это значит? Он мёртв, поэтому ничего не чувствует?

Но тут что-то мокрое коснулось его лица. Адам отпрянул. Прямо перед ним была Нуала. Антэйн спокойно вылизывала слишком красноречивые красные пятна со своей белоснежной шерсти. Парень покосился в сторону незнакомца и вздрогнул — тот лежал на земле и не шевелился, клинок был брошен неподалёку.

— Ты спасла мне жизнь?

Ему показалось, или Нуала фыркнула: ещё как спасла, ты что сомневаешься в этом?

— Спасибо, — прошептал парень и тяжело задышал. Только сейчас к нему пришло осознание того, что могло случится. Пальцы мелко задрожали.

Нуала медленно подошла и уткнулась носом в подрагивающую ладонь. От неё шло тепло, живое и успокаивающее. На миг Адам забыл о человеке, который пытался его убить, о самом убийстве, произошедшем на его глазах. Всё будто стало на свои места.

— Кто ты, Нуала? — он мягко погладил её мех и почесал за ухом. Антэйн стала ластиться. — Не могу понять…

— Адам! — роща разом наполнилась звуками, кто-то выкрикивал его имя вдали, его искали.

На тропинку выбежала Мэл и испуганно остановилась. Моментально оценив ситуацию, она подошла к бездыханному телу незнакомца, пощупала пульс, и только потом откинула капюшон. Адам молча наблюдал за её реакцией — узнала. Мэл точно поняла, кто был нападавший.

Парень устало закрыл глаза, продолжая гладить Нуалу.

— Ты в порядке? — Мэл уже сидела напротив него, — столько крови…

— Уже всё зажило, — сказал Адам и понял, что именно так и есть. Он снова повернулся к Антэйн, — это ведь ты?

Вместо ответа Нуала просто легла рядом с ним, уткнувшись носом в бок и будто уснула.

— Это Нуала, она меня спасла и вылечила. Не знал, что она так может.

Мэл сжала губы, чтобы не показывать свой страх. Как только она увидела Адама всего в крови…

— Ты ведёшь себя, как девчонка, — хрипло засмеялся Адам, — не переживай так.

Мэл сдержалась, чтобы не всхлипнуть.

На поляну выбежали и остальные. Эйдан резко остановился, цепко осмотрел Адама и опустил голову.

— Ранен? — мрачно спросил он.

— Уже нет, — вместо Адама ответила Мэл, — нам повезло.

— Дело не в везении, — Эйдан покачал головой, — всё именно так, как должно быть. Джон, помоги ему.

Адаму показалось, что Эйдан избегает его взгляда, даже не хочет приближаться. Но разве такое может быть? Неужели, он опять что-то сделал не так?

Джон поднял Адама и, перекинув его руку себе за шею, осторожно повёл к выходу. Парень повернулся. Все остались на поляне и что-то обсуждали. Снова секреты, снова ему не дают и возможности узнать правду, снова один…

Нуала боднула его носом в ногу, и Адам улыбнулся. Всё же не один. Теперь он точно не один.

Джон не повёл его в лазарет, и даже не в его собственную комнату.

— Куда мы идём? — Адам хоть и исцелился, но слабость была неимоверной.

— Сегодня церемония обретения, как раз должны успеть.

— Что? Прямо сейчас? А нельзя…

— Нельзя, — сурово ответил Джон, — никак нельзя.

Адам тяжело вздохнул. Он еле шёл, если бы не Джон, волочащий его на себе…

Знакомые высокие створки. Здесь, раньше он уже проходил странные церемонии. Сначала — камень, потом — его непонятные силы. Что же будет теперь?

Джон толкнул дверь, и они оказались в большом зале. Молодые Катэйры стояли в ряду, ожидая своей очереди. Советник, который отправил Адама на задание, находился в центре зала и что-то рассказывал. Но, стоило им войти, как все замолчали. Где-то вскрикнула Кейт, Адам услышал знакомые голоса шумных Кеган.

— Надеюсь, мы не опоздали? — громко спросил Джон.

— Нет, — спустя секунды ответил советник, — проходите и становитесь в ряд.

Перед глазами Адама заплясали противные чёрные мушки, и он кулем повис на Джоне.

— Потерпи совсем немного, Адам. Просто потерпи!

В голове сильно зашумело. Но, как оказалось, это были голоса в зале, шёпот, говорки нарастали, кто-то спорил, кто-то чуть ли не кричал. Советнику пришлось успокаивать Катэйров, призывать их к тишине.

Нуала не отходила ни на шаг, и только её тепло всё ещё держало Адама тут, не давало забыться таким долгожданным сном.

— Адам! — советник произнёс его имя, и парень неловко сделал шаг вперёд. Джон отпустил его.

— Теперь ты сам. Мне нельзя.

Несколько шагов, по лицу побежал пот, смешавшись с засохшей кровью.

— Адам, если ты не можешь… — начал было советник.

— Я могу! — возразил парень и, коснувшись Нуалы, как талисмана, пошёл вперед. Каждый шаг давался тяжело, но он чувствовал, что сейчас отступать нельзя. В этом зале, через несколько минут всё изменится или, наоборот, вернётся на круги своя.

Глава 16

Советник равнодушно смотрел на Адама и медлил. Чего же он ждал? Парню казались эти секунды и минуты безразмерно долгими.

— Советник!

Кто это? Кеган? Или Джон? Адам уже не разбирал голосов, в ушах шумело, он еле стоял на ногах. Если бы не Нуала, он бы просто упал без сил.

— Да-да, конечно. Я немного задумался, — советник улыбнулся, — подойди поближе, Адам, и посмотри в эту чашу.

Только сейчас он увидел каменную кувшинку перед советником. Её лепестки казались тонкими, даже можно было различить прожилки. Кем бы ни был мастер, создавший такое, он, очевидно, был очень талантлив.

Было страшно касаться чаши (вдруг она рассыплется в его руках), но выбора не было. Адам опустил руки на холодный камень и немного перевёл дух, стоять стало проще. Да и Нуала всегда под боком.

Странно, — мельком подумал Адам, — Джону нельзя было сюда, а Нуала смогла.

— Смотри вглубь чаши, расслабься, — голос советника звучал будто издалека и становился всё тише и тише, пока и вовсе не исчез.

Адам посмотрел на прозрачную воду в чаше, сквозь которую были видны даже мельчайшие трещинки в каменной поверхности. На воде играли блики от множества свечей в зале. Парень пошатнулся, но устоял. Кровь на его руках смешалась с водой, но алая капля не растворилась, а, наоборот, стала расти, прежде чистая вода стала грязно-кровавой.

Адаму послышался странный шум за спиной, но он был так далеко, что не имел никакого значения. Увиденное в чаще гипнотизировало, вода закипела и зашипела.

Зал, в котором он находился, менялся на его глазах: стены остались прежними, но и как-то изменились: появились стойки с мечами и клинками, вместо советника и чащи в центре возвышался высокий трон. У подножья справа лежал белый как снег посох, слева — черный, будто угольный клинок. Адам попытался всмотреться в фигуру на троне, изображение было размытым, но он точно понял, что это мужчина с каштановыми волосами, молодой и крепкий. Он протянул правую руку, и чёрный клинок послушно лёг в неё. В левой оказался посох. Незнакомец встал с трона и стал медленно спускаться, он шёл прямо к Адаму, словно видел его.

Парень судорожно сглотнул, уцепившись руками за чашу. Только ощущения холодного камня под ладонями напомнило о реальности.

Незнакомец остановился перед ним. Они были одного роста, но, как ни пытался Адам, рассмотреть лицо он не мог. Черты расплывались перед его глазами. И тут мужчина поднял белый посох, Адам подался назад, но чаша словно держала его, он не мог оторвать руки от камня. Он видел, как посох опускается прямо на него и ничего не мог поделать, даже уклониться. За секунду до удара Адам увидел, наконец, лицо нападавшего. Это был он сам! Но какой-то другой, моложе и увереннее в себе. В глазах мелькало осознание силы, могущества и власти. Этот Адам был совсем на него не похож. Посох опустился, и резкая боль прошлась по позвоночнику, взрываясь в висках.

Нуала рванула вперёд, вгрызаясь в другого Адама, выбивая белоснежный посох из его рук. Посох, и правда, упал. Парень потянулся к нему, намереваясь хоть как-то защититься. Ухватив рукоять, он крепко сжал древко посоха. И тут Нуала остановилась. Замер и другой Адам. Они смотрели на него и тихо таяли, исчезая из его видения. Лишь посох в руке становился всё реальнее и реальнее. Адам моргнул, и морок исчез окончательно. Он потёр глаза. Знакомый холл, перед ним — каменная чаша с прозрачной водой. Советник испуганно смотрит на него, а вокруг тишина, ни единого звука.

— Адам? — робкий голос за его спиной, — ты… как?

Парень поворачивается к Мэл и только сейчас замечает, что держит посох в руках. Белоснежный и как будто свой, знаком даже рисунок на древке. Адам трясет головой и оглядывается.

— Где Нуала, Мэл? Она была тут, всё время рядом.

Мэл неловко осматривает остальных. Тут и его группа, и Кеган, все встревожены. Кейт прячется за спинами кого-то из старших.

— Её здесь не было, Адам.

— Нет же! Была! Она была со мной в лесу, она спасла меня, излечила мои раны!

Мэл делает шаг назад. Она что, боится его?

Адам смотрит на посох в своей руке, сейчас он сияет синим холодным светом.

— Что это такое? Почему…

— Адам, — советник приторно улыбаясь и даже как-то склонившись, поднимает руки ладонями вверх, — не стоит нервничать. Нужно, прежде всего, успокоиться. Хорошо? Не переживай, мы со всем разберёмся…

Но этот голос, наоборот, злит Адама. Он вспоминает, что именно этот советник отправил его в лес, заманил в ловушку. Посох начинает светиться ещё ярче, теперь он подобен огромной свече.

— Адам! — советник запричитал и упал на колени, — пожалуйста, в этом не было моей вины! Я не хотел! Это было для общего блага!

— О чём вы говорите? — Адам не сразу понимает, что это его голос. Он изменился: стал стальным, твёрдым и таким чужим. В нём самом что-то изменилось.

— Я… Я должен был попытаться остановить тебя. Ты ведь не знаешь, они все… Все этого хотели! Пусть теперь притворяются твоими друзьями, пусть подлизываются, но они разделяли мои мысли. Ты не должен был вернуться! — завопил советник и сжался в ожидании удара.

Адам едва сдерживал раздражение. Этот старик бесил его, теперь он сам признался, что желал смерти Адама. Но… почему Мэл спряталась за спины других Катэйров? Почему всхлипывает Кейт? Почему все молчат и отступают всё дальше и дальше от него? Почему так смотрит Эйдан, будто с жалостью и пониманием?

Парень опустил посох, и тот тут же погас. Адам почувствовал ужасную усталость. Он ещё больше запутался. Воспоминания так и не вернулись к нему, силу он не обрёл, но зато он осознал, что остальные до ужаса его боятся.

Он пошёл к выходу из зала, Катэйры расступились, никто не мешал ему уйти, никто не остановил. За его спиной была почтительная тишина, ни единого шороха. И именно от этой тягостной тишины он так хотел убежать.

Ворвавшись в свою комнату, он плотно закрыл дверь и сел прямо на пол. Здесь было как-то спокойнее и привычнее.

— Что же произошло? Куда исчезла Нуала?

Адам повертел в руках посох. Красивый. Аккуратно положив его рядом, он провёл пальцами по гладкой древесине. Почему-то сразу вспомнился мягкий мех Нуалы. Такой же белоснежный.

Парень вздрогнул и отнял руку.

— Этого просто не может быть!

Вытащив из кармана камень, он положил его рядом, и тут же в памяти всплыла картинка: незнакомец… или он сам, справа — белый посох, а слева — угольный клинок.

Адам отчаянно помотал головой.

— Я просто отказываюсь в это верить…

Он прислушался к тишине за дверью. Она была какой-то неестественной. Адам хмыкнул. Вряд ли кто-то решит его сейчас потревожить. Но он ошибся. Стоило ему подумать об этом, как в дверь постучали.

Парень резко вскочил на ноги, и голова тут же закружилась. Ему понадобилась минута, чтобы прийти в себя. Но за дверью будто бы ждали и не торопили. Отложив в сторону посох и камень, Адам открыл дверь.

Они все стояли у порога: Мэл с покрасневшими глазами, суровый Эйдан, рыжий Сол, ковыряющий пол носом ботинка, расстроенная Анна и Джон, как всегда, спокойный.

— Можно войти? — Кейт выглянула из-за спины Джона и робко улыбнулась.

— Д-да, конечно, — Адам неловко отступил в сторону, пропуская всех в свою комнату.

Давящая тишина и тяжесть в груди постепенно исчезали, и Адам выдохнул облегчённо.

— Ты… Как ты? — Мэл не смотрела ему в глаза. Теперь она спрашивала робко, будто сама боялась своей смелости.

— Не знаю, — признался Адам.

— Ты что-то вспомнил? — Джон просто уселся на стул и вытянул ноги.

— Нет.

Все переглянулись.

— Ты что-то видел? — опять Джон. И почему у него такой цепкий взгляд? Не спрячешься.

— Да, — Адам сел на кровать и выдохнул, — мало, что понимаю, на самом деле. Я видел человека на троне, что ли. Ну, такое возвышение…

— Мы знаем, что такое трон, — перебил его Джон, — дальше.

Адам кивнул.

— Ну, сначала я не видел его лица, а потом понял, что это я. Но… и не я. Он был совсем другой.

— Это уж точно, — подала голос Анна.

— Он ударил меня белым посохом, — парень кивнул на древко справа от него, — этим самым. Понятия не имею, как он оказался у меня! А Нуала спасла меня! Она бросилась вперёд защищая, а потом исчезла. Я должен найти её!

— Не горячись! — Эйдан сел рядом и потрепал Адама по голове, — успокойся. Не нужно её искать, ты ведь и сам всё понял уже. Верно?

Адам снова покосился на посох.

— Но он ведь не живой, просто деревяшка…

Эйдан хмыкнул.

— Я бы не стал так неуважительно. К тому же, это она. Даже мы не знали, что твоя Антэйн принимает такое обличие. Хотя Антэйны — редкость, мало кто ладил с ними, кроме тебя. Хорошо, что и советникам эта мысль не приходила в голову.

Остальные поддакнули.

— Нам повезло, — лаконично сказала Анна, — Адам, ты обрёл свой последний предмет. Теперь воспоминания будут возвращаться сами, и ты скоро всё узнаешь.

— Почему вы до сих пор не хотите рассказать мне всё? — устало спросил Адам, всё ещё не сводя взгляда с посоха.

— Потому что это может привести к страшным последствиям, подумай о той боли, которую ты испытываешь, вспоминая лишь отрывки прошлого, что будет, если дать знание целиком? — ответил Эйдан, — ты должен вспомнить сам. Считай, что это я виноват в твоих мучениях, я отдал такой приказ.

Адам и хотел разозлиться, но почему-то не выходило.

— Вы думаете, что я слабый?

Сол как-то нервно хмыкнул.

— Нет, — Джон скрестил руки, — мы боимся, что ты слишком силён, и нам всем не справиться с последствиями.

Адам задумался.

— Я не хочу этот посох, хочу, чтобы Нуала вернулась. Как это сделать? Она ведь жива?

— Я уверен в этом, — сказал Эйдан и улыбнулся, — Нуала — удивительное создание, но только ты, пожалуй, сможешь вернуть её. Прояви терпение.

Парень кивнул и смущённо осмотрел остальных.

— Спасибо. Я думал, что остался совсем один.

— Боже! Как мне этого не хватало! — воскликнула Анна, — ты всегда ставил в тупик своей честностью. Научись же хоть немного лгать!

Все засмеялись.

Адам закрыл глаза, наслаждаясь этими секундами душевного покоя.

— Однако, этот советник был точно не один, — Джон сказал то, о чём боялся спросить Адам, — сейчас его допрашивают. Но не думаю, что это даст результат.

— Что я ему сделал?

— Ты — конец их власти, Адам. Как только ты соберёшь свои воспоминания и знания, нужды в советниках не станет. Но, думаю, дело и в другом. Покажи-ка мне своё кольцо.

Адам сжал кулак. Почему-то сейчас он совсем этого не хотел, хотя недавно сам же предложил кольцо Эйдану.

— Я не заберу его. Обещаю.

Нехотя он протянул руку, но снимать кольцо не стал. Это не укрылось от Джона, и он понимающе кивнул.

— Если мы знаем о камне, а теперь и о посохе, то кольцо оказалось для нас сюрпризом. Эйдан, ты знал о нём?

— Нет.

— И не видел?

— Нет, раньше его не было.

Адам удивился. Похоже, Эйдан знал его лучше всех.

— Интересно, оно совершенно чёрное, без единых отметин, никаких знаков.

Адам опустил руку. Было неприятно, что кольцо так пристально рассматривают.

— У нас у всех есть подобные предметы, — пояснил Джон, — они многое для нас значат. Это и наша сила, и наши мысли, мы сами, в общем-то. К сожалению, тут мы тебе не помощники. Только ты, Адам, сможешь расшифровать спрятанное в этих предметах.

Парень уныло кивнул. Он уже и сам это понял.

— Но мне интересно, почему ты не спрашиваешь главное? Неужели тебе не интересно?

— О чём ты?

Все внимательно посмотрели на Адама, словно опасаясь его ответа.

— Ты ведь должен был уже догадаться. Ты видел себя на троне, ты видел, как боялся тебя советник, ты знаешь, что он пытался тебя убить. Разве это мало? Трудно не заметить, что таких, как ты, здесь нет? Ты не хочешь спросить об этом?

Адам улыбнулся.

— Только не говорите, что я тут был за главного, — попытался пошутить Адам, но все остальные казались очень серьёзными. Даже Кейт. Она молчала, только слушала остальных. И куда подевался этот её «старикан»? Теперь он скучал по их прежнему общению. — Я… Мне это совсем неинтересно.

— Адам…

— Это правда! Не думаю, что это моё.

Джон улыбнулся. Он хотел что-то сказать, но Эйдан покачал головой.

— Ладно, мы пойдём, — Анна потянула за собой Джона, — прости, что ворвались все к тебе.

— Мы тоже, — Сол приобнял Кейт, — если что — ты знаешь, где мы.

В комнате остались только Эйдан и Мэл.

— Ты, правда, ничего не хочешь спросить?

— Да, — твёрдо ответил Адам, — я постараюсь вспомнить всё сам, но даже если это и произойдёт, я не уверен, что всё будет, как прежде.

Эйдан опустил голову.

— Мэл…

Девушка вздрогнула от неожиданности.

— Ты всё время молчишь и не смотришь на меня. Ты теперь меня… боишься?

— Нет! — воскликнула она и тут же испугалась своей горячности, — просто…

— Что?

— Я… У меня ещё много дел! Как я могла забыть?! Боже, мне пора. Я загляну попозже. Давайте, ребят, — девушка махнула рукой и юркнула за дверь.

— Дай ей время, — просто сказал Эйдан, — всё обязательно вернётся на круги своя.

Но сам Адам уже не был в этом уверен.

Глава 17

Всю ночь Адам не мог уснуть. Он был чертовски уставшим, но сон так и не шёл. Повернувшись на бок, он рассматривал посох и камень. Сейчас они лежали совсем рядом, на полу у его кровати, и, время от времени, он проводил по ним пальцами. Хотел ли он вернуть свои воспоминания? Теперь он уже не был так уверен, как раньше. Почему-то вид самого себя в прошлом ему не понравился. Он был таким? Таким уверенным в себе и ничего не боящимся? С таким холодным взглядом? Адам передёрнул плечами, даже под одеялом ему стало зябко.

— Нуала, ты меня слышишь?

Посох остался неподвижным. Адам громко вздохнул и перевернулся на другой бок. За окном была звёздная ночь. Это зрелище успокаивало, хотя от мыслей не убежать.

Поёрзав на кровати ещё немного, Адам не выдержал и встал. Накинув куртку, он вышел на улицу подышать и немного успокоиться. Но на каменных порожках уже кто-то сидел.

— Мэл?

Девушка резко подскочила и потёрла глаза.

— Ты чего тут?

— Я… просто не могла уснуть, — призналась она и снова опустила голову.

— Я тоже, — Адам сделал вид, что не замечает её смущения, — ты не против, если я тоже тут посижу?

— Н-нет.

— Хорошо.

Мэл словно вся сжалась. Ей отчаянно хотелось отсюда уйти. Адам закрыл глаза. Кто бы мог подумать, что он захочет вернуть обратно то время, когда он мало что понимал, когда у него не было этих непонятных предметов, когда его не боялись.

— Можно спросить?

— К-конечно.

— Я обидел тебя когда-то? Ну, раньше?

— Нет, конечно!

— Не причинил тебе боли?

— Нет, — голос Мэл звучал глухо и едва слышно.

— Правда?

— Я не лгу.

— Это хорошо, — Адам снял куртку и набросил девушке не плечи, — ты вся дрожишь.

Мэл промолчала.

— Вы все боитесь, что я могу что-то вспомнить, и, в то же время, ждёте этого, — усмехнулся Адам, — а воспоминания так и не приходят. Так нужно ли их торопить?

Мэл странно посмотрела на него.

— Знаешь, я хотел бы вернуться в Джакарту к своим друзьям. Там было неплохо. Даже в клинику бы снова пошёл. Забавно, не находишь?

Мэл так не считала. Она просто покачала головой.

— Ты не поменялся.

— Думаешь?

— Да, хотя другие так говорят, — Мэл немного осмелела и даже улыбнулась, — но мне всегда казалось, что тут тебе нехорошо, несвободно что ли. Вот и сейчас, ты не хочешь власти. Может быть, поэтому и воспоминания не возвращаются?

Адам задумался.

— То есть мне просто нужно захотеть?

— Я не знаю, — девушка пожала плечами и вздохнула.

— А ты бы хотела, чтобы я всё вспомнил? — Адам сжал кулаки и посмотрел на небо. Вокруг было так тихо, ни единого звука.

— Да, — тихо ответила Мэл, — в любом случае, знание лучше. Не могу представить, как тебе было тяжело всё это время. Не знать, кто ты — что может быть хуже?

— Может быть, только знать, что ты — ужасный человек, — усмехнулся Адам.

— Это не так! Никого не слушай! Ты никогда не был ужасным! Никогда не…

Парень улыбнулся.

— Так, раньше я был добрым, а белый посох носил для красоты?

— Ну, — Мэл замялась и потом и вовсе облегчённо засмеялась, — даже добро должно быть с кулаками. Верно ведь? Но я не обманываю, ты никогда не был плохим. Ты боишься этого, так? — она взяла его за руку, и Адам уцепился в неё, как за спасательный круг.

— Да, ты права. Я боюсь именно этого. Сейчас я много чего боюсь на самом деле. Боюсь, что не смогу обрести свои способности, и боюсь, что смогу это сделать. Мне страшно вспоминать, что было раньше и неприятно видеть страх в глазах остальных. Даже эти Кеган так на меня смотрели…

Мэл погладила его по руке. От этого простого жеста стало легче и немного спокойнее.

— Если я скажу, что все твои действия были оправданы и тебе не нужно опасаться, ты мне поверишь?

Адам посмотрел на девушку. Её волосы разлохматились, и даже ночью в тусклом свете он видел, как она покраснела, как волновалась.

— Я верю тебе, Мэл. Верю.

* * *

Новый день не принёс воспоминаний из прошлого, но отличился новостями.

— Нет, ну ты слышал?! — Кейт ворвалась в его комнату, куда он вернулся совсем недавно и так сладко спал, до последнего момента, — советника выпроводили! Не знаю, куда, но уходил из главных ворот! Представляешь?

— Доброе утро, — пробормотал Адам и накрыл голову одеялом.

— Эй! Ты что, не слышал?! Советник, который заманил тебя в ловушку…

— Да слышал я!

— И тебя это не волнует?!

Адам закатил глаза. Заснуть уже не получится. Советник его не волновал, и это было правдой.

— Ну и ну.

— Вчера ты не была такой шумной, — Адам громко вздохнул и откинул одеяло.

— Ну, ребята рассказали кое-что вчера… Я волновалась из-за тебя, старикан! А ты…

Адам улыбнулся и пригладил волосы.

— Спасибо.

— Чего это? — Кейт с раздражением посмотрела на парня, — за что?

— За новости, конечно, — ответил он, хотя был благодарен совершенно за иное.

— Вот то-то же! Цени!

Адам хмыкнул и бросил в неё полотенце.

— Эй, старикан!

Парень засмеялся и пошёл в ванную комнату. На душе было легко и свободно. Вчерашние страхи и опасения улеглись. На него не смотрят, как на чужака. Он свой, как и прежде.

Включив кран, Адам с удовольствием стоял под тёплыми каплями, наслаждаясь. Этот день точно будет хорошим. Не хотелось думать о советнике, которого изгнали, и о том, что, наверняка, он действовал не в одиночку, о странных предметах в его комнате и о Нуале, которую, возможно, он больше никогда не увидит. Эти мысли смывала вода, забирая и пережитый страх.

Адам завернулся в полотенце и вернулся в комнату. Кейт ушла, но воцарившееся спокойствие не исчезло. Сейчас он чувствовал, что сможет всё, в том числе, справиться и со всем непонятным, что происходит в его жизни. Солнце проникало сквозь окно и даже слепило в глаза. Адам сощурился и улыбнулся, ощущая тепло на коже.

Вдруг всё резко изменилось: черные тучи заволокли небо, ощутимо похолодало. Адам не успел одеться, всё произошло в доли секунды. Лежащий на полу посох завибрировал, словно кто-то невидимый колотил им по полу. Адам бросился к камню, который сейчас налился светом, предупреждая о чём-то.

Скользнув пальцами по камню, Адам не успел схватить его и упал на пол. Виски налились пульсирующей болью. Сжавшись, он застонал. Пол под ним зашатался. Адам ухватился рукой за спинку кровати и попытался подняться. Только тут он увидел, что прежде совершенно невзрачное тёмное кольцо налилось алым, будто раскалённый метал.

Боль прошила его тело с ног до головы, и Адам уже не знал, где он находится. Всё изменилось. Он был и в своей комнате, и где-то далеко отсюда…

— Отец! Подожди! Ты куда?

— Я скоро вернусь, мой мальчик, — седоватый мужчина ласково проводит по его волосам, — не бросай брата, заботься об Эйдане. Хорошо? Обещаешь?

— Да!

— Вот и молодец! Я так горжусь тобой!

Рука отца кажется такой большой и сильной. Он прижимается к нему, не в силах отпустить. Хотя бы ещё одно мгновение, ещё немного…

— У тебя нет выбора, Адам, — советники стоят перед ним, склонив головы, — ты ведь всегда это знал. Только такие, как ты, могу вести нас. Нам некого больше просить. Надежда лишь на тебя…

Двэйны вокруг, тёмные сгустки и кроваво-алые. Он чувствует их жажду, но и боль тоже. Они хотят убить его, растерзать на клочки, но он знает, что куда больше они хотят, чтобы он отпустил их, дал им такую долгожданную свободу. Если бы только он знал, как… Если бы только умел…

— Ты придумал! Я не могу поверить!

— Да, брат, — Адам чувствует страшную усталость, но он справился, — теперь всё закончится. Двэйны больше никогда не смогут причинять нам вред, да и людям тоже.

— Как? Как это возможно?

Адам хочет рассказать, ему не терпится. Кольцо уже в кулаке, но он сдерживается. Он не должен подвергать жизнь Эйдана опасности, он обещал отцу. Когда-то давным-давно…

— Адам! — Мэл стоит у ворот и теребит край куртки, — я должна тебе кое-что сказать.

— Я спешу. Мы можем поговорить немного позже?

— Нет! — Мэл словно пугается своих слов, — пожалуйста! Я больше никогда не осмелюсь. Только пара минут.

— Хорошо.

Льёт сильный дождь. Он подходит ближе, чтобы расслышать её. Она выглядит такой робкой и такой слабой. Он видит, как дрожат её руки и не выдерживает, накрывает их своими. Сколько же можно держать себя в узде? Как это тяжело.

— Адам, я… ты… мне нравишься.

Он закрывает глаза. Он знает это. Всегда знал. В груди так больно, так тесно.

— Я знаю! Всё знаю! Я ничего не требую! Просто не имею права… Просто так хочу, чтобы ты знал. Хочу, чтобы ты вернулся поскорее!

Как он ей завидует. Она может говорить всё, что думает. Он потирает её руки, согревая.

— Я вернусь. Ничего не бойся.

Единственное, что он может себе позволить — это погладить её по голове, поправить намокшие волосы. Больше нельзя, нельзя!

— До завтра, иди отдыхай!

— Адам! — она дёрнулась, чтобы бежать за ним, но он уже повернулся к ней спиной. Он чувствует её взгляд, знает, что она ещё долго будет там стоять, провожая.

— Кто-нибудь! Быстрее! — резкий крик у самого уха возвращает его обратно, что-то мокрое касается его лица.

— Что случилось?!

— Боже мой!

Голоса смешиваются, и Адам не может ничего понять или разобрать: кто сейчас в его комнате и действительно ли он у себя или это очередной морок?

— Как ты, Адам? Ты меня слышишь?

Он открывает глаза и снова видит Мэл. Как и тогда, под дождём, она кусает губы и волнуется, её волосы мокрые. Почему? На улице идёт дождь?

— Адам!

— Я же сказал, что вернусь, — говорит он и гладит её по голове, как в тот раз.

Мэл замирает. Она поняла. Сразу, не колеблясь.

В комнате становится тихо.

— Ты… ты вспомнил?

— Только кое-что, — Адам пытается подняться. Кто-то, похоже, Джон ему помогает, — теперь кое-что стало на свои места. Только не думал, что это будет так, — воспоминание о боли разом охватило его, но тут же что-то мокрое снова коснулось его руки.

— Нуала!

— Когда мы пришли, она была рядом с тобой, — сказал Джон, — разве не здорово? Да и посоха нет.

— Нуала… — Адам провёл рукой по мягкой шерсти, и возникшее чувство облегчения затмило испытанную ранее боль.

— Адам… — Эйдан стоял перед ним в нерешительности, словно в чём-то провинился. Таким его Адам ещё не видел.

— Брат, — парень улыбнулся и протянул руку, — почему ты сразу не сказал?

Эйдан моргнул и закусил губу.

— Что ещё ты вспомнил?

— На самом деле, мало что, — Адам убрал руку, Нуала ластилась и не давала встать с пола, — кое-какие отрывки, но очевидно, что воспоминания стали возвращаться.

— К добру ли? — буркнул Сол, но на него сразу же шикнули.

— Я помню, что ты — мой брат, но вижу, что ты не очень-то рад.

В комнате стало тихо.

— Эй, ребята, давайте-ка по делам, а-ну, живо! Мэл, ты тоже с нами. Нечего глазеть.

Адам с трудом поднялся и оглядел себя. Он был всё ещё в полотенце.

— Я не прав?

— Ты не прав, — сказал Эйдан, — я рад, что твои воспоминания возвращаются, жаль, что отрывками. Так я терзаюсь ещё больше.

Адам сел на кровать и накинул одеяло. Стало теплее.

— Почему? Чего ты так боишься? Меня?

— Может быть, — Эйдан как-то нервно улыбнулся, — мы — действительно братья, но не по крови. Я — твой молочный брат, твой отец забрал меня к себе. Это спасло мне жизнь, чего уж там… Ты всегда заботился обо мне, иногда даже чересчур.

— Не могу представить, — Адам тихо засмеялся, — должно быть наоборот. Во мне ни грамма ответственности.

— Это не так, — мягко сказал Эйдан и сел на край кровати, — бывало, что ты жертвовал многим, чтобы я ни в чём не нуждался. За твоей спиной было спокойно, и я не задумывался зачастую, чего тебе это стоило.

— Сейчас ты скажешь, что я должен вспомнить всё сам?

— Боюсь, что да. Но это лишь потому, что у меня не хватит смелости рассказать тебе правду самому.

— Хорошо, — Адам кивнул и почесал Нуалу, которая уже лежала у его бока, — но я всё равно рад. Как же здорово не быть одному. Я и не думал, что смогу найти кого-нибудь из своей семьи.

— Не слишком этому радуйся, — усмехнулся Эйдан.

— А, отец?

— Он погиб в сражении, когда ты был совсем ребёнком. Мать — ещё раньше.

Адам кивнул. Внутри ничего не отозвалось болью.

— В вашем доме, тем не менее, было всегда тепло. Я не голодал, за мной смотрели слуги. Этот дом был настоящим, он и сейчас есть. Если захочешь, я тебе покажу.

— Хочу, — пробормотал Адам. Его клонило в сон, тепло Нуалы убаюкивало. — А Мэл?

Эйдан вздохнул и улыбнулся.

— Она всегда тянулась к тебе. Ты делал вид, что не замечал. И у тебя получалось. Никто никогда не подозревал о твоих чувствах.

— А ты?

— Ты для меня как открытая книга.

— Да ладно! — Адам бросил в брата подушку, — не верю!

— Так и есть, — Эйдан выдохнул и внимательно посмотрел на засыпающего Адама, — было больно?

— Очень, — он сразу понял, о чём была речь.

— Именно поэтому мы и боялись говорить обо всём сразу. Кто знает, как бы ты пережил такое?

Адам закрыл глаза. Со сном было невозможно бороться.

— Отдохни, — услышал он сквозь дрёму, — никто тебя не побеспокоит сегодня.

Сон накатил мгновенно, оставляя возбуждённый разум в покое. Он не слышал, как Эйдан укрыл его, как погладил Нуалу, и та ласково лизнула его в руку, Адам не видел и то, как Эйдан подержал чёрный как смоль камень, прислушиваясь к нему, а затем положил туда же, где тот лежал раньше. Дверь бесшумно закрылась, и в комнате воцарилась полная тишина. Но даже если бы кто-то и шумел, если бы кто-то ворвался прямо сейчас, то и тогда Адам бы не проснулся. Сон был глубоким и исцеляющим, без сновидений и без воспоминаний.

Глава 18

Он сразу почувствовал, что Нуала неспокойна. Антэйн напряглась, и, хотя она не издавала ни звука, он ощущал её волнение, как своё собственное.

Адам открыл глаза и сразу вскочил с кровати. Машинально натянув штаны и футболку, он выглянул за дверь. Катэйры шумели, кто-то пробежал по коридору, даже не посмотрев на него. Значит, творилось что-то действительно необычное.

— Пойдём, — он взял камень и кивнул, Нуала, как тень, мелькнула за ним.

В холле было настоящее столпотворение. Адам стоял позади, стараясь не привлекать к себе внимание и вслушивался в слова советников. Похоже, они собрались здесь все.

— Разрыв в щите! Двэйны словно с ума сошли… В мире людей… Немедленно формируйте группы! Группа 1…

— Адам! — Анна схватила его за руку, — разве ты должен тут быть? Тебе надо ещё отдохнуть!

— Не думаю, — он мягко высвободился, — я пойду с вами.

— Эйдан не разрешит.

— Я не спрашиваю разрешения, Анна.

Женщина замолчала, но у него не было времени думать о правильности своих слов. Он быстро вернулся в комнату и оделся основательнее. Камень был в кармане, кольцо с ним, а Нуала не отставала ни на шаг.

— Хорошо, — сказал он сам себе в зеркало и вышел из комнаты. И как раз вовремя. Эйдан ждал его в холле.

— Ты уверен? — просто спросил брат и, не дождавшись ответа, протянул ему рюкзак. — Пойдём, объясню всё по дороге.

На улице Катэйры уже поделились на группы и спешили по разным маршрутам.

— Порталы разбросаны повсюду, это облегчает переход. Так удобнее, — пояснил Эйдан.

Адам кивнул. Волнение разливалось в воздухе.

— Как такое могло произойти?

— Никто не знает, но о причинах мы подумаем потом. Сейчас самое главное — спасти людей.

Вся группа их уже ждала. Адам заметил небольшую арку, два метра, не более, она казалась такой странной и лишней здесь среди зелёных деревьев и дикой, давно нестриженой травы.

Анна и Джон, Сол и Мэл все они будто чего-то ждали.

— Адам… — начал было Эйдан.

— Я буду делать, что вы говорите и постараюсь не мешать.

Эйдан немного поколебался, и это тоже не укрылось от Адама.

— Давайте поспешим, думаю, наша помощь нужна там.

— Да, верно, — поспешила сказать Мэл и юркнула в портал, следом за ней исчез и Сол.

— Иди, я пойду последний, — сказал Эйдан.

Адам подошёл к совершенно обычной на первый взгляд арке. Была лишь заметна её древность, камни казались гладкими. Он сделал несколько шагов, не выдержал и закрыл глаза. Холодный ветер и крики сказали ему, что он больше не дома, что он в мире людей.

Ветер чуть не сдул его с ног, и Адам пригнулся, закрывая от пыли глаза. Вдалеке раздался женский крик, полный ужаса и неподдельного страха.

— Мэл и Джон, не север! — гаркнул Эйдан и потянул Адама за собой.

Вокруг творилось страшное: ветер гнал клубы пыли, порождая густой туман, смерчевые воронки гудели ужасающе близко. Видя такую картину, хотелось побыстрее убежать, спрятаться за высокими надёжными стенами.

Адам стиснул губы и побежал дальше за Эйданом. Рассмотреть что-то впереди не представлялось возможным.

— Судя по всему, это Анил, — прокричал Эйдан, — ветер…

Адам понял, что имел в виду брат. Когда-то он читал о классификации Двэйнов. Как и сами Катэйры, те имели своеобразные ранги и кланы. Тогда он нашёл это забавным, сейчас было не до смеха. Анил значит ветер. Перед ними Двэйн, повелитель ветра. Адам судорожно стал вспоминать нужные слова, но Эйдан уже встал во весь рост и поднял вверх руки. С его губ срывались слова, но разобрать хоть что-то было просто невозможно. Ожесточённый ветер свистел и толкал фигуру Катэйра, но тот не поддавался.

Нуала закрыла собой Адама и пригнула голову почти к земле. Её присутствие успокаивало.

Но тут Эйдан пошатнулся и чуть не упал. Окрылённый этой удачей, ветер засвистел ещё громче, и если бы Адам не поддержал брата, тот бы не выдержал.

— Не выходит!

— Что я могу сделать? — Адам почти не слышал слов брата.

— Камень!

— Камень? — парень судорожно пошарил в кармане и облегчённо выдохнул: камень был с ним.

— Я отвлеку! — прокричал изо всех сил Эйдан и снова принялся произносить какое-то заклинание. Ветер немного утих, но Адам видел, как тяжело это даётся брату. Этот Двэйн, где бы он ни находился, был очень силён.

Он достал камень, совершенно не понимая, что он может сделать. Почему же не вернулись воспоминания о его знаниях?!

Адам сжал камень в руке, пытаясь сосредоточиться. Мэл учила его слышать его предметы. Он постарался отвлечься от шума ветра, чувствуя лишь присутствие Нуалы, кольцо на своём пальце и камень. Больше ничего не существовало вокруг.

Камень стал нагреваться, почти обжигая его ладонь. Сквозь боль Адам понял, что что-то изменилось. Ветер теперь не казался пугающим, а сквозь поднятый пылью туман, он уловил горящие алым глаза. Теперь он знал, где прячется Анил!

— Нуала! — крикнул он, и Антэйн тут же бросилась вперёд по его команде. Ему не нужно было ничего больше говорить, она словно читала его мысли, была продолжением его собственных рук.

Ветер исчез в одно мгновенье, словно его и не было. Пылевые песчинки ещё летали в воздухе.

Адам обернулся на рычание и едва слышные стоны. Антэйн держала Двэйна за шею, не давая тому и возможности пошевелиться.

— Ты как? — Адам поддержал брата. Тот в ответ только кивнул, хотя тяжело дышал и казался очень бледным.

Парень повернулся к Двэйну, внимательно рассматривая тёмную фигуру, отдалённо напоминающую человеческую. Странное чувство сродни жалости качнулось где-то в груди, и Адам махнул рукой, отзывая Антэйн. Нуала послушно отпустила добычу и юркнула к ногам своего хозяина.

Двэйн тяжело дышал. Казалось, что у него самого не осталось больше сил, словно всё, что у него было, он вместил в бушующий ветер.

Адам пошёл навстречу странному созданию, но Эйдан остановил его, схватив за руку.

— Не надо.

— Он не опасен.

— Мы этого не знаем. Они очень хитры, — возразил брат.

Адам посмотрел на скорчившегося Двэйна. Жалость взяла верх, и он мягко отпустил руку брата. Нуала была рядом, а с ней он совсем не чувствовал страха.

Он сделал ещё пару шагов и присел, всматриваясь в такой страшный на первый взгляд облик: чёрная, маслянистая кожа, со странными бугристыми наростами. Двэйн открыл алые глаза, и Адам отчётливо уловил его боль и отчаяние, словно сам их чувствовал.

Он протянул руку, и, прежде чем Эйдан успел его остановить, коснулся шершавой кожи Двэйна. Существо вздрогнуло, но не более. Алые глаза следили за рукой Адама, и парень понял — Двэйн следит за кольцом.

— Чего же вы хотите? — произнёс Адам, совершенно не ожидая ответа, но тот последовал.

Двэйн захрипел, и Адам чётко услышал:

— С-сво-бо-ды…

— Что? — Адаму сначала показалось, что он ослышался, но Двэйн схватил его за руку. Эйдан что-то крикнул, но Адам остановил его.

Парень посмотрел на угольную длань странного существа. Она была так похожа на обычную человеческую руку. Как такое может быть? Они не так страшны, как могли показаться сначала.

— Помоги нам… — прошептал Двэйн.

— Как? Я не знаю…

— З-знаешь, — Двэйн снова красноречиво посмотрел на кольцо и глубоко выдохнул. Хватка ослабла.

— Он… умер? — Адам повернулся к брату.

Эйдан нахмурившись наблюдал за ним.

— Не знаю. И знать не хочу!

— Он просил о помощи!

— Об их хитрости слагают легенды, Адам! Вспомни о Стэф! Или ты уже забыл? Неужели, для тебя это так просто?

— Не просто! — Адам почувствовал, как закипает раздражение, — но тут явно что-то не так. Опомнись, они — вылитые мы!

Эйдан хотел было сказать что-то колкое, но передумал. Вместо этого он бросил беглый взгляд на Двэйна и стиснул зубы.

— Подойди поближе! Посмотри сам! Ты раньше видел их так близко?

— Нет, — вынужден был признать брат, — обычно заклинаний и клинков хватало, ими можно действовать на расстоянии. К тому же, они умеют менять облик.

— Ну же! Подойди!

Эйдан покачал головой.

— Не могу.

— Да, почему же?

— Просто не могу! Хватит! Оставь его и пойдём. Остальным нужна помощь, — Эйдан не стал дожидаться ответа брата и побежал вниз по улице, словно боялся, что тот снова примется его просить.

Адам повернулся к Двэйну, но того уже не было, лишь тёмный, как зола пепел лежал на земле.

Парень дёрнул плечом и побежал за братом. Обо всём случившемся сегодня он ещё успеет подумать, но Эйдан прав — возможно, кому-то сейчас нужна помощь и лучше поторопиться.

Он нашёл Эйдана за углом. Тот склонился над лежащим на земле Катэйром.

— Смотри, Адам. Ты и теперь жалеешь этих чудовищ?

— Он жив?

— Да, но без сознания. Раны не такие опасные.

Адам облегчённо выдохнул и подошёл поближе.

— Потратил все силы. Помоги мне убрать его с дороги.

Вдвоём они оттащили раненого и оставили у козырька дома.

— Я останусь с ним, всё равно толку от меня ноль, — сказал Адам, — ты иди к нашим.

Эйдан улыбнулся.

— Что-то не так?

— Нет, — ответил брат, — теперь всё хорошо.

Эйдан побежал дальше, а Адам только удивился: откуда-то брат точно знал, куда ему нужно бежать.

Он снова осмотрел раненого. Тот будто спал на первый взгляд, но сам Адам знал, что это не так. Когда кто-то из Катэйров надрывался, использовал слишком много сил, то просто терял сознание. В таком случае требовалось два-три дня, чтобы прийти в себя. И в такие моменты Катэйры были абсолютно беспомощны.

Адам нервно оглядел улицу. Она была пуста, но, кто знает, что может случиться через секунду.

Вдалеке послышался шум, и Адам раздражённо поджал губы. Надо же, накаркал. Шум нарастал. Пришлось оттащить раненого дальше, за дверь. Всё же, в помещении, как рассудил Адам, будет немного безопаснее.

Он выглянул на улицу. Шанса избежать очередной схватки не было. Тёмные клубы дыма росли, заполоняя всю дорогу, закрывая первые этажи совершенно пустых зданий.

Адам вышел, закрыв за собой дверь. Защита для раненого так себе, но другой просто нет. Нуала боднула его в ногу, и он улыбнулся. Иногда он забывал, что она всегда рядом, воспринимая её больше, как часть своего тела, свой собственный орган, а не отдельное живое существо.

Нуала не стала дожидаться его приказа и рванула вперёд в густой туман. Внутри послышался рык, тонкий крик, словно плакал ребёнок.

Адам не стал ждать и секунды, и бросился за ней. Стоило ему пройти за туманную завесу, как исчезла всякая видимость: он не мог рассмотреть ничего на расстоянии вытянутой руки.

— Нуала! — крикнул он. Сейчас он мало страшился Двэйнов, куда больше его беспокоила участь Антэйн.

Он метался из стороны в сторону, но всё было без толку. Он ничего не видел, а Нуала не появлялась. Остановившись, тяжело дыша, он постарался успокоиться и прислушаться. Где-то рядом вновь кто-то заплакал, едва слышно. Адам пошёл в этом направлении, раздвигая густой, вязкий туман рукой.

Он чуть не споткнулся обо что-то и посмотрел вниз. Тёмная уродливая фигура свернулась в клубок и издавала плачущие звуки, так напоминавшие всхлипы ребёнка.

Ещё один странный Двэйн? — подумал Адам. Нуалы, как назло, не было, но он точно знал, что с ней всё в порядке.

Поборов брезгливость, Адам коснулся рукой Двэйна. Если бы только тут был Эйдан, вряд ли бы он сказал хоть что-то хорошее. Но сам Адам не представлял, что ему делать в этом случае. Книжные знания были бесполезны. Как он ни силился, вспомнить Двэйна с похожими силами и внешним видом, он не мог. Да и он не казался опасным. Скорее, наоборот, совершенно безобидным.

Адам успел заметить странность — все попадающиеся ему сегодня на пути Двэйны даже не стремились нападать на него, хотя один из Катэйров оказался раненым. Это ему так везёт или…

Тёмная масса дёрнулась и завибрировала. Парень отступил и вовремя: Двэйн стал расти вширь, словно воздушный шар, туман стал гуще и более вязким. Было всё труднее дышать.

Адам закрыл лицо рукой, глаза заслезились, а мысли не поддавались контролю. Накатывала паника. Билось одно единственное желание — выжить любой ценой.

Он бросился вперёд на Двэйна, выкрикивая самое сильное заклинание, которое знал, крепко держа в руках камень, и остановился…

Двэйн повернул к нему своё лицо, и Адам больше не мог пошевелиться. Он точно знал, что ощущает это существо — оно до ужаса боится, а туман и странное состояние порождены этим самым страхом. Двэйн не хочет его смерти, он хочет уйти отсюда как можно дальше.

Адам потряс головой. Галлюцинации? Не похоже.

— Неужели… — выдавил он и тут же постарался успокоиться, — остановись, — сказал он Двэйну, будучи неуверенным, что тот может понять хоть что-то. Но это подействовало: туман замер, словно в нерешительности, а в голове немного прояснилось.

— Хватит, ты можешь уйти, — Адам поднял руки и стал отступать, медленно, шаг за шагом, — я не причиню тебе вреда. Позволь и мне уйти.

Масса качнулась и снова стала съеживаться. Создавалось впечатление, что Двэйн его понял и услышал. Адам не знал, так это или нет, так как раньше никогда такого не слышал. Книги, которые он так увлечённо читал, оказались неспособными помочь. Ни в одной из них не упоминалось ничего подобного.

— Адам! — сквозь туман он расслышал голос Мэл. Как только она тут оказалась?!

Двэйн дёрнулся и снова стал расти, заполоняя всё вокруг едким дымом.

— Стой! Прошу тебя! Она — мой друг, она не причинит тебе вреда!

Но Двэйна уже было не остановить. Страх стал ощутимым, Адам чувствовал, как бьётся его собственное сердце. Он бросился к Мэл, надеясь, что знает, где она. Ему повезло. Она сама затерялась в тумане и сейчас ошалело осматривалась, держа в руке пылающий синим клинок.

— Убери оружие!

— Адам!

Но он не дал ей опомниться и крепко схватил за плечи.

— Сейчас же спрячь оружие и доверься мне! Послушай, же!

Мэл моргнула, но подчинилась. Клинок сначала потускнел, а затем и вовсе растаял в тумане.

— Что…

— Тихо! Иди за мной, — он взял её за руку и уверенно повёл на звук «плача». Теперь он точно знал, как поступить. Теперь он начал понимать силу кольца на его руке.

— Адам, нельзя приближаться к нему… — начала Мэл, но он снова её остановил. Он почувствовал, как она стиснула его руку, как засомневалась, но всё же позволила ему вести её дальше.

Было невыносимо трудно разобрать, где его собственные чувства, где ощущения Двэйна, где наведённый им морок. Мэл постоянно спотыкалась и мелко дрожала будто от озноба.

— Потерпи немного, — успокаивал он её или больше самого себя, ведь если его догадка подтвердится, если это окажется правдой… Что же тогда ему делать?

Двэйн, скорчившись, лежал на земле. Туман сочился по земле уродливыми кляксами.

— Не бойся нас, — тихо сказал Адам и поднял руки, показывая, что в них ничего нет. Мэл тут же схватилась за его куртку, боясь потерять хоть какую-либо опору.

Двэйн открыл глаза. Такие же алые и странные, словно внутри горел настоящий огонь.

— Я знаю, что тебе страшно. Я чувствую твой страх, — Адам показал на кольцо, — ты ведь понимаешь и сам?

Двэйн заворожённо наблюдал за кольцом.

— Я хочу помочь вам. Скажи мне, что я должен сделать.

— Б-бли — же…

— Что он там шепчет? — спросила Мэл, её пальцы побелели от напряжения, и Адам машинально потёр ей руки, успокаивая.

— Он просит, чтобы я подошёл поближе.

— Нет!

— Не бойся. Всё будет хорошо. Ты же мне веришь?

— Только не это, Адам! — Мэл заплакала от бессилия, — я не смогу смотреть на это снова, только не это!

— Тихо-тихо, — парень не очень понимал, что именно она хотела сказать, но точно знал одно — этот Двэйн не причинит ему вреда. — Послушай, да послушай же! — он погладил девушку по щеке, — я не боюсь, это существо безобидно. Ты должна мне верить!

Мэл тихо всхлипнула.

— Ведь я могу довериться тебе?

Девушка поджала губы и, словно через силу, кивнула.

— Хорошо. Постой тут. Ничего не предпринимай. Дай мне слово.

— Ладно, — чуть ни выкрикнула она, — я обещаю!

Адам ласково погладил её по голове и пошёл к Двэйну. Тот тяжело дышал и будто плакал.

— Тебе… больно? — спросил нерешительно Адам.

— Вс-с…

— Что? — парень наклонился ниже, чтобы расслышать.

— Всегда боль-но. Всег-да…

Адам вздрогнул, словно и сам сейчас испытывал острую боль.

— Что мне сделать? Как помочь вам?

Двэйн поднял руку и коснулся Адама.

— Я… по-ка-жу…

— Хорошо. Я разрешаю тебе.

Адам закрыл глаза и едва почувствовал чужое касание: Двэйн дотронулся до его лба, и тут же улица, стоящая позади Мэл, тёплый бок Нуалы исчезли разом. Он провалился в темноту прошлого, отрывочных воспоминаний.

Огромный зал и Катэйры. Посвящение. Но во главе не советники. Нет. Высокий темноволосый мужчина с едва начинающейся сединой. Он с улыбкой смотрит на переминающихся с ноги на ногу молодых новичков. За его спинами седые старцы и опытные воины. Он поднимает руки, и все слушают его с почтением. Адам не слышит ни единого слова, но и он заворожён этим человеком. И тут он махает рукой, и время будто замирает. Никто не шевелится, никто не дышит.

Он медленно спускается по каменным ступенькам и идёт к Адаму, будто из самого прошлого, видит его.

— Наконец-то, ты пришёл. Я так долго тебя ждал.

Адам не может поверить.

— Ты боишься? — спрашивает предводитель Катэйров из прошлого.

— Нет.

— Хорошо, — улыбается он, — потому что прошло время страха, наступает время истины. Ты к ней готов?

Адам заколебался. Его собственные догадки и сомнения казались ужасными. Он и хотел открыть правду, и так страшился её.

— Да, я готов, — всё же произносит он.

Мужчина грустно улыбается.

— Нельзя оказаться готовым к неприукрашенной правде. Она сбивает с толку, лишает опоры под ногами, давит своей тяжестью. Но, как и прежде, у тебя нет выбора, лишь только нести своё бремя.

Адам только кивнул. Он больше не хотел сопротивляться.

— Так, смотри же…

Адам исчезает из зала. Теперь он в лесу, вокруг факелы и каменные изваяния. Похоже, на древний склеп. Цепочка людей в длинных плащах медленно бредёт по узкой тропинке. Они несут книги и свитки, кто-то — массивные шкатулки. Адам чувствует надвигающуюся беду, но не может ничего сделать или хоть как-то помешать. То, что он видит, свершилось давным-давно. Оставалось лишь наблюдать.

Люди снимают капюшоны, и Адам видит седые волосы пришедших. Советники?

Мужчины раскрывают книги и шкатулки, достают странные предметы: отполированные до блеска кости и чёрные камни, такие же, как у него. Один в один!

Но они медлят. Секунды превращаются в минуты, пока один из них не начинает читать странный, непонятный для него текст. Слова кажутся неправильными, они будто причиняют физическую боль.

Вдруг слышится скрип. Саркофаги, коих здесь десятки… Адам чувствует, как волосы встают дыбом. Советник повышает голос, теперь он уже кричит, произнося слова с надрывам, остальные что-то шепчут в унисон.

Каменные плиты саркофагов сдвигаются, и появляются бледные, иссиня-чёрные конечности. Адам хочет закрыть глаза, чтобы не видеть ничего подобного. К горлу поступает тошнота. Но он даже не может сдвинуться с места. Ему остаётся лишь наблюдать за обрядом воскрешения тех, кто когда-то был Катэйрами, тех, кому не суждено мирно спать после многих лет бремени.

Он знал. Адам знал это. Он чувствовал, что они похожи. Но боялся признаться в этом даже себе.

Наконец, советник захлопнул книгу и мрачно оглядел дело рук своих: Катэйры, но не живые, бездумные, слепые орудия, они ждали, что он скажет дальше.

— Братья, мы нашли способ спастись. Теперь наша сила не исчезнет. Мы должны жить и передавать наши знания. Теперь нам не надо опасаться.

Остальные взволнованно забормотали.

— Они… понимают нас? — спросил другой советник. Адам видел, как дрожат руки старика.

— Не только. Они исполнят все наши приказы. Все до единого. Камни!

Советники выложили чёрные камни на поверхность саркофага, и тут же те завибрировали и сжались в один небольшой камень.

— Теперь он нам не помешает. Теперь мы тоже сила! — голос советника звенел от едва скрываемого торжества. Адам всё еще чувствовал странное отвращение. Он стоял здесь, рядом с мёртвыми, но и живые не казались лучше.

— Что же мы наделали? — прошептал один из советников, и из его рук упал свиток. И хотя старик произнёс опасные слова тихо, его услышали.

— Что ты имеешь в виду, почтенный? Неужели сожалеешь о содеянном?

— Посмотри же на них! Слепые орудия? Да мы сами породили зло. Где ты спрячешь их? За куполом? Но там же люди! Там ещё много людей!

Главный советник улыбнулся.

— Всегда есть жертвы. Но они послужат благому делу, сохранению Катэйров. Ты хочешь, чтобы наше знание иссякло? Хочешь, чтобы он один правил и всё решал?

— Не знаю… — старик вытер мокрый от пота лоб, — пока не поздно верни их обратно.

— Нет пути обратно! Теперь все Катэйры будут такими. И после смерти они будут служить нам! Все до единого!

Адам вздрогнул. Не может быть! Так даже Стэф?!

— Я не могу… — старик опустил руки и заплакал, — я не могу смотреть на это…

— Что ж, нам в любом случае нужно было проверить, — он схватил камень и сжал его в руке. Прежде безвольные тела почивших Катэйров дёрнулись, по лесу стал расползаться туман. Советники забеспокоились, зашептались, но тут раздался дикий крик. Единственный старик, который нашёл в себе силы перечить, кричал что было сил, а один из умерших когда-то Катэйров выпивал его силы, и тут же менялся: бледная кожа становилась тёмной, как магический камень, в пустых глазницах загорелся огонь вечного голода, а руки и ноги искривились. — Теперь мы видим, что всё работает, — удовлетворённо сказал главный советник и брезгливо посмотрел на лежавшего у его ног бездыханного старика. — Ваше место, — он обратился к мёртвым, — за куполом. Идите, ваша еда ждёт вас.

Уже не Катэйры, а Двэйны, они метнулись за прозрачную преграду, рассеялись вокруг и породили ужас. Адам тяжело дышал, он хотел прекратить эту пытку видением прошлого, но оставалось ещё одно.

— Завтра мы убьём Повелителя Времени. Пока он не узнал. Он слишком силён. Такие, как он не должны жить. Запомните и передайте другим. Повелитель Времени не должен обладать своими предметами, не должен знать истину, не должен подходить близко к Двэйнам.

— Мы запомнили.

— Хорошо. Исполним нашу месть.

Старики накинули капюшоны и двинулись обратно. Никто не посмотрел на бывшего соратника, никто не обернулся, чтобы ужаснуться своим настоящим и будущим деяниям. Но и никто из них не знал, что Повелитель Времени знает о них, видит их насквозь.

— Ты увидел достаточно, — предводитель Катэйров вышел из тени деревьев.

— Почему ты не помешал им?! Что ты наделал?! — воскликнул Адам, — ты же был тут! Всё это время!

— У каждого из нас своя ноша, — устало произнёс предводитель из прошлого, — твоя — ждёт тебя, моя — подошла к концу. Пусть внутренний огонь хранит тебя.

Видение исчезло.

Глава 19

— Адам?!

Он резко открыл глаза. Двэйн лежал распростёртым на улице и не шевелился. Мэл заламывала руки, а за ней…

— Что ж, что-то странное происходит, — старик-советник осмотрел всех Катэйров, собравшихся на улице, — вы видели сами? Адам, что ты передавал этому исчадию зла? Ты служишь им в обмен на силы? Почему позволил этому отродью коснуться тебя?

Адам поднялся с колен и с грустью посмотрел на рассыпающегося в пепел Двэйна. Может быть, хоть сейчас он найдёт покой, которого не обрёл после смерти.

— Почему ты молчишь? Тебе нечего сказать? — воскликнул старик и с чувством превосходства осмотрел собравшуюся толпу, — смотрите, ему даже нечего сказать в своё оправдание. Он — предатель! Мы пригрели змею…

— Хватит!

— Что?! Как смеешь ты обращаться так к советнику?

— Моих прав вполне достаточно, не так ли, почтенный? — спокойно произнёс Адам, и подошёл к Мэл. Девушка дрожала. — Ты ведь сам это знаешь?

— Прекрати! — лицо старика искривилось от злости, — взять его! Схватите предателя!

Адам огляделся. Катэйры сомневались, не знали, как поступить. Кто-то перешёптывался, кто-то с сомнением смотрел на Адама. В глазах читалось и подозрение и недоверие. Но никто не вышел вперёд.

— Я приказываю! — разозлился советник, — немедленно!

— По какому праву? — спросил Адам и сжал руку Мэл, пытаясь хоть немного её успокоить, — кто ты такой, чтобы приказывать Катэйрам? Твоя участь, почтенный, лишь советовать, помогать и учить молодёжь. Право вести за собой — лишь у одного из нас.

В толпе стало совсем тихо.

— Ч-что? — старик нервно откашлялся и сделал несколько шагов назад.

— Ты правильно понял, — Адам устало посмотрел на старика, так стремящегося к власти, — я всё вспомнил.

Мэл дёрнулась, но он её удержал. Сейчас или никогда, но он больше никому не позволит совершить страшное.

— Не может быть… — растерялся старик и почесал редкие седые волосы, — ещё рано, не может быть…

— Я разочаровал вас? — Адам слегка улыбнулся, — поверь, всё только начинается.

Старик дёрнулся как от пощёчины, но вдруг засмеялся.

— Ты всё равно опоздал, повелитель Времени! Опоздал!

Адам сразу заметил их, всех остальных советников. Они стояли в отдалении и молча наблюдали за происходящим. В рядах Катэйров зашевелились.

— В наших руках всё! — закричал советник. Сейчас он больше походил на сумасшедшего, его борода растрепалась, а глаза… глаза казались безумными, он то кричал, то смеялся.

— Ты ошибаешься, — Адам больше всего хотел всё это прекратить, но он понимал, что так просто они не сдадутся, — в моих руках, — он поднял руку с кольцом, тёмным, как тот самый, увиденный им в прошлом камень. В глазах советника мелькнуло понимание, и он тут же взмахнул рукой. Стоящие позади не мешкали и секунды. Адам уже читал произносимые советниками слова и видел, что нет никаких шансов уйти отсюда живым.

Катэйры, которые совершенно ничего не понимали, Мэл, стиснувшая его руку сильно, до боли и виноватое лицо Эйдана напротив. Брат что-то знал, понимал больше, чем все остальные. Адаму хватило и доли секунды, чтобы осознать это.

Он закрыл глаза. Нет. Он не позволит. Ещё секунда. Несколько слов советников. Нет. Он не даст им новой возможности. Заклубившийся по улице туман и вскрики Катэйров. Нет! Он вернёт своё прошлое! Секундная стрелка замерла. Тишина и безмолвие.

Адам открыл глаза. Всё замерло, всё остановилось.

Слетевшее с пальцев заклинание. Последнее произнесённое слово. Всё повило в воздухе. Клубы дыма замедлили ход. Лишь голодные глаза Двэйнов тускло мерцали в этом безвременье.

Адам мягко высвободил руку и посмотрел на Мэл, испуганную и такую хрупкую сейчас. Он тихо выдохнул и пошёл вперед, через толпу недвижимых братьев и сестёр, к тем, кто так хотел освободиться.

Он протянул вперёд руку, и тёмное, как смоль, кольцо мягко засветилось. Первый Двэйн дёрнулся и ожил.

— Ч-что прикажеш-шь, хозяин? — прошептал тот, кто некогда защищал людей, а сейчас знал лишь голод и страх.

— Я отпускаю тебя и твоих братьев. Вы свободны. Идите с миром.

Чёрная фигура завибрировала, туман, словно взорвался изнутри и начал менять цвет, становясь то бурым, то грозным фиолетовым. Секунда, и всё исчезает, словно и не было. Но Адам успел увидеть, как изменилось лицо Двэйна, как вновь стало человеческим, как исчезла животная ненасытность. За секунду. Но для него этого было более, чем достаточно.

Поворот секундной стрелки, и всё вновь оживает. С губ советника срывается последнее слово, но оно уже бесполезно. Улица пуста. Здесь нет вызванных Двэйнов.

Адам запрокинул голову и сощурился от яркого солнечного света. Он вспомнил ещё так мало, но уже так много понял.

— Что происходит?!

— Советники, что вы… — Катэйры возмущённо двинулись к застывшим старикам, и Адам не стал им мешать. Он смотрел только на Мэл. Она нерешительно стояла на том самом месте и не знала, как быть.

— Иди ко мне, — прошептал он едва слышно, но она поняла, и побежала к нему. Остановившись в нескольких шагах, девушка замерла, словно испугалась своей собственной храбрости.

Адам сам сделал шаг вперёд и крепко прижал её к себе.

— Мэл…

Девушка всхлипнула, и он погладил её по волосам.

За её спиной одиноко стоял Эйдан. Он опустил голову и не решался подойти ближе.

— Брат!

Эйдан дёрнулся, но так и не сдвинулся с места.

— Сегодня мне приходится идти всем навстречу, — улыбнулся Адам и подошёл к брату, — что бы ни случилось прежде, расскажи мне. Не думаю, что твоя вина так тяжела, что ты не можешь посмотреть мне в глаза.

Эйдан тяжело вздохнул.

— Брат, — Адам положил ему руку на плечо, — ты — моя семья, мой самый близкий друг. Неужели ты не поможешь мне сейчас? Неужели какая-то застарелая обида пересилит?

— Дело не в этом! — воскликнул Эйдан и посмотрел на пленённых советников. Катэйры почтительно ждали. — Ты ведь так и не вспомнил, как потерял память. Верно?

Адам кивнул. Последнее, такое желанное воспоминание так и не приходило.

— Так вот… В этом моя вина, не знаю, смогу ли её хоть когда-нибудь искупить. Я заключил договор. Твоя жизнь была на кону. Я не мог поступить иначе!

Адам остановил его и потрепал по волосам.

— Мы со всем разберёмся. Обязательно.

* * *

Катэйры не находили себе места. Адам буквально ощущал вибрацию голосов, нервов и потайных страхов. Они не знали, как быть, ведь разрушился прежний порядок вещей; они не знали, кому верить, ведь самые надёжные люди и соратники подвели их.

Он сидел в своей прежней комнате. У окна хмуро устроился Эйдан. Рядом почтительно молчала Мэл. Никто не знал, с чего нужно начать и что предпринять дальше.

— Расскажи мне, пожалуйста, — устало попросил Адам, — может быть, я буду ждать ещё несколько лет, прежде чем воспоминания окончательно вернуться. Не думаешь же ты, что я так слаб?

Эйдан поднял уставшее лицо.

— Хорошо.

Адам кивнул и принялся слушать.

— Я всегда был рядом, за твоей спиной и частенько слышал то, что ты не мог услышать, несмотря на все твои способности. Ты оказался ужасно близоруким, — Эйдан усмехнулся, — сначала я думал, что должен рассказать тебе о своих подозрениях, но… среди советников был твой наставник, которому ты всецело доверял. Я должен был быть уверен на все сто, прежде чем выдвигать какие-то обвинения. Я слышал лишь полунамёки, обрывки фраз. Советники были недовольны единовластием. Их не устраивала позиция простых советников, вести за собой всех Катэйров, распределять их по кланам, а потом и управлять кланами — вот их цель.

— Разве они не такие же Катэйры, как мы сами? Чем они отличаются?

Мэл хмыкнула, и Эйдан понимающе посмотрел на неё.

— Верно, они не совсем такие. Те, кто стали советниками, не имели достаточно сил, чтобы бороться в открытую со злом. Поэтому всю свою энергию они вложили в учёбу и, соответственно, в воспитание молодых учеников. Проще говоря, они не ровня нам, но у них есть знания. Мы стали слишком ленивы для книг и слишком самонадеянны. Они воспользовались ситуацией и подменили историю.

Адам тяжело вздохнул. Нечто такое он уже подозревал.

— Повелитель Времени… Эта способность уникальна, она передаётся от родителей к детям и только так. Нет другого способа обрести подобные силы. Я слышал об экспериментах, но не хочу в это верить, — Эйдан взъерошил волосы, — когда я убедился в своей правоте, было поздно.

— Что же случилось?

— Сначала они взялись за предметы. Эти вещи, как ты уже знаешь, ценны для нас, так как содержат нашу силу. Стоит их разделить, как способности иссякнут. Так и вышло. Хотя я не знаю подробностей, ведь предметы можно отдавать лишь добровольно. Как же ты согласился?

— Я не знаю, — Адам потёр виски, — не помню.

— Ты уверен, что хочешь слушать дальше?

— Да.

— Ладно, — Эйдан с сомнением посмотрел на брата, — когда я хватился, было уже поздно, но я не подозревал, что камень и посох больше не у тебя. Я не мог поверить, что ты не справишься с этим… Тогда советники позвали меня к себе, — он вздохнул и опустил голову, — они сказали, что ты перешёл грань дозволенного, что власть задурманила тебе разум. Признаюсь, я сомневался в твоих решениях. Ты стал каким-то другим. Ты ведь помнишь, Мэл?

Девушка нерешительно кивнула.

— Правда? — Адам пристально посмотрел на неё.

— Я чувствовала, что что-то было не так, но ты редко с кем делился, а со мной — и подавно.

Адам прикрыл глаза.

— Дальше.

— Советники убеждали меня, что я должен хоть что-то тебе противопоставить, иначе все Катэйры будут страдать от твоих действий. Они были правы в одном, я — единственный, кто мог подобраться к тебе близко, да и по силе… уступал не так, как остальные. Я решил согласиться тогда.

Адам открыл глаза и стиснул зубы.

— Я думал, что как бы то ни было, а в честном разговоре или честной схватке, если бы до этого дошло, ты бы рассказал мне правду. Но кто мог тогда знать… Я сомневался, но твои действия… Я подозревал, что сила действительно сводит тебя с ума.

Адам задумался. Те видения… Он чувствовал, что брат не врёт, но от этого было ещё неприятнее.

— Когда же я узнал, что на самом деле происходит, то сразу бросился к тебе. Советники были в полном составе, ты боролся один на один с огромным количеством Двэйнов. Тогда там было столько погибших…

Мэл опустила голову и сжалась. Эйдан продолжал.

— Я ввязался в бой, звал на помощь, но их было слишком много. Тогда ты что-то сделал. Я до сих пор не знаю, что это было…

— Мне кажется, я знаю, — прошептала девушка.

— Что же?

— Он отдал все оставшиеся силы, чтобы закрыть барьер, но прекрасно знал, что без своих предметов будет лишён возможности вернуться или даже выжить.

— Это похоже на тебя, брат, — грустно улыбнувшись, сказал Эйдан, — но только ты сам знаешь, что тогда случилось. Нам повезло, что мы выбрались живыми. Я лишь помню… Помню, как ты обернулся ко мне. Этот взгляд. Я вряд ли его забуду когда-нибудь. Мне показалось, что ты всё знал, о моём предательстве…

Адам громко вздохнул.

— Почему же я не могу ничего вспомнить?

— Всему своё время, разве не твоя любимая присказка?

— Я даже этого не помню, — усмехнулся Адам, — но, наверное, ты прав. Ведь кое-что я сумел припрятать, дух озера мне помог в этом.

Эйдан кивнул.

— Скорее всего, так оно и было. Со временем ты всё узнаешь. А теперь… Что ты будешь делать? — в голосе Эйдана послышалась тревога.

— О чём ты?

— Я — о себе. Я совершил ошибку.

Адам махнул рукой.

— Неужели ты думаешь, что я буду что-то предпринимать? К тому же, я подозреваю, что ты был во многом прав. Если бы я только мог вспомнить…

— А с остальными? — спросила Мэл, — советники, что будет с ними?

Адам задумался.

— Наверное, лучше принять решение всем сообща. Все Катэйры должны знать то, что узнал я.

— Я до сих пор не могу в это поверить. Мы истребляли друг друга всё это время, — пробормотала Мэл, — может быть, это ошибка?

Адам невесело усмехнулся.

— Я бы очень хотел, чтобы так и было. А ещё больше я не хочу думать о том, сколько людей погибло по нашей вине. Эта мысль продолжает мучать меня.

Мэл робко коснулась его руки.

— Твоей вины здесь нет.

— Возможно, — он мягко ответил на её касание, — но я подозреваю, что не был так уж слеп. Ладно, нет смысла сейчас строить догадки, — Адам поднялся со стула, — нужно спуститься и довести начатое до конца. Я знаю, что есть ещё много Двэйнов. Ни в коем случае нельзя допустить новых жертв.

— Верно! — воскликнула Мэл, но Эйдан осадил их обоих.

— Ты вспомнил далеко не всё, брат, хотя советникам знать об этом не обязательно. Ты совсем забыл о Кеган.

— А что не так с ними? — растерянно спросил Адам, заметив, как нахмурилась Мэл.

— Всё это время они очень даже поощряли… некоторые твои действия. Эта их огненная натура…

— Ты что-то скрываешь от меня? — Адам почувствовал неладное, — неужели я был настолько ужасен?

Эйдан ничего не ответил, и это молчание говорило само за себя.

— Я не могу точно сказать, когда всё изменилось, когда ты стал другим. Может быть, всё происходило постепенно. Но…

— Но? Договаривай уже!

— Ты перестал быть похожим на того, кого я всегда называл братом. И Кеган радовались этому, своему возросшему влиянию и беспричинной жестокости. Так что будь готов, что этот клан не поддержит тебя.

Адам покачал головой. Нет ничего хуже, чем ничего не помнить и держать ответ за то, чего не знаешь.

— Рано или поздно я разберусь, пойдёмте!

Глава 20

Все Катэйры Ноирин собрались в одном зале, и сейчас тут было сложно дышать, а уж перекричать кого-либо — и вовсе казалось неразрешимой задачей. Этот шум Адам услышал ещё выходя из своей комнаты, а теперь, стоя у входа в зал, не решался сделать последние несколько шагов. За его спиной были Эйдан и Мэл. Это внушало определённое спокойствие.

Резко выдохнув, он всё же толкнул тяжёлую деревянную створку и вошёл.

Вокруг стало тихо. Тишина после такого шума казалось странной и неестественной. В центре зала возвышался помост. Теперь на нём стоял деревянный трон, выглядевший довольно просто. Но никто из Катэйров не приближался к помосту.

Кеган вышли ему навстречу, и он узнал своих знакомых.

— Мы рады приветствовать Повелителя Времени. Мы давно ждали вашего возвращения!

Адам равнодушно посмотрел на их предвкушающие лица. Интересно, чего же они ждут от него?

— Как вы себя чувствуете? — к нему тут же подошла Сониа и поклонилась.

— Всё хорошо, благодарю, — спокойно ответил Адам, — думаю, сейчас нам стоит всем обсудить текущие дела и решить, что делать.

— Конечно, — промурлыкала девушка, — мы сделаем так, как вы скажете.

Все Катэйры замерли. Они ожидали его решения. Адам видел их сосредоточенные лица.

— Мы решим вместе, как быть, — сказал Адам и повернулся ко всем, — давайте выслушаем каждого. Вы можете задавать вопросы, я постараюсь рассказать всё, что знаю.

Нерешительные взгляды. Кто-то зашептался. Но никто не решился спросить напрямую.

— Разве стоит тратить время и слушать всех? Не нужно объяснять каждому. Ваши слуги сделают всё за вас.

— Я так не думаю, — Адама начала раздражать эта Кеган и её неприкрытая лесть, — позвольте мне рассказать то, что я выяснил, — он снова повернулся к Катэйрам, а Кеган осталась за его спиной.

— Повелитель!

Адам обернулся к Кеган. Девушка покраснела и часто дышала.

— Что ты хочешь?

— Я вас настоятельно прошу прислушаться к моим словам! Мы — ваши самые верные слуги. Вы ведь помните, сколько услуг мы оказали вам? Доверьтесь же нам, как и прежде.

— Всё меняется, — произнёс Адам, — на этот раз я не хочу перекладывать на кого-то свои обязанности, и если Катэйры всё ещё хотят моей помощи, я её окажу. Если нет, пусть выберут наиболее достойного.

Девушка испуганно вскрикнула. Остальные Кеган нахмурились.

— Для начала разберёмся со сложившейся ситуацией. Нельзя медлить. Советники… Кто знает, что они ещё могут? Всему своё время.

Кеган вздрогнула и нехотя поклонилась.

— Как прикажете.

Адам выдохнул. Небольшая отсрочка есть, но не стоит уповать на удачу. Он бросил взгляд на помост и трон, но не стал туда подниматься. Десятки глаз следили за каждым его шагом.

— Что ж, пожалуй, я начну…

Он рассказал им о видениях прошлого, о своих воспоминаниях и догадках. Все Катэйры почтительно слушали и не перебивали. Даже сейчас, спустя несколько лет, его авторитет действовал. Он чувствовал и уважение, и боязнь.

— Что вы думаете по этому поводу?

Вперёд вышел Джон и кивнул Адаму.

— Я верю Повелителю. Вы все знаете, он не может лгать. Да и мы сами видели советников, как по их приказу явились Двэйны…

— Но поверить, что эти чудовища — наши братья и сестры! — воскликнул кто-то из задних рядов, — как это возможно?!

— Неужели вы думаете, что Повелитель лжёт?

— Его могли ввести в заблуждение…

Поднялся шум, и Адам махнул рукой.

— Всё довольно просто решить. Мы можем спросить советников. Думаю, мы знаем, как заставить их говорить правду.

— Верно! — Джон улыбнулся.

— Не будем откладывать дело. Джон, приведи третьего советника.

— Будет сделано! — Джон поспешил на выход, махнув Шону и Анне.

Катэйры принялись ждать. Мэл нервно теребила рукава, а Эйдан невозмутимо стоял рядом, по правую сторону. Адам опустил руку и улыбнулся. Антэйн была рядом, у его ног. Она то появлялась, то исчезала, становясь орудием. Ему казалось, что она слышит его и появляется, когда больше всего нужна.

* * *

Сейчас третий советник уже не выглядел так как прежде: седая борода топорщилась, безумный взгляд бегал от одного лица к другому, руки тряслись, а сам он то смеялся, то бормотал что-то непонятное.

Катэйры расступились, и советник оказался в центре, за его спиной стояли Джон и Анна и следили за каждым движением старика.

— Советник, — начал Адам, — мы все здесь, чтобы услышать ответы.

Старик закашлялся от смеха.

— Вы находите это смешным?

— Более чем, — усмехнулся он.

— Так, расскажите и нам обо всём, — строго сказал Адам и машинально погладил Антэйн.

Советник скользнул взглядом по животному и нахмурился.

— Мы боялись именно этого, Повелитель Времени. Предметы не должны были быть найдены…

— Речь сейчас не обо мне, а о ваших преступлениях, — Адам начинал сердиться, — что вы сделали с нашими погибшими братьями и сёстрами?

Старик, казалось, искренне удивился.

— Как что? Они продолжают служить своему делу! Мы — Катэйры и при жизни, и при смерти. Разве не так? — он оглядел всех присутствующих, — или вы думаете, что оставите своё дело с последним вздохом? Вы ошибаетесь!

— Так вы признаёте, что Двэйны — это погибшие когда-то Катэйры?

— Да, конечно, — спокойно сказал старик. Вокруг сразу зашептались.

— Зачем вы это сделали? — устало спросил Адам. Мысль о Стэф была горькой. Ему не хотелось думать, что и она сейчас страдает от голода и может причинить вред тем, кого ещё совсем недавно защищала.

— Причин было много, — советник деловито потёр бороду, словно и не стоял перед всеми на всеобщем судилище, — во-первых, наши предки поняли, что Катэйры извели зло мира, и простые люди стали спокойно существовать, больше не страшась темноты и таящихся в ней злобных тварей. Мы стали не нужны. Ещё два-три десятилетия, и цвет Катэйров превратился бы в ленивых книгочеев, а не воинов. Нам нужен был стимул!

— И тогда советники провели ритуал?

— Да! Самые преданные и храбрые из нас, — старик, казалось, воодушевился. Он действительно верил в добрые намерения предков и нисколько не сомневался в принятых ранее решениях.

— Как они это сделали?

— Нашли древние манускрипты, но нужны были и предметы. Тогда пришлось пойти на обман. У Повелителя Времени пришлось позаимствовать кое-какие предметы. Он совсем не ожидал подвоха от ближнего круга, — старик захихикал, — всегда отличался наивностью.

— Советники забрали какой-то из его предметов?

— Да. Камень. То, что ты держишь в руках, не идёт ни в какое сравнение с мощью камня из прошлого, именно поэтому твои силы такие жалкие сейчас.

Адам проигнорировал свои слова.

— Как им это удалось?

Советник загадочно улыбнулся.

— У Повелителей всегда были слабости. Как и тогда, так и сейчас, его предал самый близкий, его родной брат.

Адам сжал губы. Эйдан дёрнулся как от пощёчины.

— Мы всегда знали, на что давить, и камень стал стимулом для пробуждения, и одновременно рычагом управления. Дальше всё пошло, как по маслу, — советник спокойно рассказывал обо всём и словно наслаждался общим вниманием.

— Что случилось дальше?

— Дальше? — старик размял пальцы, и они противно захрустели, — дальше все знали, что есть только один человек, который может помешать планам, единственный, который может вернуть всё вспять. Тогда-то предки и поняли, что Повелитель Времени лишь тормозит Катэйров, не даёт им развиваться.

— Они убили его?

— Что ты? Нет, конечно, — советник замахал руками, — это сделало порождение зла, Двэйны. Повелитель храбро сражался, но и он был не всесилен. К сожалению, оставался ещё сын. Но мы терпеливы…

Джон громко выругался, и советник обернулся к нему.

— Не одобряешь, Джон? А что бы ты делал, если бы смысл твоего существования разом исчез? Ты больше не нужен людям, они сами за себя, их не надо защищать, не надо стеречь барьер, больше не нужны новички. Что бы ты сделал?

— Я бы нашёл свой путь, уж поверь! — не сомневаясь, ответил Джон, — мы бы все его нашли.

— Ну, конечно… — старик понимающе улыбнулся.

— Где сейчас тот камень? — спросил Адам, не обращая внимания на поднявшийся среди Катэйров шум.

— Был расколот на части. Один из Повелителей оказался слишком умён.

— Кто?

Старик хитро прищурился.

— А ведь ты говорил, что всё вспомнил, а самого главного не припоминаешь. Как же так?

Адам вздрогнул, и это не укрылось от советника.

— Не хорошо обманывать, мальчик.

— Он — не мальчик тебе! — разгорячённо воскликнул Эйдан, — говори быстрее правду!

— Не тебе повышать голос, — советник улыбнулся, заметив, как стушевался Эйдан, и снова повернулся к Адаму, — пожалуй, ты был слишком умён тогда, и у нас не оставалось больше выбора. Ты сам подписал себе приговор. Но, как твой учитель, я сожалею об этом. Я всегда восхищался твоими навыками.

Адам вдруг почувствовал ужасную усталость, ему хотелось уйти отсюда, вернуться в жаркую Джакарту в своим друзьям, смеяться над их шутками и жить простой жизнью со своими проблемами и маленькими радостями.

— Может быть, советник, — Адам откашлялся, — ты до сих пор не понимаешь, чего лишил нас всех.

— О чём ты?

— Я жил, как простой человек три года, мало что помнил, страдал от своей болезни, но, наверное, тебе трудно будет поверить в это, я был счастлив.

— Ха! Дешёвые слова!

— Думай, как хочешь. Теперь я понимаю больше. Камень был расколот, вы собрали осколки, но не все, — Адам протянул руку с кольцом, — кое-что осталось при мне.

Советник напрягся.

— Хитрый чёрт…

— Не столько важен сам камень, сколько в чьих он руках. Ты же мудрец. Оспорь мои слова!

Советник молчал и жевал губы.

— Интересно, чей приказ будут выполнять Двэйны, если я скажу им уничтожить всех советников?

Старик шумно задышал.

— Надо же, ты тоже знаешь ответ.

— Предки были правы! — не сдержался советник, — такой, как ты, не должен жить!

Старик кричал что-то ещё, но Адам больше не слушал. Он прикрыл глаза и попытался успокоиться, а память возвращала его к маленькой квартирке, разбросанным на столе бумагам и шумным душным вечерам.

* * *

— Что мы теперь будем делать? — спросила Анна, когда советника увели, а разговоры и споры поутихли, — как нам быть? — она обращалась ко всем, но было очевидно, что ответа ждали именно от Адама.

— Надо их наказать! — рыжеволосая девушка-Кеган встала со стула и снисходительно осмотрела всех присутствующих, — вы все боитесь это сказать, а я нет! Советники заслужили смерти, причём, пусть это сделают их собственные орудия, Двэйны! Тогда они поймут, как страдали наши близкие.

Адам заметил, что Катэйры согласны с этим, хоть и не высказывались так же открыто.

— Вы забываете, что эти самые Двэйны — наши близкие, — заметил он, — мы заставим их пойти на такое? Я бы не хотел.

— Тогда что? — Кеган встала напротив, — помилуем их? Повелитель простит их?

Адам хотел уже ответить, но в коридоре раздался шум и вбежал кто-то из новеньких.

— Барьер! Двэйны несутся сюда! Много!

Катэйры поднялись со своих мест и сразу же поделились на группы по клановой принадлежности. Зазвучали чёткие приказы, сейчас они были в своей стихии.

— Эйдан!

Брат сразу же подошёл к нему.

— Бери командование на себя.

— Но…

— Без споров. Сейчас нет на это времени. Джон, присмотришь за советниками, возьми столько людей, сколько требуется.

— Сделаю.

Когда приказы были отданы, Адам махнул Антэйн, и та сразу же побежала за ним. Стоило ему выйти на улицу, как он понял: новенький нисколько не приукрасил. Тёмные сгустки медленно, но верно пробирались через бреши в куполе, который теперь стал отчётливо виден.

Адам сразу понял, что кто-то всё ещё управляет Двэйнами. Но кто и где именно? Ведь они поймали всех советников.

Он рванул в самую гущу, туда, где тёмный туман заполонил всё, и теперь не было видно даже высоких деревьев. В какой-то момент он понял, что Антэйн больше не бежит рядом, а в его руках — белый посох. Это произошло само собой, машинально.

Секунда, и он в вязком тумане. Дышать сложно. Адам закрывает лицо рукавом, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь. Он должен найти этих Двэйнов и успокоить их.

Крики рядом мешают сконцентрироваться, но он медлит, закрывая глаза и вслушиваясь. Ещё одна секунда, и он уже знает, куда бежать, где тот, кто испытывает вечный голод.

Очередной крик, и время замирает. Адам чувствует, как сила струится по его венам, теперь он может контролировать её лучше и быстрее, пусть его знаний и недостаточно.

Алые глаза перед ним. Кем ты был раньше? Моим другом, знакомым или совершенно незнакомым Катэйром? — думает Адам, но не может узнать в искривлённой чёрной фигуре человека. Он лишь протягивает руку, и Двэйн оживает, не отрывая взгляда от кольца.

— Ты можешь уходить. Спи спокойно.

Кольцо жжёт палец, но Адам не чувствует боли, он лишь наблюдает, как тает фигура Двэйна, рассыпаясь на мелкие крупицы пепла. Он ощущает, что становится легче дышать. Проходит ещё одна секунда.

* * *

Глубокая ночь. Катэйры спят вповалку. Они так устали. Адам обходит большой зал, стараясь не шуметь. Почему-то сегодня никто так и не вернулся в свои комнаты.

Он смотрит на деревянный трон и до сих пор не чувствует желания сесть на него.

Адам опускает голову, ощущая непомерную усталость, но сна нет. Мысли, вопросы без ответа не дают ему отдохнуть.

— О чём задумался?

Адам оборачивается. Знакомый Кеган.

— О разном.

— Вижу уж. Ты никогда не хотел сидеть на нём.

— Правда?

— Да, пусть сестра и думает иначе, но мы всегда были рядом, и даже ты не можешь скрывать всё. Хотя ты старался.

Адам усмехнулся.

— Я был… злым?

— Вовсе нет, — спокойно ответил Кеган и сел на ближайшую лавку, — я бы сказал иначе, ты не хотел судить людей и принимать тяжёлые решения, поэтому и подобрал нас, наш клан. Наверное, тогда ты подумал, что огонь в наших сердцах не даст нам спокойной жизни. Ты был прав. Многие из нас с радостью выполняли твои поручения, наслаждаясь властью и силой.

— И ты?

— И я, — согласился Кеган, — советник не так уж и не прав. Без ощущения силы мы мало что значим. Мы живём этими способностями и совсем не думаем о людях. Нам нравится наше превосходство, а на прочее — просто плевать.

Адам задумался.

— Не можешь принять решение? Отдай бразды нам. Сестра с радостью укокошит всех советников и найдёт оставшихся Двэйнов. Её не волнует, кем они были раньше.

— Я заметил.

— Так что? Поступишь, как и прежде?

— Боюсь, — Адам тяжело вздохнул, — что нет, хотя очень хочется.

Кеган засмеялся, и несколько спящих зашевелились.

— Я знал, что ты так ответишь. Что ж, моё дело предложить, ты знаешь, где нас искать.

— Спасибо.

— Что? — Кеган обернулся и с любопытством посмотрел на Адама, — ты благодаришь меня?

— Да, чужая ноша тяжелее своей.

Рыжий усмехнулся и ушёл, так ничего и не сказав.

Адам снова осмотрелся. Свободной осталась только одна лавка, на которой только что сидел Кеган. Идти к себе не хотелось, и он лёг на неё, подложив руку под голову. Совсем скоро эта ночь закончится, небольшая передышка подойдёт к концу и тогда ему снова придётся встать перед выбором. И на этот раз он не будет от него уклоняться.

Глава 21

— Адам, просыпайся…

Голос Мэл звучал будто издалека. Он улыбнулся. Она всегда разговаривала с ним мягко.

— Я не сплю, — пробормотал он.

— А почему не открываешь глаза? — улыбнулась девушка и потрепала его по плечу.

— Хорошо-хорошо, — Адам нехотя встал с лавки. Зал был пуст.

— Это потому что они увидели тебя спящим и не хотели мешать.

— Правда?

— Угу, но времени не так уж и много. Эйдан уже отправил пару групп на осмотр барьера и поиск брешей. Новичков перевезли в безопасное место. Остальные ждут.

Адам вздохнул.

— Слушай… — Мэл слегка замялась, — ты говорил, что вспомнил всё. Это так?

— Не совсем.

— Это значит, что ты… не хочешь снова вести нас?

— Верно, — он открыто посмотрел ей в глаза, — я не хочу, но не думаю, что у меня есть большой выбор. Хотя кто знает…

Девушка кивнула и с жалостью посмотрела на него.

— Позови Эйдана.

— Он тут рядом, за дверью. Не уходил.

Адам вздохнул. Чувство вины — не самая простая вещь.

Брат выглядел мрачно, уставшее лицо и тёмные круги под глазами.

— Ты не отдохнул.

— Кто бы говорил! — ответил Эйдан и сел напротив, — говори, что ты задумал?

— Сегодня мы обязаны всё решить, нельзя больше откладывать дела. Во-первых, найдём оставшихся Двэйнов. Это первоочередная задача.

Эйдан кивнул. Он тоже так думал.

— Во-вторых, я обязан разобраться с советниками. Эти старики… Чёрт бы их побрал!

— Ты…

— Нет, убивать я их не собираюсь. Слишком лёгкий вариант, да и так было много жертв.

Ему показалось, что Эйдан вздохнул от облегчения.

— В-третьих, ты. Как бы то ни было, ты утаил от меня правду, и я считаю, что ты должен нести за это ответственность.

Брат грустно улыбнулся и кивнул.

— Ты — моя семья, но это не должно мешать мне принимать решения. Понимаешь?

— Да, я готов.

Адам посмотрел на склонившего голову брата. Вряд ли наказание может быть ещё больше, но вслух не произнёс ничего.

— Хорошо. Созывай всех. Решим всё сейчас.

Эйдан сухо кивнул и вышел из зала. Адам снова оглянулся на одинокий трон. Сейчас он казался ещё дальше, ещё непригляднее.

* * *

Они все смотрели на него, с нетерпением ожидая его решения. Его друзья, те, кто стали очень близки. Просто знакомые. Юные и пожилые, только вышедшие из новичков и умудрённые опытом. Адам чувствовал, как бьётся его сердце и никак не мог его успокоить.

— Благодарю вас, что пришли. Сегодня я хочу поделиться своими мыслями и услышать ваше мнение.

Катэйры почтительно слушали, не перебивая.

— Начнём с советников. Лично я считаю, что достаточно смертей. К тому же, они те, кто учили нас. Пусть тогда мы мало понимали, пусть они пользовались нашим незнанием. Всё же мы обязаны им. Но и оставлять преступление просто так нельзя. Я предлагаю лишить их сил и отправить жить среди людей.

— Невозможно!

— Как это можно сделать?!

— Разве…

— Я могу это сделать, — Адам поднял руку, — и я считаю это худшим для них наказанием, они должны знать, каково это быть обычным человеком, незащищённым от сил зла. Вы согласны?

— Мы даже и представить не могли, Повелитель, что вы способны на такое, — пробормотала рыжеволосая Кеган.

— Вы согласны? — повторил свой вопрос Адам, игнорируя Кеган.

Одинокие руки поднялись вверх, а потом и все остальные решились.

— Хорошо, пусть будет так, — решил Адам и повернулся к брату, — веди их.

— Вы позволите нам увидеть?! — удивилась Кеган.

Адам почувствовал лёгкое раздражение.

— Я не собираюсь ничего скрывать.

Девушка задумчиво посмотрела на него и уважительно поклонилась.

Советники словно чувствовали свой исход. Некоторые держались достойно, другие испуганно озирались. Стоило Адаму изложить общее решение, как они запричитали. Как он и думал, такое наказание оказалось страшнейшим из всех прочих. Не раздумывая, большинство из них приняли бы смерть.

— Ты всё равно не справишься со всеми Двэйнами, — кричал третий советник, — у нас есть туз в рукаве! Тебе никогда не добраться…

Адам это знал и понимал, что остался кто-то ещё, кто руководит Двэйнами, заставляя их нападать снова и снова.

Он достал камень. Тот снова изменился: по чёрной бугристой поверхности, извиваясь, мелькали чернильные искры. Камень будто предвкушал, что скоро хозяин воспользуется его силой.

Адам раскрыл ладонь и опустил руку, а камень так и остался парить в воздухе. Он медленно плыл вперёд к своим жертвам, но советники даже не шевелились и зачарованно наблюдали за приближающейся неминуемой судьбой.

Камень замер, и тут же тёмно-синие всполохи окружили стариков. Те дёрнулись, но не могли оказать должного сопротивления. Сила стремительно покидала их. Наконец, насытившись, камень снова оказался в руках у своего владельца.

Катэйры молчали.

— Эйдан, помоги им. Джон и Анна позаботятся об их дальнейшей судьбе.

Пока они исполняли его приказ, Адам перевёл дух. От него не укрылись ни страх, ни опаска присутствующих. Даже Мэл… Она нервничала, он ощущал её волнение так явно.

— Теперь перейдём к другим вопросам.

Эйдан молча вышел вперёд. Он знал, что пришёл его черёд.

— Эйдан!

Парень вздрогнул, но поклонился.

— Я узнал, что ты вошёл в сговор со советниками, однако ты не знал их истинных мотивов и целей, а лишь старался защитить близких тебе людей. Советники обманули многих из нас. Тем не менее, наказание должно быть. Как только мы покончим с Двэйнами, ты возьмёшься за воспитание и обучение молодого поколения. Это будет твоя прямая обязанность. Кроме того, Отлов теперь также на тебе. Твоя группа может помогать, я не против.

Эйдан с опаской посмотрел на брата.

— Ты хочешь что-то спросить? Тебя не устраивает твоё наказание?

— Н-нет… но…

— Вот и славно! Дальше! — Адам махнул рукой, а Эйдан непонимающе оглянулся на друзей, ведь он ожидал куда более суровых мер.

Мэл облегчённо выдохнула.

— Мы не решили, как быть с оставшимися Двэйнами, — выкрикнул кто-то из Кеган, — как нам успокоить их?

— Как только вы столкнётесь с ними, посылайте сигналы. Я сразу же приду, — Адам погладил Антэйн, которая вилась у его ног, — я смогу дать им то, чего они так хотят.

Кеган зашептались.

— Не забывайте, среди них есть ваши близкие, друзья и родственники. Вы до сих пор хотите их убивать?

Катэйры замолчали.

— Продолжаем патрулирование, взять с собой сигнальные огни. При малейшем подозрении пускать их в ход. Мы не успокоимся пока все наши усопшие братья и сёстры не вернут себе покой, а те, кто их использует не сгинут навсегда.

Адам осмотрел всех присутствующих.

— На этом всё. У всех нас много дел. Расходимся.

Катэйры молча поклонились и стали покидать зал.

— Брат!

Адам обернулся. Эйдан остался в зале, Мэл закрыла за собой дверь.

— Что такое?

— Я… моё наказание…

— Считаешь его недостаточным?

— Да! Просто ты не помнишь ничего!

Адам улыбнулся.

— Как бы то ни было, мои воспоминания вернутся, а пока я буду доверять своей интуиции и чувствам. Я не думаю, что ты плохой человек. Скажи, ты знал о природе Двэйнов?

— Нет, конечно, нет.

— Ты подводил кого-то из своей группы? Обрекал на смерть?

— О чём ты? Нет!

— Так, за что же мне тебя наказывать? И есть ли у меня такое право? — Адам провёл рукой по лбу, — я устал и не думаю, что смогу отдохнуть. Ты поможешь мне?

— Да, — облегчённо улыбнулся Эйдан, — я сделаю всё, что нужно.

— Хорошо. Мы выдвигаемся. Пусть Анна и Джон останутся тут, так мне спокойнее.

Эйдан кивнул и пошёл отдавать соответствующие приказы.

Зал опустел. Адам оглянулся. Трон сиротливо стоял в центре и казался лишним, абсолютно ненужным теперь.

— Скоро всё закончится, — прошептал Адам, и понял, что это именно так, — всему приходит конец: и боли, и радости.

* * *

Уже вторые сутки они отлавливали Двэйнов. Адам жутко устал, глаза слипались, но, стоило ему присесть, как очередной сигнал будил, и снова Антэйн бежит впереди, вынюхивая очередную добычу. Столько поколений Катэйров, столько измученных голодом и ненавистью Двэйнов.

Вокруг мелькали друзья. Эйдан и Мэл всегда были рядом. Рыжий Сол балагурил, отвлекая от мрачной действительности. Поступали новости от Джона и Анны: в Ноирин всё было хорошо.

— Поспи, — Мэл взяла его за руку, — я разбужу тебя.

Они были на границе Ноирин и человеческих поселений. Людей здесь было совсем немного, хотя раньше, как догадывался Адам, эти места были богаты. Но советники отпустили зло на волю, и выжившим пришлось убираться из обжитых местах, бросать дома и плодородные земли.

— Ещё не время.

— Ты упадёшь от усталости.

— Нет, всё нормально. Где Эйдан?

— Снаружи, сказал, хочет осмотреть местность.

Адам кивнул. Брат теперь всеми силами старался защитить его, даже если опасности и не было.

— Хотя бы выпей горячий настой, — Мэл протянула ему кружку, и он с благодарностью её принял, — я даже не думала, что их так много…

— Я тоже, — Адам сразу понял, о чём она.

— Я немного рада, что мы не можем узнать их прежний облик, иначе было бы труднее.

— Я вижу, кем они были.

— Правда?

Адам подул и отпил настоя.

— Да, за секунду до того, как они уходят навсегда.

— Ты… встречал знакомых?

— Стэф я ещё не видел. Может быть, её миновала эта участь.

Мэл закрыла глаза. Ей бы и самой этого так хотелось.

— Как думаешь, они помнят, кем были раньше? Понимают, что творят?

— Даже боюсь об этому думать, — признался он и поставил пустую кружку на стол, — спасибо тебе.

Мэл дёрнула плечом.

— Я ничего не сделала, даже сейчас я мало чем могу помочь на самом деле.

— Это не так, — Адам тяжело выдохнул, усталость была неимоверной. Он наклонил голову к её плечу, — Ты была рядом всегда, я ценю это.

Мэл тихо вздохнула.

— Я… не всегда был честен с тобой. Знаешь, иногда мы не можем сказать всё прямо в лицо. Эти чёртовы слова даются так тяжело. Кто знает, почему так, — он взял её за руку, — пожалуйста, прости, что тогда я ничего не ответил.

Девушка замерла, не зная, что сказать.

— Не бросай меня, Мэл.

— Этого никогда не случится!

— Хорошо, — прошептал он и уснул.

Усталость, наконец, взяла своё, и он не смог устоять перед наступающей темнотой.

— Адам!

Кто зовёт его? Ему нужно проснуться? Снова Двэйны?

Но нет. Он открывает глаза. Вокруг знакомые стены зала. Ноирин.

— Что ты задумал?

Адам оборачивается. Перед ним стоит нахмуренный брат.

— Ты ведь знаешь, что это было жестоко? — голос Эйдана дрожит, — нам пришлось оставить там людей, простых людей! Как ты сможешь с этим жить?

Сможет, обязательно сможет. Но вряд ли когда-нибудь забудет.

— Почему ты молчишь всё время? Раньше ты рассказывал мне все свои мысли, а теперь… эти Кеган.

Если бы ты знал, брат, как мне хочется тебя успокоить. Но сейчас незнание — твоя надёжная защита.

— Я так хочу, — только и произносит он.

— Что?

— А что непонятного? — слова даются с трудом, но Адам не должен показать ему ни намёка, — разве я должен отчитываться перед кем-то? Перед тобой? Кто ты такой, чтобы спрашивать моих объяснений?

Эйдан замирает, словно только получил оплеуху.

— Уйди уже, не мозоль глаза. Надоел.

Брат стискивает зубы.

— Я не верю, что ты правда так думаешь!

— Верь, во что хочешь. Мне плевать!

Эйдан с тоской провожает непреклонную фигуру брата, опускает голову и выходит из зала, и только тогда Адам закрывает глаза рукой. На его плечах огромная тяжесть. Он садится на пол у своего трона и чертит символы, плиты разъезжаются. В образовавшуюся нишу он хочет положить кольцо. Другого выбора нет. Он снимает цепочку, что всегда носит на шее и смотрит на висящий на нём тёмный ободок, сейчас в бликах он отсвечивает серебром.

— Что это?

Мэл? Как она здесь оказалась? Он даже не услышал её шагов.

— Адам, что это за кольцо?

Он просыпается и трёт глаза рукой.

— Отдохнул? — Эйдан сидит напротив, а уставшая Мэл лежит рядом на лавке.

— Немного.

— Нашёл вас уже спящими, не волнуйся, пока всё тихо.

Адам укрывает девушку курткой и тихо встаёт, чтобы не потревожить её.

— Не смогу спокойно спать, пока всё это не закончится, — говорит Адам, закрывая за собой дверь.

— Ты снова что-то вспомнил?

Адам усмехнулся.

— Почему ты так хорошо меня знаешь? Да, вспомнил. Как мы с тобой ругались. Я теперь понимаю тебя. Ты был прав, я ничем не делился с тобой, вот и результат.

Эйдан промолчал.

— Почему сейчас так тихо?

— Не знаю, но это не к добру, — Эйдан потёр покрасневшие глаза, — мне это не нравится совсем.

Адам вздохнул. Он думал также. После нескольких дней постоянного отлова Двэйнов, беготни и выплесков силы, он чувствовал себя ужасно, а даже этот краткий сон не помог ему. А сейчас, вдруг, стало так спокойно.

— С остальными всё в порядке?

— Да, не волнуйся.

— Кеган?

— Ведут себя примерно.

— Присматривай за ними.

Эйдан кивнул.

— Не понимаю, что же не так… — пробормотал Адам и зарылся пальцами в волосы.

Эйдан только вздохнул.

Тишина лесной полосы нарушалась лишь редкими криками птиц. Здесь, в этом оставленном людьми месте, было хорошо и спокойно. Нельзя было даже предположить, что когда-то тут зверствовали Двэйны, уничтожая всё на своём пути.

Над сосной вскрикнула птица и полетела ввысь, испугавшись зверька или постороннего шума.

Эйдан сразу же вскочил на ноги.

— Там что-то есть. Пойду посмотрю!

— Нет, — Адам остановил его, — присмотри за Мэл. Я сам.

— Но…

— Не обсуждается. Пожалуйста, — добавил брат и улыбнулся.

Нехотя, Эйдан всё же отступил, и Адам пошёл к кромке леса. Что там за могучими стволами? Ложная тревога или ответ на все его вопросы?

Глава 22

В лесу было тихо, ни единого звука. Нуала заскулила, и Адам остановился, внимательно смотря на Антэйн. Раньше она так себя не вела.

— Что с тобой? Боишься?

Нуала жалобно посмотрела на него, подтвердив догадки.

Адам нервно поёжился, он уже привык полагаться на неё, а тут страх… Что же её так испугало?

Он пошёл дальше. Что бы там ни было, нужно разобраться.

Листва зашелестела, и прохладный ветерок коснулся его спины, пробежал по плечам. Адам остановился. Он чётко чувствовал чьё-то присутствие.

— Выходи! — твёрдо сказал он, — хватит прятаться.

Но никто не отвечал. Неужели показалось?

Адам остановился и вдохнул свежий воздух. Ощущение присутствия не исчезало.

— Так и быть, я сам найду тебя. Нуала!

Антэйн жалобно заскулила, но бросилась исполнять приказ. И, хотя сам Адам чувствовал себя неуютно, но другого выбора не было. Нуала и раньше находила спрятавшихся Двэйнов. На нечто похожее он рассчитывал и сейчас.

Справа раздался шорох и шипение Антэйн, а потом звуки исчезли. Адам поспешил туда, но ничего не нашёл, ни поляны, ни следов Антэйн.

— Да что тут происходит?!

Адам закрыл глаза. Сейчас не время волноваться и выходить из себя. С Нуалой всё хорошо, он это чувствовал, но и позвать её не мог. Значит, придётся справляться самому.

Тряхнув головой, Адам открыл глаза и пристальнее всмотрелся в зеленовато-коричневую рябь деревьев. Здесь не может спрятаться простой человек или Двэйн. Только не от него. Значит… Значит, это Катэйр, такой же, как и он сам. Неужели, тот самый предатель?

Как бы он хотел, чтобы его догадки не подтвердились!

Камень в руке накалился, и через мгновение Адам ощутил острое лезвие. Теперь и этот предмет принял своё новое обличие, как и в видениях раньше.

Адам пошёл вперед, дальше в гущу леса. Кем бы ни был этот Катэйр, он сыграет по его правилам.

Он и не думал, что этот лес такой обширный. Издалека он больше походил на полосу, а теперь же казался непроходимой чащей.

Адам замер. Внезапная догадка поразила его.

— А я всё думала, когда же ты поймёшь.

Такой знакомый женский голос! Адам стиснул зубы. Он не хотел поворачиваться, не хотел видеть её лицо.

— Ты ведёшь себя смешно, как ребёнок. Они тоже думают, что если закрыть глаза, тьма не страшна.

— Этого не может быть… — прошептал парень и стиснул чёрный кинжал.

— Может, Адам, — голос прозвучал устало, — просто ты ещё не всё вспомнил, иначе не сомневался бы. Разве я не права?

— Это ведь не ты, Стэф? — отчаянно спросил он и повернулся, уже зная, кого он увидит.

— Это я, — в её мудрых глазах было понимание. Она знала, что он чувствовал.

— Ты погибла на моих глазах!

— Ты слишком мало помнишь о Дара, поэтому тебя оказалось очень легко обмануть. Ведь я не стала Двэйном, верно? Ты искал меня, Адам? Хотел освободить?

— Замолчи! — выкрикнул он и так сжал кинжал, что тот, казалось, вот-вот рассыплется в его руках.

— Злишься? Это хорошо. Значит, ты хоть немного понимаешь меня, и таких, как я.

— Чего ты хочешь? Связалась с советниками? Мучаешь своих братьев и сестёр?

— Да, как оказалось, другого выхода не было, но мне такое тоже не нравится, — призналась женщина, и Адам знал, что она не врала совсем. Ей и самой это было не по душе.

— Тогда зачем?

— Всё из-за тебя. Самое обидное, что ты этого не помнишь. Но тут я помогу, пожалуй. Ведь не зря ты зашёл так далеко. Здесь, — Стэф махнула на деревья, — моя стихия, и даже ты не сможешь помешать общим силам десяти Катэйров.

Адам услышал чьи-то шаги и оглянулся. Знакомые лица. Притам, который защищал его на миссии. Саро.

Неужели и Кейт тут? Холодная мысль впервые заставила его испугаться, но нет, девочки тут не было.

— Здесь только самые верные, — Стэф угадала его мысль, — не будем тратить время, — женщина кивнула остальным, и не успел Адам даже подумать о каком-либо заклинании, как вихрь листьев окружил его, в голове зашумело, и он провалился в тёмную глубину мыслей и воспоминаний.

Он сидит на троне, сжимая в ладони тёмное кольцо. Перед ним представители сильнейшего и мудрейшего клана. У него нет выбора, и он не должен показать им, что знает всё, что сожалеет. Пока им нельзя знать.

— Повелитель?

Он переводит взгляд на старшую клана. Стэф. Её пронзительные глаза заставляют его морщиться.

— Мне нужна ваша помощь. Я должен рассказать вам о страшном деянии советников прошлого…

Он говорим им правду. Хотя нет. Лишь часть правды. Он рассказывает им о возникновении Двэйнов, видит их удивлённые, даже шокированные лица. Получилось! Но нет… Стэф не меняется в лице, её пытливый взор направлен на него.

— Вы хотите, чтобы мы сняли это проклятие?

— Да.

— Но как?

— С моей помощью, сам я не справлюсь.

— Это требует огромного ресурса энергии, — говорит женщина.

Ты даже не представляешь какого, — думает он, и снова борется с желанием рассказать всё. Правильно ли он поступает, обрекая их и себя? Не лучше ли рассказать правду? Но тогда… Пойдут ли они на такой шаг?

— Мы выполним всё, что требуется, — говорит она, — нам нужно знать что-то ещё?

Он боится посмотреть ей в глаза и чувствует себя ужасно уставшим.

— Нет. Это всё.

Дара уходят один за одним, но он всё ещё сидит на троне, не в силах сдвинуться с места. Он утешает себя тем, что придут новые Дара, что они продолжат свой клан. Он оправдывается тем, что их энергия и сила даст многие годы мира и процветания для Ноирин и всех живущих за куполом людей. Но почему же так больно и неспокойно? Почему он не может придумать ничего другого? Почему осталось так мало времени и даже он, Повелитель Времени, не может ничего поделать?!

Зал заполнен дымом, Катэйры сражаются, выкрикивая страшные заклинания, клинки светятся в тумане, рассекая его на клубы.

Он держит барьер из последних сил. Нельзя, чтобы он исчез. Тогда замысел советников воплотится и придёт конец всему.

— Повелитель! — Стэф бежит к нему, на её лбу струйка крови, — мы не справимся, наших сил недостаточно!

— Должно хватить!

— Но…

— Не спорь! Исполняй приказ!

Она снова внимательно смотрит на него, будто читает его мысли и, кажется, понимает.

— Почему именно мы? — горечь в её глазах, разочарование и страшная усталость.

Ему нечего сказать. Да и есть ли смысл? Сегодня он своими руками уничтожает сильнейший клан Ноирин, десятки Катэйров больше не проснутся после сегодняшнего дня, но многие и спасутся.

— Потому что ваша сила — самая могущественная, потому что другие не справились бы, — выдавливает он.

— Мы должны были знать правду!

Это так. Но теперь нет иного выхода.

— Повелитель, ты оставил своих близких людей там, за барьером, защищая их, а нам не позволил такой роскоши!

Он чувствует раздражение. Стэф слишком много говорит, она умеет бить по больным местам.

— Так и есть! — кричит он. Здесь в задымлённом зале даже шепотом говорить сложно, — я делаю это именно ради себя и своих интересов. Советники собирались убить меня, а вас бы пощадили!

Стэф сплёвывает на пол.

— Что теперь? Убьёшь меня? Тебе не выбраться из кокона времени, пока все Двэйны не полягут.

Женщина тяжело вздыхает и поднимает свой деревянный посох.

— Будь ты проклят…

Она исчезает в тумане, и он, наконец-то, может вздохнуть с облегчением. Она ушла. Пусть проклинает, зато остальные в безопасности. До него доносится резкий крик. Кто-то из Дара истощил все свои силы, но они должны, просто обязаны продержаться!

Ему так трудно. По куполу идут мелкие трещины. Он уже слышит звуки снаружи. Кто это? Эйдан? Мэл?

— Брат!

Адам прикусывает губу.

— Брат, пусти меня!

Эйдан стоит у самого купола, но проникнуть внутрь не может.

— Я помогу тебе, — доносится отчаянный крик.

Адам улыбается. Он знал, что так будет, именно поэтому и принял такое решение. И только ему нести на себе это бремя.

Снова крик. Ещё кто-то из Дара. Их осталось совсем немного. Но и время Двэйнов на исходе, он чувствует, что осталось чуть-чуть. Утекающие сквозь пальцы минуты или уже секунды.

— Не делай этого! — кричит брат.

Понимает ли он, на что именно решился Адам? Понимает.

За спиной Эйдана стоит Мэл, в её глазах застыли слёзы. И это последнее, что видел Адам. Затем всё покрыла ночь, беспросветная и беззвучная.

— Я знаю, что ты не спишь. Ну, как, вспомнил?

— Да, — говорит Адам и поднимается с земли. Он совершенно не помнит, как упал.

— Значит, припоминаешь, зачем обрёк наш клан на гибель?

— Да, Стэф.

Женщина горько усмехается.

— Конечно, Повелитель Времени прекрасно всё знает и видит наперёд. Вот только, может быть, он скажет, за что умирали дорогие нам люди? Мой муж, например?!

Адам оглядывается на оставшихся Дара. Их действительно так мало, но они ещё могут вернуть былую мощь.

— Твой план не удался! Наши близкие погибли, но Двэйны не исчезли.

— Потому что вы нашли способ покинуть кокон, — спокойно отвечает он.

— Ты обвиняешь нас в том, что мы спасались?

— Разве я обвинял? Просто ответил на твой вопрос.

Земля будто взорвалась, и корни дерева окутали его крепче железных пут.

— Не играй словами!

Адам тяжело вздохнул. Они имели право на гнев.

— Сегодня мы доведём начатое до конца, — устало сказала Стэф, — мы долго шли к этому. Я всегда знала, что ты вернёшься, хоть ты и бился наравне с нами, хоть и оставил все свои силы, но… таких, как ты, так победить нельзя.

— Что с остальными Двэйнами? Позволите им убивать своих же?

— Нет, — Стэф передёрнула плечами, — мы сможем убить их, осталось не так много.

— Но…

— Ты хочешь сказать: они же ваши братья и сёстры? Поверь мне, они бы были благодарны мне за подобное. Никто из нас не хочет подобной участи.

— Хорошо, пусть так… — Адам чувствовал, что корни всё плотнее окутывают его тело и тянутся к шее, — как быть с проклятьем? Оно до сих пор не снято. Все погибшие Катэйры так и будут становится Двэйнами.

Стэф усмехнулась.

— Пытаешься мне доказать, что без тебя мы не справимся? Не стоит, Адам. Здесь нет твоих сторонников. Мы справимся силами всех кланов. Ты не так уж и важен. Самое главное ты уже сделал: советники теперь нам не указ, они знали слишком много.

Адам не мог не восхититься её умом.

— Ты всё спланировала.

— Да, у меня было достаточно времени.

— Чего же ты ждёшь?

Стэф вдруг подобралась и внимательно на него посмотрела.

— Неужели ты думаешь, что смерть будет твоим избавлением? Я хочу видеть, как ты страдаешь.

Корни ощерились шипами, и те вонзились в его руки и ноги. Адам стиснул зубы от боли.

— Физическая боль — ничто по сравнению с муками потери. Ты знаешь, что значит терять близких, Адам?

Саро кивнул Стэф и скрылся в зарослях леса.

— Меня будут искать! — прошипел Адам, — тебе не скрыть своё преступление.

— Кто знает… Конечно, будут искать, но тут не найдут. Это место наше. Только Дара могут войти сюда.

Саро вернулся. Он держал на руках девушку, та была без сознания. Адам сразу узнал Мэл.

— Ты можешь обмануть этих стариков, Адам, или чокнутых Кеган, но не нас. В твоих глазах всегда была тоска, стоило тебе посмотреть на неё.

Будто земля разверзлась под его ногами. Только не это.

— Посмотри сначала, как умирает она. На твоих глазах.

Только не это! — кричало всё внутри.

— Страшно? — ласково спросила Мэл и понимающе улыбнулась.

Саро положил девушку на землю, и тут же корни облепили её. Она была без сознания и не чувствовала боли. Зато её в полной мере ощущал Адам.

— Прекрати это! Они ни при чём!

— Как и мой муж! Что он сделал? Чем заслужил?

— Разве это не наша участь — защищать?! Разве мы живём для себя, Стэф? Опомнись, что ты творишь!

Женщина махнула рукой, и шипы ещё глубже вонзились в его тело. Мэл пошевелилась. Она приходила в сознание. Адам сжал кулаки, чтобы не закричать от боли.

— Ты лишил нас не только близких, но и правды. Мы шли как овцы на убой, Адам.

— У меня не было выбора, — сквозь боль прошептал он, по рукам заструилась кровь.

— Выбор есть всегда, — парировала женщина, — не трать время на крики, я и сама знаю, что творю зло.

Мэл тихо застонала, на корнях появились такие же шипы и стали расти, впиваясь в кожу.

— Это мучительная смерть, — равнодушно произнесла женщина, — мы успеем насладиться ею.

Адам лихорадочно осматривался. Кинжал лежал у его ног, но дотянуться он не мог. Где же Нуала? Она сейчас так нужна!

Словно в ответ на его мысли вдалеке раздался вой.

Стэф раздражённо цокнула языком.

— Это создание умнее, чем я думала…

Адам стал мысленно звать Антэйн, но внезапно боль стала просто невыносимой. Он не выдержал и закричал, что было сил. Шипы проткнули его руку насквозь. Сердце отчаянно заколотилось, когда он услышал схожий крик Мэл.

Только не это!

Белая молния промелькнула перед его глазами, и Стэф вскрикнула от удивления. Среди Дара началось волнение. Кто-то, судя по голосу, Притам, отдавал короткие приказы, но Адам не мог разобрать слов. Он был на грани, между явью и смертью, слабость была невыносимой. Даже боль почти не чувствовалась, хотелось лишь спать, закрыть глаза и не просыпаться.

Потом он почувствовал тепло, такое сильное, а затем боль снова вернулась. Адам закричал изо всех сил. Почему же так больно?!

С трудом он открыл глаза. Нуала стояла перед ним. Её белоснежный мех светился холодным синим светом.

— Что…

— Тихо, — сказал кто-то рядом.

Адам скосил глаза и увидел Кейт.

— Не говори ничего. Мы нашли тебя. С Мэл всё хорошо, её уже лечат целители. А вот к тебе Нуала никого не подпустила.

Парень закрыл глаза, дыша часто-часто.

— Не знала, что она так может, — произнесла Кейт, и Адам не сразу понял, о ком она: об Антэйн или Стэф.

Девочка угадала его мысли и поспешила успокоить.

— Их поймали. Здесь был Эйдан. Он сразу заподозрил недоброе, как только Мэл буквально растворилась в воздухе. Он побежал ко мне. Даже Кеган были тут, — Кейт передёрнула плечами, будто от озноба, — какие они мерзкие…

Адам выдохнул. Кажется, всё действительно будет хорошо теперь.

Глаза Антэйн сияли, и он почувствовал, как слабость возвращается, но теперь она была другой. После этого сна он сможет проснуться.

Глава 23

Зал вновь был заполнен. Присутствовали все кланы. Слушали, спорили, решали. Адам рассказал всё, что вспомнил, без утайки. Его не перебивали. Кеган одобрительно кивали, разделяя его мысли, кто-то осуждающе качал головой, но вслух никто ничего не сказал. Ноша Повелителя Времени была тяжелой, и по доброй воле никто не хотел брать её на себя.

— Итак, что мы решаем?

— Стэф и все причастные должны понести наказание!

— Верно! Это самый настоящий заговор!

— Но их можно понять… Разве это разумно?

«Снова они спорят, — подумал Адам и устало погладил Нуалу, и Антэйн прильнула к его ноге, — Неужели мне вновь принимать решение самому?»

«А ты хочешь?»

Он вздрогнул и посмотрел вниз. Антэйн неподвижно смотрела на него, и её глаза сверкали ярко-синим.

«Нет», — признался он, хотя мог поклясться, что она и так читает его мысли.

«Тогда сделай то, что хочешь».

«Разве я могу?»

«А разве нет?»

Адам улыбнулся. Для Антэйн всё было так просто. Но, может быть, в чём-то она и права. Он снова оглядел присутствующих. Оказывается, они и сами наблюдали за ним и Антэйн, а теперь почтительно молчали.

— Дара — самый малочисленный клан сейчас. Не без моего вмешательства. Это было моё решение, и, боюсь, ни тогда, ни сейчас я не видел иного выхода, — Адам вздохнул и прямо посмотрел на всех Катэйров, — но теперь нет смысла обвинять и искать виноватых. Если мы накажем причастную верхушку, останется не больше десяти новичков, которые не знают своих истоков. Советников больше нет. Кто станет учить их? Знания клана иссякнут, а такое допустить нельзя.

— Как же тогда быть? — воскликнула Мэл.

— Я думаю, им стоит пожить за куполом, — сказал Адам и машинально потёр ободок кольца: этот жест стал привычным и немного успокаивал его. Возможно, мы слишком отгородились. Да и разрушенные Двэйнами территории стоит привести в порядок, снова наладить жильё и быт. Эти места слишком долго были пустыми.

— Но тогда не нужен будет и купол? — спросила Мэл, и Адам понимающе кивнул.

— Верно, нет Двэйнов, нет защитного купола.

— Но…

— С остальными проблемами мы разберёмся по мере поступления. Все согласны?

Катэйры подняли руки, соглашаясь, а Адам встретился взглядом с Кейт. Она единственная из Дара имела право присутствовать сегодня здесь.

— Я бы хотел, чтобы ты осталась с нами, — сказал Повелитель Времени, но девочка только улыбнулась и покачала головой.

— Моё место со своей новой семьёй.

Адам понял её и не стал спорить.

— Хорошо, на этом на сегодня закончим. Отдохните хорошенько. Нам предстоит много дел.

Катэйры поклонились и стали покидать зал. С ним остались, как всегда, двое: Эйдан и Мэл.

— Почему не уходите? — улыбнулся Адам. Он уже знал ответ. Им было любопытно, как он поступит дальше.

— Хотим остаться с тобой, — за двоих ответила Мэл, и он не мог не улыбнуться. — Ты, правда, всё вспомнил? До конца?

— Наверное, — Адам сел на пустую лавку, — какие-то воспоминания ещё будут приходить, но, в общем и целом, я это снова я. Как будто и не было этих лет.

Эйдан помрачнел.

— Я вас подвёл, знаю…

— Дело не в этом, — зачастила Мэл, — просто… ты всегда решал всё сам, брал ответственность на свои плечи и не делился с нами. Если бы мы знали всё раньше, то…

То погибли бы вместе с Дара, — подумал Адам и тряхнул головой, прогоняя невесёлые мысли.

— Что было, то прошло, — твёрдо сказал Эйдан и сел рядом, — ты, правда, хочешь убрать купол? И… жить с людьми на равных?

— Наверное, — от одной этой мысли он чувствовал странное облегчение.

— Но… если о нас узнают, что тогда?

Адам пожал плечами.

— Постараемся, чтобы не узнали. Мы можем остаться и тут, но вечно огораживаться не получится, ведь так?

Мэл пожевала губу. Она хотела что-то спросить и, в то же самое время, боялась. Антэйн боднула её в ногу, и девушка засмеялась.

— Нуала хочет, чтобы ты поделилась своими мыслями, — Адам протянул ей руку, и Мэл, немного помедлив, протянула ему свою.

— Говори.

— Я даже не знаю… Всё меняется, и… В общем, я бы хотела, чтобы Катэйры не разбредались. Мы должны оставаться вместе, учиться и тренироваться дальше, — девушка горячилась и спешила сказать всё, что было на уме, — Не может быть, чтобы наши умения были бесполезны и не нужны. Не снимай купол, прошу тебя! Мы можем быть и среди людей, учиться вести себя, как они, учиться и у них в том числе, но наши знания не должны погибнуть.

Адам кивнул, принимая разумность её слов. Эйдан едва сдержал смешок.

— Что не так, Эйдан?

— Да нет же, ты всё правильно сказала.

— Тогда почему ты так улыбаешься?

Эйдан замахал руками, признавая, что не имел в виду ничего плохого.

— Не волнуйся, Мэл. Ты права. Никто не стал бы бездумно поступать в этой ситуации. Пока купол останется, но Ноирин больше не будет закрыт. Мы все свободны.

Девушка вздохнула с облегчением.

— Что ж, я пойду, — Эйдан понимающе подмигнул брату, — нужно многое обдумать и организовать. Мэл было дёрнулась пойти следом, но Адам её удержал.

— Подожди немного. Посиди со мной.

Она послушно села, не отпуская его руки.

— Я хотел попросить прощения у тебя, Мэл. Тогда из-за Стэф я подверг тебя опасности. Ты могла погибнуть, мне нет оправдания.

Девушка покачала головой.

— Ты ни при чём. Стэф могла выбрать любого из нас. Того же Эйдана. Мы все из одной команды и твои друзья.

— Не совсем так, — мягко поправил её Адам, — она выбрала самого дорогого для меня человека, чтобы причинить мне боль посильнее. Но, мне кажется, что ты до сих пор сомневаешься, не веришь в мои чувства.

Мэл сжала его руку, что было сил и закусила губу.

— Мне страшно поверить, Адам. Кажется, что всё происходящее просто сон, и совсем скоро случится что-то плохое. Тебе снова нужно будет стать Повелителем Времени, снова нужно будет решать за всех Катэйров и людей. Кто я такая, чтобы мешать тебе?

— Ты никогда не мешала мне. Скорее, наоборот. Давала силы. Я знал, что ты в безопасности, и мне было спокойнее, Мэл, — Адам подвинулся ближе и крепко обнял её, — Не сомневайся во мне и моих словах. Мы не знаем, что нас ждёт завтра, но не стоит терять сегодня, ведь мы так долго ждали этого момента оба.

Мэл кивнула и прижалась к нему. Он был прав. Никто не знает будущего. Ни она, ни сам Повелитель Времени, ни всезнающие и мудрые советники. Отпущенное время может быть последней секундой или долгими годами вместе.

— Я люблю тебя, — прошептала она и закрыла покрасневшее лицо. Она не видела, но почувствовала, как он улыбается, как нежно касается её волос.

— И я тебя, Мэл. Больше жизни.

От автора

Сила есть в каждом человеке. Мы можем называть её по-разному: талант, способности к той или иной сфере, умение и желание помочь, разделить беды и проблемы других, просто выслушать. Не бывает маленькой силы или большой. Важно помнить, что эту силу не нужно прятать. Используйте свои таланты во благо: пишите стихи, сочиняйте музыку, от которой хочется плакать, рисуйте шедевры и простые наброски, улыбайтесь окружающим, и вы увидите, что вы можете не мало, а, может, даже и больше, чем герои этой истории.

27.10.2019

Content

Ксения Мелова
Другая жизнь

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

От автора