Александр Романов

Охота на цибилара

Глава 1

Редол — ярко-оранжевая звезда средней величины — появился на центральном стереоэкране сразу же, как только космический катер вынырнул из гиперпространства. Тормозные двигатели включились автоматически, согласно установленной программе, и «Ловчий» начал постепенно сбрасывать скорость, насколько это позволял режим допустимой перегрузки.

— Внимание, господин Эрвис. Даю обзор текущих параметров, — приятным голосом объявил бортовой компьютер. — Все системы работают нормально.

Во время гиперпрыжка защитное поле корабля не получило никаких повреждений. Объективное время пребывания в 0-пространстве составило семнадцать целых пятьдесят три сотых секунды.

Точка выхода соответствует координатам, заложенным в программу автопилота. Галактический сектор МП-двести сорок восемь-тринадцать-семь, квадрант шестнадцать-сорок четыре-десять.

Реверс корабля в режиме предельно допустимого торможения равен девяносто целых семь десятых километров в секунду за секунду. Инерциальные компенсаторы работают на девяносто пять процентов своей мощности. Перегрузка составляет две целых пять десятых g.

Расстояние до звезды класса К-два, астрономический номер РС-семьдесят один-три-двадцать три, приблизительно девять целых двести пятьдесят тысячных миллиардов километров и продолжает сокращаться.

Навигационный курс имеет отклонение от заданной траектории полёта на минус ноль целых пять десятых и минус три целых восемь десятых градуса. Прошу разрешения провести корректировку курса согласно ранее заложенной траектории полёта?!.

— Отставить, — ответил Эрвис и снял с головы защитный шлем, предохраняющий человеческий мозг от гиперпространственного психоизлучения. — Лучше начни поиск второй планеты этой звёздной системы. В каталоге обитаемых планет она значится под номером МПР — два-пятнадцать-ноль восемь. Класс А-четыре.

Поднявшись с мягкого эргономичного кресла, он заложил руки за голову и натужно потянулся во весь свой двухметровый рост, чтобы размять затёкшие мышцы. Атлетически накачанные бицепсы и трицепсы вздулись под синей облегающей рубашкой, и прочная гликоровая ткань заскрипела от напряжения. Благо отсутствие швов не позволяло ей порваться.

У Эрвиса была грива огненно-рыжих волос и почти такого же цвета короткая борода, отросшая за две с половиной недели путешествия. Бриться он не желал из принципа, а точнее из суеверия, поскольку был убеждён, что это отпугнёт удачу.

Подобных прецедентов за долгие годы насчитывалось уже немало, и рисковать ещё раз ему не очень-то хотелось. Уж лучше остаться на некоторое время с бородой, нежели потерять всё своё состояние или собственную жизнь. Впрочем, риск тут присутствовал в любом случае, и избавиться от него было просто нереально.

Тщательно проанализировав предстоящее дело, Эрвис только теперь начал понимать, во что он влип.

Ну, если подумать, кто дёргал его за язык в том идиотском споре и заставлял заключать сумасшедшее пари?..

Выследить и убить взрослого цибилара с воздуха ещё можно, но поймать такого опасного зверя живьём под силу лишь настоящему профи. У каждого из них есть свой особый способ ловли хищника, и они держат его в секрете, поскольку в ксенобиопарках и на чёрных зоорынках цибилар стоит очень дорого. Даже само его название в переводе с протогурианского языка дословно означает золотой зверь, и это не банальный фразеологизм, а наглядное описание хищника, точнее цвета его драгоценной шкуры.

Видно, недаром местные аборигены почитают цибиларов как священных животных и всячески их оберегают, даже в ущерб собственной безопасности. Убийство или умышленное ранение «золотого зверя» они расценивают как святотатство и карают за это неслыханное преступление смертной казнью. Чаще всего проломлением черепа каменным топором. Если же в этом оказывались замешаны пришельцы, с которыми дикари так или иначе сталкивались, то чужаков ждало одно наказание — публичное сожжение на костре.

После нескольких подобных случаев, официально зафиксированных космополом Земной Федерации на уровне правительственной комиссии по ксенозоологии, был принят закон, причисляющий нелегальный отлов и перевозку цибиларов к браконьерству и контрабанде. Таким образом, была предпринята попытка решить сразу две проблемы. Уберечь охотников от смерти на костре и сохранить хоть какие-то мирные отношения с гурианцами, которые судили обо всех пришельцах, в том числе и о людях, по их отдельным представителям-святотатцам.

Принятая мера помогла лишь отчасти, но желающих поохотиться в тропическом лесу дикой планеты заметно поубавилось. Остались только самые отчаянные профессионалы — загонщики удачи, да вот ещё он, глупый Рон Эрвис, добровольно полезший в пасть инопланетного зверя. Однако, ему отступать было некуда, и он это прекрасно понимал.

Нарушение условий пари или отказ от него в данном случае равносилен поражению, а отдавать своё и без того небольшое состояние просто так — без боя Рон не собирался. Не та натура!..

Силы, выносливости и азарта ему было не занимать, ведь как говорили в старину: «Риск благородное дело, а кто не рискует, тот не пьёт шампанское». И хотя сам Эрвис, будучи уроженцем колониальной планеты Берсид никогда не пробовал этот земной напиток, он хотел верить, что «шампанское» имеет действительно отличный вкус. Иначе и быть не могло.

Взглянув ещё раз на показания приборной панели, он вышел из рубки управления в маленький коридор и направился в свою каюту. Пора было немного отдохнуть, пока на это хватало времени.

«Ловчий» был хоть и стареньким, но вполне приличным кораблём, и на его бортовой электронный мозг можно было полагаться как на самого себя. Если что-то вдруг случится — не подведёт. Жаль только, что этот маленький катер с большим грузовым отсеком и морозильной камерой принадлежал не Эрвису, а крупнейшему на его планете бюро проката космического транспорта. Оно предлагало клиентам всё, что душе угодно, за исключением боевых кораблей. Рой отправился туда на следующий день после заключения пари и выбрал для себя то, что ему подходило наилучшим образом.

Потрепанный с виду, но хорошо оборудованный внутри, «Ловчий» был предназначен как раз для того дела, на которое Эрвис рискнул пойти вопреки закону и здравому смыслу. Само название космического катера указывало на его подозрительное прошлое, и, по словам прокатного бюро, этим шустрым корабликом уже успели воспользоваться многие охотнички за экзотической живностью.

Рон Эрвис не был охотником, скорее искателем приключений, но и стрельбой по опасным диким мишеням ему заниматься также доводилось. Что же касается поимки хищного зверя живьём, то раньше ему это было просто не нужно, а значит, всему придётся учиться на практике, опираясь на собственный жизненный опыт и кое-какие теоретические познания, почерпнутые из планетарной информационной сети.

После того как Рон закончил оформление всех документов, позволявших ему пользоваться космолётом «Ловчий», регистрационный номер ГК-36-070-Б, он выложил за его прокат кругленькую сумму и попросил обслуживающий персонал бюро вывести арендуемый корабль из закрытого ангара на взлётное поле, откуда он в ближайшее время собирался стартовать. На выполнение условий пари Эрвису дали всего пятьдесят дней, учитывая перелёт до цели и обратно. Так что нужно было поторапливаться.

Для своих охотничьих нужд он заказал в сервисном центре товаров и услуг всё необходимое снаряжение, в том числе многозарядное ружьё-парализатор, антигравитационную тележку и 100 килограммов синтетического мяса, годного в пищу не только цибиларам, но и многим другим плотоядным животным.

Погрузив покупки на борт катера, Рон быстро записал два видеописьма и отправил их по электронной почте с таким расчётом, чтобы они дошли до адресатов не раньше, чем закончится срок выполнения пари.

Одно послание предназначалось для друзей и родственников. В нём Эрвис попытался объяснить причины, заставившие его пойти на столь рискованное мероприятие, как ловля взрослого цибилара. Второе письмо было обычным завещанием на тот случай, если он не вернётся из своего опасного путешествия, и это печальное сообщение должен был получить его знакомый нотариус. Впрочем, оставалась ещё большая надежда на то, что Рон всё-таки вернётся на Берсид и отменит оба послания.

Часом позже, когда Эрвис изучил всю нехитрую аппаратуру в рубке управления «Ловчего», он связался с диспетчерской службой космодрома и довольно скоро получил добро на взлёт, после чего благополучно покинул родную планету.

Космическое пространство на его пути было свободно от других кораблей, и никто даже не думал задерживать маленький грузовой катер, стартовавший в неизвестную даль.

Семнадцатидневный полёт до гиперпрыжка, при постоянном ускорении, в целом прошёл без особых приключений и осложнений, если не считать незначительной поломки в гидронасосе и короткого замыкания в электросети бортового освещения.

Теперь же Рону нужно было только добраться до Гуриана и совершить мягкую посадку в каком-нибудь укромном местечке. Торможение по сужающейся спирали вокруг оранжевой звезды займёт ещё, как минимум, пять дней, но тут уж ничего не поделаешь. К сожалению, современные космические корабли пока не научились сходу разгоняться до световой скорости и так же быстро тормозить.

Из большой звёздной энциклопедии Эрвис узнал, что в систему Редола входят двенадцать планет. Самая крупная из них достигает в диаметре около 97 тысяч километров, а самая маленькая — не превышает 4 тысячи километров.

Гуриан являлся сравнительно небольшой планетой с кислородно-азотной атмосферой, более-менее подходящей для человеческого дыхания и слегка пониженной гравитацией, что могло заметно облегчить передвижение по его поверхности. Климат, в основном, тропический и субтропический, с высокой влажностью и температурой. Почти вся суша на Гуриане покрыта густыми заболоченными лесами, в которых водится огромное количество разнообразной живности и три типа местных аборигенов, живущих на уровне каменного века.

Встречаться с кем-либо из них Рону совершенно не хотелось, но так выходило, что цибилары обитают как раз в тех районах планеты, где больше всего дикарских поселений. Похоже, в своё время гурианцы специально там расселились, чтобы находиться поближе к священным животным. Именно это и делало охоту на «золотого зверя» гораздо опаснее, чем она может быть при других обстоятельствах.

К тому времени, когда зеленоватый полумесяц Гуриана стал отчётливо виден на обзорном стереоэкране, «Ловчий» уже успел намотать не один круг по звёздной системе Редола, и его скорость упала до того минимума, при котором допустимо выходить на планетарную орбиту.

Вся бортовая электроника по-прежнему работала нормально. И как только автопилот получил от Эрвиса новые указания, он безукоризненно выполнил возложенное на него поручение. А поскольку болтаться на орбите Гуриана в ожидании патрульного спутника Рон не намеревался, он дал задание компьютеру как можно быстрее и аккуратнее совершить посадку в той точке планеты, которая была им выбрана на трёхмерной географической карте.

— Внимание, господин Эрвис. Через пять секунд будет включена система экстренного торможения, — сказал автопилот, когда до Гуриана оставалось не больше 100 тысяч километров. — Приготовьтесь к перегрузке в семь с половиной единиц.

Испытание на прочность живой и неживой материи продолжалось не менее получаса, и Эрвис невольно подумал о том, что стало бы с его мозгами и внутренностями, если бы космический катер тормозил не постепенно, а моментально, как писали о подобных манёврах некоторые фантазёры прошлых веков. Наверняка всё жидкое содержимое его организма уже давно стекло бы из кресла на пол, и это было бы очень забавно.

На подлёте к Гуриану, местами закрытому белой вуалью перистых облаков, «Ловчий» снизил скорость до оптимального предела и по нисходящей дуге ворвался в атмосферу планеты. Тряска усилилась, но к счастью не на долго. Вскоре были задействованы стабилизаторы, автоматически гасящие почти все колебания корабля, так что дальнейший полёт проходил в более комфортных условиях. В плотные слои атмосферы катер вошёл на уровне средних широт, после чего стал круто снижаться в один из районов тропических лесов на тёмной стороне планеты, где через пару часов должен был наступить рассвет.

Центральный обзорный экран сейчас работал в режиме инфракрасного видения, и благодаря этому Рон Эрвис мог довольно хорошо разглядеть место будущей посадки, сравнивая его с тем масштабно увеличенным изображением, что было на географической карте. Вроде бы, всё то же самое. Два старых горных хребта, похожих на засыпанные землёй скелеты исполинских драконов и небольшое скалистое ущелье, вплотную подходящее к зарослям леса. Именно там — меж высоких скал — он и собирался сесть никем не замеченный.

Несколько минут спустя, «Ловчий» перешёл на антигравитационные двигатели и, подчиняясь автопилоту, медленно опустился на каменистое дно ущелья. Посадка прошла наилучшим образом, хотя в других условиях Рон сделал бы это в режиме ручного управления ничуть не хуже.

Отключив все бортовые системы, за исключением компьютера, Эрвис зашёл в свою каюту и переоделся в специальный охотничий костюм, предназначенный для тёплого влажного климата. Он состоял из лёгкой трёхслойной куртки, штанов, широкополой шляпы и коротких сапог. Вся одежда обладала свойствами хамелеона и другими полезными качествами. Затем Рон повесил через плечо «арлад-101» с укороченным стволом и выдвижным прикладом, и быстро спустился в грузовой отсек.

Здесь на широкой тележке уже было собрано всё необходимое снаряжение и недельный запас провианта, не считая питьевой воды. На Гуриане она была вполне пригодна к употреблению, если её предварительно профильтровать или вскипятить. Впрочем, это желательно делать на любой планете, где есть жидкость с химическим составом H_2O.

Дождавшись рассвета, окрасившего чужое небо в полутона, Эрвис надел на лицо защитную маску, которая выполняла сразу несколько функций, и открыл обе двери шлюзовой камеры. Потом включил антигравитор грузовой тележки, подняв её на полметра в воздух, и вместе с ней вышел из космического катера. Внутренние двери шлюза автоматически закрылись за его спиной.

Глава 2

Ущелье, в котором Рон совершил посадку, было сравнительно небольшим. Около 300 метров в длину и полсотни — в ширину. В расселинах между скал периодически завывал ветер, но в целом здесь было довольно тихо и спокойно.

Дикарей поблизости не наблюдалось, и Эрвис надеялся, что в ближайшие дни они тут вообще не появятся, а значит, не будут его разыскивать. Забраться в это ущелье, равно как и выбраться из него, было не так уж просто.

С одной стороны скалистые гребни поднимались на горный склон, а с противоположной — почти смыкались друг с другом, проникая в лес. С высоты они были похожи на два длинных окаменевших рога, торчащих из головы мёртвого дракона. Даже Рону, с детства привыкшему лазать по отвесным берсидским скалам, пришлось немало потрудиться, чтобы найти выход из ущелья.

Пока он пробирался через каменные завалы, толкая перед собой тележку с вещами, нависающие над ним скалы, при каждом сильном порыве ветра, грозили обрушить вниз новый камнепад. И только когда узкая расщелина осталась позади, Эрвис смог облегчённо вздохнуть и оглядеться — прямо перед ним раскинулись пёстрые заросли гурианского леса, перекликающегося многоголосьем неизвестной живности, которая обитала в кронах высоких деревьев и на толстом ковре жёлто-серого мха, устилавшем почву.

Идти сквозь чащу, полную неведомых опасностей казалось безрассудством, Но выбирать не приходилось. Ещё до полудня Рон собирался выйти на берег полноводной реки, где можно было разбить охотничий лагерь, и он смело двинулся в путь.

Прежде чем Эрвис оказался под кронами деревьев, он включил установленный на носу антигравитационной тележки веерный ультразвуковой излучатель, который в зависимости от силы воздействия мог разогнать всех живых тварей в радиусе до 150 метров. Сейчас его мощность была минимальной, но даже её хватило на то, чтобы переполошить ползающих, бегающих и летающих обитателей леса на расстоянии десятка метров. Мало ли какие из них были ядовитыми или просто агрессивными. А так — всех долой, чтоб не путались под ногами.

Помимо этого, Рон прицепил к шляпе круглую пуговицу — миниатюрную видеокамеру, которая каждый час будет вести пятиминутную съёмку окружающей местности. По возвращении на Берсид, если всё пройдёт удачно, Эрвис обязан будет наглядно показать, где и каким образом он ловил цибилара. Таково было одно из условий заключённого пари.

Прошло не менее пяти часов, прежде чем Рон, продираясь сквозь заросли серо-коричневого кустарника с крупными жёлтыми ягодами, выбрался на пологий берег быстроводной реки. Прошагав вдоль неё ещё пару сотен метров, он наконец-то вышел на песчано-глинистый откос, где можно было поставить палатку. На это простое занятие у него ушло всего несколько минут.

По всему периметру лагеря, прилегающему непосредственно к растительной чаще, он установил светошумовые пугачи, которые реагировали на приближение любого зверя крупнее земной собаки. Хищники меньших размеров в этом районе Гуриана не водились, а других животных опасаться не стоило. Против мелких ядовитых тварей и насекомых продолжал работать ультразвуковой излучатель.

После короткой передышки Эрвис набрал в металлическую флягу с фильтром прозрачной речной воды и с удовольствием сделал несколько больших глотков. Вода, как вода, что и требовалось доказать. Когда же он съел приличную порцию овощного супа, самонагревающегося в одноразовой алюминиевой тарелке, ему стало совсем хорошо. Но расслабляться было ещё рано.

До заката требовалось отыскать звериную тропу и соорудить подходящую ловушку для цибилара. То что в неё угодит именно он, конечно, не факт, но почему бы не попробовать!?.

Взяв с собой парализующее ружьё, ультразвуковой излучатель и ещё кое-какие охотничьи принадлежности, Эрвис быстро пошёл вниз по течению реки. Широкие кроны деревьев нависали далеко над водой и почти полностью закрывали от взгляда голубовато-зелёное гурианское небо и оранжевый диск Редола. Лишь его рассеянные лучи кое-где пробивались сквозь листву и ветви.

Обнаружить в таком сумраке звериную тропу было затруднительно, но ему это, всё же, удалось. Как ни как все лесные тропы ведут к водопою. Вероятно, он вообще не смог бы заметить на речном берегу следы животных, если бы не споткнулся об торчащий корень дерева и лишний раз не глянул себе под ноги.

Искомое место находилось почти в полукилометре от лагеря, так что спугнуть потенциальную жертву близким присутствием Эрвис не боялся. Он внимательно осмотрелся, прикидывая, где и как лучше установить первую ловушку. Потом уложил на землю и присыпал гниющими листьями пять усыпляющих мин, заряженных быстродействующим снотворным газом. Мины лопались под действием определённой нагрузки, рассчитанной как раз на взрослого цибилара, хотя могли сработать и под весом других крупных животных.

Чтобы как-то минимизировать эту случайность, Эрвис спрятал в ближайших кустах синтезатор запахов. Маленькая коробочка была способна производить и распространять любые ароматы, миазмы и запахи из тех, которые заложены в её обширную память.

Поразмыслив, он сделал так, что она стала испускать синтезированные запахи сырого мяса и самки цибилара в брачный период. Такие специфические ароматы должны были отпугнуть от этой тропы всю растительноядную живность и привлечь к ней самца золотого зверя.

Для подстраховки, чтобы знать, когда следует идти за усыплённой добычей, Рон задействовал на пластиковых корпусах мин сторожевые радиомаячки, которые своевременно подадут ему нужный сигнал. Дополнительно ко всем охотничьим хитростям он натянул между соседними деревьями полупрозрачные нити, связанные с большой прочной сетью.

Эрвис подвесил её к нижним ветвям одного дерева, прямо над звериной тропой, хотя совсем не был уверен в том, что правильно сооружает древнюю ловушку. К тому же, ползать по скользким от лишайников стволам деревьев было не очень приятно, и совершенно неудобно.

Покончив с этим делом, Рон вернулся в охотничий лагерь и разжёг костёр из собранного хвороста. Редол уже скрылся за стеной леса, и вскоре к стоянке со всех сторон подступил ночной мрак. Дневные звуки постепенно затихли и сменились новыми, более таинственными и угрожающими. Однако у яркого искрящегося огня всё это воспринималось достаточно спокойно.

Для искателя приключений подобная ночёвка была вполне привычной. Вспоминая опыт былых путешествий, особенно лесные походы ранней молодости, Рон вскипятил воду и заварил ароматный берсидский фрог, похожий по вкусу на земной шоколад. Сразу запахло домом.

Пожевав на ужин кусок синтетического мяса, которое мало чем отличалось от настоящего, Эрвис запил его густым сладковатым напитком и стал ждать сигнала от своих мин. Спать пока не хотелось, а других занятий не осталось.

Встрепенулся он от пронзительного писка радиоприёмника, встроенного в наручные многофункциональные часы. Похоже, одна из усыпляющих мин сработала. Теперь нужно было поспешить к ловушке и разобраться на месте, кто в неё угодил.

Рон повесил на пояс широкий плоский фонарь, взял «арлад», подхватил освобождённую от снаряжения антигравитационную тележку и быстро направился по уже знакомому пути к звериной тропе. Через несколько минут впереди послышался громкий устрашающий рёв пойманного хищника.

— Есть! Получилось! — обрадовался Эрвис, ускоряя шаг.

Трудно было понять, почему цибилар так быстро отошёл от наркоза. Но, возможно, именно этот конкретный зверь оказался не восприимчив к снотворному газу, и поэтому раньше времени смог преодолеть навязанную ему сонливость. Судя по всему, он попал в сеть, из которой сам уже не сможет вырваться. На это никаких сил не хватит.

Разносившийся по округе рёв свирепого животного заставил притихнуть других тварей, ведущих ночной образ жизни. Только изредка в отдалении раздавались недовольные и испуганные крики потревоженных обитателей леса. Они были повсюду, не считая тёмной речной воды. Их светящиеся, как звёзды, глаза внимательно следили за двуногим пришельцем, который направлялся к источнику грозного рыка.

Когда Эрвис подходил к звериной тропе, он ожидал увидеть в ловчей сети взрослого цибилара. Однако сегодня ему не повезло. В крупноячеистой ловушке, освещённой мощным поясным фонарём, запуталось большое растительноядное животное. Это можно было легко понять по его шести лапам без единого когтя, длинной шее и сплющенной голове с маленьким ртом. А его страшный рёв был на самом деле лишь подражательством хищному рычанию и способом уберечь себя от нападения плотоядных зверей.

Ослеплённый ярким светом ревун вдруг замолчал и ошарашено выпучил огромные круглые глаза, недоумевая, что происходит.

Разглядывая неизвестное животное, Рон тоже не мог понять, какого чёрта это безобидное на вид существо вышло на тропу, где пахнет сырым мясом и цибиларом. Не уж то оно потеряло чутьё опасности, или ему неведом инстинкт самосохранения!?. Предположение, конечно, довольно глупое, но если учитывать всяческие аномалии, то всё становится на свои места.

Ревун, потерявший нюх и не чуявший подозрительных запахов, просто решил сходить к реке, чтобы в ночной прохладе напиться воды, случайно наступил лапой на усыпляющую мину и временно отключился. Но совсем не надолго, из-за особой физиологии. А когда он снова очнулся, то почти сразу оборвал нить растяжки и угодил под ловчую сеть. Вот, такой получался расклад.

Что делать с этим необычным экземпляром гурианской фауны Эрвис не знал. Сначала он хотел просто отпустить его на все четыре стороны, но потом немного подумал и решил, что ревун может быть неплохим украшением берсидского ксенобиопарка. Его гурианский зоосектор просто нуждался в таком крупном растительноядном животном.

Сняв с плеча ружьё, Рон, не целясь, от бедра дважды выстрелил в зверя парализующими зарядами средней мощности. По идее, этого должно было хватить, но ревун только перестал вырываться из ловушки и опять принялся угрожающе рычать на своего мучителя.

Эрвису пришлось установить переключатель мощности «арлада» на максимум и нажать спусковую кнопку ещё раз. Мелькнув в свете фонаря, бледно-голубой луч попал точно в шею животины. Громкий рык оборвался на самой высокой ноте, и грузное тело ревуна обмякло.

Когда Рону удалось втащить тяжеленного зверя на антигравитационную тележку и освободить от ловчей сети, он ещё раз внимательно осмотрел свою нежданную добычу.

Существо было покрыто короткой красновато-рыжей шерстью с коричневыми пятнами на боках и шее. В лежачем положении его размеры достигали трёх с половиной метров от морды до кончика хвоста. Во рту имелись лишь восемь пар тупых резцов и шершавый как тёрка язык.

Несомненно, такой «жутко опасный» зверь мог отпугивать от себя настоящих хищников только своим страшным рыком, да и то, наверное, не всегда. Однако с этого часа ревуну больше ни что не угрожало. И на Берсиде, в особых условиях, он будет чувствовать себя не хуже чем на Гуриане.

Эрвис прикинул в уме, какую сумму он сможет выручить за эту божью тварь, если продаст её в ксенобиопарк, и пришёл к выводу, что немаленькую. На его родной планете такая животина прежде не водилась, а значит, станет экзотикой для посетителей Гурианского зоосектора. В любом случае это неплохая прибавка к его выигрышу в пари, если он, конечно, сделает то, что от него требуется и спокойно вернётся домой. В принципе, подобная охота на экзотических зверей могла бы стать для него неплохим бизнесом. И почему он раньше об этом не подумал?..

Проверив уцелевшие мины и убедившись, что они остались лежать на своих местах, Рон заново подвесил сеть и осторожно сполз по стволу дерева на устилавший почву мох. При этом он чуть не напоролся филейной частью тела на какую-то острую колючку ядовито-красного цвета.

Всё-таки шастать по неизвестному лесу крайне рискованно. Того и гляди, на чём-нибудь поскользнёшься, куда-нибудь упадёшь и во что-нибудь вляпаешься, от чего потом вовек не отмоешься, если сразу не околеешь. Хорошо ещё, что с ним до сих пор такое не случилось, а то…

Эрвис мотнул головой, отгоняя дурные мысли, и нажал пару кнопок на ручке антигравитационной тележки, чтобы поднять её в воздух и развернуть в нужном направлении. Электронный регистратор веса показывал на дисплее 259 килограммов. Зверюшка действительно была не из лёгких, но и взрослый цибилар весил не меньше, так что нужно привыкать.

Пока Рон возвращался в свой лагерь, продираясь сквозь кусты, лес начал постепенно успокаиваться и затихать. Наступала глубокая ночь, и большинство местных животных старались забиться в свои норы, чтобы дождаться рассвета. Эрвису даже на минуту показалось, что он находится совершенно в другом мире, где нет никаких опасностей и угроз, а окружающий лес таит в себе некое волшебство…

На расстоянии пяти метров от палатки внезапная световая вспышка заставила Рона зажмуриться, но он по инерции сделал ещё пару шагов, и ему в уши ударила едва слышимая ультразвуковая волна. Автоматически сработали сторожевые пугачи, которые он забыл отключить на подходе к стоянке. Иногда всё же бывает не плохо, что его слух не столь чувствителен как у диких животных.

Когда же Эрвис решил проверить охранную систему до конца и умышленно шагнул вперёд, на него тут же обрушилась какофония громких звуков. Этот ужасный шум мог не только отпугивать лесное зверьё, но также исполнять роль сигнализации на случай вторжения гурианских аборигенов.

Проскочив внутрь защищённого периметра, где воздействие сторожевых устройств мгновенно прекращалось, Эрвис выгрузил ревуна на землю и привязал его верёвкой к дереву, чтоб не сбежал.

Вскоре парализованное тело начало шевелиться, мотать головой и фыркать. Потом окрепшее животное встало на ноги, тяжело сопя, огляделось, и вновь принялось злобно рычать, распугав при этом всю мелкую живность, сидевшую в зарослях. Впрочем, как только ревун понял, что двуногое существо с палкой не собирается причинять ему никакого вреда, он сразу же переключил своё внимание на речную воду и надолго припал к ней широкими губами.

Видимо ночная жажда по-прежнему давала о себе знать, и она была намного сильнее любого страха. Благо — длинная верёвка позволяла зверю дотянуться как до реки, так и до съедобной растительности, на которую он жадно набросился после водопоя. И это было не удивительно, поскольку парализующие заряды могли вызывать чувство ненасытного голода. Правда, держался такой побочный эффект не дольше получаса, так что неожиданная смерть от обжорства ревуну не грозила.

Глава 3

Следующие три дня практически ничего не происходило, и это было довольно странно. Синтезатор запахов продолжал работать на всю мощность, но ловушки оставались нетронутыми. Ни один цибилар так и не появился в этой местности, словно они тут вообще не водились. Даже специально настроенный на «золотого зверя» биосканер не мог зафиксировать его присутствие в пределах одного километра.

Можно было подумать, что этих прекрасных хищников здесь больше не осталось. Или их всех уже давно перестреляли и переловили другие охотнички за ценной шкурой и щедрым гонораром дельцов зоорынка.

Чтобы не терять зря время и не ждать, когда цибилар сам прыгнет в ловчую сеть, Рон несколько раз обходил ближайшие окрестности, порой углубляясь в лес на 10–15 километров. Но результат был всё тот же. «Золотой зверь» пропал без вести.

Другие опасные хищники Эрвиса в данный момент не интересовали. Если он с ними сталкивался, то особо не церемонился. Портативный ультразвуковой излучатель и «арлад-101» всегда были под рукой. Лишь однажды ему пришлось спасаться бегством, когда на него напала небольшая коротколапая тварь, покрытая бронированным панцирем с длинными шипами. По всей видимости, существо было глуховатым, потому что не боялось ультразвуковых импульсов. А парализующие заряды на него просто не действовали.

Утром четвёртого дня Эрвис в очередной раз отправился проверять ловчую сеть, хотя и не очень верил, что в ней может оказаться цибилар.

Подходя к звериной тропе, он отметил царящую вокруг непривычную тишину. Рон насторожился. Биосканера при нём сейчас не было, поэтому он мог полагаться только на свои глаза, уши и безотказное ружьё.

Сняв «арлад» с предохранителя, Эрвис замедлил шаг и стал бесшумно подбираться к месту ловушки. А когда он выглянул из-за кустарника, то в первую секунду чуть не вскрикнул от восторга и радости. Всего в нескольких метрах от него, возле коробочки с искусственными запахами, стоял именно тот зверь, которого он так долго поджидал.

Это был взрослый, но ещё молодой цибилар, покрытый длинной золотистой шерстью. Он имел гибкое тело высотой более одного метра в холке, шесть когтистых лап и длиннющий хвост с кисточкой на конце. У него была крупная голова, вмещавшая достаточно сообразительный мозг, и слегка вытянутая морда с широкой пастью.

Хищник внимательно обнюхивал синтезатор запахов и явно недоумевал, где же там могла спрятаться самка его вида с куском свежего мяса. Он стоял к Рону левым боком и представлял собой отличную мишень.

Слабый ветерок дул сегодня в сторону реки, так что учуять охотника зверь не мог, а услышать его тихие шаги не позволял плеск текущей воды. Большие, чуть раскосые, глаза цибилара обладали отличным зрением, но Эрвис постарался спрятаться так, чтобы это опасное животное его не заметило. К тому же, охотничий костюм типа «хамелеон» делал Рона практически невидимым на фоне окружающих зарослей.

Эрвис надеялся, что стрелять в «золотого зверя» сразу не придётся, если хищник сам раздавит снотворную мину или сорвёт с ветвей сеть. Так было бы гораздо проще его поймать. Поэтому Рон решил немного выждать и посмотреть, что цибилар будет делать дальше. В любом случае, теперь зверюга от него не уйдёт. Новоявленный охотник был в этом уверен. Не для того он прибыл на Гуриан, чтобы улетать отсюда с одним ревуном.

Быстро переключив видеокамеру на непрерывное ведение съёмки, Эрвис замер с «арладом» в руках.

Когда хищник закончил обнюхивать синтезатор запахов и понял, что они не настоящие, он недовольно рыкнул и резко ударил пластиковую коробочку тяжёлой лапой. Послышался хруст, будто сломали сухую ветку.

Рон мысленно чертыхнулся. Запасной приманки у него не было, поэтому хотелось верить, что она больше не понадобится.

По-своему разобравшись с фальшивыми ароматами, цибилар прислушался к окружающим звукам, шевеля треугольными ушами. Затем снова вышел на тропу и осторожно шагнул в направлении реки. Ещё полметра, и он наступил бы на спрятанную мину. Но не тут-то было.

Неожиданно «золотой зверь» остановился и опустил голову, принюхиваясь к почве. Несомненно, нюх у него был отменный, и он явно что-то учуял. Эрвис напрягся, крепче сжимая парализующее ружьё, И пожалел о том, что оставил на тропе свой человеческий запах. Цибилар тем временем загрёб когтями слой влажного перегноя, коротко рыкнул и медленно перешагнул усыпляющую мину. Он двинулся дальше. Однако здесь его ждала другая ловушка.

Натянутая охотником нить порвалась сразу ЖЕ, как только хищник зацепил её лапой, и в тот же миг сверху стала падать ловчая сеть. Казалось, увернуться от неё просто невозможно, но случилось именно то, чего Рон никак не ожидал. Каким-то невероятным образом зверь изловчился и отпрыгнул в сторону, блеснув золотистой шерстью в лучах Редола. Его молниеносной реакции можно было лишь позавидовать.

Круто развернувшись, он яростно зарычал на упавшую сеть, и в эту секунду его агрессивно прищуренные глаза цвета морской волны уставились на Эрвиса. От изумления охотник растерялся и даже встал из-за кустарника во весь рост. Их взгляды встретились, и несколько мгновений они пристально смотрели друг на друга.

Расстояние между ними было небольшим, и действовать теперь нужно было не раздумывая.

Когда цибилар взвился в воздух, чтобы одним прыжком достать неожиданно возникшего противника, Рон вскинул короткоствольный «арлад» и, не целясь, выстрелил. Он знал, что не промахнулся, но одного заряда было крайне мало для полной парализации крупного хищника. При этом нажать спусковую кнопку повторно Эрвис уже не успевал.

Чтобы не попасть под летящее тело зверя, он попытался присесть, уклоняясь от когтистых лап. Однако, длинный пушистый хвост цибилара всё равно больно хлестнул его по защитной лицевой маске. Причём удар этот оказался настолько сильным, что Рон отлетел назад и упал на спину, выронив из рук ружьё. Наверно тут бы и пришла его смерть от острых клыков хищника, если бы «золотой зверь» сам не был частично парализован и, вероятно, напуган.

Быстро вскочив на ноги, Эрвис ещё смог увидеть как «подраненное» животное, волоча за собой заднюю пару лап, исчезает в зарослях густой растительности. Стрелять в него теперь было совершенно бесполезно, а догнать просто нереально. Даже с парализованной частью тела эта зверюга могла бегать намного быстрее любого человека.

Что делать дальше он не знал, поэтому принял единственное разумное решение, пришедшее ему в голову. Необходимо поскорее вернуться в свой лагерь, взять биосканер, ультразвуковой излучатель и несколько пакетов с едой, после чего можно начинать преследование сбежавшего хищника. Пока парализация задних конечностей полностью не пройдёт, цибилар вряд ли станет далеко уходить. Скорее всего, ляжет где-нибудь отдохнуть. Этого времени должно хватить, чтобы вернуться на звериную тропу и пойти по следу «золотого зверя».

«Ну, что ж, тогда вперёд!» — мысленно скомандовал Рон.

Стайерская пробежка до палатки и обратно по проторённому пути заняла у Эрвиса совсем немного времени. И хотя он сильно запыхался, вдыхая через фильтр маски тёплый влажный воздух, расслабляться не стоило. Охотник сразу пустился на поиски цибилара с того места, где они расстались. Благодаря чувствительному биосканеру, Рон знал, куда ему нужно идти.

Маленькая белая точка на тёмном дисплее показывала присутствие хищника на расстоянии семисот метров, а зелёная стрелка в центре экрана указывала направление, в котором следует двигаться. Как и ожидалось, зверь не успел выйти за пределы сканируемого радиуса, так что дело было за малым. Оставалось догнать его и угостить ещё парой мощных парализующих зарядов.

Продираясь сквозь кустарники с пёстрой листвой, Эрвис ультразвуковым веерным излучателем прогонял с пути всю живность, имеющую хоть какой-то слуховой аппарат. Он с максимально возможной скоростью шёл за цибиларом, который продолжал уходить всё дальше на север. Хищник не мог знать, что его преследуют, поэтому расстояние между ними постепенно сокращалось. Однако идти в таком темпе, даже при пониженной гравитации планеты, Рон долго не мог. К полудню его начала одолевать усталость.

Когда до зверюги было уже сравнительно недалеко, Эрвис выдохся окончательно. С трудом шагая по мягкому ковру мха и перегноя, он то и дело проклинал здешние заросли и духоту. Благодаря термозащитному слою костюма, жарко ему не было, но дышать сквозь лицевую маску оказалось тяжело. Полностью отказываться от неё было ещё рано, пока не прошёл срок адаптации дыхательной системы.

Добравшись до мелководной речушки, текущей с востока на запад, Рон, наконец-то, позволил себе расслабиться, и упал на мшистую кочку вблизи крутого обрыва. Восстановив размеренное дыхание, он снял маску и сделал несколько больших глотков воды из фляги. Потом огляделся по сторонам.

На этом берегу росли невысокие деревья с длинными светло-зелёными листьями и крупными плодами бордового цвета. Внизу валялись те же плоды, но уже высохшие, с коричневатым оттенком. Река была не очень широкой, с ровным каменистым дном и глубиной примерно полтора метра. В прозрачной воде плавали существа, напоминающие больших головастиков с хвостами длиной не менее шестидесяти сантиметров.

Перейти мелкую речушку вброд можно было без особых проблем. Однако, Рон решил сначала немного передохнуть и пообедать. Он мог себе это позволить, поскольку цибилар, судя по показаниям биосканера, тоже никуда не спешил.

Отложив в сторону всё лишнее, Эрвис достал из походной сумки брикет сухого пайка, разорвал вакуумную упаковку и приступил к еде.

Внезапно за его спиной послышался тихий шелест растительности.

Рон машинально обернулся назад и чуть не подавился куском комбинированного пайка. Прямо на него из зарослей выходили два гурианских аборигена в полном боевом облачении. При этом внешний вид их был, скорее, отталкивающе смешным, нежели устрашающим.

Они были существами негуманоидного типа, ростом около ста шестидесяти сантиметров, с тёмно-жёлтой кожей без волос. Их худощавые тела имели по четыре руки и по две ноги с широкими плоскими ступнями. Узкие лица «украшали» близко посаженные красноватые глазки, выпуклый бугорок носа и щель маленького рта. Небольшие треугольные уши, торчавшие на макушке головы, завершали сюрреалистические портреты туземцев.

В качестве одежды дикари носили набедренные повязки из звериных шкур. Вооружены они были длинными копьями и чем-то вроде луков с рукояткой посередине. Правда, сейчас это опасное оружие не было заряжено стрелами и не представляло особой угрозы, а вот копья с костяными наконечниками могли наделать в охотнике дырок.

Ультразвуковой излучатель, продолжавший работать и отпугивать лесную живность, по идее, должен был оказать схожее воздействие и на гурианцев. Но, как теперь выяснялось, слух у аборигенов оказался не намного лучше, чем у людей. Это была не очень приятная новость, но ничего не поделаешь.

Рону приходилось срочно искать другие средства защиты от туземцев, пока они его не опередили. Он помнил, что «арлад» лежит где-то рядом, но обернуться назад не рискнул, опасаясь внезапного нападения.

Обнаружив на берегу реки инопланетного пришельца, дикари уставились на него тем же агрессивно насторожённым взглядом, что и цибилар сегодня утром. Похоже, они не ожидали этой встречи, как и сам Эрвис. Не отводя от туземцев глаз, он стал шарить по слою мха пальцами в поисках своего оружия. Нужно было воспользоваться замешательством местных обитателей и предотвратить их нападение.

Гурианцы довольно быстро пришли в себя и начали угрожающе помахивать копьями, одновременно лопоча что-то непонятное на своём трескучем языке. К сожалению, Рон не взял с собой лингвер, так как не думал, что столкнётся лицом к лицу с аборигенами. И теперь, чтобы избежать собственной смерти, он должен был принять срочные меры защиты.

Несколько томительных мгновений Эрвис продолжал осторожно искать за спиной парализующее ружьё, но никак не мог его найти. Вместо этого ему под руку попались два высохших бордовых плода с шершавой кожурой. Они были очень лёгкими, но годились для того, чтобы провести отвлекающий бросок.

Не медля больше ни секунды, Рон швырнул плоды в дикарей и одновременно кувыркнулся в сторону, где лежал его «арлад». В тот же момент гурианцы один за другим метнули свои копья. Первое просвистело над ухом Эрвиса и упало в реку. Второе воткнулось в мшистую кочку, на которой только что сидел охотник. Ему крупно повезло, что он остался невредим. Теперь пришла его очередь демонстрировать меткость.

Схватив ружьё, Рон уже приготовился к стрельбе, как вдруг увидел странную и даже забавную картину. Из треснувших плодов, которые попали в грудь одного из аборигенов, вырвалось дымное розовое облачко. И, когда дикари его невольно вдохнули, с ними случилось то, чего Эрвис никак не ожидал. Они начали истерично кричать, надрывно кашлять и судорожно дёргать худыми конечностями, будто их кусали ядовитые насекомые. Кто бы мог подумать, что мелкие споры невзрачных на вид плодов, способны вызывать у гурианцев такую болезненную аллергическую реакцию.

Вряд ли, это было для них смертельно, но Эрвис решил проявить акт своеобразного милосердия. Чтобы аборигены перестали испытывать мучительные ощущения, он пару раз выстрелил в них из «арлада». Последний раз взмахнув руками, дикари рухнули, как подкошенные, и замерли в замысловатых позах.

Таким образом, Рон одновременно облегчил их страдания и на пару часов избавился от потенциальных преследователей. Убивать гурианцев, чтобы полностью исключить возможную помеху, Эрвис не собирался. У него были определённые моральные принципы, которыми он не хотел пренебрегать ради сиюминутных выгод.

До того как парализованные аборигены очнутся и вместе с другими соплеменниками приступят к облаве, ему следовало оторваться от них на значительное расстояние. Поэтому, не теряя ни минуты, Рон быстро разделся, собрал вещи и прямо с обрыва прыгнул в реку, держа над головой ружьё и походную сумку. Погрузившись в прохладную воду по грудь, он вскоре оказался на другой стороне речушки и вышел на пологий склон, заросший ползучими сиреневыми лианами с толстыми семенными стручками.

Здесь Эрвис торопливо оделся и продолжил путь. Небольшая передышка и съеденный сухпаёк придали ему сил.

После проверки показаний биосканера Рон узнал, что «золотой зверь» находится примерно в том же месте, где был раньше, на расстоянии одного километра от реки. Цибилара необходимо было найти и поймать как можно скорее, пока гурианские дикари не сделали нечто подобное с самим охотником. А он абсолютно не желал становиться их очередной жертвой.

Глава 4

Преодолев треть пути по густым зарослям, Эрвис вышел на открытое пространство, освещённое лучами Редола. Впереди раскинулся широкий луг, поросший густой сочной зеленью травы и яркими цветами. Но не успел Рон сделать и двух шагов, как тут же по пояс провалился в тёмную и вонючую болотную жижу. То, что он сначала принял за красивый зелёный луг с множеством больших жёлто-оранжевых цветов, на самом деле оказалось плотным покрывалом тины и некой разновидностью насекомоядных ловушек. Они приманивали к себе летающих жучков, и те увязали в их ароматном липком соке. Периодически на поверхности болота появлялись и лопались пузыри зловонного газа, оглашая округу громкими квакающими хлопками.

Тихо выругавшись, Рон вскарабкался на ближайшую упругую кочку и внимательно осмотрелся. Вдаль эта живописная, но неприятная местность простиралась на добрые полтора километра, а вширь — насколько позволяли видеть глаза.

Для Эрвиса легче было перейти болото напрямик по пояс в мутной воде, нежели потратить уйму времени на поиск обходного пути. Настоящей трясины здесь, похоже, не было, так что утонуть он не боялся.

Перепрыгнув на соседний островок, где рос высокий кустарник, Рон срезал ножом длинную прочную ветку. Затем сделал из неё жердь и стал тщательно прощупывать дно болота и другие кочки. Нырять лишний раз в грязную жижу ему совсем не хотелось. Поэтому он старался идти максимально осторожно.

Впрочем, прыгая с островка на островок, Эрвис всё же иногда оступался и падал в чёрную муть, невольно заставляя колыхаться зелёное покрывало болотной тины. Благо ещё, что костюм охотника был совершенно не промокаем, и вода скатывалась с него в считанные секунды.

Наконец, когда препятствие осталось позади, он выбрался на твёрдую почву небольшого пригорка и перевёл дух. Потом стряхнул с одежды налипшую тину и проверил снаряжение. Убедившись, что с ним всё в порядке, Рон стал подниматься на пригорок. Каково же было удивление, когда он раздвинул сеть плоских стеблевидных лиан, свисающих с ветвей деревьев, и обнаружил впереди новый неожиданный сюрприз.

Внизу, посреди большой поляны, находился нестандартный космический корабль примерно тех же размеров, что и «Ловчий». Судя по удлинённой яйцеобразной форме космолёта, практически не встречавшейся в этой части галактики, он прибыл откуда-то издалека. Кроме пурпурно-золотой линии, пересекавшей белый корпус по диагонали, дополнительные опознавательные знаки на корабле отсутствовали.

Не заметив поблизости ни одного инопланетного существа, Эрвис спустился с пригорка и подошёл к космолёту, держа «арлад» наготове. На такой планете, как Гуриан, нужно быть начеку всегда. Обогнув корабль с правой стороны, Рон вдруг наткнулся на следы недавнего столкновения между аборигенами и космическими пришельцами.

Никаких трупов здесь, разумеется, не было, поскольку дикари не оставляют на месте сражения ни своих, ни чужих мертвецов, предпочитая скармливать их плоть одомашненным всеядным животным. Зато на поляне валялись несколько сломанных копий и втоптанные в землю непонятные технические приборы. По всей видимости, трагедия разыгралась вчера вечером или сегодня утром. И в этой стычке пришельцы потерпели поражение. Что ж, такое тоже бывает, когда не ждёшь удара в спину и не успеваешь применить собственное оружие.

Эрвис вновь повернулся к инопланетному космолёту, который завис в одном метре над поверхностью поляны, опираясь на антигравитационную подушку. Чуть выше в корпусе корабля имелась приоткрытая внешняя дверь воздушного шлюза. Трап был убран, но это не могло помешать Рону забраться внутрь.

Отодвинув в сторону тяжёлую дверь из неизвестного металла, он подтянулся на руках и легко перекинул тело в шлюзовую камеру. Внутренняя дверь была полностью открыта. Когда Рон миновал её, не встретив никакого дополнительного препятствия, то оказался в небольшом коридоре с белыми светящимися стенами.

Внезапно откуда-то донёсся сдавленный стон. Сначала Эрвис подумал, что ему послышалось, но как только тихий звук повторился, он принялся искать его источник. Вскоре выяснилось, что стоны доносятся из помещения в конце коридора.

Стараясь не шуметь, Рон осторожно приблизился к двери, прикрытой лишь наполовину. Создавалось впечатление, будто его специально заманивают в какую-то ловушку, пользуясь врождённым человеческим любопытством, как приманкой. Правда, не понятно кому и зачем это могло понадобиться? Кто мог знать, что он выйдет именно на эту поляну?.. Нет, всё-таки нельзя быть таким подозрительным, а то начнёшь бояться собственной тени.

Рон Эрвис мысленно посмеялся над своими опасениями. Тем не менее, он включил биосканер и установил поиск любых форм органической жизни в радиусе пятнадцати метров. Через мгновение дисплей показал, что одно биологически активное существо находится впереди на расстоянии шести с половиной метров, и чуть выше уровня пола.

В помещении снова раздался стон, сопровождаемый шорохом. Охотник больше не колебался. Сделав два быстрых шага, он рывком открыл дверь и направил лазерный прицел ружья в то место, откуда доносились звуки.

В маленькой каюте с непритязательной обстановкой на низкой койке лежал человекоподобный гуманоид. Он имел пропорциональное тело с матовой кожей и крупную голову с длинными пепельно-русыми волосами. У него были большие миндалевидные глаза фиолетового цвета, а также нос, рот и заострённые уши немного меньших размеров, чем у обычного человека. Его облачение составлял просторный белый комбинезон с пурпурно-золотой линией на груди и рукаве. На ладони пятипалой руки неизвестный пришелец держал мерцающий золотистый шар, направленный в сторону Эрвиса. Скорее всего, это было какое-то необычное оружие.

Почти минуту они неподвижно и настороженно разглядывали друг друга, не решаясь нарушить молчание и царящую вокруг тишину. Потом Рон не выдержал, поднял «арлад» стволом вверх и дружелюбным тоном произнёс на межзвёздном языке:

— Привет, незнакомец. Можешь убрать свой шарик. Я пришёл с миром и не желаю тебе зла.

Эти вечные фразы были стары как жизнь и затёрты до дыр многократным использованием, но они не утратили своей эффективности.

Гуманоид слегка улыбнулся и положил золотистый шар возле себя, после чего медленно спросил на том же языке:

— Кто ты такой, к какому галактическому народу принадлежишь, и что делаешь на этой дикой планете?

— Я Рон Эрвис — человек из расы людей с планеты Берсид, находящейся в звёздной системе Ольбары. Её стандартный галактический номер тридцать один — триста семьдесят девять — девятнадцать миллионов девятьсот пятьдесят две тысячи ноль ноль три, — охотник опустил «арлад» и снял с лица защитную маску, чтобы показать свой истинный облик. — А прибыл я сюда по личному делу. Возникла такая необходимость.

Кстати, тебя самого как зовут, и что у вас тут произошло? Я видел следы серьёзной драки с местными дикарями.

— Моё имя На-ру-эл. Я и мои братья по лу-сед-анской вере принадлежим к вольному народу ирумитов. Мы мирные странники-миссионеры с планеты Ко-эс-лим. Путешествуем по всей галактике с целью просвещения и духовного развития примитивных инопланетных цивилизаций. Мы несём с собой знания о вселенском разуме, строении мироздания и космических законах. О душе, любви и красоте.

Я и двое моих собратьев впервые прилетели на эту планету, чтобы духовно просветить местных аборигенов-язычников. Но мы никак не ожидали, что они окажутся настолько агрессивны и враждебны по отношению к нам.

Вчера, пролетая над лесом в поисках поселения дикарей, мы заметили на этой поляне небольшую группу аборигенов и решили вступить с ними в близкий вербальный контакт. Не подозревая никакой угрозы, мы вышли из корабля с приборами синхронного перевода и кое-какими подарками. Даже не взяли с собой вот эти психоментальные шары. Они наше единственное оружие, а точнее средство защиты, поскольку мы не приемлем агрессии. Однако воспользоваться шарами нам не удалось из-за собственной наивности.

Дикари напали раньше, чем мы успели объяснить цель своего визита на их планету. Владея особым искусством самообороны, мы смогли обезвредить нескольких аборигенов, но остальные, в конечном итоге, сбили нас с ног и начали вязать верёвками. Каким-то образом я смог вырваться из рук туземцев и бросился бежать к кораблю. Мне в голову тут же запустили чем-то тяжёлым, и что было дальше, я почти не помню. Вероятно, мне всё-таки удалось добраться до «Са-ут-эра» и поднять трап, доползти до своей каюты и лечь на койку.

Всю ночь и большую часть дня я пролежал в забытьи. У меня оказался повреждён нервный узел на затылке, так что теперь я нуждаюсь в длительном восстановлении сил. Рану я уже подлечил, но ходить пока не могу. Нужен полноценный отдых, а я просто не в состоянии заснуть. Всё думаю о своих братьях. Где они? Что с ними?..

— Да, вопросы эти не простые и ответить на них сложно, — сочувственно произнёс Рон, глядя на лесные заросли через круглый иллюминатор каюты. — Сегодня днём я тоже случайно встретился с местными дикарями, и они меня чуть не убили. Как-то удалось спасти свою жизнь. Но боюсь, что твоим братьям по вере грозит смертельная опасность. Если их заподозрят в охоте на священного хищника — цибилара, то могут сжечь на костре. В лучшем случае им просто разобьют головы каменными топорами…

— О нет… — ужаснулся На-ру-эл, представив себе такую картину, — это же просто чудовищно. Как они могут творить подобные зверства? Да и за что, ведь мы прибыли сюда исключительно с добрыми намереньями.

— Ну разумеется с добрыми, — уверенно согласился Эрвис, — только попробуй объяснить это глупым дикарям.

Взглянув на ирумита, он всё же почувствовал угрызения совести и вину за выходцев с Земли. Беспринципные браконьеры, профессиональные охотники и другие люди, прилетающие на Гуриан с корыстными целями, до такой степени довели отдельные племена аборигенов, что они теперь сходу нападают на всех пришельцев подряд. А ведь эти ни в чём не повинные гуманоиды внешне очень похожи на представителей человеческой расы. Так что дикари могли просто обознаться, приняв их за людей.

— Что же мне делать? — задумчиво спросил На-ру-эл, не надеясь на ответ. — Если бы я мог нормально ходить, то немедленно отправился на поиски собратьев. Но, к сожалению, моя слабость полностью пройдёт лишь через пару дней. А к тому времени они могут уже погибнуть.

Рон понимающе кивнул.

— Знать бы ещё, где их искать. Тут ведь в округе не одна деревня и не одна хижина, в которой аборигены могут держать пленников. Как же их найти?

— Это не такая большая проблема, — быстро ответил ирумит. — Мы, братья лу-сед-анцы, обладаем своего рода психотелепатической связью. Мы не умеем мысленно общаться, но зато можем определять местонахождение друг друга на значительном расстоянии. Я знаю, в каком направлении нужно лететь. Но в данный момент не способен управлять кораблём. Мне не хватит концентрации внимания. Да и пальцы плохо слушаются.

— Я могу тебе помочь, — неуверенно предложил Эрвис, желая искупить вину других людей собственными усилиями, если это вообще возможно.

— Но ты ведь не знаешь, как пилотировать наш корабль!?.

— Ничего, справлюсь. Ты будешь рядом и сможешь подсказывать все необходимые действия. Я хороший ученик и отличный пилот, так что не волнуйся, не разобьёмся.

А теперь пойдём, покажешь, где тут у вас рубка управления.

Приподняв На-ру-эла, он взвалил его себе на спину и вышел из помещения в коридор. Не смотря на высокий рост ирумита, вес его оказался гораздо меньше, чем представлялось Рону. Поэтому нести пострадавшего миссионера было совсем нетрудно.

Рубка «Са-ут-эра» оказалась просторной, с большим обзорным экраном и широким пультом, перед которым стояли три мягких кресла. Эрвис усадил в одно из них На-ру-эла, и сделал так, чтобы он находился в удобном полулежачем положении. После этого сам угнездился в центральном кресле и стал внимательно разглядывать приборную панель. На ней имелось всё, что угодно, кроме самого главного — привычных сенсорных кнопок и послушного бортового компьютера с голосовым управлением и автопилотом. Вместо них имелись стекловидные округлые выпуклости, маленькие углубления и цветные металлические полоски с какими-то делениями.

Немного подумав, Рон махнул рукой и деловито спросил:

— Итак, с чего начнём? Где тут у вас кнопка старта?..

Ирумит начал быстро, но доходчиво разъяснять основные принципы управления кораблём. Вскоре Эрвис понял, как пилотировать «Са-ут-эр» в пределах планетарной атмосферы. Теорию он усвоил достаточно легко. Оставалось лишь применить все полученные знания на практике, что, по его мнению, было не намного труднее.

Рон смело коснулся пальцами нескольких углублений и полосок с делениями, а затем положил руку на одну из управляющих выпуклостей, оказавшуюся мягкой на ощупь. Космолёт неожиданно затрясло и с силой ударило о землю.

— В чём дело, На-ру-эл? Что случилось? — озадаченно спросил Эрвис, — я же, вроде бы, всё правильно сделал, как ты учил.

— Похоже, ты ошибся с одним ползунком и сдвинул его уровень вниз, — спокойно ответил ирумит. — Таким образом, ты случайно нейтрализовал антигравитационное поле корабля.

Наше счастье, что мы были возле самой поверхности планеты, а не высоко в небе. Но ты не переживай, Рон. С новичками это бывает довольно часто. Попробуй ещё раз.

Ощути вибрацию на синем ползунке и сдвинь её вверх на две трети. Следи за дисплеем высотомера и постепенно набирай скорость с помощью центральной полусферы, как я тебя учил.

Выполняя все указания На-ру-эла, Эрвис снова почувствовал себя молодым неопытным учеником на курсах пилотирования космических кораблей, и ему вдруг стало по-детски весело.

Когда «Са-ут-эр» поднялся в воздух над огромными серо-зелёными деревьями леса, Рон направил его навстречу оранжевому диску вечернего Редола. До заката оставалось около двух с половиной часов. За это время охотнику нужно было не только отыскать пленённых пришельцев, но и возобновить поиски упущенного цибилара, о котором он почти забыл в связи с новыми непредвиденными обстоятельствами.

Глава 5

Беспрекословно подчиняясь ирумиту, который седьмым чувством определял, куда следует лететь, Эрвис поворачивал корабль то вправо, то влево, будто вёл его по тайному следу, оставленному двумя братьями лу-сед-анцами. Для многих космических рас настоящее телепатическое общение и простая психотелепатическая связь были обычным явлением, но люди до этих сверхвозможностей пока не доросли. И неизвестно, когда ещё дорастут. Поэтому Рон мог лишь удивляться и по-доброму завидовать способностям ирумитов-миссионеров.

Пролетев несколько километров вдоль мелководной реки, где Эрвису сегодня уже довелось побывать, они наконец-то разглядели на обзорном экране нижнего вида маленькое дикарское поселение. О нём уже несколько минут твердил На-ру-эл. Эта деревня, каких на планете было великое множество, располагалась на узкой прогалине меж высоких деревьев с раскидистыми кронами. Заметить сверху её серые угловатые хижины, похожие на кучи хвороста, оказалось совсем не просто. Поселение было обнесено частоколом и насчитывало примерно три десятка деревянных строений с остроконечными крышами из широких листьев.

Ирумит пристально смотрел на экран и настойчиво заявлял, что его собратья по вере находятся именно там — в одной из этих хижин. Эрвис с ним не спорил, поскольку ничуть не сомневался в психотелепатических способностях На-ру-эла. Его приятная внешность и мягкий голос внушали доверие.

Управляя космолётом, Рон кружил над деревней в поисках подходящего места для посадки и одновременно высматривал хижину, где могли бы содержаться пленники.

Аборигены, до этого момента занимавшиеся повседневными делами, теперь суетливо бегали между строений и вдоль высокой изгороди. Гурианские женщины с детьми прятались в жилищах, а мужчины, наоборот, выскакивали оттуда, вооружённые до зубов копьями, луками и камнями. Они были готовы сразиться с большим белым врагом, летающим над их головами.

Как только корабль снизился на оптимальную для обстрела высоту, дикари атаковали его своим примитивным оружием. Всё это, конечно же, было бесполезно, и Рон тихо посмеивался над ними.

— Кажется, я знаю, где твои братья, — вдруг произнёс он и указал на дальнюю хижину, возле которой стояли четыре аборигена-стражника. — Их охраняют, и самостоятельно освободиться они не смогут.

— Да, ты прав, — согласился ирумит, — я чувствую их присутствие в этом ветхом строении. Мы должны немедленно совершить посадку и спасти их, пока они ещё живы.

— Именно это я и собирался сделать, когда предлагал свою помощь, — с улыбкой ответил Эрвис, направляя космолёт к центру деревни.

Аккуратно опустив «Са-ут-эр» на остатки большого кострища, где, вероятно, был сожжён не один пленник, Рон встал с кресла и взял ружьё. Он уже намеревался выйти из рубки управления, когда его остановил ирумит.

— Подожди, — сказал миссионер взволнованным голосом, — в этом поселении очень много воинов и одного твоего оружия для борьбы с ними будет недостаточно. Возьми мой психоментальный шар.

— Но я не умею им пользоваться, — ответил Эрвис, скептически разглядывая серебристую сферу, которая была немного больше его кулака и весила меньше одного килограмма.

— О, это очень просто. Сконцентрируй в нём свою мысленную энергию и представь, что он вспыхивает ослепительно-ярким светом. Этого хватит, чтобы аборигены потеряли сознание на некоторое время. Можешь проверить действие шара на мне. Держи его на вытянутой руке, и, считая до трёх, концентрируй психическую энергию. А потом делай вспышку. Ясно?

Рон утвердительно кивнул и в точности проделал всё, о чём говорил ирумит. Он немного сомневался, что у него получится управлять сферой, но быстро убедился в реальности существования своих скрытых способностей.

Никакой ослепительной вспышки, на самом деле, не было. Однако На-ру-эл внезапно обмяк, и его голова с закрытыми глазами безвольно откинулась на спинку кресла. Эрвис даже испугался, не переборщил ли он с силой ментального воздействия, но решил не спешить с выводами.

Забытье миссионера продолжалось недолго. Уже через пару минут он очнулся, тряхнул головой и наставительно произнёс:

— Чем дольше продолжается зарядка ментального шара психической энергией, тем сильнее его воздействие. Но для всех живых существ это совершенно безвредно.

— Не волнуйся, На-ру-эл, моё ружьё тоже не смертельное, — усмехнулся в ответ Рон и пошёл к выходу, сжимая в левой руке серебристый шар.

Оказавшись в шлюзовой камере, он вручную приоткрыл внешнюю дверь и выглянул наружу.

Дикари, обступившие космический корабль, угрожающе кричали и потрясали оружием. Они больше не тратили попусту стрелы и камни, а пытались своим устрашающим поведением запугать пришельцев. На Эрвиса это не производило ни малейшего впечатления. Он хладнокровно взирал на гурианцев, следя за их нервными движениями. Его необычное спокойствие ещё больше раздражало аборигенов. Они вот-вот должны были напасть.

Рон оттолкнул дверь плечом, полностью показавшись в проёме шлюза, и выставил вперёд собственное оружие — короткоствольный «арлад» и небольшой мерцающий шар. Реакция дикарей на эту демонстрацию была неоднозначной. Основная часть толпы замерла на месте, насторожённо глядя на рыжеволосого пришельца, а двое аборигенов неожиданно вскрикнули и бросились к ближайшему укрытию. Возможно, это были те самые гурианцы, с которыми Эрвис повстречался на берегу реки.

Воспользовавшись всеобщим замешательством, он мысленно высвободил в окружающее пространство мощный психоэнергетический заряд, сосредоточенный в серебристом шаре. Невидимая обычным зрением вспышка ментального импульса подействовала мгновенно. Все, кто в эту секунду смотрел на пришельца, молча рухнули на землю, потеряв сознание. Их было подавляющее большинство.

Рон тут же выпрыгнул из корабля, перекатился по земле, Уклоняясь от двух пущенных в него копий, и начал быстро стрелять из ружья по тем дикарям, которые ещё оставались на ногах. Когда все видимые противники были обезврежены, он стремительно помчался по единственной кривой улочке к хижине, где находились пленные ирумиты.

На бегу он парализовал ещё несколько гурианских воинов, появившихся в поле его зрения, в том числе и трёх аборигенов, стороживших незадачливых миссионеров. Затем Эрвис ловко отбил стволом «арлада» брошенное в него копьё и сходу ударил прикладом ружья четвёртого стражника. Дикарь отлетел к стене хижины и, едва не проломив её, сполз вниз. Теперь путь к пленникам был свободен.

Рон легко вышиб ногой хлипкую дверь дикарского жилища и осторожно вошёл внутрь, наклоняя голову, чтобы не зацепиться за низкий деревянный потолок. Здесь в полумраке он сразу же увидел двух ирумитов. Они лежали на большой куче сухих листьев и были связаны грубой верёвкой по рукам и ногам. Внешне они очень походили на своего собрата На-ру-эла, но их кожа и волосы имели несколько иной оттенок. У одного светлее, у другого темнее.

— Илаяул манс Лу-сед-ан, — радостно воскликнули миссионеры, увидев своего нежданного спасителя. И тут же на межзвёздном языке поинтересовались: — Кто ты, незнакомец?

— Все вопросы потом, — ответил Эрвис, разрезая ножом их путы. — Сейчас надо поторапливаться, пока сюда не нагрянули оставшиеся в деревне воины.

Освободив ирумитов от верёвок, он помог им встать и вручил одному из них «волшебную» сферу. Миссионер удивлённо посмотрел на Рона и догадливо произнёс:

— Это психоментальный шар нашего брата по вере. Ты встречался с ним! Где он?

— На-ру-эл в безопасности, на вашем космолёте, — быстро сказал Эрвис. — Если вы хотите его снова увидеть, то бегите за мной и не подставляйте себя под копья и стрелы дикарей. А теперь вперёд!..

Они выскочили из хижины и, оглядываясь по сторонам, почти беспрепятственно добрались до «Са-ут-эра». Лишь однажды — возле самого корабля — им пришлось отразить неуверенное нападение маленькой группы вооружённых аборигенов, которые бросились в рассыпную при первых же выстрелах парализующего ружья.

Остальные гурианцы по-прежнему лежали на земле в бессознательном состоянии или прятались в своих жилищах, не представляя реальной угрозы для пришельцев. Правда, вздохнуть с облегчением Рон и бывшие пленники смогли только тогда, когда перед ними опустился трап, и они зашли в космолёт под прикрытие металлического корпуса.

Войдя в рубку управления, спасённые ирумиты стали радостно обнимать На-ру-эла и оживлённо говорить с ним на родном языке. Эрвис тем временем взял всё пилотирование «Са-ут-эра» на себя, чтобы поскорее убраться из этого чёртового поселения и больше не видеть на обзорном экране жёлтые рожи дикарей. Он поднял космический корабль высоко в воздух и направил его обратно к той поляне, откуда они взлетели.

Незапланированная операция по освобождению двух лу-сед-анских миссионеров продолжалась меньше одного часа, и у Рона ещё оставалось некоторое время на поиски упущенного цибилара. Конечно, он совсем не был уверен в том, что эта хитрая зверюга находится на прежнем месте, но почему бы и нет?!. Куда спешить хищнику после сытного обеда?

— Ну что ж, кажется, наше опасное приключение и несостоявшееся миссионерство на этой планете подошло к концу, — задумчиво произнёс На-ру-эл, переходя на межзвёздный язык. — Здешние аборигены ещё слишком дикие и агрессивные, а значит, пока не готовы принять нас и наши духовные знания. Но когда-нибудь наши потомки снова сюда вернутся, и тогда всё будет совершенно по-другому.

А тебя, друг Рон Эрвис, я благодарю за добровольную бескорыстную помощь. И за то, что ты спас от неминуемой смерти моих братьев по вере. В благодарность за это мы хотим подарить тебе небольшую, но полезную вещь — один из наших психоментальных шаров, который наверняка тебе пригодится. Возьми его и храни как память о нашей встрече.

Освобождённые от плена ирумиты вручили Эрвису мерцающую серебром сферу и в свою очередь поблагодарили за спасение от возможной гибели. Приняв всё это с некоторым смущением, Рон спрятал неожиданный подарок в походную сумку и с огорчением подумал, что ему самому нечего дать на память космическим миссионерам. Биосканер и ультразвуковой излучатель им, скорее всего, не нужны, а чего-то более ценного и полезного у него при себе не было. Затем он встал с кресла и передал управление кораблём его владельцам, которые уже пришли в себя после всех пережитых волнений.

Ещё через несколько минут «Са-ут-эр» сделал крутой вираж и произвёл посадку на знакомой поляне. Не долгий совместный полёт и общение на понятном языке необычным образом сблизили представителей двух различных инопланетных рас — четырёх странников, искавших в далёких мирах свою цель и своё предназначение.

Эрвис по-дружески тепло распрощался с ирумитами и не спеша покинул космолёт. Когда внешняя дверь «Са-ут-эра» с тихим пневматическим шипением закрылась, белый корабль практически бесшумно взмыл в воздух и очень скоро исчез в густой синеве вечернего неба.

Глава 6

Рон потоптался немного на месте, перешёл на другую сторону поляны и вытащил из сумки биосканер. Потом переключил его в основной режим, запрограммированный на поиск и обнаружение только одной формы живого существа — цибилара.

К нескрываемой радости Эрвиса показания дисплея превзошли все ожидания. «Золотой зверь» находился приблизительно в полукилометре от этой поляны и, похоже, сам шёл в руки к охотнику, двигаясь с севера на юг в направлении болота. Таким образом, хищник непременно должен был выйти на открытое пространство, здесь или там. Значит, необходимо было лишь устроить засаду и в подходящий момент метко выстрелить из ружья по движущейся цели.

Рон огляделся, выискивая среди множества деревьев то, на которое было бы легче взобраться, и вскоре нашёл подходящее. Оно росло в стороне от возможного пути зверюги и обладало толстыми ветвями с пышной сине-зелёной листвой.

С первой же попытки Эрвис вскарабкался по замшелому узловатому стволу на нижнюю ветвь и поудобнее примостился на её развилке. Затем положил перед собой снятый с предохранителя «арлад» и в терпеливом ожидании цибилара наконец-то доел распечатанный сухпаёк. За весь этот день, насыщенный беготнёй по джунглям и спасением других пришельцев, он ужасно проголодался. Ему требовалось срочно восстановить силы. Конечно, будь он совершенно измотан, пришлось бы выпить пару таблеток-стимуляторов, но пока лучше обойтись без них. Вполне достаточно немного пищи и прохладной воды из фляги.

Окружающие лесные заросли были наполнены разнообразными звуками, не считая шелеста листвы на ветру, к которым охотник за несколько дней уже успел привыкнуть. Однако, по мере приближения «золотого зверя», вокруг становилось всё тише и тише.

Цибилар появился внезапно, несмотря на то, что Эрвис всё время поглядывал на экран биосканера и с нетерпением поджидал неуловимого хищника. Обмахивая себя длинным хвостом, зверь медленно шёл вперёд через поляну и почти не оглядывался. В сгущающихся вечерних сумерках он казался ещё крупнее, чем раньше. Его зоркие глаза, призрачно светящиеся в полумраке, внушали суеверный страх.

Рон был не из слабонервных, поэтому его руки крепко сжимали ружьё, когда он наводил луч лазерного прицела на голову златошёрстого красавца. Но, как только он собрался нажать спусковую кнопку, цибилар буквально испарился. Только что был здесь, посреди поляны, и вот его уже нет. Лишь громкий треск веток и шорох листвы в зарослях выдавали бегство хищника по направлению к болоту.

Охотник был поражён такой прыти зверюги. Находясь в состоянии полного изумления, Эрвис никак не мог понять, что спугнуло эту бестию. Не уж то, цибилар каким-то образом всё-таки учуял его запах в лёгком дуновении встречного ветерка. Или он просто заметил краем глаза блик лазерного прицела… Как бы там ни было, теперь это уже не имело никакого значения. Нужно было догонять хищника. И, чем скорее, тем лучше.

— Ну, уж нет, чёрт возьми! — раздражённо выкрикнул Рон, спрыгивая с дерева. — На этот раз ты от меня не уйдёшь. Клянусь своим скудным состоянием!..

Сжимая в одной руке биосканер, указывающий нужное направление, а в другой «арлад», он бросился бежать по следам неуловимого цибилара, который то тут, то там оставлял на ветках кустарника клочья длинной золотистой шерсти. Эрвис надеялся, что хищник пойдёт через болото, где его легче подстрелить из ружья, но умный зверь, как ни странно, начал продвигаться стороной. Вероятно, он знал какой-то окружной путь, или просто не хотел бултыхаться в чёрной болотной жиже. В этом Рон был с ним солидарен, хотя и понимал, что теперь поймать цибилара будет гораздо сложнее.

Благодаря необычной сообразительности, «золотой зверь» всё время менял направление бега, чтобы сбить охотника со следа. Но Эрвис быстро разгадал его тактику, поэтому решил выйти наперерез хищнику вместо того, чтобы мчаться за ним по широкому зигзагу и выбиваться из сил.

Он побежал напрямик к тому месту, где, по его мнению, должен был появиться цибилар и, спустя несколько минут, оказался в небольшом овраге, по дну которого тёк мелкий ручей. Биосканер показывал, что зверюга движется именно сюда, где можно хлебнуть свежей воды. Значит, мимо не пройдёт.

Держа ствол парализующего ружья в том направлении, откуда приближался хищник, Эрвис притаился в густой растительности. Он ждал свою потенциальную добычу в очередной раз за этот день.

В лесу уже почти стемнело, но для Рона это была не проблема. Верхняя часть защитной маски имела систему ночного видения, которая включалась автоматически по мере необходимости. Сейчас он видел всё не хуже чем днём, только в других цветовых оттенках.

Судя по данным биосканера, цибилар замедлил бег и теперь уверенно двигался прямиком к ручью. Скорее всего, он больше не опасался преследования, посчитав, что охотник остался далеко позади. Впрочем, не всё было так просто, как казалось на первый взгляд.

В тот момент, когда золотой зверь обязан был показаться на краю оврага, он вдруг изменил направление своего движения и рванулся в сторону с немыслимой скоростью. Зелёная стрелка на дисплее биосканера задёргалась, как сумасшедшая. Эрвис замер в каком-то оцепенении, лихорадочно соображая, что ему следует предпринять в такой ситуации — то ли самому бежать, куда глаза глядят, то ли принять нападение хищника, как неизбежность. Он знал, что цибилары всегда застают свою жертву врасплох, чтобы у неё не было никаких шансов на спасение. И сегодня Рону выпало испытать это сомнительное удовольствие на собственной шкуре.

Прижавшись спиной к стволу дерева, он выставил перед собой «арлад» и приготовился к атаке зверя. Кто из них теперь был настоящим охотником, неизвестно. В любом случае, Эрвис не собирался становиться следующей добычей гурианского хищника. Даже, если это был сам цибилар, а ни какая-нибудь уродливая тварь из южных болот, о которых ходили легенды.

Прыжок смертельно опасного зверя был внезапен, но, к счастью, предсказуем.

Он выскочил из кустов с левой стороны, и Рон в падении с разворота успел-таки выстрелить из ружья. Успел, но, как назло, промазал. Голубой луч исчез в тёмной листве соседнего дерева. Подвело нервное напряжение, которое Эрвис не смог вовремя перебороть.

Выстрелив повторно по ускользающему из поля зрения хищнику, он всё-таки парализовал его средние лапы. Однако воспользоваться «арладом» ещё хотя бы раз ему не удалось. Второго прыжка Эрвис не видел, но зато прекрасно ощутил, как тяжеленный цибилар с громким рыком обрушился на его тело всей своей массой, опрокинул на спину и прижал лапами к устилавшему почву мху.

Острые когти впились в костюм Рона, но так и не смогли проткнуть защитный базеларовый слой, что спасло охотника от множества рваных ран. Выбитое из рук ружьё отлетело далеко в сторону, так что стрелять он больше не мог. Да и вряд ли у него получилось бы нажать на спусковую кнопку в таком неудобном положении. Вместо этого, скрежеща зубами от злости, Рон вцепился пальцами в шкуру «золотого зверя», пытаясь удержать его оскаленную рычащую пасть с двумя рядами треугольных зубов подальше от своего горла.

Поскольку средние лапы хищника сейчас не действовали, а сам Эрвис был не из мелкого десятка, он обхватил ногами гибкое туловище цибилара, и вместе с ним покатился вниз по склону оврага. Они боролись друг с другом, прилагая все усилия, и никто из них не желал сдаваться. Оба были охотниками достойными победы.

Кое-как изловчившись, Рон смог переместиться на спину зверюге и взять гривастую шею в крепкий локтевой зажим. Непокорный дикий хищник продолжал неистово сопротивляться, стараясь сбросить с себя человека. Он свирепо рычал, брыкался и кувыркался, но всё было напрасно. Не менее упрямый Эрвис ни за что не хотел ослаблять стальную хватку, и с каждой секундой его мускулистые руки всё сильнее сжимались на толстой шее цибилара. Сломать её он не мог, а вот слегка придушить…

Неожиданно Рон вспомнил о подаренном ему психоментальном шаре. Походная сумка, перекинутая через плечо и пристёгнутая к поясу, всё ещё была при нём, а это значительно облегчало его задачу.

Дождавшись, когда зверь немного успокоится, охотник быстро вытащил из сумки серебристую сферу и мысленно зарядил её своей психической энергией. Потом досчитал до десяти, на всякий случай зажмурился и поднёс шар к морде хищника. Но так, чтобы не остаться без руки.

Как только Эрвис мысленно разрядил ментальное оружие ирумитов, сопротивление цибилара тут же прекратилось. Зверь затих и обмяк, потеряв сознание.

— Ну, вот и всё, красавчик, — облегчённо пробормотал Рон, вытирая со лба крупные капли пота, — допрыгался, стервец!..

Тяжело поднявшись на ноги, он подобрал ружьё и, не спеша, выпустил в «золотого зверя» три парализующих заряда. Как не крути, а своему оружию он доверял горазда больше, чем усыпляющему шару миссионеров. На этом охота фактически закончилась. Торопиться теперь было некуда.

Эрвис вытряхнул из-за шиворота какое-то мелкое насекомое, уже намеревавшееся присосаться к его коже. Затем разделся до пояса и осмотрел неглубокие царапины и ссадины, оставленные когтями хищника прямо сквозь ткань костюма. Они были ерундовыми, но вызывали неприятную ноющую боль. Достав из походной сумки медпакет, он обработал раны подходящей мазью, после чего снова оделся и собрал потерянные вещи. Болезненные ощущения постепенно прошли, так что Рон опять почувствовал себя здоровым человеком, а не подранком, едва уцелевшим в схватке с грозным противником.

Вернувшись к цибилару, он задумался о том, что делать дальше. Тащить зверюгу на себе в лагерь, через болото, реку и чащу леса было просто не целесообразно. К тому же, весьма затруднительно. Как ни как, вес его тела составлял не менее двухсот килограммов. Уж лучше оставить хищника здесь, а самому отправиться к палатке и привезти оттуда антигравитационную тележку. А ещё лучше будет, если он вместе со всем снаряжением вернётся на космический катер и перелетит поближе к этому месту. По крайней мере, тогда ему не придётся лишний раз продираться сквозь кусты и опасаться новых столкновений с гурианскими дикарями.

Когда это решение было окончательно принято, Рон перетащил побеждённого зверя на дно оврага. Затем с помощью синтетической верёвки как следует привязал его к толстому дереву. Таким образом, он предотвращал очередное бегство хищника. После того, как цибилар очнётся и обретёт двигательную способность, он не сможет оборвать или перегрызть прочные путы, которые стягивали его грудь и шею. Вода была рядом в ручье, так что смерть от жажды ему не грозила. А вот с утолением голода придётся подождать до завтра.

Прежде чем уйти, Эрвис отключил видеокамеру, завершив на этот момент основную съёмку своей охоты. К счастью, его шляпа упала на землю таким образом, что камера смогла запечатлеть всё произошедшее с хорошего ракурса. Он выиграл пари честным способом, и теперь мог доказать это наглядно.

Улыбнувшись самому себе, Рон вывел на дисплей наручного браслета показания компаса, который сейчас был настроен на магнитное поле Гуриана. Потом закинул на плечо «арлад» и быстрым шагом уверенно двинулся по оврагу на юго-запад. Мелкий ручей, журча и перекатываясь через небольшие препятствия, тёк в том же направлении и вливался в знакомое болото. Эрвису предстояло перейти его второй раз, но теперь уже в ночное время суток. Впрочем, с системой ночного видения, ультразвуковым излучателем и парализующим ружьём он мог не бояться темноты и тех существ, которые в ней скрывались. Что же касается аборигенов, то они сейчас должны были находиться в своих селениях, а не шастать по джунглям.

На преодоление заболоченной местности ушло более трёх часов. По сравнению с дневным переходом довольно много. Зато, Эрвис ни разу не провалился в тёмную водяную жижу, покрытую волокнисто-стебельчатой тиной. Сейчас это было бы совсем неприятно.

Оказавшись, наконец, на достаточно твёрдой почве, Рон продолжил путь к мелководной речушке. Вскоре послышался шум быстрого потока. Вода, влекомая течением, бурлила и пенилась над россыпью крупных камней, и можно было подумать, что она смоет любого, кто в неё войдёт.

На другом берегу его снова окружили всевозможные гурианские растения. Они были разных цветов и размеров: колючие и липкие, цветущие и отмирающие, ядовитые и безвредные, но все до единого препятствующие свободному продвижению путника. Впрочем, металлические, стеклянные и каменные джунгли современных мегаполисов на обжитых планетах с их многомиллионным суетящимся населением вызывали у Рона те же впечатления. Недаром он всегда отдавал предпочтение горным просторам и скалистым отрогам родного Берсида. Там он чувствовал себя по-настоящему свободным и независимым от всех житейских проблем и условностей.

Глава 7

До стоянки Эрвис добрался только на рассвете.

После сытного завтрака, ароматного фрога и капсулы биостимулятора на закуску, он свернул палатку, собрал остальное снаряжение и уложил всё на антигравитационную тележку. Потом привязал к ней ревуна и направился через заросли к скалистому ущелью, расположенному в пятнадцати километрах от реки.

Путь до входа в ущелье занял немного больше времени, чем планировалось. Но в этом можно было винить только одно существо — трусливого ревуна, бредущего за Роном с большой неохотой. Продвигаясь через лесные заросли, животное постоянно чего-то пугалось, шарахалось из стороны в сторону и тем самым дёргало тележку, которую Эрвис с трудом удерживал в нужном направлении.

Перед скалистой расщелиной, куда они должны были войти, ревун вообще заартачился и ни под каким предлогом не хотел лезть на каменные обломки. Впрочем, его нетрудно было понять, ведь он не привык лазить по скалам, и не знал, как это делается. Пришлось прибегнуть к радикальной, но действенной мере.

Вскинув «арлад», Рон Эрвис несколько раз выстрелил в зверя слабыми зарядами. Он парализовал только лапы и шею своенравного животного, так что теперь оно не могло двигаться. Лишь слабо порыкивало, выражая своё негодование. Затем охотник погрузил Ревуна на тележку, забросал сверху охотничьим снаряжением и начал, не спеша, взбираться на гранитные обломки.

Он вновь представил себя среди высоких берсидских скал, и это придало ему сил.

«Ловчий» стоял на том же месте, где Рон его оставил, и трап всё так же был опущен на землю. Никаких признаков того, что здесь побывали дикари, он не заметил. Но без сюрприза всё-таки не обошлось.

В шлюзовой камере космолёта Эрвиса поджидали два человека из патрульного отряда службы планетарного надзора. Они контролировали на Гуриане всю легальную деятельность людей и пресекали всё, что выходило за рамки установленных законов. Заодно ловили и арестовывали браконьеров, которые пытались тайком вывезти с планеты цибиларов.

Один из патрульных был плечистым, черноволосым здоровяком, мало чем уступающий Рону. Второй — лысым коренастым крепышом с отличительным знаком лейтенанта на серо-зелёной униформе. Выскользнув из тёмного шлюза, как из пещеры, он окинул Эрвиса цепким взглядом карих глаз и строгим голосом произнёс:

— Здравствуйте. Я лейтенант СПН Хомлер. А вы, как я понимаю, нелегальный охотник на «золотых зверей», или попросту контрабандист?!.

— Да что вы, сэр? Как можно… — не моргнув глазом, парировал Рон. — Моя фамилия Эрвис, и я вовсе никакой не контрабандист. Всего лишь охотник — любитель с планетарной колонии Берсид.

Я, вообще, летел в другую систему, а здесь оказался совершенно случайно…

Из-за неполадок в гиперпространственном генераторе пришлось сесть на этой планете. А потом я решил поймать для своей домашней коллекции какую-нибудь местную экзотическую зверушку. Цибилар мне вообще не нужен. Что я их в ксенобиопарке не видел?!.

— А кто ж тогда у тебя на телегу погружен? — грубовато спросил здоровяк с нашивкой сержанта на рукаве.

Рон спокойно ухмыльнулся и вместе с патрульными надзирателями посмотрел на антигравитационную тележку. Из-под палатки и двух тюков со снаряжением выглядывали только шесть лап ревуна с жёлтой, поблёскивающей шерстью. Его угрожающе порыкивающая голова находилась с другой стороны, так что распознать вид пойманного зверя, даже с пяти метров, было не просто. Не удивительно, что патрульные могли ошибочно принять это безобидное животное за хищного цибилара.

— Ну, и где же вы тут видите «золотого зверя»? У вас что, галлюцинации на почве духоты?

— Попрошу без иронии, господин Эрвис! — настойчиво потребовал лейтенант Хомлер. — Мне кажется, вы над нами издеваетесь, а мы как ни как на службе. Поэтому давайте без шуток. Показывайте свою тварь. Кого вы там поймали?

Пожав плечами, Рон скинул с тележки все свои вещи и открыл для осмотра массивное тело ревуна.

— Прошу, господа, можете любоваться…

— И что же это за зверь? — недоуменно спросил сержант, подходя ближе к вяло шевелящемуся животному. — Я раньше таких не видел.

— Я тоже, — хмуро сказал лейтенант и вопросительно взглянул на Эрвиса.

— Как же так? — в свою очередь удивился Рон. — Вы здесь живёте, работаете и не знаете, кто это.

— Вот именно, работаем, — подтвердил Хомлер, — а не бродим, как вы, по лесу в поисках разных экзотических тварей. Мы вообще не обязаны знать всех животных Гуриана. Их тут десятки, сотни тысяч, если не больше. А мы одни.

Пусть их ищут и изучают ксенозоологи. Наше дело маленькое — ловить контрабандистов и спасать из рук дикарей незадачливых охотников, которые портят репутацию всей человеческой расы своими неблаговидными делами.

— Ну, хорошо, — кивнул Эрвис, — С этим я согласен. Однако, какие у вас претензии лично ко мне? В плен к местным аборигенам я не попадал, так что спасать меня вам не пришлось. Цибилара у меня, как видите, нет. А этот неизвестный зверь, насколько я понимаю, не запрещён к вывозу с Гуриана!.. Кстати, вы не смотрите, что у этого опасного хищника нет когтей и торчащих из пасти клыков. У него есть другое средство умерщвления своих жертв — кислотная нервно-паралитическая слюна.

Между прочим, он уже начинает выходить из парализации, так что будьте осторожнее, господа. Не дай Бог, успеет в вас плюнуть, и его слюна попадёт на открытый участок кожи. Тогда долгая и мучительная смерть будет вам обеспечена. Зверюга пользуется внешним пищеварением. Поэтому слюна сначала обездвижит вас, а затем станет разъедать плоть до желеобразного состояния. Ужасно неприятная штука. Я только вчера наблюдал подобное зрелище. Жуть!..

Говоря об этом, Рон нагло врал, хотя на других планетах встречались ещё и не такие твари. Но ему не было стыдно. Пусть гурианские надзиратели знают, как приставать к честному искателю приключений, который, вообще-то, не сделал ничего плохого.

Оба патрульных, ошарашенные его словами, тут же отпрянули назад, подальше от тележки. Здоровяк выхватил из поясной кобуры штатный парализатор и подозрительно глянул на ревуна.

— Не мешало бы выпустить в него ещё пару зарядов, чтобы он на нас не бросился. Ты ведь ему даже лапы не связал.

Сам-то не боишься, что он в тебя плюнет ядовитой слюной?

— Нет, не боюсь, — спокойно ответил Эрвис. — Я ведь его долго выслеживал и наблюдал за ним. Теперь знаю, когда от него можно ждать неприятностей. Но будет лучше, если я посажу зверюгу в один из транспортных боксов. Зачем в него сейчас лишний раз стрелять?

— А зачем он тебе вообще нужен, такой ядовитый и опасный? Что ты с ним будешь делать?

— Ну, я же говорил, для коллекции. Киберчучело из него сделаю, и гостям буду показывать. Хобби у меня такое. А может, в ксенобиопарк продам на радость посетителям, так что пусть пока живёт. Он ведь не запрещён к вывозу с этой планеты, как цибилар!..

Сержант озадаченно почесал затылок стволом парализатора. Лейтенант махнул рукой и отошёл в сторону.

— Ладно, проходи в свой корабль. Пойдём, посмотрим, где твой зверь будет обитать, и чем ты его будешь кормить.

Рон сухо поблагодарил офицера и толкнул антигравитационную тележку вверх по трапу. В шлюзовой камере он назвал код доступа в операционную систему космолёта и громко приказал ей открыть внутреннюю дверь. Бортовой компьютер, остававшийся в дежурном режиме, положительно идентифицировал его голос и незамедлительно выполнил команду.

Проследовав за Эрвисом в грузовой отсек, патрульные наблюдали, как он выгружает зверя в герметичный бокс с регулируемым климатом и составом воздуха. Потом они заглянули в холодильную камеру, где хранились брикеты синтетического мяса, и Рон снова был рад тому, что сочинил байку про Ревуна-хищника. Теперь Хомлеру не к чему было придраться, ведь это животное считалось плотоядным. А поскольку надзиратели больше ничего не спрашивали, Эрвис сам ненавязчиво поинтересовался:

— То, что вы обнаружили мой катер с помощью орбитального спутника, я уже понял. Но, как вы узнали о моём возвращении на корабль? Не уж то всё время сидели в шлюзе, поджидая меня, как охотники зверя?

Сержант громко рассмеялся над шуткой, а лейтенант серьёзно ответил:

— Нет, вы ошибаетесь. Мы ждали вас в комфортабельном салоне нашего флаера. Он сейчас стоит позади космолёта, так что вы не могли его увидеть.

Мы прибыли сюда два дня назад, и сразу поставили на входе в ущелье сенсоры движения, чтобы заранее узнать о вашем приближении.

— А если бы я задержался в лесу ещё на несколько дней? Вы что, так и сидели бы здесь до моего возвращения?

— Не дольше одной недели, согласно установленным правилам. Если бы за это время вы не появились, нам бы пришлось начать ваш розыск во всех близлежащих гурианских поселениях, которые мы знаем. Но это очень трудное дело из-за опасной реакции большинства аборигенов. Таким образом, если бы в течение месяца мы не нашли вас живым или мёртвым, ваш корабль был бы отправлен на временную стоянку, а затем продан в бюро проката на одной из планет Земной Федерации. Раньше такое происходило довольно часто. Но и сейчас бывают случаи. Так что я советую вам облетать Гуриан стороной. Здесь слишком опасно.

— Ладно. Постараюсь тут больше не появляться, — честно ответил Рон, который ни за что не прилетел бы сюда по своей воле. Но пари есть пари.

Хомлер одобрительно улыбнулся.

— Ну что ж, тогда желаю вам счастливого пути домой. Прощайте, господин Эрвис.

Он махнул рукой безымянному здоровяку, и они быстро направились к выходу из катера. Рон пошёл их проводить, а заодно собрать скинутое с тележки снаряжение.

Резко остановившись на ступенях трапа, лейтенант вдруг обернулся и в упор спросил:

— А почему это у вас верхний слой охотничьего костюма изодран, будто его когтями рвали?

— А вы сами как думаете? — усмехнулся в ответ Эрвис. — Интересно, что бы осталось от вашей тонкой униформы, если бы вы четыре дня подряд ходили и бегали по зарослям здешнего леса?..

Немного смутившись, патрульный ничего не ответил и вместе с сержантом торопливо скрылся за левым стабилизатором космолёта. Через минуту их небольшой флаер, выкрашенный в небесный цвет, поднялся в воздух, сделал круг над скалистым ущельем и с возрастающей скоростью полетел на запад, где находилась единственная гурианская база СПН.

Сейчас с той стороны, из-за горизонта, медленно надвигалась чёрная грозовая туча. Это было как раз вовремя. Под прикрытием сильной грозы Рон мог спокойно перелететь на болото и забрать цибилара. В таких погодных условиях патрульный спутник не сможет засечь его ещё раз. Постоянные электрические разряды создадут необходимые помехи, так что «Ловчий» станет не заметен для поисковых сканеров.

Подхватив в обе руки тюки с вещами, Эрвис зашёл в корабль и требовательно произнёс:

— Внимание, комп! Приказываю закрыть внешнюю дверь шлюзовой камеры и начать подготовку к экстренному взлёту.

— Команда принята к выполнению, — тут же ответил из скрытого динамика бортовой компьютер. — Начинаю герметизацию воздушного шлюза. Активирую рабочие и дублирующие системы. Произвожу контрольную проверку всей функциональной аппаратуры…

Пока он перечислял все свои операции, Рон заглянул через круглое окошко в бокс, где содержался ревун. Животное уже почти отошло от парализации, и теперь широко раскрывало рот в голодном рыке, звук которого, к счастью, не проходил сквозь звуконепроницаемые стенки. Оно снова требовало еды, и Эрвис впервые задумался о том, сколько же съедобной растительности ему придётся погрузить на космический катер, чтобы прокормить ненасытного зверя.

Ну, ничего, это уже мелочи. Места в боксах грузового отсека вполне достаточно для десятка больших кустов с сочными серо-зелёными листьями, которые так нравятся Ревуну.

Как только бортовой компьютер сообщил о полной готовности «Ловчего» к взлёту, Рон прошёл в рубку управления и устало плюхнулся в кресло пилота. Скользнув пальцами по кнопкам сенсорной панели, он вывел на обзорный экран карту местности, определил координаты следующей посадки и дал команду на старт.

Теперь было бы здорово принять освежающий душ, хорошенько пообедать и завалиться спать часов эдак на 15. Но, увы, пока для этого не самое подходящее время. Оставался последний рывок через гурианскую атмосферу и последняя вылазка в опасный тропический лес.

Content

Александр Романов
Охота на цибилара

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7