Максим М. Мартино

Расколотая корона

Maxym M. Martineau

The Shattered Crown

© Онищук А., перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. «Издательство «Эксмо», 2023

* * *

Посвящается моим детям, Ремми и Ронину.

Пусть ваша жизнь будет полна приключений, чудес и любви.

ПЛАМЕННОЕ ПРОРОЧЕСТВО

Да восстанет пробужденный разрухой и кровью

Огнедышащий повелитель небес.

Да взмахнет крыльями и восстановит мир,

Когда ОНА дарует ему свое сердце.

ОНА. Готовая любить. Способная разрушать.

Первая глава. ЛИНА

Языки пламени пожирали поленья белого дуба, и от поминального костра в утреннее небо поднимался терпкий серый дым. Мы отдавали дань уважения тем, кто погиб во время внезапного нападения Язмин. Погребальные костры отгорели несколько дней назад, но этот будет пылать до тех пор, пока глава Совета не прикажет его затушить. Пока я не прикажу его затушить.

Глава Совета. Происходящее до сих пор казалось мне нереальным.

Тихо вздохнув, я отвела взгляд от пламени и осмотрелась. Пожелтевшую траву сковал иней, а лес, окружающий Хайрит, покрылся изморозью. Наступила зима, но она никогда не бывает долгой. Я пропустила первые в этом году заморозки и посвященное им торжество. Нам всем сейчас было не до веселья.

Не верится, что прошла всего неделя с тех пор, как Язмин обратила ярость против собственного народа и приказала зверям убивать заклинателей ради неведомого плана. Души погибших уже наверняка обрели покой в царстве богов, однако ужасающие последствия того рокового дня стали бременем выживших.

На фоне грохота водопада не слышно радостных криков зверей. По некогда мирному городу больше не гуляют заклинатели, предаваясь беспечным разговорам. Вокруг слишком… тихо.

Позади меня захрустел иней, и я повернула ко дворцу. Ко мне уверенной походкой шел человек.

– Привет, Гейдж.

– Здравствуйте, глава. – Он почтительно кивнул мне.

Мои губы тронула улыбка.

– Пока нет, – сказала я.

– Через пару часов все изменится.

Серо-голубые глаза Гейджа озорно блеснули, и он провел руками по плащу ртутного цвета. Безупречен, как и всегда. И намерен представить новую главу Совета своему народу.

– Ты готова?

– Да.

Неделю назад я бы отказалась от предложения стать лидером. Но сейчас… Сейчас меня переполняла решимость. Я окинула взглядом дома, расположенные на деревьях, и высеченный в горе дворец. Хайрит – мой дом, и я сделаю все, чтобы защитить его.

– Отлично. – Гейдж понимающе ухмыльнулся и зашагал обратно. – Тебя ждут. Предлагаю обсудить все наши личные дела до начала церемонии.

– Они вернулись? – спросила я, шагая рядом с ним.

– Несколько минут назад. – Он кивнул в сторону массивного древа, в котором располагалась публичная библиотека.

В стволе зиял арочный проем, настолько широкий, что через него плечом к плечу могли пройти шесть человек. Между гигантскими сучьями проглядывали витражные окна.

Мне никогда прежде не доводилось бывать на собрании Совета заклинателей. Церемония посвящения ни в счет. Однако я была уверена: сегодняшнее собрание будет особенным.

Мы переступили порог библиотеки, и траву под ногами сменил мох. На первом уровне стоят массивные деревянные столы и расставленные по кругу стеллажи с множеством книг. В центре – винтовая лестница, ведущая к открытым площадкам более высоких уровней. Откуда-то сверху раздаются голоса. Мое сердце радостно затрепетало, когда я узнала спокойный, рассудительный тон Нока.

Нок, Калем, Кост и Оз поспешили вернуться в Круор, как только я немного оправилась от ран. На время их отсутствия обязанности главы гильдии легли на плечи Эмелии – одного из лучших бойцов Нока. В ее компетентности никто из нас не сомневался, однако Круору грозила серьезная опасность. Язмин бежала через Китский лес, и ей ничего не стоило бы напасть на поместье. Ко всему прочему, вопрос с Дерриеном продолжал оставаться открытым.

Поднимаясь по лестнице вслед за Гейджем, я невольно сжала кулаки. Дерриен ничем не лучше Язмин. Он предал собственную семью ради эгоистичных целей – стать главой гильдии и получить способность воскрешать мертвых. Да, план Дерриена провалился. У него не получилось похитить меня и использовать против Нока. Однако я сомневаюсь, что он оставит попытки отомстить.

Мы поднялись до нужного уровня, и лающий смех Калема вырвал меня из мрачных мыслей. Калем стоял, прислонившись спиной к стеллажу. Его неизменная вальяжная ухмылка стала шире, и он кивнул мне в знак приветствия.

Рядом с Калемом молчаливо стояла Каори. Ее блестящие черные волосы собраны в замысловатый узел при помощи шпильки в виде листа. Этой же самой шпилькой Каори проткнула себе руку, чтобы пустить кровь и спасти умирающего Калема.

Гейдж уже сел за круглый стол рядом с Костом. К заклинателю на колени тут же прыгнул Пои Коста по кличке Феликс. Похожий на лиса зверек описал несколько кругов и устроился среди складок ртутного плаща. Кост недоуменно вскинул брови, глядя на Феликса, и Гейдж тихо рассмеялся, почесывая зверя под подбородком, отчего Феликс с блаженством закрыл глаза.

Кост и Гейдж обменялись парой едва слышных слов, и редкая, невероятно теплая улыбка озарила лицо Коста. Естественно, Гейдж ее заметил и наклонился ближе. Он поправил воротник рубашки Коста и шепнул ему что-то на ухо. В ответ щеки Коста порозовели, и он отпрянул назад. Сглотнув с видимым усилием, наемник выпрямился и демонстративно прочистил горло, прежде чем повернуться к Озу и Рейвен. Кост поторопился спросить что-то у Оза, но я продолжала наблюдать за самодовольной улыбкой Гейджа. Он поймал мой взгляд, и его улыбка стала шире. Оз и Кост увлеклись тихой беседой, и румянец на щеках зеленоглазого наемника быстро сошел на нет.

Мой взгляд скользнул к Рейвен. Радость, которую я испытала при виде своей семьи, померкла. Рейвен по обыкновению выглядит скучающей: плечи расслаблены, ладони покоятся на коленях, губы сжаты в тонкую линию. Однако в ее взгляде кипит гремучая смесь ярости и боли. Они с Эйланом не так давно стали парой, но Язмин убила его во время нападения на Хайрит. В последние несколько дней мы с Рейвен не разговаривали. Почти все время она проводила у себя в покоях, оплакивая утрату.

Оз заметил, что я смотрю на Рейвен. Поерзав на стуле, он повернулся к заклинательнице и задал ей вопрос, который я не расслышала. Рейвен едва заметно вздрогнула. Ее гневный взгляд смягчился, когда она что-то тихо сказала, и Кост кивнул, соглашаясь с ее словами. Оз с пониманием посмотрел на меня, а затем снова включился в разговор.

На сердце у меня потеплело. Как здорово, что Оз всегда заботится о других. Я сделала шаг по направлению к столу, но вокруг моей талии внезапно обвилась рука, которая материализовалась из клубящихся теней.

– Скучала по мне?

Я тут же развернулась, заключая своего анам-кару в объятия. Завитки теней исчезли, и я уткнулась носом в грудь Нока. Затем я подняла голову, и наши взгляды пересеклись.

У меня тут же перехватило дыхание. Новый образ Нока не переставал меня удивлять. Конечно же, в самом положительном смысле. Белые, как снег, волосы. Яркие, кристально чистые синие глаза. Шрам на подбородке. После того как развеялись чары, черты Нока стали более четкими, более… настоящими. И я просто не могла отвести от него взгляд.

– Конечно, скучала. Что за вопрос? – Я закусила нижнюю губу, сдерживая смех.

– Глупый вопрос. – Нок провел костяшками пальцев по моей щеке.

Он притянул меня к себе и поцеловал так страстно, что у меня подкосились ноги.

Гейдж откашлялся.

– Может, начнем? – спросил он.

Феликс, потревоженный громким голосом, спрыгнул с колен Гейджа и устроился у ног Коста. Я неохотно отстранилась от Нока, но осталась стоять в кольце его рук.

– Пожалуй.

Нок хитро улыбнулся, и его губы скользнули к моему уху.

– Можешь должным образом поприветствовать меня позже. Когда мы останемся наедине в твоей спальне, – прошептал он.

По коже побежали мурашки. Я не видела Нока всего несколько дней, но все равно успела безумно соскучиться по его прикосновениям. Мне захотелось немедленно закончить заседание, которое еще даже не началось.

Я решительно зашагала к столу, сбегая от соблазна. Нам нужно обсудить важные вопросы. Например, мое назначение главой. И мой план в отношении заклинателей. План, который вряд ли одобрит Совет.

Мы заняли места, и я окинула взглядом присутствующих. На заседании Совета собрались заклинатели и наемники Круора. Мы были едины в нашем желании защитить своих людей. Несмотря на очевидные различия, мы не сомневались в том, что одолеть Язмин можно лишь совместными силами. Нок опустился на стул рядом со мной, и внутри меня вспыхнула надежда.

Возможно, мой план не так уж плох. Возможно, заклинатели помогут мне воплотить его в жизнь, если поймут, что Круор на нашей стороне.

Гейдж сложил в стопку лежащие на столе бумаги.

– Призываю присутствующих к порядку и объявляю первое заседание Совета под руководством новой главы, Лины Эденфрелл, открытым.

– Я еще не глава, – возразила я, приподнимая бровь.

– Условности. – Он небрежно махнул рукой, откидываясь на спинку стула, и впился в меня взглядом своих серых глаз. – Первое, что мы сделаем, так это изменим состав Совета, включив в него Нока, Коста, Озиаса и Калема. По крайней мере, временно, пока разбираемся с общей угрозой.

Сидящие за столом в изумлении открыли рты, глядя друг на друга. Калем первым обрел дар речи.

– Погоди. В смысле? – спросил он.

– Может, стоит подумать? Мне бы не хотелось никому доставлять неудобства, – добавил Оз, положив руки на стол.

Я покачала головой.

– В трудный час народ должен видеть, что у нас есть союзники. Нам с детства внушали, что вся Лендрия против заклинателей. Но мы можем доказать обратное.

– Не вижу проблемы в данном предложении, – сказала Каори; ее тихий голос звучал спокойно и решительно.

– Я тоже. – Рейвен медленно барабанила пальцами по столу.

– Если Лина считает, что так будет лучше, то мы согласны, – сказал Нок, привлекая мое внимание.

Он положил руку мне на ногу и ободряюще сжал мое колено.

– Решено. – Гейдж обмакнул перо в ближайшую чернильницу и поспешил записать что-то на обрывке пергамента.

Откуда-то сверху недовольно ухнул Вет, но Гейдж как ни в чем не бывало продолжил писать. Я посмотрела на потолок. Среди ветвей и листьев сидел филин с рогами, покрытыми дубовой корой. Его зовут Актариус. Когда Селеста, богиня зверей, умерла, ее Вет не смог вернуться домой в царство тварей и остался в нашем мире. Магия Вета увековечивала каждый момент в специальных томах, однако Гейдж теперь вел собственные записи. Он изменился, когда узнал, что часть его воспоминаний была стерта, и теперь постоянно что-то записывал. Причем даже на ходу. Гейдж, судя по всему, перестал доверять собственной памяти, и заметки помогали ему чувствовать себя более-менее спокойно.

– Что это значит для Круора? – Кост сцепил пальцы в замок и посмотрел на Нока, после чего медленно перевел взгляд обратно на Гейджа.

– Как члены Совета, мы равны. Наши враги – это ваши враги, и наоборот, – сказал Гейдж, постукивая пером по пергаменту. – Совет без промедления придет вам на выручку в любой ситуации. От вас мы ожидаем того же.

– Но мы не можем гарантировать, что остальные заклинатели последуют нашему примеру, – сказала Каори.

– Получается, вся наша гильдия должна сражаться за заклинателей, но со своими проблемами нам придется разбираться самим? – уточнил Калем.

– Заклинатели не участвовали ни в одном масштабном конфликте со времен Первой войны, – сказала я. – Людям нужно время, чтобы научиться вам доверять. И они будут вам доверять, поскольку теперь вы официально являетесь частью нашего сообщества.

– Я буду сражаться за вас, если потребуется, – резко сказала Рейвен. – Без всяких оговорок.

Оз помрачнел, и мое сердце болезненно сжалось. Невозможно даже представить, сколько страданий выпало на долю Рейвен. Не знаю, насколько разумно с ее стороны идти на поводу у ярости, но ее бесстрашие и смелость играют мне на руку. В тяжелое время это особенно важно. Если заклинатели увидят, как решительно Рейвен настроена на борьбу с несправедливостью, то, возможно, они последуют ее примеру.

– Рейвен… – Я положила руку девушке на плечо.

– Так что насчет Язмин? – резко спросила она, стряхивая мою руку, но меня это не обидело.

Я несправедливо поступила по отношению к Рейвен, пока пыталась выяснить правду о заклинательнице, назначившей награду за мою голову. Но не Рейвен отправила нас охотиться за бесполезным зверем. Не Рейвен приказала самке Прядильщика схватить Нока. Не Рейвен довела его до безумия клятвой Круора. Однако до недавнего времени я не могла допустить даже мысли о том, что Язмин, глава Совета заклинателей, способна на такие ужасные поступки. В гневе и замешательстве я набросилась на Рейвен с кулаками и обвинила сломленную горем девушку в преступлениях, которые она не совершала. Мне никогда в жизни не было так стыдно за свое поведение.

Гейдж тяжело вздохнул, извлекая из стопки кусок пергамента, похожий на растянутую старую кожу.

– Я почти расшифровал ее записи. Вот, смотрите, – сказал он, указывая на древние символы, выведенные выцветшими кровавыми чернилами. – Думаю, это заклинание укрощения. Смог перевести два ингредиента: кости заклинателя-отступника и кровь восставшего из мертвых принца. Только вот третий компонент все еще для меня загадка.

В ушах у меня зазвенело, волосы на затылке встали дыбом.

– Кости отступника? – переспросила я.

Он кивнул, встретившись со мной взглядом.

– Именно из-за них все и началось. Она обратилась к наемникам, потому что ей нужны были твои кости. Однако когда Мияд счел тебя достойной и благословил своей магией, Язмин пришлось искать замену. И ей посчастливилось найти Винна.

По коже побежали мурашки.

– Винна?

– Да. – Гейдж сглотнул с видимым усилием. – Винн подчинил твою волю при помощи нашей магии и стал отступником. Нок убил его, и Язмин получила то, что ей было нужно.

– И это подтвержденный факт, а не просто домыслы? – спросил Кост.

Каори положила подбородок на сцепленные в замок руки.

– Факт, – ответила она. – Язмин сказала, что разберется с телом Винна. Мы все приходили в себя после битвы, и нам было не до этого.

Она бросила многозначительный взгляд на Калема. Не удивительно. В тот день он едва не умер, а я была тяжело ранена.

Кост нахмурился.

– Но кости должны были быть доставлены заказчику в течение шести часов после смерти. Это было одно из основных условий контракта. Времени с тех пор прошло немало, вряд ли останки Винна все еще пригодны для заклинания.

– Бестиарий Язмин в разы больше наших, – сказала Рейвен, сжимая зубы. – Я уверена: у нее в арсенале есть птица Визавим, пыль которой сохраняет любой предмет в исходном состоянии. Язмин наверняка позаботилась о том, чтобы выиграть время и собрать остальные ингредиенты.

Калем громко выругался и сполз вниз по спинке стула.

– И у нее уже есть кровь Нока, – сказал Оз, проводя рукой по коротко стриженным волосам.

Нок едва сдержал гневное рычание.

– Так вот зачем она отправила нас охотиться за этим никчемным грызуном. – Он глубоко вздохнул и тряхнул головой. – Одно лишь происхождение не делает меня принцем. Я должен быть признан богами. Она намеренно отправила нас к руинам, чтобы я стал пригодным компонентом для ее заклинания.

Калем снова выругался. Оз сжал кулаки.

– Остался последний ингредиент, – сказал Кост.

– И нужный день.

Тихие слова Гейджа заставили нас всех повернуться в его сторону. У меня перехватило дыхание, пока я пыталась справиться с роем мыслей.

Нам нужно время. Много времени. Время, чтобы убедить заклинателей сражаться в войне, если до этого дойдет. Время, чтобы расшифровать записи Язмин и остановить ее. Время, чтобы выяснить, были ли ее обвинения правдой.

Королевская семья Вильхейма и их проклятые стражи отлавливают заклинателей во время охоты на тварей.

Нок и его семья повинны в смерти твоих родителей.

Слова Язмин потрясли меня до глубины души. Я до сих пор пребывала в шоке. Нок бы не допустил подобных преступлений. Однако до своей смерти он был всего лишь принцем. Насколько большим влиянием он обладал? Как много знал о том, что творилось в королевстве? Мне еще предстояло обсудить с Ноком все это. Я посмотрела на него. Он поймал мой взгляд и затем взял меня за руку. Этого было достаточно, чтобы я нашла в себе силы снова повернуться к Гейджу.

– Сколько у нас времени? – спросила я.

– Заклинание для пробуждения Окнолога сработает только в годовщину смерти Селесты.

Я зажмурилась. Осталось всего несколько недель. Меня захлестнула волна паники, но я мысленно сосчитала до трех, чтобы успокоиться, и открыла глаза.

– Гейдж, Кост, удвойте усилия, чтобы расшифровать заметки Язмин. Нужно выяснить, сможем ли мы помешать ей.

– А если не сможем? – спросил Оз.

Я крепко сжала руку Нока, пытаясь вернуть себе решительность. Я должна рассказать о своем плане. Плане, который вряд ли придется по душе Совету и нашему народу.

– Тогда нам нужно готовиться к войне. Чтобы свергнуть повелителя всех тварей, необходима армия.

Все присутствующие застыли. После недолгого молчания, которое показалось мне вечностью, слово взяла Каори.

– Как ты убедишь заклинателей сражаться? – спросила она.

– Я не знаю. Но я должна попытаться. Возможно… – Я посмотрела на Нока. – Возможно, если заклинатели увидят, что Круор с нами, то они помогут.

Нок нахмурился и запустил пальцы в волосы.

– Мы забываем о короле Вареке. Он жаждет моей смерти. Мы будем сражаться вместе с вами против Язмин, потому что она представляет угрозу для всех нас. Но если Варек почувствует угрозу и обратит свой гнев против заклинателей из-за нашего альянса…

– Как я уже сказала, я буду сражаться, – заявила Рейвен.

Гейдж покачал головой.

– Пока вы являетесь частью Совета, мы будем оказывать посильную помощь. Все же именно Язмин сейчас представляет угрозу. Мы не знаем, сколько времени потребуется Вареку, чтобы сделать ход, но мы знаем, когда Язмин нанесет удар. Давайте сначала разберемся с ней.

– Поддерживаю, – сказал Кост. – Кстати говоря, сначала мы должны переместить всех членов гильдии в Хайрит.

– В смысле? – Калем выпрямился на стуле. – Почему?

Кост снял очки и начал протирать линзы.

– Потому что это логично. Во-первых, мы должны показать единство. Во-вторых, так будет проще защищать людей. Мы постоянно из кожи вон лезем, чтобы одновременно обеспечивать безопасность Круора и Хайрита. Если мы все будем здесь, то, когда Язмин вернется, нам будет проще держать оборону.

– Но Круор – наш дом, – возразил Калем с явным беспокойством, и ртутный ободок вокруг его радужки вспыхнул. Он перевел взгляд с Нока на Коста, барабаня пальцами по столу. – Мы не можем просто взять и бросить поместье.

Мое сердце болезненно сжалось. Члены Круора не делились своим прошлым. Никто из них не говорил, откуда они родом и какой жизнью жили до смерти. Однако я помнила, как Калем помогал сиротам на улицах Ортега-Ки. И я помнила боль и благодарность в его взгляде, когда я подарила ему Эффи. Не думаю, что у Калема был дом до Круора, и понимаю, каково терять нечто настолько дорогое.

– Это временная мера, обещаю, – сказала я.

Калем кивнул, но его пальцы продолжили нервно барабанить по столешнице. Оз долго смотрел на брата, после чего обратился к Ноку.

– Что насчет Дерриена? Ни для кого не секрет, что ему нужен Круор. Если он узнает, что дом остался без охраны, он его захватит.

– Я запечатаю поместье, – тихо сказал Нок. – Никто не сможет ни войти, ни выйти.

– А так можно? – спросила я.

Он коротко кивнул. Его лицо помрачнело.

– Да. Предыдущие лидеры прибегали к этому заклинанию всего несколько раз. Оно отбирает много сил и полезно только в том случае, если Круор находится в осаде. Магия защищает поместье и всех тех, кто остался внутри. Или, как в нашем случае, если все будут эвакуированы.

– И особняк, и члены гильдии будут в безопасности. Это наилучшее решение в сложившихся обстоятельствах, – добавил Кост. – Предлагаю немедленно отправиться в Круор.

– Думаю, мне следует пойти с вами, – сказал Гейдж, приводя в порядок бумаги и откладывая перо. – Я хочу еще раз взглянуть на вашу библиотеку. Возможно, в ней найдется книга, которая поможет с расшифровкой записей Язмин.

– Здравая мысль, – сказала я.

– Забирайте все, что необходимо. Как только я запечатаю Круор, мы не сможем попасть внутрь некоторое время. – Нок посмотрел сначала на Калема, затем на Оза и Коста. – Но мы обязательно вернемся.

Плечи Калема поникли, но они с Озом кивнули в знак согласия. Безопасность людей важнее, чем само поместье, но я понимала беспокойство членов гильдии.

– Теперь Круор и Хайрит едины, – сказала я.

– Едины, – кивнула Каори.

– Вот и решили. – Рейвен встала и расправила плечи. – Что теперь?

Все взгляды устремились на меня. У нас нет четкого плана. Пока нет. Но у нас есть надежда. Семья.

Я окинула взглядом новый состав Совета, и на сердце у меня потеплело. Нам предстояла тяжелая битва, но я верила в своих друзей, новых и старых. Решительный блеск в глазах Рейвен подпитывал мою уверенность. Я не сомневалась в том, что Гейдж и Кост придумают грандиозную стратегию и учтут все риски. Я не сомневалась в том, что Калем и Оз будут преданы делу до самого конца. Я также могла положиться на Каори. Одно ее слово убедит многих заклинателей встать на нашу сторону. И, конечно же, я могла рассчитывать на Нока.

Как-то он сказал, что мы – самая большая слабость друг друга, но я не согласна с ним. Вместе мы сильнее. Сжав его руку в своей, я встала.

– Давайте изменим ход истории.

Он улыбнулся, искренне и нежно, и поцеловал меня в лоб.

– Как скажете, глава Совета.

Вторая глава. НОК

Тронный зал видал лучшие времена, однако Лина настояла, чтобы церемонию провели именно здесь, где каждый мог видеть разрушения, которые оставила после себя Язмин. А также разрушения, что были делом моих рук. Я поджал губы, тщетно пытаясь воспроизвести события того дня. Воспоминания ускользали от меня. Последствия тем не менее были очевидны. Я окинул взглядом зал, и мне стало не по себе. Заклинатели убрали обломки мраморных колонн, однако на каменном полу остались пятна, выжженные молниями Врииса, и глубокие борозды его когтей. Сломанные ветки, упавшие с импровизированного потолка, лежали у стен. Что ж, по крайней мере, нигде не осталось следов крови.

И все же, несмотря на разрушения, величие и красота зала не померкли. Полуденное солнце проглядывало сквозь голые ветви деревьев, среди которых тихо щебетали белоснежные птицы с изумрудными грудками. На полу пестрели узоры из последних золотых листьев.

Заклинатели молчаливо выстроились рядами, совсем как в тот день, когда Язмин пыталась очернить Совет в глазах народа. Люди смотрели на меня и моих братьев с настороженностью. Никогда еще в тронном зале чужаки не стояли наравне с их лидерами.

Гейдж, Рейвен и Каори вышли вперед, чтобы начать церемонию, о которой нам ничего не было известно.

– Я не могу найти слов, чтобы утешить вас, – начал Гейдж, и его низкий голос прогремел над толпой, заглушая ропот. – В тяжелые времена от слов мало прока, а вот действия помогают обрести цель. Действия помогают нам найти путь к исцелению.

Он ненадолго замолчал, позволяя людям обдумать его слова. Я был готов услышать возмущенные возгласы из толпы. Я был готов к отрицанию необходимости действовать, поскольку это подразумевало подготовку к войне. Однако в зале по-прежнему царила тишина. Мы одержали маленькую, но победу.

– И посему мы должны двигаться вперед. Вместе мы сможем пережить наше общее горе. И поможет нам в этом новая глава Совета.

Широким жестом Гейдж привлек всеобщее внимание к дальней стене, где стояла Лина. В этот момент сама природа будто бы преклонилась перед ней. По покрытым инеем полянам пронесся ветерок, неся с собой свежесть водопадов. Порыв ледяного воздуха окутал Лину, а затем промчался по тронному залу.

– Я представляю вам Лину Эденфрелл, новую главу Совета заклинателей, – закончил Гейдж.

Лина горделиво вздернула подбородок, однако на ее губах по-прежнему играла нежная, теплая улыбка. Она направилась к нам, шурша подолом длинного кремового платья. Накинутый на плечи ртутный плащ тянулся за ней по полу. В этот момент Лина выглядела не просто великолепно. Она выглядела как королева. Остановившись перед Гейджем, Лина на мгновение встретилась со мной взглядом. Я едва не пал перед ней на колени в знак вечной преданности.

С ближайшего трона Рейвен взяла фиолетовую бархатную подушку, на которой лежала изящная диадема из розового золота. Сотни лоз и бесчисленные листья, усеянные бриллиантами, сплетались в корону Лины, которая символизировала новое начало.

Лина опустилась на колени, и Рейвен взяла слово.

– Клянешься ли ты защищать нас от угроз как нынешних, так и будущих?

– Клянусь, – без колебаний ответила Лина. Даже сейчас, когда она прижала подбородок к груди и смотрела в пол, ее голос звучал громко и твердо.

– Клянешься ли ты направлять нас в смутные времена, руководствоваться мудростью и прислушиваться к членам Совета?

– Клянусь.

Рейвен впилась в Лину взглядом и продолжала:

– Клянешься ли ты почитать Селесту всем сердцем и защищать всех тварей?

Лина подняла голову и посмотрела на скульптуры Селесты и Окнолога, вырезанные в стене за тронами. Она перечитала древние письмена, выгравированные рядом с богиней и ее могущественным зверем. Должно быть, все заклинатели наизусть знают эти строки. Закончив, Лина закрыла глаза и снова склонила голову.

– Клянусь.

Гейдж высоко поднял диадему и водрузил ее на голову Лины.

– Во имя нашей богини, мы нарекаем тебя главой Совета. Теперь настало время обратиться к народу.

Поднявшись на ноги, Лина повернулась лицом к толпе заклинателей.

– Для меня великая честь стоять сейчас здесь, перед вами. И хотя в мои намерения не входило становиться главой Совета, я буду служить вам верой и правдой. – Лина сложила ладони перед собой и глубоко вдохнула. – Как и у Гейджа, у меня нет слов, которые могли бы облегчить боль нашей общей трагедии. Преступления Язмин не исправить. Она предала нас и оставила раны, которые никогда не заживут. Однако она также невольно дала нам все необходимое для борьбы: смелость, силу, жажду независимости.

Лина спустилась с возвышения и пошла по проходу.

– Я знаю, что никто из вас не хочет войны. Но война неизбежна. Мы не можем позволить Язмин подвергать опасности наш дом. Если она намерена сражаться, то нам придется ответить ей тем же.

В тронном зале повисла тишина, которую нарушила девушка из толпы.

– Ты говоришь, как она. Откуда нам знать, что тебе можно доверять?

За вопросом последовали испуганные вздохи. Пожилой мужчина крепко схватил девушку за руку и с укором посмотрел на нее, призывая к молчанию.

Лина замерла в проходе. Она посмотрела сначала на девушку, потом на мужчину.

– Вы меня боитесь? – спросила она.

– Нет, – мужчина ответил слишком быстро. – Умоляю, простите мою дочь за дерзость. Она не хотела вас оскорбить.

Девушка упрямо поджала губы, но ничего не сказала.

Лина сжала в кулаке бестиарий, висевший у нее на шее. Я отчаянно желал оказаться рядом с ней, предложить поддержку и помощь. Однако как принц, которым я был раньше, я понимал: Лина должна сама справиться с данной ситуацией. Моя любимая посмотрела в мою сторону, и я ободряюще кивнул. Ей никогда прежде не доводилось править. Меня же с рождения готовили к роли лидера. Давние воспоминания нахлынули, и на мгновение мне показалось, что рядом со мной стоит отец.

Смотри своим людям в глаза, когда они к тебе обращаются. Пойми их беспокойство. Будь опорой в нужный момент.

Слова, словно гром, прогремели у меня в голове. Будто услышав мои мысли, Лина выпрямила спину, посмотрела девушке в глаза и вытянула вперед правую руку. Тронный зал озарило вишневое свечение, за которым последовал протяжный скрип открывающейся двери царства тварей. Рядом с Линой появился Оникс. Легендарный кошачий зверь утробно зарычал, заглушая благоговейное оханье. Блестящий черный мех. Мощные мышцы. Грива из перьев. Лина повернулась к зверю и с материнской нежностью провела пальцами по его шее. Затем она снова перевела взгляд на девушку.

– Позволишь? – спросила Лина.

Девушка нерешительно кивнула, и моя любимая взяла ее за руки и встала перед ней на колени.

– Не бойся. Просто выслушай меня. Я буду защищать наш дом. Наших зверей. Наш народ. И я никого не буду заставлять следовать за мной.

В каждом ее слове звенела искренность, однако Лина знала, насколько важно благословение Мияда для заклинателей. Невидимое пламя Оникса поглотило Лину, и я почувствовал его успокаивающее, приятное тепло. Мияд проник в ее мысли с помощью магии и в очередной раз счел ее достойной. Если бы Лина солгала или имела злые намерения, Оникс испепелил бы ее разум. Однако она осталась невредимой, в ее взгляде сияла решимость. Мы все убедились в том, что Лина не предаст свой народ, как это сделала Язмин. Ни сейчас, ни в дальнейшем. В глазах девушки из толпы блестели непролитые слезы, и она подняла Лину с колен.

– Я последую за вами, – сказала она хриплым, но уверенным голосом.

Девушка преклонила колени перед Линой, перед главой Совета, и остальные заклинатели последовали ее примеру.

Лина прижала руку к груди и окинула взглядом всех присутствующих. Улыбка на ее губах становилась шире с каждой секундой. Я посмотрел на братьев, и мы тоже опустились на колени, как и Гейдж, Каори и Рейвен.

Ни один человек в тронном зале не остался стоять, кроме Лины.

Найди королеву, которая будет стоять с тобой на равных. Найди ту, кто будет вдохновлять тебя и, что важнее, вдохновлять твой народ.

Сердце болезненно сжалось в груди. Отец желал для меня и нашего королевства лишь лучшего. Лина бы ему понравилась – в этом я не сомневался. Он бы сразу увидел ее великодушие и потенциал. Он со спокойной душой передал бы нам бразды правления.

Мы ведь можем править вместе. Еще не поздно.

Эта странная мысль сводила меня с ума. Она не была новой. Пока я находился под влиянием клятвы, меня преследовали видения с чернильно-черной змеей. То был Зейн, также известный как Змей Вильхейма. Он был наследником престола, а после смерти стал первым наемником Круора. Именно Зейн привел меня к священным руинам. Именно он побудил меня восстановить свой титул Ледяного принца. Однако, когда клятва была исполнена, красная пелена контроля Язмин рассеялась, и вместе с ней исчез Зейн.

Так что теперь, когда я думал о том, чтобы взойти на трон вместе с Линой, эта мысль целиком и полностью принадлежала мне. И мне не хотелось этого признавать.

Стиснув зубы, я загнал абсурдную мысль подальше. Я не хочу править. Корона Лины – единственная корона, которой я буду служить.

– Я обещаю всегда быть с вами честной, – сказала Лина; ее ровный голос разнесся по залу и привлек мое внимание. – Язмин планирует пробудить Окнолога. Для этого она уже собрала два из трех необходимых ингредиентов. Моя цель – остановить ее. Я не желаю войны, но если у Язмин получится осуществить задуманное… – Лина бросила взгляд на статую древнего дракона. – Окнолога невозможно взять под контроль. Мы будем вынуждены сражаться.

– Как мы будем противостоять Язмин? – спросила девушка из толпы.

– Рейвен отвечает за подготовку, – ответила Лина. – У нас есть звери, и Рейвен поможет нам организовать оборону.

Брови Рейвен поползли вверх, но она не стала возражать.

– Мы можем приступить к тренировкам в любой момент. Я могу обучить любого, кто хочет учиться, – сказала она.

– Я тоже, – сказал Озиас, прочищая горло. – Я десятилетиями тренировал новобранцев в Круоре.

Все взгляды сразу же устремились на Оза. Некоторые смотрели на него с благодарностью, некоторые – с неуверенностью, но большинство – со страхом.

– Спасибо, Оз. – Лина тепло улыбнулась ему, а затем снова обратилась к людям: – Круор присоединится к нам в этой войне. Впервые мы не одиноки. – Она положила ладонь на шею Оникса. – Мой зверь доверяет Круору, и я тоже. Вместе мы сильнее. Вместе мы защитим вас.

Оглушительный рев Оникса подтвердил слова Лины, и птицы, сидевшие на ветках, с испуганными криками разлетелись во все стороны. Все, кроме одной, похожей на воробья. Стального цвета перья и фиолетовая грудка отличали птицу от остальных членов стаи. Она устремила на Лину три черных глаза, которые на мгновение вспыхнули желтым.

Время остановилось. Я узнал этого зверя. Впервые увидел его в «Полуночном шутнике» недалеко от Круора, когда пришел на встречу с Винном, чтобы обсудить детали контракта на убийство Лины. Винн призвал эту птицу и сказал, что будет следить за каждым нашим шагом.

Тонкие, почти невидимые тени сгустились вокруг моих пальцев. За нами кто-то следил. Без сомнения, Язмин. Ледяная тень в моей руке приняла форму крошечной иглы.

Нужно прикончить тварь прямо здесь и сейчас. С точки зрения стратегии это благоразумно. Мы не могли допустить, чтобы наш враг безнаказанно шпионил за нами. И все же… Я окинул взглядом толпу заклинателей. Никто ничего не замечал. Если я убью зверя у них на глазах сразу же после речи Лины, мы тут же потеряем всякое доверие.

Я пошевелил пальцами. А что, если я поймаю птицу, не причинив ей вреда? Лезвие растворилось, и вместо него у меня в кулаке сплелась тонкая сеть.

– Нок? – шепотом спросил Кост, разглядывая тени.

Калем и Озиас услышали его голос благодаря обостренным чувствам. Они посмотрели в мою сторону, стараясь не шевелиться, чтобы не привлекать внимания.

Секунды шли. Я посмотрел на улыбающуюся Лину, затем на собравшихся людей. Ей удалось завоевать доверие народа. И если мы сейчас разрушим его, то неизвестно, получится ли у Лины сделать это снова. С тяжестью на сердце я позволил теням рассеяться и коротко кивнул в сторону птицы.

– Шпион.

Как будто услышав мое тихое слово, птица встрепенулась и посмотрела на меня, а затем взмыла вверх и полетела вслед за стаей.

– Язмин? – спросил Калем.

Вокруг его темно-красных радужек вспыхнул ртутный ободок. Калем теперь лучше контролировал внутреннего зверя, однако никто из нас не мог сказать наверняка, в какой именно момент он может сорваться с цепи.

– Скорее всего. – Я прищурился, вглядываясь в потолок из ветвей.

Лина продолжила говорить, завершая церемонию. Заклинатели поднялись с колен и направились к выходу. Некоторые из них останавливались перед Линой, чтобы поклониться или прошептать слова поддержки. Гейдж и Рейвен подошли к Лине и начали активно общаться с заклинателями.

Каори направилась к нам. Она уставилась на Калема, вероятно изучая опасный ртутный цвет его глаз.

– Что-то случилось? – спросила Каори.

– Нок сказал, что за нами следят, – ответил Калем и сжал зубы; на его шее пульсировала жилка.

Каори легонько дотронулась до его руки, а затем сложила ладони перед собой. Калем медленно выдохнул, покрутил шеей из стороны в сторону и робко улыбнулся.

– Расскажи, что ты видел, – попросила Каори, глядя на меня.

– Птица. У Винна была такая же. Три черных глаза, которые затем стали желтыми.

Каори молча повернулась и подала знак Гейджу, Рейвен и Лине. Они извинились и подошли к нам, и мы несколько минут ждали, пока все заклинатели покинут тронный зал.

Лина встала рядом со мной. Ее глаза блестели, щеки порозовели. Она вся светилась от счастья. Мне было тошно от мысли, что нам придется огорчить ее плохими новостями. Но мы на войне. Радость не может длиться вечно.

– Нок заметил Фемси. Нам следует быть более осторожными, – сказала Каори.

Улыбка Лины померкла.

– Язмин.

Гейдж простонал, потирая рукой подбородок.

– Мы не можем запрещать тварям появляться в Хайрите. Это их дом, их пристанище, – сказал он.

– Мы найдем способ тайно разработать стратегию, когда вернемся из Круора. – Кост поправил очки и скрестил руки на груди. – Если у нас не получится держать планы в секрете, то мы отправимся не на войну, а на верную смерть.

– Он прав. – Я вздохнул и посмотрел на Лину.

Я вернулся совсем недавно. Проводить ночи вдали от Лины было невыносимо. Нет, конечно же не так ужасно, как в то время, когда грань между реальностью и иллюзией стиралась, и призраки прошлого преследовали меня во снах. Тем не менее мне хотелось быть рядом с ней. Все же время не на нашей стороне. Нам необходимо расшифровать последний компонент заклинания Язмин, чтобы остановить ее, и нам необходимо переместить весь Круор в Хайрит. Я заправил выбившуюся прядь волос за ухо Лины.

– Похоже, с обещанным приветствием придется подождать, – сказал я.

– Я иду с вами. – Лина поцеловала костяшки моих пальцев. – Я помогу Гейджу и Косту искать информацию, пока вы с Озом готовите членов гильдии к переезду в Хайрит.

– А что мне делать? Или я совсем бесполезен? – Калем возмущенно фыркнул.

– По большей части да, – усмехнулся Оз. – Но ты можешь нести сумки.

– Я тебе не вьючное животное.

Я невольно улыбнулся.

– Либо несешь сумки, либо остаешься здесь. Выбирай сам.

– Вы, должно быть, издеваетесь. – Калем уставился на меня и Оза испепеляющим взглядом. – Если вы думаете, что я буду таскать ваши вещи, то вы спятили.

– Неужели? – спросил я.

Калем сжал кулаки. Сквозь его стиснутые зубы посыпались проклятия.

– Прекрати немедленно! – Каори отвесила ему подзатыльник так быстро, что я едва заметил движение ее руки. – Они ведь тебя просто дразнят.

Калем пошатнулся вперед и перевел на девушку изумленный взгляд.

– Я знаю, – буркнул он.

– К тому же из твоего внутреннего зверя получится отличное вьючное животное. – Она скрестила руки на груди. – Если ты, конечно, научишься контролировать себя для разнообразия.

Калем открыл рот от изумления, и Оз громко рассмеялся. Лина резко вдохнула, маскируя свой смех приступом кашля.

– Что ж, раз мы решили, кто чем занимается… – пробормотал Гейдж, поворачиваясь к Лине. Он рассеянно провел пальцами по своей цитриновой метке заклинателя. – Рейна уже восстановила силы?

Лина нахмурилась.

– Мы полностью истощили ее магию, когда Рейна перенесла нас от руин Силвис в Круор. Пока что она может телепортироваться только на несколько метров. А что?

Гейдж вздохнул.

– Я думаю, что нам придется использовать зверей для релокации, чтобы ускорить процесс. Мы ведь не знаем, когда Язмин нападет снова.

Лина потерла подбородок, обдумывая его слова.

– Рейна все равно не сможет переместить больше трех-четырех человек за раз. Ее магии хватило бы разве на четвертую часть гильдии.

Мой разум лихорадочно работал, пока я мысленно пересчитывал всех обитателей Круора.

– Не все из нас умеют сражаться. Нам нужно обеспечить безопасность тех, у кого мало боевого опыта. Остальные могут пойти пешком через Китский лес.

– А что насчет летающих зверей? – спросил Оз.

– У меня есть только Оникс, – сказала Лина и посмотрела на других членов Совета. Все они покачали головами и поморщились.

Лина как-то обмолвилась, что летающие звери – большая редкость. Их трудно выследить, и еще труднее приручить. Да и вообще в природе их не так уж много. По крайней мере, в Лендрии. И лишь немногие заклинатели покидали пределы нашей страны, чтобы охотиться на редких тварей.

– Еще есть Телесавра, – медленно произнесла Рейвен, как будто взвешивая каждое слово. Она скрестила руки на груди. – Мы не сможем переместить всех, но это лучше, чем ничего. У меня есть особь, которую я не приручала, поэтому могу отдать ее Лине.

– Рейвен, не стоит… – тихо начала Лина.

– Нам нужно объединить усилия. – Она не смотрела на Лину, но ее бесстрастный взгляд теперь казался мне более живым. – Если тебе станет от этого легче, можешь считать, что я тебя таким образом благодарю за возможность тренировать заклинателей.

– Конечно. Я тебя поняла. – Лина улыбнулась.

– Отлично, – Рейвен смягчилась. – С нетерпением жду начала тренировок.

Озиас широко улыбнулся ей.

– Скажи заклинателям, что они могут присоединиться к нашим новобранцам, когда мы вернемся. Твои навыки ведения рукопашного боя прекрасны, но я дерусь лучше, – сказал он.

Рейвен нахмурилась и отмахнулась от него.

– Тебе, должно быть, это приснилось, – сказала она. – Но, возможно, заклинателям будет полезно посмотреть, как я надеру тебе задницу.

Озиас тихо рассмеялся. Они с Рейвен провели немало времени вместе, пока Лина оправлялась от ран после битвы с Язмин. Однако для меня стало неожиданностью то, как быстро Оз и Рейвен сдружились. Озиас стеснялся разговаривать с членами гильдии на тренировках, не говоря уже о том, чтобы обмениваться с ними шутками. Однако с Рейвен он сблизился так же быстро, как в свое время с Линой.

– Как скажешь, – сказал Озиас.

– Мудрые слова, – Рейвен вытянула вперед руку, и воздух вокруг вспыхнул неярким брусничным светом. – Я скоро вернусь с Телесаврой.

– Спасибо, Рейвен, – сказала Лина.

– Не стоит благодарности.

И с этими словами она исчезла в царстве тварей.

– Приятно видеть, что она приходит в себя, – пробормотал Гейдж, затем развернулся и направился к ближайшему коридору. – Мне нужно собрать кое-какие вещи. Не уходите без меня.

Каори посмотрела на Лину.

– Пожалуйста, будь осторожна. Если за время твоего отсутствия возникнут проблемы, я найду способ тебе о них сообщить. – Она быстро поклонилась и направилась вслед за Гейджем.

Калем проводил Каори взглядом, после чего снова посмотрел на нас.

– Мне все равно, что она сказала. Я не буду носить ничьи сумки, – сказал он.

Озиас рассмеялся, и его хохот заглушил театральный вздох Коста. Лина подошла поближе к Калему и осмотрела его спину, как будто прикидывала, сколько сумок он сможет нести на себе. От шуток Лины и ворчания Калема на сердце у меня потеплело. Однако, когда я посмотрел на статую Селесты и Окнолога, по спине пробежал холодок. Годовщина ее смерти была не за горами. Мы целую неделю бились над тем, чтобы предотвратить катастрофу, но тщетно. У Язмин есть явное преимущество, и это лишь вопрос времени, когда она нанесет удар.

Третья глава. КОСТ

Во внутреннем дворе тихо. Большинство заклинателей разошлись после коронации Лины, и лишь немногие остались поиграть со своими тварями. Я наблюдал за девушкой, которая бросала палку похожему на волка зверю. Он тут же срывался с места и с радостным лаем бежал за палкой. Девушка улыбалась и гладила своего любимца по голове каждый раз, когда он возвращался. Любовь, с которой заклинатели относились к тварям, невозможно было не заметить. Эта любовь вдохновляла меня, равно как их решительный настрой бороться против нашего общего врага.

На некотором расстоянии от меня Лина выругалась и отскочила в сторону. Рейвен рассмеялась. Она совсем недавно вернулась из царства тварей вместе с Телесаврой, которая вела себя как непоседливый ребенок и беспорядочно металась по поляне. Врезавшись в ногу Лины, ящерка рванула в противоположном направлении, и Лина погналась за ней. Рейвен, Нок, Калем и Озиас наблюдали за происходящим с открытыми ртами.

Опустившись на ближайшую каменную скамью, я достал из нагрудного кармана бронзовый ключ и призвал Феликса. Зверь тут же появился, навострив уши. Я часто призывал его, чтобы укрепить нашу связь. Чем чаще Феликс находится рядом со мной, тем больше времени он может проводить вне царства тварей. Я провел пальцами по спине своего Пои, и он довольно заурчал. Как только Лина укротит шаловливую ящерку, мы отправимся в путь.

– Как хорошо, что ты у меня воспитанный, – пробормотал я, поглаживая Феликса.

Аметистовый шар на макушке Пои затуманился, и в моем сознании возникла серия картинок, когда зверь поделился со мной видением, позволяя заглянуть в будущее. Итак, Феликс доволен тем, что его чешут. Лина, наконец, совладала с Телесаврой. Ко мне идет Гейдж…

Я вздрогнул и напрягся. Неудивительно, что Гейдж идет ко мне. Однако меня поразило то, что в видении Феликса он замер у меня за спиной. На его губах медленно растянулась теплая улыбка, лишенная всякого озорства. Он провел рукой по волосам и поправил манжеты туники ежевичного цвета. Рейвен помахала ему, но Гейдж предпочел сесть рядом со мной.

Взгляд Феликса прояснился, и он бросил на меня понимающий взгляд.

– Цыц, – сказал я и поправил очки, игнорируя растущее волнение.

За спиной послышался хруст шагов по замерзшей траве, и я постарался придать своему лицу нейтральное выражение. Соединив руки в замок, я сосредоточил внимание на Лине, которая продолжала бегать за Телесаврой.

– В последнее время я часто вижу Феликса, – задумчиво произнес Гейдж. – Ты его тренируешь?

Он опустился на скамейку и почесал моего Пои под подбородком. От близости Гейджа я напрягся, но не вздрогнул. Мне бы не хотелось сделать ситуацию неловкой и обращать его внимание на невольную реакцию моего тела.

– Конечно. – Я продолжал наблюдать за непоседливой Телесаврой. – Мне еще не хватало таких вот проблем.

Гейдж проследил за моим взглядом и, заметив шаловливую ящерку, рассмеялся.

– Да, действительно. Феликс ведет себя более достойно.

– Что радует, – сказал я.

Гейдж продолжил гладить Феликса по спине.

– Как его видения?

Я вздрогнул и встретился с Гейджем взглядом. В уголках его глаз появились морщинки, а губы растянулись в улыбке. Гейдж смотрит на меня так, будто знает, что именно Феликс показывал мне всего несколько минут назад, но подобное просто невозможно.

– Они… Весьма информативны, – уклончиво ответил я.

– Это хорошо. Со временем они станут еще более подробными. – Гейдж сложил руки на коленях, и Феликс, недовольно фыркнув, уткнулся носом в мои пальцы.

– Насколько магия Феликса похожа на магию теней? – спросил заклинатель.

Мои плечи слегка расслабились. Говорить о тенях проще и гораздо безопаснее, чем исследовать природу видений Феликса. Особенно тех, что касались Гейджа.

– Между ними есть что-то общее, да.

Я вытянул руку и призвал темные завитки, которые всегда маячили на периферии моего зрения. Тени тут же оплели мое запястье и пальцы. Даже сквозь ткань перчаток я чувствовал их прохладное прикосновение.

– Моя связь с тенями похожа на связь с Феликсом в том смысле, что она никогда не исчезает. Но Феликс – живое существо, в отличие от них.

Тень соскользнула с моей руки и задела тыльную сторону ладони Гейджа. Я даже не осознавал, что хотел дотронуться до него. Заклинатель замер, не сводя глаз с тени, по его коже побежали мурашки, и он прочистил горло.

– Тебе нравится быть наемником и управлять тенями? – спросил Гейдж.

– Это два совершенно разных вопроса, – сказал я и отозвал тени.

Плечи Гейджа понуро опустились, но затем на его губах появилась знакомая улыбка. Мое сердце тут же пропустило удар.

– Работа наемником не так уж плоха. Она не приносит мне ни радости, ни печали. Это просто работа. Но тени…

Мой голос стих. Много лет назад Талмейдж воскресил меня из мертвых. Сначала я несправедливо держал на него обиду. Мой бывший возлюбленный, Джуд, отказался от меня в ту же секунду, как я показал ему тени. После этого я долгое время ненавидел тьму. Но сейчас… Я посмотрел на братьев, стоявших неподалеку. Для тех, кто ничего не знает, мир теней был темным и пугающим. Для меня же он стал вторым домом.

Гейдж изучал выражение моего лица и ждал, когда я договорю.

– Мне нравится управлять тенями. Я их знаю. На них можно положиться. Не говоря уже о том, что во время войны они будут незаменимы.

Я превратил клубящиеся завитки в сверкающую рапиру. Взяв оружие за рукоять, я аккуратно передал его Гейджу. Заклинатель с благоговением уставился на чернильно-черное оружие, блестящее в лучах солнца.

– Оно ведь может исчезнуть в любой момент? – спросил он.

– Нет, конечно. – Я усмехнулся. – У меня за спиной годы практики.

Гейдж улыбнулся в ответ.

– Это хорошо. Не хочу, чтобы ты погиб в грядущей войне. – Он поколебался, затем добавил: – Мне бы хотелось узнать тебя получше, когда у нас будет время.

Мои щеки вспыхнули от смущения, и я взмахнул рукой, прогоняя тени прочь.

– Умирать не собираюсь. Хватило одного раза, – сказал я.

– Прекрасно.

Неожиданно – или же вполне ожидаемо? – взгляд Гейджа опустился на мои губы, и неровный вздох вырвался из его рта. Как бы мне ни хотелось, я не мог проигнорировать легкое покалывание в пальцах. Гейдж так близко, что я могу дотронуться до него по-настоящему, если осмелюсь. Время замерло. Мое мучительное ожидание прервал Калем, громко хлопнув в ладоши.

Я вздрогнул. Калем присел на корточки перед скамейкой, в его глазах блестели опасные озорные искорки.

– Вы, наверное, не заметили, но мы уже готовы отправиться в путь, – сказал он, многозначительно глядя на меня. – Если не возражаете, конечно.

Я вскочил на ноги. В какой-то момент Лина, должно быть, приручила Телесавру. Теперь девушка стояла рядом с Ноком и с особым старанием избегала смотреть в нашу сторону. Озиас переминался с ноги на ногу и смотрел в небо, в то время как уставший Нок сверлил Калема неодобрительным взглядом.

Я так увлекся разговором с Гейджем, что не заметил, в какой момент ушла Рейвен. Злясь на себя, я зашагал прочь от человека, который с невероятной легкостью поглощал все мое внимание. Конечно же, всему виной его шарм заклинателя. С Гейджем всегда нужно быть настороже.

– Пойдемте, – сказал я, направляясь к остальным.

– Продолжение следует, – сказал Гейдж, и веселье в его голосе невозможно было ни с чем спутать.

Калем рассмеялся над его комментарием, но мне было не до смеха. И все же, когда мы направились к границе Китского леса, я лишь на мгновение задумался о перспективах своего дальнейшего будущего. Будущего, где мы с Гейджем рука об руку идем по пути, который многие годы я считал для себя потерянным.

Четвертая глава. ЯЗМИН

В замке Вильхейма существовало лишь одно место, которое мне нравилось, – сад Скорби королевы. Поначалу мне не позволяли заходить в этот тайный уголок. Стражи, стоявшие у входа, раз за разом прогоняли меня. Их категоричный отказ лишь подтверждал мои подозрения: в саду есть нечто особенное. После нескольких дней тщетных поисков какой-либо информации о пропавших заклинателях, которых мой народ по глупости считал мертвыми, я решила во что бы то ни стало проникнуть в сад Скорби. Ради этого мне пришлось подарить зверя королю Вареку. Я выбрала тварь низкого ранга с незаурядными способностями и несколько преувеличила его полезность. Конечно же, Варек согласился на сделку, но с условием, что меня всегда будут сопровождать стражи. Это, безусловно, несколько испортило мне настроение, но в ответ я могла лишь поблагодарить Варека за великодушие.

Итак, я в саду. Четверо стражей неподвижно, словно статуи, выстроились у стен. Передо мной одинокое дерево с белой корой и бледно-розовыми листьями. В потолке – круглое окно, через которое в сад проникает солнечный свет. По периметру комнаты – колонны цвета слоновой кости, точно такие же, как и в остальной части замка. Вокруг дерева на плодородной почве растет мох, который ограничивают мраморные плиты. Все вокруг пропитано магией, которую я ощущаю всем своим существом.

Когда принцесса Мэвис умерла во время Первой войны, ее мать посадила это дерево – Сердце королевы. Точно такие же деревья высажены по всему городу, однако это было первым. Самым первым. Именно здесь сломленная горем мать оплакивала потерю дочери.

Но Мэвис не умерла. Ее жизненная сила, ее кости и тело подарили жизнь этому древу. Когда я прикажу Окнологу превратить в передел этот проклятый город, я сохраню лишь сад Скорби. Не знаю почему, но это место звало меня к себе. Я не могла игнорировать этот зов, от которого внутри у меня все трепетало.

Я занималась подготовкой к пробуждению Окнолога и слежкой за Линой, но все остальное время я тратила на поиски заклинателей, которых, по словам Винна, держали в заточении в столице. И все же я не смогла ничего найти. Каждый раз, когда я уставала и расстраивалась из-за неудачи, ноги сами несли меня сюда. Каждый раз. Неизбежно. Здесь я могла дышать. Думать. Найти покой.

Но покой – удел мертвых, а у меня есть дела.

Проведя тыльной стороной пальца по дереву, я нашла ветку, где устроилась Фемси. Я покосилась на стражей. Вряд ли кто-то из них заметит, что я устанавливаю связь со своим зверем. Тем не менее я старалась действовать быстро и осторожно.

Мир закружился перед глазами, когда я подключилась к зрению птицы. В поле моего зрения появилось море верхушек деревьев и завитки фиолетовых лоз. Китский лес выглядел жутким даже с высоты птичьего полета.

Фемси летела низко над верхушками, отслеживая передвижения Лины с момента ее коронации. Я могла лишь трижды подключиться к зрению Фемси, прежде чем отправить ослабшую птицу обратно в царство тварей. Однако ее присутствие в нашем мире меня совершенно не истощало. Следить за врагами необходимо, и если вдруг Фемси заметят и убьют… Что ж, невелика потеря.

Если бы только этот трус нанес удар! Я подавила досаду, вспомнив о тенях Нока. В тронном зале он намеревался убить Фемси. Жаль, что он этого не сделал. Мой народ сразу бы увидел, насколько он опасен.

Отбросив эту мысль, я сосредоточила внимание на том, как они идут по лесу. Я выжидала почти два дня, чтобы не тратить силы Фемси. Хвала Селесте, они покинули Хайрит и теперь, вероятно, держат путь в Круор. Звери Лины и Гейджа до сих пор истощены после битвы с Вриисом. Сейчас идеальная возможность, чтобы нанести удар.

Порвав зрительную связь с Фемси, я спрятала руку в складки платья и сосредоточилась на двери в царство тварей. Неяркое красное свечение пробилось через ткань, однако этого было недостаточно, чтобы привлечь внимание стражей. Мне нужно действовать осторожно. Стражи вряд ли поверят, что я просто отправляю Фемси домой, а не призываю могущественного зверя для атаки. Варек прислушивался к моим словам, но, естественно, он мне не доверял. Поэтому лучше не рисковать.

Развернувшись на каблуках, я покинула сад Скорби и направилась в основную часть замка. Некоторое время стражи следовали за мной, следя за тем, чтобы я ходила лишь по коридорам, в которых мне разрешено находиться. Однако затем стражи вернулись на свои посты.

Варек сильно озабочен обороной Вильхейма. Он настоял на том, чтобы усилить охрану на тот случай, если заклинатели или Нок нападут. В этом не было необходимости, но это отвлекало его внимание от меня и моих дел.

Стуча каблуками, я шагала по полированной плитке большого зала, пытаясь отыскать нужного человека. Дерриен сидел за столом со своими братьями по оружию, наслаждаясь жареным мясом и свежими фруктами. Он отпил из украшенного драгоценными камнями кубка, и его янтарные глаза встретились с моими. На его скулах заиграли желваки. Варек считал мою учтивость искренней, однако Дерриена было не так просто одурачить. Он поставил кубок на стол и взял в руки столовый нож.

Я едва сдержала смешок. Если бы я хотела избавиться от Дерриена, то его голова уже давно бы украшала ворота Вильхейма.

– Дерриен, следуй за мной. И своих людей тоже возьми.

Я продолжила шагать, не останавливаясь. Он последует за мной. Люди никогда не перечат мне. Раздался скрежет отодвигаемого стула, и меня догнал порыв холодного ветра и свист теней. Дерриен воспользовался своей силой и теперь шагал рядом со мной. Его наемники шагали за нами по пятам.

– Не указывай мне, что делать. Я не солдат, – прорычал он.

– Неужели? – Я свернула в ближайший коридор, не обращая внимания на возмущенный вздох одного из его приспешников.

Дерриен приподнял бровь. Он не отставал от меня ни на шаг.

– Что тебе надо? – спросил он.

– У меня есть для тебя работа.

– Как я уже сказал, я не солдат…

– Я знаю, где Нок, и могу отправить тебя к нему. Сегодня же.

Он едва не споткнулся на ровном месте. Недовольство на его лице сменилось интересом.

– Продолжай.

Мы свернули за угол и оказались у двойных дверей. Я толкнула их и прошла в свои покои. Мое временное пристанище ни шло ни в какое сравнение с той роскошью, к которой я привыкла в Хайрите, но это неважно. Я направилась в гостиную и опустилась на обитый лазурным бархатом диванчик, стоящий у горящего камина. От пламени веяло теплом. Дерриен расположился напротив меня в кресле с высокой спинкой. Он наклонился вперед, упираясь локтями в колени, и коротко кивнул. В ответ на простое движение его люди выстроились вдоль стен. Жаль, что мой народ не может похвастаться такой же преданностью своему лидеру.

– Пока мы беседуем, Нок и его веселая компания негодяев держат путь в Круор.

– Откуда ты знаешь? – Дерриен замер.

Я нахмурилась.

– Мой зверь шпионил за ними с тех пор, как я покинула Хайрит.

– И что? С моей стороны было бы самоубийством нападать на него, когда он в Круоре.

Мне хотелось его придушить.

– Ты не слишком дальновидный, – сказала я.

– Я не обязан сидеть здесь и выслушивать твои бредни. – Он улыбнулся мне отвратительной злобной улыбкой.

– Перестань делать поспешные выводы, и я перестану указывать тебе на очевидные вещи. – Я закинула ногу на ногу и стала ждать.

Дерриен с трудом сглотнул, но больше не произнес ни слова. Хвала богам.

– В данный момент они идут через Китский лес. Я хочу устроить им засаду. Насколько я знаю, ты неплохо справляешься с луком и стрелами. Лину и Нока нужно отвлечь и разделить, а затем атаковать. На нашей стороне численное преимущество.

Дерриен продолжал омерзительно улыбаться.

– Неплохой план. Мы могли бы убить их всех по очереди. Уже представляю выражение лица Нока, когда он увидит, как его семья умирает, а он ничего не может предпринять…

Взгляд Дерриена затуманился, и его улыбка стала еще шире. Он погладил подбородок и впился в меня насмешливым взглядом. Нетерпение и жажда крови в его глазах погасли.

– Но почему сейчас? – спросил он. – Здесь им нас не достать. Варек собирает армию. Окнолог скоро проснется. Зачем нападать сейчас?

Внутри у меня все кипело от гнева. Да, его слова не лишены смысла. С тактической точки зрения атаковать сейчас – неразумно. Да, их мало. Круор и члены Совета недостаточно сильны, чтобы противостоять Вильхейму, не говоря уже об Окнологе. Но заклинатели…

Я сжала кулаки. Почему они послушали ее, а не меня? Что в ней такого, что внушает людям доверие? Почему они преклонили перед ней колени в тронном зале, хотя знали, что она поведет их на войну? Разве я не просила их о том же? Тошнотворное видение не оставляло меня даже тогда, когда я усердно пыталась раскрыть секреты короля Варека и найти информацию о плененных заклинателях.

Мне хотелось ранить Лину так же сильно, как мой народ ранил меня. Я хотела лишить ее семьи, убить ее союзников. Она должна быть такой же одинокой, как и я. Только тогда заклинатели одумаются. Они поймут, что я единственная, кто способен вести наш народ в светлое будущее. Я буду стоять на своем. Я им всем докажу, как они ошиблись. В скором времени они все поймут.

– Если мы избавимся от союзников Лины, то она сломается. Заклинатели не последуют за слабым лидером и сбегут. Они не хотят войны. Что же касается Нока… Что ж, если ты не хочешь вернуть себе Круор, то можешь продолжать сидеть сложа руки.

– Я этого не говорил. – Дерриен сердито посмотрел на меня.

– Рада, что мы пришли к соглашению. Нужно отправляться немедленно, если ты хочешь найти наиболее подходящее место для засады.

Я взмахнула рукой и направила магию в символ заклинателя. Дверь царства тварей распахнулась, и в комнате возникла моя Телесавра. Она разинула пасть, создавая искрящийся белый портал.

– Когда я отступала, то изменила очаг Телесавры. Теперь она приведет нас к «Полуночному шутнику». Достаточно близко и к Хайриту, и к Круору, но не настолько, чтобы попасться на глаза патрульным.

– Насколько легко изменить этот очаг? – Дерриен посмотрел на моего зверя.

– Довольно легко, – сказала я, глядя на ящерку. – Но я и Телесавра должны быть в том месте, которое нужно сделать конечной точкой телепортации. Я не могу просто показать ей место на карте. Именно поэтому я сначала отправилась к «Полуночному шутнику», а потом сюда.

– Сколько человек сможет пойти с нами? – Дерриен указал на наемников, молча ожидавших приказа.

Несколько человек шагнули вперед, проявляя явный интерес к нашей миссии. Я встала и вытянула руки в стороны.

– Столько, сколько сможет удержаться за меня. Крайне важно не разрывать контакт во время прохождения через портал.

Дерриен тут же сжал мои пальцы и подошел поближе к порталу. Он подал знак небольшой группе наемников, и они подошли ближе. Я чувствовала, как множество рук хватает меня за спину, плечи, талию. Я бы телепортировала всю ораву Дерриена, но это невозможно. Если кто-то случайно отпустит меня во время путешествия, мы больше никогда не увидим этого человека. Не то чтобы меня волновала судьба этих головорезов, но тело есть тело, а нам необходимо численное преимущество.

Глаза Дерриена блестели от предвкушения.

– Намечается веселье, – сказал он.

– Именно. Но оставь Лину мне.

Я не потрудилась скрыть отвращение в голосе. Лина и так порушила слишком много моих планов. И теперь, как глава Совета, она получила право выступить против меня. Не только право, она также получила поддержку заклинателей. Мой народ встанет на мою сторону, только если Лина исчезнет. Мне будет подчиняться Окнолог, я отыщу пропавших без вести заклинателей и никто не осмелится мне перечить. Никто не сможет мне помешать. Никто не сможет меня остановить.

– Нок мой. – Дерриен ухмыльнулся. – Мне все равно, кого убьешь ты.

– Отлично. Идем. – Я улыбнулась ему в ответ.

Мы шагнули в искрящийся портал и мгновение спустя оказались на пороге «Полуночного шутника». Как только наемники отпустили меня, я взмахнула рукой и отправила Телесавру домой в царство тварей. Она теперь бесполезна, поскольку не сможет доставить нас обратно в Вильхейм.

Когда мы подошли к Китскому лесу, откуда-то из чащи донесся низкий, пробирающий до костей рев. Он прозвучал гораздо ближе, чем обычно. Прекрасно. В моей голове тут же сформировался план.

Я невольно рассмеялась, и Дерриен с недоумением покосился на меня. Я отмахнулась от него и зашагала дальше, следуя на жуткий зов. Если кому-то и следует бояться чудовищ, то уж точно не мне.

Пятая глава. ЛИНА

Моя недавно прирученная Телесавра немного не в своем уме. Я не переставала задаваться вопросом, не потому ли Рейвен так охотно рассталась с ней. Когда ящерка кусала меня за пальцы или врезалась в мою ногу черепушкой, Рейвен едва сдерживала смех. Что ж, я могу смириться с синяками и ссадинами. По крайней мере, малыш позволил себя приручить и сделать Хайрит очагом. У Телесавры Гейджа очаг тоже в Хайрите, так что мы в считаные минуты сможем переместить немало членов гильдии в безопасное место. Однако до Круора мы вынуждены идти пешком через Китский лес.

В тысячный раз я отмахнулась от колючих лоз, однако они безустанно продолжали цепляться за пальто. Я продиралась сквозь заросли, оставляя на шипах нитки и волосы. Даже зимой лес оставался густым и беспощадным. И полным чудовищ. Леденящие душу звериные крики один за другим рассекали воздух. Кажется, монстры злятся.

Или вышли на охоту.

Я вздрогнула, отгоняя эту мысль. Легенда гласила, что чудовища Китского леса – это неприкаянные души тварей, которые погибли во время Первой войны. Их устрашающий вид и неудержимая ярость – одна из причин, по которой заклинатели не хотят сражаться. Чудовища Китского леса напоминают нам о том, что случается, когда зверей принуждают нападать на людей. Даже если заклинатель всего лишь защищается. Не знаю, можно ли верить легенде, однако мне всегда не по себе в Китском лесу. Очевидно, что его обитатели прокляты. И хотя чудовища редко нападают на заклинателей, такое случалось.

Мне лишь однажды довелось встретить монстра Китского леса. Повторения не хотелось.

Калем проворчал что-то себе под нос и пнул валяющуюся на земле ветку, что преграждала нам путь.

– Так почему мы не идем сквозь тени? – спросил он.

Нок оглянулся на него.

– Мы понятия не имеем, что планирует Дерриен, но ему нужен Круор. И мы также знаем, насколько Дерриен опасен в мире теней.

– Мерзавец, – буркнул Калем.

Оз кивнул, соглашаясь с ним.

– К тому же с нами Лина и Гейдж, – сказал Кост. – Мы можем скрыться от Дерриена в тенях, но, если нас загонят в угол, звери не смогут прийти к нам на выручку.

Я поежилась и посмотрела на Квиллу, свою Асуру, которая шагала рядом. Медлительная и осторожная, Квилла поворачивала коровью голову в разные стороны, пробираясь сквозь лозы.

Гейдж тоже призвал Асуру и Фемси. Он отправил птицу вперед, на разведку, и уже дважды обращался к ее зрению, чтобы убедиться, что путь безопасен. Кост призвал Феликса. Пои сидел у него на плече, и его аметистовый шар время от времени заволакивало туманом. После того как Кост заглядывал в будущее, мы шли дальше.

Язмин следила за нами. И так как мы понятия не имели, где она, нам нужно оставаться начеку.

– Мы почти дошли до Бутылочного горлышка. Как только пройдем его, до Круора будет рукой подать.

Нок дернул подбородком, предположительно, в направлении Круора. Тайный проход на территорию поместья было практически невозможно найти без помощи члена гильдии.

Я невольно вспомнила, как впервые оказалась в Круоре. Мой Айксасс, Айки, обездвижил Коста и вынудил его доставить нас в Круор. Вихрь теней в одно мгновение переместил нас в точку назначения. В то время мое сердце едва не остановилось от страха, но сейчас особняк, полный наемных убийц, – мой дом. И я отчаянно желала защитить его.

– Ты в порядке? – спросил Нок.

– Да, в порядке. – Я натянуто улыбнулась Ноку и отвела взгляд.

Вряд ли в Круоре мы найдем хоть какую-то информацию, связанную с планами Язмин в отношении Окнолога. Однако я не могла сидеть сложа руки. Я не хочу быть лидером, который восседает на троне и отдает приказы, подвергая опасности своих людей.

Нок придержал ветку, чтобы я могла пройти дальше.

– Мы что-нибудь придумаем, Лина, – сказал он.

Я нырнула под ветку и остановилась.

– Правильно ли я поступаю?

– Ты о чем?

– Я объявила войну. Правильное ли это решение?

Я окинула взглядом наш отряд. Кост и Гейдж обсуждали ингредиенты для заклинания. Калем и Оз молча шагали следом за ними. Если мое неправильное решение подвергнет опасности мою семью и народ, то я себя за это никогда не прощу.

– Не ты объявила войну, а Язмин. – Нок убрал с моего лба непослушную прядь. – Ключевое различие в этом.

– Думаешь? – Я вздохнула. – Мне так не кажется. То, что сказала та девушка…

Я судорожно сглотнула, вспоминая ее слова, что потрясли меня до глубины души. Язмин призывала заклинателей отправиться на войну, а затем натравила на нас Врииса. Она считает, что Вильхейм похищает заклинателей и держит их в плену. Это достаточно веская причина, чтобы объявить войну столице.

Нок крепко сжал мои плечи.

– Не сомневайся в себе. Помни об Ониксе.

– Ты о чем? – Я подняла на него взгляд.

Хватка Нока стала крепче.

– Оникс счел тебя достойной. Тебя, не Язмин. Заклинатели это видели. Кроме того, не забывай про Окнолога. Ты сказала, что его невозможно контролировать. Если у Язмин получится пробудить его, то в опасности окажутся все.

– Язмин смогла приручить Врииса. Ну, до того, как я разорвала ее связь с ним.

Мои слова прозвучали тихо и неуверенно. Я опустила взгляд на метку заклинателя. Даже сейчас, без прилива магии, она будто бы пульсировала силой. С тех пор как я приняла Врииса в свою семью и нарекла его Эоном, я чувствовала себя сильнее. Могущественнее. Как будто сама богиня даровала мне часть своей магии. Эон по натуре – гигантский щенок. Больше всего он любит носиться по бескрайним полям царства тварей, свесив язык набок. Магия Селесты в мире тварей сильнее всего, и Вриис ее чувствовал. Наслаждался ею. С тех пор как я установила связь с Эоном, мне казалось, что я напрямую связала свою душу с Селестой.

Язмин, в отличие от меня, нашла и укротила Врииса в одиночку. Она многим пожертвовала ради своей цели. Она сильнее меня. Сильнее всех нас; в этом я не сомневалась.

– Поэтому ты думаешь, она сможет обуздать Окнолога.

Нок выразил мой страх словами. Я кивнула, хотя это был не вопрос.

– И я также думаю, что она будет использовать силу Окнолога для разрушений.

– Язмин жаждет власти. Даже если ее мотивы изначально были благородными, сейчас она поступает неправильно. Война – это… ужасно, Лина. – Нок уставился в чащу невидящим взглядом. Все его тело напряглось, как будто он заново переживал свое прошлое. Прошлое, в котором он был солдатом.

– Я знаю, – сказала я. – Ты ведь сражался за то, во что верил, верно?

– Да. – Он встретился со мной взглядом. – И сейчас я буду сражаться за наше дело, потому что оно того стоит.

– Язмин тоже будет сражаться за свою правду. Она уверена, что Вильхейм держит заклинателей в заточении.

– Ты ведь веришь мне, когда я говорю, что ничего не знаю об этом? – спросил он.

– Конечно, Нок. – Я выдохнула. – Ты бы не допустил ничего подобного.

Я до сих пор не спросила его о своих родителях. Я не знала, как начать разговор на эту тему. Язмин сказала, что они мертвы и что в их смерти виноват Нок и его семья. Но откуда ей это известно? А если мои родители не умерли, то неужели они тоже в заточении?

Я тряхнула головой. Мне нужно перестать хвататься за соломинку. Нельзя надеяться на то, что они каким-то чудом выжили. Родители погибли на охоте. Язмин наврала мне, воспользовавшись тем фактом, что тела мамы и папы не нашли.

Голос Нока звучал тихо и сочувственно.

– Если бы я знал, я…

– У нас проблемы! – прокричал Кост.

Они с Гейджем бежали к нам. Феликс вонзил когти в плечо своему хозяину. Шерсть Пои встала дыбом, его аметистовый шар заволокло темным туманом.

– Что-то стремительно приближается к нам!

Кровь застыла у меня в жилах.

– Зверь? Язмин? – спросила я.

Калем, Оз и Гейдж встали рядом со мной и Ноком. Все они пристально вглядывались в темную чащу. Кост прижал палец к виску, сосредоточившись на видении Феликса. Его губы сжались в тонкую линию.

– Я не знаю, что это за существо, но оно направляется прямо к нам. И это не все. – Кост нахмурился. – Нас ждет еще одна атака. Что-то маленькое и быстрое. Но я не понимаю, связана ли она с этим странным зверем.

Наши Асуры, как по команде, присели и плотно прижали ладони к земле. Вокруг нас образовались два защитных барьера.

Калем стиснул зубы. Его взгляд лихорадочно метался из стороны в сторону. Оз замер в боевой стойке, вокруг его пальцев сгустились тени. Гейдж коснулся метки заклинателя, в последний раз прибегая к силе Фемси, чтобы помочь Косту разведать обстановку.

– Что-нибудь видишь? – спросила я, напряженно вглядываясь в лицо Гейджа.

Он судорожно сглотнул.

– Моя Фемси не желает приближаться к нему. Это означает только одно.

– Монстр, – сказала я.

Словно в ответ на мой страх, воздух прорезал протяжный ужасающий рев. Сердце ушло в пятки. Ну почему именно сейчас? Что мы такого сделали, чтобы привлечь внимание чудовища Китского леса?

Деревья затряслись. Стручки бобовых сосен заплясали над нашими головами. Нок чертыхнулся и разрезал ладонь. По его пальцам потекла кровь, которая затем послушно обвилась вокруг его руки.

– Он приближается с севера, – сказал Кост.

Стоящий рядом с ним Калем вздрогнул, и ртутный ободок вокруг его радужек стал шире.

– Гейдж, – пробормотала я, слегка поворачиваясь в его сторону. – Что нам делать?

– Трудно сказать. Мне нужно понять, с чем мы имеем дело. Я возвращаю Фемси домой и зову Океана.

Гейдж вытянул руку, и его метка заклинателя засияла цитриновым светом. Дверь царства тварей открылась с протяжным скрипом. Угрожающее рычание предшествовало появлению легендарного кошачьего зверя синего цвета. Зистрим замер рядом с хозяином, впиваясь когтями в мягкую почву. Вокруг зверя образовалось туманное облако. По гладкой шкуре стекают капельки росы. Насколько мне было известно, Зистрим способен призывать воду и управлять ею, чтобы атаковать свою жертву.

– Что дальше? – спросил Калем.

– Монстров Китского леса нельзя приручить. Нам придется его обездвижить. – Гейдж огляделся и нахмурился, глядя на наших Асур. – Я не знаю, выдержат ли защитные барьеры атаку чудовища.

Вытянув руку, я открыла дверь в царство тварей. Рейне все еще нужно время, чтобы восстановиться, но ее телепортация на короткие расстояния может оказаться нам полезной. Легендарная кошка выпрыгнула из мира тварей, сверкая пятнами цвета индиго, и направилась к Океану. Следом за Рейной появился Доминус. Несмотря на царящий в чаще полумрак, его покрытая драгоценными камнями грудь и маленькие крылья на лодыжках блестели, словно на солнце.

Сфера Феликса прояснилась, и он предупреждающе зарычал. Кост покосился на своего зверя и призвал из теней рапиру. Через несколько минут у нас будет больше информации, благодаря Феликсу. Но до тех пор…

– Местные чудовища всегда так агрессивно настроены? – спросил Оз, зажимая множество метательных клинков между костяшками пальцев.

Гейдж вздрогнул.

– Обычно нет, но…

В воздухе раздался резкий свист, за которым тут же последовал громкий треск. Как один, мы уставились на черную стрелу, которая вонзилась в защитный барьер Куиллы рядом с тем местом, где стоял Нок.

Моя Асура вздрогнула и закрыла один из десяти молочно-белых глаз. Тихое, разгневанное рычание сорвалось с губ Нока. У меня перехватило дыхание.

– Что происходит? – спросила я.

Взгляд Нока метнулся к верхушкам деревьев.

– Мы здесь не одни.

– Дерриен, – прорычал Кост, и тени вокруг его тела беспорядочно заплясали. – Вот что показывал Феликс.

– Какого черта он здесь делает? – спросил Оз, вглядываясь в густое переплетение ветвей.

– Я его не вижу, – сказал Калем. На его коже проступили чешуйки, которые тут же исчезли, когда он вздрогнул.

– Я тоже. Но я чувствую его тени. – Нок повернул запястье, и его кровь превратилась в смертоносные лезвия.

Леденящий душу рев прозвучал гораздо ближе. Кроны деревьев задрожали. У нас нет времени, чтобы разработать план. Монстр прорывался сквозь чащу, раскидывая деревья. Кровь застыла у меня в жилах. Гиглом. Или то, что некогда было Гигломом. Похожий на медведя зверь класса А, размером со слона и с огромными оленьими рогами. На его морде – защитный костяной нарост в виде шлема. Глаза чудовища светятся красным, хотя у настоящего Гиглома они должны быть зелеными или карими. Вместо зеленоватой, похожей на мох блестящей шерсти тело зверя покрывает спутанный серый мех.

Что же насчет магии? На костяной пластине я заметила отметку в виде полумесяца и выругалась. Ладно, по крайней мере, не полная луна, иначе нам лучше было бы уносить ноги, а не сражаться.

Сфера Феликса снова затуманилась, и он громко тявкнул. Глаза Коста округлились.

– Он атакует!

Чудовище заревело. Между его рогами образовалось пятно лунного света. Гиглом направил мощный поток магии прямо на нас. Свет врезался в защитные барьеры, и от места удара по невидимой поверхности поползли трещины. Лунный свет померк. Квилла закрыла все глаза, кроме одного.

Три стрелы просвистели в воздухе. Одна из них пронзила барьер Квиллы, а две другие попали в защитное поле Асуры Гейджа. Наши Асуры вздохнули и закрыли все глаза. Их магия иссякла. Мы остались без защиты.

– Что, черт возьми, происходит? – прокричал Калем, когда мы бросились бежать во все стороны, чтобы миновать очередную атаку Гиглома.

Наши легендарные кошки зарычали и окружили монстра. Зарычав в ответ, Гиглом встал на задние лапы. Океан и Доминус бросились вперед. Рейна исчезла и мгновение спустя появилась снова. Она впилась зубами в шею Гиглома. Из пасти существа вырвался сдавленный крик, и он упал на передние лапы. Океан и Доминус тут же вцепились в него мертвой хваткой.

В воздухе снова засвистели стрелы, отвлекая мое внимание от битвы. Нок упал на землю и откатился в сторону, едва увернувшись от стрелы, нацеленной ему в голову. Оз подскочил к Ноку и достал из кармана брюк бронзовый ключ. Дверь царства тварей со скрипом открылась, и появился Джакс, юный Лахарок.

– Защищай их, – прорычал Оз. Он бросился бежать в направлении выпущенных стрел, метая на ходу ножи.

Лахарок взревел, и лес сотряс грохот и скрежет. Из земли поднялись каменные стены, по которым стекает красная лава. В этот же момент среди деревьев снова засвистели стрелы. Большинство из них ударилось о только что возведенные Джаксом барьеры, но одна из стрел все же прорвалась сквозь оборону и задела мое плечо. Поморщившись, я прижала ладонь к неглубокой ране. Взволнованный кошачий крик привлек мое внимание. Рейна отпустила Гиглома и теперь смотрела на меня.

– Рейна! – закричала я, но время было упущено.

Гиглом воспользовался замешательством моего зверя и снова встал на задние лапы. Передними лапами он схватил по очереди Рейну, Океана и Доминуса и расшвырял их в разные стороны. Легендарные кошки ударились о стволы деревьев и попадали на землю.

– Мы должны остановить Гиглома! – крикнул Гейдж.

Прижавшись к одной из каменных стен Джакса, он пытался выстоять против дождя из теневых стрел.

Океан пришел в себя первым. Из его пасти вырвалась струя воды, которая ударила монстра в живот. Гиглом отшатнулся назад, тщетно пытаясь сопротивляться безжалостному потоку.

– И Дерриена, – прорычал Кост, его взгляд метнулся к кронам деревьев.

Сверху Оз что-то прокричал в знак согласия, продолжая метать клинки в темноту. В ответ послышалось резкое, едва слышное проклятие, и с одного дерева на другое метнулась фигура, окутанная тенями.

Глаза Калема практически полностью окрасились ртутью, когда он посмотрел на Коста.

– Это был не Дерриен.

– Он пришел не один, – процедил Кост.

– Дерриен! – взревел Нок, приседая у каменной стены рядом со мной. – Покажи себя!

В ответ мы услышали зловещий смех, но Дерриен так и не появился. В нашу сторону полетело еще больше стрел. Нам удалось увернуться от всех, но Феликс спрыгнул с плеча Коста и, тявкнув, припал к земле.

– Ложись!

Кост молниеносно окинул взглядом местность, а затем схватил Гейджа в охапку и повалил его на лесную подстилку.

Мы с Ноком последовали его примеру, и мгновение спустя рой теневых клинков просвистел сквозь деревья. Лезвия резали листья и ветки, которые затем падали на нас. Доминус душераздирающе заскулил, и внутри у меня все оборвалось. Из раны на шкуре зверя хлестала кровь. Зарычав, Доминус замешкался всего на мгновение, и вот он снова атаковал Гиглома.

Я подскочила на ноги, чтобы броситься на помощь своему зверю, но Нок схватил меня за запястье.

– Подожди!

Его ледяные глаза наполнились яростью, и Нок запустил в лес метательные ножи. Крик боли оповестил нас о том, что хотя бы одно лезвие попало в цель.

– Кост, Озиас, за мной. Калем, останься с Линой и Гейджем.

Тени окутали Нока, и он проскользнул мимо защитных барьеров Джакса в лес. Оз задержался лишь на мгновение, чтобы кивнуть своему зверю. Джакс одобрительно зарычал и спрятался за каменной стеной. По крайней мере, сейчас он в безопасности. Этого было достаточно, чтобы Оз последовал за Ноком. Он спрыгнул с дерева, и хруст веток под его ногами слился с непрекращающимся ревом легендарных кошек и Гиглома.

Кост и Феликс бросились бежать за Озом, однако им преградил путь наемник Дерриена. Феликс залаял и проскользнул между ног нападавшего. Его острые зубы впились в щиколотку мужчины. Он наклонился к Феликсу, и Кост тут же нанес удар. Рапира прошла сквозь грудь врага, и они с Костом исчезли в тенях.

По лесу снова разнесся жуткий смех Дерриена. Град из теневых стрел и клинков прекратился. Я тут же бросилась к Доминусу. Он держался стойко, но его кровотечение усилилось.

Гейдж подбежал ко мне.

– Назад! Атака Океана вот-вот сойдет на нет.

Звук журчащей воды стих, и поток Океана иссяк. Воспользовавшись ситуацией, Гиглом свирепо взревел и бросился на Океана, выставив вперед рога. Вот-вот он пронзит зверя Гейджа! Однако появившаяся из ниоткуда Рейна вонзила зубы в плечо монстра и сбила его с курса. Из раны хлынула кровь, и Гиглом врезался в дерево, не переставая рычать.

Гейдж поморщился.

– Единственный способ усмирить его – разбить костяной шлем. Без него он не будет нападать, – сказал он.

Я лихорадочно обдумывала его слова, наблюдая, как Доминус и Океан снова готовятся к атаке. Никто из них не сможет приблизиться к шлему, не говоря уже о том, чтобы сорвать его с головы монстра. Даже у Рейны с ее телепортациями не получалось ударить Гиглома по морде. Каким-то образом он раз за разом уворачивался от ударов. Как так? Неужели он сильнее наших кошачьих? Да, Гигломы – могущественные твари класса А, но конкретно этот, согласно нашим поверьям, давно мертв. Но с другой стороны… Я посмотрела на Калема и его тени. Наемники Круора тоже умерли, и после того как переродились, стали сильнее.

Между рогами Гиглома снова стал собираться лунный свет. Мощность удара определяется фазой луны на костяном шлеме. Полная луна – смертоносная атака, требовавшая более длительного времени для подготовки. Полумесяц – удар в половину силы, однако Гиглом может нанести его намного быстрее.

– Убегайте! – крикнула я легендарным кошкам.

Рейна, Доминус и Океан бросились врассыпную, едва увернувшись от губительного светового луча.

Гиглом повернулся в мою сторону и зарычал. Он направился ко мне, сокрушая головой возведенные Джаксом каменные стены. Лахарок испуганно взвизгнул, и Калем толкнул нас с Гейджем к себе за спину, преграждая путь приближающемуся чудовищу.

– Держитесь за мной, – приказал он, призывая из теней метательный нож.

Лезвие со смертельной точностью летело к своей цели, но монстр мотнул головой и отбил нож рогами. Ударившись о дерево, лезвие исчезло в темноте.

Зверь издал яростный рев, но Калем и не думал отступать.

– Ты с ума сошел? – прокричала я.

Мой взгляд метался между моим другом и монстром Китского леса. Тело Калема содрогнулось, и его кожа начала покрываться чешуей.

Гиглом сделал шаг вперед, и за его спиной среди деревьев промелькнуло что-то золотое. Я не успела рассмотреть, что это было. Гиглом замер и обернулся, напряженно всматриваясь в чащу.

Гейдж нахмурился.

– Его кто-то преследует. Вот почему он пришел сюда. Вот почему он нападает.

– Дерриен? – прорычал Калем, припадая к земле.

Среди деревьев снова мелькнула золотая вспышка, и внутри у меня все напряглось. Гиглом проследил за молниеносным движением, а затем снова переключил внимание на нас.

В лесу было нечто, чего испугался даже этот огромный Китский монстр. То, от чего он бежал.

Во рту у меня пересохло, и я сделала шаг назад.

– Не думаю, что это Дерриен, – сказала я.

Где-то вдалеке раздался гневный крик, за которым последовал крик боли. Голоса эхом разнеслись по лесу. Я вздрогнула. Оз! Калем резко повернул голову в направлении звуков. Его кожа полностью покрылась чешуей, на руках выросли когти. Трансформация вот-вот завершится.

– Мы не сможем им помочь, пока не разберемся с Гигломом, – сказала я.

Китский монстр снес последнюю каменную стену, которая отделяла нас от него. Камни с прожилками лавы рассыпались у нас под ногами, и чудовище взревело. Его безумные глаза уставились на нас со свирепой решительностью.

Пока внимание Гиглома было приковано к нам, наши легендарные кошки, крадучись, подошли к нему с тыла. Их блестящие в темноте глаза нацелились на костяной шлем чудовища. Нам нужно обездвижить Гиглома, чтобы помочь семье.

Вдалеке снова кто-то закричал от боли, и мое сердце замерло от страха. Нужно действовать. Немедленно. Обездвижить Гиглома, сорвать с него шлем… Если бы только я могла призвать Гравелтота. Этот маленький зверек умеет управлять гравитацией. Он бы обездвижил Гиглома, но, к сожалению, и нас тоже.

Мысли в голове путались. Кто еще способен помочь? Вриис? Нет. Мы совсем недавно установили связь. Эон с неохотой сражался под командованием Язмин и до сих пор восстанавливался после вынужденного нападения на себе подобных. Ему необходимо побыть в тишине и спокойствии царства тварей.

Гиглом взревел. Из его пасти, полной желтых зубов, во все стороны брызнула слюна.

И он бросился в атаку.

Джакс среагировал первым. С оглушительным грохотом из земли выросла каменная стена. Гиглом отшатнулся назад, и в этот же момент на него прыгнул Доминус. Сверкающие когти вспороли шкуру чудовища, и на почву полилась кровь.

Океан нацелился на яремную вену, а Рейна телепортировалась на плечо монстра. Она вонзила клыки в место соединения костяного шлема и черепа Гиглома, и он взвыл так громко и яростно, что затряслись деревья. Гиглом мотнул головой в попытке стряхнуть Рейну и проткнул ее живот рогами.

– Рейна! – закричала я, бросаясь к ней на выручку.

Гейдж побежал за мной, но Калем оказался быстрее всех. Покрытый чешуей дикий пес рванул вперед и врезался в бок чудовища. Доминус и Океан отскочили в стороны, а Рейна телепортировалась ко мне и рухнула на землю.

– Все хорошо. Спокойно, – сказала я, проводя руками по шерсти Рейны. Мои пальцы тут же окрасились кровью.

От паники у меня перехватило дыхание. В отличие от пореза Доминуса, рана Рейны была глубокой. Ее сухожилия и мышцы были разорваны в клочья. Я прижала дрожащую руку к ране.

– Возвращайся домой.

И я отправил Рейну обратно в царство тварей, чтобы она смогла исцелиться.

Калем и Гиглом врезались в дерево. Во все стороны полетели щепки. Рыча, Калем отпрыгнул на несколько метров в сторону. Легендарная кошка Каори – Оссиликс – при помощи целебной слюны спасла жизнь Калему, но изменила его навсегда. Когда мой друг терял контроль над собой, он превращался в огромного пса с чешуей вместо шерсти. Взгляд его ртутных глаз становился совершенно диким, но все же…

Калем слегка повернул голову, и на мгновение его взгляд смягчился. Он как будто бы пытался сказать мне без слов, что с ним все в порядке. Все под контролем.

Гиглом неуклюже поднялся на ноги. Калем припал к земле и разинул пасть, обнажая острые, как бритва, зубы. Зверь против монстра.

Я уже видела, насколько опасен Гиглом, и боялась, что новой силы Калема будет недостаточно.

Шестая глава. ЛИНА

Яростно рыча и клацая зубами, Калем и Гиглом врезались друг в друга и встали на задние лапы в смертельном поединке. Калем дрожал под тяжестью чудовища и сделал шаг назад, когда его лапы заскользили по земле.

– Океан, помоги ему, – попросил Гейдж.

– Отвлеки чудовище, – сказала я Доминусу.

Два легендарных кошачьих зверя зарычали и бросились вперед. Воспользовавшись позицией монстра, они напали на него сзади.

– Как нам добраться до шлема? – спросила я.

Метка Гейджа слабо вспыхнула цитриновым светом.

– Я не знаю. Я даже не знаю, какого зверя призвать.

Золотая вспышка снова мелькнула среди деревьев и исчезла через мгновение. Сердце неистово билось в груди. Даже если у нас получится одолеть Гиглома, там, в темноте скрывается еще один хищник. Болезненный скулеж Калема вырвал меня из мрачных мыслей.

– Почему Гиглом не падает?

Легендарные кошки и Калем едва держались на ногах. Чудовище слишком сильное.

– Я не знаю! – Цитриновое свечение вокруг руки Гейджа усилилось, и его голос дрогнул.

Гейдж сказал, что монстра нужно обездвижить… Обездвижить…

Я вскрикнула, когда Гиглом прошелся когтями по животу Калема. Хвала богине, каменная чешуя защитила его. Единственная, кто смог пробить шкуру Калема, была Келс, моя Усмирпташка.

– Усмирпташка! – воскликнула я.

Вытянув руку, я открыла дверь царства тварей. Крошечная, похожая на зяблика Келс тут же взмыла вверх. Радужные перья мерцали даже в полумраке леса. Птичка повернула голову в сторону схватки.

– Гиглом! – закричала я, указывая на монстра. – Быстрее!

Келс метнулась между деревьями и зависла над головой чудовища, двигая хвостом из стороны в сторону и пытаясь определить место для удара.

Гиглом повалил Калема на землю и направил луч лунного света в сторону Океана и Доминуса. Легендарные кошки бросились бежать, оставив Калема один на один с разъяренным монстром. Гиглом разинул пасть, и с его зубов закапала слюна.

– Ну же, Келс!

Усмирпташка спикировала вниз. Тонкий иглообразный клюв вонзился в заднюю лапу Гиглома. Мгновение ничего не происходило, но затем монстр издал протяжный стон и покачнулся.

– Океан! Доминус! – крикнул Гейдж. – Помогите ему!

Наши звери ринулись в атаку. Океан и Доминус прыгнули Гиглому на спину и вцепились когтями ему в хребет. Монстр издал страдальческий рев и заметался из стороны в сторону в попытке сбросить с себя легендарных кошек. Гиглом отпустил Калема и начал врезаться в деревья.

– Но он уже должен был уснуть, – сказала я, в отчаянии переводя взгляд с Гиглома на Келс. – Ее слюна должна была подействовать.

Гейдж не отрывал взгляда от Океана и Доминуса, цепляющихся за спину чудовища.

– Магия наших зверей не так эффективна против монстров Китского леса. Тем не менее Гиглом замедлился. Интересно, как долго…

Чудовище споткнулось, едва удержавшись на ногах, и упало мордой в землю. Гейдж резко выпрямился.

– Калем! Атакуй, пока Гиглом ослаблен. Сорви с него шлем!

Калем посмотрел на меня в ожидании. Как только Гиглом останется без шлема, он прекратит нападать. Ему это не повредит. Через несколько дней он восстановит силы.

Я кивнула, и с воем Калем бросился бежать. Он перепрыгнул через Доминуса и Океана, вцепившись в костяной шлем чудовища. Гиглом взревел и замотал головой, пытаясь пронзить Калема рогами, но его реакция замедлилась из-за сыворотки Келс. Увернувшись от рогов, Калем вонзил когти в голову Гиглома и с тошнотворным треском сорвал костяной шлем. С громким стуком шлем упал на землю, и чудовище стихло.

Океан и Доминус устроились на лесной подстилке поудобнее и начали зализывать друг другу раны. Калем неторопливо направился к Джаксу и ткнулся в него носом. Келс приземлилась на ближайшую ветку и тихо чирикнула.

Все целы. Меня накрыло волной облегчения, и я выдохнула.

– Слава богине.

Гейдж кивнул и посмотрел на лес.

– Нужно найти остальных.

Я осмотрела место драки. Мой взгляд остановился на уснувшем чудовище.

– А как же Гиглом?

Гейдж нахмурился.

– Ты о чем? Он хищник класса А. Что ему будет?

Я закусила внутреннюю сторону щеки. Гейдж прав, но мне не хотелось оставлять спящего зверя без защиты. В лесу люди Дерриена. Что, если они убьют его? Или поймают и будут использовать в своих целях?

– У меня есть идея. Это займет всего минуту, – сказала я и повернулась к Джаксу. – Сделай вокруг него барьер. Когда он проснется, то просто разломает стены и пойдет своей дорогой.

Джакс повернул голову в сторону Гиглома, и земля начала сотрясаться. Одна за другой из земли выросли каменные стены с прожилками лавы. Изогнувшись, стены образовали купол, под которым теперь в безопасности спал Гиглом.

Тишину леса пронзил полный боли крик. Мучительный звук, казалось, повис в воздухе. Калем навострил уши и взволнованно заскулил.

– Что происходит?

Взгляд Гейджа заметался между Калемом и лесом. Паника охватила меня.

– Нок? Оз? Кост? Кто там? Что случилось?

Прежде чем Калем успел среагировать, к нам с Гейджем рвануло золотистое пятно. У меня не было времени ни пошевелиться, ни подумать. Как и у Гейджа. Нас окутало золотисто-коричневое облако тумана, которое заглушило тревожные крики Калема, Доминуса и Океана. Гейдж резко обернулся. Судя по его лицу, он уже понял, что происходит. Гейдж хотел что-то сказать, но вместо этого повалил меня на землю.

Я ударилась головой о поваленное дерево, и в глазах у меня потемнело. Отчаянно моргая, я смогла рассмотреть причину поведения Гейджа. Кучевой лев. Легендарная кошка Язмин. Я уже видела ее в тот день, когда наемники Круора штурмовали Хайрит. Однако тогда мой разум был затуманен магией Винна, поэтому я не смогла оценить могущество и великолепие этого существа по достоинству. Грива льва напоминала кучевые облака, а его голову венчали четыре закрученных рога. Вынырнув из тумана, зверь набросился на Гейджа сзади и вонзил в него клыки. Гейдж вскрикнул, и лев отстранился, выдыхая туман с золотыми искорками на рану.

Отчаянный рев прорвался сквозь созданную зверем завесу, а затем кучевые облака смыло мощным потоком воды. Кучевой лев зарычал и бросился обратно в чащу, и вместе с ним исчезли остатки тумана и облаков.

По лесу эхом прокатился злорадный смех. Гейдж не шевелился.

– Гейдж, – прохрипела я, боясь повернуть его на спину и посмотреть ему в лицо. – Ну же, Гейдж. Вставай.

Он не двигался.

Океан добрался до нас первым и сел на землю рядом со мной. Я освободилась из кольца рук Гейджа, и его зверь тут же занял это место. Он тихо мурчал, словно задавал какой-то вопрос, и уткнулся носом в щеку хозяина. Океана замер на мгновение, а затем завыл. Его душераздирающий вой я запомню на всю жизнь.

Калем и Доминус добежали до нас, за ними по пятам следовали Джакс и Келс. Океан опустил голову и крепко прижался к Гейджу. Я ждала, когда он же успокоит своего зверя. Проведет рукой по гриве и плавникам. Но Гейдж не двигался. Совсем.

Глаза защипало от слез, а грудь сдавило так сильно, что я не могла дышать. Я заставила себя посмотреть Гейджу в лицо.

Мертв. Он мертв.

В горле пересохло. Гейдж! Я потянула к нему руки, а затем безвольно уронила их себе на ко- лени.

Гейдж защитил меня от Кучевого льва. Он знал, что рисковал жизнью. Наверняка знал. Так же, как я знала, что этот быстрый, опасный хищник способен в одно мгновение убить жертву магией тумана. Каким-то чудом мне удалось выжить. Но как?

Океан дрожал всем телом. Доминус ткнул его носом, тихо поскуливая. Под неподвижным телом Гейджа растекалась кровь. Точно. Кучевой лев укусил его, и именно так смертоносный туман проник в тело Гейджа и лишил его жизни.

Я зарыдала, впиваясь ногтями в землю. Перед глазами у меня все плыло. Почему? Как такое произошло? Неужели Язмин объединилась с Дерриеном?

Неистово затрещали ветки, и из чащи выскочили Кост и Феликс. Из неглубокого пореза на щеке Коста сочилась кровь, его одежда порвана и испачкана. Тело наемника окутывали тени, которые он больше не контролировал. Кост рухнул на колени и протянул дрожащие руки к Гейджу.

– Я видел… – Он захлебывался словами, его глаза блестели от слез. – Феликс видел…

Вспомнила полный боли отчаянный крик, который долго звенел у меня в ушах. Кост предвидел смерть Гейджа, пока сражался с людьми Дерриена. Но двух минут ему было недостаточно, чтобы добраться до нас. И вот…

– Исцели его, – сказал Кост своему Пои. – Давай!

Феликс бросился к Гейджу и осторожно лизнул рану. Когда ничего не произошло, он принюхался и попробовал снова. Его уши поникли. Он посмотрел на Коста виноватым взглядом и опустил голову. Его третий глаз затуманился, затем прояснился. Кост заморгал, словно пытаясь как можно быстрее понять видение Феликса. И затем он побледнел.

– Нет, – сказал Кост, и его голос повысился на октаву. – Нет!

Снова раздался треск ломающихся веток. Вернулись Нок и Оз. Руки Оза покрывали бесчисленные порезы, и он шел, прихрамывая на левую ногу. Нок тоже пострадал. Неглубокие царапины покрывали его лицо и руки, а на бедре кровоточила рваная рана.

– Дерриен бежал. Он ранен, но ничего серьезного, – сказал Нок, хмурясь.

– Тем не менее нам удалось разделаться с несколькими его союзниками, – проворчал Оз, потирая больную лодыжку; он поднял глаза и замер. – Кост?

Нок проследил за взглядом Оза и напрягся.

– Что случилось?

Я расслабила пальцы, которые были в грязи и крови, а затем посмотрела на Нока. Я едва могла управлять собственным голосом.

– Это я виновата.

Нок остался стоять на месте.

– Что?

Качая головой, я зажмурилась, пытаясь остановить внезапный поток слез.

– Мы задержались. Нужно было уходить, как мы справились с Гигломом…

Внутри у меня все сжалось от острого чувства вины, во рту появился привкус горечи. Нужно было уходить, как можно скорее. Гейдж так и сказал. Зачем я решила позаботиться о Гигломе? С ним все было бы в порядке. А вот Гейдж…

Я с трудом открыла глаза. Мы никогда больше не увидим его озорной улыбки.

– Он умер.

Мои слова прозвучали едва слышно, но Кост вздрогнул так, будто я прокричала слова ему в ухо. Вокруг него хлестали неконтролируемые тени, и Калем медленно продвигался вперед, не обращая внимания на беспощадные удары. Он шумно втянул носом воздух, как будто хотел убедиться, что от Гейджа действительно пахнет смертью. Калем жалобно заскулил, и мое сердце болезненно сжалось.

Нок и Оз в ужасе уставились на безжизненное тело Гейджа, а когда пришли в себя, то опустились на землю рядом с Костом и Калемом.

Мы все ждали, когда Кост что-нибудь скажет. Что угодно, кроме тихого «нет», которое он повторял с момента последнего видения Феликса. Он дрожал всем телом, его зеленые глаза потемнели от боли. Океан протяжно завыл. Печальная низкая нота невыносимой тяжестью опустилась на наши плечи, звучащая даже после того, как Океан смолк и прижался головой к хозяину.

Внезапно тени Коста закружились в бешеном водовороте. Они врезались в деревья, ломая ветки и обрывая листья. Кост при этом оставался совершенно неподвижным. Нок пробился сквозь тени к брату и схватил его за плечи.

– Константин!

Тени продолжали свой безудержный танец.

– Мне так жаль, – прошептала я, сжимая в кулаке ткань бриджей. – Я должна была защитить его…

Я опустила взгляд. Кост всегда поражал меня своей сдержанностью, и мне невыносимо видеть его боль и ярость. Потому что Гейдж умер, защищая меня. И из-за меня. Я виновата в том, что мы задержались.

– Воскреси его, – сказал Кост.

От его тихих слов у меня перехватило дыхание. Нок даже не удивился.

– Ты уверен, что так будет лучше?

Кост повернулся к нему, обратив свой гнев на брата, которого знал дольше всех.

– О, боги, Нок! – закричал он. – Воскреси его. Сейчас же!

Нок посмотрел на меня, молчаливо умоляя о помощи. Пошатываясь, я поднялась на ноги, чувствуя на себе взгляд Коста.

– Кост… Не думаю, что Гейдж хотел бы этого.

Я бы точно не хотела на его месте. Мой разум заполонили воспоминания о моей смерти. Безумный взгляд Нока. Его хватка на моей шее… Я не хотела умирать. И я не хотела жить без него. Но если бы Нок воскресил меня… Если бы я переродилась и никогда больше не смогла бы попасть в царство тварей, то смогла бы я вести такое жалкое существование? Символ заклинателя на тыльной стороне ладони стал бы постоянным напоминанием о моей прошлой жизни. Жизни, которую невозможно было вернуть. Сможет ли Гейдж смириться с такой судьбой?

– Пожалуйста.

Тихая, едва слышная мольба. Тени Коста исчезли, и он обхватил себя руками.

– Я даже не успел… Я… – Он осекся; его пальцы скользнули под очки, и он прижал их к глазам, пытаясь сдержать слезы.

Нок медленно выдохнул. Я знаю, как сильно он ненавидит воскрешать мертвых. Особенно в тех случаях, когда он подозревал, что этот человек не захочет делить свою жизнь с тенями. Но ради Коста… Я не сомневалась, что ради Коста Нок готов пойти на многое.

И все же он посмотрел на меня. Мое сердце болезненно сжалось. Последнее слово оставалось за мной. Гейдж был заклинателем, а я – главой Совета. Нок обладал силой, которая позволяла ему воскрешать мертвых, однако Гейдж пришел бы за ответами ко мне. Я посмотрела на Коста. Чье счастье для меня важнее? Мои глаза наполнились слезами, и я сделала успокаивающий вдох.

– Воскреси его, – сказала я, чувствуя привкус пепла во рту.

Кост резко вскинул голову, в его пронзительном взгляде было море эмоций. Слова дались мне с трудом. Мне ужасно не хотелось делать выбор за Гейджа, но когда я смотрела на Коста… Возможно, как и Нок, я готова сделать все, что угодно, ради своей семьи. Или, может быть, я просто эгоистка. Может быть, я хотела вернуть Гейджа, чтобы не чувствовать себя виноватой в его смерти.

– Мы можем поговорить с Гейджем после. Возможно… Он не разделяет моего мнения.

Нок долго смотрел на меня и в итоге вздохнул. После этого он переключил свое внимание на Коста.

– Ты помнишь условия, которые я тебе поставил, когда Талмейдж воскресил меня?

Кост кивнул.

– Конечно. Если он не захочет так жить и скажет об этом, то я должен буду его убить. То же самое я обещал тебе.

Нок, казалось, обдумывал каждое слово, прежде чем успокоиться. Его плечи слегка расслабились.

– Хорошо. Но не здесь. – Нок указал на деревья. – Перерождение – не самый приятный процесс. Ему лучше находиться в более подходящем для этого месте. Давайте отнесем его в Круор.

Калем, все еще в облике зверя, неторопливо подошел к Озу и лег перед ним на землю. С недовольным видом он ткнулся носом в раненую ногу брата. Оз недовольно заворчал, но не стал отказываться от помощи. Он достал бронзовый ключ и отправил Джакса обратно в царство тварей, после чего забрался к Калему на спину и растянулся на ней без сил.

Язмин нанесла удар первой и победила. Они с Дерриеном сбежали, а мы остались один на один с кровавыми последствиями битвы. Открыв дверь в царство тварей, я отправила домой Доминуса и Келс, после чего встала рядом с Ноком.

– Спасибо. – Кост взял себя в руки, и теперь его голос звучал ровно.

Он призвал тени и аккуратно приподнял тело Гейджа от земли. Океан потерся о ногу Коста, не сводя глаз с хозяина. Я отвела взгляд, не в силах смотреть на это зрелище. Океан оказался в ловушке нашего мира. Он сможет вернуться в царство тварей, только если другой заклинатель примет его в свою семью точно так же, как я приняла Доминуса после смерти Винна. Если Гейдж будет не против, то я так и сделаю. Заклинателей никогда прежде не воскрешали из мертвых. Может быть, Гейдж сможет сам открыть дверь в царство тварей и отправить Океана домой.

Однако по мере того, как мы приближались к Круору, я нервничала все сильнее. Я боялась, что из-за теней Гейдж больше никогда не сможет попасть в царство тварей. Я боялась, что все его бесчисленные любимые просто… исчезнут. Боялась, что он не сможет призвать их и почувствовать тепло магии, связывающей заклинателя и зверя. Я боялась, что мир, который Селеста создала исключительно для нас и наших зверей, для Гейджа перестанет существовать. Если бы мне пришлось так жить… То я бы просто позволила теням забрать меня в свой мир и ни за что не вернулась бы обратно.

Седьмая глава. НОК

Мы добрались до Круора через час после нападения. Солнце взошло над лесом и возвестило о наступлении нового дня. Не теряя времени, мы отнесли Гейджа в первую попавшуюся комнату и положили его на кровать. Калем вернул себе человеческий облик. Он сбегал за одеждой, после чего помог Озиасу добраться до лазарета. Лина, Кост и я остались вместе с безжизненным телом Гейджа. Даже в неярком утреннем свете, проникающем сквозь окно, его кожа казалась серой и холодной.

Лина теребила подол блузки и обеспокоенно поглядывала на Океана. Зверь, не останавливаясь, ходил из угла в угол вдоль дальней стены. Время от времени из его горла вырывался тихий, полный боли скулеж. Лина едва сдерживала слезы.

– Кост, ты уверен, что так будет лучше? Что, если он будет против?

– Не уверен. – Он не сводил взгляда с Гейджа. – Но мне нужно услышать это от него. Мне нужно, чтобы он сам решил, что все кончено. Не Язмин или кто-то еще.

Я сжал руку в кулак и замер. Когда меня воскресили, я чувствовал себя так, словно меня лишили выбора. И если опасения Лины подтвердятся и дверь в царство тварей навсегда закроется для Гейджа, то я сомневался, что он захочет вести подобное существование. Скорее всего, он решит умереть. И Кост… Я посмотрел на брата. Не думаю, что Кост оправится после такого.

Он всегда привязывается к людям сильнее, чем кажется на первый взгляд. Кост вряд ли оправится, потеряв Гейджа навсегда.

Выбора у меня особо не было. Я подошел к кровати и разорвал рубашку Гейджа, а затем и кожу, обнажая его неподвижное сердце. Океан застыл, но не двинулся с места, чтобы защитить хозяина. И все же он смотрел на меня с укором. После смерти Винна Доминус лишился дома и застрял между мирами. Океана ждала та же участь. Вскрыв ладонь заострившимися ногтями, я полил кровью рану Гейджа. Мой порез тут же затянулся, а вот порез Гейджа – нет. Прошло несколько мучительно долгих минут, и ничего не происходило. Мне стало страшно. Что, если магия Океана препятствует его воскрешению? Что, если я не смогу вернуть Косту то, что он потерял? Что, если брат будет винить меня за бездействие? Я посмотрел на Лину, и она прижалась ко мне. Океан жался боком к ее ногам. В комнате воцарилось напряженное молчание, пока мы ждали, что будет с Гейджем. Возможно, вовсе не магия зверя препятствовала воскрешению, а сам Гейдж. Может, воскресить заклинателя невозможно в принципе?

Карие глаза Лины наполнились непонятным мне чувством. Беспокойство? Отчаяние? Она одновременно хотела, чтобы Гейдж жил дальше, и в то же время знала, что его жизнь станет невыносимой без зверей. Или же…

Лина закусила губу и сжала в кулаке свой бестиарий. Может быть, ее тревожило что-то другое. Она вот-вот узнает, какая судьба ждет ее, если она изменит свое решение и выберет вечную жизнь рядом со мной.

У меня перехватило дыхание.

Хоть бы все получилось.

Мне нужно знать, какую цену я заплачу, если придется воскрешать Лину.

Кост опустился на колени рядом с Гейджем и сжал его безвольную руку.

– Гейдж.

Слишком много эмоций в звуке одного лишь имени. Слишком много недосказанности. Сердце Коста разбилось, и я просто обязан снова собрать его воедино.

Я снова разрезал ладонь и вылил кровь на сердце Гейджа.

Пожалуйста, Зейн, не подведи меня. Мне нужна твоя сила. Моя сила. Она нужна мне сейчас, как никогда. Я должен вернуть потерянную жизнь.

Рана на ладони снова затянулась, и я опять порезал себя, заливая грудную клетку Гейджа кровью. Комната поплыла перед глазами, а потом потемнела, пока я пытался прийти в себя. Мое тело не успевало восстановиться после кровопотери. Капли пота проступили на лбу, волосы на затылке взмокли, а ноги стали ватными.

Лина обхватила мои руки ладонями, не обращая внимания на кровь, которая лилась между нашими пальцами.

– Нок…

– Я попробую еще раз, – прохрипел я; голос меня едва слушался.

– Хватит, – прошептал Кост, крепче сжимая руку Гейджа. – Если так суждено, то…

Внезапно сердце Гейджа бешено заколотилось. Когда мертвые оживали, их сердца поначалу бились медленно и неуверенно. Я впервые видел, чтобы чье-то сердце набирало темп настолько решительно и бойко. Когда ритм установился, я поспешил прижать ладонь к груди Гейджа, молясь, чтобы рана зажила. И она зажила. Причем быстрее, чем я ожидал. Сухожилия, мышцы и плоть в один миг соединились вместе.

Кост нахмурился. Судя по всему, он тоже никогда не видел ничего подобного.

– Возможно, это как-то связано с тем, что он заклинатель?

– Что-то не так? – спросила Лина.

Она обхватила меня за пояс, предлагая поддержку, и я с благодарностью закинул руку ей на плечо. После воскрешения я всегда уставал, но еще никогда прежде этот процесс меня так не изматывал. Дышать стало тяжело, а желудок болезненно свело.

– Восстань, – скомандовал я, не обращая внимания на дрожь в своем голосе.

Гейдж распахнул глаза. Серо-голубые и такие… живые. Его кожа снова обрела цвет. Гейдж несколько раз моргнул, после чего посмотрел на свою руку, которую сжимал Кост. Неуверенная улыбка появилась на его губах, а затем он напрягся всем телом и перевел взгляд на меня.

– Я слышу твое сердцебиение.

Его слова прозвучали настороженно. Как будто он уже понял, что произошло, но отказывался в это верить. Я сглотнул.

– Так и есть.

Глаза Гейджа округлились.

– И Лины. И Коста.

– Верно.

Никто не сказал ни слова. Никто не пошевелился. Единственным звуком в комнате, кроме нашего прерывистого дыхания, был тихий гул обогревателя на рикримовой энергии. Лина, скорее всего, не слышала этот тихий звук, но Гейдж и мы…

На периферии моего зрения заскользили тени, танцуя между стропилами и извиваясь у изножья кровати. Они всегда рядом. И всегда с готовностью отвечают на зов. Теперь Гейдж тоже мог их видеть. Он поднял голову, рассматривая чернильные завитки. Его дыхание участилось, и он резко сел, вырвав руку из хватки Коста.

Лина ахнула. Цитриновая метка заклинателя лишилась своего цвета. Теперь дерево на тыльной стороне ладони Гейджа выглядело так, будто его нарисовали углем и размазали по краям. Более того, на дереве теперь не было ни листьев, ни извивающихся лоз. От него осталась лишь безжизненная оболочка. Гейдж поднес руку к лицу, рассматривая последствия перерождения. Перерождения, через которое его провел я.

– Нет.

Голос Гейджа сорвался. Он вытянул руку, призывая невидимую дверь. И затем он закричал, а его глаза наполнились слезами. Ничего не получилось. Комнату не озарило цитриновое свечение. Никто не слышал скрипа петель. Дверь в царство тварей осталась закрытой.

Кост попытался взять Гейджа за руку.

– Гейдж, это из-за меня…

– Молчи!

От его крика кровь застыла у меня в жилах. Тени тут же отреагировали на эмоции Гейджа, радуясь проявлению жизни. Я опустил взгляд. Я надеялся, что Гейдж сможет попасть в царство тварей. Я думал, что Лина не могла сделать это из теней, потому что она не прошла ритуал перерождения. Но нет. Ее опасения подтвердились. Тени поглощали все. В мире тьмы место было лишь тьме. Гейдж в ужасе уставился на руку, его пальцы дрожали.

– Что вы наделали?

Внезапно висевший на шее Гейджа бестиарий зашипел. Невидимое пламя, казалось, пожирало книгу. Ее обложка почернела, а затем рассыпалась в прах, не оставив ничего, кроме пятна на коже. Цепочка от книги упала Гейджу на колени.

Гейдж закричал, и от его крика у меня зашевелились волосы на затылке. По щекам Лины текли слезы, и она уткнулась головой мне в грудь, крепко обнимая меня за пояс. Теперь, когда она стала свидетелем перерождения заклинателя, она вряд ли захочет, чтобы ее воскресили. И я не мог ее в этом винить.

– Ты умер. И я не мог… Я… – Кост с трудом подбирал слова.

Он встал и отступил назад. Он держался стойко, но его зеленые глаза наполнились неуверенностью. Он явно чувствовал себя виноватым.

– Их нет. Я не могу… Я их больше не чувствую, – всхлипнул Гейдж. Его рука безвольно упала на колени, и Гейдж провел пальцем по почерневшему символу и застыл. На одной из ветвей остался крошечный признак жизни. Цветок едва держался на ветке. Ахнув, Гейдж вскочил с кровати и судорожно окинул взглядом комнату. Его взгляд остановился на Океане, который не шевелился с тех пор, как я вскрыл себе ладонь.

Легендарный кошачий зверь осторожно шагнул к своему хозяину и принюхался. Шерсть Океана встала дыбом, когда его нос задел несколько блуждающих теней. Гейдж опустился на колени и протянул зверю тыльную сторону ладони.

– Это я, – прошептал он. – Все еще я.

Его голос сорвался, как будто он не верил собственным словам. Время шло, и прерывистое дыхание Гейджа участилось. Океан оскалился, сверкая зубами. Зажмурив глаза, Гейдж положил руку на морду зверя. Я не поклонялся Селесте, богине зверей, но в тот момент я впервые обратился к ней с молитвой. Я умолял ее не отнимать у Гейджа хотя бы Океана. Пускай у него останется хотя бы кусочек прежней жизни. Я не сомневался, что если зверь отвергнет его, Гейдж тут же откажется от своей новой жизни.

Океан сделал глубокий вдох, и его напряженное тело постепенно расслабилось. Наконец он оттолкнул руку Гейджа и ткнулся головой ему в грудь. Он заурчал и попытался забраться на колени к своему хозяину.

– Хвала Селесте, – воскликнул Гейдж, заключая Океана в объятия.

Лина отпустила меня и подошла к Гейджу. Когда она коснулась его плеча, он вздрогнул.

– Я разрешила им тебя воскресить. Мы хотели, чтобы у тебя был выбор.

Гейдж судорожно сглотнул. Его взгляд стал суровым.

– Вы уже сделали выбор за меня. Я не участвовал в обсуждении данного вопроса.

– Но теперь участвуешь. – Она опустила голову. – Гейдж, я… Я пойму, если ты не хочешь жить такой жизнью. Я поддержу твое решение, что бы ни говорили остальные.

Лина не смотрела на Коста, но он все равно вздрогнул. Опустившись на колени, она взяла руки Гейджа в свои.

– И я позабочусь об Океане. Обещаю.

Гейдж встретился с ней взглядом. Только Лина могла понять его сейчас, и нам с Костом, наверное, следовало бы уйти.

Кост посмотрел в мою сторону и расправил плечи. С тех пор как Гейдж отмахнулся от него, он превратился в ледяную глыбу. Он будто бы готовился к тому, что в любой момент Гейдж откажется от своей новой жизни. Коста это сломает. Нам нужно убедить Гейджа остаться.

Лина нежно погладила Океана по спине, стараясь не задеть неглубокие раны, оставшиеся после схватки с Гигломом.

– Если ты останешься, я могу дать тебе ключ. Приму Океана в свою семью, точно так же, как я приняла Доминуса. Царство тварей исцелит его раны, а потом он снова будет с тобой. Ты по-прежнему сможешь призывать его. Просто его магия будет связана с ключом, а не… с тобой…

Гейдж тяжело дышал. Некоторое время он молча глядел на своего зверя, а затем хрипло прошептал:

– Хорошо.

Лина вытянула руку, озаряя вишневым светом комнату, и Океан перевел взгляд с нее на Гейджа. Он тихо мяукнул, словно задавал вопрос. Гейдж кивнул.

– Это не займет много времени. Обещаю.

Вишневое свечение стало ярче, и мы услышали протяжный скрип открывающейся двери царства тварей. Гейдж вздрогнул и убрал руки от Океана.

Лина закусила нижнюю губу и сосредоточила поток своей силы на легендарной кошке. Наконец, Океан вздохнул. И в этот же момент крошечный цветок на символе Гейджа исчез. Он сдавленно всхлипнул, но все равно кивнул. Он старался держать себя в руках, чтобы Океан пошел за Линой.

Вместе они исчезли в царстве тварей, оставив Гейджа наедине со мной и Костом. Мы молчали. Кост не шевелился. Груз того, что мы сделали, груз всех тех страданий, которые мы причинили, навалился на нас. Я подошел к Гейджу и протянул ему руку, точно так же, как это сделал Талмейдж после моего перерождения.

Гейдж посмотрел на меня, игнорируя мою руку, и поднялся на ноги без моей помощи.

– Нужно было позволить мне умереть.

– Если ты желаешь смерти, то я могу все устроить.

– Чтобы еще больше поиздеваться над Океаном? – Гейдж нахмурился. – Лина просто должна была принять его в свою семью, как только я умер. А теперь…

– По крайней мере, ты по-прежнему можешь его видеть, – тихо сказал Кост.

Гейдж напрягся.

– Ты знаешь, сколько у меня зверей? Нет, прошу прощения, сколько у меня было зверей?

Кост наконец поднял глаза, встретившись взглядом с Гейджем.

– Уверен, Лина сделает для тебя столько ключей, сколько нужно.

– Ты не понимаешь! Это невозможно, – прошипел Гейдж, сжимая кулаки. – Ты думаешь, я буду таскать с собой сотни ключей ради того, чтобы создать какое-то подобие своей прошлой жизни? А что, если я потеряю какой-нибудь ключ? Что, если он окажется не в тех руках? Не говоря уже о том, что я не смогу призывать своих зверей так, как раньше. Я больше не чувствую себя… собой.

Кост отважился сделать шаг в сторону Гейджа.

– Переход никому не дается легко. Мы точно так же себя чувствовали в первое время.

Гейдж впился в него взглядом.

– Сомневаюсь. Ты никогда не сможешь понять, что я потерял.

– Мы решили воскресить тебя, чтобы ты смог жить, Гейдж. – Я сунул руки в карманы брюк. – Как я уже сказал, если тебе это не интересно, то смерть всегда готова тебя принять.

– Жить? – Гейдж прерывисто и горько рассмеялся. – Какая это жизнь, если в ней нет моих зверей?

– А как же мы? – спросил Кост.

– А вы что?

С таким же успехом Гейдж мог засадить Косту нож в грудь. Возможно, это было бы даже менее болезненно. Кост замер. Мы не впервые столкнулись с гневом только что перерожденного. Однако мы совершенно не были готовы к гневу и боли Гейджа. Мы знали его до смерти, и мы знали, что для заклинателей звери всегда на первом месте. Однако знать – это одно, и совсем другое – услышать, что мы – что Кост – недостаточно веская причина, чтобы жить…

Кост отвел взгляд и, поправив очки, указал на тени на стене.

– Я возьму на себя ответственность за случившееся. Итак, ты хочешь жить или умереть? Есть ли в этом мире что-то, ради чего стоит остаться?

Между ними повисло напряжение, невидимое, но ощутимое. Мне хотелось раствориться в тенях и оставить Коста и Гейджа наедине. После нападения Язмин у них практически не было времени побыть вместе, а Косту с его сдержанностью очень нелегко давались разговоры по душам.

До того как Гейдж успел ответить, раздался скрип, в потоке вишневого света появилась Лина с раскрасневшимися щеками и растрепанными волосами. Она подошла к Гейджу и протянула ему бронзовый ключ.

– Вот, держи. Раны Океана уже заживают. В скором времени ты сможешь его призвать. – Она перевела взгляд с него на Коста, потом на меня. – Все хорошо?

– О, просто идеально, – огрызнулся Гейдж и вырвал ключ из рук Лины. – А теперь будьте любезны выйти за дверь. Я бы хотел побыть наедине со своими мыслями.

– Конечно. – Лина попятилась, покосившись на меня с удивлением. – Нам в любом случае нужно навестить Оза.

– Если тебе что-нибудь понадобится – только попроси. Ванная вон там. – Я указал на дверь в противоположном конце комнаты, которая располагалась между шкафом и обогревателем на рикримовой энергии. – Чистая одежда – в комоде.

Гейдж не ответил. Он повернулся к нам спиной, ясно давая понять, что ему необходимо уединение. Не говоря больше ни слова, я вывел Лину и Коста из комнаты, надеясь, что немного времени наедине с собой поможет Гейджу смириться со своей новой жизнью.

* * *

День сменился вечером, но Гейдж так и не вышел к нам. Он переродился совсем недавно и, естественно, еще не научился контролировать тени, однако завитки, которые просачивались в коридор из его комнаты, были невероятно сильными. Такого я никогда не видел. Тьма как будто бы питалась его магией заклинателя. Тени не ждали призыва, а цеплялись за Гейжда, словно звери. Словно они были живыми. Я чувствовал, как они кружат по его комнате, создавая своего рода кокон и пытаясь спрятать Гейджа от нас.

Из-за этого Кост нервничал. Он расхаживал перед камином в общей гостиной, время от времени поглядывая на потолок и качая головой.

Оз полностью оправился после ранения и теперь сидел на диване рядом с Калемом. Они вдвоем наблюдали за Костом. В кресле напротив дивана сидела Лина, подперев руками подбородок. Она наблюдала за потрескивающим в камине огнем. Я стоял рядом с ней, мысленно умоляя Гейджа спуститься и успокоить мою семью.

Некоторые члены гильдии сидели в библиотеке. Они играли в карты или читали. На кухне кто-то гремел посудой. Наемники изо всех сил старались вести себя, как обычно, но на самом деле они подслушивали и ждали новостей. После нападения Язмин я ясно дал понять, что грядут перемены и что мы объединимся с заклинателями против наших общих врагов. Но мои люди не особо понимают, что все это значит.

– Итак, – сказал Калем, нарушая молчание, – как он?

– Я не знаю, – коротко ответил Кост.

– Ясненько-о-о, – Калем протянул слово и посмотрел на меня.

Я лишь мотнул головой. Про Гейджа сейчас лучше не говорить. Калем вздохнул, но тему оставил.

– И что теперь?

– Мы следуем плану, – ответил я. – Переправляем всех в Хайрит, чтобы защищать только одно место. Сегодня мы поняли, насколько уязвимы. – Проведя рукой по волосам, я вздохнул. Язмин и Дерриен напали на нас и скрылись, хотя мы думали, что готовы ко всему. И мы еще могли за себя постоять. Если бы Язмин и Дерриен напали на заклинателей или Круор, если бы они напали на менее опытных в бою людей, то последствия были бы гораздо более ужасными.

– Нам нужно действовать быстрее, – сказала Лина. – До годовщины смерти Селесты осталось всего несколько недель. И даже сейчас, без Окнолога, она сильнее нас.

– Лина, – укоризненно сказал Озиас.

– Она права. – Я покачал головой. – Мы в меньшинстве. Да, многие готовы сражаться, но немногие обучены. Нам нужна армия, но пока что мы максимум можем собрать небольшой отряд.

– Зачем армия? – спросил Калем. – Против кого мы сражаемся? Подумаешь, всего лишь Язмин, Дерриен и горстка предателей. Это не так много, как ты говоришь.

– Очевидно, что Язмин и Дерриен в сговоре. – Кост продолжал расхаживать из угла в угол. – Я даже не знал, что они знакомы друг с другом. Это заставляет о многом задуматься. В первую очередь о том, что Язмин, скорее всего, в Вильхейме, потому что именно там мы в последний раз встретили Дерриена.

Глаза Лины округлились.

– В столице? Но она ненавидит короля и его народ.

Кост поморщился.

– Я не знаю как и почему, но если она там, то, скорее всего, она уже поговорила с королем Вареком. Уверен, она каким-то образом завоевала его расположение, как и Дерриен. А это значит, что против нас не только Язмин, Дерриен и горстка предателей.

Озиас тихо присвистнул.

– Против нас весь Вильхейм. Королевская армия. И стражи.

Я невольно сжал кулаки.

– Вот почему Язмин там. Она спряталась за стенами. Чтобы мы не смогли добраться до нее и помешать пробудить Окнолога.

Калем выругался себе под нос.

– Но ведь наш план как раз заключался в том, чтобы остановить ее до того, как она доберется до Окнолога. Что нам теперь делать, если она прячется за спиной короля Варека?

Лина посмотрела на меня снизу вверх. Ее глаза наполнились беспокойством. Я сказал ей, что попытка помешать Язмин может привести к войне. Мы надеялись, что до этого не дойдет, но если нам придется выступить против Вильхейма, чтобы остановить ее, то война неизбежна.

– Мы можем отправить несколько наемников на разведку. Как только мы определим ее местоположение, то сможем атаковать. – Кост, наконец, остановился и повернулся к нам лицом. – Я пойду.

– Черта с два ты пойдешь, – сказал Озиас. – Ты уже забыл, что было, когда мы последний раз наведывались в столицу?

– На этот раз подготовимся получше, – процедил Кост сквозь зубы, и его слова прозвучали резче, чем обычно. Он вытащил лоскут ткани из нагрудного кармана и принялся усердно протирать очки.

Озиас поднял брови и скрестил руки на груди.

– Не нужно действовать сгоряча.

– Сгоряча? – Кост надел очки. – Я никогда не действую, не оценив все риски.

– О, да что ты говоришь, – пробормотал Калем.

– У тебя ко мне какие-то претензии?

Калем откинулся на спинку дивана и закинул руки за голову.

– Расслабься. Ты не единственный, кто хочет убить Язмин, – сказал он, и ртутный ободок его глаз опасно сверкнул.

– Хватит, – сказал я, направляясь к Косту, чтобы положить руку ему на плечо. – Мы остановим ее. Нам нужно быть умнее.

Кост не слушал меня. Он уставился в камин и сжал губы в тонкую линию.

– Значит, весь Вильхейм… – задумчиво пробормотала Лина.

Она уставилась на кофейный столик, перебирая пальцами цепочку бестиария. Она нахмурила брови, и через мгновение ее рука замерла.

– Насколько сильно народ любит короля Варека?

Я пожал плечами.

– Понятия не имею. Впрочем, это не важно. Солдаты Вильхейма славятся своей преданностью короне. Не говоря уже о стражах.

Я мысленно вернулся в то время, когда мы сражались против Райна. Наши солдаты никогда не отступали под натиском вражеских сил, хотя многие из них зачастую выражали недовольство по поводу войны. Многие из них не верили мне, когда я говорил, что не убивал Амиру. Да, я был виновен в ее смерти, но лишь из-за проклятия. И все же армия сражалась за своего принца.

Лина резко встала.

– Получается, если король прикажет солдатам отступить, они не будут сражаться.

– Король Варек не отдаст такой приказ, – сказал Кост.

– Да, ты прав. – Лина посмотрела на меня, и от ее взгляда у меня побежали мурашки.

– К чему ты клонишь? – спросил я.

– Я знаю, ты никогда не хотел… – начала Лина и замолчала, словно давала мне возможность перебить ее.

Я с удивлением уставился на нее. В ушах звенело. Нет, она ведь не может просить меня занять трон. Прошло так много лет… К тому же я отрекся от престола, чтобы спасти свою страну от гибели.

Кост оторвал взгляд от огня и уставился на меня.

– Теперь, когда ты остался без магии кольца, люди тебя узнают.

У меня перехватило дыхание.

– Исключено.

– Нок. – Лина сделала осторожный шаг в мою сторону. – Ты сам сказал, что нам нужна армия.

Озиас подался вперед и уперся локтями в колени.

– Вы, ребята, сейчас говорите о том, о чем я думаю?

– Только не думай, что я буду обращаться к тебе как к королю, – сказал Калем.

Он явно шутил, но мне сейчас было не до смеха.

– Я не король.

– Пока нет, – сказал Кост. – Тебе нужно завершить ритуал и посетить усыпальницы еще двух магов. Только в этом случае стражи и армия Вильхейма смогут выбирать, кому служить. Возможно, кто-то решит остаться верным Вареку, поскольку ты все-таки умер, но… – Он снова принялся расхаживать по комнате, задумчиво хмурясь. – Но ты наследник по крови. Есть шанс, что все получится.

– Нет, не получится.

Кост отмахнулся от моего ответа.

– Да, естественно, не все захотят перейти на нашу сторону, но даже один солдат может изменить ход войны.

– Нет, – процедил я, сжимая кулаки. – Я не хочу править.

И именно поэтому ты должен.

Слова духа Осло прогремели у меня в голове. Именно так он ответил на мои возражения. Он судил меня и счел достойным всего за мгновение. Я до сих пор не понимал, на чем Осло основал свое решение. После всего того, что я сделал, маги – и боги – все равно считали, что мое место на троне.

Ты и твоя вторая половина сможете переписать историю.

Мой взгляд метнулся к Лине. Может быть, дело вовсе не во мне. Может быть, им нужна она.

Лина схватила меня за руки.

– Я просила заклинателей рискнуть всем, чтобы противостоять Язмин. Теперь я их лидер. И у тебя, мой анам-кара, тоже есть голос. – Лина сжала мои пальцы. – Умоляю, пожалуйста, помоги им. Пожалуйста, сделай все, что в твоих силах.

Ее слова задели меня за живое. Я должен править после того, как добровольно отказался от своего титула и страны… Я недостоин быть правителем. Но Лина…

Напряжение, скопившееся в моих плечах, немного ослабло, когда я переплел наши пальцы вместе.

Лина сильная. Решительная. Заботливая. Она знает, что такое сострадание. Она готова на все, чтобы защитить свой народ.

Лендрия заслуживает правителя, похожего на Лину. Я могу стать всего лишь формальным лидером. Она будет править, а я буду ее поддерживать, давать советы и знакомить с обычаями Вильхейма.

Я провел большим пальцем по линии ее подбородка.

– При одном условии.

Лицо Лины озарила улыбка.

– Что угодно.

– Будь рядом со мной. Правь вместе со мной.

Мое сердце болезненно сжалось. Да, она моя вторая половина. Моя анам-кара. Она всегда будет ей, и мне этого достаточно. Однако нашей стране нужна королева. Я хочу, чтобы жители Вильхейма услышали ее мысли и мнения. Я хочу, чтобы она посмотрела на столицу и нашла способы помочь людям, точно так же, как она помогала Хайриту. И я хочу, чтобы жители Вильхейма видели в ней то, что видел я.

Обхватив мое лицо ладонями, Лина рассмеялась.

– Неужели ты думаешь, что я позволю тебе жениться на ком-то еще?

Я притянул Лину к себе и поцеловал ее. Никогда прежде не думал о том, чтобы жениться, даже когда мой отец советовал найти достойную девушку. Если бы обстоятельства сложились иначе и у нас было больше времени, я вряд ли бы просил у Лины руки. Хотя, наверное, свадьба – это не так уж важно, потому что она уже нарекла меня своим анам-карой. Но ради Лины я готов на все. Если бы она хотела, я бы бросил весь мир к ее ногам.

Калем откашлялся.

– Раз уж мы все решили…

Я прервал поцелуй с Линой, чтобы взглянуть на него поверх ее головы.

– Нам нужно посетить руины Тайруса и Юны. После этого я смогу обратиться к Вильхейму в статусе законного наследника и попросить выдать Язмин и отказаться от войны.

– А если тебя не станут слушать? – спросил Озиас. – Уже много лет прошло. И ты сам сказал, что тебя не особо жаловали перед смертью.

– Лина права. Я должен хотя бы попытаться.

Лина обняла меня за талию и прижалась ко мне.

– Мы что-нибудь придумаем. По крайней мере, мы можем хотя бы с чего-то начать.

На сердце у меня полегчало, и я покрепче обнял Лину. Ее план – достаточно рискованный. Но я верю в Лину. Я верю, что она сможет привести нас в светлое будущее. И не я один. Моя семья – Кост, Калем, Озиас – они тоже верили в нее. Заклинатели. Боги. Для многих она уже стала опорой, символом силы и надежды. Если кто-то и мог одолеть Варека и Язмин, так это Лина. И я буду рядом, чтобы помочь ей.

– Но сначала нам нужно переправить всех в Хайрит, – сказала она.

– С этим я могу помочь.

Гейдж стоял на лестнице, положив руки на кованые перила. Как долго он уже там? Тени маскировали наши движения, но новобранцы редко контролировали их настолько хорошо, чтобы скрывать свое присутствие. И все же я не заметил, в какой момент Гейдж спустился. Он принял ванну и переоделся в чистую одежду. Видеть его во всем черном было как-то странно. Он будто бы стал… более жестким. Рукава туники Гейдж предпочел закатать до локтей, а кожаные перчатки он, судя по всему, надел, чтобы не видеть свою метку. Лина тоже заметила перчатки, и ее лицо исказилось от боли.

– Гейдж, я так рада, что с тобой все нормально.

– «Нормально» – понятие относительное, и все же я здесь.

Кост замер и отвел взгляд.

– Хорошо.

Гейдж не обратил на Коста никакого внимания.

– Я провожу ваших людей в Хайрит. Похоже, у вас другие планы.

– Я помогу, – сказал Кост.

– В этом нет необходимости, – отрезал Гейдж, и на мгновение его бесстрастное лицо исказилось от гнева.

– Но мы вместе работали над стратегией против Язмин, – сказал Кост дрожащим голосом. Он прочистил горло и сжал кулаки. – Мы не можем менять наши планы. Мы должны остановить ее.

Гейдж ничего не сказал.

– Я согласен, – вмешался я.

Кост всегда был рядом со мной, когда я отправлялся в путь, но мой брат прав. Нам нужны ответы. Лина, Озиас, Калем и я отправимся к руинам, а Кост и Гейдж переправят всех из Круора в Хайрит и поработают над расшифровкой последнего компонента заклинания Язмин, чтобы мы могли остановить ее.

Гейдж поджал губы.

– Полагаю, мое мнение опять не имеет значения. Что ж, раз уж вы снова приняли за меня решение…

– Очевидное решение, – огрызнулся Кост, а затем опустил взгляд в пол и тихо добавил: – Даже если оно дается нелегко.

– Да-да, конечно, – Гейдж усмехнулся. – Отправляемся завтра.

Не сказав больше ни слова, он развернулся и поднялся по лестнице. Исчез так же быстро и бесшумно, как и появился. Кост смотрел Гейджу вслед, но не пошел за ним.

– Я бы лучше пошел с тобой, Нок, но…

– За ним нужно присмотреть. – Я засунул руки в карманы брюк и коротко кивнул. – Мы скоро вернемся. Все получится.

Кост слабо улыбнулся.

– А я думал, ты не любишь разбрасываться пустыми обещаниями.

– И ты абсолютно прав.

Кост отправился паковать вещи, а я собрал членов гильдии и сообщил им о наших планах. Нам предстояло отправиться в путь. Гейдж изменился. И наши планы тоже.

Восьмая глава. ЛИНА

В утренней тишине мы оседлали Зил и теперь наблюдали, как члены гильдии покидают свой дом. Все молчали. Их лица не выражали никаких эмоций. Когда наемники дошли до железных ворот, отделяющих территорию Круора от Китского леса, они скрылись в тенях, согласно приказу Коста. Поскольку наши планы изменились, мы решили не использовать зверей для телепортации людей. В тенях легче скрыться от Язмин. А поскольку Дерриену и его отряду изрядно досталось во время драки, Нок полагал, что в ближайшее время он не станет нападать. Сейчас самое удачное время для перемещения членов гильдии, даже несмотря на то, что им нелегко оставить Круор.

Я не могла представить, каково покидать единственное место, которое предложило кров, когда весь остальной мир отвернулся от тебя. Когда меня изгнали из Хайрита за преступления, которые я не совершала, я нашла пристанище в «Полночном шутнике». Если бы Дез вынудил меня уйти, я бы не знала, что делать.

Я покрепче сжала поводья. Переезд был лишь временной мерой ради защиты членов гильдии, но легче от этой мысли мне не стало. Нок сидел на своем жеребце так неподвижно, словно превратился в статую. По его лицу невозможно было ничего прочесть. Оз и Калем не столь умело скрывали свои чувства. Или, может быть, они даже не пытались их скрыть. Калем плотно сжал зубы, его радужка практически полностью окрасилась серебром. Оз обеспокоенно хмурил брови, глядя на свою семью.

– С ними все будет  хорошо, правда? – спросила я.

– Язмин нужны мы с тобой. Не они, – сказал Нок. – Они в большей безопасности, если нас не будет рядом.

– Не уверен.

Из вихря теней появился Кост. Он рассеянно провел рукой по жилету.

– Иов и Гейдж идут впереди, Эмелия, Астрид и я будем замыкать шествие. – Он указал на наемников, которые задержались у ворот.

Видеть Эмелию без ее брата-близнеца Иова было странно. Астрид переродилась не так давно, однако ее бесстрашие, вечная улыбка и решительность делали ее одним из лучших бойцов. Астрид нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, в то время как Эмелия стояла совершенно неподвижно.

– Вы доберетесь до Хайрита быстрее, чем мы доберемся до руин Тайруса. Сообщите нам, когда прибудете, чтобы мы знали, что вы добрались благополучно, – попросила я.

Кост коротко кивнул.

– Обязательно. – Он обвел всех взглядом и остановился на мне. – У меня есть кое-что для тебя.

Кост сунул руку в сумку, которую повесил на плечо, и достал толстую книгу с витиеватым заголовком. Я взяла том и провела пальцами по названию.

Я открыла книгу и полистала страницы. Именно она помогла Гейджу понять, что Нок – Ледяной принц Вильхейма.

– «Краткая история Вильхейма»? И что мне с ней делать?

– Читать, естественно. – Кост нахмурился. – Ты вот-вот станешь королевой Вильхейма. Немного знаний об истории столицы не помешает.

Я аккуратно закрыла книгу и спрятала ее в седельную сумку.

– Первое, что я сделаю, когда стану королевой, так это назначу тебя своим советником.

Кост натянуто улыбнулся и кивнул.

– Сочту за честь. – Он указал на своих братьев. – Присмотри за ними, ладно?

– Конечно, – сказала я.

– Мы в состоянии сами о себе позаботиться, знаешь ли, – проворчал Калем.

– Я знаю, – сказал Кост.

Он уставился на вереницу уходящих в лес наемников, которых вели за собой Иов и Гейдж.

Внутри у меня все сжалось от беспокойства. Кост растерял свойственное ему самообладание и теперь выглядел таким… измотанным и тревожным. Я была уверена, что он сомневается в каждом своем шаге и гадает, стоит ли ему все же пойти вместе с нами. Но если бы он оставил Гейджа на следующий день после перерождения…

– Кост? – Я направила Зилу поближе к нему. – Попроси Гейджа перевести для тебя пророчество в тронном зале, когда будете в Хайрите. Я знаю, вы уже это обсуждали, но… Может быть, у тебя появятся какие-нибудь новые мысли.

Разум Коста был создан для решения головоломок, и я решила ему об этом напомнить. Ему нужна цель, чтобы окончательно не расклеиться. Особенно сейчас, когда Гейдж изменился.

Кост встретился со мной взглядом.

– Непременно, – мягко сказал он и растворился в тенях.

– Я скучаю по его занудству. – Калем нахмурился, глядя вдаль. Кажется, он провожал Коста взглядом.

– С ним все будет в порядке, – быстро вставил Нок, и на мгновение бесстрастная маска на его лице дрогнула.

Он поджал губы и натянул поводья. Подстегнув свою кобылу, я последовала за Ноком. Оз и Калем тоже.

– Кост справится, – сказала я.

– Надеюсь. – Нок тяжело вздохнул. – Я до сих пор не уверен, поступили мы правильно или нет.

Я сжала в кулаке бестиарий, чувствуя его успокаивающее тепло. Не могу даже представить себе, каково жить без зверей. Когда Гейдж увидел свою метку… Когда его бестиарий превратился в пепел… Я вздрогнула и опустила руку на колено.

И все же Гейдж выбрал жизнь. Возможно, всего лишь ради Океана, но он все равно остался. Я едва не расплакалась, когда он повесил ключ Океана на шею вместо бестиария.

– Да, ты воскресил Гейджа, но лишь потому, что я на это согласилась, а окончательное решение все равно принял он. Точно так же, как и ты, когда Талмейдж воскресил тебя. Нам нужно дать ему время все осмыслить.

Нок кивнул и уставился вперед. Потребуется почти неделя, чтобы добраться до руин Тариуса. Наш путь лежит через холмистые равнины, раскинувшиеся от Китского леса до Рваного ущелья, где и находились руины. Передвигаться по безлесному пространству легче, однако из-за этого же нас легче обнаружить. А врагов у нас предостаточно.

В первую ночь мы даже не потрудились разбить лагерь, решив как можно быстрее проехать мимо столицы. Стены Вильхейма, словно маяк, сверкали среди зимнего ландшафта. Мы объехали город по дуге, изменив наш маршрут, чтобы не ехать через окраины и железнодорожную станцию. Белоснежные волосы и кристально-голубые глаза Нока – слишком явная примета. Последнее, что нам нужно, – это привлечь к себе внимание.

К вечеру второго дня наши Зилы изрядно устали, поэтому мы вынуждены были устроить привал. Вильхейм по-прежнему маячил у нас за спиной, и мы не могли от него скрыться на равнинах. Нок долго смотрел на сияющие стены, сжав челюсти. Наконец он покачал головой и спрыгнул с Зилы. Оз последовал его примеру, оглядываясь по сторонам.

– Остановимся здесь? Но мы видны, как на ладони.

– Здесь негде спрятаться, – нахмурился Калем. Он снял седло и сумки с Зилы. Она довольно фыркнула и уткнулась головой ему в плечо.

– У нас нет выбора. – Нок отстегнул седло и легонько похлопал своего скакуна по шее. – К счастью, незаметно к нам тоже никто подобраться не сможет.

Если только Язмин не использует зверя, которого невозможно заметить. Я постаралась не думать об этом. Что толку гадать о том, что может случиться? К тому же Язмин не единственная, у кого есть звери.

Сделав глубокий вдох, я сосредоточилась на источнике силы и бестирации. Мысленно перелистывая страницы, я нашла зверя, который может нам помочь. Я окликнула его в царстве тварей и почувствовала, как он ответил на зов. Протяжный скрип, вишневый свет, и дверь распахнулась. Хлопая кожистыми крыльями и радостно крича, Инжир направился ко мне. Я позволила двери в царство тварей закрыться и улыбнулась.

Калем застыл, наблюдая за хаотичным полетом летучей мыши.

– Похож на монстра из Китского леса.

– Вовсе нет. Не такой уж он и страшный.

Инжир метался по воздуху, бросаясь то в одну, то в другую сторону. Он выслеживал насекомых своими круглыми голубыми глазами и с жадностью хватал их ртом.

– Инжир, иди сюда!

Он приземлился рядом со мной. Его голова оказалась практически на уровне моего пояса. Калем по-прежнему не двигался с места.

– Его зовут Инжир?

– Ну, он любит инжир. – Я пожала плечами.

Оз ухмыльнулся, оставил свои вещи и подошел поближе.

– Кто он такой?

– Гулья. – Я почесала Инжира между ушами, похожими на два огромных локатора. – Он активирует свою силу, как только я попрошу его встать на страже. Он ориентируется на звуковые волны и может почувствовать опасность за несколько километров. Я обращалась к нему за помощью в первое время после изгнания. Тогда я могла призывать его едва ли на час, но сейчас… – Я посмотрела на свой символ заклинателя. – Думаю, я смогу продержаться двенадцать часов, плюс-минус. Некоторые звери полагаются на собственную магию, но Гульи могут рассчитывать только на связь с заклинателем.

Нок склонил голову набок, изучая Инжира.

– Он может чувствовать тени? Что, если на нас нападет Дерриен?

Я нахмурилась.

– Не знаю. Можем проверить?

Нок кивнул, и я посмотрела на Инжира. Мне не нужно ничего говорить – один взгляд, и он все понял. Я почувствовала его силу еще до того, как он перевоплотился. Серая шкура потемнела, мягкий мех превратился в черное пламя, глаза вспыхнули красным, а уши стали еще больше. Вонзив когти в землю, Инжир застыл на месте, словно статуя.

– Круто. – Оз открыл рот от удивления.

– Хочешь проверить, сможет ли он обнаружить твою магию?

Оз кивнул. Он призвал тени и растворился в них.

– Отойди куда-нибудь. Посмотрим, сможет ли он тебя заметить, – сказал Нок.

Оз не ответил, но, скорее всего, он слушал нас. Калем и Нок не следили за передвижениями Оза, предоставив это Инжиру.

– Инжир, здесь есть кто-нибудь? – спросила я.

Ему потребовалось меньше секунды. Гулья резко повернул голову. Красные глаза вспыхнули ярче. Взгляд зверя замер чуть левее от меня, и Инжир оглушительно завизжал.

Оз выскочил из теней, зажимая уши ладонями.

– Думаю, мы можем спать спокойно, – сказала я с улыбкой.

– Сомневаюсь, – Калем нервно хихикнул.

– Калем, неужели ты его боишься? – Я едва не рассмеялась.

– Он тебя не укусит. Успокойся. – Оз с насмешкой посмотрел на брата.

– Он – летучая мышь, – пробубнил Калем. – Ты назвала его Инжиром? Серьезно? Думала, что если дать ему милое имечко, так он…

Инжир резко повернул голову вправо и снова пронзительно закричал. Я подпрыгнула на месте и обернулась, чтобы посмотреть, что он заметил.

Вверх взвился водоворот теней. Они начали обретать форму, пока не проявился Кост. Морщась, он закрывал уши руками и сделал шаг назад. Я никогда не видела, чтобы кто-то из наемников сам становился тенью, но Нок описывал мне этот процесс. По-видимому, все члены гильдии умели отделять сознание от физического тела и перемещаться в виде дымчатых проекций. Облегченно вздохнув, я перевела взгляд на Инжира, и он снова занял свой пост.

– Вижу, вы ждали меня с распростертыми объятиями. – Кост с недовольством посмотрел на моего зверя.

Нок шагнул к нему навстречу.

– Все в безопасности?

– Да. Мы добрались до Хайрита пару часов назад. Я хотел, чтобы сначала все устроились, и теперь докладываю обстановку.

– Хорошо. – Нок немного расслабился.

– Как ты нас нашел? – спросила я, вставая рядом с Ноком.

Когда Нок выяснял детали заказа на мое убийство, его тень переместилась к «Полуночному шутнику». Он сказал, что может так сделать, потому что знает это место. Однако у Коста не было никаких ориентиров. Вокруг лишь бесконечные холмистые равнины.

– Я знаю ваш примерный маршрут, поэтому у меня было смутное представление, где вы находитесь. К тому же подобное притягивает подобное. Я почувствовал тени, когда оказался достаточно близко. – Кост указал на своих братьев. – Однако вы оказались дальше, чем я ожидал.

– Мы не разбивали лагерь прошлой ночью. Я хотел как можно дальше отъехать от столицы.

– Разумно, – сказал Кост.

– Как Гейдж? – Я не хотела спрашивать, но мне нужно было знать. Я беспокоилась о нем не только как о члене Совета, но и как о своем друге.

Кост слегка напрягся, но его голос звучал ровно.

– Не очень. Он не хочет никуда заходить и сидит на улице. И убедить Кестрала пропустить его через барьер было непросто.

Мое сердце болезненно сжалось. Я даже не подумала о барьере… Невидимая стена нужна для того, чтобы не подпускать монстров к Хайриту и защищать заклинателей. Почему Кестрала нужно было уговаривать пропустить члена Совета? Я обхватила себя руками.

– И что он сделал, чтобы пройти?

– Призвал Океана, – сухо ответил Кост. – К счастью, этого было достаточно.

– Понятно.

Мы все замолчали, не зная, что сказать. Я даже не знаю, что вообще можно сказать в такой ситуации. Ни извинения, ни обещания того, что все будет хорошо, не помогут. Мы могли лишь надеяться, что каким-то образом все наладится само собой.

Нок погладил меня по руке. Даже сквозь слои одежды я почувствовала его обнадеживающее тепло.

– Мы остановим Язмин, прежде чем случится что-нибудь еще.

– Да, конечно… – Кост замялся, а затем покачал головой. – Мне пора. Рейвен согласилась сходить со мной в тронный зал и перевести для меня пророчество.

Рейвен. Не Гейдж. В горле у меня образовался комок.

– Как у нее дела? – спросил Оз.

– Нормально, – Кост пожал плечами. – Она тренируется по утрам с Эмелией и Иовом, а потом тренирует заклинателей.

– Хорошо, – улыбнулся Оз. – Передай близнецам, чтобы они ставили ей подножки. Она легко теряет равновесие, так что подобная практика не помешает.

– Передам, – сказал Кост. – Если это все…

Он замолчал и уставился на горизонт.

– Иди, – сказал Нок. – Уверен, ты очень занят.

Едва заметно кивнув, Кост исчез. Оз перестал улыбаться и обменялся с Калемом взглядом, и они ушли разбирать вещи.

Нок продолжал смотреть на то место, где только что стоял Кост. Я ничего так не хотела, как быть рядом с Костом. Рядом с Гейджем и Рейвен. Я хотела быть в Хайрите и помогать всем. Но я не могу. Язвин, Дерриен и король Варек строят нам козни. На кону жизни членов Круора, жизни заклинателей, зверей…

Я вздрогнула. Жизни заклинателей… Каждый раз, когда я думала о своем народе, мои мысли неизбежно возвращались к словам Язмин. Что, если в столице действительно находились заклинатели, которых держали в плену? Как глава Совета, я должна защищать всех заклинателей, в том числе тех, кто стал узником Вильхейма.

– Нок?

– Да?

– Предположим, Язмин не солгала, и в столице держат в плену заклинателей.

– Я ничего не знаю, клянусь. – Нок тут же встретился со мной взглядом.

– Я знаю. – Я положила ладони ему на грудь, и он обвил руками мою талию. – Я верю тебе. Просто… Могу ли я винить Язмин за то, что она хочет их спасти?

Нок печально улыбнулся.

– Не можешь, но проблема не в этом. Проблема в ее действиях. Она напала на своих людей ради своей цели. Ей нет оправданий.

Закрыв глаза, я уткнулась носом в тунику Нока и вдохнула знакомый медовый аромат. Это меня немного успокоило. Мне нужно быть сильной и решительной, чтобы люди могли мне доверять. И если в столице действительно держали в плену заклинателей, я их спасу.

– Нам нужно немного отдохнуть. – Нок приподнял мой подбородок. – У нас впереди еще несколько дней пути.

Встав на цыпочки, я обняла его за шею и поцеловала. Впереди нас ждет немало трудностей, но, по крайней мере, мы есть друг у друга.

Вильхейм по-прежнему сиял в ночной темноте, как напоминание о том, что наши враги выжидают подходящее время для нового удара.

Девятая глава. ЯЗМИН

– Вы напали на Нока без моего ведома?

Король Варек раскинулся на золотом троне и барабанил пальцами по подлокотнику. Его перстни с драгоценными камнями сияли в свете свечей, что горели вдоль ковровой дорожки цвета океана.

Мы с Дерриеном стояли перед королем на коленях. Нас не волновало такое очевидное недовольство Варека. Он не представлял реальной угрозы. Но вот стражи, стоящие вдоль кирпичных стен… Я покосилась на ближайшего ко мне воина. Сквозь прорези шлема на меня смотрели спокойные карие глаза. Стражи верны королю, поэтому мне нужна была благосклонность Варека. По крайней мере, сегодня.

– Мой король, – сказала я, понизив голос. – Это была моя ошибка. Я должна была сообщить вам о своих планах, я просто…

Я подняла голову и посмотрела на Варека сквозь ресницы. Мне нужно выглядеть слабой. Я должна трепетать перед ним. Не важно, что от его вида меня тошнило. Он должен думать, что я на его стороне.

– Я хотела сделать вам приятный сюрприз в знак своей преданности.

Дерриен закашлялся, маскируя смешок, но быстро взял себя в руки. Король Варек покосился на него и снова обратил свое внимание на меня. Его волосы цвета соли с перцем блестели от масла, от его одежды воняло розмарином. Тяжело вздохнув, Варек поправил платиновую корону и сложил ладони вместе. Его жесткий взгляд смягчился.

– Я прощаю тебя. Ты не первая, кто ищет моей благосклонности, – сказал он и жестом подозвал нас к себе. – Прошу вас, встаньте.

Мы с Дерриеном поднялись на ноги, но Варек смотрел только на меня. Его взгляд блуждал по моим ключицам и ногам, и хотя мое платье с длинными рукавами скрывало все, мне казалось, что я стою перед ним полностью обнаженная. Я подавила рвотный позыв и ждала, когда Варек посмотрит мне в глаза. Он откашлялся.

– Я так понимаю, Нок сбежал. Снова.

Дерриен вздрогнул. Нок и его приспешники отбились от нашего отряда. Дерриен потерпел тотальное поражение. Да, было бы неплохо избавиться от Нока сейчас, но меня он мало волновал. Я убрала с доски куда более важную фигуру. Я прикусила губу, пряча улыбку. Смерть Гейджа потрясет других членов Совета до глубины души и сделает Лину уязвимой.

Дерриен наконец обрел дар речи.

– Мы смогли избавиться от его доверенного лица.

От доверенного лица? Да, Гейдж был сильным заклинателем, но его даже с натяжкой нельзя назвать приближенным Нока. Однако Дерриен не хуже меня понимал, как важно кормить Варека ложью.

– Что ж, хоть какие-то хорошие новости.

Варек нахмурился, после чего указал двумя пальцами на ближайшего стража. Они обменялись парой слов. Солдат коротко кивнул и поспешил к выходу из зала. Еще двое отделились от стены, оставив свои посты, и последовали за ним следом.

– Что-то случилось? – спросила я.

Варек не производил на меня впечатление искусного стратега. Однако я не должна скидывать со счетов его паранойю и многолетний опыт правления, даже и в качестве формального монарха.

– Я знаю, куда направляется Нок. – Варек ухмыльнулся. – Если бы сначала посоветовались со мной, мы могли бы придумать более эффективный план. Но сейчас… – Он поджал губы и вздохнул. – Сейчас будем играть ту партию, которая на доске.

– Куда же? – Дерриен подошел ближе.

В его словах сквозил гнев, а его пальцы обвили тени. Варек смотрел на Дерриена скорее с любопытством, чем с беспокойством. Он чувствовал себя в безопасности благодаря стражам, каждый из которых обладал силой, способной развеять тени наемника в один миг.

Дерриен – дурак. Он совершенно не ценит силу теней и не умеет ею пользоваться. Если бы умел, то весь мир был бы у его ног. Только вот Дерриеном движет жалкое желание мести, злоба и слабые амбиции. Не такие, как у меня.

– Он направляется в Рваное ущелье, в руины Тариуса. – Варек встал, вытирая руки о тунику цвета индиго. Его пальцы замерли на серебряном грифоне, вышитом на груди. – Если ты не ошибаешься, Язмин, то он уже посетил руины Нефесты, Осло и Сильвис.

– Не ошибаюсь.

Мои слова прозвучали слишком резко, и Варек вопросительно приподнял бровь. Я наклонила голову в знак извинения.

– Стоит отметить, – сказала я, – что в местах силы обитают исключительно сильные твари. В Рваном ущелье есть зверь, которого не смог еще укротить ни один заклинатель. Этот зверь может их убить.

– Интересно, – сказал Варек.

Он направился к выходу из тронного зала и помахал нам рукой, чтобы мы следовали за ним. Подобное отношение раздражало меня до глубины души, но я подчинилась. Как и Дерриен.

– Мы и раньше полагались на зверей и ничего путного из этого не выходило, – сказал Варек, и Дерриен открыл рот, чтобы заговорить, но король заставил его замолчать одним лишь взглядом. – То же самое можно сказать и о твоих… талантах.

Мы вошли в главный коридор замка, где нас встретил целый отряд стражей в доспехах цвета ртути. Все они выстроились в линию, и каждый из них был как минимум на голову выше нас. Варек остановился перед своими солдатами, и его глаза засияли от гордости.

– Мы объединим наши силы и устроим засаду. Дерриен, ты и твои наемники будете работать вместе с моими стражами. – Он повернулся ко мне, высокомерно улыбаясь во весь рот. – А ты, Язмин, расскажешь мне подробнее о звере, обитающем на руинах.

Десятая глава. НОК

Несколько дней мы усердно скакали на Зилах, отдыхая только при крайней необходимости. Бескрайние, покрытые льдом равнины сменились пыльно-красной глинистой почвой, огромными валунами и месами[1]. Мы сильно устали, поэтому, когда накануне вечером вдалеке появились очертания Рваного ущелья, было решено разбить лагерь и отдохнуть. Теперь, в ранние утренние часы, я понимал, что это была хорошая идея.

Над землей висел тонкий туман, который тянулся от палаток до рваного края ущелья. Трещина, похожая на молнию, уходила глубоко вниз в бездонную пропасть. Те, кто отваживался спуститься в недра ущелья, так и не вернулись, чтобы поведать о его глубине. Прямо посреди этой смертельной ловушки возвышался останец. Руины Тайруса располагались на его плоской вершине, и единственным способом добраться туда был подвесной деревянный мост с веревочными перилами.

С тихим вздохом я повернулся к своей семье. Мы сидели вокруг догорающего костра, держа в руках оловянные кружки с быстро остывающим кофе. Озиас ворошил угли, чтобы не дать пламени погаснуть. Калем смотрел то на Инжира, то на горизонт. До настоящего момента наше путешествие шло гладко. Однако мне не хотелось, чтобы Лина отправила Гулью обратно в царство тварей.

Лина что-то пробормотала себе под нос и закусила губу. «Краткая история Вильхейма» лежала открытой у нее на коленях. Моя анам-кара аккуратно перелистывала страницы, поглощая содержание книги. Я невольно улыбнулся. Преданность Лины своим людям, всем людям, вдохновляла. Она совсем недавно согласилась стать королевой и вот уже изучает историю Вильхейма, чтобы лучше понять народ, которым в скором времени будет править.

Я нежно убрал прядь волос с ее щеки.

– Все понятно?

– Вполне, – сказала она, хмуря брови.

– Может, нужны уточнения? Хочешь верь, хочешь нет, но здесь все действительно описывается кратко. Много деталей упущено.

– Что ты можешь рассказать про руины? – Лина отставила кружку и открыла книгу ближе к концу. – Здесь совсем мало говорится о них. Существует пять священных мест – пять усыпальниц великих магов. И еще в тексте сказано, что к руинам могут приходить только члены королевской семьи.

– Это мы и так знаем. – Я сделал глоток кофе. – Ты, наверное, больше никакой информации не нашла.

– Именно. – Лина нахмурилась еще сильнее, пробегая взглядом страницу.

– Что-то не так? – Озиас оторвал взгляд от огня.

– Нет. Я не знаю. Это просто… – Она вздохнула и, наконец, оторвала взгляд от книги, однако выражение ее лица по-прежнему осталось задумчивым. – Заклинатели знают о руинах, потому что рядом живут звери. Но мы стараемся избегать этих мест.

– Почему? – спросил Калем, подпирая подбородок рукой.

– Из-за могущества зверей. Сами посудите, – сказала Лина, откладывая книгу и прикасаясь к бестиарию. – У Нефесты мы нашли Гисс. В Осло – Древтока. На руинах Сильвис мы встретили Никс-икари. Они все опасны.

– Рейна опасна, не спорю. Но Ток и Уинноу? – Калем пожал плечами.

Я напрягся.

– Есть вещи более могущественные, чем физическая сила. Магия Уинноу опасна. То, как она перевирает слова… – Я покачал головой, вспоминая, как именно Гисс исполнила мое желание. Она успешно сняла многолетнее проклятие, отравляющее мою жизнь, но это дорогого стоило. Я лишился Лины. Винн, ее бывший возлюбленный и член Совета заклинателей, похитил ее и превратил в марионетку при помощи магии укрощения. Даже сейчас, когда я вспоминал о ее туманном взгляде и безжизненном монотонном голосе, мне становилось не по себе.

– А Ток молод, – добавила Лина, качая головой. – Кто знает, на что он будет способен через несколько лет. В общем, без крайней необходимости заклинатели не посещают руины.

– Ты думаешь, там кто-то есть? – Озиас посмотрел на одинокий останец, где располагались руины Тайруса.

Над ущельем пронесся порыв ветра, сотрясая мост и прогоняя остатки утреннего тумана.

– Думаю, да, – ответила Лина, она сложила ладони вместе и встретилась со мной взглядом. – Что нам нужно знать о руинах Тайруса? Что ты знаешь о ритуале?

Я вспомнил, как сидел на коленях у отца и рассказывал ему наизусть древнюю песнь о восхождении на престол. Это же самое воспоминание посетило меня перед встречей с духом Сильвис.

Первый приветствует,

Второй задает вопросы.

После того как третий признает,

Четвертый благословит.

И будешь ты править,

Когда пятый склонит голову.

Я проговорил слова вслух и поставил кружку с кофе на землю.

– Тайрус благословит мои притязания на трон. Это должно быть довольно просто, теперь, когда я не противлюсь воле богов.

Лина теребила край рукава.

– И это все? О тварях ни слова?

– Ни слова. – Я схватил себя за волосы на затылке. – В Вильхейме о тварях ничего не знают, только то, что они существуют. А что? К чему ты клонишь?

– Это всего лишь слухи, но говорят, что в этом ущелье живет опасный зверь. И поскольку мы встречали опасных существ на каждых руинах, где были, то, думаю, встреча с ним неизбежна.

– Ну и что такого? – Калем пожал плечами. – Приручишь еще одного зверя, как обычно.

– Ты не понимаешь. – Лина вгляделась в ущелье, встала и скрестила руки на груди. – Опять же, это всего лишь слухи. Но если они окажутся правдой, если Прентисс обитает здесь…

– Ты сможешь приручить его? – спросил Калем.

– Не смогу.

– Ой, да ладно. – Калем хрустнул костяшками пальцев. – Еще один опасный зверь – это же здорово. Мы можем использовать его против Язмин.

Лина смерила Калема суровым взглядом.

– Говорю тебе, я не могу его приручить. Ни одному заклинателю это не удавалось.

– Но ты ведь еще не пробовала. – Калем натянуто улыбнулся.

– Прентисс пожирает людей, Калем. Не уверена, что я стану исключением.

– Почему я никогда об этом не слышал? Члены королевской семьи веками посещают места захоронений, чтобы боги признали их достойными трона. Как-то странно. – Я нахмурился и провел рукой по волосам.

– Никто, кроме твоих предков, не вторгался на территорию Прентисса. Возможно, королевская семья находится под защитой богов. – Лина посмотрела на книгу, лежащую на земле. – В тексте ясно сказано, что только королевская семья Вильхейма имеет право посещать руины. Если учесть это и легенды моего народа… Я не знаю, что нас ждет, но… У меня нехорошее предчувствие. – Покачав головой, она посмотрела на нас. – Может быть, нам остаться здесь, пока Нок сходит к могиле Тайруса. Мы можем…

Пронзительный визг прорезал воздух. Инжир резко повернул голову, всматриваясь в противоположную от ущелья сторону, где на горизонте клубилось облако красной пыли. Я прищурился. На солнце блеснуло что-то металлическое. Топот копыт эхом отозвался у меня в ушах.

– Стражи.

Я подскочил на ноги, разрезал ладонь и вооружился кровавыми клинками. Калем и Озиас чертыхнулись и заняли позиции, призывая теневые клинки.

Такого раньше не бывало. Стражи редко покидали границы Вильхейма. Их отправляли на поле боя лишь в крайних случаях. Например, чтобы защищать своевольного принца.

Я открыл было рот, чтобы отдать приказ, но Инжир снова завизжал. На этот раз он повернул голову влево, и его сверкающие глаза устремились в направлении другого облака. Только оно было не красное, а черное. Сквозь клубящиеся тени я рассмотрел бывших членов гильдии, которые неслись к нам во главе с Дерриеном.

– Я его убью! – взревел Калем, теряя самообладание. Его тело задрожало, а кожа покрылась каменными чешуйками.

– Подожди! – крикнула Лина, и ее голос заглушил визг Инжира.

Справа от нас в розоватом свете появилась женщина с платиновыми волосами. Она вытянула вперед руку в безмолвной команде, которая была мне хорошо знакома. Слишком хорошо.

Схватив Лину за запястье, я потащил ее к мосту – нашему единственному пути к отступлению.

– Бежим!

Калема буквально трясло от злости, но каким-то невероятным образом он сумел сохранить человеческий облик. Они с Озиасом бросились бежать следом за нами. Мы бросили все: палатки, вещи, лошадей. На сборы не было времени.

У Лины было всего несколько секунд, чтобы отправить Инжира обратно в царство тварей, а затем я подхватил ее на руки и призвал тени. Мы бежали к руинам через чернеющую бездну. Калем и Озиас не отставали, время от времени оборачиваясь назад. Деревянный мост скрипел и раскачивался под ногами. Даже тени не могли полностью скрыть наше поспешное бегство.

Лина обхватила меня крепче и посмотрела вниз, в пустоту, а затем на наших преследователей. Я бросил взгляд через плечо, и кровь застыла у меня в жилах. Наши враги практически собрались у края пропасти. Язмин не спешила в погоню. Ей незачем было спешить. Ее твари мчались вперед, скаля зубы. Одного зверя я узнал: туманная легендарная кошка, которая убила Гейджа в Китском лесу.

Стражи спрыгнули с Зил и выбежали на мост. Ослепительные столбы света развеяли оставшиеся позади тени. Пронзительный свист снова заставил меня оглянуться назад. Дерриен потянулся за луком и с ухмылкой наложил на тетиву теневую стрелу.

– Озиас! Калем! Осторожно! – крикнул я.

Со свистом стрела промчалась мимо, едва не задев мою щеку, и засела в доске. Люди Дерриена последовали его примеру и запустили нам вслед теневые клинки. Сейчас мы представляли легкую мишень. Несколько ножей не долетели до цели, еще несколько мы отбили тенями, но вот остальные… Я, Калем и Озиас шипели и ругались сквозь зубы. Мое плечо пронзила острая боль. Хвала богам, Лина не пострадала.

Я смотрел вперед. Мы почти добежали до останца. Осталось всего несколько метров. Еще один нож вонзился между лопатками. Сдерживая проклятия, я продолжал двигаться вперед. Мы доберемся до руин, и что делать дальше? Можно спрятаться за каменной гробницей, в которой покоятся останки Тайруса, но что дальше? Язмин, Дерриен и стражи просто последуют за нами через мост. Что ж, по крайней мере, им придется на время разделиться и прекратить атаки, что выиграло бы нам немного времени.

Я снова оглянулся назад и обнаружил, что наши враги остановились у моста. Один из стражей выхватил меч. А затем он перерубил веревки. Время остановилось, пока я наблюдал за падением моста. Доски начали уходить у меня из-под ног.

Сосредоточившись на выступе впереди, я бросил Лину в сторону плато. Она взмыла в воздух, испепеляя меня взглядом. Лина выкрикнула мое имя, и ее выбросило из мира теней. Она упала на землю, поднимая облако красной пыли.

Озиас, Калем и я схватились за веревочные перила и ударились об отвесный склон. От силы удара нас отбросило назад. Калем закричал и сорвался вниз. Я не успел даже моргнуть, но Озиас схватил Калема за запястье. Плечо Оза хрустнуло, и он взвыл от боли.

– Нок! – Лина выглянула из-за выступа и тут же отпрянула, прячась от очередного залпа теневых клинков.

Лина вскрикнула от боли, и меня затрясло от гнева. По ущелью разнесся смех Дерриена.

– Слишком просто! Подставляетесь, как дети.

За его надменными словами последовал звук натягивающейся тетивы. Стрела Дерриена нацелилась прямо на меня.

Скрип двери в царство тварей. Грохот, сотрясающий гору. На нас посыпались камни и пыль. Даже несмотря на шум я слышал свист стрелы, хоть и потерял ее из вида. Прикрыв голову рукой, я приготовился к боли.

Боли не было. С глухим стуком стрела застряла в дереве. А затем вокруг моего пояса что-то закрутилось. Я открыл глаза и убрал руку от лица. Передо мной в воздухе висела доска, в которую попала стрела. Нет, она не висела в воздухе. Ее держала зеленая лоза, похожая на щупальце. Точно такие же лозы обвились вокруг меня, Оза и Калема. Не просто обвились. Они тащили нас вверх.

Лина ждала нас на плато. Ее метка заклинателя пульсировала силой. Рядом с Линой стоял Ток. Тело и голова Древтока состояли из двух покрытых корой сфер, от которых тянулись бесконечные лозы. При помощи лоз Ток добывал себе пищу, но сейчас он использовал их, чтобы спасти нас. Лозы отступили, и мы оказались за одной из колонн усыпальницы Тайруса.

– Я никогда в жизни так не радовался твердой земле под ногами, – сказал Калем, все еще бледный, как полотно. Он погладил Тока по голове, и зверь ответил радостным возгласом, похожим на шелест листьев.

– Я тоже, – сказал Озиас и что-то пробубнил себе под нос, прислонившись к колонне и придерживая больную руку.

Лина подбежала ко мне и уткнулась лицом мне в грудь.

– Хвала богам, – выдохнула она.

– Хвала Току.

Я посмотрел на Древтока. Жаль, что у нас не хватило времени, чтобы сложить наши вещи в его нижнюю сферу. Теперь, даже если у нас получится выбраться отсюда живыми, нам придется задержаться в ближайшем городе, чтобы купить все необходимое для путешествия и продолжить путь.

– И ему тоже, – с нежностью сказала Лина. Она протянула руку, чтобы погладить зверя, но вздрогнула и приложила ладонь к боку. На васильковой блузке алела кровь.

Я опустился перед Линой на колени и приподнял край блузки.

– Ты ранена.

– Ты тоже. – Она перевела взгляд на Калема и Озиаса. – Нам всем досталось.

– Кто-нибудь должен вправить мне плечо, – прохрипел Озиас, неуклюже ковыляя к нам. – И быстро. Пока мышцы не свело или пока на нас снова не напали.

– Помоги Озиасу, – сказал я Калему и выглянул из-за каменной колонны.

Язмин, Дерриен и стражи замерли на краю ущелья. Странно. У Язмин в арсенале наверняка есть зверь, который может перенести ее на противоположную сторону пропасти. Дерриен и его приспешники могли бы продолжить метать в нашу сторону теневые клинки. А стражи могли бы запросто призвать свет и телепортироваться к руинам Тайруса.

Озиас вскрикнул, когда Калем вправил ему плечо. Вместе они выглянули из-за колонны, расположенной в нескольких метрах от меня.

– Что они задумали? – спросил Озиас.

– Не знаю, – ответил я.

Язмин повернулась к Дерриену и что-то ему сказала. Он ухмыльнулся и исчез в толпе своих людей. В скором времени он вернулся с мешком, в котором, судя по форме, находилось человеческое тело.

Лина подошла ко мне и тоже выглянула из-за колонны.

– Что это такое?

Дерриен развязал веревку и вытряхнул мешок. К его ногам упало тело. Я сосредоточился, пытаясь уловить признаки жизни, но не услышал ни дыхания, ни сердцебиения. И все же я почувствовал исходящий от трупа потенциал. Этот человек умер совсем недавно, и моя кровь могла бы его оживить.

Я не впервые видел мертвеца, но мне было не по себе. С какой целью Дерриен притащил его сюда?

Лина побледнела. Ее глаза внезапно округлились.

– Нок?

– Что?

– Сколько времени тебе нужно, чтобы получить благословение от Тайруса?

Дерриен поставил ногу на спину безжизненного тела.

– Возможно, несколько минут, – сказал я. – А что?

– Поспеши. Тебе нужно поспешить.

Вытянув руку, Лина озарила нас вишневым светом. Дверь в царство тварей со скрипом отворилась, и она отправила Тока домой, одновременно призывая Оникса. Шерсть легендарного зверя встала дыбом, и он зарычал, вставая рядом со своей хозяйкой.

– В чем дело, Лина? – спросил Калем.

– Мы вот-вот встретимся с Прентиссом.

С широкой ухмылкой Дерриен пнул безжизненное тело, и оно полетело вниз. Мы все замерли в ожидании. Каждая секунда мучительной тишины тянулась вечность. Мы так и не услышали звука удара. Мы не услышали вообще ничего. Я наивно подумал, что мы, наконец, сможем позволить себе передышку, но в этот же момент из недр ущелья послышался протяжный рев, похожий на завывания ураганного ветра.

Дерриен, Язмин и стражи бросились прочь от края. Они бежали от жуткого звука, который становился все громче и громче и предвещал лишь одно.

Смерть.

Одиннадцатая глава. ЛИНА

Меня парализовал страх. Этот звук, эта ужасная протяжная нота предвещали не что иное, как неминуемую гибель. Каждая клеточка моего тела умоляла меня бежать. Спасаться. Язмин приручила Врииса и намеревается пробудить Окнолога. И тем не менее сейчас она уносила ноги прочь, не желая встречи с Прентиссом. А мы остались здесь, на останце. Путей к отступлению нет. Наши враги загнали нас в смертельную ловушку. Язмин, вероятно, знает, что у меня нет зверя, который может всех нас спасти.

Но это не значит, что мы должны сдаться. Я не позволю своей семье погибнуть.

– Нок, давай! – Я указала на каменный алтарь.

Нок бросился вперед и замер перед плитой в центре. Он опустился на колени, склонил голову и закрыл глаза.

Прентисс снова взвыл, и на этот раз из недр ущелья поднялся порыв ветра. Нас окутало пыльным красным облаком, сквозь которое солнце казалось кровавым шаром.

Я повернулась к Ониксу и обхватила его массивную голову руками.

– Послушай, я знаю, тебе не нравится летать с людьми на спине, но мне нужна твоя помощь. Поможешь? – Я провела рукой по его гриве и почесала под подбородком. – Пожалуйста.

Должно быть, Оникс чувствовал растущую тревогу в моем голосе, потому что не стал упрямиться. Он лег на землю и расправил крылья. Я могла бы призвать на помощь Рейну, однако она до сих пор не восстановила силы. Расстояние между останцем и противоположным краем ущелья слишком большое. Рейна не сможет телепортироваться вместе с пассажиром. Но Оникс справится. И нам нужно выиграть достаточно времени, чтобы он успел перенести всех нас.

– Хороший мальчик. – Я погладила Оникса по голове, а затем повернулась к Калему и Озу. – Вы двое летите первыми. Он перенесет вас на другую сторону ущелья.

– А как же вы с Ноком? – спросил Оз.

Очередной порыв ветра пронесся мимо нас, поднимая облака пыли, и мы подпрыгнули на месте.

– Он привык летать вместе со мной. Вас двоих ему поднять уже будет довольно трудно. – Я посмотрела на своего зверя, который пыхтел в предвкушении. – Он вернется за нами.

– Лина, нет. Это…

– Не спорь со мной! – рявкнула я, перебивая Калема. – Делайте, как я говорю, или мы все умрем.

Калем закрыл рот, кивнул и забрался к Ониксу на спину. Оз замешкался, бросая обеспокоенный взгляд на Нока, затем на меня, но спорить не стал и последовал примеру Калема.

– Лети как можно быстрее. – Я похлопала зверя по спине.

Оникс зарычал и бросился бежать. Как только он достиг края плато, прямо перед ним из ущелья поднялся очередной порыв ветра и…

Прентисс. Огромный змей. Настолько огромный, что его тело могло бы несколько раз обернуться вокруг останца. Он зацепился за край когтями, расположенными на кожаных крыльях, и уставился на нас сверкающими свирепостью глазами.

Зверь открыл пасть, обнажая огромные чудовищные клыки, и сделал вдох. Воздух вихрем закружился у него в горле.

Я упала на землю и призвала Гравелтота.

Гранди, маленький круглый зверек с каменной кожей, встал передо мной. Сланцевые пластины, закрывающие его ноги, приподнялись, и он уперся копытами в землю, активируя свою магию.

Над нами образовался гравитационный купол, который вдавил меня в землю. Я едва могла дышать, но хотя бы перестала скользить к разинутой пасти Прентисса. У меня едва хватило сил повернуть голову и найти Нока.

Он стоял на коленях совершенно неподвижно, почтенно склонив голову. Когда Нок общался с богами, он впадал в своего рода транс. Вихрь Прентисса кружил вокруг Нока, не причиняя ему никакого вреда. Членам королевской семьи здесь рады, а вот мой статус невесты будущего короля мне никак не помогал.

От пронзительного визга мне стало не по себе, и я повернула голову. Оникс скользил по направлению к Прентиссу, царапая когтями землю. Чудовище отпрянуло назад, втягивая в легкие побольше воздуха, и Оникс, потеряв опору, свалился с края обрыва.

– Оникс!

Дрожа всем телом из-за магии Гранди, я поползла к краю ущелья. Перед глазами плясали черные точки. Я едва могла дышать.

Оникс. Калем. Оз. Моя семья!

Мои глаза наполнились слезами. Прентисс замер и принюхался, как будто пытаясь понять, почему я не двигаюсь с места. Заметив Гравелтота, он тут же зашипел.

Откуда-то из глубины ущелья послышался торжествующий рык. А затем Оникс взмыл в небо, яростно размахивая крыльями и разгоняя красную пыль. Он поднимался все выше и выше. Вместе с Озом и Калемом на спине.

– Слава богам, – прошептала я.

Однако крик Оникса привлек внимание Прентисса, и он снова разинул пасть. Оникс сбавил скорость, изо всех сил борясь с потоками воздуха. Калем и Оз без остановки метали теневые ножи в сторону Прентисса. Если бы змей проглотил хотя бы один клинок, то это бы его замедлило. Но когда несколько ножей засосало в нутро Прентисса, то они просто исчезли. Растворились. Магия чудовища слишком сильна.

Думай, Лина, сказала я себе. Но как я могу противостоять зверю экстра-класса?

Зверь экстра-класса!

Мысли лихорадочно роились в голове. Часть пыли Прентисс вдохнул, а часть – развеял. Значит, воздух здесь достаточно чистый, чтобы в нем образовалось какое-нибудь вещество. Допустим, туман.

Я долгое время не призывала Эона, чтобы дать ему возможность прийти в себя после времени, проведенного с Язмин. Но сейчас мне просто необходим зверь экстра-класса, поэтому…

Глубоко вдохнув, я направила поток магии в символ на руке. Дверь царства тварей со скрипом распахнулась. Гранди отправился домой, и в этот же момент передо мной появился зверь, по размеру и облику похожий на волка.

Обычно Вриис пребывал в игривом настроении, но не сегодня. Эон устремил горящий белый взгляд на Прентисса. Прижав уши к голове, Вриис угрожающе зарычал. Шерсть на его загривке вздыбилась, а внутри его облачного тела вспыхнули синие искры. Вокруг Эона образовался туман, и зверь прижался к земле, готовясь к прыжку.

Прентисс перестал вдыхать. Его брюхо раздулось до невероятных размеров. Змей по-прежнему смотрел на Оникса, намереваясь избавиться от него.

– Защити Оникса. – Я попятилась, чтобы у Эона было больше места, и едва не задела Нока.

Эон тут же увеличился в размерах, превращаясь в грозовую тучу, которая закрыла меня и Нока. Нас окутало туманом, а воздух вокруг наэлектризовался. Волосы у меня на руках встали дыбом. Эону потребуется еще несколько минут, чтобы накопить заряд и выпустить молнию.

Естественно, Прентисс не собирался ждать, пока его атакуют, и напал первым. Он открыл пасть и выпустил вихрь из своего нутра в сторону Оникса, Калема и Оза. Оникс резко спикировал влево, едва увернувшись от опасного потока. Оз и Калем чудом удержались у Мияда на спине.

Прентисс повернул голову, направляя в их сторону чудовищный поток воздуха, и…

Эон прыгнул. С громким щелчком он сомкнул зубы на шее Прентисса, перекрывая воздух. Змей яростно шипел. Несмотря на то что воздушная струя ослабла, она все равно сбила Оникса с курса. Но, по крайней мере, он был жив, а Калему и Озу удалось удержаться у него на спине.

Прентисс взвизгнул и соскользнул с края останца. Беспорядочно хлопая крыльями, он тщетно пытался вырваться из хватки Эона. Змей продолжал выдыхать воздух, который грозил разогнать туман. Однако это было уже неважно. Тяжело дыша, я подбежала к Ноку.

– Нок! – Я схватила его за плечо.

Нет ответа.

Влажный воздух наэлектризовался, и я вздрогнула. Эон атакует. Молния поразила Прентисса со смертельной точностью. По чешуйчатой коже чудовища разбежалась паутина электрического разряда. Я застыла на месте, ожидая, когда же Прентисс обмякнет и упадет. Но он зашипел и стал извиваться еще сильнее, неистово размахивая крыльями. Меня парализовало от страха. Неужели молнии Эона не могут пробить кожу Прентисса?

У меня над головой взревел Оникс. Калема и Оза на спине у него больше не было. Надеюсь, они уже в безопасности на другой стороне ущелья.

Мой Мияд описал круг и спикировал вниз, пролетая под брюхом Эона.

– Нок! – Я встряхнула его. – Ну же, приди в себя!

Наконец он поднял голову и моргнул, глядя на меня. Затем застыл, уставившись на Эона и Прентисса.

– Бежим! – Я потащила его к Ониксу.

Прентисс изогнулся, и его когтистое крыло задело глаз Эона. Взвыв, Вриис отпустил змея и отскочил назад. Освободившись, Прентисс взлетел, не теряя ни секунды, и втянул в себя туман, пока Эон тряс головой и рычал от боли.

Мы с Ноком забрались на спину Оникса. Он взревел и, подбежав к краю ущелья, взмыл в небо. Мы едва увернулись от атаки Прентисса. Обратив ярость на Эона, змей обрушил мощный вихрь на руины Тайруса. Каменная гробница треснула, а вместе с ней и само плато.

– Эон! – закричала я.

Вриис припал к земле, пытаясь выстоять против ураганного ветра. Его лапы дрожали от напряжения. Зарычав, он прыгнул на Прентисса, и от этого прыжка трещина посредине останца стала еще шире.

Оникс продолжал мчаться к противоположному краю пропасти, изо всех сил работая крыльями. Мы почти в безопасности. Внизу я увидела Калема и Оза, с ужасом наблюдавших за схваткой зверей экстра-класса. Я оглянулась. Останец рассыпался на обломки, образуя вокруг себя огромное красное облако пыли. Время на исходе.

Вытянув руку, я направила всю свою силу в метку заклинателя, рывком открывая дверь в царство тварей и озаряя пространство вишневым свечением.

– Эон, домой!

Я почувствовала, как он отпустил Прентисса и скрылся в безопасности царства тварей. И останец тут же рассыпался на куски. Вместе с обломками, шипя и извиваясь, Прентисс отправился на дно ущелья. Его прочная шкура наверняка спасет его, и скоро он сможет выползти обратно. Только вот мне совсем не хотелось задерживаться, чтобы посмотреть, насколько скоро.

Оникс приземлился рядом с Калемом и Озом, дрожа от усталости. Он тут же рухнул на живот, и мы с Ноком спрыгнули с его спины. Тяжело дыша, Оникс посмотрел на меня и тихо мяукнул.

– Ты наш герой, Оникс. Отдыхай. – Погладив его по голове, я открыла дверь в царство тварей и отправила его домой. Из ущелья донеслись отголоски яростного рева. – Нам нужно уходить, пока Прентисс не вернулся.

– Пойдем сквозь тени. Твоим зверям нужно отдохнуть, – сказал Оз, помогая мне подняться на ноги.

Нок кивнул, но не двинулся с места, глядя немигающим взглядом в сторону Рваного ущелья.

– Быстрее, пока нас не догнали эти отбитые на голову засранцы, – прошипел Калем.

Оглянувшись через плечо, я увидела наших врагов. Из-за расстояния они казались совсем крошечными. Тем не менее Язмин я узнала сразу. Вокруг нее горело брусничное зарево. Мы способны возвращать зверей в мир тварей из любой точки, но призываемый зверь всегда появится рядом с нами. Отправить его куда-то еще невозможно. Только это неважно. Язмин может призвать летающего зверя и переместиться к нам в считаные минуты.

– Уходим, – сказал Нок.

Как один, он, Калем и Оз призвали тени, и мы скрылись в мире тьмы, где Язмин не могла до нас добраться.

По крайней мере, сегодня.

Двенадцатая глава. КОСТ

Пребывание в Хайрите оказалось не таким продуктивным, как я надеялся.

Прошло уже несколько дней с тех пор, как я разговаривал с Ноком, Линой, Озиасом и Калемом. Каждую минуту я боролся с невыносимым желанием отправиться вслед за ними. Однако вместо этого я был вынужден ждать новостей. Путешествие в Инвер требовало предельной осторожности, если ребята надеются не попасться на глаза людям Варека. Я могу все испортить, если последую за ними. К тому же я нужен в Хайрите.

Сначала я организовал временное жилье для членов гильдии. Мы расставили палатки и соорудили большой навес – место общего сбора. Заклинатели предложили нам обустроиться в Хайрите, но мы отклонили данное предложение. Для многих из нас зеленые лужайки города – поле битвы, в которой погибли товарищи. Минуло немало времени с тех пор, как мы бросили вызов Винну, чтобы спасти Лину. Но все равно этого времени недостаточно, чтобы члены Круора и заклинатели смогли смотреть друг на друга без предрассудков.

Как только мы устроили лагерь, я назначил Эмелию и Иова ответственными за ежедневные тренировки. Наши новобранцы едва успели привыкнуть к жизни в Круоре, и лишь единицы научились контролировать тени. Теперь они оказались на чужой территории, а на горизонте маячила надвигающаяся война. Даже опытные бойцы нервничали.

Со всем этим можно справиться. Я другого и не ждал. Первые несколько дней были тяжелыми, как я и предполагал. Чего я не смог предугадать, так это поведение Гейджа.

Вздохнув, я разгладил жилетку и огляделся вокруг. Ночь в Хайрите прекрасна. Небо цвета индиго усыпано миллионами звезд, чье мерцание пробивается сквозь ветвистые крыши домов. В лунном свете искрится иней, и вокруг так светло, что заклинатели даже не зажгли парящие рикримовые сферы уличных светильников. Однако тьме здесь тоже нашлось место, и ее сложно было не заметить. И впервые на моей памяти эта тьма не была связана с Круором.

Гейдж сидел в одиночестве перед общим костром рядом с библиотекой и наблюдал за языками пламени. Вокруг него роились тени, пожирая мягкий оранжевый свет. Гейджу нужно научиться контролировать тени, но он отказывался от уроков и тренировок. Однако он цеплялся за прошлое, и даже сейчас это было понятно по тому, как он поглаживал висящий на шее бронзовый ключ Океана.

Чувство вины едва не скрутило мои внутренности в узел. Много лет назад, когда я уговорил Талмейджа воскресить Нока, я чувствовал лишь груз ответственности на плечах, но я не сомневался в правильности своего решения. Но сейчас… Сейчас я не понимал, почему у меня трясутся руки.

Не знаю как, но внезапно я оказался… рядом. Как же так? Стараясь выровнять дыхание, я остановился возле каменной скамьи, давая Гейджу возможность высказать возражения по поводу моего присутствия.

– Садись, если хочешь. – Он даже не посмотрел на меня.

– Завтра нужно изучить пророчество, – сказал я, садясь рядом.

– Ради всего святого! – воскликнул Гейдж, отнимая руку от бронзового ключа. – Это все, что тебя сейчас волнует?

– А что еще меня должно волновать? – Я нахмурился. – Мы должны остановить Язмин.

– Неужели ты настолько бесчувственный? – Гейдж возвел глаза к небу. – Ты хоть представляешь, каково мне сейчас? Плевать на Язмин. Пускай она хоть сто войн развяжет. Мне все равно.

– Не говори так, – сказал я, чувствуя дрожь в пальцах. Я сжал кулаки, стараясь сохранять спокойствие. – Даже не могу представить, что ты чувствуешь. Должно быть…

– Молчи. – Гейдж пригвоздил меня стальным взглядом. – Не смей думать, что ты можешь понять меня в данной ситуации.

– Ты не единственный из нас, кто умер, Гейдж, – сказал я.

– И что? Мне от этого должно стать легче? Ты не знаешь, каково потерять свою суть! Ты ничего не понимаешь и никогда не поймешь!

– Неправда!

Я подорвался на ноги, удивленный своей внезапной вспышкой гнева. Сделав несколько вдохов, я постарался успокоиться. Откуда взялись эти эмоции? Почему рядом с ним я не могу оставаться хладнокровным? Да, я чувствую свою вину перед ним, но… Нет, дело в другом. Совсем в другом. Я не должен развивать эту мысль, потому что за ней тянутся воспоминания о той жизни, что была у меня до Круора. Воспоминания о Джуде.

Невольно я прижал руку к груди, где под рубашкой пульсировал болью давно заживший шрам.

Гейдж напрягся всем телом, но молчал и сердито смотрел на меня снизу вверх.

Взяв под контроль бурю эмоций, я прочистил горло.

– В Круоре не принято обсуждать прошлое.

– Как удобно, что вы все можете забыть о своей боли. Только вот у меня осталось напоминание, от которого не сбежать. – Гейдж снял перчатку и протянул руку к костру, демонстрируя почерневший символ заклинателя.

– У меня тоже есть шрамы, – сказал я, сжимая руку на груди. – Я умер, защищая любимого человека. Добровольно пожертвовал собой. И он обещал быть рядом, даже когда я стал… другим.

Мое тело дрожало, пока я тщетно пытался справиться с волной боли и гнева, которая хлынула через край.

– Он обманул меня, – продолжал я. – Я знаю, наши с тобой жизни нельзя сравнивать, но я знаю, что такое потеря. Эта боль мне не чужда. Я живу с ней каждый день. И я продолжаю жить, потому что должен. Потому что я нужен своей семье.

Долгое время Гейдж ничего не говорил. Покачав головой, он встал, устремив невидящий взгляд в темноту.

– Мы восстали из мертвых, Кост. И мы будем жить вечно. Твое разбитое сердце ничто в сравнении с сотнями жизней, которые я потерял. Они от меня не отказывались. Их у меня отняли. У тебя все еще есть шанс найти любовь. Я же своих зверей не увижу никогда.

– Выходит, моя боль – ничто в сравнении с твоей?

– Заметь, не я это сказал, – огрызнулся Гейдж. Он надел кожаную перчатку и криво усмехнулся. – Пойду подышу свежим воздухом.

– Мы на улице. – Я обвел рукой пространство вокруг нас, чувствуя себя упрямым мальчишкой и не понимая, почему именно Гейдж вызывал у меня подобную реакцию.

Гейдж повернулся ко мне спиной и зашагал к границе леса.

– Повторюсь: свежим воздухом. Рядом с тобой душно.

Тени поглотили Гейджа, и он скрылся в темноте. У меня не хватило смелости последовать за ним. Обжигающая волна ярости отступила, и я не чувствовал ничего, кроме опустошенности. Я сел обратно на скамейку и обхватил голову руками.

Нельзя провоцировать только что перерожденного. Я тренировал новобранцев задолго до того, как этим занялся Озиас. Дикое, непредсказуемое поведение – естественная реакция на магию теней. Реакция Гейджа была вполне объяснимой. В отличие от моей.

Сунув пальцы в нагрудный карман, я достал бронзовый ключ. Держа его перед собой, я открыл дверь в царство тварей. Мой Пои тут же ответил на зов. Феликс навострил лисьи уши, и его аметистовый шар затуманился и тут же прояснился. В моем сознании появилось видение, и я затаил дыхание в надежде увидеть возвращение Гейджа, который вернулся к костру и продолжил разговор в более миролюбивой манере.

Однако вместо этого я просто увидел две минуты, проведенные наедине с Феликсом. Вот и все.

Я подхватил зверя и посадил его к себе на колени.

– Я все испортил, да?

Феликс тихо заскулил и поднырнул носом под мою ладонь. Минуты превращались в часы, а я по-прежнему молча сидел перед костром, поглаживая Феликса по спине. Каждые две минуты он показывал мне будущее, и каждые две минуты я ждал, что что-нибудь произойдет.

Но ничего не происходило.

В конце концов Феликс заснул, и видения прекратились. Его тихое сопение немного успокоило мои расшатанные нервы. И все же я не мог заставить себя сдвинуться с места. Если я вернусь в лагерь, то это поставит точку в нашем разговоре с Гейджем. Он не возвращается из-за всего того, что я ему наговорил. Мне не хотелось быть черствым, но чем больше я анализировал свои сказанные сгоряча слова, тем больше понимал, что мое сочувствие вовсе не было сочувствием.

Над лесом забрезжил рассвет, предвещая новый день и напоминая о куче дел, с которой предстояло разобраться. Однако я мог думать лишь о том, что между мной и Гейджем все кончено, так и не успев начаться.

Тринадцатая глава. ГЕЙДЖ

Я шагал прямиком в чащу Китского леса, не обращая внимание на жуткие завывания его обитателей. Возвращение в Хайрит пугает меня гораздо больше, поскольку там я рискую снова увидеть Коста. Коста, который меня не понимает. И никогда не понимал. Для меня же оставалось загадкой, как настолько умный человек может быть таким беспросветно тупым.

Нахмурившись, я пнул с дороги ветку и продолжил идти, не обращая внимания на сердитые тени, которые цеплялись за меня. Я не мог заставить их исчезнуть. Они не оставляли меня и обвивались вокруг ног, рук, пальцев. Их холодные прикосновения казались мне невыносимыми и отвратительными.

А ведь раньше они тебе нравились.

Я едва не закричал от раздражения. Когда Кост призвал свои тени, и одна из них обвилась вокруг моей руки, у меня подкосились колени. Я был на седьмом небе от счастья. Кост позволил мне увидеть нечто личное, сокровенное. Его тени не пугали меня. Более того, они меня интриговали и давали надежду на нечто большее. Надежду на чувство, которому я не хотел давать определение, особенно сейчас.

Забавно, как все может измениться в мгновение ока.

Отодвинув занавес из колючих лоз, я бесцельно продолжил путь вперед.

Вдалеке раздался очередной жуткий вой, и я поморщился. Местные монстры отличаются от зверей, которых я потерял. Мои пальцы невольно коснулись метки заклинателя. Даже когда она скрыта перчаткой, я не могу избавиться от стоящего перед глазами образа безжизненного, засохшего дерева. От этого невозможно сбежать.

Их нет. И они не вернутся. Грудь вздымалась от участившегося дыхания, к глазам подступили слезы.

Я не хотел перерождаться. Своим опрометчивым решением Кост перечеркнул все варианты нашего возможного совместного будущего. Он даже не понимал, что наделал. Да, Язмин убила меня. Если рассуждать логически, то вряд ли бы у нас с ним вообще было будущее, если бы я остался мертвым. Но логика не имела ничего общего с болью предательства и гневом, которые терзали мое сердце. Я попал в ловушку ужасного мира, который беспощадно напоминал мне о жизни, что могла бы у меня быть. О жизни вместе с зверями. И даже о жизни вместе с ним.

Окружающие меня тени взвились вверх между деревьями, демонстрируя необузданную силу.

Я мог бы полюбить Коста. Прежний я. Но сейчас…

Тьма вокруг давила на меня и не давала дышать, но мне все равно. Мои тени и темнота Китского леса слились в единое целое. Я никогда прежде не замечал, как страдает проклятый лес, но сейчас я чувствовал его безнадежность и боль. Он звал меня и мои тени, и я послушно шагал в самую чащу.

По спине пробежал холодок, когда очередной жуткий вой эхом прокатился по лесу. На этот раз он прозвучал гораздо ближе.

Остановившись, я всмотрелся в темноту, пытаясь понять, откуда раздался вой. Я мало что знал о монстрах Китского леса. Если верить слухам, то здесь живут неприкаянные души тварей, павших в Первой войне. Кажется, у меня с ними даже есть что-то общее. Я тоже обречен скитаться после реинкарнации…

Реинкарнация. Слово эхом звенело у меня в голове. Дыхание участилось, и я выпрямился. Что, если…

Вой не повторился, и я продолжил идти. Мои шаги стали бодрее.

Никто не знает, сколько зверей погибло в тот роковой день. Однако потери были настолько велики, что заклинатели отгородились от остального мира и спрятались в Хайрите. Они не вернулись за останками. И наш народ верит, что смерть – это конец всего.

Мои мысли вернулись к тому времени, когда я читал одну из самых необычных книг Круора – «Зейн и павшие лидеры». Зейн был первым главой гильдии, и именно он построил особняк на границе Китского леса. Зейн был первым в своем роде, и его сила была непревзойденной и, несомненно, непредсказуемой. Я посмотрел на хаотичные завитки теней, что вились вокруг меня. Зейн бывал здесь. И если он обладал силой воскрешать мертвых…

Отчаянная надежда вспыхнула в моем сердце. Если монстры Китского леса – перерожденные твари, то я как перерожденный заклинатель мог бы попробовать их приручить.

Получится ли? Хочу ли я этого? Да, безусловно. Я хочу – нет, мне необходимо – почувствовать связь со своей прежней жизнью. Мне нужно доказательство того, что все не напрасно. Мне нужна причина. Мне нужна цель.

Взбираясь по склону оврага, я лавировал между узловатыми корнями и колючими лозами и в итоге выбрался на поляну, залитую лунным светом. Я осторожно двинулся вперед, вдыхая сырой запах мха и гнили. Легкий ветерок колыхал стручки бобовых сосен, и от этого движения мне казалось, что за мной наблюдают тысячи глаз.

Я настороженно оглянулся по сторонам. Мои тени разбежались во все стороны с тихим шорохом и внезапно исчезли, оставив меня в одиночестве. Удивительно, но без них я чувствовал себя неуютно. Я обхватил себя руками и вгляделся в темноту. В лесу воцарилась зловещая тишина. Минуты казались мне вечностью, пока я ждал чего-то. Не знаю, чего именно, но желание идти вперед пропало.

Умоляю.

Лес не ответил. Я опустился на землю и дрожащими пальцами стянул перчатку. Сердце обливалось кровью каждый раз, когда я видел свою метку. Не думаю, что когда-нибудь я смогу смириться с этой болью.

– Мне просто нужна причина, чтобы остаться в этом мире, – прошептал я, прижимая губы к тыльной стороне ладони.

Я всего лишь хотел вернуть себе хотя бы часть своей прежней жизни. Если у меня не будет зверей, я не смогу даже посмотреть на Коста. Я надеялся, что монстры проклятого леса смогут спасти меня.

Леденящий душу рев раздался из-за деревьев, и тени вернулись ко мне. Они закружили меня в водовороте тьмы, и я подскочил на ноги.

На краю поляны среди деревьев затаился зверь. Его горящие красные глаза уставились прямо на меня. Существо зарычало, и стручки бобовых сосен над его головой затряслись. Зверь припал к земле, готовясь к атаке.

Я медленно встал. Странная, почти безумная радость наполнила меня изнутри, и я улыбнулся.

Кто знает, переживу я эту встречу или нет. Возможно, я умру во второй раз, но, может быть, у меня получится приручить монстра Китского леса. Меня устраивал любой исход.

Четырнадцатая глава. НОК

Без скакунов и припасов мы были вынуждены идти пешком до портового городка Инвера, теряя день за днем и отклоняясь от изначального плана. Мы добывали еду охотой и старались все время скрываться в тенях, делая все возможное, чтобы замести следы и не привлекать к себе внимания.

К тому времени, как мы добрались до тихих мощеных улочек Инвера, мы едва стояли на ногах. Постоянное использование теней высосало из меня, Калема и Оза все силы. Лина тоже изрядно устала. Мы почти не спали. Никто из нас не смог даже немного отдохнуть за время пути. Мы боялись, что нас снова застанут врасплох, поэтому не могли позволить себе расслабиться.

На городок опустилась ночь. Кованые фонари освещали улицы тусклым светом. Это означало, что мы могли прятаться в тени построек, вместо того чтобы использовать магию. Мы пробирались переулками, в которых грязно-белые домишки теснились друг к другу. Вдалеке протрубил горн, возвещая о прибытии в порт корабля. Возможно, именно на нем мы завтра отправимся в путь.

– Сюда, – сказал Оз, указывая на крошечную гостиницу, затерявшуюся в жилом квартале. – Я останавливался тут раньше, когда был на задании. Хозяйка не задает вопросов, так что можно будет переночевать в безопасности.

Я окинул взглядом домик, сложенный из бежевого кирпича. Дубовые окна. Покосившаяся крыша. Довольно скромное пристанище. И здесь наверняка будет гораздо меньше постояльцев, чем в огромном особняке рядом с портом. У входа стояло несколько запечатанных бочек с элем. Фонарь над входом освещал подвешенную табличку, которая гласила: «Спящая сопка».

– Вы уверены, что нам не стоит продолжать путь? – спросила Лина. На некотором расстоянии от нас пьяный мужчина пробормотал что-то бессвязное. Вряд ли он представляет угрозу.

– Нам нужно отдохнуть, купить нормальную еду и новую одежду. Корабль, который идет на остров Короля, все равно не отправится до утра, – сказал я.

Остров Короля. Руины Юны. Остался последний шаг, и я смогу объявить себя королем, но куда важнее то, что я смогу объявить Лину королевой.

На руинах Тайруса все прошло гладко. По крайней мере, для меня. Я даже ничего не подозревал о схватке тварей, которая разворачивалась рядом со мной. Я оказался в тихом месте между мирами, в том же самом, где разговаривал с Осло. Тайрус предстал передо мной в виде сияющего шара. Он долго говорил о том, что значит быть правителем, рассуждал о важности силы духа и приверженности своему народу. Согласно его словам, эти ценности нашли отражение в статуях ребенка, матери и мудрости. И они также нашли отражение во мне.

Я сомневался в объективности оценки Тайруса в отношении меня, однако Лина обладала заявленными качествами. Именно поэтому я принял благословение мага без возражений. Если Лина взойдет на трон, то мы сможем объединить разрозненные земли Лендрии. В моей груди пылал пожар, и я чувствовал, как сильно меня тянет к руинам Юны. Боги ждут меня там.

Мы перешли на другую сторону мощеной улицы и зашли в гостиницу. Пожилая женщина с морщинистой загорелой кожей стояла за высокой стойкой, делая заметки на пергаменте. Она посмотрела на нас поверх очков, после чего снова уткнулась носом в записи.

– Сколько нужно комнат?

– Одна, – сказал я.

Женщина отложила перо и открыла толстую гостевую книгу. Проведя пальцем вниз по странице, она кивнула.

– Есть одна комната. Если кто-то из вас не против поспать вдвоем на одной кровати. Два аурика за ночь.

Сунув руку в карман пальто, я вытащил кошелек из внутреннего кармана. Слава богам, я оставил его при себе, а не спрятал в сумку. Я отдал женщине монеты, и она убрала их в запирающийся на ключ ящик. После этого она направилась вверх по узкой лестнице. Оказавшись у комнаты, хозяйка протянула мне ключ.

– Уже поздно, но трактирщик вас покормит. – Она прищурила глаза, оценивая наш потрепанный вид, и фыркнула. – В конце коридора есть ванная комната. Путешественники нередко забывают одежду. Я оставлю у вас под дверью какие-нибудь вещи. Понятия не имею, в каком они состоянии, но уж точно лучше ваших.

– Спасибо, – сказал я.

Она ушла, не сказав больше ни слова, и мы ввалились в комнату. Тесновато, но на удивление чисто.

Лина тут же рухнула на кровать, на которой мы с ней запросто можем уместиться вдвоем. Калем и Озиас сели на нижнюю койку двухъярусной кровати и одновременно стянули сапоги.

– Чувствую себя земляным червем, – сказал Калем, проводя руками по грязному пальто. На покрывало тут же посыпались пыль и песок.

– Теперь эта кровать твоя. Я не собираюсь спать в твоей грязи. – Озиас ткнул Калема локтем.

Калем возмущенно засопел.

– Ты слишком тяжелый для верхней койки. Как-то не хочется, чтобы ты рухнул на меня посреди ночи.

Лина рассмеялась, а затем комната погрузилась в тишину. Мы в безопасности. У нас есть место, чтобы переночевать, поесть и отдохнуть. Мы знаем, куда нам нужно попасть и каким образом. И хотя мы потратили на путешествие больше времени, чем планировали, у нас все еще есть время до годовщины Селесты. С усталой улыбкой я опустился на кровать рядом с Линой. Она прижалась головой к моему плечу.

– Интересно, как там дела в Хайрите, – пробормотала она.

Временное облегчение сменилось беспокойством. Гейдж. Кост. Моя гильдия.

– Я стану тенью и найду Коста. Сообщу ему, где мы, и вернусь. Он навестит нас и введет в курс дел. Вы пока приведите себя в порядок и немного отдохните.

Лина поцеловала меня в шею.

– Хорошо, – сказала она. – Скоро увидимся.

Лина, Озиас и Калем ушли, и я растянулся на кровати. Погружаясь в тени, я отделил сознание от тела и устремился в сторону Хайрита. Мне нужно лично убедиться, что с моей семьей все в порядке.

* * *

Кост стоял перед нами в облаке теней. Его силуэт не имел четких линий. В комнате горело всего две свечи, по одной на каждом прикроватном столике, и в мерцающем свете пламени Кост походил на призрака. Отчасти из-за того, что он был тенью, но в большей степени из-за его замученного вида. Судя по кругам под глазами, он не спал несколько дней. Поникшие плечи. Растрепанные волосы. На него это совсем не похоже.

Лина сидела на кровати, прокручивая между пальцами цепочку бестиария. Скрестив руки на груди, Озиас стоял у стены и смотрел на Коста с явным беспокойством. Даже Калем вел себя серьезно. Он сидел на нижней койке. Я стоял рядом с Линой, спрятав руки в карманы.

– Кост, что случилось?

Мое терпение было на исходе. После того как моя тень оказалась в Хайрите, я быстро отыскал Коста. Он стоял у входа в библиотеку, глядя перед собой остекленевшими глазами. Когда я спросил, что случилось, он сказал, что ему нужно рассказать о случившемся всем нам.

– Гейдж пропал, – едва слышно сказал Кост. Его голос надломился.

Лина застыла.

– Что значит «пропал»? – спросила она.

– Ушел. Его нет в Хайрите. Мы не знаем, где он. Мы не знаем… почему, – сказал Кост и судорожно сглотнул, как будто не был уверен в собственных словах. – Мы также не знаем, куда он отправился. Он просто… исчез.

– Черт. – Калем уронил голову на руки.

– Гейдж… – Лина зажмурилась.

– И члены гильдии, и заклинатели искали его, но в Китском лесу неспокойно. Монстры слишком активно себя ведут. – Кост снял очки и долгое время просто смотрел на них. – Я попросил поисковые отряды вернуться ради их же безопасности.

– Мы найдем его. С ним все в порядке, – сказал я. Но мои слова прозвучали неубедительно. Мы слишком далеко, и я не могу ничем помочь. – Сомневаюсь, что Гейджу грозит опасность.

– Сейчас единственная опасность, которая ему грозит, – это он сам. – Кост с удивлением посмотрел на свои очки, как будто забыл, зачем вообще их снял. Немного погодя он снова водрузил их на нос. – К сожалению, мы больше не можем тратить время на его поиски. Нам нужно сосредоточиться на том, чтобы остановить Язмин.

– Правильно, но… – Лина открыла глаза, и по ее щеке скатилась слеза, которую она вытерла дрожащими пальцами. – Мы найдем его, Кост.

Он коротко кивнул.

– Найдем. Но Язмин в приоритете. И да, у меня есть новости. – Он прочистил горло. – Мне кажется, я знаю, какой последний ингредиент нужен ей для заклинания.

Я понимал, что Кост эмоционально измотан из-за исчезновения Гейджа, однако открытия всегда приносили ему радость. Он должен был улыбнуться. Немного взбодриться. Посмотреть на нас с надеждой. Но Кост остался бесстрастным. Мне стало не по себе, и вместо радости от хорошей новости я чувствовал лишь удушающую тревогу.

– И что это?

– Сердце.

– Любое сердце? – с удивлением спросила Лина.

– Нет. – Кост нахмурился. – Наверное, ее сердце. Отдав его, Язмин станет единым целым с Окнологом и сможет контролировать его.

– Наверное? Кост, нам нужно знать наверняка.

Я ненавидел себя за свой резкий тон. Косту сейчас нелегко. Он остался без напарника, который помогал ему разбираться с древними письменами и пророчеством. Загадка, которую он старался разгадать, была слишком сложной, и судя по его внешнему виду, он прикладывал к ее решению много усилий. Но мы должны знать наверняка. Только так мы сможем остановить Язмин.

Кост посмотрел на меня усталым взглядом.

– Я понимаю. Я делаю, что могу. Жаль, что Рейвен не может ввести вас в курс дела. Она мне очень помогла. После разговора с ней о пророчестве я смог определить последний ингредиент.

– Почему ты тогда сомневаешься? – Лина снова начала крутить цепочку бестиария.

– В пророчестве говорится о заклинательнице, которая усмирит Окнолога, предложив ему свое сердце. Но в тексте песни есть строчка, что-то о «руке, которая сокрушает», и это сбивает меня с толку. – Кост провел пальцами по подбородку и нахмурился. – Я не знаю, правильно ли мы все истолковали. В заметках Язмин ничего не говорится о том, что это должно быть именно ее сердце. Просто сердце заклинателя.

– Пророчество больше похоже на колыбельную, верно? – спросил Оз.

– Может быть, в текст добавили несколько слов для складности, чтобы было легче запомнить?

– Возможно. Или же она не посчитала нужным отмечать это в своих заметках, – пробормотала Лина. – Язмин многое разрушила. Наши устои. Она напала на заклинателей, обратилась к магии крови… Она уже выполнила данное требование. – Лина покачала головой и опустила взгляд. – Мы издавна верим, что Селеста помогает тем, кто идет по правильному пути. Может быть, Язмин действует в угоду богам. Сами посудите. Ей удалось приручить Врииса. Ни одному заклинателю это раньше не удавалось. И у нее почти получилось собрать все ингредиенты, чтобы оживить Окнолога.

– Не говори так. – Я опустился перед Линой на колени и взял ее за руку. – Не теряй веры. Вспомни о своих зверях. Оникс считает, что именно твой путь правильный.

Лина слабо улыбнулась.

Калем встал и начал расхаживать из угла в угол.

– Итак, что будем делать дальше? – спросил он.

– Мы должны остановить Язмин до годовщины смерти Селесты и помешать ей завершить ритуал, – сказал Кост. – Но проблема в Вареке.

– Но именно поэтому мы и посещаем руины. Боги признают Нока королем, и тогда он сможет управлять войсками Вильхейма. Если Варек окажется в меньшинстве, ему не захочется сражаться с нами, – сказал Калем.

Я ободряюще сжал колено Лины и встал.

– Он не откажется от трона. Даже если бы вся Лендрия требовала этого. Так или иначе, нам придется вступить с ним в бой, чтобы добраться до Язмин.

– Именно, – сказал Кост.

Он расправил тунику и пригладил волосы. Теперь он был больше похож на самого себя. Если моему брату дать сложную задачу, то он не успокоится, пока не найдет решение. В моей груди вспыхнула надежда.

– Нам нужно больше солдат, – сказал Кост.

– Сколько заклинателей согласились сражаться? – спросила Лина.

– Больше, чем ожидалось. Но заклинателей и членов Круора недостаточно, чтобы противостоять Вильхейму.

– И что нам делать? – спросил Озиас.

– У меня есть идея, – сказал Кост и посмотрел на меня. – Но тебе она не понравится.

Я вздохнул.

– Я смирился с первой идеей, которая мне не понравилась.

Стать королем Вильхейма точно не входило в мои планы, но я согласился, потому что в таком случае Лина станет королевой. Вместе с ней мы бы залатали многовековые трещины, которые разделили нашу страну на три части: Круор, Хайрит и Вильхейм. Как только Лина станет королевой, как только мы узаконим наш союз, мы объединим Лендрию. Больше не будет междоусобных войн. Больше не будет изгнанников. Так что если я что-то могу сделать ради такого будущего, то я готов. Мои симпатии или антипатии не имели значения.

– Мы просим Райн оказать содействие. Нам нужны их войска.

После его предложения комната погрузилась в молчание. Я замер в неподвижности. В ушах звенело. Только не Райн. Родина моей возлюбленной напала на Лендрию, потому что все думали, что я убил Амиру. Война закончилась только тогда, когда я позволил солдатам Райна убить себя. Если я приду в Райн… Если там станет известно, что я жив… Война могла начаться снова.

– Ты, должно быть, шутишь, Кост.

– Не шучу.

– У него нет чувства юмора, – пробормотал Калем.

Я бросил на него суровый взгляд, и Калем пожал плечами.

– Мне кажется, ничего не выйдет, – сказал Озиас. – У Райна и Нока плохая история.

Кост поджал губы.

– У нас два варианта: Райн или Алламер, – сказал он. – И мы все прекрасно знаем, какова вероятность того, что маги помогут нам.

– Нулевая, – простонал Озиас.

Какое-то время мы молчали, обдумывая слова Коста. Меня терзала тревога. Мы могли бы рискнуть и искать поддержки у Алламера, страны магов. Однако со времен Первой войны маги старались избегать Лендрии. Если не брать в расчет странствующих магов вроде Эрикса, то они даже общаться с лендрийцами не хотели. Магам плевать на Лендрию, и еще больше плевать на то, кто ей управляет. Райн, с другой стороны, некогда был нашим важным союзником. Со времен войны утекло много воды, и, возможно, они хотя бы подумают о том, чтобы наладить отношения.

– Что ж, – наконец сказал я, тщательно подбирая слова, – на месте королевской семьи Райна я бы не обрадовался, узнав, что Ледяной принц жив и намеревается вернуть трон. – Я скрестил руки на груди. – Внезапно объявляется человек, которого убили ради мести. Мало того, что это им покажется несправедливым. Я еще и выставляю их дураками. Райн нападет на Лендрию из принципа.

– Но если мы отправимся в Райн на переговоры и заключим альянс, у нас будет больше шансов на мирные отношения с ними, как сейчас, так и в будущем.

С тяжелым сердцем я вынужден признать, что Кост прав. Я слишком много думал об угрозах внутри страны и упустил из вида то, что моя коронация будет означать для остального мира. Для Райна. Я почувствовал укол совести и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться.

Если забыть про личные счеты, то союз Лендрии и Райна – наилучший курс вперед.

Лина кивнула и в задумчивости провела пальцами по подбородку.

– Если мы отправимся в Райн, то как мы можем быть уверены в том, что на нас не нападут?

– Сначала в Райн отправлюсь я, а вам нужно посетить последние руины, – сказал Кост. – В Райне не знают, кто я такой, поэтому со мной все будет в порядке, пока я веду разведку.

– До войны Райн и Лендрия жили в гармонии. Обе страны выигрывали от торговли. Варек не предпринимал попыток восстановить экономические отношения. Может быть, если мы предложим… – Нахмурившись, я сунул руки в карманы брюк. – Стоит попытаться. Кост, собери информацию о внешней торговле Райна и выясни, будет ли им выгодно восстановить отношения с Лендрией. Нам нужно подумать, как доказать, что альянс с нами – это выгодно.

– И нам также нужно сделать так, чтобы тебя не убили на первых же переговорах, – добавил Калем.

– Именно, – сказал я.

Кост кивнул с легкой улыбкой на губах.

– Я не особо ориентируюсь в столице Райна, Велесе, но я знаю трактир «Полированный кубок». Встретимся там, – сказал он.

– Будь осторожен. – Лина встала и подошла к Косту.

Она обняла его, не обращая внимания на то, что ее руки проходят сквозь его тело. Тени взметнулись вокруг Лины, и Кост замер. Выдохнув, он уткнулся лбом в ее плечо, закрыл глаза и обнял ее в ответ. Насколько это было возможно в его неосязаемом теле.

– Спасибо, – прошептал он.

И исчез. Кост вернулся в Хайрит. Вернулся к проблемам, которые не мог решить. Вернулся в мир, где нет ни нас, ни Гейджа.

С тяжелым сердцем я подошел к Лине. Неважно, что ждет меня в Райне. Больше всего сейчас я беспокоился за Коста. Мне не терпелось увидеть его лично, чтобы мы могли обнять его по-настоящему.

Пятнадцатая глава. ЛИНА

«Морская лошадь» поражала своей красотой. Корпус корабля был выполнен из темного дерева, украшенного вставками цвета морской пены. По борту были вырезаны волны того же оттенка, по которым галопом мчались лошади. На носу судна расположилось огромное украшение в виде лошади с развевающейся гривой. Она встала на дыбы в предвкушении путешествия. Судно полностью готово к выходу в открытое море, и нам посчастливилось подняться на борт.

Капитан корабля, Харлоу «Мародерка» Сaйбер, тоже произвела на меня впечатление. Не самое приятное. Когда она смотрела на Калема, ее дьявольская ухмылка и горящий взгляд не предвещали ничего хорошего. Харлоу позволила нам подняться на борт отчасти потому, что они с Калемом были знакомы. Но по большей части потому, что мы отдали ей все наши деньги.

Харлоу проводила нас в комнату, расположенную прямо напротив каюты капитана. В комнате стояли только койки и ветхий письменный стол. Столешница завалена листами пергамента, перьями и чернильницами. Единственное окно открыто, и через него можно видеть море и яркое утреннее солнце.

Капитан встала перед нами, скрестив руки на груди. Черные локоны перевязаны золотистой банданой. Пурпурная рубашка с длинными рукавами идеально подходила под цвет ее гладкой смуглой кожи. Завершали образ темные брюки, заправленные в кожаные сапоги.

– Калем, Калем, а я все гадала, когда ты приползешь обратно, – сказала она и окинула нас всех взглядом. – Не ожидала только, что ты приведешь друзей.

Калем улыбнулся своей неизменной кривой улыбкой, которая показалась мне несколько натянутой. Он расчесал волосы пальцами и собрал их в свободный пучок.

– Слушай, Харлоу, насчет прошлого раза…

Быстрее, чем я успел моргнуть, Харлоу выхватила из ножен саблю и приставила ее к шее Калема.

– Если снова попытаешься кинуть меня на деньги, я тебя убью. Да, мы покувыркались пару раз, но это ничего не меняет.

Стоящий рядом со мной Нок напрягся. Он не стал вмешиваться, лишь бросил на брата недовольный взгляд и закатил глаза.

Калем поднял руки в знак примирения.

– Поверь мне, я знаю. И к тому же, как мы можем кинуть тебя на деньги, если мы тебе их уже заплатили?

– Просто напоминаю. – Харлоу опустила саблю и широко улыбнулась. – У тебя очередное задание? Можем снова объединиться.

Под конец голос капитана стал приторным, и она кокетливо приподняла одну бровь. Я едва сдержала смех. Калем бросил на меня сердитый взгляд и опустил руки.

– Я не на задании. Нам просто нужно попасть на остров Короля.

– Мой корабль держит курс на Ортега-Ки. Пассажиры деньги заплатили и все такое.

Харлоу небрежно кивнула в сторону палубы, где команда встречала богатых путешественников, которые заплатили за круиз вдоль побережья Лендрии. Следующие несколько дней они планировали потягивать эль и наслаждаться пейзажем.

– Скажи им, что маршрут изменился. Перед заходом в порт Ортега-Ки мы проплывем остров Короля и остров Королевы. Уверен, никто не будет против.

– Кроме меня, мой дорогой. Я не буду работать себе в убыток, – сказала Харлоу, со скучающим видом разглядывая свои ногти.

– Как-то удивительно, что ты занимаешься развлечением богачей. Неужели нападение на корабли в открытом море перестало приносить доход? – спросил Калем.

– Воровать у богатых в это время года не менее прибыльно. Пиратство – халтурка на лето. – Харлоу пожала плечами.

– Странно, что столица спускает тебе подобное с рук, – ровным голосом сказал Нок. Наверняка он думал сейчас о том, придется ли ему разбираться с мародеркой, когда он вернет себе трон.

– Ты удивишься, принц Александр, но я ворую и для короля. – Харлоу хитро улыбнулась. – Но все может в любой момент измениться.

Между нами повисла напряженная тишина. Мы все замерли в неподвижности. Радужки Калема заблестели ртутью. Да, без магии кольца Нока узнать просто. В каком-то смысле нам даже это выгодно, поскольку он претендует на трон. Однако сейчас, когда мы бежали от короля, Язмин и Дерриена, огласка нам была совершенно ни к чему.

– Ты же понимаешь, что мы можем убить тебя всего за несколько секунд, – процедил Нок сквозь стиснутые зубы.

– О, конечно. Но тогда кто будет управлять кораблем? Как вы доберетесь тогда до острова Короля? – Харлоу рассмеялась. – Я покрываю беглеца. Беру на себя риски. Если вы хотите попасть на остров Короля, то вам придется компенсировать мне мое время и усилия.

– Мы уже заплатили тебе, – холодно сказал Нок.

– Вы заплатили за то, чтобы подняться на борт.

– Проклятая пиратка, – пробормотал Калем. – Чего ты хочешь?

– Вознаграждение. Вы наемники, так что наверняка знаете, что это такое.

– Мы заплатим больше, как только вернемся домой. Мы уже отдали все, что у нас было при себе, – сказал Нок.

Вокруг его пальцев сгустились тени. Харлоу вынуждала нас играть по своим правилам, но Нок не позволит ей забыть, с кем она имеет дело. Капитан невозмутимо посмотрела на его руки и затем снова встретилась с ним взглядом.

– Скучно. Так не пойдет. Мне нужно что-нибудь, что может дать только король.

– Калем, надеюсь, ты не слишком дорожишь этой женщиной, потому что я намерен запереть ее в трюме. Мы найдем кого-нибудь другого, кто сможет управлять «Морской лошадью». – Оз подступил к Харлоу, сжимая кулаки и играя мышцами.

– Удачи, – усмехнулась она. – Моя команда верна мне до мозга костей. Мы вместе драили палубу, пока мой предшественник не скончался. Такая внезапная и преждевременная смерть… Мы до сих пор в шоке.

У меня пересохло во рту. Неважно, убила ли Харлоу предыдущего капитана или нет, но она явно не из тех, кто разбрасывается пустыми угрозами. Харлоу больше ничего не сказала, позволяя нам обдумать свои последние слова. Никто из нас не пошевелился. В конце концов, Нок цокнул языком, и его тени рассеялись.

– Торговые пути.

– Что? – Харлоу посмотрела на Нока.

– Я предоставлю тебе доступ к торговым путям, которые мы планируем наладить с Райном. Там уже признали мои притязания на трон и ждут коронации, – сказал Нок. – Ты сможешь построить флотилию. Да хоть торговую империю. Если согласишься действовать в рамках закона, я дам тебе исключительные права на импорт товаров в Райн под флагом Лендрии.

Я старалась сохранить невозмутимое выражение лица, как и Калем, и Оз. Харлоу не обязательно знать, что мы еще не вели переговоры с Райном. Ноку в голову пришла отличная идея. На данный момент мы ничем не рисковали. Если переговоры в Райне пройдут неудачно, то нам все равно конец. И не нужно будет беспокоиться о том, что мы обманули пиратку. Харлоу долго рассматривала Нока. Скрестив руки, она постукивала острыми ногтями по локтям и что-то бормотала себе под нос. Наконец она протянула ему руку.

– Договорились.

Нок пожал ей руку. Харлоу хихикнула, затем развернулась на каблуках и направилась к двери.

– Скажу команде, что маршрут изменился. Займите себя чем-нибудь до наступления темноты. Вы сможете подышать свежим воздухом на палубе, как только пассажиры лягут спать.

С этими словами она выпорхнула за дверь и плотно закрыла ее за собой.

* * *

Белая луна отражалась в чернильно-черных водах океана и поливала «Морскую лошадь» бледным светом. Харлоу предупредила экипаж о нас. Нет, она не сказала им, кто мы такие. Просто сообщила, что мы на борту и нас нельзя беспокоить. В любом случае, опорная команда, которая поднимала паруса и держала курс ночью, почти не обращала на нас внимания. В воздухе пахло солью, и я сделала глубокий вдох, чтобы справиться с первыми признаками морской болезни. Калем и Оз вытащили стулья и теперь пировали хлебом и рыбой. Мы с Ноком стояли у ограждений, взявшись за руки. С тех пор как мы отправились в путешествие, у нас почти не было времени побыть наедине.

Положив голову Ноку на плечо, я вздохнула.

– Как мы будем добираться до Райна?

– На лодке. – Он поцеловал меня в макушку.

– Вместе с Харлоу?

– Нет. Мы договорились, что она бросит якорь и даст нам весельную лодку, чтобы добраться до острова Королей. Просить ее довезти нас до Райна рискованно. Она может узнать, что наша с ней сделка не так проста, как кажется.

– Грести придется долго. – Оз поморщился.

– И открытые воды опасны, – добавил Калем.

– У нас нет другого выбора, если мы не хотим привлечь внимание Варека. Он знает, что мы держим путь к руинам, но не о наших планах насчет Райна. Будет лучше, если он так и останется в неведении.

– Хорошо, что нам удалось купить все необходимое, – сказал Калем.

Прежде чем сесть на «Морскую лошадь», мы задержались на местном рынке, чтобы купить еду, одежду, посуду и палатки. Все это теперь хранилось в нутре Тока в царстве тварей, на случай, если нам снова пришлось бы спасаться бегством.

Нам осталось посетить всего лишь одно святилище, но остров Королей был не менее опасным, чем Рваное ущелье. Гора, выступающая из океана, не привечала ни тварей, ни людей. Где-то на гладкой сланцевой поверхности находится колодец, что ведет в подводную пещеру, к руинам Юны. Нок заверил нас, что плыть под водой недолго, но меня бросало в ужас от мысли о том, что я окажусь в закрытом пространстве. К тому же Варек знает, куда мы держим путь. Он может запросто устроить нам смертельную ловушку.

– Стоит ли нам беспокоиться о каких-нибудь тварях? – спросил Оз с набитым ртом.

– Я не эксперт по обитателям глубин, но… – начала я и запнулась. Мысленно я обратилась к своим знаниям, накопленным за годы изучения библиотеки Хайрита. Это не помогло. Заклинатели почти не записывали ничего о зверях, поскольку бестиарии делали это за нас. На охоту за тварями мы отправляемся после того, как до нас дойдут какие-нибудь слухи. И даже в этом случае немногим заклинателям хватит смелости отправиться исследовать океан.

Но мои родители были не из робкого десятка.

От воспоминания о них у меня перехватило дыхание. Я почти не помнила их, честно говоря. Но я помнила тот день. Я помнила то, как с надрывом рыдала тетя. Ее глубокая, отчаянная боль откликалась во мне, хотя я не совсем понимала, что происходит.

Родители отправились на южное побережье, чтобы приручить зверя, который мог бы перевозить и защищать нас в открытых водах. Они хотели путешествовать по миру вместе со мной. Но так и не вернулись.

– Мы можем столкнуться с Ревмандрой, – наконец сказала я.

Калем положил бутерброд на колени и нахмурился.

– Я не переживу еще одно столкновение со зверем экстра-класса, – сказал он.

– Не экстра-класса. Класса «А». Но она все равно опасна. На этого зверя охотились мои родители. До того, как пропали без вести.

Пропали. Не умерли. Зажмурившись, я потрясла головой. Пора прекращать. Хватит притворяться, что они живы. Хватит надеяться, что они среди похищенных Вильхеймом заклинателей, которыми бредила Язмин. Какой же коварный ее обман… Я могу обрести прошлое, которого у меня не было, и будущее, о котором даже не мечтала. Если родители живы…

– Лина, с тобой все в порядке? – Нок нежно провел пальцем по моей щеке, удивив меня внезапным прикосновением.

– Да, – сказала я, встречаясь с ним взглядом. – Честно.

– Ладно. – Он печально улыбнулся.

– Опять будем действовать по схеме «ударили – бежим»? – спросил Калем.

– Возможно. Но я знаю, как приручить Ревмандру. И если у нас получится, то путь до Райна будет намного безопаснее. Грести на лодке по открытым водам… так себе идея. – Я поморщилась. – Однако для приручения у нас есть не все.

Оз доел остатки хлеба и вытер руки о рубашку.

– А что нужно?

– Рыба, ракушки, жемчуг, – сказала я, загибая пальцы на руках и шагая по палубе туда-обратно. – Первые два достать несложно. С жемчугом сложнее, потому что у нас мало времени.

– Важно ли, какого цвета жемчуг? – спросил Нок.

– Нет. А что? – Я нахмурилась.

– Усыпальница Юны украшена розовым жемчугом. Но естественно, если мы его украдем, это будет считаться святотатством. Я могу спросить у Юны разрешение взять жемчуг, но не факт, что она скажет «да».

Нок повернулся спиной к борту корабля. Его белые волосы сияли в свете луны и звезд. Нахмурившись, я разглядывала бескрайний океан.

– Так и сделаем. Если Юна не согласится, тогда, судя по всему, придется понырять за устрицами и надеяться, мы найдем жемчужину до того, как Варек найдет нас, – сказала я.

– Отлично. – Калем посмотрел на Нока, потом на меня. – Это все?

– А, э-э-э, нет. – Я прочистила горло. – Последний ингредиент для укрощения: сокровище пирата.

– В смысле, клад? Сундук с ауриками? – Оз подался вперед, упираясь локтями в колени.

– Не обязательно. Сокровище – это просто нечто такое, чем пират дорожит.

– Как хорошо, что у нас есть знакомые пираты. – Нок посмотрел на Калема.

– Нет. – Калем побледнел и замотал головой. – Ты, должно быть, шутишь. Нам ведь не нужны проблемы, верно? – Он посмотрел на меня умоляющим взглядом и заломил руки. – Наша старая схема с бегством от опасных тварей нас пока что не подводила. Я готов поплавать наперегонки с морским чудовищем. Беру его на себя. Давайте не будем втягивать Харлоу в наши дела.

Оз рассмеялся.

– Кто сказал, что мы собираемся втягивать ее в наши дела? – сказал он. – Ты просто украдешь у нее что-нибудь.

– Ты в своем уме? – Калем подорвался на ноги, опрокидывая стул. – Ты, что ли, не слышал ее скрытые угрозы в наш адрес?

– То были скрытые угрозы? – с наигранным удивлением спросила я.

Нок усмехнулся.

– Я думал, ты меня поддержишь! – заныл Калем.

Я подняла руки в знак извинения, но не смогла сдержать смешок.

– Калем, ты был вором до того, как я тебя воскресил, – начал Нок голосом, который не терпит возражений. – Ты знаешь Харлоу. Лучше тебя с этой задачей никто не справится. Уверен, ты даже сможешь выбрать наиболее подходящую вещь на роль сокровища пирата.

– Я вас всех ненавижу, – прошипел Калем, в отчаянии царапая себе лицо. – Мы больше не друзья.

– Ну, так что? Уже придумал, что украсть? – Оз не смог сдержать улыбки.

– Придумал, – сердито буркнул Калем и вздохнул.

– Тогда сделаешь это прямо перед отплытием на остров Юны. Харлоу не должна обнаружить пропажу, пока мы на борту.

– Вы у меня в долгу. Вы все. – Калем театрально указал пальцем на каждого из нас, а затем стремительно зашагал обратно в каюту.

Оз закатил глаза и встал, все еще посмеиваясь.

– Нам всем нужно отдохнуть, пока есть возможность. – Он кивнул, пожелав нам спокойной ночи, а затем отправился вслед за Калемом.

Впервые за несколько дней я осталась наедине со своим анам-карой. Нок ухмыльнулся, глядя вслед Озу. Когда его внимание снова переключилось на меня, его ухмылка превратилась в нежную улыбку. В животе запорхали бабочки, и я просто не могла отвести от Нока взгляд. Он откинулся на деревянные ограждения, его темно-синяя туника натянулась, подчеркивая мышцы груди и плеч. Взъерошенные волосы падали на острые скулы. Нок похож на бога, и я почти забыла, где мы находимся. Я страстно хотела провести хотя бы одну ночь наедине с ним, но в последнее время мы все время вынуждены спасаться бегством, спать в одной комнате с ребятами и не выходить за рамки приличия.

Я сделала глубокий вдох, и Нок приподнял бровь. Мои щеки вспыхнули огнем. Любимый мужчина по-прежнему заставлял мое сердце трепетать, хотя ничего особенного для этого не делал. Нок всего лишь улыбнулся, а я едва не растеклась лужицей у его ног.

– Иди ко мне, – сказал он ровным, тихим голосом.

Я подчинилась, и Нок заключил меня в объятия. Его пальцы затанцевали вокруг моей талии. Уткнувшись носом ему в грудь, я вдохнула знакомый медовый аромат.

– Нам нужен отпуск, – сказал Нок.

– Мечты-мечты, – сказала я, и это должно было быть шуткой, но в ответ Нок вздохнул.

– В каком-то смысле несбыточные, – сказал он. – Когда мы взойдем на трон… Жизнь изменится. Ты уверена, что готова к этому?

Какое-то время я молчала и просто слушала. Слушала ровное биение его сердца. Ритмичный плеск океанской воды. Скрип канатов и хлопанье парусов. Ночные звуки успокаивали бурю эмоций, что бушевала внутри меня. Я согласилась стать королевой Лендрии не потому, что мне не терпелось взойти на трон, а потому, что я хочу всегда быть рядом с Ноком. Я мало что знала об управлении народом и страной. И все же… Я подняла голову и встретилась взглядом с Ноком. Он верил в меня. Точно так же, как верили заклинатели и члены Круора. Может быть, вместе мы действительно сможем изменить мир к лучшему. Для всех лендрийцев. Сомнения развеялись, и я улыбнулась.

– Я знаю, что будет нелегко. Но вместе мы справимся. – Я положила ладони ему на грудь. – Как жаль, что мы так и не праздновали становление анам-карой.

Нок наклонил голову набок. В его голубых глазах читался вопрос.

– А как обычно празднуют?

– Праздник длится несколько дней. Пока светит солнце, мы пируем и танцуем с родными и близкими, а ночью мы наслаждаемся компанией друг друга. – Я закусила губу и посмотрела на Нока. – А еще Каори могла бы провести для нас тихую чайную церемонию. Мы бы пили чай из священного растения лифера, которое собирают у Хайритского водопада. Это не так скучно, как звучит, поверь мне. И сладости очень вкусные.

– Так вот почему Калем внезапно пристрастился к чаю? – Нок ухмыльнулся.

– Возможно.

Взяв меня за подбородок, Нок приблизил свои губы к моим.

– Очень похоже на празднование королевской свадьбы в Вильхейме. Когда все это закончится, мы объединим всю страну и наши традиции. А потом, наконец, сможем побыть наедине.

И затем Нок поцеловал меня так страстно, что у меня подкосились колени. Я обвила руками его шею и поцеловала в ответ, наслаждалась движениями его языка. Нок впился пальцами в мои бедра, и по моей коже побежали мурашки. Из его горла вырвался невольный стон. Нок отстранился, щекоча горячим дыханием мою шею.

– Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю. – Я провела пальцем по шраму в форме полумесяца на его щеке. – Нам, правда, придется ждать объединения Лендрии, чтобы «побыть наедине»?

– Уверен, что нет, но сейчас… – Нок огляделся, оценивая обстановку.

Я проследила за его взглядом, прикованным к членам экипажа. Нам не стоит привлекать к себе внимание. Во-первых, Нока не должны узнать. Во-вторых, косые взгляды в нашу сторону наверняка усложнят Калему задачу.

– Пойдем. Нам нужно хотя бы немного отдохнуть, – сказал Нок.

Мое тело протестовало. Я не хотела просто спать рядом с Ноком. Однако последовала за ним в каюту без возражений. В конце концов, у нас еще будет шанс насладиться друг другом. Пока что я могу просто помечтать о его прикосновениях и уснуть в его объятьях.

Шестнадцатая глава. ЯЗМИН

Я кипела от злости. Мы только что вернулись в Вильхейм, а я уже меряю шагами сад Скорби королевы и пытаюсь успокоиться.

Варек и Дерриен разговаривают в тронном зале. Король кипит от ярости и перечисляет наши ошибки. Дерриен мямлит извинения и ведет себя как подхалим, а не как наемный убийца.

Каким-то образом Лине удалось перехитрить Прентисса. Она выжила. Нок посетил очередные руины, что привело Варека в бешенство, но на мои планы это никак не влияет.

Верно. Не влияет. Дыши. Все это неважно. Выдохнув, я замедлила шаг и уставилась на великолепное дерево. Варек сильно возмущался, когда узнал, что у меня есть летающие твари и мы могли бы отправиться в погоню. Однако я не хотела рисковать. Летающих зверей у меня не так много. Мне пришлось бы нападать на Лину и Нока в одиночку или с парой-тройкой наемников, что было бы чрезвычайно глупо. У меня в приоритете сейчас более важные задачи: пробудить Окнолога и отыскать пропавших заклинателей. К счастью, я быстро успокоила Варека, подарив ему еще одного зверя. На этот раз без всяких условий, дабы продемонстрировать свою «преданность». Жадность короля возымела верх над его гневом, и он отпустил меня, даже не сказав ни единого резкого слова в мой адрес.

Стражам повезло меньше. Варек отправил их на учения под жестким контролем, чтобы убедиться, что они все еще пригодны для службы. Мне это играло на руку, поскольку сейчас в саду Скорби я была совершенно одна.

Скрестив руки на груди, я в задумчивости уставилась на дерево. Почему меня так тянет к этому месту? Что в нем такого особенного? Сначала я думала, что дело в древней магии, похожей на мою. Но что, если причина кроется в другом? Я проверила каждый уголок, каждую щель этого забытого богами замка, перевернула все вверх дном и ничего не обнаружила. Если не считать странного притяжения сада Скорби.

Вытянув руку, я рывком открыла дверь в царство тварей и призвала самку Канепина. Она обошла меня по кругу и ткнулась волчьей головой мне в ногу. Я осторожничала и старалась не призывать зверей в замке (те, что я подарила Вареку, – не считаются). Не то чтобы моя магия является чем-то незаконным, просто мне не хочется лишний раз рисковать. Меня должны считать слабой, иначе я окажусь за решеткой и не смогу осуществить свои планы. Однако отчаянное желание найти моих сородичей перевешивало все риски. К тому же подобная возможность вряд представится снова.

Я почесала тварь под подбородком, перебирая пальцами цвета индиго и зеленый мех.

– Ты чувствуешь их? Здесь ведь кто-то есть? Кто-то, похожий на меня?

Я дала самке Канепина понюхать мою руку. Она глубоко вдохнула, а затем уткнулась носом в пол в поисках следа. Долгое время в саду слышалось лишь клацанье когтей по полу и раздраженное фырканье. Внезапно тварь навострила уши и застыла как вкопанная, глядя на дерево. Затем она сошла с мраморной дорожки и зашагала по мягкой земле к стволу.

Обойдя переплетения корней, самка Канепина приблизилась к дереву и рыкнула.

У меня перехватило дыхание.

– Что там?

Она снова зарычала, прижав уши к голове и пристально глядя на одну из веток. Подойдя к твари, я присела на корточки. Сердце забилось сильнее, когда я дотронулась до ветки. Дерево тут же вздрогнуло от моего прикосновения. Корни отступили, земля просела, и передо мной появились ведущие вниз ступени, покрытые мхом и корой.

Открыв дверь в царство тварей, я отправила самку Канепина домой и уставилась на тайный проход. В нос ударил запах перегноя и почвы. Стены, покрытые мхом, вспыхнули люминесцентным светом, освещая узкую лестницу.

Я направилась вниз по лестнице, погружаясь в тишину. Ступени сменились ровной дорожкой из утоптанной земли и камней. Я шла по ней, казалось, целую вечность. С каждым шагом мое сердце билось все чаще. Когда дорожка начала расширяться, меня сковало беспокойство. Что меня ждет в конце пути? Гора трупов? Доказательства преступлений королевской семьи?

Наконец дорожка привела меня в пещеру. Сквозь низкий потолок пробиваются корни деревьев. Каждый из них светится точно таким же зеленоватым светом, что и мох. Корни расползаются по стенам во все стороны, словно вены. Слева от меня – два стола, сдвинутые вместе. На них лежат бесчисленные свитки. Некоторые пергаменты перевязаны бечевкой, другие – развернуты для чтения. А справа от меня стоят койки, на которых лежат… неподвижные тела.

Я так и знала! Мое сердце радостно затрепетало, и я поспешила к ближайшей койке. На ней лежит женщина с поредевшими каштановыми волосами и морщинами на лбу. Ее руки покоятся на животе. На шее женщины – бестиарий на цепочке, невредимый благодаря магии Селесты. Лишь заклинатель может дотронуться до бестиария. Больше никто. Бледная кожа женщины показалась мне неестественно бледной, но на ее щеках играет легкий румянец. И она дышит!

Корни дерева касались макушки заклинательницы. Их бледное зеленоватое свечение озаряло вены на ее лице, шее и плечах.

Но больше ничего не происходило.

Я же говорила им. Я им говорила, а они меня не слушали! Ногти впились в ладони, когда я невольно сжала кулаки. На мгновение пещера расплылась у меня перед глазами, а мое дыхание стало прерывистым и быстрым.

Я расслабила руки. Мои пальцы задели ткань белоснежной блузки заклинательницы. Старомодная одежда, но она мне знакома. Возможно, моя мать надела бы что-то подобное. Вышитые цветы и твари. Плотная ткань. Интересно, сколько времени эта женщина провела здесь? Она определенно жива, несмотря на свое состояние. Я снова посмотрела на корни у ее головы. Корни, дающие жизнь…

Получается, заклинателей… законсервировали! Взяв свиток пергамента, лежащий рядом с заклинательницей, я попыталась разобрать написанные чернилами иероглифы. Магия крови. За заклинанием следовали записи на лендрийском. Пергамент выпал у меня из рук. Вильхейм похищает заклинателей, чтобы ставить над нами эксперименты и изучать нашу магию. Я была права.

Меня трясло от гнева, когда я подумала о Вареке. Ничтожный король, который не заслуживает той силы и влияния, что у него есть.

Я убью его. Я сровняю с землей эту проклятую богами столицу. И я буду смеяться, когда пламя Окнолога испепелит весь Вильхейм.

Охваченная жаждой мести, я невольно сжала в кулак блузку заклинательницы, из-за чего ее воротник сполз вниз, обнажая три прокола у основании ее шеи. Вокруг них пульсировали черные вены.

Мой гнев на мгновение сник, когда я поняла, что это за отметки. Точно такие же укусы я получила, когда приручала Улукса. Мне повезло. Сейчас на месте укуса остались лишь шрамы. Яд смертоносной змеи полностью парализует жертву, и если бы Улукс укусил меня больше одного раза…

Отодвинув воротник, я обнаружила еще два укуса на теле заклинательницы. Мои руки задрожали. Они натравили на женщину Улукса, прекрасно зная, что она не будет сопротивляться, чтобы не навредить зверю. Но где же Улукс? Я огляделась. Старые книги, банки, флаконы. Никаких признаков того, что здесь держат в плену ядовитого змея. Ни костей грызунов, ни стеклянного ограждения. Ничего.

Я повернулась и наступила на пергамент, который уронила. Может быть, зверей держат в другом месте? Подняв документ, я прочитала его еще раз в надежде найти еще какую-нибудь информацию. Но я нашла лишь имя заклинательницы и отчет о травмах, которые она получила…

В ушах зазвенело. И без того темная пещера, казалось, погрузилась в кромешный мрак. Я с трудом заставила себя дышать.

Эта женщина пришла сюда по своей воле. По своей воле, но…

Взяв себя в руки, я подошла к следующему телу и осмотрела его. Порезы на животе мужчины были аккуратно зашиты и обработаны. По логике вещей, его должны были отпустить. В его пергаменте я также нашла отметку о согласии на «лечение» и отчет о травмах, нанесенных зверем. И все же заклинатель остался здесь. Его полностью исцелили, а затем погрузили в глубокий сон.

Я аккуратно оторвала один из корней, который крепился к голове заклинателя. Мерцающий свет погас, и мужчина забился в конвульсиях, брызгая слюной. Испугавшись, я положила корень дерева обратно ему на лоб и молилась, чтобы это помогло. Постепенно мерцающий свет вернулся, и заклинатель снова погрузился в спокойный, мирный сон.

Я стиснула зубы, не в силах совладать с гневом. Моя метка заклинателя засияла красным. Я не целитель, и хотя у меня есть базовые знания о магии крови, их недостаточно, чтобы понять, как именно действует заклинание и как работают эти таинственные корни. У меня не получится пробудить заклинателей, а это значит, что я не смогу использовать их, как планировала. Мы должны были объединиться перед лицом общего врага, но… Сейчас они просто тела. Бесполезные, неподвижные тела.

Я пошла по рядам, изучая заклинателей. На каждом теле виднелись давно зажившие раны, полученные в результате нападения какой-нибудь твари.

Варек заплатит за это. Он у меня еще попляшет. Когда придет время, я убью его у всех на глазах, а затем повешу его труп на стене замка, чтобы больше никто и никогда не смел думать, что заклинатели не могут за себя постоять. И чтобы никто и никогда не смел считать меня слабой.

Наконец, я дошла до последних двух тел: мужчины и женщины с темно-каштановыми волосами и полными губами. Что-то в ней показалось мне знакомым, и я немного успокоилась. Заклинательница получила серьезную рану в живот. Судя по всему, ее укусила за бок тварь с острыми, как бритва, зубами. В заметках сообщалось, что целитель наложил на рану лист бурдюка. У мужчины, что лежал на койке рядом, была точно такая же рана.

Я осторожно расстегнула его бестиарий. В ответ магия предупреждающе обожгла мне пальцы. Без разрешения владельца бестиарий невозможно открыть, однако на переплете крошечными буквами было выведено имя владельца. Схватив ближайшую лупу, я изучила надпись.

Ахнув от удивления, я поспешила прочитать имя на переплете бестиария заклинательницы. Мое сердце бешено забилось от радостного волнения.

Родители Лины! Я потянулась за пергаментом на прикроватном столике и прищурилась, читая корявый почерк. Помимо ранений они оба едва не утонули, а затем их выбросило на берег недалеко от Ортега-Ки.

Я забрала бестиарии себе, и в моей голове начал зреть план. Отложив записи, я направилась обратно к лестнице. У меня уже есть все, чтобы пробудить Окнолога. И теперь у меня есть козырь, способный изменить ход надвигающейся войны. Конечно же, я им воспользуюсь. Шагая вверх по ступеням, я не могла сдержать улыбки. В конце концов, Лина и Нок вернутся в Хайрит, и тогда я начну действовать.

Убив Гейджа, я заставила Лину Эденфрелл сомневаться в себе. Я видела ее нерешительность в Китском лесу. Она не знает, правильно поступает или нет, и теперь, когда я знаю, где ее родители…

Она не сможет меня остановить.

Семнадцатая глава. НОК

Незадолго до рассвета Калем выскользнул из каюты и пробрался в спальню Харлоу в поисках сокровища, которое мы могли бы использовать для приручения зверя. Озиас, Лина и я притворялись спящими, чтобы не помешать Калему. Лишь когда лучи раннего утреннего солнца осветили нашу каюту сквозь витражные окна, мы встали и осмелились выйти в общий коридор.

Калем вышел нам навстречу из каюты капитана. С широкой улыбкой он торжествующе поднял к потолку небольшой мешочек, а затем спрятал его во внутренний карман пальто. На меня нахлынула волна облегчения. Калему удалось добыть то, что нам нужно, и, что более важно, он остался цел и невредим.

– Что теперь? – спросил Озиас.

– Подожди, – сказал я, приложив палец к губам.

Нам не стоило обсуждать наши планы здесь и сейчас, рискуя вызвать подозрения у Харлоу. Она не должна узнать, что ее обокрали. За дверью послышались шорохи. Долгий зевок. Едва слышный скрип половиц. В любой момент она выйдет и поведет нас к лодке.

Лина повернулась лицом к окнам, тянувшимся вдоль стены. Впереди маячил остров Королей – графитно-черная гора посреди океана. Бухта вела в расщелину, где находился проход к руинам Юны. Возле входа в пещеру возвышались три массивные статуи, сделанные из мыльного камня и известняка: ребенок, мать и мудрость. Скульптуры охраняли усыпальницу Юны, и я невольно улыбнулся, вспоминая тот вечер, когда мы с Линой ужинали в Ортега-Ки. Я расспрашивал ее о статуях, не в силах отвести от нее взгляда. Лина завладела моим вниманием с момента нашей первой встречи. Она поразила меня своей решимостью, страстью и готовностью идти до конца, отстаивая свои убеждения.

Я смотрел на Лину сейчас, словно завороженный. Волнистые темно-каштановые волосы обрамляют ее лицо. Карие глаза полны удивления и беспокойства. Теперь мне намного легче ее читать. Эта девушка перестала быть для меня загадкой, но она не переставала меня удивлять. Лина замерла, устремив взгляд на статуи, а затем она повернулась в мою сторону и одарила меня понимающей улыбкой.

Дверь в каюту Харлоу открылась. Капитан вышла к нам с ослепительной улыбкой на лице. Судя по всему, она еще не поняла, что ее обокрали.

– Ну что, вы готовы свалить с моего корабля?

С громким лязганьем якорь устремился ко дну. Команда предлагает пассажирам переместиться на нос корабля, чтобы насладиться видом. Это отвлекающий маневр, чтобы мы могли уйти незамеченными.

Калем положил руку на плечо Озиасу и одарил Харлоу улыбкой.

– Командуй, Харлоу.

Капитан резко повернулась и вышла на палубу. Мы последовали за ней. На палубе никого не было, как мы и договаривались. Океанский бриз доносил восторженные голоса пассажиров и размеренное бормотание членов экипажа, которые делились своими знаниями об истории статуй.

Мы старались двигаться тихо и быстро, следуя за Харлоу до лодки. Ее уже спустили на воду. Вдоль борта корабля свисала веревочная лестница.

– Надеюсь на наше дальнейшее взаимовыгодное сотрудничество. – Харлоу коротко кивнула мне и скрестила руки на груди.

Торговые пути. Точно. Я почти забыл о своем обещании.

– Благодарю за содействие, – сказал я, стараясь придать своему лицу бесстрастное выражение.

Озиас первым спустился в лодку и подал руку Лине. Харлоу смотрела им вслед. Как только Калем начал спускаться по лестнице, капитан встретилась со мной взглядом.

– Жду торговых соглашений.

– Я отправлю все документы при первой возможности. – Я кивнул на прощание и последовал за своей семьей.

Как только я оказался в лодке, Калем и Озиас налегли на весла. «Морская лошадь» и пытливый взгляд Харлоу остались позади. Когда мы были достаточно далеко, я, наконец, позволил себе выдохнуть.

– Как думаете, Харлоу последует за нами? – спросила Лина, не сводя глаз с корабля.

– Несомненно, – с ухмылкой сказал Калем. – Но не сейчас. Ей нужно придерживаться расписания и развлекать богачей на борту. Будем надеяться, что она не заметит пропажи раковины до отплытия.

– Какой еще раковины? – спросил я.

Калем опустил весла, вытащил мешочек из внутреннего кармана и бросил его мне.

– Вот. Раковина королевы Джессамины.

– Она была у Харлоу? – с удивлением спросил я, сжимая в руках мешочек.

– Угу.

– Что это? – Лина наклонилась ближе и положила подбородок мне на плечо.

Я осторожно развязал шнурок и достал раковину. По размеру она была больше моего кулака. Ряды белых бриллиантов чередовались с черными и сияли в лучах солнца. Я потянул за замочек из сапфира и открыл раковину, демонстрируя бледно-розовое нутро.

– Она принадлежала моей прабабушке. Прадед заказал раковину ко дню их свадьбы. Она считалась утерянной.

– Ну, до сегодняшнего дня, – с улыбкой сказал Калем.

– Очень красивая, – сказала Лина.

– Она твоя. – Я протянул ей раковину, и Лина осторожно взяла ее в руки. – Она должна передаваться от королевы к королеве.

Лина замерла и встретилась со мной взглядом. Она смотрела на меня так, будто я подарил ей весь мир. Эта девушка помогла мне избавиться от проклятия, сплотила мою семью и готова на все, лишь бы помочь людям… У Лендрии будет самая замечательная королева, которую только можно представить. Жаль, что я не могу быть королем ей под стать.

Взяв мешочек с раковиной, Лина прикрепила его себе на пояс и улыбнулась.

– Куда именно мы направляемся? – спросил Калем, вырывая меня из раздумий.

Я посмотрел на остров Королей. Из воды торчала гладкая отвесная скала, однако в ней была небольшая расщелина.

– Туда, – сказал я, указывая на вход в пещеру.

Мы проплыли мимо статуи ребенка. Маленькая девочка стояла на одной ноге, и волны разбивались о ее колено. Вытянув руку и запрокинув голову, девочка с блаженной улыбкой тянулась к небесам. Символ невинности, любопытства, а также безусловной, непоколебимой веры. Чтобы стать правителем Лендрии, принц или принцесса обязательно должны обладать данными качествами.

Ты есть ребенок. Слова Тайруса прогремели у меня в голове. Ты обладаешь непоколебимой верой.

Я нахмурился. Я никогда не считал себя достойным претендентом на трон. Убежденность мага ставила меня в тупик, и все же… Я бросил взгляд на свою анам-кару, любуясь ее широко раскрытыми от удивления глазами и трогательной улыбкой. Да, я беспрекословно верил в нее. Верил, что Лина изменит мир к лучшему. И, может быть, когда-нибудь я смогу поверить в человека, которым я хочу стать ради нее.

На сердце у меня стало теплее.

Следующей была статуя матери. Она тоже улыбалась, но немного более сдержанно. Она смотрела на маленькую девочку с любовью. Мать заботится о своей семье, как никто другой. Это тоже важное качество для короля или королевы. Правитель должен любить и защищать свой народ.

Ты есть мать. Ты любишь всем сердцем.

На сердце у меня потеплело. С этими словами Тайруса я согласен. Я готов отдать жизнь ради своих братьев. И я уже отдал жизнь за свою страну и буду готов сделать это снова, если потребуется. Лина поступила бы так же. В этом я не сомневался.

Я хочу, чтобы она стала королевой не только потому, что она моя анам-кара. Благожелательность, доброта и сострадание Лины не знали границ.

И, наконец, мудрость в виде пожилой женщины. Она ни на кого не смотрела. Ее взгляд устремился к горизонту. Мудрость заключалась в том, чтобы думать не только о насущных проблемах, но и уметь предугадывать будущее. Правитель должен уметь мыслить критически и принимать трудные решения, чтобы обеспечить благополучие своего народа на долгие годы.

Ты есть мудрость. Ты принимаешь решения, руководствуясь здравым смыслом.

Я всегда ценил советы своей семьи и друзей. Я прислушиваюсь к Косту и Гейджу точно так же, как мой отец прислушивался к мнению придворных советников. Всегда нужно учитывать мнения других и разные подходы. Истинная мудрость заключалась в том, чтобы смотреть на вещи с разных точек зрения.

Возможно, Тайрус прав, и я действительно обладаю качествами, необходимыми для правления. Я слегка улыбнулся.

– Нок? – Озиас кашлянул, привлекая мое внимание. – Где лучше причалить?

Мы остановились в нескольких метрах от расщелины. Под ритмичный шум волн лодка терлась бортом о скользкую гладкую поверхность скалы. Пришвартоваться не получится. Бросить якорь не позволяет глубина. Не уверен, что у нас вообще есть якорь. Сомневаюсь, что кто-то из королевской семьи посещал руины Юны таким вот образом. Обычно это делалось в сопровождении флота или, по крайней мере, надежного корабля, где по возвращении принца или принцессу ждали уютная каюта, теплая еда и одеяла.

– Селенис может придержать лодку, пока мы посещаем руины. Вдруг у нас не получится укротить Ревмандру, – сказала Лина, разминая пальцы. Вокруг ее руки засиял вишневый свет, и Лина призвала Виссирену, которая как-то давно помогла нам приручить двух Лахароков: Лолу и ее сына Джакса. Селенис появилась перед нами и забила рыбоподобными хвостами по волнам.

Озиас ухмыльнулся и сбросил веревку с борта лодки.

– Вот, Селенис. Подержишь для нас лодку, ладно?

Селенис откинула назад водоросли и щупальца волос, после чего схватила веревку перепончатой ладонью.

– Будь осторожна. Тебя никто не должен увидеть, – добавила Лина.

Ее зверь кивнул и погрузился в океан. Радужная чешуя блеснула в солнечных лучах и затем затерялась в темных глубинах.

Калем бросил весло в лодку, опустил руку в воду и тут же выругался.

– Мы отморозим себе все, что только можно.

Последовав его примеру, я погрузил пальцы в воду. Ледяная. Холод не страшен наемникам Круора. После встречи со смертью даже экстремально низкие температуры не могут нам навредить. Да, приятного в том, чтобы плавать в ледяной воде, мало, но не опасно. Однако для Лины… Я обернулся на нее. Моя анам-кара, закусив губу, смотрела на сине-зеленые волны.

– Оставайся в лодке и вместе с Селенис.

– Нет, – сказала Лина, встречаясь со мной взглядом. – Мы пойдем вместе, Нок. Мы все делаем вместе.

Она пригвоздила меня яростным взглядом, и я отложил подальше все возражения.

Озиас поморщился и положил весло на колени.

– К тому же, если появится Ревмандра, Лина единственная, кто может приручить ее, – сказал он.

Напряжение сковало мои плечи, и я провел рукой по волосам. Нам нельзя медлить. Если Харлоу обнаружит пропажу раковины, она может отправиться за нами в погоню. Не говоря уже о том, что существует вполне реальная угроза со стороны Варека. Он устроил нам засаду у руин Тайруса и при этом едва задействовал реальные военные силы. Я знаю, что у Варека есть целая армада, которую он может натравить на нас. Да, моряки вернулись в порт, чтобы отпраздновать Порог зимы, но гуляния уже закончились. Королевские корабли могут поджидать в засаде где угодно.

– Хорошо. Только давайте побыстрее. Чем скорее мы уберемся отсюда, тем лучше, – сказал я.

– Поддерживаю. – Лина встала, балансируя в качающейся лодке.

Она стянула с себя пальто. Блузка с длинными рукавами и облегающие бриджи вряд ли защитят ее от холода, но хотя бы не потянут ее ко дну. Прежде чем я успел что-то сказать, Лина прыгнула в воду. Она ушла вниз с головой, и я обеспокоенно свесился с края лодки.

Вынырнув, Лина отбросила назад мокрые волосы.

– О, боги, как же холодно! – взвизгнула она.

– Я же предупреждал. – Калем перевел взгляд с Лины на меня. – Ну, была не была!

Он прыгнул за борт, обдавая меня и Оза брызгами ледяной воды. Быстро вынырнув на поверхность, Калем тут же начал сыпать отменными ругательствами, которые Лина, судя по ее вытянувшемуся лицу, прежде никогда не слышала.

Мы с Озиасом прыгнули в воду одновременно. Когда я погрузился в воду, мое тело будто бы пронзили тысячи ледяных игл. Вынырнув на поверхность, я подплыл к Лине.

– Ты в порядке?

– Пока да, – сказала она, стуча зубами. – Давайте быстрее.

– Когда я нырну, следуйте моему примеру. В расщелине есть подводное течение, которое доставит нас прямо к руинам. Это единственный способ добраться до святилища и не утонуть. Все понятно?

Лина, Озиас и Калем кивнули, и я поплыл ко входу. Как только мы оказались в пещере, сине-зеленая вода превратилась в чернильно-черную. Чем дальше мы плыли, тем темнее становилось вокруг. Вскоре утреннее солнце сменилось закатом. Оно послужит нам ориентиром на обратном пути. Я оглянулся назад, чтобы проверить, как там Лина. Видимые участки ее тела покрылись мурашками, щеки раскраснелись, но она не жаловалась. Она кивнула мне и продолжила плыть. Расщелина становилась все уже и уже. Я остановился, упираясь руками в противоположные стены.

– Здесь, – сказал я. – Держитесь друг за друга, чтобы мы не потерялись.

Я взял Лину за руку, а она в свою очередь сжала руку Оза, который, не мешкая, схватил Калема за запястье.

– Делаем глубокий вдох и ныряем.

Мы шумно вдохнули, а затем ушли под воду. Нас тут же подхватило течение, увлекая вниз. Вокруг нас плясали пузырьки. Свет исчез, и мои чувства обострились до предела. Я слышал громкий стук собственного сердца и рев воды, которая тащила нас на глубину. Я изо всех сил сжимал руку Лины, боясь, что будет, если вдруг случайно отпущу ее.

Легкие сдавило, и я боролся с желанием сопротивляться течению. Если я попытаюсь плыть, то меня ждет неминуемая гибель. Единственный способ выжить – это ждать. Секунды казались вечностью, но вот, наконец, я увидел слабое бледно-голубое свечение.

Стены огромной подводной пещеры покрывал люминесцентный лишайник. Под нашими ногами стало видно песчаное дно, покрытое тысячами раковин самых разнообразных цветов и размеров. Мимо проплыл косяк серебристых рыб, из-за чего поверхность воды зарябила.

Поверхность! Подводное течение перестало нас тянуть, и я изо всех сил рванул вверх. Мышцы ныли от недостатка кислорода, и я уже не обращал на холод внимание. Наконец мы вынырнули, хватая ртом воздух.

– Никогда и ни за что больше повторять такое не буду, – прохрипел Калем.

Озиас закашлялся, а затем перевернулся на спину и растянулся на поверхности воды.

– А как же ты тогда собираешься выбираться отсюда?

Лина откинула волосы от лица и поежилась.

– Будем надеяться, что у нас получится приручить Ревмандру. Поверьте мне на слово, плыть верхом на ней гораздо приятнее, чем вместе с подводным течением.

– Но сначала я закончу ритуал и попрошу у Юны жемчуг, – сказал я, кивая в сторону маленького островка.

Лина, Калем и Озиас повернули головы в указанном направлении. Посреди острова возвышался алтарь, полностью выполненный из пыльно-фиолетовых кораллов. Над алтарем возвышалась известняковая статуя стоящей на коленях женщины. Ее длинные волосы, усеянные ракушками и опалами, ниспадали по бокам. И она улыбалась немного удивленной улыбкой. Однако больше всего меня поразило несчетное количество жемчуга. Бледно-розовые блестящие жемчужины, словно пузырьки, украшали алтарь и статую.

Лина подплыла к берегу и выбралась из воды. Она встала перед статуей и провела пальцем по одной из жемчужин в волосах Юны.

– Прекрасно подойдет для приручения, – сказала она.

– Отлично. Минус одна причина для беспокойства. – Я встал рядом с Линой и отжал край своей туники.

Калем и Озиас тоже выбрались из воды и, усевшись на плавник[2], сняли сапоги, чтобы вылить из них воду и вытрясти песок.

– Я возьму вещи у Тока, – сказала Лина, отходя от алтаря и вытягивая вперед руку.

Мокрая белая блузка была почти прозрачной, и я наблюдал за вишневыми лозами, которые поползли вверх по руке Лины. На ее висках расцвели цветы, и, наконец, дверь в царство тварей распахнулась. Лина шагнула в поток света и ненадолго исчезла из нашего мира.

Минуту или две спустя она вернулась, держа в руках холщовую сумку. Она положила ее на землю и закрыла дверь царства тварей. Дерево на ее руке перестало светиться.

– Вы, ребята, переодевайтесь в сухое. Я пока не буду. Чтобы приручить Ревмандру, мне снова нужно будет нырнуть, а у меня только один запасной комплект одежды, – сказала Лина, стуча зубами.

– Хотя бы разведите костер, чтобы ты могла погреться, – сказал я.

Я, Озиас, Калем начали переодеваться в сухую одежду. Мокрые брюки и льняная рубашка были мне немного маловаты, поскольку я до сих пор носил вещи, подаренные хозяйкой гостиницы. Я с удовольствием натянул новую рубашку, которая пришлась мне по размеру.

Переодевшись, Озиас наломал немного плавника и сложил ветки шалашиком. Затем он взял два камня и высек искру. Голодное пламя тут же набросилось на сухое дерево, даря нам тепло. Вздохнув, Лина присела перед огнем и протянула ладони к костру. Калем плюхнулся рядом с ней и провел рукой по мокрым локонам. Посмотрев на алтарь сквозь пламя, он кивнул мне.

– Ты готов?

– Теперь пути назад нет, – сказал я.

Я направился к алтарю. Каждый шаг приближал меня к будущему, которого я никогда для себя не хотел, но с неизбежностью которого я уже начал мириться. Вздохнув, я прислушался. За спиной остались треск огня и ровное биение сердец членов моей семьи. Со сталактитов капает вода. Я чувствую себя здесь почти спокойно. Мне кажется, что я в безопасности.

Мне бы хотелось, чтобы моя семья и все королевство чувствовали себя точно так же. Вареку нельзя оставаться у власти. Пора положить конец его тирании. Харлоу сказала, что воровала для короля. Одно лишь это делает его недостойным правителем. Не говоря уже о союзе с Дерриеном и Язмин. Варек – король-параноик, постоянно живущий в страхе, что его свергнут, и не удивительно. Он сажает людей в тюрьмы без суда и постоянно повышает налоги, чтобы собрать средства на оборону. И если, ко всему прочему, в Вильхейме держат в плену заклинателей, которые считаются пропавшими без вести…

Много лет назад Первый Король принес в жертву своих детей и расколол Лендрию на три части. Вареку плевать на людей. Он даже не пытался объединить народ. Но я… Я хотел лучшего для всех в Лендрии: для Хайрита, для Круора, для Вильхейма.

И, судя по всему, светлое будущее моей страны зависит от Лины… и от меня.

– Пятый склонит голову, – пробормотал я, но мои слова прозвучали достаточно громко.

Внезапно из глубин алтаря вырвался поток магии в виде ярко-синего сверкающего тумана. Лишайник на стенах пещеры засиял ярче. Вокруг статуи появилось свечение. Оно становилось все ярче и ярче, и вот передо мной стоит Юна в виде астральной проекции. Благородная и всезнающая, она посмотрела на меня с легкой улыбкой.

– Александр Ноксис Фейрайнер и его семья. – Юна слегка повернула голову, бросая взгляд на Лину, Озиаса и Калема. – Добро пожаловать.

Моя семья молчала, но я заметил, как они кивнули. Значит, ее наставления должны услышать все присутствующие, а не только я.

Взглянув на чародейку, я преклонил перед ней голову.

– Юна, я здесь для того, чтобы стать королем, – сказал я.

– У тебя впереди битва. Будет нелегко. – Юна перестала улыбаться, и ее глаза наполнились печалью. Она сложила руки перед собой и продолжила: – Но оно того стоит. Ты нужен королевству. Точно так же, как ему нужна твоя вторая половина.

Юна поманила к себе Лину. Повернув голову, я смотрел, как моя анам-кара идет ко мне, высоко подняв подбородок. Такая решительная… Такая величественная…

Лина встала рядом со мной и почтительно поклонилась, после чего взяла меня за руку и переплела наши пальцы.

Я не предвидел такого развития событий. Маги всегда обращались только к членами королевской семьи. Да, Лина – моя невеста, но по крови она не имеет никаких прав на трон. И все же я чувствовал, что мы все делаем правильно. Лина покосилась на меня и улыбнулась, крепко сжимая мою руку.

– Лина Эденфрелл, – сказала Юна.

– Вы знаете мое имя?

– Конечно. Я – посланница богов. Селеста шлет свое благословение.

Юна подалась вперед и обхватила лицо Лины ладонями. Широко раскрыв глаза, она уставилась на чародейку. Юна улыбнулась и отступила назад.

– Мир готов принять вас, – сказала чародейка.

– Мы защитим Лендрию. Вместе. – Поцеловав Лину в висок, я притянул ее поближе.

Юна улыбнулась.

– Остановите пожары и объедините народы. Чтобы исправить ошибки прошлого и восстановить равновесие, держитесь вместе.

Я тут же подумал о Зейне и его сестре Мэвис. Они стали жертвами Первой войны против заклинателей. Зейн и его войска восстали из мертвых и стали первыми перерожденными. А Мэвис… Ее кровь, дарованная рыцарям замка, превратила их в стражей, а также увеличила продолжительность жизни людей в Вильхейме. Однако действия Первого Короля прокляли Лендрию. На месте единого государства образовались фракции. Первый Король победил в войне, но его паранойя не давала ему покоя. Он боялся, что у него отнимут корону, поэтому изгнал перерожденных и заклинателей из Вильхейма, оставив лишь стражей. Но если Лина станет королевой, а я королем…

Юна бросила на меня понимающий взгляд.

– Вместе вы снова объедините эти земли. – Юна поклонилась, отчего волосы упали ей на лицо, однако слова ее продолжали звучать ясно, как звон колокола. – Я склоняю перед тобой голову, Александр Ноксис Фейрайнер. Я склоняю голову перед твоей второй половиной, Линой Эденфрелл. Боги признали вас обоих законными правителями Лендрии. – Чародейка выпрямилась и положила ладони нам на грудь, чуть выше сердца. – И теперь вас признают люди.

У меня не было времени, чтобы предупредить Лину. Я был готов к ритуалу, но растерялся, когда Юна попросила мою анам-кару встать рядом со мной. Руки чародейки вспыхнули белым пламенем. У меня перед глазами заплясали темные точки. Лина вскрикнула от боли, ее ногти впились в мою ладонь. В ушах шумело, в крови кипел адреналин. Затем боль внезапно стихла, и я несколько раз моргнул, приходя в себя.

Лина осторожно оттянула воротник блузки, чтобы показать темно-синего грифона, выгравированного на ее коже. Герб королевской семьи. Я знал, что точно такая же метка теперь выжжена на моей груди, как доказательство благословения богов. Именно так мой народ поймет, что Вареку на троне не место.

На мгновение я затаил дыхание и ждал, когда Лина встретится со мной взглядом. Я молился, чтобы она по-прежнему хотела быть со мной и чтобы произошедшее ее не напугало.

Лина посмотрела на меня глазами, полными эмоций, и одарила меня самой искренней и прекрасной улыбкой, которую я когда-либо видел.

Желание поцеловать ее пересилило все остальное. Я обхватил ладонями лицо Лины и прижался губами к ее губам, наслаждаясь вкусом ее удивленного вздоха и теплом ее кожи. Лина отстранилась первой и прижалась своим лбом к моему. Затем она обратила свое внимание на Юну.

– Я знаю, что это запрещено, но можно нам взять у вас жемчужину? Она нужна… для зверя.

– Для Ревмандры, – задумчиво произнесла Юна. – Они часто посещают эти воды в надежде украсть у меня жемчуг.

Чародейка взяла с алтаря жемчужину размером с кулак и протянула ее моей анам-каре.

– Уверена, зверю она понравится. Удачи, Лина Эденфрелл, заклинательница и королева Лендрии.

С этими словами Юна исчезла, и магия, наполнявшая пещеру, рассеялась. Я выдохнул с облегчением, и мои плечи опустились. Наконец-то я выполнил все обряды, чтобы стать королем. Мои родители гордились бы мной. Если они наблюдают за мной из царства богов, то я надеюсь, они не осуждают меня за то, что мне потребовалось так много времени, чтобы принять право, данное по рождению. Мне пришлось пройти долгий и тернистый путь к трону, полный войн и смертей, проклятий и клятв, но я нашел ее. Я нашел королеву, которая спасет наше королевство.

Лина толкнула меня бедром.

– Ну и каково быть королем? – спросила она.

– Ну и каково быть королевой? – с ухмылкой парировал я.

– Неужели я королева? – Она нахмурилась, глядя на жемчужину в руках. – В смысле, да, меня признали боги. И ты. Но как люди? Они не знают меня.

– Ты им понравишься, – сказал я, проводя пальцами по краям ее татуировки с грифоном. – И это поможет. Как и церемония объявления тебя королевой. Впрочем, это может подождать.

– Да успокойся уже, Лина, – сказал Калем, вставая и протягивая руки к потолку пещеры. Они с Озиасом молчали на протяжении всего нашего разговора с Юной. – Ты уже глава Совета заклинателей. Одним титулом больше, одним меньше. Какая разница?

Озиас робко, но искренне улыбнулся.

– В моих глазах ты была королевой со дня нашей первой встречи.

– Оз, перестань, – сказала Лина, заливаясь краской.

– Вот именно. Молчи, а то мы на твоем фоне теряемся, – Калем покосился на брата, а затем игриво подмигнул Лине. – Ты уже знаешь о моих чувствах. Слова излишне.

– Калем! – Лина закатила глаза, а затем стукнула его по груди. – Ты когда-нибудь угомонишься?

– Не-а.

Лина покачала головой, а затем опустилась на колени перед огнем. Положив жемчужину перед собой, она расстегнула мешочек на поясе и достала сверкающую раковину – сокровище пирата. Два из четырех необходимых ингредиентов для укрощения подготовлены и ждут своего часа.

– Еще нужны рыба и ракушки, верно? – спросил я, садясь рядом с Линой у костра.

Она кивнула. Восторг и радость в ее глазах померкли. Должно быть, Лина сильно переживала из-за того, что ей предстояло приручить то самое существо, за которым, предположительно, охотились ее родители. Никто не знал, была ли Ревмандра причиной их смерти. И умерли ли они вообще. Но…

Я провел костяшками пальцев по щеке Лины, и она подалась навстречу моему прикосновению.

– Мы будем рядом. Я обещаю, – сказал я.

Она посмотрела на меня и улыбнулась.

– Я знаю, – сказала она и положила ладонь мне на грудь, ее пальцы коснулись герба Вильхейма сквозь рубашку. – Я тоже всегда буду с вами.

Знакомая боль сдавила мое сердце, но я спрятал ее как можно дальше. Мы уже видели, что сделало перерождение Гейджа с его зверями. Жизнь Лины по сравнению с моей – мгновение, но я не позволю страху отравить меня. Мне больше нечего бояться. Мы вместе, и этого достаточно. Я взял руку Лины и крепко сжал ее пальцы. Я буду благодарен каждой минуте, проведенной вместе с ней. И я буду делать все возможное, чтобы моя королева была рядом со мной как можно дольше.

Восемнадцатая глава. ЛИНА

Оз, Калем и Нок быстро справились с ловлей рыбы, необходимой для приручения Ревмандры. Они стояли в неподвижности, как статуи, едва касаясь сапогами воды, и метали тонкие теневые копья в воду, после чего призывали их обратно. Пока они рыбачили, я прочесывала отмели в поисках ракушек и выбрасывала их на берег.

– Этого хватит? – спросил Оз, добавляя к куче очередную рыбину.

– Да. – Я потерла руки, глядя на наш улов.

Растянув сеть, которую я взяла у Тока, я положила в нее рыбу, ракушки, раковину королевы Джессамины. Жемчужину я разместила ровно посередине. Затем завязала сеть в узел, чтобы получился импровизированный мешок. Все это и я сама будут действовать как приманка. Я обвязала веревку вокруг себя и прикрепила приманку на пояс.

Калем плюхнулся на песок и вытянул ногу.

– Отлично, а то рыбалка – это скучно, – сказал он.

Оз закатил глаза и сел на выброшенное на берег бревно.

– А я считаю, что это довольно расслабляющее занятие, – сказал он. – В смысле, настоящая рыбалка. Сейчас мы откровенно жульничали.

Я усмехнулась.

– Прости, Оз, мы просто спешим, иначе рыбачили бы по-настоящему.

Нок подошел ко мне и осмотрел узел с уловом.

– Что именно тебе нужно сделать?

– Я захожу в воду, жду появления Ревмандры, а затем приручаю ее. Это довольно просто, – сказала я.

Я изо всех сил старалась говорить ровным голосом, чтобы не выдать беспокойства по поводу укрощения. Теоретически, да, это было просто. Однако Нок видел меня насквозь. Он сжал зубы и скрестил руки на груди.

– Лина.

Вздохнув, я встретила его суровый взгляд.

– Я не вру, просто… Со стороны это выглядит жутко. Но, клянусь, со мной все будет в порядке. – Я подняла руки, зная, что за моими словами тут же последуют возражения. – Ревмандру привлекают сокровища. Их приплывет несколько, и все они будут пытаться завладеть этим сокровищем. Победит лишь одна особь, и тогда я смогу приручить ее.

Долгое время все молчали. В конце концов Оз прочистил горло и спросил, сдвинув брови:

– Тогда почему ты сказала, что приручение Ревмандры опасно, раз они нападают не на тебя, а друг на друга?

Я прикусила внутреннюю сторону щеки.

– Ревмандра может попытаться украсть меня, вместо того чтобы сражаться с другими. Такое бывает. В таком случае другие нападут на нее, и в процессе я могу случайно получить царапину или две.

– Царапину или две? – процедил Нок ледяным тоном.

– Хитрые засранцы, – пробормотал Калем.

Оз скрестил руки на груди и ковырнул носком сапога песок.

– Что, если мы просто прыгнем в воду и вытащим тебя? – спросил он.

– Это не поможет. – Я покачала головой, молясь, чтобы они меня поняли. – Если вы вмешаетесь, вас примут за соперников. Произойдет одно из двух: или вы умрете, либо вы меня спасете, и Ревмандры уплывут. Они будут думать, что сокровище теперь ваше, и я не смогу приручить ни одну из них.

– Тогда мы поплывем на лодке. Тебе не стоит рисковать, – сказал Оз.

– Он прав. – Нок благодарно кивнул своему брату. – Течение вернет нас на поверхность. Да, это неприятно, но, по крайней мере, безопасно.

– И что потом? – Я повернулась к нему, уперев руки в бедра. – Грести до Райна? Это самый последний вариант. Что, если Харлоу поджидает нас? Или армада Варека?

Нок ничего не сказал, лишь смотрел на меня. Я воспользовалась его молчанием, чтобы подойти ближе.

– Мы не можем сбежать от флота без Ревмандры. Ты сам сказал, Варек знает, что ты отправился к руинам.

Я взяла руки Нока в свои.

– Нам непременно нужно добраться до Райна. Нам нужна помощь. Ты ведь знаешь, что я могу приручить зверя. Я ведь заклинатель- ница.

На мгновение Нок закрыл глаза, затем открыл их и тихо вздохнул.

– Я знаю, что ты можешь, – сказал он.

– Это наш шанс. – Я приподняла его подбородок. – Вам нельзя вмешиваться. Понимаешь?

Нок напрягся, но кивнул.

– Просто будь осторожна, – сказал он.

– Обязательно. – Быстро поцеловав его в губы, я отступила к воде.

Пронизывающий холод колол меня тысячей иголок, и я едва сдерживала проклятия. Тем не менее я продолжала идти, пока не оказалась по шею в воде. Затем я пошла вдоль берега, отдаляясь от руин Юны и стараясь держать голову над водой. Рано или поздно мне придется нырнуть, но не сейчас.

Минуты тянулись. Сердце громко стучало в ушах, пока я ждала, гадая, пытались ли мои родители приручить Ревмандру. Я оглянулась через плечо на Нока. Он замер в напряжении, с кончиков его пальцев стекают тени. Может быть, приручить этого зверя невозможно, когда рядом находится анам-кара? Может, мама пыталась приручить Ревмандру, и отец не смог на это смотреть? Неужели он умер, пытаясь спасти ее, и из-за этого они оба погибли?

Я вздрогнула, и вовсе не от холода. Если Нок бросится в воду за мной, я не стану его в этом винить. Наверное, на его месте я бы поступила точно так же.

Отвернувшись от берега, я закрыла глаза и сосредоточилась на источнике своей магии. Волна тепла прокатилась по конечностям, прогоняя жжение холодной воды, и вокруг расцвело неяркое свечение. Я стала живой приманкой, используя шарм заклинателя.

Время шло, и я ждала, слушая размеренный стук капель воды, стекающих со сталактитов. Магия продолжала пульсировать с каждым ударом сердца. Наконец я почувствовала, как что-то задело мою ногу под водой.

У меня перехватило дыхание. Я была готова к встрече с тварью, но все равно испугалась.

Ревмандра кружила по дну, извиваясь так грациозно и плавно, что многие существа могли ей лишь позавидовать. Похожая на саламандру тварь тремя ветвистыми рогами была размером с небольшого кита. В неярком люминесцентном свете пещеры шкура Ревмандры блестела, что не удивительно. Ее спина была покрыта сокровищами. Она копила блестящие предметы и постоянно прикрепляла их к своей шкуре с помощью клейкой слизи. От головы до хвоста эта особь была усыпана золотыми аурами и редкими драгоценными камнями. Очевидно, что она не раз побеждала в битве за сокровища.

Затем появились еще четыре особи. Они медленно кружили вокруг меня, время от времени огрызаясь друг на друга. Бой начнется в любой момент. Посмотрев на Нока в последний раз, я резко втянула воздух и нырнула. Звери тут же атаковали друг друга, путаясь телами, словно угри. Их злобное рычание каким-то образом было слышно даже под водой. Они неистово бросались в атаку, сверкая белыми зубами и вгрызаясь друг другу в шкуры. Те, у кого было меньше сокровищ, приклеенных к спине, были более уязвимыми, и вскоре океанская вода приобрела грязновато-красный оттенок из-за крови.

Одна Ревмандра подплыла ближе всех ко мне. В отличие от остальных, она не участвовала в сражении. И это означало только одно: меня вот-вот схватят. Я приготовилась к удару как раз в тот момент, когда зверь бросился вперед.

В бедро вонзились когти, и в глазах у меня потемнело от боли. Вокруг меня образовалось облако крови, и ее запах привлек внимание других. Мой похититель притянул меня поближе к себе, а затем метнулся прочь, и из моего рта вырвался шквал пузырьков. Ревмандры прекратили сражаться и бросились в погоню. В скором времени более крупная особь врезалась в нас и освободила меня. Я тут же поспешила вынырнуть на поверхность, чтобы глотнуть воздуха, а затем снова ушла под воду.

Вокруг меня царил хаос. Гневный, хищный рев. Скрежет когтей. В ноге пульсировала боль в такт каждому удару сердца. Но я жива, и тварей вокруг стало меньше. Более мелкие особи уплыли зализывать раны и искать сокровища в другом месте.

Наконец, остались лишь два самца. Они били друг друга рогами с такой силой, что вода дрожала. Одному удалось просунуть когти под сокровища на шкуре другого и обнажить нежную розовую плоть. Зверь взвыл, и, вместо того чтобы пожертвовать сокровищами, которые он уже накопил за долгие годы, он сдался и перевернулся на спину, обнажая мягкое белое брюхо. Это единственное место на тело, которое Ревмандра не украшает драгоценными камнями. Так им удается незаметно подкрадываться к добыче сверху. Зверь-победитель ослабил хватку и подплыл ко мне.

Я быстро развязала мешок на поясе и сначала подала зверю рыбу, чтобы он мог восполнить затраченную во время боя энергию. Он ел быстро, жадными глазами следя за оставшимися сокровищами. Перепончатой лапой он ткнул в ракушки и отбросил некоторые из них. Затем он потерся мордой об оставшиеся раковины и прикрепил их к своей шкуре.

Когда зверь заметил жемчужину Юны, то тут же радостно крутанулся на месте, и образовавшаяся волна впечатала меня в стену пещеры. Самец Ревмандры провел когтями по шкуре и пристроил жемчужину в подходящее, по его мнению, место.

Наконец я преподнесла зверю раковину королевы Джессамины. Самец Ревмандры замер, глядя на сокровище пирата. Такому соблазну противиться невозможно. Зверь схватил раковину и провел когтем по алмазной поверхности. Он медленно наклонил голову, показывая мне свободное место между рогами. Должно быть, он давно искал достойное сокровище, чтобы украсить самую защищенную часть своего тела. На его коже проступили крошечные капельки липкого секрета, и он протянул мне сокровище. Я тут же подплыла ближе и положила раковину между рогов, после чего призвала свою магию. Нас озарило вишневое свечение, и зверь с охотой позволил себя приручить. Когда связь между мной и зверем установилась, он осторожно вытолкал меня на поверхность, помня о моей поврежденной ноге.

Хватая ртом воздух, я посмотрела в сторону острова. Нок, Калем и Оз стояли у кромки воды. Тени сгущались и набрасывались на руки Нока. Все его мышцы напряглись до предела, на челюсти играли желваки. Обеспокоенный Оз крепко держал Нока за плечо, чтобы не позволить ему броситься в воду. Калем тоже напрягся, в любой момент готовый схватить Нока при необходимости. Его глаза сияли серебром, но каким-то чудом ему удалось сохранить человеческий облик. Каким-то чудом нам удалось осуществить задуманное и приручить Ревмандру.

Когда моя семья увидела меня, на них нахлынула волна облегчения. Оз отпустил Нока и немедленно направился к нашим сумкам, чтобы достать бинты и заживляющие мази. Калем закрыл глаза и сделал несколько медленных вдохов. Когда он снова открыл их, ртутный ободок стал меньше.

Нок бросился в воду и помог мне выбраться на берег.

– Это было… жестко, – сказал он хриплым, полным эмоций голосом.

Я выдавила слабую улыбку.

– Хуже, чем когда я приручала Оникса?

Он задумался. Затем покачал головой.

– Нет. Тогда было хуже, потому что тогда я не знал, чего ждать, – сказал он.

Меня пронзило чувство вины. Когда я приручала Мияда в нашем самом первом, судьбоносном путешествии, я никому не сказала, что потребуется для приручения легендарного зверя. Я обманула Нока и остальных. Мне пришлось их обездвижить, и они были вынуждены наблюдать, как свирепое существо нападает на меня. Может быть, именно в тот момент Нок понял, как много я для него значу.

Мы оба долго отрицали свои чувства друг к другу. Но сейчас все по-другому. Крепко сжав руку Нока, я попыталась его успокоить.

– Я в порядке. Давай перевяжем рану и как можно скорее уйдем отсюда.

Нок помог мне опуститься на землю, пока Оз рвал бинты. Зверь ждал на мелководье с довольным выражением в янтарных глазах. Он был самой большой особью из всех тех, что приплыли. И самой богато украшенной. Драгоценные камни, золотые аурики, жемчуг всех оттенков… Этот зверь стоил больше, чем его вес в битах. Не то чтобы кто-то осмелился бы покуситься на его сокровища.

Калем пристально посмотрел на Ревмандру.

– Мы что, просто сядем ему на спину и поплывем?

– Не совсем, – сказала я.

Морщась, я стянула штаны с помощью Нока и протянула ногу Озу. Он тут же обработал рану, нанес заживляющую мазь и сделал тугую перевязку. Боль утихла, и я облегченно вздохнула. Взяв сухие бриджи и бледно-розовую блузку из рук Нока, я быстро переоделась.

– Тогда как? – спросил Калем.

Я указала на ветвистые рога, торчащие из воды, словно троны.

– На рогах. Ревмандра создает пузыри воздуха, которые прикрепляются к его голове. Мы будем незаметно плыть под водой. – Я встала и направилась к зверю. – Я вам сейчас покажу.

Когда я подошла к кромке воды, зверь подался вперед, чертя брюхом борозду по песчаному дну. Я присела перед ним на корточки и положила руку на его массивную морду. Кусочки золота кололи мне ладонь, однако между блестящей броней виднелись проблески скользкой кожи и крошечные пузырьки кислорода, которые только и ждали своего часа.

– Привет, мой хороший, – сказала я, лихорадочно думая, какое имя дать этому великолепному зверю. Мощный. Величественный. Повелитель океанских вод. – Я буду звать тебя Магнус. Можешь сделать для нас пузырь? Нам бы хотелось убраться из этой пещеры.

Крошечные пузырьки отлипли от тела Магнуса и слились в одну большую сферу, которая поднялась из воды и зависла прямо над головой зверя. Довольный размером пузыря, Магнус поймал его своими рогами. Пузырь расширился и охватил рога, после чего зверь уткнулся мордой в берег и фыркнул.

Осторожно наступив Магнусу на лоб, я встала ему на голову и прижала ладонь к пузырю. Моя рука прошла сквозь барьер с хлюпаньем, и пузырь остался целым и невредимым. Повернув голову, я одарила своих друзей улыбкой.

– Вперед.

Я прошла сквозь купол, который оказался немного липким из-за слизи Магнуса, но все же я осталась сухой. Я дошла до ветвистого рога, подтянулась и села на него, после чего поманила к себе Нока, Калема и Оза.

Нок тут же последовал за мной, повторяя мои действия. Он забрался на рога, сел рядом и, обняв меня одной рукой за плечи, поцеловал в макушку. Оз быстро собрал наши вещи, а затем на цыпочках прошел по голове Магнуса к центральному рогу.

Я с трудом удержалась от смеха.

– Все в порядке, Оз. Поверь мне, он выдержит твой вес. И не только твой.

– Я просто стараюсь быть вежливым и не топать, как слон, – сказал он с улыбкой. Он повесил сумку на центральный рог, забрался на него и устроился поудобнее.

Калем не отставал и устроился на третьем роге. Мы были готовы к отплытию. Магнус снова фыркнул.

– На юг, – сказала я своему зверю. – Мы направляемся в Райн.

Магнус нырнул и направился к подводному течению, которое доставило нас в пещеру. Оно загадочным образом изменило направление, как будто боги приказали воде течь в другую сторону, чтобы будущие король и королева смогли без труда покинуть руины Юны.

Не то чтобы нам нужно было течение. Магнус плыл параллельно потоку. Лишайник пропал из вида, и вместе с ним исчез бледно-голубой люминесцентный свет. Мы погрузились во тьму, и от толщи воды нас отделяли лишь стенки пузыря. Однако Магнус оставался спокойным, и через несколько минут мы выбрались из чрева острова. Сквозь сине-зеленые воды просачивался солнечный свет. На песчаном дне под нами темнели несколько теней в форме лодок.

Нок сжал меня крепче в своих объятиях.

– У нас гости, – сказал он.

– Харлоу? – Я запрокинула голову и посмотрела вверх.

– Не думаю.

Прищурив глаза, он изучал небольшую флотилию из весельных лодок, которые направлялись к нашей. Я сразу же увидела Селенис, притаившуюся в тени острова Королей. Она смотрела в сторону приближающихся лодок. Если не считать плавного движения рыбьего хвоста, она почти не двигалась.

Вытянув руку, я открыла дверь в царство тварей.

– Отличная работа, Селенис. Возвращайся домой.

Селенис повернула голову в мою сторону и улыбнулась, прежде чем отпустить веревку и исчезнуть в царстве тварей. Я опустила руку, радуясь, что Виссирену не заметили.

– Наша лодка их отвлечет, – сказал Нок, кивнув подбородком в сторону нескольких кораблей, бросивших якорь неподалеку.

Сказать наверняка, кому именно принадлежат корабли, было невозможно, поскольку видели их снизу. Однако лишь Варек знал, что Нок направляется к руинам Юны.

Я подала знак Озу и Калему, указывая на рога Магнуса.

– Держитесь крепче. – Схватившись за рога, я обратилась к зверю: – Магнус, нам нужно убираться отсюда. И как можно быстрее.

Магнус поплыл изо всех сил, прижимая лапы к телу. Он стремительно отдалялся от острова, как стрела, сорвавшаяся с тетивы. Рыбы спешили убраться с нашего пути, и мир вокруг превратился в размытое пятно. Мы отплывали все дальше и дальше от опасности, и дышать становилось легче. Наконец тени кораблей и лодок исчезли, и вокруг нас не осталось ничего, кроме прозрачной воды и солнечного света.

Я легонько постучала по рогам Магнуса и расслабленно откинулась назад.

– Все хорошо. Теперь можно плыть спокойно.

Зверь издал гортанный звук, похожий на песню кита, и сбавил ход. Его перепончатые когтистые лапы стали двигаться медленнее.

С ослепительной улыбкой от уха до уха Калем вскочил на ноги.

– Как же круто! – сказал он. – Можем повторить?

– Может быть, позже, – ответила я.

– Ого, вы только посмотрите, – сказал Оз, и его полный благоговения голос заставил меня обратить взор к океану. От удивления у меня открылся рот.

Мы плыли над коралловым рифом. Между кораллами, похожими на цветы, сновало множество ярких рыб. По песчаному дну в поисках пищи ползали синие морские звезды и рубиново-красные крабы. Анемон мандаринового цвета с белыми щупальцами ловил мелкую рыбешку возле подводного течения. Вокруг парили беззаботные медузы. Каждый сантиметр морского дна покрыт цветущими морскими растениями, и мне хотелось потрогать их все. Рядом с Магнусом проплыл косяк сельди, и он лениво поймал несколько штук, наслаждаясь быстрым перекусом.

Нок посмотрел на меня и улыбнулся.

– Никогда не видел ничего подобного, – сказал он.

– Потрясающе. Неудивительно, что королева Джессамина так любила море.

Он легко провел пальцами по моей руке.

– Ты когда-нибудь оказывалась настолько далеко от Хайрита?

– Нет.

Коралловый риф сменился резким обрывом, за которым простиралась бескрайняя темно-синяя пустота. На краю обрыва собралась стая зверей, название которых я не знала. Сначала я подумала, что это гигантские морские дьяволы, однако у них были слишком длинные шеи, которые они вытягивали наружу, чтобы схватить проплывающую мимо рыбу.

Моя рука невольно потянулась к бестиарию, и я представила всех тех зверей, которых знала. Я думала о тех, кого приручила. О тех, кого не приручила. Но в мире существует гораздо больше тварей, чем заклинатели могут себе представить. До того как стать главой Совета, я мечтала путешествовать по миру и приручать невиданных зверей. Но сейчас…

Я покосилась на Нока. Моя мечта превратилась в нечто большее. И теперь частью моей мечты стали Нок, Оз, Калем и все, кто остался в Хайрите и Круоре. Я все еще хотела посмотреть мир, путешествовать и расширять знания о зверях, но я также хотела жить с ними, со своей семьей.

Нок долго смотрел на меня в задумчивости.

– Знаешь, быть королевой – это означает налаживать отношения с другими странами, – сказал он и положил свою руку поверх моего кулака с зажатым в нем бестиарием. – Уверен, мы могли бы время от времени задерживаться в поездках, чтобы ты могла приручать новых зверей.

От прикосновения Нока мое сердце наполнилось теплом. Он никогда не ожидал от меня того, что я перестану приручать зверей, но мне все равно было приятно слышать от него слова поддержки.

Прижавшись к Ноку, я сделала глубокий вдох, наслаждаясь знакомым медовым ароматом.

– Мне бы этого очень хотелось.

– Мне тоже.

И хотя мы были на глубине сотен метров под водой и плыли к вражеским берегам, я никогда не чувствовала себя более уверенно в завтрашнем дне.

Девятнадцатая глава. НОК

Путешествие под океанскими волнами показалось мне чем-то нереальным. Вместе с Линой я постоянно узнавал о мире что-то новое.

Несколько раз по пути в Райн мы поднимались на поверхность, чтобы Магнус мог запасти кислород в своей шкуре. Затем он направлял пузырьки в наш защитный купол, чтобы мы могли дышать под водой и продолжать оставаться незамеченными. Зверь двигался с невероятной скоростью, и мы сократили время путешествия на несколько дней. Тем не менее нам дважды пришлось ночевать под звездами посреди океана. Поначалу меня это встревожило, однако Лина заверила меня, что ни одно существо не посмеет на нас напасть, поскольку нас защищает такой хищник, как Магнус. После того как первая ночь прошла без происшествий, я смог расслабиться.

Лина несколько раз призывала Блица, щенка Канепина, чтобы очистить океанскую воду и сделать ее пригодной для питья. Питались мы пойманной рыбой. Чтобы справить нужду и помыться, мы ныряли в холодные океанские воды. Да, мы путешествовали без особого комфорта, но зато в безопасности.

Тем не менее я изнывал от желания поспать в настоящей постели и ощутить уютное тепло камина. Именно поэтому, когда нас встретил лес из водорослей у берегов Райна, я облегченно выдохнул. Даже если королева Элианна потребует моей смерти ради справедливости, я, по крайней мере, смогу хотя бы одну ночь поспать в местной гостинице. И я был не единственным, кто нуждался в отдыхе.

Лина постаралась, чтобы Калем и Оз не заметили ее усталости, что было легко, поскольку нас от них отделяли высокие рога Магнуса. Все же она не могла скрыть свое изнеможение от меня. Ворот ее блузки пропитался потом, щеки впали, под глазами залегли темные круги. Рана на бедре явно не делала ситуацию лучше. И конечно же, больше всего сил у нее отнимал Магнус. Никогда прежде Лина не удерживала зверя в нашем мире так долго, как его. Она заверила меня, что Магнуса удерживать проще, потому что у него есть собственный источник магии. Однако он все равно подпитывался связью с Линой.

Когда мы спрыгнули с Магнуса и оказались по колено в воде, она отправила зверя домой, а затем упала в мои объятия и тут же заснула. На мгновение я вернулся в прошлое, в тот момент, когда впервые нес Лину на руках. Она израсходовала всю силу, чтобы приручить зверя для Коста. Ради нас моя анам-кара всегда шла на неоправданные риски.

– С ней все в порядке? – спросил Озиас, подбегая к нам и разбрызгивая воду во все стороны.

– Она переутомилась, – сказал я, шагая к берегу.

Калем побледнел и подстроился под мой шаг.

– Она ни разу не отправила Магнуса обратно в царство тварей, – сказал он.

– Именно, – кивнул я, стараясь не показывать свое беспокойство.

– Черт. – Озиас заломил руки и сбавил темп. – Кто-нибудь знает, где находится «Полированный кубок»?

– Нет, – сказал я, крепче обнимая спящую Лину. – Мы скроемся в тенях и начнем поиски.

Сапоги зашуршали по черному песку, когда мы вышли на берег. Солнце село несколько часов назад, вокруг никого не было. Вдалеке сияли масляные фонари Велеса, столицы Райна.

Волосы на затылке встали дыбом. Я оказался за океаном, в сотнях километров от своей гильдии, стою на пороге нашего врага и собираюсь постучать в дверь. Слишком многое может пойти не по плану.

Мы скрылись в мире теней и направились в сторону Велеса. Озиас и Калем шагали рядом, Лина спала у меня на руках. Грунтовые дороги тихи и пустынны. Возле скромных домиков в деревянных креслах-качалках сидела парочка местных жителей с одеялами на коленях и дымящимися кружками в руках. Мужчина и женщина улыбались, обмениваясь тихими словами. При виде этой картины мне стало тоскливо. С тех пор как я встретил Лину, мы только и делали, что убегали от опасности или сражались. У нас не было времени расслабиться по-настоящему. Мы делали все возможное, чтобы защитить нашу семью. Когда все закончится, я обязательно устрою для нас отдых, который мы заслужили.

Грунтовая дорога сменилась мощеной улицей, сложенные из камня домики стали более роскошными по дизайну. Жемчужиной города, несомненно, был королевский нефритовый замок, который возвышался над всеми остальными постройками и сиял в теплом свете сотни парящих рикримовых сфер. К шпилям замка по камню тянулись золотые прожилки, которые пульсировали на свету, делая замок практически… живым. Завораживающее зрелище, однако нам нужно держаться от резиденции королевы подальше. Мы навестим Элианну, но не сейчас. Сначала нам нужно найти Коста.

Мы крались по темным переулкам, избегая людей и держа ухо востро. Мы старались подслушивать случайные разговоры в надежде, что кто-нибудь подскажет нам дорогу. Мы последовали за кучкой пьяных местных жителей, но в итоге оказались возле шумной таверны. Громкая песня о девах-воительницах еще долго преследовала нас, пока мы возвращались обратно. Я остановился и вздохнул.

– Так мы точно не найдем «Полированный кубок». Озиас, иди спроси у кого-нибудь дорогу.

– Уверен, что это хорошая идея? – спросил Калем, выглядывая из-за угла и рассматривая толпу местных жителей.

Мы определенно не были готовы к такой активной ночной жизни. Бесчисленные магазины и питейные заведения даже не думали закрываться. Повсюду сновали люди, одетые в блестящие брюки и туники. Местная мода не слишком отличалась от моды Вильхейма, однако даже в разгар зимы жители Велеса предпочитали носить открытую одежду. Глубокие вырезы блузок и рубашек, разрезы вдоль бедер на брюках и платьях, обнаженные животы… Если мы выйдем из теней, наша поношенная одежда со следами соли наверняка обратит на себя внимание.

– Ни тебя, ни Оза не узнают. Это мне нужно держаться подальше от посторонних глаз, – сказал я.

– Он прав. Я спрошу дорогу, – сказал Озиас. Его взгляд остановился на Лине, и он нахмурился. – Нам нужно как можно скорее найти ночлег.

Он вышел из теней и направился на центральную улицу Велеса, шагая прямо наперерез высокой блондинке. Она отпрянула назад и впилась в Оза янтарным взглядом, полным ярости.

– Смотри, куда идешь, – процедила девушка.

– П-простите, – пробормотал Озиас, глядя себе под ноги. Потирая затылок, он все-таки осмелился встретиться с ней взглядом. – Не могли бы вы сказать мне, где находится «Полированный кубок»?

По сравнению с Озом блондинка казалась совсем крошечной, однако каким-то невероятным образом ей удавалось смотреть на него свысока.

– И что ты там забыл?

Лицо Оза вытянулось от удивления.

– Это ведь трактир, верно? Мне просто нужно место, где можно…

– Ты не местный. – Она прищурилась и сделала шаг в сторону Оза. – Говоришь… как-то странно.

У меня перехватило дыхание. Лендрия и Райн говорят на одном языке, но у нас разные акценты. В Райне говорят более мягко и плавно. Когда я проводил время с Амирой, то быстро к этому привык и перестал обращать внимание на акцент. Однако не удивительно, что речь Оза привлекла внимание этой девушки.

– Странно? – Он смущенно улыбнулся. – Ну, да, вы правы. Я путешественник.

– И зачем ты к нам пожаловал? – Девушка вскинула бровь.

– Э-э… По личному делу.

Уперев руки в бедра, девушка наклонилась вперед.

– Как член королевской гвардии, я должна знать обо всем, что происходит в городе. Так что твое личное дело – мое дело.

Во рту пересохло. Я помнил королевскую гвардию Велеса еще с тех времен, когда был принцем. Амира постоянно находилась под защитой элитного отряда солдат, давших клятву верности короне. Во многом они похожи на стражей Вильхейма.

Я прищурил глаза, рассматривая оливковое пальто девушки, и обнаружил нашивку в виде золотого льва. Да, так и есть. Она явно является членом королевской гвардии.

– Твою мать, – прошипел Калем.

Я жестом попросил его замолчать и сделал осторожный шаг назад. Нас скрывали тени, но я не хотел рисковать. Эта девушка – солдат, но больше всего меня обеспокоил тот факт, что я не видел при ней никакого оружия. Ни меча в ножнах, ни кинжала на поясе. Либо она умело спрятала клинок под пальто, либо ей не нужно оружие вовсе, поскольку она может обойтись и без него.

Озиас судорожно сглотнул и бросил мимолетный обеспокоенный взгляд в нашем направлении. Девушка напряглась и повернула голову в сторону переулка, где мы скрывались в тенях. Мы с Калемом затаили дыхание.

Девушка нахмурилась и ткнула Оза в грудь.

– Куда это ты смотришь? – спросила она.

– Никуда, клянусь. – Озиас поднял руки вверх. – Просто… Велес больше, чем я ожидал. Вот и заблудился.

Она долго смотрела на него, разглядывая пропитанную солью тунику и поношенные сапоги. После этого девушка немного смягчилась и, театрально вздохнув, развернулась на каблуках.

– Ладно, пошли. У меня нет времени нянчиться с тобой всю ночь, – сказала она.

Путаясь в собственных ногах, Озиас поспешил за девушкой следом. Мы последовали за ними под надежным прикрытием теней.

Девушка уверенно прокладывала путь сквозь толпу, не сбавляя шаг. Люди убирались с ее пути, как будто знали, что она не из тех, чье терпение стоит испытывать.

Свернув направо с главной улицы, девушка повела нас вдоль магазинов и таверн. Здесь было уже не так шумно.

– Так как тебя зовут? – спросила она.

– Озиас, – ответил он, сжимая и разжимая кулаки в тщетной попытке успокоиться.

– Надо было меня отправить вместо него. – Калем закатил глаза.

– У него все под контролем, – сказал я, но, глядя на вспотевший лоб Озиаса, я уже начал сомневаться в своих словах.

– А как меня зовут, не спросишь? – спросила девушка, бросив на Озиаса недовольный взгляд.

– О… Эм, да?

– Надо же, да ты просто мастер красноречия, – сказала она с усмешкой и затем резко остановилась. Она повернулась лицом к Озиасу и ткнула большим пальцем через плечо. – Вот «Полированный кубок».

Озиас уставился на раскачивающуюся желтую вывеску над дубовой дверью. Я обратил свое внимание на окна. В ярко освещенном зале стоит множество столов и совсем немного посетителей. За барной стойкой молодой человек вертит в руках пустой стакан.

Кост! Его невозможно ни с кем спутать. Идеально уложенный помпадур и одежду без единой складки я узнал бы где угодно. При виде брата на меня нахлынула волна облегчения. Как будто почувствовав на себе мой взгляд, Кост поднял голову и заметил Озиаса в компании королевской стражницы, а затем и нас с Калемом. Я ободряюще кивнул ему, и Кост снова повернулся к барной стойке. Он будет ждать.

– Постарайся не влипнуть в неприятности, чтобы не добавить мне работы, – сказала девушка Озиасу.

Он откашлялся.

– Постараюсь. Спасибо вам за помощь, – ответил он.

– Что ж, по крайней мере, у тебя есть хоть какие-то манеры. – Она покачала головой, а затем направилась обратно в сторону центральной улицы.

– Постойте! – Озиас сделал несколько шагов за ней, а затем остановился, смущенно потирая затылок. – Вы так и не сказали мне, как вас зовут.

Девушка замерла на месте и оглянулась.

– Так ты же нормально и не спросил. – Она хрипло рассмеялась и, покачав головой, продолжила шагать. Тем не менее на вопрос она ответила: – Меня зовут Айла. Можешь не запоминать. Надеюсь, оно тебе не пригодится.

– Я тоже, – пробубнил Озиас себе под нос.

Как только девушка скрылась за поворотом, Калем вышел из теней и ударил Озиаса по плечу. Он улыбался так широко, что казалось, будто он сейчас порвет себе рот.

– Ну и позорище.

– Заткнись. – Озиас оттолкнул Калема, и тот громко рассмеялся.

– Вообще-то мы на месте благодаря ему. – Я бросил на Калема суровый взгляд. У меня начала побаливать голова. За время нашего путешествия мы слишком часто погружались в тени, и мои силы были на исходе. Поудобнее перехватив спящую Лину, я посмотрел по сторонам и вышел из теней.

Калем не успел ничего сказать, потому что на пороге трактира появился Кост. Придерживая дверь одной рукой, он поманил нас внутрь.

На первом этаже располагалась таверна, где стояли столы из красного дерева и стулья с мягкими сиденьями. В углу одинокий музыкант играл на арфе тихую, приятную мелодию, которая сливалась с приглушенными разговорами немногочисленных посетителей, которые потягивали напитки из украшенных драгоценными камнями кубков и ковыряясь в изысканных блюдах.

– Как-то слишком роскошно, – сказал Калем, нахмурившись. – Мы обычно останавливаемся в каких-нибудь сомнительных заведениях.

– Я же сказал, что плохо ориентируюсь в Велесе, поэтому назвал единственный трактир, о котором слышал. Прошу меня простить, что случайно выбрал что-то приличное.

– Все в порядке, – сказал я и кивком указал на Лину. – Давайте отнесем ее в комнату.

В глазах Коста вспыхнуло беспокойство, и он поджал губы.

– Следуйте за мной.

Он провел нас к великолепной отполированной до блеска лестнице. Поднявшись на второй этаж, мы зашагали по ярко освещенному коридору. Стены украшали картины с пейзажами, повсюду стояли кадки с высокими растениями. Толстые листья тянутся к стропилам и окаймляют закрытые двери.

Дойдя до конца коридора, Кост остановился и выудил из нагрудного кармана блестящий ключ. Замок со щелчком открылся, и мы вошли в просторную комнату с элегантной мебелью из белого дуба.

Я аккуратно положил Лину на кровать и укрыл ее одеялом. Моя анам-кара удовлетворенно вздохнула и, вцепившись в одеяло, превратилась в гору подушек.

Кост замер рядом с Линой и провел пальцами по прикроватному столику.

– Что с ней случилось?

– Мы плыли через океан на ее звере, – сказал я. – Она израсходовала слишком много магии, чтобы удержать его в нашем мире.

Я сел на диванчик, стоящий у изножья кровати, и выдохнул. Все тело ныло от усталости, которая меркла и бледнела в сравнении с усталостью Лины.

– Так вот почему вы уже здесь. Я думал, мне придется вас ждать еще несколько дней. – Кост покачал головой, глядя на Лину, а затем опустился в кресло с высокой спинкой. Закинув ногу на ногу, он некоторое время смотрел на нас, а затем вздохнул. – Я так понимаю, путешествие было трудным?

– Ты даже не представляешь насколько, – сказал Озиас.

Он неторопливо подошел к камину и протянул ладони к догорающим углям. Затем уперся ладонями в каминную доску в стиле барокко, и его плечи поникли.

Калем развалился в кресле, закинув ноги на подлокотник.

– Варек, Дерриен, Язмин, невероятно могущественные звери, – сказал он, загибая пальцы. – Ах, да, еще и чокнутая пиратка, которая жаждет моей крови. Нок вынудил меня обворовать ее.

– Что? – спросил он, недоуменно вскинув брови.

– Я обо всем тебе расскажу, но пока что… Я просто рад тебя видеть, – сказал я.

– Взаимно. – Кост печально улыбнулся. – Я прибыл сюда вчера. К сожалению, мне удалось собрать не так много информации за такой короткий срок.

– Не переживай. – Озиас отошел от камина и хлопнул брата по плечу. – Мы просто рады тебя видеть.

– Я вас тоже. – Кост вздохнул, и напряжение в его плечах несколько ослабло. – Все же, мне кажется, что мы выбрали наиболее удачное время для переговоров.

– Почему ты так думаешь? – спросил я.

– Дочь королевы Элианны только что обручилась. Завтра вечером будет общий праздник. – Кост уставился на роскошную люстру, украшенную свечами. – Все будут в хорошем расположении духа, что сыграет нам на руку. К тому же мы не привлечем к себе внимания, поскольку все будут заняты подготовкой к торжеству. Мы сможем подойти к королеве, не вызывая подозрений. Многие будут дарить подарки, и мы тоже можем так сделать.

– И что мы скажем? Поздравляем с предстоящей свадьбой, давайте пойдем на войну? Потрясающий свадебный подарок, Кост, – сказал Калем.

Кост едва удостоил его взглядом.

– Я бы воздержался от подобных формулировок, – сухо сказал он.

– Он бы воздержался. – Калем закатил глаза, но на его губах появилась теплая улыбка. Он явно хотел услышать что-нибудь подобное. Кост, которого мы все знали и любили, вернулся.

– Что-нибудь придумаем. А пока, я думаю, нам не помешало бы отдохнуть, – сказал я.

– И поесть, – добавил Оз. Он сжал плечо Коста и снова отошел к камину.

– И помыться. – Калем поморщился. – У меня ощущение, что я неделю жил в сточной канаве.

Кост встал, расправляя жилет.

– На всякий случай я взял для вас запасную одежду, и, судя по всему, не зря. Я все оставил в вашей комнате. Официальную одежду приберегите для завтрашнего вечера.

– Как скажешь, мой господин, – сказал Калем, вскакивая на ноги. – Что ты там сказал насчет комнаты?

– Я вас провожу. Через полчаса увидимся внизу и поужинаем, ладно? – спросил Кост.

Я оглянулся, чтобы посмотреть на спящую Лину, и легонько дотронулся до нее. Она не пошевелилась.

– Я принесу ей немного еды, но не думаю, что она проснется в ближайшее время.

– Скоро увидимся. – Кост кивнул и направился к двери, Озиас и Калем следовали за ним по пятам.

Как только они ушли, я скинул сапоги и забрался на кровать. Прижав тыльную сторону ладони ко лбу Лины, я с облегчением обнаружил, что у нее нет лихорадки. Моя анам-кара дышала ровно и размеренно, и это развеяло все мои опасения. Я заправил прядь волос ей за ухо и прижался ближе. Лина едва пошевелилась, чтобы поудобнее устроиться на кровати. Я бы с удовольствием пропустил ужин и остался вместе с моей возлюбленной, но нам нужно обсудить планы. К тому же теперь, когда Лина в безопасности, мне хотелось поговорить с Костом. Мы собирались на войну, и мне нужно было убедиться, что с моим братом все в порядке.

Двадцатая глава. ЛИНА

Я проснулась, когда сквозь занавески цвета слоновой кости пробивались лучи утреннего солнца. Огонь в камине давно погас, однако в комнате по-прежнему тепло и душно. Я откинула одеяло и сморщила нос, злясь на себя за то, что не приняла ванну перед сном и испачкала простыни илом и песком.

Подавив зевок, я окинула взглядом тихую комнату. Деревянный пол покрывает плотный ковер. Тяжелая дубовая дверь приглушает шум голосов, доносящихся откуда-то снизу. На прикроватном столике лежит сложенный листок пергамента. Я тут же развернула записку и впилась взглядом в знакомый витиеватый почерк Нока.

Мы на первом этаже, в таверне. Приходи к нам, когда будешь готова. Сменная одежда – в шкафу, в ванной комнате – нижнее белье.

Люблю,

Нок

Я откинула одеяла и сразу же заметила богато украшенную дубовую дверь, ведущую в ванную комнату. В голове пульсировала ноющая боль, и я покрутила шеей из стороны в сторону, пытаясь расслабить скованные напряжением мышцы. Я встала и потянулась, прогоняя свинцовую тяжесть из конечностей, и пошла в ванную.

Открыв кран, я наполнила горячей водой позолоченную ванну на когтистых лапах. Под успокаивающий шум воды я закрыла глаза и сосредоточилась на своей связи с Магнусом. Дверь царства тварей со скрипом приоткрылась, и я обнаружила, что самец Ревмандры крепко спит на дне одного из многочисленных океанов. Я улыбнулась и открыла глаза.

Тело болело от усталости, но я боялась, что будет хуже. За время путешествий с Ноком я не раз испытывала себя на прочность, но еще никогда прежде я не удерживала зверя за пределами царства тварей так долго. Я думала, что всему виной адреналин. Мне хотелось как можно быстрее доставить свою семью к берегам Райна. К тому же у Магнуса есть собственный источник силы, который облегчает его пребывание в нашем мире. И все же я чувствовала себя намного хуже после того, как взяла Нока с собой в царство тварей, и после того, как приручила Феликса для Коста.

Погрузившись в ванну, я задумалась. Почему так? Я подумала о том, как легко мне удалось приручить Тока на руинах Осло. Даже Рейну, легендарную кошку и исключительную охотницу, я укротила без особого труда. Звери выбрали меня и позволили себя приручить. Я думала, что приручить Ревмандру будет сложнее. Все-таки именно этот зверь, предположительно, погубил моих родителей.

Я дотронулась до поверхности воды и уставилась на рябь, пытаясь понять, почему в последнее время у меня получается так легко приручать зверей и почему магия не истощает меня так же сильно, как раньше. Я прикоснулась к татуировке грифона.

Селеста шлет свое благословение. Именно так сказала Юна. Неужели богиня помогает мне?

На сердце у меня потеплело. Боги редко вмешивались в нашу жизнь, но, возможно, Селеста решила сделать исключение из-за Язмин. Богиня хочет спасти заклинателей, зверей и весь мир от гнева Окнолога. И раз Селеста поддерживает меня, а Нока поддерживают другие боги, то, возможно, у нас получится остановить Язмин.

Я надела чистые бриджи, блузку с длинными рукавами и новые сапоги, после чего спустилась на первый этаж, где располагалась таверна. Зал был практически пустым, если не считать нескольких посетителей, между которыми перемещался трактирщик. Рядом с круглыми столами стоят бархатные стулья с высокими спинками. Над каждой столешницей свисают люстры.

Нок, Оз, Калем и Кост устроились у окна, тихо переговариваясь друг с другом. Я подошла к ребятам и села на свободный стул между Ноком и Калемом. Нок выпрямился и тепло улыбнулся мне.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он.

– На удивление хорошо. Но я очень голодная.

Я окинула взглядом практически пустые тарелки, и Оз тут же подвинул ко мне блюдо с двумя здоровенными картофельными дольками, политыми сметаной и посыпанными зеленым луком. Я схватила одну из них, проглотила за считаные секунды и тут же потянулась за второй.

Кост кивнул бармену.

– Закажем для тебя нормальную еду. Мы не спешим.

На душе у меня потеплело. Сидящий напротив Кост посмотрел на меня с тревогой и заботой. В его взгляде по-прежнему плескалась боль. Но Кост справится. Хорошо, что он сейчас с нами. Без него было бы трудно.

– Спасибо, Кост, – сказала я.

Он устало улыбнулся, и к нашему столику подошел трактирщик. Я пробежала взглядом меню и сделала заказ. Нок налил для меня воды из кувшина. Как только трактирщик ушел, Кост откашлялся.

– Сегодня вечером мы встретимся с королевой, – сказал он.

– Правда? Уже? – Я окинула ребят удивленным взглядом.

Оз пожал плечами, а Калем взболтал янтарную жидкость в стакане, с интересом наблюдая за тем, как она стекает по стеклянным стенкам.

– Я что-то пропустила?

– Нет, мы тоже удивились, – сказал Нок. – Но более удачного времени у нас не будет. Сегодня утром дочь королевы Элианны официально объявила о помолвке, а вечером королевская семья будет принимать подарки в соответствии с традицией.

– Во время всеобщего праздника мы сможем подойти к королеве, не прося аудиенции. – Кост сделал глоток воды. – Мы будем последними в очереди, чтобы потом продолжить разговор в более уединенной обстановке.

– Если все получится, – сказал Калем, откидываясь на спинку стула. – Я все еще сомневаюсь, что план сработает.

– Стражников будет немного. – Оз оперся локтями о стол, потирая ладони. – Это все, что нам удалось узнать утром. Естественно, королевскую семью будет сопровождать королевская гвардия, но поскольку королеву здесь любят, охрана вряд ли будет усилена. Многие стражники взяли выходные, чтобы праздновать.

Я отправила в рот последнюю картофельную дольку и задумалась над тем, что услышала.

– Хороший план, мне кажется. А что здесь принято дарить? У кого-нибудь есть идеи?

– Каких-то особых требований к подаркам нет. – Кост слегка напрягся.

Нок поморщился.

– Люди отдают все, что могут, а если им нечего предложить, то они просто поздравляют на словах. Королевская семья все принимает с благодарностью и великодушием, – сказал он и ненадолго умолк, поскольку вернулся трактирщик.

Мне принесли сливочный суп в миске из хлеба. Аромат тимьяна и петрушки смешался с ароматом грибов, и у меня потекли слюнки при виде еды. Тем не менее я не сводила глаз с Нока.

– Тогда в чем проблема? – спросила я.

– Мы считаем, что подарок должен соответствовать тому, что мы попросим взамен, – пробормотал Кост и отодвинул от себя пустую тарелку, избегая встречаться со мной взглядом. – Нужно нечто ценное, что поможет сменить гнев королевы на милость. Весьма вероятно, что она все еще не оправилась после того, что произошло с ее сестрой, Амирой.

– Да хватит уже ходить вокруг да около, – сказал Калем, закатывая глаза. Он осушил свой стакан и пояснил: – Они хотят подарить зверя.

– Зверя? – Я замерла с ложкой в руке.

– Это просто идея. – Нок пригвоздил Калема уничтожающим взглядом. – Мы ничего не решили.

– Потому что если мы подарим зверя, то это создаст прецедент, – сказал Кост. – Итак, допустим, мы успешно справились с нашим нынешним… эм, затруднительным положением. Но что дальше? Другие страны не должны думать, что Лендрия меняет тварей на альянсы.

Я проглотила ложку вкусного супа и опустила взгляд на стол.

– Какие еще варианты? Я согласна с Костом. Мы должны подумать о последствиях подобного подарка.

– Дарить биты глупо, – сказал Оз, хмуря брови. – Райн не бедствует. В этом году здесь был хороший урожай.

Нок кивнул.

– Если бы королева не держала на меня зла, все было бы гораздо проще, – сказал он.

– Но проще не будет, – сказал Кост, наконец подняв голову. – Итак, какой подарок подойдет в качестве извинений и символа доброй воли?

Зверь, определенно, подходящий подарок. Я поклялась, что больше не буду продавать тварей, но ведь передача в добрые руки – это другое. Только вот проблема была в том, что я не знала ни королеву Элианну, ни ее дочь. Если я пообещаю подарить им зверя, не зная их намерений… Да и к тому же у меня нет укрощенных зверей без связи со мной.

Я проглотила очередную ложку супа.

– Расскажите мне про принцессу. Правильно ли я понимаю, что зверя мы будем дарить ей? В смысле, если мы все-таки решим дарить зверя.

– Да, ей. – Кост кивнул. – Если ты подаришь зверя принцессе Джейле, то ты об этом не пожалеешь.

– Люди называют ее Голубкой, – сказал Оз. – Именно поэтому на всех уличных украшениях мы будем видеть голубя.

– Она олицетворяет собой мир. – Нок внимательно наблюдал за мной. – Она заботится о народе, помогает различным организациям бороться с бедностью и обеспечивает кровом бездомных. У нее практически нет врагов, но ее считают слишком наивной.

– Именно поэтому Элианна до сих пор не передала бразды правления, – добавил Кост, снимая очки, чтобы отполировать их. – Она боится, что другие страны посчитают ее дочь слабым лидером и нападут на Райн. Но если у Джейлы будет сильный зверь-защитник, то потенциальные захватчики подумают дважды, прежде чем нападать.

– И альянс с Лендрией также укрепит позиции Райна, – сказал Нок, глядя на меня. – На южной границе Райн совсем недавно подвергался нападению со стороны соседнего государства. Это всего лишь попытки проверить, как поведет себя действующая власть. Элианну может заинтересовать альянс с Лендрией, если мы предложим ей солдат для урегулирования конфликтов. – Он нежно провел пальцами по моей щеке и опустил руку. – Если ты не хочешь отдавать зверя, то это и не нужно. Обещаю, мы что-нибудь придумаем.

Отложив ложку, я оторвала кусочек хлеба и скатала его в шарик. Вариантов у нас было не так уж много. Нам посчастливилось застать наиболее благоприятное время для переговоров, однако это не означает, что они пройдут успешно. Элианна потеряла старшую сестру Амиру из-за проклятия Нока. Такое вряд ли возможно забыть. Однако у королевы также есть семья, есть дочь, и ей необходимо думать о будущем. Нам необходимо доказать Элианне, что мы решительно настроены на мирное сотрудничество с Райном и не желаем принцессе Джейле зла. Возможно, в таком случае королева сможет смириться со смертью сестры.

– Во-первых, я делаю исключение. Подобное не должно стать стандартной тактикой ведения переговоров в будущем.

– Безусловно, – кивнул Нок.

– Во-вторых, если такая ситуация возникнет снова, за мной всегда будет последнее слово, приемлемо ли дарить зверя или нет.

Это мой первый указ в качестве королевы, и я навсегда останусь верна своему слову. Никто не знает и не понимает зверей так, как я. Кроме меня, никто не имеет права распоряжаться судьбой магических существ. Я перевела взгляд на Нока, моего короля, и не увидела в его взгляде ничего, кроме понимания и любви.

Он положил руку мне на колено.

– Поддерживаю, – сказал Нок.

– Отлично. И последнее: у меня нет зверя, которого я могу подарить Джейле, – сказала я, отложив остатки хлеба.

Кост поник, но тут же выпрямился, поправил очки и решительно кивнул. Однако Нок, должно быть, почувствовал, что это не все.

– Я могу пообещать приручить зверя для принцессы. Но я передам его ей, только если она достойна. Это все, что я могу предложить.

– Этого более чем достаточно. – Нок улыбнулся.

– Когда мы пойдем к ней? – спросила я.

– Празднование начнется на закате, – сказал Кост. – Пока что мы тайно изучим город и продумаем пути отступления на случай, если нам понадобится бежать.

У меня по спине пробежал холодок.

– Какова вероятность, что нам придется бежать?

Нок пожал плечами.

– Мы не узнаем, пока не попробуем начать переговоры. Райн вообще не контактировал с Лендрией после моей смерти. По крайней мере, официально. Однако, судя по всему, число туристов за последние годы заметно увеличилось. – Он кивнул Косту, и тот кивнул в ответ. – Нас здесь выдает акцент, однако это не такая уж и проблема.

– Как с Айлой, – пробормотал Оз.

Калем насмешливо приподнял бровь.

– Планируешь найти ее?

– Вовсе нет, – пробормотал Оз, глядя в стол.

Калем открыл было рот, чтобы подшутить над Озом, но Нок бросил на него суровый взгляд и прочистил горло.

– Отправляйся на разведку, – сказал он. – Четыре часа. Время пошло.

Калем застонал, но без возражений встал из-за стола. Хрустнув шеей, он одарил нас дьявольской ухмылкой на прощание, после чего вышел через парадную дверь, а затем скрылся в тенях.

Нок закатил глаза, а затем обратил свое внимание на Оза.

– Присмотри за ним. Нам не нужны неприятности.

Оз тяжело вздохнул, но я знала, что на самом деле он не против присмотреть за своим сумасбродным братом.

– Понял, – сказал Оз.

– И притащи его обратно вовремя, чтобы он успел переодеться, – добавил Кост. – Мы должны выглядеть соответственно, чтобы завоевать благосклонность.

– Как скажешь, – Оз улыбнулся и махнул рукой на прощание, после чего направился к выходу.

Кост смотрел ему вслед, а затем сдулся. Он положил безвольные руки перед собой на стол. Напускная деловитость исчезла, и он уставился в пол невидящим взглядом. Я посмотрела на Нока, задавая безмолвный вопрос, и он поджал губы.

– Кост, – мягко окликнул его Нок.

– Я в порядке.

– Нет, не в порядке. Ты даже словом не обмолвился о Гейдже со вчерашнего вечера.

– А что я могу сказать? – Кост поморщился. – После того что произошло, я по крайней мере дважды в день обходил Хайрит тенью. Гейджа нигде нет.

Кост съежился, и от этого зрелища у меня защемило сердце. Я потянулась через стол и взяла его руки в свои. Он никак не отреагировал, но затем, наконец, встретился со мной взглядом.

– Это не твоя вина, – сказала я.

– Нет, моя, – возразил Кост; его голос дрогнул, а пальцы задрожали. Он несколько раз сглотнул, с трудом подбирая слова, и прерывисто вздохнул. – Калем прав. Я не умею сочувствовать. Гейдж пытался поделиться со мной своими переживаниями, а я просто отмахнулся от него и начал говорить о себе. Я его не слушал. А потом он ушел и больше не возвращался. В этом виноват я. Он ушел из-за меня.

Кост высвободил одну руку и просунул пальцы под очки, чтобы прикрыть глаза, и снова прерывисто вздохнул. Мне больно видеть, как он винит себя, и я покрепче сжала его руку, молясь, чтобы он почувствовал, как сильно я его люблю. Мы через многое прошли, прежде чем смогли довериться друг другу. Наши отношения поначалу были очень сложными. Но сейчас я не могу даже представить свою жизнь без Коста. И мне хочется, чтобы он знал, что я всегда буду рядом, что он может на меня положиться. Не только на меня, но и на всех нас.

– Гейдж не ребенок. Да, ему сейчас трудно, но ты ни в коем случае не должен винить себя в случившемся. – Я наклонила голову, пытаясь поймать взгляд Коста. – И даже если он разозлился и ушел, то это не значит, что ты виноват в его исчезновении. Мы ведь не знаем, что было после.

Нок положил руку на спину Косту, а затем притянул его к себе. Кост обмяк, и его тело задрожало от рыданий, когда он уткнулся лицом Ноку в грудь. Нок положил подбородок на макушку Коста, позволяя брату выплеснуть накопившиеся чувства. Долгое время мы молчали, но в итоге Кост отстранился. Его глаза покраснели и припухли, но его взгляд теперь был полон решимости.

– Я найду его, – сказал он, расправляя жилет.

– Не сомневаюсь, – сказала я с нежной улыбкой.

– В общем, – он прочистил горло и встал, поворачиваясь к лестнице на второй этаж. – Я приведу себя в порядок и отправлюсь на разведку. Чем вы будете заниматься?

Нок посмотрел на меня с беспокойством, и я поняла, что ему хочется пойти с Костом. Но он также не хотел бросать меня, учитывая, что я не покидала пределы трактира и совсем не ориентировалась в городе. И все же сейчас Косту необходима поддержка, его нельзя оставлять одного.

– Мне нужно провести некоторое время в царстве тварей, а потом отдохнуть. Я еще не восстановилась после дороги, и мне бы хотелось быть в полной готовности на случай, если у нас возникнут какие-нибудь проблемы.

Кост коротко кивнул.

– Тогда до вечера. – Нок наклонился и нежно поцеловал меня в губы.

– До вечера.

Оставив на столе горсть битов за завтрак, Нок встал, и они с Костом направились вверх по лестнице, предположительно, в комнату Коста. Глядя им вслед, я сжала в руке цепочку бестиария. Метка заклинателя отозвалась теплом, и я ощутила прилив силы. Ничто меня так не успокаивало, как осознание единства с моими зверями. И Гейдж лишился этого. Я понимала его боль и отчаяние, но я почему-то не подумала о том, как он себя будет чувствовать по возвращении в Хайрит. Да еще эта ссора с Костом…

Я отпустила цепочку. Косту не придется вести поиски в одиночку. Мы найдем Гейджа вместе. Мы найдем его во что бы то ни стало.

Двадцать первая глава. НОК

Несмотря на все старания Коста, у нас не получилось слиться с толпой. Нет, дело было не в нашей одежде. Кост проявил должную осмотрительность и подобрал отделанные золотом зеленые туники с глубоким вырезом. Дело в Лине, которая притягивала к себе взгляды. Изумрудное платье без рукавов сверкало ярче, чем сам драгоценный камень, и подчеркивало каждый изгиб ее тела. Длинный разрез на бедре сводил меня с ума. Даже обнимая Лину одной рукой, я не мог утолить свой голод. Мы слишком мало времени проводили вместе, и я не имел возможности изучить каждый сантиметр ее тела, не мог припасть губами к изгибу ее шеи и ощутить ее дыхание на своей коже.

Мы совсем недавно вышли из трактира, а я уже умирал от желания подхватить свою анам-кару на руки и отнести ее обратно в спальню.

Лина провела пальцами по широким полям моей шляпы и надвинула ее мне на глаза.

– Тебе идет, – сказала она. – Ты такой загадочный. Может, будешь носить ее постоянно?

– Ни за что, – сказал я.

Шляпа была идеей Коста, и хотя в ней я чувствовал себя неловко, она скрывала мое лицо и белые волосы.

– Лина, дорогая, ты выглядишь просто шикарно. – Калем подошел к нам и подмигнул. Поймав мой уничтожающий взгляд, он рассмеялся и поднял ладони в притворном извинении.

Лина закатила глаза и набросила на плечи легкую шаль.

– Твои методы устарели, Калем, – сказала она. – Даже не знаю, какая девушка в здравом уме поведется на тебя.

Калем притворился оскорбленным, но не смог сдержать ухмылки.

– Именно поэтому я сначала свожу девушек с ума. Ты даже не представляешь, насколько велика сила моего обаяния.

Эмблема Лины вспыхнула вишневым светом.

– С заклинателями шутки плохи. – Она вскинула бровь. – У тебя нет шансов.

– Угомонитесь. Оба. – Кост подошел ближе и указал на руку Лины. – Может, не будем давать местным повод для сплетен?

Лина смущенно опустила руки и ограничила поток магии. Свет мгновенно померк, и она одарила Коста извиняющейся улыбкой.

– Похоже, весь город сегодня вышел на улицы. – Озиас оглядел растущую на глазах толпу.

С его замечанием было трудно поспорить. Нас окружила масса народа. Все люди, так или иначе, украсили себя золотом. Кто-то даже нанес узоры на лицо золотой краской. Потрясающее зрелище. Там, где раньше располагались торговые прилавки, теперь стояли помосты с музыкантами и танцорами. Вокруг звучали ритмичные радостные мелодии. Солнце клонилось к закату, и становилось холоднее, однако вряд ли кто-то замерзнет сегодня ночью. В бочках, стоящих вдоль улиц, горели костры, а люди слишком плотно прижимались друг к другу.

Вместе с толпой мы медленно двинулись в направлении замка. Карие глаза Лины блестели от восторга, с ее лица не сходила улыбка. Моя анам-кара даже покачивалась в такт музыке, когда мы ненадолго останавливались, чтобы послушать какую-нибудь песню. И каждый раз, когда танцоры делали сальто или кувырок, Лина ахала от удивления.

– Тебе нравится? – прошептал я ей в ухо.

– Очень, – сказала она, и я не мог налюбоваться ее оживленным, сияющим лицом.

Я провел костяшками пальцев по ее подбородку и встретился с ней взглядом.

– Отлично. Тогда, может быть, ночью… – Я провел большим пальцем по ее нижней губе, и Лина резко втянула в себя воздух. Ее глаза потемнели.

– Конечно.

И она страстно поцеловала меня, прижавшись ко мне всем телом. Мое сердце бешено стучало в груди, и я обнял Лину за талию. Крепко сжимая ее в объятьях, я еле сдержал стон.

Озиас кашлянул и толкнул меня локтем в бок.

– Мы почти на месте.

Я неохотно оторвался от губ Лины и посмотрел на ворота замка. Шумная толпа выстроилась зигзагами в очередь. В начале очереди стояла королева Элианна. Принцесса Джейла и ее избранник сидели на украшенных изумрудами тронах. Каждый местный житель останавливался напротив будущей королевы, чтобы поздравить. Джейла брала людей за руки и с искренней улыбкой что-то им говорила. Мы не слышали, что именно, но казалось, что ее слова полны тепла и благодарности. Королева Элианна стояла рядом с дочерью и сдержанно улыбалась. Она кивала каждому гостю, но позволила Джейле самой отвечать на поздравления.

– М-да, ну и очередь, – сказал Калем, присвистнув.

– Действительно. – Кост окинул взглядом толпу. – Мы должны быть последними. Пока что просто смешаемся с толпой.

Лина не смогла скрыть волнения и немедленно потащила меня к одному из многочисленных столов, уставленных едой и напитками. Мы купили засахаренные яблоки и пряный эль, прежде чем направиться к танцевальной площадке. Время летело незаметно, пока я наблюдал за Линой, которая наслаждается моментом. Мы ведь с ней ни разу ничего не праздновали вместе. Ни наше становление анам-карой, ни признание королем и королевой в глазах богов. Я бы многое отдал, лишь бы видеть Лину такой все время. Ее улыбка, смех и счастье были заразительными. Местные жители окружили ее, чтобы потанцевать и посмеяться вместе.

Мы с Костом, Озиасом и Калемом стояли на краю танцплощадки и наблюдали за Линой. Мне не стоило привлекать к себе внимания. По крайней мере, до встречи с королевой Элианной. Мое нахождение в Райне должно оставаться в секрете, а я уже успел поймать несколько пристальных взглядов.

– Как думаете, все дело в ее шарме заклинательницы? – спросил Озиас, отрывая меня от мыслей. Он с беспокойством смотрел на Лину, поскольку все больше и больше людей собиралось вокруг нее, чтобы присоединиться к ее танцу.

– Возможно. – Я пожал плечами.

– Честно говоря, мне тоже хочется потанцевать вместе с ней. – Кост скрестил руки на груди. – Какая глупость. Так что да, должно быть, все дело в магии.

Калем фыркнул.

– Расслабься, Кост. Иди потанцуй, а то ты совсем скис.

– Я лучше здесь постою, – сказал Кост и, вместо того чтобы расслабиться, напрягся еще больше.

Как будто услышав наш разговор, Лина направилась в нашу сторону и протянула руки, чтобы найти себе партнера по танцу. Никто из нас не ожидал, что им окажется Озиас.

– Потанцуй со мной, – сказала она с улыбкой.

Оз с удивлением смотрел на нее, но не сопротивлялся, когда Лина потащила его в толпу. Всего мгновение, и напряжение в его мышцах ослабло, и вот он уже кружит ее в танце и смеется.

– Надо же, не запутался в ногах, – усмехнулся Калем. – А я уж думал, он совсем безнадежен.

– Это ты безнадежен, Калем. – Кост бросил на брата насмешливый взгляд, и Калем возмущенно засопел.

Лина и Озиас танцевали на протяжении двух песен, прежде чем он отвесил шутливый поклон и вернулся к нам. Улыбка медленно сползала с его лица.

– Очередь сокращается. Нам пора идти.

Я посмотрел на позолоченные ворота. Час был поздний, и в очереди осталось совсем немного людей. Большинство местных жителей либо танцевали на улицах, либо стояли в стороне, изрядно пьяные и сонные, но не желающие уходить. По домам разошлись лишь дети, которые до этого сновали между нами и толкались на протяжении всего вечера.

Подойдя к Лине, я обнял ее за талию и закружил в танце, после чего притянул к себе.

– Пора идти, – сказал я.

На лбу и шее Лины выступил пот, и это нисколько не испортило ее красоты. Она поправила шаль, убедившись, что татуировка грифона осталась скрытой. Вместе с Калемом, Озиасом и Костом мы двинулись к воротам замка и заняли место в хвосте очереди.

Здесь было тише. Мелодичная музыка служила фоном для нежных слов, которые полные благоговейного трепета жители Райна говорили своей принцессе.

Но какой бы доброй ни казалась Джейла, я не мог избавиться от беспокойства. Я посмотрел на ее мать, неподвижно стоящую рядом. Элианна одновременно казалась мне чужой и знакомой. Ее золотые локоны и глаза напоминали мне Амиру. Однако в отличие от сестры у Элианны нет ямочек на щеках, и она выше. Тем не менее небольшого внешнего сходства было достаточно, чтобы сердце ушло в пятки.

Я покрепче прижал Лину к себе. Мы придумали ужасный план. Да, я мало что знал о политической обстановке в Райне, но я знал, что жизнь Элианны была нелегкой. Кост собрал предостаточно информации о ее прошлом, и именно поэтому мы попросили Лину помочь с подарком.

Из-за меня юная Элианна потеряла старшую сестру, Амиру, но на этом ее испытания не закончились. Она не хотела править, но ее родители тяжело заболели и скоропостижно скончались. Элианне пришлось занять трон, когда ей было всего тринадцать. Граничащие с Райном страны тут же воспользовались возможностью и атаковали.

Однако при помощи ума и хитрости Элианна выстояла против захватчиков. Ей удалось отстоять границы Райна и показать себя своему народу. Несколько лет спустя она даже вышла замуж ради альянса, чтобы сохранить мир. Но в скором времени ее муж внезапно умер. Юная королева осталась одна с новорожденным ребенком, а ее дочь вынуждена была расти без отца.

Лина нежно дотронулась до моей руки, отвлекая меня от мыслей, я посмотрел на нее. Она вопросительно склонила голову набок, и я натянуто улыбнулся в ответ. Мы сделали еще один шаг вперед. Шаг в направлении моего прошлого. Что ж, может, план и ужасный, но другого у нас нет.

– Эй, Озиас, а это разве не Айла? – тихо спросил Калем.

Озиас замер, затем судорожно сглотнул.

– Да, она, – прошептал он.

Уже знакомая нам девушка проложила себе путь сквозь поредевшую толпу и подошла к королевской семье. Она была одета в ту же одежду, что и прошлой ночью. Королевская гвардия, по-видимому, всегда на страже.

Встав на цыпочки, Айла что-то прошептала на ухо королеве. Элианна кивнула, ничуть не смущенная тем, что сказала ей Айла. Девушка, кажется, осталась довольна ответом и уже собиралась уходить, но ее взгляд пробежался по толпе, и она заметила Озиаса. Прищурившись, Айла скрестила руки на груди и осталась стоять рядом с королевой.

– Большое спасибо за добрые слова. Мы с Мэддоксом с удовольствием заглянем в вашу пекарню на завтрак, – сказала принцесса Джейла, указывая на своего будущего мужа, и пожелала тучному мужчине доброй ночи.

И вот мы предстали перед королевской семьей Райна.

Я не видел портрета покойного отца Джейлы, но мог с уверенностью сказать, что она пошла в него. Бронзовая кожа прекрасно сочеталась с золотистым платьем, как и ее темные волосы, заплетенные в косу, что тянулась до пояса. От матери Джейла унаследовала улыбку и округлые глаза, до боли похожие на глаза Амиры.

Принцесса положила ладони на колени и слегка подалась вперед, приглашая нас подойти ближе.

Мгновение я не мог сдвинуться с места. Все, что я мог делать, это смотреть. На Джейлу. На ее мать. На семью Амиры. Элианна нахмурилась из-за моей нерешительности и впилась в меня взглядом. Я медленно снял шляпу. Королева посмотрела на мои волосы. На тонкий шрам на моей щеке. Элианна встретилась со мной взглядом. Она побледнела и вцепилась в спинку трона дочери, что-то бессвязно бормоча.

– Мама? – взволнованно спросила принцесса Джейла.

Мэддокс тут же подскочил на ноги и подошел к королеве, чтобы предложить ей руку, как настоящий джентльмен, но она отказалась ее принять. Она продолжила смотреть на меня.

– Убийца!

В считаные секунды Айла сменила положение и встала перед принцессой. В ее янтарных глазах вспыхнуло пламя, и я сразу же напрягся. Чародейка. Неудивительно, что при ней не было оружия; оно ей не требовалось. Кост, Озиас и Калем, должно быть, тоже заметили вспышку магии. Они замерли, не сводя взгляда с рук девушки.

Какой магией она обладает? Может, как Эрикс, она способна подчинять людей своей воле? Или же ее сила более разрушительная и опасная?

Мои мысли вернулись к тому времени, когда я столкнулся лицом к лицу с чародейкой во время войны с Райном. Тогда я едва не погиб из-за шаровых молний.

– Так и знала, что с тобой что-то не так. – Айла плюнула нам под ноги и уставилась на Озиаса испепеляющим взглядом.

– Мы пришли с миром, – сказал Кост спокойным голосом. – Мы здесь, чтобы поздравить принцессу и ее избранника.

Мэддокс встал рядом с возлюбленной, настороженно разглядывая нас темными глазами.

– Кто вы такие? – спросил он.

Джейла высунула голову из-за спины Айлы, чтобы получше нас рассмотреть. Она нахмурилась и посмотрела на меня.

– Вы правда убийца?

Вместо того чтобы ответить на ее взгляд, я уставился прямо на Элианну.

– Да, – сказал я.

– Этот человек повинен в смерти твоей тетушки. И не только. Он погубил бесчисленное множество жизней. Много лет назад на поле боя из-за него пали тысячи. – Голос Элианны дрожал, но она отважилась сделать шаг вперед. – Но ты ведь умер.

– Так и есть. – Я медленно поднял руку ладонью вверх и призвал тень. – Ваши солдаты убили меня. Однако без ведома моей семьи и всей Лендрии меня вернули к жизни. Долгие годы я жил в тени, не пытаясь вернуть трон. Я скрывался, потому что не хотел снова разжигать войну.

Джейла с любопытством следила за тенью, которая вилась вокруг моих пальцев.

– Ты – Александр. Причина, по которой мы не торгуем с Лендрией, – сказала принцесса.

Я вздрогнул от звука своего прежнего имени и позволил тени рассеяться.

– Сейчас меня зовут Нок, но вы правы, – сказал я.

– Одно лишь твое присутствие здесь – оскорбление, – кипела Элианна. Больше не испытывая страха, она шагнула вперед и встала рядом с Айлой. – Арестуй его.

– Мама, подожди… – начала Джейла, но ее прервал протяжный скрип открывающейся невидимой двери.

Я зажмурился. Лина стояла за мной и Костом, скрытая от глаз королевской семьи. Но теперь она привлекла к себе внимание, призвав зверя. Я открыл глаза и удивился, не обнаружив Оникса…

– Я сказала, арестуй его! – рявкнула королева, не теряя решимости.

Айла не мешкала ни секунды, однако когда она попыталась схватить меня за запястье, ее рука наткнулась на невидимый барьер. Рябь от удара распространилась по куполу, и я сразу понял, какое существо призвала Лина.

Со спокойной властностью моя анам-кара прочистила горло и встала рядом со мной.

– Можете даже не пытаться, – сказала она.

У ног Лины сидела Куилла, ее Асура. Зверь прижал две ладони к земле, а остальные вытянул в стороны и вверх, надежно закрепляя защитный купол. Десять молочно-белых глаз уставились вперед, и Куилла тихо фыркнула.

Айла опустила руки, ее рот приоткрылся в немом изумлении. Даже Элианна не смогла скрыть шока. Она уставилась на зверя округлившимися глазами, а затем посмотрела на Лину.

Джейла встала рядом с матерью, чтобы получше нас рассмотреть. Мэддокс маячил за спиной принцессы, в любой момент готовый оттащить ее назад в случае опасности.

– Куилла не причинит вам вреда, – сказала Лина, нежно поглаживая зверя по голове. – Она всего лишь нас защищает.

– Ты… – королева хватала ртом воздух от негодования.

Сначала ее взгляд скользнул по бестиарию, висящему на шее Лины, затем сместился ниже, к темно-синему крылу грифона. Шаль Лины соскользнула на плечи, когда она наклонилась, чтобы погладить Асуру. Взгляд Элианны метнулся ко мне, и я потянул за воротник, чтобы показать точно такую же татуировку. Несомненно, Элианна знает, что означают наши одинаковые символы.

– Живешь в тени и не пытаешься вернуть себе трон, значит?

– Пока еще он не король, – сказал Кост ровным голосом. – Тем не менее это одна из причин, по которой мы здесь.

– Одна из? – спросила Джейла. В отличие от остальных членов королевской семьи, ее первоначальный шок прошел, и она присела на землю, чтобы оказаться на одном уровне с Куиллой. На ее губах расплылась улыбка.

– Джейла, – предупреждающим тоном сказала Элианна, но дочь не обратила внимания на ее слова.

– Может быть, мы продолжим разговор в более уединенной обстановке? – спросил Кост, кивая в сторону улицы.

Вокруг все еще толпились горожане, которые с любопытством поглядывали на нас. Ровный гул музыки прекратился. Стражники, которые до этого патрулировали город, теперь собрались у ворот замка и не сводили с нас глаз.

Я прочистил горло.

– Безусловно, мы согласны последовать за вами в сопровождении стражи. Наши намерения честны. Мы здесь не для того, чтобы проливать кровь.

– А как же зверь? – спросила Элианна.

– Способности Куиллы носят чисто оборонительный характер. Она не… – попыталась объяснить Лина, но королева даже не удостоила ее взглядом.

– Если ты думаешь, что я поверю тебе, то ты безгранично наивен. Я не стану подвергать свой дом опасности. Ни сейчас, ни в дальнейшем.

Джейла медленно выпрямилась и повернулась к матери, положив мягкую руку ей на плечо.

– Они бы уже напали на нас, если бы это входило в их планы. Я им верю.

Королева ощетинилась.

– Ты веришь всем подряд, Джейла. Этот… Этот монстр практически уничтожил наше королевство! – Она плюнула в мою сторону, прежде чем взглянуть на дочь. – И ты хочешь дать ему возможность объясниться и поздравить тебя с помолвкой?

– Мы хотим предложить торговое соглашение, – тихо сказал я.

– И, возможно, особый подарок, – сказала Лина, дотрагиваясь до бестиария.

Ее голос прозвучал решительно, однако она явно сомневалась, судя по тому, как ее пальцы теребили цепочку. Да, она согласилась обменять зверя, но при условии, что Джейла – достойный претендент на роль хозяина. И убедиться в этом Лина должна лично.

Она посмотрела на Джейлу с настороженностью, а затем резко открыла дверь в царство тварей и отправила Куиллу домой. Как только скрип стих, мы остались без защитного купола, который Куилла создала при помощи магии.

Лина сделала шаг вперед, оказавшись в зоне досягаемости чародейки. В ушах у меня звенело. Сунув руки в карманы брюк, я вскрыл удлинившимися ногтями ладонь. Я не позволю Айле и пальцем тронуть мою любимую, даже если это помешает всем нашим планам на потенциальный союз с Райном.

Некоторое время никто не двигался. Мы превратились в статуи, ожидая, у кого первым не выдержат нервы в этом молчаливом противостоянии. С каждой уходящей секундой мое сердце билось все быстрее. Моя ладонь стала мокрой от крови, которая в любой момент была готова превратиться в клинок.

Наконец Джейла протянула руку Лине.

– Добро пожаловать в Велес, заклинательница. Для меня было бы большой честью принять вас в своем доме.

Лина кивнула и пожала руку принцессе, позволив себе слегка улыбнуться.

– Благодарю, – сказала она.

Лицо Элианны исказилось от гнева. Она даже не пыталась скрыть свои эмоции. Тем не менее королева развернулась на каблуках и зашагала к замку. Стражники тут же выстроились вокруг нее. Джейла и Мэддокс последовали за королевой, а замыкали шествие мы и Айла.

Я расслабился и позволил крови высохнуть. Я посмотрел на своих братьев и коротко кивнул им. Вместе мы шагали к нефритовому замку. Каким-то чудом мы преодолели первое препятствие и добились аудиенции у королевы. Теперь перед нами встала более сложная задача: убедить ее присоединиться к войне, о существовании которой она пока даже не подозревала.

Двадцать вторая глава. ЛИНА

Я никогда прежде не бывала внутри замка, и замок в Велесе меня не разочаровал. От утонченной красоты внутреннего убранство захватывало дух. Мои каблуки стучали по мраморному полу с темными прожилками, пока мы шли мимо бесчисленных каменных колонн, обвитых нефритовыми лозами. Через стеклянный купол потолка виднелось ночное небо, в котором блестели тысячи звезд, добавляя свой свет к свету золотых люстр.

Королева Элианна и ее дочь устроились на тронах с высокими спинками под богато украшенной аркой. Вокруг них выстроились стражники, а Айла заняла место рядом с королевой. Ее суровый взгляд метался между Ноком и Озом. Мэддокс встал рядом со своей возлюбленной. В скором времени он будет сидеть рядом с Джейлой, но только после того, как Элианна отречется от короны.

Мы прошли от ворот в тронный зал, и за это время выражение на лице Элианны не изменилось. Поджав губы и скрестив руки на груди, королева смотрела на нас так пристально, что у меня вспотели ладони.

Нок сохранял невозмутимость. Или, может быть, так только казалось. Он стоял рядом со мной совершенно неподвижно, сунув руки в карманы брюк. Его лицо превратилось в бесстрастную маску. По другую руку от Нока встал Кост, а Калем и Оз заняли позиции рядом со мной.

– Говори, – сказала Элианна. – И побыстрее.

– Мы хотели бы предложить союз между Лендрией и Райном. До того, как… – Он глубоко вздохнул, и его взгляд смягчился. – В прошлом наши страны процветали благодаря регулярной торговле. Я бы хотел вновь открыть торговые пути, а также заключить альянс, гарантирующий, что мы придем друг другу на помощь в случае войны.

– Нам не нужен ни альянс, ни торговля с Лендрией, – ровным голосом сказала Элианна.

– Мама, не принимай поспешных решений, – вмешалась Джейла, наклонившись к королеве. – А как же южные границы? Там ведь…

– Довольно, – королева повысила голос, заставив дочь замолчать. – Мы не будем заключать союз с человеком, который убил мою сестру.

– Я не убивал Амиру, – сказал Нок.

Костяшки Элианны побелели, когда она вцепилась в подлокотники трона.

– Ложь, – сказала она.

– Я не лгу. Да, я погубил ее. Да, я повинен в ее смерти и в смерти многих, но я не убивал Амиру. – Нок смотрел прямо на королеву, ни разу не дрогнув. – Амира умерла из-за проклятия, которое наложили на меня. Я не знал, насколько оно коварно. Если бы знал, то никогда бы не подверг ее риску.

– Можешь сколько угодно играть словами, – кипела Элианна, – но я ни за что не соглашусь на альянс, который нам не нужен.

Нок прочистил горло.

– Вы уверены? Мы знаем о конфликтах на юге, и мы полны решимости вам помочь. Сейчас и в дальнейшем.

В обмен на вашу помощь в борьбе с угрозой, с которой мы не можем справиться в одиночку, мысленно закончила за него я. За обещанием Нока последовала зловещая тишина, как будто королева знала, что он чего-то недоговаривает. Ее рот искривился в презрении, пока она смотрела на Нока, и выражение ее лица становилось все более суровым с каждой секундой. Наконец она усмехнулась.

– Ты даже не король Лендрии, насколько мне известно. Какую помощь ты вообще можешь мне предложить?

Нок и глазом не моргнул.

– Я и моя избранница в скором времени заявим свои права на трон. Даю вам слово, что мы будем соблюдать все соглашения, о которых договоримся с вами.

– Ты считаешь меня глупой? – резко спросила королева.

– Вовсе нет, – тут же ответил Нок.

– Мама! – снова попыталась Джейла, и на этот раз ее голос прозвучал более решительно. – Пожалуйста, мы должны хотя бы выслушать…

– Чего моя дочь не понимает, – перебила Элианна, бросив взгляд на Джейлу, прежде чем снова обратить на нас гнев, – так это нюансов, о которых ты так искусно умалчиваешь. И эти нюансы кардинально меняют все. Из-за этих нюансов мы можем остаться абсолютно незащищенными от угроз с юга, о которых Лендрии каким-то образом стало известно.

Затем Элианна встала, опустив дрожащие руки.

– Ты хочешь вернуть себе трон просто потому, что получил благословение богов, – она резким кивком указала на татуировку на груди Нока. – Ты надеешься, что народу этого будет достаточно. Только вот армия Лендрии и стражи присягнули в верности королю Вареку. Именно поэтому тебе нужна поддержка извне. Иначе ты не сможешь убедить Вильхейм встать на твою сторону. Тебе нужна поддержка армии, но у тебя ее нет, и ты наивно полагаешь, что мы ее охотно предоставим. Сейчас ты стоишь передо мной и моей дочерью и пытаешься использовать наши слабости в своих интересах, прикрываясь альянсом и торговыми соглашениями, которые называешь свадебным подарком.

Кипя от злости, королева шагнула вперед. Айла последовала за ней, словно тень, в любой момент готовая нанести удар, если королева окажется в опасности.

– Назови мне хотя бы одну причину, почему я не должна казнить тебя прямо здесь и сейчас за твою нелепую затею и за убийство моей сестры, – процедила Элианна.

– Потому что, если вы не поможете нам, то столкнетесь с более опасным врагом, чем страны на юге, – сказала я.

Зал погрузился в молчание. Бесчисленные пары глаз уставились на меня, и я вскинула подбородок, чтобы встретить осуждающий взгляд Элианны.

– Клянусь, мы не пытаемся вас обмануть. Я бы не стояла здесь сейчас и не просила вас о помощи. Я бы не стала просить Нока ворошить прошлое, если бы в этом не было абсолютной необходимости.

Прежде чем королева успела что-то сказать, Джейла встала и обратилась непосредственно ко мне:

– О какой опасности вы говорите?

– Вы видели моего зверя и знаете, кто я такая. – Я осторожно прикоснулась к бестиарию и почувствовала тяжесть взгляда принцессы, когда она проследила за движением моих пальцев. – Меня зовут Лина Эденфрелл, и я – глава Совета заклинателей. Бывшая глава Совета, Язмин, присоединилась к королю Вареку и намерена пробудить зверя, который сожжет мир дотла. Если мы не остановим ее, все и вся будут уничтожены.

Когда ни Джейла, ни Элианна ничего не ответили, я продолжила:

– На вашей границе больше не будет конфликтов. Не будет ни торговли, ни развития, ни будущего. Не будет ничего, кроме огня. Да проклянут меня боги, если я говорю неправду.

Воцарилась тишина. Мои слова будто бы повисли в воздухе, и я затаила дыхание, наблюдая за эмоциями во взгляде Джейлы. Недоверие. Страх. Решительность. Элианна, наоборот, превратилась в камень, и по ее лицу невозможно было ничего прочитать.

– Я люблю своего избранника, – сказала я, поворачиваясь, чтобы тепло улыбнуться Ноку. – Но я не стала бы лгать ради того, чтобы помочь ему вернуть трон. Я знаю, вы, скорее всего, мне не поверите, что он не хотел быть королем, но это правда.

Наконец, заговорила Джейла.

– И эту Язмин никак не остановить? – спросила она.

– Мы пытались. – Я опустила взгляд в пол. – Боюсь, что на данный момент единственный способ справиться с ней – это отобрать трон у ее союзника, короля Варека. И сделать это нужно до того, как она пробудит древнего дракона Окнолога и он обрушит свою ярость на весь мир.

– А если вы не успеете? – спросила Элианна на удивление тихим голосом. – Что, если вы не сможете помешать пробуждению Окнолога?

Я смотрела на королеву и молилась, чтобы она услышала правду в моих словах.

– Тогда нам действительно понадобится любая помощь, которую мы сможем получить, чтобы остановить Язмин и Варека, прежде чем они погубят всех нас.

– Это не наша война, – покачав головой, Элианна устремила взгляд вдаль.

– Но она будет нашей, – вмешалась Джейла.

– Джейла… – Элианна тяжело вздохнула. – Слепое доверие опасно. Мы не можем просто поверить им на слово. Я им не верю. Не могу. Он убил мою сестру.

– Мне бы очень хотелось доказать свою невиновность, но я не знаю как. – Нок опустил руки, и его лицо исказилось от боли.

Мое сердце обливалось кровью. Мне тяжело видеть Нока таким. Меня посетила идея. Я ведь могу призвать Оникса! Он испытает Нока, сочтет его достойным, и тогда, возможно, Элианна ему поверит. Только вот… Я посмотрела на королеву. Вряд ли одобрение зверя будет что-то значить для нее, она ведь не заклинательница. К тому же пламенная магия Оникса невидимая, и Элианне вообще может показаться, что ничего не происходит. Если легендарный зверь одобрительно замурчит, то королеве это не скажет ничего, разве что она поймет, что Ониксу нравится Нок. Я сомневалась, что убедить Элианну сможет даже сам Незбит – редкий кролик с огромными ушами, который отличает правду от лжи.

Джейла посмотрела на Нока.

– Расскажите мне, что именно случилось с моей тетей.

С тихой печалью Нок рассказал историю о том, как он разозлил верховную жрицу, когда отверг ее. Покончив с собой, жрица прокляла Нока при помощи темной магии, и суть проклятия заключалась в том, что все те, кого он любил, были обречены на смерть.

– Когда я, наконец, осознал суть своего проклятия, я уже умер и переродился. Смысла в объяснениях не было. Война закончилась. – Он посмотрел на Элианну. – К тому же я боялся, что мне никто не поверит.

Королева продолжала стоять неподвижно, не сводя взгляда с Нока. Наконец, она покачала головой.

– У тебя были десятилетия, чтобы придумать подходящее оправдание своим преступлениям. Я не верю твоим словам, – сказала она.

– Я… Я вас понимаю, – сказал Нок.

Айла сделала неуверенный шаг вперед.

– Ты сказал, она использовала темную магию, – натянуто сказала она.

– Да.

– Такого рода заклинания оставляют след, который не исчезает никогда. – Сунув руку в карман пальто, она достала небольшой кварцевый шар. – Это изобретение моего народа. Шар может обнаружить следы темной магии. Если ты сказал правду, то камень отреагирует. – Айла поклонилась Элианне. – С вашего разрешения, конечно, Ваше Величество.

– Да, давай, – сказала Джейла. Она бросила на мать извиняющийся взгляд. – Пожалуйста, мама.

– Ладно, – сказала Элианна.

Взгляд Айлы некоторое время метался между королевой и принцессой, но затем она, наконец, вытянула руку вперед. Сферический камень поднялся в воздух, зависнув сначала над ладонью Айлы, а затем взмыл вверх и замер перед грудью Нока. Я затаила дыхание, пока мы ждали реакции камня. Если не считать Эрикса и Айлы, я никогда прежде не видела чародеев, не говоря уже об их магии.

Через несколько секунд кварц потемнел, и теперь сфера больше походила на кусочек тьмы. Айла поморщилась и спрятала шар обратно в карман.

– Он говорит правду. Против него использовали темную магию.

Элианна приоткрыла рот от удивления, но тут же взяла себя в руки и, покачав головой, отвела взгляд.

– Это… это ничего не доказывает. Мы по-прежнему не знаем, было ли его проклятие…

– Мама, хватит, – решительно сказала Джейла; она вскинула подбородок и посмотрела на королеву сверху вниз. – В мире нет никого, кого я уважаю больше, чем тебя. Нет никого мудрее тебя. Я училась и продолжаю учиться у тебя. Если бы это был кто-то другой, кто угодно, кроме Нока, ты бы поверила этому человеку. Он говорит правду, и его королева тоже. – Она посмотрела на меня, и ее взгляд смягчился, прежде чем она снова посмотрела на мать. – Мы должны признать: угроза Окнолога реальна и наша страна находится в опасности. Мы должны защитить наш народ, даже если это означает заключение союза с Лендрией.

Элианна сжала зубы и ничего не сказала.

– Позвольте нам с королевой все обсудить, – сказала Джейла, поворачиваясь к нам. – Вы можете остаться на ночь в замке и отдохнуть. Айла, проводи наших гостей в свободные покои и проследи, чтобы им оказали достойный прием. К утру мы примем решение и озвучим его.

– Спасибо, – сказала я и поклонилась.

Нок, Кост, Оз и Калем последовали моему примеру.

Поджав губы, королева ушла, не сказав больше ни слова. Несколько стражников бросились вслед за ней.

Джейла направилась в нашу сторону. Айла и Мэддокс следовали за ней по пятам.

– Я ценю вашу честность, – сказала принцесса с теплой улыбкой, когда остановилась передо мной. – Пожалуйста, не держите зла на мою матушку. На ее долю выпало много испытаний, поэтому ей трудно видеть искренность в людях.

– Я понимаю, – сказала я. – Мы вам безмерно благодарны за то, что вы нас выслушали.

Джейла кивнула.

– Айла, отведи их в комнаты, – сказала она.

– Сюда, – коротко сказала чародейка. Резким взмахом руки она указала на ближайший коридор с медными светильниками и гладкими стенами. Джейла пожелала нам доброй ночи, а затем, взяв под руку Мэддокса, удалилась в том же направлении, в котором ушла королева. Несомненно, их ожидал долгий разговор.

Главный коридор привел нас в крыло с гостевыми покоями, рядом с которыми дежурили стражники. Айла не проронила ни слова. Она просто кивком указывала на дверь и ждала, пока мы разойдемся по комнатам.

Мы с Ноком вошли в нашу комнату, и за дверью послышалось несколько приглушенных приказов. Айла велела никого не выпускать и сообщать ей немедленно о любых происшествиях. Она также дала распоряжение по поводу смены караула. Ничего удивительного. Для королевы мы представляли угрозу, поэтому с нами нужно обращаться соответствующим образом, даже несмотря на то, что принцесса назвала нас гостями.

Вздохнув, я отвернулась от двери. В нашей скромной комнате стояли кровать, пара тумбочек, шкаф и рикримовый обогреватель. Небольшой конус с красными камнями слабо светился и производил тепло. Наверняка в городе где-то находится крупное рикримовое ядро. Может быть, Айла и ее семья как-то связаны с развитием магии в Райне? Некогда Лендрия была домом магов и чародеев, и некоторые из них, такие как Эрикс, до сих пор тайно посещали наше островное государство, поэтому оставшиеся магические артефакты не были для нас чем-то диковинным. Однако я не ожидала увидеть рикримовую энергию здесь. Получается, по крайней мере, одна чародейка связала свою судьбу с Райном. Айла присягнула в верности королевской семье, и это, конечно же, ее личное дело. И нам понадобится ее поддержка и поддержка королевской гвардии.

Глубоко вздохнув, я направилась к кровати с балдахином. Прозрачная ткань была натянута на простые деревянные балки и привязана к столбикам темно-бордовыми шнурами. Я опустилась на матрас и вздохнула. Повесив пальто и шляпу на вешалку у двери, Нок присоединился ко мне, и я положила голову ему на плечо.

– Ты в порядке?

– Да, – сказал он. – Я был готов к тому, что Элианна отреагирует именно так. Если бы на ее месте был я, нас бы уже давно бросили в темницу или казнили.

– Очень в этом сомневаюсь.

– Почему? – Он нахмурился.

Я поймала его пытливый взгляд. Нок сильно изменился со дня нашей первой встречи. Когда-то он был холодным и неприступным из-за проклятия. А потом, когда он освободился от него, его разум подвергся пыткам клятвы Круора. Но теперь он был свободен и от проклятия, и от бремени клятвы, и все его скрытые замечательные качества всплыли на поверхность. Я видела его непоколебимую преданность семье, его сострадание и стремление сделать мир лучше.

Он мой избранник. Мой анам-кара. И он всегда будет стараться поступать правильно.

– Потому что я не думаю, что ты подставил бы свой народ под удар, лишь бы не тревожить старые раны.

Нок заправил выбившуюся прядь волос мне за ухо.

– Ты всегда видишь во мне хорошее. Каждый день я благодарен судьбе за то, что ты переступила порог моего дома. Даже несмотря на то, что в нашу первую встречу ты держала Коста в заложниках.

Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как я пришла в Круор с обездвиженным Костом и потребовала, чтобы Нок отказался от контракта на мое убийство.

Я нежно провела пальцами по его запястью, где раньше находилась проклятая черная коса. Та самая, которая отравляла разум Нока и велела ему убить меня.

И вот перед нами очередное испытание.

Я поднесла руку Нока ко рту и поцеловала костяшки его пальцев. Он резко втянул в себя воздух и, взяв меня за подбородок, впился в мои губы головокружительным поцелуем.

Я задрожала от удовольствия и внезапно осознала, что мы с Ноком остались наедине. В отдельной комнате. Без свидетелей. Джейла и Элианна озвучат свое решение только утром, и у нас достаточно времени, чтобы отдохнуть, но…

Мои руки действовали сами по себе. Схватив Нока за вырез туники, я забралась к нему на колени. Придерживая меня за талию, он тихо рассмеялся. Тепло его дыхания щекотало мне шею, и я едва не застонала от наслаждения.

– Пытаешься соблазнить меня при первой же возможности? – прорычал Нок с наигранным возмущением.

Он просунул руку под разрез платья, лаская мое бедро. Я прижалась к Ноку всем телом, с удовольствием ощущая его растущее возбуждение.

– Подобной возможности не было… слишком долго. – Я провела губами по шее своего любимого, наслаждаясь его запахом и вкусом.

Нок втянул воздух через зубы, и от этого восхитительного тихого звука я возбудилась еще больше. Поцеловав его в грудь, я схватила нижний край туники и рывком стянула ее с Нока, чтобы как можно скорее ощутить его великолепную гладкую кожу. Я очертила пальцами контуры мышц на его груди и животе, и от моих прикосновений по его коже побежали мурашки.

Прежде чем мои руки успели спуститься ниже, Нок схватил меня за запястья.

– Ты против? – спросила я, едва узнавая свой жалобный голос.

От его ответной улыбки мое сердце затрепетало.

– Нет, но мне кажется, для начала лучше снять с тебя платье, иначе я разорву его в клочья. – Он притянул меня к себе за талию. – Естественно, ты можешь пойти на прием к королевской семье обнаженной. Сомневаюсь, что это поможет нашему общему делу. Или, наоборот, поможет. Кто знает?

Я не смогла сдержаться и рассмеялась над его логикой. С неохотой я встала и повернулась к Ноку спиной.

– Ты отвечаешь за шнуровку.

Ранее я слезно умоляла Коста зашнуровать платье, настаивая на том, что он единственный, кто может сделать все правильно. Кост поддался уговорам и, естественно, затянул корсет, как полагается. Как следствие, я не могла снять это чертово платье без посторонней помощи.

Нок встал сзади и сначала перекинул мои волосы через плечо, обнажая шею. Затем его пальцы заскользили вниз по моей спине, вызывая дрожь. Он аккуратно ослабил искусные узлы. Я изнывала от желания, но Нок будто бы нарочно все делал медленно, чтобы подразнить меня. Он наклонился, и его горячее дыхание коснулось моего уха. Я прижалась к нему спиной, отчаянно желая ощутить его тепло.

– Куда-то спешишь? – спросил он, и его слова прозвучали хрипло и насмешливо.

– Нет, но вот ты все делаешь ужасно медленно.

– Но ведь это весело.

Нок поцеловал меня в плечо, а затем прикусил нежную кожу, сводя меня с ума. Наконец, он добрался до последней завязки, что находилась чуть выше копчика. Его пальцы на мгновение замерли, а затем Нок резко дернул платье и стянул его вниз вместе с нижним бельем. Он крепко сжал мою попку, и я едва сдержала стон.

Полностью обнаженная, я повернулась к Ноку и толкнула его на кровать, после чего, не теряя времени, стянула с него бриджи и нижнее белье, желая как можно скорее увидеть его тело. Боги, он великолепен. Рельефные мышцы, словно высеченные из мрамора. Белые, как снег, локоны, которые созданы для того, чтобы в них путались мои пальцы. Бездонные голубые глаза, полные любви и страсти. Я всегда чувствовала себя желанной в глазах Нока, но в такие моменты, как этот, я забывала, как дышать.

Я проложила дорожку поцелуев вверх по его груди и почувствовала, как Нок напрягся всем телом, как будто ему стоило огромных усилий оставаться неподвижным. К тому времени, как я добралась до его губ, он изнемогал от желания не меньше меня. Нок застонал и страстно поцеловал меня, сплетая наши языки вместе. Оседлав его бедра, я нависла над ним, хитро улыбаясь и любуясь его потемневшими от возбуждения глазами.

Схватив меня за бедра, Нок вошел в меня, и я забыла обо всем на свете. Все мое внимание сосредоточилось на том, как наши тела слились воедино. Он прижал меня к себе, набирая темп, и у меня перед глазами вспыхнули звезды. Мне хотелось, чтобы мы оказались еще ближе друг к другу, и в ответ на неисполнимое желание мои пальцы прошлись вниз по груди Нока, оставляя царапины. Он зарычал в ответ, и этот звук вовсе не походил на возражение. Внизу живота скапливается напряжение, и двигая бедрами в такт движениям Нока, я искала разрядки. Он прошептал мое имя хриплым голосом, полным отчаянного желания. Наша кожа блестела от пота, но мы продолжали двигаться все быстрее и быстрее.

Наслаждение достигло пика, и, выкрикнув имя Нока, я обмякла, погружаясь в мягкое тепло, которое распространилось по телу. Нок выругался и тоже кончил. Я нежно поцеловала его в губы, чувствуя, как наши тела дрожат от усталости и удовольствия. После этого я соскользнула с Нока и перекатилась на бок. Мой любимый тут же обнял меня за талию и прижал к своей груди. Его пальцы рисовали ленивые круги на моей спине, и я блаженно вздохнула.

Впервые за последние дни – даже недели – я почувствовала себя счастливой. Наслаждаясь невесомыми прикосновениями его руки, я начала засыпать. Его ровное сердцебиение стало моей колыбельной, чарам которой я не могла сопротивляться. Постепенно я погрузилась в сон, сбегая от проблем и забот. Мы не знали, получится ли у нас заключить альянс с Райном и победить наших врагов, однако в данный момент мы в безопасности. У нас есть крыша над головой. И мы вместе.

Двадцать третья глава. НОК

Проснувшись на следующее утро рядом с моей спящей анам-карой, я не мог на нее налюбоваться. Мы постоянно просыпались вместе во время наших странствий, но мне не так часто доводилось видеть Лину такой расслабленной и счастливой. Впереди нас ждет много бессонных и тяжелых ночей, поэтому сейчас я наслаждался каждой минутой.

Я осторожно убрал прядь волос со щеки Лины. Ее обнаженная кожа казалась шелком по сравнению с моей, и подавил желание разбудить любимую, чтобы мы могли снова насладиться друг другом. Я был на седьмом небе просто от того, что лежал рядом с ней и ждал, когда она проснется.

Внезапно раздался громкий стук в дверь, который нарушил мои планы медленного, ленивого пробуждения.

– Да? – Я не потрудился скрыть раздражения.

Судя по слабому свету, пробивающемуся сквозь кремовые занавески, еще совсем рано. Элианна и Джейла наверняка провели несколько часов, обсуждая наше предложение, и я думал, что наш день начнется не раньше полудня. Очевидно, я ошибся.

– Простите за беспокойство, но принцесса Джейла хочет поговорить с Линой, – сказал незнакомый женский голос за дверью.

Лина что-то сонно проворчала и уткнулась носом в мою грудь.

– Она спит, – сказал я, поправляя одеяло. – Зайди позже.

Прошла минута, но едва заметная тень под дверью не исчезла. В конце концов, служанка отважилась на еще одну попытку.

– Прошу прощения, милорд, но принцесса Джейла настаивает.

Я зарычал, но Лина приложила палец к моим губам.

– Пожалуйста, передайте Ее Высочеству, что я скоро приду.

– Конечно, миледи.

И с этими словами наше ленивое утро пошло коту под хвост. Лина зевнула, потирая заспанные глаза.

– Долг зовет, – сказала она.

– Видимо, да.

– Чего ты такой кислый? Тебе ведь не нужно никуда идти.

Вздохнув, Лина откинула одеяло и потянулась, после чего встала и подобрала оставленную на полу одежду. Надев нижнее белье, она натянула платье до талии и затем обернулась на меня через плечо.

– Поможешь?

– А если я скажу «нет»?

Она закатила глаза.

– Что случилось с моим расчетливым, рациональным мужчиной? Он бы не допустил, чтобы я пропустила встречу с принцессой Райна.

– Рациональность еще спит, – пробормотал я. – А вот иррациональная часть хочет, чтобы моя любимая вернулась обратно в постель.

– В другой раз, – сказала Лина с мягкой улыбкой, которая показалась мне несколько вымученной.

Очевидно, она хотела спать не меньше меня. Но она права. Разговор с Джейлой перед официальной аудиенцией с королевской семьей может сыграть нам на руку. Смирившись, я сполз с кровати и зашнуровал корсет Лины настолько быстро, насколько смог. Я понятия не имел, как правильно завязывать шнуровку, поэтому завязал ее, как получилось, и затянул потуже. По идее, Лина не должна будет потерять платье.

Запустив пальцы в локоны, моя любимая распутала несколько узлов, после чего собрала волосы на затылке в хвост и завязала его свободной прядью.

– Как я выгляжу? Презентабельно или нет?

Она была восхитительна, как и всегда.

– Великолепно, – сказал я и поцеловал ее в губы.

Лина покраснела и отмахнулась от меня.

– Скоро увидимся.

И с этими словами она ушла. Я думал, что смогу снова заснуть, но без Лины кровать показалась мне слишком большой и неуютной. Я ворочался с боку на бок, размышляя о том, почему принцесса пригласила Лину на разговор тет-а-тет. Возможно, принцесса мне не доверяла. Не удивительно. Кто знает, что ее мать говорила ей на протяжении многих лет.

Однако вступление в союз с Лендрией подразумевало установление некоторых доверительных отношений. Может быть, Джейла хотела получше узнать мою избранницу, чтобы лучше понимать меня. В любом случае, по крайней мере, теперь у Лины есть шанс понять, может ли она доверить принцессе зверя.

Время шло, и солнце поднималось все выше над горизонтом, и с каждой минутой мои мысли становились все более мрачными. Райн может взять Лину в заложницы. Или, что еще хуже, навредить ей. Может быть, Элианна хотела отомстить мне за Амиру и втянула в свой заговор Джейлу.

Я встал с кровати, оделся и начал мерять шагами комнату, прислушиваясь к звукам пробуждающегося замка. Шарканье ног по мрамору. Приглушенные разговоры между слугами. Сальные беседы стражников. Ничего необычного. Я уже хотел было отправить тени на разведку, но в дверь постучали.

– Принц Нок? Королевская семья готова принять вас прямо сейчас.

Служанка едва закончила говорить, а я уже рывком распахнул дверь.

– Отведи меня к ним.

Кост, Озиас и Калем вышли из своих комнат и пошли за мной. Они с беспокойством посмотрели на меня, и в их глазах я прочитал невысказанный вопрос по поводу Лины. Я кивнул, делая вид, что все в порядке, и надеясь, что они последуют моему примеру.

Служанка привела нас в небольшую библиотеку, в центре которой стоял отполированный дубовый стол. Книжные стеллажи выстроились полукругом напротив огромных панорамных окон, через которые в помещение проникал солнечный свет.

За столом сидели Элианна, Джейла и Мэддокс, которые спокойно наблюдали за нами. Я осмотрел библиотеку, с удивлением обнаружив лишь двух стражников у двери. Не успев подумать, что это может означать, я заметил Лину. Целая и невредимая, она стояла у стеллажа и листала книгу. Когда мы вошли, Лина повернулась к нам с ободряющей улыбкой. Я тут же взял мою любимую за руку, испытывая невероятное облегчение.

Я сел на место напротив Элианны. Лина устроилась на стуле между мной и Озиасом. Кост и Калем устроились по левую руку от меня. Королева окинула нас всех взглядом, после чего ее суровые глаза остановились на мне.

– Мы обеспокоены тем, что помощь Лендрии спровоцирует наших врагов с юга, – сказала она.

Ни в ее словах, ни в голосе я не чувствовал категоричности. В груди вспыхнула надежда. Значит, нам пока не сказали «нет».

– Понимаю, – сказал я. – Очень жаль, что обстоятельства складываются таким образом. Мне бы хотелось предложить свою помощь для устранения угроз, но, увы, для начала мне нужна ваша поддержка, чтобы вернуть трон.

Элианна сжала губы в тонкую линию.

– Я знаю. Но я не могу уступить в данном вопросе. Если мы отправим войска в Лендрию, чтобы помочь тебе, наша оборона ослабнет. Что в таком случае помешает южным странам захватить наши территории?

Я повернулся к Косту, и он слегка пожал плечами.

– Мы могли бы предоставить ресурсы нашей гильдии, однако это будет противоречить нашей главной цели. Все наши силы должны быть направлены на борьбу с Вареком и Язмин, – сказал он.

Натянуто кивнув, я снова посмотрел на Элианну.

– Насколько велика угроза с юга? Как сильно наглеют захватчики?

– Они разграбили несколько приграничных городов. – Элианна постучала пальцами по гладкой столешнице. – Нам повезло, что в этом году был хороший урожай зерна, поэтому мы смогли компенсировать потери местных жителей столичными запасами, однако всему есть предел. Городская стража не сможет выстоять против повторного нападения, поэтому мы думаем о том, чтобы отправить на границу войска.

Я задумался над услышанным, пытаясь найти решение проблемы, и украдкой посмотрел на Лину. Новости, казалось, ее не удивили. Она опустила руку под стол и ободряюще сжала мое колено. Я нахмурился. Что она пытается мне сказать? Что ей известно? Я покосился на Джейлу, которая рассматривала меня с любопытством. Не знаю, о чем они говорили, но если бы разговор прошел неудачно, вряд ли бы Лина вела себя так спокойно и уверенно.

– Вы хотите продемонстрировать силу, – сказала она, высоко вскинув подбородок и глядя на Элианну.

– В каком-то смысле да, – резко ответила Элианна. – Война с южными странами обойдется дорого. Наши враги выжидают нужный момент, чтобы посмотреть, на что закроет глаза новая королева. Если мы…

– Продемонстрируете несгибаемую волю, то они отступят, – закончила Лина, положив руки на стол. – Вот что вам нужно. Вам необходимо, чтобы на Джейлу смотрели, как на сильного лидера. Ваши солдаты справятся с угрозами, но если я предложу вам более перманентное решение?

– Например? – Элианна вопросительно приподняла бровь.

– Например, зверя, достойного королевы.

После уверенных слов Лины в комнате воцарилась тишина, которую никто не смел нарушить. Моя анам-кара позволила словам возыметь эффект, после чего дотронулась до бестиария.

– Вы позволите? – наконец, спросила Лина.

Зажмурившись, королева решительно кивнула.

Дерево на руке Лины вспыхнуло вишневым цветом, погружая комнату в теплый свет. Однако чудесную, мирную красоту вдруг нарушило низкое, леденящее кровь рычание. Если бы я не привык к появлению Оникса, то наверняка испугался бы. Зверь выпрыгнул из царства тварей, и вишневый свет померк. Я изо всех сил старался сохранить спокойное выражение лица, в то время как мой разум пытался лихорадочно найти всему этому объяснение. Лина бы ни за что не подарила Оникса Джейле. И когда моя любимая встала, чтобы поприветствовать своего зверя, я еще больше убедился в этом. Лина прижалась лбом к голове Мияла и нежно погладила его по шее. Когда она отстранилась, Оникс встрепенулся, расправляя перья, и внезапно меня осенило.

Величие Оникса можно сравнить с величием королей. Блестящая черная шерсть. Сияющие в утреннем свете перья. Свирепые глаза, полные гордости и достоинства. Оникс даже расправил крылья, едва не опрокинув ближайшие книжные стеллажи. Он олицетворял собой силу, и Лина знала это. Она знала, как зверь выглядит со стороны и какие эмоции он может вызвать на поле боя, а именно, удивление и страх. Если бы у Джейлы был зверь, похожий на Оникса, то ее враги преклонили бы перед ней колени.

Элианна приоткрыла рот от удивления и вцепилась в край стола так сильно, что костяшки ее пальцев побелели. Однако в скором времени королева взяла себя в руки.

С трудом сглотнув, она спросила:

– Ты хочешь подарить этого зверя моей дочери?

– Нет. – Лина сложила руки вместе. – Оникс уже связан со мной. Однако у принцессы Джейлы есть на примете зверь. И я могу его приручить.

Брови королевы взлетели вверх, и Элианна уставилась на дочь.

– С каких это пор ты стала экспертом в магических тварях?

– Я не эксперт, – холодно сказала Джейла, однако в ее глазах блестели озорные искорки. – Ты всегда говоришь, что я много времени провожу за пределами замка. Но знаешь ли ты, что в Голдвине творится нечто странное и необъяснимое?

– Мое внимание сосредоточено на том, чтобы у населения было достаточно зерна. Ты тоже должна об этом беспокоиться, – сказала королева.

– Я как раз проверяла зернохранилища в ближайших городах, чтобы мы могли при необходимости произвести перераспределение. – Принцесса тяжело вздохнула. – В общем, местные рассказали мне о странном явлении. В последние несколько недель они постоянно видят падающие звезды. Только вот звезды не падают так часто и регулярно. Я как раз ломала голову над этой загадкой, и когда вчера Лина показала нам зверя, я задумалась… А вдруг в Голдвине тоже появился зверь?

– Мне нужно осмотреть местность, но если описания Джейлы верны, то, скорее всего, мы имеем дело с Вайпрейлом. – Лина открыла дверь в царство тварей, чтобы вернуть Оникса домой, и снова села рядом со мной. – Это крылатое змееподобное существо, обладающее необычайной силой. Джейле достаточно появиться на границе верхом на Вайпрейле, и ваши враги тут же бросятся врассыпную.

– Слухи о могуществе принцессы распространятся быстро, – сказал Кост. – Со времен Первой войны в Лендрии никто не осмеливался нападать на заклинателей, страшась могущества их зверей. Полагаю, что в Райне и других странах люди также отличаются благоразумием.

Я кивнул в знак согласия.

– Если Лина приручит Вайпрейла и подарит его Джейле, то можем ли мы рассчитывать на вашу поддержку в грядущей войне против Язмин и короля Варека? – спросил я.

Комната погрузилась в тяжелое молчание. Все взгляды обратились к королеве. Элианна откинулась на спинку стула и, сложив пальцы домиком, поднесла их ко рту. Долгое время она не шевелилась и, казалось, едва дышала. Ее лицо оставалось бесстрастным.

Она намеренно тянула время, и то была игра, в которую я играл не в первый раз. Прекрасный способ заставить людей ерзать на стуле, потеть и сомневаться. Я не из тех, кто прогибается под давлением, поэтому Элианне вряд ли удастся прочитать что-либо по моему лицу. Моя семья тоже держится стойко. Даже Калем не дрогнул. Вместе мы выстроили прочный, несгибаемый фронт. Мы сильные союзники, но мы также можем стать опасными врагами, если не придем к соглашению.

К счастью, Элианна отличалась благоразумием. Ей вряд ли нужна была дополнительная угроза. Положив руки на колени, королева тяжело вздохнула.

– Мы заключим союз с Лендрией в лице короля Нока и королевы Лины на следующих условиях. Во-первых, моей дочери подарят подходящего зверя. Во-вторых, мы восстановим торговлю с Лендрией, как только закончится вся эта неразбериха с Вареком и Язмин, – сказала Элианна и пригвоздила меня взглядом. – Однако сейчас я не могу предоставить вам армию. Мне нужно разместить войска в приграничных городах. Даже если у Джейлы будет чудовище, она не может находиться в нескольких местах одновременно. Я согласна выделить три корабля и несколько отрядов солдат. Кроме того, вместе с вами отправится Айла. В знак доброй воли.

Не так много людей, как хотелось бы, но все равно больше, чем до того, как мы решили отправиться в Райн. Любопытно, что нам также предоставили Айлу. В бою магам и чародейкам нет равных. Однако, несомненно, Элианна предложила свою личную стражницу, чтобы та следила за нами в интересах Райна. Я мог бы поспорить с таким решением, но не стал.

– Мы принимаем ваши условия.

Королева Элианна встала, и остальные последовали ее примеру. Она обошла вокруг стола и остановилась между выходом и мной.

– Я тебе не доверяю. Я не знаю, смогу ли когда-нибудь довериться. Но… – Она посмотрела на Джейлу, и ее голос смягчился. – Старые обиды не помогут моей дочери править Райном. Ты мог бы. Твоя избранница, безусловно, будет. – Она протянула руку Лине. – Не обижай Джейлу, ты всегда будешь пользоваться моей благосклонностью.

– Конечно.

Лина пожала протянутую руку, и Элианна изящно кивнула, а затем ушла в сопровождении двух стражников. Джейла тут же подскочила к Лине и в волнении схватила ее за руки.

– Итак, когда мы отправимся на поиски зверя?

– Можем сегодня, если хочешь, – с улыбкой сказала Лина.

– Это было бы просто чудесно! – Джейла развернулась на каблуках и обняла Мэддокса, который все это время молчал. Как и Джейлу, его ничуть не удивил итог переговоров, однако в его скованных движениях я чувствовал настороженность. Не такой доверчивый, как Джейла, и все же не такой упрямый, как Элианна.

– До Голдвина примерно полдня езды. – Он обнял свою невесту за талию и посмотрел на Лину. – Что вам потребуется?

– Немного золотой краски и яркие перья. Чтобы приручить Вайпрейла, нужна подходящая приманка, украшения – вопрос второстепенной важности. – Лина небрежно пожала плечами.

Ее напускная беззаботность обманула королевскую семью, но не меня. Лина никогда прежде не упоминала такого зверя, а это значит, что она полагалась лишь на слухи, что ходили среди заклинателей. Все внутри у меня сжалось от беспокойства. Лина также вела себя перед приручением Ревмандры. Ее беспечность по отношению к деталям – всего лишь спектакль для Джейлы и Мэддокса.

Плюс мне не понравилось слово «приманка».

Засунув руки в карманы брюк, я поджал губы и посмотрел на Лину. Она едва заметно покачала головой. Значит, я прав. Сдерживая возражения, я снова сосредоточился на Джейле и Мэддоксе.

– Мы все подготовим, пока вы будете собираться в дорогу, – сказала Джейла.

Взяв Мэддокса за руку, принцесса потащила его к выходу. Как только дверь за ними закрылась, я глубоко вздохнул.

– Приманка?

– О, да. – Лина ухмыльнулась. – Но в этот раз приманкой буду не я.

– Тогда кто? – спросил Кост, не пытаясь скрыть своего замешательства.

– Кто-то из вас. Тяните жребий или что-то в этом духе, – сказала Лина и зашагала к двери. – В любом случае, это самый безопасный вариант. Сомневаюсь, что Мэддокс согласился бы на такую роль, а это обязательно должен быть мужчина. Судя по описанию Джейлы, мы имеем дело с самкой. А самка спустится с небес только в том случае, если ее заинтересует потенциальный партнер. – Взявшись за ручку, она остановилась на пороге. – Поэтому нам понадобятся перья и краска. Я пойду приму ванну. Скоро увидимся.

Смеясь, Лина вышла в коридор.

Калем первым обрел дар речи.

– Она явно тронулась умом, – сказал он.

– Мы просили ее подарить зверя Джейле. Лина сделала нам одолжение, поэтому нам нужно ей помочь. – Кост просунул пальцы под оправу очков и ущипнул себя за переносицу. – Хотя, честно говоря, я не в восторге от данной затеи.

– Я тоже, – пробормотал Озиас.

Посмеиваясь, я призвал тонкую тень, которую разделил на четыре нити, и сжал в кулаке. Нити затвердели, превратившись в подобие соломинок.

– Давайте тянуть жребий, – сказал я.

– Да ты по-любому сжульничаешь, потому что знаешь, какой из них самый короткий, – прошипел Калем.

– Клянусь кровью Зейна, все будет честно. – Я ухмыльнулся. – Но просто ради твоего спокойствия я заберу тот, что останется.

Калем тут же выхватил первую соломинку. Озиас некоторое время мялся в нерешительности, но, наконец, тоже вытащил жребий. Кост с куда большим достоинством, чем остальные, выбрал из оставшихся двух. Я раскрыл ладонь, и братья последовали моему примеру.

Громко сглотнув, Озиас закрыл лицо ладонью. Самая короткая соломинка выпала из его руки и со звоном упала на пол.

Двадцать четвертая глава. ЛИНА

Укрощение самки Вайпрейла прошло быстро во многом благодаря Озу в качестве приманки. Как и с женщинами, поначалу он не знал, как себя вести. Беспокойный и неловский, Оз размазывал краску и отрывал от одежды бирюзовые перья. После того как мы, наконец, закончили с маскировкой, потребовался почти час уговоров, чтобы Оз согласился выучить танец (одних ярких перьев недостаточно для привлечения внимания хищника). Затем еще два часа Оз разучивал движения и брачный крик. Когда он попытался каркнуть наиболее «сексуально», мы все покатились со смеху. Но, в конце концов, все получилось. Оз отделался всего парой царапин после встречи со зверем, что я посчитала несказанной удачей. Если верить слухам, заклинатели, которые пытались приручить Вайпрейлов, обычно теряли руку или ногу. Но Оз смог избежать тяжелых увечий благодаря теням, и как только он исчез в царстве тьмы, я укротила сбитую с толку самку Вайпрейла.

– Мне нужно выпить, – пробормотал Оз уже в десятый раз с тех пор, как мы вернулись в Велес.

Я лишь покачала головой и улыбнулась. Оз, безусловно, заслужил стакан чего-нибудь крепкого, однако у нас были более важные дела. Например, предстоящее возвращение в Лендрию.

Мэддокс и Джейла вернулись в замок раньше нас на летающем звере. Когда Элианна увидела, что мы выполнили условия соглашения, она отдала соответствующие распоряжения. К тому времени как мы прибыли в столицу, нас ожидали войска, появившиеся будто из ниоткуда. Нефритовая броня полностью состояла из резких линий. Казалось, будто сами доспехи – это оружие. Солдаты по команде направились к кораблям, и я мысленно поблагодарила судьбу за наш многообещающий союз с Райном.

Мы остановились во внутреннем дворе замка недалеко от ворот и наблюдали, как Джейла и Мэддокс кружат в небе верхом на Вайпрейле. Змееподобное тело, покрытое перьями, ослепительно сияет на солнце. Соколиная голова, блестящая длинная грива и два огромных крыла – все, как описывалось в легендах. Зверь внушал благоговейный ужас одним своим видом. Его крылья также способны накапливать энергию солнца, которая затем превращается в горящие магические стрелы для атаки.

Я немного расстроилась из-за того, что не могу оставить тварь себе. Она может летать и перевозить на себе сразу несколько человек, не говоря уже о невероятной боевой мощи… Однако что сделано, то сделано, и Джейла наверняка будет любить своего зверя всем сердцем. Самка Вайпрейла не дала бы себя приручить в противном случае. Вайпрейлы – крайне капризные и своенравные существа. Так что я без всяких сожалений подарила зверя малознакомому человеку.

За спиной послышались торопливые шаги, и мы все обернулись. К нам подошли королева Элианна и Айла, которая помахала Джейле и Мэддоксу. Самка Вайпрейла тут же спустилась с небес и зависла в нескольких сантиметрах от земли, расправив крыло. Джейла и Мэддокс спрыгнули вниз, и затем принцесса отправила зверя обратно в царство тварей.

– Что ж, ты выполнил первое условие нашего соглашения, – сказала Элианна.

В присутствии королевы Райна мне всегда немного не по себе. Еще бы, ведь эта стойкая женщина командует армией, сохраняя полное спокойствие. Однако сейчас взгляд ее янтарных глаз смягчился. Королева по-прежнему нам не доверяла, но, судя по всему, немного прониклась уважением.

– Мы продолжим соблюдать договоренности. – Нок чопорно кивнул. –  Ваша поддержка много для нас значит.

– К моим войскам нельзя относиться легкомысленно, – сказала Элианна, сложив ладони вместе. – Айла будет командовать войсками в соответствии с вашими приказами, но если ваша стратегия покажется ей нерациональной, то она в любой момент имеет право отозвать солдат, дабы избежать напрасных жертв. Это понятно?

– Безусловно, – сказал Нок.

– Не нужно считать наш альянс дружбой и тем более прощением. – Она поджала губы. – Я слежу за тобой, Александр. И я надеюсь, что моя дочь будет также осмотрительна, когда займет трон.

Нок никак не отреагировал на ее слова. Однако когда он, наконец, заговорил, его голос звучал мрачно.

– Мне жаль, Элианна. Я знаю, что слов недостаточно, но все же я прошу у вас прощения.

Королева долго смотрела на Нока, а затем повернулась ко мне. Ее взгляд смягчился.

– Спасибо тебе за то, что ты подарила моей дочери потрясающего зверя. Я с нетерпением жду продолжения нашего сотрудничества. А теперь прошу извинить меня. – Она поклонилась, после чего повернулась к Айле. – Нам с Джейлой необходимо обговорить стратегию относительно южных границ. Я буду ждать еженедельных отчетов о любых событиях в Лендрии, поскольку они касаются нашего альянса и моих войск.

– Конечно, моя королева. – Айла низко поклонилась и выпрямилась лишь тогда, когда королевская семья ушла. Сжав руки в кулаки, чародейка стремительно прошагала мимо нас. – Мы направляемся в порт. Немедленно. Поскольку вы прибыли в Райн с минимальным количеством вещей, мы взяли на себя ответственность и купили для вас все необходимое.

Мы быстро шли по улицам города, проходя мимо роскошных домов и магазинов, стиль постройки которых менялся по мере приближения к побережью. Окна и двери причудливых особняков становились все шире, чтобы жильцы могли наслаждаться панорамным видом и свежим бризом. Горожане толпились у прилавков, воздух пропитался запахом рыбы и соли. Со стороны океана дул ветер, и я потерла ладони друг о друга, пытаясь согреться.

Очень надеюсь, что Айла закупила для нас зимнюю одежду. Тонкая блузка и бриджи, которые я купила перед приручением самки Вайпрейла, совсем не защищали меня от холода.

Когда впереди замаячил порт, Кост прибавил шаг, чтобы идти рядом с Айлой.

– Нам нужно обсудить план высадки в Лендрии, – сказал он.

Айла оглянулась на нас через плечо и нахмурилась.

– Насколько я понимаю, это нужно сделать тайно, чтобы Варек нас не обнаружил.

– Именно, – ответил Кост. – Но у нас мало подходящих вариантов.

– Сумеречная пустошь? – предложил Калем. – Рядом с ней только маленький торговый городок. У нас больше шансов остаться незамеченными, чем в Ортега-Ки.

– Не подойдет, – вздохнул Нок, схватив себя за волосы. Он уставился на линию горизонта, вдоль которой выстроились корабли. – Там все равно живет слишком много людей, а слухи распространяются быстро. Варек узнает о нашей высадке еще до того, как мы встретимся с остальными членами гильдии и перегруппируемся.

– Все гавани вдоль восточного побережья находятся слишком близко к Вильхейму. Нас наверняка заметят, – сказал Оз.

Айла остановилась и развернулась на месте, уперев руки в бедра.

– Если у вас нет плана, как безопасно доставить мои войска в Лендрию, то я сверну миссию прямо здесь и сейчас.

Кост разгладил жилет.

– Я сказал, что у нас мало подходящих вариантов, но не говорил, что их нет совсем. Не нужно спешить с выводами, – сказал он.

Во взгляде Айлы вспыхнуло пламя. Невысказанная угроза.

– Ты так со всеми разговариваешь? – спросила она.

– А командир армии Райна склонна не только к поспешным выводам, но и к поспешным действиям? – Кост нахмурился, глядя на нее.

– Так, все, хватит. – Калем протиснулся вперед и толкнул Коста к Озу.

Оз хлопнул себя ладонью по лицу и вздохнул. Мы все привыкли к манере общения Коста, но не Айла. Я не сомневалась, что чародейка примет все его слова за оскорбления. Поначалу я тоже считала, что Кост только и делал, что пытался меня спровоцировать.

– Проблема в том, – начал Нок, бросая суровый взгляд на Коста, – что независимо от того, где мы высадимся, нас обнаружат в любом случае. Это лишь вопрос времени. Сейчас наши войска находятся в Хайрите, и Язмин прекрасно ориентируется в городе. Также ни для кого не секрет, что мы сделали город тварей своей цитаделью. Хайрит держит оборону. И нам нужно попасть туда.

– Пускай корабли бросят якорь на западном побережье недалеко от Хайрита, – сказала я, пытаясь вспомнить, как местность выглядит на карте. – Там нет причалов, но мы можем добраться на лодках до берега. Оттуда до города можно будет добраться по секретному пути.

Нок кивнул.

– Вареку и в голову не придет патрулировать западное побережье, по крайней мере поначалу. Там нет ни места для высадки, ни прибрежных городов. Если ты сможешь проложить курс, то это то, что нам нужно, – сказал он.

– Без проблем, – ответила я.

Айла сурово посмотрела на меня. Недооценивать эту миниатюрную девушку было бы глупостью. Взгляд ее янтарных глаз таил опасность, которая никак не была связана с искрой магии, что иногда озаряла ее радужки. Наконец, чародейка сдалась и раздраженно выдохнула.

– Хорошо. Мы проложим точный курс, как только окажемся на борту, – сказала она. – Вопросов больше нет?

– Нет, – сказал Нок.

Айла снова зашагала вперед, положив конец разговору, и мы молча последовали за ней.

Как только мы прибыли в порт, Айла направила нас к ближайшему кораблю, а сама ушла, чтобы отдать распоряжения солдатам. Чародейка заявила, что вернется в течение часа, как раз к отплытию.

О скрипящие деревянные доски разбиваются волны. Ветер стал сильнее и теперь хлестал меня по лицу. Дрожа от холода, я прижалась поближе к Ноку. Он обнял меня за плечи, и мы поднялись на борт. Матросы бегают по палубе, выкрикивая приказы и готовя паруса. В трюм в строгом порядке грузят бочки с напитками, ящики с едой и другие грузы. По большей части, никто не обращал внимания на наше присутствие, за исключением пары человек, которые в грубой форме попросили нас убраться с дороги, и дружелюбного матроса, указавшего нам путь в капитанскую каюту.

Как только мы оказались в теплой каюте, я опустилась в кресло напротив стола капитана. Мои усталые мышцы буквально утонули в потертой обивке, и я вытянула ноги перед собой. Калем последовал моему примеру и растянулся в другом кресле. Кост подошел к столу, чтобы изучить карты, уже разложенные на столешнице из красного дерева. Нок прислонился к спинке моего кресла и начал неспешно массировать мне плечи.

Потирая голову, Оз подошел к столу.

– Итак, к какому типу магов относится Айла? – спросил он.

– Ты о чем? – Я в недоумении уставилась на него.

Нок на мгновение замер, но затем продолжил делать мне массаж.

– Существуют разные типы магов. Их магические способности определяются классом.

– Я знаю только два… нет, теперь уже три типа магии. Все благодаря нашей встрече с Эриксом, – сказал Кост, по-прежнему рассматривая карты. – Есть те, кто создает предметы из магической материи. Например, старое кольцо Нока было сделано именно таким магом. Есть также те, кто владеет магией, как оружием. И, по-видимому, те, кто способен навязывать другим свою волю.

– Иерархия магов и их таланты для меня по-прежнему загадка. – Нок теперь массировал основание моей шеи; я наклонила голову вперед, и он усмехнулся. – Как бы то ни было, магию нельзя недооценивать. Что касается Айлы… Не могу ничего сказать наверняка. Но однажды я столкнулся с чародейкой, которая использовала боевую магию во время войны с Райном. Кстати говоря, именно так я и познакомился с Костом.

– Она бы тебя убила, – Кост слегка улыбнулся, – если бы я не убил ее первым.

– Может быть, она как-то связана с Айлой? – Оз нахмурился и скрестил руки на груди.

– Может быть. Может, и нет. С тех пор прошло много времени, хотя странно, что чародейка называет Райн своим домом. Вероятно, есть причина, почему она не в Алламере. – Нок закончил массаж и убрал руки.

– И нам бы лучше заткнуться, – сказал Калем, постукивая пальцем по уху.

Минуту спустя за дверью послышались громкие шаги, и в каюту капитана вошла Айла с покрасневшими от холода щеками. Вместе с ней в каюту ворвался ледяной ветер, и я съежилась в кресле. Чародейка захлопнула дверь и прошла к столу, заняв кресло капитана.

– На время нашего путешествия можете расположиться здесь. Я буду со своими солдатами. В спальне есть несколько раскладушек, – сказала она, ткнув большим пальцем в сторону двери, затерявшейся между стеллажами. – Ваши вещи доставят с минуты на минуту.

– Спасибо, – сказал Нок.

Айла оперлась локтями на стол, откинув светлые волосы за спину.

– Как только мы приблизимся к берегам Лендрии, ты направишь нас к безопасному месту, чтобы бросить якорь.

– Конечно, – сказала я, выпрямляясь в кресле.

Айла окинула нас взглядом, затем резко встала.

– Что ж, если вопросов нет, тогда я пойду делать обход, – сказала она.

– Постой… – начал Оз и захлопнул рот, как будто передумал говорить. Переступая с ноги на ногу, он сосредоточенно изучал пятно на полу.

Все присутствующие уставились на Оза. Калем закусил губу, пытаясь справиться с улыбкой. Брови Коста поползли на лоб. Я изнывала от желания встать и обнять Оза, чтобы поддержать его в такой неловкий момент. Когда мы были в Ортега-Ки, он с трудом смог поддержать разговор с дочкой паромщика. И это при том, что у них была общая тема для разговора – еда. Тогда я могла прийти ему на выручку и сгладить неловкий разговор, но сейчас…

– Ты что-то хотел спросить? – подсказала Айла, когда Оз больше ничего не добавил.

Он продолжал смотреть в пол.

– А что насчет… питания?

Я вздрогнула, а Калем издал лающий смешок, который он попытался замаскировать кашлем. Нок уставился на него уничтожающим взглядом.

Айла с удивлением смотрела на Оза.

– Еды хватит на весь путь, если ты об этом беспокоишься, – сказала она.

– Да, отлично. В смысле, нет. Я о том, что да, отлично, что хватит, но я хотел бы предложить помощь. С готовкой. Ну, если нужно, – пробормотал Оз и вытер выступивший на лбу пот. – Не то чтобы вам нужна помощь. Ты наверняка все посчитала.

Айла фыркнула.

– Конечно. Еще вопросы?

– Вопросов нет. – Оз яростно замотал головой.

– Уверен? А то ты каждый раз останавливаешь меня, когда я собираюсь уйти.

– Уверен, – пробормотал он, опустив голову. – Правда. Все в порядке.

– Ладненько, – протянула Айла, и на ее губах появилась хитрая улыбка. – Я вернусь через некоторое время, чтобы более подробно обсудить наш маршрут.

Как только дверь за чародейкой закрылась, Калем разразился лающим смехом, и Оз понуро опустил плечи. Кост закатил глаза, а затем снова обратил все свое внимание на карты.

– Ох, Оз, – сказала я мягким голосом.

– Все в порядке, – натянуто сказал он и неуверенно рассмеялся.

– Продолжай в том же духе и будешь иметь головокружительный успех у девчонок, – сказал Калем.

Нок смерил Калема свирепым взглядом, и тот развел руками в притворном извинении. Однако в его взгляде по-прежнему читалась явная насмешка.

– Все в порядке, честно. – Оз покрутил головой из стороны в сторону и вздохнул.

– Честно говоря, не понимаю, почему ты смеешься. В последнее время лишь Лине приходится мириться с твоим второсортным флиртом. Мне кажется, ты теряешь хватку, – сказал Кост, и его зеленые глаза озорно блеснули.

– А ведь правда, – сказала я с притворным вздохом. – В чем проблема, Калем? Закончился порох? Или, может быть, ты влюбился?

Нок вскинул брови, а Оз усмехнулся. Калем отмахнулся от меня и откинулся на спинку кресла.

– Ну и чушь, – заявил он.

– Неужели? – спросил Кост с недоверием. Он отложил карты и посмотрел в сторону спальни. – Я, наверное, ненадолго отлучусь.

– Поскольку у нас есть время, я тенью вернусь в Хайрит и проверю новобранцев, – сказал Оз. – Нужно убедиться, что Эмелия, Иов и Рейвен в порядке.

– Я пойду с тобой. – Калем вскочил на ноги. – Я не устал, а тут делать нечего.

– Хорошая идея, – сказал Нок. – Проверьте, как дела у гильдии. Узнайте, может… – Он взглянул на Коста, затем опустил глаза. – Может, появились какие-нибудь новости.

Под новостями Нок явно имел в виду новости про Гейджа. У меня в горле образовался комок, и я с трудом сглотнула.

Кост сухо кивнул и удалился в спальню. Оз посмотрел ему вслед, как будто хотел пойти за ним, но вместо этого лишь покачал головой.

– Я также им скажу, что мы в пути и планируем бросить якорь к западу от Хайрита.

Раздался громкий стук в дверь, а затем грубый голос сообщил о прибытии нашего багажа. Нок открыл дверь и впустил в каюту дородного матроса, который перетащил тяжелый рундук через порог и ушел, не сказав больше ни слова. Внутри в основном была одежда. Я достала плотное пальто цвета индиго и завернулась в него. Когда я снова устроилась в кресле, на меня навалилась вся тяжесть минувших суток: встреча с королевской семьей, бурная ночь с Ноком, укрощение Вайпрейла… Глаза невольно закрылись. Лучше поспать, пока у меня есть возможность, потому что как только мы вернемся в Хайрит, все наше внимание будет сосредоточено на Язмин, Вареке и Дерриене.

Двадцать пятая глава. ОЗИАС

Мы с Калемом появились за пределами Хайрита, как раз тогда, когда Иов и Эмелия вот-вот должны начать вечерние тренировки. Новобранцы выстроились перед ними в шеренгу. У некоторых между пальцами скользили нетерпеливые тени. Я скучал по тренировкам. Мне нравилось учить новичков создавать первые клинки из теней и хвалить их за первые успехи. Однако Эмелия и Иов ничем не хуже меня справляются с поставленной задачей. Я лично тренировал близнецов долгие годы и теперь с гордостью мог наблюдать за их успехами.

Девушка с короткими, торчащими во все стороны волосами выскочила вперед. Это Астрид. Как и близнецы, она все схватывала на лету. Все трое уставились на нас и неуверенно улыбнулись, и я улыбнулся в ответ. Ребята расслабились. Они поняли, что мы с Калемом пришли просто для проверки, а не потому что всем нам грозила опасность. Прежде чем Эмелия и Иов успели отделиться от отряда, я замахал руками.

– Мы вернемся и поговорим после тренировки. Продолжайте в том же духе.

– Хорошо, – сказал Иов, театрально закатив глаза.

Он повернулся к новобранцам, призвал тень и превратил ее в метательный нож, который теперь парил в воздухе и чернел на фоне пурпурного неба.

– Жаль, что мы не можем драться в этой форме, – вздохнул Калем. Он закатал рукава и размял руки, изнывая от желания размять кости. Тени вокруг него сгустились. – Ты хотя бы повеселился с Вайпрейлом…

– Ты считаешь, мне было весело?

– Ну, ты явно не жаловался.

Позади послышался хруст замерзшей травы, и мы обернулись. К нам шли Каори и Рейвен. У обеих девушек под глазами залегли темные круги. Калем напрягся, впиваясь взглядом в Каори. Она нервно теребила рукав своей мантии.

– Вы как никогда вовремя, – натянуто сказала Рейвен.

– В чем дело? – спросил я.

– Мы не совсем уверены, что происходит, – ответила Каори. Она нахмурилась и бросила взгляд назад, в сторону дворца. – Но нам нужно вам кое-что показать.

– Замечательно, – сказал Калем мрачным голосом.

Члены Совета зашагали к дворцу, ведя нас по дорожкам мимо журчащего фонтана. Мы добрались до арочного проема, ведущего на первый этаж обители, и прошли в небольшое фойе, где на круглом ковре цвета мха стоял стол из белого дуба. Вдоль стен тянулись книжные стеллажи и стояло несколько стульев.

Каори и Рейвен направились прямиком к столу, на котором лежала небольшая коробка, завернутая в коричневый пергамент и перевязанная бечевкой. Ни Рейвен, ни Каори до нее не дотронулись.

– Посылка? – Я скрестил руки на груди. Коробка не показалась мне чем-то опасным, однако члены Совета смотрели на нее так, будто оттуда вот-вот выскочит свирепый зверь.

– Она адресована главе Совета. – Каори сцепила руки в замок и судорожно сглотнула.

Неторопливо пройдя вперед, Калем присел на корточки перед столом. Вокруг него закружили тени.

– Похоже на простую посылку. От кого она?

– Не указано, – ответила Рейвен. – Но учитывая, что совсем немногие знают точное расположение Хайрита…

– Настолько точное, чтобы обойти Кестрала и оставить посылку у нас на пороге без ведома Дриглов, – добавила Каори, посмотрев сначала на меня, потом на Калема. – Мы предполагаем, что ее отправила Язмин.

– Вы открывали ее? – Калем насторожился.

– Она что, выглядит так, будто ее открывали? – Рейвен с недоумением приподняла бровь. – Нет. Мы как раз обсуждали, что делать, когда появились вы.

Маленькая, на первый взгляд, безобидная коробка завладела всем моим вниманием, и внутри у меня похолодело. Коварство Язмин не знало границ, и мы это знали. Может быть, внутри затаился маленький зверь, который только и ждал, чтобы выпрыгнуть и убить кого-то из нас. Или, может быть, она придумала, как контролировать наш разум.

– Что же там внутри? Может, предложение мира? – спросил я.

– Очень в этом сомневаюсь. – Рейвен фыркнула. – Но, полагаю, всякое возможно.

Каори переступила с ноги на ногу, ее взгляд стал мрачнее некуда.

– Что, если… Что, если это как-то связано с теми заклинателями, про которых она говорила? Про тех, что пропали без вести.

– Сомневаюсь, – мягко сказал Калем. В его взгляде читалось явное беспокойство и какая-то эмоция, которую я не мог понять.

– Я согласна с Калемом, – сказала Рейвен. Она поставила руки на стол и постучала накрашенными ногтями по дереву. – Лучше всего Язмин умеет манипулировать другими. Пропавшие без вести заклинатели – это наверняка очередная ложь.

Каори полностью замкнулась в себе, ее лицо превратилось в каменную маску. Она решительно кивнула и больше ничего не сказала. Подойдя к ней, Калем осмелился провести пальцами по ее руке. Его тени дотронулись до кожи девушки, но она никак не отреагировала на фантомное прикосновение.

Прочистив горло, я кивком указал на посылку.

– Давайте подождем. Пускай Лина вскроет ее. Она наверняка захочет узнать, что внутри.

– Звучит, как план, – сказал Калем, все еще глядя на Каори. Понизив голос, он обратился только к ней: – Давай отнесем посылку в комнату Лины?

– Да, хорошо. Я также оставлю там зверя, чтобы он охранял посылку до ее приезда. – Она взяла коробку и прижала ее к груди, после чего ушла.

Калем быстро кивнул нам и поспешил вслед за Каори. Рейвен вздохнула и уставилась на пустой стол, ее плечи поникли.

– Ей сейчас нелегко, – сказала она.

– Из-за посылки?

– Нет. Ей не дает покоя мысль о том, что пропавшие без вести заклинатели могут быть живы. – Рейвен провела руками по выцветшему коричневому пальто. – Каори не обсуждает свое прошлое, поэтому я не совсем понимаю, почему ее так взволновала данная тема.

Я нахмурился. Рейвен умеет скрывать эмоции, однако я все равно чувствовал ее беспокойство. Вряд ли можно найти человека, который смог бы смириться с мыслью, что его семью держат в плену. Если бы я узнал, что кого-то из Круора схватили, даже какого-нибудь новобранца, я бы не успокоился, пока не нашел его.

Обогнув стол, я положил ладонь на руку Рейвен. Она посмотрела на тени, которые покрыли ее кожу.

– Ладно, пойдем. Посмотрим, как тренируется гильдия. Наверняка даже новички лучше тебя дерутся, если учесть, что ты пропускаешь тренировки, – сказал я.

Рейвен фыркнула и отбросила мою ладонь. Тени рассеялись и снова приняли форму руки.

– Неважно, – буркнула она, но ее холодный взгляд потеплел.

Я не мог перестать улыбаться, пока мы шли от дворца к тренировочному полю. С Рейвен я чувствовал себя так же комфортно, как и с Линой. Даже не знаю почему. Может быть, дело в их магическом шарме, который свойственен только заклинателям? Или же все из-за того, что ни Рейвен, ни Лина не интересовались мной как мужчиной? Я вспомнил о Заре. Она не так давно присоединилась к гильдии, и первое время я занимался ее обучением. Из нее не получился боец, поскольку она предпочитала рисовать и помогать с домашними делами. Однако я до сих пор помнил, как она пыталась флиртовать со мной. Все мысли в один момент улетучились из моей головы, и я полностью потерял контроль над ситуацией… Даже не помню, чем все закончилось.

– О чем задумался? – спросила Рейвен, ткнув меня локтем в бок, отчего тени смешались в беспорядочный комок. Этого было достаточно, чтобы вывести меня из задумчивости.

– Да так. Ни о чем, – ответил я.

Рейвен склонила голову набок.

– Так я тебе и поверила. Я знаю, что у тебя тоже есть проблемы. Тебе не обязательно все время заботиться о других. – Она широким жестом указала на членов гильдии, которые тренировались на лужайках. Среди них также было несколько заклинателей.

Я могу съехать с темы. Могу перевести разговор на Эйлана, о котором Рейвен предпочитала не говорить. Однако я знал, что со временем она поделится со мной своими переживаниями. Мне бы не хотелось давить на нее. Кому от этого будет лучше? Я вздохнул и уставился на круорцев и заклинателей. Среди них я заметил Зару, которая задержалась у входа в общую палатку. Она была увлечена оживленной беседой с другим новобранцем и неистово размахивала руками.

– У меня не то чтобы проблема…

– Выкладывай. – Рейвен встала передо мной и уперлась руками в бедра. – Я с места не сдвинусь, пока ты не расскажешь, что тебя беспокоит.

В моем сознании всплыло воспоминание об Айле. Она перекинула светлые волосы за спину и повернулась ко мне спиной после очередного тупого комментария. Я почувствовал, как к щекам приливает жар. Олух. Другого слова для себя я не мог подобрать.

– Есть одна… девушка.

– И? – Рейвен приподняла бровь.

– И я не знаю, как с ней разговаривать, – поспешно добавил я. – Вообще мне с девушками трудно разговаривать. Я двух слов связать не могу. Причем со всеми девушками, за исключением тебя и Лины.

Рейвен задумчиво поджала губы, но ее глаза задорно заблестели.

– Она тебе нравится? – спросила Рейвен.

– Да. Нет. В смысле, я ее почти не знаю. Но я хочу узнать ее получше. Я хочу научиться ладить с людьми.

Рейвен нахмурилась.

– Озиас, ты отлично ладишь с людьми. – Она небрежным жестом указала на членов гильдии. – Они только и делают, что поют тебе дифирамбы.

– Ну, с новыми людьми. Я просто… Я просто не хочу мямлить, когда говорю с кем-нибудь, – сказал я.

Мне до сих пор было стыдно за свой последний разговор с Айлой. Я спросил ее про питание. Ну и глупость. Айла такая… уверенная в себе. Как только она появлялась в комнате, все взгляды тут же обращались к ней. Когда она говорила, люди слушали. Она обладает природным магнетизмом. В отличие от меня.

– Ты слишком сильно заморачиваешься. – Рейвен пожала плечами. – Лучше высказывать свое мнение и путаться в словах, чем вообще ничего не говорить. Никогда не знаешь, какой разговор окажется последним.

Ее глаза наполнились печалью, и Рейвен отвела взгляд. Мои переживания тут же отошли на второй план.

– Рейвен… – начал я.

– Я в порядке, – резко сказала девушка. Она сделала несколько вдохов и расправила плечи, скрывая эмоции под маской решительности. Рейвен кивнула в сторону круорцев. – Смотри, они закончили тренировку.

Я посмотрел поверх ее головы и увидел, что Иов и Эмелия идут к нам. Астрид бежала за ними, на ходу вытирая пот со лба и широко улыбаясь.

Мне хотелось немного надавить на Рейвен, но я не стал. Когда она будет готова, я буду рядом, чтобы выслушать ее.

– Когда ты уже вернешься? – спросила Астрид. – У меня нет претензий к этим двоим, но тебе нет равных, Озиас.

Эмелия игриво ткнула ее локтем в бок и перекинула косу через плечо.

– Мне трудно это признавать, но Астрид права. Новичкам не помешало бы твое руководство, – сказала она.

Я улыбнулся ребятам, радуясь, что можно сменить тему разговора ради Рейвен.

– Мы вернемся через несколько дней. Как проходят учения?

– Великолепно. – Иов покосился на Рейвен и ухмыльнулся. – Ты чего сегодня днем не пришла? Хватило утреннего спарринга?

Рейвен ощетинилась.

– Если ты еще раз поставишь мне подножку, клянусь, я тебя убью, – процедила она.

Я рассмеялся.

– Отлично. Какие новости у дозорных? Нашли что-нибудь? – спросил я.

Эмелия слегка напряглась и покачала головой.

– Нет. Никаких новостей, никаких следов, – ответила она.

Никаких следов. Если предположить, что посылку все-таки принесла Яязмин, то это плохие новости. Хотя, возможно, по ее поручению посылку в город доставил какой-нибудь зверь. А если учесть, что местные жители постоянно призывали зверей… Да, не удивительно, что дозорные не нашли никаких следов.

Слова Эмелии также означали, что Гейджа так и не нашли. Во рту у меня пересохло, и я потер подбородок, пытаясь справиться с растущей тревогой.

– Ясно. Поставьте в дозор еще несколько человек. Сегодня произошло нечто странное. Мы скоро вернемся.

Все трое кивнули. Эмелия и Астрид тут же поспешили в сторону общей палатки, чтобы исполнить приказ и назначить дозорных на патрулирование границы Китского леса.

– Я пойду искать Калема. Нам нужно сообщить новости Лине и Ноку. Вы двое можете потренироваться, раз Рейвен пропустила дневные учения. В чем у тебя проблема, кстати? Подсечки?

Рейвен едва не испепелила взглядом мое состоящее из теней тело. Однако Иов оживился. Он хрустнул костяшками и уставился на Рейвен. Девушка сбросила пальто и махнула мне на прощание через плечо. Все ее внимание сосредоточилось на Иове.

Мне бы очень хотелось ненадолго отвлечься и размяться вместе с ними. Однако в теневой форме я не чувствовал ни напряжения мышц, ни боли. У меня еще будет время, чтобы отвлечься, но сейчас мне нужно найти Калема и вернуться к семье с новостями. Ноку, Лине и Косту обязательно нужно узнать о таинственной посылке и о том, что Гейдж так и не вернулся. Тревога и боль, связанные с последней новостью, терзали меня так сильно, что мне не хотелось возвращаться на корабль. Но я должен. Как и всегда, я буду делать все возможное, чтобы помочь своим близким.

Двадцать шестая глава. КАЛЕМ

Каори распустила слуг, как только мы оказались у покоев главы Совета. Если не считать вездесущего грохота водопада за окном, в комнате Лины тихо. Каори молчала. Она положила пакет на низкий кофейный столик у камина и опустилась на диван. Девушка рассеянно провела по ртутным венам на внутренней стороне запястья.

– Каори? – Я подошел ближе. Пока я ходил тенью, я не мог прикоснуться к ней, и меня убивал данный факт. Мне отчаянно хотелось взять ее руки в свои и сжать, чтобы она почувствовала мою силу и поддержку. – Что-то случилось?

После долгого молчания она, наконец, посмотрела на меня отсутствующим взглядом.

– Ничего. Я в порядке.

– Неправда, – сказал я. – Расскажи мне, что случилось.

Каори всегда сдержанная и молчаливая, но сейчас… Она сама не своя.

– Нечего рассказывать.

Я подавил вздох. Ее упрямство сейчас совсем некстати.

– Я тебе не верю. Что-то не так, – возразил я.

Каори пожала плечами, но ее движения были скованными и неестественными.

– Язмин снова пытается манипулировать нами. Что-то определенно не так, – ответила она.

Всплеснув руками, я обогнул диван и встал перед ней.

– Ясно. Ты ведешь себя так из-за посылки.

– Ну, да. А ты думал иначе?

– Непрошибаемая, как и Кост, – пробормотал я, ущипнув себя за переносицу, прежде чем вздохнуть. – Прости, немного преувеличил. Он в разы хуже, когда дело касается разговоров по душам.

Я надеялся, что Каори улыбнется в ответ на мою шутку. Хотя бы немного. Однако она все так же смотрела в пустоту, будто меня здесь не было. Ее лицо ничего не выражает, а пальцы, не переставая, повторяют рисунок вен на запястье. Я едва сдержался, чтобы не схватить ее за руки и остановить эти внешние проявления тревоги.

Переступая с ноги на ногу, я нахмурился. Как я могу рассчитывать на то, что Каори откроется мне сейчас? Она никогда не отличалась особой откровенностью. Каори спасла мне жизнь, и я уважал и ценил ее намного сильнее, чем могу выразить словами. И все же большинство наших разговоров сводились к обсуждению моего внутреннего зверя. Мы в мельчайших подробностях рассмотрели все внешние факторы, которые провоцируют меня. Мы вместе медитировали. Она учила меня самоконтролю. Однако я упустил из вида довольно очевидную вещь: Каори никогда не говорила о себе. Я ничего не знал ни о ее прошлом, ни о том, что провоцировало ее внутреннего зверя. Все мое внимание было сфокусировано на том, чтобы как можно быстрее научиться самоконтролю и вернуться в норму, поэтому я даже не пытался узнать Каори получше.

Я замер, внезапно осознав, что хочу узнать Каори получше. Мне нужно больше, чем односторонний флирт и дружба.

Возьми себя в руки, сказал я себе. Каори – член семьи, вот почему ты беспокоишься.

Беспокоюсь. Вот в чем дело. Я просто беспокоюсь. Сделав медленный вдох, я отмахнулся от беспорядочных мыслей. От мыслей, которым вовсе не место в моей голове. Ни сейчас, ни потом. Каори нужна поддержка. Нужен друг.

Присев перед девушкой на корточки, я положил руки ей на колени.

– Каори, мне нужно знать, что с тобой все в порядке, – сказал я.

– Со мной все в порядке, – ответила она слишком быстро.

– Нет, это не так.

– Ты хочешь сказать, что лучше меня знаешь, что я чувствую? – спросила она с раздражением, и я едва не подпрыгнул от радости.

Уж лучше раздражение, чем отсутствующий взгляд, который я видел некоторое время назад.

– Нет, конечно, нет. Но мне бы хотелось знать, что у тебя на уме.

Она долго смотрела на меня. Ее темные глаза наполнились эмоциями, которые я не мог понять. Ясно одно: внутри Каори бушует буря. И этот ураган эмоций никак не связан со мной. За ее внешним спокойствием скрывалась старая рана. И боги, как же я хотел узнать, из-за чего Каори страдает.

Девушка опустила взгляд и впилась пальцами в кожу на запястьях. Когда она вздохнула, ее плечи поникли.

– Мне… трудно об этом говорить, – прошептала она.

Я затаил дыхание, боясь, что в любой момент Каори замолчит и откажется говорить.

– Я выслушаю все, чем ты захочешь со мной поделиться, – сказал я.

Она кивнула.

– Ты помнишь Винна?

Знакомый жар пробежал по венам, и мой внутренний зверь пробудился.

Я никогда не забуду, что этот мерзавец сделал с Линой. Однако сейчас не время поддаваться животной ярости. Понятия не имею, что будет, если я перевоплощусь в теневом облике. Сделав глубокий, успокаивающий вдох, я кивнул.

– Да.

– Он был не первым заклинателем, кто избрал неправильный путь, играя с темной магией, – Каори говорила едва слышно, как будто слова с трудом ей давались. Зажмурившись, она застыла в неподвижности. – Мои родители тоже.

Какое-то мгновение я ничего не делал и просто ждал. С родителями у меня тоже были связаны не самые радостные воспоминания, особенно о матери. Эта женщина изводила меня всеми возможными способами, о которых я старался не думать. Все мысли о матери, даже просто воспоминание о ее лице, тут же приводили к тому, что я в ярости мчался по Китскому лесу в зверином облике. Отбросив все мысли о своих родителях, я накрыл ладонью пальцы Каори. Тени нежно окутали ртутные вены, и девушка перевела взгляд с них на меня.

– Как посылка связана с твоими родителями? – спросил я.

– Я не знаю. Вероятно, никак. Просто… – сказала Каори, и ее пальцы дрогнули, как будто она пыталась взять меня за руку. – Винн экспериментировал на людях. Мои родители… экспериментировали со всем. Что, если… что, если пропавшие заклинатели исчезли по их вине, а не по вине Вильхейма?

У меня пересохло в горле.

– Мы даже не знаем… – начал я.

– Их изгнали, когда я была маленькой. Предположительно, отправили в какую-то тюрьму на побережье Алламера, – Каори поспешно перебила меня, слова полились из нее, словно вода, прорвавшаяся через плотину. – Но они были могущественными заклинателями. Очень могущественными и опасными. Может, они каким-то образом сбежали и заключили союз с королем Вильхейма? Может, именно они помогали ему все эти годы охотиться на заклинателей? Что, если…

– Каори, дыши.

Она посмотрела на меня остекленевшим взглядом и судорожно втянула в себя воздух.

– Прости, – сказала она.

Я отпустил ее руку и выпрямился.

– Вставай.

– Что? – Она с недоумением уставилась на меня.

– Вставай. Живо.

Она тут же поднялась с дивана.

– Я не понимаю, что ты…

Но прежде, чем Каори договорила, я притянул ее к себе и обнял. Да, она не почувствует тепло моего тела, но в этот момент у меня нет другого способа ее утешить.

Сначала Каори застыла, словно статуя. Затем она задрожала всем телом, от чего по чернильно-черным теням пробежала рябь, однако усилием воли я удержал их на месте. В итоге Каори обхватила голову руками и тихо всхлипнула.

Я понизил голос и заговорил прямо ей в ухо:

– Все будет хорошо, обещаю.

– Но что, если я права? – прошептала она сквозь пальцы. – Я не хочу, чтобы мои догадки подтвердились.

Мое сердце болезненно сжалось.

– Мы будем решать проблемы по мере их поступления. Пока что нам еще ничего не известно, и если мы будем думать о том, что нам неподвластно… – сказал я, направляя теневой завиток к ртутным венам на запятье Каори. – То зверь побеждает.

По лицу Каори текли слезы, и она посмотрела на меня сквозь густые ресницы. В тот момент внутри меня что-то изменилось, и эти изменения никак не были связаны с внутренним зверем. Я даже не знаю, как назвать охватившее меня чувство. Оно было слишком теплое, окрыляющее и совершенно неуместное. Впервые с тех пор, как мы с Озиасом прибыли в Хайрит, я радовался, что мое тело осталось на корабле. В противном случае я бы не сдержался. Мне неистово хотелось смахнуть ее слезы, а потом обхватить ладонями ее лицо, прижать к себе и…

Я вздрогнул, мысленно благодаря тени за то, что Каори ничего не может почувствовать. Внезапно маленькая настойчивая тень проскользнула в щель под дверью и направилась ко мне. Сигнал Озиаса. Я настолько увлекся разговором с Каори, что не заметил присутствие брата, который ждал в коридоре.

Облегчение и раздражение смешались, образуя гремучую смесь в моей груди. Облегчение, потому что мне не нужно больше стоять здесь и исследовать природу своих странных мыслей и чувств, а раздражение, потому что…

Я опустил руки и сделал шаг назад.

– Озиас ждет меня за дверью, – сказал я.

Каори кивнула и дотронулась до запястья, которого всего несколько мгновений назад касались мои тени.

– Спасибо, Калем, – поблагодарила она.

– Всегда пожалуйста. – Я одарил Каори ослепительной улыбкой, потому что лучше всего у меня получалось прятать свои истинные чувства за беспечностью. И с этими словами я направился к двери, стараясь как можно быстрее оказаться подальше от девушки, которая перевернула мой мир с ног на голову.

Двадцать седьмая глава. ЛИНА

Как только Оз и Калем вернулись, я уже знала – что-то стряслось. Они затащили Коста, Нока и меня в нашу общую спальню и закрыли дверь. Быстро и кратко ребята сообщили о таинственной посылке, которую, скорее всего, оставила во дворце Язмин. Каори и Рейвен обнаружили сверток первыми, а затем показали его Калему и Озу. В настоящее время посылка находилась под надежной охраной зверя и дожидалась моего возвращения.

Все это произошло несколько дней назад, и хотя Айла уверяла, что мы держим отличную скорость на пути в Лендрию, мне казалось, что плавание длится целую вечность.

Тревога съедала меня изнутри, и я часто меряла шагами каюту, не в силах сосредоточиться. Все, о чем я могла думать, – это об этой посылке. Мой разум без конца подкидывал ужасные идеи того, что могло оказаться внутри. Может, в посылке находился смертоносный зверь, который нападет на меня, как только я разрежу бечевку? Или, может, внутри доказательства того, что Гейдж не пропал, а попал в плен. Или хуже: убит. Нок пытался успокоить меня, но никакие слова не могли развеять мои страхи. Я смогла бы успокоиться, только если бы вскрыла эту чертову посылку.

Именно поэтому, когда на горизонте появились западные скалы Хайрита, я испытала одновременно облегчение и беспокойство. Нок, Калем, Озиас, Кост и я первыми погрузились в лодку и направились к отвесным серым скалам. Айла и ее отряды последовали за нами. В нос ударил запах соли и водорослей. О сланцевые скалы бились волны, скрывая лестницу от любопытных глаз. Лишь заклинатели знали, как найти тайный вход в Хайрит. И вот перед нами плиты, образующие винтовую лестницу, и мы осторожно зашагали по скользким от воды камням. Чтобы переправить всех солдат и грузы, потребуется немало времени, однако безопасное возвращение в Лендрию того стоило.

Мы дошли до открытых лужаек у Хайрита, и Айла начала выкрикивать приказы войскам. Солдаты работали быстро и эффективно. Они стали устанавливать палатки и разводить костры. Часть людей вернулись к лодкам, чтобы помочь остальным нести вещи. Члены Круора наблюдали за происходящим из своего лагеря, не зная, что делать. Оз подал знак Эмелии и Иову, и они возникли из теней прямо рядом с нами. Оз отдал приказ помочь вновь прибывшим и указал на Айлу, отмечая ее как лидера. Близнецы исчезли так же быстро, как и появились.

– С возвращением! – крикнула Рейвен, которая шла к нам со стороны дворца вместе с Каори. – Рада видеть, что Райн присоединился к нам.

Я натянуто улыбнулась.

– Спасибо. Надеюсь, у вас тут все хорошо. Где посылка?

– В твоих покоях, – ответила Каори, поморщившись.

– Спасибо, что сообщили про нее. – Я огляделась, наблюдая за бурной деятельностью. Нам нужно так много всего сделать и так много всего организовать.

Нок внимательно наблюдал за мной и дотронулся до тыльной стороны моей руки. Даже этого крошечного контакта было достаточно, чтобы меня немного успокоить.

– Я скоро займусь этим вопросом, – сказала я.

Кост прочистил горло.

– Есть какие-нибудь новости насчет Гейджа? – спросил он.

У меня перехватило дыхание, будто от удара в живот.

– Никаких. – Рейвен покачала головой.

Нок с грустью посмотрел на брата.

– Иди. Поговори с часовыми. Узнай, есть ли у них какая-нибудь информация, – сказал он.

– Я пойду с тобой. – Калем положил руку на плечо Косту. – Вдвоем мы быстрее проверим периметр. Может быть, они что-то упустили из вида.

Кост молча кивнул и скрылся в тенях. Калем последовал за ним.

Нок и Оз уставились им вслед, а потом обменялись мрачными взглядами. Нок покрутил головой из стороны в сторону, разминая затекшие от напряжения мышцы.

– Мы найдем его, – сказал он.

– Очень надеюсь, – процедила Рейвен сквозь зубы. – Ему мало не покажется, когда он вернется.

– Переходный период – тяжелый процесс. Особенно для Гейджа, – сказал Оз.

Он уставился на маячивших вдалеке заклинателей и зверей. В Хайрите Гейдж постоянно сталкивался с напоминанием о том, что потерял. Неудивительно, что он сбежал. На его месте я поступила бы так же.

– Именно, – сказала я.

Мгновение мы просто стояли в молчании, слушая грохот водопадов и разговоры людей, занятых делом. Брезент хлопал на ветру, когда солдаты Райна устанавливали палатки рядом с лагерем Круора. Айла отошла от ближайшей палатки и направилась к нам, ее уверенные шаги глухо стучали по земле. Стоящий рядом со мной Оз напрягся. Рейвен приподняла бровь, заметив его внезапную скованность, а затем перевела взгляд на Айлу.

– Мы разобьем лагерь в кратчайшие сроки. Сегодня вечером будут какие-нибудь собрания по обсуждению стратегии? – спросила Айла.

– Нет. Сначала нам нужно разобраться с одним важным делом. – Нок пристально посмотрел на меня, и я кивнула.

Не знаю, что в посылке, но мне бы не хотелось подвергать нашего нового союзника опасности. Мы с Ноком изучим содержимое и затем сообщим обо всем остальным.

– Мы проведем построение утром, – добавил он. – Как только все немного отдохнут.

– Хорошо. Буду признательна, если для меня устроят экскурсию. – Айла кивнула в сторону дворца и Китского леса. – Мне бы хотелось ориентироваться на местности в случае, если нас навестят какие-нибудь незваные гости.

– Я могу провести экскурсию, – выпалил Оз и побледнел.

Рейвен посмотрела на него и, вздохнув, повернулась к Айле.

– Как насчет того, чтобы мы сделали это вместе, Озиас? Я лучше тебя знаю планировку дворца и прилегающих территорий. Кстати, меня зовут Рейвен.

Айла крепко пожала протянутую руку и улыбнулась.

– Айла. С удовольствием принимаю твое предложение. Спасибо.

– Пойдем, Озиас. – Рейвен помахала ему через плечо, зовя за собой, когда они с Айлой зашагали в сторону лагеря Круора. – Может, для начала ты представишь Айлу кому-нибудь из своих подчиненных?

Путаясь в собственных ногах, Оз поспешил за ними, оставив нас с Ноком наедине с Каори. Нок смотрел вслед брату с легкой улыбкой на губах, а затем он повернулся к нам, и выражение его лица стало серьезным.

– Давайте разберемся с посылкой, – сказал он.

Взгляд Каори заметался между нами.

– Если бы… Если бы вы могли потом просто ввести меня в курс дела…

Голос Каори дрожал, и это привлекло мое внимание. Лицо девушки – каменная безэмоциональная маска. Непроницаемое. И лишь голос выдавал тревогу, которую она испытывала. Мне тоже тревожно, однако, мне кажется, мы с Каори беспокоимся о разных вещах.

– Конечно. Давай примерно через час соберем в библиотеке заседание Совета и обсудим содержание посылки?

Положив руку на бестиарий, Каори кивнула.

– Спасибо, – сказала она и зашагала в сторону библиотеки. Ее черные блестящие волосы развевались на ветру.

– Ты готова? – спросил Нок, указывая подбородком в сторону дворца.

Прикусив внутреннюю сторону щеки, я уставилась на величественное сооружение у водопада. Хайрит на первый взгляд казался мирным. Дома, спрятанные среди деревьев, полны жизни. Из окон льется теплый свет масляных ламп. На деревянных мостах собрались как заклинатели, так и звери. Несмотря на ужасы, с которыми мы столкнулись, мы выживали. И пытались радоваться каждому дню. Я не позволю Язмин разрушить наш мир. И если это действительно она отправила мне посылку, то я обязана выяснить, что планирует эта коварная женщина.

– Пойдем, – сказала я.

Взявшись за руки, мы направились к дворцу, а затем прошли в мои покои. Слуги склонили головы в вежливых поклонах и разошлись. Мы с Ноком прошли и закрыли за собой двойные двери. У порога неподвижно стояла Хавра. Ее четыре оленьих глаза прикованы к низкому столику перед очагом. Должно быть, именно этого зверя Каори оставила следить за посылкой. Обладая способностью проходить сквозь стены, Хавра в случае опасности могла бы сбежать. К счастью, ничего не произошло. Маленький зверь бросил на меня взгляд, а затем ушел сквозь стену. Наверное, вернулся к Каори.

Когда зверь исчез, мое внимание привлекла коробка размером с кулак. На кофейном столике стояла посылка, которая выглядела очень скромно. Просто коробка, завернутая в выцветшую коричневую бумагу и перевязанная бечевкой. Сверху на клочке пергамента говорилось, что посылка адресована новой главе Совета. Я опустилась перед столиком на колени, чтобы рассмотреть коробку поближе.

Нок медленно подошел ближе.

– Как мы узнаем, что внутри нет ничего опасного?

Я предполагала, что Каори и Рейвен проявили должную осмотрительность и, возможно, попросили Дошу проверить упаковочную бумагу на яд, прежде чем принести посылку сюда. Однако я сомневалась, что члены Совета изучили содержимое из уважения ко мне. Я направила магию в метку заклинателя и рывком открыла дверь в царство тварей. Поискав несколько минут, я обнаружила своего Бокуляра, жующего личинки под тенистым деревом, и поманила зверька к себе.

Он появился на столе и посмотрел на меня огромными стеклянно-голубыми глазами, которые занимали большую часть его крошечного лица. Бокуляр не больше чайной чашки и похож на ежа. Перекатившись на задние лапы, зверек расправил радужные иглы.

– Привет, Куши. – Я легонько почесала его мягкое подбрюшье, и он довольно пискнул. – Осмотри эту коробочку для меня, пожалуйста.

Повернув морду к посылке, Куши обнюхал ее углы и приложил свои аномально большие передние лапы к стенкам. Его взгляд замер на посылке, и зверек замер.

– Что он делает? – спросил Нок.

– Проверяет содержимое. Куши видит сквозь барьеры, когда дотрагивается до них. Но чем толще стенки, тем сложнее получить четкую картинку. В общем, он поделится со мной изображением того, что внутри, подобно тому, как Феликс делится с Костом видениями. – Я постучала себя по виску, ожидая, когда в сознании сформируется образ.

Когда он, наконец, появился, у меня перехватило дыхание.

Куши оставил посылку и пополз к моим рукам, неподвижно лежащим на столе. С тихим пыхтением он ткнулся мордочкой в мои пальцы.

– Лина? – спросил Нок.

Я не могу думать. Не могу дышать. Я по-прежнему вижу очертания двух завернутых в ткань кулонов в форме книг. Мое горло сдавила паника. Бестиарии. Это бестиарии! Кулон может снять только заклинатель. Значит, посылку точно прислала Язмин. И что еще хуже, она говорила правду. В столице действительно находились пленные заклинатели. Живые заклинатели.

Я выпрямила дрожащие пальцы, открыла дверь в царство тварей и отправила Куши домой, не сказав ни слова. Нок опустился на колени рядом со мной и дотронулся до моей руки.

– Лина, что случилось?

Я не могла заставить себя вымолвить ни слова. Мне нужно сначала увидеть все собственными глазами. Я осторожно потянула за бечевку и развернула бумагу. Крышка поддалась легко, и я опустила взгляд, отчаянно надеясь, что все-таки не увижу два бестиария, лежащие на ткани цвета слоновой кости.

Нок замер. Его рука по-прежнему покоилась на моей. Он наверняка понимает, что означает эта посылка. Этот «подарок».

В ушах звенело, и я взяла один из бестиариев. Цепочка цела. Под моими пальцами – выгравированное имя, которое таит в себе одновременно надежду и опасность. Наклонив кулон к потрескивающему огню, я рассмотрела золотые буквы нашего древнего языка.

Верлин. Я резко втянула носом воздух и уронила кулон обратно в коробку. После этого я заставил себя изучить второй.

Сабина.

В глазах потемнело. Я едва помнила родителей, но я знаю, как их звали. Тетя позаботилась о том, чтобы я чтила свои корни. Моих родителей нарекли в честь членов самого первого Совета заклинателей. И теперь, крепко сжимая в руке мамин бестиарий, я чувствовала ее. Как будто она рядом. Как будто она нежно гладит меня по голове, пока я нетерпеливо ерзаю у нее на коленях. Я слышу тихую мелодию давно забытой колыбельной. Чувствую тепло и безопасность ее объятий, зная, что мама может защитить меня от чего угодно.

Нок переплел наши пальцы и крепко сжал мою руку.

– Кому они принадлежат?

Подняв на него взгляд, я даже не пыталась справиться с потоком слез.

– Моим родителям.

Я разрыдалась, и Нок притянул меня к себе. Уткнувшись носом в его тунику, я попыталась раствориться в его объятиях. Мне хотелось почувствовать себя в безопасности, хотя основа моего мироздания только что рухнула. Мама и папа живы. Мои родители живы. Протянув руку к коробке, я достала отцовский бестиарий и прижала его к груди. Я чувствовала, как гудит магия кулонов. Мои родители до сих пор связаны с миром тварей и со своими зверями. Если бы они умерли, то бестиарии исчезли бы. Но они не исчезли. Я чувствовала их тепло здесь и сейчас.

Язмин была права. Она нашла пропавших заклинателей.

Внезапно я забыла, как дышать. Очередной всхлип так и не сорвался с моих губ.

Сколько заклинателей нашла Язмин?

За последние десятилетия довольно много наших людей «погибли» во время охоты на зверей. Вряд ли они все оказались в Вильхейме. Но… Кто знает? И если в столице держат в плену заклинателей, то неужели Ноку об этом ничего не известно? А знали ли его родители об этом?

Я подняла голову и увидела выражение лица моего анам-кары.

Боль. Печаль. Беспокойство. И все же…

– Ты не знал. Поклянись, что ты ничего не знал.

Нок не дрогнул. Не разозлился в ответ на мое недоверие. Вместо этого он нежно поцеловал меня в лоб.

– Клянусь жизнью, Лина, я ничего не знал.

Я закрыла глаза. Нок не из тех людей, кто будет врать о подобном. Но кто-то же несет ответственность за подобные преступления. Кто-то наверняка знает, что происходит.

Варек! Даже если не он начал охоту на заклинателей, то наверняка он в курсе всего. Именно он держит в плену невинных людей, которых мы долгие годы считали пропавшими без вести.

Я все сильнее сжимала бестиарии родителей в кулаке. Мне немедленно захотелось отправиться в Вильхейм, призвать Варека к ответственности, отыскать родителей и избавить всех пленников от страданий, но… Что-то здесь нечисто. Как Язмин вообще удалось заполучить бестиарии мамы и папы? Может, они отдали ей их добровольно? Или она забрала их силой?

Ставки слишком высоки, и мне не хотелось становиться пешкой в игре Язмин. Я уже позволила ей себя обмануть. Довольно. Я вытерла слезы.

Ей не победить. Ни сейчас, ни в будущем. Я остановлю Язмин и спасу попавших в плен заклинателей. И в этом мне поможет моя семья.

Я встретилась с Ноком взглядом, сделала успокаивающий вдох и поцеловала своего любимого.

Вместе. Мы победим Язмин вместе.

Двадцать восьмая глава. ЛИНА

Из-за позднего часа в библиотеке тихо. Плотные ряды стеллажей заглушают завывания и стоны зимнего ветра. Здесь тепло. Рядом гудит рикримовый обогреватель, создавая уют и избавляя нас от необходимости разводить огонь в камине. Мы никогда не разжигаем огонь в очаге библиотеки, опасаясь, что массивный ствол древа вспыхнет, как спичка, от случайной искры или уголька.

Каори рассеянно листает страницы книги, но при этом ее невидящий взгляд устремлен в никуда. Она кивнула мне и Ноку в знак приветствия, когда мы вошли, и поставила книгу на ближайшую полку.

Откинувшись на ближайшем стуле, Калем наблюдает за скованными движениями Каори. Оз и Кост сидят рядом с ним и о чем-то тихо переговариваются. Рейвен суетится вокруг стола, зажигая парящие рикримовые шары, чтобы осветить помещение тусклым мягким светом.

Я села на свободный деревянный стул и положила на стол бестиарии родителей. Каори округлила глаза. Рейвен застыла. Кост и Оз тут же умолкли. Калем открыл рот в немом изумлении.

Нок безмолвно встал позади меня, положив руку мне на плечо. Черпая силу в его прикосновении, я сглотнула комок в горле и встретилась взглядом с каждым членом Совета.

– Эти бестиарии принадлежат моим родителям, – сказала я.

Воцарившееся молчание длилось целую вечность. Никто не смел произнести ни слова. Затем Кост прочистил горло.

– Ты абсолютно уверена? – спросил он.

– Да, – с трудом ответила я, едва двигая пересохшими губами. – Даже если бы бестиарии принадлежали не им, то все равно. Но разве это так важно, чьи это бестиарии? Очевидно, что Язмин нашла пропавших заклинателей. Тех самых, которых держат в заточении в Вильхейме. Мои родители – вряд ли единственные пленники.

Каори побледнела и схватилась за спинку стула, который стоял перед ней. Калем нахмурился и бросил обеспокоенный взгляд на девушку.

Рейвен выругалась себе под нос.

– Лина права, – сказала она. – Язмин не просто нашла бестиарии. Если заклинатель умирает, то бестиарий сгорает.

Я вспомнила о том, как бестиарий Гейджа превратился в пепел. Это было вдвойне ужасно, потому что он видел все собственными глазами. Перерождение и жизнь после смерти явно противопоказаны заклинателям.

– Значит, эти люди живы, – пробормотал Оз.

Он посмотрел на меня с сочувствием, и я едва не разрыдалась снова. Калем отвел взгляд от Каори и уставился на подвески.

– Итак, что будем делать? – спросил он.

– Я не думаю, что мы можем что-то делать, – ответил Нок едва слышным голосом. – На данный момент.

Каори уперлась ладонями в стол.

– Ты в своем уме? – Она подалась вперед, и ее пальцы побелели.

Я тоже хотела злиться, как и Каори. Однако вместо гнева я испытывала странное оцепенение. Руки и ноги налились свинцом, и я все слышала будто через вату. Я понимала, о чем говорят Нок и Каори, но я никак не могла отреагировать на их слова. Все мои чувства отступили на второй план, и я ощущала лишь всепоглощающую болезненную тоску. Все эти годы у меня были родители, а я и не знала об этом.

– Немедленно отправиться на выручку заклинателям было бы замечательно. Мы все хотим им помочь. Однако это очевидно, что Язмин пытается заманить нас в ловушку, – сказал Нок рассудительным тоном.

По правой руке Каори вверх поползли ртутные прожилки, так похожие на цвет глаз Калема. Деревянная столешница под ее руками жалобно скрипнула. Калем тут же подскочил на ноги и подошел к Каори. Он накрыл ее ладонь своей и слегка сжал ее пальцы. Девушка моргнула, затем тряхнула головой, и ртутные прожилки отступили.

– Я согласна с Каори, – сказала Рейвен сквозь зубы. В ее глазах пылает гнев и жажда мести, делая слова резкими. – Я уже говорила, что буду сражаться где угодно и при любых обстоятельствах. По-моему, сейчас самое подходящее время.

– Мы не можем, Рейвен. – Оз поморщился.

– Почему нет? – выплюнула она.

– Как и ты, я хочу, чтобы Язмин получила по заслугам, – сказал Оз, глядя ей в глаза. – Но нам нужно все обдумать. Язмин ведет свою игру. Игру, о которой мы ничего не знаем.

– В посылке было что-нибудь еще? – спросил Кост, поправив очки.

– Нет. Ничего, – сказала я.

Никто не произнес ни слова. Это была загадка, которую мы не можем разгадать, и внезапно мне захотелось кричать. Оцепенение прошло, и внутри закипела ярость. Я злилась на весь мир за то, что он отобрал у меня родителей. Я злилась на Совет, который меня изгнал. Я злилась на Язмин, которая отвернулась от собственного народа. Несправедливость по отношению ко мне копилась годами, и я хотела, наконец, положить ей конец. Я сжала кулак, и магия хлынула в метку на моей руке. Вокруг меня вспыхнуло вишневое зарево, и некоторое время я упивалась своей силой, ища в ней утешение.

– Лина, – мягко сказал Нок мне в ухо, – все в порядке.

– Нет, не в порядке, – сказала я, и сияние магии стало ярче. Я встала и начала расхаживать по библиотеке, не в силах больше оставаться на месте. – Все в полнейшем беспорядке, Нок! Я не знаю, что делать. Как я могу все это исправить? Что, если она убьет моих родителей, как убила Эйлана и Тристана?

Лицо Рейвен исказилось от боли при упоминании о ее покойном возлюбленном, но она не прервала мою гневную тираду. Я повернулась к Ноку, мои глаза наполнились слезами.

– Скажи, что мне делать? – сказала я. – Что?

Нок обхватил мое лицо руками и посмотрел мне в глаза с невероятной нежностью.

– Мне бы хотелось тебе как-то помочь, но я не могу. Я не знаю, что делать.

По моему лицу покатились горячие слезы, и моя магия погасла. Мне хотелось утонуть в глазах Нока, но я не могу. Я не могу сбежать от горькой правды. Прежде чем я успела что-то сказать, Нок напрягся. Он повернул голову в сторону входа в библиотеку, и затем с порога прозвучал спокойный низкий голос, который был мне до боли знаком.

– У меня, кажется, есть одна идея. Если вы мне позволите высказаться, конечно.

Все повернули головы на голос. В нескольких метрах от стола стоял Гейдж. Растрепанные волосы, мешки под глазами и порванная туника придавали ему дикий вид, но это, несомненно, он. Вокруг его тела вились неконтролируемые тени, однако каким-то образом Гейджу удалось остаться незамеченным. Даже Нок обнаружил его всего за мгновение до того, как он появился. Кост резко втянул носом воздух и нерешительно шагнул вперед.

Я не знаю, откуда взялось это желание, но в один момент я стояла, застыв в полном шоке, а затем бросилась на шею Гейджу. Я сжала его в объятиях так крепко, что он закашлялся. Я уткнулась лицом в его плащ. Сначала Гейдж стоял неподвижно. Его руки повисли в воздухе за моей спиной, но наконец он пришел в себя и обнял меня в ответ. Его хриплый голос прозвучал едва слышно.

– Прости, что меня так долго не было, – сказал он, обращаясь только ко мне.

– Мне все равно. Я рада, что ты вернулся. – Отступив назад, я вытерла слезы тыльной стороной ладони и указала в сторону остальных. – Мы все рады.

– Ты отвратительный, ужасный, мерзкий, сумасшедший идиот! – прошипела Рейвен, но ее попытка разозлиться не увенчалась успехом, когда она подошла ближе и заключила Гейджа в объятия. – Я так рада, что ты вернулся. Ты не знаешь… Ты не представляешь, каково нам пришлось без тебя. Каково пришлось… заклинателям.

Рейвен быстро поправила себя, но я понимала, что она хотела сказать на самом деле. Она и так перенесла так много потерь, а когда еще и Гейдж, по сути, бросил ее, то это был удар, к которому Рейвен была совершенно не готова.

– Гейдж, слава богам, – едва дыша произнесла Каори.

Она обошла стол и тоже быстро обняла Гейджа.

– Ну, наконец-то, хорошие новости, – сказал Калем с легкой улыбкой.

– Я понимаю, что стал причиной для беспокойства, но… Я просто… Неважно. Мы можем обсудить это позже.

Он рассеянно дотронулся до подбородка и покосился на Коста, который замер, словно статуя. Все его тело сковало напряжение, а в зеленых глазах бушевала буря эмоций. Нок перевел взгляд со своего брата на Гейджа, прежде чем подойти к Гейджу и пожать ему руку.

– Переходный период всем тяжело дается. Без исключений. Это нормально, – сказал он.

Эти слова предназначались не только Гейджу, но и Косту, как напоминание. Гейдж, кажется, все понял, и морщинки на его лбу разгладились.

– Спасибо за понимание, – сказал он.

– Помнится, я избил нескольких членов Гильдии, потому что они якобы косо посмотрели на меня, – сказал Оз, пожимая плечами. – Калем вообще с катушек слетел, когда переродился.

– Эй, давай-ка не будем ворошить прошлое, – проворчал Калем.

– Важно то, что ты вернулся, – сказал Нок. – Ты по-прежнему член Совета, поэтому ты имеешь право высказывать свое мнение и предложения.

– Безусловно. – Я кивнула и схватила Гейджа за руку, чтобы подтащить его к столу. – Твоя светлая голова нам нужна сейчас, как никогда.

Гейдж уставился на бестиарии.

– Я слышал большую часть вашего разговора. Думаю, что Нок прав. Нельзя действовать опрометчиво. Язмин пытается спровоцировать нас. Она хочет, чтобы Лина примчалась в замок на поиски родителей, и наверняка подготовила для нее ловушку.

– Так ты тоже считаешь, что нам лучше оставить все, как есть? – спросила Каори напряженным голосом.

Гейдж встретился с Каори взглядом, и между ними воцарилось безмолвное понимание. Я дружила с Каори не так давно, а вот Гейдж знал ее много лет. Он знал что-то о ее прошлом, знал, что скрывается за спокойным, рассудительным обликом.

Он вздохнул.

– Мне бы хотелось помочь нашим людям, но правда в том, что мы даже не знаем, с чем имеем дело. Кто знает, в каком состоянии находятся заклинатели.

– Состоянии? – Кост использовал единственное слово, как клинок.

Гейдж встретился с его ледяным взглядом.

– Да, именно. Заклинатели редко отдают бестиарии добровольно. Например, я делал это лишь дважды. – Он бросил на меня многозначительный взгляд, и я вспомнила, как однажды он дал мне полистать свой бестиарий, когда мы пытались найти способ уничтожить клятву Круора, что отравляла разум Нока. – Что сделала Язмин, чтобы заполучить бестиарии? Напала на заклинателей? Или они уже были ранены? Или же они отдали кулоны добровольно? Никто не знает, что нас ждет в Вильхейме. Нападать вслепую опасно.

Каори опустила взгляд в пол.

– Ненавижу, когда ты прав, – сказала она.

– Однако существует способ использовать данную ситуацию в наших интересах. – Гейдж осторожно взял бестиарий моего отца. – Не думаю, что Язмин понимает, какой подарок она преподнесла нам.

– Ты о чем? – спросила я.

– Царство тварей. – Гейдж посмотрел на всех нас, ожидая, пока мы сделаем какие-то выводы, но никто из нас не догадался, к чему он клонит. Гейдж отложил бестиарий и начал расхаживать по комнате. – Существует несколько фактов, которые мы знаем об этом мире. Во-первых, когда заклинатель посещает царство тварей, он входит и выходит в одной и той же точке. Другими словами, где бы мы ни находились в нашем мире, это никак не повлияет на наше положение в царстве тварей. Точка входа не изменится. Во-вторых, мир тварей огромен. Встретить там другого заклинателя можно очень редко, и лишь при условии, что этот заклинатель – анам-кара или кровный родственник.

Гейдж замер передо мной и стал ждать. В моей голове все сложилось в единую картинку, и сердце бешено застучало в груди. Я приоткрыла рот от удивления.

– Получается, я могу связаться с родителями через царство тварей. Но как, если их там нет?

– У меня есть теория, которую я не проверял на практике, но у тебя есть бестиарии родителей. Ты можешь отправиться в царство и попытаться связаться с каким-нибудь зверем. Этот зверь…

– Может прорваться в наш мир, – взволнованно сказала я.

Я вспомнила обо всех тех случаях, когда Доминус сам открывал дверь и приходил мне на помощь. Я вспомнила, как юные заклинатели оттачивают мастерство и теряют контроль над тварями, которые входят и выходят из царства, когда вздумается. То же самое было с Калемом и Озом, когда их звери – Эффи и Джакс – по своей воле покидали царство тварей, беспокоясь о своих хозяевах.

– Более того, есть шанс, что ты сможешь последовать за ними через открытую дверь, – добавил Гейдж.

– Это… – Каори с трудом подбирала слова. – Я о таком никогда не слышала.

– Неужели это действительно возможно? – едва слышно спросила Рейвен.

– Мы не узнаем, пока не попробуем, – сказал Гейдж. – Я никогда не проверял данную теорию, поскольку заклинатели редко снимают бестиарии. К тому же только у членов семьи есть шанс встретиться друг с другом.

– Почему мы впервые слышим об этом? Мы ведь члены Совета, – спросила Каори.

Гейдж пожал плечами и слабо улыбнулся.

– Потому что я никогда не говорил об этом Совету. Это семейная тайна. Предположительно, одному из моих предков это удалось. Это старая история, которую в моей семье рассказывали в день совершеннолетия, и каждый давал слово, что будет хранить семейную тайну. Возможно, я этого не говорил, но вы – единственная семья, которая у меня осталась.

Сила снова вспыхнула во мне, и вокруг меня засиял вишневый свет. Скрипнула дверь в царство тварей

– Я проверю твою теорию прямо сейчас. Мы можем спасти моих родителей. Мы можем спасти всех заклинателей в Вильхейме. И потом они даже смогут присоединиться к нам в нашей борьбе…

– Подожди. – Нок схватил меня за руку и встретился со мной умоляющим взглядом. – Нам нужно все хорошенько обдумать.

– Он прав. – Гейдж медленно кивнул. – Я не говорю, что пробовать не стоит. Иначе я бы не стал ничего рассказывать. Однако мы даже не знаем, где именно находятся твои родители. Что, если ты внезапно окажешься посреди тронного зала в Вильхейме?

Мой взгляд метался между Ноком и Гейджем.

– Я не отговариваю тебя. – Нок отпустил меня. – Я бы не стал лишать тебя шанса воссоединиться с семьей. Но я прошу тебя выждать некоторое время. Пожалуйста.

Сделав глубокий вдох, я обдумала его слова. Я теперь не просто заклинательница. Я глава Совета. И в скором времени я стану королевой Лендрии. В первую очередь я несу ответственность за свой народ. Если поспешу на выручку родителям, я подвергну себя опасности. Нок всего лишь переживает о моей безопасности, чтобы я могла в будущем направлять и защищать других. Нам нужно составить план, а уже потом действовать. Собрав волю в кулак и отозвав магию, я обняла Нока и кивнула.

– Хорошо, Нок, – сказала я.

– Спасибо. – Он крепко обнял меня и чмокнул в макушку.

– Язмин выжидает. Она не будет действовать, пока бездействуешь ты. Она лишь пытается спровоцировать тебя, Лина. – Гейдж устало вздохнул. – Сейчас мне бы хотелось привести себя в порядок и немного поспать. Предлагаю вам сделать то же самое на случай, если завтра мы решим действовать. Давайте продолжим собрание утром.

– Меня это устраивает, – сказал Калем, зевая.

– Нам также нужно будет встретиться с Айлой и обсудить совместную стратегию с силами Райна. – Нок потер затылок, пытаясь прогнать накопившееся напряжение в шее. – Дел по горло.

– Тогда нам всем, действительно, нужно хорошо отдохнуть. – Кост встал и направился к выходу. – Увидимся утром.

Он ушел, не сказав больше ни слова. Гейдж никак не отреагировал на это и, сонно пожелав нам всем спокойной ночи, удалился. Каори, Рейвен, Калем и Оз последовали за ним.

Нок покрепче прижал меня к себе, и я не чувствовала ничего, кроме его любви. Уткнувшись носом в его шею, я вдохнула знакомый медовый аромат, чтобы окончательно успокоиться. Не знаю, получится ли у меня сегодня заснуть, но, по крайней мере, Нок будет рядом со мной. Мы придумаем план. Мы используем бестиарии моих родителей, чтобы попасть в Вильхейм и спасти не только маму и папу, но и всех остальных пленных заклинателей.

Двадцать девятая глава. ЛИНА

Перед тем как открывать дверь в царство тварей при помощи бестиариев моих родителей, нужно учесть несколько проблемных факторов. Во-первых, мы даже не знаем, возможно ли это. Во-вторых, если возможно, мне все равно придется искать прирученных зверей, а на это уйдут время и силы. В-третьих, мы даже не знаем, где находятся заклинатели. Язмин говорила, что именно Вильхейм стоит за похищениями, однако верить ей на слово – глупо. Мы видели ее вместе со стражами и Дерриеном, однако она могла отыскать заклинателей в другом месте. Хотя это казалось маловероятным, доказательств у нас не будет, пока мы не выберемся с другой стороны.

Четвертая проблема, которая встала перед нами и которой Нок придал особую важность: звук. Очевидно, что всякий раз, когда зверь покидает царство, скрип открывающейся двери невозможно заглушить.

– Если твоих родителей держат в плену в Вильхейме, то они наверняка находятся под стражей, и скрип тут же выдаст тебя, – сказал он в пятый раз и взъерошил себе волосы. – Я не хочу, чтобы ты попала в ловушку.

Разговор в очередной раз пошел по кругу. В моих покоях в итоге остались только Гейдж, Кост и Нок. Первоначально на завтрак собрались все члены Совета, чтобы обсудить наши планы, но затем, когда спор в очередной раз зашел в тупик, Каори, Рейвен, Калем и Оз ушли, чтобы встретиться с Айлой и проверить ход учений.

Нок решил встать пораньше и поговорить с Айлой на случай, если решение нашей личной проблемы займет больше времени, чем мы рассчитываем. Мы совсем недавно вступили в союз с Райном, поэтому Айла должна видеть нашу заинтересованность, и в частности заинтересованность Нока в нашем общем деле. Вряд ли короткий утренний визит убедит ее надолго.

– Ничего не поделать. – Гейдж вздохнул и откинулся в мягком кресле.

Мы расположились вокруг низкого кофейного столика, заставленного пустыми кружками и тарелками. Огонь в очаге практически погас. Никто не двинулся с места, чтобы подкинуть в камин дров.

– Мне это не по душе. – Нок уронил голову на руки.

Когда я взглянула на любимого, у меня защемило сердце. Мне не хотелось становиться причиной его тревог. Но в то же время я не могла отказаться от плана по спасению своих родителей.

– Тогда пойдем со мной, – настаивала я.

Я понимаю, что у Нока есть обязанности, что ему нужно находиться здесь и исполнять роль лидера. Айла должна видеть, что союз Лендрии и Райна – не ошибка. Тем не менее в глубине души я знала, что Нок будет сам не свой, если я пойду одна. Он будет отвлекаться. Возможно, даже будет вести себя безрассудно. Не самый подходящий образ, чтобы показать Райну.

Гейдж провел пальцами по своей подстриженной бороде.

– Не знаю, хорошая ли это идея. Не слышал никогда ни о чем подобном. Видимо, никто не был достаточно глупым, чтобы попытаться, – сказал он.

– Ты считаешь меня глупой? – Я нахмурилась. – Нок уже ходил со мной в царство тварей, и все было нормально.

– И он вернулся вместе с тобой в ту же точку, из которой уходил. – Гейдж подался вперед и поставил локти на колени. – В этом нет ничего необычного. Проблема в том, что моя теория – всего лишь теория. Мы не знаем, с чем имеем дело. Что, если ты сможешь пройти через дверь, потому что ты дочь владельца бестиария, а Нок останется в мире тварей? С ним может случиться все, что угодно.

После этих слов Кост замер.

– Мы не можем пойти на такой риск, – сказал он.

Нок напрягся и медленно поднял голову.

– Но я должен отпустить Лину одну?

– Ты глава Круора и законный король Лендрии. Ты будешь руководить грядущей войной. Если ты погибнешь или потеряешься в царстве тварей, то к чему это приведет? – сказал Кост, яростно сверкая глазами. – Мы потеряем альянс с Райном. Мы потеряем Круор. Мы потеряем все, потому что Варек добьется своего, как и Язмин. Она превратит весь мир в пепел, и никто не спасется. Вот что будет.

– Значит, ты считаешь, что ради всего этого стоит пожертвовать королевой Лендрии? – спросил Нок ледяным тоном.

– Нет. – Кост не дрогнул. – Я тоже не хочу, чтобы Лина подвергала себя опасности, но поскольку кроме нее никто больше пойти не может, у нас нет выбора.

Напряжение между Костом и Ноком достигло пика, и я придвинулась ближе к Ноку на диванчике. Накрыв его руки своими, я провела большим пальцем по его побелевшим костяшкам.

– Нок, он прав, – сказала я.

Он не ответил, лишь сердито посмотрел на меня. Кост вздохнул и снял очки, зажав их между указательным и большим пальцами.

– Лина должна идти. Однако, если она найдет своих родителей, и они действительно окажутся в замке Вильхейма или где-то рядом, то ей придется оставить их там на некоторое время.

– Что?

Мой голос повысился на октаву. Гнев, который испытывал Нок, передался мне. Кост прав: Ноку лучше остаться здесь. Но его последние слова переходят всякие границы.

– Я не оставлю их в тюрьме! – воскликнула я.

– Придется оставить. Временно. Я подумал о том, что сказал… Гейдж вчера вечером. – Кост надел очки; он не смотрел на заклинателя, но все равно запнулся, когда произнес его имя. – Если его догадки верны и твои родители в столице, то Язмин дала нам невероятное преимущество – тайный ход на вражескую территорию. Также я считаю, что тебе нужно взять кого-нибудь с собой. Так мы выясним, смогут ли тебя сопровождать в дальнейшем другие.

Кост впился в меня взглядом зеленых глаз, и по моему телу побежали мурашки. Он просил меня оставить родителей в лапах Вильхейма, чтобы у нас было преимущество в грядущей войне. Чтобы у нас был способ отправить хотя бы небольшой элитный отряд бойцов прямиком в замок.

Предложение Коста нельзя назвать безрассудным, и, судя по тому, как он умолял меня подумать над его идеей, он прекрасно понимал, что его задумка может сыграть нам на руку. Более того, она может определить ход грядущей войны. Однако ради этого мне придется оставить родителей на вражеской территории. Не знаю, смогу ли я решиться на такое.

Я посмотрела на Нока, и его гнев превратился в нечто похуже. Боль, агония, отчаяние – именно эти эмоции читались на его лице. Он не может пойти со мной. И он не может спорить с логикой Коста.

На мгновение мир поплыл у меня перед глазами, и мне стало трудно дышать.

– А если Язмин убьет их до того, как мы вернемся? – спросила я.

– Это риск. – Кост отвел взгляд. – На войне много рисков.

– Лина, – мягко окликнул меня Гейдж. – У нас мало времени.

Он не сказал ничего прямо, но и так было понятно, что он согласен с Костом. Сжав в кулаке ключ Океана, Гейдж опустил взгляд.

– Боюсь, тебе придется пойти на эту жертву. Мне жаль. – Кост понизил голос, и я ненавидела его за это ненужное сочувствие. – Твои родители или возможность изменить ход войны, чтобы спасти остальных?

– Но если мы спасем заклинателей, то они примут нашу сторону. Язмин не сможет убедить их примкнуть к ней, – попыталась возразить я, в отчаянии переводя взгляд с Гейджа на Коста и Нока. Все они избегали смотреть на меня.

– Мы не знаем, сколько людей держат в плену, – наконец сказал Кост. – Не говоря уже о том, в каком они состоянии.

– Но как же Язмин? – Я хваталась за любой аргумент, надеясь, что хотя бы одно из моих возражений сможет перевесить железную логику Коста. Я не могу бросить родителей. Я должна их спасти. Если мы спасем заклинателей, тогда у нее не останется причин будить Окнолога. Она ведь все затеяла ради этого, верно? Мы можем показать ей, что все заклинатели в безопасности. Мы можем вообще избежать войны.

Гейдж прерывисто вздохнул, прежде чем посмотреть на меня.

– Лина, ты ведь так не думаешь. Ты ведь знаешь, что она не остановится после всего, что сделала.

Да, знаю. Но я не хотела произносить это вслух и отдавать должное аргументу Гейджа. Однако, по-видимому, моего молчания было достаточно, и он покачал головой.

– У Язмин есть все необходимое, чтобы пробудить Окнолога. Пленные заклинатели, возможно, и были причиной, по которой она избрала путь отступницы, однако теперь ею движет жажда мести. В противном случае она бы уже вернулась домой вместе с заклинателями.

– Она хочет увидеть королевство в огне, Лина. – Нок переплел наши пальцы. – Нам нужно остановить ее до того, как это произойдет. Если мы сможем проникнуть в замок так, чтобы ни она, ни Варек не узнали об этом, то у нас будет шанс положить всему конец.

Мне захотелось взять логику Нока и выбросить ее в окно. Пускай она сгинет в водопаде. Обхватив себя руками, я уставилась в пол, стараясь справиться со слезами. Почему? Почему все сложилось именно так? Одна жизнь не должна быть важнее другой. Но если я выберу спасение родителей и остальных заклинателей, но при этом откажусь спасать людей, населяющих всю Лендрию, то я поступлюсь своими принципами. Жизни мамы, папы и заклинателей не ценнее жизней других людей. Видимо, принимать трудные решения – удел правителей.

– Это слишком сложно, – сказала я, и мой голос дрогнул.

Нок заключил меня в объятия и прижал мою голову к своей груди. Воротник его туники впитал мои слезы, и Нок нежно погладил меня по спине.

– Мне жаль, – прошептал он.

Я позволила себе не думать всего минуту. Всего на минуту я обняла Нока и притворилась, что могу быть просто Линой. Просто девушкой, для которой существовало всего несколько человек, о которых нужно беспокоиться. Я притворилась, что я не королева Лендрии и не глава Совета. Мне не нужно выбирать из двух зол меньшее.

Но как только эта минута истекла, я отстранилась от любимого и выпрямила спину. Я вытерла слезы и высоко подняла подбородок. Я не позволю Язмин победить. Я не позволю ей сломать меня. Я спасу родителей и свой народ, и я пойду на риск ради общего блага.

– Хорошо. Я найду какого-нибудь зверя моих родителей и попрошу его открыть нам дверь. И затем мы узнаем, где они и с чем мы имеем дело, – сказала я.

– Я иду с тобой. – Кост встал и расправил жилетку. – В отличие от Нока я – расходный материал. Я смогу защитить тебя ценой жизни, если понадобится. Лендрия не останется без королевы.

– Расходный материал, – прошептал Гейдж с возмущением. – Ты самый настоящий мерзавец, ты в курсе?

– Это мое решение, – резко ответил Кост. Он бросил на Нока быстрый взгляд. – Если ты, конечно, не против.

– Еще как против. – Он крепко сжал челюсти. – Мы отправим кого-нибудь другого.

– Это здравая мысль, – пробормотал Гейдж.

Кост едва удостоил его взглядом, прежде чем вернуть свое внимание к Ноку.

– И кого же? – спросил он.

– Мы найдем добровольца, – решительно заявил Нок.

– Я и есть доброволец, – сказал Кост. – Я владею информацией о Вильхейме. Благодаря Феликсу я также связан с царством тварей. Может быть, это поможет, а может, и нет, но я готов взять на себя ответственность за все риски.

Гейдж всплеснул руками и встал.

– Это просто смешно, – сказал он. – Круор без тебя не справится. Я… – Гейдж закусил губу и сжал кулаки. – Ты ведь заместитель главы гильдии. Твое присутствие здесь – это необходимость.

Кост не из тех, кто лезет за словом в карман.

– Как член Совета, который бегал от своих обязанностей несколько недель, ты не имеешь права говорить мне подобное. Мы с Линой вернемся быстрее.

– Но ты можешь умереть! – рявкнул Гейдж.

– И что? Тебя это не волновало. – Кост повернулся к нему, и гнев, наконец, прорвался сквозь стены самообладания. – У нас не было возможности узнать, что с тобой все в порядке. Это ничем не отличается. – В комнате повисло напряженное молчание. Я встала с диванчика и взяла Коста и Гейджа за руки.

– Пожалуйста, успокойтесь. Оба.

Уставившись на Гейджа, Нок встал и тяжело вздохнул.

– Мне тоже не нравится эта затея. – Он сжал зубы и сглотнул. – Я не знаю, что буду делать, если потеряю кого-то из вас. А если я потеряю обоих…

Кост, наконец, немного расслабился и посмотрел на Нока.

– Я бы не стал предлагать нечто настолько рискованное, если бы не считал, что это абсолютно необходимо. Мы будем осторожны. Мы вернемся.

Нок уронил голову на руки. Затем он провел ладонями вниз по лицу.

– Когда-то я просил тебя сделать невозможный выбор. Можно было бы догадаться, что однажды ты попросишь меня о том же, – сказал он.

– Ну, раз мы все обсудили и решили, то я ухожу. – Гейдж практически пнул свое кресло и направился к двери. – Каори попросила меня встретиться с ней, когда мы закончим.

– Пообещай, что больше не исчезнешь? – попросила я.

Неустойчивые эмоции Гейджа беспокоили меня, и его вспышка гнева меня очень сильно взволновала. Он ведь ушел тогда как раз после спора с Костом.

Я не могу взять с собой Коста и рисковать потерять его. Потому что я потеряю не только его, я также потеряю Гейджа. И Гейдж нам нужен. Не только Косту, всем нам. Он стал частью нашей семьи, и я уже потеряла его однажды из-за нападения Язмин. Я потеряла Гейджа дважды, если считать еще и его внезапное исчезновение. Я не хочу потерять его снова. Не могу.

– Кажется, все забывают, что я в итоге вернулся.

Его серо-голубые глаза устремились на Коста, и на мгновение их взгляды встретились, и после этого Кост отвел взгляд.

Гейдж смотрел на него, казалось, целую вечность, но затем перевел взгляд на меня.

– Никуда я не денусь. Буду ждать, когда вы вернетесь.

С этими словами он вылетел через двойные двери моей комнаты. Кост стоял прямо, словно на построении, и почти не отреагировал на уход Гейджа, лишь раздраженно фыркнул и поджал губы.

Нок медленно встал, и вся тяжесть мира будто бы опустилась ему на плечи. Он притянул меня к себе и крепко обнял, а затем поцеловал меня. Я отчаянно желала, чтобы этот поцелуй не заканчивался. Я понятия не имею, во что ввязалась. Увижу ли я Нока снова? И, без сомнения, он чувствовал то же самое, потому что его руки сжимали меня до боли крепко. Медленно, как будто ему было невыносимо прощаться, Нок отстранился.

– Пожалуйста, будьте осторожны, – сказал он.

– Будем. Обещаю, – ответила я.

Обняв меня одной, другой Нок притянул к себе Коста.

– Вы вернетесь целыми и невредимыми. Это приказ. Ясно? – сказал он.

Эмоции наполнили глаза Коста, и он кивнул, уткнувшись лбом в плечо Нока.

– Так точно, – сказал он.

Нок отпустил нас, я протянула руку Косту. В моей груди боролись волнение и отчаяние. Я скоро увижу родителей. Своих родителей. Но мне придется оставить их там. Мы не знаем, выживет ли Кост. Мы не знаем, что ждет меня там. Западня? Полная стражников тюрьма? Мы почти ничего не знаем, но мне все равно не терпелось отправиться в путь.

– Идем? – спросила я.

– Сейчас или никогда.

Кост взял меня за руку, и я активировала свою силу. Дерево на тыльной стороне ладони расцвело, ветви и лозы потянулись вверх по руке к шее и вискам. Когда я рывком открыла дверь в царство тварей, последнее, что я увидела, был льдисто-синий взгляд Нока, полный отчаяния.

Тридцатая глава. НОК

Время текло медленно, пока я делал обход, навещая членов гильдии и общаясь с солдатами Райна. Айла и ее люди впечатляли. Они присоединились к учениям под командованием Оза и без особого труда справлялись с его заданиями. Рейвен занималась обучением заклинателей, давая им более простые инструкции, так как многие из них никогда раньше не держали в руках клинка. Когда настанет время идти в бой, они все равно будут полагаться на зверей, но лучше быть готовыми ко всему. Особенно если придется отозвать раненого зверя и вернуть его в царство тварей для исцеления. Меня радовали успехи в тренировках, однако этого недостаточно, чтобы отвлечь меня от мыслей о Лине и Косте.

Оставив тренировочные поля, я отправился во внутренний двор дворца и сел на каменную скамейку у богато украшенного фонтана. Алебастровая дева льет сверкающую воду из вазы в неглубокую чашу. Вокруг фонтана растут кусты и цветы, которые сейчас находятся в состоянии покоя, за исключением одной веточки, на которой набухли почки. Весна близко, и следовательно, годовщина смерти Селесты тоже. Нам нужно будет идти на войну, как только вернутся Лина и Кост.

По мраморной дорожке, ведущей к моей скамейке, застучали шаги. Я поднял взгляд и увидел Гейджа. Рядом с ним шел Океан – легендарная водяная кошка. Его хвост с плавниками двигался из стороны в сторону, как метла. Перерождение Гейджа лишь поначалу напугало зверя. Теперь Океан вел себя так же, как и всегда. Он игриво ткнулся головой в бедро Гейджа и завыл, и Гейдж почесал его за ухом.

– Он выглядит довольным, – сказал я, кивком указав на зверя.

– Это да. – Гейдж с любовью погладил Океана, и зверь прыгнул в фонтан, где начал плескаться в воде. – Он отвлекает меня от нехороших мыслей.

– Понятно, – сказал я, выбивая нервный ритм пальцами по бедру.

Гейдж потер подбородок и опустился на скамейку рядом со мной.

– Прошу прощения за несдержанность. Для меня подобное несвойственно, – сказал он.

– Это нормально. Ты недавно переродился.

– Неважно. Просто сама мысль о том, что они в Вильхейме или в ловушке царства тварей… – сказал Гейдж, и его голос стал хриплым от невысказанных эмоций. – Мне все это не нравится.

– Мне тоже, но мы приняли правильное решение, – сказал я.

Или, может быть, нет. С аргументами Коста и Лины нельзя было поспорить, и если бы кто-то другой предложил подобный план, я бы согласился без колебаний. Но… Меня терзали сомнения. Я уставился на фонтан, стараясь совладать с бурей эмоций. Я не хочу потерять Лину или Коста. И если я потеряю обоих… Тень вспыхнула в моей ладони, и я позволил ей просочиться между пальцами.

Нет, это не вариант. Я не могу потерять Лину и Коста.

Гейдж внимательно наблюдал за мной.

– Они скоро вернутся, – сказал он.

Не знаю, кого он пытался обмануть, меня или себя, но его словам явно не хватало уверенности.

Встав, я безмолвно приказал тени рассеяться и повернулся лицом к лагерю Круора.

– Нужно сказать всем, чтобы начали паковать вещи.

Мы не уйдем никуда без Лины и Коста, но мне нужно чем-то себя занять. Мне нужно отвлечься от ужасов, которые рисует мое воображение. И маленькая, иррациональная часть меня настаивала на том, что подготовка к войне каким-то образом поможет Косту и Лине.

– Да, хорошо… – Гейдж покосился на Китский лес, будто пытался что-то найти. – Слушай, пока мы не ушли, мне нужно тебе кое-что рассказать…

Перед нами взвились тени, и из них выскользнула Эмелия с округлившимися глазами и улыбкой на губах. Она едва не подпрыгивала на месте от нетерпения.

– План Коста сработал!

– Что? – спросил я.

Сердце бешено билось в груди. Они ведь только что ушли. Как такое возможно? Неужели все закончилось так быстро? Я надеялся, что Лина и Кост вернутся как можно скорее, но… Почему Кост доложил обо всем сначала Эмелии, а не мне?

– А, точно. Возможно, не успел тебе ничего сказать, учитывая все то безумие, что творится вокруг. – Она покосилась на Гейджа. – До того как Кост отправился в Райн, он заходил в «Полуночного шутника» и заплатил путникам, которые направлялись в Вильхейм, чтобы те распространяли слухи о твоем возвращении. По-видимому, все получилось. Не так быстро, как ему хотелось бы, но отряд солдат под командованием стража прибыл в «Полуночного шутника» сегодня утром. Они здесь, чтобы лично убедиться, что принц Александр жив. И если это так, то они примкнут к нам.

Я с удивлением уставился на Эмелию. Да, очень похоже на план Коста. Он придумал, как посеять смуту, не рискуя жизнями. Я думал о том, чтобы предстать перед жителями Вильхейма, но это было бы опасно. Распространение слухов – не так эффективно, как мое личное присутствие, однако даже этого оказалось достаточно, чтобы к моей армии примкнул отряд королевских солдат. При условии, что я жив. Быстрая прогулка тенью к «Шутнику» решит эту проблему.

– Откуда ты знаешь, что страж именно там?

– Мы с Иовом просто исполняем приказ. Каждые два часа мы ходим туда тенью на разведку. – Эмелия скрестила руки перед собой и перекатилась с мысков на пятки. – Я могу отправиться туда сейчас, если нужно. Дам им знать, что ты здесь.

– Нет. Я сам пойду. Найди Оза и Калема. Скажи им, чтобы сворачивали лагерь и готовили войска к отходу. – Я окинул взглядом палатки, прикидывая, сколько времени потребуется, чтобы все это собрать.

– Хорошо. – Эмелия кивнула и направилась к палаткам.

Прикоснувшись к ключу на шее, Гейдж отправил Океана обратно в царство тварей.

– Если ты не против, я пойду с тобой. У меня в той стороне кое-какие дела.

– Дела? – Я нахмурился.

У Гейджа много различных контактов. Например, он водит дружбу с магом… Но мне бы не хотелось, чтобы его так называемые «дела» мешали нашей подготовке к войне.

– Я все объясню тебе после встречи со стражем, – сказал он, вставая. – Кроме того, что плохого в том, если ты пойдешь вместе с союзником? Мне кажется, это добавит тебе солидности.

У меня не было времени спорить. Кажется, Гейдж искал всяческие способы отвлечься от мрачных мыслей. В этом я его прекрасно понимал, потому что тоже старался не думать о Лине и Косте и заняться делом. Сдержанно кивнув, я согласился и, развернувшись на каблуках, зашагал в сторону дворца. Гейдж без труда нагнал меня, шагая сквозь тени.

Он все еще не контролировал их. Не совсем.

– Хождение тенью – это то, чему учатся более опытные члены гильдии. Это нелегко, – сказал я.

Гейдж нахмурился.

– Мне кажется, я уже ходил тенью. Случайно. Я жутко перепугался, когда вдруг завис в воздухе над своим телом и не знал, как вернуться назад. Было бы здорово, если бы ты был рядом во время следующей прогулки по теням, чтобы я мог понаблюдать за тобой и поучиться.

Он ходил тенью случайно? Я покосился на Гейджа. Подобное случалось раньше, но… Его способности развиваются на удивление стремительно. Если Гейдж в ближайшее время не научится контролировать тени… Я проследил за блуждающими завитками, которые обвились вокруг его руки. Тени могут поглотить Гейджа. Он навсегда затеряется в мире теней и не сможет вернуться к своей семье и друзьям.

Лишь один раз я видел перерожденного, который оказался на грани полного исчезновения. Талмейджу пришлось перерезать бедолаге глотку. Это было в каком-то смысле актом милосердия.

Как глава гильдии, я не пытался давить на Гейджа. Пока еще не время. Я хочу дать ему время привыкнуть к новой жизни. К тому же я не уверен, станет ли он меня слушать. Тем не менее, когда война закончится, я заставлю его тренироваться. Я не позволю тьме поглотить его.

На данный момент я могу дать ему всего лишь пару советов по передвижению тенью.

– Хорошо. Но у нас нет времени на долгие объяснения. Если у тебя не получится после одной-двух попыток, я пойду один.

– Я быстро учусь, – сказал Гейдж.

Мы прошли в комнаты, в которых жили с Линой. В гостиной чисто. Слуги убрали пустые кружки и тарелки с кофейного столика. Указав на мягкий диванчик, я подождал, пока Гейдж ляжет.

– Я проведу тебя, чтобы ты мог спроецировать свой образ. Если получится, то тебе придется немного подождать, пока я сделаю то же самое. Затем мы вместе отправимся в «Полуночного шутника», – сказал я.

– Ладно. – Гейдж поправил подушку под головой и сложил руки на животе. – Я готов.

– Закрой глаза. – Я внимательно смотрел за тем, как он опустил веки и глубоко вздохнул. – Напряги мышцы во всем теле, а затем полностью расслабься. Сосредоточься на медленных, глубоких вдохах.

Его тело напряглось, затем расслабилось. Его грудь размеренно опускалась и поднималась, но затем дыхание Гейджа стало едва заметным.

Время шло. Я позволил Гейджу насладиться отдыхом, в котором он отчаянно нуждался. Однако если я не помешаю ему в ближайшее время, то он, скорее всего, просто уснет.

Понизив голос, чтобы не потревожить Гейджа, я продолжил:

– Подумай о своей правой руке. Представь, как она выглядит. Представь, как ты ей управляешь. Подумай о том, как сгибаются и разгибаются пальцы, но не двигай ими физически. Позволь разуму делать всю работу.

Гейдж не двигался, однако на полу под его телом образовалась лужица теней. Они тянулись к его рукам, моля, чтобы он ответил на их зов.

– Почувствуй тени. Прими их, а затем позволь своему разуму покинуть тело. Не бойся.

В первый раз, когда я отделился от тела, мне было страшно. Никогда прежде я ничего подобного не испытывал. Я как будто бы полностью потерял контроль над тенями, и они завладели мной.

Над Гейджем засвистели тени, и вот передо мной стоит его проекция. Я скрыл свое удивление – и беспокойство – за безэмоциональной маской. Гейдж схватывает все на лету. Да, он сказал, что уже ходил тенью случайно, но сейчас он намеренно создал теневую проекцию с первой попытки… Гейдж моргнул, затем перевел взгляд на свое бесчувственное тело. Улыбка тронула его губы.

– Потрясающе.

Его теневое тело дрогнуло, и я кивнул.

– Не двигайся. Подожди меня, – сказал я.

Я направился к кровати, лег на нее и закрыл глаза. Повторяя в уме те же инструкции, которые я давал Гейджу, я принял холод теней в свое сознание. Мгновение спустя я вытолкнул себя из физического тела и сам превратился в тень.

– Теперь о путешествиях. – Я покрутил шеей из стороны в сторону скорее по привычке, чем по необходимости. Эта форма не чувствует ничего, кроме холода теней. – Представь «Полуночного шутника». Сосредоточься на конкретных деталях экстерьера и мысленно отправься в это место. У меня нет возможности держать тебя за руку и тащить за собой. Ты должен сделать это сам.

В его взгляде промелькнула неуверенность.

– А что, если я потеряюсь?

– Не теряйся. – Я сжал губы в тонкую линию. – Так или иначе, ты вернешься в свое тело, но я не буду знать, куда ты исчез, поэтому не смогу тебе помочь.

– Ладно. Была не была. – Гейдж снова закрыл глаза, и между нами пронесся порыв ветра.

Проекция Гейджа исчезла. Стиснув зубы, я отправился за ним. Представил, как прохожу сквозь стены дворца, перемещаюсь над полями Хайрита и углубляюсь в чащу Китского леса. Наконец, я оказался на пороге трактира под названием «Полуночный шутник», где обычно проворачиваются темные делишки. Трактир совершенно не изменился. Ставни на окнах плотно закрыты на зиму. Массивная дверь с железкой. Несколько увядших кустов вдоль мощеной дорожки. Гул голосов, среди которых я различил сдержанный и властный тон. Скорее всего, это страж, о котором говорила Эмелия.

Я сделал несколько шагов в сторону здания и замер. Неподалеку сновали человек пятьдесят солдат. Некоторые грелись у костра, кто-то носил вещи. Они еще не разбили лагерь. Вероятно, ждали приказа свыше. Приказа, который поступит только тогда, когда их командир убедится, что я жив.

Я рассмотрел лица солдат с безопасного расстояния, пытаясь найти кого-нибудь знакомого. Однако с тех пор, как я командовал армией Лендрии, минуло слишком много времени. Вероятно, многие из этих людей – сыновья и дочери моих бывших подчиненных. Кто знает…

Шорох теней возвестил меня о прибытии Гейджа, и толика беспокойства, которое разъедало меня изнутри, исчезла. У него все получилось.

– Обнадеживает, – сказал он, глядя на солдат.

– Согласен. Страж в таверне. Давай начнем с этого.

Отвернувшись от отряда солдат, я направился к «Полуночному шутнику» и просочился через дверь. Смысла в том, чтобы пытаться ее открыть, не было. Никто из нас не смог бы схватиться за ручку. Гейдж последовал моему примеру, и мы оказались внутри. Несколько посетителей были шокированы нашим появлением, но завсегдатаев не удивляли тени Круора.

Почти все круглые шаткие столики были заняты. Некоторым наиболее удачливым солдатам удалось снискать милость командира и просочиться в таверну.

– Полагаю, именно тебя я должен благодарить за то, что мои дела так стремительно пошли в гору.

Грубый голос перекрыл шум разговоров, и я повернул голову к барной стойке. Трактирщик Дез оперся локтями о стойку, зажав в кулаке влажную тряпку. Его приветствие прозвучало беззлобно, однако Дез заметно напрягся.

– Возможно, – сказал я, и мой холодный ответ вызвал волну шепота за ближайшими столиками. – Но не то чтобы я жду от тебя благодарности.

Дез повернул голову в сторону Гейджа и нахмурился.

– В последний раз, когда я тебя видел, ты был живым, – сказал он.

– Все меняется. – Гейдж с притворным безразличием пожал плечами.

– Для Лины тоже все изменилось? – спросил Дез.

Вопрос прозвучал слишком резко. Слишком требовательно. Я боролся с желанием нагрубить Дезу. Лина бы вряд ли это одобрила.

– Она жива, но мы здесь не поэтому. – Я кивнул в сторону столов. – Я ищу стража, который командует этими солдатами.

– Что, не узнаешь меня без доспехов? – протянула женщина, сидящая за барной стойкой.

Она повернулась ко мне лицом. В ее карих глазах плескалась знакомая смесь разочарования и нежности, как у родителя, который все равно любит своего непослушного ребенка. Она провела широкой ладонью по коротко стриженным светлым волосам. У меня перехватило дыхание. Маделайна! В уголках ее глаз залегли морщинки, однако я бы узнал этот взгляд где угодно.

Маделайна была одной из трех стражей, приставленных ко мне во время войны с Райном много лет назад. Более того, она была неотъемлемой частью моей жизни. Ее назойливое присутствие меня постоянно возмущало. Моя мать на поле боя и постоянный источник упреков. Она старела изящно и медленно, благодаря магии, которую кровь Мэвис даровала всем жителям Вилхейма. Я не думал, что увижу ее снова, и сейчас я был необычайно рад нашей встрече.

– Маделайна! – Я сократил расстояние между нами; Гейдж следовал за мной по пятам. – Ты жива.

– А что, должна была умереть? – Она приподняла бровь.

– Нет, просто прошли годы и…

– Смерть придет за мной, когда я буду готова встретиться с ней. – Она допила остатки эля и пододвинула пустую кружку к Дезу; трактирщик тут же отошел, чтобы налить ей еще. – Хотя я и думала, что твой отец прикончит меня, когда я вернулась с новостями о твоей безвременной кончине.

Я вздрогнул.

– Прости, – сказал я.

Она прищурилась, рассматривая меня.

– Ты хоть представляешь, как долго я тебя искала? Я провела годы, проклиная себя за то, что не пошла за тобой в ту ночь. – Она продолжала смотреть на меня и, взяв полную кружку эля из рук Деза, сделала глоток. – Я поклялась, что если когда-нибудь появится хотя бы слух о том, что ты выжил, я непременно узнаю правду. Твоя защита была моим долгом, и я потерпела неудачу.

– Это неправда. – Тени вокруг моей фигуры заколебались вместе с порывом ветра, который налетел из открытой двери трактира. – В том, что произошло, виноват лишь я, и никто больше. К тому же я действительно умер.

– Это я вижу. – Она изучила мою внешность, и суровость в ее взгляде исчезла. – Никогда не думала, что увижу тебя снова. Но вот однажды вечером я выпиваю с подчиненными в таверне, и туда заходит путник, который начинает говорить о тебе. Сказал, что ты могущественный перерожденный, которого благословили боги. И не только это. Он сказал, что тебе удалось сделать то, чего не удавалось никому из лидеров Вильхейма, – ты объединился с заклинателями. Сначала я не обращала внимания на его болтовню. Мало ли кто что выдумывает. – Маделайна допила эль и, поставив кружку на стойку, наклонилась ко мне. – Но потом я вспомнила всеобщую тревогу в Вильхейме. Темноволосый, черноглазый наемник Круора каким-то образом проскользнул через наши ворота. Мне показалось странным, как отреагировал Варек. Слишком много шума из-за одного незваного гостя.

Я вспомнил тот роковой день, когда я привел Лину, Озиаса и Коста в Вильхейм. Мы держали путь к руинам Юны, надеясь приручить зверя, который должен был снять клятву Круора. Однако все это было лишь очередным обманом Язмин.

– Это был я. Я изменил внешность, чтобы меня не изгнали, потому что я не собирался возвращать себе трон.

Маделайна кивнула.

– С тех пор король объявил повышенную готовность. Он набирает рекрутов, укрепляет оборону… Он готовится к войне, – сказала она. – А раз так, то мне нужно сделать выбор, на чьей стороне я буду сражаться.

– И на чьей же? – едва слышно спросил я.

Боковым зрением я увидел, как Гейдж напрягся. Я не подумал о том, что страж может прийти сюда по приказу Варека, чтобы узнать о моем местонахождении. Маделайна не сможет навредить нам в этой форме, и мы не сможем навредить ей, но она может отступить вместе со своим отрядом, и мы не в силах будем ей помешать.

– Ну… – Маделайна долго смотрела на меня. – Я не намерена нарушать присягу, поэтому буду защищать принца… Точнее, короля Вильхейма.

На меня накатила волна облегчения, и на моих губах появилась улыбка.

– Приятно это слышать, – сказал я.

– Так ты король? – спросил Дез, положив ладони на барную стойку. Он едва ли сдвинулся с места с момента моего появления.

Несмотря на информацию о моем новом статусе, Дез по-прежнему хмуро смотрел на меня. Стоит отдать ему должное, этот парень не из робких.

Гейдж тихо хохотнул.

– Удивительный поворот событий, правда? – спросил он.

– Это не меняет моего отношения к нему. Я хозяин трактира, а он мой посетитель. – Он покачал головой, затем вздохнул. – Кстати говоря, стоит ли мне ждать, что у меня под окнами разобьет лагерь целый гарнизон? Солдаты распугают мне всех постояльцев.

Встав со стула, Маделайна выудила из кармана пальто горсть битов и бросила их на стойку.

– Маловероятно. Многие в армии не верят слухам и не хотят проводить расследование, дабы не попасть под трибунал за дезертирство, – сказала она.

– Прискорбно, но ожидаемо. – Я схватился за затылок и кивнул в сторону двери. – Я мельком увидел твой отряд. Мои войска примерно в двух днях пути отсюда. Мы присоединимся к вам, как только сможем.

– Значит, грядет война? – Маделайна вскинула брови.

– Да. Я введу тебя в курс дела. Если коротко, то на нашей стороне несколько сотен солдат Райна, заклинатели и гильдия Круора.

Маделайна толкнула входную дверь, которая громко заскрипела старыми петлями. Страж и Гейдж вышли первыми, и я задержался, чтобы оглянуться на Деза.

Все хорошее в моей жизни началось именно здесь, даже если я об этом не подозревал в то время. Если бы не «Полуночный шутник» и Дез, то, возможно, наши с Линой пути никогда бы не пересеклись. Когда-то это место было для нее домом. И она сделает все возможное, чтобы его защитить.

– Дез, – окликнул его я.

– Да?

– Я позабочусь о том, чтобы солдаты не беспокоили тебя и твоих посетителей. – Я указал на столики и сунул руки в карманы брюк. – И когда все это закончится, «Полуночный шутник» будет работать, как и прежде.

Трактирщик разразился лающим смехом.

– Ты сейчас со мной разговариваешь, как король Лендрии или как глава Круора, который не раз проворачивал здесь темные делишки?

Я не смог сдержать улыбки. Две огромные части моей жизни противоречили друг другу, и все же в глубине души я знал, что всегда буду закрывать глаза на все происходящее в этом трактире. Естественно, если местная публика вконец не обнаглеет. Я буду делать это ради себя и ради Лины.

– Это неважно, мне кажется, – ответил я. – Спасибо, Дез. За все.

Он фыркнул и отвел взгляд, внезапно заинтересовавшись стропилами.

– Тебе не за что меня благодарить. Я просто содержу трактир. Вот и все.

– Да, понимаю… – Я кивнул ему. – Мы вернемся.

– Ага, ага. – Он легкомысленно махнул рукой и повернулся ко мне спиной.

Я просочился через дверь и поспешил к Гейджу и Маделайне. Страж с любопытством разглядывала одну из непослушных теней Гейджа, пока он подробно рассказывал о природе наших проекций.

– Наши физические тела остались в Хайрите. Когда мы вернемся с войсками, то мы уже будем во плоти.

– Понятно. – Она ткнула пальцем в тень. – Ты чувствуешь это?

– Нет, но это отвлекает. – Он сделал шаг назад, а затем поймал мой взгляд. – О, Нок. Идем?

– Идем, – сказал я.

Маделайна расправила плечи и стала абсолютно серьезной. Стойкая и сдержанная, она превратилась в стража. Целеустремленными, широкими шагами она направилась к своему отряду. Солдаты выпрямились по стойке смирно, когда она прошла мимо.

Когда мы с Гейджем дошли до ближайшего костра, Маделайна уже выкрикивала приказы. Солдаты бросились врассыпную, чтобы начать ставить палатки.

– У меня примерно пятьдесят бойцов, но каждый из них стоит пятерых на поле боя. Это я могу гарантировать. – Она скрестила руки на груди, наблюдая, как солдаты ставят палатки.

– Мы ценим твою поддержку, независимо от того…

Пронзительный вой донесся из чащи Китского леса, и несколько бойцов Маделайны вздрогнули. Я бросил взгляд на верхушки деревьев. Круор расположен посреди проклятого леса, и за долгие годы я привык к крикам монстров. Однако этот раздался слишком близко, напоминая мне о том случае, когда Язмин направила чудовище в нашу сторону, что привело к смерти Гейджа. Я не могу позволить, чтобы мы потеряли людей еще до начала войны.

– Здесь часто воют монстры, это нормально? Мы просто не ожидали ничего подобного, поэтому мои люди постоянно на взводе. – Маделайна поджала губы, вглядываясь в чащу.

– Вам нечего бояться, – сказал Гейдж на удивление спокойным голосом. – Они не причинят никому вреда.

Я ожидал, что он уж точно будет встревожен из-за местных монстров.

– Как ты можешь быть в этом уверен? – спросил я, с недоверием глядя на него.

Он потянул за воротник туники, словно он доставлял ему дискомфорт. Только вот в теневой форме мы ничего не чувствовали.

– Потому что я скажу им, чтобы никого не трогали, – сказал Гейдж.

Маделайна в недоумении моргнула.

– Перерожденные еще и монстрами могут управлять? – спросила она.

– Нет, не могут, – ответил я. – Гейдж, не хочешь объяснить?

– Я лучше тебе все покажу на обратном пути в Хайрит, – сказал он.

Маделайна потерла подбородок, переводя взгляд с меня на него.

– Что ж, я не буду вас задерживать. У меня достаточно доказательств твоего существования, Нок, чтобы выступить против Варека. Мы будем ждать вашего возвращения.

Я повернулся к Маделайне, временно оставив все вопросы к Гейджу.

– Спасибо. Твоя поддержка значит гораздо больше, чем ты можешь себе представить. Мы скоро вернемся, обещаю.

– До встречи.

Маделайна подняла ближайший ящик с провизией и направилась к солдатам. Я перевел взгляд обратно на Гейджа. Он покрутил ключ на шее, покосился на меня и зашагал к темному лесу.

– Следуй за мной.

И я последовал за ним. Мы заскользили сквозь деревья, направляясь в сторону леденящих кровь криков, которых обычно избегали любой ценой.

Тридцать первая глава. ЛИНА

Я не знаю, как долго мы находились в царстве тварей, но моя магия начала слабеть. По линии роста волос выступил пот. Кост покорно молчал, пока я сидела на земле со скрещенными ногами, держа в раскрытых ладонях бестиарии своих родителей. Встретить здесь не своих зверей можно крайне редко, но я все равно сосредоточила внимание на источнике своей силы, надеясь, что моя магия и бестиарии родителей привлекут нужного зверя.

Мои любимцы откликнулись на зов почти сразу. Они покинули дома и устремились на поляну, где сидела я. Лес вокруг наполнился криками птиц и зверей, вокруг стволов вились змеи. На мой зов откликнулись даже те, кто предпочитал горы или далекие пустыни.

Время шло, и с каждой последующей минутой меня все больше одолевали сомнения. Что, если у меня не получится приманить зверя родителей? Скитания по бескрайнему миру тварей не помогут точно. Больше шансов, что зверь откликнется на зов. Тварям моих родителей будет легче выследить меня, чем мне их. Я даже попросила своих зверей пустить молву по миру тварей. Винн преподал мне один полезный урок. Он научил меня тому, что звери разговаривают между собой. Никто не знает царство тварей лучше самих обитателей. Некоторые из моих питомцев исчезли после того, как я прошептала им на ухо свою просьбу, но никто из них не вернулся. Ничего не происходило.

Запрокинув голову, я уставилась на пушистые облака, плывущие по голубому небу. Оникс, Доминус и Рейна разлеглись неподалеку от меня, подставив животы солнцу. Прохладный ветерок шевелил высокую траву. Рейна чихнула. Кошки совершенно спокойны. Их присутствие успокаивало меня, но никак не помогало бороться с истощением.

– Твоя метка блекнет, – тихо сказал Кост. Он впервые что-то сказал с тех пор, как я поделилась своим планом и опустилась на землю.

Кост сидел в тени ивы вместе с Феликсом. Его зверь, казалось, был совершенно равнодушен ко всему происходящему и, последовав примеру легендарных кошек, тоже задремал.

Я раздраженно выдохнула.

– Знаю, – сказала я.

Пуф, мой Грубер, пододвинулся ближе. Его мягкий розовый мех успокаивал меня, но я старалась не чесать зверя за ушами. Последнее, чего мне сейчас нужно, – это случайно наполнить воздух валерианой и лавандой и в конечном счете уснуть в царстве тварей.

Кост смахнул ворсинку со своей черной жилетки.

– Могу ли я как-нибудь тебе помочь? – спросил он.

– Нет. Разве что Феликс поделится с тобой какой-нибудь информацией о будущем.

– Это вряд ли. – Он уставился на прозрачный аметистовый шар на макушке Пои.

Когда назревало видение, в сфере начинал клубиться дым, и Кост видел будущее на две минуты вперед. Однако Феликс заснул, и его сфера между ушами продолжала оставаться прозрачной. Он не умеет предсказывать будущее во сне.

– Боюсь, что даже если мы найдем зверей моих родителей, то у меня не хватит сил, чтобы вернуть нас домой. – Я вытянула руку и посмотрела на узор из лоз и листьев, которые росли из моего дерева и светились сквозь белую ткань рукавов. Я выбрала удобную рубашку и облегающие бриджи на случай, если мы попадем в беду и нам придется спасаться бегством из Вильхейма. Но теперь я даже не думаю, что мы вообще попадем туда.

– Сколько еще ты сможешь продержаться? – спросил Кост.

– Не могу сказать наверняка… Может быть, час? – Я сжала бестиарии родителей в руках.

Не думаю, что мне потребуется много сил, чтобы последовать за зверем моих родителей в наш мир, однако затем мне потребуется призвать Телесавру, чтобы мы могли быстро и безопасно вернуться в Хайрит.

– Понятно. – Кост нахмурился.

Он протянул руку и погладил Феликса. Мрачное выражение лица Коста тревожило меня больше, чем мне хотелось. Мы действовали слишком быстро, когда Язмин, сама того не желая, подарила нам этот шанс. Но что, если это был вовсе не шанс? Что, если мы все плохо продумали и Кост застрянет в царстве тварей? Как только я проснулась сегодня утром, я уговаривала Нока отпустить меня на поиски родителей. Но, возможно, я поспешила с выводами и теперь трачу время и силы зря.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки. Нам нужно возвращаться. Мы вернемся в Хайрит, соберем больше информации и затем попробуем снова. Прекратив поток магии, я уже собиралась было встать, когда трава у моих ног зашевелилась.

Появилась Фейбл, моя Гисс. Ее зеленые волосы рассыпались по плечам, ниспадая на платье из листьев, и она откинула их за спину, после чего одарила широкой, озорной улыбкой, демонстрируя острые, как иглы, зубы.

– Фейбл, ты что-нибудь нашла? – Я говорила вслух, чтобы меня мог слышать Кост, потому что с Гисс мое общение всегда происходит на уровне мыслей.

Кост выпрямился и, подойдя ко мне, присел на корточки перед Фейбл. Она положила руки на бедра, и струйка дыма, которая была у нее вместо ног, качнулась в такт движению.

Посмотри туда. Фейбл указала себе за спину, и я уставилась на деревья, что росли на границе поляны. Сначала я ничего не увидела – лишь колышущиеся на слабом ветерке листья. Но затем появилось что-то мерцающее, похожее на облачко тумана, из которого затем вытянулась длинная рука, которая обрела форму и цвет. Худой и едва видимый зверь мне не принадлежал, однако он вышел из леса, и на моем лице расплылась улыбка.

– Это Айксасс.

Кто-то из моих родителей приручил такое же существо, как и я. Разжав пальцы, я провела большими пальцами по корешкам бестиариев и вздрогнула от внезапной искры тепла, вспыхнувшей во мне, когда я коснулась имени своего отца.

Я рассказала ему, что ты пытаешься сделать, и он последовал за мной сюда. Остальное зависит от тебя. Фейбл всплеснула руками, явно гордясь собой, что нашла зверя моего отца.

Сердце билось от радостного волнения, и я посмотрела на Гисс, после чего аккуратно ткнула ее пальцем в животик.

– Спасибо, Фейбл.

Она хихикнула в ответ, уворачиваясь от моего пальца.

Не попади в ловушку.

Пробираясь сквозь травинки, Гисс направилась к лесу. Мы с Костом выпрямились, и я шагнула навстречу Айксассу.

– Привет. Я Лина, дочь Верлина.

Зверь подошел ближе и, протянув руку, нежно убрал прядь волос от моей шеи, обнажая узоры на коже. В скором времени моя магия иссякнет, и они исчезнут. У нас мало времени, но этот зверь – мой единственный шанс найти родителей. Я вдохнула водянистый запах Айксасса и замерла на месте, боясь его спугнуть. Воспоминания об отце – такие далекие и туманные, что я бы вряд ли смогла убедить зверя в том, что я действительно дочь Верлина. Я также понятия не имела, когда мой отец приручил Айксасса. Видел ли зверь меня маленькой? Узнал ли он меня? Кто знает… Но когда Айксасс убрал руку, в воздухе раздался вздох, полный облегчения.

– Ты очень давно его видел, да? – спросила я.

Зверь кивнул.

– Можешь отвести нас к нему и силой вырваться из царства тварей? – Я снова призвала свою силу, озаряя все вокруг вишневым светом.

Мне хотелось, чтобы Айксасс моего отца доверился мне, почувствовал тепло и любовь и понял, что я никогда не причиню ему вреда.

Зверь потянулся вперед и дотронулся до бестиария моего отца.

– Он в беде. – Мой голос сорвался, и я зажмурилась, пытаясь справиться с комом в горле. – Я знаю, что так делать нельзя, но клянусь, я не пытаюсь тебя обмануть. Я действительно дочь Верлина, и я просто обязана найти его.

Звери никогда бы не подумали вырваться из царства тварей без зова заклинателя. Лишь прирученные звери так делали. Или те, кто сменил хозяина. Айксасс моего отца вряд ли покинет это место без призыва…

Склонив голову набок, зверь изучал меня. Каждая секунда казалась мне вечностью.

Пожалуйста. Пожалуйста, поверь мне.

Наконец Айксасс крепко сжал мои пальцы вокруг бестиариев родителей и издал тихий, успокаивающий стон. Мои глаза наполнились слезами.

– Спасибо, – сказала я, призывая свою силу и пряча кулоны в карман.

Подняв руку, он обернул свою похожую на щупальце кисть вокруг невидимой дверной ручки. Он с силой дернул дверь. Раздался громкий, пронзительный лязг, и я поежилась. Звук совсем не похож на тот, что раздается, когда я призываю своих зверей. Петли этой двери явно нужно хорошенько смазать.

Эта дверь долгие годы не использовалась. Внутри у меня все сжалось. Айксасс отца изо всех сил пытался открыть дверь. Он боролся за каждый сантиметр, и, наконец, мы увидели кусочек другого мира. Еще несколько рывков, и мы с Костом сможем пройти через дверь вместе со зверем.

Айксасс сделал последний рывок, и дверь со скрипом поддалась. Зверь отпустил дверную ручку и протянул мне руку, зовя за собой.

– Ты готов? – Я протянула руку Косту.

Он уставился на мою ладонь с опаской. Никто из нас не знал, что ждет нас впереди. Сможет ли Кост пройти за мной до конца, или же дверь его не выпустит? И если все-таки он останется здесь, то сможем ли мы потом найти его? Или Кост просто исчезнет? Однако он не тот человек, который уклоняется от трудных решений и рисков. Одернув рубашку, он приложил ладонь к сердцу.

– Лина… Скажи ему, что мне жаль.

Кост не смотрел на меня, но я слышала раскаяние в его словах. Он чувствовал себя виноватым перед Гейджем.

– Скажешь ему сам, – сказала я.

Наконец Кост взял мою руку и крепко сжал ее.

– Пошли, – сказал он и кивнул.

Образовав цепочку, мы последовали за зверем моего отца к столбу света… и шагнули прямо в него. Переход в царство тварей и обратно всегда происходит безболезненно. Он похож на теплое объятие.

Сейчас все было по-другому. Меня как будто ударили под дых, выбив весь воздух из легких. Кожа горела огнем, пока мы неслись сквозь поток света. Я изо всех сил вцепилась в руку Коста. Он сжал мою ладонь в ответ, и я видела, как сильно побелели костяшки его пальцев. Однако до глубины души меня потрясло выражение его лица.

Я никогда прежде не видела Коста в агонии. Но сейчас…

Его глаза закатились, все его тело сковало напряжением. Если он резко дернется, или мы внезапно остановимся, то его мышцы порвутся, а кости – раздробятся. Собрав все силы, что у меня остались, я сжала его руку. В ответ его пальцы ослабли на моем запястье.

Черт возьми. Внутри меня нарастала паника, и меня начало подташнивать. Мир вокруг нас не переставая вращался. Я с трудом повернула голову, чтобы посмотреть на зверя своего отца. К счастью, Айксасс не испытывал никакой боли. Он имеет полное право использовать этот портал в отличие от нас с Костом. Каждая секунда, которую мы проводили в пути, казалась мне вечностью. Дышать становилось все труднее.

Пальцы Коста окончательно ослабли в моей руке, и я впилась ногтями в его кожу. Кост потерял сознание, и мучительный вихрь, казалось, тащил его в противоположном от меня направлении.

Нет. Я стиснула зубы. Не позволю ему потеряться среди миров. Я ни за что не отпущу его.

Метка заклинателя вспыхнула вишневым светом, и внезапный прилив сил помог мне притянуть Коста ближе к себе. Моя магия боролась с беспощадным световым потоком, и дышать стало легче. Кост вздрогнул всем телом.

Мы почти у цели. Я окутала нас теплым светом. Почти.

Моя магия быстро иссякла, лозы и листья на предплечье исчезли. Но в этот же момент световой туннель закончился, и мы рухнули на утрамбованную землю. Нащупав влажную каменную стену какой-то пещеры, я попыталась прийти в себя. Перед глазами все плыло, колени дрожали. Наконец, мои глаза привыкли к тусклому бледно-зеленому свету, и ко мне вернулось зрение.

– Кост, – прохрипела я, бросаясь к нему.

Он неподвижно лежал на земле. Дрожащими руками я прислонила его спиной к стене, а затем схватила за рубашку и сильно встряхнула. – Кост!

– Лина… – Он открыл глаза.

– О, слава богам. – Я рухнула перед ним на колени, продолжая цепляться за его рубашку.

Поморщившись, он болезненно выдохнул.

– Это было… весьма неприятно, – сказал он.

– Мягко сказано. Я боялась, что потеряю тебя.

Наконец я отпустила рубашку Коста и сделала глубокий вдох. В нос ударил запах мульчи и земли.

– А где зверь твоего отца?

Айксасс присел рядом с нами, целый и совершенно невредимый. Я легонько похлопала Коста по руке.

– С ним все в порядке.

– Это хорошо. – Кост поправил очки и посмотрел через мое плечо. Все его тело напряглось.

– Что такое? Ты ранен?

– Нет, не ранен. Посмотри туда.

Я в тревоге обернулась и замерла. Вдоль стены пещеры тянулся ряд тел, накрытых белоснежными простынями. У меня перехватило дыхание. В ушах звенело.

Все тела лежали неподвижно. С потолка свисали корни деревьев, которые крепились к головам людей. Каждый корень пульсировал светом, освещая вены на лицах и шеях заклинателей. Зверь моего отца подошел к койке и душераздирающе простонал.

– Папа.

Я бросилась к отцу. Сначала я не могла заставить себя посмотреть ему в лицо. Что, если я его не узнаю? Или если узнаю? Меня терзало чувство вины. Все это время папа был жив, а я ничего не делала, чтобы найти его… Мое сердце разбивалось на тысячи осколков. К глазам подступили слезы, дыхание участилось. Если бы я знала… Проглотив комок в горле, я сдержала всхлип. Все это неважно. Единственное, что важно, – это найти способ спасти папу и маму. Обхватив пальцами безвольную руку отца, я заставила себя посмотреть на него.

Овальное лицо. Угольно-черные волосы. Густые ресницы. Легкая россыпь веснушек вокруг длинного прямого носа. Дрожащими пальцами я коснулась его щеки. Воспоминания, о существовании которых я даже не подозревала, нахлынули на меня. Вот он бежит за мной по мостам Хайрита, пытаясь в шутку напугать и одновременно призывая меня быть осторожной. Вот мы ночью тайком едим сладости на ступеньках у дома и смотрим на звезды. Вот он поет песенку, чтобы отвлечь меня от царапин и ссадин на коленках.

Горячая слеза скатилась по моей щеке. Я забыла так много всего. Я забыла все. Боль от потери родителей была настолько невыносимой, что я спрятала ее как можно дальше и держала под замком долгие годы, потому что я не знала, как с ней справиться. Я была совсем маленькой тогда. И по мере того, как шли годы и жизнь становилась все более сложной, воспоминания об отце стирались. Я судорожно сглотнула, изучая его лицо. По крайней мере, он спит спокойно.

Не отпуская его руку, я оглянулась через плечо и ахнула.

Мама. Даже во сне она продолжала оставаться невероятно красивой. Волосы цвета грецкого ореха. Гладкая кожа. У нас с ней одинаковые острые скулы и полные губы. У меня нет ни малейшего сомнения в том, что я дочь этой женщины. Пульс громко стучал у меня в ушах. Смотреть на маму было так же больно, как и на папу. Воспоминания о ней нахлынули на меня также стремительно. Я задрожала всем телом, и когда я взяла маму за руку, я уже плакала навзрыд.

– Лина, – мягко окликнул меня Кост.

Он встал по другую сторону от моей мамы, держа в руках несколько листов пергамента. Его глаза бегали по странице, пока он читал.

– На нее напала Ревмандра, и ее доставили сюда для лечения. Но… – Он нахмурился. Побледнел. А затем бросил пергамент на пол, как будто вместо бумаги взял в руки ядовитый плющ. – Их обманули. Предполагалось, что их отпустят, как только они получат медицинскую помощь, однако их ввели в кому, чтобы… ставить на них эксперименты. Приказ короля.

Я наклонилась и подняла пергамент. С каждым прочитанным словом внутри меня все сильнее закипал гнев. Заметки Варека о моих родителях, об этих замечательных, добрых людях были лишены всякой… человечности.

– Сосуды для магии, не более того. Продолжайте тестирование и… – Я едва могла заставить себя прочитать слова вслух. Сглотнув, я попробовала снова. – Необходимо избавиться от тел, как только магия будет извлечена из них.

Перед глазами все поплыло, и я уронила пергамент на пол. Кост выругался, что было ему несвойственно.

– Подобного я не ожидал, – сказал он.

– Мы должны вытащить их оттуда. – Я повернулась к стене пещеры, разглядывая корни, которые тянулись к головам заклинателей.

Кост вздрогнул.

– Да, но…

– Знаю, я сказала, что мы подождем, Кост. – Я подошла к венку из пульсирующих корешков, которые обрамляли лоб моей мамы. – Но я не могу бросить их. Не в таком состоянии. Их планируют убить.

– Лина…

Я не дала ему шанса отговорить меня. Быстрым движением я оторвала корни от головы мамы. Бледно-зеленый свет отступил, и маму начало трясти в конвульсиях. Ее дыхание стало прерывистым, затрудненным.

– Лина! Верни все на место. – Кост бросился к стене пещеры и потянулся к дереву, возвращая корни к голове моей мамы. Я застыла, мои руки замерли над ее лицом. Кост оттолкнул меня в сторону и снова прикрепил корни к голове мамы.

Ритмичный, сияющий свет вернулся, и судороги прекратились. Постепенно она снова вернулась в спокойный беспробудный сон.

– Что за черт? – прошептала я.

– Я не знаю. – Кост сжал зубы. – Но пока мы не придумаем, как разбудить их, мы должны оставить все, как есть.

Мои глаза наполнились слезами. Я не могу оставить все, как есть. Не могу. И все же мне придется. Что еще хуже – Язмин была права. Вильхейм действительно похищает заклинателей и проводит над ними эксперименты ради каких-то своих корыстных целей.

Неужели Язмин была права во всем? Может, ей действительно стоит пробудить Окнолога и сжечь весь мир? Комната поплыла у меня перед глазами. Я ведь должна стать королевой Лендрии. Королевой… всего этого ужаса.

Мне стало трудно дышать, и я сделала несколько шагов назад. Мне нужно выбраться отсюда. Я должна бежать, и сражаться, и… Гнев сменился паникой и затем странным спокойствием. Подобное странное чувство я никогда прежде не испытывала.

Я должна убить Варека. Я оглядела комнату и, увидев лестницу, тут же направилась к ней в поиске выхода. Кост и зверь моего отца побежали за мной.

– Куда ты идешь? – прошептал Кост, пытаясь схватить меня за руку.

Я отмахнулась от него и зашагала вверх по ступеням.

– Искать Варека.

– И что потом?

Из-за того, что лестница узкая, Косту пришлось идти позади. Я не сбавила шаг. Я бы бросилась бежать, если бы здесь было больше света. Все мое внимание сосредоточилось на том, чтобы как можно скорее подняться наверх и сбежать от оставшегося в пещере ужаса.

Мне плевать на последствия. Варек ответит за свои преступления. Весь Вильхейм ответит.

– Я убью его.

– Лина, ты только послушай себя. Ты говоришь, как Язмин, – сказал он. – Подумай о том, что ты делаешь. Я понимаю, ты расстроена, но от твоих необдуманных действий никому не станет лучше. Даже твоим родителям.

Я развернулась на месте, глядя на Коста сверху вниз.

– Я что, должна просто забыть об этой несправедливости? Забыть то, что я видела? – Я резко выдохнула и сжала кулаки. Язмин была права. Может быть, она была права во всем с самого начала.

– Нет, неправда. – Кост крепко сжал мои запястья. – У каждого из нас есть причины желать мести. Мы все что-то потеряли в этой войне. Если ты пойдешь туда сейчас без плана, мы лишим людей шанса на восстановление справедливости. Мы отнимем его у Нока, у Рейвен… у Гейджа.

Всепоглощающий гнев, который я чувствовала, погас. Гейдж. Эйлан. Бесчисленное множество тех, кто умер из-за всего этого. Из-за Язмин.

Мои плечи поникли. Как бы мне ни хотелось немедленно найти Варека и заставить его заплатить, Кост прав. Ну почему он всегда прав? Одним богам известно, как сильно мне хочется взбежать вверх по этой лестнице и прекратить эту войну немедленно. Особенно сейчас, когда нам посчастливилось оказаться в замке Вильхейма. Но очевидно, что я не закончу войну таким способом. Мы с Костом непременно столкнемся со стражами, Язмин и головорезами Дерриена. Нас всего двое, и мы явно проиграем этот неравный бой. Какой бы заманчивой ни была моя идея привлечь Варека к ответственности, она была также полным безумием.

Стиснув зубы, я прислонилась к стене пещеры.

– И что делать?

– Мы возвращаемся в Хайрит, чтобы все обсудить… – Он отпустил мои руки. – Нам нужен план.

Я кивнула.

– Мы вернемся, Лина. Я обещаю. – Кост открыл рот, как будто хотел добавить что-то еще, но откуда-то сверху послышались тяжелые шаги.

Нам на голову посыпались комочки земли. Мы затаили дыхание и посмотрели вверх.

Очевидно, что мы подобрались достаточно близко к выходу, но поскольку лестница шла вверх по спирали, то никакой двери мы не видели. До нас донеслись приглушенные голоса, но я ничего не смогла разобрать. В отличие от Коста. Его глаза округлились, и он одними губами произнес одно-единственное слово: Язмин.

Кост окутал нас коконом из теней. Грязно-коричневые стены и земляные тона сменились черными завитками. Айксасс моего отца остался за пределами мира теней, но он тоже замаскировался, став невидимым. В тенях Кост осмелился заговорить со мной.

– Она разговаривает со стражем, – прошептал он, поворачивая голову к потолку. – Он гонит ее прочь.

Я ничего не слышала, кроме бешеного стука собственного сердца. Время тянулось бесконечно, пока мы молча ждали. Дышать стало трудно, и я вцепилась в цепочку бестиария, чтобы немного успокоиться. Как я ни старалась, я не чувствовала ни капли тепла из царства тварей. Моя магия не поможет мне успокоить мои расшатанные нервы. Пока я нахожусь в мире теней, я не могу почувствовать связь со своими существами.

Наконец Кост отозвал тени.

– Она ушла, – сказал он.

Выглянув из-за поворота лестницы, я увидела стену, покрытую корнями деревьев.

– Давай посмотрим, куда ведет эта лестница, а потом отправимся домой, пока нас не обнаружили.

Кост нахмурился, обдумывая мое предложение. Когда я не услышала категоричного «нет», я добавила:

– Нам нужно иметь хоть какое-то представление о том, где мы находимся, чтобы лучше подготовиться. Возможно, мы даже не в замке, а в каком-нибудь склепе за воротами или даже дальше. Это совсем не сыграет нам на руку. Мы ведь хотим найти тайный ход в замок.

Кост вздохнул и сдался.

– Ладно, но сначала призови Телесавру. Мы должны быть готовы сбежать в любой момент.

Вытянув руку, я открыла дверь в царство тварей и призвала свою Телесавру. Плотная земля заглушила характерный скрип петель, но я все равно затаила дыхание и прислушалась. Ничего. Тяжело выдохнув, я наклонилась и погладила ящерицу по голове, после чего подала знак, чтобы зверь держался рядом со мной. Я медленно двинулась вперед, Кост не отставал ни на шаг, следуя за мной, словно тень. Я не видела Айксасса своего отца, но услышала его тихое ворчание. Значит, он все еще рядом и в любой момент готов прийти к нам на помощь.

Я осторожно дотронулась до корня дерева. Раздался тихий скрип, и корень ушел в землю. Один за другим корни начали двигаться, и перед нами открылся проход, через который на нас хлынул дневной свет. Ухватившись за плотно утрамбованную землю, я высунула голову, оглядывая огромный внутренний сад. Все вокруг красивое и безмятежное. Прямо над нами к стеклянному куполу потолка тянется огромное дерево. Однако спокойное великолепие комнаты тут же отошло на второй план, когда я заметила четверых стражей у дальней стены рядом со входом. Они стояли к нам спиной и, к счастью, не заметили меня.

– Мы определенно в Вильхейме, – прошептала я.

Кост напрягся и выглянул из ямы у корней дерева.

– На колоннах выгравированы грифоны. Можно с уверенностью сказать, что мы где-то в замке.

– Что будем делать?

Мне не терпелось узнать больше. Мы могли бы изучить замок получше. Я скорее почувствовала, чем увидела, как Айксасс моего отца подкрался ко мне; его водянистый запах окутал меня. Телесавра осталась в тоннеле, но она тоже рядом. Малыш приоткрыл пасть, готовый в любой момент создать портал в Хайрит.

– Нам нужно идти. – Кост едва дышал. – Я не смогу надежно спрятать нас от стражей. Их магия…

По полированной плитке застучали шаги, и Кост умолк. Мы повернули головы в сторону входа и увидели, что Язмин вернулась. Она прошла через двойные двери, возмущенно глядя на стражей. Разгладив складки на платье, она скрыла свое недовольство за легкой улыбкой. Четверо стражей приблизились к ней, преграждая ей путь и отвлекая ее внимание. Все они повернулись к нам спинами и направились в коридор.

– Уходим. Немедленно, – прошипел Кост, хватая меня за запястье. – Она не должна узнать, что мы обнаружили это место.

Быстро и тихо мы отступили назад. Корни пробились сквозь землю и замаскировали вход. Айксасс моего отца показал себя, и я кивнула ему.

– Возвращайся в мир тварей и жди меня. Мы вернемся через несколько дней, чтобы спасти заклинателей. Хорошо?

Дверь царства тварей со скрипом открылась, и я замерла. Айксасс исчез.

– Как думаешь… – начала я, и Кост тут же прижал палец к моим губам.

Вокруг нас танцевали тени, готовые спрятать нас в мире тьмы. Кост посмотрел на Телесавру. Зверю придется остаться здесь, если мы спрячемся в тенях. Сердце громко стучало, и я молилась и надеялась, что Язмин не услышала предательский скрип закрывающейся двери в царство тварей. Над головой раздались шаги Язмин. Она так близко…

Я посмотрела на Телесавру и приказала малышу отправить нас домой.

– Идем!

Малыш открыл рот, создавая портал. Я схватила Коста за руку и потащила нас вперед, как раз в тот момент, когда корни на потолке снова пришли в движение. В глаза ударил яркий свет, я поняла, что мы благополучно добрались до Хайрита.

И когда мы снова вернемся в Вильхейм, нас будет невозможно остановить.

Тридцать вторая глава. НОК

Мы шли тенями по Китскому лесу и в итоге вышли на поляну. То, что показалось нам всего лишь несколькими минутами, заняло несколько часов ходьбы. Я огляделся, пытаясь сориентироваться на местности. Как я ни старался, это было невозможно. Вокруг один и тот же мрачный пейзаж: кривые деревья и увядшая трава.

– Что мы здесь делаем? – Засунув руки в карманы брюк, я посмотрел на Гейджа. – Нам нужно возвращаться. Кост и Лина, возможно, уже ждут нас.

– Это не займет много времени, – сказал Гейдж, становясь в центре поляны. – После моего… спора с Костом я пошел в лес. Я так сильно погрузился в свои мысли, что потерял счет времени. И я также не заметил, насколько далеко ушел.

Он широким жестом обвел лес, капая тенями на землю. Они тут же устремились в чащу проклятого леса. Среди деревьев тут же послышался душераздирающий крик, и стручки бобовых сосен неистово затряслись.

За первым криком последовал ужасающий вой, и за ним последовала какофония визгливых, тревожных криков, которые соперничали за мое внимание.

– Что ты сделал? – Я напряженно всмотрелся в чащу.

Сомневаюсь, что монстры смогут причинить нам вред в теневой форме, но мне бы не хотелось проверять. Никто в здравом уме не приближается к чудовищам Китского леса.

– Я хочу познакомить тебя с Бу. – Сложив руки перед собой, Гейдж призвал тень. Тихим шепотом он обратился непосредственно к ней. – Приведи его ко мне.

Тень взмыла в воздух, как стрела, и исчезла среди деревьев. Не прошло и секунды, как громкий рев потряс деревья. На поляну выбежал огромный монстр, прорываясь сквозь лозы и ветви. Зверь неуклюже затормозил и замер перед Гейджем.

Из-под костяного шлема на нас смотрели свирепые красные глаза. Из открытой пасти вырывались облачка пара.

У меня пересохло в горле.

– Это же… Гиглом, – прошептал я, завороженно глядя на капающую с клыков слюну. Когда зверь зарычал, я невольно отступил на шаг. – Это тот же самый, что и раньше?

– Да. Тот самый, которого Язмин направила к нам в день моей смерти. – Гейдж поманил зверя к себе. – Успокойся, мой мальчик. Все хорошо.

Медленно повернув морду к Гейджу, зверь глубоко вдохнул. Он разочарованно фыркнул и ткнул Гейджа массивным оленьим рогом. У меня перехватило дыхание, но теневая форма Гейджа всего лишь дрогнула и снова обрела четкость.

– Ничего подобного. – Гейдж строго посмотрел на Бу. – Это я. Клянусь.

Зверь сел на задние лапы и вздохнул. Мне потребовалось мгновение, чтобы подобрать нужные слова.

– Ты его приручил? Но как? Я думал, заклинатели не могут приручить монстров Китского леса.

Гейдж покачал головой.

– Я бы не сказал, что приручил. Эти звери… другие. Однако я заслужил его доверие. – Он похлопал Бу по морде. Точнее, его рука просто прошла сквозь нее. Гейдж нахмурился, но затем пожал плечами. – Сначала я ему не понравился. Он меня знатно покалечил. К счастью, я довольно быстро исцеляюсь, благодаря твоей крови.

С недоверчивым взглядом я подошел ближе.

– Ты ведь и с другими подружился?

– О, да. – Гейдж повернулся и беззаботно махнул в сторону деревьев.

Я присмотрелся и увидел среди деревьев силуэты странных зверей, но ни у кого не хватило смелости выйти на поляну к Бу.

– Некоторые более доверчивы, чем другие. Видишь ли, когда я оказался в этом затруднительном положении – я имею в виду свое перерождение, – это заставило меня о многом задуматься. Например, о том, что произошло с этими тварями. Если верить легендам, то они погибли во время Первой войны, и по какой-то причине их прокляли и обрекли на вечные скитания. Но я полагаю, что Зейн просто не знал о масштабах своей силы, когда основал Круор. Мне кажется, именно из-за него звери восстали из мертвых.

Гейдж направился к деревьям, и несколько зверей осмелились вытянуть морды и понюхать его тени. Он останавливался перед каждым, чтобы тепло поприветствовать их и погладить.

– Сила Зейна живет во мне сейчас. Она погубила мою магию заклинателя. Поэтому когда я пытаюсь призвать свои чары, происходит вот что, – сказал он, и вокруг него в бурном вихре закружились тени, которые затем брызнули в разные стороны и скрылись в лесу. Лес отозвался какофонией звериных криков.

– Их тянет ко мне, потому что мы одинаковые. Мои тени призывают их, – закончил Гейдж.

– Это невероятно.

Я протянул Бу тыльную сторону ладони, и он хорошенько ее обнюхал. После этого зверь раздраженно фыркнул и, опустившись на землю, закрыл глаза.

Гейдж повернулся ко мне.

– Мне потребовалось немало времени, но я не мог бросить дело, не доведя его до конца. Я не мог бросить этих несчастных созданий. В течение столетий они слоняются по лесу, не находя себе места, Нок. Представляешь? – Он посмотрел на меня взглядом, полным боли.

Сердце защемило от грусти. Получается, эти звери слоняются по Китскому лесу без какой-либо цели, направления и любви. Мне это напоминало о несчастных, которые сгинули в тенях и не смогли вернуться.

– Значит, теперь они смогут обрести покой? – Я присел на корточки перед Гигломом, и внезапно мне захотелось оказаться здесь во плоти, чтобы дотронуться до его меха. Когда его в последний раз гладили? Любили?

Мое сердце сдавило от жалости. Однажды я создал для себя тюрьму, чтобы защитить остальных от своего проклятия. Я старательно избегал общения с людьми и старался ничего не чувствовать. Зверей Китского леса постигла участь намного страшнее моего проклятия.

– Я не знаю. – Гейдж сложил руки вместе. – Но, по крайней мере, я могу дать им надежду. Китский лес огромен. Здесь бродит множество тварей. – Вздохнув, он посмотрел в небо. – Есть и хорошая новость. Они помогут нам сражаться в грядущей войне. Они отдали жизни ради своих хозяев, но в итоге оказались пленниками проклятого леса. Мне кажется, они будут рады увидеть, как мир снова придет в равновесие.

Встав, я посмотрел на Гейджа. Выходит, он не переставал думать о нашей общей цели даже после смерти. Даже когда он изо всех сил пытался смириться с новой реальностью, он нашел способ идти вперед. Он нашел общий язык с монстрами Китского леса, нашел причину продолжать жить.

Итак, теперь у нас была армия из солдат Райна с чародейкой в качестве командира, гильдия наемников, отряд лендрийских солдат во главе со стражем, заклинатели Хайрита и монстры Китского леса. Разномастная армия людей и зверей, готовая выступить против Вильхейма и восстановить справедливость.

Надежда, которая зародилась в моей груди при виде Маделайны, вспыхнула с удвоенной силой. На моих губах расплылась медленная улыбка.

– Гейдж, мне кажется, мы можем победить.

Он ухмыльнулся.

– Я знаю. Теперь нам осталось лишь дождаться возвращения Лины и Коста, – сказал он.

Моя улыбка исчезла после его последних слов. Кост. Лина. Их имена умерили нашу радость, и меня переполняла тревога. Мы до сих пор не знаем, в порядке ли они.

– Пойдем. – Развернувшись на каблуках, я жестом поманил Гейджа за собой.

Он прав: нам нужны Лина и Кост. Если с ними что-нибудь случится, то всякая надежда во мне умрет. Лина и Кост нужны мне больше всего на свете. Они нужны мне так же сильно, как монстрам Китского леса нужен Гейдж. Лина и Кост для меня все. Они – причина, по которой я двигался вперед, по которой я пытался стать лучше.

Позволив теням целиком поглотить меня, я перенесся обратно в Хайрит, где осталось мое тело. Гейдж почти сразу же материализовался рядом со мной в покоях Лины, и мы вместе вернулись в наши тела. Первым я почувствовал нежность шелковых простыней под ладонями, затем я ощутил мягкость подушки. Как только все органы чувств включились в работу, я свесил ноги с кровати и встал.

Гейдж сел на диване и потирал висок.

– Почему мое тело ощущается так… странно? Оно такое тяжелое, – сказал он.

– Ты привыкнешь к этому. Через несколько дней ты даже не заметишь разницы между физической формой и тенью. – Я протянул ему руку, помогая встать с дивана.

Гейдж пошатнулся, но тут же поймал равновесие.

– Что теперь? – спросил он.

– Давай выясним, вернулись ли Лина и Кост. Затем проверим войска и убедимся, что все готовы выдвигаться на Вильхейм.

Я отпустил его руку и, толкнув двойные двери, вышел в коридор дворца. Мы спустились на первый этаж, шагая нога в ногу по каменному полу. Мимо нас пробегали заклинатели, едва кивая в знак приветствия друг другу или торопливо извиняясь. Это хорошо. Все идет в соответствии с моими приказами.

Когда мы вышли из дворца, то оказались в эпицентре суматохи. Заклинатели, солдаты Райна и члены гильдии убийц бегают туда-сюда. Кто-то ставит палатки, кто-то раздает указания. На фоне всего этого раздается скрип открывающихся и закрывающихся дверей в царство тварей. Звери помогают носить сундуки и ящики под четким руководством заклинателей, среди которых мы заметили Каори и Рейвен. Они стояли немного поодаль и помогали командовать. Озиас и Калем давали распоряжения круорцам. Солдаты Айлы работали так же слаженно, как и стражи Вильхейма.

– Вот вы где, – нахмурившись, сказала Рейвен, как только мы приблизились. – Уклоняетесь от грязной работы, да?

– И как ты догадалась? – спросил Гейдж с улыбкой. – Есть какие-нибудь новости о Лине или Косте?

– Нет. Пока ничего. – Каори нервно провела пальцем по ртутным венам на запястье.

Внутри у меня все сжалось. Лина и Кост уже должны были вернуться. Хотя мы не устанавливали точных временных рамок, прошло уже несколько часов. Каждая лишняя минута – риск, что Варек и Язмин их схватят. Если, конечно, Лина и Кост вообще добрались до Вильхейма. Я поморщился, стараясь не думать о таком исходе.

– Они вернутся, – сказал я.

– Именно. – Лицо Гейджа стало пепельно-серым. – Они могут постоять за себя.

Рейвен громко сглотнула.

– Что ж, мы выдвигаемся, как только они вернутся.

– Хорошо. Отряд лендрийских солдат ждет нас у «Полуночного шутника», чтобы присоединиться к нашей армии. Все благодаря Косту, – сказал я. Имя брата, произнесенное вслух, вызвало у меня волну паники. Переступая с ноги на ногу, я окинул взглядом круорцев в поисках Калема и Озиаса. Может быть, они что-то слышали.

– Правда? – Рейвен приподняла брови. – Это же замечательно.

– Достаточно людей, чтобы создать численный перевес? – спросила Каори. Она посмотрела на суетящихся вокруг нас заклинателей. Нас всех удивляло то, как много людей встали на нашу сторону и решили сражаться на войне. Однако были еще и те, кто не может взять в руки оружие, и те, у кого нет сильных зверей.

– Нет. Небольшой отряд, однако это все равно больше людей, чем я рассчитывал. – Я покрутил шеей из стороны в сторону, разминая затекшие мышцы. – Кто-нибудь видел Калема или Озиаса?

– Они с Айлой, помогают ее солдатам собирать вещи, – сказала Рейвен.

– Понял. Спасибо.

Я шел к братьям, когда внезапно передо мной вспыхнул искрящийся белый портал. Воздух наполнился энергией, и волосы на руках встали дыбом. Из потока света на поляну вышли Лина и Кост, а за ними выбежала Телесавра. Портал исчез.

Мое сердце радостно затрепетало в груди. Стоящий рядом со мной Гейдж облегченно выдохнул.

– Хвала богине, – прошептал он, глядя в небо.

Я бросился бежать к Косту и Лине и в считаные секунды преодолел разделяющие нас метры.

– Вы в порядке. Вы целы!

Немного измученная, но в остальном невредимая, Лина бросила на меня взгляд и упала в мои распростертые объятия.

– Мы вернулись, – выдохнула она.

Я крепко обнял любимую, прижавшись лбом к ее плечу и вдыхая знакомый аромат сирени и ванили. Сделав долгий, успокаивающий вдох, я поднял голову, чтобы посмотреть на Коста. Лишь когда я притянул его в наши общие объятия, остатки моей тревоги улетучились.

Он отстранился. Кончики его ушей слегка покраснели.

– Признавайся, ты ведь думал, что мы не справимся, – сказал он.

– Никто не сомневался в ваших способностях, – сказал Гейдж. Он осторожно подошел к нам, явно желая обнять Коста не меньше меня. – Это была опасная миссия. Мы рады, что вы вернулись живыми.

Рейвен и Каори кивнули в знак согласия и встали рядом с нами. Кост неловко переступил с ноги на ногу, но в его взгляде не было ни гнева, ни разочарования, которые я видел сегодня утром. Его лицо смягчилось, когда он посмотрел на Гейджа.

– Мы тоже. Причем мы не просто вернулись живыми. У нас все получилось.

Лина кивнула, сжимая мои руки в своих.

– Мы нашли их, – сказала она.

– Расскажи, что произошло, – попросил я.

– Можем ли мы собрать всех в тронном зале? Заклинатели должны узнать о том, что мы нашли, – сказала Лина, и по ее лицу пробежала тень.

– Я немедленно соберу всех. – Каори ушла, не сказав больше ни слова. На своем пути она останавливала слуг и просила всех отправиться во дворец.

Лина смотрела ей вслед.

– Тем не менее все получилось. Мы добрались до моих родителей, и Кост смог пройти через портал вместе со мной.

Кост поправил очки и кивнул.

– Немного неприятно, но терпимо, – сказал он.

– Немного неприятно? – Гейдж вскинул брови.

– Более чем неприятно, – поправила Лина. – Я активировала чары во время путешествия, и они избавили Коста от некоторого…дискомфорта. Если в следующий раз я сделаю это с самого начала, то будет не так больно.

– До сих пор не могу поверить, что такое вообще возможно. – Рейвен тихо присвистнула. – А что насчет Язмин и Варека?

Лина напряглась всем телом.

– Она была там, но мы сбежали прежде, чем нас заметили. – Выскользнув из моих объятий, моя любимая присела перед Телесаврой. Малыш издал радостный возглас и врезался черепушкой в ее ладонь. – Наш маленький герой справился лучше всех. Я не знаю, как тебя отблагодарить, Рейвен. Спасибо, что подарила мне его.

– Да не за что, – сказала она.

Лина окинула взглядом творящуюся вокруг нас суматоху.

– Что-то случилось?

– В некотором смысле. Наша армия стала больше. Мы выдвигаемся, как только закончится собрание в тронном зале, – сказал я.

– Армия стала больше? – переспросил Кост.

Я кивнул и посмотрел на брата.

– Благодаря тебе. Страж и ее отряд решили поддержать истинного наследника Вильхейма. Они ждут нас в «Полуночном шутнике».

– Тогда я постараюсь закончить побыстрее. – Лина встала и отправила Телесавру домой. – Солдат Райна и Круор тоже нужно собрать в тронном зале.

Гейдж и Рейвен кивнули и поспешили исполнить приказ главы Совета. Гейдж отправился собирать членов гильдии, а Рейвен зашагала к палатке Айлы.

– Ты в порядке? – спросил я.

Карие глаза Лины сверкнули решимостью, и она сжала в кулаке свой бестиарий.

– Я буду в порядке, как только мы победим в этой войне.

С этими словами мы направились в тронный зал, чтобы Лина могла рассказать об ужасах, которые увидела в столице нашей страны, и о том, как мы планировали все это остановить.

Тридцать третья глава. ЛИНА

Тронный зал наполнился шепотом, когда заклинатели, солдаты Райна и Круор выстроились перед помостом. Людям едва хватало места в самом зале, поэтому многие остались стоять у входа и на близлежащих лужайках. Меня рассматривали бесчисленные настороженные взгляды, пока я ждала, чтобы все собрались. Как только члены Совета направились к помосту, Гейдж коротко кивнул мне. Я шагнула вперед, и в зале воцарилась мертвая тишина.

– Я обнаружила кое-что, и мне хочется, чтобы это было просто кошмарным сном, – громко сказала я. – Но вы должны знать. Язмин была права. Многие из заклинателей, которых мы считали пропавшими без вести или мертвыми, сейчас находятся в плену в столице.

Толпа ахнула. На меня в ужасе уставились побледневшие лица. Даже солдаты Райна и круорцы. Затем на меня градом посыпались вопросы.

– Сколько их?

– С ними все в порядке?

– Что с ними случилось?

Я подождала, пока голоса стихнут, и сложила руки перед собой.

– Двадцать или тридцать человек. Сейчас они погружены в искусственный глубокий сон и находятся в замке Вильхейма. – Я осмотрела присутствующих и продолжила: – Король Варек ставит над заклинателями эксперименты, чтобы узнать больше о нашей магии и научиться владеть ей.

Из толпы послышались громкие возмущенные крики, и по моей спине пробежал холодок. Стоящая рядом Каори превратилась в каменное изваяние, ее лицо побледнело. Вокруг Гейджа вьются неконтролируемые тени, а Рейвен… Рейвен выглядит так, будто она готова убивать. Ее тело бьет мелкая дрожь. Оз подступил к ней поближе. Он беспокоится о Рейвен, это очевидно, однако не менее очевидно, что он едва сдерживает собственный гнев. Глаза Калема заблестели опасным ртутным цветом, и Кост положил руку брату на плечо, чтобы его успокоить.

Стоящий рядом со мной Нок оскалился.

– Варек, – прорычал он.

Как бы мне ни хотелось поддаться гневу, я не могу. Пока нет. Именно слепая ярость погуби- ла Язмин, и этого нам нужно избежать любой ценой.

– Мы спасем их, – сказала я, повысив голос. Я сошла с помоста и пошла по проходу. – Я не успокоюсь, пока мы не спасем их. Но мы не допустим той же ошибки, что и Язмин.

Яростные крики стихли, и я продолжала идти вперед.

– Да, Язмин оказалась права насчет преступлений Варека, однако она также сильно ошибается. Мы все разгневаны, но наш гнев уничтожит мир. Если мы хотим лучшего будущего для нас – для всех нас, – мы не можем допустить, чтобы мир сгорел в пламени ярости и злости.

Я остановилась перед толпой в том месте, где заклинатели, Райн и Круор сливались воедино. Я пристально смотрела на каждого человека, пока говорила.

– Язмин хочет разделить нас всех, или, что еще хуже, она убьет нас. И все потому, что она не верит, что мы способны на мирное сосуществование. – Я достала из кармана бриджей бестиарии своих родителей и крепко сжала их в кулаке. – Мы не можем допустить будущего, о котором грезит Язмин. Мы должны жить в мире и согласии. Мы все должны объединиться: Хайрит, Круор, Лендрия, Райн. – Я нашла взглядом Айлу, стоящую в тени арочного прохода, и она почтительно кивнула мне. – Вместе мы можем спасти плененных заклинателей и исправить ошибки прошлого.

Казалось, что от толпы исходит странная энергия. Сила росла с каждой секундой, наполняя тронный зал. На меня смотрели решительные, яростные взгляды.

– Хватит прятаться в Хайрите. Наша богиня с нами. – Я указала рукой на статую Селесты.

Клянусь, мне показалось, что губы богини будто бы изогнулись в одобрительной улыбке. Она смотрела на нас. Смотрела в наше будущее и благословляла нас, потому что мы шли на благое дело. Это наша война. Мы не сдадимся. Мы победим.

Собравшиеся одобрительно взревели, и все заклинатели вскинули руки к потолку. Одна за другой в потоке разноцветного света с оглушительным звуком открывались двери в царство тварей, откуда слышались боевые крики зверей. Все заклинатели, кроме больных и самых маленьких, примкнули к нашей армии. Даже те, кто изначально был против войны. Мы вместе. Вместе мы победим.

Вытянув руку, я рывком открыла дверь в царство тварей.

– Ради Селесты! Ради наших зверей! Ради нас!

Когда я повернулась лицом к Совету, обнаружила, что все стоят на коленях, прижав кулаки к сердцу. По моим щекам потекли слезы. Я чувствовала каждой клеточкой своего существа, что моя семья верит в меня и что мой народ верит в меня. У нас все получится. Нас ждет победа.

Пришло время идти на Вильхейм.

* * *

Через несколько дней мы прибыли в «Полуночный шутник», и это было похоже на возвращение домой. Как странно, но три таких абсолютно разных места – Круор, Хайрит и этот трактир – навсегда изменили мою жизнь. Каждое из этих мест по-своему дорого моему сердцу, и «Полуночный шутник» – не исключение.

Маделайна, страж, которая присоединится к нашей армии вместе со своим отрядом, приветствовала нас и приказала солдатам помочь нам разбить лагерь. Учитывая численность нашего войска, нам потребовалось больше времени, чтобы добраться до трактира, чем ожидалось. Густая чаща и плохая видимость из-за густых ветвей и лоз стали серьезным испытанием для людей. Кроме того, мы также потратили время, чтобы сделать крюк и посетить Круор.

После того как все ушли из тронного зала, я осталась стоять у статуи Селесты и Окнолога. Я провела пальцами по пророчеству, читая строки о разрушениях, что несет с собой огнедышащий повелитель небес Окнолог. Внезапно меня одолела тревога, и на лбу выступил холодный пот, и я задрожала. Ноку понадобился один взгляд, чтобы понять, что что-то не так, и он тут же бросился ко мне, окружив нас коконом из теней на случай опасности. Однако никакой опасности не было. Я чувствовала страх, который исходил от пророчества. Или, скорее, от Окнолога. Я посмотрела в сверкающие рубиновые глаза статуи, и мне снова стало не по себе.

– Нам нужно эвакуировать всех отсюда, – сказала я. – Даже тех, кто не пойдет на войну. Всех без исключений.

Никто не стал задавать мне вопросов. Возможно, все и так все поняли по страху в моем голосе или по бледному лицу. Совет поддержал мое решение, и мы организовали сборы заклинателей, которые планировали остаться в Хайрите. Никто из нас не собирался брать их на войну, поэтому мы отправились в Круор и оставили там всех тех, кто не мог сражаться. Нок запечатал поместье заклинанием, чтобы уберечь обитателей от опасности.

И теперь настало время спланировать атаку с теми силами, что у нас есть.

Маделайна заранее позаботилась о том, чтобы в «Полуночном шутнике» никого не было и мы могли бы разработать стратегию без всяких помех. Кроме стража в трактире должны были собраться Айла, все члены Совета. Когда мы вошли, нас встретил Дез, который наблюдал за нами, сидя на барном стуле. Его глаза вспыхнули в тот момент, когда он увидел меня. Его губы изогнулись в ухмылке, отчего шрам на его лице стал заметнее. Я прошла по скрипучим половицам и обняла трактирщика. От него пахло несвежим элем и мятным маслом. Не могу даже вспомнить, когда обнимала его в последний раз. Каждый раз, когда мы расставались, нам было совсем не до этого. Сначала Нок угрожал ему. Потом мы оставили у его порога кучу трупов после драки с Дерриеном, и Дез вернул мне дорожную сумку с моими вещами. Он специально хранил их, потому что надеялся, что я вернусь. Мы попрощались, сохранив некоторое подобие дружбы, но я даже не осознавала, как сильно соскучилась по Дезу, пока не впилась пальцами в грубую ткань его туники.

– Привет, – сказал он, обнимая меня в ответ. – Меня же за это не убьют?

Я усмехнулась и отстранилась.

– Не убьют. Обещаю.

Нок и остальные члены Совета сели за большой стол в центре таверны. Вместе с ними сели Айла и Маделайна. На столе уже стояли кружки с элем, и Калем схватил свою и вылил ее содержимое себе в горло.

– Рад тебя видеть, – сказал Дез, уперев руки в бока. – Давненько не виделись.

– У меня было много дел, – сказала я.

– Еще бы. Что ж, не буду отнимать время у королевы, – закончил он с ухмылкой. – Иди к своим подданным.

Мои щеки обдало жаром, и я стукнула Деза по руке, после чего направилась к столу и села рядом с Ноком.

Можно было догадаться, что Дез сложит два и два, однако мне показалось странным, что он не назвал меня по имени, ведь для него я всегда была просто Линой, которая снимала комнату на втором этаже.

Первый час Нок подводил итоги, анализировал возможные риски и благодарил наших союзников из Райна. Когда он закончил, Маделайна взяла слово, чтобы рассказать о ситуации в Вильхейме. Варек усилил оборону и удвоил количество дозорных. Маделайна мало что знала о Дерриене и Язмин, поскольку, судя по всему, король не позволял им общаться с солдатами и обитателями замка.

Айла рассказала о сильных и слабых сторонах своих бойцов, однако и словом не обмолвилась о своих магических способностях. Маги и чародейки яростно защищали свои секреты и предпочитали молчать о своих талантах. Айла не стала исключением.

Когда мы допили эль, Дез неторопливо подошел к столу и снова наполнил наши кружки, после чего принес несколько тарелок своих самых популярных блюд: ассорти из сыра и фруктов, хлеб с маслом и дольки картофеля, жаренные на сале.

– Итак, – сказал Калем, отправляя в рот виноградину, – если Варек приложил все эти дополнительные усилия, чтобы укрепить Вильхейм, как мы сможем добраться до Язмин и помешать ей пробудить Окнолога?

– Я установлю точку очага Телесавры там, где мы разобьем лагерь. Оттуда я вместе с небольшим отрядом самых лучших бойцов отправлюсь прямо в замок через царство тварей.

В моем сознании всплыл образ спящих родителей, и картофельная долька, которую я жевала, внезапно по вкусу стала похожа на клей.

– Когда мы остановим Язмин, мы вернемся обратно через портал Телесавры, – закончила я.

– Мы должны действовать быстро, – сказал Гейдж, рисуя пальцами узоры на столешнице. – До годовщины смерти Селесты осталось всего несколько дней.

Несколько дней. Как раз столько времени нам потребуется, чтобы переместить нашу армию от «Полуночного шутника» к Вильхейму. И как только мы выйдем из Китского леса, нас тут же заметят.

– Выдвигаемся завтра. Если мы сможем добраться до Язмин до того, как она пробудит Окнолога, тогда нам останется только разобраться с Вареком.

– Когда мы остановим Язмин, мы вернемся обратно через портал Телесавры, – закончила я.

– Я не думаю, что это хорошая идея. – Кост потер виски и уставился на потемневший серебряный подсвечник в центре стола. – В замке полно солдат. Как ты думаешь, сколько человек ты сможешь протащить через царство тварей?

Я прикусила нижнюю губу.

– Десять. Может быть, пятнадцать, если мы возьмемся за руки, и я смогу удержать защитные чары. Если взять больше, то это опасно. Зверь не будет держать дверь открытой слишком долго и ждать, пока все выберутся, – сказала я.

– Десять-пятнадцать. – Кост вздохнул, затем встретился со мной взглядом. – Пятнадцати даже самых элитных бойцов недостаточно, чтобы противостоять целому замку.

– Он прав. Когда я уходила, в каждом зале было по меньшей мере десять солдат. – Маделайна соорудила бутерброд из куска сыра и двух ломтей хлеба и отправила его в рот.

– Возможно ли, что Язмин просто появится на поле боя? – спросил Калем.

– Исключено. – Гейдж скрестил руки на груди. – Я думаю, она убедила Варека в том, что ей нужно находиться в безопасности на время призыва Окнолога. Она не станет рисковать.

– Нам нужна диверсия, – сказал Нок. – Что-то, что отвлечет внимание Варека от замка и заставит его войска беспокоиться о том, что происходит за его стенами.

– Вражеской армии разве недостаточно? – спросила Айла. Наши взгляды устремились на нее, и она пожала плечами. – Я понимаю, вы хотите добраться до Язмин как можно раньше, но что, если вы подождете, пока мы займем позиции? Если Варек будет думать, что мы нападаем в открытую, то вряд ли ему потребуется по десять солдат в каждом уголке замка.

Проведя мясистой рукой по коротко стриженным волосам, Оз взглянул на Айлу, а затем на Гейджа.

– Успеем ли мы в таком случае до того, как Язмин пробудит Окнолога?

– Будет трудно, но возможно. – Гейдж нахмурился. – Согласно легенде, Селеста умерла в полдень, так что Язмин проведет ритуал примерно в это же время. Если мы доберемся до Вильхейма накануне вечером или даже утром, у нас все еще будет время ей помешать.

Напряжение сковало плечи Нока, и он поморщился.

– Мне это не нравится. Слишком многое может пойти не по плану. Но мы не можем двигаться быстрее. Люди должны выспаться и отдохнуть перед боем.

– Согласна, – сказала Маделайна. – Итак, кто пойдет с Линой?

– Я пойду. – Ответ Рейвен был быстрым и резким. Гнев вспыхнул в ее янтарных глазах. – Язмин ответит за свои преступления.

Гейдж покачал головой.

– Я понимаю твое желание, но тебе лучше остаться, – сказал он.

– И почему же? – огрызнулась Рейвен, но Гейдж не отступил.

– По той же причине, по которой остаюсь я, – сказал Нок мягким голосом.

У меня перехватило дыхание, и я крепко сжала зубы. Мы не обсуждали это, но я знала, что нам придется разделиться во время войны. Сама мысль об этом была невыносимой. Как я смогу сражаться без своего анам-кары? Что, если с ним что-нибудь случится? Что, если я не успею попрощаться?

Нет. Я сжала кулаки и положила руки на колени. Я не буду об этом думать. Мы справимся. Мы выживем.

Нок пригвоздил Рейвен взглядом, полным эмоций и понимания.

– Больше всего на свете я хочу быть рядом с Линой, но я не могу, потому что я должен командовать армией. Мои солдаты должны меня видеть. Они должны знать, что я готов рискнуть всем, потому именно это они и делают – рискуют всем. И хотя от Лины, по идее, ожидают того же, она единственная, кто может тайно привести отряд в Вильхейм. Заклинателям нужен вдохновляющий их лидер. Если не Лина, то тот человек, который их обучал и поддерживал. Они должны видеть тебя на поле боя, Рейвен. Возможно, ты нужна им даже больше, чем я нужен своим людям, потому что прошли столетия с тех пор, как заклинатели в последний раз брали в руки оружие.

Воцарилась тишина. Рейвен сверлила Нока взглядом, но в итоге вздохнула и сдалась. Оз, сидящий рядом с ней, нежно положил руку ей на плечо. Она позволила ему себя утешить, после чего выпрямила спину.

– Ладно. Вопрос продолжает оставаться открытым. Кто пойдет? – спросила она.

– Я отправлю с Линой своего лучшего мечника. Он знает планировку замка, так что точно пригодится, – сказала Маделайна.

– В основном пойдут члены Круора, – сказал Нок, кивнув в сторону Оза. – Эмелия, Иов и кто-нибудь еще.

– Они пойдут без лишних вопросов. – Оз оперся локтями на стол и сложил ладони домиком. – А что насчет нас?

– Ты остаешься по той же причине, что и Рейвен. Новобранцы доверяют тебе. – Кост разгладил жилетку и поправил очки. – Я пойду. Я уже знаю, что нас ждет.

– И я с вами, – сказала Каори.

Гейдж открыл было рот, чтобы возразить, но она заставила его замолчать ледяным взглядом.

– У меня нет причин, чтобы оставаться здесь. К тому же кто-то из заклинателей должен пойти. Я намерена помочь заклинателям. Мы должны будем пробудить их от этого магического сна, – сказала она.

– Я согласна, – сказала я, и Рейвен кивнула вместе со мной.

Гейдж недовольно фыркнул, но не стал спорить с нами.

– К черту все. Я тоже в деле. – Закинув руки за голову, Калем ухмыльнулся. – Повеселимся.

– Я бы предложила своих людей, но не уверена, что это разумно, – сказала Айла. Она перекинула светлые волосы через плечо и откинулась на спинку стула. – Они не знают вас, поэтому не будут беспрекословно следовать вашим приказам.

– В этом нет необходимости. Мы доберем нужное количество своими силами. – Нок протянул ко мне руку и переплел наши пальцы. – Мы отправимся с первыми лучами солнца. Убедитесь, чтобы все отдохнули и не проспали.

По неровным половицам заскрипели выдвигаемые стулья, и мы встали из-за стола. Гейдж поправил воротник туники и посмотрел на нас с Ноком.

– Мне нужно собрать Китских тварей. Вернусь через несколько часов.

На пути к «Полуночному шутнику» Гейдж рассказал, куда он исчез и с какими зверями Китского леса он столкнулся. Он призывал некоторых из них во время нашего путешествия. Гиглом, которого Гейдж называл Бу, все время был рядом. Поначалу присутствие зверя шокировало людей, однако Бу почти сразу покорил сердца круорцев своим любопытством и любовью к погоне за теневыми клинками. Как только мы подошли к трактиру, Гиглом затерялся среди деревьев на границе леса.

– Будь осторожен, – сказала я.

Гейдж с улыбкой помахал мне рукой и, легко лавируя между столиками, вышел за дверь. Кост долго смотрел ему вслед, даже когда дверь за Гейджем закрылась. Когда Кост увидел, что я смотрю на него, кончики его ушей покраснели, и он ушел, бормоча что-то про необходимость проверить членов гильдии. Калем и Оз последовали за ним.

– Мы сообщим заклинателям о наших планах, – сказала Каори, обращаясь к Рейвен.

– Мне нужно сделать то же самое. Мои войска должны быть готовы к наступлению. – Айла встала, и три девушки ушли, не сказав больше ни слова.

– Что ж, теперь у нас есть план. – Маделайна отсалютовала кружкой и допила эль. С громким стуком поставив кружку на стол, она ухмыльнулась. – Ничто так не бодрит, как предвкушение битвы. Снова чувствую себя молодой.

Дез подошел к нашему столу и начал убирать пустые тарелки и кружки.

– Как думаете, у вас найдется место для еще одного солдата?

У меня в животе зародилось нехорошее предчувствие.

– Дез, нет. Кто же тогда будет присматривать за трактиром?

– У меня новая постоялица – официантка, которой нужна работа. Думаю, она справится с делами на время моего отсутствия. – Он подошел к барной стойке и поставил на нее грязные металлические тарелки и кружки. Отряхнув руки, он снова повернулся к нам лицом. – Так что скажете, командир?

– Мечом владеешь? – спросила Маделайна, окидывая взглядом фигуру Деза. Она уперла руки в бедра, явно заинтересованная разговором.

– Я лучше управляюсь с боевым молотом, – сказал он. Когда я открыла рот от удивления, он просто пожал плечами. – Я не всегда управлял трактиром. И тут, кажется, назревает война, достойная моего внимания.

– Дез, прошу, одумайся. – Я шагнула к нему и взяла его руки в свои. – Я не хочу, чтобы ты пострадал.

– Насколько слабым ты меня считаешь? – Он приподнял густую бровь.

– Нет, дело не в этом, просто…

– Лина.

От того, с какой интонацией Нок произнес мое имя, мне захотелось рвать и метать. От его тихого, успокаивающего голоса меня затрясло. Мне не нужно, чтобы меня успокаивали. Мне нужно, чтобы мой друг остался в безопасности и не покидал пределы трактира.

– Это его решение, – добавил Нок.

Я развернулась на месте и впилась в него испепеляющим взглядом.

– Не принимай его сторону, – процедила я.

– Здесь нет ничьих сторон. – Нок сунул руки в карманы брюк. – Если ты запретишь ему идти на войну, как его королева, то я поддержу твой приказ без всяких вопросов. Я не стану спорить и поставлю часовых у порога, чтобы он не сбежал. Но я хочу, чтобы ты подумала, правильно ли так поступать.

Злобно выдохнув, я сжала руки в кулаки. Мне не хотелось, чтобы мой первый приказ в качестве королевы Лендрии был приказом о заключении под стражу. Даже если это было ради безопасности моего друга.

Встав передо мной, Дез положил руки мне на плечи и встретился со мной взглядом.

– Не вынуждай меня умолять тебя, стоя на коленях, – сказал он.

– Ты настолько сильно хочешь пойти на войну, что готов умолять?

Я смотрела ему в глаза и внезапно осознала, что, возможно, я не знаю Деза так хорошо, как думала. То время, что я провела с ним до встречи с Ноком, было полно флирта и шуток. Мне нравились его мальчишеское обаяние и суровая внешность. Но каждый раз, когда Дез предлагал сделать наши отношения более серьезными, я увиливала от ответа. Я пыталась избежать любых обязательств и сердечных привязанностей. После Винна я боялась доверять кому-либо и поэтому даже не пыталась узнать Деза как человека.

И после этого осознания я похолодела. Дез хотел присоединиться к войне. Он готов рисковать жизнью. И если он погибнет, то я так и не узнаю его настоящего. У меня не будет больше такой возможности.

В горле образовался комок, и я с трудом проглотила его.

– Только не умирай, ладно?

Дез широко улыбнулся во весь зубной ряд.

– Постараюсь. – Он заключил меня в объятия и приподнял от пола. Глядя поверх моей головы, он кивком поблагодарил Нока.

Маделайна подошла к Дезу и похлопала его по плечу так сильно, что у него подкосились колени.

– Я найду для тебя местечко среди своих ребят, но при условии, что это устраивает Нока.

– Меня все устраивает, – сказал Нок, махнув рукой. – Делай, что считаешь нужным, Маделайна.

Он направился к двери и протянул мне руку. Мне все еще не хотелось, чтобы Дез шел на войну, но я должна уважать его выбор. Я взяла Нока за руку, и, выйдя из трактира, мы направились к лагерю. Наши войска быстро установили палатки и теперь грелись у костров и готовились ко сну. Приближалась ночь. На небосводе уже зажглись первые звезды. Нок обнял меня за талию, пока мы шли к нашей палатке.

– Ты готова?

– Как можно быть готовой к войне?

Концепция подготовки к войне казалась мне дикой. Вероятно, из-за того, что я росла среди заклинателей. Нас ожидало много крови. Много жертв. И хотя за время знакомства с Ноком я повидала немало ужасов, я не могла сказать, что готова к войне.

– Ну, некоторые люди живут ради войны. – Нок посмотрел в небо. – Я не один из этих людей. И я бы не сказал, что готов к войне. Я просто надеюсь, что мы сможем остановить Язмин до того, как все начнется.

– Я тоже.

Некоторое время мы шли в молчании. В воздухе смешались запахи сосен и мха, которые успокаивали меня. Как же здесь красиво и спокойно, хотя в скором времени нас ждет война. Сверчки стрекочут нежную колыбельную. На ветру шелестят стручки бобовых сосен. Со всех сторон слышатся тихие разговоры солдат. Последний иней растаял, и трава под ногами медленно превращалась из коричневой в зеленую.

Мы будем сражаться, чтобы защитить все это – наш мир, в котором мы жили, – потому что, если Окнолог пробудится, он сожжет все дотла.

На границе лагеря, практически у самого Китского леса возвышалась палатка, которая значительно больше других. Нок остановился перед входом и поднял темно-синий навес, чтобы пропустить меня внутрь. На земле были расстелены ковры, а вокруг низкого дубового стола, заваленного картами и пергаментами, было разложено несколько круглых подушек. Чуть дальше располагалась импровизированная кровать из мягких шкур и перьевых подушек.

Недоверчиво приподняв бровь, я едва не рассмеялась.

– Что это еще такое?

– Маделайна настояла. – Нок опустил навес. – Очень похоже на палатку, в которой я спал, будучи принцем Вильхейма.

– Все лучшее для короля, – пошутила я.

– И для королевы. – Обвив руками мою талию, Нок положил подбородок мне на плечо. Его теплое дыхание щекотало мне ухо, вызывая мурашки по всей коже.

Откинув голову назад, я прижалась спиной к его груди.

– В этом есть некоторые преимущества, – сказала я.

– Несомненно.

Руки Нока скользнули вверх и забрались под мою блузку. Его теплые ладони заскользили вверх по моему телу. Прикусив губу, я закрыла глаза и сосредоточилась на прикосновении. Завтра мы продолжим путь. Завтра мы отправляемся на войну. Завтра мы сосредоточим все наше внимание на других. Мы будем думать о чем угодно, только не о нас.

Но то будет завтра.

Развернувшись в объятиях Нока, я встала на цыпочки и притянула его к себе. Наши губы слились в поцелуе, и я жадно ловила каждый его вздох. Мои прикосновения будто бы наполняли его жизнью. Надеждой. А его прикосновения наполняли меня любовью настолько огромной, что невозможно было дышать.

Неважно, сколько раз мы оказывались в объятиях друг друга, я по-прежнему чувствовала ненасытный огонь, который побуждал меня исследовать каждый сантиметр его тела. Я знала, что скрыто под одеждой Нока, но каждый раз мне не терпелось сорвать ее как можно скорее.

Подхватив меня на руки, Нок отнес меня в постель. Мы сорвали друг с друга одежду, чтобы как можно скорее ощутить тепло обнаженной кожи. Нок накрыл меня своим телом, и я провела пальцами по его груди, очерчивая твердые мышцы. Какой же Нок красивый и страстный. И он смотрит на меня так, будто ничто в мире больше не имеет значение, кроме меня. Нок прильнул губами к моей шее и прошептал:

– Я люблю тебя, Лина.

– Я люблю тебя, Нок.

Его губы скользнули ниже, покрывая поцелуями мою грудь, и в этот же момент наши тела соединились в блаженстве. С моих губ срывались невольные стоны наслаждения, и я обвила руками шею Нока и затем запустила пальцы в его волосы. Хочу, чтобы этот момент длилися вечно. Потому что прямо сейчас мы в безопасности. Мы счастливы. Мы любим друг друга, и в этом мире нет ничего и никого, кроме нас. Я понимала, что это невозможно, но все равно молилась богам, чтобы хотя бы немного замедлить ход времени.

Хватая ртом воздух, мы лежали, обнимая друг друга. Нам не нужны слова. Мы говорили при помощи прикосновений, выписывая нежные узоры на коже. Я медленно водила пальцами по его рукам, груди, плоскому животу. Нок покрывал легкими поцелуями мою шею, губы, а затем игриво прикусил мочку моего уха. Мы снова поддались страсти, но на этот раз мы позволили себе растянуть время и вдоволь насладиться друг другом, растягивая последние мирные часы. В скором времени солнце неизбежно взойдет, и нам придется вернуться в суровую реальность.

Я не знаю, сколько прошло времени, но я уснула на груди у любимого, слушая стук его сердца и хватаясь за мимолетное счастье, которое Нок подарил мне. Не знаю, что принесут с собой ближайшие дни, но сегодняшний день подарил мне это счастье.

Тридцать четвертая глава. НОК

На третий день утром мы оказались на подступах к Вильхейму, где нас, определенно, ждали. Мы даже не успели добраться до железной дороги на окраине города, когда увидели армию Варека. Ряды стражей в ртутных доспехах и полной боевой готовности выстроились перед бесчисленными солдатами с темно-синими знаменами, на которых гордо красовался герб с серебряным грифоном. Мы на безопасном расстоянии, однако нельзя недооценивать угрозу. Одним взмахом руки Варек может приказать своей армии атаковать, и стражи доберутся до нас в течение нескольких минут.

Сидя верхом на Зиле, я уставился на армию Вильхейма. Когда мы остановились в Круоре, чтобы оставить там некоторых заклинателей, мы забрали всех скакунов с конюшен. Но даже вместе со всадниками Маделайны мы не могли соперничать с конницей Вильхейма по численности и мощи. Всадники в позолоченных доспехах и с палашами в руках устроились верхом на массивных, лоснящихся лошадях и явно чувствовали себя как рыба в воде.

Вокруг на удивление тихо и спокойно. Ни один порыв ветра не смеет тревожить открытую равнину, разделяющую две армии. Ни одна птица не приветствует утреннее солнце пронзительными трелями. Сама природа будто бы затаила дыхание. Все это разительно отличалось от моей последней битвы у Сумеречной пустоши, когда вокруг хлестал ветер и раздавался стук вражеских барабанов. Демонстрация сплоченности и боевого духа Райна в то время придала мне смелости. Но тишина и неизвестность, с которыми мы столкнулись сейчас, оказались в разы хуже любого боевого клича.

Натянув кожаные поводья Зилы, я развернул скакуна и проехал сквозь наши притихшие войска. У нас нет ни доспехов, ни знамен. У нас у всех разное оружие и навыки. Единственное, что нас объединяло, – это наша миссия, наша цель.

Я остановился перед отрядами, одетыми во все черное – Круор, моя семья. Соскользнув с седла, я передал поводья стоящему ближе всех ко мне члену гильдии. Кост, Калем и Озиас сдержанно кивнули, когда я подошел к ним. Как и остальные круорцы, они были одеты в одежду чернильно-черного цвета.

– Пора, – сказал я. Инстинктивно я потянулся к рукояти меча, и моя рука дрогнула. Минули десятилетия с тех пор, как я в последний раз носил при себе материальное оружие. Однако, очевидно, грядущая война способствовала пробуждению старых привычек.

– Где Лина?

– С заклинателями, – сказал Кост, кивая в сторону отрядов Хайрита.

Заклинатели остались в своей обычной одежде. Повсюду пестрели струящиеся брюки, свободные рубашки и кожаные ботинки. Рейвен наотрез отказалась облачать своих воинов в доспехи и раздавать им оружие – все это чуждо заклинателям. Когда мы предложили им надеть хотя бы кольчугу, то они тоже отказались. Мне хотелось надеяться, что звери будут достаточно надежной защитой.

Кстати о зверях… Я посмотрел на монстров Китского леса, замыкающих нашу процессию. Одного их вида достаточно, чтобы вселить страх даже в самых храбрых людей. Красные глаза, тусклый спутанный мех, острые когти и клыки пугали, но не так сильно, как исходящая волнами от них аура отчаяния и ярости. Я привык к чудовищам за время нашего путешествия, однако многие солдаты до сих пор боялись даже смотреть на зверей.

Гейджу удалось усмирить некоторых монстров, и его присутствие смягчило их обычно агрессивное поведение. Он сидел верхом на огромной спине Бу, держась за шерсть зверя, чтобы не упасть. Подавшись вперед, Гейдж похлопал зверя по шее и что-то прошептал ему на ухо.

– Я вернусь. Сохраняйте спокойствие, – сказал я, обращаясь к Озиасу.

Он сухо кивнул, и мы с Калемом и Костом направились к заклинателям. Эмелия, Иов и несколько других членов гильдии, которых мы выбрали для миссии Лины, появились из вихря теней. Они наблюдали за нами издалека и теперь присоединились к нам.

По мере того как мы продвигались вперед, заклинатели расступались в стороны, чтобы пропустить нас. Каждый кивал в молчаливом приветствии, после чего возвращали свое внимание к бестиариям. Многие держали их открытыми и читали плавающие в воздухе магические письмена, чтобы окончательно решить, какого зверя призвать для битвы. Лина стояла среди них и шептала слова ободрения и поддержки. Она замерла, когда заметила нас.

Она выглядит полностью готовой к войне. Черные облегающие бриджи заправлены в высокие серебристые сапоги. На бедре пристегнут кинжал. Лина просунула пальцы под нагрудник с эмблемой грифона и достала бестиарий. Самая настоящая королева Лендрии, готовящаяся к битве.

– От тебя невозможно отвести взгляд, – сказал я с ухмылкой.

– Можешь поблагодарить за это Маделайну. – Лина улыбнулась в ответ и поправила наручи. – Она хотела, чтобы я оделась под стать тебе.

Положив руку мне на грудь, Лина постучала пальцем по эмблеме грифона на моей броне – отличительный знак лендрийцев.

Единственным отличием нашей эмблемы от той, что была изображена на вражеском флаге, была лишь маленькая корона на голове существа. Только королевская семья носила этот герб.

Лина взглянула на Калема и Коста, и ее улыбка исчезла.

– Пора? – спросила она.

– Да. – Я поджал губы. – Где Каори?

– Здесь. И я готова, – сказала она, на ходу прощаясь с заклинателями и вставая рядом с нами.

Каори пристально посмотрела на Калема, изучая цвет его глаз. Он натянуто ухмыльнулся ей, но его радужки вспыхнули ртутью. Он никогда не был в подобной ситуации, и контролировать внутреннего зверя в таких условиях будет не просто. Однако, возможно, Калему как раз стоит потерять контроль и позволить зверю посеять хаос и панику в замке.

Прежде чем мы успели даже подумать о том, чтобы пройти сквозь море райнойских солдат в суровых нефритовых доспехах, Маделайна сама проложила себе дорогу. Рядом с ней шел мужчина.

– Это Джоэл. Он будет вашим проводником в Вильхейме, – сказала Маделайна, хлопая рукой в перчатке по широкому плечу мужчины.

Зажав шлем под мышкой, Джоэл прижал кулак к сердцу и поклонился.

– Готов служить истинным королю и королеве Лендрии. – Он выпрямился и откинул от лица песочно-каштановые волосы и уставился на нас светло-карими глазами.

– Благодарю, Джоэл. – Лина кивнула ему. – Без вас мы вряд ли справимся.

Щеки солдата залил румянец.

– Все, что угодно, моя королева, – сказал он.

– Я уже установила очаг Телесавры здесь. – Лина дотронулась до бестиария. – Все, что осталось сделать, – это переправить всех в царство тварей, а затем в замок. Айксасс моего отца знает, что мы придем, поэтому на этот раз это займет много времени.

Мои плечи напряглись.

– В таком случае, это все, – сказал я.

– Да. – Лина посмотрела на меня полными эмоций карими глазами и сжала челюсти.

Боги, как же я ненавидел видеть ее такой. Она будто бы хотела попрощаться. Я одновременно хотел и не хотел слышать ее слова, потому что этот разговор может стать нашим последним разговором.

Нет, нельзя так думать. У нас все будет хорошо. Мы победим. А если нет, то хотя бы выживем. Обняв Лину одной рукой за талию, я притянул ее к себе и дотронулся пальцами до ее лица, а затем поцеловал ее. Губы Лины дрожали, и, о боги, это меня убивало. Я не хочу ее отпускать. Не хочу, чтобы мы расставались. Не хочу, чтобы она подвергала себя опасности. Однако как бы мы с Костом ни ломали голову, мы не могли придумать более лучшую стратегию, чем та, что у нас была.

Мы с Линой – король и королева Лендрии, и мы должны исполнять свои обязательства перед людьми.

Но на секунду я стал просто Ноком, который держит в руках любимую девушку и чувствует ее дрожь. Отстранившись, я провел большим пальцем по щеке Лины.

– Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю. – Она кивнула.

Никто из нас не прощался. Мы просто обняли друг друга еще раз и отстранились. Отряд Лины взялся за руки, и она призвала свою магию, чтобы открыть дверь в царство тварей. Невероятной красоты лозы и цветы вспыхнули на ее висках, и все вокруг погрузилось в сияние вишневого цвета. Лина бросила на меня последний взгляд, полный невысказанных эмоций, и у меня защемило сердце.

А затем она исчезла, и теперь я мог только догадываться о том, какая судьба ее ждет.

– Принесите мне белый флаг, – сказал я тихим, но твердым голосом.

Один из ближайших заклинателей бросился исполнять поручение и в скором времени вернулся с флагом в руке. Я взял флаг за древко и взмахнул накрахмаленным белоснежным полотном. Мы не сдавались – отнюдь, – однако мне нужно отвлечь Варека любым возможным способом. И если я заставлю его вступить в переговоры, тогда, возможно, я смогу подобраться достаточно близко, чтобы его солдаты увидели меня и поняли, что истинный наследник жив.

Я зашагал обратно к своей Зиле и вскочил в седло. Озиас подъехал ко мне на своем скакуне, и мы двинулись вдоль строя. Гейдж, Рейвен, Айла и Маделайна последовали за нами, и затем мы повернулись лицом к армии Варека.

Подняв флаг к утреннему небу, я щелкнул языком, и моя Зила медленно двинулась вперед, чтобы вражеская армия не подумала, что мы идем в наступление. Высоко поднятый белый флаг должен быть явным сигналом к переговорам, однако кто знает, станет ли Варек уважать правила ведения войны. Я не видел его с тех пор, как был принцем. В то время мы оба были совсем юными. Но сейчас он постарел и надел на голову корону, став ужасным правителем.

Со стороны врага небольшой отряд солдат нарушил построение и двинулся вперед. Во главе скакал всадник в серебряных доспехах. Зажав шлем под мышкой, свободной рукой он тоже поднял белый флаг. Варек. А вокруг него люди, окутанные тенями.

– Дерриен. – Озиас так сильно сжал поводья, что костяшки его пальцев побелели.

– Спокойно, – сказал я, хотя мои руки также невольно сжались в кулаки. – Не реагируй на него.

Мы добрались до середины поля первыми и были вынуждены ждать Варека. Он пустил коня медленной рысью, а Дерриен и его люди шли пешком. Специально, конечно же. Они могли бы скрыться в мире теней и оказаться перед нами в считаные секунды. Следует отдать должное Вареку – он поступил разумно, когда взял в качестве свиты Дерриена и его людей. Они все знают, кто я такой, и им плевать, что я законный король. Им нужна лишь моя голова. Варек оставил стражей и солдат позади, чтобы никто из них не увидел меня, поскольку это привело бы к разногласиям в рядах вильхеймской армии. Когда Варек, наконец, остановился в нескольких метрах от меня, он посмотрел на меня с отвращением.

– Ты не имеешь права находиться здесь, Александр.

– Имею полное право, – холодно ответил я. – Мой отец был королем, а до этого королем был его отец. Вильхейм принадлежит мне по праву рождения.

– И ты лишился этого права, когда умер. А поскольку твои родители скончались, так и не произведя на свет наследника, ответственность за страну легла на плечи моего отца, а затем перешла ко мне. – Он передал флаг одному из людей Дерриена и положил ладонь на бедро. – Убирайся немедленно, и я сохраню жизнь всем тем, кто последовал за тобой.

Он посмотрел на Рейвен и Айлу, после чего его взгляд метнулся к Гейджу. Лицо Варека побледнело при виде перерожденного рогатого медведя, но он быстро взял себя в руки. Затем Варек заметил Маделайну и стиснул зубы.

– Кроме тебя, – сказал он.

Маделайна не удостоила его ответом.

– У меня есть встречное предложение, – сказал я. – Отрекись от короны, и я сохраню тебе жизнь.

Он ответил хриплым смехом, и кончики его намасленных каштановых локонов задрожали.

– Это все, что ты хотел мне сказать? Какая пустая трата времени, – сказал Варек.

Дерриен ухмыльнулся. Он смотрел на меня янтарными глазами, полными злобы. В его руке появился теневой клинок, который он начал вертеть между пальцами.

– Мы можем избежать жертв с обеих сторон, если решим исход войны в ходе поединка. Сразись со мной лично. Один на один.

Варек презрительно усмехнулся.

– У тебя есть магия теней, и это явное преимущество. Зачем мне рисковать жизнью, если я уверен, что победа в этой войне будет за мной? – Он насмешливо посмотрел на мою армию. – Вы в меньшинстве, а я даже не расставил все фигуры на доске.

– Ах да, Язмин. – Я поерзал в седле и взглянул на армию Вильхейма. – Что-то не вижу ее в твоих рядах. Ты уверен, что она на твоей стороне?

– Пытаешься манипулировать? – Он цокнул языком. – Я ожидал от тебя большего. Язмин именно там, где должна быть, не переживай. Так что, мы закончили?

Он взял белый флаг и, переломив древко пополам об колено, бросил обломки на землю. Знак того, что нам не удалось договориться о мире и битвы не избежать. Я сделал то же самое, но когда я разломал древко пополам, я бросил одну часть в руки Варека, а вторую – к ногам Дерриена. Он зашипел в ответ, и тени вокруг него ожили. Варек, к моему большому удивлению, остался спокойным. Древко ударилось о его руки и с грохотом упало на землю.

– Осторожнее, Александр. Язмин намерена убить твою возлюбленную. Я мог бы попросить ее передумать, если бы переговоры закончились как-то иначе, но увы, увы.

– Ты не знаешь, с кем имеешь дело. – Я рассмеялся, хотя мне было не до смеха.

– Ты не в своем уме, если думаешь, что сможешь победить. – Натянув поводья, Варек поскакал обратно к своим войскам.

Люди Дерриена скрылись в тенях. Сам же он задержался, чтобы бросить нож мне в лицо. Я увернулся, и лезвие лишь слегка поцарапало мою щеку. По коже струйкой потекла кровь, и я превратил ее в иглы.

– Ты знаешь, чем все закончится, Дерриен.

Он зарычал, увидев кровавые иглы, и исчез, оставив меня и Озиаса одних посреди будущего поля битвы.

Дерриен и Варек угрожают мне и Лине. Прежняя неуверенность и тревога, которые я испытывал по поводу надвигающейся войны, исчезли в мгновение ока, сменившись гневом. Подобную ярость я испытывал очень давно, когда находился под контролем Язмин, борясь с красной пеленой клятвы. Однако сейчас я чувствовал не ее гнев, а свой. С каждым вдохом пламя в моей груди разгоралось все ярче, и я мог думать только о том, как довести наше дело до конца.

– Пойдем, – резко сказал я.

Мы погнали наших лошадей галопом обратно к нашим рядам. Утренняя тишина исчезла. Страх исчез. Солдаты вытянулись по стойке смирно. Лошади ржали и били копытами. Гейдж встал рядом с чудовищами Китского леса и прикоснулся пальцем к ключу на шее, призывая Океана. Легендарный зверь встал рядом с хозяином, не обращая внимания на перерожденных тварей. Маделайна и Рейвен встали перед своими отрядами, пока мы пробирались к последним рядам, где стояли солдаты Райна под командованием Айлы. Чародейка натянула поводья, занимая позицию, и коротко кивнула нам.

– Мы последуем за вами.

– Мы в долгу перед Райном, – сказал я, почтительно кивнув. – Я безмерно благодарен вам за помощь.

– Осторожнее со стражами, – натянуто добавил Озиас. – Они опасны.

– Я тоже. – Айла ухмыльнулась, и в ее глазах вспыхнула магия.

С этими словами мы помчались обратно в первые ряды. Когда мы проезжали мимо, люди прижимали кулаки к груди. Озиас скакал рядом со мной, выкрикивая приказы о готовности к бою.

Наконец, остановившись перед круорцами, я взял горн и протрубил, подавая сигнал. Низкий звук разнесся по равнинам и эхом откликнулся у меня в груди.

– Пора положить этому конец. Всему этому. – Я уронил горн на землю и призвал тени.

Нас предали те, кому мы доверяли. Я слишком много времени провел вдали от Вильхейма – своего дома. Я слишком долго противился воле богов, которые знают, что мы с Линой сможем направить королевство в светлое будущее. Настало время сражаться за наш народ, чтобы подарить ему будущее и дом, которым можно гордиться.

Я, Александр Ноксис Фейрейнер, король Вильхейма, и я верну то, что принадлежит мне по праву.

Последнее, что я услышал, бросаясь в бой, – ответный рев горна Варека, который заглушил зловещий скрип, когда открылись сотни дверей царства тварей.

Война началась.

Тридцать пятая глава. ЛИНА

Процесс прохождения пятнадцати человек через дверь царства тварей оказался более болезненным, чем я ожидала. Даже моя магия не смогла полностью защитить нас. Мы упали бесформенной кучей в подземной тюрьме. Все мое тело болело, как будто меня несколько часов избивали. Кожа горела, словно меня пытали углями. Тусклый, бледно-зеленый свет пещеры казался мне слишком ярким. В голове стучало, зрение затуманилось. Я потерла глаза тыльной стороной ладони. Что ж, по крайней мере, мы добрались сюда целыми и невредимыми. Никто не застрял в царстве тварей и не сгинул между мирами. К счастью, боль отступала с каждым вдохом.

– Если мне придется снова это повторить, я пас, – прохрипела Эмелия, цепляясь пальцами за землю.

– Поддерживаю. – Иов с трудом сел. Он держался за голову обеими руками.

– Поверьте, я сама не намерена это повторять. – Покачиваясь, я встала на ноги и ухватилась за изножье больничной койки.

Зрение начало проясняться, и я отыскала взглядом маму. Она лежала все там же. На меня нахлынула волна облегчения, и я тут же подбежала к маме и взяла ее за руку.

– Скоро, – прошептала я.

Мне хотелось попытаться разбудить ее прямо здесь и сейчас, но нельзя терять ни минуты. Мы должны найти Язмин. По крайней мере, заклинатели здесь в безопасности.

Остальные поднялись на ноги, издавая сдавленные стоны и разминая мышцы. Каори подошла ко мне, и ее пристальный взгляд сначала сосредоточился на моей маме. Затем на отце. Ее глаза становились все больше с каждой секундой. Каори, не обращая внимания на недомогание после прохождения через портал, заметалась от койки к койке, лихорадочно осматривая заклинателей и корни, прикрепленные к их головам.

– Каори?

Она никак не отреагировала.

– С ними все в порядке. – Я попыталась достучаться до нее еще раз. – Им не больно. Они просто… спят.

Каори резко остановилась, когда дошла до стены, и повернулась спиной к лестнице. Ее тело била дрожь. Отпустив мамину руку, я сделала несколько осторожных шагов в сторону Каори. Остальная часть отряда не двигалась, не зная, что делать. Лишь Калем поспешил за мной. Его глаза наполнились беспокойством, и он ускорил шаг, чтобы первым добраться до Каори.

– Эй, – сказал он, останавливаясь напротив нее.

Каори вздрогнула и посмотрела на Калема. Ее лицо исказилось от ярости и отчаяния.

– Это… Это их рук дело. Я уверена.

Я посмотрела на Калема, но он не обратил на меня внимания. В этот момент он видел только Каори.

– Мы этого не знаем. – Он мягко взял ее за запястье, по которому вверх по руке ползли ртутные вены. – Дыши. Подумай о…

– Не хочу! – закричала она, отдергивая руку.

Каждая жилка в ее теле вспыхнула, как будто Каори пронзило молнией. Её глаза полностью заволокло черным. Белки глаз исчезли.

Превращение Каори произошло так же стремительно, как и у Калема. Её тело засияло, и уже через секунду перед нами предстал прекрасный и одновременно пугающий зверь. Длинное гибкое туловище заняло большую часть пещеры, оно изгибалось и скручивалось, стоя на шести лапах. Блестящий мех ртутного оттенка. Грива лавандовых волос тянулась от головы до кончика хвоста. Когда Каори мотнула волчьей головой, её рога едва не проткнули потолок.

– Каори… – Калем опустил руки. Он уставился на нее с благоговением, как будто впервые видел ее внутреннего зверя.

Каори повернула голову к Калему, взвыла и взмыла вверх по лестнице. Нам всем оставалось только смотреть. Я тоже разозлилась, когда мы впервые попали сюда вместе с Костом, но я не ожидала подобной реакции от Каори.

Кост подскочил к Калему.

– Иди за ней. Сейчас же!

Калем тут же призвал тени и исчез. Глядя ему вслед, я вышла из ступора и бросилась к лестнице. Кост и остальные следовали за мной по пятам.

Мы поднимались настолько быстро, насколько могли, но не успели даже добраться до последней ступени, когда услышали испуганный крик, за которым последовал тошнотворный булькающий звук. Когда мы выбрались на поверхность, мраморные плиты у подножия дерева уже были испачканы кровью. Зверь Каори растерзал несколько солдат, и Калем не уступал ей в свирепости, метая клинки в атакующих его лендрийцев.

– Боги, – выдохнула Эмелия, глядя на происходящее.

Я не успела ничего сказать. Внезапно появился страж и испепелил теневые клинки Калема своей магией света. Взмахнув мечом, он ранил Каори в плечо. От леденящего кровь вопля на дереве задрожали листья. Каори попыталась напасть на стража, но он бросился бежать, и она не смогла добраться до него.

Мне кажется, именно крик Каори спровоцировал Калема. Его глаза полностью окрасились в ртутный цвет, а его руки покрыла каменная чешуя. В мгновение ока он догнал стража и, вспоров броню когтистой рукой, пронзил его сердце теневым клинком.

– Тебе не стоило ее трогать.

Хриплый и злобный голос, который я услышала, совсем не похож на голос Калема. Внутренний зверь взял верх, и вот Калем уже стоит рядом с Каори. Он мягко боднул ее в шею. Никогда не видела, чтобы в звериной форме он делал что-то настолько нежное. Каори тихо взвыла в ответ, и они вместе двинулись в атаку.

– Твою мать, – пробормотал Кост, после чего добавил пару красочных ругательств, что было ему несвойственно. Он приподнял очки и ущипнул себя за переносицу. – Вот тебе и тайная миссия.

– Пойдём.

Я помчалась за Каори и Калемом, стараясь не придавать значения тому факту, что я бежала по кровавым лужам. Задержавшись лишь на мгновение у большой арки, я выскочила в ярко освещенный коридор. Следы крови вели влево, и как только остальная часть группы догнала меня, мы побежали именно туда. Торопливые шаги эхом отражаются от полированных каменных стен. Над головой висят богато украшенные люстры, которые дрожат с каждым яростным ревом Каори и Калема.

Коридор вывел нас в огромную круглую комнату, и я резко затормозила. Мы оказались в тронном зале. Дорожка цвета морской волны, отделанная золотом, ведет к ступеням, над которыми возвышается золотой трон, украшенный сверкающими листьями. Вдоль дальней стены тянутся витражи. Сквозь массивные круглые окна на потолке льётся солнечный свет, освещая тонкие прожилки на полированном мраморном полу.

Калем и Каори остановились возле трона. Шерсть на загривке Каори встала дыбом. С противоположной стороны зала распахнулись двойные двери, и к нам навстречу бросились стражи и солдаты.

– Это, должно быть, почти вся охрана замка. – Джоэл побледнел.

– Просто прекрасно, – пробормотал Кост, призывая тени. – Наша единственная задача заключалась как раз в том, чтобы не попасться им на глаза.

Эмелия, Иов и другие круорцы призвали теневые клинки. Джоэл выхватил широкий меч из ножен на поясе. От стен эхом отражался лязг доспехов и топот ног. Калем прижал уши к голове. Из его пасти вырвалось низкое предупреждающее рычание. Его взгляд перебегал от одного солдата к другому, как будто Калем планировал нападение вместо того, чтобы безрассудно броситься вперед. Однако врагов слишком много. Каори и Калем не справятся с ними в одиночку.

Вытянув руку, я призвала остатки магии и рывком открыла дверь в царство тварей. Большинство моих зверей уже были готовы к бою. Они знали, с какой опасностью я столкнулась, и готовились прийти на помощь. Однако сейчас мне нужна только помощь Лолы.

Самка Лахарока вырвалась из царства тварей и заслонила собой Калема и Каори. Ее кроваво-красная чешуя засияла на солнце. Лола наклонила длинную шею, чтобы посмотреть сверху вниз на противника. Белые глаза зверя не выражали ничего, кроме ярости.

– Сейчас, Лола! – крикнула я.

Она ответила боевым кличем, от которого задрожали стены, а затем направила смертоносный жар на врагов.

Калем и Каори отступили, чтобы оказаться вне досягаемости. Лендрийским солдатам повезло меньше. Зал наполнили душераздирающие крики. Люди пытались отступить, но им мешали их же товарищи по оружию. Через двери вошли слишком много солдат, и убежать обратно в коридор получилось не у всех. Воздух наполнился запахом раскаленного металла и горелой плоти, и я вздрогнула.

Горстка стражей и солдат прижались к стенам, едва избежав смерти, после чего они бросились в атаку. Эмелия первая вступила в бой, блокируя вражеский меч алебардой. Почти сразу стражи озарили все вокруг ослепительным светом. Теневое оружие круорцев тут же исчезло. Эмелия откатилась в сторону, уклоняясь от удара, и выхватила из ножен два серебряных кинжала.

Кост выругался и выхватил тонкий меч из ножен. Зная, что Круору наверняка придется столкнуться со стражами, они все вооружились настоящими клинками. Джоэл встал рядом с Костом и скрестил меч с одним из своих бывших товарищей по оружию.

– Остановите это безумие! Настоящий король жив! Я видел его, – прокричал Джоэл, стараясь, чтобы его услышали сквозь звон металла.

Однако никто его не услышал. Солдат, с которым Джоэл скрестил мечи, попытался нанести ему удар. Джоэл пнул его в грудь, и мужчина, спотыкаясь, полетел к Лоле, которая тут же сожгла его заживо.

Затем в бой вступили Калем и Каори. Они бросались от солдата к солдату, разрывая чудовищными клыками доспехи и плоть. Атаки Калема и Каори невозможно остановить. Они получали ранения, но все равно продолжали двигаться вперед. Продолжали бороться.

Когда я снова открыла дверь в царство тварей, желая призвать очередного зверя на помощь семье, я отвлеклась на клинок, блеснувший в солнечных лучах. Кост легко парировал атаку и пошел в наступление. Я замерла, разглядывая потолочные окна. Солнце приближалось к своей наивысшей точке на небосводе.

Я резко повернула голову в сторону дверей, через которые продолжали прибывать вражеские солдаты. Мне нужно добраться до Язмин. Обратный путь тоже отрезан. Я осмотрела тронный зал и уже подумывала о том, чтобы разбить витражное окно и сбежать через крышу, когда моё внимание привлёк арочный проход в углу.

– Джоэл! – крикнула я, указывая на выход. – Что там?

Он вонзил клинок в живот вражеского солдата и посмотрел в указанном направлении.

– Восточная башня!

В голове беспорядочно роились мысли. Если я смогу забраться на башню, то смогу призвать Оникса и искать Язмин с воздуха.

Я не могла ждать окончания битвы. Мне не хотелось бросать семью в этот трудный момент, но я должна верить, что они все справятся и без меня. Кост вонзил меч в горло стражу, найдя щель в доспехах. Солдат опустился на колени, из его горла раздался тихий булькающий звук, за которым последовал кровавый кашель. Страж рухнул на пол. Кост резко обернулся и встретился со мной взглядом.

– Иди!

Это было именно то, что мне нужно было услышать. Я велела Лоле оставаться на месте и слушать Коста, и она громко проревела в ответ. Я бежала по мраморным плитам, уворачиваясь от клинков, и затем внезапно оказалась в пустом коридоре с винтовой лестницей, ведущей вверх. Вдоль стен висели платиновые факелы, которые днем не горели, поскольку света здесь и так хватало благодаря продолговатым окнам.

Я продолжала подниматься все выше и выше. Мышцы болят от напряжения, легкие горят от нехватки кислорода, но адреналин заставляет меня продолжать бег. Я потеряла слишком много времени. Я могу не успеть. Паника пожирала меня изнутри, пока я, наконец, не выбралась на самый верх. У башни нет крыши, поэтому с нее открылся потрясающий вид на весь Вильхейм. Ряд каменных зубцов и толстые перила не позволили бы мне свалиться вниз, поэтому я подбежала к краю, готовясь призвать Оникса, но затем увидела её.

Язмин.

Она стоит в центре сквера, по которому мы с Ноком шли во время нашей миссии по приручению Азада. Вокруг многоуровневого фонтана раскинулись ухоженные газоны с молодой травой. Фонтан венчала статуя короля, преклонившего колено. Это Первый Король – предок Нока.

Язмин стояла перед статуей с леденящей душу улыбкой на лице. В чаше фонтана блестела красная жидкость и белели кости – кровь Нока и останки Винна. Два ингредиента, необходимых для призыва и приручения Окнолога. Рядом с Язмин на земле сидел Асура, плотно прижимая две ладони к земле. Две руки он вытянул в стороны, а оставшиеся две протянул к небу. Значит, невидимый защитный барьер абсолютно невредим.

По другую сторону сквера стояла точно такая же высокая башня с огромным прозрачным колоколом. Над тихим городом прозвучал мелодичный звон. Полдень.

– Нет! – закричала я и, собрав остатки сил, распахнула дверь в царство тварей.

Внизу что-то блеснуло на солнце. Язмин высоко подняла длинный серебряный кинжал, а затем решительно вонзила его в собственное сердце. Из раны потекла кровь, которая сначала капала на каменные плиты, а затем потекла в чашу фонтана. Язмин упала на колени; на ее губах по-прежнему играла улыбка. Из раны на груди вырвался светящийся шар, похожий на мерцающий драгоценный камень. Он завис в воздухе, словно в ожидании чего-то. Или кого-то.

Оникс вылетел из царства тварей и встал передо мной, грозно рыча. Его рычание могло бы посоперничать по громкости со звоном колокола. Но все звуки померкли, когда вдалеке раздался приводящий в ужас рев. Рев, который отвлек мое внимание от предательницы. Я устремила взгляд к горизонту в направлении Хайрита.

На фоне синего неба расцвело зловещее облако черного дыма под зловещий оглушающий грохот. Казалось, будто весь мир содрогнулся. Будто рухнула гора в результате ужасного землетрясения.

Хайрит превратился в руины.

Я не знаю, откуда возникла эта мысль. Однако глубоко в душе я знала, что это жуткая, невыносимая правда. Мое сердце болезненно сжалось.

Язмин успешно пробудила зверя, ради усмирения которого Селеста пожертвовала жизнью. Возможно, та статуя в тронном зале Хайрита была не просто данью уважения могущественному зверю. Возможно, она была надгробием.

Черное облако дыма на горизонте стало гуще, и в небо поднялся столб огня. На фоне огненного красного потока в воздух взмыл дракон.

Окнолог восстал.

Тридцать шестая глава. НОК

Клинки ударяются о доспехи с оглушительным лязгом. Армия Варека стремительно наступает, и у нас нет возможности прорваться вперед. Враг в разы превосходит нас численностью.

Стрелы свистят над головой, заканчивая свою смертоносную песнь глухим стуком, когда наконечники вонзаются в плоть или землю. Треск щиток. Рев зверей. Заклинатели, круорцы, солдаты Райна и Лендрии – все мы сражались бок о бок против трона. Равнина превратилась в море крови и тел, воздух наполнился тяжелым запахом меди. Как бы самоотверженно мы ни сражались, было очевидно, что мы проигрываем.

Кругом – мертвые скакуны и люди. Войска Варека взяли нас в оцепление, не оставляя возможности отступить. Но мы не сдавались. Мы продолжали сражаться со стражами, всадниками и пехотой. Несколько раз я пытался поговорить с солдатами, доказать, что я законный король, но Варек приказал своим людям держаться на расстоянии, пока не начнется битва. И теперь, когда вокруг звенела сталь, люди не слушали, сосредоточившись лишь на том, чтобы выжить. Меня окружили ослепительные столбы света, лишая меня возможности призвать тени. Но у меня остались кровавые клинки. Я вскрыл вены на руках и теперь решительно орудовал двумя мечами, несокрушимыми и смертоносными. И все же одной лишь решительности недостаточно для победы.

– Слева!

В воздухе просвистел черный боевой молот, сражая одним ударом стража. Дез выдернул оружие из шлема павшего воина и бросился вперед. Я кивнул ему в знак благодарности и вонзил меч во вражеского солдата. Он беспомощно схватился руками за мое оружие, а затем его глаза померкли, и он умер. Неподалеку Озиас и его зверь Джакс сражались одновременно с несколькими солдатами. Синяки и опухшие порезы исказили лицо Озиаса до неузнаваемости, однако он все равно продолжал яростно сражаться. Джакс прикрывал его, воздвигая стены из вулканического камня.

Куда бы я ни повернулся, везде царил хаос. Рейвен призвала легендарную кошку Мику, и ее изящные серо-голубые копии бросались в бой, не уступая по мощности и свирепости оригиналу. Однако количество копий неизбежно сокращалось. Многие заклинатели отправляли зверей обратно в мир тварей, чтобы те могли исцелиться. Невидимые двери со скрипом открывались, на поле боя то и дело вспыхивали разноцветные вспышки света, когда заклинатели призывали новых зверей. Однако было очевидно, что их силы скоро окажутся на исходе.

Очередной страж бросился на меня, и я упал на колени, замахиваясь клинком. Солдат закричал от боли и повалился на землю, став легкой добычей для Бу. Один удар мощной лапой – и человек мертв. Гейдж сидел верхом, а все бросились бежать. Их это не спасло. Гейдж кивнул, и они сгинули в луче лунного света.

– Что теперь? – Гейдж резко повернулся ко мне.

Что теперь? Я окинул взглядом поле боя. Не знаю. Я не вижу выхода из сложившегося положения. Я не смогу… Клинок просвистел в воздухе и рассек мне плечо. Горячая кровь хлынула из раны, и я вскрикнул от боли. В ярости я замахнулся мечом на вражеского солдата, но мое лезвие лишь поцарапало его доспехи. Солдат отскочил назад и выхватил кинжал. Боль от раны эхом откликалась во всем теле, но прежде, чем я успел превратить кровь в лезвие, мимо меня пронесся раскаленный электрический шар и врезался в грудь врага.

Повернув голову, я проследил и обнаружил Айлу. Ноги на ширине плеч, руки вытянуты вперед. На кончиках ее пальцев искрятся электрические разряды. Прямо перед чародейкой – дорожка выжженной травы. Айла владеет той же магией, что и чародейка, напавшая на меня во время войны с Райном.

Айла не произнесла ни слова и призвала очередную шаровую молнию. Шар в ее руках трансформировался в потрескивающий постоянный поток энергии, которым чародейка с легкостью избавилась от нескольких десятков атакующих солдат. Когда магия иссякла, Айла упала на одно колено, пытаясь отдышаться. Однако времени на передышку у нее не было. Из теней появился один из головорезов Дерриена и замахнулся на Айлу клинком. Чародейка горделиво вскинула подбородок, готовясь с достоинством принять смерть. Но прежде чем солдат успел опустить меч на ее голову, земля перед ним раскололась надвое. Огненно-красная стена защитила Айлу, и клинок со звоном ударился о камень. За спиной у мужчины из теней появился Озиас и перерезал ему горло.

Мы не можем продолжать сражаться в том же духе. Куда ни глянь – повсюду вражеские солдаты, которые прибывают и прибывают. Их слишком много. Но я не сдамся. Я не могу сдаться. Где-то в замке Лина, Кост, Калем и наши друзья рискуют жизнью, чтобы помешать Язмин. Нам нужно продолжать бой и двигаться вперед. Если мы хотим мира, то мы должны за него сражаться.

Готовясь броситься на стража, я отвел кровавый клинок назад, целясь мужчине в грудь. Вот только нанести удар я так и не успел. Над полем битвы пронесся леденящий душу, потусторонний рев, заглушая людские крики и звериный рык. Все замерли от ужаса, и я не стал исключением. Повернув голову, я увидел огромную черную тучу и столб огня, который будто бы прожигал дыру в самом небе. Ужасающий рев повторился, и внезапно на фоне дыма проступили очертания огромного дракона.

Одного взгляда на побледневшее лицо Гейджа хватило, чтобы понять: Язмин пробудила Окнолога.

Зверь взмахнул мощными крыльями, создавая воронку из воздуха. В считаные минуты солнце скрылось за черным дымом, и свет практически померк.

– Да помогут нам боги, – сказал Гейдж, и его руки безвольно опустились.

В небо будто бы взлетела огромная алебастровая гора, когда Окнолог поднялся выше. Он сменил направление и устремился к столице. Вот-вот настигнет нас. Тот путь, на который у нас ушли дни, дракон преодолевал в считаные минуты. Рогатая голова прорезает клубы дыма, оставляя за собой дорожку чистого голубого неба. Яркие рубиновые глаза сверкают яростью. Подлетая к полю боя, Окнолог разинул пасть, и в его чреве зародилось красное пламя. Разинув пасть, зверь направил струю огня прямо на нас.

В мгновение ока ненасытное пламя уничтожило треть наших людей и довольно большую часть армии Варека. Окнологу все равно, кого убивать. Он радостно проревел, будто смеясь над нами, и полетел над выжженной землей в направлении Вильхейма. Облетев замок, он приземлился на крышу, ломая мрамор и алмазные стены когтистыми лапами. Окнолог склонил голову к земле, и его морда на некоторое время исчезла из поля зрения, а затем он выпрямился. Между его рогов стояла крошечная фигурка.

Язмин.

Вражеские солдаты радостно закричали, и мое внимание снова сфокусировалось на поле боя. Варек верхом на лошади двигался вперед с высоко поднятым мечом. Под открытым забралом сверкала его безумная улыбка.

– Великий дракон решил помочь Вильхейму! – Он обратил свой взгляд на меня. – Тебе не победить.

Может быть, но и ему тоже не победить. Воспользовавшись оцепенением солдат, я призвал как можно больше кровавых клинков и метнул их все в короля. Он вовремя поднял щит, однако сила моей атаки сбила его с лошади. Варек кубарем покатился по земле, крича от боли и ярости. Его доспехи окрасились кровью. Кое-как встав на ноги и найдя меч, Варек направил злобный взгляд на меня.

Он сделал несколько шагов в мою сторону, намереваясь атаковать, но внезапно у его ног возникло облако золотого тумана. Варек сосредоточился на мне, поэтому не заметил опасности. Облако сгустилось вокруг короля, и рядом возник легендарный кошачий зверь. Он вонзил клыки Вареку в бедро. Король закричал. Зверь подался назад и выдохнул в открытую рану смертоносный золотистый туман. Варек в ужасе прикоснулся к своей ране, даже не подозревая, что это не самое страшное. Дыхание короля стало прерывистым, и краска отхлынула от его лица. Выпучив глаза, он лихорадочно осматривал поле боя, как будто хотел позвать на помощь, но вместо слов из его рта вырвался хрип. Спотыкаясь, Варек сделал несколько шагов и рухнул на землю, после чего испустил свой последний вздох.

Я перевел взгляд на Кучевого льва Язмин. Именно этот зверь убил Гейджа. Лев исчез так же быстро, как и появился, скрывшись в царстве тварей.

А затем Язмин закричала во всю глотку:

– Они убили вашего короля! Сражайтесь! Покажите им силу Вильхейма!

Яростный рев вражеских войск не уступал по громкости реву Окнолога. Солдаты ринулись в бой с лютой ненавистью и удвоенной силой. Я не видел Язмин, но я клянусь, я слышал ее злобный смех. Она убила короля и взяла командование армией на себя. И не заподозрила обмана.

Окнолог поднял голову к небу и взмыл вверх. Его брюхо стало оранжевым, и затем он снова обрушил яростное пламя на нас. Заклинатели и их звери разбежались во все стороны, едва спасаясь от губительного огня. Не в силах оторвать глаз от ужасающего зрелища, я крикнул Гейджу:

– Как нам его остановить?

– Никак.

Его уверенный мрачный тон убил во мне последнюю надежду. Нас окружили смерть и адский огонь. Повсюду горящие трупы, скулящие звери и кричащие от боли люди. Я не в силах вернуть своей армии боевой дух. Мы пожертвовали всем ради этой войны, но этого было недостаточно. И теперь, когда Окнолог летел прямо на нас, нам оставалось лишь молиться богам и готовиться к смерти.

По небу наперерез дракону метнулось маленькое чернильное пятнышко, которое я тут же узнал. Оникс зарычал, и в этот же момент я увидел на его спине Лину в окружении вишневого света. Каким-то образом ее магия развеяла дым. В проделанную дыру пробился солнечный свет. Дверь царства тварей со скрипом распахнулась, и внезапно на поле боя появилось огромное множество зверей. Я узнал Эона, Рейну, Доминуса, Айки, а также Кинану и Капро – двух парящих змей, которых она как-то давно призвала, чтобы проучить Калема. Но большинство зверей я видел впервые.

Описав круг, Оникс спикировал к земле, давая мне возможность рассмотреть лицо Лины. Ее кожа покрылась светящимися узорами из лоз. Лина решительно смотрела на вражескую армию.

– За Селесту! – крикнула она, и ее громкий голос придал всем нам сил.

Твари взревели. Эон увеличился в размерах и окутал местность туманом. Накопив заряд электричества, он обратил свои молнии против Окнолога. Дракон зашипел и сменил курс, уклоняясь от атаки.

Лина бросилась в погоню за чудовищем. Ее вишневое свечение подобно маяку дарило нам надежду. Гордость и любовь переполняли меня, и я поднял кровавый клинок.

– За Селесту! За Лендрию! За нас! – прокричал я изо всех сил.

Ответные крики моих солдат слились воедино со звериным рыком. С решимостью в глазах заклинатели вытянули руки вперед, чтобы из последних сил призвать тварей. Звери с яростным рычанием бросились на врагов, и лица вильхеймских солдат побледнели от страха. Наступление удалось остановить, и теперь настал наш черед идти в атаку. Перемещаясь вместе с тенями, круорцы атаковали ближайший вражеский отряд. Черные клинки заблестели от крови.

Солдаты Райна следовали за моими людьми, грохоча нефритовыми доспехами. От их тяжелых шагов дрожала земля. Мы сильны. Мы едины. Мы победим.

Я бросился вперед, желая присоединиться к своим бойцам, но тут же с криком рухнул на землю. Выдернув из бока теневой метательный нож, я наблюдал, как он рассеивается в моей руке, словно дым. Сверху послышался злорадный голос Дерриена.

– Я слишком долго ждал этого момента. – Он усмехнулся и призвал тень, с легкостью превращая ее в косу. – На этот раз я последую твоему совету и замараю руки. Приберегу стрелы для кого-нибудь еще. Ты умрешь у меня на глазах, Нок.

Я отполз назад и встал. Вся моя ярость обратилась против предателя Круора. Этот человек бросил меня, когда мне нужна была его помощь. Затем он пытался похитить Лину и требовал отдать ему Круор.

Кровь, что сочилась из раны в боку, отреагировала на мой гнев, и я выковал огромный двуручный меч. Даже в тусклом свете солнца оружие блестело, словно жидкость.

– Покончим с этим раз и навсегда, – прорычал я.

– Согласен.

И с этими словами мы бросились друг на друга, прекрасно зная, что не остановимся, пока кто-то из нас не умрет.

Тридцать седьмая глава. ЛИНА

Окнолог влетел в плотное черное облако. Размахивая крыльями невероятных размеров, он окутал все дымом, лишая меня возможности ориентироваться в пространстве. Я смотрела на его блестящий чешуйчатый хвост и надеялась, что он не приведет меня в ловушку. Снизу доносились звуки сражения. От криков людей и зверей у меня болезненно сжимается сердце. Когда я только подлетела к полю бою, то не поверила своим глазам. Нок и моя семья попали в окружение. Армия Варека в три раза превосходила наши войска численностью. В моей крови вспыхнул гнев, и я призвала всех своих существ, которых смогла. Всех тех, кто мог сражаться и защищать наш мир.

Не знаю, как долго я смогу продержаться. Мое тело уже дрожало от напряжения, на лбу и шее проступил холодный пот. Но я не могу об этом сейчас думать. Мне нужно сосредоточиться на Язмин и Окнологе.

Когда дракон прилетел в Вильхейм, он склонился над бесчувственным телом Язмин и проглотил висящий в воздухе светящийся шар. А затем Язмин резко вдохнула, и ее глаза распахнулись.

Кост был прав. Она пожертвовала своим сердцем и стала единым целым с Окнологом. И я не смогла остановить ее.

Оникс обеспокоенно взвыл, возвращая меня в настоящее. Я потеряла Окнолога из вида, что казалось невозможным, учитывая его размеры. Однако вокруг я не видела ничего, кроме дыма.

– Вверх, – сказала я, направляя Оникса к скрытому за дымными облаками солнцу.

Мияд изо всех сил работал крыльями, и внезапно мы вырвались из дыма. Вокруг нас сиял яркий солнечный свет, а внизу осталась безграничная дымная туча. Направляя Оникса по кругу, я искала взглядом Окнолога.

– Где же ты? – пробормотала я себе под нос.

Я старалась держать Оникса поближе к черному облаку, на случай, если нам понадобится спрятаться. Клубы дыма зашевелились, привлекая мое внимание, и из тучи возникла рогатая голова Окнолога. Его пасть уже была открыта, и он направил струю огня прямо на нас.

Оникс резко метнулся вправо. Стало невыносимо жарко, и глаза наполнились слезами от дыма. Я изо всех сил вцепилась в шею своего зверя. Вместо того чтобы последовать за нами, Окнолог нырнул обратно в дым. Вокруг нас разнесся надменный смех, смутно похожий на смех Язмин.

– НА ЭТОТ РАЗ ТЫ НЕ СБЕЖИШЬ ОТ МЕНЯ, ЛИНА!

Ее голос гремел со всех сторон. Это не был человеческий голос. Это был голос зверя. Голос Окнолога.

– Я и не собираюсь! – крикнула я в пустоту.

От солнечных лучей мои доспехи накалились, но это было ничто в сравнении с жаром драконьего пламени.

– ПОЧЕМУ ТЫ ПРОТИВИШЬСЯ МНЕ?

Голос сменил интонации, став нежным, и я закрыла уши Оникса ладонями. Драконье наречие – особая магическая способность Окнолога. Согласно легендам, он может контролировать волю других зверей – и даже некоторых людей – одной лишь силой мысли. Лишь голос Селесты мог нейтрализовать эту способность. И поскольку она сейчас в царстве богов, то именно я должна защищать разум Мияда от влияния Окнолога.

Оникс задрожал. Из его горла вырвался сдавленный, прерывистый крик.

Сердце забилось чаще. Что же мне делать? Как остановить весь этот ужас?

Окнолог снова поднялся из черного дыма и выдохнул раскаленный добела огонь в нашу сторону. На этот раз Оникс едва избежал атаки. Запахло паленым мехом, и Оникс зашипел от боли.

– У ТЕБЯ БЫЛ ШАНС ПРИМКНУТЬ КО МНЕ, – прогрохотал голос из клубов дыма.

Оникс тряхнул головой. Поднеся лапу к морде, он стукнул себя по голове, будто пытаясь собраться с мыслями.

– НО ВМЕСТО ЭТОГО ТЫ СЛУЖИШЬ ЛЕНДРИИ.

Я напряглась, вслушиваясь в каждое слово, доносящееся из облаков, и пытаясь понять, где именно находится Окнолог. Но я ничего не увидела.

– ТЫ ПОПЛАТИШЬСЯ ЗА ПРЕДАТЕЛЬСТВО!

– Я никого не предавала! – закричала я в ответ, лихорадочно оглядываясь по сторонам.

Послышался мрачный смешок.

– Я НЕ С ТОБОЙ РАЗГОВАРИВАЮ.

Оникс завис в воздухе, яростно работая крыльями. Когда Окнолог атаковал в последний раз, мне пришлось схватиться за загривок, чтобы не упасть, и уши Мияда остались полностью открытыми. Он медленно повернул голову и посмотрел на меня. Его зрачки расширились до невероятных размеров. Оникс беспокойно зарычал, борясь с контролем Окнолога. Он пытался предупредить меня.

Но я не успела ничего предпринять.

Окнолог поднялся из дыма. Язмин, стоящая между рогами зверя, улыбалась безумной улыбкой. Окнолог взмахнул крыльями, направляя свирепый порыв ветра в нашу сторону. Оникс делал все возможное, чтобы остаться на месте, но я чувствовала, как его мышцы дрожат от напряжения и усталости.

– СБРОСЬ ЕЕ!

Оникс перевернулся на бок и вздрогнул всем телом. И в следующий момент я осознала, что стремительно падаю сквозь дым, истошно крича во все горло. Нет, я не могла умереть вот так просто. Я ведь не спасла Лендрию и не добилась справедливости для заклинателей. Я так и не успела пожить нормальной жизнью вместе с Ноком, как мы мечтали.

Слезы катятся по щекам. Ветер свистит в ушах. Черное облако дыма закончилось, и теперь я могла видеть, что падаю навстречу неминуемой гибели. У меня нет зверя, которого я могу призвать себе на помощь. Большинство из них сражается в битве. К тому же Оникс всегда был единственным летающим зверем, достаточно сильным, чтобы выдержать мой вес.

Ах, Оникс… Слез стало больше. Мне пришлось пройти через множество испытаний, чтобы его приручить. Мой путь начался вместе с ним. Все хорошее в моей жизни произошло потому, что я нашла его. Потому что он оказался именно тем зверем, который мне нужен. Он помог доказать мою невиновность заклинателям и мою верность зверям.

И я никогда больше его не увижу.

Собрав последние силы, я закричала так громко, как только могла.

– Оникс!

Земля приближалась. Солдаты становились все более четкими. Я увидела Рейвен, Гейджа, Нока… Громкий рык прорвался сквозь свист воздуха, а потом я увидела своего любимого зверя. Он стремительно летел вниз, а за ним гнался разъяренный Окнолог. Его брюхо покраснело, и дракон открыл пасть, готовясь выпустить очередной залп огня.

Лязг мечей совсем близко. Крики стали громче, земля ближе. Я отвела взгляд и посмотрела вверх. Если я умру, то перед смертью я лучше буду смотреть на своего зверя. Зверя, который указал мне правильный путь и изменил мою жизнь.

Оникс снова зарычал, а затем внезапно оказался подо мной. Я ударилась о его спину и судорожно обхватила его руками и ногами. Меня накрыло волной облегчения, и я прерывисто всхлипнула, уткнувшись носом в его шею.

– Ты спас меня.

Не знаю, как ему удалось побороть магию Окнолога, но это не важно. Он в очередной раз спас меня.

Окнолог яростно взревел, а затем вокруг нас начался дождь из огня. Оникс уворачивался влево и вправо, пытаясь спастись от пламени, однако последний маневр оказался недостаточно быстрым. Струя огня задела нас слева, прожигая крыло Оникса и раскаляя мои доспехи. Все мое тело пронзила жгучая боль, и я закричала. Мияд взвыл, и мы упали на землю и стали кататься по траве. Это помогло справиться с огнем, но не с болью.

В глазах потемнело.

– Оникс, – выдавила я и поползла к нему по выжженной земле.

Он ответил тихим, едва слышным рычанием. Я сорвала с себя доспехи, стремясь как можно быстрее избавиться от раскаленного металла. Мы с Ониксом упали за полем боя, но достаточно близко, чтобы я все еще слышала крики и звон клинков. Земля задрожала, когда Окнолог приземлился в нескольких метрах от Оникса. Его когти оставили огромные борозды на равнине. Чудовищные крылья раскрылись, погружая мир в тень. Окнолог взмахнул ими, и если бы я стояла, то меня сбило бы с ног потоком воздуха. Отступив назад, дракон зарычал, обнажая бесконечные ряды острых зубов. Его рот настолько огромен, что Окнолог способен проглотить Лахарока целиком.

Язмин крепко сжала рога и подалась вперед.

– ИГРЫ КОНЧИЛИСЬ.

И снова голос звучал так, будто она и Окнолог говорили одновременно. Заклинательница и зверь будто бы стали единым целым. Я даже не уверена, что Язмин контролирует ситуацию. Мышцы Окнолога дрогнули, как будто он не хотел смотреть туда, куда смотрит Язмин.

Встав на четвереньки, я поползла к Ониксу и встала между ним и Окнологом.

– Язмин, остановись. Если ты продолжишь в том же духе, то от мира не останется ничего, кроме пепла.

Я широко развела руками, морщась от острой боли в боку. Равнины за пределами Вильхейма выжжены дотла. От земли вверх поднимается дым, в воздухе витает тяжелый запах крови и горелой плоти. Цветущие луга превратились в безжизненные черные пустыни.

Я должна испытывать ужас и ненависть к Язмин, и всё же… Как глава Совета я понимала ее отчаянное желание защитить наш народ любой ценой. Но Язмин обратилась к темной магии ради своих целей и потеряла душу. Винн тоже изменился, когда обратился к темной магии. Какими бы благими ни были его намерения в самом начале, всё закончилось тем, что он лишился не только рассудка, но и жизни. Глядя сейчас на Язмин, я понимала, что с ней происходит то же самое. Но, может быть, еще не поздно. Может быть, ее еще можно спасти.

– Пожалуйста, подумай о своих людях, – попыталась я, с трудом стоя на ногах.

– О ЛЮДЯХ? – презрительно сказала она. – МОИ ЛЮДИ ОТВЕРНУЛИСЬ ОТ МЕНЯ. ОНИ НЕ ВЕРИЛИ В МЕНЯ. ХОТЯ Я БЫЛА ПРАВА С САМОГО НАЧАЛА.

– Я знаю.

Она продолжала говорить, как будто не слышала меня.

– А КОГДА Я ПОПРОСИЛА ИХ ПОЙТИ НА ВОЙНУ, ОНИ ВЗБУНТОВАЛИСЬ. НО КОГДА ТО ЖЕ САМОЕ СДЕЛАЛА ТЫ… – Она смотрела на меня полным ненависти взглядом. – ОНИ ПОЧЕМУ-ТО ПОСЛУШАЛИ ТЕБЯ.

– Мне жаль, Язмин. Мне жаль, что они не слушали, что я не слушала. Но сейчас я тебя слышу. – Я сделала несколько осторожных шагов вперед. – Селеста не хотела бы такого исхода. Ты сама это прекрасно понимаешь.

– НЕ СМЕЙ ПРОИЗНОСИТЬ ЕЕ ИМЯ! – проревела Язмин, и ее гневный голос надломился. Окнолог высоко вскинул голову. – ОНА НЕ ДОЛЖНА БЫЛА ДЕЛИТЬСЯ С ЛЮДЬМИ СВОЕЙ СИЛОЙ. СВЯЩЕННЫЕ УЗЫ ПРИНАДЛЕЖАТ ЛИШЬ ЕЙ И НАМ, ТВАРЯМ. ВЫ ВСЕ НЕДОСТОЙНЫ ЭТОЙ МАГИИ.

Лицо Язмин исказилось, и она крепче сжала рога Окнолога. Он, казалось, этого не замечал.

– Почему это? Мы любим наших зверей всем сердцем, – сказала я. Если раньше я говори- ла с Язмин, то сейчас обращалась только к Окнологу. – Точно так же, как Селеста любила тебя.

– МОЛЧАТЬ! – проревел он и повернул голову в сторону битвы. – ИДИТЕ КО МНЕ. ХВАТИТ ЗАЩИЩАТЬ ЗАКЛИНАТЕЛЕЙ. ОНИ НЕ ДОСТОЙНЫ ВАШЕЙ ПРЕДАННОСТИ.

От мощи драконьего наречия по коже побежали мурашки. Я повернула голову в сторону поля боя, и сердце ушло в пятки. Все звери прекратили атаки и теперь шли в нашу сторону. С отчаянием заклинатели окликали своих любимцев, но звери продолжали двигаться к Окнологу. В итоге они образовали живую стену за моей спиной. Настороженные взгляды уставились на меня. Угрожающее рычание заполонило воздух. Лишь Оникс противился воле Окнолога. Он заслонил меня собой и, прижав уши к голове, с вызовом зарычал на зверей.

Язмин полностью потеряла контроль над Окнологом и теперь лихорадочно что-то искала в складках мантии.

– ВИДИШЬ ЛИ, – сказал Окнолог, – ОНИ НЕ ТАК УЖ И ПРЕДАНЫ СВОИМ ЗАКЛИНАТЕЛЯМ, КАК ТЫ ДУМАЕШЬ. ЛЮБОВЬ, О КОТОРОЙ ТЫ ГОВОРИШЬ, НИЧЕГО НЕ СТОИТ.

– Неправда!

Я окинула взглядом толпу зверей и нашла среди них своих. Они стоят в самом первом ряду, дрожа под тяжестью магии Окнолога, трясут головами и рычат. Эон, Рейна, Доминус, Айки, Кинана, Капрон и многие другие. Я не позволю Окнологу внушить им, что я их не люблю.

Повернувшись обратно к Окнологу, я призвала остатки своей магии. Меня окутало вишневым светом, и по вытянутой руке вверх устремились узоры из листьев и цветов. Магия Селесты живет во мне, теплая, успокаивающая и настоящая. Вскинув подбородок, я бросила вызов Окнологу. Пусть только попробует еще раз сказать, что я недостойна. Знакомый скрип открывающейся двери в царство тварей стал музыкой для моих ушей. Это значит, что Селеста все еще позволяет мне заходить в царство. Это значит, что мои звери по-прежнему связаны со мной. Это значит, что я по-прежнему заклинательница тварей.

– Можешь думать, что я недостойна их преданности, но ты ошибаешься. – Я решительно шагнула вперед, и Окнолог ощетинился. – Мои звери выбрали меня. Они хотят быть со мной. И это при том, что я не отдаю им приказы на драконьем языке.

За спиной раздался оглушительный рев, и я поняла, что мне удалось победить магию Окнолога. Мои звери тут же бросились вперед и заслонили меня от легендарного дракона. Они проигнорировали открытую дверь, что обещала безопасность, и остались со мной. Их любовь и преданность – та же любовь и преданность, что я испытывала по отношению к каждому из них, – окутали меня, успокаивая боль от ожогов и ран. По моему лицу потекли слезы.

– ТЫ… – почти что прошептал Окнолог. Он опустил голову, и его морда оказалась всего в нескольких сантиметрах от меня.

– Довольно! – закричала Язмин.

Ей удалось найти то, что она так отчаянно искала, – кинжал, которым она пронзила свое сердце. Она взяла испачканный кровью клинок и направила его острие таким образом, чтобы оно указывало на кровавое пятно на ее блузке.

Окнолог замер, и Язмин рассмеялась.

– Не забывай, кто здесь главный. Ты связан со мной, а я – с тобой.

Окнолог вздрогнул и посмотрел на поле боя. Заклинатели все еще кричали, умоляя своих зверей вернуться. Никому из них не нужен контроль или власть. Никто из них не стремится повелевать зверями. Все, что нужно заклинателям, – это знать, в порядке ли их любимцы. Один за другим звери задрожали всем телом, издавая душераздирающие крики. Они били себя лапами по мордам и трясли головой, чтобы избавиться от влияния драконьего наречия.

А затем звери бросились бежать обратно к заклинателям. И лишь когда они воссоединились со своими хозяевами, они оглянулись. Заслонив своего человека, каждый зверь оскалился на Окнолога.

Дракон медленно повернул голову в мою сторону и заглянул в мой разум. Звучащий в моей голове голос не имел ничего общего с голосом Язмин.

«Этой женщины было достаточно, чтобы убедить меня в моей правоте. Селеста – единственная, кому можно доверить магию приручения. И все же…» – Окнолог содрогнулся всем телом, как будто пытался противиться ее влиянию.

Язмин прижала кинжал вплотную к груди, и на острие заблестела кровь. Взгляд Окнолога остекленел, всякое подобие разума исчезло в одно мгновение. Запрокинув голову, он издал оглушительный рев. Из открытой пасти на нас дождем полилась слюна, и Язмин рассмеялась.

– Окнолог… – прошептала я.

Я почувствовала его боль. Агония, которую он испытывал, была связана вовсе не с контролем Язмин, а с Селестой, которую он так отчаянно любил. Когда богиня поделилась своим даром с заклинателями, он почувствовал себя преданным, поэтому и обратил ярость на весь мир.

Только Окнолог не понимал, как сильно Селеста любила его. Ей невыносима была мысль о том, чтобы убить его, каким бы опасным и неуправляемым он ни был. Поэтому она сделала единственное, что было в ее силах – пожертвовала собой и позволила ему обрести покой в вечном сне.

Но когда Язмин пробудила Окнолога и разрушила чары богини, она лишь доказала правоту легендарного дракона…

Пробужденный разрухой и кровью. Все, как говорилось в пророчестве…

Пророчество! Вишневый свет вокруг меня стал ярче, и в голове всплыли строки, которые я с детства знаю наизусть. Готовая любить… Способная разрушать… Дарует ему свое сердце… Сама Селеста будто прошептала эти слова на ухо, и время, казалось, остановилось. Богиня отдала жизнь и доказала любовь к своему зверю. Она разорвала их связь, чтобы он мог обрести покой.

Совсем как ты.

Вместе с пониманием пришли спокойствие и надежда. Я ведь уже не раз разрывала узы. Я помогала зверям обрести покой, когда они сбивались с пути или когда подвергались несправедливости со стороны заклинателей. Я освободила Скорпекса от Винна, а Врииса – от Язмин.

Именно я обладала силой, способной разрушать.

И когда я посмотрела в бездонные рубиновые глаза Окнолога, я уже знала, что мне нужно делать.

Тридцать восьмая глава. НОК

Скрежет и лязг металла о металл смешались с какофонией звериных криков и рева монстров. Но все это превратилось в фоновый шум, потому что я сражался с Дерриеном, парируя удар за ударом. Я всегда считал его сильным противником, однако я явно недооценивал его мастерство. Я привык видеть Дерриена с луком, поэтому оказался совсем не готов к быстрым ударам боевой косы. Он виртуозно владел оружием и ни разу не споткнулся, хотя мы сражались на поле, усеянном трупами.

В попытке перехитрить друг друга мы двигались вместе с тенями, то появляясь, то исчезая из внешнего мира. Каждый из нас получил несколько ранений. Я рассек Дерриену щеку, а он мне – руку. Пара синяков, несколько царапин – ничего смертельного. Каждый раз, когда я пытался сбрызнуть какую-нибудь из его ран своей кровью, Дерриен ловко уворачивался, поэтому я не мог контролировать его волю, как глава гильдии.

Отскочив назад, Дерриен взмахнул косой, со свистом рассекая воздух. Я выставил меч вперед, поворачивая лезвие боком, и заблокировал атаку. Наше оружие зазвенело, и я зарычал.

– Я убью тебя, Нок, – процедил Дерриен.

– Всего лишь потому, что Талмейдж назначил меня главой гильдии? – спросил я, кипя от гнева, и перенес весь свой вес на руки, толкая предателя от себя. – Тебе так сильно хочется быть главным, что ты решил объединиться с Вареком и Язмин?

Уязвленное самолюбие Дерриена раскололо мой дом надвое. Из-за него мне пришлось убивать своих братьев и сестер. И ради чего он все это делал? Ради титула, который, по его мнению, он заслужил.

– Тебе не понять. – Дерриен восстановил равновесие и бросился в атаку.

Тени окутали мои ноги, и я отпрыгнул в сторону.

– Да, не понять.

Атаки Окнолога сыграли нам на руку. Да, мы потеряли много солдат из-за его пламени, но Варек потерял гораздо больше. Точнее, Язмин, ведь теперь его армией командовала она. С помощью зверей Лины, которые пришли нам на выручку, мы начали теснить вильхеймских солдат к замку. А затем во вражеских рядах началась паника, когда с тыла на них напали Лола, Калем и гибкий зверь ртутного цвета, которого я никогда прежде не видел. Я также чувствовал постоянное присутствие Коста сквозь тени. Простое осознание того, что мои братья живы и сражаются, придавало мне сил.

Бросившись к Дерриену, я нацелил меч ему прямо в сердце. Он заблокировал удар, но сила моей атаки отбросила его на спину. Коса отлетела в сторону, и Дерриен попытался дотянуться до нее.

Я остановил его, наступив ему на грудь.

– Все кончено, Дерриен.

В янтарных глазах мелькнул страх. Я поднял меч, намереваясь вонзить его Дерриену в сердце, когда с небес раздался отчаянный крик, после которого все звуки в мире исчезли. Я тут же посмотрел вверх и увидел падающую фигуру, окутанную вишневым светом. За ней летело черное пятно – несомненно, это Оникс. И прямо на хвосте у него висел Окнолог.

Дерриен тут же воспользовался моим секундным замешательством. Он выбил землю у меня из-под ног, и я упал на живот. Но мне все равно. Я не могу сосредоточиться на драке, потому что Лина падает на землю, словно комета.

Дерриен вонзил кинжал мне в плечо и пригвоздил меня к земле, снова овладевая моим вниманием. Я кричал, извиваясь под его весом на моей спине. Я кричал вовсе не из-за пронзительной боли в плече, а потому, что я не могу ее видеть. Не могу добраться до нее. Я даже не знаю, жива ли она еще. И даже если после падения она каким-то чудом выжила, то Окнолог наверняка прикончит ее прежде, чем я смогу вырваться из лап Дерриена.

– Она всегда была твоей слабостью. – Он ухмыльнулся и повернул кинжал.

Мышцы обожгло болью. Я потерял так много крови за время битвы, что оставаться в сознании становилось все труднее и труднее. Перед глазами заплясали темные пятна. И хотя прямо под моей ладонью собралась лужица крови, я не мог заставить ее принять форму клинка. Я также не мог дать своему телу возможность исцелиться. У меня не было на это времени.

Я почувствовал движение теней еще то того, как увидел Коста. Он появился за спиной Дерриена. Его зеленые глаза сверкали яростью. Выхватив из теней рапиру, Кост нанес сильный и быстрый удар прямо в основание шеи Дерриена. На меня брызнула горячая кровь. Дерриен выпучил глаза и лихорадочно замахал руками. А затем он обмяк, его ноги подкосились, и он рухнул на землю.

– За Гейджа, – холодно сказал Кост и оттолкнул безжизненное тело Дерриена в сторону.

Взмахнув рукой, Кост приказал клинку рассеяться, а затем рывком поставил меня на ноги.

– Спасибо, – сказал я.

Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но в воздухе прогрохотал низкий, требовательный приказ, пропитанный темной силой.

– ИДИТЕ КО МНЕ. ХВАТИТ ЗАЩИЩАТЬ ЗАКЛИНАТЕЛЕЙ. ОНИ НЕ ДОСТОЙНЫ ВАШЕЙ ПРЕДАННОСТИ.

Окнолог. Звери, что сражались вокруг, остановились. Медленно, как будто их потянули за ниточки, они повернулись в сторону дракона и направились к нему. Заклинатели окликали своих тварей, и их отчаянные крики разбивали мне сердце. Ни один зверь не отреагировал. Они просто продолжили идти к огромному дракону, Ониксу и… Лине.

– Лина!

Она стоит перед Окнологом, доспехи отброшены в сторону. Ее тело бьет дрожь. Она жива. Жива и совсем одна.

Прилив адреналина смыл всю усталость и избавил меня от боли. Мне нужно добраться до Лины. Немедленно.

Призвав тени, я бросился через поле боя, сосредоточив все внимание лишь на ней. Ее губы шевелились, но я не смог разобрать, что она говорит.

К счастью, звери Лины перешли на ее сторону, но даже с ними у нее нет ни единого шанса выстоять против Окнолога.

Беги оттуда! Почему ты не бежишь? Между нами слишком большое расстояние. Я стремительно мчался сквозь тени и все равно двигался недостаточно быстро.

Лина замолчала, и Окнолог приблизил морду к ее лицу. Язмин рассмеялась.

В любую минуту он сожжет ее заживо.

В любую минуту любовь всей моей жизни умрет, и я ее больше не увижу. У меня даже не будет возможности воскресить ее, потому что для этого нужно тело. С пеплом у меня не будет даже искушения нарушить обещание, данное Лине.

На мгновение Лина, казалось, испугалась, а потом нахмурилась. А затем на ее лице появилось безмятежное выражение абсолютной уверенности. Она посмотрела на Окнолога с сочувствием и пониманием, как будто он открыл ей свой самый сокровенный секрет.

Лина потянулась к кинжалу, пристегнутому к бедру.

Что ты делаешь?

Легкие горели. Каждый мускул в теле умолял меня остановиться, но я продолжал мчаться к ней, чтобы спасти ее. Происходит что-то неправильное. Я предчувствовал беду, как и мои тени, которые шептали о смерти и тянулись к ней. Тянулись к Лине.

Она занесла клинок, и все мое внимание сосредоточилось лишь на лезвии, сверкнувшем в лучах солнца, пробивающихся сквозь дым.

– Лина! – Я прокричал ее имя изо всех сил.

Замерев, она повернула голову в мою сторону. На ее губах появилась ослепительная улыбка, в то же время по ее щекам текли слезы. Одними губами она произнесла всего три слова. Самые ужасные три слова в моей жизни.

Я тебя люблю.

И затем она вонзила кинжал себе в сердце. Я на всю жизнь запомню этот тошнотворный звук металла, пронзающего плоть. Он будет преследовать меня в кошмарах. В этот момент я пожалел, что мы не попрощались. Потому что после прощальных слов всегда есть вероятность сказать слова приветствия. Но теперь… Ее руки окрасились кровью, и она начала падать. Я добрался до нее за считаные секунды, но это уже не имело значения.

Все кончено. Проскользив по земле на коленях, я поймал ее прежде, чем она ударилась. Я прижал Лину к себе одной рукой, а другой снял шлем. Слезы защипали глаза. Почему? Зачем она это сделала? Я притянул ее к себе обеими руками, содрогаясь от беззвучных рыданий.

– Так нужно. – Она слабо улыбнулась.

– Лина. – Я больше ничего не мог сказать. Я больше ничего не мог сделать.

Карие глаза, полные слез, остекленели, глядя в никуда. Вот и все. Ни искусственное дыхание, ни компрессия грудной клетки не спасут ее от смерти, как раньше. Дыхание Лины стало прерывистым. Изо рта струйкой потекла кровь. В глубине души я знал, что не буду ее воскрешать. Не после того, что случилось с Гейджем. Я обещал уважать ее желания, и как бы больно мне ни было, я отпущу ее… Я позволю ей умереть.

Я смотрел, как померк свет в ее глазах. Ее тело обмякло в моих руках. Схватив ладони Лины, я поцеловал ее пальцы.

Вокруг меня взвыли все ее звери. Душераздирающий вой, казалось, никогда не закончится. Твари собрались вокруг нас. Мех у их глаз пропитался слезами. Многие подошли ближе и легли рядом с Линой, прижимаясь к ее безжизненному телу.

Окнолог пришел в движение и раздул ноздри. Даже если он выдохнет струю пламени в нашу сторону, я не сдвинусь с места. Горло сдавило, тело содрогается от рыданий. Я даже не пытаюсь остановить поток слез. Ничто больше не имеет значения. Мне плевать на сражение и вообще на войну. Мне плевать, кто будет править Лендрией. У меня отняли смысл всей моей жизни.

Мрачный смешок вывел меня из оцепенения.

– Я же говорила, что ей не победить меня.

Я вскинул голову, встретившись взглядом с Язмин. Мои кости дрожали. Плевать на страну, но месть – это совсем другое дело. Язмин заплатит за все те страдания, которые причинила.

Призвав кровь из заживающей раны на плече, я создал копье, которое зависло в воздухе. Я целился прямо в Язмин.

– Ты поплатишься за все.

– Не думаю. – Она ухмыльнулась.

Окнолог попятился и открыл пасть. В его нутре закипало пламя, но я не дрогнул. Я превращусь в пепел вместе с любимой. Но не раньше, чем я избавлю этот мир от Язмин.

Я уже собирался метнуть копье в нее, когда произошло нечто странное. Из смертельной раны на груди Лины вырвался красивый сверкающий шар размером с небольшой камень. Он повис в воздухе, а затем поплыл к открытой пасти Окнолога. Дракон долго рассматривал его, прежде чем открыть рот и проглотить его. Огонь в его нутре погас. Его тело озарилось тем же светом, который исходил от сверкающего шара, а затем этот свет рассеялся во все стороны тысячами крошечных частиц.

Внезапно дым исчез.

Пламя, пожирающее траву, погасло.

И Язмин закричала.

Неконтролируемая дрожь охватила ее тело, и она ослабила хватку на рогах Окнолога. Рухнув на землю, она забилась в конвульсиях, хватаясь рукой за грудь. Между ее пальцами потекла кровь, а лицо приобрело пепельно-серый оттенок.

– Нет! – закричала она, в панике оглядывая взглядом поле, а затем ее взгляд замер на Лине. – Ты… Ты все испортила…

Дрожа, Язмин попыталась подняться на колени, но ее тело не слушалось, и она хватала ртом воздух в агонии и гневе. Царапая землю ногтями, она поползла вперед, оставляя за собой дорожку из размазанной крови.

– Ты…

Хриплое обвинение закончилось влажным кашлем. Изо рта Язмин брызнула кровь, и она остановилась, глядя на мою анам-кару с лютой ненавистью. Протянув дрожащую руку, бывшая глава Совета издала свой последний жалкий вздох и больше не двигалась.

Окнолог облегченно вздохнул и сел на задние лапы. Повернув голову к палящему солнцу, он блаженно закрыл глаза.

Лежащая на моих коленях Лина вздрогнула. Я не могу дышать. Не могу смотреть. Я не должен мучить себя пустыми надеждами, потому что собственными глазами видел, как она умерла. Кто-то ахнул у меня за спиной, и я наклонил голову.

– Приветик. – С легкой улыбкой на губах Лина смотрела на меня снизу вверх.

Из моей груди вырвался сдавленный всхлип.

– Приветик? Это все, что ты хочешь мне сейчас сказать?

Приподнявшись, Лина уткнулась лбом в мою ключицу и усмехнулась.

– Дело сделано. – Она притянула меня к себе и поцеловала. Сначала медленно, как будто давая мне возможность поверить, что все это не сон, а затем она впилась в мои губы с такой страстью, что я забыл, как дышать.

Она жива. Каким-то образом, несмотря на все, что произошло, она выжила. И победила.

И спасла нас всех.

Прервав поцелуй, Лина прижалась лбом к моему лбу и затем протянула руки к своим зверям. Они в возбуждении вскочили на ноги и столпились вокруг нас, толкая нас головами и счастливо повизгивая. Лина гладила зверей и смеялась, и в ее чистом смехе я чувствовал лишь безграничную любовь и счастье. Я снова едва не разрыдался.

Как только Лина успокоила зверей, она повернулась ко мне.

– Мне нужно еще кое-что сделать. – Встав на ноги, моя анам-кара посмотрела на Окнолога с теплой, материнской улыбкой. – Ты готов отправиться домой?

Дракон открыл глаза, после чего посмотрел на Лину и ее зверей.

– ДА.

Лина вытянула руки вперед и призвала поток магии, настолько мощный, что вишневый свет разлился по всей равнине. Лозы и цветы на коже Лины засияли, как звезды. И впервые за все время я увидел вход в царство тварей.

В небе появились двойные дубовые двери, высотой с гору. Великолепный платиновый узор на древесине повторял отметки на коже Лины. Блестящие дверные ручки задрожали. Двери распахнулись с чудесным уютным скрипом, который прозвучал на все окрестности. И вот перед нами царство тварей. Бесчисленные холмы с сочной травой. Высокие горы со снежными вершинами и безоблачное голубое небо. Лина сияла, глядя на волшебные пейзажи.

Окнолог расправил крылья, чтобы взлететь, но внезапно остановился. У порога появился какой-то зверь, которого я никогда прежде не видел. Мне потребовалось немного времени, чтобы понять, что это вовсе не зверь, а Селеста. Вдоль тела богини струятся длинные волосы. Лозы и цветы на ее коже меняют цвет с каждым движением ее тела. Селеста широко раскинула руки и с нежной улыбкой на губах поманила к себе своего зверя.

Низкий, похожий на стон звук вырвался из горла Окнолога, и зверь взмыл в воздух. Он перелетел через порог и приземлился перед Селестой. Богиня обняла его и заплакала. Долгое время они стояли, не двигаясь, но затем Селеста обратила свое внимание на Лину.

– Благодарю.

Ее мелодичный голос прозвучал так громко и ясно, чтобы его услышали все.

– Оставляю его в вашем распоряжении. – Лина вытерла слезы со щек и кивнула.

Богиня и дракон повернулись спиной к нашему миру. Двери со скрипом закрылись и исчезли, но не раньше, чем мы услышали смех Селесты и счастливое урчание Окнолога.

Лина улыбалась, глядя в небо, но затем улыбка стерлась с ее лица. Она посмотрела на тело Язмин. Ее плечи понуро опустились, и Лина направилась к бывшей главе Совета.

– Знаешь, в чем-то Язмин была права, – мрачно сказала Лина. – Но она позволила боли и ярости взять верх. Ради защиты нашего народа она пошла по темному пути. Ни за что не позволю, чтобы подобное случилось со мной.

– Я знаю. – Я взял Лину за руку, переплетая наши пальцы вместе. – Что произошло с Язмин и Окнологом?

– Я объясню позже. – Она повернула голову в сторону замка Вильхейма. – Давай сначала положим конец этой войне.

Вместе со зверями мы отправились обратно на поле боя, чтобы разобраться с тем беспорядком, который устроили Варек и Язмин.

Тридцать девятая глава. ЛИНА

Когда Язмин умерла, а Окнолог вернулся в царство тварей, война закончилась. Без лидера стражи приказали своим солдатам отступить. Мы шли сквозь толпу, и стражи, видя белые волосы и яркие голубые глаза Нока, шептались за нашими спинами. Сбросив доспехи, Нок потянул вниз воротник туники и показал эмблему грифона у себя на груди. Стражи, стоящие достаточно близко, чтобы рассмотреть метку, пали на одно колено и уставились в землю.

– Мой король, – говорили они.

Один за другим все последовали их примеру.

Нок взял меня за руку.

– Ваша королева, Лина Эденфрелл, – сказал он.

Его услышали лишь близстоящие стражи, но никто из нас не сомневался, что в скором времени мое имя будет знать весь Вильхейм. По толпе пробежал одобрительный ропот, и Нок сжал мои пальцы.

– Все правда закончилось? – Я посмотрела на поле битвы.

Каждая сторона понесла огромные потери, и нашей стране потребуется немало времени, чтобы исцелиться. Однако эти жертвы не были напрасными.

– Да, – сказал Нок. – Все закончилось.

Дальше все было, как в тумане. Я обрела величайшую силу, приручив Окнолога, но я истратила ее без остатка, пока удерживала своих зверей в нашем мире. Отправив их домой в царство тварей, я сделала все возможное, чтобы найти целителей для ухода за ранеными. Также я отправила небольшую группу профессионалов к погруженным в магический сон заклинателям. В итоге мое тело стало ватным, а мозг превратился в кашу. Я помню, как сидела на земле рядом с раненым солдатом, а затем я очнулась в кровати.

Я медленно села и прислонилась к мягкому изголовью. Кто-то обработал мой ожог на боку. Ничего не болело, но все мое тело пронизывала невероятная усталость.

В глаза по ощущениям будто бы песка насыпали, но я заставила себя сфокусироваться на незнакомой комнате, в которой находилась.

Скорее всего, я в замке Вильхейма. Я узнала мраморный пол – по точно таким же плитам я бежала, когда искала Язмин.

Я оглядела комнату. В изысканном камине тихо пылает огонь. У изножья кровати стоит диванчик небесно-голубого цвета. Справа от меня во всю стену тянется ряд окон. Полупрозрачные занавески плотно задернуты, но сквозь ткань просачивается мягкий розовый свет. Я дотронулась до бестиария, а затем мои пальцы нашли шрам на груди. Он был гладким и белым, словно рана зажила много лет назад. Внезапно меня охватила паника.

Как же долго я проспала?

– Целители старались изо всех сил, как и Кост, и Феликс, но все равно остался шрам.

Нок стоял у двери, вальяжно прислонившись спиной к стене. На его губах играет легкая улыбка.

– Как долго я была в отключке? – Я откинула шелковые покрывала и попыталась встать, но перед глазами все поплыло, и я упала обратно в постель.

Нок в мгновение ока оказался рядом и помог мне сесть, придерживая за спину.

– Пару дней. Ты, как обычно, получила острые ощущения в битве, а потом нашла предлог, чтобы с последствиями разбирался кто-то другой.

– О, боги, – пробормотала я, прижимая руку ко лбу. – Прости, я…

– Да я просто шучу. – Нок усмехнулся. – Кроме того, у тебя действительно уважительная причина. Никто даже не знает, сколько дней люди восстанавливаются, когда теряют сердце.

Я выпрямилась и застыла. Нок стал серьезным. Его глаза наполнились тревогой, и я протянула руку к его лбу, чтобы разгладить беспокойные морщинки.

– Я его не теряла. Оно у Окнолога.

Нок приподнял бровь, ожидая от меня дальнейших объяснений. Я вздохнула.

– Мне необходимо было приручить его, поэтому пришлось пожертвовать своим сердцем и связать наши с ним жизни. Язмин сделала то же самое, но… – Я покачала головой и опустила взгляд. – Она хотела лишь управлять им, а не освободить его.

– Итак, что это значит для тебя? – Нок робко дотронулся до того места, где раньше было мое сердце.

Накрыв его руку своей, я заставила его почувствовать мое тепло.

– Это означает, что пока Окнолог жив, я тоже буду жить. И поскольку он бессмертный зверь, то у меня в запасе теперь много времени.

Я пошла на риск, пронзив свое сердце кинжалом. Погружаясь в темноту, я успела попрощаться с Ноком и моими зверями, и это было ужасно. Но как только я сделала свой последний вдох, я обрела невероятный покой в душе, как будто моя связь с Окнологом прогнала всю тревогу и сомнения. Я буду жить, и он тоже. Просто у меня теперь нет сердца, лишь световой шар – точка соединения моей души и души Окнолога.

При этой мысли моя кожа слегка засияла под пальцами Нока. Всего на секунду. Он уставился на то место, где лежала его рука, а затем встретился со мной взглядом, и его глаза наполнились чистой, едва сдерживаемой радостью.

– Примерно вечность?

– Именно. – Я ухмыльнулась.

Он сжал меня в объятиях и поцеловал в щеку.

– Отлично. Потому что я не смогу воскресить тебя из мертвых.

– Знаю, я ведь заставила тебя пообещать, что ты не будешь.

– Дело не только в этом.

Немного отстранившись, он достал из внутреннего кармана пальто нож и вскрыл себе ладонь. Странно, ведь он обычно пользуется ногтями. Кровь образовала лужицу в его ладони, а затем Нок потянулся за чистой марлевой салфеткой, что лежала на прикроватной тумбочке. Вероятно, остатки того, что было использовано для моей перевязки. Нок вытер кровь. Его кожа зажила, и я зажмурилась.

– И что это был за фокус? – Я взяла его за руку и уставилась на остатки кровавого пятна.

– Я больше не могу контролировать свою кровь. А это означает, что я не могу воскрешать мертвых, – сказал Нок.

– Что? – Я с удивлением уставилась на него.

Он еще раз протер ладонь салфеткой, удаляя остатки крови.

– Когда я объявил тебя королевой и мы вместе вошли в Вильхейм, мы обратили вспять проклятие, которое началось с Зейна и Мэвис. – Он встал и протянул мне руку. – Пойдем.

Подняв меня с кровати, Нок приобнял меня за талию и позволил мне опереться на него. Вместе мы направились к окнам. Нок отодвинул штору. Из окна прекрасно просматривался скверик за стенами замка. Гигантская трещина расколола статую Первого Короля пополам. И в разломе выросло красивое дерево – Сердце королевы. Я узнала его по гладкой белой коре и пышным розовым листьям. Корни дерева устремились вниз, чтобы напиться воды из фонтана. Нок распахнул окно, и теплый весенний ветерок нежно коснулся моего лица.

– Здесь теперь все иначе, чем я помню. Более непринужденно и спокойно, – сказал он, с наслаждением вдыхая свежий воздух.

– А как же твои тени? – спросила я.

Нок ухмыльнулся и призвал тень, которая обвилась вокруг меня и исчезла.

– Они у меня все еще есть. Я просто не могу больше создавать перерожденных. И мне кажется, что в Вильхейме также не будут появлятся новые стражи, – сказал он.

Я смотрела на тихий город. К счастью, огонь Окнолога не добрался до чудесных зданий цвета лосося, нарцисса и мандарина. Не пострадали также цветущие сады на крышах. Кристально-чистые каналы все так же чередовались с мраморными дорожками. Абсолютный мир и спокойствие.

Нок облокотился на подоконник.

– Осло сказал, что мы можем переписать историю. Потомок Первого Короля и заклинательница исправили несправедливости Первой войны.

Исправили несправедливости… Меня будто бы молнией ударило, и я подскочила на месте, хватаясь за Нока обеими руками.

– Что случилось с заклинателями? Где мои родители?

– С ними все в порядке. – Он улыбнулся. – Хочешь с ними увидеться?

– Да, пожалуйста, – сказала я, мой ответ был едва слышен.

– Ты можешь идти? Я могу попросить их подняться сюда…

– Нет. Я… я хочу пойти к ним, – сказала я.

На протяжении долгих лет у меня ничего не было, кроме воспоминаний о том, кем были мои родители. У меня были лишь рассказы тети и кольцо из розового золота, которое я подарила Ониксу, когда приручала его.

Когда я увидела маму и папу, спящими в подземелье Вильхейма, я осознала, что воспоминаний о родителях у меня гораздо больше, чем я думала. Я многое забыла, стараясь сбежать от боли. Я надеюсь, что мама и папа простят меня за то, что я не нашла их раньше.

С помощью Нока я надела простое свободное платье и провела расческой по волосам. Я потратила несколько минут перед зеркалом, переживая из-за мятой ткани и выбивающихся прядей.

– Они твои родители, – сказал Нок, закатывая глаза. – Они не обратят на это внимания.

Тем не менее я осталась недовольна своим внешним видом. Можно было бы одеться более прилично, однако мое тело протестовало уже после непродолжительной прогулки до окна. Если я продолжу суетиться, то это ни к чему хорошему не приведет.

Пока мы шли рука об руку, я рассматривала интерьер замка: высокие потолки, хрустальные люстры, бесконечные ряды окон. Поскольку мы находились на верхнем уровне, то из окон открывался великолепнейший вид на бескрайние равнины нашего королевства.

Пожары Окнолога давно погасли, но выжженная трава никуда не исчезла. Некоторое время она будет напоминать всем о том, что произошло. Но сейчас весна. Скоро зазеленеет новая трава, и жизнь продолжится. Теперь мы будем жить в мире и согласии, благодаря нашим совместным усилиям. Я устремила взгляд к горизонту, где темнела граница Китского леса. За ним…

Я сжала руку Нока.

– Кто-нибудь знает, что случилось с Хайритом?

Он поморщился.

– Разрушен практически до основания. Когда Окнолог пробудился, он выбрался из-под дворца и уничтожил практически все. Уцелело несколько домов, но даже на их восстановление потребуется время. Каори и Рейвен планируют вскоре вернуться туда, чтобы оценить ущерб и продумать план восстановления.

Мое сердце болезненно сжалось. Разрушен. Мой первый дом стерт с лица земли. Место, где я приручила своего первого зверя, где я провела счастливое детство с матерью, отцом и тетей. Именно там я смогла дорасти до главы Совета. С Хайритом у меня было связано бессчетное количество воспоминаний. Не только у меня. Для всех заклинателей Хайрит – это священное место. Что же они теперь будут делать? Где им теперь жить?

– К счастью, Круор не пострадал, а это значит, что оставшиеся там заклинатели не пострадали. – Нок покосился на меня. – Мы отправим помощь. Хайрит – часть Лендрии. Мы не бросим наших людей на произвол судьбы.

По моей щеке скатилась слеза, и я кивнула.

– Конечно, не бросим.

Мы дошли до винтовой лестницы с платиновыми перилами и вместе спустились на первый уровень замка. Во внутреннем дворе пусто, если не считать нескольких слуг, которые шли из одной части замка в другую. Им потребовалось немало времени, поскольку двор настолько огромный, что в нем могло бы запросто поместиться два Круора. В квадрате каменных стен стоят полированные столы из белого дуба, прилавки и яркие навесы всех возможных цветов.

– Королевский базар, – сказал Нок. – Он открыт только по утрам. Мы можем сходить туда завтра, если хочешь.

Он кивнул направо, указывая в сторону арки, за которой виднелась широкая лестница, ведущая вниз к скверу с расколотой надвое статуей Первого Короля. У фонтана собралась небольшая группа людей. Сначала я увидела Оза, Коста и Калема. Кост и Калем сидели на каменной скамейке и по обыкновению горячо спорили между собой. Оз молча стоял рядом, скрестив руки на груди. В нескольких метрах от них Каори, Рейвен и Гейдж тоже разговаривали, хотя и не так оживленно.

Однако все мое внимание привлекли звери, и мое сердце переполнилось счастьем. Развалившись на краю фонтана, Океан бил лапой по струе воды, пробивающейся сквозь корни дерева. Рядом с ним сидел Феликс и тщательно вылизывал свой мех. Раздался пронзительный птичий писк, и Эффи, любимица Калема, взмыла в воздух. Она металась между ветвями дерева, и на них распускалось все больше листочков. Даже Гисс Нока, Уинноу, здесь. С озорной искоркой в глазах она брызгала водой из фонтана в Феликса, пока юный Джакс крепко спал, согретый солнцем.

Чем ближе мы подходили, тем шире становилась моя улыбка. Моя семья жива. Они все в безопасности, как и наши союзники – Маделайна и Айла болтали с солдатами на выходе у замка, и они вежливо кивнули, когда мы проходили мимо. Райн выполнил свою часть соглашения, и в скором времени мы вновь откроем торговые пути между нашими странами, а также назначим Харлоу главным капитаном. Не думаю, что Нок в восторге от этой идеи, но сотрудничать с Харлоу вряд ли будет сложнее всех тех препятствий, что мы уже преодолели.

Когда я сошла с последней ступеньки, внутри у меня все затрепетало. Ко мне спиной стоят мои родители, разглядывая Сердце королевы. Отец положил ладонь на поясницу маме. Ее длинные волосы щекочут ему пальцы. Мама положила голову ему на плечо и вдруг рассмеялась. Сердце пропустило удар. Я узнала этот смех. В горле образовался комок. Но узнают ли они меня? Вспомнят ли?

– Смелей. – Нок подтолкнул меня вперед. – Им не терпится тебя увидеть.

Я судорожно сглотнула.

– Правда?

– Конечно. – Он нахмурился. – А почему нет?

– Я не знаю… Просто мы виделись так давно. Что, если…

– Эй, Лина! – крикнул Калем, улыбаясь от уха до уха. – Рад видеть, что ты можешь стоять на своих двоих и даже ходить.

Мои родители повернулись ко мне лицом. Мама ахнула и прикрыла рот дрожащими руками. Ее широко раскрытые глаза остекленели. Отец сделал осторожный шаг вперед. Потом еще один. Затем он бросился ко мне и заключил меня в такие крепкие объятия, что у меня затрещали кости. Но мне все равно. Я всхлипнула и уткнулась носом в воротник папиной туники. Я услышала, как мама подбежала к нам, и почувствовала тепло ее рук, когда она обняла нас. А затем ее горячие слезы потекли вниз по моей шее. Когда я подняла взгляд на отца, я увидела покрасневшие карие глаза. Мои глаза.

– Лина, – сумел выдавить он.

– Здравствуй, папа. – Я снова обняла его, а затем повернулась к маме.

Мама обхватила мое лицо ладонями и провела большими пальцами по моим щекам. Она смотрела на меня так, будто не могла насмотреться. Наконец мама нежно поцеловала меня в лоб и сказала:

– Ты так выросла.

Я рассмеялась и крепко обняла ее.

– Мне вас не хватало, – прошептала я.

– Нам тебя тоже, – сказала она.

Шмыгнув носом, я сделала шаг назад и расправила плечи. Я огляделась, чтобы убедиться, что мы получили аудиторию. Все улыбались. Каори пустила слезу. Моя новая и старая семья собралась вместе. Протянув руку Ноку, я притянула его к нам. Он нежно улыбнулся и почтительно кивнул в знак приветствия.

– Мама, папа, это Нок. Он мой анам-кара.

Родители просияли, глядя на него, и мама кивнула.

– Нам уже сказали.

– Я очень рад за тебя, Лина, – сказал папа, переводя взгляд с Нока на меня. – Мы всегда желали, чтобы ты была счастлива.

– Я счастлива. И всегда буду счастлива. –   Я украдкой взглянула на свою любовь и улыбнулась.

Нок улыбнулся мне в ответ, и его лицо просияло от радости, которую я никогда не видела прежде. Он выглядит невероятно спокойным и счастливым. Наконец-то мы закончили сражаться с проклятиями, пророчеством и врагами. Мы столкнулись с множеством опасностей и каким-то образом остались целыми и невредимыми. Мы пережили все это вместе. И пронесли сквозь невзгоды нашу любовь. Нам предстояло восстанавливать Хайрит, поддерживать и налаживать отношения с Райном и править Лендрией, но я готова ко всему этому. Я готова жить новой жизнью. Я готова вместе шагать в наше общее и такое насыщенное будущее. И когда я посмотрела на сияющие лица моей семьи, я убедилась еще раз в том, что неважно, куда нас заведет судьба. Важно то, что мы есть друг у друга. Мы будем преодолевать все тяготы вместе.

И ничто будет не в силах разлучить нас.

Эпилог. ЛИНА

– Ты правда считаешь, что я нормально выгляжу? Думаешь, ему понравится? – спросила я, наверное, в десятый раз.

Фьора, самый искусный портной Вильхейма, усмехнулась и уперла руки в бока. Несколько часов она вносила небольшие коррективы в мое платье и, наконец, сочла его идеальным. Однако она по-прежнему не позволяла мне смотреться в зеркало, заставляя меня нервничать.

– Ты выглядишь великолепно. И если он не упадет в обморок, когда тебя увидит, я посчитаю это личным оскорблением, – сказала она и возмущенно добавила: – Нормально ли она выглядит? Право, я даже не знаю.

Фьора повернулась к креслу, в котором сидела моя мама, потягивая чай из чашки цвета морской волны.

– Может, скажешь что-нибудь своей дочери, чтобы она перестала волноваться?

– Пускай волнуется. Все-таки сегодня важный день, – сказала мама с улыбкой и, поставив чашку на кофейный столик, окинула меня взглядом. – Фьора права. Ты выглядишь великолепно.

– Ты тоже. Папа потеряет дар речи.

Фьора настояла на том, чтобы сделать подарок для матери королевы, и сшила воздушное сливочно-желтое платье, отделанное кружевом цвета слоновой кости.

– Сегодня не мой праздник, – мама отмахнулась от меня. – Но спасибо, милая.

– Луна уже взошла. Нужно поспешить. – Фьора кивнула в сторону окна своей мастерской. – Он будет с минуты на минуту. Я пойду переоденусь, так что, полагаю, настало время смотреться в зеркало.

Фьора неторопливо вышла из комнаты, а я бросилась к огромному напольному зеркалу, лавируя между разноцветными рулонами ткани и старинными швейными машинками. При виде своего отражения у меня перехватило дыхание.

Платье без рукавов облегало мою фигуру до бедер, а затем постепенно расширялось книзу. Лиф украшали тысячи мерцающих кристаллов. Они были пришиты так плотно друг к другу, что я даже не понимала, из какой ткани сшито платье, пока не посмотрела на юбку. Шелковый шармез украшала вышивка переплетающихся лоз вишневого цвета и еще больше кристаллов. Я покрутилась на месте, и камни замерцали, словно звезды.

Я осторожно прикоснулась пальцами к нашивке в виде грифона на груди. И рядом с ним… Я приподняла бестиарий, чтобы рассмотреть отличительные знаки королевы Лендрии и главы Совета заклинателей. Я даже не мечтала о таком. Однако я пообещала себе, что всегда буду поступать справедливо по отношению к своему народу и зверям. Всегда.

Мама подошла ко мне сзади и приобняла за талию, положив подбородок мне на плечо.

– Я так рада, что могу быть рядом в такой важный день.

– Я тоже. – Я кивнула и положила ладонь на ее руку, пытаясь справиться с комком в горле.

Раздался громкий стук, и Фьора бросилась к двери. Она уже успела переодеться в небесно-голубое платье. Ее глаза цвета осени загорелись, когда она увидела на пороге моего отца. Фьора сшила для него бежевый костюм, который идеально сидел и не менее идеально сочетался с платьем мамы.

Папа посмотрел сначала на маму, потом на меня. Он дважды сглотнул, прежде чем заговорить.

– У меня нет слов, чтобы описать, какие вы у меня красивые.

– Спасибо, – сказала я, чувствуя, как кровь приливает к щекам.

– Так, все. Комплименты подождут. Мы опаздываем!

Фьора буквально вытолкала папу за дверь и потащила нас с мамой за собой. Она быстро закрыла мастерскую на ключ и повернулась спиной к своему причудливому кирпичному коттеджу, который находился прямо за воротами Вильхейма.

Я понятия не имею, чего ожидать от коронации. Нок сказал, что церемония будет похожа на свадьбу, но масштабнее. Обдумав его слова, я спросила, можем ли мы внести несколько изменений, чтобы праздник соответствовал традициям заклинателей. Все-таки у нас с ним не было возможности отпраздновать выбор друг друга в качестве анам-кары. Нок согласился, и сейчас, когда я увидела бумажные фонарики, свисающие с каждого дерева в округе, мое сердце пело от счастья.

– Ах, Лина! – воскликнула мама, глядя на фонарик рядом с домом Фьоры. – Посмотри.

На желтой бумаге вишневыми чернилами нарисован Мияд. Каждый фонарик украшал какой-нибудь зверь, но что-то подсказывало мне: Нок позаботился о том, чтобы Оникс нашел меня.

– Он хороший человек, – сказал папа и заключил меня в объятия, стараясь не повредить аккуратно уложенные локоны. Он нежно поцеловал меня в лоб. – Я так горжусь тобой.

– Теперь понятно, почему нам весь день нельзя было выходить на улицу. Он хотел сделать сюрприз, – мама поцеловала меня в щеку. – Показывай дорогу, милая. Мы будем следовать за тобой.

Я кивнула, сглотнув комок в горле, и начала свой путь, который закончится на ступенях замка, где меня встретит Нок. Родители шли следом, а Фьора побежала к своим подругам, которые ждали ее на узкой мраморной дорожке, ведущей в город. Они собрались в кучку и теперь наблюдали за мной, утирая слезы платками.

Я предложила Фьоре пойти с нами, но она наотрез отказалась. По-видимому, в процессии должны участвовать только члены семьи. К счастью, мы с Ноком считаем, что семья – это нечто большее, чем кровные узы.

Я прошла через сверкающие городские ворота, я обрадовалась, увидев Коста, Калема и Оза. Все они были одеты в потрясающие наряды, предоставленные Фьорой. Ребята одарили меня улыбками, а затем склонили головы в почтительном поклоне и присоединились к процессии.

Я не понимала, почему Нок настаивал на том, чтобы церемония состоялась в первое весеннее полнолуние. Прошла всего неделя после битвы с Вареком и Язмин, и еще так много всего предстоит сделать. Мы планировали отправиться в Хайрит, чтобы проследить за ходом восстановления города и убедиться, что заклинатели получают необходимую помощь и финансирование. Также нам нужно разобраться с Райном. Королеве Элианне доложили о нашей победе, и теперь она с нетерпением ожидала восстановления торговых путей. Мы обещали навестить ее после Хайрита. Нок же сказал, что все дела могут подождать до завтра.

И теперь я понимала почему. Я уставилась на великолепие замка Вильхейма, чувствуя, как слезы подступают к глазам. Нок помнил наш разговор. Я бросила взгляд на Коста, и он улыбнулся мне знающей улыбкой.

Запрокинув голову, я во все глаза смотрела на Фиалковый замок и теперь понимала, почему его так называют. В первое весеннее полнолуние высеченная из одинокой горы крепость больше не была белой.

Я впервые узнала о том, что замок меняет цвет, когда мы шли на поезд вместе с Ноком, Костом, Калемом и Озом. Тогда мы все вместе впервые отправились в совместное путешествие. И именно тогда я сказала, что никогда не видела замок в полнолуние.

– Лина, все хорошо? – спросила мама.

Я шмыгнула носом и сделала все возможное, чтобы сдержать слезы.

– Все идеально.

Мы продолжили путь по мраморным дорожкам Вильхейма. Каналы города украсили лилиями и свечами. Все горожане оделись в свои самые красивые наряды и вышли на улицы, разбрасывая повсюду розоватые лепестки цветов Сердца королевы.

Чем ближе мы подходили к замку, тем больше лепестков оказывалось у меня под ногами. В конце концов, я потеряла из виду мраморную дорожку и не видела ничего, кроме прекрасных лепестков. Примерно на полпути мы встретили Гейджа, Каори и Рейвен. Они тоже поклонились и присоединились к нашей процессии, вставая рядом с Костом, Калемом и Озом. Когда члены Совета шли мимо, они шепотом поздравили меня.

В тот момент, когда я заметила Сердце королевы, растущее в центре разрушенного фонтана, мои ладони взмокли. Совсем скоро я окажусь у замка. И увижу Нока. Закусив губу, я попыталась успокоить бешено колотящееся сердце. Я не понимаю, почему так нервничаю. Не понимаю, почему я так боялась встречи с ним. Мы многое пережили вместе и не раз оказывались на волосок от смерти. Так почему же сейчас встреча с ним меня так пугала? Может, потому, что мы никогда вместе ничего не праздновали. Может, он передумает и решит, что я ему не под стать. Теперь, когда все наладилось… Может быть…

Я обошла фонтан и увидела, что Нок ждет у подножия лестницы. В этот же момент все мои сомнения и страхи развеялись. От Нока невозможно отвести взгляд. На нем было распахнутое темно-синее пальто, отделанное серебряной строчкой. Под пальто виднелась накрахмаленная белая рубашка с нашивкой в виде грифона. Сшитые на заказ брюки. Начищенные до блеска сапоги. Идеально уложенные белоснежные волосы. Прямо сейчас с Нока можно было писать портрет.

Однако не одежда развеяла мои страхи, а то, как загорелись его голубые глаза при виде меня, и то, как его губы растянулись в ослепительной улыбке. Несомненно, этот человек любит меня всем сердцем.

Подав мне руку, Нок склонил голову в поклоне.

– Моя королева, ты выглядишь просто восхитительно.

– Ты тоже. – Я взяла его за руку, переплетая наши пальцы.

Идущая позади процессия остановилась. Нок выпрямился, и мое внимание привлек его нагрудный карман. Из него торчали спутанные черные кудри, украшенные крошечными белыми цветами. Уинноу высунулась из кармана и подняла вверх руки.

– Уинноу? – Я рассмеялась. – Что ты здесь делаешь?

Она свесилась из кармана и ухмыльнулась.

Я здесь, чтобы передать сообщение.

– Впервые об этом слышу. – Нок озадаченно улыбнулся. – Лина тоже может тебя слышать, да?

Конечно. Гисс ударила его кулачком. Это сообщение предназначено для вас обоих.

– Тогда продолжай, мы не будем тебя перебивать, – сказала я.

Боги хотят поблагодарить вас за все то, что вы сделали. Поэтому они решили сделать вам подарок. Она раскрыла ладони, показывая два крошечных каплевидных кристалла, которые блестели, словно звезды. Кристаллы повисли в воздухе и увеличились до размера запонок.

– Что это такое? – спросил Нок, разглядывая повисший в воздухе кристалл.

Проход в мир богов. Однако им можно воспользоваться только один раз. Вы не сможете вернуться после того, как перейдете мост. Уинноу пожала плечами. Вечность – долгий срок. Когда будете готовы покинуть этот мир, боги с радостью примут вас в своем мире и поприветствуют, как равных себе.

Я взяла кристалл и положила его на ладонь. Вечность – долгий срок, несомненно. Но мы совсем недавно начали жить. Может быть, когда-нибудь, в далеком будущем, мы задумаемся над тем, чтобы отправиться в мир богов. Однако сейчас я счастлива в земном мире.

Я посмотрела на Нока и по его взгляду поняла, что он разделяет мои чувства. Он спрятал наши кристаллы во внутренний карман пальто.

– Передай богам нашу огромную благодарность, – сказала я.

Они уже все знают. Уинноу подмигнула мне и с озорной усмешкой повернулась к своему хозяину. Отправь меня домой. Не хочу участвовать в ваших особых… брачных ритуалах.

Нок закатил глаза, но послушался и достал бронзовый ключ из кармана брюк. Он отправил Гисс обратно в царство тварей и покачал головой.

– Она говорит все, что в голову взбредет. Зачем ты вообще мне ее подарила?

– Разве не помнишь? Ты ведь мне угрожал, – рассмеялась я.

Посмеиваясь, Нок притянул меня ближе, его губы почти коснулись мочки моего уха.

– Если серьезно, я жду не дождусь, когда мы останемся наедине.

Мои щеки обдало жаром, и я отстранилась, чтобы посмотреть на его дьявольскую усмешку.

– Я тоже.

Прежде чем мы продолжили путь, я оглянулась на нашу семью. Они отошли в сторону и присоединились к толпе заклинателей и наемников. Мы через многое прошли и многим пожертвовали, и все же мы здесь. Я посмотрела на Гейджа, стоящего среди членов Круора. Он не один. С ним рядом люди, на которых можно положиться.

Гейдж встретился взглядом с Костом, и Кост смущенно отвернулся. Кончики его ушей слегка покраснели. Впервые за несколько недель я увидела искреннюю улыбку на лице Гейджа. Искреннюю и вселяющую надежду.

– Готова? – прошептал Нок мне на ухо.

Я повернулся к нему с улыбкой.

– Готова.

Вместе мы зашагали вверх по ступеням Фиалкового замка на глазах у всего Вильхейма. Впереди нас ждало обещание светлого будущего. И вечность.

Бестиарий

Азад

РАНГ: класс В.

ОПИСАНИЕ: Азады – маленькие, похожие на мышей зверьки с мехом фарфорового цвета и глазами-жемчужинами. В основном они обитают в ландшафтах вечной мерзлоты, где мало пищи. Азады используют свои способности к поиску сокровищ, чтобы находить личинки и траву. Их когти невероятно острые, поэтому они могут легко зарываться в промерзлую землю в поисках пищи или на время спячки. Заклинатель может использовать силу укрощенного Азада для поиска различных сокровищ, сообщая зверю о своих желаниях.

УКРОЩЕНИЕ: Азадов невероятно трудно найти. Они появляются только при свете полной луны. Обычно Азады питаются личинками и травой, но при этом они особенно любят фрукты. Из-за вечной мерзлоты, где они обитают, им редко удается насладиться любимым лакомством. Таким образом, если заклинатель хочет приручить Азада, самый простой способ сделать это – приманить зверька фруктами в полнолуние. Когда зверь приступит к еде, воспроизведите укрощающее заклинание.

Айксасс

РАНГ: класс Б.

ОПИСАНИЕ: Айксассы изменяют свое тело по велению хозяина. Как правило, они, будучи высокими и стройными, принимают человеческий облик, но при этом остаются безликими. Несмотря на это, у них отлично развиты органы чувств. Конечности появляются и исчезают по прихоти, и они предпочитают невидимость, что затрудняет их обнаружение. Таким образом Айксассы скрываются, когда охотятся на мелкую дичь или крадут еду у странствующих путников. Если зверя удается укротить, то хозяин может призвать его только на два часа за один день, поскольку Айксасс нуждается в длительном сне для поддержания силы. Многие заклинатели используют зверя для защиты, потому что способность изменять свою форму делает его грозным противником.

УКРОЩЕНИЕ: Ключевым моментом в приручении Айксасса становится его местонахождение. Вне известной предпочтительной среды обитания единственный способ укротить одного из них – это поймать зверя, когда он будет рыться в карманах в поисках еды. Когда это произойдет, нужно без промедления активировать чары, чтобы не дать зверю сбежать, и поддерживать его в течение двух часов или пока он не устанет.

Асура

РАНГ: класс Б.

ОПИСАНИЕ: Асура размером напоминает маленького ребенка, с прямым человекоподобным туловищем, копытами и коровьей головой. Его тело покрыто коричневой шкурой, у него шесть рук, похожих на человеческие, а также десять молочно-белых глаз, соответствует числу попаданий, которые может поглотить его щит. Чтобы активировать свой непробиваемый щит, Асура поднимает к небу две руки ладонями вверх, две держит параллельно земле, а две другие плотно прижимает к земле. Создаваемый при этом невидимый, похожий на пузырь купол может выдержать любую атаку до десяти ударов. Количество закрытых глаз указывает на количество попаданий, полученных во время боя. Асура медленно передвигается и неспособен к физическим атакам. Его щит останется нетронутым в том случае, если он будет путешествовать со своим заклинателем, но, поскольку всякое движение предполагает, чтобы Асура отрывал две нижние руки от земли, это ослабляет щит.

УКРОЩЕНИЕ: Приручение Асуры занимает долгое время. Заклинатель должен сесть перед зверем, скрестив ноги и вытянув руки вперед, и активировать заклинание. Позицию необходимо держать в течение нескольких часов, пока Асура жует пырей и оценивает силу заклинателя. Если Асура сочтет заклинателя недостойным, то он уйдет, и в течение последующих семи дней его невозможно будет укротить в принципе.

Боксизмус

РАНГ: класс Б.

ОПИСАНИЕ: Проворные и быстрые, Боксизмусы ловко перемещаются по джунглям. Их тело покрыто рыжим мехом и серебряными пластинами, которые выступают на плечах, коленях, а также на тыльной стороне ладоней и на костяшках пальцев. Боксизмусы живут большими группами и, как правило, охраняют определенную территорию. Самый сильный Боксизмус становится вожаком стаи и отвечает за безопасность всех ее членов. Если Боксизмус считает заклинателя частью своей стаи, то будет делать все возможное, чтобы защитить его.

УКРОЩЕНИЕ: Чтобы зачаровать этого зверя, заклинатель должен найти стаю Боксизмусов и вызвать вожака на поединок. Однако вступать в реальный бой со зверем не рекомендуется, так как Боксизмус обладает невероятной силой и выносливостью, поэтому честная дуэль неизбежно приведет к серьезным увечьям или смерти. Чтобы противостоять вожаку, установите мешки с песком в ряд и приманите Боксизмуса к ним при помощи фруктов. Боксизмус будет бить по каждому мешку до тех пор, пока они не порвутся. После примерно пяти мешков Боксизмус утратит часть своей выносливости. После этого заклинатель может смело вступать с ним в бой, не рискуя жизнью. Травм, скорее всего, избежать не удастся. Как только Боксизмус изрядно устанет, инициируйте заклинание укрощения.

Бокуляр

РАНГ: класс Д.

ОПИСАНИЕ: Бокуляр – похожий на ежа зверек размером с чайную чашку. У него блестящие голубые глаза и иголки всех цветов радуги. Когда Бокуляр прижимает аномально большие передние конечности к предмету, он может видеть, что скрыто с противоположной стороны. Однако если барьер толще 5–10 сантиметров, то магия Бокуляра слабеет, и мысленное изображение, которым он делится с заклинателем либо становится нечетким, либо отсутствует.

УКРОЩЕНИЕ: Никаких дополнительных условий не требуется, достаточно стандартных чар.

Вайпрейл

РАНГ: класс А.

ОПИСАНИЕ: Вайпрейл – летающий зверь, который обладает змееподобным телом и головой сокола. Его тело покрыто мерцающими, отражающими свет перьями. Также Вайпрейл имеет львиную гриву, которая тянется по всей длине его тела. Размах крыльев существа невероятен и может отбрасывать тень сразу на несколько домов. Существо настолько ярко светится, что его часто принимают за рассветное солнце или падающую звезду. Вайпрейл живет в воздухе. Он питается энергией солнечных лучей. Если зверь атакует, то он выпускает из крыльев потоки чистого света в виде стрел.

УКРОЩЕНИЕ: Вайпрейлы постоянно мигрируют, поэтому их практически невозможно выследить. Они постоянно парят в облаках и никогда не спускаются на землю. Если заклинателю посчастливилось увидеть Вайпрейла, то лишь потому, что особь ищет пару. Вайпрейлы любят солнце, и его свет для них считается недостижимым эталоном, поэтому зачастую образованные пары не спариваются, поскольку отвлекаются на красоту солнечного диска высоко в небе. Чтобы привлечь внимание Вайпрейла, заклинателю нужно украсить себя яркими перьями и золотой краской. Затем нужно двигаться особым образом по кругу, обращая особое внимание на угол наклона. Перья и краска должны обязательно блестеть на солнце. Когда заклинатель заметит зверя, нужно сымитировать птичий крик и вынудить Вайпрейла спуститься к земле. Если зверю понравится заклинатель, то он попытается его укусить, чтобы выразить свои симпатии. Это часто приводит к увечьям из-за разницы в размерах, однако если заклинатель стерпит боль, то затем сможет с легкостью приручить зверя, активировав чары.

Вет

РАНГ: класс Б.

ОПИСАНИЕ: Веты – это совообразные звери, которые ведут уединенный образ жизни. Их можно найти только на верхушках высоких деревьев. У Ветов по три блестящих охристых глаза, перья цвета коры и два похожих на ветви рога, которые растут по боковым сторонам головы. В дикой природе эти рога вживляются в деревья и передают Ветам информацию о месторасположении их добычи. Прирученные Веты могут быть использованы для записи услышанной информации в книги.

УКРОЩЕНИЕ: Ветов чрезвычайно трудно найти, так как они способны чувствовать, когда на их территории появляется чужак, и улетают. Однако если они недавно поели и насытились, то, скорее всего, не улетят со своего места и просто будут наблюдать за приближением заклинателя. Для приручения Вета заклинатель должен сесть на лесную подстилку и часами читать вслух книгу. Поскольку Вет, скорее всего, проголодается за это время, то с собой необходимо взять мелкую дичь, чтобы птица не улетела далеко. Как только заклинатель закончит читать минимум триста страниц, Вет будет готов к приручению. Активируйте заклинание.

Визавим

РАНГ: класс Е.

ОПИСАНИЕ: Визавим – маленькая нелетающая птица шарообразной формы размером с клубок пряжи. У нее одна спиралевидная нога. Визавимы обитают в траве на равнинах и путешествуют стайками, прыгая на ноге. Когда они подскакивают, образуется пыль, которую можно собирать и использовать в качестве консерванта.

УКРОЩЕНИЕ: Никаких дополнительных условий не требуется, достаточно стандартных чар.

Виссирена

РАНГ: класс Б.

ОПИСАНИЕ: У Виссирены человеческое туловище и рыбоподобная нижняя часть тела, заканчивающаяся длинным красочным хвостом. Радужные чешуйки разного цвета покрывают все тело, а их волосы являются смесью морских водорослей и щупалец. Их лица также имеют сходство с рыбами, а на передних конечностях часто развиваются дополнительные плавники. Виссирены живут в водах к западу от Хайрита. Мясистые воронки на ладонях могут открываться и закрываться, изменяя течения, чтобы заманить добычу. После укрощения эти твари могут перенаправлять потоки воды с огромной силой. Виссирену можно вызывать только в водоемах.

УКРОЩЕНИЕ: Не пытайтесь приручить Виссирену под водой. При первом же намеке на опасность она направит на дно океана сильнейшее течение, и заклинатель утонет. Точно так же не пытайтесь ловить Виссирену с лодки, так как зверь просто уничтожит ее. Вместо этого заклинатель должен ловить тварь с берега. Только магически усиленная удочка в сочетании с леской из шелка Прядильщика выдержит вес Виссирены. Предпочтительной наживкой является тунец, завернутый в апельсиновую кожуру. Как только Виссирена попадется на крючок, заклинателю необходимо приготовиться к борьбе, которая может продлиться несколько дней. После того как заклинателю удастся выловить Виссерену из воды, он должен произнести заклинание.

Вриис

РАНГ: экстра-класс.

ОПИСАНИЕ: Являясь одним из пяти известных зверей экстра-класса, Вриис владеет магией, превосходящей по силе магию любого существа класса А. Обычно этот зверь огромен и имеет горящие белые глаза. У него лисья голова, туловище волка и три лисьих хвоста. Тело зверя напоминает сито, через отверстия которого сквозит туман. В животе у существа расположен синий электрический шар, который искрится и синтезирует молнии. Никакое оружие не способно пробить шкуру Врииса, и только определенный тип магии может его ранить. После призыва молнии зверю требуется несколько минут, чтобы накопить энергию для следующего удара. Когда рядом нет угрозы, Вриис уменьшается в размерах примерно в два раза.

УКРОЩЕНИЕ: Распространенность Вриисов в природе и особенности их размножения неизвестны, поскольку они живут в грозовых облаках. Выслеживание этого существа занимает у заклинателя годы, и в течение этого времени ему приходится изучить многие континенты, так как у Вриисов нет определенного места обитания. Заклинатель должен для начала нагнать грозу и отыскать тучу в форме волка. Затем ему нужно следовать за грозой до тех пор, пока облака не окажутся над песчаной местностью. Далее необходимо дождаться, когда молния ударит в песок и создаст окаменелость, похожую на ветку дерева. Как только песчаная молния остынет, возьмите ее. Удар молнии обязательно должен быть из тучи в форме волка, иначе заклинание укрощения не сработает. Если заклинателю посчастливится найти окаменевшую молнию, которая ударила из облака в форме волка, то он должен снова дождаться грозы, хотя на это могут уйти годы. Когда все же такая возможность появится, необходимо вернуть Вриису его каменную молнию. Зверь почувствует подношение и разобьет его вдребезги, после чего предстанет перед заклинателем. Затем зверь поразит заклинателя ударом молнии, и если последний выживет, то Вриис позволит себя приручить.

УКРОЩЕНИЕ: Никаких дополнительных условий, достаточно стандартных чар.

Гиглом

РАНГ: класс А.

ОПИСАНИЕ: Гигломы – одиночные, похожие на медведей существа, которые живут в лесных массивах. Во взрослом возрасте могут быть размером со слона. Покрытая мхом зеленая шкура помогает Гигломам сливаться с окружающей средой, когда они на несколько месяцев впадают в спячку. У зверя оленьи рога и костяной шлем, который растет на голове, защищая морду. В центре шлема находится метка луны, которая меняется в зависимости от фазы (полнолуние, полумесяц). Когда Гиглом готов к атаке, он выпускает поток лунного света между рогами и направляет луч на добычу. Чем ближе метка на шлеме к полнолунию, тем сильнее атаки.

УКРОЩЕНИЕ: Гигломы чрезвычайно территориальны. Заклинатель может приручить Гиглома только во время новолуния, когда зверь не способен призвать луч лунного света для атаки. Заклинатель должен принести мешочек с лунными камнями, заряженными в последнее полнолуние. Ослабленный Гиглом обратит свое внимание на камни и, вместо того чтобы нападать на заклинателя за то, что он вторгся на его территорию, позволит войти в свою берлогу. Поскольку новолуние ассоциируется с новыми начинаниями, то заклинатель должен поделиться со зверем своими целями и желаниями, а также любыми препятствиями и трудностями, которые хочет преодолеть. Если зверь сочтет амбиции заклинателя достойными, он низко поклонится и позволит себя приручить. Если нет, то зверь нападет.

Гисс

РАНГ: класс В.

ОПИСАНИЕ: У Гисс человеческое туловище величиной с кофейную кружку и туманная, похожая на струйку дыма нижняя часть тела, переходящая в хвост. Гисс встречаются только в священных местах и часто украшают свои волосы цветами или листьями. Острые зубы Гисс используют для раскалывания любимой пищи – орехов. Данные существа славятся чрезвычайной хитростью и озорством, любят говорить загадками и являются единственными известными тварями, которые напрямую общаются с богами. Самцы Гисс иногда встречаются, но ни одного из них не удалось укротить. Гисс обладают способностью раз в шесть месяцев исполнять одно желание своего хозяина. Ограничения в выборе желания нет, однако диапазон возможностей Гисс зависит от силы и интеллекта хозяина. Гисс могут использовать свои особые отношения с богами, чтобы договориться о менее высокой цене для своего хозяина, однако они часто этого не делают, потому что им нравится использовать свою силу в полной мере. Именно поэтому к ним довольно редко обращаются за помощью, если вообще обращаются. Многие заклинатели уверены, что Гисс должны быть причислены к более высокому рангу, однако специфические ограничения исполнения желаний привели к тому, что Совет причислил их к существам класса В.

УКРОЩЕНИЕ: Гисс можно обнаружить только в священных местах, и для их укрощения требуется полная тишина. Если не считать этого, то будет достаточно стандартного заклинания.

Гравелтот

РАНГ: класс Д.

ОПИСАНИЕ: Гравелтот выглядит как небольшое шарообразное животное, покрытое сланцем и камнями. Он передвигается, перекатываясь по земле и высовывая голову и ноги только в том случае, когда его просят применить свою силу. Когда его лапы соприкасаются с землей, он управляет силой земного притяжения и пространством вокруг себя, обездвиживая любого, кто попал к нему в ловушку. Действие магии длится всего пятнадцать минут, но Гравелтоту необходимо отдохнуть несколько часов, чтобы он снова смог использовать свою силу.

УКРОЩЕНИЕ: Достаточно стандартного заклинания, никаких дополнительных условий укрощение не требует.

Грубер

РАНГ: класс Е.

ОПИСАНИЕ: Груберы – круглые пушистые зверьки с белым мехом, более мягким, чем кроличий пух. У них короткие лапки и круглые глаза. Если их крепко сжать, груберы испускают смесь лаванды и валерианы, чтобы помочь заснуть.

УКРОЩЕНИЕ: Достаточно стандартного заклинания, никаких дополнительных условий укрощения нет.

Гулья

РАНГ: класс Б.

ОПИСАНИЕ: Гулья похожа на летучую мышь, но имеет размеры человеческого ребенка. У нее кожистые, тонкие, как бумага, крылья и круглые стеклянно-голубые глаза. Уши зверя больше головы, и они могут поворачиваться в любом направлении, чтобы улавливать даже едва слышные звуки. Гульи используют звуковые волны, чтобы выслеживать добычу, и когда они активируют свою силу, то становятся полностью неподвижными. Серая шкура зверя становится чернильно-черной, глаза вспыхивают красным, как огонь. Тело Гульи охватывает черное пламя, когда она прислушивается. В таком состоянии зверь способен услышать практически что и кого угодно в радиусе пяти километров. Однако Гулья расходует при этом значительное количество энергии, поэтому не может долго находиться в подобном состоянии, за исключением прирученных Гульей, с которыми энергией делится заклинатель.

УКРОЩЕНИЕ: Гульи живут в пещерах, что скрыты в лесах, и избегают всякого контакта с людьми. Единственный способ приручить зверя – сначала найти пещеру с подходящими условиями для Гульи, а затем поселиться рядом и затаиться. Ждать, возможно, придется несколько месяцев, но рано или поздно стая Гульей сделает из пещеры свое логово. Если заклинатель найдет уже заселенную пещеру, то Гульи немедленно улетят, посчитав место небезопасным. Обратно они не вернутся в течение нескольких лет. Итак, Гульи заселились в облюбованную пещеру. Далее заклинателю необходимо дождаться полудня, когда Гульи спят, и войти в пещеру, чтобы найти самую крупную особь – вожака стаи. Затем заклинателю нужно заявить о себе резким свистом. Свист вызовет панику у зверей, и они улетят, однако вожак позволит себя приручить.

Девикара

РАНГ: класс Б.

ОПИСАНИЕ: Девикара питается эмоциями. Этот красочный зверь размером с ястреба похож на дракона и обладает огромными крыльями. Его уши покрыты кристаллами. Также он обладает разноцветной чешуей и пламенным хвостом. Живет на верхушках деревьев. Эти очень чувствительные существа питаются ягодами и листьями; также любят сладости. Девикары плачут кристаллами, которые используют в качестве оружия, если чувствуют опасность.

УКРОЩЕНИЕ: Чтобы очаровать этого зверя, заклинатель должен установить зеркало, а вокруг него разложить сладости и фрукты. Поскольку Девикары чувствуют эмоции, заклинатель должен отправляться на охоту с дружелюбным настроем и приподнятым настроением. В противном случае Девикара сможет почувствовать скрытые мотивы заклинателя и начнет плакать кристаллами. Слезы существа – опасное оружие, которое разрушает все, чего касается, и позволяет Девикаре сбежать. Однако если заклинатель приходит с чистыми намерениями и успешно укрощает Девикару, то хрустальные слезы зверя можно использовать для исцеления ран и для поднятия настроения тем, кто грустит.

ЗАКЛИНАТЕЛЬ: Харлоу Мартин.

Доша

РАНГ: класс Д.

ОПИСАНИЕ: По величине Доши не больше чайной чашки и имеют исключительно длинный хвост и большие лапы. Они, как правило, рыжевато-коричневого цвета, с малозаметными различиями в окраске между самцами и самками. У всех Дош по три глаза, но для самок характерен голубой цвет глаз, а для самцов – зеленый. Клей, выделяемый их лапами, настолько вязок и крепок, что один палец, приклеенный к ветке, может удержать их от падения. Когда они хотят отклеиться, из их ладоней выделяется вторичный растворитель, давая им возможность отцепиться. Доши живут высоко на верхушках деревьев, чтобы прятаться от хищников, и питаются разнообразными листьями и фруктами. Благодаря специальному слою в пищеварительной системе, они невосприимчивы к любому яду, который могут употребить. Именно поэтому подобные твари весьма полезны для определения того, безопасна ли пища для потребления человеком.

УКРОЩЕНИЕ: Доши никогда не покидают свои дома на верхушках деревьев. Чтобы приручить особь, заклинатель должен забраться так высоко, насколько сможет, и преподнести зверю спелый кокос. Если Доша заинтересуется угощением, она приклеится к телу заклинателя и полакомится орехом. Как только Доша закончит есть, необходимо активировать заклинание.

Древток

РАНГ: класс Б.

ОПИСАНИЕ: Размером Древтоки не больше ребенка, их тела состоят из двух сфер. Нижняя, более крупная сфера представляет полую клетку из прутьев, которая пустует, если зверь не ел. Голова – это сфера поменьше, похожая по форме на луковицу. От центра тела Древтока выходят нескончаемые лианы, которые собирают плоды и защищают от потенциальных угроз. Древтоки способны открывать и закрывать нижнюю сферу и после укрощения могут помещать в нее людей для обеспечения безопасности.

УКРОЩЕНИЕ: Древтоки – одиночные существа, живущие вблизи садов или других мест с большим количеством фруктов, которыми они питаются. Древтоки едят только тогда, когда голодны, а в остальное время они хранят свои плоды в нижней сфере, окутывая их лозами. Чтобы приручить Древтока, заклинатель должен украсть у него фрукт. Когда Древток нападет, заклинателю необходимо увернуться от атакующих лоз, не причинив вреда существу. Если зверю сделать больно, то он немедленно убежит.

Дрейквар

РАНГ: класс Б.

ОПИСАНИЕ: Дрейквар – невероятно преданный зверь с телом ягуара, драконьими крыльями, черным пятнистым мехом и сияющей бирюзовой чешуей, которая покрывает потенциальные уязвимые слабые места, такие как лодыжки, грудь и низ живота. Прирученный зверь предан заклинателю всем сердцем и будет делать все, чтобы защитить хозяина.

УКРОЩЕНИЕ: Чтобы приручить Дрейквара, заклинатель должен продемонстрировать безусловную верность. Найдя пещеру Дрейквара, заклинатель должен сидеть совершенно неподвижно у входа и позволить зверю подойти ближе. Ни при каких обстоятельствах заклинатель не должен призывать других зверей и иметь при себе оружие, поскольку Дрейквар воспримет это как угрозу. Дрейквар обнюхает заклинателя, определяя, добрые ли у него намерения. Затем в течение нескольких дней зверь позволит заклинателю находиться рядом. В это время заклинатель должен быть готов сделать все, что потребует зверь: охотиться, искать кров, защищать Дрейквара от опасности. Как только зверь почувствует, что заклинатель проявил истинную преданность, он преклонит колени и позволит себя приручить.

ЗАКЛИНАТЕЛЬ: Джессика Пагак.

Дригл

РАНГ: класс Б.

ОПИСАНИЕ: Дриглы живут стаями на горных вершинах и образуют тесные семейные связи. Со сменой сезонов шерсть их оленеподобных тел приспосабливается к окружающей среде: грязно-коричневая и черная – в теплое время года и белоснежная – зимой. С мощными, похожими на орлиные крыльями они могут летать часами без устали. Дриглы используют свои рога и острые когти, чтобы охотиться на мелкую дичь и выкапывать личинок. Их невероятное зрение нельзя обмануть магией, и они способны определять угрозу на большом расстоянии.

УКРОЩЕНИЕ: У Дриглов особенные отношения с заклинателями. До тех пор пока для них предусмотрены высокие вершины для жизни и защиты, а также более уединенные места для гнездования и рождения потомства, Дриглы будут наблюдать за выделенной территорией, не нуждаясь в укрощении. Их можно приручить с помощью стандартного заклинания, но, как правило, не рекомендуется отделять Дриглов от своей стаи из-за их крепких семейных связей.

Заваллуна

РАНГ: класс А.

ОПИСАНИЕ: Заваллуны – невероятно редкие животные, похожие на лошадей. Они встречаются только в заграничных землях вблизи мест с высокой концентрацией магии. Во время движения на их чернильно-черных шкурах переливаются полярные сияния разных цветов, варьирующихся от изумрудного и бирюзового до фуксии. У Заваллун большие, покрытые перьями крылья и белый сверкающий рог, похожий на лезвие. Эти существа способны создавать магический купол, который в своем небольшом радиусе усиливает способности любой другой твари. Однако купол нельзя удерживать долго, поскольку это может привести к необратимому повреждению рога Заваллуны.

УКРОЩЕНИЕ: Заваллуны чрезвычайно избирательны, когда дело доходит до выбора заклинателя. Именно поэтому многие из них становятся фамильными животными, которые передаются из поколения в поколение. Чтобы приручить дикую Заваллуну, заклинатель должен отправиться в земли магов и призвать зверя при помощи друга-мага. Как только Заваллуна появится, маг должен выступить от имени заклинателя в качестве гаранта его магической силы и доброты. Заваллуна согласится на приручение только в том случае, если маг и заклинатель по-настоящему дружили в течение нескольких лет. Чем крепче дружба между магом и заклинателем, тем больше вероятность того, что укрощение пройдет успешно.

Зистрим

РАНГ: класс А.

ОПИСАНИЕ: Зистрим – единственный легендарный кошачий зверь, что предпочитает воду суше, хотя способен дышать в любой среде. Его жидко-голубая шерсть представляет собой смесь водостойкого меха и чешуи. У него длинный хвост, заканчивающийся плавниками, а также плавниковые усики, выстилающие челюсть и горло. Текучий по своей природе, он почти не поддается укрощению и может выпускать изо рта невероятно мощные струи. Он гораздо сильнее в воде и способен вызывать небольшие дождевые облака, когда находится на суше.

УКРОЩЕНИЕ: Зистрима можно встретить в пресной или соленой воде в самый теплый месяц лета. Заклинатель должен приблизиться, пока зверь плавает, тогда он оценит мага. В какой-то момент он нырнет и поймает в ловушку ногу заклинателя, утащив его на глубину. Крайне важно, чтобы заклинатель не сопротивлялся. В противном случае зверь разозлится и либо убьет его, либо отпустит и уплывет. Если заклинатель сохранит спокойствие, Зистрим будет продолжать плавать, пока не почувствует, что у заклинателя отказывают легкие. В этот момент тварь выпрыгнет из воды и положит заклинателя на берег, затем прижмется мордой к его груди и использует магию, чтобы выкачать воду из легких и побудить дышать. Теперь, когда заклинатель в глазах зверя стал единым целым с водной стихией, Зистрим готов к приручению.

Зифос

РАНГ: класс А.

ОПИСАНИЕ: Благодаря магии повторения Зифос считается одним из самых трудных в приручении легендарных животных семейства кошачьих. У него стройное, сланцево-серое тело с двумя хвостами, по виду напоминающими наконечники стрел. Когда Зифос активирует силу, все волосы на его теле встают дыбом, превращаясь в тонкие иглы, а затем он вздрагивает, создавая точную копию самого себя. Количество копий, которое может поддерживать один зверь, варьируется, хотя зарегистрированный максимум составляет двести три. Каждая копия может атаковать с полной силой и мощью оригинала. Если копия ранена или иным образом выведена из строя, она превращается в дым. Зифосы – одиночные животные, но обычно у них есть по бокам несколько копий для защиты.

УКРОЩЕНИЕ: Зифос будет связываться только с достаточно хитрым заклинателем, который способен отличить оригинал от копий. Простое приближение к зверю и наложение чар заставят его применить свою силу, окружая заклинателя копиями. После того как копии перемешаются, Зифос будет ждать до тех пор, пока заклинатель не коснется того, кого он считает оригиналом. В случае ошибки копия исчезает, и все оставшиеся формы нападут на заклинателя. Никому ни разу не удалось угадать правильно с помощью этого метода. Чтобы не ошибиться, после обнаружения Зифоса разумнее тщательно изучить его в течение нескольких месяцев, чтобы после убедиться, что он и есть оригинал. Заклинатель должен найти пещеру, которую можно использовать как логово, и построить сложную систему из зеркал. Затем следует заманить тварь в пещеру брачным зовом фазана – их излюбленной пищи. Если зеркала расположены правильно, это обманет Зифоса, заставив его думать, что он уже создал копии. Пока зверь будет искать фазана, заклинатель должен медленно приблизится к нему. Думая, что заклинатель уже окружен копиями, Зифос будет сидеть и ждать, пока тот сделает свой выбор. А теперь можно прикоснуться к настоящему зверю и активировать чары.

Йимлет

РАНГ: класс Б.

ОПИСАНИЕ: Йимлет – жук с перламутрово-оранжевым хитиновым покровом, колючими рогами и клешнями, которые больше, чем его голова. Эти существа размером с небольшую собаку удивительно проворны и могут летать на короткие расстояния, что позволяет им легко загонять жертву в ловушку. Когда Йимлет кусает жертву, то в ее кровь тут же попадает токсин, который в конечном счете убивает добычу, которую зверь затем съедает. Йимлет способен за один раз проглотить количество пищи, которое превышает его вес впятеро.

УКРОЩЕНИЕ: Единственный способ приручить Йимлета – это поймать его в сеть, сделанную из нитей Прядильщика. Любой другой материал растворит ядовитая слюна Йимлета, после чего он в ярости нападет на заклинателя. Поскольку этот зверь ест очень часто, то вскоре после поимки он проголодается и позволит заклинателю приручить себя, просто чтобы ему разрешили вернуться в царство тварей на охоту.

Кайку

РАНГ: класс В.

ОПИСАНИЕ: Кайку – крошечные бледно-голубые существа с желеобразными телами и четырьмя короткими щупальцами. Они встречаются на океанских мелководьях (но не рядом с Лендрийским побережьем). У самок в центре тела есть аквамариновый камень, в то время как у самцов – рубин. Когда магия существа активирована, Кайку может безошибочно указать заклинателю направление к любому желаемому месту. Самоцвет внутри существа засияет, когда нужная географическая точка будет обнаружена, а затем щупальца вытянутся в нужном направлении к этому месту.

УКРОЩЕНИЕ: После обнаружения Кайку и определения пола особи заклинатель должен купить по крайней мере двадцать аквамаринов или рубинов и предложить их существу. Если особь посчитает, что один из предложенных камней блестит ярче, чем тот, что встроен в ее тело, то Кайку выбросит старый самоцвет и заменит его новым. После этого заклинатель может активировать заклинание. Если Кайку не найдет камень на замену своему, то он сбежит.

Канепин

РАНГ: класс В.

ОПИСАНИЕ: Канепины – волкоподобные звери с бархатным зеленым мехом и мутно-голубыми глазами. У самцов на брюхе, шее и вокруг морды растут маленькие белые цветы, в то время как у самок эти цветы окрашены в цвет индиго. Канепины живут стаями в чаще леса и по своей природе миролюбивы. Эти звери отлично берут след и идут по нему, поэтому Канепинов обычно укрощают заклинатели, которые часто охотятся на тварей. Помимо этого, Канепины могут очистить любой источник воды, сделав ее безопасной для употребления.

УКРОЩЕНИЕ: Приручение Канепина во многом зависит от того, насколько сильно зверь привязан к своей стае. Канепина невозможно убедить покинуть стаю, если у особи есть пара или щенки. Поэтому легче всего укрощать молодняк. Как только заклинатель привлек внимание Канепина, он должен бросать ему какой-нибудь предмет и играть столько, сколько Канепин пожелает. Как только Канепин нарезвится, он убежит вместе с предметом, после чего вернется. Далее заклинатель должен найти спрятанный предмет. Если ему это удастся, Канепин позволит укротить себя. Если нет, то Канепин уйдет.

Квалинт

РАНГ: класс Д.

ОПИСАНИЕ: Квалинты – маленькие, похожие на лягушек зверьки размером с палец. Они имеют ярко-зеленую кожу с красными пятнами. У Квалинтов также имеются крошечные прозрачные крылья, позволяющие им перелетать на короткие расстояния во время охоты за мухами. Их кожа выделяет вязкий яд, который имеет свойство изменять память.

В дикой природе это защищает Квалинта, заставляя хищника замереть и забыть о своих планах, как только яд попадает ему в рот. Заклинатели, приручив Квалинта, могут сцеживать часть яда для приготовления безвкусного зелья, вызывающего амнезию. Процедуру необходимо проводить в перчатках.

УКРОЩЕНИЕ: Никаких особых условий для приручения Квалинтов нет, но, прежде чем активировать заклинание, важно знать, что заклинатель не должен прикасаться к существу во время укрощения. Контакт яда с кожей вызовет кратковременную амнезию, и если заклинатель дотронется до Квалинта до завершения процесса, то забудет, зачем он здесь, и зверек убежит.

Кестрал

РАНГ: неизвестен.

ОПИСАНИЕ: Кестрал – неукротимый зверь, появившийся волшебным образом после того, как жители Вильхейма вынудили заклинателей бежать после Первой войны. Кестрал создал нерушимую границу вокруг Хайрита, чтобы темная магия Китского леса не проникла туда. Животное все время поддерживает барьер, позволяя пересекать его исключительно заклинателям и тем, кого сам посчитает нужным. У него невероятно длинные перья на хвосте, большой размах крыльев и стройное, белое, как бумага, тело с голубыми глазами.

УКРОЩЕНИЕ: Невозможно. Любые попытки приводят к тому, что зверь отбрасывает заклинателя через барьер, позволяя ему вернуться только спустя неопределенный промежуток времени.

Костяной Катуа

РАНГ: класс А.

ОПИСАНИЕ: Костяной Катуа является одним из десяти легендарных зверей из семейства кошачьих и имеет красновато-коричневый окрас и костяные шипы вдоль позвоночника. Его дьявольские красные глаза способны вызывать у добычи паралич, что закрепило за ним славу превосходного охотника. Поскольку Костяной Катуа может сам себя исцелять, потираясь мехом о деревья, убить его – трудная задача. Желтые клыки зверя выступают из пасти и с легкостью могут прокусить толстую шкуру.

УКРОЩЕНИЕ: Костяных Катуа трудно обнаружить, они часто ведут затворнический образ жизни в горах, где встречается густая растительность. Заклинатель должен обнаружить логово Костяного Катуа и поселиться рядом с ним, демонстрируя готовность жить в полной гармонии с природой, питаясь и выпивая ровно столько, сколько необходимо для выживания, а также исключить все контакты с внешним миром. Спустя несколько месяцев Костяной Катуа приблизится и парализует заклинателя гипнотизирующим взглядом. Затем тварь обнюхает и оближет заклинателя с головы до ног, определяя, действительно ли он посвятил себя природе. Если зверь убедится, что это так, он будет сидеть перед заклинателем, пока паралич не пройдет, а затем позволит укротить себя. Однако если Костяной Катуа почует, что заклинатель не ценит природу, или связался с другим человеком, или потворствовал себе сверх необходимого в течение этих нескольких месяцев, то зверь убьет его.

Крик

РАНГ: класс Д.

ОПИСАНИЕ: Грушевидные птицы с крошечными зелеными перьями. У них маленькие, похожие на трубы клювы. Эти твари издают статичный, диссонирующий звук, который сводит с ума тех, кто его слышит. Легкие Крика работают независимо друг от друга, позволяя птице вдыхать и выдыхать одновременно, чтобы поддерживать свой крик.

УКРОЩЕНИЕ: Никаких дополнительных советов по укрощению; ничего, кроме стандартного заклинания, не требуется.

Кучевой лев

РАНГ: класс А.

ОПИСАНИЕ: Кучевой лев – легендарный зверь семейства кошачьих. Обитает высоко в горах, на пиках, что возвышаются над облаками. У Кучевого льва четыре изогнутых рога, длинные клыки и золотистый мех. Львы выходят на охоту только при ярком солнце. Их чрезвычайно трудно выследить, поскольку они скрывают свое присутствие в облаках. Когда Кучевой лев нападает и кусает жертву до крови, то в рану тут же проникает ядовитое и смертоносное туманное дыхание с золотыми искорками.

УКРОЩЕНИЕ: Чтобы приручить Кучевого льва, заклинатель должен сначала поместить сундук, полный золотых ауриков, среди облаков на горной вершине. Это необходимо сделать в полдень. Затем он должен разрезать ладони и нарисовать каплями крови круг на груди. После этого заклинатель должен сидеть в тишине и не исцелять раны. Если нанести какую-либо мазь или сделать перевязку, зверь воспримет это как признак слабости и никогда не подойдет ближе. Если Кучевой лев подошел к заклинателю, то сначала он осмотрит сундук, чтобы убедиться, что там достаточно золота. Если зверь останется доволен, он съест подношение, и его шкура заблестит еще ярче. Если зверь почувствует, что ему не дали достаточно золота, он призовет туман и убьет заклинателя. Сколько именно ауриков нужно для успешного приручения – неизвестно, но большинству заклинателей, готовых расстаться со всеми своими сбережениями, удается выжить. После того как Кучевой лев закончит трапезу, он быстро уснет. Заклинатель не должен в это время ни двигаться, ни обрабатывать раны. Когда зверь пробудится (иногда через несколько дней), он позволит себя приручить, если заклинатель так и не сдвинулся с места.

Лахарок

РАНГ: класс А.

ОПИСАНИЕ: Крупнее слона и сложенный как бескрылый дракон, Лахарок является одним из самых больших зверей в Лендрии. Он использует толстые когти для передвижения по неровной вулканической местности – предпочтительной среды обитания. Удивительно проворен. Костяная грива вокруг его макушки дополнительно защищает голову, а большие белые глаза без зрачков светятся ярче огня. Красные чешуйки, окаймленные золотом, покрывают позвоночник, шею и лапы Лахарока, отчего подбрюшье остается единственной незащищенной частью его шкуры. Эта чешуя легко разъедается соленой водой, что может причинить Лахароку вред. Если зверь вырастает в дикой природе, без угроз и вмешательства человека, то он способен развить магию, благодаря которой сумеет вызвать обжигающий огонь и сильный жар. Потомство Лахарока, в свою очередь, обладает способностями эмпатических метаморфов, восприимчивых к внешнему воздействию, которое может изменить их силу. И как только происходит подобное, их сила окончательно закрепляется.

УКРОЩЕНИЕ: Лахароки поглощают минералы из вулканов, где они обитают. Заклинателю необходимо обнаружить действующий вулкан и принести свежевыловленного марлина. Как только Лахарок заметит заклинателя, последний должен положить рыбу на камень и отойти на несколько шагов. Пока зверь ест, заклинателю следует вставить себе беруши, а затем призвать Песнецвета и с помощью его колыбельной ввести Лахарока в транс. Заклинатель должен приближаться медленно и уверенно ступать по горе, иначе один шаткий камень или громкий звук способны нарушить транс и разъярить Лахарока. Несмотря ни на что, тварь будет излучать интенсивную тепловую ауру для защиты. Ожоги неминуемы. Во избежание серьезных повреждений заклинателю лучше немедленно вызвать Пои и вылечить кожу. Подобравшись наконец к Лахароку, заклинатель должен положить руку на его морду и произнести заклинание.

АЛЬТЕРНАТИВНЫЙ метод укрощения (обнаружен Линой Эденфрелл): Найдите самку Лахарока с недавно родившимся потомством. Отделите мать от детеныша. Осторожно подойдите к потомству и сначала укротите его (никаких дополнительных требований, кроме стандартных чар). Будьте осторожны, чтобы не напугать детеныша, поскольку это может вызвать прилив нестабильных сил. Как только удастся его приручить, мать откажется от преследования и охотно позволит себя укротить, чтобы остаться со своим потомством.

Мистари

РАНГ: класс А.

ОПИСАНИЕ: Мистари является одной из десяти легендарных тварей семейства кошачьих, с белой шерстью и чешуйчатыми хрустальными пластинами на груди. Из каждой ее лодыжки растут четыре крыла, напоминая зазубренные кусочки драгоценных камней. Они позволяют Мистари летать на небольшие расстояния. Хрустальные перья очень ценны и при падении могут разбиться, а также их часто вживляют в кожу двух людей, давая им возможность обмениваться мыслями. Мистари живут небольшими прайдами, обитающими на равнинах. Благодаря своим крыльям и скорости их трудно выследить.

УКРОЩЕНИЕ: Заклинатель обязан подходить с осторожностью и действовать последовательно: сначала окружите Мистари россыпью самых дорогих драгоценных камней, присев и повизгивая в знак почтения. Затем нужно лечь на землю лицом вниз и сохранять полную неподвижность. Если Мистари не соглашается на предложение заклинателя, последнему следует бежать. Укрощение будет провалено и может привести к смерти. Если же зверь одобрит подношение, он поднимет заклинателя за шиворот (заклинателям лучше носить плотную одежду, чтобы предотвратить травмы) и оттащит его в круг. Заклинатель должен оставаться вялым до тех пор, пока зверь не начнет его облизывать, а затем полагается произнести заклинание.

Мияд

РАНГ: класс А.

ОПИСАНИЕ: Мияд – крупнейший представитель легендарных зверей семейства кошачьих, с телосложением пантеры, черным мехом и гривой из павлиньих перьев. Такие же яркие бирюзовые и изумрудные перья растут по всей длине его позвоночника и хвоста, а также на крыльях. Золотые щитки защищают слабые лодыжки и тянутся вокруг макушки его головы. При взлете голубая магия струится из лап и глаз Мияда. Он обладает уникальной способностью вводить жертву в ступор, проникать в ее самые глубинные воспоминания. После этого человек сталкивается с ужасами своего прошлого, что часто приводит к безумию. Если Мияд сочтет добычу недостойной, разум человека сгорает дотла, погружая его в кому на всю оставшуюся жизнь. Мияды плотоядны, поэтому они, по всей вероятности, съедят свою беспомощную и бесчувственную жертву.

УКРОЩЕНИЕ: Приручение Мияда – опасный процесс, состоящий из трех этапов. Для начала заклинатель должен получить кровь убийцы, дарованную добровольно, и преподнести ее зверю. Затем заклинателю следует предложить Мияду в знак своей верности нечто с высокой личной ценностью. И наконец, заклинатель обязан разрешить зверю укусить себя, чтобы образовать связь, благодаря которой Мияд сможет просматривать воспоминания и определять их ценность. На протяжении всего процесса заклинатель должен вести себя тихо и молчать, в противном случае это нарушит концентрацию Мияда, вынуждая его либо убежать, либо наброситься на мага. Если заклинатель переживет оценку своего прошлого, то Мияд позволит себя укротить.

Нагакори

РАНГ: класс Б.

ОПИСАНИЕ: Нагакори спариваются на всю жизнь в молодом возрасте и в природе всегда живут парами. Это парящие в воздухе змеи-близнецы, с драконьими головами и усами, тянущимися вдоль всего тела. Самки имеют ярко-синюю окраску и могут извергать воду из своих челюстей, в то время как самцы белоснежны и способны стрелять инеем. После укрощения их полагается вызывать одновременно, так как они отказываются разлучаться.

УКРОЩЕНИЕ: Пары обитают в холодных районах у водоемов. Этих тварей привлекают приятные звуки, поэтому заклинатели должны выманивать их при помощи музыкального инструмента или пения. Поддерживая музыку, заклинатель потом исполняет танец с лентой. Нагакори начнут подражать движениям лент, в конечном итоге окружая заклинателя и тем самым позволяя ему приступить к приручению. Заклинателю при этом нельзя медлить с музыкой, иначе Нагакори заморозят его и сбегут.

Найнив

РАНГ: класс В.

ОПИСАНИЕ: Найнив – это водная ящерица среднего размера. Его можно отличить по ярко-синему языку, полупрозрачному телу и большим крыльям, похожим на крылья лунного мотылька. В основном Найнивы встречаются в больших озерах. Найнив питается тепловой энергией, поэтому в течение дня всегда нежится в лучах солнца. Под воздействием солнечного света кожа Найнива твердеет, чешуйки приобретают светло-коричневый цвет. Хотя у Найнива есть крылья, эти существа не могут летать. В случае опасности этот зверь использует крылья, чтобы планировать и как можно быстрее оказаться в воде. По ночам Найнивы светятся ярко-синим флуоресцентным светом и перемещаются большими группами, создавая в воде красивые замысловатые узоры. Крылья Найнива также светятся. В воде они используются как плавники. Если вам удалось встретить стайку Найнивов, то вам необычайно повезло, поскольку это крайне редкое и чрезвычайно благоприятное явление.

УКРОЩЕНИЕ: Как только заклинатель заметил ночное явление стайки Найнивов, он должен бросить блестящий предмет – предпочтительно что-то очень ценное для самого заклинателя – в озеро. Если Найнив примет подношение, заклинатель должен войти в воду и следовать за стайкой, так как они приведут заклинателя к давно забытому затонувшему сокровищу. Если заклинатель не сможет выловить сокровище до рассвета, то должен повторить попытку следующей ночью. Как только заклинатель вытащит сокровище, вожак стаи Найнивов явится для приручения. Будучи прирученным, Найнив может успешно находить спрятанные сокровища несколько раз в месяц. Заклинатель может продавать ценности или оставлять себе. Приручение данного зверя – верный путь к богатству и благополучию.

ЗАКЛИНАТЕЛЬ: Анна Хэмптон

Незбит

РАНГ: класс С.

ОПИСАНИЕ: Незбиты – маленькие существа, телосложением напоминают кролика с коричневым мехом и бирюзовыми перьями. Очень редкие, их почти невозможно встретить в природе из-за низкой численности и предпочтения жить под землей. Они образуют небольшие колонии и роют разнообразные лабиринты в земле; высовывают свои похожие на крылья уши на поверхность лишь раз в несколько дней, чтобы поглотить необходимые питательные вещества от солнца. Их уши способны слышать звуки на расстоянии многих миль и улавливать эхо даже под землей в случае опасности. После приручения Незбитов используют для того, чтобы слушать сердца людей и отличать ложь от правды. Опаловые глаза зверя вспыхивают зеленым, реагируя на правду, и красным – на ложь.

УКРОЩЕНИЕ: Поскольку Незбиты живут под землей, у них нет предпочтительной среды обитания. Поиск колонии требует от заклинателя удачи и тщательного изучения местности, потому что эти звери оставляют небольшие холмики после того, как высунут уши из земли. Как только будет замечен возможный бугорок, заклинатель обязан оставаться неподвижным в течение нескольких дней, пока не появятся уши. Затем следует быстро выдернуть зверя из-под земли и немедленно активировать чары. Важно отметить, что холмы, о которых идет речь, очень похожи на те, что оставляют степные собаки, и по этой причине сообщения о колониях Незбитов часто неточны.

Никс-икари

РАНГ: класс А.

ОПИСАНИЕ: Крупные легендарные звери семейства кошачьих. Никс-икари считаются исключительными охотниками благодаря способностям к маскировке и телепортации. Их белоснежный мех покрыт темно-лазурными пятнами с вкраплениями индиго. Когда Никс-икари активируют силу, их глаза и пятна излучают свет лилового цвета, и это сигнализирует о начале телепортации. У этих зверей удлиненные клыки, два закрученных рога за ушами и густой пушистый хвост, вдвое превышающий длину тела. Никс-икари способны телепортироваться на большие расстояния, хотя обычно перемещаются только на короткие дистанции во время охоты. Чем больше расстояние телепортации, тем больше времени потребуется Никс-икари для восстановления.

УКРОЩЕНИЕ: Никс-икари – свирепые хищники, поэтому их нельзя укротить, если заклинатель не готов сражаться. Очень немногим удается приручить этого зверя. После того как Никс-икари признает в заклинателе потенциального хозяина, он будет следовать за ним незаметно, оценивая его действия в течение неопределенного периода времени. Как только зверь примет решение, он тут же возникнет перед заклинателем и либо позволит себя приручить, либо попытается его убить. Никс-икари живут в суровом холодном климате, и чтобы начать процесс приручения, заклинатель должен положить добычу в круг, очерченный собственной кровью и огненными опалами.

Окнолог

РАНГ: Неизвестен.

ОПИСАНИЕ: Окнолог был первым зверем, прирученным богиней Селестой. Окнолог – единственный дракон, известный заклинателям. Его величайшая сила едва не превратила всю Лендрию в пепел. Окнолог больше, чем гора Хайрита. Этот зверь способен летать с невероятной скоростью и уничтожать целые города изрыгаемым пламенем. У него блестящая алебастровая чешуя и рубиново-красные глаза. До пробуждения Язмин, бывшей главой Совета, он спал под дворцом в Хайрите.

УКРОЩЕНИЕ: Язмин пробудила Окнолога при помощи запрещенного ритуала темной магии, используя свое сердце, кости заклинателя-отступника и кровь перерожденного принца, признанного богами. После пробуждения Язмин не смогла совладать с мощью зверя и потеряла над ним контроль. Затем Лина Эденфрелл, действующая королева Лендрии и глава Совета заклинателей, при помощи своей магии разорвала узы приручения и даровала Окнологу свое сердце.

Окнолог обрел покой в царстве тварей рядом с Селестой.

Оссиликс

РАНГ: класс А.

ОПИСАНИЕ: Несмотря на то что Оссиликсы являются самыми маленькими из легендарных зверей семейства кошачьих, они довольно яростны и смертоносны. Эти твари используют размер своего тела в собственных интересах, чтобы обхитрить добычу. Оссиликс чуть крупнее оцелота[3], со стройным телом, покрытым металлом, что придает ему вид серебра и делает его шкуру практически непроницаемой. Известно, что они невероятно умны: демонстрируют уникальное тактическое мышление и нападают только в том случае, если видят возможность смертельного удара. Слюна Оссиликса обладает мощным целительным свойством: она способна вернуть к жизни человека, находящегося на грани смерти. Однако принятие этого дара требует от получателя, чтобы в обмен он пожертвовал частичкой своей человечности. Эффекты от подобного обмена у людей весьма разнообразны, но в основном связаны с физическим превращением в зверя.

УКРОЩЕНИЕ: Обнаружив Оссиликса, заклинатель должен позволить зверю смертельно ранить себя, а затем принять целебную слюну. Если заклинатель не согласен с таким условием, то Оссиликс незамедлительно убьет его. Если же заклинатель примет дар, Оссиликс отступит и станет наблюдать со стороны, как заклинатель превращается в зверя. Эта трансформация неизбежно связана с чувством трудно контролируемой ярости, которую испытывает Оссиликс. Зверь будет изучать поведение заклинателя: если последний не в состоянии противостоять всепоглощающему гневу, то зверь убьет его; если же заклинателю удается вернуть себе человеческий облик, то зверь признает в нем своего хозяина.

Песнецвет

РАНГ: класс Д.

ОПИСАНИЕ: Песнецвет – относительно безобидный зверь, обитающий в отдаленных уголках Лендрии среди зарослей роз. Нижняя половина тела существа напоминает лепестки цветка, а из его сердцевины возвышается человекоподобное туловище. Песнецветы могут отделяться и перелетать от растения к растению, прикрепляясь к ним при помощи крошечных корней у основания лепестков. Эти корни позволяют им вытягивать питательные вещества из растений. Самцы Песнецветов окрашены в цвет плюща и маскируются под листья, в то время как самки похожи на цветки роз. И самцы, и самки Песнецветов проводят дни, распевая песни на неизвестном языке. В их репертуаре множество мотивов, и каждая песня оказывает уникальное воздействие на слушателя, начиная от чувства восторга и заканчивая сонливостью. Заклинатели часто призывают Песнецвета, чтобы усилить чувства радости и любви во время свадебной церемонии между супругами.

УКРОЩЕНИЕ: Найдите колонию Песнецветов, прислушиваясь к их голосам среди кустов роз. После обнаружения колонии заклинатель должен сесть перед существом и послушать песню по выбору существа. Как только мелодия закончится, заклинателю необходимо поаплодировать, а затем активировать чары. Если Песнецвет решит исполнить песню, погружающую в сон, заклинатель уснет и не сможет поаплодировать. В таком случае попытка приручения будет считаться неуспешной. Поскольку сон после песни Песнецвета длится всего несколько минут, заклинатель может повторить попытку после пробуждения, если Песнецвет не улетел.

Пои

РАНГ: класс Б.

ОПИСАНИЕ: Пои – одиночные лесные животные, границы территории которых зачастую не превышают размеров небольшой опушки. У Пои лисьи тела с белым мехом и черной полосой, тянущейся вдоль позвоночника. Их отличительной особенностью является драгоценный аметистовый шар, расположенный между ушами, который становится мутным, когда готовится предсказание, и проясняется, как только будущее определено. Ядовитые укусы Пои убивают медленно, однако яд может быть обезврежен самим зверем, если его удается приручить. Слюна Пои залечивает мелкие ранки и ожоги, хотя истинная магия зверя связана со способностью предсказывать события на две минуты вперед. Укрощенный Пои может делиться видениями с хозяином.

УКРОЩЕНИЕ: Достаточно стандартного заклинания, никаких дополнительных условий укрощения нет, однако заклинатель должен поддерживать свои чары в течение нескольких минут, не делая при этом резких движений, чтобы позволить Пои сделать ряд предсказаний и определить исход укрощения.

Прентисс

РАНГ: экстра-класс.

ОПИСАНИЕ: Прентисс – свирепый змееподобный зверь с хвостом, похожим на стрелу, крыльями, похожими на крылья летучей мыши, и чудовищными когтями на первом суставе крыльев. Имеет длинные клыки, которые превосходят размерами слоновьи бивни. Однако самая большая опасность связана с вихрями, которые выдыхает Прентисс. Беспощадный поток ветра сметает все на своем пути и разрушает магию. Зверь обитает в недрах Рваного ущелья и поднимается на поверхность, когда кто-то помимо королевской семьи пытается приблизиться к руинам Тайруса. Прентисс нападает на незваных гостей и пожирает их, а затем вновь опускается на дно ущелья и впадает в спячку.

УКРОЩЕНИЕ: Неизвестно.

Прядильщик

РАНГ: класс Б.

ОПИСАНИЕ: Прядильщики – затворники, обитающие глубоко в пещерах, вдали от цивилизации. Они пугливы по своей природе, но при этом нападают на всех, кто оказывается на их территории. Прядильщики обматывают свою жертву паутиной и медленно пожирают ее органы. У них человекоподобные головы с чертами насекомых и человеческие туловища, которые заканчиваются выпуклыми паучьими брюшками. Также у них восемь волосатых лапок, две клешни в том месте, где туловище переходит в брюхо, и две человекоподобные руки с шипами. Прядильщики – непревзойденные охотники. Из отверстий на внутренней стороне запястий зверя выделяются бесконечные и невероятно прочные шелковые нити. Пальцы Прядильщиков, покрытые крошечными, втягивающимися шипами, перерезают паутину в случае необходимости. Прядильщик всегда оставляет за собой тянущуюся нить, чтобы по ней вернуться в свое логово. Если он почует опасность или захочет побыстрее вернуться домой после успешной охоты, то втянет эту нить, и его с огромной скоростью потащит обратно в безопасное логово. Эти существа – отшельники, которые довольно редко спариваются. Самки часто пытаются съесть самцов после совокупления. У немногих заклинателей есть Прядильщик, а те, кому удалось его укротить, часто начинают заниматься портновским делом и используют шелковые нити Прядильщика для изготовления прочной одежды или других востребованных материалов, например рыболовной лески.

УКРОЩЕНИЕ: Обнаружив логово Прядильщика, заклинатель должен преподнести ему в дар несколько ведер свежих внутренних органов. Зверь осмотрит каждое подношение по очереди, и если какой-то орган покажется ему привлекательным, то он обернет его в паутину, чтобы потом съесть. Однако если даже один из органов будет несвежим, Прядильщик придет в ярость и нападет. Убедившись, что все органы свежие, он сплетет сложную паутину. Заклинатель должен добровольно попасть в ловушку, позволив себя опутать, и спокойно ждать, пока зверь ест органы, тем самым демонстрируя терпение, которое сам зверь проявляет во время охоты. Заклинатель должен оставаться совершенно неподвижным в течение всей трапезы, иначе Прядильщик нападет на него. Как только зверь закончит есть, он освободит заклинателя из паутины и позволит себя укротить.

Ревмандра

РАНГ: класс А.

ОПИСАНИЕ: Ревмандра – одна из самых грозных водных тварей; одиночное существо, которое путешествует по океану в поисках сокровищ. Сокровища Ревмандра прикрепляет к шкуре с помощью липкого секрета, что выделяется из кожи. Тело Ревмандры похоже на тело саламандры. У основания черепа зверя растут три ветвистых лосиных рога. Взрослая Ревмандра может достигать размеров кита. Невероятно быстрая в воде. Способна создавать шары с воздухом, которые закрепляет на рогах. Заклинатели используют данную способность Ревмандры, чтобы безопасно путешествовать под водой.

УКРОЩЕНИЕ: Найти и приручить Ревмандру чрезвычайно сложно, тем не менее лучше всего начать с областей, где тонут корабли. Как только заклинатель заметит Ревмандру, он должен приготовить приманку: рыбу, ракушки, сокровище пирата и жемчужину. Заклинатель должен погрузить приманку в океан, нырнуть и активировать свою магию. Ревмандры почуют сокровища и приплывут. Затем они будут сражаться за право владеть сокровищем. Если по какой-либо причине кто-то вмешается в процесс приручения, Ревмандра посчитает человека за конкурента и нападет. Если человек выживет, Ревмандры уплывают, поскольку признают поражение. Если человек умирает, Ревмандры продолжают бой за сокровище. Победитель затем приближается к заклинателю, осматривает приманку и, если сочтет сокровище подходящим, то позволяет себя приручить.

Саннари

РАНГ: класс А.

ОПИСАНИЕ: Один из самых крупных кошачьих зверей. Саннари внешне похож на тигра. Его мех светится. Крылья зверя белые, их края ярко блестят на солнце. Говорят, что Саннари живет над облаками, и именно поэтому его мех блестит, как солнце. Зверь способен призывать и контролировать свет.

УКРОЩЕНИЕ: Чтобы приручить Саннари, заклинатель должен сначала найти место с густыми облаками чистейшего белого цвета. Затем необходимо выложить круг из золота и ждать появления Саннари. Это может занять от нескольких минут до нескольких часов. Если зверь появится, он сядет за границами золотого круга и будет ждать, когда заклинатель призовет своего самого сильного или самого ценного зверя. Саннари оценит зверя, его ментальные и физические способности. Если зверь сильный и здоровый, то затем заклинателю необходимо призвать самого слабого зверя. Саннари также оценит это существо, чтобы убедиться, что заклинатель справедливо относится ко всем своим зверям, независимо от способностей, формы и размера. Если это так, то Саннари позволит себя приручить. Если Саннари решит, что с животными заклинатель обращается плохо, то тут же нападет.

ЗАКЛИНАТЕЛЬ: София Пайпер.

Скорпекс

РАНГ: класс Б.

ОПИСАНИЕ: Скорпекс – довольно опасный зверь, который может достигать 10 метров в длину. Его червеобразное тело покрыто толстой оранжевой чешуей и мерцающей слизью. У Скорпекса четыре ноги, каждая из которых заканчивается крючковатыми пальцами, и зазубренный хвост с жалом, как у скорпиона. Яд зверя болезненный, но не смертельный. У Скорпекса шесть глаз, по три с каждой стороны от челюсти, поэтому его трудно застать врасплох. Он плотояден и использует свои восемь языков, чтобы обглодать тушу жертвы до костей за считаные минуты.

УКРОЩЕНИЕ: У Скорпексов редко бывает хозяин, потому что для укрощения даже одного из них требуется собирать туши в течение нескольких недель, чтобы накопить достаточно пищи для приманки. Одного запаха Скорпекса бывает достаточно, чтобы отпугнуть большинство заклинателей, не считая опасности самого зверя. После того как заклинатель сделал подношение Скорпексу, необходимо выждать, пока тварь закончит трапезу, а затем активировать заклинание. Если заклинатель не позаботился о достаточном количестве пищи, чтобы утолить голод Скорпекса, зверь непременно нападет на него. Относительно «безопасное» количество туш для укрощения на данный момент составляет около двадцати.

Спарклайн

РАНГ: класс В.

ОПИСАНИЕ: Спарклайн – свирепый на вид, но в общем-то дружелюбный морской хищник. Его тело покрыто блестящей розовой кожей, имеет острые, как бритва, зубы. Спарклайн быстро расправляется со своей добычей, которую составляют мелкие морские обитатели и плохо подготовленные заклинатели. Этот похожий на акулу зверь может проглатывать своих врагов целиком, но поскольку он живет в отдаленных районах океана, то это довольно редкое явление.

УКРОЩЕНИЕ: Поиски Спарклайна могут отнять много времени, так как у него нет постоянного места обитания, и зверь вечно мигрирует. Для того чтобы сэкономить время, рекомендуется затаиться в самой глубокой части и ждать. Чтобы приручить Спарклайна, заклинателю нужно найти любимое лакомство зверя, а именно сырные крекеры и мясо врагов Спарклайна. Лакомство необходимо подать зверю. Как только Спарклайн насытится, заклинатель может активировать чары и приручить зверя.

ЗАКЛИНАТЕЛЬ: Линдси Ландграф Хесс.

Телесавра

РАНГ: класс Д.

ОПИСАНИЕ: Телесавра – ящерица с каменистой кожей, обычно размером с небольшой валун. Она способна отсоединять свою нижнюю челюсть, чтобы втягивать воздух и образовывать мерцающий белый портал, способный перенести любого зверя или человека, помеченного кровью заклинателя, в указанное место, называемое очагом. За раз Телесавра может запомнить только один очаг. Многие заклинатели устанавливают Хайрит в качестве своего очага для быстрого и безопасного возвращения домой.

УКРОЩЕНИЕ: Достаточно стандартного заклинания, никаких дополнительных условий укрощения нет.

УЛУКС

РАНГ: класс В.

ОПИСАНИЕ: Улукс – обитающая в пещерах черная змея с желтыми глазами. Она может съесть добычу, в пять раз превышающую размер ее собственного тела, благодаря чрезвычайно подвижной нижней челюсти и быстрой пищеварительной системе. Вдоль нёба Улукса расположены крошечные, выделяющие яд протоки. Как известно, яд Улукса опасен. Он затуманивает разум и вызывает галлюцинации, а также ослабляет тело. Мышцы жертвы Улукса сокращаются и остаются неподвижными до тех пор, пока яд не выйдет из организма. Очень немногие заклинатели приручают данную тварь, поскольку Улуксы славятся своим сложным характером и не особо радуются, когда их призывают из царства тварей.

УКРОЩЕНИЕ: Чтобы приручить Улукса, заклинатель должен позволить змее укусить себя столько раз, сколько она сочтет нужным. Это очень опасно, так как множественные укусы могут привести к смерти. Как только Улукс убедится, что заклинателя парализовало, она будет ждать, пока яд не выйдет из организма человека. Только после этого Улукс позволит себя приручить. Однако, если тварь проголодается во время процесса приручения, она начнет медленно пожирать части тела заклинателя, например, пальцы его рук или ног. Это будет продолжаться до тех пор, пока Улукс не насытится либо пока к заклинателю не вернется подвижность. Рекомендуется взять с собой на приручение несколько полевых мышей, чтобы избежать подобного.

Усмирпташка

РАНГ: класс В.

ОПИСАНИЕ: Тело этих маленьких, похожих на воробьев существ покрывают сотни крошечных переливающихся перьев. Когда Усмирпташки находятся в полете, их крылья движутся настолько быстро, что становятся невидимыми, а их хвостовые перья напоминают руль лодки, наклоняющейся слева направо, чтобы помочь управлять. У них длинные иглообразные клювы, которые могут проколоть практически любую шкуру. Когда это происходит, их слюна проникает в организм жертвы и погружает ее в глубокий сон.

УКРОЩЕНИЕ: Усмирпташки живут в ульях. Чтобы выманить одну из них, создайте след из лепестков, которые ведут к маленькой чаше с нектаром. Если птице станет любопытно, то Усмирпташка пойдет по следу из лепестков и окажется у чаши. Как только она выпьет нектар, активируйте заклинание.

Фемси

РАНГ: класс Д.

ОПИСАНИЕ: Подобно воробьям, Фемси маленькие и взбалмошные. Они путешествуют стаями и редко задерживаются на одном месте, что затрудняет возможность завладеть их вниманием для укрощения. Оперение у них серого цвета со стальным отливом, а грудка – фиолетовая. Когда Фемси приручают, три черных глаза затягивает желтая пелена, которая отмечает принадлежность птицы заклинателю. После успешного приручения заклинатель может использовать зрение птицы в течение короткого времени, сосредоточив внимание на связи с ней. Поскольку для совместного зрения нет ограничений по расстоянию, к помощи Фемси часто обращаются при разведке. Однако подобные действия сильно истощают птицу и могут применяться всего три раза, и прежде чем ее придется отправить обратно в царство тварей для восстановления.

УКРОЩЕНИЕ: Достаточно стандартного заклинания, никаких дополнительных условий укрощения нет.

Хавра

РАНГ: класс Е.

ОПИСАНИЕ: Хавры – маленькие стройные существа с неуклюжими конечностями и узловатыми пальцами. У них вытянутые мордочки с четырьмя похожими на оленьи глазами. Эти звери – одиночки, обитающие в лесах и питающиеся ягодами. Задерживая дыхание, они способны проходить сквозь предметы. По этой причине, а также из-за вида их кожи, напоминающей кору, в давние времена их принимали за духи деревьев.

УКРОЩЕНИЕ: Хавру можно встретить только в густом лесу. Заклинателю следует поставить корзину со свежими ягодами у дерева и ждать. Как только он заметит Хавру, то должен задержать дыхание и активировать заклинание.

Эффрефт

РАНГ: класс Б.

ОПИСАНИЕ: Размером Эффрефты примерно с небольшую собаку. У них соколиная голова, крылья и длинные хвосты, покрытые перьями. Мятно-зеленая окраска и розовые глаза делают существ легко заметными в дневное время, поэтому обычно они охотятся ночью. Размахивая крыльями, Эффрефты способны осыпать местность магией, которая в считаные секунды взращивает растения до их пика и оставляет после себя самую плодородную в мире почву.

УКРОЩЕНИЕ: Лунной ночью заклинатель должен найти открытое поле и приготовить рог изобилия. Как только он наполнит его разнообразной пищей, ему следует активировать чары и ждать. Успешное приручение может растянуться на несколько дней, поскольку Эффрефты постоянно мигрируют и могут не прийти на пир. Чаще всего они встречаются на юге, так как, по всей вероятности, предпочитают более теплые края.

Примечание об именах заклинателей в бестиарии

Под каждым зверем, который придуман фанатами серии книг, стоит имя создателя (то есть заклинателя). Данные звери не появлялись в серии, однако мне хочется поделиться этими гениальными идеями со всеми моими читателями.

Бонусная глава. КАЛЕМ

Корабль никогда не спит. Здесь постоянно кто-то ходит и что-то делает, чтобы «Морская лошадь» не отклонялась от курса. Однако после пары дней наблюдений из теней за командой я понял, как именно можно украсть главное сокровище Харлоу: раковину королевы Джессамины. Мне нужно поспешить, поскольку всего через несколько часов мы должны миновать остров Короля.

Спрыгнув с койки, я оглядел темную каюту и нашел сапоги. Через плотные шторы, закрывающие единственное окно, пробивался слабый рассветный свет. Озиас храпел на складной кровати, которая стояла рядом с моей. Он свернулся калачиком под тонким одеялом и был похож на огромный холм.

В противоположном конце комнаты на одноместной кровати спали Лина и Нок. Или, точнее, спала только Лина. Нок, должно быть, услышал, как я встал. Он приподнялся на локте и уставился в сторону двери. Вероятно, слушал, как команда ходит по палубе. Несомненно, он слышал их, как и я, благодаря обострившемуся после смерти слуху.

– Не попадись, – громко прошептал Нок, чтобы я мог расслышать его сквозь скрипы и стоны судна.

– Очень полезный совет. Благодарю. – Я широко улыбнулся ему. – Все будет хорошо. Сколько лет, по-твоему, я промышлял подобным до того, как ты взял меня к себе под крылышко?

– Мне пришлось тебя взять, потому что ты допустил ошибку.

– Да-да, – пробормотал я, направляясь к двери.

Конечно же, Ноку обязательно нужно заострить внимание на одной-единственной неудаче, которую я потерпел будучи вором. Ну да, хорошо, эта неудача стоила мне жизни и привела меня в Круор. Неважно. Я повел себя безрассудно и обокрал опасного человека, за что и поплатился, когда получил нож в спину. Урок усвоен.

Тряхнув головой, я сделал вдох и сосредоточился на задаче. Последнее, чего мне хотелось, так это потерять контроль и превратиться в монстра на корабле, полном невинных людей. Вот умора тогда будет.

Выскользнув из каюты, я замер у противоположной стены рядом с портретом. Проведя пальцами по массивной позолоченной раме, я открыл потайную дверь. Она закрылась за мной с тихим щелчком, который в нынешних обстоятельствах показался мне оглушительно громким. Вздрогнув, я окинул взглядом каюту капитана. Как и ожидалось, здесь было очень тихо.

Меня окружили книжные стеллажи, заставленные безделушками: вазами из цветного стекла, блестящими статуэтками, украшенными драгоценными камнями книгодержателями. Но, естественно, больше всего места на стеллажах занимали книги.

Посреди каюты располагался огромных размеров стол, отполированный маслом. На нем лежали карты и схемы, а ближе к краю стоял медный глобус.

Запертые на ключ ящики так и манили к себе. Вскрыть их несложно, но Харлоу вряд ли хранила в них нечто по-настоящему ценное.

Я покосился в сторону дальней двери. Спальня капитана. Озиас в шутку сказал, что мне стоит соблазнить Харлоу, чтобы попасть к ней в каюту. Да, он прав, так было бы проще, особенно если учесть историю моих любовных похождений. Однако подобная тактика меня совершенно не прельщала.

Не то чтобы Харлоу меня не привлекала. Очень даже наоборот. Сейчас меня тянуло к ней еще сильнее, чем во время нашей первой встречи. Но каждый раз, когда я ловил ее взгляд и пытался улыбнуться в ответ на ее игривую улыбку, у меня перед глазами вспыхивал образ Каори. Ее темный, интригующий взгляд оставался для меня вечной загадкой. И я радовался, как ребенок, когда мне удавалось заставить уголки ее губ дрогнуть в улыбке.

Ну и бред. Каори спасла мне жизнь. Пока она учила меня контролировать внутреннего зверя, мы стали друзьями. Просто друзьями. И все же, как только я думал о чем-то сомнительном, презрительный взгляд Каори тут же всплывал в памяти. Осуждающий взгляд Коста меркнул и бледнел в сравнении с ее пронизывающими насквозь глазами.

Так бесит… Как только война закончится, все снова вернется на круги своя. Если не считать проклятого зверя, который теперь жил внутри меня. Когда рядом нет опасности, контролировать его проще. Я научился держать себя в руках. Может быть, в скором времени я также научусь не думать об осуждении на лице Каори.

Вдоль дальней стены каюты расположился ряд окон, из которых открывался вид на чернильно-черные воды и темно-фиолетовое небо. Мне нужно попасть в спальню Харлоу и найти раковину до того, как солнце взойдет. То есть до того, как капитан проснется и захочет проткнуть меня абордажной саблей.

Подойдя к двери спальни, я согнулся перед замком и изучил его. Взлом – настоящее искусство, и раньше я обожал вскрывать замки шкатулок, шкафчиков и дверей. Однако вместе с тенями необходимость в этом конкретном навыке отпала. Я даже перестал брать с собой набор отмычек. Чернильно-черных завитков было более чем достаточно.

Глядя в замочную скважину, я призвал тень и придал ей форму подходящего ключа. Долгожданный щелчок снова показался мне оглушительно громким, и я затаил дыхание, замерев на пороге.

Харлоу крепко спала под темно-бордовым шелковым покрывалом. Ее волосы аккуратно собраны под ярким платком. Сабля в ножнах стояла рядом с кроватью, прислоненная к прикроватному столику. Даже во сне капитан не теряла бдительности.

Я окинул спальню взглядом, пытаясь понять, где Харлоу спрятала свое самое ценное сокровище.

Вчера ночью я перевернул ее главную каюту вверх дном в поисках тайников, но ничего не нашел. Получается, раковина здесь, в спальне.

Призвав тени, я заглушил шаги и начал поиски. Отодвигая в сторону различные безделушки, я искал щели и потайные ниши. Харлоу продолжала спать, не замечая моего присутствия. Тем не менее я держал тени наготове на случай, если мне понадобится немедленно уходить.

За те несколько дней, что я следил за капитаном, она ни разу не проверила сохранность своих сокровищ. Я сам нашел ее сундук с золотыми монетами и драгоценностями, Харлоу даже намека мне не дала о его местонахождении. Она опытная воровка. Умная. Обычно люди себя невольно выдают. Но Харлоу осторожничала. Ей не хотелось случайным образом дать мне подсказку, чтобы я начал совать свой нос в ее дела. Особенно сейчас, когда на борту находился Нок, а раковина королевы Джессамины принадлежала ему по праву рождения.

За окном светало. Небо приобрело бледно-розовый оттенок, и я проклинал солнечные лучи, пытающиеся проникнуть в спальню сквозь неплотно задернутые шторы.

Совсем скоро обязанности капитана вынудят Харлоу встать с постели. Я три раза осмотрел стеллажи, после чего опустился на колени и заглянул под кровать. Ничего, кроме нафталиновых шариков, забытой одежды и пыли. Я отполз назад, задевая край шерстяного ковра ручной работы. Огромный и круглый, он скрывал большую часть потертого пола. Также он был довольно плотным. Достаточно плотным, чтобы приглушить скип старых половиц.

Я откинул край ковра. Одна из половиц слегка приподнималась над остальными. Как будто ее отдирали раз за разом и потом возвращали на место. Усмешка скользнула по моим губам, и я просунул пальцы под доску. С тихим скрипом половица поддалась, и я замер.

Харлоу перестала похрапывать. Я напряженно вслушивался. Волны разбиваются о борт корабля. Топот ног по палубе. Приглушенные голоса членов команды. Тени на полу собрались в чернильную лужу, готовые в любой момент поглотить меня и скрыть от посторонних глаз.

Шорох покрывала. Я опустил взгляд на дыру в полу. В нише лежал кожаный мешочек, стянутый красным шнурком. Он так и манил меня к себе. Ждал, когда его возьмут в руки.

Наконец Харлоу довольно вздохнула и снова засопела.

Меня накрыло волной облегчения. Я схватил мешочек и вернул половицу и ковер на место в рекордно короткое время. Как только добыча оказалась у меня в руках, я шагнул в тени и исчез.

Теперь раковина королевы Джессамины – моя.

Благодарности

Работа над историей Нока и Лины – долгий путь, который я бы не прошла без любви и поддержки многих людей. Я выражаю огромную благодарность Линдси Ландграф Хесс, Алексе Мартин, Кэти Голдинг и Трише Линн. С самого начала серии «Заклинательница монстров» вы были и остаетесь со мной. Ваша поддержка и заинтересованность в моих книгах – бесценны.

Я хочу поблагодарить всех моих читателей, которые прошли этот путь вместе со мной. Огромное спасибо тем из вас, кто писал мне. Я читала ваши отзывы на свои книги, видела, насколько сильно вам полюбился созданный мной мир, и именно поэтому я продолжала работать даже в те минуты, когда едва могла найти в себе силы сесть за клавиатуру. Мои истории созданы для вас и ради вас.

Я не могу оставить раздел благодарностей без имен моего агента Кейт Харт и моего редактора Мэри Олтман. Благодаря этим двум звездочкам существуют «Разбитая корона» и вся серия «Заклинательница монстров». Кейт и Мэри безустанно поддерживали меня на протяжении всего процесса книгоиздания и никогда не задавали вопросов относительно моей безумной любви к Ноку. И Косту. И к Калему. И Озу. Честно говоря, мне кажется, Кейт и Мэри обожают наемников Круора даже больше меня.

И в последнюю очередь я хочу поблагодарить самых важных для меня людей – мою семью: родителей, брата, мужа, детей. Вы все – неотъемлемая часть моей жизни, и мне невероятно повезло, что вы у меня есть. Я люблю вас больше всего на свете, и никаких слов не хватит, чтобы выразить это безграничное чувство.

Примечания

1

Меса – холм с плоской вершиной.

2

Плавник – срубленные или упавшие деревья, ветки, плавающие в реке или в море и выбрасываемые на берег.

3

Оцелот – хищное млекопитающее из семейства кошачьих; длина от головы до кончика хвоста составляет от 100 до 140 см, высота – около 50 см, вес – от 10 до 16 кг; внешне напоминает длиннохвостую кошку или детеныша леопарда.

Content

Максим М. Мартино
Расколотая корона

Первая глава. ЛИНА

Вторая глава. НОК

Третья глава. КОСТ

Четвертая глава. ЯЗМИН

Пятая глава. ЛИНА

Шестая глава. ЛИНА

Седьмая глава. НОК

Восьмая глава. ЛИНА

Девятая глава. ЯЗМИН

Десятая глава. НОК

Одиннадцатая глава. ЛИНА

Двенадцатая глава. КОСТ

Тринадцатая глава. ГЕЙДЖ

Четырнадцатая глава. НОК

Пятнадцатая глава. ЛИНА

Шестнадцатая глава. ЯЗМИН

Семнадцатая глава. НОК

Восемнадцатая глава. ЛИНА

Девятнадцатая глава. НОК

Двадцатая глава. ЛИНА

Двадцать первая глава. НОК

Двадцать вторая глава. ЛИНА

Двадцать третья глава. НОК

Двадцать четвертая глава. ЛИНА

Двадцать пятая глава. ОЗИАС

Двадцать шестая глава. КАЛЕМ

Двадцать седьмая глава. ЛИНА

Двадцать восьмая глава. ЛИНА

Двадцать девятая глава. ЛИНА

Тридцатая глава. НОК

Тридцать первая глава. ЛИНА

Тридцать вторая глава. НОК

Тридцать третья глава. ЛИНА

Тридцать четвертая глава. НОК

Тридцать пятая глава. ЛИНА

Тридцать шестая глава. НОК

Тридцать седьмая глава. ЛИНА

Тридцать восьмая глава. НОК

Тридцать девятая глава. ЛИНА

Эпилог. ЛИНА

Бестиарий

Бонусная глава. КАЛЕМ

Благодарности

Примечания