Майк Шеферд

МЯТЕЖНИЦА

Глава 1

— Там, внизу, маленький, испуганный ребенок.

Баритон капитана Торпа отразился от жестких металлических стен десантного отсека «Тайфуна». Десантники, за минуту до этого проверяющие боевые скафандры и оружие, готовясь к спасательной операции, ловили каждое его слово.

Энсин Крис Лонгнайф разделила внимание: часть изучала влияние слов капитана на мужчин и женщин, которых она скоро поведет за собой. За свою короткую, двадцатидвухлетнюю жизнь, она слышала много причудливых речей. Другая часть сознания слушала слова командира и чувствовала, как они накатывают на нее, проникают внутрь. Проникают так глубоко, что волосы на загривке встают дыбом, появляется неистребимое желание разорвать ублюдков на мелкие кусочки.

— Гражданские уже пытались вызволить ее. — Крис отметила паузу подлиннее. После нее голос капитана стал более мрачным: — У них не получилось. Сейчас же они позвали своих псов.

Десантники рядом с Крис в ответ на слова капитана зарычали. Она работала с ними всего четыре дня. Получив приказ, «Тайфун» должен был отправиться выполнять задание через два часа. Капитан Торп собрал в космодоке лишь небольшую часть экипажа. Лейтенанта, который должен командовать высадкой, найти не удалось.

И вот энсин-новичок по фамилии Лонгнайф окружена десантниками, отслужившими в Корпусе от трех до двенадцати лет, дрожащими от нетерпения сделать что-то конкретное и опасное.

— Вы учились. Вы старались. — Слова капитана били стаккато не хуже пулемета. — Вы готовились к этому с первого дня, как вступили в Корпус. Вы можете освободить похищенную девочку с закрытыми глазами. — В тусклом свете десантного отсека его взгляд светился внутренним огнем.

Его ладони сжались в кулаки. Крис скосила взгляд — ее ладони тоже сжались. Да, бойцы готовы, все, кроме одного новичка-энсина. Крис молча помолилась: Боже, не дай мне все испортить.

— Бойцы, через пару минут начнется высадка. Я хочу, чтобы вы надрали подонкам задницы и вернули маленькую девочку обратно в материнские объятья, где ей и место.

— Ур-ра! — вырвалось из глоток двенадцати рвущихся в бой мужчин и женщин, не успел капитан развернуться и, не спеша, отправиться к выходу.

Вообще-то, из одиннадцати рвущихся в бой пехотинцев и одного испуганного энсина. Крис постаралась придать голосу ту же гневную уверенность, что слышала от остальных. Здесь нет спокойных, прохладных политических отцовских речей. Вот поэтому Крис и ушла в Космофлот. Здесь есть что-то настоящее, что-то, что она может взять в руки и сделать сама. Хватит бесконечных разговоров и ничего не делания. Крис усмехнулась: Если бы ты сейчас меня видел, папа. Мама, ты говорила, что Космофлот — бесполезная трата времени. Только не сегодня!

Как только взвод вернулся к подготовке, Крис глубоко вдохнула. Запах брони, боеприпасов, масла и настоящего человеческого пота заставили ее вернуться в реальность. Это ее миссия, ее команда. Она увидит, как одна маленькая девочка вернется домой в целости и сохранности. Этот ребенок будет жить.

Крис отогнала внезапно нахлынувшие воспоминания о другом ребенке. Туда дороги ей не должно быть.

Вдруг, не дойдя до выхода, капитан Торп развернулся и быстро подошел к Крис, наклонился, приблизив лицо почти вплотную к ней.

— Сохраняй голову, энсин, — шепотом прорычал он. — Доверься интуиции. Доверься взводу и сержанту. Они хорошие солдаты. Коммодор считает, что у тебя есть все, что нужно, даже если ты из тех самых Лонгнайф. Покажи мне, на что способна. Захвати ублюдков. Хотя, если ты так же пуста, как твой старик, пусть сержант узнает об этом прежде, чем ты струсишь. Он закончит миссию. А я отвезу тебя прямиком к мамочке как раз к очередному балу дебютанток.

Крис смотрела на него с застывшим лицом и скрутившимися в пульсирующий узел внутренностями. Капитан доставал ее с первой же минуты, как та ступила на борт, никогда не радовался и всегда подначивал ее всякими гадостями. Ну, она ему еще покажет, чего стоит.

— Да, сэр! — крикнула Крис прямо в лицо шкипера.

Бойцы вокруг ощерились, пытаясь угадать, какие именно слова выбрал капитан для новичка энсина. Капитан усмехнулся. Угрюмость, усмешка или рычание, вот все, что Крис когда-либо видела на его лице с момента появления на борту. И неужели сейчас на этом лице появилась какая-то новая эмоция? Капитан отвернулся прежде, чем Крис успела что-то рассмотреть.

Не ее вина, что отец последние восемь лет подписывает законы Вардхейвена. И она не имеет ничего общего с прадедами, чьи фамилии прописались на страницах исторических учебников. Пусть бы капитан сам попытался вырасти в тени таких людей. Он, так же, как и Крис, отчаянно пытался бы найти свое имя, найти свое место. Это, пожалуй, главная причина из множества, почему Крис пошла в Космофлот.

Крис вздрогнула, пытаясь избавиться от страха неудачи. Отвернувшись к шкафчику, она занялась регулированием табельного боевого скафандра третьего размера, чтобы тот соответствовал нужным параметрам. Шесть футов, малогабаритный, соответствует требованиям. Раньше, до Космофлота, Крис никогда не надевала платья, если оно не оставляло места для персонального мини-компьютера. Свободные одежды в плечах и рукавах. Но боевой скафандр сделан из полужесткой пласт-стали в сантиметр толщиной. Нелли, стоимостью раз в пятьдесят дороже всех компьютеров «Тайфуна» разом, по своим возможностям превосходящая их примерно на столько же, в таких доспехах становилась настоящей проблемой.

Космический пехотинец не должен быть толстым и должен быть среднего роста, на теле не должно быть ничего лишнего. Крис попыталась протиснуть основной блок компьютера под грудь. У большинства космопехов накаченные грудные клетки выпирают сильнее. Справившись с компьютером, Крис подвигала плечами, покрутилась из стороны в сторону, нагнулась, выпрямилась. Да, все отлично, двигаться не мешает. Потом надела шлем, повернула до четкого щелчка, опустила лицевую панель. Скафандр казался теплым, но он и раньше был таким.

— Крисси, можно мне мороженого? — льстиво попросил Эдди.

Это был жаркий весенний день на Вардхейвене и они бежали по парку, оставив Нанну далеко позади.

Крис пошарила в кармашке. В роли старшей сестры ей необходимо планировать все наперед, так настаивает папа. Когда она была помоложе, так делал Хонови, старший брат. Монет в кармашке хватало на целых два мороженных.

— Давай потом, — ответила Крис. — Пошли лучше посмотрим на уток.

— Но я хочу сейчас! — завопил Эдди во всю мощь шестилетнего мальчугана.

— Побежали, Нанна уже почти нас догнала. Кто первый добежит до пруда с утками?

Эдди рванул вперед, не успела Крис договорить. Конечно же, она обогнала его, потому что десятилетняя старшая сестра должна обогнать шестилетнего младшего брата.

— Смотри, лебеди вернулись. — Крис показала на четырех огромных птиц.

Они пошли по берегу пруда, остановились недалеко от старика, каждый день подкармливающего птиц. Крис не подпускала Эдди близко к воде. Наверное, работу сделала хорошо, потому что когда Нанна, наконец, догнала их, не стала читать лекцию, насколько пруд глубокий.

— Я хочу мороженое, — снова, с целеустремленностью своих лет, потребовал Эдди.

— У меня нет денег, — ответила Нанна.

— У меня есть, — гордо доложила Крис.

Она планировала наперед. Как говорит папа: так делают все умные люди.

— Тогда ты и отправишься за ним, — проворчала Нанна.

Крис рванула за мороженным, не подозревая, что больше никогда не увидит ни брата, ни Нанну. Тогда она даже не оглянулась.

По плечу похлопали. Крис вздрогнула, развернулась и, подняв лицевую панель, тут же напоролась на вопрос:

— Помощь нужна, Шпилька?

В десантном отсеке было многолюдно и шумно, так что никто не заметил, как вздрогнула Крис.

— Ни в коем случае, Черпало, — с вызовом ухмыльнулась в ответ Крис.

Энсин Томми Ли Чин Лянь родился в семье шахтеров пояса астероидов Санта-Марии. Вместо того чтобы продолжить семейное дело в изолированном мирке, он сбежал в Космофлот, решив поглазеть на галактику, чем значительно разочаровал предков и приятелей.

В офицерской школе Крис и Томми часами рассказывали друг другу истории о том, как их прессовали родители, сопротивляясь выбору жизненного пути. Крис даже удивилась, как быстро они стали друзьями, такие разные: она — из высшего общества Вардхейвена, он — представитель сумасшедшей смеси ирландской и китайской кровей, составляющих основную массу рабочего класса Санта-Марии.

Томми повертел перед Крис универсальным тестером. Выросший на астероиде, он не до конца доверял силе тяжести и открытой атмосфере. Он считал людей, выросших на поверхностях планет, безудержными оптимистами, слишком доверяющими открытому пространству.

Крис подняла левую руку, и Томми тут же подключил тестер в разъем боевого скафандра. Пока шла проверка, Крис поручила Нелли подключиться через тестерный интерфейс к корабельной сети. С программным обеспечением персонального компьютера помогла тетушка Тру. Сейчас она на пенсии, а когда-то служила шефом отдела информационной пропаганды Вардхейвена. Кстати сказать, она помогала Крис не только с компьютером, но и частенько с выполнением домашних заданий по математике.

Нелли загрузила на хэндз-апп задание миссии, предназначенное новичку-энсину и… шкиперу лучше не знать, что у Крис образовался доступ к некоторым другим данным.

К моменту, когда Томми отсоединил тестер от скафандра, Нелли успела перекачать нужные данные. Крис подняла лицевую панель.

— Камуфляжная корректировка на пять наносекунд ниже оптимальной, но соответствует стандартной, — проворчал Томми. Флот редко удовлетворял его ожидания совершенства. — И система охлаждения на границе зеленой зоны.

— Я больше беспокоюсь о нагреве. Мы же отправляемся в арктическую тундру, разве не слышал? — усмехнулась Крис.

Томми не среагировал на подначку, произнесенную, к тому же, санта-марианским акцентом.

— Где-то затесалась бракованная прокладка, — сказал он.

Так всегда: хоть в одном скафандре, но обнаружится небольшая протечка, зато в каждом найдется бракованная прокладка. Среди космических пехотинцев даже ходит горькая шутка, мол, качественные прокладки уходят на гражданский рынок, а низкого качества закупаются правительственными контрактами на военные нужды.

— Томми, я не собираюсь работать на астероиде и не собираюсь месяцами жить в этом скафандре, — ответила Крис. Подобной стандартной фразой отец обычно отвечал руководителю отдела закупок. Премьер-министр Вардхейвена признавал проблему, и на этом все. Он ни разу не десантировался на планету, как сегодня собиралась поступить его дочь. — В безвоздушном пространстве я проведу час, самое большое — два. А на Секуиме, говорят, воздух хороший.

— Грязная курица, — фыркнул Томми.

— Пустая башка, — стрельнула в ответ Крис, улыбнулась фирменной улыбкой самого Томми и повернулась к штурмовому катеру. На нем через несколько минут команда пехотинцев, с ней во главе, спустится на планету.

Штурмовой катер оказался самым маленьким транспортным средством, способным доставить их с орбиты на планету и, при этом, тепловой щит едва укрывал его целиком. Опять же, в свое время Крис гоняла на небольших яликах.

— Корабль проверил? — в который раз со всей серьезностью спросила Крис.

— Четыре раза, — усмехнулся Томми. — Четыре раза залезал во все мыслимые и немыслимые щели. Так что твой покорный слуга облазил там все, что только можно.

Крис осталось только изо всех сил сдержать свой буйный темперамент.

Флот заставляет солдат подставлять задницы на линии огня, но не хочет доверить ключи от техники. Томми построил маршрут обоих катеров от «Тайфуна» до планеты. За исключением двух-трех минут в зоне повышенной ионизации, где радиосвязь с кораблем невозможна, оба катера полетят на автопилоте. И все это время Крис и одиннадцать пехотинцев должны сидеть и молиться удачному приземлению. Эта часть утвержденного плана была одной из того вороха пунктов, который Крис хотелось поменять, вот только энсин без году неделя не способен изменить так понравившуюся шкиперу с сержантом задумку.

— Помоги со снаряжением, — попросила Крис Томми.

К тому моменту пехотинцы уже разбились на пары, проверяя друг у друга скафандры, снаряжение и оружие. Капрал Санто проверил, все ли в порядке у сержанта, после Томми снаряжение у Крис проверила капрал Ли, а последнюю проверку проделает сержант. Этакая тройная проверка.

У Крис нагрузка вышла чуть легче, чем у товарищей по команде, потому что Нелли весит вполовину меньше стандартного персонального компьютера Космофлота. При этом Нелли поддерживала все управление, связь и разведку. Как говорят военные — три в одном. Обычному зеленому энсину такого и не снилось. В экипировку же входят реактивные гранаты на любой вкус, шесть запасных магазинов к М-6, половина заряжена сонными патронами, а половина — боевыми. Вода, аптечка, еда. Космический пехотинец никогда не выходит из дома без тонны разных вещей.

Полностью экипировавшись, Крис повернулась вправо-влево, наклонилась, проверяя нагрузку, чтобы не было дискомфорта, а значит, и проблем в ходе операции. Как-то, ученицей в школе, во время каникул, она пробовала заниматься альпинизмом, забиралась на Голубые Горы Вардхейвена. Те беззаботные месяцы на открытом воздухе — еще одна из множества причин, почему она сейчас готовится к высадке на планету.

Томми молча наблюдал за ее упражнениями.

— Все в порядке? — спросил он, когда Крис закончила проверку.

— Да, все в порядке.

— Готова к миссии? Готова спасти девочку? — Улыбка исчезла, на сей раз Крис поняла — санта-марианин серьезен как никогда.

— Я готова, Томми. На этой посудине я лучший специалист по стрелковому оружию. И результаты по физподготовке тоже отличные. Шкипер прав, я лучшее, что у него есть. И, Томми, я хочу этого.

— Энсин Лянь, на мостик, — донеслось по громкой связи, отменяя любые другие вопросы.

Томми похлопал Крис по спине.

— Везения тебе маленьких людей и пусть с тобой пребудет Господь, — сказал он, направившись к выходу.

— В катере для него не найдется места, — через плечо ответила Крис, продолжая еще один из множества долгих споров.

Крис посмотрела на сержанта, повторно проверяющего десантную амуницию и оружие, сама еще раз пробежала по своей. Заметив взгляд Крис, сержант подошел к ней, проверил готовность, подправил одну лямку и проворчал:

— Вы сделаете это, мэм.

У сержанта никаких упущений Крис не нашла, впрочем, и не надеялась. Тот на флоте уже шестнадцать лет, а то, что за всю службу это его первая настоящая боевая операция, кажется, нисколько его не беспокоит. Как и капитана Торпа.

— Взвод! По машинам! — громко скомандовала Крис.

С криком «Ур-ра!» космопехи быстро распределились на два отряда и вбежали по трапам в оба готовых к полету катера. Как только расселись по местам, Крис прошла по отсеку, проверяя надежность страховочных ремней. Все датчики горели зеленым, тем не менее, Крис у каждого пехотинца потуже затянула ремни. Эти лямки единственное, что будет держать пехотинца на месте в полете. Удовлетворившись, уселась в низкое композитное кресло на носу катера, единственное на этом небольшом кораблике, и осторожно протянула вперед ноги, чтобы не задеть педали управления. Ее тут же окружили ремни безопасности. Однажды Крис попробовала прокатиться на санках с горки. Мама тогда в ужасе запретила делать это впредь. Так вот, в тех санках было попросторнее, чем в кресле на катере.

Подергала ремни, проверяя надежность крепления, проверила амуницию, чтобы ничего не болталось и не мешало, после чего до щелчка закрыла прозрачный кокпит. Не толще бумаги, как и большая часть катера, и толку от него немного даже в плане невидимости корабля. От пустоты космического пространства и жары при входе в атмосферу людей будет защищать только боевой скафандр.

Между ног задергался рычаг управления. Это Томми тестировал удаленное управление. Тем не менее, движения рычага вызвали приятные воспоминания. Крис подвигалась в кресле, и корабль ответил ее движениям. Размерами катер больше гоночного ялика, но такой же приятный.

Крис выгнала из головы все отвлекающее и подумала о десантировании, а также о том, что их ждет внизу. Похитители, эти сукины дети, похитили ребенка очень просто, во время школьной экскурсии. Знали, как выглядит единственный ребенок Генерального Управляющего Секуима и увезли бедную девочку на север, в тайгу, прежде, чем кто-либо узнал о случившемся. Главное, не вспоминать имя ребенка… слишком знакомо. От этих воспоминаний только боль. Крис вернулась к текущим проблемам. Подходы к логову бандитов долгие, трудные и опасные. А рядом с логовом местность и вовсе заминирована. До сих пор плохие парни переигрывали всех. И уже убили много хороших людей.

Крис стиснула зубы: как смогли эти твари получить в свои руки одни из самых сложнейших ловушек и мер противодействия? Она разбиралась в ловушках: на многих планетах водятся мерзкие твари. И, хотя сама Крис ни разу на крупную дичь не охотилась, сейчас с нетерпением ждала своей самой опасной охоты. Все эти опасные игрушки можно приобрести только в специализированных магазинах и сегодня они начнут свою опасную работу. Нормальные люди не нуждаются в глушилках электрокардиограмм. Вот зачем нормальному человеку устройство имитации человеческого тепла? Взорвать бы все. Скафандр Крис уже нагрелся, а по спине потек пот.

День оказался таким жарким, что пока Крис бежала к пруду с утками, мороженное подтаяло. Она остановилась и слизнула с ладоней потекшее мороженное, тут же почувствовав себя немного виноватой.

— Эдди, я купила тебе мороженное, — крикнула она и заторопилась дальше.

Она бежала так быстро и почти добежала до места, где оставила брата, когда поняла, что вокруг что-то не так. Крис перешла на шаг.

Эдди нигде не было!

Лицом в воде лежал мужчина, кормивший уток. Те собрались вокруг него, подбирали из воды рассыпавшиеся крошки.

Две кучки одежды лежали на берегу. Только в ночных кошмарах Крис узнала в них агентов, сопровождавших ее уже несколько лет. Но потом взгляд замер на Нанне. Та лежала. Руки и ноги раскинуты в стороны, как у тряпичной куклы. Даже десятилетняя Крис знала, что такая поза для живого человека неправильна.

Крис закричала. Мороженное вывалилось из рук, Крис сунула ладони в рот и прикусила пальцы в надежде, что боль разбудит ее и прекратит этот кошмарный сон.

Где-то за спиной кто-то крикнул в рацию:

— Агенты убиты. Агенты убиты. Одуванчика нигде не видно. Повторяю, Одуванчик пропал.

Мигающий красный индикатор привлек внимание.

— Ты снова это сделала, — прорычала она, посылая прочь воспоминания и сосредотачиваясь на текущих проблемах.

Десантный отсек как раз проходил процедуру декомпрессии. Воздух высосался, но Крис и пехотинцы уже давно дышали воздухом, закачанным в баллоны скафандров. Крис проверила показания у себя. Скафандр оказался хорош настолько, насколько возможно в Космофлоте. Как и у остальных.

— Мы готовы, — сообщила она, активировав связь с мостиком.

Ткнув спинкой кресла в спину, катер упал в беззвучное черное пространство. Томми позволил ему несколько мгновений дрейфовать без управления. Хватило, чтобы охватить взглядом «Тайфун», его блестящие борта из «умного металла», иллюминаторы кают экипажа, гравитационную катушку, по кругу опоясывающую корабль. Передняя часть корабля гордо окрашена в сине-зеленые цвета флага Человеческого Сообщества. Потом задергался рычаг управления, катер ожил. Томми взял управление в свои руки, направив оба катера навстречу планете.

Ну а раз Томми взялся за работу, Крис решила проверить ситуацию на планете.

— НЕЛЛИ, ПОКАЖИ ЦЕЛЬ В РЕАЛЬНОМ ВРЕМЕНИ, — мысленно приказала Крис личному компьютеру.

Дисплей хендз-ап заполнил охотничий домик. Инфракрасное излучение показало несколько десятков силуэтов людей. Шесть, а то и восемь патрулируют дом снаружи… все ходят парами. Согласно гарантии, представленной фирмой, производящей тепловые ловушки, нет никакого способа распознать обман, но Крис знала, что внизу настоящих людей только пятеро. Стоит поблагодарить бога за то, что производители предпочитают умалчивать о таком глюке.

Уже порядка десяти лет плохие парни попадаются на то, что считают среднюю температуру человека, как и положено, 98,6 градусов по Фаренгейту. Вот чего они не знают, что ночью температура понижается до 97, а то и 96 градусов. На верхнем этаже домика приборы считали силуэты шести заложников в разных комнатах, прикованных к кроватям. В противоположных концах коридора сидят два боевика. При первых признаках спасательной операции они ринутся только в одну комнату, где держат девочку, и убьют ее. Благодаря датчикам пятидесятиграммового «Стулпигеона», зависшего над домиком на высоте тысячи метров, Крис точно знает, в каком конце коридора сидит убийца и в какой точно комнате держат перепуганную девочку.

Перепуганную! Стиснув зубы, Крис выглянула через прозрачный купол кабины катера на медленно вращающуюся перед ней планету. Она пыталась сделать что угодно, только чтобы не коснуться нерва, который снова уведет к могиле брата. Эти бандиты хотя бы не похоронили свою жертву под тоннами навоза с неработающим воздуховодом — единственной надеждой выживания шестилетнего ребенка.

От других учеников в школе Крис слышала, что Эдди умер за несколько часов до того, как родители заплатили выкуп. Правды об этом она не знала. В ее руки попадали отчеты, которые она не могла читать, видела репортажи СМИ, но ни разу не смогла досмотреть их до конца.

Крис все время задавала себе вопросы, начинающиеся с «что было, если бы». Что было, если бы она тогда не побежала за мороженным? Что было, если бы плохим парням пришлось иметь дело не только с Нанной и Эдди, но и с Крис? Какие планы вынашивала бы дикая десятилетняя девочка?

Встряхнув головой, Крис волевым усилием отогнала все это. Если размышлять над подобными вопросами достаточно долго, начинают появляться слезы, а в скафандре им места нет.

Крис сосредоточилась на планете. Полоса терминатора меняет день на ночь, неся вслед за собой темные тучи, окутывая шарик, меняя тихий, солнечный день на штормовую ночь. Это хорошо: барабанная дробь дождя и грохот грома в темноте замаскирует подлет катеров, сделает бандитов менее внимательными.

Крис улыбнулась, вспомнив другие планеты, на которые она смотрела с орбиты, сидя в кабине гоночного ялика. Улыбка скользнула в хмурые думы о предстоящей операции, которые Крис изо всех сил старалась удержать в голове.

Отец исчез из жизни Крис на следующий день после похорон Эдди. Он уходил на работу до того, как она просыпалась, и редко возвращался до того, как ложилась спать.

Что-то пыталась сделать мама.

— Ты уже достаточно долго ходишь дикаркой. Пришла пора сделать из тебя правильную молодую леди.

Это значило нечто большее, нежели ходить с отцом на футбольные матчи или на собрания его политической партии. Крис быстро обнаружила, что «правильные леди» не только ходят на балет, но и сопровождают мам на чаепития. Как самой младшей леди, на любом чаепитии ей становилось скучно, и она стала считать такое времяпровождение глупостью. Потом заметила, что некоторые порции чая забавны на вкус. Случилось это незадолго до того, как Крис удалось попробовать такой чай. Специфический вкус делал восприятие всего вокруг забавным и заставлял чувствовать себя лучше. Чаепития стали не такими уж и скучными. Еще через некоторое время она нашла то, что добавляют в чай, после чего участились набеги на отцовский бар и мамин винный шкафчик.

В любом случае с выпивкой дни переносились легче.

Оценки в школе ухудшились, но было все равно. Они не имели значения, тем более что мама с папой в ответ всего лишь хмурились.

Другие ребята в школе занимались забавными вещами, к примеру, гонялись на яликах на орбите. У Крис же в подружках была бутылка. Конечно, алкоголь и таблетки, прописанные маминым врачом, предназначались в помощь Крис, чтобы стать более женственной. Но все, что вышло — она стала пропускать футбольные тренировки и игры. Тренер только покачивал головой, пытаясь делать все, что в его силах, чтобы Крис не забросила тренировки. Харви, шофер, возивший Крис в школу и на тренировки, просто выглядел печальным.

Но однажды, поздно забирая Крис из школы, он улыбался.

— Сегодня на ужин пригласили твоего прадедушку Троубла, — сказал он прежде, чем Крис поинтересовалась причиной его хорошего настроения. — Генерал Тордон прибыл на Вардхейвен на совещание.

Крис ехала домой задумчиво, размышляя, что может сказать человеку из учебника по истории.

Мама аж вошла в яростное состояние, бормоча под нос, мол, легенды должны оставаться на книжных страницах, где им самое место. Крис с учебником в руках заняла место на балкончике, одним глазом читая, другим сторожа входную дверь.

Она понятия не имела, кого ждет. Скорее всего, войдет нечто древнее, вроде миссис Брэкет, старой училки по истории, сухой и морщинистой. Удивительно, что до сих пор небо коптит.

И вот в парадную дверь вошел дедушка Троубл. Высокий, подтянутый, в зеленой форме, с взглядом, способным одним махом уничтожить весь флот Итич, и при этом улыбающийся. Его улыбка оказалась заразительной. Мама была не права, он совершенно не походил на «легенду из исторического учебника». А за ужином вовсе рассказывал различные истории.

После ужина Крис не смогла вспомнить ни одной, по крайней мере, полностью. Но все они оказались смешными, даже самые жуткие. В любом случае, как бы ни плохи были дела у персонажей историй, из уст дедушки Троубла они звучали ужасно смешно. Несмотря на неприязнь, смеялась даже мама.

И когда ужин закончился, Крис удалось остаться дома, а не переться вместе с мамой в вист-клуб. Ей хотелось торчать рядом с этим чудесным привидением вечно. Когда Крис и дедушка Троубл остались наедине, Крис поняла, почему котята любят нежиться на солнце.

— Твой отец сказал мне, что ты любишь футбол.

— Ага, увлекаюсь, — ответила Крис, по-женственному усаживаясь на стул напротив дедушки и чувствуя себя достаточно взрослой.

— А мама говорит, что ты хороша в балете.

— Ага, им тоже увлекаюсь.

Даже в двенадцать Крис понимала, что не может поддержать разговор. Да и что она может сказать кому-то вроде дедушки?

— Мне нравятся орбитальные гонки на яликах. Интересуешься?

— Не-а. Некоторые ребята в школе занимаются ими. — Крис заволновалась, но потом вспомнила о себе. — Мама говорит, что это слишком опасно. И в них нет ничего хорошего для правильной молодой леди.

— Гонки интересны, — сказал дедушка Троубл и, откинувшись на спинку стула, положил руки за голову. — В прошлом году на Саванне девочка ненамного старше тебя выиграла юношеский чемпионат.

— Так не бывает! — Крис уставилась на дедушку широко раскрытыми глазами. Даже с его слов она не могла в такое поверить.

— На завтра я нанял ялик. Хочешь прокатиться со мной?

Крис заерзала.

— Мама никогда мне не разрешит.

Дедушка положил руки на стол и его ладони оказались в нескольких дюймах от ладоней Крис.

— Харви мне сказал, что твоя мама обычно по субботам долго спит. Я мог бы зайти за тобой часиков в шесть.

Только позже Крис поняла, что дедушка Троубл и семейный шофер Харви успели сговориться. Но сейчас она слишком взволновалась от предложения, чтобы сложить два и два.

— Зайдешь? — пискнула Крис.

Она и не вспомнила бы при всем желании, когда последний раз вставала так рано самостоятельно. Больше того, не могла вспомнить, когда последний раз делала чего-нибудь, чего не было в планах мамы или в папином «деловом списке». Не могла вспомнить, потому что это означало вспомнить жизнь, когда был жив Эдди.

— Мне нравится, — сказала она.

— Только давай договоримся, — сказал дедушка Троубл и, чуть наклонившись, взял в свои загорелые, мозолистые ладони ее, маленькие и мягкие. Взгляд уставился на нее, отбрасывая маленькую девочку, которой сейчас в Крис было так много. Она сидела, ни жива, ни мертва от волнения. — Твоя мама права. Гонки на яликах могут быть опасны. Поэтому я возьму с собой только каменно трезвого человека. Надеюсь, для тебя это не станет проблемой?

Крис с трудом сглотнула. Так сильно веселилась, когда дедушка Троубл рассказывал истории, что позабыла обо всем, тем более об алкоголе. Да и в школе не приняла ни капли. Справиться ли ночью?

— Нет, проблемой не станет, — заверила она.

И как-то справилась. Вышло не так-то просто. Два раза просыпалась и плакала, вспоминая Эдди. Но думала о дедушке, про истории школьников, делящихся впечатлениями о том, как здорово видеть над собой звезды и оседлать падающую звезду.

В эту ночь Крис так и не спустилась к отцовскому бару.

Она преодолела ночь, чтобы утром выйти на лестницу, увидеть дедушку Троубла, настолько великолепного в зеленой форме, терпеливо ожидающего ее в фойе, выложенного черно-белой плиткой. Осторожно балансируя, как учили в балетной группе, Крис сошла вниз по лестнице, показывая дедушке, насколько она трезва. Его слабая улыбка выглядела строгой, не такой, какой обычно встречает политических друзей отец. Но строгая улыбка дедушки значила для Крис больше, чем улыбки мамы и папы за все время.

Через три часа Крис напялила на себя скафандр, пристегнулась ремнями к переднему креслу ялика. Дедушка стартовал, и они выпали из недр космической станции. Ах, какая это была прогулка! Крис видела звезды так близко, что почти прикасалась к ним. Появился даже соблазн отстегнуть ремни, выпасть в темноту, упасть падающей звездой и исправить все, что можно, чтобы маленький мертвый Эдди тоже мог полюбоваться этой красотой. Но нельзя, иначе у дедушки, прошедшего через множество неприятностей, рискнувшего прокатить ее на ялике, проблемы только умножатся. Красота немигающих звезд охватила Крис холодным, тихим объятьем. В чистом, бережном входе ялика в атмосферу был всего лишь математический расчет, но он похитил сердце Крис… и, возможно, какую-то часть страданий из-за того, что она в тот злополучный день выжила, а Эдди нет.

Когда поздно вечером они пришли домой, обнаружили нервно мерившую шагами фойе маму.

— Где вы были? — скорее обвиняюще, чем вопрошающе, воскликнула она.

— Катались на ялике, — ответил дедушка Троубл с тем же спокойствием, с каким накануне рассказывал о приключениях.

— Катались на яликах! — воскликнула мама.

— Дорогая, — тихо сказал дедушка Троубл, обращаясь к Крис, — думаю, тебе лучше уйти в свою комнату.

— Дедушка? — начала было Крис, но Харви взял ее за руку.

— И не выходи оттуда, пока я тебя не позову, — добавила мама. — И что же, по-твоему, ты делал с моей дочерью, генерал Тордон? — холодно осведомилась мама, обращаясь к дедушке.

Но дедушка Троубл уже шел к библиотеке.

— Думаю, нам стоит поговорить подальше от маленьких кувшинов с большими ушами, — сказал он с тем спокойствием, которого не хватало маме.

— Харви, но я не хочу идти в комнату, — сказала Крис, когда шофер подвел ее к лестнице.

— Будет лучше сделать, как сказал дедушка, дружочек, — сказал он. — Твоя мама сильно взволновалась. Не нужно давать ей повода разволноваться еще больше.

С тех пор дедушку Троубла Крис больше не видела.

Спустя неделю в ее жизни появилась Джудит, женщина, которая дедушке Троублу наверняка бы понравилась. Она работала психологом.

— Мне не нужен психиатр, — сразу заявила женщине Крис.

— Почему ты бросила занятия футболом? — спросила Джудит, словно не услышав заявления Крис.

— Я не бросала, — буркнула Крис.

— Твой тренер считает, что бросила. И твой отец считает так же.

— Откуда об этом знать папе? — со всем двенадцатилетним сарказмом, что могла собрать, поинтересовалась Крис.

— Харви записывает все игры, — сказала Джудит.

— Ой.

Так они и разговорились. Крис внезапно обнаружила, что Джудит вполне может стать ее другом. Тогда Крис и поделилась с ней мечтой стать участнице гонок на яликах, но мама против и убеждает ее завести себе котенка.

Вместо того, чтобы согласиться с мамой, Джудит поинтересовалась, почему бы маме самой не завести себе котенка, а то и двух. Мысль о маме с котенком на руках развеселила Крис, но, прежде чем Джудит успела объяснить мысль, Крис догадалась, что мама просто пытается делать для нее, как считает лучше и что у мам двенадцатилетних девочек время от времени должны появляться котята.

К ужасу мамы и восхищению папы следующий юношеский чемпионат Вардхейвена гонок на яликах выиграла Крис.

— Прочь из головы, — прорычала Крис не хуже капитана Торпа и тут же ее тряхнуло так, что, если бы не ремни безопасности, вылетела из кресла.

Что только подтвердило жизненный закон — не расслабляться. И его Крис только что прочуствовала в полной мере.

Сразу вслед желудок подпрыгнул к горлу. Катер бешено вертелся, не хуже дервиша. Нос опустился вниз, а корма с двигателем задралась вверх.

— Какого черта?

— Кто управляет этой телегой? — загремело в ушах, и Крис поспешила схватить рычаг управления.

— Всем успокоиться! — в десантном отсеке взревела капрал Ли.

Рычаг сопротивлялся, отказываясь подчиняться. Крис ударила по кнопке связи с «Тайфуном».

— Томми, черт возьми, что происходит?

Вопрос эхом отскочил от стенок шлема. Связь мертва. Если ничего не сделать, причем немедленно, отряд погибнет, вместе с ней самой.

Крис схватилась за рычаг покрепче, взяв управление катером в свои руки. Опережая мысли, руки делали то, что необходимо — выровнять катер, замедлить падение. Десантный катер тяжелее ялика и реагирует на управление медленнее. Но Крис боролась… и, в конце концов, он начал повиноваться.

— Вот так уже лучше, — облегченно выдохнул кто-то из пехотинцев за спиной.

Если быстро не разобраться где они и куда падают, вот это одинокое «лучше» станет означать всего лишь более мягкое вхождение в атмосферу Секуима. И то, что они в ней не сгорят.

— НЕЛЛИ, МНЕ НУЖНА НАВИГАЦИОННАЯ СИСТЕМА ГОНОЧНЫХ ЯЛИКОВ. НЕМЕДЛЕННО.

В одно мгновение на хендз-ап сформировались знакомые процедуры.

— НЕЛЛИ, ОПРОСИ МЕСТНУЮ СИСТЕМУ GPS. ГДЕ МЫ?

На карте, высвеченной на хендз-ап, появилась точка, обозначающая катер. От точки во все стороны простирались векторные линии. Катер ускорялся, а не тормозил.

— Капрал, настрой прямую связь с катером сержанта.

— Я пытаюсь, мэм, но не знаю, где он.

Компьютер Крис, скорее всего, смог бы сказать, где, по отношению к ней, должен быть второй катер, но Нелли делала все возможное, прокладывая курс, выигрывая очередной чемпионат.

Здесь не раздают трофеев, разве только за поражение наземной цели. Здесь ждут победителей, сделавших работу в стиле «добраться до точки, израсходовав меньше топлива и затратив меньше времени». Крис сглотнула, когда хендз-ап заполнился стоящей перед ней суровой задачей. Десантный катер, конечно, не сравнится с гоночным яликом хоть какого класса. Крис потребуется каждая унция мастерства, чтобы посадить корабль с пехотинцами в каком угодно месте километров за сто от одинокой, испуганной маленькой девочки.

Крис гналась за трофеем. Намертво вцепившись в рычаг управления, она начала гонку за жизнь маленькой девочки.

Глава 2

Крис действовала больше инстинктивно, нежели рационально. Пытаясь стабилизировать катер, она держалась за рычаг управления двумя руками. Как только тот полетел прямее, Крис дала Нелли задание вычислить маршрут для безопасного приземления. Слава богу, что, наплевав на инструкции, взяла с собой Нелли, а не табельный компьютер Космофлота.

— Нелли, вычисли текущие координаты. В качестве цели используй охотничий домик. Вычисли план полета с малым уровнем риска.

Нелли сделала расчет за секунду. Маршрут казался безопасным, вот только место посадки находилось всего километрах в пятидесяти от домика.

Выровняв полет, дабы не сгореть в атмосфере, Крис направила катер по предложенному маршруту и выдала Нелли следующее задание:

— Альтернативный маршрут. Новое условие: экономия — двадцать процентов топлива за счет полета с неработающим двигателем. Сколько его у нас останется?

Крис нуждалась в пространстве для маневра. На соревнованиях у каждого ялика имелось для этого две минуты до впереди идущего и столько же до того, который летел позади. Катер сержанта находится где-то справа, до него не больше десяти километров. Нормально в плане безопасности, если бы Томми продолжал управлять обоими катерами с борта «Тайфуна». Но не сейчас, когда катер почти вслепую несется по падающей орбите.

— Нелли, добавь в условие не больше ста километров от точки, где потеряли катер сержанта.

Нелли изменила план полета моментально, но результат высветился красным. Даже если предположить, что риск сгореть в атмосфере уменьшился, хоть и на чуть-чуть, возможности затормозить никакой не нашлось. И, если катер не сгорит, то промахнется по цели на добрую сотню километров, к тому же еще и разобьется.

— Добавь двадцатикилометровое смещение, — приказала Крис: первая синусоидная кривая должна пройти далеко от катера сержанта.

Нелли быстро перепрограммировала план полета. Вот теперь можно не волноваться. Тем не менее, на хендз-ап заморгала предупреждающая желтая точка. Запаса топлива останется меньше, чем у самого нерадивого соперника. Дисквалификация.

Крис грустно пожала плечами и сказала:

— Нелли, делай.

И приготовилась к самой безумной гонке в жизни.

Буквально в первый же месяц гонок Крис узнала, что любой сгенерированный компьютером маршрут может быть улучшен человеком. Ради того, чтобы притащить домой гоночные трофеи и разбросать их по всей комнате, она экономила топливо на одном отрезке маршрута и тратила чуть больше на другом, почти никогда не ошибаясь.

— Сэр, в смысле, мэм, думаю, вижу катер сержанта. — Голос капрала Ли чудом прорвался сквозь серию неровных скрипов и треска.

Все внимание приковано к катеру. Ладони слились с рычагом управления, она сама стала катером. Взгляд заметался по приборам угла атаки, перегрузки и измерителя скорости. Только не потерять концентрацию, восстановить ее будет делом весьма сложным.

— Где он, капрал?

— По правому борту на два, нет, два тридцать, мэм, и ниже на пол-второго. Думаю, это он, мэм.

Крис рискнула посмотреть. Да, катер, немного впереди и чуть ниже.

— Попробуй с ним связаться, — приказала она и вернулась к управлению.

— Все, что я слышу, это треск и помехи, мэм.

— Точно, — обругала Крис себя. — Его движок создает между нами ионизированное облако.

Через мгновение пришло время погасить сопла. Крис развернула катер теплоизолированным носом к атмосфере и приготовилась падать. Ли продолжала пытаться связаться с сержантом, но пока безуспешно. Двигатели второго катера оставляли за собой ионизированное облако. Крис приказала капралу на время прекратить попытки и держаться покрепче. На носу катера затанцевали солнечные блики.

Пришло время самой трудной части. Крис считала себя хорошим пилотом ялика. Когда она делала все правильно, топливо экономилось. Поэтому она бросила катер строго вниз, в жаркую атмосферу, быстро и без жалости. Потом поставила его на чуть более пологое скольжение, может, не такое мягкое, как хотелось, но соблюдая при этом синусоидный курс, замедляя безудержное падение. Крис следила за падением сосредоточенным, прищуренным взглядом.

Теплозащитный экран нужно держать между жгучей ионизированной атмосферой и своим весьма воспламеняющимся телом. Малейшая ошибка, и горячий газ вмиг прикончит как ее, так и пехотинцев в катере.

Машине нельзя давать свободно падать, можно промахнуться по цели на многие километры. Крис научилась этому, когда летала на лучших яликах, построенных на Вардхейвене. Тогда это было всего лишь игрой. Сейчас же Крис применяла мастерство на судне, о котором не знала ничего.

Не успела привыкнуть к машине. Ни один нормальный пилот не рискнет лететь на незнакомой машине без предварительного, тщательного изучения. Но Крис и не собиралась управлять катером. Она вспомнила логотип фирмы, красующийся на борту. Фирма завоевала хорошую репутацию на строительстве мелких кораблей, но вот конкретно на этой машине контроль качества дал сбой. Живот сжался в тугой узел. Ладонь впился в рычаг управления мертвой хваткой. Насколько облажался контроль качества? Что, если где-нибудь в киле или крыльях скрыт брак? Если дать слишком большую перегрузку, учитывая жару за бортом от трения, есть ли риск окончательно его поломать и отправить пехотинцев кувыркаться вниз прямиком к огненной смерти?

Надо успокоиться, чтобы лучше чувствовать каждый скрип, каждый стон терзаемого на пределе возможностей катера. Кто-то из пехотинцев позади забормотал незнакомую молитву, благодарившую Создателя за все, что было.

— Когда-нибудь мы над всем этим еще посмеемся, — пробормотала Крис, не выключая открытой связи. Если выживем>, — добавила уже про себя.

Катер изрядно нагрелся. Несмотря на экран, сквозь скафандр чувствовалось, как нагревается корпус и жара проникает внутрь. Начало припекать спину. Датчик подтвердил адский нагрев: стрелка ушла далеко в красную зону. Краем глаза Крис заметила изгиб перенапряженного крыла и растущее трепыхание его перегретых краев. В атмосфере полет превратился в вялое переваливание, несравнимое даже с самым худшим полетом ялика.

Тем не менее, Крис требовала от катера большего. Пока что тот летел выше траектории захода на посадку. Крис ткнула нос катера вниз, набирая скорость — и жару — начав падать не хуже пресловутого свинцового кирпича. С таким тугим управлением нестись по синусоидной траектории то еще удовольствие. На ялике она подобного никогда себе не позволяла. Жар коснулся кожи, Крис заерзала. Температурный датчик ушел в красную зону еще дальше. Но не слишком далеко, если только в конструкции катера не обнаружится скрытых сюрпризов.

— Мэм, — в наушниках прозвучал тихий голос капрала Ли, — мой измеритель показывает, что ваш скафандр ужасно нагрелся. Я бы посоветовала переключиться с отопления на охлаждение, мэм.

Крис отвлеклась, чтобы внести коррективы. Черт возьми, ее личный гражданский скафандр давно бы сделал это сам. Но обслуживание служебных скафандров преднамеренно отключено. Как с ленцой объяснил сержант в офицерской школе: «Вряд ли вам понравится, когда скафандр начнет делать что-то без вашего разрешения. Особенно когда вас обстреливает неприятель, а вокруг от взрывов все превращается в ад».

— Капрал, еще следишь за катером сержанта? — спросила Крис.

— С таким фейерверком вокруг сложно сказать точно, мэм, но, думаю, он все еще там.

— Если кто увидит, дайте знать.

И снова сконцентрировалась на управлении полетом.

— Да, мэм, — в ответ донесся дружный хор голосов.

Казалось, прошла вечность, прежде чем стрелка температурного датчика понемногу опустилась к краю красной зоны. Крис попыталась получить координаты по GPS о своем расположении, но катер был все еще окутан облаком сильной ионизации. Система наведения настаивала, что они были там, где хотела быть Крис, и Нелли с этим согласилась. Крис откинулась на спинку кресла и попыталась расслабить мышцы, обнаружив, что от такого полета они окаменели.

— Я его вижу, — сообщил один из пехотинцев.

— Он там, — следом подхватили еще несколько голосов.

— Мы видим катер сержанта, мэм, — подтвердила капрал.

Быстрый взгляд вправо уловил падающую звезду километрах в тридцати от них, если сейчас Крис может доверять своему взгляду. Со вторым катером в поле зрения можно и вздохнуть с облегчением. Крис поправила курс ближе к нему. Как и планировала, до него при текущей скорости лететь всего три минуты.

В соревнованиях на яликах у нее осталось бы топлива для небольшого круиза, если б захотелось, но сейчас не до того. Крис немного отвлеклась от управления полетом, настраивая рацию в шлеме на прямую связь с катером сержанта.

— Сержант, пожалуйста, сообщите на «Тайфун», что первый катер успешно вернулся, — Крис отсчитала секунд пять, и повторила сообщение.

— Понял, первый. Я вас вижу. Сообщите свой статус, — наконец, пришел ответ от сержанта.

— Катер потерял связь с «Тайфуном». Можете переключить меня на капитана Торпа?

— Сделаем по-другому: корабль сам свяжется с вами.

Крис стиснула зубы. Надо подготовиться к очередному неприятному разговору с человеком, который ее не любит. Долго ждать не пришлось.

— Рад, что вы нашли время в своем плотном графике, чтобы связаться со мной, — донесся из наушника холодный, как космическое пространство, голос капитана Торпа. — Доложите о ситуации.

— Катер потерял связь с «Тайфуном», сэр. Последствие дешевизны, полагаю. — Шкипер на это тоже вечно жалуется, так же, как и на сокращение бюджета. — Сейчас связь между кораблем и катером идет через второй катер. Пока все стабилизировалось, можно попытаться восстановить удаленное управление.

Наступила долгая пауза. Крис представила, как капитан Торп рассматривает предложение, сверяет его с данными, поступающими на мостик, тщательно взвешивает возможности и размышляет, как сделать жизнь отдельно взятого энсина с фамилией Лонгнайф самой несчастной.

— Я вижу тебя. — Пауза поменьше. — Энсин Лянь, сможешь захватить контроль над первым катером?

— Никак нет, — последовал быстрый ответ. — Исходящий сигнал к первому катеру не обнаруживает приемник. Полагаю, он сгорел.

— Тогда даю добро на план «Б», — лаконично сказал капитан.

И Крис расплылась в улыбке.

Крис пришла на совещание по планированию операции, когда капитан с сержантом уже обсудили различные варианты. Капитан довольно ухмылялся, улыбка сияла от уха до уха.

— Я знал, что гражданские скряги рано или поздно воспользуются нашими услугами и сделал все, что мог, чтобы выбор выпал на мой корабль. Теперь же мы сделаем все, как надо.

— Без проблем, сэр. Покажем всему флоту и бандитам, что «Тайфун» — самый лучший корабль, — захохотал сержант.

Крис ненавидела похитителей. Она была на одном из судебных заседаний над убийцами брата. Общий ай-кью всех троих бандитов плавал где-то в отрицательных числах.

Тем не менее.

— Сэр, у террористов много специального оборудования, — заметила она. — Они уничтожили целых три спасательных группы.

— То были гражданские, а сейчас им предстоит столкнуться с пехотой Космофлота, — убийственно холодным тоном сказал сержант.

— Кучка недобитых террористов не устоит против того, что способен бросить на них «Тайфун», — сказал капитан Торп и изложил свой план.

Скрытый ночной подход позволит десанту высадиться буквально на парадном дворике бандитов. Прямиком из катеров пехота ринется в бой. Сглотнув, Крис заметила, что такой подход уже был использован в последней попытке освободить заложницу.

Она думала, что вопрос зависнет в воздухе. Посмеют ли они попытаться сделать то же самое, что не получилось у гражданских, против ребят с многочисленными новейшими технологиями? Могла бы и не портить воздух вопросом.

— Тогда это сработало, не так ли? — сказал сержант. — Я продул пять баксов, поставив на то, что у нас не выйдет обогнать время, успеть приземлиться и захватить банду Кардинала без единого выстрела. Тогда, в прошлом году на Пайаллупе.

— А я поставил бутылку скотча, что у нас все получится, — усмехнулся Торп.

Столкнувшись с такой уверенностью, Крис проглотила всякие возражения.

Втроем они тщательно исследовали подход к домику с засевшими там бандитами. У домика не было видно никаких препятствий для посадки и шкипер утвердил план атаки. Крис, как послушный новичок-энсин, сказала: «Слушаюсь, сэр!» и… отправилась искать Томми.

Но если Крис прыгнет сейчас, птичка наделает в тундре слишком много шума, что обязательно насторожит спящих красавцев в охотничьем домике. Она почти смирилась с тем, что последует приказ продолжить операцию, а командование переходит сержанту. Но, похоже, Космофлот, как всегда, против отряда тяжеловооруженных пехотинцев без присмотра офицера.

— Работаем по плану «Б», капитан, — отозвался по общей связи сержант. Крис, с легкой улыбкой, повторила то же самое.

— Прежде, чем покончим с этой историей, еще раз хочу напомнить, солдаты, — откашлявшись, сказал капитан Торп. — Эта миссия не из вашей любимой категории «всех перестрелять». Мы приглашены на Секуим для оказания помощи местным полицейским. Поэтому вы должны работать, соблюдая местные правоохранительные процедуры. Я ожидаю, что вы возьмете пленных, а не покрошите их в горы мяса.

— Вы слышали капитана. — Крис переключила микрофон. — Ублюдки имеют право на суд местных жителей. После него народ Секуима сможет их повесить.

Пехотинцы зарычали, радуясь такой постановке вопроса. Ранее Крис произвела небольшое исследование: Секуиму еще предстояло ратифицировать положение о смертной казни в декларации прав человека Человеческого Сообщества. В свое время отец Крис чуть не потерял возможность стать премьер-министром из-за используемой тактики, лишь бы отложить ратификацию этого положения на Вардхейвене и успеть повесить убийц Эдди. Странно, Крис не могла без слез думать о маленьком Эдди, но с убийцами, болтающимися на веревке, у нее подобных проблем не возникло и в помине.

Покончив с инструкцией, Крис быстро проверила ситуацию у охотничьего домика. «Стулпигеон» все еще кружил над ним. Датчики показывали, что там по-прежнему тихо.

— Сержант, энсин Лянь видит мой катер?

— Да, мэм.

— Передайте ему, чтобы держался позади меня. Я лечу к пруду в пяти кликах к северу от цели.

— Энсин Лянь говорит, что второй катер будет повторять ваши маневры.

Это будет хороший полет. В темной, бурной ночи. Крис направила катер вниз в направлении мелководного пруда недалеко от охотничьего домика. Отсюда, с расстояния в двадцать тысяч метров она различила целых два шторма, бушующих между катерами и новой целью.

— Нелли, подключись к локальному метеорологическому спутнику.

Интересно, что связь катера с «Тайфуном» не работает, в то время как личный компьютер без проблем связался со спутниками на орбите.

Слежение за погодой в реальном времени позволило Крис выстроить серию нисходящих кривых мимо наиболее опасных грозовых областей. Несмотря на это, последние пятнадцать тысяч метров полет шел нестабильно. По кокпиту хлестал ливень, размывая видимость. Был бы сейчас у Крис гоночный шлем, видимость была бы кристально чистой. Все претензии по поводу табельного оборудования заканчивались низкой ценой, закупочными конкурсами и прочей экономической ерундой. Вглядываясь в темноту, пытаясь разглядеть что-то до того, как катер проделает в этом что-то большую дыру, тема приобретала зловещий смысл. Папа, нам нужно серьезно поговорить. Позади раздался нестройный, ворчливый хор голосов, проклинающих весь этот чертов полет.

Высотомер утверждал, что они летят в тысяче метров над уровнем моря. И это при том, что Крис только что пришлось уворачиваться от внезапно появившегося спереди склона. Что еще более важно, арктическая тундра в этом районе не должна возвышаться больше чем на шестьсот пятьдесят метров. Тем не менее, топографические карты сообщали, что местность насыщена высокими холмами, заросшими лесом и всякими другими особенностями дикой местности, что держало Крис в постоянной напряженности. У засевших в домике хорошо оснащенных бандитов, без сомнения, найдется радар-детектор и несколько самонаводящихся ракет. Так что лететь выше горизонта все равно что играть в поддавки со смертью. Смерть в данном случае пишется именем маленькой девочки заложницы.

Крис развернула катер, заходя на широкий круг перед посадкой со скоростью чуть выше, когда катер попросту камнем рухнет вниз. Капрал Ли сообщил, что из-за последнего шквала, разразившегося прямо за ними, второй катер отстал примерно километра на четыре. Крис усмехнулась. По крайней мере, если она врежется в какой-нибудь холм, сержант сможет избежать погребального костра. Половина бойцов уцелеет и сможет продолжить операцию.

Несмотря на слабое освещение местности, точно по расписанию, Крис увидела корягу, намеченную началом посадочного пути. Через пару минут катер коснулся воды, закипевшей от горячих бортов и днища, разбросав волны далеко в стороны. Крис потянула на себя рычаг управления, сбрасывая скорость. Через мгновение днище катера ткнулось о дно пруда, и катер выехал на узкий песчаный пляж, где и остановился.

— Капрал, включи ночные габариты для сержанта, — сказала Крис.

Как только кокпит поднялся, Крис ударом ладони по замку освободилась от ремней безопасности, перелезла через борт и спрыгнула на песок. Ух ты! Закачало сильнее, чем после самого безумного полета на ялике. Открыв лицевую панель шлема, она глубоко вдохнула свежего воздуха, насыщенного запахом воды, грозовой ночи и кое-какой живности. Она почувствовала себя просто прекрасно для живой и невредимой. Потом повернулась к отряду. Пехотинцы, выбиравшись из катера, топали ногами, привыкая к твердой поверхности, проверяли оружие, настраивали системы.

— Отлично, отряд, мы приземлились. Я знаю тут одну девочку, которую нужно вернуть родителям и нескольких ублюдков, которым нужно надрать задницы. Давайте сделаем это.

От пятерых пехотинцев вернулись мрачные, решительные кивки.

Я иду, Эдди. Я иду.

Глава 3

Второй катер скользнул по берегу и остановился в десяти метрах от Крис. Как только сержант с командой выбрались наружу, Крис отправилась к ним, перешагивая коряги и недоеденные рыбные останки. Нелли тут же подсоединилась к компьютеру сержанта.

Незадолго до того, как на «Тайфун» пришел приказ бросить все и прыгать к Секуиму, Крис следила за развитием событий на этой планете. Похищение дочери Генерального Управляющего Секуима стало новостью номер один во всех медиа-структурах. После провала второй попытки спасти девочку, в кают-компании стали принимать ставки. Расклад был два к одному, что, в конце концов, на Секуим пошлют корабль Космофлота. Крис тоже сделала ставку, но больше в надежде на благополучный исход, чем в ожидании отправки корабля. Потом провалилась третья попытка, совершенная полицейскими Секуима. Они решили атаковать бандитов со стометрового обрыва. Удалось подобраться на пятнадцать километров ближе, чем в предыдущие разы. Стало понятно, что после такого отдуваться придется Космофлоту, но Крис никак не ожидала, что крайним окажется «Тайфун», не говоря уже о том, что командовать высадкой и захватом придется ей. Но в тот момент она, в духе старого вояки, только рыкнула: «Мы не рассуждаем, почему делаем. Мы просто делаем, а потом пишем отчет».

Так что последние четверо суток она провела в планировании нападения и подготовке к нему взвода.

Капитан Тарп с сержантом хотели быстрой высадки и мгновенного захвата, поэтому Крис готовилась к быстрой высадке и мгновенному захвату. Тем не менее, она воспользовалась одним из основных папиных правил: всегда имей в заднем кармане запасной план.

Почти без наличия свободного времени она помогала Томми разработать план «Б».

— Тундра выглядит непроходимой, — сказал Томми, изучая переданные «Стулпигеоном» фотографии дворика у парадного входа в охотничий домик, куда должен высадиться отряд Крис.

— Лето. Летом в тундре грязно. Компьютер говорит, что это нормально, но ты же не доверяешь компьютерным выводам? — сказала Крис, ткнув локтем в бок Томми.

— Нет, — ответил тот, не поднимая головы. — Если я или кто-то еще можем скормить компьютеру какие угодно данные, почему я должен ему доверять?

— Получается, ты веришь богу, но не доверяешь компьютерам.

— Ты, случаем, не общалась с моей бабушкой Чин? — не моргнув глазом, ответил Томми.

— Найди мне черный ход к этому домику, — сказала Крис.

— Я могу посадить катера вот здесь, у пруда, и тебе придется идти оттуда пешком, — сказал Томми.

Крис изучила пруд и лес между ним и охотничьим домиком, где засели похитители.

— Похоже, там фиксируется меньше электронной слежки, чем в тех местах, где погибли полицейские отряды. — Крис отметила места, где погибли прежние спасательные отряды. Их тела все еще лежат там, никто не решается забрать их.

— Вот тебе такой вопрос: болото в этом плане потише? — Поджав губы, Крис изучала грязь и жижу.

В отличие от многих городских детей, у нее не было никаких иллюзий относительно того, как приятно проводить время на природе. Особенно после дождей. Однажды летом, по окончании очередного курса в университете и перед работой в избирательной компании Хонови, ей пришлось штурмовать Голубые Горы Вардхейвена.

— Видок такой, что можно не особо беспокоиться за эту сторону.

— Но космические пехотинцы и некоторые безмозглые новички энсины любят играться в грязи, — улыбнулся Томми и тут же получил очередной удар локтем в бок… на этот раз он вышел болезненнее.

Но дело было сделано: место для посадки и подхода к цели найдено. Крис потратила еще полчаса, чтобы скормить в память Нелли план «Б».

Крис скопировала маршрут на компьютер сержанта. Изучив его, тот кивнул:

— Трудно, но никто не вербуется в Корпус для того, чтобы прохлаждаться.

— Хансон, — Крис позвала специалиста техника, — я тебе скинула маршрут. Проверь его.

Часы показывают десять вечера по двадцатипятичасовой шкале Секуима. Далеко на севере серый дождливый день превращается в темную дождливую ночь. Во главе двух подразделений Крис отправилась к цели в грязи по пояс. Шли медленно. Боевые скафандры удерживали холодную воду, камуфляжная система старалась изо всех сил соответствовать постоянно меняющемуся фону. В конце концов, у одного из бойцов она сдалась, и скафандр стал неизменным песочно-желтым, независимо от того, на каком фоне находится солдат. Скафандры держат воду, но броня такая тонкая, что не сдерживает температуру воды, такую же холодную, как сердце сержанта. Вода доходит до колен, временами поднимается до пояса, но ноги все равно утопают в грязь по щиколотку. Что еще хуже, местная мелкая мошкара распробовала вкус пота. Крис пришлось закрыть лицевую панель. Остальные пехотинцы последовали ее примеру. Через несколько минут стало труднее дышать, потому что воздушные фильтры забились мошкарой, размером намного меньше комара.

Ближе к двадцати трем часам отряд выбрался на твердую землю. Крис объявила привал, а сама, вместе с сержантом и специалистом по электронике изучила лес. Деревья высились метров на тридцать, зеленые ветви находятся аж на макушках чешуйчатых стволов, очень похожих на стволы вечнозеленых земных деревьев, быстро распространившихся на Голубых Горах в умеренной зоне Вардхейвена. Но, в отличие от земных деревьев, на этих стволах обнаружились тысячи иголок. На брифинге об этом никто словом не обмолвился, так что Крис не рискнула выяснять прямо здесь, у кого из бойцов проявится на них аллергия.

— Скафандры не открываем, — приказала она.

Пока остальные отдыхали, Хансон с помощью приборов просканировал лес в поисках людей, ловушек и общего дискомфорта. Сверху на низкой высоте пролетел «Стулпигеон», добавив свой вклад в общий результат.

— Обнаружил несколько больших подозрительных штуковин, здесь и здесь, — сказал Хансон, перекинув результат отчета приборов на карту Крис. — Вполне возможно, мы с ними ничего не сделаем, но это даже интереснее, чем обещал мне вербовщик.

Крис передала результат с отмеченными точками, мол, туда не идем, остальным пехотинцам и поинтересовалась, есть ли в лесу еще что интересное.

— Множество средних и мелких отметок. — Хансон пожал плечами. — Больше похоже на дикую местную живность.

— Спасибо, — кивнула Крис.

Я иду, Эдди.

Привал, казалось, придал пехотинцам немного сил. У Крис же, когда она поднялась, дико, чуть не до крика, разболелись мышцы ног. Нужно больше времени проводить в тренировочном зале, раз собралась командовать пехотинцами.

Тундра все больше углубляется в темную ночь. С графиком Крис не ошиблась. Вместе с бойцами молча шла, скрытая тенями редкого подлеска. Хансон с еще одним солдатом следили, не появится ли поблизости что-нибудь, напоминающее человеческое присутствие, и пока что все было тихо. Дождь намочил все вокруг, сделал путь скользким. Пара космопехов умудрились поскользнуться. Одному стало всего лишь стыдно за падение, второй же вывихнул лодыжку. На нее наложили повязку и пехотинец, хромая и скрипя зубами от боли, продолжил поход.

Через полчаса Крис жестом объявила очередной привал. До опушки осталось метров сто. Пока пехотинцы располагались на отдых и подготовку к штурму, сама Крис вместе с сержантом осторожно подобралась к опушке, чтобы лично взглянуть на место предстоящей операции.

Охотничий домик оказался двухэтажным срубом. Немногочисленные маленькие окна дали хорошее представление о том, насколько здесь холодно зимой. Крутая крыша с двух сторон выступает далеко за стены, образовав своеобразную крытую веранду. Инфракрасный режим показал с полдюжины источников тепла человеческих размеров, разбросанных со всех сторон домика. В то же время режим ночного видения отметил только двух бандитов из шести.

Крис подвела «Стулпигеон» к домику настолько низко, насколько только решилась. Пятьсот метров. Опускать ниже опасно, могут засечь приборами. Имея в наличии двух боевиков на улице, Крис хотела быть в курсе их передвижений. Приборы показали еще четыре тепловых цели внутри дома. Приоткрыв лицевую панель шлема, Крис прошептала:

— Шестеро.

Сержант кивнул.

Следующие шесть минут Крис изучала спящих бандитов. Только один из них, на заднем дворе, показывал какое-то движение, наверное, просто вертел головой из стороны в сторону. Трое в доме, расположились кто на топчане, кто на диване, кажется, крепко спят. Четвертый засел на втором этаже. Это он взял на себя роль палача, который должен убить девочку, если произойдет попытка спасения. Он развалился в кресле и, похоже, храпел.

— Довольно непрофессионально, — заметила Крис.

Переговоры с похитителями велись уже неделю. Главным камнем преткновения был космический корабль, на котором похитители хотели улететь, но ни один капитан не хотел иметь ничего общего с этими неудачниками.

— Если бы мы следовали моему плану, — рыкнул сержант, — мы бы взяли этих ублюдков до того, как они поняли, что мы тут.

Крис пожала плечами, отметая все эти «может быть» и позвала Хансона, чтобы тот изучил трехсотметровую, очищенную от деревьев, полосу, окружающую охотничий домик. С пятисот метров, где завис «Стулпигеон» Крис не видела ничего интересного. Сейчас же, с более близкого расстояния, Хансон сходу засек гул маломощных батарей.

— Что они питают? — поинтересовался сержант.

— Работаю над этим, сэр.

Хансон запустил приборы, некоторое время с ними возился, после чего тихо присвистнул.

— Лазеры гипер-малой мощности, — прошептал он.

Через мгновение он стал обладателем нужной частоты. Крис подрегулировала видео-режим лицевого щитка шлема и обнаружила, что смотрит на кошкину колыбель, сотканную полем пересекающихся лучей шириной в двадцать пять-тридцать метров. На «Стулпигеоне» не было ни одного прибора, способного засечь такие вещи, разве что спустить его почти вплотную к полю, что, как уже говорилось, опасно.

Черт! Эти ребята слишком много знают и хорошо экипированы. Кто, черт побери, дал им денег на все это и сказал, что нужно делать?

Опять же, Секуим — богатая планета и у его Управляющего имеется широкий спектр возможностей для инвестиций в ее богатства. Интересно, с кем он встречался, чтобы занять несколько миллионов, затребованных в качестве выкупа жизни маленькой дочери.

Крис выросла в семье циничного политика, который предлагает помощь из… «некоторых соображений». Она нахмурилась. Никогда не задумывалась о том, кто одолжил денег для выкупа Эдди и был ли тот долг погашен. Интересная мысль… Надо как-нибудь потом выяснить этот вопрос.

Хансон продолжал исследование. Когда разноцветной последовательностью замигал один из датчиков, он улыбнулся.

— Поймал остатки газообразования от С-12 и пластида, — прошептал он.

— Покажи мне, — сказал сержант и забрал у Хансона прибор. Взглянув на показания, он нахмурился, пару раз моргнул, после чего продолжил изучать результат.

Наконец, он посмотрел на поле.

— Не видно, чтобы здесь кто-то копался. С орбиты тоже не видно. Не вижу и сейчас.

— Мины «Марк 41 — Хамелеон»? — предположила Крис.

— Их еще не внедрили, — рыкнул сержант. — Производство только начали, — закончил он неуверенно, потому что слова расходились с тем, что он видел. — Черт, откуда эти сукины дети их достали?

Замолчал, хотя было видно, что сказал не все.

— Мины на поле, сержант, — уверенно сказал Хансон.

— Управляются лазерами или срабатывают от давления? — поинтересовалась Крис.

— Я бы поставил и на те, и на другие, мэм.

Крис принюхалась к запаху болотной тундры, проморгалась и, посмотрев в небо, увидела толстый покров облаков. На юге уже начинает светать. До рассвета остается час. Правда, у парней в домике появилась привычка спать еще три-четыре часа после восхода солнца. Но, все же, с наступлением утра они начинают вести себя более беспокойно. Малейший шум разбудит их, а утреннего света хватит, чтобы увидеть источник беспокойства. Крис же нужно пройти самой и провести отряд из десяти пехотинцев все эти триста метров между ней и целью как можно тише и быстрее.

Крис вернулась к команде.

— У кого-нибудь есть лазерные датчики? — спросила она.

Пару мгновений спустя четверо смутившихся солдат признались, что прихватили на всякий случай, мол, они все равно валялись мертвым грузом в оружейной. Два прибора оказались у солдата в скафандре песочного цвета и у умудрившегося вывихнуть ногу. Их Крис оставила здесь, добавив к ним еще двоих.

— Вы четверо — наше огневое прикрытие.

Однако это только начало проблем. Магазины М-6 нашпигованы патронами только двух вариантов — боевые, разящие насмерть, и дротики с тупыми наконечниками, что должны лишь усыпить противника. После того, как дальнометр устанавливает расстояние до цели, магазин автоматически вставляет в патронник необходимый патрон. И все же, с дротиками возникла проблема. Если стрелять чуть не в упор, со всей дури, дротик дробит кости, артерии и разбрасывает по сторонам мозги не хуже боевого патрона. С трехсот же метров, даже с максимумом силы, легкий дротик подвержен течению ветра. Шансов, что он попадет в цель, мало, а это, несомненно, никуда не годится.

— Сержант, раздайте прикрытию четыре магазина с сонными патронами и два с боевыми.

Сержант быстро выполнил приказ.

— Если начнет происходить что-то интересное, я или сержант скажем вам, что делать, — тихо сказала Крис этим четверым, а потом поняла, что пора обратиться к бойцам с напутственной речью перед операцией. — Запомните, бойцы, здесь мы выполняем функцию полицейских Секуима. По закону планеты, эти ублюдки имеют право на суд. Но на Секуиме еще не отменена смертная казнь. Наша задача — захватить ублюдков, чтобы народ Секуима их повесил.

С одобрительным ворчанием пехотинцы поднялись. Команда, летевшая в катере с сержантом, отправилась в путь первой. Впереди пехотинец с прибором, фиксирующем лазеры, за ним сам сержант, потом капрал и стрелок. Крис возглавила свой отряд, пустив перед собой Хансона. Капрал Ли и еще один боец замыкали отряд.

Солдат с прибором вышел на поле первым. Он подсказывал, куда нужно наступать и где высоко поднимать ноги, чтобы не задеть лазерную растяжку и не активировать мины.

Крис, когда проходила мимо, осмотрела одну такую мину. Та оказалась идеально замаскирована, вписавшись в пейзаж тундры. Пятнадцать сантиметров в диаметре, над землей возвышается едва ли на сантиметр, так, что не осталось даже тени. К тому же летнее солнце разогрело землю, и мина на миллиметр-два утопла в грязи. Сейчас, когда Крис знала, что искать, она тут же обнаружила еще с полдюжины мин. И никаких следов. И вот это она хотела увидеть с орбиты. Должно быть, мины сбросили с вертолета. И опять же, в этом случае, похитители должны были хорошенько раскошелиться. Кто все это оплатил?

Крис почувствовала острую необходимость в душе, кофе и ком-нибудь, с кем можно поговорить о свалившихся на нее событиях последних часов. Кругом какие-то узоры. Причем какие-то ускользающие узоры.

Эдди не нужны загадки узоров. Эдди нужно, чтобы его спасли.

Крис сосредоточилась на текущей проблеме. Шагая, пригнувшись, посреди трехсотметрового минного поля, она открыла совершенно новый смысл в чувстве незащищенности и уязвимости. Она смотрела куда ставит ноги. Она наблюдала за картинкой в реальном времени, передаваемой «Стулпигеоном» с высоты пятисот метров, следящего за домиком. Она наблюдала за спящими и, к счастью, не собирающимися пока просыпаться бандитами. Время от времени она вспоминала, что нужно дышать.

Если Крис шла по тундре, казалось, год, то преодоление вот этих последних трехсот метров перед охотничьим домиком заняло целую вечность. Когда, наконец, они остались позади, Крис просигнализировала сержанту, чтобы тот заходил в дом с другого входа. Парадную дверь оставила себе. Рядом с ней лестница на второй этаж, где засел палач. Крис хотела как можно быстрее защитить ребенка от всяческих напастей своей броней, пока все не закончится. Что бы ни случилось в доме после того, как Крис доберется до малышки, причинить ей вред можно будет только через ее труп.

Удача закончилась метров за десять до охотничьего домика. Встрепенулся один из спящих красавцев в доме. Настороженным, быстрым шагом он скользнул к окошку.

— Всем внимание, движение в доме, — прошептала в микрофон Крис до того, как парень успел добраться до окна. — Начинаем шоу. Сержант, врывайтесь с заднего входа и кладите всех, кто встретится на пути. Мой отряд позаботится о холле и втором этаже.

Крис замолчала, потому что проснувшийся бандит выглянул из окна и направил автомат в сторону пехотинцев.

— Прикрытие, — прошептала Крис, — нейтрализовать парня в окне. Капрал Ли, на тебе бандит на крыльце. Займись им до того, как проснется. Хансон, сделай вход в дом.

— Делаю, — прошептал Хансон, закинул на плечо гранатомет и прицелился в дверь.

Бандит успел выстрелить короткой очередью. Пули попали в грудь шедшего за капралом Ли стрелка. Сила удара отшвырнула того на добрых пять футов. Приземлившись прямиком на мину, стрелок спровоцировала взрыв, от чего подлетел вверх. Взрывная волна подхватила Крис, бросив ее на крыльцо едва ли не быстрее выпущенной Хансоном гранаты. Где-то сзади подорвались еще три мины. Дверь снесло с петель, швырнуло внутрь домика в облаке горящих обломков и, еще даже не успела упасть на пол посреди холла, как Крис, еле удержав равновесие, ворвалась внутрь.

Изо всех сил она помчалась к лестнице. Где-то справа рухнул, как подкошенный, бандит, срезанный дружным огнем отряда сержанта. Второй упал с дивана, доставая пистолет.

Крис нужен был тот, что засел на втором этаже. Работа в отряде космической пехоты тем и хороша, что кто-то всегда, подстраховывая, идет вслед за тобой. Не обращая внимания на вооруженного бандита, Крис помчалась к лестнице, на бегу переключив автомат на стрельбу дротиками со снотворным. Эдди, я уже здесь!

Преодолев половину лестницы, Крис наткнулась на палача. Увидев направленный на него пистолет, глаза бандита широко распахнулись, дернулась рука. Возможно, он потянулся за пистолетом, может, хотел сделать что-то еще. Значения это не имело. Крис выстрелила.

Дротики впились в грудь, горло и лицо бандита, свалив его на пол. Крис влетела в коридор и направилась сразу к двери в центре коридора. Звать девочку не пришлось, та кричала сама, так что где заложница, стало ясно и так. Крис ударила по двери, но та оказалась заперта. Бежавший следом Хансон присел перед дверью на колено и прилепил к замку полоску взрывчатки, после чего скользнул в сторону.

Слабый, тихий взрыв. Дверь распахнулась.

Крис рванула вперед до того, как прозвучал взрыв. Это было невозможно, но позже она готова была поклясться, что так и было. Оказавшись в комнате, она быстро осмотрела ее, после чего подбежала к крохотной фигурке в рваных джинсах и грязном зеленом свитере. Девочка сидела с ногами на кровати, пытаясь освободиться от наручников, приковавших ее к спинке кровати, и кричала во всю мощь шестилетних легких. Все, что сейчас хотелось сделать Крис — обнять и успокоить ребенка, но в подобных ситуациях есть свои правила. Она упала на пол. Из-под кровати на нее уставилось что-то маленькое и противное, опутанное проводами.

— Хансон, у нас тут бомба.

Хансон подошел к кровати и, опустившись на колени, заглянул под кровать. В это время Крис еще раз осмотрела комнату. В углу валяется что-то похожее на школьный рюкзак, перегруженный одеждой и прочим мусором. Крис решила, что сейчас это можно проигнорировать. Все остальное голое, начиная от деревянного пола, светло-зеленых стен и заканчивая грязным потолком. Нет даже шкафа. Крис снова обратила внимание на зареванную девочку. В то же время Хансон закончил осматривать бомбу под кроватью.

— Бомба нажимного характера. Сошел с места, и она взрывается.

— Деактивируй ее, — сказала капрал Ли, вошедшая в это время в комнату в сопровождении рядового в броне, отмеченной следами взрыва мины.

— Ты в порядке? — спросила Крис у стрелка.

— Он в порядке, — ответила за стрелка капрал. — Упал спиной прямо на мину. Если бы наступил, оторвало бы ногу, а так только вверх подбросило.

— Напомни потом в отчете написать, что их высокотехнологичные мины — отстой, — усмехнулась Крис.

— Готов обрезать провода, — сказал Хансон, вылезая из-под кровати. — На случай, если что-то пойдет не так, было бы неплохо, если между девочкой и бомбой будет броня.

Ничто не повредит девочке. Крис прикинула, насколько та ограничена в движении и скользнула на кровать между рваным одеялом и ребенком. Когда она обняла девочку, та перестала плакать, хотя продолжала всхлипывать и часто, прерывисто дышать.

— Никто больше не причинит тебе вреда, милая, — прошептала ей на ухо Крис.

— Никто? — икнув, переспросила девочка.

— Никто, — заверил Хансон. — А сейчас попрошу лишних покинуть помещение, — и, когда стрелок с капралом вышли, добавил: — Надеюсь, сейчас у меня есть право так говорить.

Закрыв лицевую панель шлема, он снова скрылся под кроватью.

Долгое время ничего не происходило. Потом Хансон выполз из-под кровати, встал на ноги, поднял лицевую панель и усмехнулся с видом человека, сорвавшего банк в Харрее.

— Хватит стоять, — отрезала Крис, — освободи девочку.

— Да, мэм, — сказал Хансон, доставая кусачки.

В комнату вернулись Ли со стрелком, образовав между девочкой и внешним миром стену. Крис подняла лицевую панель шлема.

— Мы космические пехотинцы, милая. Ты в безопасности. Больше никто не причинит тебе боли.

Девочка слушала ее, а взгляд на бледном лице метался от одного бойца к другому. Когда Хансон освободил руки, напряженность в маленьких мышцах исчезла, девочка обняла Крис, стараясь в самом деле поверить в то, что сказала незнакомка, уткнулась лицом в тяжелую броню и зарыдала. Энсин Лонгнайф держала ее, защищая, и ее собственные слезы перемешались со слезами спасенной девочки. Слезы десятилетней давности, слезы человека, которому не удалось спасти своего брата.

Над Крис, возвышаясь, стояли трое пехотинцев, охраняя и гордо улыбаясь.

— Молодец, — одобрительно сказала капрал Ли.

— Молодец, — повторил Хансон.

— Боже всемогущий. Боже всемогущий, — с улыбкой повторял стрелок.

— Дом безопасен, — сообщил по связи сержант. — Один бандит мертв, пятеро крепко спят. В них попало слишком много дротиков. Некоторым нужна медицинская помощь.

Крис фыркнула и попробовала встать с прилипшим каждым сантиметром тела к скафандру ребенком.

— Очень хорошо, — сказала Крис и переключилась на общую связь. — Говорит энсин Лонгнайф. Заложник в безопасности. Повторяю, ребенок цел и невредим. Пятеро бандитов захвачены, некоторые ранены. Требуется медицинская помощь. Предупреждаю, земля вокруг цели заминирована. Советую повременить с прибытием, пока мы не разминируем ее.

Почти сразу Крис получила подтверждение от «Тайфуна» и еще с полдюжины подтверждений от полицейских. Посмотрела на девочку. Та смотрела на Крис покрасневшим взглядом. Крис покрепче прижала ее к себе. Ты ошиблась, мамочка, Космофлот не трата времени. Результат этих нескольких дней стоит больше, чем кто-либо мог предложить.

Глава 4

В компьютерной игре, закончив миссию, Крис уже нажала бы кнопку «Конец игры» и пошла за пиццей. В реальном мире пока ничего не закончилось, и до завершения было еще далеко.

Девочка, такая легкая и хрупкая. Когда Крис спросила, как ее зовут, еле слышно пробормотала: «Эдит». Правильно. На одном из брифингов Крис слышала его, но имя оказалось слишком близким к Эдди, так что Крис не посмела его запоминать. Эдит так вцепилась в Крис, что можно подумать, они разделяют одно сердце на двоих. В данный момент Крис не стала бы утверждать обратного.

Стрелок, подхватив несостоявшегося палача, закинул того на плечо и пошел впереди. Капрал Ли с Хансоном, пока спускались вниз, держались как можно ближе к Крис и Эдит. Никто не хотел потерять девочку или каких других сюрпризов. Спустившись вниз, стрелок уложил палача рядом с двумя другими заснувшими бандитами. У всех из ран от дротиков сочилась кровь, один вообще из-за шока дергался в конвульсиях. Еще двое успели очнуться и ютились на диване со стянутыми наручниками за спиной руками. Лужица крови под диваном показывала, где был подстрелен и долго валялся один из бандитов прежде, чем его оттуда оттащили.

— Кто главный? — требовательно спросила Крис.

Двое на диване встрепенулись, огляделись, словно только что оказались в этой комнате.

— Мартин, — сказал один, а второй кивнул на бандита, бившегося в конвульсиях.

Сержант обыскал карманы, достал бумажник, открыл его. Судя по удостоверению личности, парень прибыл с Земли, что подтверждала и социальная карточка. Земля! Что этот мошенник с Земли делает на Секуиме? Ситуация становится все страннее.

Но сейчас у Крис были более насущные проблемы.

— Парни, — обратилась она к пленным, — вокруг дома мины. Я хочу, чтобы все они стали неактивными. У кого ключ?

Пленники уставились на нее непонимающим взглядом.

— Дайте-ка мне ваши документы, я хочу знать, кто вы такие. Хансон, сможешь привести в чувство наших спящих красавцев?

Хансон подошел к бандитам, валявшимся в беспамятстве, сделал каждому укол и ногой ткнул ближайшего бандита, приводя того в сознание, при этом держа дуло автомата у его лица.

— Проснись, чувак. Добро пожаловать в мир боли.

Хансон веселился.

Очнувшись, бандит закашлялся, открыл глаза и, обнаружив перед собой дуло автомата, вновь потерял сознание. Второй бандит оказался покрепче.

— Кто контролирует мины? — уже жестче спросил Хансон.

— Мартин. Все коды у него, — торопливо ответил бандит.

Усилия разбудить Мартина сделали тому только хуже.

— У него с сердцем что-то, — сделал вывод Хансон. — Его срочно нужно в больницу или мы его потеряем.

К очнувшемуся бандиту подошел хмурый сержант.

— Где Мартин хранит коды?

— В своем компьютере. Клянусь, они там.

Хансон снова обыскал Мартина и снял у него с запястья обильно покрытый кровью персональный компьютер. Попытался стереть с него кровь скафандром, но броня только еще больше размазала ее. В конце концов, Хансон вытер компьютер о диван, после чего попытался включить, но на эти попытки тот никак не реагировал.

— Он что-то с ним делал до того, как я его вырубил, — пробурчал сержант.

— Думаю, стирал содержимое, — сделал вывод Хансон.

Крис давно выяснила, что в компьютерной памяти никогда и ничего не стирается бесследно, особенно когда им занимаются специалисты. Она забрала компьютер у Хансона, спрятала его в сумку, а потом посмотрела сквозь дверь на минное поле. Сейчас, когда Эдит уже ничего не угрожает, она не хотела рисковать пройти по нему еще раз. В теории, ее бойцы могли бы разминировать поле, но Крис не хотелось рисковать понапрасну потерей кого-либо из своей команды, даже если родители девочки уже на подлете.

— Говорит энсин Лонгнайф. Я не могу обезвредить мины. У кого-нибудь, кто меня слышит, есть специалисты по обезвреживанию мин?

Несколько полицейских отрядов ответили отрицательно. Пока Крис думала, что делать, заработала связь с кораблем.

— Это капитан Торп с «Тайфуна». Мы подлетаем. До охотничьего домика тридцать секунд. Мы позаботимся о минном поле. Предлагаю всем найти укрытие.

Бойцы вокруг Крис обменялись озадаченными взглядами.

— Капитан ведь не станет этого делать. — Хансон покачал головой. — Пожалуйста, кто-нибудь, скажите, что он не станет этого делать.

— Он дал тридцать секунд. Думаю, он уже это делает.

— Он не станет. Не в болото же, — покачала головой Крис.

— Он на подлете, мэм, — недобро усмехнулась капрал Ли.

— Сделаем, что сказал капитан, — прорычал сержант. — Сейчас вокруг станет шумно и грязно.

Пока несколько пехотинцев вели пленников в заднюю комнату, Крис связалась с оставшимися на той стороне минного поля солдатами и приказала им отойти как можно дальше. Потом сквозь окно посмотрела на небо, желая увидеть, какую форму примет приземляющийся корабль. Судя по характеристикам, корабль класса «Камикадзе», сделанный из «умного металла», может перестраиваться в несколько различных форм. Она сама меняла внешность «Тайфуна», но это происходило, когда корабль дрейфовал на орбите сразу после получения задания и только собирался отчаливать к Секуиму. Чтобы звездолет мог летать в атмосфере, его необходимо трансформировать в нечто иное.

Ясное голубое небо расколол пронзительный скрежет.

На юго-западе Крис увидела белый инверсионный след, перечеркнувший утреннее небо. Хотелось бы знать, во что превратится охотничий домик, когда перед ним приземлится космический корабль. Ни в одной из прочитанных за всю жизнь книг про такое не говорилось.

— Сержант, нужно разбить стекла, прежде чем они вылетят сами.

— Правильно, мэм.

Пока сержант с парой пехотинцев занимались окнами, Крис нашла пару одеял и обернула в них Эдит.

— Будет немного шумно. Не волнуйся. Я тебя не отпущу. Все будет замечательно.

Малышка смотрела на Крис широко раскрытыми, испуганными глазами, потом, насколько смогла, крепко к ней прижалась.

Крис встала у окна, чтобы одновременно наблюдать за происходящим внутри и снаружи домика. Не прошло нескольких секунд, как грохот снаружи стал болезненно невыносим, и Крис опустила лицевую панель шлема. Выглядевший крылатой адской птицей, «Тайфун» нацелился на площадку перед главным входом в охотничий домик. Половина его двигателей направлена вниз. Давление, создаваемое ими, превратило поверхность земли в адский пейзаж. Крис присела, постаравшись прижать Эдит к стене, закрывая ее собственным телом и надеясь, что ковбой-капитан достаточно точно рассчитал воздействие приземляющегося корабля и взрывающихся мин на вмиг ставший хлипким деревянный домик. А что делать, если не просчитал? Перед глазами Крис встала картинка рушащегося домика и горящих бревен. Оставалось лишь надеяться, что капитан знает, что делает.

— Видите? Я же говорил! — крикнул один из солдат. — Разве он не выглядит как клингонская «Хищная птица»? Прямо из комиксов.

«Тайфуну» до домика осталось чуть больше ста метров, когда взорвалась первая мина. В создаваемом кораблем грохоте взрыв остался бы незамеченным, но Крис увидела взметнувшийся вверх фонтан воды и грязи, не вписавшийся в создаваемый двигателями корабля ураганный поток ветра. Потом еще один взрыв и еще. Вода, грязь и ошметки редкой растительности полетели во все стороны, и ни один из этих ошметков не долетел до «Тайфуна».

Крис решила, что видела достаточно.

— Всем укрыться!

Пехотинцы неохотно подчинились. Прижимаясь спиной к стене сруба, Крис ощущала жару, проникающую даже сквозь бревна. Летнее солнце растапливало промерзшую поверхность в лучшем случае на десяток сантиметров, выхлопные газы «Тайфуна» пропахали мерзлую землю на два, а то и три метра, превратив все в непонятную суспензию и разбросав ее за пределы поляны.

Крис понадеялась, что владелец охотничьего домика и прилегающей к нему территории не будет против такому обстоятельству. Ну а если кто-нибудь потом подаст в суд за нарушение экологической среды и потребует денег на восстановление экологии, отвечать придется лично капитану Торпу.

Ракетный визг снаружи сменился посадочным завыванием. Крис рискнула выглянуть в окно. Земля дымилась и волновалась, как река, пока «Тайфун» усаживался на десятки толстых шасси. Неподалеку от них взорвалась пара мин. Наверняка полицейские вертолеты захотят приземлиться рядом с кораблем.

— Сержант, нужно расчистить площадку для полицейских. Нужно проверить, на предмет не взорванных мин и обезвредить их. Начните от крыльца.

Два пехотинца извлекли из рюкзаков инструменты, проверили крыльцо, прежде выйти наружу.

— Нашел одну.

— Вот еще, — услышала Крис прежде, чем они вышли из домика.

— Отряд, — громко сказала Крис, привлекая внимание, — отойдем в задние комнаты, пока саперы расчищают путь.

— Да уж, — улыбнулась капрал, — мины дорогие, жаль, что приходится их так зазря расходовать.

— Продолжишь в том же духе, и наши пленники засудят нас за жестокость.

— Где моя мама? — спросила Эдит.

— Скоро будет здесь, дорогая. Нужно немного подождать.

Крис отнесла девочку в комнату, служившую кухней. В то же время сержант завел похитителей в соседнюю комнату. Крис порылась в сумке с пайком, достала оттуда шоколадку и протянула ее девочке.

Посмотрев на шоколадку, лицо Эдит скривилось в отражение внутреннего конфликта.

— Мама говорит, никогда нельзя брать шоколадки у чужих людей.

— Дорогая, я не чужая, — засмеялась Крис. — Я космический пехотинец.

— Жесткий Корпус, — кивнула капрал Ли.

— Навсегда, — добавил еще один стрелок.

Должно быть, это убедило Эдит. Она с прытью набросилась на шоколадку. Крис порылась в пайке в поисках чего-нибудь, что может понравиться девочке. Тем временем назначенные саперы продолжали уничтожать мины перед домом. Время от времени с улицы раздавались взрывы мин. Крис приняла несколько вызовов от полицейских с вопросом: когда будет готова посадочная площадка. К большому неудовольствию капитана Торпа в экипаже «Тайфуна» из восьмидесяти человек не нашлось ни одного, хоть как-то обученного обезвреживать мины, поэтому всем без исключения пришлось ждать, пока пехотинцы Крис расчистят необходимую площадку.

Как только взрывы мин отдалились от домика подальше, Крис перенесла Эдит в холл. Через дверь она наблюдала, как работают бойцы. «Нюхач» в туманном месиве испарившейся воды и выхлопных газов вынюхивал мину, пехотинцы клали рядом с ней кусок взрывчатки и отходили подальше, после чего гремел взрыв. Как правило, небольшого кусочка хватало, чтобы уничтожить мину. Те немногие, что не реагировали на такое грубое к себе отношение, отмечались для последующего разминирования настоящими саперами. Такой нестандартный подход, наконец, принес результат — пехотинцы расчистили достаточно большую площадку. Крис приказала им прекратить разминирование и отойти к краю поля, после чего разрешила посадку первому вертолету.

Через две минуты появилось сразу три вертолета. Они облетели охотничий домик, один из них приземлился на освободившуюся площадку и высадил людей в помощь пехотинцам в разминировании поля. Добровольцы из местного горного консорциума первым делом обратились за инструкциями к пехотинцам, выясняя их метод разминирования. Как только первый вертолет взлетел, освободив площадку, не спрашивая разрешения, приземлился второй.

Не было никаких сомнений, кого он привез. Как только из вертолета выпрыгнули мужчина с женщиной, Эдит громко вскрикнула, и Крис чуть было не выронила ее. Крис крепко держала девочку и поразилась, насколько может быть сильным шестилетнее тело, особенно в такой вот ситуации.

— Мама! Мамочка!

Женщина мчалась по полю, поскальзываясь в грязи, но не обращая на это внимания. Вслед за ней в двух шагах бежал мужчина. Как только они добрались до крыльца, девочка чуть было не выпрыгнула из рук Крис, оказавшись в руках матери. Объятия, слезы и все виды всхлипываний донеслись до Крис, когда эти трое, наконец, объединились.

Чтобы не расплакаться, Крис отвернулась, взглядом нашла пленников под охраной сержанта и занялась организацией их передачи. Вернувшись на крыльцо, она увидела, что объединившаяся семья находится там же, где она их оставила. На импровизированную же площадку садился вертолет побольше. Не успели шасси коснуться земли, наружу выпрыгнуло десять человек в форме, суровыми взглядами, так что не осталось сомнений в том, что это копы.

Крис отвела семью подальше от крыльца, после чего под усиленной охраной вывела на него заключенных. Объединившаяся семья продолжала обниматься, не желая замечать похитителей. Начальник полицейских надел на четырех бандитов наручники, а на пятого, раненого, только посмотрел так, словно прикидывал, какого размера нужно приготовить гроб.

— На заднем дворе труп, — сказала Крис и поинтересовалась: — Нужно заполнить какие-нибудь документы или обойдемся без этого?

— Я их принял с рук на руки, мэм. Если вам нужны бумаги, я организую какие угодно, — сказал полицейский, не отрывая взгляда от бандитов, быстро шагающих к полицейскому вертолету. — Я так понимаю, одному из них нужен доктор.

— Он смертельно ранен.

— Значит, он умрет, — рыкнул коп.

— Ну, остальные утверждают, что он их босс, — сказала Крис, наблюдая, как бандитов грузят в вертолет. — Я хотела бы услышать, что он скажет.

— Он заговорит и очень скоро. — На этот раз полицейский недобро усмехнулся. — Подозреваю, мы заставим говорить всех. Будут только рады общаться.

Крис улыбнулась. Похоже, на Секуиме так пока и не удосужились ратифицировать ни одного пункта положения о правах человека. Впрочем, у Крис сейчас появились другие заботы.

— Сержант, мы передали пленников полиции, пора убираться отсюда.

— Да, мэм, — отсалютовал тот.

Крис повернулась к капралу Ли.

— Отправляемся за катерами. Я хочу лично проверить систему связи нашего катера. До меня никто туда не лезет. Понятно?

— Более чем, мэм. Я прослежу, — с чувством ответила капрал.

Приятно, когда подчиненные полностью с тобой солидарны.

Крис не спеша огляделась вокруг, убедилась, что здесь все под контролем местных властей и отправилась вслед за капралом.

Потребовалось некоторое время, чтобы найти бойцов, оставшихся в качестве огневой поддержки на той стороне бывшего минного поля. С ними Крис и отправилась к «Тайфуну». На трапе уже поджидал санитар, сразу же занявшийся бойцом, повредившим ногу. Неподалеку стоял сам капитан Торп, ухмыляющийся не хуже пирата, осматривая результат посадки корабля.

— Если бы я мог оценивать твою работу, я бы сказал, получилось чертовски хорошо.

— Да, сэр, — согласилась Крис. — Нужно забрать катера. Можно воспользоваться ховеркрафтами?

— Твои подчиненные слишком ленивые для еще одной прогулки по болоту, энсин?

— Нет, сэр. Просто подумала, что вы захотите, чтобы люди и техника оказались на борту до того, как солнце взойдет в зенит, — ответила Крис.

Если бы она сразу направилась к катерам пешком, меся растаявшую грязь, он бы проклял ее за попусту потраченное время. Впрочем, Крис уже привыкла к проклятьям, если она что-то делала и к проклятьям, если не делала.

— Возьми второй ховер и сделай все быстро, — приказал Торп и, словно машинально, добавил: — Хорошая работа, энсин.

Крис отдала честь и повела отряд на борт. После превращения «Тайфуна» в десантный атмосферный корабль, внутри у него все перемешалось, что не удивительно, тем не менее, Нелли быстро сориентировалась и показала Крис путь к доку, где покоились ховеркрафты. Крис решила использовать запасной внешний трап, чтобы выбраться с корабля — не хотелось получать от Торпа дополнительные ценные указания. Она нашла люк в борту корабля, по корабельной связи отдала команду и стала наблюдать, как медленно открывается люк и по нему спускается аппарат для путешествия по болоту.

Еще через три минуты Крис проверила его и вместе с отрядом загрузилась на борт. Капрал уселась на сиденье рядом с ней. Как только машина отделилась от «Тайфуна», пехотинцы в пассажирском отсеке радостно закричали.

Как только над головами замелькали ветви деревьев, по сторонам замелькали булыжники, а радостные возгласы за спиной стали громче, капрал наклонилась к Крис и сказала:

— Спасибо, что посадили нас, мэм. Я думала, нам конец. Я знаю немногих офицеров, которые могли бы сделать то, что сделали вы. Остаться в живых, вот и все, на что я надеялась. Удачно приземлиться, чтобы мы смогли спасти девочку. Так что, мэм, можете уволиться из Космофлота, стать гражданской, но я всегда буду вам верной.

— Спасибо, — только и смогла произнести Крис.

Папа, ты не прав. Выигранные выборы не самое великое чувство в мире. Крис сомневалась, что когда-либо еще почувствует больше гордости, чем в этот момент от похвалы подчиненного. Это чувство оказалось намного лучше, чем при вручении медали когда угодно и за что угодно.

Катера стояли там же, где их оставили. Пока сержант с тремя пехотинцами цепляла к ховеру свой катер, Крис с Ли забрались в свой. Комлинк был мертв, как пристреленная лошадь.

— Полегче, — крикнула Крис, когда трое пехотинцев стали разворачивать катер, чтобы погрузить его на ховеркрафт.

— Да, — заметил один из пехотинцев снаружи, — послужил он нам хорошо.

Крис усмехнулась. То, что эти ребята пехотинцы, не значит, что они не умеют разговаривать. Просто… они пехотинцы.

Путь обратно к кораблю занял больше времени. Когда они увидели «Тайфун», грузовой люк уже был открыт, так что катера отправились прямиком в десантный отсек. Там с тестером в руке уже поджидал Томми.

— Готов препарировать этот кусок дерьма? — поинтересовалась Крис, выбравшись из ховеркрафта.

— Нет, — ответил Томми и кивнул на распахнутую внешнюю створку, — решил подышать свежим воздухом. — Потом махнул тестером. — Какой из них твой?

Крис показала, потом, дождавшись, как пехотинцы покинут отсек, сняла скафандр. Томми приступил к работе. Избавившись от скафандра, Крис захотелось в душ, но понятия не имела, где он сейчас, в этом перестроенном корабле. Натянув повседневную форму цвета хаки, посмотрела на катер и увидела, как Томми машет ей рукой из салона.

— Что скажешь о комлинке? — спросила она.

— Мое сердце остановилось, когда он вышел из строя, — сказал Томми.

Неуверенная, особенность ли это санта-марианского языка или банальное заигрывание, Крис решила проигнорировать реплику.

— Нет отзыва комлинка, — продолжил Томми. — Субподрядчик взял партию запчастей и не проверил их, так же как и подрядчик. Но они проходили проверку раньше. По крайней мере, так утверждают документы. Дай-ка, посмотрю.

Он снял крышку панели, обнажая внутренности видимых частей приборов. Крис даже не понадобился волшебный тестер Томми, чтобы обнаружить проблему. Вытащенная им печатная плата превратилась в сожженный пластик.

— Есть какой-нибудь способ узнать, нам так повезло или кто-то с ней повозился? — спросила Крис, дав полную волю паранойе, которой заразилась когда еще сидела на отцовских коленях.

— Кому понадобилось с ним возиться? — Томми покосился на Крис. — Взяли со склада первый попавшийся и поставили.

Крис вздохнула. Она смотрела на сгоревшую деталь и пыталась понять, что видит. Неужели только случайное распределение запасных частей чуть не убило ее вместе с другими пехотинцами? Зато другие части катера их спасли.

— О чем думаешь? — спросил Томми, устраиваясь рядом с ней.

— Нужно поговорить с отрядом, — сказала Крис словно в пустоту. — В куче книг описываются разборы полетов, разговоры друг с другом, если что-то случается. Якобы, это смягчает посттравматический стресс. Думаю, наш случай можно отнести к такому.

— Бабушка Чин и предки с тобой согласились бы, — кивнул Томми.

— Дело в том, что я чувствую себя немного напряженно. Очень скоро встречусь с отцом и, наверное, у нас с ним состоится долгий разговор о практике правительственных закупок, — сказала Крис и тут же ее посетила мысль: — Если эта проклятая штуковина не отзывалась, почему ее не заменили?

— Запчастей не было. Нам обещали новую поставку через три дня, а мы стартовали через два.

— Как удачно, правда? Знаешь, Томми, мне нужно что-то сделать, чтобы изменять свою удачу. Есть предложения?

— Пробовала оставлять маленькому народу молоко?

— Думаю, я лучше сама выпью пива, — пробормотала Крис. — Пойдет разливное любой марки.

— Мне повезло, — усмехнулся сидевший рядом с ней гном.

Прежде, чем Крис успела сказать что-то еще, у обоих ожил личный комлинк, настойчиво, офицерским сигналом, так что проигнорировать его не удалось бы. Капитан Торп до сих пор придерживался устаревших понятий о флотских приличиях и стимулах.

Крис и Томми одновременно активировали личные комлинки, так что выслушали сообщение в своеобразном стерео-режиме.

— Генеральный Управляющий Секуима просит всех судовых офицеров прибыть на прием в его резиденцию в семнадцать ноль-ноль по местному времени. Униформа парадная белая.

Крис вздохнула, решив, что такая постановка вопроса ей не нравится, и отправилась на поиски своей каюты. Если осталось хоть немного удачи, ее белая форма будет выглядеть не слишком плохо после того, как капитан Торп трансформировал корабль. Так или иначе, Крис подозревала, что сегодня ее удача с самого утра была занята где-то в другом месте.

Глава 5

Крис оказалась права. Хоть ее шкафчик с гардеробом и умудрился попасть в каюту, которую в трансформировавшемся корабле она стала делить со старшиной Бо, она понятия не имела, куда подевались стол и сейф. Стоило надеяться, что когда корабль вернется на орбиту и трансформируется обратно, все вернется на место. Как и следовало ожидать, парадная форма выглядела так, словно ее протащили через мясорубку.

— Девочки приспособились гладиться в основном зале, — сказала старшина Бо, наблюдая, как Крис рассматривает кучу тряпья, в которую превратился парадный китель.

В нормальной конфигурации судна Крис и Бо занимали отдельные каюты в противоположных концах «Храма», пространства, где на космофлотских кораблях живут «рудиментарные девственницы». То была чья-то светлая мысль, попытка оградить служащих женщин от самцов мужчин в свободное от службы время. Крис предположила, что способ работал: ее ни разу не озадачивали ловлей мужчин, убегающих из жилого отсека для женщин, где те проживали по двое в каютах или, чаще, по одной, когда «Тайфун» находился не в боевой конфигурации. А сейчас, когда команда на боевом посту, Крис не чувствовала необходимости покашливать перед тем, как войти на территорию, предназначенную для женщин. Гладильную установку Крис нашла сразу и, не обращая внимания на театральное смятение и потрясение нескольких курсанток, что Лонгнайф сама гладит свое обмундирование, Крис быстро привела форму в порядок.

В четыре тридцать она вышла из корабля и присоединилась к еще девяти корабельным офицерам у ряда машин, стоявших в громоздкой тени «Тайфуна», прибывших специально, чтобы отвезти их на прием. Капитан со старшим помощником заняли места в лимузине, Крис и Томми погрузились в один из внедорожников.

У резиденции Генерального управляющего, прежде чем войти в переполненный зал, обшитый деревянными панелями и освещенный несколькими хрустальными люстрами, что было естественным на Вардхейвене, но никак не в этом новом, развивающемся мире, офицеры выстроились согласно звания. Капитан Торп, в белом кителе, украшенном рядами медалей, повел офицеров к официальной линии приема мимо мужчин в строгих официальных костюмах и женщин в платьях до пола из прошлогодней парижской коллекции. Как самые младшие офицеры на корабле, Крис и Томми не рассчитывали на какое-то к себе внимание. Так и было, только длилось не долго.

— Лонгнайф? Крис Лонгнайф? Это ведь ты была в том катере сегодня утром?

Крис оглянулась на голос и увидела незнакомого молодого человека. Тот, в темно-бордовом смокинге и двумя бокалами в руках, направлялся прямиком к ней. Выглядел смутно знакомым.

— Не узнала меня? — просиял он.

Воспитанная в политическом духе, где любой — твой лучший друг, по крайней мере, до тех пор, пока за ним не закроется дверь, у Крис накопилось достаточно опыта, взятого из наблюдений за папой и мамой, изображающих вечную дружбу.

— Давно не виделись, — сказала она, принимая предложенный бокал.

— Эй, Анита, Джим, вы должны встретиться с этой девушкой. Идите сюда. Эдит, когда рассказывала о женщине, спасшей ее, должно быть, говорила о ней.

Зов прозвучал как раз в то время, когда у принимающей линии капитан Торп протягивал руку для пожатия Генеральным управляющим. Оставив ладонь шкипера висеть в воздухе, мужчина и женщина тут же развернулись и направились к Крис, а за ними, в шаге позади, их многочисленная свита.

— Вы та женщина, спасшая мою Эдит? — За золотыми блестками на стального цвета платье и шляпке Крис еле узнала женщину, бежавшую сегодня утром, поскальзываясь в грязи, навстречу своему ребенку.

— Я возглавляла наземный штурмовой отряд, — ответила Крис, пытаясь не позволять себе перешагивать на территорию ответственности общего управления операцией, которой руководил капитан Торп.

— Я ведь говорил вам, что так на катере может летать только Лонгнайф? — снова заговорил неопознанный друг Крис. — В колледже она меня пару лет заставляла попыхтеть. Я в любом месте узнаю эти плавные изгибы полета. Еще бы, я ведь изучал их чуть не каждую ночь. Не могу не сказать, как я рад тебя снова видеть.

Под таким зонтиком словесной болтовни мать девочки нашла момент представиться как Анита Свенсон, жена Джима Свенсона, Генерального управляющего Секуима и сестра неумолкающей сороки. Она послала слугу, чтобы тот разбудил Эдит, которая в знак протеста, что ей не разрешили присутствовать на вечеринке, легла спать пораньше.

Капитан Торп наблюдал за всем, встав почти вплотную к Джиму Свенсону, едва не касаясь его напудренного синего смокинга. Увидев, как краснеет шея капитана, Крис сделала то, что, возможно, спасет ее от гнева Торпа и, может быть, он не вспомнит о конфузе ближайшую неделю, месяц, а то и год.

— Генеральный Управляющий, позвольте представить капитана Торпа, командира корабля, чей экипаж спас вашу дочь.

Джим Свенсон тут же развернулся к капитану и протянул ладонь для рукопожатия.

— Я хочу, чтобы вы знали, как лидер колонии Секуима, я рекомендую мисс Лонгнайф на вручение медали «За летные заслуги». Сам я не поклонник гонок на яликах, как Боб, брат жены, но хочу, чтобы вы знали, что я ни разу в жизни не видел такого мастерства, какое продемонстрировала сегодня утром эта девушка.

Крис нервно осмотрелась в поисках укромного местечка, где можно было бы спрятаться от всего этого. Мистер Свенсон говорил точь-в-точь как один из тех политиков, решивших, что достаточно знает о военных и, в результате, делают жизнь невыносимой тому, о ком проявили интерес.

— Мы смотрели за всем по безопасной связи, что вы нам предоставили, капитан. Я чуть дышать не перестал, когда катер начал падать. И когда он стал выделывать все эти петли, даже я могу сказать: топлива это съело массу. Сколько его осталось после приземления?

— Мой старший помощник изучит ситуацию с топливом на десантном катере, — сказал капитан, подчеркнув, что десантный катер не гоночный ялик. — Мастерство энсина Лонгнайф будет по достоинству оценено, — продолжил шкипер, сделав кивок в сторону Крис, — в лучших традициях Космофлота. Тем не менее, господин Свенсон, о медали «За летные заслуги» и речи быть не может. Это боевая медаль, сэр.

— Разве бандиты не были тяжело вооружены, и разве Космофлоту не приходилось раньше с таким сталкиваться? — сухо заметил Свенсон.

— Похоже на то, сэр, но мы ведь прибыли сюда для поддержки ваших полицейских, а не для военной операции.

Крис, привыкшая к манере разговора капитана, давно поняла, что его, как бетонную стену, не прошибешь. В этом он похож на тех нескольких военных, с кем у папы разговор обычно складывается неудачно. Текущий разговор имеет все подобные признаки.

— Капитан Торп, уверен, что как капитан «Летнего Утреннего Бриза» вы с удовольствием согласитесь заполучить на борт члена экипажа с рекомендацией на медаль от высшего политического деятеля быстро развивающейся колонии.

О, парень. Крис метнула взгляд туда, где ей захотелось немедленно спрятаться. Как дочери премьер-министра, ей было интересно наблюдать за разговором, но как младшему офицеру в центре внимания, становилось больше чем неловко.

Корабль, разместившийся в космопорту, может быстро ответить и на позывной «Летний Утренний Бриз», данный политиками, профинансировавшими его строительство, но в боевой обстановке корабль становился «Тайфуном», с именем, присвоенным ему капитаном, командующим кораблем. Крис слышала, как новички в экипаже называют корабль и так, и эдак, но они не в счет. Зато она однажды услышала, как отец, после долгой и упорной борьбы за бюджет, сказал, что он готов назвать корабль как угодно, хоть «Теплым, Пушистым Коалой», лишь бы получить голоса и нужное финансирование на его строительство. То, как офицеры Космофлота называют корабль между собой, как только завладеют им, их чертово личное дело.

Хватило пары неприятных инцидентов, прежде чем премьер-министр научился тщательно отслеживать, с кем разговаривает и, смотря что за собеседник, соответствующе называть корабль.

Приобретение такого опыта у господина Свенсона было еще впереди.

— Это она? Это ее солдаты пришли за мной?

Крис увидела крошечную фигуру в белой сорочке с розовыми лентами, стоящую у входа в зал. Большие голубые глаза, только на этот раз они не были красными от слез. Чистое, вымытое лицо, ангельское, такое может быть только у шестилетнего ребенка. На буксире Эдит волокла плюшевого медвежонка. Ее мама присела, чтобы взять девочку, но та метнулась прямиком к Крис.

Поспешно вручив нетронутый бокал Томми, Крис присела и подхватила ребенка. Эдит обняла Крис, и это стоило дороже всех медалей Космофлота, что когда-либо штамповали.

— У вас красивая девочка, — сказала Крис, обратившись к чете Свенсон. — Я с удовольствием провела операцию, чтобы вернуть ее вам. И, уверена, что не ошибусь, сказав то же самое от имени космических пехотинцев и экипажа корабля, что это честь и радость видеть ее в семье.

Речь вызвала единодушный шквал аплодисментов, напугавших Эдит так, что она тут же шмыгнула на руки матери.

— Если бы все ужасные вещи заканчивались так же счастливо, — негромко сказала Анита Свенсон и тут же побледнела. — Вы ведь Кристина Лонгнайф. Вы потеряли… О, извините, мне очень жаль.

Дыхание выбило из груди Крис так, словно ее со всей силы ударили коленом в живот. Это с другими людьми и их болью легко общаться. Благодаря отцу, Крис и в этом имела много опыта. Но общаться с людьми, которые думают, что знают, какую боль ты пережила было ой как непросто. Взяв себя в руки, сохранив спокойное лицо, что оказалось нелегко, Крис кивнула.

— Да, мэм, я Кристина Лонгнайф, и очень рада, что тяжелое испытание для вашей семьи закончилось благополучно, в отличие от моей.

От этих слов Анита, казалось, растерялась, но вмешался ее муж.

— Думаю, мы все заслужили ужин. Если Эдит готова создать компанию мисс Лилли Уайт, Нурсе уложит ее спать, а все остальное мы обсудим за столом.

Также волнисто, мимо всех, как пришла, Эдит ушла из зала. Крис извинилась, сказав, что ей необходимо посетить дамскую комнату. Выход наружу обнаружился неподалеку, им Крис и воспользовалась. На улице дул теплый ветерок, но, все же, он остудил ее после жаркого зала особняка Генерального Управляющего. Сложив руки на груди, Крис отчаянно боролась, чтобы не распахнуть мундир, подставив ветерку обнаженную грудь. Все эти эмоции.

Однажды Джудит сформулировала такое состояние: Узнай драконов, что приходят к тебе из темноты. Если хочешь, дай им имена, но познакомься с каждым из них. Некоторых из этих драконов Крис знала. Одним из них был капитан.

Капитану нужен корабль и власть, которую тот ему дает. Ему нужен контроль над своим доменом. Если бы он не выбрал путь служаки Космофлота, стал бы генеральным директором какой-нибудь корпорации, а может, главой собственного бизнеса. Но он выбрал Космофлот, поэтому делал все то, что считает важным и имеет значение.

Крис также понимала Свенсона. Он строит Новый Мир. Люди оценивают его за то, что он делает. Может быть, когда-нибудь, они даже поставят ему памятник в столице за то, что он вывел планету на должный уровень и присоединил ее к Человеческому Сообществу.

Капитан и Генеральный Управляющий — Весьма Важные Персоны и Крис часто наблюдала, как отец, отбрасывая в сторону амбиции и нелюбовь, просит помощи. Да, Крис знает, что большие люди частенько могут сделать очень мало.

Так почему же она вступила в ряды Космофлота, где такие, как капитан Торп, могут приказать ей рисковать жизнью, пользуясь при этом второсортным оборудованием при спасении дочери Джима Свенсона? Разве только из-за того, что тот не способен экипировать собственную полицию достаточно хорошо, чтобы сделать эту работу?

Потому что сегодня я смогла сделать то, что не смогла, когда мне было десять. Сегодня мне удалось спасти Эдит. Если бы только удалось сейчас быть там, чтобы спасти Эдди.

Но ее сегодняшней там не было. И она до сих пор терзалась чувством вины из-за потери брата. Что бы ни делала с тех пор, она жива, а мальчик, о котором должна была заботиться, мертв.

Скрип двери выдернул Крис из слишком знакомого круга самобичевания. Из-за двери высунулась голова Томми.

— Так и думал, что найду тебя здесь. Тебе стоит вернуться, хозяева уже рассаживают нас и, уверен, ты не хочешь опоздать.

— Я уже раз за сегодня накосячила. Думаю, что-нибудь стоит оставить и на завтра.

— По моим подсчетам сегодня у тебя два косяка. И да, маленький народец советует приберечь остальное на завтра.

Крис улыбнулась, запутавшись в мифологии Томми, и проскользнула в дом, присоединившись к гостям до того, как ее отсутствие стало заметно. Место оказалось на дальней стороне стола от головы, хотя Бобу, брату жены Джима Свенсона, каким-то образом удалось усесться рядом с ней. В результате на этой стороне стола основной темой разговора стали гонки на яликах. Крис обнаружила, что если себя правильно вести, можно меньше говорить самой. Соседство с говоруном имеет свое преимущество.

Когда трапеза уже подходила к концу, капитану принесли конверт с сообщением. Офицеры замолчали, наверняка там что-то важное, что требует от капитана вдумчивого изучения. При этом гражданские только усилили разговоры между собой. Капитан Торп расписался в получении сообщения, после чего забрал конверт. В свое время он озвучит полученную информацию.

Мистер Свенсон не успел в очередной раз встать, чтобы произнести хвалебную речь в адрес экипажа «Тайфуна», как капитан Торп попросил слова.

— «Тайфуну» приказано вернуться на базу, — оглядев зал, сухо сказал он. — Из-за отказа Президента и Сената принять резолюцию по бюджету, всем кораблям Шестой Штурмовой эскадрильи предписано прибыть на место дислокации и провести там три месяца. Офицеры переводятся на половинное довольствие. Отказы в продлении контракта, поданные в ближайшие девяносто дней, будут рассмотрены немедленно. С сожалением должен сказать, что все просьбы перезаключить контракт также будут отклонены. Распоряжение исходит с самого высокого уровня. «Тайфун» стартует завтра в шесть ноль-ноль по местному времени.

Закончив объявление, капитан сел на место.

— Невозможно, — возмутился мистер Свенсон. — Сенат и Президент договорились о полном обеспечении Космофлота. Именно так меня информировали мои источники на Земле.

На этот раз капитан не встал, но, когда заговорил, его командный голос был громко слышен в самых дальних уголках зала.

— Вы правы, сэр, ваша информация частично правдива. Вместе с тем, чтобы финансировать все затраты, потребуется увеличить налогообложение. Кольцо получило от Сената распоряжение так и сделать, но Президент Земли наложил вето. В то время как мы можем подавать сколько угодно заявок для функционирования флота, казне не хватит денег расплатиться за все. Вместо того чтобы откладывать платежи до следующего года, департамент Космофлота приказывает кораблям вернуться на базу, — капитан Торп сделал небольшую паузу, прежде, чем добавить: — Радуйтесь, что вашу дочь похитили в этом месяце. Через пару дней не нашлось бы ни одного корабля вам на помощь.

Мистер Свенсон отшатнулся, словно в него попал своенравный астероид. Капитан был не совсем прав — для экстренной деятельности дополнительное финансирование выделялось всегда. На самом деле Космофлот всегда финансировали чуть больше, чем необходимо, но Крис решила не поправлять капитана.

Через десять минут капитан Торп попросил у хозяйки разрешения отбыть и офицеры «Тайфуна» мигом покинули свои места. Не успела Крис закрыть дверь, как среди оставшихся гражданских разразилась буря разговоров. Крис легко представила тему.

— Энсин, одну минуту, — остановил Крис старпом, не успела та ступить на борт корабля.

Крис остановилась. Старпом молчал до тех пор, пока остальные офицеры не разошлись.

— Капитан Торп направил рекомендацию о получении вами медали Космофлота за сегодняшнюю спасательную операцию. Свенсон был достаточно любезен, предоставив нам копию своей рекомендации.

Крис кивнула, но старпом, похоже, еще не закончил. Он уставился на далекие огни Порта Соунстона, самого крупного города Секуима.

— Я слышал, Секуим пытается выбить у Вардхейвена финансирование на открытие новых шахт в поясе астероидов. Им необходимо хорошо себя преподнести и у них такая возможность появилась, наградив своей гребаной медалью дочку премьер-министра Вардхейвена.

Сказал, как плюнул.

— Да, сэр, — все, что удалось пробормотать в ответ Крис, ошеломленной ненавистью в голосе старпома.

Она рисковала головой, чтобы спасти девочку вовсе не из-за медали, но все, что видят окружающие — она одна из тех самых Лонгнайф.

Старпом резко развернулся и ушел, а Крис побрела, спотыкаясь, по незнакомым коридорам корабля в поисках своей каюты. Добравшись до нее, она ввалилась внутрь, с силой захлопнула дверь и пару раз треснула по ней кулаком, вымещая обиду.

— Думаю, после такого дверь некоторое время нас точно не побеспокоит, мэм, — прозвучал в темноте тихий, неторопливый голос.

Крис завертелась: темнота в каюте оказалась кромешной и она никого не увидела.

— Свет. Тусклый, — приказала она, пытаясь сдержать душившие эмоции, способные превратить слова в еле внятных хрип.

На потолке ожили светильники, бросив вокруг кучу теней. Точно, я же делю каюту со старшиной Бо.

— Извините, старшина, я забыла. Постараюсь потише. Выключить свет, — сказала Крис, скрывая себя.

— Свет, — сказала старшина и, сбросив с себя одеяло, села на койке. На изношенной пижаме отсутствуют две пуговицы, обе штанины отрезаны до колен, обнажая морщинистую желтую кожу, Крис не ожидала увидеть такого. Старшина скрестила ноги и стала похожа на старую индейскую ведунью.

— Дорогая, ты выглядишь, будто ехала верхом и под дождем, — растягивая слова, сказала маленькая, восточного вида женщина. В воздухе так и повис вопрос: не хочешь ли поговорить с тетушкой Бо? Крис было все равно, вопрос может висеть, сколько ему заблагорассудится. Она снова развернулась к своему шкафчику, за пижамой, а главное, чтобы не видеть старшину.

Шкафчика на месте не оказалось.

— Куда, черт побери, он делся? — взорвалась Крис.

— Где-то внутри корабля, это все, что я могу сказать, — тихо ответила старшина. — Знаете, мэм, думаю, им еще не вполне удается как следует трансформировать корабль в полете. По крайней мере, в планетарной атмосфере мы такого еще не делали.

Крис пнула пяткой по ящику под койкой в надежде, что тот откроется. Без особого рвения.

— На самом деле, во время трансформации все это не должно убираться далеко, — сказала она и добавила: — Разве не так?

— В Космофлоте существуют свои истории. Старослужащие любят пересказывать их новичкам. Вполне возможно, сегодня появится еще одна история, рассказывающая об одном новичке энсине, отправившейся на операцию, спасшей отряд от гибели во взбунтовавшемся катере, проведшей отряд по минному полю, вопреки планам, придуманном капитаном и сержантом. Хорошая история. Так скажите, почему после всего этого вы выглядите так, словно кто-то у вас украл маленького щенка?

— Старпом сказал, что шкипер подал рекомендацию о награждении меня медалью Космофлота.

— Черт, дорогуша, на корабле об этом все уже давно знают. Шкипер сделал это, еще не успела закончиться операция.

— Значит, он сделал это не потому, что Генеральный Управляющий Секуима решил сделать то же самое?

— Нет, мэм.

— Тогда почему старпом… — начала Крис и остановилась. Никогда не задавай вопросов, если уже знаешь ответ. Правило премьер-министра номер один.

— Думаю, старпом наезжает на вас из-за того же, из-за чего и капитан. Он хочет знать, из какого теста вы слеплены.

Наконец, нижний ящик от очередного удара открылся, но он оказался перевернут, и все нижнее белье каскадом рухнуло на пол. Крис вытащила из кучи спортивные шорты и рубашку, сохранившуюся еще с колледжа, быстро переоделась и немного помучилась, запихивая белье обратно в ящик. Схватив зубную щетку, она подошла к раковине. Старшина все это время наблюдала за ней.

— Почему вы здесь? Если не возражаете за вопрос, мэм.

— Я хотела сделать что-то хорошее, — ответила Крис, выдавливая на щетку пасту из тюбика. — Думаю, сегодня я это сделала, — добавила она и принялась чистить зубы, обрывая дальнейшую дискуссию.

— Моя сестра тоже хотела делать хорошее. Она вступила в Армию Спасения. Если вы не заметили, сегодня, сделав доброе дело для маленькой девочки, вы, одновременно, сделали плохо тем парням, что похитили ее.

— Они заслужили. — Крис зло сплюнула остатки пасты.

— Правильно, ведь вы из тех самых Лонгнайф. Но, поверьте, дорогая моя, плохие парни не всегда такие плохие, как выглядят. Космофлот стреляет туда, куда укажут, не задавая вопросов и не ища ответов. Политики, вроде вашего отца, показывают нам цель. Вы уверены, что хотите находиться здесь, на острие копья, среди нас, босяков?

— Я же здесь, — прополоскав рот, буркнула Крис.

— Так же, как и остальные девушки в соседних каютах. Некоторые из них попали сюда, сбежав из дома, сбежав от пап и мам. Некоторые сбежали от брака или скрываются от закона. Есть двое, решившие заработать на учебу в колледже. В своих семьях они будут первыми, получившими достойное образование. Каждая из этих девушек знает, почему завербовалась в Космофлот. Почему это сделали вы?

— Я уже сказала, чтобы делать хорошие дела, — отрезала Крис.

— И? — Старшина Бо, похоже, не собиралась просто так сдаваться.

— Поверите, если скажу, что тоже хотела сбежать из дома?

— Возможно. — Старшина в недоумении приподняла бровь.

— Блин, нет, я не какой-то бедный маленький ребенок из богатой семьи, завербовавшийся во флот, чтобы получить немного внимания. Видит Бог, я и была все это время в центре их внимания. У меня было внимание премьер-министра и первой леди. Именно из-за этого я и ушла в Космофлот. Чтобы найти свое место. Чтобы хоть немного вздохнуть. Достаточно хорошая причина завербоваться в этот проклятый флот?

— Возможно, — сказала старшина Бо, и расправила одеяло. — Причина достаточно хорошая, чтобы завербоваться, но не достаточная, чтобы остаться. Дайте мне знать, когда выясните, почему решили остаться в Космофлоте.

— А почему ты здесь? — огрызнулась Крис.

— Нравится беседовать с девушками поздно ночью, особенно с молодыми офицерами. Выключить свет.

В темноте Крис услышала, как укладывается старшина, а через мгновение уже сопит, оставив ее в одиночестве обдумывать произошедшее за сегодняшний день, более полнокровный, чем большинство месяцев, проведенных дома. Крис попыталась разложить по полочкам все, что произошло за последние тридцать часов, но быстро обнаружила, что мозг хочет просто отдохнуть. Крис постаралась успокоиться, задышала глубже и меньше чем через секунду крепко уснула.

Глава 6

«Тайфун» стартовал в шесть ноль-ноль. Ровно в семь, когда часть экипажа завтракала, старпом перевел корабль из режима «Атмосферный челнок / Планетарный шаттл» обратно в режим «Быстрый полет / Не боевой». Крис поднялась на мостик как раз к началу отчетов об успехах и неудачах, сыпавшимися из системы корабельной связи.

Когда корабль класса «Камикадзе» переходит в не боевой режим, он становится вполне неплохим лайнером. Толстая броня корпуса, предназначенная для боя, распыляется по всему кораблю, внутри появляются просторные коридоры и рабочие кабинеты. Мостик становится больше, в нем даже страдающий от клаустрофобии может чувствовать себя хорошо. У каждого офицера появляется свой отдельный кабинет.

Старпом изучал инструкцию по трансформации корабля из одного режима в другой. Его сейчас лучше не беспокоить, потому что реконфигурация сработала не совсем так, как обещала инструкция. В результате Крис получила задание выяснить, что пропущено в инструкции. Как специалист оборонительной системы, она знала, как в бою нужно перемещать броню, чтобы компенсировать ущерб. В результате на «Тайфуне» Крис оказалась единственной из действующих офицеров и шестидесяти членов экипажа, ответственной за перемещения своенравных шкафчиков, тумбочек, ящиков с инструментами и прочим. Большую часть полета к базе Шестой Эскадрильи на Высокой Камбрии Крис пыталась вернуть шкафчики, тумбочки и ящики туда, где они должны быть. На девяносто пять процентов все работало, как описывали конструкторы корабля. Крис работала по шестнадцать часов в сутки, чтобы выяснить, что не так с оставшимися пятью процентами.

Такая работа дала свои преимущества. Во взглядах экипажа появилось уважение, особенно когда Крис могла ответить, куда запропастилось то или это.

Немало она слышала и слов благодарности. Все благодарили за то, что она делала прямо сейчас. За то, что нашла и вернула на место ящик 73,2 или двадцать третий шкафчик с инструментами. Крис провела пять попыток и все оказались неудачными. Некоторые вещи упорно не хотели возвращаться на указанное место. В конце концов, Крис обнаружила, куда пропадают шкафчики и ящики из тех самых неработающих пяти процентов, удалила их из системы и заново ввела нужные координаты. Когда Крис закончила работу, ей показалось, корабль вздрогнул и тихо, облегченно вздохнул. Похоже, у него, вроде как даже настроение поднялось.

— Надеюсь, — пробормотала про себя Крис, но так, чтобы услышали офицеры на мостике, — в ближайшее время нам не придется снова трансформировать корабль.

Капитан Торп посмотрел на старпома и выгнул бровь.

— Я следовал инструкциям, описанным в руководстве, — защищаясь, воскликнул тот. — Ты же сам смотрел на все через мое плечо.

— Было дело, — усмехнулся капитан и, не убирая улыбки, посмотрел на Крис. — Все верно, энсин, в ближайшем будущем мы постараемся избегать подобных упражнений. Вы же, энсин, прежде чем отправиться в отпуск, составьте отчет и передайте его мне, а я перенаправлю его командору Сэмпсону. Пусть развлечется и подумает, как объяснить все это.

Люди на мостике заулыбались, оценив шутку шкипера. Крис, наконец, удалось увидеть, как улыбается капитан. Ну, она, все же, энсин, член экипажа.

Потом они прибыли на базу, и корабль ушел в док на стоянку. Все офицеры, за исключением капитана, перешли на половинное довольствие. Следующие три месяца они могли покинуть корабль в любое время или же остаться на нем, общаясь только между собой. Четыре офицера предпочли именно так и сделать. У шести младших офицеров, включая Крис и Томми, выбор оказался чуть богаче. Они могли покинуть корабль на весь срок или только на первые шесть недель, а следующие шесть дежурить лишь за еду и кров. В любом случае им нужно оставить координаты, чтобы Космофлот, в случае экстренной ситуации, мог с ними связаться.

Крис нашла Томми за изучением полетов в поисках билета подешевле к себе домой.

— Мы, санта-марианцы, всегда знали, что живем не в том крае Нигде. С этими маршрутами я попаду домой как раз, когда нужно уже будет возвращаться.

— Завтра отправляется лайнер прямиком на Вардхейвен. Мы доберемся туда за четыре дня.

— И что я буду делать на Вардхейвене?

— Составишь мне компанию. Расскажешь моей маме, что в операции, за которую мне вручают медаль, не было ничего опасного. Ну, ты знаешь. Окажешь моральную поддержку.

— И она мне поверит? — рассмеялся Томми.

— Больше, чем мне.

Так и решили. Они проскочили на борт роскошного «Стремительного Ахиллеса» за десять минут до отстыковки. Пришло время заканчивать делить крышу над головой с другими младшими офицерами. Круизное судно как никакое другое подходит для серьезного отдыха. Так думала Крис, но ошиблась.

На следующее утро, отправившись завтракать в ресторан, она в буквальном смысле врезалась в коммодора Сэмпсона, командира Шестой Штурмовой Эскадрильи. Он посмотрел на нее, как на что-то реально отвратительное, только что выползшее из-под скалы. Впрочем, Крис успела привыкнуть к такому отношению. Даже без формы она вытянулась в струнку и выпалила:

— Доброе утро, сэр.

— Энсин Лонгнайф, не так ли? — прогрохотал офицер.

— Так точно.

— Мне показался интересным ваш доклад об «умном металле». Судоверфи вашего дедушки найдут его весьма информативным.

— Да, сэр, — ответила Крис и, обогнув коммодора, отправилась в дальний конец зала, где болтались обычные пассажиры лайнера. Следующие четверо суток она делала все возможное, чтобы не столкнуться с коммодором.

Как только «Стремительный Ахиллес» подошел к станции «Верхний Вардхейвен», Крис дала задание Нелли позаботиться о багаже. Ей хотелось быть налегке, когда вместе с Томми поспешит к челночному отсеку. Ей совершенно не нравилось на этой станции. Информационная система у входа сообщила, что несколько челноков не работают из-за каких-то там ошибок. Значит, не только в Космофлоте существуют проблемы с контролем качества. Выбрав челнок из доступных, Крис и Томми приобрели билеты подешевле, четвертого класса, откуда могли видеть Вардхейвен во всей красе по мере того, как будут лететь к нему.

Как только челнок вылетел, в салоне раздались ахи и охи пассажиров, увидевших планету на расстоянии сорока четырех тысяч километров. Крис обнаружила, что в ее глазах появились слезы. Всего четыре месяца назад она не хотела видеть Вардхейвен, кажется, никогда. Сегодня же это было самое красивое место в галактике. Белые облака разбросаны над голубыми океанами, на материках зеленые и коричневые области, есть даже большое желтое пятно — огромная пустыня.

— Выглядит как Санта-Мария, — заметил Томми, выглядывающий в тот же иллюминатор, что и Крис, — но не настолько красиво.

У всех людей в обитаемом космосе возникают те же чувства при виде родной планеты?

На маршевом участке челнок начал притормаживать. Наплевав на осторожность, Крис перегнулась через подлокотник, высматривая через иллюминатор знакомые места. Компьютерный голос предложил занять свои места и пристегнуться, но Крис не обратила на него никакого внимания. Она увидела свой дом. Изогнутый берег бухты Лэндер. Барьерные острова сделали это место на экваторе идеальным для взлетно-посадочной полосы космических аппаратов. Олд Мисс, широкая, длинная река, впадающая в бухту, пересекала весь южный континент. На ее берегу и был построен город Вардхейвен. Река дала возможность торговать поначалу на планетарном уровне, а потом и вовсе на космическом.

— Что это за шпиль? — поинтересовался Томми.

— Башня дедушки Алекса, — ответила Крис. — Он хвастался, что с низкой орбиты можно разглядеть его самого, сидящего на верхушке шпиля. Большинство заводов на планете основал пра-пра-пра-не-помню-сколько-раз-дедушка Нуу. У нас еще есть кусок земли к востоку от реки и югу от города. Он превратил все это в гигантский офисный и жилой комплекс, но большая часть площади отдана паркам.

— И ты владеешь всем этим?

— Владеет моя семья. Я здесь ни при чем.

— Да, точно, — сказал Томми так, что стало ясно — Крис его не убедила.

Крис подавила вздох — из-за этого она уже потеряла много друзей. Но, все же, попыталась привлечь его внимание.

— Видишь озеро рядом с городом? Как-то у нас был парусник. Хонови, мой старший брат, Эдди и я ходили по нему под парусом. Если бы было возможно, мы бы все время проводили там. Когда-нибудь плавал под парусом?

Крис произнесла имя Эдди. И ничего не произошло. Сердце кровью не облилось. Может, после того, как спасла Эдит, она сможет спокойнее переносить воспоминания об Эдди?

— Тот бассейн над головой в учебке был первым местом, где я увидел много воды, — напомнил Томми.

Когда до станции осталось километров сто, город предстал перед пассажирами во всей красе. Крис заметила, что он успел расшириться с тех пор, как она впервые прокатилась вместе с дедушкой Троублом на ялике, заняв почти весь берег бухты. Ну, последние восемь лет отец только и делает, что работает на процветание своего мира. Что хорошо для Вардхейвена, хорошо и для избирательной кампании.

Челнок содрогнулся — это включились тормоза. Аппарат сбрасывал скорость перед тем, как влететь на станцию. Не успел челнок занять место на стоянке, пассажиры отстегнули ремни безопасности и рванули к выходу, занимая очередь в багажный отсек еще до того, как бортовой компьютер объявил о возможности покинуть места. Крис не спешила. Несмотря на то, что Нелли успела подсоединиться к системе и обменяться сообщениями, не было никого, кто встретил бы ее на Верхнем Вардхейвене. Она сомневалась, что кто-то встретит ее и там, внизу.

Когда они с Томми подошли к багажному отделению и стали искать свои сумки, на плечо Крис неожиданно легла чья-то ладонь. Крис обернулась и ликующе вскрикнула:

— Дядя Харви!

Она обняла старого шофера и чмокнула его в щеку со шрамом. Потребовалось некоторое усилие, чтобы припомнить, что он был моложе, чем сейчас Крис, когда после одного из сражений его признали инвалидом и приняли, как он сам выражался, на плюшевую работу в дом Нуу. Для Крис он всегда остается старым дядей Харви. Он всегда принимал участие в качестве зрителя на ее футбольных матчах, спектаклях и других мероприятиях, куда должна была ходить маленькая девочка. И он оставался с ней, чтобы купить мороженого, празднуя победу или сгладить горечь поражения. Они вместе прошли через историю с Эдди. Дядя Харви был единственным человеком, с кем Крис делилась мечтами и ужасами, начинающимися с «Если бы у меня был…» И, в качестве ответа обнаруживала, что не одинока в своих мыслях.

— Где мама с папой? — спросила Крис.

— Ну, ты же понимаешь: если бы они не были заняты, они не были бы такими важными людьми, — ответил дядя Харви, подхватывая сумку Крис. — Смотрю, ты налегке, только одна сумка. С тех пор, как ты была ниже моих коленей, я ни разу не видел, чтобы у тебя их было не меньше десятка.

— Сейчас я офицер, если ты не заметил. — Крис похлопала ладонью по форме. — Ты всегда говорил, что в армии путешествовал налегке. То же подходит и для Космофлота.

— А кто этот бедный морячок, что крутится вокруг старика и рвется побыстрее отсюда исчезнуть?

— Харви, знакомься, это энсин Томми Лянь, мой лучший друг. Мы познакомились пять месяцев назад. Он никогда не видел настоящего пляжа, потому что он с Санта-Марии. Надеюсь, хотя бы на пару недель у нас для него найдется местечко.

— Только не в резиденции, там поселили двух новых помощников. Будь я проклят, если могу сказать, что в них такого особенного. В любом случае, там нет свободных комнат. Придется поселиться в старом домике Нуу, — сказал Харви и протянул руку в сторону сумки Томми.

— Сгореть мне на месте, если седой человек вроде вас будет таскать мои сумки.

— Если найдешь хоть один седой волосок на этой лысой голове, всегда пожалуйста. Подозреваю, родители тебя воспитали лучше, чем я подозревал. — Харви и Томми обменялись улыбками. — Ну, вы, двое, внизу нас поджидает транспорт. Давайте выдвигаться.

Транспорт заставил Крис в который раз перенестись в раннее, счастливое время. Рядом с автомобилем стоял Гэри. Шесть с четвертью футов, габаритами с полузащитника. Гэри отвечал за безопасность Крис при всех ее поездках на игры, в рестораны и в другие места последние лет десять.

— Какой график у мамы? — спросила Крис, как только уселась на заднее сиденье черного лимузина. — Надеюсь, сегодня вечером у нас будет тихий, семейный ужин.

— Боюсь, ужин у твоих предков будет деловым, — сказал Харви. — У нас на повестке дня делегация пожарных со старой Земли, много говорильни, болтовни и никаких других дел. Тихий, семейный ужин запланирован только на завтра: лишь с десяток или около того персон, не считая тебя и твоего брата.

— Передай маме, что со мной будет и энсин Лянь. — И тут же, увидев волну протеста от Томми, тише добавила: — Если там не будет тебя, премьер-министр посадит рядом какого-нибудь старого развратника, или молодого, смотря чей голос ему нужен. А с тобой мы, хотя бы, можем пошутить над ними по-нашему, по Космофлотски.

Это все и решило. Крис осматривала город, проносящийся мимо них. Всюду, куда бы она ни смотрела, стояли и строились здания из камня и бетона. Красные кирпичные здания, что казались высокими, когда она была ребенком, заменены на еще более высокие, уже на взгляд взрослой женщины, здания. Да. Времена были хорошие, движение по улицам было таким же паршивым, а вот отец на выборах не рисковал проиграть. Как мало изменилось за все это время.

Когда они подъехали к старому особняку Нуу, Харви выдал байку о его становлении.

— Все началось со старого Эрни Нуу. Он построил вон тот двухэтажный блок. Сейчас там живу я. Когда появились внуки, он добавил длинное трехэтажное крыло. Потом нанял людей вроде меня и добавил новую кухню, столовую, банкетный зал и пару десятков залов и кабинетов с причудливыми портиками. Большая библиотека, вроде бы, была идеей его жены. Когда внуки подросли, он построил еще одно крыло. Кое-кто утверждает, что Эрни строил постоянно, до дня своей смерти. Люди клянутся, что до сих пор слышат, как он ходит по коридорам.

— Я никогда его не слышала, — хмуро сказала Крис.

— Ты никогда подолгу не вела себя тихо, — выдал в ответ Харви.

Гэри улыбнулся.

В машине наступила такая тишина, что, кажется, призрака можно было услышать и здесь. Крис только было собралась задать вопрос, как машина вырулила к главным воротам, перед которыми обнаружилась дюжина космических пехотинцев в полных доспехах и с оружием.

— Ты, вроде бы, говорил, что отец сейчас в рабочей резиденции.

— Так и есть, проводит встречу с пожарниками. С Санта-Марии собственной персоной явился сам генерал Троубл.

— Что происходит? — взволнованно спросил Томми.

Водитель с охранником переглянулись.

— Общие основы безопасности, сынок, — ответил Харви.

Крис и Томми пришлось пройти процедуру сканирования сетчатки глаза, чтобы доказать, что они те, за кого себя выдают. Когда машина окончательно остановилась перед крайним портиком, Крис поняла, как много прошло времени после окончания колледжа и поступления в Космофлот, когда она последний раз проходила в эту дверь. Крис подошла к ней поближе, дверь открылась — это постаралась Нелли, предупреждая ее желание. Фойе спряталось в тени, но Крис всмотрелась в пол.

На пра-пра-дедушку Нуу, похоже, накатило вдохновение, когда он строил эту секцию. Пол выложен двумя спиралями белого и черного цвета, начинающихся от стен и сливающихся в центре в плотную ракушку. Дизайн позаимствован в одном из древних соборов Земли. В детстве Крис играла с Эдди в своеобразную игру. Она шла по черным плиткам, Эдди по белым, и они всегда встречались в центре. С тех пор, как она в последний раз входила сюда, прошло много времени.

Энсин, спасший Эдит Свенсон, задалась вопросом: что она почувствует сейчас, когда войдет внутрь?

Справа расположилась большая библиотека и вход в нее охраняли еще несколько космических пехотинцев в красно-синих доспехах. Пока Крис пересекала зал по холодному, мраморному полу, она находилась в центре их внимания. Стало понятно — если приблизиться к ним хотя бы на шаг, наверняка начнут стрелять. Крис с Томми поднялись по лестнице, покрытой густым ковром, на третий этаж. Крис досталась ее старая комната, Томми — комната почти в конце коридора.

— Остальные заняты, — повинился Харви.

— Кто в них? — поинтересовалась Крис. — Их можно переселить?

— Генерал, генерал, адмирал, полковник, — ответил Харви, указывая на каждую дверь.

— Думаю, с переселением у нас ничего не получится, — согласилась Крис.

— Может, у вас найдется небольшой уголок где-нибудь на чердаке, только чтобы спальный мешок поместился? — срывающимся голосом поинтересовался Томми.

— Ты чего-то боишься, Томми?

— Ты девочка. Тебе не нужно беспокоиться о встрече с кем-нибудь из них в душе или на толчке. Мне же придется стоять навытяжку в весьма непристойном виде. Крис, это не то, что я ожидал.

Харви похлопал молодого энсина ладонью по плечу.

— Понимаю тебя, парень, сам был таким же. Только-только комиссовали из армии, еще не до конца зажили раны, и вдруг я оказался в окружении генералов. Это был шок. Но вот что я тебе скажу, сынок. Они так же, как и ты, каждый вечер ложатся спать и поднимаются каждое утро, как и мы с тобой. Так же чистят зубы такими же щетками. Мне кажется, что чем выше их положение, тем больше в них понимания к окружающим. Не скажу за всех, но наши генералы, а уж Троубл тем более, вполне хорошие люди. Если бы не так, они не появились бы здесь обсуждать, как выбраться из всей этой передряги.

— Из какой такой передряги? — спросила Крис.

— Не знаю подробностей, девочка, но если бы держал пари, я бы не поставил и земного доллара на то, что на следующий день после Дня Посадки над Правительственным домом не поднимется какой-нибудь другой флаг, вместо флага Сообщества.

— Делегирование, — одновременно прошептали Крис и Томми.

— Разве оно уже так близко? — спросила Крис.

— Спроси у премьера. А еще лучше у своих дедушек.

Крис не была уверена, что хочет встречаться с людьми, жизнь которых изучала по историческим учебникам. Кроме того, у нее были вопросы, оставшиеся от недавней миссии и сейчас явно не время встречаться с кучкой незнакомых людей, хоть и родственников, и сваливать на них свои проблемы.

— Харви, можно одолжить твою машину? Я хочу проведать тетушку Тру, проконсультироваться по одному компьютерному вопросу.

— Тру любит такие визиты, — согласился Харви. — Но зачем одалживать? Разве тебе не нравится мой стиль вождения?

— Да, дядя Харви. Но разве ты сейчас не занят?

— Если я начну торчать здесь, обо мне сразу начнут беспокоиться утренние повара, а то еще и двоюродные внуки. Миленькие мальчишки. Если я перестану двигаться, их мамаши быстро и на меня натянут подгузники. Нет уж, я предпочитаю быть за рулем.

Через пятнадцать минут Крис с Томми уселись на заднее сиденье автомобиля поменьше. Крис связалась с тетушкой Тру и та заверила, что у нее для такой гостьи время найдется всегда. Хоть она сейчас и работает над новой местной лотереей, но, поскольку продажи падают, с ней можно не спешить. Томми вопросительно посмотрел на Крис и признался, что начинает чувствовать себя неуверенно, когда вокруг нее вьются такие великие люди. Крис засмеялась и рассказала, как Тру помогала ей учить элементарную алгебру на первом курсе и как подарила первый наручный компьютер. Потом они добрались до пентхауса тетушки Тру. Он ничуточки не изменился, хотя по соседству возвышался новенький комплекс.

— Я слышал, ты говорила, что она государственный служащий в отставке, — сказал Томми.

— Так и есть. Она купила это жилище пятнадцать лет назад, выиграв в лотерею.

Томми косо посмотрел на Крис, но ничего не сказал.

— Тетушка Тру никогда бы не опустилась до обмана, — сказала Крис, пропуская Томми вперед. — Если она может выигрывать в лотерею каждый раз, почему этого не делает?

— Умная женщина знает, когда нужно остановиться, — подмигнул Харви.

Крис стало интересно, сколько всего ей сейчас, когда она стала женщиной, придется переосмыслить того, что, будучи ребенком, просто принимала на веру.

Потом дверь открылась и Крис утонула в мега-объятиях тетушки Тру. Мама никогда к ней не прикасалась и папа старался держать дистанцию, но тетушка Тру обнимала всегда. У Крис, как это обычно бывало, перехватило дыхание. Вместе с этим исчезли тяжесть в животе и сцепляющая горло железная хватка.

Потом тетушка расцепила объятья и провела гостей в гостиную с потрясающим видом на Вардхейвен. Рядом с промышленными предприятиями дедушки Нуу столицу украшали прекрасные парки и бульвары, тянущиеся вдоль берегов Олд Мисс, повторяя изгибы ее русла.

Тетушка Тру слышала, что произошло с Крис на Секуиме. Кажется, это было известно уже всему Кольцу. В сети ходили кадры безумного полета катера, которым управляла Крис и та молилась, чтобы мама их не увидела, по крайней мере, до их встречи. Тетушка вкратце поведала Крис о том, чего ей стоило, чтобы родители до поры до времени не видели этой безумной посадки. Теперь Крис знала, из-за чего вокруг глаз тетушки такие морщины и такая усталость в голосе.

Первым делом тетушка принесла травяной чай и свежевыжатый лимонный сок. Одно из правил — не начинать разговора без полезных для здоровья прохладительных напитков. Даже когда Крис безбожно употребляла алкоголь, тетушка уверяла, что глоток лимонада всяко лучше бокала бурбона. Пока тетушка отсутствовала, Крис быстро порылась в ее компьютере на предмет событий на Секуиме, а когда та вернулась, успела принять такой невинный вид, словно все это время неподвижно сидела за пустым кофейным столиком, разве что выложила на стол трофей.

— Маленький подарок для тетушки Тру? — спросила тетушка, поставив на столик поднос с напитками.

— Маленький, старый и, к сегодняшнему дню, многое повидавший, — кивнула Крис. — Больше похоже на головоломку. Ты еще увлекаешься головоломками?

— Хм, — пробормотала тетушка и, пока остальные сами себя обслуживали, бегло осмотрела трофей. Старый наручный компьютер, довольно громоздкий и тяжелый, как минимум, грамм двести, со старомодным дисплеем без возможности подсоединить хотя бы специальные очки. Тетушка попыталась его включить и не смогла. Наконец, вынесла вердикт: — Слишком старый.

— Сможешь из него хоть что-нибудь достать? — поинтересовалась Крис.

— Возможно, — пробормотала тетушка, посмотрев на пустой поднос, а потом снова на старый наручный компьютер. — Я хотела сегодня испечь печенье, но, кажется, уже не получится.

— Я могу заняться, — вскочила Крис. Когда-то тетушка научила ее всей работе на кухне, что знала сама. Не так много, но огромную кучу шоколадного печенья испечь могла, так что Крис научилась этому, можно сказать, у профессионала своего дела.

— Уговорила, — улыбнулась тетушка, хотя ее взгляд так и не оторвался от захваченного устройства.

Пока она занималась взломом, Крис, а вслед за ней и Томми, отправились в безупречную тетушкину кухню. Здесь все осталось таким же, каким оставалось многие годы: кастрюли поджидали в нижнем правом ящике рядом с плитой, в глубине кухни мука в большой банке, украшенной цветочным орнаментом и мешочек «Гирарделли», шоколадных чипсов, расположился на своем обычном месте на верхней полке кладовой. В мире так много постоянно меняется, но на кухне тетушки Тру не меняется ничего и Крис всегда находила то, что нужно, на привычном месте.

Если на свете и есть что-то способное духовно исцелить маленькую девочку… или большую девочку, если на то пошло, так это кухня, где можно испечь печенье. Крис и Томми обволокли дивные запахи. Крис подхватила ложку, облизала ее и оторвала кусок теста от большого шара, страшась, что тетушка вот-вот крикнет, чтобы она не увлекалась, а то ей ничего не останется.

Харви скромно устроился в уголке и уткнулся в планшет, проверяя странности в новостях и, находя такие, делился с остальными. Тетушка возилась с компьютером. Трофей был вскрыт, предоставив на общий обзор свои внутренности.

— Этот кусок искусственного интеллекта ведь часть расследования о похищении, произошедшего на Секуиме, не так ли? — поинтересовалась тетушка, прикрепляя провода анализатора к трофею.

— Да, — сделав паузу при смазывании противня маслом, ответила Крис. — Но, кажется, местные полицейские не совсем в нем заинтересованы. По крайней мере, никто о нем не спросил. Я подумала, что у тебя больше шансов из него вытащить хоть что-то, чем у кого-либо на Секуиме. К тому же, мы рисковали жизнью, пробираясь по минному полю, усеянному новенькими «Марк 41», которых даже у военных еще нет, а у похитителей были. Я хочу знать, откуда у них все эти технологии, — с некоторой долей отвращения, закончила Крис.

— И откуда у них столько денег на все это, — добавил Харви.

— На чем строит дело полиция Секуима? — рассеянно поинтересовалась тетушка.

— На признаниях, — доложил Харви. — Четверо уже поют не хуже профессиональных ирландских теноров в фешенебельном пабе, правда? — Он покосился на Томми.

— Громко, по крайней мере, если не так сладко, — ответил молодой энсин.

— Четверо. — Крис вновь прервала кухонные обязанности. — Мы захватили пятерых.

— У одного на следующий день после того, как вы их схватили, случился сердечный приступ, — не отрываясь от чтения новостей, сказал Харви.

— Хм, — пробормотала тетушка прежде, чем Крис поинтересовалась, кто именно занял место в гробу. — Я вошла, но, похоже, владелец компьютера был параноиком, тут все зашифровано. Выглядит, как стандартное межзвездное сообщение. Потребуется некоторое время, чтобы добраться до самого интересного. Кто такие наши похитители? — спросила тетушка у Харви.

— Официально — мелкие мошенники, — ответил Харви, пролистав несколько страниц в планшете.

— И откуда они?

Харви снова пролистал пару страниц, прежде чем ответить:

— Земля, Нью-Хейвен, Колумбия, Новый Иерусалим.

Часть Семи Сестер, первых колонизированных землянами планет. Две из семи планет, Новый Эдем и Нью-Хейвен открыты для посещения. Ямато, Колумбия, Европа и Нью-Кантон более закрытые миры с устоявшимся еще с Земли укладом жизни. Новый Иерусалим и вовсе уникальный случай… до сих пор. Пятеро мелких головорезов с Земли и трое из других сестринских миров похитили дочь Генерального Управляющего сырьевой колонии Кольца. Что заставило тетушку Тру вопросительно поднять бровь.

— Чертова шпана, — фыркнул Харви, — Они получали от правительства пособие по безработице. Хватало на еду и позволяло ничего не делать. Мерзавцы, должно быть, решили, что смогут разбогатеть, обчистив парочку миров Кольца и вернутся домой, где продолжат ничего не делать, разве что будут пожизненно развлекаться.

Крис еле скрыла удивление по поводу высказывания Харви. Она знала, что миллиарды и миллиарды людей Центральных миров не задумываются об иммиграции на миры Кольца. Крис эту ситуацию даже в колледже изучала. И не сказать, что Земля и Семь Сестер — государства всеобщего благосостояния, где каждый человек из миллиардов используется в полной мере, что можно ожидать от зрелой экономики. В том, что эти миры погружены в себя, возможно, есть немного самодовольства и чуть больше декадентства. Не та смесь, чтобы обращать внимание на Кольцо миров. Добавить инцидент на Секуиме, и ошибочное убеждение Харви только укрепится.

— Именно так некоторые все это и воспримут. — Крис решила не спорить со старым другом.

— Восприятие — это все, — пробормотала тетушка Тру. — И сейчас… все может измениться, — улыбнувшись, закончила она и откинулась на спинку стула. — Не так уж и долго. Я хочу скопировать все это в мое новое дитя. Сэм организует и проанализирует данные, пока мы попытаемся попробовать несколько печенюшек.

Прежде, чем подняться, тетушка тихо отдала несколько команд своему персональному компьютеру.

— Им нужно немного времени, чтобы остыть, — сказала Крис и тут же шпателем соскребла с противня готовые печенья и сбросила их в тарелку. Печенья оказались липкими, с них капало, но они были вкусными. Когда-то Крис пользовалась стулом, чтобы добраться до них. Так много изменилось в ее жизни, но только не печенье тетушки Тру.

Первый десяток печенья пропал, вторая партия только-только испеклась, а третья отправилась в духовку, когда тетушке пришлось отвлечься, чтобы, приложив палец к уху, прослушать доклад Сэма. Потом она отдала личному компьютеру еще поручения, совсем забыв о следующей партии печений. Подняла голову, взгляд расфокусировался. Нахмурившись, она слушала.

— Для новостей, по-моему, подходит идеально. Слишком идеально.

Оставив печенья, Крис вытерла руки и внимательно всмотрелась в трофейный наручный компьютер. Выглядит старым, многое повидавшим, с виду стандартное устройство, которое лет пятьдесят назад мог купить любой долларов за двадцать. Крис чуть повернула трофей и увидела на задней стенке наручного компьютера пыль и грязь.

— Что за дрянь? — спросила она.

— Выглядит грязью, попадающей в твой браслет. — Харви оторвался от изучения новостей в планшете и прищурился.

— Но грязь внутри.

— Похоже, ублюдок сильно потел и никогда не чистил его. В результате все стало настолько плохо, что грязь попала внутрь. — Харви покачал головой от такой неряшливости. — Удивительно, как он до сих пор работает.

— Дай-ка посмотрю. О, тетушкины глаза уже не те. — Тетушка Тру грустно покачала головой и вышла из кухни, но через минуту вернулась с черным ящичком в руках.

По взгляду Томми можно было безошибочно сказать — он в него влюбился с первого взгляда. Тетушка поставила черный ящик рядом с трофеем и пробормотала несколько команд в свой компьютер. Из черного ящичка тут же появилось несколько крошечных волокон, устремившихся к трофейному блоку и начавших изучающе ползать по нему. Меньше чем через минуту два волокна к чему-то примкнули. Они привлекли к себе другие волокна, сплелись вместе, превратившись во вполне твердую пару проводов. Тетушка счастливо улыбнулась.

— Найдены вход и выход.

— Вход и выход чего? — нахмурилась Крис.

— В настоящий компьютер. Бедная старая тетушка Тру. Я потратила время, проникая всего лишь в ширму, предназначенную для того, чтобы отвлечь от главного. Ну, это займет некоторое время. Кажется, пахнет подгорелым печеньем?

Эта партия безоговорочно ушла в мусорное ведро. Пока Крис занималась очередной партией, тетушка и Томми изучали трофейный компьютер с новым интересом и вполне осязаемым уважением.

— Что такая технология делает в руках безмозглой шпаны? — спросил Харви.

— Нас они удивили не только технологией, — бросила через плечо Крис, вставляя приготовленную партию печенья в духовку.

— Да, да, — согласилась тетушка. — Старая девочка становится забывчивой.

Крис вытерла руки полотенцем и подошла к своим любимым старшим товарищам.

— Что это за компьютер такой? Раньше я такого нигде не видела.

— И не увидишь еще некоторое время, — заверила ее тетушка. — В скором времени в таких компьютерах, как мой Сэм или твоя Нелли появятся самоорганизующиеся схемы. Но стоимость будет заоблачной. Несколько моих друзей сейчас используют такие для тайных миссий.

— Точно такие? — поинтересовался Томми.

Тру откинулась на спинку стула, не отрывая взгляда от предметов на кухонном столе, словно видит их в первый раз.

— Да. Точно такие.

Возникла пауза, нарушенная двойным звуковым сигналом. Крис вернулась к духовке, которая, наконец, вспомнила, что у нее есть таймер и что он, вдобавок, работает. Но, как только она приготовилась класть на противень следующую партию, заговорила тетушка.

— Не надо, — сказала она. — Положи тесто в холодильник, выключи духовку и заверни печенье в салфетку. Нам надо нанести визит.

— Куда? — спросил Харви.

— В Дом Нуу. Крис нужно поговорить с прадедушками. Рэем и Троублом.

Глава 7

— Нам к ним нельзя! — с трудом сглотнув, воскликнула Крис.

— Тебе нельзя, — ответил Харви, пряча в карман планшет.

— Прадедам нужно немного просветить Крис о истории семьи, — сказала тетушка, поместив компьютеры в поле стазиса под столом. — Сейчас они в доме Нуу. Туда мы и отправимся.

— Но они занимаются важными делами, — сказала Крис. — Нам к ним нельзя.

— Важнее твоей жизни?

— Тру, попасть в дом Нуу вот так просто не получится, — сказал Харви прежде, чем Крис сообразила о содержимом ответа. — Там полно ползающей всюду космической пехоты. Они поставили защиту и проверяют по глазному яблоку всех посетителей, так что твоя электронная магия вряд ли справится с винтовками М-6.

— Старомодные устройства? — вздохнула тетушка, активируя стазисное поле.

— Ага, — кивнул Харви.

— Тогда нам нужно отправиться в другое место. Харви, отвези нас в резиденцию премьер-министра.

— Нет, — пискнула Крис, но водитель уже направился к выходу, наступая на пятки тетушке Тру. — Нам нельзя к премьеру. У него плотное расписание. Нельзя просто так врываться к человеку, работающему на всю планету.

Народ, Крис знает, что говорит.

— Ему придется найти время в своем плотном графике. — Тру взяла паузу и что-то прошептала Сэму на субвокальном уровне. — Несколько свободных минут у него уже есть. Так же, как и у твоей матери.

— Мамы? — Крис поспешила за тетушкой. — О, нет. Ее график расписан вплоть до Нового года. К тому же ты не захочешь разговаривать с моей мамой. — Крис попыталась усмехнуться, но даже для самой себя это прозвучало испуганным хихиканьем. — Почему ты не хочешь поговорить с кем-нибудь одним?

Тру с Харви вошли в лифт. Крис и Томми поспешили втиснуться в него до того, как закрылись двери. На следующем этаже в лифт вошла женщина с пуделем на руках, так что дальше спускались в тишине.

— Как, по-твоему, о чем мы будем говорить с папой и мамой? — спросила Крис, приноравливаясь к быстрой походке Харви в прохладной тени подземного гаража.

— О твоей жизни, — отрезала тетушка, устраиваясь на переднем сиденье рядом с Харви. Крис с Томми пришлось занять заднее.

Пристегнувшись, Крис не оставила попыток остановить затеянное.

— Само собой, миссия могла провалиться. Каждый принимает этот риск, когда надевает военную форму, надеюсь, вам это понятно. Да, я хочу поговорить с премьер-министром об оборудовании, но я хотела сделать это когда он будет не на службе и в хорошем настроении. Может, когда будет награждать меня медалью. Спешить некуда, — настаивала она. — Боже, нельзя вот так просто врываться к моему отцу и уж точно не к маме.

Никогда. Сначала нужно пройти через личных секретарей. Проверить общее настроение. И только потом записываться на прием, глядишь, и попадешь. Когда твои родители управляют целой планетой, такие вещи прописываются в костный мозг.

— Крис, ты не права. В этом деле присутствуют нюансы, о которых ты представления не имеешь. — Тру поглядела на Харви. — Пожалуйста, поторопись, я не хочу, чтобы встречу перенесли. Кто-то может заметить, что мне пришлось схитрить. — Она улыбнулась и повернулась к Крис. — Люди настолько уверены, что компьютеры не могут врать. Не нужно подрывать иллюзии. — Сказав, что хотела, тетушка снова стала смотреть вперед и забормотала что-то своему компьютеру. Крис поняла, что та глубоко ушла в беседу с Сэмом, так что не стала прерывать. Приняв неизбежное, она откинулась на спинку сидения.

— Мы ведь едем на встречу с Уильямом Лонгнайф, премьер-министром Вардхейвена? — Крис ткнула Томми в бок.

— Да, — пожала плечами Крис. — С моим отцом.

— Я останусь в машине.

Если Томми всего лишь испугался, Крис хотелось найти где-нибудь глубокую яму и спрятаться в ней. Только она знала, что это ее не спасет. Взвесив несколько вариантов вплоть до прыжка из движущейся машины, она решила, что вариант Томми не пройдет.

— Пойдешь со мной. Мне нужна страховка. Ты тоже участвовал в миссии и сможешь подтвердить, что там было не настолько опасно.

— Но там было опасно.

— Нет, не было. У меня все было под контролем.

— Раз ты так говоришь.

— Именно. Поддержи меня.

Томми выглядел не совсем уверенно. Некоторое время он с полуоткрытым ртом смотрел на Крис, а когда, наконец, заговорил, удивил ее.

— Хватит скулить, пора стать взрослой и не ждать, пока кто-то сменит тебе подгузник.

Несмотря ни на что, Крис поняла, что на ее лице появилась улыбка. Томми, как всегда, нашел нужные слова. Может быть, Санта-Мария не так далеко и отстала от Вардхейвена.

— Дьявол. Почему никто из них об этом никак не вспомнит? И ни один из них сам ни разу не менял мне подгузников, только с помощью нянек.

Оставшуюся часть пути Крис провела в постоянном напоминании самой себе, что она уже взрослая женщина, командовала боевой операцией с десантированием и не собирается препираться с родителями по мелочам. Она повторяла это как мантру до тех пор, пока автомобиль не припарковался в заранее зарезервированном месте на стоянке в подвале Дома Правительства. Повторяла ее, пока поднималась наверх на лифте и шла по вложенному холодным мрамором полу коридора.

Не успела подойти к двери приемной, та открылась. Крис не помнила, чтобы в Доме Правительства были двери с фотоэлементами. В любом случае их должен кто-то открывать.

— Нелли, напомни спросить у тетушки, как она это делает.

— Принято, — прошептал в ответ компьютер. — С удовольствием установлю это приложение.

Войдя в кабинет, они прошли мимо секретаря, и попали в суматоху рабочего кабинета премьер-министра, где Уильям Лонгнайф, Билли, поднялся из-за стола, показываясь из-за вороха бумаг.

— Весьма рад, что вы смогли прибыть в такой короткий срок, — сказал премьер-министр, приветственно протягивая руку. — Это очень важно и мы обязательно обсудим…

Отец замолчал, потому что у его компьютера вдруг не нашлось слов. Когда тетушка пожала его руку, улыбка исчезла с его лица, он нахмурился настолько, насколько это может позволить себе политик.

— Тру, ты снова проделала это со мной.

— Бойся меня, Билли.

— Кого ты еще пригласила?

— Только твою жену, — улыбнулась тетушка, выставив напоказ все свои зубы.

Прежде, чем премьер-министр отреагировал, дверь в кабинет открылась и внутрь вплыла мама, в юбках, что были в моде в Париже еще в том году. Она их носила, наверное, с дюжину разом.

— Надеюсь, я не опоздала. Нужно поговорить с секретарем. Оказывается, на сегодня изменилось расписание, а она мне ни слова не сказала о встрече с тобой, Тру. Если бы я не посмотрела на часы, скорее всего, пропустила бы встречу. Я спешила, пришлось махнуть на все и мчаться сюда. Дайте отдышаться.

— Дорогая, — сказала тетушка, чмокнув ее в щеку, — ты выглядишь божественно. Конечно же, у тебя будет минутка отдышаться, прежде чем мы начнем. Женщина, ты просто чудо.

Из частых бесед Крис знала, каким именно чудом тетушка считает ее маму: пережитком средневековья. Эта женщина умудрилась родиться в двадцать третьем веке, но играла материнскую роль, удивляя всех вокруг, за исключением нескольких женщин, их Крис тоже знала, для которых богатство стояло на первом месте, так же как и для мамы. Крис поклялась, что она никогда не станет такой же. Не удивительно, что мама, увидев Крис, всего лишь кивнула ей.

Закончив с приветствиями, тетушка сложила руки на груди и заговорила:

— Как вы знаете, недавно Крис завершила спасательную операцию.

— Да, — кивнул отец.

— Нет, — шокировано откликнулась мама. — Это ведь было не опасно? В конце концов, мы уже пережили… — она заткнулась, как всегда, когда замаячила возможность упомянуть имя Эдди.

— Конечно же нет, мам, — Крис тут же заполнила возникшую паузу, пытаясь сказать так, чтобы слова не вызывали сомнений.

— Думаю, нам всем необходимо присесть, — предложил премьер-министр, сделав жест, приглашающий гостей к креслам и дивану рядом с журнальным столиком, где он обычно беседовал со своими сотрудниками. Сам уселся в кресло-качалку, специально приобретенную после того, как прочитал о каком-то другом политике, достигшего вершины власти в молодом возрасте. В отличие от других своих причуд, исчезающих так же быстро, как менялась мамина мода, простое деревянное кресло так здесь и прижилось. Больной папиной спине оно нравилось. Мама села в мягкое кожаное кресло напротив, оставив пару диванов для остальных. Крис ненавидела, когда мама так делала, потому что приходилось вертеть головой из стороны в сторону, чтобы следить, как папа с мамой реагируют на слова друг друга.

— Так что там насчет спасательной операции? — напомнила мама. — Если она была неопасной, почему попросили помощи у Космофлота?

— Дорогая, Космофлот никогда бы не подверг нашу дочь опасности, — заверил ее папа. — Я следил за операцией по сети, — и рассказал Крис о том, что в какой-то момент пришлось перестать следить за новостями, потому что дедушка Алекс что-то задумал по поводу предприятий Нуу, а это могло повести за собой некоторые политические последствия.

Дедушка в свое время ушел в отставку с поста премьер-министра и потребовал у сына принять его пост. Но не все так просто. После этого дедушка пробовал контролировать действия сына. С тех пор, они друг с другом не разговаривают.

— И вы ничего мне не сказали! — Крис отключилась от того, что последовало дальше: она это слышала уже много раз.

Пока мать с отцом театрально объяснялись, тетушка расчистила место на столике и поставила на него трофейный компьютер.

— К сожалению, господин премьер-министр, должна с вами не согласиться, — тихо сказала она, поймав небольшую паузу между перепалкой отца с матерью.

— Нет! — одновременно заявили они, но тетушка своего добилась — внимания.

— Прежде, чем начну, позволю отметить, с чем мы тут имеем дело, — сказала тетушка, указывая на устройства на столе. — Внешний вид, конечно, старый, потрепанный, но он обманчив. Если заглянуть внутрь старого корпуса, можно увидеть образцы новейших технологий в компьютерной индустрии. Стоимость одного только этого блока в несколько раз превышает сумму выкупа.

Тетушка посмотрела на премьер-министра и подняла бровь, вынуждая того констатировать очевидное: деньги — не цель похищения. Отец Крис откинулся на спинку кресла, подпер подбородок ладонями, но ничего не сказал.

— Это не может быть правдой, — разорвала тишину мама. — Никто с такими деньгами не станет так себя вести.

Вполне предсказуемый ответ мамы, когда вопрос касается денег. Родившись в бедной семье и выйдя замуж за отпрыска богатой семьи, она тут же стала жрицей Корысти. И, поскольку считала деньги всего лишь слугами, они, естественно, никогда не делали ничего плохого.

— Я нашла пару сообщений в его довольно куцей почтовой программе, — сказала тетушка Тру. — Вот одно из них.

«Они клюнули на приманку. Привлекли Космофлот. Готовьте приветствие» — появилось на экране, утопленного в столешницу.

— Что за приветствие? — спросил премьер, наклонившись вперед.

Крис заподозрила, что минное поле, невидимое никакими приборами, и было этим самым приветствием.

— А вот другое сообщение, — сказала тетушка.

«Выслали корабль, на который мы рассчитывали. Активируйте приветствие. Будьте готовы к плану «Б», — появилось на столешнице.

— Что за приветствие и что означает корабль, на который они рассчитывали? Ненавижу, когда люди что-то недоговаривают, — рявкнула мама тоном, который Крис возненавидела еще в восьмилетнем возрасте.

Тру откинулась на спинку дивана и скрестила руки на груди. Она так всегда делала, когда обучала Крис: выложила проблему и добивалась, чтобы та сама поняла, как ее можно решить. Крис это тоже ненавидела. Где образец для подражания, когда молодая женщина в нем так нуждается?

Крис наклонилась, изучая оба сообщения. Если предположить, что «Тайфун» тот самый корабль, то «приветствие» было…

— Похитители, — медленно начала Крис, — окружили свое логово наземными минами «Марк 41». Если бы мы приземлились, как планировалось в основном плане, мы все погибли бы, — первоначально Крис хотела пожаловаться отцу на дрянное оборудование Космофлота. Но обрыв связи при полете вынудило ее поменять все, в том числе маршрут и способ подхода к логову. Получается, дрянное оборудование спасло не только ее жизнь, так что жаловаться, особенно сейчас, получается, не к месту.

Премьер-министр тихо проконсультировался с личным компьютером.

— «Марк-41» еще не выпускают, — сказал он, выслушав ответ компьютера.

— Да, пап, в Космофлоте таких еще нет. А заминированное этими минами поле стоит чертовски больше выкупа.

— Кристин Энн, леди не используют такие выражения, — выдала мама.

— Ловушки, уничтожившие первые три спасательных отряда, мины и этот вот компьютер, — заметила тетушка Тру. — Весьма проигрышное финансовое вложение.

Премьер-министр потер подбородок, поднял бровь, взглянув на тетушку, но ничего не сказал.

— Кому это понадобилось? — выпалил Томми.

Мама ледяным взглядом зыркнула на него, чтобы не перебивал, а потом еще более холодным взглядом посмотрела на Крис за то, что та осмелилась привести незнакомца на семейный совет. Ну, когда я все это затевала, это не было семейным советом, — также взглядом ответила Крис, а потом вспомнила, что она, все же, офицер Космофлота, а не только мамина дочка. Откинувшись на спинку дивана, она посмотрела в потолок.

— Я остановилась в доме Нуу, — сказала она. — Он кишит охранниками. Кто-то из моих прадедов решил посетить город? — спросила она, решив выслушать официальный ответ, не ограничиваясь ответом Харви.

— Оба, — фыркнула мама.

Она не любила обоих. Обвиняла Троубла в решении Крис записаться в Космофлот. И это несмотря на то, что тот долгое время находился далеко от Крис, занимая пост президента военного колледжа Саванны, что принял после ухода с поста председателя объединенного штаба той же Саванны. Рэй же последние тридцать, а то и все сорок лет после ухода из общественной жизни, провел на Санта-Марии, а это самая дальняя колония заселенного человечеством пространства. Там, вместе с дочерью Алнабой он что-то изучал и исследовал. Крис до сих пор слышала слухи о том, что они бьются над загадкой трех разновидностей перехода между планетами и уже близки к разгадке. Только пока не разгадали. Наверное, прадедушка Рэй, наконец-то, встретил достойную загадку, с которой не может справиться.

— Я могла бы определить бойцов, разгуливающих в доме Нуу как земных космических пехотинцев, — намекнула Крис, улыбнувшись краем губ, и посмотрела на отца.

— Нужно ли напоминать, что сейчас ты служишь в Космофлоте? Но вот что я тебе скажу, девушка, кто с кем встречается, не твое дело. Или хочешь, чтобы я перевел тебя на самую далекую заправочную станцию? — сказал премьер-министр и добавил, обращаясь к жене. — Дорогая, должен отметить, что Вардхейвен посетили оба моих дедушек.

— Ты уже пригласил их на завтрашний прием, — надулась мать. — Это уже не секрет.

— До тех пор все должно остаться секретом, — ответил премьер-министр и добавил с печалью в голосе: — Если не хотим, чтобы их прибытие взорвало новостные каналы.

— Так, ты решил объединиться с их флотом? — сказала Крис, удивившись, что смогла вставить слово.

Отец побледнел. Он верил, что человечество должно объединиться в союз и отправиться к звездам, как единое целое. И Сообщество — воплощение такого союза.

— Такова моя политика, — сказал отец, приложив ладонь к сердцу. — И такой должна быть политика любого премьер-министра Вардхейвена, потому что нас пустили в Сообщество, а человечество должно идти к звездам, как единый народ, — сказал он словами, которые Крис слышала уже сотни раз, разве что сейчас в его голосе не было бодрости и уверенности в том, что такая политика когда-нибудь сработает.

Крис вздрогнула, поразившись собственной реакцией. Она представила сине-зеленый флаг Человеческого Сообщества, целыми днями развевающийся на флагштоке. Мысль, пришедшая однажды и отброшенная, как нереальная, запала снова и заморозила все внутри. Сколько раз они с друзьями обсуждали новую, правильную роль Сообщества? Теперь их шуточные упражнения грозили стать реальностью.

— Что было бы, если бы земные отбросы не только похитили маленькую девочку, но и, при попытке ее освободить, погибла бы одна из Лонгнайф? — вырвалось из уст Крис прежде, чем она сообразила, что задала вопрос, даже не вспомнив, что рядом с ней находятся Томми и мама. Мать вперила в нее каменный взгляд, но Крис не обратила на него внимания. — Господин премьер-министр? — добавила она, делая вид, что ничуть не испугалась.

Ладонь премьер-министра, лежащая на груди в области сердца, переместилась на лоб.

— Получился бы скандал, направленный против Земли, — не спеша ответил он, — что сделало бы мою работу намного сложнее.

— И стало бы невозможно договориться с некоторыми коалициями? — спросила тетушка Тру.

— Да.

— В том числе со Смит-Петервальд с Гринфильда? — уточнила тетушка.

Отец откинулся на спинку кресла.

— О, Петервальд. Такая замечательная семья. Генри был от меня без ума. Однажды, в прекрасную лунную ночь он даже сделал мне предложение.

— Да, мам, мы помним, — отрезала Крис, не отрывая взгляда от отца. — Господин премьер-министр? — повторила она, желая услышать, что происходит в его пропитанных политикой мозгах.

— Нет, — покачал головой тот. — Ни один член какого угодно правительства не осмелился бы сделать такое. Никакая политика не стоит такого риска. И того, кто подобное предложит на заседании правительства, просто раздавят. Это будет политическим самоубийством.

— У него есть мальчик примерно твоего возраста, Кристин. Ты должна с ним познакомиться, — добавила мама.

— Я знаю, мам, ты о нем говорила миллион раз.

— Вы рассказывали Крис о Петервальд и Лонгнайф? — тихо поинтересовалась тетушка.

— Я много раз о нем рассказывала, — кивнула мама.

— Нет, — ответил отец. Мама удивленно и, одновременно, вопросительно посмотрела на него, но его взгляд так и не оторвался от тетушки. — Нет никаких доказательств, что Петервальд имел что-то общее с военными действиями или торговлей наркотиками. Только из-за того, что Гринфильд противостоит Вардхейвену и является нашей главной проблемой, не стоит привлекать личные мотивы в их обвинение.

— Кто-то перед войной финансировал Единство, — покачала головой тетушка. — Ты читал историю. Было слишком много коррупции на низком уровне. Началось с того, что казна недосчитывала десяти центов с каждого налогового доллара и чем дальше, тем больше. Когда Лонгнайф при поддержке Вардхейвена разгромили большую часть системы незаконного оборота наркотиков, фортуна Петервальд исчезла, а сама семья сбежала на Гринфильд. Рэй заставил их отказаться от Элизиума после того, как Вардхейвен подписал договор об экспансии человечеством космоса. Ты сам согласился с тем, что Лонгнайф стоили Петервальд много денег.

— Да. — Премьер-министр поднялся с кресла и стал расхаживать по кабинету, топча ботинками синий плюшевый ковер. — Но это ничего не доказывает. Нет ни одного доказательства, которое можно представить суду. — Он остановился и посмотрел на тетушку. — И, женщина, я, по долгу службы, должен иметь дело с законом.

— «Выслали корабль, на который мы рассчитывали». — Тру снова прочитала сообщение с монитора, вмонтированного в журнальный столик. — Это про «Тайфун», корабль, на котором служит твоя дочь. Иначе я искала бы другую причину.

— Шкипер на самом деле хотел лететь на эту миссию, — вставил Томми. — Он всю станцию обегал несколько раз, чтобы собрать экипаж.

— Как капитана, я его понимаю, — кивнула тетушка. — И все же, полагаю, недругам было известно, что на «Тайфуне» служит и Крис, а капитан Торп к ней относится не очень дружелюбно.

— Откуда тебе это известно? — встрепенулась Крис.

— То, что я служила в информационно-пропагандистских войсках не означает, что я все время проводила за компьютерами. Я знаю нескольких полевых офицеров, которым нравится запах пороха… таким нужно знать, ты просто сбежавшая из дома папина дочка или боец. Если бы он был политиком, он лизал бы тебе задницу. А раз он боец, то и подтравливал тебя постоянно.

— Подтравливал, — проворчала Крис.

— Раз я смогла сложить все эти части вместе, — обратилась к отцу тетушка, — то это может сделать любой. Гибель маленькой девочки и Лонгнайф при неудачной попытке ее спасения подняло бы все Кольцо под оружие. Внутренние паспорта, действующие на Земле и Семи Сестрах перестали бы действовать. Сообщество разрушилось бы, и от него, кроме названия, ничего бы не осталось.

— Кто сказал, что девочка должна была погибнуть? — попыталась остановить тетушку Крис. То, что она сейчас сказала, буквально выбило из нее дух.

— Извини, забыла. Ты ведь еще не видела плана «Б», — тихо пробормотала тетушка и, щелкнув по экрану на столе, сменила картинку. — Не удивительно, что на трофейном компьютере я не нашла никаких ссылок. Тем не менее, покопавшись в полицейской базе, я наткнулась на пару интересных штуковин. Первое: два килограмма взрывчатки под кроватью, на которой держали девочку, а в ее портфеле обнаружился прибор, связанный со взрывчаткой. Второе: на него передавался сигнал на той же частоте. Насколько понимаю, он был установлен на шаттле, на котором бандиты хотели улететь к космическому кораблю.

— Тот, у кого была кнопка, мог взорвать его, как только корабль поднялся бы на нужную высоту, — сказала Крис, задержав от догадки дыхание.

— Так было бы правильнее всего, — кивнул Томми. — Взрыв на выходе на орбиту разметал бы его куски по половине Секуима.

— Это всего лишь предположение, — ответил премьер-министр.

— Все это ничего не значит, — поддержала его мама, оставаясь холодной и далекой.

А для кого-то это значило слишком много. Для кого-то, кто хотел видеть Крис и маленькую заложницу мертвыми. Кто в этом убыточном мероприятии остается в выигрыше? На Секуиме Крис никого такого не знала.

— Пап, кто дал тебе денег на выкуп Эдди? — В наступившей тишине вопрос Крис раздался как удар грома.

— Кристин Энн! — воскликнула мама.

— Довольно, сударыня. — Вскочил на ноги отец.

— Господин премьер-министр, — заговорил интерком, — время следующей встречи.

— Пригласи, — ответил премьер-министр.

Мама тут же бросилась к запасному выходу, только юбки замелькали. Крис покачала головой: скорее всего, мама уже выбросила все, что произошло на этой встрече из головы.

Тетушка Тру собрала части компьютера как раз к моменту, когда Крис с Томми поднялись с дивана. Когда за мамой закрылась дверь, отец приблизился к Тру почти в плотную.

— Тру, на этот раз ты зашла слишком далеко. У меня шесть сотен миров разлетаются в тартарары. Ни я, ни моя семья в тебе больше не нуждаемся. Будет замечательно, если на некоторое время ты о нас забудешь, — сказал он и отвернулся, закончив разговор, переключившись на Крис. На лице его обозначилась холодная ярость: — А ты, девушка, сегодня останешься здесь, в резиденции. Я не хочу, чтобы ты торчала возле этой дикой женщины.

— Пап, — отрезала Крис, — вспомни, там нет свободных комнат. Ты же сам отдал их очередным своим помощникам.

Премьер-министр пробурчал что-то недовольное, сверился с личным компьютером, нахмурился, а потом снова поглядел на Крис.

— Как вы сюда попали?

— Нас привез дядя Харви.

— Вот он и отвезет вас обратно в дом Нуу. Можешь делать все, что должен делать офицер Космофлота в отпуске, но я запрещаю тебе общаться с Тру, иначе вышлю тебя, как и обещал, на самую далекую в известном космосе заправочную станцию. Женщина, — он снова обратился к тетушке, — домой тебя доставит мой шофер.

— Это ничего не решает, Уильям, — сказала тетушка. — Ты не сможешь сбежать от реальности.

— Зато решу текущую проблему, а может, и еще парочку, — сказал премьер-министр и повернулся к ним спиной. Тру направилась к тому же выходу, в которой минуту назад скрылась мама. Оттуда сразу же высунулась голова личного водителя премьер-министра.

Крис, желая побыстрее покинуть кабинет, ринулась к выходу. Но на полпути, все же, остановилась, из-за чего Томми чуть было не врезался в нее носом.

— Пап, мне на самом деле нужно знать, кто дал деньги на выкуп Эдди.

Премьер-министр поправил пиджак, снял с лица озабоченность и повернулся к главному входу в кабинет.

— Раз настаиваешь, скажу. За деньгами я пошел к отцу. Взамен он у меня ничего не попросил. А теперь убирайся.

Крис стремглав ринулась к выходу и скрылась за ней за доли секунды, как открылась главная дверь и в нее вошли следующие посетители.

Глава 8

— У вас всегда так? — спросил Томми.

Поездка домой была полна отравленного молчания. Крис была бы признательна любому, кто разрушил бы тишину, даже если ответа от нее никто не ожидал. Она всю жизнь общалась со своей семьей и привыкла к такому. Томми же окунулся, словно в омут… и если честно, он ведь просил оставить его в стороне от всего этого.

— Тебя интересуют способы ведения дел моим отцом?

— Не знаю. — Томми пожал плечами. — Он показался мне законником. В смысле, если бы я сказал своим, что кто-то хочет меня убить, никто бы не потребовал от меня доказательств для суда.

— А мой отец требует, — с легкостью ответила Крис.

— Тогда он запросто может отправить тебя на самую дальнюю и холодную заправочную станцию.

— О, да, — не задумавшись, ответила Крис.

— Свою собственную дочь? Шутишь?

— Мне нужно выпить, — объявила Крис, первый раз выглянув в окно автомобиля после того, как покинула отцовский кабинет. Они как раз ехали, срезая путь, мимо университетского городка. — Харви, давай остановимся у Скрипториума.

— Мисс Кристина. — Харви продолжал ехать, словно ничего не произошло. — Не думаю, что это благоразумно.

— А все, что я сегодня делала с утра, как будто было благоразумным? Сам направишь машину к Скрипториуму или мне попросить Нелли перехватить управление?

— Автомобиль оснащен системой повышенной безопасности. Установили после того, как ты закончила колледж, — рыкнул Харви.

— Я Нелли тоже совершенствовала. Хочешь посмотреть, у кого поучилось лучше?

Харви вздохнул и ввел в автомобиль новые инструкции. Несмотря на то, что трафик на улицах университетского городка был просто сумасшедшим, компьютер нашел место для стоянки меньше чем за полквартала от Скрипториума. Все-таки есть кое-какие преимущества у машин с табличкой, помеченной аббревиатурой РМ-4.

За время отсутствия Крис Срипториум ничуть не изменился. У входа за столиками роился новый урожай первокурсников. Они упорно штудировали учебники, спорили по предметам в преддверии приближающейся сессии. Крис выхватила из гвалта слово «децентрализация» и уже была готова присоединиться к дискуссии, только она ведь уже не учится в этом заведении. И, к тому же, одно дело дискутировать «за» или «против» Земли, когда это всего лишь игра. А сейчас для нее все по-настоящему: она действующий офицер, выполняющий приказы и не имеющий возможности вносить в приказы какие-то коррективы. Раньше было веселее.

Крис заняла столик в профессорском зале.

Откинувшись на спинку стула, она попыталась посмотреть на зал так, словно все еще учится в колледже. Бледноватое освещение раскрывает каждую трещинку в стене, выщерблины в кирпиче, прорехи в штукатурке. Запах пиццы и пива перебивает наиважнейший студенческий запах: пот, гормоны и читательский зуд. По запаху заведение больше напоминает библиотеку, чем ресторан. Толстые деревянные столешницы напрочь испорчены студенческой резьбой. Неподалеку, у стены, все еще стоит столик, за которым любила сидеть Крис и вся ее группа «Б». На нем еще остались вырезанные в последнюю субботу учебы инициалы и имена. Профессор Мид отказывался обсуждать проблемы шестисот планет без кружки пива в руке, так что каждую субботу вся группа покидала аудиторию и встречалась с преподавателем здесь. Сейчас же за столиком расположились с десяток студентов. Кто-то читает, кто-то набивает на планшете текст, а кто-то сосредоточен на соседе или соседке. Знакомая сцена. Крис улыбнулась.

— Что будем заказывать? — Рядом возник студент, подрабатывающий официантом. Вел он себя без обычного беспокойства типичного официанта Скрипториума.

Томми вопросительно посмотрел на Крис. Харви выпрямился на стуле так, словно проглотил шомпол, а на его лице появилось выражение крайнего неодобрения. В свое время он постоянно сопровождал Крис до колледжа и обратно и был свидетелем того, как она вдрызг упивалась. Скорее всего, из-за этого он тогда и обратился за помощью к дедушке Троублу. Сейчас он смотрел на Крис молча, но с явным неодобрением, не каждый сержант такое способен изобразить. Что отвечает на вопрос, почему Крис так легко переносила подобные взгляды инструкторов и сержантов офицерской школы. Черт, она выросла на руках одного из таких. Естественно, она знает, какие думы происходят за этими пустыми, каменными лицами, когда они обращаются к будущим офицерам.

— Тоник с цедрой лайма, — заказала Крис.

Харви немного расслабился, не до конца, но, все же доверяя Крис, и это было все, в чем она нуждалась.

— Содовую и кофе, каким бы оно ни было на этой планете, — сделал заказ Томми.

— Мне то же самое, — сказал Харви.

— Точно, космофлотские, — фыркнул официант и, повернувшись, чтобы идти выполнять заказ, добавил: — Сразу же видно по оболваненным башкам.

Крис на такое едкое замечание дважды моргнула. Само собой, они сейчас в гражданской одежде, но Том с Харви носят обычный для Космофлота короткий ежик, а волосы Крис на добрых два фута короче и причесаны, в отличие от того времени, когда она сидела здесь же, рядом с доктором Мидом и спорила с ним, приводя доводы за или против чего-нибудь. Крис чуть было не вскочила, чтобы нагнать парнишку и дать ему взбучку, как обычно делают младшие офицеры недисциплинированным рядовым.

Вот только официант ни на грамм не военный, а Скрипториум для Крис уже вне границ интересов. Зал переполнен заоблачными мечтателями, не имеющими ни малейшего представления о стоимости своих диких планов или ответственности за их выполнение. Сейчас, когда Крис чуть было жизнь свою не отдала за выполнение собственного плана, это место показалось ей дешевым, нереальным, пустой тратой времени. Поняв это, она чуть было не поднялась со стула, чтобы покинуть заведение.

А ведь Томми когда-то задал вопрос и определенно заслуживал ответа.

— Да, если я пойду против воли отца, он отправит меня на самую дальнюю, холодную, никому не нужную заправочную станцию, где я проведу весь остаток своей карьеры офицера Космофлота.

Мгновение Томми выглядел непонимающим, пока не связал ответ с вопросом, заданным пять минут назад.

— Ни в жизнь не поверю.

Крис заметила, что Харви промолчал. Сейчас молчание с его стороны как раз и нужно. Она считала, что отец прав.

— Папа — политик, — сказала она Томми. — Как-то услышала, он говорил что-то вроде того, что хороший политик тот, кто держит свое слово. Верность, по его словам — единственная добродетель. Это я слышала от него самого. Если ты ему верен, он сдвинет для тебя небо и землю. Если предашь, он проклянет тебя и без оглядки пошлет в ад. Если бы ты видел, как лет двадцать назад один из его союзников перешел на сторону противника. Отец даже не моргнул, но с тех пор бывший друг никогда не получил от Билли Лонгнайф даже секунды внимания, — Крис откинулась на спинку стула, глубоко вздохнула и медленно выдохнула. — Давление на отца должно быть ужасающим, — быстрый взгляд в сторону Харви, тот еле заметно кивнул. — Может, угроза и реальна, но я не хочу добавлять ее к тому грузу, что он и без того тащит.

Томми вытащил планшет и начал тыкать пальцем по экрану.

— Может, повезет, и я доберусь до Санта-Марии вовремя. Энсин Лонгнайф, я начинаю подозревать, что нахождение рядом с тобой может означать конец карьеры.

Крис потянулась и выключила планшет Томми.

— Уходим, — приказала она, не успел к столику подойти официант с заказанными напитками.

Когда тот поставил на стол первый стакан, Крис поднялась. Томми с Харви тут же тоже сорвались с места. Испугавшись, студент-официант вздрогнул, чуть не расплескав напитки и начал было протестовать, но Крис в корне пресекла протест, кинув на стол купюру, вдвое превышающую по стоимости три газированных напитка. Официант заткнулся.

— Недели не прошло, — громко сказала она, — как мои космодесантники спасли шестилетнюю девочку. Но, наверное, такие люди недостаточно хороши для этой забегаловки, — в зале воцарилось молчание, все присутствующие глядели на нее, не отрывая взгляда. — Можете добавить и этот вопрос к своим обсуждениям глобальных проблем двадцать четвертого века.

Все, что хотела сказать — сказала, и промаршировала к выходу. Томми с Харви ринулись вслед за ней. В два шага достигли двери. В это время внутрь попытались зайти трое студентов, но тут же дали задний ход. Двое просто поспешно отпрыгнули в сторону, третий придержал дверь, пока Крис со своим крошечным отрядом выходили под солнце, после чего быстро юркнули внутрь, поспешно закрыв за собой дверь.

— Было весело, — усмехнулся Томми.

Крис, прищурившись, посмотрела на голубое небо. Яркие солнечные лучи делали весенний день прекрасным.

— Нужно приобрести Томми пару солнцезащитных очков.

— Солнцезащитные очки? — эхом повторил санта-марианин.

— Да. Ты сейчас в моем мире, пехотинец, — сказала Крис, подходя к автомобилю. — В нем нет места для фильтров, чтобы защищать твои нежно-голубые глазки, ни скафандра между тобой и моим солнцем. Тебе понадобится солнцезащитный крем, чтобы твоя кожа не сгорела, пехотинец.

— И зачем мне все это?

— Харви. Оазис все еще принадлежит моим предкам?

— Да. Больше того. Каждую неделю посылают людей убедиться, что там не возникло никаких проблем, хотя премьер-министр и его леди не были в Оазисе лет пять, а то и шесть.

— Их проблема. — Крис обхватила локоть Томми обеими руками. — Томми, мой мальчик, тебе предстоит открыть, насколько велико чувство, когда ветер шевелит волосы, поднимая над тобой паруса, а еще выше висит путеводная звезда, несмотря на то, что до противоположного берега озера рукой подать.

— Всамделишний парусник? — восторженно воскликнул Томми. — Есть шанс связаться с капитаном Торпом, чтобы он меня на следующие шесть недель вызвал на «Тайфун»? Жизнь на крейсере выглядит все привлекательней и привлекательней.

— Да ладно, Томми. Ты бороздишь пространство между звезд. Не задумывался, как на старой Земле бороздили моря первые мореплаватели?

— Нет. Я никогда не интересовался плаваньем.

— Не бойся, мой мальчик, я нацеплю на тебя спасательный круг, и он не даст тебе утонуть, если вдруг столкнешься с большим количеством воды, чем сможешь выпить.

— Мне просто необходимо немного пластмассы между мной и безвоздушным пространством.

— Хочешь космический скафандр? — хмыкнула Крис.

— Что-нибудь хорошо мне знакомое.

— Харви, к озеру.

Как только машина свернула на перекрестке в нужную сторону, Крис прикрыла глаза, чтобы пообщаться с Нелли.

— Нужен планетарный поиск по ключевым словам Лонгнайф и Петервальд. Любой контакт или совместное предприятие за последние восемьдесят лет. После этого разверни поиск по всей территории Человеческого Сообщества. Прежде, чем уйдешь настолько далеко, проверь компьютер тетушки Тру, может, там тоже найдется что-нибудь по этой теме. — заметила Нелли.

— Компьютер Тру оснащен хорошей системой безопасности.

— Да, но ты ведь можешь найти парочку файлов, не углубляясь в систему Сэма. Папа запретил мне разговаривать с тетушкой, но, думаю, к тебе и Сэму запрет не относится.

— Начинаю поиск.

Крис расслабилась на кожаном сиденье автомобиля. Даже если кто-то хочет видеть дочь премьер-министра покойницей, здесь, на Вардхейвене, она в большей безопасности, чем где бы то ни было. Сейчас у нее образовалось целых шесть недель отпуска, и, как новичку-энсину, этой кучей времени надо как-то распорядиться. Уйма свободного времени. А выросши в семье политика, Крис рано узнала, что что-либо изменить может только время.

* * *

На следующий день, слегка загорелая и счастливая, как была только, когда ветер на озере сгонял паутину с мозга, Крис, на пару с Томми, оделась в парадную белую, накрахмаленную форму и Харви привез обоих к подъездному кругу перед Музеем Естественной Истории. В его огромном зале часто устраивались приемы для военных, которые Харви называл худшими из всех, что он когда-либо видел.

— Однажды они сами себе переломают здесь кости, — с надеждой проворчал старый служака.

Томми всю дорогу пытался во что бы то ни стало улизнуть, но Крис, несмотря на протесты, удерживала его рядом с собой.

— О чем тут беспокоиться? Не было еще случая, чтобы здесь кто-нибудь пострадал, — заверила она своего друга.

— С моей удачей я буду первым.

— Не получится. Нет ничего, что может пойти не так, — сказала Крис с уверенностью, которая тут же испарилась, когда увидела, как Харви паркует машину в хвосте длинного ряда лимузинов. Несколько машин уже занимали места на парковке, среди них нашелся один, похожий на лимузин, на котором приехала Крис, разве что черный окрас разбавляли красная и желтая полосы.

— Это чей? — поинтересовался Томми.

Гэри тут же наручным компьютером просканировал лимузин.

— Один из наших, четвертая команда. Сопровождает генерала Хо с Земли. Надеюсь, анти-земная демонстрация сюда не доберется.

— Не видела никаких демонстраций, — сказала Крис.

— Это потому, что мы проехали достаточно далеко от них, — медленно, растягивая слова, сказал Харви, проехав мимо белого лимузина, настолько огромного, что понадобилось две задние оси, чтобы удерживать себя.

— А этот монстр чей? — спросил Томми.

Гэри снова наручным компьютером просканировал лимузин и улыбнулся:

— Так и думал, что узнаю. Таких машин не так-то много, собственно, только одна и есть. Генри Смит-Петервальд прибыл на собственном боевом корабле.

— И ты утверждаешь, что на этих приемах никто никогда не был убит? — удивился Томми в очередной раз хватаясь за ручку дверцы.

— А разве не ты говорил, что все случается когда-нибудь в первый раз? — огрызнулась Крис, осматривая огромную, неповоротливую машину, рядом с которой они и припарковались. Невооруженным взглядом и не сказать, что машина тяжело бронированная, ее выдавали разве что две задних оси.

— А как я объясню предкам, что оказался рядом с ними раньше, чем появился наследник? — поинтересовался Томми, но все же осторожно вышел наружу и придержал дверь для Крис.

— Уверена, твой цепкий ирландский язык придумает прекрасную историю, и они останутся довольны, — ответила Крис, выпрямилась и расправила плечи.

Правда в том, что настоящая кровь никогда здесь не проливалась, но вот политический эквивалент красной субстанции порой достигает колен.

Прежде она входила сюда только в качестве дочери премьер-министра и дебютантки, представляемой матерью. Сейчас Крис входила в качестве энсина, служащего офицера и кандидата на получение медали. Скорее всего, ей нужно все это как можно быстрее переосмыслить.

Пожав плечами, Крис влилась в поток людей, поднимающихся по каменным ступеням музея и скрывающихся внутри ротонды. В центре расположился шестиметровый кабан-секач, больше дань искусству таксидермиста, чем реальному существу, что пугает туристов Вардхейвена. Большинство мест обитания местных кабанов заселены завезенной с Земли живностью, лишь нескольким табунам кое-как удалось выжить на Северном континенте. Раньше Крис считала чучельное существо печальным, сейчас же оно напоминало, что сильный сегодня, завтра может оказаться вот таким же чучелом для любования остальными. А ты еще хотела оставаться сама собой, рассмеялась часть Крис.

Высокий потолок приемного зала поддерживался великолепными мраморными колоннами, вытесанными из богатого серого камня с пробегающими яркими прожилками всех оттенков красного. Огромный синий плюшевый ковер королевских размеров под белыми ботинками делал холодную силу зала еще более властной. Прекрасное место для празднования момента славы.

Крис оглядела людей и обнаружила, что они предпочли сбиться в небольшие компании по углам. Большинство мужчин одеты в темные костюмы с галстуками, кто-то более вычурно, что не обязательно ему шло. Мама, как обычно, облачилась в модное красное платье, пышные юбки которого занимали добрые четыре фута вокруг нее. Сверху, по мнению Крис, платье заканчивалось слишком рано и слишком плотно, больше выставляя напоказ, чем скрывая. Правда, мужчины вокруг казались немного заняты, чтобы оценить такую красоту. Все, кроме Томми.

Однажды Крис надела платье с высоким воротником и определила его как устройство для пыток. Если хочешь что похуже, можешь рассчитывать на маму. Сейчас Крис вполне довольна пусть и накрахмаленным, белым френчем. А вот Томми только и делал, что пялился на расфуфыренных дам.

Мама вершила суд в южном углу бального зала, окруженная светскими дамами, женами парламентариев и прочими. Папа в северном углу собрал в свой круг большую часть мужчин, членов парламента и бизнесменов. Хонови, старший брат, избранный в парламент на первый срок, стоял по правую руку отца. Он изучал семейный бизнес, учась у лучших. Крис пожелала ему удачи.

Восточный угол закрепился за адмиралами и генералами. Капитаны и майоры сформировали этакую непреодолимую для даже самых настойчивых гражданских стену. Крис решила было укрыться в их рядах, но в центре группы обнаружилась еще одна часть семьи: прадедушки Лонгнайф и Троубл. Крис не имела ни малейшего понятия, как обращаться к ним после того, как с последней встречи прошло десять, а то и все пятнадцать лет. Может ли энсин броситься в объятья старого генерала, обнять его, или же нужно встать по стойке смирно и бойко отчеканить: «Добрый день, сэр». Рядом бок о бок стоял генерал МакМоррисон, начальник штаба Вардхейвена и генерал Хо, председатель генерального штаба Земли. Вокруг них кружился необычно большой контингент представителей разных коллективов. Крис засомневалась, что ее вообще пропустят ради небольшого семейного разговора.

Смирившись с неизбежным, Крис отправилась к группе под главенством папы, уточнить, каковы на этом празднестве ее обязанности. Прежде, чем добралась, ее перехватил Хонови, отлепившийся от отца и ринувшийся наперерез Крис. На его место тут же встал другой человек, судя по костюму и короткой стрижке, агент безопасности. Крис улыбнулась обоим. Агент, заметив улыбку, коротко кивнул. Хонови, не успев подойти к Крис, тут же подхватил ее под руку и приступил к делу.

— Сестренка, старик на этот раз немного расстроился. Он выглядит хуже, чем когда ты сбежала в Космофлот.

— Кажется, я умею производить такой эффект.

Они обменялись пожатиями плечами, признавая неизбежное.

— Ну, я постарался его немного успокоить. Помнишь, что нужно говорить, если вдруг кто решит с тобой поболтать?

— Я просто хожу везде, улыбаюсь, говорю приятные слова.

— Очень приятные и совсем чуть-чуть, — подчеркнул Хонови немного утомлено, как делал обычно, когда удавалось убедить Крис и было понятно, что она сдалась.

— Да, сэр, — с преувеличенным энтузиазмом проговорила Крис. — Не задавать вопросов, сэр.

— В любом случае, сомневаюсь, что даже флоту удалось исправить характер моей сестренки, — улыбнулся Хонови. — И, сестренка, я ценю то, что ты сделала для моей компании. Даже отец в спокойные минуты признает, что ты таскаешь для него каштаны из огня.

Крис приблизилась к старшему брату, который сейчас на пару сантиметров оказался ниже ее, чмокнула в щеку.

— Веди себя хорошо, братик, — сказала она. — Сделай папу счастливым.

— Постараюсь. Теперь кыш отсюда. Чем больше Лонгнайф будет видно в зале, тем больше рук мы пожмем, — процитировал давнее требование отца Хонови, а потом осмотрел небольшие группы, где не было доминирования Лонгнайф. — Скажи что-нибудь приятное офицерскому братству или ветеранам. Мы с тобой знаем, папа использует любую помощь, которую сможет получить от собравшихся в правом крыле, а твоя медаль и остальное не может ему не помочь.

Приятно знать, что операция, связанная с риском для жизни, была оценена папой.

— Это мой путь, — покорно сказала Крис и развернулась.

— Ты уверена в этом? — спросил Томми, когда Хонови отправился обратно.

— В смысле, политика на первом месте, и больше ничего даже на втором?

— Вроде того.

— Разве политика в твоей семье не основное дело?

— Да, но мы умеем еще и веселиться.

— Томми, — сказала Крис, оглядываясь по сторонам, удерживая на лице, как приклеенную, улыбку, — здесь ты видишь очень богатую политическую среду. Как раз ту, в которой моя семья делает свое дело.

— Как думаешь, Харви сможет отвезти меня домой?

— Просто улыбайся, слушай и будь уверен, здесь ничто не может пойти не так, — сказала Крис, воспользовавшись советом отца, предложенного Крис, когда той было еще шесть лет.

Недалеко от группы действующих военных расположилась небольшая коллекция стариков-ветеранов с медалями, гордо нацепленными на лацканы гражданских пиджаков и чопорных вырезов старомодных платьев. Поскольку среди них не обнаружилось ни одного представителя семьи Лонгнайф, кто мог бы признать Крис, она отправилась в их сторону. Но это оказалось не так-то просто.

— Крис, я с трудом тебя узнала в этом белом наряде, — громко воскликнула светская львица из когорты маминых подруг. — Девочка, это не твой цвет.

Крис вздохнула и застыла на месте, поджидая, пока к ней с Томми подойдут матрона с дочкой. Мать в наряде, выпирающем по последней моде во всех неправильных местах, а обнаженных мест на дочери оказалось достаточно, чтобы глаза Томми чуть не выскочили из орбит и… нарумяненная грудь обнажена на пару миллиметров больше, чем у мамы Крис.

— Я надеюсь этим летом организовать показ мод, как в прошлом году, — полилось из матери. — Хотела пригласить тебя помочь подготовить графики, списки и все такое.

— Мама, — закатив глаза, сказала ее дочь, — даже ты способна заметить, что сейчас Крис занята немного другими вещами. Или тебе позволяют бездельничать? — обратилась она к Крис, оглядев ту с ног до головы. — Начинаешь с самого низа, быстро доходишь до какого-нибудь офицерского звания.

— До энсина, к примеру, — немного рассеянно сказала Крис, прислушиваясь к более интересному разговору позади себя.

— Как только сбросим эту кучку перепуганных земных старушек в юбках, что сдерживают нашу экспансию, — заверял пронзительный голос, — тогда не будет никаких ограничений потенциальной прибыли, сынок. Они выжимают все соки, заставляя нас оседать едва ли не на каждой мало-мальски пригодной для жизни планете в их зоне экспансии, прежде чем позволяют сделать чуть ли не младенческий шажок дальше. Стыдно за то, что этот чертов удушающий договор назван в честь Вардхейвена.

— Ну, я знакома с милым МакМоррисоном, — сказала матрона, намереваясь идти дальше, — так что замолвлю за тебя словечко. Он найдет способ, чтобы в этом году ты участвовала в показе мод.

Крис пробормотала нечто вроде: «Удачи» и, как только мать с дочкой развернулись и пошли дальше, повернулась к говорившему. И оказалась лицом к лицу с толстым бизнесменом с красным, как его галстук, лицом. Покраснел он сразу, как понял, что последнее замечание сделал в присутствии правнучки человека, в качестве президента Человеческого Сообщества в конце войны с Итич подписавшего договор, ограничивающий экспансию человечества, что было его последним достижением перед выходом на пенсию.

Улыбнувшись, Крис протянула руку для пожатия, и тот рефлекторно ответил. Крис, не пожелав пропускать удар, сказала:

— Разве вы не согласны с тем, что расширение границ обитания человека в четыре раза за последние шестьдесят лет показало отменное мужество со стороны тех, кто сражался с Итич?

Бизнесмен пробормотал что-то невразумительное и Крис пошла дальше.

— Как ты это делаешь?

— Что именно?

— Следишь за разговорами, то с одним, то с другим, как какой-то компьютер, — уточнил Томми.

— Ну, для начала я не забываю, как меня зовут, когда мимо проходит очередная пара подпрыгивающих сисек.

— Должно быть, здорово иметь собственную пару отменных сисек, чтобы засматриваться на них всякий раз, как принимаешь душ. — Томми бесстыдно ухмыльнулся.

— Не знаю.

— Я был бы рад предложить свое мнение, — участливо предложил Томми и вдруг чуть не поперхнулся от смеха. — Представляешь выражение лица Торпа, когда он получит приказ свыше откомандировать тебя для участия в показе мод?

— Даже не думай об этом, — сказала Крис, заметно передернув плечами. Если генерал МакМоррисон прислушается к этой склочнице, все, что Крис сделала, чтобы стать обычным энсином, рухнет в тартарары.

— Крис, что ты делаешь в Космофлоте? — раздалось слева по движению. — Я думала, ты станешь большим боссом в политике.

Крис остановилась и позволила догнать себя молодой женщине, в отличие от остальных дам, строго одетой. Времени вспомнить имя у Крис не было. Она улыбнулась и протянула руку.

— Уверена, ты меня не помнишь, — продолжила женщина. — Я Юкки Фантано, с северного Тусона. Ты как-то провела неделю в нашей штаб-квартире перед последним переизбранием твоего отца.

— Конечно! Юкки! — воскликнула Крис, так и не вспомнив женщину. — Как дела на севере?

— Жарко, как у черта на рогах, и это в начале года. До сих пор не понимаю, как тебе удалось взять под контроль весь тот хаос и превратить его в отличное зрелище.

— Ну, есть немного опыта в подобного рода делах.

— Бьюсь об заклад, так и есть, — засмеялась Юкки.

— Тем более что я никого из вас не знала, так что просто делала все наобум, а вы были достаточно любезны, чтобы помочь мне освоиться.

— Когда Билл Лонгнайф, наконец, признает, что у нас должны быть пошлины на импорт для защиты нашей промышленности от дешевого дерьма, извергаемой Землей своим подвальным производством? — услышала Крис за спиной. Быстро оглянулась и увидела двух старичков, увлеченных разговором друг с другом. — И посмотрите на всех этих женщин, над которыми верховодит Бренда Лонгнайф. Они похожи на земных шлюх. Может, теперь Билли поддержит ограничения на въезд? Господи, через несколько минут мы будет вручать медаль этой Лонгнайф, девице, спасшей одного из наших детей от банды подонков с Семи Сук. Хорошая система паспортного контроля оставила бы этих бандитов там, где им и место.

— Если это сделала Лонгнайф, — заверил говорившего собеседник, — вряд ли операция была сложной. В конце концов, похитители оказались всего лишь недалекими головорезами. Во всех внутренних мирах детей учат, разве что, воровать сумочки у пожилых дам.

Юкки побледнела.

Крис пожала плечами, улыбнулась и не отреагировала на беседу тех двоих.

— А этим двоим почему ничего не сказала? — поинтересовался Томми.

— Когда-нибудь пытался научить свинью петь? — вопросом ответила Крис.

— Полагаю, это было бы пустой тратой времени. Расскажи лучше, как умудрилась поставить на уши офис в Туссоне так, что впечатлила саму Юкки.

— Просто и легко, Томми. Нужно всего лишь не волноваться, насколько ты успешен, а народ вокруг тебя только и делает, что отмечает, какая для них честь находиться рядом с тобой. Это я узнала, когда второй раз получила задание присутствовать в центре нигде, якобы помочь куче незнакомых людей работать вместе, чтобы отец получил дополнительные голоса. — И ушла в Космофлот, чтобы он прекратил посылать меня туда, где решил сэкономить. Военные вне политики, так что нынешней энсин Лонгнайф придется тоже быть вне политики. — Естественно, — закончила она, — все, что тебе нужно, это все время улыбаться.

— Улыбаться, стало быть?

— Да, просто улыбаться. Я знаю этих двоих.

— Земной бизнес грабит меня этими короткими, нелепыми сроками патента, — ворчал доктор Ю’тинг, профессор нанобиологии. — Мы ждем ввода в производство очередной моей идеи, а эти земные воры вдруг объявляют, мол, срок патента истек, а потом присваивают все исследования себе. Кольцо проводит исследования и не платит нам ничего. Я говорю, пора избавляться от них, пусть там гниют сами у себя.

— Нам нужен центр патентного права, Ларри, а Кольцо пытается увеличить срок патентной деятельности, — ответил доктор Мид, старый профессор политологии, у которого училась Крис.

— И последний раз, когда Сенат пытался сделать это, президент, этот земной раб, наложил вето на законопроект. Черт, Грант, когда последний раз Кольцо выбирало президента? Лонгнайф тогда не было. О, может, один или два раза, но до тех пор, пока президент будет избираться всенародно, Земля и ее Семь Ведьм будут заполнять эту нишу, а мы так и не получим закон окончательно. Насколько я понимаю, будет лучше, если мы будем сами по себе. Каждая планета сама по себе. Мы выдаем собственные патенты, сами фиксируем собственные архивы. Пусть эти воры попытаются продублировать мою работу без моего описания в заявке на патент.

— Они для нас крупнейший рынок, — напомнил доктор Мид, сделав глоток из бокала.

— И у них самый большой флот, — сказала Крис, присоединяясь к разговору. — Если вспомнить Итич войны, именно их флот спас всех. Флот и земные миллиарды, чтобы экипировать его.

— Привет, Крис, вижу, ты стала молодцом, — просиял доктор Мид.

— Просто делаю свою работу, — ответила Крис.

— Кому нужна эта древняя история, — рыкнул собеседник доктора Мида. — Империя Итич уснула, и нет никаких признаков других инопланетных видов.

— Благодаря Вардхейвенскому договору мы на самом деле не часто охотимся за инопланетянами, — заметил доктор Мид. — Наша галактика большая и мы только коснулись ее края.

— Ты говоришь как какой-то землянин с головой, спрятанной в песок.

Крис кивнула доктору Миду и отправилась дальше, оставив того за привычным спором. Ей пришлось поучаствовать в конкурсе «Пожми как можно больше рук». Неподалеку обнаружился бар. Крис решила сделать небольшую паузу, выпить какого-нибудь тонизирующего напитка, а Томми, наконец, получил в свои руки пиво.

По правой стороне неподалеку собрались ветераны, к которым она и направлялась. Их легко узнать по медалям, что носят на лацканах: медали ветеранов Итич войн. Ветераны женщины, похоже, в зале единственные, кто носят пиджаки, кофты и строгие брюки той старой эпохи. Опять же, Крис так и не смогла придумать способ прикрепить боевые медали к бюстье. Мысль о том, как задумалась бы мама, если бы ей пришлось прикреплять Золотой Солнечный Цветок или любую военную медаль к своему наряду заставили Крис невольно улыбнуться.

Кто-то из ветеранов улыбнулся в ответ, и Крис с легкостью отправилась в их сторону. В качестве дочери премьер-министра, она провела с этими людьми немного времени. Сейчас же, видя в ней служащего энсина, они приветствовали ее. Однако, не позволили прорваться во внутренний круг и прервать текущую тему разговора.

— Этим детям нужна хорошая война.

— Слишком слабые, слишком слабые перед прямым выпадом, скажу я вам.

— Хорошая война даст им немного твердости. Надежной твердости.

— Посмотрите на них, они все выглядят, как какие-то шлюхи.

— Кучка слепых подражателей.

— Хорошая война научит их стоять на своих ногах.

— И посмотрите, кто у них заводила. Чертов Лонгнайф с его скандалами. Ублюдок за всю свою жизнь не прослужил ни дня и ни разу не носил военной формы.

— Пару часов с добрым сержантом, и этот человек узнает, куда надо кого вести.

— Мой сержант дал бы ему хорошего пинка.

— Точно, хорошего пинка, — сухо засмеялись окружающие.

Кто-то в центре круга заметил Крис. Нетрудно, в общем-то, заметить циркулирующее по залу белое пятно на фоне ярких цветов. Путь Крис отслеживался легкими переглядываниями, но нелестный разговор об отце, тем не менее, не прекратился. Томми весь извелся, готовый в любой момент уйти куда подальше, но Крис не обращала ни на что внимания. Однажды имея дело с ветеранами Итич войн в качестве дочери политика, она поняла, что ничто не сможет заставить их изменить свое мнение, не говоря уже о любимой теме разговора.

Для Крис в этом не было ничего нового, она все это слышала раньше. Даже многие из действующих старших офицеров, включая капитана Торпа, чувствовали, что нынешнее поколение больше озабочено получением своего первого миллиона, и к черту долг обществу. В этом поколении и при такой политике, понятия долга и чести оказались потеряны. В некоторых местах ситуация была еще хуже. И вообще, делами управляют не те люди. Хорошая война должна показать миру, кто на самом деле заслуживает быть вожаком собачьей своры.

Встретившись взглядом с каждым, каждому подарив улыбку, Крис отвернулась.

— Не могу понять, почему старики-ветераны такие зануды, — сказала она, обратившись к Томми. — Сложно представить, что через сотню лет сама стану такой же.

— Может, это из-за того, что ты ближе к тем людям, у которых в жизни всегда все хорошо? — вопросом ответил Томми.

— Говоришь, я сама часть проблемы?

— Нет, просто, возможно, ты слишком близко к одной из сторон, чтобы видеть другую.

— Ты готов защищать неизвестность?

— Эй, Крис, я с Санта-Марии. Мы там так и живем, в неизвестности. Но даже там одни люди видят одну сторону, другие — другую.

— Но мы все живем в одной и той же галактике. И как-то должны делать это и дальше, вместе. Есть предложения?

— Если бы было хоть одно, разве я бы не поделился сразу же, как только оно появилось?

Крис обвела взглядом зал. Мама с курятником справа. Впереди кучка действующих военных. Крис пошла прямиком к ним, решив посмотреть, что у нее получится там.

Чуть не столкнулась с коммодором Сэмпсоном, и…

— Кристина Лонгнайф, уверен, ты меня не помнишь, — невзрачный мужчина средних лет, безукоризненно одетый, протягивал ей мускулистую руку. Позади него трое, нет, четверо типов из службы безопасности, такие же, как окружают отца, подозрительным взглядом просканировали ее, после чего вернулись к осмотру толпы. Вот теперь набралось четверо, кто не предполагает сегодня пролития крови в этом месте.

— Здравствуйте, мистер Смит-Петервальд, — сказала Крис, убедившись, что улыбка ничуть не дрогнула. — Что привело вас на Вардхейвен?

— О, здесь так много всего происходит. Тут можно ощутить запах будущего. Тут реальная сила, сюда я и иду. Как только уточню у твоего старика и его пугал-предков ограничение человеческой экспансии. Ведь перед нами целая галактика, которую мы можем захватить обеими руками.

— Последняя попытка проделать такое закончилась тем, что щупальца Итич обернулись вокруг наших шей, — невольно вырвалось у Крис. Она оглянулась, отыскивая дедушку Троубла, вон он, кстати, подошел вовремя, в красно-синем мундире, и при этом старается не выражать перед собеседником никаких эмоций.

— Последние шестьдесят лет Империя Итич изображает из себя испуганную корову, — заметил коммодор Сэмпсон.

— Некоторые могут сказать, что просто ведут себя тихо, — сказал Троубл, сделав глоток пива из бокала. — Их империя никогда не вела политики расширения территории.

— Но человечество должно расширяться, — слабо возразил мистер Петеравальд. — Ничто не должно нас ограничивать. Почему мы должны сами себя ограничивать?

В этом вся суть экспансионистской партии. Великолепное Человечество. Учитывая свои взгляды, Крис с удовольствием отправилась бы вместе с ними. Но Итич почти заставили человечество вымереть. Крис держала рот на замке.

— Да, — согласился Троубл, — расширение необходимо. Но это расширение должно быть управляемым, чтобы мы были готовы к тому, обо что споткнемся в следующий раз. По крайней мере, готовы, насколько возможно. Галактика довольно обширное место, Пити, и кто знает, что там.

— А ты что думаешь? — улыбнувшись, обратился к Крис мистер Петервальд.

Она попыталась измерить искренность улыбки, и у нее получилось где-то минус десять баллов… по пятибалльной шкале.

— Галактика интересное место, но я только начинаю ее изучать, — уклончиво ответила Крис, ровно так, как учили. Вряд ли отец был готов комментировать оппозиционным СМИ какие-либо конкретные слова Крис на пресс-конференции сегодняшним вечером.

— Твои слова похожи на слова осторожной женщины. — Улыбка Петервальд стала еще более слабой, насколько это возможно.

— Неплохо прозвучало, — кивнул Троубл.

— Ну, где-то в окружении вашей матери затерялся мой сын. Надеюсь, ты присоединишься к нам позже. Уверен, ты с ним еще не знакома.

— Не имела удовольствия.

— Возможно, сегодня и познакомитесь.

— Да.

Крис осталась стоять, а Петервальд, снова улыбнулся, развернулся и отправился в сторону кучки людей, собранной матерью Крис. Не сказав ни слова, коммодор Сэмпсон повернулся спиной к генералу Троублу и ушел, затерявшись в группе офицеров. У Крис обнаружилась секунда перевести дыхание.

— Я все слышал, ты молодец, — сказал дедушка Троубл, отхлебнув пива и спрятав другую руку в карман.

— Мне удалось уцелеть, сэр.

— Ты собираешься «сэр»-кать своему старому доброму дедушке?

— Когда мы в форме и в общественном месте, думаю, что да, сэр.

— Чертовски прямолинейно, — сказал он.

— Насколько все плохо? — поинтересовалась Крис.

Старый солдат взял паузу. Мгновение он изучал пузырьки в пиве, потом покачал головой и посмотрел на Томми.

— Не настолько, чтобы я не желал об этом костюме на тебе, юная леди. Думаю, мы, старые пердуны, еще помним, что такое настоящая война и сможем удержать молодых и непонимающих от чего-нибудь глупого, — он отпил пива. — Надеюсь. Что пьешь?

— Тоник.

— До сих пор уверен, самой большой проблемой для тебя были таблетки, что тебе скармливала мама, чтобы сделать из тебя «милую девочку». Сомневаюсь, что ты превратилась в алкоголичку.

— Многое в жизни не стоило бы знать. — Крис улыбнулась тому, как нежно и мимоходом прошелся дедушка над той темой, что до сих пор не давала ей спокойно спать.

— Дамы и господа, прошу вашего внимания. — Пронесшиеся по залу слова лишь незначительно понизили общий шум в зале.

— Хотите присоединиться к нашей компании? — предложил дедушка Троубл. — Как я понимаю по вашей форме, сегодня вы будете нашими детьми на плакате.

— Если не возражаешь, мы останемся здесь, — сказала Крис, и Томми быстро закивал, соглашаясь с каждым ее словом.

— Боишься старых генералов?

— Вашими именами названы несколько звезд.

— Это и ваша галактика, ребята. Когда-нибудь и вашим именем назовут какое-нибудь созвездие.

— Дедушка, мы всего лишь пока энсины. Нам не все понятно, да и не особенно нужно знать, о чем вы друг с другом разговариваете.

— Ты похожа на курицу? Эй, ты уже столкнулась с минами и ружьями. Ты не смеешь бояться нескольких стариков и старух. Или боишься только нас двоих? Один бог знает твою семейку, но ты и впрямь имеешь право держаться подальше от своих родственников.

— Только не от тебя, дедушка.

Он взял ее за руку. Крис неохотно позволила ему повести себя по залу. Томми последовал за ними с энтузиазмом буксируемого ледокола. Они прошли мимо крайних пикетов без особого шума. Пока отец представлял к первым медалям художников и чиновников, Троубл подвинул пару трехзвездочных офицеров, освобождая место для себя и Крис рядом с председателем земного генерального штаба. Крис навесила на лицо штампованную улыбку и встала между двумя генералами. В это время Томми воспользовался возможностью безопасно приютиться в тихом уголке.

— Генерал Хо, позвольте представить, моя правнучка, энсин Лонгнайф.

Крис изо всех сил пыталась вспомнить, что она еще и дочь премьер-министра и выживала в ситуациях куда хуже, чем сейчас, так что быстро вспомнила правила: на нем нет фуражки, на мне тоже. Не салютовать. Что бы ни было, это светское собрание. Что бы ни случилось.

Крис слегка поклонилась в ответ.

— Я так понимаю, вы сделали для нас хорошее дело.

— Я сделала то, что в такой же ситуации сделал бы любой офицер, генерал.

— Не забывайте об этом. Будучи Лонгнайф это может оказаться не так просто. Верно, Рэй?

Черт! Еще один пятизвездочный прадед вынырнул с той стороны от генерала Хо. То, что сейчас Крис и нужно: воссоединение семьи. Она еще не до конца выяснила, как ей быть в качестве энсина в окружении многозвездочных офицеров, а теперь придется как-то выходить из положения и в семейном плане. О, черт.

— Если выживет, может, кое-что узнает, — согласился Рэй.

Премьер-министр зачитывал список и, чем важнее для его партии был награждаемый, тем более многословной была речь перед награждением. Отношение к происходящему офицеров вокруг Крис, можно сказать, спасло ее от ненужной реакции на то, что произошло дальше. Их пригласили политические руководители, потому они и пришли. Тем не менее, военные просто стояли, сложив руки на груди. Тихие, как сфинксы, готовые к бою, столкнувшиеся с обществом, что не понимает их, редко в них нуждается и, в значительной степени, игнорирует.

Когда отец, наконец, дошел до конца немилосердно длинного списка, он объявил, что последнюю на сегодня награду вручит не он, а лично генерал Хо, тем самым сразу перепрыгнув через голову генерала МакМоррисона, главы военного штаба Вардхейвена. Правда, Крис служила в Космическом флоте Сообщества, но «Тайфун» построен на Вардхейвене, экипаж собран здесь же, и корабль предназначен для выполнения задач, поставленных Вардхейвеном. Премьер-министру не помешал бы еще один урок обхождения со своими вояками… урок, который ему должен кто-нибудь дать, только не Крис.

Генерал Хо удивленно на долю дюйма поднял бровь, взгляд неодобрительно сморщился, что подвигло адмиралов и генералов вокруг него сделать то же самое. Тем не менее, генерал без колебаний проделал весь путь до сцены. Церемониймейстер вручил ему папку с речью и медаль, предназначенную для Крис. Последний час Крис провела в молитвах ко всем бюрократическим богам в пантеоне, что семья предоставит награждение солдатам, которые знают, что и как нужно делать. Так и вышло, только толку. На сцене, покачивая бедрами, в юбках с рюшечками, тут же появилась мама. Происходящее быстро превращалось в кровавый политический цирк. Впрочем, генерал Хо не собирался устраивать кровавого политического зрелища.

— Энсин Лонгнайф, выйти вперед по центру, — прорычал он.

Предыдущие получатели наград шли к сцене, махая остальным руками, смеялись, разговаривали с отцом, даже кричали что-то людям в зале. Крис промаршировала строго — плечи назад, голова вверх. Сержант в учебке был бы за нее горд.

Генерал Хо прочитал текст чистым, резким голосом, закончив словами:

— Ваши действия перед лицом преступных действий и вражеского огня свидетельствуют о чести и доверии, данном вам Космическим флотом, в котором вы служите.

Крис моргнула. Раньше такая речь заканчивалась немного по другому: «…и Космическим флотом Человеческого Сообщества, в котором вы служите». Генерал Хо приколол на грудь Крис медаль и передал наградную папку. За спиной Крис высокопоставленные офицеры, собравшиеся в одной группе, ударили по полу каблуками ботинок и выкрикнули традиционный торжественный клич.

Украдкой Крис взглянула на речь, вписанную в папке. Черным по белому в ней была написана традиционная фраза без всяких переделок. Генерал Хо самолично пропустил некоторые слова. Неужели таким образом он намекнул сослуживцам, что сине-зеленому флагу пора спускаться?

Гражданские, конечно же, пропустили такую мелочь мимо ушей, не заметив или не придав значения. Как только награждение состоялось, они вскочили на ноги, а отец с матерью тут же оказались около Крис. Мама, естественно, тут же прицепилась к медали.

— Дорогая, теперь, когда ты получила свою безделушку, готова вернуться домой? — прошептала она, ткнув пальцем в медаль — Какой миниатюрный, из него получится замечательный кулон. Я знаю ювелира, который может окружить ее несколькими бриллиантами и сделать поистине божественным.

— Ма-ма, — прошептала Крис, намеренно копируя интонацию, приобретенную лет в четырнадцать… и, наверное, появляющуюся у всех девушек этого возраста. — Из Космофлота так просто уйти не получится. Это называется дезертирством, мятежом и все такое.

— О, твой папа сегодня утром говорил мне, что у Космофлота сейчас не так хорошо с бюджетом, и они отсылают моряков домой пораньше?

— Да, мам, но я офицер. Сейчас мы только на половинном довольствии, так что вскоре мне придется вернуться и служить дальше.

— Ну, мне кажется, что…

— Леди, улыбку для фото, — процедил папа сквозь сжатые зубы, изображая улыбку. Крис с мамой повиновались.

Как только народ начал расходиться, церемонию можно было считать закрытой. Мать с отцом, тем не менее, продолжали встречаться с людьми.

Генералу Хо тоже пришлось отвечать на некоторые вопросы. Крис оглянулась в поисках местечка, где можно перевести дух, восстановить нормальное настроение и, заодно, заказать чего-нибудь выпить.

Она ждала, что окажется осажденной хотя бы несколькими доброжелателями, но обнаружила, что осталась, на пару с Томми, свободной наблюдательницей. Пропасть между гражданскими и военными на церемонии оказалась такой вопиющей, как и разница в том, что сделали награжденные, чтобы оказаться здесь. Гражданские строили, открывали, что-то делали для блага людей и для общей славы человечества… за что им отдельное и общее спасибо. Крис же оказалась чертовски близко к тому, чтобы погибнуть, только чтобы маленькая девочка могла жить.

Она покачала головой.

— Генерал Хо что-то бормотал под нос, когда покидал сцену. Что-то о том, что кто-то был слишком далеко, что даже не подозревает, какую игру затеяли, — в никуда сказала Крис. — Я не спросила его, кого он имеет в виду, публику или генералов, но подозреваю, что знаю, что бы он ответил.

— Подходит и для тех, и для других, — огляделся Томми.

Крис представила собравшуюся публику двумя бейсбольными командами, каждая из которых не собирается покидать своей стороны игрового поля.

Крис наблюдала, как прадеды из кожи вон лезут, пытаясь управлять концом Человеческого Сообщества, стремясь устранить напряженность между двумя фракциями: один с почти религиозным фанатизмом, что человечество должно объединиться и стать единым, другой, настаивая, что каждый имеет право делать то, что хочет. И все же, когда разногласия, кажется, были разрешены, вместо двух старых фракций образовались две новые: одну интересовало получение прибыли, власть и слава, другая готова на самопожертвование ради, опять же, власти и славы. Игра внутри игры. Крис смотрела на лица вокруг. Сколько игр внутри других игр выдержит ткань Сообщества?

Крис отправилась было предупредить дедушек Рэя и Троубла, но увидела, как в ее сторону пробирается мама с каким-то молодым человеком на буксире. Крис понадеялась, что та свернет в сторону, ведь Троубл был самым нелюбимым ей человеком во всей галактике. Но удача повернулась задом. Крис смирилась с возможной семейной ссорой.

— Крис, я хочу, чтобы ты познакомилась с Генри Смит-Петервальд Тринадцатым. Вам двоим стоит получше узнать друг друга. У вас так много общего.

Точно, — подумала Крис, — если выйду за него замуж, свекор прекратит попытки убить меня. Тяжелый взгляд дедушек Рэя и Троубла, которым они одарили молодого человека, заставил Крис засомневаться в своем выводе.

Молодой Петервальд, однако, радостно улыбнулся и протянул руку. Ровесник Крис, такого же роста, имел такой вид, что не оставалось сомнений — родители не пожалели денег и самолюбия, чтобы генетически улучшить свое потомство. Крис ответила на рукопожатие, но, прежде, чем успела сказать хоть слово, заработал пейджер. Одновременно запищал пейджер и у Томми. Тот продемонстрировал присланное послание: «Отзыв. Отпуск отменяется. Чрезвычайные обстоятельства на Олимпии требуют вашего немедленного возвращения к службе».

Небольшая отсрочка! Но Крис удалось сделать хмурый вид.

— Где находится Олимпия?

Прежде, чем ответила Нелли, слово взял дедушка Троубл.

— О, это новая колония, ей нет еще пятидесяти лет и не на все карты ее нанесли. Планета славится супервулканом, расположенном от поселения на другом краю шара.

— К счастью для людей, — протянула Крис.

— Едва ли. Массированное извержение выбрасывает в воздух достаточно дряни, чтобы на планете в этот раз не было лета. Неудачно для урожая. Недавно в океане пропали течения, и поселение пережило пресловутые сорок дней и ночей сплошного дождя.

— Им бы помолиться, чтобы так и было, — отрезал дедушка Рэй. — Дождь идет уже двенадцать месяцев и ему не видно конца. Похоже, вам, сударыня, предстоит та еще работенка. Голод, наводнение и, о да, полный развал гражданской власти. Банды отчаянных головорезов, вооруженных огнестрельным оружием, странствующих по размокшему пейзажу в борьбе за то, что осталось. — Рэй с улыбкой взглянул на Троубла. — Да, похоже, ребенку светит приятное времяпровождение.

— Напоминает старые добрые времена, — рассмеялся Троубл.

Мама нахмурилась. Молодой Петервальд пожал плечами, и Крис, извинившись, несмотря на плохую новость, почувствовала, как с ее плеч исчезла целая гора.

Глава 9

В учебке старый лейтенант предупреждал кадетов: «Нет ничего хуже, нежели лететь на гражданском корабле в военной униформе. И не надо мне тут лыбиться. Это ад. А если ты старший офицер, так то во сто крат хуже». Крис лишь однажды летела таким образом, из Вардхейвена на Верхнюю Камбрию. Старшим тогда был офицер званием повыше. Большую часть полета он провел в углу бара, и поочередно назначал его то штабом Космофлота, то клубом по интересам. Крис тогда дала задание Нелли откопать весь доступный материал по кораблям класса «Камикадзе» и носа из каюты не высовывала вплоть до стыковки лайнера.

Сейчас ей хотелось повторить то же самое, вот только в этом полете старшим офицером была она сама.

Офицеров на корабле летело не так много. Выбирать пришлось сначала из двух, а чуть позже из четырех новоиспеченных энсинов. После учебки результаты Крис были немного лучше, чем у Томми, в основном из-за стрельбы. А двое других энсинов, мало, что ступили на борт в Питтс Хоуп, но и учебку закончили неделей позже. Этот факт Крис узнала из досье, получив их сразу, как новички зашли на борт, а те, в свою очередь, скрылись в своих каютах и, за исключением походов в столовую, ни разу их не покидали.

— Сомневаюсь, что дверь между их каютами бывает закрыта, — сердито пробормотал Томми.

Дверь между каютами самого Томми и Крис всегда была закрыта… кроме случаев, когда последней была нужна помощь в исполнении служебных обязанностей, например, при изучении записей прививок личного состава. В результате она подписала на вакцинацию всех, кто был на борту, не спрашивая, словно все они мешки с картошкой. Ей также надо было убедиться, что все в курсе предстоящей миссии и имеют все необходимое для работы на Олимпии. К сожалению, эти требования подвергались изменениям. Условия на Олимпии и так не ахти и с каждым днем становились все хуже. Мало того, что появлялись все новые виды болезней, так еще вспыхивали старые, угрожая планете настоящей пандемией.

— Тиф! — воскликнул Томми. — Я думал, мы уничтожили эту заразу еще пару сотен лет назад.

— Я тоже так думала. Значит, не уничтожили, а переносчик как-то попал на Олимпию.

Эта конкретная проблема заставила Крис нервно вышагивать по трапу на Верхнем Питтс Хоуп, ожидая наспех заказанную партию вакцины, в то время как космический лайнер «Леди Хесперис» в любой момент был готов поднять трап и улететь. Ампулы прибыли за несколько секунд до конца четвертого обещанного срока, так что оставаться на станции, когда корабль, наконец, взлетел, не пришлось. Правда, Крис не была уверена, что возражала бы, если б случилось наоборот.

Она сомневалась, что «Хасси», древний, разваливающийся лайнер, когда-то был хорошим кораблем. Хоть ни один член экипажа и не советовал никому ничего, Крис быстро научилась нехитрой премудрости в ночные часы пристегиваться к койке и сразу надежно закрепила все вещи. Казалось, механики «Хасси» не имели никакого представления о ровном полете корабля в космосе. Ускорения и торможения происходили внезапно без всякого предупреждения и варьировались от небольших долей до трех g.

Смешки и подколки экипажа гражданского судна заставляли пассажиров чувствовать себя больше экспонатами зоопарка, чем матросами, спешащими спасать целую планету.

Быстрый взгляд на досье показал, почему пассажиры так плохо переносят полет на «Хасси». Для многих из них он был первым. Большая часть — только-только завербованные новобранцы. Некоторые успели пройти базовую подготовку, впрочем, толку немного, раз путаются даже в том, как правильно носить форму. Как-то Крис остановила старшину третьего класса, приказала ему выбрать из всей массы самых заядлых забияк. Тот ответил: «Слушаюсь, мэм» и отправился выполнять, словно то была детская задачка. Но когда Крис оглянулась, увидела, что старшина прямым курсом отправился в бар, сгорбившись и вразвалочку, как шел до остановки.

Сейчас Крис глубоко погрузилась в изучение досье несчастных, оказавшихся в ее распоряжении. Печально покачав головой, постучала в дверь, ведущую в каюту Томми.

— Входи, — крикнул тот. Крис вошла, не отрывая взгляда от экрана планшета.

— Видел наше войско? — помахав планшетом, спросила она.

— Выглядит печально. Но я в них верю.

— Нет, я имею в виду досье. У нас только двое старшин второго класса и четверо третьего. Всех вытащили на эту работу из учебок после второго, в лучшем случае, третьего месяца обучения. Доллары Вардхейвена тут, что дырка от пончика, вроде как есть, но по сути — пустота.

— Выглядит несколько подозрительно, словно Космофлот хочет показать всем заинтересованным сторонам, что сюда либо надо вложиться сверх меры, либо не лезть совсем, — сказал Томми, не отрываясь от своего планшета. — Скорее даже, просто не лезть.

Крис решила не уточнять, что он имеет в виду. И так понятно. Неужели отец решил применить этот метод, чтобы вернуть ее туда, где хочет чтобы она была? Ни в коем случае, господин премьер-министр.

— Ты в курсе, что в системе Олимпии семь прыжковых точек? — спросил Томми, прерывая затянувшуюся паузу.

— Нет, — ответила Крис и подошла ближе, чтобы взглянуть на экран его ридера. Экран показывал Олимпию с окрестностями.

— Дело в том, что из этих прыжковых точек можно попасть в любое место человеческого пространства в два или три раза быстрее, чем откуда-либо еще.

— Хорошее место для большой торговой точки, — задумчиво сказала Крис.

— Кажется, что так. Тогда почему туда посылают новичков? Только чтобы обозначить присутствие?

— Нелли, — нахмурилась Крис, — что за организация ведет миссию на Олимпии?

Запрос у Нелли занял чуть больше времени, а потом экран ридера Крис заполнился организационными диаграммами.

— Извини, — сказала Нелли, — Ежедневные отчеты нестабильны и меняются изо дня в день без каких-либо объяснений.

Томми поднял бровь. Даже новички энсины твердо знают, что Космофлот относится к ежедневным отчетам и, если уж на то пошло, к любым отчетам, очень серьезно.

— Кто руководит балаганом?

— Полковник Джеймс Т. Хэнкок, — ответила Нелли.

— Тот самый? — выдохнул Томми.

— Должно быть, однофамилец, — уверила его Крис, но Нелли такое не проверит. Есть более важные дела. Вместо этого она взглянула на табличку организации. Миссия милосердия, подобная этой, не обязана следовать какой-либо окончательной структуре. На земле командиры могут импровизировать, как вздумается. Тем не менее, как правило, в подобных миссиях, следуют структуре батальона или полка, в зависимости от событий. На Олимпии, судя по отчетам, структура на батальонную не тянет, зато организационная диаграмма выглядит амебой, пляшущей на экране ридера одну из ирландских джиг Томми.

— Связь, медицина, разведка, финансы, поставки, руководство, — сказал Томми, — все представлено на таблице, а после этого существует еще огромный административный отдел, где персонала больше всего.

— Обратил внимание на то, чего не хватает? — поинтересовалась Крис.

Томми зыркнул на нее, потом уткнулся таблицы, выведенные на экран ридера.

— Только хвост и никаких зубов.

— Точно, только хвост, а на раздаче никого.

— Может, этим занимается администрация, — предположил Томми.

— Подождем, посмотрим, — вздохнула Крис.

Отец может оказаться прав, нынешних проблем хватит с лихвой, займет ее по полной. А может, завтрашние проблемы покончат друг с другом, прежде чем доберутся до нее.

Крис решила, что отец на самом деле тот еще оптимист.

* * *

Два дня спустя Олимпия выросла настолько, что через обзорный иллюминатор Крис смогла бросить первый взгляд на беспорядок, творящийся на планете. Тонкий слой атмосферы неожиданно ярко осветился, когда остров длиной километров в тридцать и дюжину километров в ширину взорвался, превратившись в пыль. Несмотря на разную гадость в атмосфере, Крис увидела очередную штормовую линию, идущую с океана к материку и без того уже перенасыщенному от дождевых туч, пытающихся преодолеть внутренний горный хребет. Пустыня за горами имела признаки недавних внезапных наводнений.

— Вы та женщина, что отвечает за проделки всех этих хулиганов на моем корабле?

Крис обернулась и обнаружила пузатого, несколько дней не бритого мужчину. Тот смотрел на нее сверху вниз, с чем-то непонятным, напяленным на голову, наверное, капитанской фуражкой.

— Думаю, меня можно считать старшим офицером, — кивнула Крис.

— Тогда подпишите вот здесь.

— И здесь говорится о…

— О том, что я доставил на место девяносто шесть матросов и четырех офицеров аварийно-спасательной команды Олимпии, согласно контракта.

— Нелли, у нас на самом деле девяносто шесть матросов? — Изучая дела подчиненных, Крис ни разу их не подсчитывала.

— Да.

— Крис, шаттл загружен, — прозвучал по комлинку голос Томми.

— Сколько на борту человек?

— Не знаю.

— Посчитай.

Томми на долгую минуту затих. Потом снова включился:

— Девяносто шесть матросов, мэм. Я и еще двое энсинов. Ждем только тебя.

— Скоро буду, — сказала Крис и подписала протянутую бумагу. — Я хочу копию.

Капитан вытащил из-под верхнего листа второй. На нем отразилась копия подписи Крис.

— Спасибо, капитан. Если повезет, обратно мы полетим другим рейсом.

Она подняла сумку. Боевая форма Космофлота, похоже, станет повседневной униформой и днем, и ночью на этой и на следующей неделе. На Вардхейвене старый мичман, информировавший о задании, с огромным удовольствием отметил, что новички-энсины решили попачкать руки в этаком походе. Судя по всему, испачкаться тут шансов много.

Полет на шаттле выдался ужасным и стал хуже, когда несколько матросов, один за другим, выблевали обед. Если бы Крис не обвязалась крепко страховочными ремнями, она пробралась бы к носу и сама заняла место пилота. Но, опять же, челнок это одно, а шаттл с сотней пассажиров совсем другое.

Как бы там ни было, им повезло — Порт Афины оказался в промежутке между очередными штормами ежедневного парада. Посадка, однако, дала пассажирам совершенно новый опыт. Когда люди вышли из шаттла, они обнаружили посадочную полосу сплошь в ухабинах и рытвинах.

— У этих людей совсем нет гордости? — фыркнул один из матросов.

— На Хейвене мы никогда не позволяем бетону выглядеть настолько плохо.

— Вряд ли после года кислотных дождей бетон будет выглядеть лучше и у вас, — огрызнулся грузчик из местных.

— Похоже, аборигенам не хватает чувства юмора, — отметил Томми.

— Думаю, его смыло вместе с большей частью краски на вон тех зданиях.

На стенах между красными прожилками виднелись цветовые пятна, в которые когда-то был покрашен терминал. Что-то похожее на нагромождение синего, зеленого, оранжевого и других красок. Сейчас же все выглядело уныло.

К шаттлу подъехали два автобуса, но, несмотря на то, что войско Крис мокло под дождем, двери открываться не спешили. Открылись они, когда из шаттла вышел последний пассажир.

Почти все солдаты через дождь кинулись к автобусам. В этом порыве не было никакого порядка, одна лишь безумная давка, каждый спешил занять место поудобнее. Мало кто обращал внимание на соседей, разве что-то нецензурно выкрикивая в ответ на такую же нецензурную брань или жест. Томми некоторое время наблюдал за ними, потом посмотрел на Крис и пожал плечами.

Парочка энсинов с Питс Хоупа захватили два передних места в одном из автобусов.

— Они демонстративно игнорируют меня или просто избегают? — пробормотала Крис, стоя под дождем, наблюдая за посадкой всех девяносто шести солдат.

— Может, успели заметить, что находиться рядом с тобой может закончиться летальным исходом, — довольно оскалившись, пошутил Томми.

— А ты? — вернула подачу Крис.

— Со мной везение маленьких людей, — заверил тот.

— В таком случае ты со своими маленькими человечками отвечаешь за второй автобус, а с нашими примадоннами я как-нибудь одна справлюсь. Им разве никто никогда не говорил, что старшие в автобус заходят последними?

— Тот, кто придумал это правило, — прищуриваясь от дождя, Томми посмотрел вверх, — ни разу не был на Олимпии.

И отправился к своему автобусу, а Крис к другому, внезапно обнаружив, что ей не хватило места, оказавшись пятьдесят первым человеком на борту, предназначенного для сорока восьми. Молодой солдат с разбитым лицом предложил ей свое место. Отец и, особенно, мать, приняли бы предложение без всякой задней мысли, но Крис и представить себе не могла, что дедушка Троубл сделал бы то же самое. Все пятнадцать минут поездки она простояла.

Поездка оказалась такой же мрачной, как и весь порт. Дорога сплошь покрыта выбоинами, а стены зданий демонстрировали последствия постоянной водной атаки. Где-то сломался главный канализационный коллектор, добавив к общему несчастью еще и запах. Люди бродили, опустив головы, сгорбив плечи, защищаясь от ливня. Промелькнуло несколько разбитых, зияющих пустотой, окон сгоревшего магазина. Даже редкие разговоры среди команды Крис затихли, солдаты молча наблюдали за достопримечательностями опустошения и накопившимся отчаянием.

Наконец, подъехали к комплексу построек, огороженных ржавой колючей проволокой. Справа расположилось здание, наверное, ранее бывшее офисным, одно из разбитых окон закрывает фанера с облезшей краской, но остатков хватило, чтобы распознать сине-зеленые цвета флага Сообщества. Дальше за затопленным, грязным парком выросли две гостиницы, одна на четыре этажа, другая на десять.

Водитель потребовал от Крис выгружаться из автобуса, мол, у него есть другие места, где он должен работать и зарабатывать себе на пропитание. Крис в этом засомневалась, но автобусы гражданские, а Космофлот постоянно держит своих людей в тонусе. К сожалению, это означало, что ее войско поспешило покинуть автобус, чтобы снова оказаться под дождем. К ним подъехал грузовик с багажом, все это время следовавший за ними. Двое гражданских стали сбрасывать багаж прямиком в самую большую лужу.

— Ладно, матросы, выстраиваемся в шеренгу по одному, — приказала Крис. — Ты, ты и ты, — указала она на трех здоровенных лбов в ряду, — помогите гражданским разгрузить грузовик. Старайтесь кидать вещи туда, где посуше.

Помогло: скоро вещи стали валяться так, что Крис смогла прочитать имена владельцев. Поименный вызов сработает лучше и быстрее, чем бессмысленный поиск своих вещей во всей этой куче.

— Здесь есть хоть кто-нибудь? — прошептал Томми.

Ответ умер в горле Крис, когда она краем глаза заметила движение. Парадная дверь четырехэтажной гостиницы, служившей также администрацией, открылась, и наружу вышел офицер Космофлота в полном боевом снаряжении, прямой, словно проглотил шомпол. Он лениво похлопывал планшетом по бедру. Сомнений, кто за все тут отвечает, больше не осталось. Офицер наблюдал за пополнением к своей команде с хмурой гримасой на лице, так что не оставалось никаких сомнений о его мнении относительно происходящего.

— Смир-рно! — приказала Крис.

— Кто здесь главный? — донеслось от офицера. Это был скорее вызов, чем вопрос.

— Я, сэр, — не колеблясь ни мгновения, взяв на себя всю ответственность, выпалила в ответ Крис.

— И кто ты такая?

— Энсин Лонгнайф, сэр.

— Точно. — Он мгновение смотрел на нее, не слишком заботясь о том, что видит, потом повернулся к ней спиной. — Сформируй из личного состава два отделения, энсин.

Команда легкая, но Крис не смогла придумать ни одного способа выполнить ее должным образом. По хорошему, что свято в Космофлоте, Крис нужно передать команду заму, чтобы уже он или она, формировал подразделения. Все остальное неважно. Но все, что есть у Крис, так это пара энсинов, которые на борту корабля и в порту ни разу не проявили инициативы. Да уж, все руководство, на которое можно полагаться, состояло лишь из нее да, наверное, Томми.

Что тем утром сказал дедушка Троубл, когда взял ее в первый полет на ялике? «Если тебя проклинают, когда ты что-то делаешь, проклинают, если ты этого не сделаешь, тогда заслужи проклятье изящно».

— Энсин Лянь, — она посмотрела на Томми, — сформируйте отделение из тех, кто ехал в вашем автобусе.

— Есть, мэм, — отсалютовал Томми, развернулся кругом и тут же наступил в глубокую выбоину. Ему с трудом удалось сохранить равновесие, дальше он шел ровно и четко.

Крис развернулась к раздробленной группе промокших солдат.

— Все, кто ехал в автобусе со мной. Построиться слева от меня. — Чтобы никто не перепутал, ведь найдется пара ворон, она указала рукой в нужную сторону. Крис отметила, что в отделении оказались один старшина второго класса и двое третьего — неплохо для первого раза.

— Становимся правильно, правильно становимся, — пронеслись команды старшин, объясняя мокрым новобранцам, что они должны стоять так, чтобы пальцы соседа доставали до их плеча.

В двадцати метрах справа Томми проделывал точно такое же упражнение. В удивительно короткое время толпа преобразовалась в два отделения, построенные в три ряда каждое. Мокрые до костей, с каждой минутой становящиеся все более несчастными, но выглядят уже как два военных отделения Космофлота.

Двое других энсинов наблюдали за построением, спрятавшись под козырек и происходящее под дождем для них, похоже, было каким-то развлечением. Следуя примеру Хэнкока, Крис игнорировала их присутствие. Развернувшись кругом, отдала честь и доложила:

— Отделения сформированы, сэр. Все вновь прибывшие на месте.

Полковник, все еще хмурясь, повернулся.

— Документы с собой, энсин?

Крис вытащила из внутреннего кармана бумаги. Она могла с легкостью перекинуть электронную версию со своего компьютера на его планшет, но полковник предпочел по старинке, а тут уже не поспоришь, ранг повыше.

Офицер взял документы. Не взглянув на них, сложил и сунул бумаги в карман.

— Добро пожаловать на базу Космофлота Порта Афины. Я полковник Хэнкок и это все приветствия и благодарности, которые вы здесь получите. Те из вас, кто прибыл сюда сеять добро, оглянитесь. Здесь много хуже, чем вы думаете. Рядовым будут выданы средства связи и автоматы. Носите их как при исполнении служебных обязанностей, так и во время отдыха на базе. Категорически не советую выпускать их из рук, пока находитесь на базе. Теперь офицеры. — Мрачный взгляд стал еще мрачнее. — Вам так же будут выданы средства связи и личное оружие. Если есть мозги, не советую отказываться и от винтовок. Если кто-то не знает, как ими пользоваться, мы научим.

— Недавно я отправил домой трех, таких как вы, дамы, — еще громче рыкнул полковник. — Кто-то из вас может воспользоваться случаем. Я отправил домой троих, а ведь единственный ответный огонь вела только одна дамочка. Она сумела застрелить местного его же личным оружием. Она утверждала, что это была самооборона, но были свидетели и с другой стороны. В любом случае, ее теперь будут судить по всей строгости, потому что перестрелка произошла не на базе и не во время исполнения служебных обязанностей. Мой вам совет, мальчики и девочки, не покидйте базу, этим вы сбережете время как себе, так и мне. Сделайте, как я говорю, и у вас появится возможность когда-нибудь попасть в объятья своих мамочек.

— Энсин Лонгнайф, не так ли? — Он повернулся к Крис. — Из тех самых?

— Да, сэр. — Крис твердо встретила его взгляд. Генерал Троубл передавал вам привет, чуть было не добавила она, но сдержалась. Троубл вряд ли пошлет привет полковнику Хэнкоку. Только не Хэнкоку.

— Да уж, — нахмурился полковник. — Ладно, энсин, пусть твое войско доложится администрации, разживется средствами связи и станет на довольствие. Если поспешите, сможете перекусить до того, как столовая закроется на ночь. Администрация проследит, чтобы вам выдали карточки на питание и предписания. Советую сдать наличные деньги и карточки. Они не стоят жизни, чтобы с ними не расставаться. — Он хмуро осмотрел выстроенные отделения, потом посмотрел Томми, после чего взгляд снова остановился на Крис. — Когда закончите, я хочу видеть офицеров у себя.

— Да, сэр. — Крис отдала честь. В ответ получила нечто больше похоже на отмашку от назойливого насекомого.

Крис развернулась к своему войску. Выглядели они так же ошеломленно, как чувствовала себя она сама. Если уж тут такое руководство… но это не их проблема. Дождь льет все сильнее, а Крис оказалась единственным офицером, кому до них было какое-то дело.

— Старшины, выйти из строя. Подбирайте мешки и выкрикивайте имена, — приказала Крис.

Немножко указаний и войско организовано. Крис создала непрерывный поток, когда солдаты, один за другим забирали багаж и убегали в четырехэтажное здание, где на первом этаже засела администрация. Оттуда они переходили в оружейную, где выдавались средства связи и оружие. Все шло без сбоев, вновь прибывшие быстро получали ключи от своих квартир и бежали в столовую на ужин. Тем, чьи имена будут произнесены последними, повезет меньше всех — они промокнут до мозга костей.

Как назло, имена двух энсинов, присоединившихся к миссии позже всех, назвали чуть ли не среди первых. Подхватив свои вещи, они быстро скрылись внутри администрации. Багаж Крис тоже нашелся быстро. Уронив его в грязь рядом с собой, она осталась рядом со все сокращающимся отрядом, продолжая выкрикивать имена. Со страдальческим выражением, Томми, получив свою сумку, занял место рядом с ней. Только когда последний из прибывших получил вещи и убежал под крышу, Крис с Томми, насквозь мокрые, вслед за остальными, вошли внутрь. С одежды и с хлюпающих «водонепроницаемых» сапог на плиточный пол тут же натекли лужи воды.

— Разве мы должны были так делать? — спросил Томми.

— Дедушка Троубл выколотил бы мою шкуру, если бы я оставила хоть одного матроса в одиночестве под дождем.

— В моей семье никто бы и не подумал жаловаться. Что скажешь, если в следующий раз мы сделаем все наоборот? Голова впереди, хвост плетется следом.

— Вы двое что-то припозднились. С парой других офицеров я закончил еще час назад, — недовольно сказал громадный старшина первого класса. — Эдак я на ужин опоздаю.

— Все равно пришлось бы ждать, пока все не пройдут. — Крис махнула рукой, из чего без слов было ясно, что она имеет ввиду всех вновь прибывших.

— Нет, я всего лишь должен был дождаться офицеров. Полковник приказал убедиться, что вы получите ключи, предписания и карточки на довольствие. С остальными я как-нибудь в другой раз закончил бы.

— Мне показалось, полковник рекомендовал нам работать от рассвета до заката. Вроде так безопаснее, — заметил Томми.

— Кому нужна эта безопасность? Слушайте, там много отчаявшихся женщин. Удивитесь, сколько можно приобрести за небольшие деньги. — Старшина первого класса кинул взгляд на бумаги. — Ах, да, ты же Лонгнайф. Всегда можешь купить себе что хочешь.

Крис расписалась на пропуске и решила оставить деньги при себе.

— Где главный дежурный, оружейная и столовка?

— Сейчас вы смотрите на то, что выглядит ближе всего к главному дежурному, мэм. Мы тут на полставки подрабатываем кем угодно. Сюда никого не тянет, разве что проштрафившихся.

— А ты? — спросила Крис.

— Оружейная на той стороне дороги через пару мелких зданий. — Он проигнорировал вопрос. — Столовка в большой гостинице. Закрывается через полчаса, так что тащите свои задницы туда побыстрее.

— Спасибо за совет. — Крис посмотрела на листок предписания. — Я отчитываюсь напрямую полковнику Хэнкоку?

— Твердый Хрен хочет снизить расходы. При этом у него не так много офицеров. Пара подпевал-неудачников. Большинство старших офицеров предпочли получать половину жалования вместо службы в этой дыре. Очень скоро увидите сами. А сейчас, поскольку со всеми закончил, я отсюда ухожу. — Старшина направился к выходу. — Будете уходить, не забудьте выключить свет.

Томми спрятал предписание и пропуск в карман боевого снаряжения.

— Приятно работать среди счастливых людей. Думаешь, станет лучше?

Крис спрятала документы, после чего подхватила сумку:

— Не знаю, но думаю, сначала получу винтовку и личное оружие, а потом уже только рискну поужинать.

Крис отнесла вещи, оружие и багаж в свою комнату, спрятала винтовку, после чего помчалась в столовую, до ее закрытия оставалось минут пять. То, что она принесла к столу на подносе, вряд ли выиграло бы хоть одну награду, разве что от свиней, но на пустой желудок и это сойдет. Только они с Томми приступили, закинув в рот по первой ложке варева, как завибрировали пейджеры. Крис знаком предложила Томми продолжать ужин. Появилось сильное подозрение, что ответь на вызов и об ужине можно забыть.

— Энсины Лонгнайф и Лянь на связи. Чем можем быть полезны, сэр?

— Что вас двоих задерживает? — зарычал полковник Хэнкок.

— Мы в столовой, сэр, наслаждаемся вкусной и здоровой пищей. То, что нужно растущему организму, господин полковник.

— Я приказал доложиться мне сразу, как только закончите устраиваться.

Томми рванулся было встать. Крис замахала ему, чтобы тот сел обратно.

— Да, сэр, я и планировала сделать именно так, сэр. Мы удостоверились, что вновь прибывшие устроены должным образом, получили предписания и пропуска, сложили вещи, снаряжение, оружие и сейчас наслаждаемся первыми глотками замечательной еды из вашей столовой, сэр. К вам мы должны прибыть через тридцать минут.

— И что собираетесь делать все это время? Гулять при лунном свете?

— Возможно, сэр. Дождь прекратился минуты две назад.

Томми заерзал, готовый вот-вот сорваться с места. Крис только улыбалась.

— Лонгнайф, или тащишь свою задницу сюда через пятнадцать минут, или можешь убираться совсем.

— Поняла, полковник. Увидимся через пятнадцать минут, — сказала Крис, отключила переговорное устройство и подцепила ложкой вторую порцию ужина.

— Можем добежать за пять, — сглотнул Томми.

— И добавить к нашим проблемам изжогу? Нет, я должна это съесть, красиво и осторожно.

— Как Лонгнайф?

Жуя непонятную и, наверняка, неудобоваримую пищу, Крис изучала содержимое подноса.

— Не знаю. Может, я позволяю себе слишком много из-за космофлотских историй дедушки Троубла. Но, Томми, когда у тебя на руках билет в ад, ты либо сражаешься с демонами, либо работаешь на них. Что думаешь?

— Тому, кто сражается с демонами, нужна поддержка драконов.

— Какая-то старая ирландская поговорка?

— Нет, моя, основанная на том, сколь много времени я провожу рядом с тобой.

Ровно через пятнадцать минут Крис стучала в дверь в кабинет полковника Хэнкока. Тот сидел в кресле, положив ноги на стол и уткнувшись в планшет. Крис с Томми вытянулись по команде «смирно» перед подошвами его ботинок. Полковник взглянул на вошедших, после чего посмотрел на часы и вернулся к изучению содержимого планшета.

— Вы задержались.

— Да, сэр, — ответила Крис.

— На складах полный беспорядок, — сказал полковник, не отрываясь от планшета. — Разберитесь. По какой-то причине местному населению мы выдаем только мешки с рисом и бобами. На складе должно найтись что-то лучше такой диеты. Найдите.

— Да, сэр, — сказала Крис. Немного подождала. Больше ничего не произошло.

Отсалютовала ботинкам полковника, Томми проделал то же самое. Полковник Хэнкок бросил на нее еще один быстрый взгляд. Крис кивнула Томми, и они вышли из кабинета.

— И что это было? — поинтересовался Томми.

— Игра, — сказала Крис.

— Кто выиграл?

— Думаю, по очкам мы впереди, — предположила Крис. — Где у нас склад?

У Нелли ответа на вопрос не нашлось, так что пришлось искать дежурную часть. Дальше по коридору они обнаружили двух спящих в креслах за стойкой парней.

— Где склад? — спросила Крис. Дважды.

Проснуться соизволил лишь один. Осмотрелся, заметил Крис, потянулся, схватил листок бумаги и положил перед ней. Крис не спеша повернула его, стараясь, чтобы план соответствовал реальному расположению зданий.

— Похоже, склад в двух кварталах отсюда, — наконец, вынесла вердикт Крис.

— Вы что, собираетесь туда на ночь глядя? — спросил толком не проснувшийся, пытаясь поудобнее разместиться в кресле.

— Есть такой план, — ответила Крис.

— Прихватите пистолеты.

Крис и Томми оставили парочку смотреть сны дальше.

— Небрежное дежурство, — сказал Томми. — Наверное, нам стоило разбудить их.

— Если они чувствуют себя в безопасности в двух шагах от кабинета полковника, как думаешь, станут они волноваться из-за недовольства двух каких-то незнакомых энсинов?

— Что за Космофлот такой?

— Думала, ты его узнаешь, энсин Лянь. Тот самый Космофлот. Тот самый чертов Космофлот.

Крис забрала из шкафчика М6 и через несколько минут, с винтовкой на плече, дулом вниз от дождя, оба шагали, преодолевая два квартала до склада. На самом деле там оказалось несколько складов, окруженных забором из колючей проволоки. У ворот дежурил гражданский охранник с винтовкой, дуло тоже опущено вниз от дождя.

— Кто идет? — вместо приветствия, окликнул охранник.

— Энсины Лонгнайф и Лянь. Мы отвечаем за складские помещения в Порт Афинах. Пришли на осмотр.

— Не получится. Здесь темно.

— Заметила, — сказала Крис, осматривая склады. Площадки у складов освещены — у погрузочных платформ стоят несколько грузовиков. — Думаю, мне освещения хватит.

— Слушайте, не знаю, кто вы и чего хотите, но сейчас не время. Потеряйтесь или я… — Охранник снял с плеча винтовку и попытался направить дуло на Крис.

Крис сомневалась, что обгонит пулю, но сейчас винтовка находилась в пределах досягаемости. Не думая, Крис схватилась за дуло и дернула на себя. Ты с ума сошла, женщина. Но так, кажется, сделал бы дедушка Троубл. Охранник тоже немного опешил, увидев руку на своей винтовке. Он попытался вырвать оружие из захвата, но Крис дернула посильнее, вырвала оружие, после чего прикладом подняла голову охранника, чтобы рассмотреть его лицо.

— Похоже, нам надо немного поговорить, — прорычала Крис. При слабом освещении Крис смогла разглядеть его получше. Еще ребенок, наверное, даже четырнадцати нет, смотрит широкими, круглыми от испуга глазами на свою винтовку в ее руках.

— Что тут происходит? — требовательно спросила Крис. Ситуация была похожа на те, когда Хонови, старший брат, вытворял вместе с компанией, попадая впоследствии в неприятности.

Конечно, парни в компании Хонови не носили с собой оружия и выглядели намного менее голодными. Вместо ответа паренек закричал, выкрикивая имена. Крис коротко ударила прикладом винтовки в челюсть несостоявшегося охранника, как это делали в видео и, к ее удивлению, его глаза закатились, паренек упал в лужу среди грязи. И все же его услышали. Люди в складах повыскакивали из грузовиков и ворот погрузочных доков. Крис получила внимание добрых двадцати, а то и тридцати человек. Самое время для предвыборной речи.

— Вы вторглись на территорию государственной собственности, — крикнула она, и тут же пригнулась, увидев, что в ее сторону направилось дуло винтовки. Прозвучал выстрел, пуля прошла выше, но Крис прочувствовала явное отсутствие прикрытия. Пригнувшись, она вскинула М6 и выпустила три пули, тоже над головами целей. Люди поспешили выбежать со склада и погрузиться в кузова грузовиков. Ожили двигатели.

— Со склада есть другой выход? — спросил Томми, спрятавшийся в ближайшей выбоине.

— Не думаю.

— Получается, поедут прямиком на нас? — прохрипел Томми.

— Боже. — Крис вдохнула и заставила себя не волноваться.

Грузовики, один за другим, рванули с места, чуть свернули в сторону. Из кузовов прозвучало несколько выстрелов, но пули прошли выше. Грузовики же направились прямиком на забор рядом с воротами. Крис поднялась только после того, как последний грузовик скрылся из виду. Посмотрела на паренька-охранника.

— Что ты хочешь сделать? — испуганно спросил тот.

— Хочу отправить послание, — сказала Крис, дулом М6 показав пареньку, чтобы тот поднялся. Выглядел тот болезненно худым. Одежка нуждалась в заплатках.

— Кто тебя нанял?

— Я тебе ничего не скажу, леди.

— И сколько обещали заплатить?

— Мешок риса. Мама, братья и сестры голодают.

— Завтра приходи на склад. Будешь работать на меня, а я позабочусь, чтобы вас накормили. И передай тем людям, на которых сейчас работаешь, что если они тоже придут сюда завтра, я посмотрю, какую работу могу найти для них. Если придут, как сегодня, ночью, обнаружат вооруженных пехотинцев. Передай, что на складе с этого момента новая метла. Они могут начать работать и перестать голодать или продолжать пытаться грабить склады и тогда точно останутся голодными.

Пока Крис говорила, выражение на лице паренька менялось. Испуг уходил. Пришло смятение и потрясение вместе с большим сомнением. Но, когда Крис замолчала, паренек закивал. Начал осторожно отступать. Крис молча наблюдала, до тех пор, пока тот не исчез в темноте.

— И что нам теперь делать? — спросил Томми.

— Ну, если не хочешь остаток ночи охранять пролом в заборе, есть предложение вернуться в номера и немного поспать. Сильно подозреваю, что завтра будет тот еще денек.

— Но пролом в заборе останется.

— Заметила. И, наверняка, останется до тех пор, пока мы его не заделаем. Приглашение для всех, кто хочет тут побродить. Голодных женщин, детей, кого угодно. Поверь мне, Томми. Мы здесь, чтобы накормить всех этих людей, не так ли?

— Так.

— Ну а если несколько человек решать помочь мне в распределении продуктов, я совсем не против.

— Тогда почему стреляла в людей на грузовиках?

— Потому что у них было оружие. Как думаешь, сколько из взятых продуктов они раздадут остальным?

— Точно, — фыркнул Томми. — Самая что ни есть точка зрения политика: позаботиться о том, как они это делают, чем о том, что они делают.

Крис задумалась и решила, что пытается просто быть практичной. Пожала плечами, развернулась и пошла обратно к основному комплексу, держа на плече уже две винтовки.

— Что еще можно сделать, Томми? В девяти случаях из десяти перспектива имеет больше общего с конечным результатом, чем все, что ты делаешь. Работаешь на перспективу и… получаешь определенный результат.

Дойдя до базы, несмотря на дождь, Крис остановилась перед зданием гостиницы, где расположилась администрация. На всем этаже только в окне полковника горит свет.

— Что это с ним? — покачав головой, спросил Томми.

— Были проблемы на Даркундере, — сказала Крис. — Фермеры посчитали, что продают свои культуры не по справедливым ценам. Такое время от времени случается. Хэнкок командовал батальоном космической пехоты, отправленной поддерживать порядок. По некоторым отчетам выходит, что он отстаивал чьи-то денежные интересы. Кто-то говорит, что он командовал кучей головорезов. В любом случае, стандартные методы контроля над толпой не сработали, и кто-то решил, что ситуацию можно решить только стрельбой из пулеметов. Было много взаимных обвинений. Обвинили и Хэнкока, но военный суд его оправдал.

— Значит, это тот самый Хэнкок. Даже в Санта-Марии о нем слышали. Как можно признать человека невиновным, когда он убил сотню безоружных фермеров?

— Ты знаешь многих фермеров на Санта-Марии? — спросила Крис.

— Немногих.

— А я знаю несколько генералов. Они считают, что Хэнкок всего лишь выполнял свою работу. Он остановил толпу анархистов, не дав им убивать, грабить и насиловать.

— Ты с ними согласна?

— Нет. Но понимаю. Мне вот даже интересно, если бы Космофлот отправил два или три батальона на Даркундер, так может толпа и разошлась бы по домам прежде, чем все пошло наперекосяк. Во всяком случае, суд реабилитировал Хэнкока, но, сам видишь, какие задания он теперь получает.

— Да, но я не понимаю.

— Начальство не повесит его только потому, что того хотят гражданские. Но и не хочет, чтобы любой другой офицер совершил ошибку, решив, что может справиться с заданием на этой планете. Поскольку Хэнкок не захотел покинуть Космофлот самостоятельно, значит, будет протирать штаны здесь, потому что неудачник.

— Как-то все запутано. — Томми оглядел территорию комплекса.

— И, подозреваю, будет только хуже. В колледже я прочитала очерк о лидерах под авторством дедушки Троубла. В нем он много чего говорил, но больше всего меня поразила его идея, что лидерство держится на вере, возможно, даже на иллюзии.

— На вере? Иллюзии? — недоверчиво переспросил Томми.

— Ты должен верить в то, что ты лучше, что можешь вести за собой других, можешь выполнить задание с меньшими потерями, принеся меньше горя, лучше, чем это сделает кто-либо другой. И твое войско должно верить в то же самое. Даже если это не так, ты должен сделать все, чтобы они в это поверили.

— На этой планетке никаких иллюзий нет, — покачал головой Томми.

— Точно, — кивнула Крис. — Чертов дождь превращает это место в ад.

— Что делать будем?

— Не знаю, — после небольшой паузы сказала Крис. — Хотя, знаю. Проследим, чтобы люди не голодали. Помимо этого просто подождем и посмотрим.

— Почему мне кажется, что слова «подождем, посмотрим» из уст энсина Лонгнайф звучат страшно?

— О, Томми, мой мальчик, ты еще не видел страшного. Ну а сейчас, как ты и предложил, пора уйти из-под дождя.

Вернувшись в комнату, Крис быстро ее осмотрела. Стандартный номер отеля: ванна с душем, спальня с гардеробом, мягкое кресло, письменный стол и, с виду, красивая кровать. До тех пор, пока есть автономная энергия, в отель подается вода, о личных вопросах Крис может не заботиться. Стекшая с багажной сумки вода пропитала ковер. Крис подхватила сумку, отволокла в ванну: большая часть содержимого промокла насквозь. Крис чуть было не решила отдать содержимое сумки сотрудникам отеля, чтобы те почистили одежду, но, взглянув на плесень между плитками, поняла — никакого персонала, готового исполнить любую прихоть, тут нет и без разницы, насколько ты большая шишка.

Грустно улыбнувшись, Крис прогнала форму через сушилку, положила на прессер. Интересно, дамы из высшего общества Вардхейвена имеют хоть отдаленное представление о работе прачечной? Пока сушится форма, Крис нашла, чем заняться. Смешным показалась ситуация, когда пришлось спрашивать, где находится склад, который с этого вечера перешел под ее ответственность.

— Нелли, Сэм успел передать новые процедуры, прежде чем мы улетели?

— Несколько.

— Сможешь самостоятельно синхронизироваться с военной системой?

— У меня есть несколько подпрограмм.

— Посмотри, сможешь ли подключиться к военной сети.

— Провожу поиск, — послушно ответила Нелли и даже с некоторым энтузиазмом, если Крис правильно поняла интонацию ИскИна.

Крис положила форму цвета хаки на сушилку, закинула туда же парадную белую форму, и задумалась, почему не послушала совета ветерана и не оставила ее дома. Так крепко задумалась, что сушилка чуть было не обожгла ей пальцы. Нелли выбрала именно этот момент, чтобы объявить:

— Я получила доступ.

— Нелли, можешь выключить свет на складах?

— Да.

— Сделай это в два ноль-ноль по местному времени, — после секундной задумчивости сказала Крис. — Нуждающимся местным должно хватить времени. Можешь заблокировать склады? — Понадобилась минута, чтобы снять с себя мокрую униформу и разложить ее на сушилке. Вместе с промокшими ботинками. Снизила до минимума влажность. Коробку с Нелли осторожно поставила в комнате на стол.

— Такой информации в военной сети нет. — Короткая пауза. — Я могу получить доступ к системам складов.

— У складов отдельная система?

— Да, мэм.

— Закрой их в два тридцать, — приказала Крис и залезла под одеяло, поплотнее в нем укуталась. Ноги холодные, но это ненадолго. — Во сколько подъем?

— Судя по рекламному проспекту административного отдела, приглашающего на базу поддержки Олимпии, подъем в шесть ноль-ноль.

Это тебе не база Космофлота. Крис отметила несоответствие между встречей Хэнкока и администраторским отделом. Еще одна вещь, на которую стоит обратить внимание.

— Разбуди меня в пять тридцать.

Глава 10

Проснулась Крис от головной боли и сухости во рту.

— Нелли, свет. Что с влажностью?

— Минуту, подключаюсь к гостиничной сети. — Не совсем то, что ожидала услышать Крис, но стало понятно — еще одна сеть в этом мире не соединена с общей системой. Крис не такой компьютерный гений, как тетушка Тру, но поняла: с управлением тут не все так здорово. — Влажность воздуха восемь процентов и показания приближаются к аварийному режиму.

— Повысь, — приказала Крис и, оглядевшись, увидела валяющиеся в беспорядке белье, носки, недосушенные, дурно пахнущие ботинки. Поднялась, отправилась в ванну, сунула голову под воду, после чего вернулась, застелила кровать и разложила на ней все, что успело высохнуть. Только после этого выпила таблетку аспирина и приняла душ. Почувствовав себя почти человеком, надела запасные ботинки, накинула пончо и в шесть ноль-ноль отправилась в столовую. В холле встретилась с Томми.

На выходе остановились. Путь к столовой, расположившейся в другом отеле, преграждал ливень. В самой столовой темно. Опять же, на других этажах отеля никакого света тоже не заметно.

— Что делаем? — сглотнул Томми.

— Хочу проверить одно место прежде, чем сделаем что-нибудь такое, о чем пожалеем, — пожав плечами, сказала Крис и рванула рысью к штабу. Как и ожидала, света тут тоже не было — часовые спали на посту. Только в кабинете полковника горел свет. Крис тихо приоткрыла дверь. Полковник храпел, откинув голову на спинку кресла. Томми озадаченно нахмурился. Крис жестом показала ему, что пора уходить.

— Получается, — сказал Томми, — у нас ничего не выйдет, потому что мы ничего не можем сделать.

— Я проголодалась и намерена позавтракать, — сказала Крис, и быстро, сквозь дождь, поволокла Томми к столовой. — Нелли, активируй будильники в комнатах персонала. Зажги свет. Мне нужны повара. Передай, что я хочу видеть их в столовой немедленно.

— Да, Крис.

— Твой компьютер и на такое способен?

— Тетушка Тру записала в Нелли пару новых процедур. Ты же сам сказал, что тому, кто собрался сражаться с демонами, понадобится помощь дракона.

— Да, но не уверен, что мне нравится идея, что нечто компьютерное будет меня будить. — Томми нахмурился еще сильнее. — Ох, Крис, разве из офицеров тут только энсины?

— О нет! — ахнула Крис. — Нелли, что на счет старших офицеров?

— Подтверждаю. На базе присутствуют лейтенант-коммандер Овинг, лейтенант-коммандер Тху, он же врач, и лейтенант Пирсон.

— Мы их разбудили? — тихо спросила Крис.

— Я не слышу никакого шума в комнатах Овинга и Тху.

— Выключи у них свет, — одновременно закричали Крис и Томми.

— Готово.

— Что с комнатой лейтенанта Пирсон? — спросила Крис.

— Она принимает душ.

— Два из трех. Не плохо, — выдохнула Крис.

— Старший энсин, мы вообще имеем право такое выделывать? — спросил Томми, очень уважительно и очень по-детски.

— Не уверена, — призналась Крис, когда Нелли, не спросив, открыла двери в столовую. С минуту Крис обдумывала появившуюся проблему. Как на нее отреагируют офицеры? Это младшей сестренкой в кампании брата она выглядела мило. А сейчас не все решат, что инициатива — хорошее дело. Кто-то решит, что все это похоже на неповиновение или вовсе мятеж. После недолгих размышлений, Крис решила действовать по-другому.

— Нелли, найди тех, кто прибыл сюда вчера. Сообщи, что их ждут в столовой через пятнадцать минут. Покажи список тех, кого назначили на склад.

Через полминуты Крис знала, что большинство прибывших с ней одним рейсом зачислены в ее отряд. Хорошо. Раз предстоит играть в силовые игры, будет лучше, если она начнет с теми, кого хоть как-то знает. Крис осмотрела столовую и нахмурилась, получив первое впечатление. Второй взгляд, повнимательнее, заставил нахмуриться сильнее. Полы грязные, столам требуется чистка. Она отправилась на кухню, та, безусловно, тоже нуждалась в хорошей чистке.

— Нелли, покажи личные дела поваров.

Нелли показала. Крис нисколько не впечатлилась. Два старшины третьего класса, вроде как, по очереди отвечали за столовую… через неравное время. Хм. Большие любители картошки по поводу и без. Неужели миссия уже начала превращаться в полную задницу? Ну, пока что ты все еще здесь, не так ли?

— Нелли, есть ли среди вновь прибывших люди с поварским опытом?

— Старшина второго класса Блидон окончила школу кулинарной техники Нью-Тусона. Отец — шеф-повар пятизвездочного отеля. В Космофлоте старшина второго класса Блидон прошла курс оружейной подготовки.

Крис с Томми радостно переглянулись.

— Еще один ребенок пытается сбежать от семейного проклятья, — воскликнула Крис.

— Старшина второго класса. В любое время это лучше двоих третьего класса, — засмеялся Томми.

— Нелли, передай мисс Блидон, что ее присутствие необходимо в столовой немедленно, если не раньше. И где наши повара?

— Еще спят.

— Нелли, в твоих файлах найдется хоть какой-нибудь звонок будильника?

— Да.

— Разбуди их.

Даже на первом этаже преобразованного отеля Крис услышала сигнал побудки. Через пару минут появилась старшина второго класса Блидон. К удивлению Крис, она оказалась невысокой женщиной с проблемой избыточного веса, что, вероятно, объясняло ее назначение в эту дыру.

— Вы хотели меня видеть? — кисло спросила она.

— Ты ужинала здесь вчера?

— Да. И нет, мне не понравилось то, что я ела, и нет, я не заинтересована в уборке этого бардака. — После долгой паузы она добавила: — Мэм.

— Что ты за это хочешь? — спросила Крис.

— Что хочу?

— Да, все чего-то хотят. Ты мне нужна здесь и прямо сейчас. Если не заметила, мы попали в адское местечко и лучше уже не будет. Еда может многое изменить. Нам нужно поменять порядок вещей, а ты выглядишь лучшим кандидатом для изменений в этом месте.

— Вы ведь Лонгнайф? — На похвалу Блидон отреагировала хмурым взглядом.

— Да, и мне не нравится то, что на мой счет придумал мой отец, как, подозреваю и тебе твой.

— Сколько у них тут поваров? — осмотревшись, спросила Блидон.

— Двое любителей картошки и трое проштрафившихся из лагеря.

Блидон сморщила нос. Не спеша прошла на кухню, и тут же оттуда послышалось недовольное ворчание.

— Не удивительно, что ужин показался таким отвратительным. — Она повернулась к Крис и протянула руку. — Друзья зовут меня Кортни. То, что хочу, скажу позже, но дешево не отделаетесь. Сейчас же задача меня зацепила. И я проголодалась. Мне нужны шесть добровольцев, чтобы отмыть кухню, и немедленно.

Добровольцами Крис сделала первых шестерых солдат, вошедших в столовую.

Когда повара, наконец, появились в столовой, Кортни бросила на них всего один взгляд, объявила их антисанитарными и опасными на любой кухне. Крис задействовала еще шестерых, чтобы убрать этих двоих куда подальше. После вчерашнего ужина и ее глаза на них не смотрели.

Лейтенант Пирсон появилась, когда горе-повара только-только вышли под ливень.

— Когда будет завтрак? — спросила она. Высокий голос, какое-то безвольное рукопожатие, волосы светлые с темными корнями. Крис стало интересно, есть ли в этой женщине хоть что-то настоящее.

— Дайте мне полчаса, — из кухни послышался голос Кортни.

Пирсон не скрыла разочарования. Пока лейтенант осматривала столовую, Крис услышала, как она процедила сквозь зубы:

— Думаю, поработаю в своем кабинете. Нужно определить правильную политику тем, кому помогаем. Нуждающихся много, но многие из них вооружены. Этой дыре нужен хороший контроль над огнестрельным оружием, закон. Энсин, пусть кто-нибудь принесет тост, фрукты и дыню, если они еще остались. Сегодняшний рабочий день я начну пораньше.

Уходила она не спеша, словно ожидала, что Крис ее остановит и сделает то, что должен сделать младший офицер, то есть попросить старшего офицера рассказать ей что-нибудь, что нужно знать.

У Крис на такие вещи времени не было, она отправилась на кухню, присоединившись к команде уборщиков, то есть подальше от Пирсон.

— Нелли, чем занимается лейтенант Пирсон?

— Она начальник административного отдела.

— Командует спящими дозорными, — подметил Томми.

— Похоже на то. Представляешь ее и Хэнкока на общем собрании?

— Почему-то я подозреваю, что тут не так много собраний, — улыбнулся Томми. — Но я не ослышался? Она разрабатывает нашу политику?

— И, наверняка, будет ее разрабатывать еще лет десять. — Крис знала людей вроде Пирсон, с тех пор, как волонтером принимала участие в предвыборных кампаниях. Они, как правило, слишком зациклены на мелочах, а потому Крис просто обходила их стороной. — Мы всех тут накормим, с политикой или без нее.

Из кухни появилась Кортни, встала в дверях, уперев ладони в бедра.

— Самое быстрое, что могу сделать на сегодняшнее утро, яичницу с беконом. Кто-нибудь из присутствующих имеет опыт готовки в промышленных масштабах?

При этих словах Крис вжала голову в плечи. Кортни усмехнулась. Среди бойцов поднялось несколько рук. Новый шеф-повар улыбнулась фирменной улыбкой и приглашающее махнула рукой:

— Мойте руки с мылом, надевайте фартуки и перчатки.

Пока кухонная команда готовилась приступать к работе, Крис осмотрелась. Нелли выдала на хедз-ап сведения, кто сколько времени находится на Олимпии и какое задание выполняет. После этого компьютер получил следующее задание: продолжать нейтральное наблюдение и анализ.

Крис слушала. Она узнала о недовольстве местных жителей. Многие вооружались, но большая часть недовольства заканчивалась обычными разговорами и претензиями. Олимпия и без того паршивое местечко, а товарищи из миссии просиживают задницы, делая этот мир еще хуже.

— Кто отвечает за склады? — поинтересовалась она у первого же солдата-старожила, признавшегося, что работает на складах.

— Не знаю, мэм. Думаю, кто-то из административного отдела, как и большинством всего, что тут есть. Иногда там появляется старшина третьего класса, но, в основном мы просто сидим, складываем грузы, когда их привозят.

— Кто строил забор?

— Какой-то местный подрядчик. Что-то случилось, мэм?

— Случилась в нем прореха, ее нужно залатать.

— Но вчера, когда мы уходили, ее не было, мэм, — немного удивился боец.

— Не было, пока прошлой ночью через забор не проехал грузовик, когда я в него выстрелила.

— Вы ходили туда ночью?

— Стреляли? — тем же удивленным тоном добавила женщина, не отходившая от солдата.

— Мне показалось, что я должна была так сделать, ведь они стреляли в меня. Вы знаете о том, что склады ночью обворовывают?

Собеседники Крис переглянулись.

— Узнаем, что продукты исчезают, когда приходим утром, — ответила женщина. — Но никто никогда ничего не говорит, нужно ли с этим что-то делать.

— Думаю, как-нибудь справимся с этой ситуацией, — сказала Крис.

— Начинаю подозревать, что самый умный ход, что я сделал в своей жизни, это когда остановился на полосе препятствий, чтобы зашнуровать ботинок, — покачал головой Томми, когда они отошли от парочки. — Не буду говорить, как я рад, что ты опередила меня в учебке.

— А я все время думала, что во всем виноват заключительный экзамен по военному этикету, — усмехнулась Крис, пхнув Томми локтем в бок.

Помощники повара начали появляться из умывальни, за что удостоились хлипких аплодисментов, и тут же попали под пристальный надзор Кортни. Двое из них попытались передумать, но у них ничего не вышло. Крис начала составлять список, за что впоследствии будет просить прощения у начальства. Естественно, к тому, что она задумала, предварительно спрашивать разрешения не собиралась. Папа всегда утверждал, что намного проще просить у парламента прощения за то, что заработало, нежели предварительно просить у этих примадонн разрешения на проект, который может и не сработать. То, чему Крис была свидетелем последние четыре месяца, убеждало ее в том, что хотя бы в этом позиции папы и Космофлота одинаковы.

Как только Крис позавтракала, она подхватила поднос с завтраком и кружкой кофе, и отправилась в штаб. Пирсон склонилась над рабочим столом, раскладывая бумаги, что-то в них перечеркивая и дописывая. Хэнкок по-прежнему посапывал в кресле. Крис поставила на его стол поднос и развернулась, чтобы тихо удалиться.

Полковник фыркнул, храп прекратился, после чего стукнули о пол ноги в ботинках. Крис обернулась. Полковник долго смотрел на нее покрасневшими глазами, потом потянулся к кофе. Сделав хороший глоток, снова посмотрел на Крис.

— На что смотришь, энсин? — рыкнул он, подвигая к себе поднос с завтраком.

Крис мысленно подбросила монетку. Будь она здесь дочерью Билли Лонгнайф, ей бы многое сошло с рук. В качестве энсина было бы неплохо дать полковнику знать, куда она отправляется.

— Ни на что, сэр. Я хотела бы поинтересоваться, могу ли попросить совета или должна ждать вызова.

— Я не собираюсь… — Полковник решил не заканчивать фразу. — Ладно, Лонгнайф, что ты хочешь?

— За склад теперь отвечаю я?

— Да.

— Отчитываюсь непосредственно перед вами?

— Я так и сказал.

— За ночь в заборе образовалась брешь из-за того, что сквозь него проехал грузовик. С кем нужно поговорить, чтобы это исправить?

— Пирсон, — проревел полковник. — Иди сюда.

Лейтенант не спешила. Наконец, она появилась и, поправив китель цвета хаки, остановилась в дверях.

— Да, сэр, — слова вышли какие-то болезненные и пренебрежительные.

— Энсин хочет починить складской забор.

— Мне нужно проверить, сэр. Склад находится в ведении моего отдела.

— Уже нет. Теперь за него отвечает энсин и ее веснушчатый приятель.

— Сэр! — чуть не завизжала Пирсон. Такие истерические нотки Крис слышала, когда отец пытался состругать стружку с чьей-нибудь бюрократической империи. Крис застыла в ожидании ведь сейчас и выяснится, кто на самом деле тут всем заправляет.

— Склад я передаю этой девчонке. А тебе я уже выделил двух энсинов. Может, втроем вы, наконец, закончите эту свою стратегию. — Полковник посмотрел на яичницу, отломил немного вилкой и проглотил вместе с куском сала. — Завтрак чертовски хорош. Новый повар?

— Да, сэр, — кивнула Крис. — Старшина второго класса Блидон. Окончила кулинарные курсы, до того, как поступить в Космофлот, Изъявила желание заняться кухней. — Крис взглянула на Пирсон. — С разрешения лейтенанта.

— Тост на вкус такой же, как и всегда, — пожала плечами Пирсон.

— Ну а моя яичница просто отличная. Давно такого не пробовал. Энсин, хочешь забрать себе и кухню?

— Да, если вы с лейтенантом не возражаете, сэр. — Дочь премьер-министра знает толк в такте.

— Не возражаю. Кроме того, я хочу, чтобы ты посмотрела, что можно сделать с номерами. Они грязные. Пирсон, пересмотри бюджет для Лонгнайф и позволь ей им управлять.

— Как скажете, сэр.

— Именно так я только что и сказал. А теперь, вы, обе, скройтесь с моих глаз долой. Мне нужно побриться.

Крис отдала честь и вышла из кабинета. Ближе к холлу ее остановила Пирсон.

— Энсин Лонгнайф, прошу запомнить, что я лично буду инспектировать вашу работу и, если обнаружу расхищение государственного имущества, отправлю в тюрьму любого, независимо от его фамилии.

— Да, мэм. Я все поняла, — кивнула Крис и маршевым шагом отправилась к выходу. — Нелли, — прошептала она, — в нашем личном составе найдется хоть кто-то с бухгалтерской подготовкой?

— Нет.

— Кто-нибудь, у кого в семье есть бухгалтер? — Некоторые отпрыски ненавидят профессии, передающиеся из поколения в поколение, так что Крис, обращаясь к своей будущей жертве, только прошептала: — Ничего не поделаешь, ребята, жизнь такая.

Еще Крис дала Нелли задание проинформировать сотрудников склада, чтобы те сформировались в вооруженный отряд и были готовы к выходу в восемь ноль-ноль. Униформа — повседневная боевая и накидка от дождя. Пятерым пехотинцам пришлось отказаться от боевых доспехов. Почему-то она сомневалась, что кто-то догадался на эту миссию милосердия прихватить с собой тяжелые вещи. На Томми она повесила столовую и комнаты отеля, что дало время расспросить парочку матросов из вновь прибывших, что одинаково не разделяли родительских взглядов на престижность бухгалтерской профессии. Томми с интересом следил за этими беседами. В ходе одной такой от старшины Спенса Крис и Томми услышали, мол, он завербовался в Космофлот не для того, чтобы считать бобы, но Крис убедила его, что именно этим ему и предстоит отныне заниматься.

Ровно в восемь Спенс сформировал отряд и отправил его на склад. Если он когда-то и учился командовать марширующим отрядом, то давно и к сегодняшнему моменту благополучно забыл, как это делается. Он подошел к этому делу настолько творчески, что бойцы даже шагали не в ногу.

— Отсчитываем ритм, — крикнула Крис, идя сбоку.

На счет «один» лишь несколько человек начали чеканить шаг, в основном космические пехотинцы, идущие последними. На счет «два» в ногу шли уже больше. Ко второму «четыре» даже худшие из худших шли в ногу с остальными.

— Поднимаем голову, держим высоко, — вдруг из задних рядов, где гордо вышагивали высокие пехотинцы, прозвучала кричалка. — Идет космическая пехота. Раз, два, три, четыре.

Матросы выпрямили спину, гордо задрали голову, выкрикивая речитатив, даже не думая, что кричат слова пехотинцева, тем самым и себя, каким-то образом, к ним причисляя.

Спенс речитатив знал четко. Дождавшись окончания очередного четырехтактного пробега, он закончил:

— Космическая пехота на марше.

Немного соперничества никому никогда не вредит, зато войско стало чуть меньше похожим на тонущих щенков и чуть больше на бойцов Космофлота. Хорошенько вымокших бойцов, но, все же, бойцов. Крис понадеялась, что полковник слышал их старания. Может, он не чужд человеческих эмоций.

Отряд провожали и местные гражданские, подняв воротники и укрывшие кто чем головы от дождя. Слыша задорный речитатив, их головы волей неволей тоже поднимались, кто разинув рот от удивления, кто от любопытства. Нашлись и такие, кто, одобрительно покивав, развернулись и побежали, наверняка с вестями кому-то. Кому, Крис не имела понятия. Но теперь уж точно распространится весть о том, что на складах отныне новая метла.

Когда отряд подходил к воротам, люди, собравшиеся у пролома, что-то закричали, начали разбегаться. Из пролома выбежали еще. Судя по всему, проникнуть в склады они не успели, потому что выбежали с пустыми руками. Как только отряд остановился у ворот, Крис дала задание Нелли разблокировать склады.

Осмотрела свою первую настоящую команду. Кто-то уже ее знал, ведь накануне она сделала все от нее зависящее, чтобы прибывшие смогли как можно быстрее убраться из-под дождя. Остальных можно причислить к старожилам, дислоцирующихся на базе, похожей на ад, уже с месяц. Все смотрели на нее, как тонущие крысы на соломинку, в которую можно вцепиться. Крис вспомнила некоторые речи командиров перед заданиями, немного их отредактировала и начала:

— Команда, я не знаю, что вы думаете о работе, которую вы здесь делаете. Возможно, в этом все ваше счастье. Может быть, совсем наоборот. Это не имеет значения. Сегодня, здесь и сейчас, начинается наша миссия на Олимпии, полной голодных людей. У нас есть еда. Мы постараемся их всех накормить. Те из вас кто на Олимпии давно, за старших. Время от времени я буду сюда наведываться. Если у кого возникнут проблемы, обращайтесь ко мне. Если у кого появятся полезные идеи, тоже обращайтесь ко мне.

— Многие из вас в Космофлоте недолго. Наверняка каждый рассчитывал, что будет служить на корабле, где сухо и тепло. — Эти слова вызвали печальные усмешки. — Но там вы были бы всего лишь небольшими винтиками в огромном механизме, делали бы то, что вам говорили. Здесь же ваше присутствие имеет решающее значение, здесь вы можете спасти людям жизнь. Мы оказались в этом месте. Я жду от вас идей. Если у кого появится хорошая идея, уверяю, я хороший слушатель. Есть вопросы? — закончила Крис стандартным вопросом любой речи. Так же стандартно вопросов ни у кого не оказалось. — Старшина, разведите отряд по рабочим местам. Проследите, чтобы каждый получил задание. — О, как же это просто прозвучало. С хорошими подчиненными такое сработало бы, но из старшины Спенса руководитель был, похоже, еще хлеще, чем из нее. Тем не менее, Крис назначила старшину за главного, сама же развернулась и пошла в первый обход склада, под дождем и по грязи.

Складская территория превратилась в огромный залив. Огромные лужи мутной, неспокойной воды превратили ее в нечто похожее на залив, который пересекала железная дорога. У склада, как выброшенный из морских пучин кит, под ливнем лежал полупустой вагон с проломленными стенками. Оставшиеся мешки с рисом и фасолью насквозь промокли. Молодой пехотинец провел к вагону группу новичков и заставил их разгружать вагон, принимая на плечи стофунтовые мешки и тащить их под крышу до ближайшего склада. Неквалифицированная, тяжелая работа, обычно выполняется с помощью машин.

У пролома в заборе под ливнем стояли люди. Те, кто нуждался в еде. И в работе. Крис же нужны рабочие руки, чтобы передавать ту же самую еду таким же несчастным.

— Нелли, наши полномочия позволяют нанимать местных рабочих?

— Нет, мэм. Миссия не выделяет средств на местную трудовую силу.

Что и следовало ожидать. Космофлот во всей своей красе. Чем больше списывается на чрезвычайные ситуации, тем больше остается самому флоту. Как-то Крис слышала, что в некоторых местах держат специальный корабль, куда, в случае подобных чрезвычайных ситуаций, складывают так называемые излишки.

— Мэм, — позвал тихий голос, когда Крис подошла к пролому в заборе. Крис обернулась и увидела седоволосую женщину в платке и плаще. — Вы новый управляющий складами?

— Да, — кивнула Крис. Увидев, что женщина не знает, как продолжить, Крис спросила: — Могу чем-то помочь?

— Меня зовут Эстер Садик. Я содержу приходскую столовую. Когда выдался неурожай, многие люди потеряли работу. Семьи голодают. Мы стараемся давать им горячую еду хотя бы раз в день.

— Это очень хорошо, — кивнула Крис, снова заметив, как женщина замялась. Не зная, как помочь, Крис решила, что может хотя бы ее выслушать.

— У нас закончились продукты. — Крис так и знала, что этим закончится, так что просто кивнула. — До сих пор мы покупали продукты у человека из миссии, но сейчас у нас нет денег.

— У старшины третьего класса? — уточнила Крис, тут же вспомнив, что слышала что-то такое о руководстве складов.

Женщина пожала плечами. Для гражданских воинские звания оставались загадкой. Интересно, можно ли устроить этакий модельный парад, но подозревала, что неназванного старшины давно уже на планете нет, скорее всего накануне тот успел устроиться на «Хасси». Нет, проблема не в том, чтобы оглядываться назад, а в том, чтобы идти вперед. Крис вытерла с лица капли дождя, смахивая проблему, которую не может решить. Она здесь, чтобы накормить всех этих людей, но вот так запросто раздавать продукты не может. Очевидно, кто-то может, но за определенную цену. Но ведь я Лонгнайф. Радость-то какая.

— Нелли, кто нанимает местных рабочих в миссиях, подобных нашей?

— Обычными работодателями местной рабочей силы являются неправительственные организации.

Женщина, несмотря на дождь, внимательно слушала диалог Крис с ИскИном.

— На Олимпии что-то подобное есть?

— Нет.

Что неудивительно. Эта дыра — бесславный конец всего. Но как-то, на первом году учебы в колледже, Крис добровольно пошла консультантом в летний лагерь для детей с ограниченными возможностями. Ей удалось выбить для лагеря статус организации, освобожденной от налогов.

— Нелли, что необходимо для создания такой организации?

— Я только что подготовила все необходимые документы для создания организации. Нужно ли дать название, прежде чем я отправлю их на регистрацию?

— Нелли, ты удивительна, — улыбнулась Крис, а женщина напротив тоже улыбнулась, не понимая, что происходит. — Название следующее: «Фонд Рут Эдрис для фермеров-переселенцев», — сказала Крис. В честь прабабушки.

— В школе я училась в одном классе с девочкой по имени Рут Эдрис, — пробормотала женщина. — Это было давно, на Хартфорде. Мы тогда еще были детьми.

— Знаю, что бабушка Рут все еще там. Она жила на Хартфорде задолго до того, как я родилась. Нелли, документы поданы?

— Да. Насколько большим нужно сделать фонд?

— Сколько я должна платить вам за работу? — спросила Крис у Эстер.

— Если вы считаете, что должны мне платить, я готова работать за земной доллар в месяц, — ответила женщина.

Крис еле сдержалась, чтобы не показать реакцию на такое заявление. С такими расценками она всего лишь за недельное довольствие сможет нанять каждого на этой планете на год вперед. Последнее программное обновление Нелли обошлось в двухмесячное довольствие, и то в долларах Вардхейвена.

— Многие согласятся работать бесплатно, — быстро добавила женщина, приняв молчание Крис за неодобрение. — Многие согласятся даже за еду. Не только те, кто приходят к церковной кухне. В городе есть и другие столовые.

— Думаю, мы договоримся, — поспешно сказала Крис, чтобы успокоить женщину. Потом мысленно обратилась к Нелли: — Зачисли на счет фонда сто тысяч для начала, — и снова вслух к женщине: — Мне нужно согласовать вопрос с начальством. Нелли, вызови полковника.

— Хэнкок, — мгновение спустя прозвучало в наушнике коммлинка.

— Полковник, это энсин Лонгнайф. Я хочу получить от вас пару советов.

— Ты ждешь от меня советов?

Крис проигнорировала вопрос и быстро пересказала, что она только что решила и сделала. Как только закончила, полковник осторожно поинтересовался:

— А этот фермерский фонд законен?

— Я консультировалась у лучших юристов, — ответила Крис и улыбнулась Эстер. Старушка и на этот раз вернула улыбку.

— Мы можем отпускать продукты в столовые, продовольственные банки и все такое, если неправительственная организация ручается за законность сделки. Только подобный фокус на Земле не особенно популярен, поэтому не особо освещается. Если у тебя, энсин, найдется такая организация, вперед и с песней, — и полковник отключился.

Крис вытащила и кармана доллар Вадхейвена, протянула Эстер.

— Полагаю, это будет зарплатой первому сотруднику фонда. Знаете кого-нибудь, кто мог бы мне помочь?

Эстер обернулась, из толпы тут же вышел мужчина. Одежда промокла, а в ботинках обнаружились дыры.

— Я Джебадай Салински. Все зовут меня просто Джеб. До того, как зарядили бесконечные дожди, а руководство покинуло планету, я работал бригадиром на этих складах. Смотрю, ваши парни вручную таскают мешки с бобами. Я знаю людей, которые раньше здесь работали. Мы знаем, где находятся подъемники и тележки, хотя сейчас, после стольких кислотных дождей, боюсь, они не будут работать так же хорошо. Прежний босс, перед тем, как смыться, сказал, что кислотные дожди вовсе их испортили.

— Вы приняты, — сказала Крис и выудила еще один доллар. По примеру премьер-министра, она всегда носила с собой мелочь. Никогда не скажешь заранее, когда захочешь выпить содовой, а приема карточек поблизости не окажется. Как только прием нового сотрудника произошел, она поинтересовалась: — Знаете кого-нибудь, кто раньше работал в отеле? Сейчас их превратили в казармы?

— Милли уЗугото работала там экономкой, — сказала Эстер. — Когда в отель перестали приходить постояльцы, сотрудники разбежались.

— Похоже, осталось много людей?

— Не так уж и много. Только те, кто не смог улететь.

— Значит, тем, кто остался, немножко повезло, — выпалила Крис прежде, чем кто-нибудь из присутствующих передумает: — Плачу доллар в месяц, — она достала третий и последний доллар, передала его Эстер. — Передай его Милли. Остальным придется подождать немного, прежде чем получат оплату. Кроме оплаты, все они и их семьи смогут питаться в ближайшей столовой. Надеюсь, вполне справедливо?

Эстер и Джеб оглянулись на остальных, все так же стоящих кучкой под дождем. Вот кивнул первый, кто-то одобрительно выставил кулак с поднятым вверх большим пальцем, кто-то просто поднял руку. Как только Джеб махнул рукой, они вышли из толпы и уже под его руководством, часть из них сменила солдат, таскающих на спинах мешки, а другая отправилась осматривать технику. Из трех погрузчиков, мокнущих во дворе, только один оказался работающим.

— Томми. — Крис активировала связь. — Как там наши казармы?

— Паршиво. Крис, я не могу содержать в чистоте комнату, в которой сломалась система слежения за окружающей средой и грохнулся контроль влажности. Как я должен, по-твоему, убирать такое место?

— Думаю, местное неправительственное агентство наймет кого-нибудь, кто займется уборкой казарм вместо тебя.

— Я даже не знаю, если здесь такое агентство.

— Утром не было, а сейчас появилось одно.

— Почему мне вовсе не интересно, как оно появилось?

— Просто помолись своим предкам и Святому Патрику, чтобы Хэнкоку не пришло в голову этим поинтересоваться. Так вот, у меня тут три грузовика, из них только один на колесах. У меня есть погрузчики и подъемники, правда поврежденные из-за кислотных дождей. Есть какие-нибудь идеи, как их отремонтировать?

— Может быть, всего лишь повреждены солнечные батареи. Для них у нас не так уж много солнечного света. Возможно, я мог бы перепрограммировать наниты, чтобы те поработали с батареями.

— Ты что, используешь нанитов для полировки пуговиц на униформе?

— Естественно, а что, разве не все так делают? — почти искренне изумился Томми.

Крис подняла голову, успокаиваясь и… тут же получила по лицу несколько капель дождя. Вытерев глаза, она сказала в комлинк.

— Томми, до завтрашнего утра ты должен передать казармы кому-нибудь другому, а сам тащи свою задницу сюда и заставь своих лепреконов латать испорченную технику.

— Еще я прихвачу с собой удачу предков.

— Поверь, тут понадобятся любые чудеса, которые только найдутся.

Единственный оставшийся на ходу грузовик загрузили продуктами. Крис отправила с ним трех вооруженных бойцов, чтобы те довели груз до столовой Эстер. Та пообещала вернуть охрану целыми и невредимыми до темноты. Может, бойцы с М6 в руках и выглядят грозно, но женщине они уверенности не придали.

Порешав текущие задачи, Крис дала задание Нелли позаботиться, чтобы со следующим кораблем сюда прислали коробку с вардхейвендским долларами. Когда день закончился, она почувствовала себя хорошо.

Следующее утро началось плохо, а дальше пошло еще хуже. Началось с того, что с Милли уЗуготто, прибывшей управлять отелем, превращенным в казармы, пожелали встретиться полковник и лейтенант Пирсон. Полковник с ходу, не вникая, на кого она работает, приказал, чтобы она и ее люди убирались отсюда. Пирсон же настаивала, чтобы был подписан контракт, и только когда поняла, что финансирование будет идти не из кармана миссии или Космофлота, нехотя отозвала свой длинный список требований.

Крис смутилась, но Нелли быстро нашла нужный параграф в нужном законе, а полковник с наслаждением наблюдал за всей этой перепалкой.

Как только освободилась от волокиты в штабе, Крис отправила Томми изучать склад на предмет превращения проржавевших механизмов во что-нибудь полезное. Себя же назначила на скучную работу: проинспектировать полный перечень поставок и разделить имеющееся на гуманитарный груз и собственность Космофлота. Ко второй половине дня она едва коснулась этой задачи, как перед ней появился запыхавшийся человек, явно пробежавший немаленькое расстояние. Оказалось, что на столовую Эстер напали вооруженные люди и, угрожая оружием, забирали продукты.

Бросив все, Крис побежала туда и остановилась только у входа в столовую. Нет ситуации, когда есть смысл врываться в помещение полном ходу, особенно, когда все давно закончилось. Дождь не оставил ни единого следа, а редкие прохожие, естественно, ничего не видели. Пока в голове Крис проносились паршивые варианты развития событий, Джеб, прибежавший следом, начал наводить порядок. Освободившись, Крис вышла на улицу, позволяя проливному дождю немного себя охладить.

Вообще, смысла бросаться через весь город, к столовой, не было. Паренек, прибежавший за Крис, успел сказать, что все закончилось, а раненой Эстер уже занимается лучший из доступных докторов. Хотя заманчивая мысль прихватить десяток вооруженных пехотинцев и ринуться за преступниками, все же, никуда не делась. Шанс призрачный, но есть. Вот теперь нужно подумать о том, чтобы произошедшее не повторилось. Вопрос тоже не из приятных. Крис, размышляя, чуть ли не с час вышагивала под дождем. Проблема похожа на попытки убраться в офисе предвыборной кампании. Естественно, если поступать мудро, то нужно просить совета у старших перед тем, как брать на себя всю ответственность. И, если хорошо постараться, в наличии согласия старших на то, что в ином случае пришлось бы брать или делать без разрешения.

В этот же вечер за ужином Крис поставила поднос напротив полковника Хэнкока, повесила на спинку стула пончо и уселась напротив.

— Мне нужен совет, сэр.

— Ты меня пугаешь, злоупотребляя этим словом, энсин. Что в этот раз решила впарить?

Крис рассказала о нововведениях на складе. Полковник довольно кивнул, намазал масло на круасан, что начал выглядеть в руке оплывшим. Потом Крис ошеломила его продуктовой проблемой и наличием банд, не гнушающихся даже избиением пожилых женщин. Полковник так и не успел откусить ни кусочка.

— И что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Сэр? — Крис решила не отвечать на вопрос.

— Не сомневаюсь, — полковник откинулся на спинку стула, — ты уже знаешь, что я не самый популярный офицер Корпуса. Мне ведь инкриминируют применение пулеметов против невооруженной толпы гражданских.

— Знаю, сэр.

— Ты также должна знать, кого мы получили в качестве пополнения, энсин Лонгнайф. — При этих словах оба осмотрели столовую, полную новичков, только-только начавших обучаться на апехотинцев или матросов Космофлота.

— Не совсем, сэр, но…

— Но что? — прервал ее полковник. — Люди, поселившиеся на этом грязном шарике, решили, что любой дом беззащитен без оружия в шкафу, предпочтительно автоматического. Замок на спусковой крючок, чтобы дети не ранили себя и дело сделано. Боже правый, неужели эти идиоты на самом деле думают, что их хлопушки остановят флот диких пучеглазых монстров, коли те надумают прыгнуть сюда? — фыркнул полковник. — Что ж, у них есть все, что захотели и будь я проклят, если стану натравливать своих солдат на тех, кто решит в них стрелять. — Взгляд полковника пристально впился в Крис, но продолжил полковник немного тише: — Они утверждают, что фермеры всего лишь бросались в нас камнями. Клянусь богом, я слышал автоматные выстрелы. Но никто так и не нашел ни одного ствола, так что пехотинцам никто не поверил. За исключением других пехотинцев. Но я застрял в этой дыре, и будь проклят, если поставлю любого другого в еще худшее положение. — Он скомкал салфетку, бросил ее на поднос с недоеденным ужином, хмуро на него посмотрел, после чего снова впился взглядом в Крис. — Так, энсин Лонгнайф, что собираешься делать с головорезами, грабящими столовые и избивающих пожилых леди?

— Хочу поставить на складах постоянную охрану.

— Не забудь предложить им надеть пинетки, ведь придется проводить время под постоянным дождем и в грязи. Да и станут легкой мишенью.

— Нет, сэр. На складе есть хозяйственная башня в четыре этажа. Если разместить охрану под крышей, у них будет хороший обзор, оттуда виден весь периметр, — и пожарные дорожки. — Пересыплем из мешков рис куда-нибудь, наполним мешки песком, построим бруствер, что даст нашим людям защиту. И мне нужен прожектор.

— Могу достать один, только для тебя.

— Еще хочу попросить местные власти, от министров до представителей малого бизнеса, организовать людей на дежурство с нами.

— Получается, чтобы они могли дать приказ стрелять?

— Нет, сэр, чтобы служить в качестве свидетелей в местном суде, когда и если кто-то из наших старшин отдаст приказ стрелять.

Некоторое время полковник молча смотрел на Крис.

— Неплохо, энсин. Знаешь, у многих местных есть фермы, но все они голодают.

— Да, сэр. На этой неделе у нас будет примерно дюжина машин. Я начну раздачу.

— Первый же конвой обстреляют, возможно даже, разграбят.

— Я его поведу лично. Если хотите.

— Извини, малышка, — фыркнул полковник. — Я такое уже проходил. Лучше сразу учись давать полномочия, пусть небольшие, подчиненным.

— Спасибо, сэр, — только и осталось ответить Крис.

Полковник поднялся, отказавшись продолжать ужин, хотя еще много осталось.

— Еще вопрос, сэр, — быстро сказала Крис. — Общественная организация, та, что мне помогает. Я слышала, она занимается наймом местных вооруженных людей для охраны столовых.

Полковник снова некоторое время смотрел на нее, потом поднял поднос и медленно сказал:

— Что местные делают между собой, это их собачье дело. А ты, энсин, не трать на них слишком много времени.

— Да, сэр.

Глава 11

Следующим утром первым делом Крис проверила склад. Джеб с десятком помощников проработал большую часть ночи и инвентаризацию рассчитывал завершить где-то к полудню. Крис оставила их в покое.

Через несколько минут из гостиницы появился Томми, а у дверей его уже поджидала Милли с небольшой армией сотрудников, работавших в этом здании, когда оно служило по прямому назначению.

— Мы справимся, добрый сэр, если вы уступите нам дорогу, добрый сэр, к ужину тут будет все, как с иголочки, добрый сэр, а сейчас, добрый сэр, пожалуйста, не мешайте нам.

У Томми появилось несколько идей, как заставить технику на складах работать, так что Крис прихватила «Доброго сэра» с собой и сосредоточилась на том, что хотела сегодня сделать.

Эстер нашлась в приходской столовой — здании, явно нуждающемся в ремонте снаружи, но внутри таким домашним, насколько возможно для общественного места. Голова перевязана бинтом, но женщина не давала этому обстоятельству замедлить процесс. Нелли обнаружила в хранилище местного банка несколько пачек наличных долларов Вардхейвена и Крис выложила четыре купюры, сто долларов, на стол перед Эстер.

— Сколько времени понадобится выставить вооруженную охрану для каждой столовой?

— Охрана уже здесь, — ответила Эстер, а две молодые женщины, улыбаясь, вытащили из-под стойки винтовки. — Их мужья дежурят на улице.

— А в других столовых?

— С сегодняшнего дня там тоже есть охрана. Никто не захочет, чтобы его жена прошла через такое, — сказала Эстер, приложив ладонь к повязке на голове.

— Проследите, чтобы каждый получил оплату, — Крис кивнула на деньги. — И, Эстер, если полковник узнает, что ваши охранники шалят, у нас появятся проблемы. Можете проследить, что, взяв наши деньги, нашу пищу, они…

—…они должны вести себя соответственно, — улыбнулась Эстер. — Да, я дам им знать, что бабушка Эстер ожидает от своих мужчин образцового поведения.

Не совсем те слова, что хотела услышать Крис и, конечно же, не совсем то, что хотел бы услышать полковник, ожидая в своих рядах дисциплины, но, пожалуй, лучшее, что можно позволить в данных условиях. Так что Крис отправилась обратно на базу.

Томми каким-то образом распространил слух, что ему нужны водители и механики, а потому у забора успела вырасти очередь из ищущих работу мужчин и женщин с соответствующими навыками. Под ремонтную мастерскую Томми выделил большое здание рядом со складом, которое запросто можно включить в периметр ограждения. Одним из хозяев оказался владелец сломанного грузовика, живший на другой стороне города. Он с готовностью согласился продать имущество за десять процентов от первоначальной суммы. Крис от такого предложения стало не по себе, пока парень не признался, что иначе его продаст банк, что выйдет намного дешевле. Если же Крис купит постройку, даже за такие маленькие деньги, он погасит долг и денег еще останется для выкупа здания после того, как Космофлот уберется с планеты.

Такие условия подошли, Фонд фермеров-переселенцев выписал чек и переставил ограждение так, что нужное помещение оказалось в охраняемом периметре.

Хоть с владельцем вопрос решили быстро и сделка завершилась рукопожатием, документы требовали от Крис согласования как со службой снабжения, так и с финансистами и администрацией. Крис быстро поняла, почему ни снабженцы, ни финансисты не хотят иметь ничего общего с администрацией. С согласованием документа офицерами первых двух отделов проблем не возникло, подписи были поставлены быстро. А вот заставить расписаться лейтенанта Пирсон обернулось титанической задачей.

— Ну и зачем нам все это? — пыталась разнюхать лейтенант.

— Нам нужна возможность ремонтировать, если что-то сломается.

Крис пришлось побеспокоить полковника, чтобы этот ответ показался Пирсон приемлемым. Тем не менее, шеф отдела администрации пять раз отклоняла документы ради незначительных исправлений. Пять раз Крис подавала их снова.

— И почему ты с этим миришься? — поинтересовался Томми.

— Я бы и не стала, если б у нас была хоть пара грузовиков для работы, но те, что должны появиться вчера, даже на орбиту не прибыли, — вздохнув, ответила Крис и продолжила играть в игру, предложенную лейтенантом.

Когда, наконец, грузовики прибыли, Крис только порадовалась тому, что так удачно приобрела здание под мастерскую. При соответствующей оснастке, новенькие грузовики могли пройти и сто тысяч миль. Механики же бросили на них только один взгляд, покачали головами и принялись полностью переделывать, используя оборудование и инструменты, выбитых для мастерской Крис.

Она не позволяла Пирсон съедать все свое время всяческими отписками. Первую половину дня она успевала выполнять необходимые обязанности офицера Космофлота, вторую половину большую часть времени посвящала Фонду Рут Эдрис. Если не получалось добраться до столовых на грузовике, развозящем продукты, шла пешком, проверить, как там все идет. Грабежей больше не было, драк тоже. Пока Крис путешествовала по затопленным улицам Порт-Афин, дождь дубасил по крышам домов, люди по-прежнему, сгорбившись и пригибаясь, расплескивая воду из луж, старались побыстрее проскочить по своим делам, но теперь казались не такими измученными.

И каждый раз, неважно, добиралась она на попутке или путешествовала пешком, возвращалась в казармы промокшая до нитки от шляпы до подошв сапог, единственное, что стояло между ней и полным бедствием — контроль влажности в гостинице, превращенной в казарму. Когда Милли доложила, что блок вот-вот испустит дух, Крис пришлось дополнительно раскошелиться, чтобы нанять единственного человека на всей планете, способного починить разрушающуюся систему. Сухая и теплая комната каждую ночь стоит любых денег.

Пирсон все еще разрабатывала правила, когда механики, стерев масло с ладоней, объявили, что шесть машин готовы путешествовать по дорогам вглубь страны. Крис больше не хотелось ждать правил: фермерские поселения голодали. Она собрала начальников и бригадиров, встретившихся по пути очередного обхода, в одном месте и задала им вопрос: «Откуда начинать»?

— Думаю, юг тяжелее испытывает бедствие, — сказал менеджер по продажам фермерских продуктов. — На севере земля полна холмов и оврагов. Овраги принимают в себя много воды. На юге же местность более пологая и воде уходить некуда. В результате земля превращается в болота.

Сидящие напротив него священник и служащий закивали.

— Мы тоже об этом слышали, — сказал священник. — Но, девушка, на юге и банды намного злее. Там очень много вооруженного народа и из-за болот нет никакого способа их отслеживать.

— У нас есть довольно умная аппаратура, падре, — ответила Крис.

— Я знаю, что она у вас есть, но не видел ни одного аппарата в небе, — покраснев, огрызнулся священник. — Это только мое воображение или их не запускают ради экономии средств?

— Отец! — Эстер Садик положила ладонь на его руки. — Моя мама учила говорить «спасибо» людям, предлагающим руку помощи, а не считать, сколько на ней пальцев.

— Извините.

— Ничего страшного, падре, — сказала Крис. — Завтра я отправлю полдюжины грузовиков на юг. Через день они должны вернуться. Спасибо за помощь.

— Хотите, чтобы кто-нибудь из наших людей с оружием отправился с вами? — спросила Эстер.

Крис на мгновение задумалась. Вооруженные гражданские люди верхом на грузовиках Космофлота будут выглядеть подозрительно. Взять их в качестве свидетелей? Нет уж.

— Это миссия военных, мэм. Мы сделаем все так, как принято в Космофлоте.

* * *

Каждое из восьми колес грузовика имело автономный привод. Увидев, как они поворачиваются, Крис почувствовала себя счастливой. А еще в кабинах были задние сиденья.

Дни, когда солдаты катались на грузовиках, давно прошли… задние сиденья были лишены ремней безопасности. Крис отправила в каждый грузовик по три вооруженных винтовками человека, передние же сиденья оставались для водителя и командира машины. Крис намеревалась ехать в первом грузовике. Хотела назначить Томми командовать последним, но тот попросился быть ее водителем. Возможно, в том, что впереди будут находиться сразу два офицера, будет свое преимущество. Нашлись командиры и для двух других грузовиков, в результате осталось найти командиров для трех оставшихся.

— Или я выберусь из офиса, или мои учетчики найдут на складах весьма странные вещи, — со всем уважением пригрозил старшина Спенс.

К сожалению, когда идешь на поводу одной угрозы, тут же получаешь еще больше.

— Получатся подгоревшие тосты, если я не получу грузовик, — улыбаясь, заявила Кортни, таким образом заработав выходной от дежурства в столовой.

Шестой грузовик перешел в полное распоряжение пехотинцев.

Пока конвой двигался вперед, Крис стала обладателем свободного времени и головоломки. На этой планете каждый вооружен до зубов. В городе, по крайней мере, было так. Так как же, если верить слухам, их умудряются бить и грабить? Фотографии с орбиты показывали, что большинство фермерских поселений находится в центре огромных полей и неприятеля можно видеть так далеко, насколько позволяет зрение. Любой, кто намеревался ограбить фермерское поселение, должен быть убит метров за пятьсот до границы поселения. Возможно, кому-то удавалось прокрасться, но это один или двое. Крис решила дать фору, пусть будет пятеро. Пятеро! Тут явно что-то не так.

У солдат на заднем сидении тоже появились проблемы, но совершенно не те, о каких размышляла Крис.

— Я пошел в Космофлот определенно не для того, чтобы быть мальчиком на побегушках, — сказал один матрос, не заботясь о том, слышит его Крис или нет.

— Черт, — согласился с ним второй, — если бы я хотел доставлять людям продукты, остался бы дома и работал в отцовском магазине. Там восемь часов отпахать, а потом полностью свободен. Без обид, мэм, я не имел в виду ничего такого. Не ваша вина, что нам приходится раз в неделю выходить в ночное дежурство.

— Куда там, — ответила Крис, зная точно, что каждый матрос знает, что причина ночных дежурств именно она.

— Здесь не хочется пользоваться свободным временем, — вмешалась третий стрелок, женщина. — Некуда идти, а если, все же, куда-то идешь, то всюду дождь, дождь, дождь. Запишись в Космофлот и наслаждайся грязными лужами.

— Я хотел стать стрелком, — заявил первый. — У меня самые высокие оценки по стрельбе и поединке в космосе. Никто не может убивать пучеглазых монстров, так, как я.

— Мы давно не обнаруживали инопланетян, — заметила Крис, — так что помощь голодающим проблема более насущная, чем подготовка к драке с противником, которого пока не встретили.

— Да, я знаю. Вы офицер, мэм, вы и должны говорить и думать, как сейчас сказали. Но по мне, дайте четырехдюймовый лазер и эскадрилью атакующих подонков, и увидите, на что я способен. А здешние дела дают повод земным благотворителям забраться на диваны и чувствовать себя так, будто они сделали что-то хорошее только тем, что заплатили налоги. Вот бы их сюда отправить, покопаться в этой грязи.

Крис промолчала о том, что на Вардхейвене такие благотворители тоже имеются, и что отчасти из-за них она и ушла в Космофлот.

Первое фермерское поселение из списка оказалось большим: владельцы, их дети и жены, жены детей, внуки. Несколько десятков домов забиты до отказа, потому что здесь нашли убежище семьи из нескольких ближайших небольших ферм.

Прежде, чем колонна вышла из зоны действия сети, они уловили признаки присутствия конных и автомобильных банд, бродящих по району. Крис покачала головой: теперь им предстоит непрерывно наблюдать за окрестностями.

Подъезжая к ферме, Крис сверила карту на экране планшета с тем, что наблюдалось на самом деле. Раскисшая дорога достаточно широкая, чтобы разъехались две машины, но нуждается в ремонте. В поисках более мелких выбоин Томми вилял из стороны в сторону. Поля по обе стороны дороги грязные. Из-за непрекращающегося дождя, урожая в последнее время на них не выдавалось. Благодаря этому Крис увидела вдали вышедшую из берегов речку, чья вода поглотила деревья поблизости, а местность затопила на сотни метров дальше. А вон и застрявший в грязи, полузатопленный трактор. Сейчас эта штука может сбить с дороги любого, и в результате стать легкой добычей банд. Застрявший трактор стоило бы уничтожить вовсе.

Куда сейчас въезжает Крис со своим крошечным конвоем?

— Приготовиться, — приказала Крис, как только поселение появилось в поле зрения. Бойцы на заднем сидении тут же завозились, проверяя оружие, только Томми оставил винтовку в держателе у дверцы.

— Не могу одновременно вести машину и держать оружие.

До того, как начал извергаться вулкан, это была успешная ферма, если судить по трем огромным амбарам. Почетное место перед центральным двором занимал большой дом. Остальные дома, помельче, и различные хозяйственные постройки вовсе превратили поселение в небольшую деревеньку. В поле зрения никого живого не видно.

Крис приказала грузовикам остановиться, а экипажам смотреть по сторонам, причем с оружием наготове. Сама же медленно отправилась дальше. Вот в одном из окон большого дома что-то мелькнуло. Может даже, там прячется кто-то с оружием, хотя и не точно. Крис приказала Томми остановиться в нескольких метрах от границы фермы, выскочила из кабины и остаток пути проделала пешком.

Добравшись до точки метрах в ста от ближайшего сарая, Крис активировала микрофон и сказала:

— Я энсин Лонгнайф, Космофлот Сообщества, — усиленный в несколько раз голос раздался из громкоговорителя грузовика. — Мы привезли продукты. О вас не было слышно уже несколько месяцев. Нужна ли вам помощь?

Ворота ближайшего ангара приоткрылись и оттуда выскользнули трое мужчин. Тот, кто вышел последним, закрыл ворота и только потом все трое отправились к Крис. На крыльцо большого дома вышли несколько женщин, на руках двух из них младенцы. Они спустились с крыльца и направились навстречу Крис, та тоже пошла вперед.

Встретились на середине пути. Высокий, лысый мужчина протянул руку.

— Я Джейсон Макдауэлл. Эту ферму построил мой отец, а это моя жена, Латиша, — он помахал в сторону группы женщин, и оттуда отозвалась худая, седеющая женщина.

Крис пожала ему ладонь и, как только подошли женщины, сказала:

— Я привезла продукты. Хочу оставить запас на месяц. Сколько у вас людей?

— Сотня или около того, — покачал головой мужчина, — но ценность продуктов слишком велика. Продуктов на месяц — слишком много. Придут бандиты и заберут запасы.

— Джейсон, мы могли бы спрятать часть, — тихо, почти шепотом сказала седая женщина.

— Они заставят нас все рассказать. Кто-нибудь да выдаст. Бандиты заставят рассказать обо всем любого из нас.

Седовласая женщина отвернулась, но кивнула.

— Думаю, мы можем приезжать сюда раз в неделю, — предложила Крис, на самом деле не желая такой нагрузки.

В это время из домов, амбаров и хозяйственных построек стали выходить люди, их становилось все больше и больше. Крис ожидала увидеть вооруженных людей, но оружия ни у кого не было.

— Прежде, чем оставить продукты, нам нужно проверить документы ваших людей для отчета.

— У нас ничего нет, все забрали, — выпалил Джейсон, словно плюнул на раскаленное железо.

— Это значит, вы нам не сможете помочь? — спросила Латиша, теребя в ладонях фартук. Рядом с ней стояли еще две женщины с детьми на руках.

— Мы проделали весь этот путь не для того, чтобы сказать голодным людям, что не дадим продуктов из-за неразберихи с документами, — сказала Крис. И пусть лейтенант Пирсон заканчивает разработку своих правил в аду. — Томми, подгоняй грузовик, — добавила она, подбородком переключив микрофон на внутреннюю связь.

Все же, потерянные документы — вопрос серьезный. За последний месяц банковские счета фермеров могли опустошиться, а в межпланетной вэб-паутине их личности скомпрометированы. Могло случиться все, что угодно, пока фермы отключены от сети, и никто из здешних обитателей не может ничего предоставить в свою защиту. На работу местных хулиганов явно не похоже.

— Раз у вас нет документов, нам нужно будет вас сфотографировать, — сказала Крис и приказала Томми приготовить фотокамеру.

— Брат, — обратился к Джейсону один из мужчин, стоявших рядом с ним, — раз у них есть коммлинк, мы могли бы проверить наши банковские счета.

— Так и сделай, Джерри.

— Томми, проследи, чтобы этот человек получил доступ в сеть.

— Вас понял, мэм, — Томми с улыбкой принял поток приказов.

— Можете привести сюда всех? — спросила Крис у Джейсона.

— Мать прикована к кровати, — ответил Джейсон. — Думаю, принести ее сюда мы сможем, но…

— Мне нужно увидеть ее. Просто я пытаюсь немного подстраховаться от проклятых проверяющих. Когда все закончится, они обязательно набросятся на меня.

— Понимаю. Мы здесь работаем… — Джейсон замолк, оглянулся и обвел взглядом насквозь промокший грязный двор. — Работали.

— И снова будем работать, — сказала его жена, дотронувшись до его руки, но Джейсон руку вырвал.

В качестве уполномоченного офицера, Крис стоило бы оставить их в покое. Но Латиша вряд ли позволила бы ей уклониться от посещения дома, так что пришлось пойти вслед за ней. Зайдя на грязную террасу, Крис сняла дождевую накидку, после чего не спеша поднялась по лестнице на третий этаж. Дом построен из отшлифованного работой и долгим использованием дерева.

В спальне, украшенной рукодельными картинами, на большой кровати в одиночестве, лежала женщина. Она стонала от боли. В три быстрых шага Крис оказалась возле кровати, опустилась на колени и откинула с женщины одеяло. Ее выветрившаяся кожа покрыта застарелыми синими и желтыми пятнами от побоев.

— В моем конвое есть санитар. Можно ему показать вашу мать?

— Для мамы мы уже сделали все, что могли, — сказал Джейсон, вздрогнув, когда поймал взгляд женщины.

— У вас есть обезболивающее? — спросила Латиша. — Все наши лекарства забрали бандиты.

— Томми, отправь санитара в дом, на третий этаж. Пусть ориентируется на сигнал коммлинка.

— Да, мэм.

— Не хотите рассказать, что здесь происходит? — обратилась к паре Крис, поднявшись с колен. — Когда я прибыла на Олимпик, меня предупредили, чтобы я прикрывала спину. Наш полковник настойчиво не хочет, чтобы мы выходили на улицу по ночам, потому что среди местного населения слишком много оружия. Но в вашем поселении я не увидела ни одного пистолета, — она кивнула в сторону стоявшей у окна оружейной стойки. — Где все ваше оружие?

— Унесли, — сказал мужчина. — Просто унесли. Не лезьте в это дело, офицер.

— Мой муж ушел в поле… — тихо начала женщина.

Мужчина посмотрел на жену, взглядом умоляя ту молчать. Та встретила взгляд своим, ровным, несгибаемым и, в результате, мужчина отвел взгляд, уставившись в угол комнаты.

— Ферма — не та штука, о которой заботишься, если ты не похож на отца. Он выбил субсидию на эту ферму. Когда пятьдесят лет назад он пришел сюда, тут было болото. Он осушил его. А сейчас насосы нужно проверять часто, потому что болото снова подбирается к нам.

— Нас было пятеро, — уставившись в пол, продолжил Джейсон. — Все вооружены. Мы знали, что… — он запнулся в поисках слова, — …что эти люди где-то поблизости. Думали, увидим их издали, — Джейсон взглянул на Крис. — Мы отлично стреляем. Отец тренировал нас чуть не каждый день, потому что тут бродят штуковины, которых местные называют болотными буйволами, а они могут потоптать поля с урожаем. Мы научились стрелять, чтобы охотиться на них, — он замолчал и после небольшой паузы продолжил: — Они появились из ям. Должно быть, дышали через полые камыши или вроде того. Напали на нас прежде, чем мы сообразили, что там кто-то есть. Если бы кто-то из нас хоть раз выстрелил, нас всех убили бы, — мужчина посмотрел на жену и задыхающимся голосом сказал: — Сейчас мне хочется, чтобы тогда прозвучал тот выстрел, дорогая.

Женщина тут же подошла к мужу, подставила плечо, и тот зарыдал. Крис редко видела плачущих мужчин.

На кровати застонала и заворочалась в поисках удобного места старуха. Крис стояла, положив ладонь на приклад винтовки. Вот и появились дела, о которых нужно позаботиться, не зря же она завербовалась в Космофлот. Откуда ни возьмись, появились плохие парни. Ситуация нравилась ей все меньше и меньше.

Пока мужчина плакал, историю продолжила женщина, ее голос, тихий и монотонный, буквально кричал от отчаяния.

— Грузовики остановились ярдах в четырехстах. Из них вышло около десяти человек. Каждого чужака мы взяли на прицел. Потом один из них крикнул: «Женщина, я приставил пистолет к голове твоего мужа. Бросайте оружие и из этой передряги все выберутся живыми. Кто начнет стрелять, умрет первым».

— Я сказал, чтобы они стреляли, — в голосе мужчины звучала просьба на понимание и прощение. — Я кричал, требовал, чтобы вы начали стрелять.

Крис стало интересно, что бы сделала она, будь на месте жены и на месте мужа.

— А потом из машин вышло еще больше людей, — продолжала жена. — Они разбрелись по полю и пошли к нам. Их было, наверное, тридцать или сорок человек, все вооружены. А у нас дети, — женщина посмотрела на Крис с мольбой во взгляде о понимании. Крис кивнула, пытаясь дать женщине то, чего та хочет. Женщина покачала головой и продолжила: — Некоторые из нас хотели сражаться с ними, отправить к дьяволу хоть нескольких.

Женщина взглянула Крис прямо в глаза.

— Здесь наши дети. Все женщины проголосовали за то, чтобы сложить оружие, — она посмотрела на мужа. — Если бы мы знали, что произойдет дальше, мы бы начали стрелять. Лишь некоторые утверждали, что готовы драться, но большинство было не готово.

Крис чуть было не прервала женщину, мол, догадывается, чем все закончилось, но женщина зашла так далеко, что слова вырывались из нее сами собой.

— Они забрали оружие, продукты, документы, все, что показалось им ценным и все, что захотели. Потом связали мужчинам руки и там, в грязи, перед их глазами и глазами детей, насиловали нас. Для некоторых это стало последней каплей. Отец Джейсона, ее муж, — она кивнула на старуху в кровати, — попытался их остановить, даже со связанными руками.

— Почему не я? Почему не я? — простонал Джейсон.

— Потому что я сказала тебе ничего не делать. Потому что, если бы ты тоже полез, они убили бы и тебя, как убили его. Может, избили бы меня, как избили ее, — женщина глубоко вздохнула. — Мы живы. В отличие от Салливан. Они все мертвы. Детей убивали, как свиней, потому что они пытались сопротивляться. Мы живы, Джейсон, — она провела ладонями по щекам мужа. — Мы живы. Мы пройдем через это.

— И перевешаем всех этих ублюдков, — прошептал Джейсон.

— Если сможем. Все в руках божьих.

Прибыл медик. Крис оставила жену Джейсона вместе с ним, а сама отправилась вниз. Выйдя на крыльцо, остановилась. У ее миссии задача одна — доставка продуктов. Правила позволяли открывать только ответный огонь, если колонну вдруг обстреляют.

— Давайте уже, сукины дети, — прошептала она в свинцовый воздух. — У меня тут тридцать стволов в конвое и никаких детей. Вы знаете, что мы здесь. Приходите и попробуйте забирать. Ну же!

Крис пошла дальше. Пересекая двор, встретилась с мужчиной, просившим проверить по сети его счета. Тот удрученно качал головой.

— Они продают ферму. Ничего нам не сказав, продают.

Крис остановила его и сказала, обращаясь одновременно к мужчине и Нелли:

— Сейчас я сделаю запись дачи показаний.

— Вы можете так сделать?

— Это и многое другое, — кивнула Крис, после чего рассказала, в каком состоянии нашла фермерское поселение, без связи и лишенных документов жителей. — Любые финансовые и юридические действия, предпринятые между потерей связи с фермой, и сегодняшним моментом являются незаконными и не обязаны исполняться. Я, Кристина Энн Лонгнайф, свидетельствую об этом на любом судебном заседании.

— Спасибо, — с чувством сказал молодой человек.

— Посмотрим, что еще можно сделать, — сказала Крис и, увидев Томми, крикнула ему: — Все сделали?

— Думаю, да. Фотографии всех присутствующих у меня уже есть. Даже Пирсон должна быть счастлива.

— Отлично. Давайте собираться и выдвигаться. Нам еще многое предстоит сделать.

— Да, мэм, — Томми подошел ближе. — Что-то не так, Крис? У тебя вид, словно… хочешь кого-то разорвать голыми руками.

— Ничего такого, — отрезала Крис. — Мы вооружены, а где-то там бродят плохие ребята. Все, давайте по машинам. У нас еще полно дел.

Солдаты начали собирать вещи. Казалось, уходить никто не спешит. Кто-то даже держит на руках маленьких детей, помогая им кушать.

— Мэм? — сказал стрелок с заднего сиденья, когда Крис собралась занять свое место в грузовике. — Бандиты вернутся и заберут все, что мы оставили. Мы можем, хотя бы, забрать с собой детей и отвезти их в город? Они целый месяц голодали. А, как мне говорила мама, у детей не такие прочные желудки, в отличие от взрослых, чтобы питаться травой на лугах.

— В следующий раз, может, так и сделаем. Но не сейчас, — прервала его Крис и, повернувшись во двор, крикнула: — Я сказала, шевелиться, бойцы.

Солдаты зашевелились, залезая в кабины грузовиков.

Из большого дома вышел Джейсон, увидел Крис и побежал к ней неспешной трусцой. Будучи истощенным, он наше силы передвигать ноги, пока не добрался до Крис и повис на дверце грузовика.

— Слушайте, эти ребята используют болота в качестве укрытия. Если будете держаться подальше, может, избежите встречи с ними.

Вместо ответа, Крис вытащила планшет, вывела на экран маршрут движения колонны и показала схему Джейсону. Тот только покачал головой.

— Через четыре-пять миль попадете в Мертвое Коровье болото. Вам нужно обойти вокруг.

— Не могу, — сказала Крис и обнаружила, что ухмыляется. — Все окружные дороги затоплены, а эта единственная незатопленная и мы собираемся ехать прямо по ней.

— Они будут ждать вас.

— Я, вроде как, на это надеюсь, — на этот раз она даже не сдерживалась, позволив ухмылке заполнить все лицо.

Дедушка Троубл будет гордиться.

— Просто, чтоб знали, во что ввязываетесь, — сказал Джейсон.

Крис посмотрела на линию грузовиков.

— С нами никаких детей. Только матросы Космофлота и космический десант. И мы делаем работу, за которую нам платят.

— В общем, будьте осторожны, лейтенант, или энсин, или какое у вас там звание. Думал, могу взять у вас все, что вы привезли. Похоже, ошибся.

— На следующей неделе, когда будем проезжать здесь, постараюсь привести документы для вас и вашей жены, фотографии у нас есть. А вам, наверняка, не придется ждать, пока весь этот бардак закончится, чтобы увидеть, как несколько тех ублюдков будут качаться на деревьях.

Черт, мне все это начинает нравиться.

— Боже. Будьте осторожны.

— За это нам не платят, — Крис высунулась в окно, посмотрела на колонну, выстроившуюся позади. Матросы и десантники успели погрузиться в кабины. — Томми, поехали.

— Да, мэм.

В зеркало заднего вида Крис увидела, как Джейсон обходил одну группу фермеров за другой и что-то им говорил. Несколько женщин, молитвенно сложив руки, упали на колени прямо в грязь.

— Помолитесь за тех ублюдков, что устроили нам засаду. А за нас не надо, — прошептала Крис сквозь плотно сжатые губы.

— Не хочешь рассказать, что здесь, черт побери, происходит? — спросил Томми, сцепив ладони на руле так, что аж костяшки побелели, но не отрывая взгляда от дороги. — В конце концов, я твой заместитель и, если с тобой что случится, мне придется все взять на себя.

Крис включила микрофон, чтобы было слышно и в других машинах.

— Бойцы, вы только что сами видели, зачем нас сюда послали. Люди на ферме голодают, потому что банда отморозков отобрала у них все, что они вырастили. Они убили старика, избили его жену, изнасиловали женщин. Вы все сами видели.

— Изнасиловали, — донеслись с заднего сидения шокированные голоса матросов. Получается, полную информацию получили не все. Ну, значит, должны получить ее сейчас.

— Включая маленьких девочек, — отрезала Крис. — Многие из вас не хотят служить курьерами. А многие решили, что лучше бы остались дома и занимались там той же работой, которую поручили нам здесь. Ну так я скажу вот что: через несколько минут наша дорога станет немного опасней, чем до сих пор. Эти подонки любят воровать и отбирать, а сегодня на этой дороге наши грузовики единственные, с чем им предстоит иметь дело. Приготовьтесь к бою, бойцы. Пришло время показать, на что вы способны и для чего вы здесь.

Крис посмотрела на Томми. Пока она рассказывала, что к чему, он вывел на планшет грузовика маршрут, наложил его на фотографию местности и ткнул пальцем в точку, где расположилось Мертвое Коровье болото.

— Здесь?

— Похоже на то.

— Можем сделать крюк километров в пять, там еще одна дорога и тоже расположена высоко.

— Как по мне, она затоплена, — оборвала его Крис. — Наша задача: доставить продукты. Если начнем блуждать не по маршруту, не сможем выполнить миссию и вряд ли до вечера вернемся на базу.

— Можем разбить лагерь на одной из ферм. Фермеры нам не враги и будут только рады, если останемся у них на ночь.

— Завтра нам предстоит другой маршрут. Томми, мы едем по этой дороге, так что предлагаю проверить оружие. Ни разу не видела, как ты стреляешь из него.

— Я прошел обучение и закончил учебку.

— И сколько выбиваешь?

— Необходимый минимум, — не глядя на Крис, сказал Томми.

— Ради бога, Томми, ты же офицер Космофлота. Когда ты вступал в ряды Космофлота, должен был знать, что это будет частью твоей работы.

— Ты должна заметить, что сейчас я за рулем грузовика, развожу продукты голодающим. Дома, каждый раз, когда в драке в баре кого-нибудь зарежут, священник проповедовал: «Не убий!» И я поступил в Космофлот, чтобы заработать на учебу в колледже, а не убивать.

— Даже тварей, насилующих, убивающих и отнимающих у голодных детей еду? — сплюнула Крис.

— Я не это имел в виду, — Томми кивнул на промокшую землю.

— Но это то, с чем ты здесь столкнулся.

Пока Крис разговаривали с Томми, позади установилась тишина. О чем думали солдаты? Разве это важно? У них приказ и они должны его выполнить. И вообще, зачем она тратит время на спор? У нее есть дело. Она снова переключила микрофон на общую связь.

— Говорит Лонгнайф. Опустите окна, чтобы стекла не разлетелись по кабине.

Сама тоже взглядом обвела край лобового стекла, увидела защелку. Через секунду лобовое окно упало на капот, и в кабину ворвался дождь. Потом некоторое время ехали молча, покачиваясь из стороны в сторону, пока Томми искал более-менее ровные участки дороги с выбоинами поменьше.

— Мэм, — донеслось с заднего сиденья.

— Да? — быстро оглянулась Крис. Заговорить с ней пыталась девушка и явно не будущий герой.

— Мы будем стрелять в людей?

— Да, мы будем отстреливаться, потому что они будут стрелять в нас.

— Мама и проповедник всегда говорили, что смерть принадлежит богу. Богу и докторам. Я не говорю, что бандиты на что-то имеют право. Но вы утверждаете, что убивать — это нормально. Вы в этом уверены, мэм?

Крис выросла в семье политика, где приходилось делать все, что нужно, чтобы победить на очередных выборах. А потом, когда почти безвозвратно погрязла во всем этом, как рыцарь в сверкающих доспехах, появился дедушка Троубл. Ей нравилось читать исторические книги, в которых рассказывалось, какие подвиги он совершал. Он и дедушка Рэй. А еще в тех книгах рассказывалось о том, как за правое дело сражались бабушки Рут и Рита. Естественно, Крис знала заповедь «Не убий», но она никогда не была абсолютом. Правда, Харви вот, чтобы осчастливить жену, вытащил бы паука на улицу и отпустил, вместо того, чтобы прихлопнуть на месте, но и он сражался бок о бок с дедушкой Рэем в битве при Гап и чертовски гордился этим.

— Я это так понимаю, — медленно начала Крис, ища правильные слова, которые правильно поймут и матросы, — есть время строить и есть время разрушать. Есть время жить, и есть время умирать. Я скажу так, что если те люди начнут в нас стрелять, значит пришло их время умирать. Ведь они могут бросить оружие, поднять руки вверх, отдать себя в руки правосудия и быть повешенными после приговора суда.

Крис развернулась так, чтобы увидеть всех троих новобранцев на заднем сидении. Их лица побелели. Парень в середине нервно облизывал губы, девушка перебирала ладонями по оружию, словно не веря, что оно настоящее. Будущий же герой искоса взглянул на Крис и отвернулся, уставившись в окно.

— То, что делали те люди на ферме, выходит за пределы человечности. Если они начнут в нас стрелять, мы начнем их убивать, как диких собак, кем они, по сути, и стали. Это приказ. Вы его выполните. Если же я ошиблась, то перед трибуналом предстану я, как командир, а не вы.

— Но они уже будут мертвы независимо от того, что скажет суд, правы вы были или нет, — сказал тот, что сидел в середине.

— Так и полковник говорит, — согласилась женщина.

Все шло не так, как ожидала Крис. В исторических книжках таких сопротивляющихся солдат не было. Но, опять же, там все солдаты наверняка были уже проверенными космическими пехотинцами и уж точно не курсантами-новобранцами. Крис даже уже задумалась, не отправить ли первым грузовик с пехотинцами.

Скорей всего, нужно пересмотреть порядок движения.

Крис села нормально, уставившись вперед. Пока она разговаривала с бойцами, открытые поля уступили место искореженным деревьям и кустарникам. Некоторые стволы давно упали на землю и сейчас из воды выглядывали большие коричневые шарики остатков корней с налепленной на них землей. Крис уставилась на дорогу впереди. Дорога и вода. Наверняка по краям дороги глубокая канава. И как тут сманеврировать с перестройкой колонны? Не получится, даже если сильно захотеть. Облизнув губы, Крис отложила этот вариант в сторону. Хорошо, плохо, но колонна продвигается вперед.

Крис сосредоточилась на том, что произойдет в ближайшие несколько минут. Сделала ли он все возможное? Что забыла? Вечный вопрос командира. Что не сделала? Почувствовала нарастающую панику. Что пропустила? Вот не помнит, упоминается ли такое в исторических книжках.

Проверив пистолет, Крис обратила внимание на деревья, дальше по дороге все ближе подходящих к дороге, и снова включила микрофон на связь с другими машинами.

— Бойцы, бандиты наверняка скрываются за деревьями. В ваших винтовках есть видоискатели. Они автоматически выставят минимальный режим стрельбы. Советую вручную поставить переключатель на максимальный режим.

— Мэм, — донесся сзади дрожащий голос, — а где найти этот переключатель?

— Крайний, — ответила Крис, а потом добавила: — Самый ближний к стволу.

— Спасибо, — вежливость, проявленная на автомате, показалась в данный момент несколько неуместной. Да и вообще, все, что попахивало цивилизацией, сейчас казалось неправильным. Крис чуть было не начала говорить об этом, но заткнулась, как только грузовик прошел поворот. Деревья, блокирующие обзор, оказались справа, а впереди, примерно в трехстах метрах, поперек дороги лежало дерево.

Крис быстро оценила обстановку. Никакого грязевого шара на том конце ствола, где должны быть корни, наоборот, свежий спил, а рядом с дорогой расположился такой же свежий пенек. Крис переключила визир винтовки в тепловой режим. Так и есть, за упавшим стволом спрятались трое. Крис быстро осмотрела лес по обе стороны дороги. Вот они, тепловые метки, дюжина, и еще двадцать. Многовато. Тут Крис вспомнила рассказ Джейсона о поднимающихся из воды людях. Попыталась просканировать канаву и обнаружила, что кое-где температура воды чуть теплее, но ток воды делал такой вывод неуверенным.

Томми сбросил скорость.

— Как близко хочешь, чтобы мы подъехали, Лонгнайф? — процедил он сквозь зубы.

Крис быстро перебрала варианты. Въехать в ловушку полностью, остановиться и пусть плохие парни начнут стрелять, после чего самим их всех перестрелять… Поправка: в подчинении Крис только новички, а на стороне противника — отчаянные убийцы. Крис уставилась на воду: на фермеров бандиты напали из-под воды.

— Тормози тут, — приказала она и Томми, не спеша, остановил машину по центру грязной дороги в добрых двухстах метрах от упавшего дерева. Крис долгую минуту наблюдала за своеобразным контрольно-пропускным пунктом, но ничего не происходило.

— Бросайте оружие, и никто не пострадает, — прогремело по болоту так, что в свинцовое небо испуганно вспорхнули стаи птиц.

Крис нахмурилась: она хотела сказать то же самое.

Ну, вот все и решилось, намерения противника прояснились. Крис вскинула винтовку, целясь в самую крайнюю правую тепловую отметку, застывшую за поваленным деревом. Подбородком активировала микрофон:

— Открыть огонь.

Повинуясь своей же команде, она послала длинную очередь в ствол дерева, разбрасывая пули направо и налево. Один из бандитов, спрятавшихся там, вскочил, не обращая внимания на обстрел, вскинул оружие, целясь в Крис, и упал на спину, как только несколько пуль впились в его грудь.

Несколько бандитов выползли на дорогу из-за обочины по правой стороне. Крис открыла дверь, выпала из кабины, заняв позицию у колеса, и выпустила короткую очередь в ползущего бандита. Тот тут же уткнулся лицом в грязь, закрыв собой оружие.

Прицелилась в следующего. Тот выпустил из рук пистолет, перевернулся на спину и поднял руки вверх.

— Бросайте оружие, и останетесь живы, — Крис услышала свой голос, перекрывший грохот выстрелов. — Кто не бросит, тот умрет.

Не прошло и минуты, шесть человек встали на колени вдоль дороги и заложили руки за голову. Крис провела прицелом по деревьям с правой стороны. Там тоже стояли люди с поднятыми руками. Оглянулась, левая сторона выглядела точно так же.

— Ты, — Крис указала на девушку, застывшую на заднем сиденье в кабине. — Сторожи пленников.

— Да, мэм, — послышался в ответ еле слышный шепот. Женщина чуть не упала, пока выбиралась из кабины. Крис отшатнулась, когда дуло винтовки повернулось в ее сторону, но быстро сообразила, что винтовка — меньшее из страхов. Курсант до сих пор не сняла ее с предохранителя.

— Сними с предохранителя, — прошептала Крис и получила в ответ непонимающий взгляд. Тогда Крис сама дотянулась до винтовки и щелкнула нужным переключателем. — Вот теперь он будет стрелять.

Матрос-курсант только прошептала: «Ох», и неуверенно навела его на пленных.

— Эй, вы, там, в болоте, выходите на дорогу, медленно, — приказала Крис, — без резких движений. Кто на дороге, пройти на середину и лечь, — Крис оглянулась на грузовик. Томми положил дуло винтовки в открытое окно дверцы, а будущий герой с приятелем застыли на месте, осматривая левую сторону и направив свое оружие туда. Ни тот, ни другой не шевелились.

— Вы там как, в порядке? — спросила Крис и, когда не получила ответа, спросила снова: — Вы там в порядке?

Герой вздрогнул, пару раз моргнул… и сильно побелел.

С хвоста колонны с оружием на изготовку вперед продвигались два пехотинца. По крайней мере в учебке их успели научить, где находится предохранитель и что в боевой ситуации оружие обычно с него снимают.

— Прикройте ту сторону, — крикнула она пехотинцам и те в ответ вскинули вверх кулаки.

Переключившись на другую сторону, Крис обнаружила еще троих пехотинцев, медленно идущих в голову колонны и держащих пленников на мушке.

— Я прикончил того парня, — усмехнулся один из них.

— Вот уж нет, это я его прикончил, — не согласился другой.

— Нет, я стрелял в те кустарники, — пехотинец указал на кусты под деревьями, рядом с которыми развалилось тело.

— Так и есть, приятель, но застрелил его я.

— Вы оба его застрелили, — прервала Крис дальнейшее обсуждение. — Стерегите остальных, я не хочу, чтобы кто-нибудь из них сбежал.

Как раз этот момент один из заключенных выбрал для побега. Он рванул к обочине и сходу нырнул в воду. Крис подождала, пока он вынырнет, но этого не произошло, и тогда Крис снова переключила прицел на тепловой режим и просканировала воду, но там было настолько все запутано, что найти цель оказалось нереально.

— Похоже, один сбежал, — заметил Томми и выпрыгнул из кабины. Крис насупилась.

— Если кто еще попробует сделать тоже самое, — сказала она пленникам, — получит пулю.

— Но ведь они безоружны, — сказала девушка-новобранец, обращаясь к Крис.

— Они убегают, — кивнула Крис на пленников. — И, пока мы не обыскали их, мы не знаем, кто из них безоружен. Всем вылезти из кабин. Мне нужны руки, чтобы обыскать пленников на предмет оружия.

Новобранцы подошли с оружием, но только у половины винтовки сняты с предохранителя. Большая часть оружия выглядела так, что требовала немедленной чистки. Вот теперь Крис поняла, почему вокруг было так тихо. Из всей колонны Только она и пехотинцы стреляли по бандитам. Они и плохие парни.

Солдаты разбились по парам, и пошли вдоль ряда пленников. Пока один из них держал пленника на прицеле, второй, без оружия, обыскивал уже лежачего бандита, пока не убеждался, что оружия у того никакого нет.

— Эй, тут девушка, — воскликнул один из новобранцев, отойдя от очередной грязной фигуры на пару шагов. Реакция пленницы оказалась отнюдь не женской.

Крис дала знак ехавшей в ее грузовике девушке обыскать пленницу и встала рядом, наблюдая, как неподалеку вырастает гора различного оружия и снаряжения, добытого у всех пленников. Среди трофеев не было ни компьютеров, ни средств связи, только ножи и, обычно, по одному пистолету на нос. При этом патронов было мало. Пленники, в большинстве раздетые до трусов, оказывались худыми, наверняка от голода. Не так, как голодали на ферме, но, получается, что даже плохие парни и те на голодном пайке.

И плохие девочки тоже. Из четырнадцати человек четверо оказались женщинами.

Крис отвернулась от живых, чтобы осмотреть мертвых. За поваленным деревом, своеобразным блокпостом, валялись двое и их тела уже облюбовали для праздника насекомые. Крис с трудом сглотнула, чтобы не вырвало. Лицо одного из покойников искажено смертельной яростью, гневом или агонией. Крис не могла сказать точно, а мертвые, скорее всего, на вопрос не ответят. Второй, валяющийся рядом, казалось, просто спит, тихо, как ребенок. У него единственного нашлось средство связи. Третий стрелок находился среди пленников, а здесь только лужа крови показала, где его настигла пуля. Сейчас его рану перевязывает медик. В целом для повешения он в хорошей форме.

Крис прошла чуть дальше по дороге. На обочине обнаружила еще два тела.

— Ты и ты, — она указала на двух пленников, самому молодому исполнилось от силы лет пятнадцать, а то и вовсе четырнадцать. — Берите этих двух и повесьте их за ноги на дереве, — она кивнула в сторону четырех уцелевших деревьев рядом со свежим пнем.

— Не стоит позорить мертвых. Это не правильно, — сказал подошедший Томми.

— Что лучше: оставить тела здесь, чтобы их сгрызли какие-нибудь тварь или подвесить в предупреждение остальным? У меня нет времени рыть могилу, — она посмотрела вдоль дороги сначала в одну, потом в другую сторону. — Да и места для ямы нигде нет.

И все же Томми покачал головой.

— Крис, это ведь выходит за рамки дозволенного.

— Вы, двое, делайте, что сказано. Пехотинец, проследи, чтобы они выполнили приказ, — назначенный пехотинец тут же подтолкнул винтовкой обоих парней, вынуждая тех встать на ноги. Те и до того были бледны, как дохлая рыба, а сейчас лица вовсе стали призрачно-белыми. И при этом до ужаса испуганными.

— Вяжите руки пленникам и грузите в кузова, — Крис обернулась к Томми. — Как только закончите, привяжите ноги к чему-нибудь. Не хочу, чтобы кто-нибудь из пленников сбежал.

— Да, мэм, — Томми карикатурно щелкнул каблуками, изобразил пародию на салют, потоптался и отправился исполнять приказ.

— И передай мне сюда немного веревок, — крикнула вслед Крис.

В ответ Томми затопал еще громче, насколько это вообще возможно.

Через полчаса колонна медленно проехала мимо сурового послания Крис остальным обитателям болот: «Убирайтесь, или будете висеть рядом».

По крайней мере, это было то сообщение, которое Крис хотела, чтобы обитатели болот услышали.

* * *

Следующая по списку ферма оказалась безжизненной. Несколько тел нетронутыми лежали в разных сторонах двора.

— Угадай, что случилось с фермерами, которые решили сопротивляться, — сухо сказала Крис, обращаясь к Томми, пока грузовик медленно продвигался между скотных загонов.

— Может, она не такая и сука? — пробормотал кто-то, не заметив, что микрофон общей связи все еще включен. Только Крис предпочла бы этого не слышать.

Следующая ферма была повторением первой. Крис быстро выделила продукты, не интересуясь, кто как сюда попал и не желая видеть безмолвный плач в сухом взгляде. Она отказала просьбе солдат на пару минут отвернуться, чтобы фермеры могли добраться до пленников и отомстить им.

— Они заключенные Космофлота. Мы передадим их официальным властям в Порт-Афинах. У кого есть желание, можете добиваться справедливости там, — рыкнула Крис, когда жену одного из фермеров с ножом в руке пришлось силой оттаскивать от грузовика с пленниками.

— Думаете, довезете их? — поинтересовался муж той женщины.

— Я их арестовала. И я их довезу до города.

— Удачи. Только знайте, таких тут не одна банда.

— А сколько?

— Пара сотен.

— Кто они? — поинтересовался Томми. — Почему стали изгоями?

— Вот у них и спросите, — сплюнул фермер.

Спустя еще две фермы, когда грузовики избавились от значительной части груза, Крис так и не приблизилась к разгадке вопроса, что сделало одних разбойниками и убийцами, а других голодающими жертвами. И ей это не понравилось.

И еще ее не покидало плохое ощущение на предмет обратной дороги.

Последняя ферма из списка оказалась самой маленькой, но людей в ней поместилось раза в три больше, чем в предыдущих. С первого взгляда они были более миролюбивы, по крайней мере, попыток покушения на пленников с ножами в руках никто не предпринимал. Наоборот, две женщины обошли пленников по одному, давая им напиться и немного еды.

Владельцем фермы был долговязый мужчина средних лет. Он стоял в стороне, наблюдая, как люди, самоорганизовавшись, быстро распределили груз в бункеры и несколько небольших домиков, включая хозяйский, где сейчас проживало две пары и с десяток детей. Экипаж колонны свое дело к этому моменту уже знал, так что Крис с Томми стояли рядом с владельцем и наблюдали за работой.

— Продукты сейчас в цене. Последнее время мы тут питались только травой и листьями.

— У вас много людей, — сказала Крис, не понимая, как такое могло получиться.

— Да, потому что когда не удалось собрать урожай, я не отпустил наемных рабочих. А куда бы пошли эти бедные ублюдки?

— Наемные рабочие?

Самое замечательное в положении новичка энсина то, что ты постоянно узнаешь что-то новое.

— Да, Новый Эдем несколько лет назад сократил расходы на социальное обеспечение. Поэтому или ищи работу, или покупай билет на Олимпию и пару других колоний, где поля недостаточно велики для ведения сельскохозяйственного бизнеса.

— И все они работают на вас, — сказал Томми.

— Нет, они работают, чтобы заработать на билет отсюда. Работаешь год и седьмая часть билета твоя. Через семь лет ты свободен и чист, — мужчина присел на корточки, сорвал травинку, и, прежде чем сунуть в рот, осмотрел, словно это было какое-то марочное вино. — А так ведь податься некуда, ни пособия не получишь, ни денег в карман. Счастливчики разве что как-то устраиваются на перерабатывающие заводы.

— Мы кормим их в столовых, — сказала Крис.

— Интересно, что они для этого сделали, — сказал мужчина.

Крис быстро подсчитала людей, проживающих на ферме. Много детей, много стариков, много трудоспособных людей.

— У вас достаточно огневой мощи, когда приходят бандиты.

— Они здесь не появлялись.

— Среди них, оказывается, есть умные, — усмехнулась Крис.

— Тогда почему вы выпали из сети? — нахмурившись, поинтересовался Томми.

— Ветряная мельница умерла. Энергии больше нет, — пожал плечами мужчина.

— Мы оставим несколько батарей, — сказала Крис, и Томми кивнул. — Но почему ваша ферма единственная, на которую не напали?

Мужчина посмотрел на Крис, как на умственно отсталого ученика.

— Женщина, ты до сих пор не поняла, кто такие эти самые болотные бандиты, так ведь?

— Вы не отпустили своих наемных рабочих, — медленно сказала Крис и увидела, что мыслит в правильную сторону, — а в остальных фермах этого не сделали.

— Ага.

— Получается, бандиты в болотах — наемные рабочие с других ферм.

— Ага, — показалось, что мужчина слабо улыбнулся.

Томми некоторое время моргал, соображая.

— Получается, кражи, убийства и изнасилования сделаны людьми, которые работали на владельцев тех ферм?

— Может, да, может, нет, — мужчина бросил на Томми быстрый взгляд.

Крис присела рядом с мужчиной, тот предложил ей травинку. Сунув ее в рот, Крис обнаружила, что она совершенно невкусная. Видимо, и пищевой ценности с гулькин нос. Впрочем, пищевая ценность не ее проблема, а вот люди — другое дело.

Присел и Томми, недоверчиво поглядывая на фермера. Крис покачала головой.

— Так что вы не можете сказать, почему кучка людей, еще недавно работавших в полях, вдруг украли у хозяев документы, заблокировали им выход в мир, а в некоторых случаях еще и фермы продают целиком, — сказал Томми.

— Вижу, для космофлотчика ты не слишком глуп, парень, — улыбнулся фермер. — Копы Эдема метут улицы частой гребенкой. Панки, бандиты, подражатели мафиозо, обычные нарушители спокойствия, от всех их хотят избавиться. В результате в одно чудесное мгновение проблемное дитя просыпается внутри корабля, успевшего уйти в импульс. В результате этот человек уже никогда не побеспокоит копов. Шустрый паренек попадает к нам, мы даем ему работу, как и всем остальным. Он либо начинает работать, либо продолжает баламутить воду. Всегда найдется тот, кто решит чем-нибудь рискнуть. И тогда он достает спирт, возможно, наркотики. Что интересно, — мужчина покачал головой, — неважно, насколько эти люди бедные, а на водку и наркотики деньги у них находятся.

— И когда начался весь этот ад, — продолжила Крис историю, — подобные им увидели свой билет отсюда.

— Верно. Собери вокруг себя крепких прихвостней, стань обладателем пушки, найди в болоте голодных, пообещай им еду, если они помогут тебе отомстить тем, кто втоптал их в грязь. Остальное вы знаете.

— Но насиловать женщин, — покачал головой Томми.

— Не всегда такое делают главари и их прихвостни. Бывшие работники тоже, случается, впадают в ярость. У меня на ферме живут несколько женщин, чьи братья или мужья пытались остановить таких, за что получали пулю. В лучшем случае, их крепко избивали.

Крис посмотрела на жавшихся в кучку пленников. После такого рассказа они все равно казались не такими отвратительными.

— Как думаете, среди наших пленных есть главари или их прихвостни?

— Не знаю. У некоторых моих ребят семьи до сих пор живут в болотах. У Марии, та женщина, что раздает еду вашим заключенным, там живет брат, — увидев, как Крис нахмурилась, фермер покачал головой: — У Мило на ферме есть работа, и он приходит сюда когда захочет. Печально другое: его младший брат считает, что быть мужчиной, значит иметь в руках винтовку. Мило пытается удержать его подальше от неприятностей, пока имеет над братом хоть какой-то авторитет.

— Что насчет них? — Томми кивнул в сторону пленников. — Что произойдет, когда мы передадим их властям Порт-Афин?

— Не знаю. Даже если эти люди не убийцы и не насильники, они были рядом с убийцами и насильниками. Люди же на скамьях присяжных уже отчаявшиеся, напуганные и почти сошедшие с ума. Не лучшее сочетание для поиска справедливости.

— Вот тебе и пожалуйста, — вздохнул Томми.

Крис кивнула. Она проигрывала небольшую стычку, там, на болоте.

— Сначала я застрелила людей, спрятавшихся за деревом, и мужчину с мегафоном в руках. Потом застрелила первых же, кто вылез из воды.

— А после этого остальные решили сдаться, — кивнул Томми. — Кажется, большинство готово было попросту сбежать в тот момент. Вот так подумать: в чем виноваты наши пленники? В том, что они такие же голодные, как и их жертвы? Отворачиваются, когда главари получают удовольствие, насыщаются, а им ничего не перепадает. Дьявол. На Санта-Марии ни один мужчина не прикоснется к женщине, которая его не хочет. А если начнет настаивать, то окружающие быстро преподадут урок, — на лицо Томми наползла болезненная гримаса, и он покачал головой. — Падре учил, что бедняк может украсть у богача хлеб, если его семья голодает. Вот только у него не нашлось ответа, когда я спросил, могут ли бедные красть у бедных. Черт, Крис, тут просто адский хаос. Никто не должен обижать женщин. А здесь даже на призыв о помощи вряд ли кто откликнется, — он посмотрел на грузовик, полностью отданный на перевозку пленников. — Черт, в какой же бардак ты меня втянула, Лонгнайф.

Крис почти не прислушивалась к стенаниям Томми, у нее появилась очередная огромная проблема.

Приехав сюда, она разозлила не одну сотню плохих вооруженных парней. И что ты будешь делать теперь, хитроумная девочка?

— Как предполагаете возвращаться в город? — спросил фермер.

— По дороге, — рассеянно ответила Крис.

— Через Мертвое Коровье болото?

Крис вытащила планшет и вызвала на экран карту. Дорога шла прямиком через рощу. А в ней, как заметила Крис, росли удивительно ухоженные деревья.

— Раньше на этом месте было болото, — с гордостью сказал фермер. — Мы посадили там ореховые деревья, чтобы изменить кислотность почвы и укрепить землю. Через пару лет я смогу их срубить и удвоить посевную площадь.

— Смотрю, там не так много стоячей воды. Думаю, там наш маршрут возвращения будет безопасней.

— Сегодня днем в ту сторону прошло несколько машин, — покачал головой фермер. — Думаю, вы разворошили осиное гнездо. Если подобные группы, вроде вашего продовольственного конвоя, еще как-то могут свободно перемещаться по окрестностям, то другим — опасно, до того, как эту местность прочешет полиция. А те парни стремятся купить билет из этой дыры, а кто-то из них, может, и не хочет, думая, что соберет достаточно денег, чтобы купить весь этот грязный шарик. Я слышал, поселенцы начали объединяться на некоторых фермах после того, как кого-то подстрелили за попытку сопротивления.

— На ферме Салливана мы не увидели никого живого, — сказала Крис, хотя ее мысли в этот момент были в другом месте. — А на ферме МакДауэлов обнаружили, что, используя украденные документы, кто-то продал их ферму.

— Похоже, в учебниках по истории сегодняшние бандиты будут признаны революционерами, а еще через годик и вовсе знаменитыми политиками, — сухо заметил Томми.

— Да, и никто не будет принимать во внимание их бунтарское прошлое, — согласилась Крис. Но это была проблема следующего года. А пока предстоит пережить сегодняшний день. — Сколько, говорите, стрелков ушли в ту рощу?

— Около двух сотен, наверное, — ответил фермер. — Все ушли туда.

— Сколько из них, по-вашему, главарей и их приспешников?

— Тридцать или сорок, наверное.

— Распознать их будет проблематично, — пробормотала Крис. Снова начался дождь, это не говоря о том, что последние несколько часов и без того были серыми и туманными. Она активировала коммлинк. — Штаб, говорит энсин Лонгнайф. Мне нужно поговорить с полковником.

— Подождите минуту, — пришел ответ.

Ждать пришлось меньше минуты.

— Позволь угадать, энсин, тебе нужны еще несколько советов.

— Так точно, сэр.

— Как у вас дела?

Крис рассказала о стычке на дороге и возможных засадах при возвращении, при этом упомянула о разобщенной природе бандитских сил.

— Я слышал рассказы, что некоторые самые страшные проблемы появляются из-за голодных людей, потому что местные организации не рассматривали их как заслуживающие внимания, — растягивая слова, сказал полковник. — Здесь, в городе, ты придумала пару трюков, чтобы без лишних вопросов накормить всех и, после того, как люди набили брюхо, уровень преступности пошел вниз. Думаешь, сможешь сделать подобное и там?

— Сомневаюсь, сэр. Здесь происходят убийства и изнасилования, что сильно разделяет людей на разные лагеря. Многие попросту хотят отыграться на других.

Как и я.

— Тогда у тебя сложная тактическая проблема, энсин, — пришел более чем четкий ответ.

И все же приятно получить такой ответ, вместо отцовской проповеди на предмет не вестись на поводу эмоций, а думать вместо этого головой.

— Мне нужно знать, где находятся банды прежде, чем они начнут в меня стрелять, — сказала Крис, стараясь решить текущую проблему, а не переиначить то, что уже случилось и чему уже не поможешь. — Я готова отдать правую руку за «Стулпигеон».

— Я так и понял, иначе в такое время не спрашивала бы моего совета. «Стулпигеоны» слишком хрупки для подобных погодных условий, зато старый большой «Шпионский Глаз» сможет залететь хоть в ураган. И он прибыл как раз вчера вечером. Я пошлю его, в течении часа он будет над вами.

— Спасибо, полковник, — Крис молча и быстро прочла благодарственную молитву.

— Не благодари, пока не приедешь домой.

— Еще что-нибудь, сэр?

— Ничего такого, о чем ты не думала. Постарайся не убить никого из наших и постарайся не убивать мирных жителей больше, чем необходимо. Ну, ты знаешь, обычное дерьмо. А сейчас извини, мне нужно запустить «Шпионский Глаз», потому что я тут, наверное, единственный достаточно старый, чтобы вспомнить, как работает эта шарманка. Хэнкок, конец связи.

Крис медленно осмотрелась, разглядывая активы, и ей стало не так чтобы радостно. Сонные дротики дают возможность стрелять во всех подряд, а потом уже сортировать, вот только начал подниматься ветер. Признай ситуацию, принцесса, нам предстоит упражнение со стрельбой на поражение.

— Томми, — передернув мокрыми от дождя плечами, Крис поднялась, — давай уже выдвигаться.

Томми вскочил, отряхнулся и огляделся.

— Как хорошо, что это только твоя проблема, — Томми поднялся, встряхнулся и огляделся вокруг. Как только подошел к грузовикам, начал отдавать уже привычные распоряжения: — Вы слышали босса, девочки. Мы уходим. Старшие грузовиков — собрать команды.

Сбор много времени не занял, но обитатели фермы, все же, собрались, как на праздник. Кого-то из курсантов, пока раздавались продукты, успели пригласить в дом, но, как только старшие стали вызывать своих, нехотя подбежали к грузовикам. Когда Крис подошла к своему грузовику, Томми наблюдал, как солдаты грузятся в машины.

— Итак, что же нас ждет? Воспользуемся данными полковничьего «Шпионского глаза», чтобы обойти этих ребят или решим убить еще нескольких насильников?

— Что сам думаешь о драке?

— Там их двести человек, — глубоко вздохнул Томми. — А нас всего тридцать, и утром мы уже успели показать, какие мы берсерки. Тем не менее, отец отхлестает меня по заднице, если узнает, что я не помог женщине, зовущей на помощь. А вот бабушка сильно разочаруется, если я не вернусь домой. Так вот и скажи мне, энсин Лонгнайф, что будем делать?

— Единственное, что можем — воевать с теми, кто хочет воевать. Остальные пусть убегают, если захотят.

— Даже если они убийцы и насильники? Даже если отсидятся за спинами других?

— Нам нужно сломать хребет плохим парням. Я хочу довезти нас домой в целости и сохранности и не могу позволить себе беспокоиться ни о чем другом.

— Если наша задача вернуться целыми, нам нужно ехать в объезд, — заметил Томми.

— Нам нужно их сломать, — Крис с трудом отказалась от предложения Томми. — И легче сделать это, когда они в одном месте.

— Они просто порвут нас, — покачал головой Томми. — В утренней стычке половина курсантов не догадалась снять оружие с предохранителя. А у большинства и вовсе кишка тонка стрелять. И если утром нас было тридцать против двадцати, то теперь их две сотни!

— Это было утром. А теперь мы, можно сказать, обстрелянные ветераны.

Томми уставился на Крис, как на сумасшедшую.

— Или, возможно, — добавила Крис, — я только что получила несколько жестких уроков. Послушай, Томми, мы должны это сделать.

Томми уставился на нее долгим взглядом, потом хрипло вздохнул и сказал:

— А ведь папа меня предупреждал: «Возьмешь монету у короля, и он получит не только твое тело, но и душу. И ты будешь делать все, что он скажет», — Томми развернулся и отправился на свою сторону кабины.

Прежде чем забраться в кабину, Крис попыталась стряхнуть с дождевика побольше капель воды. Усевшись, она оглянулась и поощрительно улыбнулась курсантам в ответ на их ожидающий взгляд. Те пытались скинуть дождевики, ведь осталось только доехать до базы. Заметив, что Крис не пытается избавиться от дождевика, глаза девушки слегка расширились, тихая болтовня затихла, когда взгляды курсантов проводили ладонь Крис к микрофону.

— Вот, дерьмо, — выругался неудавшийся герой.

— Я хочу, — сказала Крис в микрофон общей связи, — чтобы шестой грузовик следовал прямо за мной.

— Значит, на обратном пути будут цели, мэм?

— Остановимся в паре километров отсюда и поговорим, — сказала Крис и замолчала.

Колонна остановилась у пяти, росших у дороги, деревьев, открывая хороший вид во все стороны на предмет незваных гостей. Куцые кроны давали хоть какую-то защиту от дождя. Тут Крис и собрала всю свою команду. Все пришли молча. Крис подождала, пока пехотинцы и солдаты встанут вокруг нее. Нужно, чтобы каждый ее видел и слышал. К тому же сложно что-то объяснять на ходу, когда подпрыгиваешь на каждой яме.

— Между нами и портом около двухсот бандитов, — напрямую сказала Крис и получила в ответ тихий разочарованный свист и ругательства. — Хорошая новость в том, что не все из них вооружены, а большинству воевать с нами не интересно. Воевать хотят всего тридцать, может, сорок человек. Остальные всего лишь голодная толпа. Сегодня утром, когда мы уничтожили главарей банды, все вы видели, как быстро сдались наши пленники, — в ответ Крис получила несколько кивков.

— Получается, большинство из них просто-напросто оголодавшие работники с ферм, которые стали никому не нужны, когда все вдруг стало трудным, — сказала Кортни.

— Большинство. Но не все. Те, кто украл документы у фермеров, наверняка не захотят, чтобы мы свободно передвигались по этой территории. Если мы покажем им, на что способны, может, на Олимпию вскоре вернется цивилизация, — Крис сделала паузу, чтобы ее слова запали в головы присутствующим, потом глубоко вдохнула:

— Сегодня утром я ошиблась. Я без подготовки бросила вас в гущу перестрелки. Возможно, кто-то из вас слышал про операцию по освобождению заложника, что я провела несколько недель назад, — несколько человек кивнули. — У меня и моей команды было всего четыре дня на подготовку, — и большинство космических пехотинцев были ветеранами, отслужившими от четырех до шести лет. Только не стоит об этом упоминать. — Нужно бы дать вам немного больше времени на подготовку и знакомство с оружием. Одно дело, получить оружие, другое — уметь им пользоваться. Для этого мы здесь и остановились. Назначаю по одному пехотинцу на каждый грузовик. Я хочу, чтобы они и старшие команд показали вам все переключатели на ваших винтовках. Да, в тренировочном лагере вам это уже показывали, но многие ли из вас думали, что будут использовать настолько устаревшую технологию? — Крис подняла свою винтовку и улыбнулась. — Не знаю, как вы, но когда мне выпала короткая соломинка и пришлось десантироваться в ночь и освобождать заложницу, я быстро всему научилась.

Последние слова вызвали в солдатах нервный смех.

— И наконец, я хочу, чтобы каждый расстрелял полный магазин. Ничто не сравнится с ощущением отдачи приклада в плечо и видом дротика, попавшего туда, куда ты целишься. Так вы поймете, сможете ли на самом деле стрелять.

Крис сделала пару шагов в сторону, заставив всех повернуть голову, следя за ней.

— И последнее. Возлагаю на пехотинцев и старшин ответственность за уничтожение главарей и их приспешников. Задача остальных — стрелять поверх голов, чтобы пули сбивали ветки и впивались в стволы деревьев. Это даст возможность тем, кто готов бежать, убежать. Вселите в них страх перед Космофлотом. Вы отправите в бегство обычных голодных, а старшины с пехотинцами успокоят тех, кто хочет драки.

— Если увидим, что кто-то не убегает, тоже можем по ним стрелять?

— Если они будут стрелять по нам. Всякий, кто покажет спину и побежит, пусть убегает.

— Куда же им бежать, мэм?

— Думаю, на той ферме, откуда мы только что уехали, их примут с удовольствием.

Новобранцы и пехотинцы начали переглядываться друг с другом. На лицах некоторых появились неуверенные, нервные улыбки. Раздался шепот:

— Мы сделаем это.

— Да, не слишком сложно.

— Если побегут, то и пусть их. Даже хорошо.

Крис дала людям осознать сказанное, после чего отправила сформированные команды каждую на свой участок недалеко от деревьев. Томми, если судить по виду, был счастлив возглавить команду первого грузовика. Крис обходила одну команду за другой, наблюдая, поощряя, убеждаясь, что пехотинец не зря пробыл в учебке дольше солдат-новичков и может научить их хотя бы элементарным приемам. Перейдя к очередной группе, Крис обнаружила, что возглавивший ее пехотинец с тренировкой курсантов справляется лучше. Оружие для него было светом, чтобы вытянуть ученика, а не молотком, чтобы его загнобить.

Крис встала рядом с будущим героем, когда тот, прицелившись из винтовки, послал несколько дротиков в ком сорняков ярдах в двухстах от позиции.

— Хорошая стрельба, — сказала она.

— Для труса неплохо, — сплюнул в дождь тот.

— Не вижу в тебе труса.

— Утром струсил. Ни черта не сделал.

— Ну и сколько длилась та перестрелка? Девять-десять секунд?

— Не знаю. Мне показалось — вечность, — сказал парень, уставившись на свою винтовку.

— Я смотрела показания компьютера своей винтовки. Девять и семь десятых секунды, от первого выстрела, до последнего. Ни герой, ни трус за такое время не успел бы срреагировать. Что ж, на этот раз я прослежу, чтобы ты получил больше времени. Тогда и скажешь мне, кто ты на самом деле, трус или герой.

— Вы так думаете?

— Не хочу, чтобы ты тратил мои патроны, я и сама с этим хорошо справлюсь. Сколько патронов отстрелял в тренировочном лагере?

— По-настоящему только начал, мэм, когда меня назначили в эту экспедицию. Почти не стрелял.

Вот черт! — Крис подавила чуть не вырвавшееся рычание. — Я должна была перепроверить личные дела этих солдат прежде, чем взять в экспедицию.

— Ну, теперь ты пострелял. Что думаешь?

— Намного лучше, чем в какой угодно симуляции.

— Продолжай в том же духе, — сказала Крис и продолжила обход. К этому времени каждый новобранец отстрелял по магазину, и теперь воздух был наполнен не только дождем, но и уверенностью.

Когда последние солдаты отстреливали положенное количество патронов, пришли первые данные от «Шпионского глаза», зависшего над проблемным лесом. Он показал множество тепловых точек и человеческих сердцебиений. По крайней мере, разбойничьи главари на Олимпии не думали вкладываться в высокие технологии. И как же хорошо, что полковник организовал вылет «Шпионского глаза». Под последние выстрелы Крис и Томми изучили вражескую банду.

— Коряво все, — заключила Крис. — Нас ждут прямо на дороге.

— Да, — согласился Томми. — Но засада кажется немного умнее прошлой. Дерево не срубили. Хотят загнать нас в ловушку до того, как начнется стрельба.

— Тогда, — пожала плечами Крис, — мы превратим их ловушку в свою.

Она осмотрелась и увидела, как из кузова грузовика с пленными высунулся один из них, изогнулся, пытаясь языком поймать дождевые капли.

— Томми, через несколько минут мы начнем драку. Не стоит подвергать пленных риску быть застреленными. Привяжи их к деревьям. Если у нас все получится, мы за ними вернемся, а если нет, свяжемся с фермой, откуда только что уехали, попросим их забрать. Если им предложат работу и они не откажутся, так тому и быть, а если нет, заберем с собой в следующий раз.

Томми бросил многозначительный взгляд на грузовик с пленниками, после чего отсалютовал:

— Да, мэм.

— И давай уже поговорим о том, что будем делать с настоящими ублюдками, — сказала Крис, возвращая салют.

Глава 12

Недалеко от опушки орехового леса Крис остановила колонну. Если смотреть сверху, деревья растут ровными рядами. Плотные кроны закрывают происходящее внизу. Прежде, чем устремиться по местности, где раньше было болото, дорога делает небольшой поворот, после чего идет по роще наискосок, а в результате, как ни смотри, из леса грузовиков не видно.

Крис планировала бой.

Бандиты засели около клика в глубине леса, спрятавшись по обеим сторонам дороги, причем первые два ряда от дороги пусты. Большинство бандитов спрятались за третьим, четвертым и пятым рядами деревьев. Несложный прием, изобретенный тысячи лет назад горными племенами и используемый снова и снова по той простой причине, что каждый раз срабатывает.

Если цель не знает, что ее ожидает.

Крис знает.

— Томми, возьми людей и медленно продвигайся вперед по обеим сторонам дороги. Я с пехотинцами и еще двумя командами быстро обойду их слева и зайду с тыла. Из-за дождя не видно, но слева от леса есть холмы. Если мы заставим их бежать туда, они не остановятся, пока не убегут как можно дальше.

— Сделаем, — согласно кивнул Томми.

Спешившись, солдаты рассредоточились по командам. Дождь и ветер трепал их накидки. Команда грузовика Кортни и половина курсантов из другой команды заняли левый фланг. Томми с еще семью новобранцами занял правую сторону дороги, что оставило Крис с четырнадцатью бойцами, включая ее саму, так что задуманный фланговый маневр можно было начинать.

Она заставила своих бойцов рассчитаться на первый-второй, сформировав таким образом две огневых группы.

— Вы — стрелковая группа «А», вы — группа «Б». Помните об этом и делайте все так, как я прикажу.

Ободряюще похлопав по плечу нервного будущего героя, она пошла вперед и махнула своей команде следовать за собой. Если повезет, Томми, когда встретится с бандитами, один не останется. Правда, когда-то давно была подобная ситуация, тогда Кастер оставил Рино атаковать противника в лоб, а сам отправился обходить врага, заходя с тыла. Там и нашел забвение.

Крис стряхнула эту мысль, ведь у нее есть «Шпионский глаз». Он показывает, где конкретно находится каждый из бандитов, так что беспокоиться о том, что вдруг наткнешься в самую их гущу, не стоит. Прежде, чем сама того не захочет. Хорошая технология.

Когда Крис прошла мимо двенадцатого ряда деревьев и была готова повернуть глубже в сад, данные с «Шпионского Глаза» перестали поступать на планшет. Продолжив поход вместе с тринадцатью солдатами, она связалась со штабом.

— Знаю, знаю, мы тоже потеряли картинку, — ответил полковник. — На «Шпионе» установлено древнее программное обеспечение, нужно какое-то время, чтобы суметь состыковать его с нашей сетью. Мы тут все перезагружаем. Дай нам пять минут. Кстати, мне понравился твой план. Атаковать с фланга и заставить бежать. Хороший психологический прием.

— Я рассчитываю на «Шпионский глаз», хочется заранее знать о любых неожиданностях.

— Узнаешь сразу, как только удастся вернуть его.

— Спасибо, сэр. У нас тут становится немного жарковато. Дайте знать, когда вернется «Шпионский глаз».

— Удачи, энсин.

Когда пропала воздушная разведка, Крис пришлось вернуться к старому доброму приему. Двое космических пехотинца с виду уже имели опыт работы на открытом воздухе, так что их Крис назначила разведчиками и отправила вперед. Она отпустила их примерно до пятого ряда деревьев, прежде чем пошла вслед сама и повела за собой крошечную огневую силу. Бандиты должны быть где-то около пятнадцатого ряда, тем не менее, чтобы покончить с задуманной неожиданностью, одному из бандитов стоит всего лишь поискать место для уединения, чтобы посрать.

Дождь барабанил по листьям. Деревья чуть не сгибались под порывами ветра. Земля превратилась в непролазную грязь. Крис едва различала разведчиков. Да тут стадо слонов пробеги чуть дальше, и вряд ли их кто увидит или услышит. А позади идут такие же глухо-слепые новобранцы. Но тратить время на выяснение что к чему нельзя. Рано или поздно бандиты заинтересуются, что же так задержало грузовики.

— «Шпионский глаз» вернулся, — сказал по связи полковник.

— Спасибо, — коротко ответила Крис.

Включила планшет, прикрыв от дождя и то, что увидела, ей не понравилось. Ее отряд попал в центр засады. Если ударить прямо здесь, часть бандитов наверняка рванет в сторону отряда, возглавляемого Томми. К тому же, тот, кто командует засадой, сможет развернуть свою сотню и зажать ее с фланга. Теперь вопрос: не стоит ли немного отступить?

— Скаут Один на месте.

— Принято, — прошептала Крис. Скаут Один находится ближе всего к засаде.

— У меня тут два бандита, идут в мою сторону. Если честно, это парень с девушкой.

— Спрячься, — приказала Крис, но, наверное, это уже было излишне.

— Похоже, решили потрахаться.

Крис дала знак остальным, присела, спрятавшись за слишком тонким стволом дерева. Проверила картинку с «Шпионского глаза», нашла разведчика и неподалеку еще два быстро бьющихся сердца, кинула в ту сторону взгляд. Манера движения привлекла внимание.

Да, это была парочка. Вот такая проблема в этом саду. Очень низкий подлесок. На нормальном уровне все, что мешает взгляду, так только несколько стволов деревьев. И дождь. Много дождя.

Крис сжалась, пытаясь сделаться невидимой. Отряд за спиной пытается сделать то же самое, но получилось как у городских детишек. Крис сосредоточилась на парочке впереди. Как-то в одном из женских журналов Крис прочла статью о некоем проценте мужчин, предпочитающих закрывать глаза в подобные интимные моменты. Вот только какой из этих типов должен быть лучшим любовником, она забыла. Просто понадеялась, что этот парень того типа, кто предпочитает с закрытыми глазами.

А тут и ветер утих и тут же кто-то за спиной Крис чихнул.

С дождем и сыростью на Олимпии простуда то и дело прокатывается целыми эпидемиями. И, как только люди получают вакцину на один вид вируса, на планете тут же появляется другой. Корпорации с ума сходят, не успевая производить новые вакцины. А в результате каждому человеку несколько дней в месяц приходится мириться с простудой. Крис понадеялась, что бандит спереди решит, что чихнул кто-то из его товарищей по банде.

Бандит и впрямь не заинтересовался посторонним шумом, но, все же, быстро посмотрел в сторону засады. Что-то сказала девушка. Он отпрянул от нее. Все еще со спущенными штанами, вытащил пистолет, направил его в сторону, где пряталась Крис. Крис приблизила палец к предохранителю винтовки, но передвинуть его не решилась. Она ждала.

Парень что-то крикнул, скатился с девушки и выстрелил два раза в направлении, где ни одного бойца из отряда Крис не было.

— Сидим тихо, — прошептала Крис по связи. — Он стреляет в призраков. Не стоит давать ему повода стрелять в настоящие цели.

Девушка вставать не собиралась, наоборот, поощряла парня закончить начатое. Но бандит уже полностью встал, быстро натянул штаны, взял пистолет в обе руки и сделал несколько коротких шагов в сторону, где спряталась Крис. Взгляд бродил по лесу. Вот он перестал осматриваться, уставился в сторону Крис, поднял пистолет.

Секунду они смотрели друг на друга, глаза в глаза, потом Крис щелкнула предохранителем и подняла дуло. Она знала, что не успеет, но попробовать стоит.

А потом голову бандита пробило несколько дротиков. Это постарался разведчик, засевший немного впереди.

Девушка вскочила на колени, пытаясь одной рукой натянуть штаны, а кулак второй сунула в рот, душа крик. Потом развернулась и поползла в сторону бандитской засады.

Крис чуть сдвинула дуло и послала ливень дротиков в девушку. Ветер сдул их все к чертям, но три пули воткнулись прямиком в голую задницу. Девчонка уткнулась в грязь рядом с деревом.

— Фланг, пристроиться за мной. Команда Б, будьте готовы стрелять по моей команде с этой линии деревьев. Команда А идет вслед за мной. Сейчас! — как только замолчала, тут же поднялась и побежала. Солдаты оказались не такими шустрыми, но догнали Крис до того, как та залегла в очередном укрытии.

— Прекратите огонь, чертовы идиоты! — ветер донес чей-то командный голос. — Кто стреляет? Грузовиков же еще нет!

— Наверное, это Карс. Он с какой-то чиксой минуту назад в тыл удрал, — крикнул другой голос.

— Ну так передай ему, чтобы тащил свою задницу сюда.

Крис, воспользовавшись путаницей, продвинула вторую команду ближе к засаде, а первую успела передвинуть на два ряда ближе, где наткнулась на испуганного бандита.

И застрелила его.

— Можно стрелять. Повторяю, говорит энсин Лонгнайф. Как только увидите противника, стреляйте.

К сожалению, мишеней было не так много. До самой засады оставалась еще дюжина рядов, около трехсот метров. При такой видимости очень далеко.

Недалеко кто-то наобум выпустил очередь, но единственное, что поразили бандитские пули, были деревья. Пропустив вперед команду Б, Крис выпустила пару очередей скорее прикрывая команду, чем целясь в кого-то конкретно.

— Идиоты, они позади нас, — крикнул первый бандитский голос где-то справа. — Разворачивайтесь и стреляйте!

— Разведка, стрелок где-то рядом с вами. Если сможете, уничтожьте его.

За пять деревьев справа от Крис две фигуры в военной форме, низко пригнувшись и выставив вперед дула винтовок, скользнули вперед.

— Мы ищем его, мэм.

Настала очередь Крис со своим отрядом продвигаться вперед. Рукой дала команду солдатам.

— Спенс, проследи, чтобы нас не окружили с левого фланга.

— Уже следим, мэм. Растянулись по всему флангу, — пришел доклад слева.

Крис присела у дерева, наверно, рядах в восьми от засады. С фронта в ее сторону двигались люди. Она провела винтовкой по линии, посылая то очередь в стволы деревьев, а то и гранату в крону. Люди падали на землю, пытаясь уйти от обстрела, когда их осыпали оторванные ветки и грязная земля. Позади них появился мужчина, он что-то кричал в спины спрятавшимся, махал пистолетом. Крис прицелилась. В грудь впились три пули, мужчину откинуло назад.

Пятеро взглянули на него, развернулись и побежали в сторону. Остальные бухнулись на землю, пытаясь спрятаться от выстрелов. Крис выпустила гранату, та взорвалась в кроне дерева, и тут же эта полудюжина, резво вскочив, бросилась наутек. Крис на них больше не обращала внимания, проверила обстановку с правой стороны. Движения там было больше.

— Команда Б, двигайте к нам. Нужно удержать этот ряд деревьев.

Дала знак второй половине своей команды выдвигаться вперед, просигнализировала ближайшим двум бойцам, чтобы держались справа от нее. Ее войско было слишком рассредоточено. Крис взглянула на экран планшета проверить, что там показывает «Шпионский глаз». Враг оказался не организован. Кто-то бежал на нее, кто-то атаковал куда-то в сторону. Она чуть передвинула изображение, посмотрела, что творится у Томми.

Изображение погасло.

— Полковник, — взвизгнула Крис.

— Я уже перезагружаю аппарат.

— К тому времени у нас все закончится, — прорычала Крис, втыкая планшет в карман.

— На моей стороне большое движение и интенсивная стрельба, — крикнула через связь Кортни. — Много людей. Все стреляют и бегут в мою сторону.

— Отпугни их, — приказала Крис.

— Я видела двоих, они пытались убежать. Один из них стрелял в нас. Я в него попала, но их много и я не уверена, что смогу удержать всех, — слова Кортни звучали на фоне выстрелов.

— Черт, почему ни один план не идет так, как надо? — выругалась Крис и посмотрела направо. Там прятались пара разведчиков, пехотинец и новобранец. И да, последним был будущий герой. — Бойцы справа от меня держат фланг, как только пойдем вперед. Понятно?

В ответ прозвучали четыре ответа. И ни один голос не дрожал.

— Команды А и Б, нужно разогнать это стадо ублюдков немного быстрее, чем планировали. Продвигаемся ближе к дороге. Стрелять во все, что движется. Команда А, приготовиться. По моей команде идем вперед. Пошли.

Крис поднялась, закричала и начала стрелять во все, что шевелится. Вслед за ней, стреляя, поднялись бойцы отряда. Впереди несущиеся навстречу бандиты вдруг остановились, видимо, испугались внезапного появления врага, несмотря на то, что их было мало. Крис отошла подальше от стволов деревьев, чтобы был лучше обзор.

— Команда Б, приготовится к наступлению. Пошли!

Солдаты выбрались со своих позиций, закричали. Застрекотали винтовки. Крис пронеслась взглядом вдоль фронта. Небольшой взрыв заставил сразу четырех бандитов бросить оружие и спасаться бегством. Еще один, увидев такое, развернул свою винтовку, чтобы покончить с ними. Крис уничтожила его первым. Еще один что-то кричал и размахивал руками, пока другие пытались от него убежать. Крис навела на него дуло винтовки, но человек упал, убитый кем-то еще и Крис продолжила искать следующую цель.

Двое приютились по обе стороны одного и того же дерева и стреляли так быстро, как только успевали нажать на курок. Крис послала гранату, та взорвалась в кроне дерева над ними, осыпав щепками. Оба сначала пригнулись. Потом, не прошло и секунды, один вскочил на ноги и побежал, оставив винтовку у дерева. Второй что-то крикнул ему вслед, потом продолжил стрелять. Крис влепила ему пулю между глаз и вставила в винтовку новую обойму.

— Отряд, — крикнула они, присев на колено, — приготовиться к наступлению. — Следующий ряд деревьев продвинет их чертовски близко к позиции врага. — Пошли! Сейчас!

Крис выпустила длинную очередь, пробежала мимо дерева, под которым засели ее бойцы, и помчалась дальше. Два бандита, оказавшиеся перед ней, упали на колени, сцепили руки за головой. Стоило бы выпустить по ним сонными дротиками, но нет времени.

— Бегите, черт вас побери! — закричала она.

Вместо этого они вовсе упали лицами в грязь, как только в ствол дерева рядом с ними впились несколько пуль. Крис заметила стрелка и покончила с ним одной длинной очередью.

Крис скользнула за ближайший ствол дерева.

— Отряд, приготовиться к наступлению. Вперед. Томми, как у тебя дела?

— Будь я проклят, если знаю, — пришел несколько необычный ответ от энсина. — У нас тут повсюду люди. Кто-то убегает, кто-то пытается стрелять в нас. Крис, я понятия не имею, что происходит.

— Кортни, можешь немного подождать с наступлением?

— Я оттянула своих людей немного назад, чтобы бандиты подольше погуляли, прежде чем зайти к нам в тыл. Думаю, большая часть бандитов хочет просто убежать, а не сражаться. Наверное. Одну секунду, — через наушник связи донеслись несколько коротких очередей. — Да, большинство хочет просто сбежать.

— Разведка, что с правым флангом?

— Множество целей, мэм. Нас прижали, я не могу обнаружить этого ублюдка. Мы бы не отказались от любой помощи.

Крис попыталась прислушаться к звукам битвы вокруг. Черт. Многое сейчас отдала за полминуты картинки от «Шпионского глаза». Ветер бросил горсть воды в лицо, когда она посмотрела на правый фланг, вместе с водой принеся еще и звуки выстрелов одновременно из нескольких винтовок и пистолетов. Попробовала помочь Кортни слева и получила дырку на правом фланге. Там звуки боя звучали так, словно все катилось к черту.

— Спенс, защищай этот ряд деревьев, свяжись с энсином Лянь и продолжай выдавливать бандитов к холмам.

— Есть, мэм.

— Со мной трое, — приказала Крис, давая сигнал солдатам в поле зрения. Из троих один оказался пехотинцем. — Еще двое пусть займут позицию справа от меня.

— Да, мэм, — пришел ответ.

Вместе с горсткой солдат, Крис чуть не побежала сквозь ряды деревьев. Несмотря на то, что время от времени рядом в землю или в деревья впивались вражеские пули, ни разу не остановилась. Патронов становилось все меньше, стоит начать экономить.

Тот, кто по ним стреляет, все еще может обойти их с фланга. Как говорится, день в самом разгаре. Единственная надежда в том, чтобы ударить по бандитам внезапно, чтобы они, наконец, испугались и пустились в бегство прежде, чем поймут, сколько им противостоит человек. Сквозь капли дождя Крис изо всех сил старалась разглядеть силуэты, тепловые образы, движение, огоньки. Но единственное, что видела — калейдоскоп света и теней без какой-либо четкой картины.

— Мэм, говорит Петро, я сейчас немного впереди. Похоже, вижу кого-то из наших людей.

— Разведчики, вы нас видите?

Небольшая пауза.

— Никак нет, мэм.

— Пройдем еще ряд, — приказала Крис.

— Снова Петро, мэм, впереди меня кто-то очень похожий на наших. Стреляет куда-то влево от меня, а оттуда отстреливаются.

— Я вас увидел, — пришло от одного из разведчиков.

— Ладно, внимание всем, заряжаем полные обоймы, — приказала Крис. — И держите наготове запасную. У всех патроны есть, или кто высох?

Ответа не последовало.

— По моему сигналу, выпускаем полную обойму, потом перезаряжаем и снова стреляем. Есть вопросы?

Вопросов не было.

Крис воткнула в винтовку полную обойму, и у нее осталась последняя с двумястами патронами, плюс только что вытащенный с остатками. Это будет напряженная перестрелка.

— По моему сигналу. Три, два, один, пошел.

Сад вокруг ожил одним непрерывным грохотом. Как адский отбойный молоток, каждая винтовка долбила, выпуская пули, прошивая строчками воздух, листву, древесину и мясо одним непрерывным махом. В книгах Крис встречала описание безумных минут, только М-6 не нужна минута, чтобы опорожнить обойму в двести патронов. Шквал огня одновременно из десяти стволов ужал безумную минуту в безумные тридцать секунд.

Винтовка заглохла, щелкнув бойком по пустой камере. Крис выдернула опустевшую обойму, вставила новую.

— В атаку! — закричала она, вскочив на ноги. — Наступаем!

— Вперед, вперед, вперед! Атакуем!

И непонятный рев, означавший, что творящееся безумие передалось по связи и ее отряд выполняет приказ.

После такого кинжального залпа кое-где выжившие, дрожа, вжались в землю, дрожали, пытались поднять руки. Один из бандитов-вожаков кричал на них, чтобы те брались за оружие и следовали за ним. Крис вскинула винтовку, прицеливаясь, но тут с нескольких сторон прозвучали выстрелы и бандит, прежде чем упасть, протанцевал смертельную джигу. Бандиты чуть дальше бросились бежать. Большинство побросало оружие, но не все. Крис врубила микрофон на полную громкость.

— Все, у кого в руках оружие, будут убиты, — разнеслось по лесу, подавляя шум ветра и дождя. — Бросайте оружие, и вам не будет нанесено вреда. Кто не бросит, тот покойник.

Большинству беглецов с оружием понадобилась всего лишь секунда, чтобы исправить ошибку. А кто-то не бросил. Может, был слишком испуган, чтобы заметить, что оружие все еще в руках. Может, хулиганы по натуре и не представляют ситуацию противостояния миру безоружным. Спрашивать времени не было. Крис и снайперы быстро с ними покончили. Несколько вооруженных беглецов, кто сразу не избавился от оружия и кому повезло не погибнуть первыми, воспользовались дополнительным шансом исправить досадную ошибку. А кто-то им не воспользовался и сейчас. И погиб следующим.

— «Шпионский глаз» вернулся, — тихо прошептало в ухе Крис, напомнив, что она здесь за командира. Неохотно опустила винтовку и попыталась утихомирить жажду крови, восстановить спокойствие, как того требовалось от командира. Пару раз глубоко вдохнув, вытащила из кармана планшет. Дождь и грязь забрызгали корпус и экран. Крис шагнула под дерево, присела у ствола, закрывая планшет от дождя.

Бандиты бежали от ее бойцов по всему фронту, убегали за холмы на западной стороне сада. Похоже, стремятся к речушке и заросшему лесом оврагу. Крис легко может их остановить и уничтожить. Потом вспомнила, что бой ведь не на тотальное уничтожение. Большинство сбежавших бандитов, если не все, бывшие работники ферм и, по большей части, безвредны.

— Полковник, можете просканировать на предмет, чем вооружен противник?

— Используют ли старомодные металлические охотничьи ружья?

Крис оглянулась, увидела штук шесть единиц брошенного оружия.

— Да.

— Магнитная масса очень низкая, — ответил полковник. — Могу настроить вплоть до шнурков и пряжек, если нужно.

— Спасибо, полковник, я бы предпочла их не преследовать, — сказала Крис и, едва ли не мгновенно переключила тему: — Доклад о потерях.

— У меня двое раненых, один на вид, совсем плохо, — сообщила Кортни. — Санитар уже занимается ими.

— Поняла. Еще раненые есть?

— Одно поверхностное ранение, — сообщил Томми.

— О, дерьмо, это Скаут Один. У меня… у меня…

— Где ты? — развернулась Крис. Женщина-стрелок справа указывала рукой и кивнула головой. Разрастающийся страх выдал Крис последний запас энергии, и она устремилась туда, куда ей показали.

Обнаружила троих с правого фланга. Сейчас они стояли над телом. Женщина-стрелок, указавшая Крис направление и прибежавшая вместе с ней, упала на колени, по щекам, смешиваясь с дождевыми каплями, потекли слезы. Когда подошла Крис, отзывавшийся на позывной «Скаут Один» пехотинец, поднял голову.

— Он был в порядке, клянусь Богом, он был в порядке. Я видел, как он начал подниматься, когда вы приказали атаковать. Я думал, бежит сразу за нами. Я думал, что он бежит.

Крис уставилась на новобранца, которого знала лишь как будущего героя. Пуля попала ему прямо в лоб. Он упал на спину, голубые глаза открыты, ожидающе всматривались в серый дождь. Запасных обойм на поясе не было, похоже, обойма в винтовке была последней. Он более чем преодолел утреннюю блокировку. Как объяснить его родителям, что он сегодня приобрел и что потерял?

Крис заполонили чувства и вопросы. Но все это не сейчас. Сейчас нужно позаботиться о последствиях боя.

— Томми, на тебе грузовики. Проследи, чтобы по дороге подобрали раненых. Всем остальным: у нас тут валяется много оружия. Сформируйте отряды, нужно убрать этот бардак. Я хочу, чтобы каждый ствол, что мы тут оставим, стал бесполезным.

— Мэм, у нас раненые, — напомнила Кортни.

— Я знаю, старшина. Раненых погрузим в машины, а пока разберемся с оружием. Что успеем, то испортим, что не успеем, оставим ржаветь так.

— Извините, мэм, — прошептала Кортни.

— Вы, трое, — сказала Крис оставшимся живым с правого фланга, — отнесите… его… к дороге.

— Его звали Вилли, мэм, — подняла голову женщина. — Вилли Хантер.

Крис оставила их заворачивать погибшего в дождевик, а сама с остальными пошла через заросший сад, подбирала оружие, снимала и выкидывала затворы, разбивала о стволы деревьев приклады ружей. Было приятно хоть что-то делать, а не просто наблюдать за происходящим.

Крис испортила несколько винтовок до того, как Томми вышел на связь.

— Лонгнайф, все раненые погружены. Нужно уезжать.

— Хорошо, отряд, мы все сделали отлично, а сейчас убираемся отсюда. По машинам, — крикнул она.

Уставшие солдаты побросали все, чем только что занимались, развернулись и пошли к дороге.

— Томми, как только наберешь пятерых, загрузи ранеными грузовик и уезжай.

— Ты остаешься?

— Нет, мы все поедем вслед за тобой. Грузовик с ранеными должен ехать первым и быстро.

— Да, мэм.

Крис едва дошла до дороги, когда первые три грузовика отправились в путь. Насколько она знала Томми, тот вел первый грузовик с ранеными. Было бы интересно взглянуть хоть краем глаза, какую скорость он набрал и как изворачивается при этом, делая раненым, расположившимся на заднем сидении, комфортную поездку. Бедный Томми, ему приходится выбирать между двух невыбираемых вещей.

Пока Крис ждала, когда стрелковая команда выберется из леса на дорогу, дозвонилась на ферму, откуда недавно уехали. Хозяин уже забрал пленников с утреннего боя. Крис успела перекинуться с ним парой слов, договариваясь об их судьбе, когда из леса вышли разведчики, неся с собой тяжелый груз. Крис махнула им в сторону последнего грузовика. Они положили Вилли в кузов и сами залезли туда, отказавшись от сухой кабины в пользу мокрого, продуваемого ветром кузова, только чтобы быть рядом с павшим другом. Крис решила было присоединиться к ним, но поняла, что если сделает так, компанию Спенсу составить будет некому. День вышел долгим, и возвращение назад оказалось нелегким. Нужен кто-то, кто не даст ему уснуть за рулем.

Крис залезла в кабину, стащила дождевик, когда на водительское сиденье скользнул Спенс, завел двигатель, переключил передачу.

— Думаете, мы сегодня получили хоть какую-то выгоду? — спросил Спенс.

— А сам как думаешь, после сегодняшнего будешь счастлив зарыться в свои бухгалтерские книги? — вопросом ответила Крис.

— Не знаю. Было довольно приятно выбраться сюда, увидеть детские и женские взгляды, когда раздавали продукты, которых у них уже давно не было.

— И вот это тоже? — Крис кивнула в сторону мелькающих мимо деревьев.

— Мы показали бандитам, где раки зимуют, разве нет? В следующий раз, когда отправимся за город, вряд ли они захотят иметь дело с Космофлотом.

Крис задумалась. Они прибыли сюда, чтобы накормить голодающих… и накормили. У них появился шанс исправить ситуацию к лучшему… и они это сделали. Вот только цена показалась Крис слишком высокой.

— Да, — согласилась она. — С Космофлотом иметь дело они больше не захотят.

Глава 13

Грузовик медленно, как катафалк, въехал на территорию базы. Крис вылезла из кабины и поспешила на помощь бойцам из кузова, те снимали тело единственной жертвы операции, однако путь преградил полковник Хэнкок.

— Как все прошло? — спросил он.

— Наверное, неплохо, — ответила Крис, пытаясь заглянуть за спину полковника посмотреть, как трое новобранцев, оставшихся на базе, помогают с телом убитого.

— Пусть они позаботятся об этом, — сказал полковник.

— О нем, — поправила Крис. Полковник же не проявил никакого намерения убраться с дороги, так что Крис развернулась к штабу.

— Я хочу взглянуть на своих раненых.

— О них тоже позаботятся, а я хочу с тобой поговорить у себя в кабинете.

— Через несколько минут я там буду.

— Как в прошлый раз? — иронично выгнул бровь полковник.

Крис отправилась в лазарет, оставив посещение кабинета полковника на потом. Сам полковник отправился вместе с ней. Как она и ожидала, Томми помогал санитару, применяя на практике курс первой помощи в то время как другой изо всех сил старался прекратить кровотечение у Кортни. Крис останавливалась рядом с каждым раненым, уверяла их, что все было проделано отлично и дальше тоже будет все хорошо. Один из раненых выбрал именно этот момент, чтобы потерять сознание. Тут же рядом оказался Томми, пытаясь привести солдата в чувство. Полковник, железной хваткой схватив Крис за локоть, выволок ее из лазарета.

Через несколько мгновений она сидела в его кабинете с большим стаканом в ладонях. Полковник достал бутылку виски, скрутил пробку. Аромат заполнил кабинет до того, как виски наполнил стакан Крис почти до краев. Потом полковник налил столько же себе, поднял стакан с янтарной жидкостью, словно собрался сказать тост.

— Ты отлично поработала.

Крис мгновение смотрела на стакан. Сколько раз ее сегодня чуть не убили? Имеет ли значение, закончит она этот день трезвой или вдрабадан пьяной? Сделала большой глоток. Прекрасное виски, достаточно крепкое, чтобы согреть внутренности, расслабить мышцы. Она вздохнула и расслабилась.

— Полагаю, что так.

— Нет, энсин, ты все сделала хорошо.

Крис сделала еще глоток. Если так, почему она себя так чувствует? А вот и проблема: она не знает, как себя чувствует. Может, дедушка Троубл знал бы, а она вот нет. Все слишком новое, слишком странное, слишком страшное. Она знает, что сказал бы дедушка Троубл.

— Сегодня много людей сделали все хорошо. Какие имена мне вписать, сэр? Каждый, участвовавший в поездке заслуживает награды.

— И все они получат медаль «За гуманитарную помощь».

— Черт возьми, сэр, — стакан чуть не выпал из ладоней, — эту медаль выдают только просиживание задницы при подсчете коробок с гуманитарной помощью. А мои люди в грязи лежали, по ним стреляли. Между прочим, противник превосходил нас численностью восемь на одного, в лучших традициях этой проклятой службы… сэр.

Закончив тираду, она одним махом опустошила половину стакана. Белый огонь прокатился по телу. По крайней мере, такая боль была приятной. После произошедшего сегодня должно быть где-то больно.

— Знаю, Крис, — полковник сделал еще глоток. — Но была ли твоя операция боевой?

— Я, черт возьми, не знаю, какой она была. Если это была не боевая операция, значит, кто-то забыл сообщить пулям, чтобы они не летали вокруг.

— Знаю, — кивнул полковник. — Так, готова ли ты заявить, что все эти люди затеяли вооруженное восстание против законного правительства Олимпии?

Крис дважды моргнула, пытаясь вникнуть в сказанное, разобрать его смысл и, в результате отказалась от этого гиблого дела.

— Я не так много видела этого самого законного правительства, — горько сказала Крис. — Где они?

— Где-то неподалеку, — полковник махнул рукой стаканом на все вокруг и ничего одновременно. — Все, что у них есть, так только законодательный орган. По местной Конституции они могут собираться всего раз на шесть недель каждые три года, и последний раз это было до того, как взорвался вулкан. К тому же они теперь не смогут собраться еще года полтора, если только не проведут новых выборов. Хочешь провернуть это дело в таком кавардаке?

— В книгах должен быть описан вариант, чтобы прекратить этот беспорядок, — сказала Крис и тут же вспомнила, как отец принимает законы Вардхейвена, чтобы получить то, что хочет. И заткнулась. Посмотрела на полковника.

— У них принцип: лучшее управление выходит при минимальном управлении, — полковник нахмурился. — Первое предложение Конституции: «разрешено только сто страниц законов». Причем, для предотвращения обмана, прописаны размер страниц, шрифта и полей. Учредители колонии были весьма категоричны, не желая собирать нормальное правительство. Никаких глав правительств, никаких премьер-министров, только законодательный орган и законы колонии.

— Тогда кто же обратился за помощью?

— Как я понял, один из крупных фермеров на севере знает кого-то из правительства Вардхейвена. Вардхейвен протолкнул миссию в Сенате. Может, это был кто-то из твоих родственников?

— С маминой стороны наверняка, — вздохнула Крис и сполоснула виски рот. — Люди с папиной стороны подумали бы об этом лучше. Скажите, права ли я, оценивая обстановку. Мы здесь, чтобы помочь правительству, которого, можно сказать, не существует, поэтому люди, стреляющие в нас, не могут считаться повстанцами, потому что им банально нет, против кого восставать.

— Начинаешь понимать, почему я засыпаю за столом, пытаясь разобраться в этом змеином гадюшнике.

Никогда раньше старший офицер при Крис не подходил так близко к признанию своей неудачи. Чтобы скрыть смущение, Крис снова приложилась к стакану с виски и сменила тему.

— Нам нужно больше конвоев, сэр. Фермеры голодают. Взрослые едят траву, но у детей для нее слишком слабые желудки, — вот с этой темой она сможет справиться.

— Уже сделано. Механики Лиена завтра выставят еще пятнадцать грузовиков, и из них я сформирую три конвоя.

— Какой из них возглавлю я? — спросила Крис, наблюдая за микробурей в стакане.

— Никакой. Тебя я оставляю на базе.

— Сэр, — ощетинилась Крис, — я стреляла только когда начинали стрелять в меня. И я сделала все, чтобы свести число жертв среди гражданских к минимуму, — Крис прервалась, не зная, куда засчитать единственного убитого из ее людей. Даже этой единственной жертвы казалось больше, чем стоит вся Олимпия. Но, несмотря на все эти трудности, смогла бы она сделать работу еще лучше? Почему же так паршиво?

— Знаю, я же сказал: сегодня ты все сделала хорошо, — полковник махнул стаканом, успокаивая ее. — Тем не менее, приказываю тебе и энсину Лиену ограничить свою деятельность территорией базы.

— Почему, сэр?

— Ты стала ценной мишенью, энсин Лонгнайф. Выбиваешь плохих парней, как палкой по барабану бьешь. Многие захотели, чтобы ты стала мертвой. Если я отправлю конвой без тебя, бандиты будут знать, что на него не стоит нападать. Если с тобой, какой-нибудь чувак попытается заработать на тебе соответствующую репутацию. Нравится тебе или нет, но ты Лонгнайф. Та самая, кто победила их в Мертвом Коровьем болоте. Через несколько дней здесь появится батальон горцев с ЛорнаДо. Как только они прибудут, я отправлю тебя и энсина Лиена обратно на Вардхейвен. И я намерен отправить вас туда живыми.

— Освобождаете от должности, сэр?

— Всего лишь даю возможность двигаться дальше. Ты же не собираешься делать карьеру на Олимпии, энсин?

— Нет, сэр, просто не ожидала, что улечу отсюда так быстро.

— В таких экстремальных операциях, Крис, такое часто происходит, особенно когда при этом присутствует финансовый беспорядок. Никто здесь не остается дольше месяца. Неужели ты не считаешь, что твое время уже пришло?

Крис попыталась подсчитать, как долго она на Олимпии, и не смогла.

— Нелли, как долго я нахожусь на планете?

— Одна неделя, шесть дней, восемь часов…

— Хватит, — прорычал полковник и выпил. — Хуже некуда слышать такое от солдат, а теперь что, выслушивать еще и от компьютеров? Корпус уже не тот, что раньше.

Крис медленно повертела в руках почти опустевший стакан.

— Кто поведет конвои?

— У двух других энсинов все это время была слишком легкая жизнь. Думаю, пусть один из них прокатится, отдохнет от бумажной работы. Не знаю, посмею ли отправить Пирсон. Фермеры ведь могут отказаться от продуктов.

Они обменялись улыбками.

— Отправьте Пирсон, — сказала Крис. — Пусть посмотрит, что такое реальность. Могу помочь ей с ее стратегией. Вот только с украденными идентификационными карточками способа проверить, кто получает продукты, нет. Разве мы не можем просто объявить всех голодающими и покончить с этим?

— Не можем. Не все же голодают, — заметил полковник.

— Если не считать нашего кавардака, — ограничила требование Крис.

— Есть гражданские, кто не пропустил ни одного завтрака, обеда и ужина, Крис. Кто-то из них, возможно, прямо сейчас балуется свининой. Да еще разнообразит рацион розданными тобой пайками Космофлота, — полковник снова поднял стакан, приглашая выпить. Виски в стаканах кончилось. — Давай еще, — сказал полковник, беря бутылку.

Крис посмотрела на янтарную жидкость в бутылке. Выпить в удовольствие или для успокоения можно один стакан, а со второго уже уходишь в запой. Вспомнить только, как сложно было просохнуть после запоев. Как чувствовала себя униженной, когда Харви или кто-то из горничных убирали за ней. Не хочется, чтобы полковник познакомился с такой Лонгнайф.

— Спасибо, сэр, но, наверное, мне нужно проветриться.

— Следи за спиной, энсин, — полковник наполнил свой стакан.

— Обязательно, — ответила Крис. Проблема в том, что во мне рискует больше, задница, гордость или… что-то еще?

Крис вышла из штаб-квартиры, встала под дождем. Дождевик оставила в кабине грузовика, поэтому форма быстро намокла, но виски не давал замерзнуть. Можно даже прогуляться.

Вдали, у входа в переулок, какого-то мужчину вырвало. Ну да, скудность продуктов Олимпии компенсировалась пайками гуманитарной помощи. Зато всегда можно найти выпить, если кому приспичит. Крис выпивка сегодня больше чем помогла, а теперь вот захотелось прогуляться.

— Нелли, выключи меня из сети, я не хочу ни с кем разговаривать.

Она успела пройти полквартала, как дождь превратился в ливень, и ей пришлось вернуться в свою комнату. Не переодеваясь, в мокрой форме, она рухнула на кровать, уставилась в потолок и попыталась взять себя в руки. Сегодня она все сделала хорошо. Потеряла солдата. Может двоих, если тяжелораненый не выживет. Накормила давно голодающих детей. Убивала людей, единственное преступление которых в том, что они тоже были голодными. Убивала плохих парней.

Сдобренная полковничьим виски, закружилась голова. Вспомнились болтливые белки в саду дома Нуу, преследующие хвосты друг друга. Пока все эти мысли крутились в голове снова и снова, он была избавлена от встречи с сегодняшними призраками.

На потолке Крис увидела мокрое пятно. Интересно, откуда оно взялось. Крис закрыла глаза, но не смогла уснуть. Сегодня она все сделала хорошо. Она убивала людей, чуть было не убили ее саму. Она…

* * *

— Крис, можно с тобой поговорить? — донеслось из-за двери после безуспешной попытки ее открыть.

— Я не хочу ни с кем разговаривать, — крикнула в ответ Крис.

— Томми очень хочет с тобой поговорить, — тихо передала Нелли.

— Так это ты ему сказала, где я?

— Нет, мэм, я выключила тебя из сети, как ты и просила. Однако он изучил детектор движения комнаты и предположил, что ты здесь.

Крис хмуро посмотрела на свисающую с плеч Нелли. Похоже, персональный компьютер не проявил полной инициативы по защите ее одиночества.

— Крис, мне очень нужно с тобой поговорить, — снова крикнул из-за закрытой двери Томми.

— А мне хочется, чтобы меня оставили в покое.

— Лонгнайф всегда получают, что хотят?

— Нет, но эта Лонгнайф сейчас в паршивом настроении и забыла запереть в сейфе пистолет. На твоем месте я бы убралась подальше.

— Разве ты не заметила? Ты не на моем месте, — Крис почти увидела кривую усмешку, а Томми добавил: — К тому же я принес выпить.

Вот это уже осложнило ситуацию. Черт, ей нужно выпить еще.

— Открыть, — рыкнула она команду двери.

За ней стоял Томми с улыбкой во все лицо и все такое. Как только он перешагнул порог, бросил Крис бутылку. Поймав ее, она бросила быстрый взгляд на этикетку: «Газированная вода».

— Не выкидывай. Наверное, это единственная бутылка с нормальной водой на всем этом грязном шарике.

Крис бросила бутылку обратно, целясь в голову Томми, но тот поймал ее.

— Не возражаешь, если скажу полковнику, где ты?

— Зачем? — сплюнула Крис.

— Потому что когда он угостил меня своим скотчем, похвалился, что тебе тоже дал выпить и через секунду запаниковал, вспомнив возможности Нелли. И это не улучшило его отношения к богатым девочкам в его Корпусе.

— Я служу в Космофлоте, а не в его драгоценном Корпусе.

— Так я позвоню?

— Да делай уже свой проклятый звонок.

Томми позвонил. Полковник вздохнул с облегчением и отключился, чтобы отменить тревогу во всех местах, где успел ее поднять.

— И чего он так боится?

— Ты сегодня не отметилась.

— К делу это не относится.

— А если бы у тебя не было ни одного вардхейвенского доллара, как бы ты расплачивалась за выпивку?

— Поэтому я и не покинула базы. Или ты решил, что я настолько глупая, чтобы распотрошить кредитку?

— У меня есть дядя, который не слишком задумывается, когда хотя бы только унюхает выпивку. А что будешь делать ты, я понятия не имею.

— Пришла прихватить несколько долларов и решила, что не хочется под дождем никуда переться. Теперь счастлив?

Томми сел на пол около двери. Крис перевернулась на живот, подперла ладонями подбородок и уставилась на него.

— Дерьмовый день, — сказал Томми.

Крис готова была сказать что-нибудь вроде нейтрального «ты прав», но это было не то, что она чувствовала.

— Тебе-то откуда знать? — огрызнулась она. — Ты просто делал то, что тебе говорили.

— Думаю, заместитель командира из меня вышел дерьмовый, — Томми на нее не смотрел, а следующим предложением сменил тему: — Док сказал, что Ширри будет жить.

— Ее так зовут?

— Джеб уверяет, что завтра у нас будет пятнадцать грузовиков. Полковник сказал, что мы больше бегать так не сможем, мол, нужно поделиться удовольствием с другими энсинами.

— Да уж, — Крис пожалела, что ей сейчас не дотянуться до полковничьего виски.

— Так когда ты собираешься поделиться своей болью с другими?

— Какой болью? — дважды моргнула Крис.

— Я пытался оказать Кортни всю возможную поддержку, — сказал Томми, глядя Крис прямо в глаза, — но они просто продолжали бежать в ее сторону. На меня не обращали внимания, и все скопом навалились на нее. Я отправил людей ей на помощь, но их было так много и так мало нас.

— Боже, их было много, — сказала Крис, в памяти снова всплыли грязь, дождь, тела. — Скольких мы убили?

— Я не знаю.

— Нелли, сколько человек мы убили?

— Я не знаю, Крис. Я не анализировала последние данные «Небесного глаза» по этому вопросу. Нужно ли сделать это сейчас?

Крис глубоко вздохнула и уставилась на пятно над головой Томми, там уборщица убрала плесень, оставив яркое цветовое пятно.

— Это не имеет значения, не так ли, Томми? — она пожала плечами. — Они в любом случае мертвы, а мы живы и никогда не узнаем, сделали они что-то, за что заслуживали смерти или просто попали по глупости, потому что банально были голодными.

— Да, — из Томми вырвался такой вздох, которым гордилась бы любая ирландская мамаша.

— В конечном итоге я всегда жива, а умирает кто-то еще.

— Как Эдди, — Томми даже не вздрогнул, использовав запрещенное имя.

— Как Эдди, — прошептала Крис.

— Значит, ты жива и спрашиваешь себя, а не напиться ли, потому что они все мертвы, и, чем больше ты выпьешь, тем больше дашь жизни Эдди, — Томми опустил голову. — Не поможет ни одному, кто сейчас гниет под дождем.

— Боже, сегодня ты слишком поэтичен, — сказала Крис.

— Это правда, Крис. Ты жива, я жив, они мертвы. Так бывает. Когда в космосе взрывается шахта, кто-то погибает, а кто-то остается жив. Парень, оставшийся дома, болен жизнью. Девчонка, бегающая за новым шахтером, остается жить. Ребенок, закрывший лицевую панель шлема, продолжает жить. Старожил, снявший шлем, чтобы вытереть пот, и уверенный, что вокруг безопасно… погибает. И никто с этим ничего поделать не может. Тем же вечером мы поднимаем за них стакан с выпивкой и радуемся, что выжили. Что это они погибли, а не мы. А если бы погибли мы, то стаканы за нас подняли они, — Томми пожал плечами и посмотрел в глаза Крис. — Всегда лучше поднимать стакан, чем нет.

— Лучше ли? Быть живым лучше? Почему ты так уверен? Ты когда-нибудь пытался умереть? Пойду, достану что-нибудь выпить, — Крис поднялась с кровати.

— Тебе достаточно, — Томми покачал головой, но остался сидеть.

— Нет такого понятия, как достаточно.

— У мертвых было все, что им нужно. А живым достаточно.

Крис смотрела на Томми, сидевшего напротив. Он не напрягался, не делал никаких попыток подняться. Тем не менее, она знала, что если она пойдет к выходу, преградит ей дорогу.

На мгновение подумалось, сможет ли она его свалить. Станет ли он сопротивляться, чтобы оставить ее сегодня трезвой? Крис упала обратно на кровать.

— А что ты сам чувствуешь, Томми?

— Я не знаю, что чувствую. Хотелось бы остаться дома, на Санта-Марии. Хотелось бы, чтобы я никогда не появлялся там, где в меня стреляют, а мне приходится стрелять в ответ. Не хочется оказаться там, где есть люди, в которых захотелось бы стрелять. Вы, Лонгнайф, создаете очень странный мир.

Теперь настала очередь тяжело вздыхать Крис. Благородно так получилось. Женственно. Мама бы гордилась.

— Я читала много историй, много книг. В них рассказывается о сражениях дедушек Рэя и Троубла. Но в них ни разу не говорилось о том, что было потом.

— И как они с этим справлялись? — спросил Томми.

— Не знаю. Просто не знаю, — Крис потерла глаза, с усилием подавила зевок. Наверное, наконец, подействовал полковничий виски. — Почему бы тебе прямо сейчас не убраться и дать мне поспать?

Не говоря ни слова, Томми поднялся и вышел из комнаты.

Глава 14

Проснувшись, Крис ощутила во рту отвратительный вкус и не смогла вспомнить ни одного сна. В трезвости есть свои преимущества. Умылась, оделась и, почувствовав себя мучительно живой, отправилась в столовую. Настроение ни к черту, но, похоже, так только у нее, потому что у завтракавших в столовой солдат носы задраны чуть повыше. Взглянула в окно, там все тот же серый дождь. Ничего не изменилось. А тут еще и полковник махнул Крис рукой, приглашая к своему столу.

— Выспалась? — спросил он, когда Крис, заполнив поднос завтраком, уселась напротив. Крис кивнула, а полковник счел кивок удовлетворительным ответом. — Я проверил твоих раненых, у всех все будет хорошо.

— Как позавтракаю, схожу в госпиталь, — сказала Крис, чувствуя голод и впиваясь в завтрак.

— То, что я сейчас тебе скажу, мне тоже не нравится, — полковник откинулся на спинку стула, — но на сегодня у меня для тебя появилась одна сложная задачка.

И чего он тогда улыбается?

— Тяжелее вчерашнего вряд ли что-то может быть.

— Гораздо тяжелее, правда безопаснее, — его улыбка стала шире, если это вообще возможно.

— Полковник, вам когда-нибудь говорили, что у вас прекрасное чувство юмора?

— Не помню такого, — на мгновение улыбка померкла.

— Наверное, стоит об этом задуматься, — сказала Крис и сделала значительную паузу, прежде, чем добавила: — Сэр.

— После такого ты от меня больше не получишь никакого сочувствия, энсин. Сегодня нашу базу посетил один добрый и хороший человек, проделавший долгий и длинный путь, чтобы посмотреть на все те приятные вещи, что мы делаем с его пожертвованиями. Я хочу, чтобы ты его сопровождала по базе и вне ее, показала все, что происходит, пока я привожу в движение всю эту планету.

Крис показалось, что ей предложили самый скучный способ потерять день.

— И кто же эта наша старая няня?

— Не такой уж он и старый. Возможно, ты найдешь его даже симпатичным. Мистер Генри Смит-Петервальд тринадцатый, — сказал полковник. — Уже достаточно плохо оседлать ребенка тем же самым именем, но еще и сделать его тринадцатым, — полковник покачал головой.

Крис с трудом удалось проглотить прожеванную пищу и даже улыбнуться шутке полковника. Мамочка! Я пытаюсь увернуться от встречи с этим милым молодым человеком, а теперь мало того, что ты бросаешь меня с ним, так я еще должна провести с ним целый день. Тот факт, что отец милого молодого человека в списке тетушки Тру желающих смерти Крис записан на первом месте, на самом деле не должен усложнить их отношения, правда ведь?

Не уверена, что сегодняшний день будет безопасен, полковник.

* * *

Крис следила за погрузкой грузовиков, в то время как Томми проводил окончательную проверку их готовности. Как только конвой был готов к отправке, Крис улыбнулась. В то время как солдатам, сопровождавшим вчерашний конвой вместе с ней, придется месить грязные дороги и сегодня, иметь дело с бандитами и болотами, сама Крис будет прикована к столу. Еще она еле удержалась от предложения поменяться с кем-либо местами. Шутка была бы плохой.

Когда грузовики отправились в путь, она вернулась в кабинет. У входа уже ждал Джеб и вместе они согласовали график, что сегодня готовить к отгрузке, что придержать, а что приготовить к завтрашним поездкам. На своем месте обнаружился и Спенс: он бегал по складам, не желая сидеть в кабинете. Единственной вчерашней поездки бухгалтеру хватило за глаза. Будучи оперативным специалистом, он наводил порядок, отмечая галочками позиции в длинном списке. Когда Крис проходила мимо, он кивнул головой.

— Что-то случилось? — спросила Крис.

— Весь этот хлам, что нам присылают. Солдатские пайки двадцатилетней давности жевать довольно сложно. А у меня тут еще полсклада завалена просроченными медикаментами. Посмотрите сами, — он помахал распечаткой. — Неочищенный вакцинный раствор просрочен на месяц. Разве можно использовать этот материал?

— Поговори с аптекарями, — сказала Крис, заходя Спенсу за спину, чтобы посмотреть на распечатку. Да, половина третьего склада завалена устаревшей продукцией. — Не удивлюсь, если их срок годности истек, когда их жертвовали.

— Насколько? На неделю? Кто-то додумался использовать нас вместо свалки!

— Нет, кто-то использует нас, чтобы освободиться от налогового бремени взамен щедрых пожертвований, — сплюнула Крис.

— Мой старик, скорей всего, назвал бы это мошенничеством, — буркнул Спенс. — И после этого он спрашивает, почему я не хочу заниматься его делом.

Крис хмуро уставилась на распечатку, словно на приговор миру, из которого она ушла в Космофлот.

— Эй, смотри-ка, тут какая-то кошачья дрянь, — за спиной раздался веселый голос.

— Надеюсь, у нее со сроком годности дело получше, чем со всем остальным, — буркнул Спенс.

Крис развернулась, надеясь увидеть ухмылку Томми, но обнаружила вставшего в дверях Генри Смит-Петервальда со сложенными на груди руками. Без висящей на его локте мамы, тонкая скульптурная конструкция воспринималась как-то легче. Сегодня он одет в превосходно скроенный и дорогой полевой костюм. Крис вспомнила, что мама, когда она отправлялась в поход на Голубые горы, одевала ее примерно также.

Крис быстро откинула воспоминание в сторону, чтобы гость не подумал, мол, романтический взгляд предназначен ему.

— На тебе нет гостевого бейджа. Давай пройдем в штаб, я тебя зарегистрирую, — сказала Крис, немного отступая от стандартной процедуры, чтобы дать возможность мозгу догнать события. — Нужно увидеть коммандера Оуэна. Сейчас он главный, потому что у полковника Хэнкока сегодня выходной.

— Разве нельзя этого избежать? Бюрократия мне и дома надоела, — слегка нахмурившись, сказал гость.

— Что бы вы хотели посмотреть? — спросил Томми, искоса зыркнув в сторону Крис, словно говоря, мол, прекрати изображать необстрелянного энсина.

— Что угодно, только не моего старика. Что ты здесь делаешь, Крис? — Генри обошел Томми.

— Все, что от меня хочет Космофлот, Генри. Поступление на службу выглядело верным способом дать маме ранний сердечный приступ.

— Ах, эта наша преданность коронарному здоровью предков, — засмеялся Генри. — Получается, у нас с тобой много общего. И зови меня Хэнком. На имени Генри у папы довольно крепкий замок.

— По мне так нормально, а мама будет рада это услышать.

— Твоя мать толкает тебя ко мне так же, как мой отец толкает меня к тебе?

— Со всей силой астероидной катапульты.

— Тогда, наверное, стоит перед тобой извиниться, — коротко улыбнулся Хэнк.

— Учтено, проштамповано и подшито, — сказала Крис, протянув ладонь. Хэнк принял ее. На мгновение Крис показалось, что он ее поцелует, но нет, просто пожал. Никаких впечатлений, Крис даже мысленно не закричала. Она готова была дать возможность этому человеку определить себя в ее глазах, а не просто остаться потомком знаменитых родителей, маминой иллюзией и, раз уж на то пошло, подозрением тетушки Тру.

— Так что мы можем для вас сделать? — спросил Томми, заставив досрочно прервать рукопожатие.

— Думаю, идея в том, что я могу сделать для вас. По крайней мере, так я отговорил папу отправить меня на открытие завода в Грозене. Я так ему и сказал: «Если хотим видеть наши портреты в средствах массовой информации на фоне добрых дел, давай все сделаем правильно». Так что у меня на орбите висит корабль, полный разных вещей, которые, как мы думаем, могут здесь пригодиться.

— И когда его разгрузят?.. — спросила Крис.

— Я отправлюсь в Грозен.

— Как думаете, сколько времени будет вестись разгрузка? — спросил Томми.

— Как думаете, сколько времени мы будем выяснять, какой полезный груз привезли?

Томми и Крис ответили одновременно:

— Несколько часов.

— Несколько дней.

Томми вопросительно посмотрел на Крис.

Ну, никто не говорил, что этот юноша хочет меня убить.

— Сегодня утром Спенс наткнулся на кое-что интересное, — сказала Крис и передала слово бухгалтеру, а сама, пока тот рассказывал об обнаруженной афере, наблюдала за лицом Хэнка. Когда Спенс закончил, нежданный визитер активировал связь.

— Ульрик, среди нашего груза есть медикаменты?

— Несколько тонн, сэр.

— Отправь все данные, включая даты истечения срока, сюда. Как тебя зовут?

— Спенс, сэр.

— Я получил адрес, сэр.

— Хорошо, Ульрик. Заставь людей гордиться фамилией Смит-Петервальд, — и, повернувшись к Крис, добавил: — Мы решим этот вопрос.

Крис кивнула. Если и была какая афера с лекарствами, произошедшее должно положить этому конец. По крайней мере, на сегодня.

— Итак, что бы ты хотел посмотреть?

— Как проходит твой обычный день?

— Он может оказаться беспорядочным, — сказала Крис.

— И опасным, — вмешался Томми.

— Я слышал о вчерашнем дне. Настоящая битва в духе Дикого Запада.

— Что-то в этом роде, — уклонилась от подробного ответа Крис.

— Почему бы не показать, где мы переоборудуем грузовики? — встрял Томми.

— Неплохое начало, — кивнула Крис. Заодно даст ей возможность привести мысли в порядок, пока Томми и Хэнк заняты мужскими делами. Хотя, конечно, больше будет похоже на избиение младенца, поскольку Томми сделает все, чтобы показать богатому ребенку, как мало тот знает.

* * *

— Ни разу не разбирал двигатели? — поинтересовался Томми пятнадцать минут спустя, вытирая масло с ладоней.

— Никогда даже близко не подходил к машине с открытым капотом.

— Не подходил к машине?

Хэнк уставился на выход из гаража.

— Об этом заботится шофер. Разве не так, Крис?

В его взгляде Крис прочитала призыв о помощи, но не спешила откликаться на него.

— Как-то я помогала нашему шоферу менять масло и ремонтировать лимузин, — всего лишь пару раз, когда мама не видела.

— Такие знания помогают, когда получаешь в подарок использованную машину, — добавил Томми.

Хэнк вздохнул и снова включил связь.

— Ульрик, каков пробег в грузовиках у нас на борту?

— Максимум пятнадцать с половиной километров, сэр.

Хэнк улыбнулся.

— Сомневаюсь, что любой из пятнадцати грузовиков, что я доставил, какое-то время увидит внутреннюю часть этого гаража. Итак, каков следующий пункт программы моего ознакомительного тура?

Томми сильно огорчился, поняв, что побежден. Ухмылка померкла, но всего секунды на три, после чего снова заблистала в полную силу.

— Позволь показать тебе наш склад, — вмешалась Крис прежде, чем кто-то пострадал.

Внимание Томми было отвлечено и, одновременно, позволило продемонстрировать свои достижения. Пока Крис водила Хэнка по базе, ей было легко с ним разговаривать о том, как она заняла делом рабочих, которых унаследовала со складом, как наняла добровольцев, и как использует горстку космофлотских охранников, обеспечивая этому месту максимум безопасности. До сих пор она всего лишь помогала в делах, организованных кем-то другим в основном, кем-то из маминых подружек, но там было безопасно. Здесь, же, на этой планете, на этой базе, складе и гараже, творилось ее шоу, что дало кучу возможностей показать Хэнку очень много интересного. И, пока тот смотрел, Крис изучала его самого. Во взгляде великолепного, скульптурного лица застыла настороженность, но в нем читалось ожидание, когда он рассматривал то, что она здесь сделала.

Еще прогулка дала Крис возможность сравнить двух человек: одного — с юношеским максимализмом, демонстрирующего рвение в стремлении удостоверится, что он никому ничем не угрожает, и второго — самодостаточного молодого человека, не обращающего ни на что внимания, кроме слов Крис, внимательно ее слушающего, не прерывающего и задающего интересные вопросы, заставляющие ее говорить снова и снова даже тогда, когда, кажется, говорить уже не о чем. С таким парнем легко общаться.

Наконец, добрались до дамбы, откуда наблюдали за посадкой беспилотного шаттла. Вот он приземлился, плеснув волны воды в струи проливного дождя. Как только судно замерло, заняв одно из множества свободных мест на стоянке, к нему по рельсовой дороге устремился буксир.

— Один из моих кораблей, — заметил Хэнк. — На борту груз, что-то вроде сухарей. В каждом двухсотграммовом батончике достаточно белка, витаминов и минералов на целый день. Приятная штука в том, что, если размочить его водой, в желудке он набухает и дает ощущение, что ты хорошо так поел.

— Хорошее дополнение рису и бобам, — согласился Томми.

— Ну а что вы делаете с пустыми посадочными модулями?

Это уже вопрос для Крис.

— Перерабатываем корпуса в воздушное желе, — кивнула она в сторону уложенных тюков с измельченным материалом, — а двигатели перетираем в углеродный порошок. В большинстве подобных миссий этот материал очень помогает экономике, но на Олимпии экономики, о которой стоит говорить, уже нет, поэтому, скорее всего, оставим все это здесь до лучших времен, — она пожала плечами.

— Но вы можете использовать мои грузовики? — наконец, он напрямую посмотрел на Крис, в первый раз за все время.

— Сразу же, — кивнула Крис. — Нелли, покажи карту на сотню миль в окружности.

Перед ними появилась голограмма и Крис сосредоточилась на карте, чтобы избежать энергичности взгляда молодого человека. За последний час она не услышала ничего, что ей не понравилось бы. Что могло не нравиться в богатом молодом человеке, нашедшем время прилететь сюда, поинтересоваться, что им нужно? Сама Крис именно для этого и завербовалась в Космофлот.

По слухам, в деловой империи своей семьи Хэнк распоряжался половиной всего, наравне с отцом, и это было самое большее, что смог добиться молодой человек в реальном мире.

— У нас есть столовые в городе и продукты, которые мы им поставляем, — сказала Крис, водя пальцем по центру карты в попытке привлечь внимание мальчиков. — Поэтому голодных в городе у нас не осталось. Проблема в глубинке. У нас всего пятнадцать грузовиков, и они работают круглосуточно. При этом у двух из трех постоянно обнаруживается какая-нибудь проблема. Местным механикам приходится собирать из двух-трех машин одну, но в дороге каждая третья машина снова ломается, — закончив говорить, Крис вздохнула.

— Мои тридцать грузовиков наверняка помогут, — сказал Хэнк, взглядом следя за гуляющим по карте пальцем. — Но на севере, смотрю, свои проблемы: много холмов, речных долин и я вижу очень мало мостов.

— На самом деле их там почти нет, — сказал Томми.

Крис пришлось ввести в курс дела обоих, рассказав о том, что узнала от полковника про минимализацию управления местным правительством:

— Если фермер сам не построит мост, то его и не будет.

Она наложила на старую карту, сделанную еще до того, как взорвался вулкан, свежую. Старая карта показывала четыре моста, сейчас ни одного. Все четыре моста были снесены потоками воды.

— Тут нужны лодки или понтонные мосты, — задумчиво сказал Хэнк и широко улыбнулся. — Позволь рассказать, что я тебе привез, — сказал он так, словно собрался впарить вакуум шахтерам с астероидов. — Отец недавно выкупил компанию, выпускающую лодки, сделанные из умного металла. Типа твоего «Тайфуна». Лодка складывается в коробочку размера стандартного контейнера, идеально подходит для перевозки грузовиком. Нужно просто положить такой контейнер в воду, выбрать нужную форму и отойти подальше. Через пять минут у тебя готова лодка или готовая к погрузке баржа, или даже мост. И цена — ты ее никогда не сможешь перебить, маленькая леди: для тебя — бесплатно.

— И сколько эта штука весит? — рутинно вмешался Томми без единого признака улыбки, прерывая поток елейности. — У нас дороги размыты. И как их доставать с грузовика на воду? Или они умеют сами ходить?

— Нет, — встрепенулся Хэнк. — Лодки тяжелые. Мы, обычно, используем кран. Металл может быть умным, но никто, даже Святая Мария, не сможет сделать его легким.

Крис пыталась делать все возможное, чтобы подавить улыбку, наблюдая за этой битвой тестостерона.

— А у этих твоих грузовиков, тех, что на орбите, краны есть? — спросила она.

— Возможно, пара таких и найдется. Я проголодался. Пообедаешь со мной?

— Ради мобильных мостов, думаю, могу позволить себе такое. Но, предупреждаю, у нас сегодня только размороженная вырезка. Половина сотрудников сегодня ушла с конвоями.

— Я рассчитывал на что-то более уединенное, — возразил Хэнк. — В городе есть ресторан, где подают самые вкусные стейки.

— Вряд ли он работает, — Томми выглядел так, словно кто-то только что украл его плюшевого мишку.

— Мои источники говорят, что работает.

Крис же в этом сильно сомневалась. И еще у нее нашлась дюжина причин сказать «нет»: «Босс вряд ли позволит покинуть территорию миссии», «Стоит ли нам наслаждаться стейками, когда остальное население планеты голодает?»

— Звучит здорово, — сказала она. — Пойдешь с нами, Томми?

— Я лучше присмотрю за фортом, — сказал он. Крис ни разу, до этого момента, не видела веснушчатого лепрекона побежденным.

Взяв Хэнка под руку, Крис позволила тому увести себя к воротам базы, где их ждал роскошный вездеход с двумя симпатичными мужчинами, которые раньше могли служить в Космофлоте.

— Отец не разрешает мне никуда выходить без этих двоих оболтусов. А твои телохранители где?

— Космофлот не разрешает энсинам иметь телохранителей, даже если тебя вот-вот начнут убивать, — ответила Крис. — Дома мой шофер тоже из бывших военных, но я его всегда считала другом, чем кем-либо еще. В смысле, сложно думать о человеке, который болеет за тебя на футбольных матчах кем-то еще, кроме как другом.

— Ты играла в футбол! Должно быть, это было дико.

— Ты не играл?

— Нет. Отец думал, что находиться в бесконтрольной толпе с остальными детьми не здорово. Он настаивал, что это слишком рискованно. И потом, я был единственным ребенком, а ты нет.

Крис думала, что у нее было слишком защищенное детство, особенно после Эдди. Никогда не думала о Хонови, старшем брате, как о защитнике от чрезмерной родительской заботы. Обычно воспринимала его как боль и неудобство.

— Нет, я второй ребенок в семье, — сказала она, не позволяя себе вздрогнуть от мысли о третьем ребенке.

— Было бы неплохо иметь сестренку с веснушками, — лукаво посмотрел на нее Хэнк. Прежде, чем Крис ответила, они прибыли в пункт назначения.

Ресторан расположился на противоположной стороне улицы, по которой обычно ходила Крис. И никаких знаков, что он там есть, хотя Крис заметила одного вооруженного громилу на улице, а второго на крыше. Раз уж самой Крис понадобилась вооруженная охрана для защиты обычных столовых, что говорить о приличных местах, подобных этому, где делают еду совсем другого уровня.

Дверь открылась, не успел телохранитель Хэнка коснуться ее. За ней, в тени, придерживал дверь человек в дорогом костюме с галстуком. Он провел Крис и Хэнка в тихий уголок со столом, накрытым скатертью, на которой уже лежали серебряные столовые приборы и стояли хрустальные бокалы. Крис пришлось приложить некоторое усилие, чтобы заметить, где расположились усевшиеся за другими столиками охранники, чьи костюмы слились с мотивом ресторана — дерево, хрустальные светильники и толстые красные ковры. Еще три столика заняты, но удачно расположенные деревца в кадках не позволили разглядеть лица. Итак, полковник прав: на Олимпии не все голодают. Там, где вертятся большие деньги, находится и дорогая еда. Пришло время вместо новичка энсина проявиться дочери премьер-министра и наследнице многомиллиардного состояния Эрни Нуу.

Меню предлагало несколько вариантов стейка, а так же блюда из морепродуктов. Выглядело угрожающе, потому цен указано не было.

— Даже не знаю, что заказать, — быстро ознакомившись с меню, сказала Крис.

— Позволь, я это сделаю для тебя, — предложил Хэнк.

Крис не ценила людей, считающих, что чтение дорогих меню выходит за пределы понимания женщин.

— Я знаю, что там написано, Хэнк. Вот только полковник заставил нас всех сдать кредитки, — не совсем вранье. — Не уверена, что смогу оплатить чек.

— Мне говорили, на черном рынке начали появляться местные кредитные карты. Ваш полковник — мудрец, — кивнул Хэнк. — Только здесь плачу я.

Поскольку его капитал оценивается в сумму примерно с десятью нулями, Крис решила, что неплохо побаловать себя ухаживаниями молодого человека своего возраста. Для разнообразия. После вчерашних дел, почему бы не позволить этому парню поломать голову над выбором салатов?

— Итак, — начала Крис светскую беседу, — отец взял тебя в бизнес прямиком из колледжа?

— Не совсем. Папа не из тех, кто тратит время на бесполезную зубрежку учебников. Я начал заниматься бизнесом, когда мне стукнуло четырнадцать. Не поверишь, но мне пришлось провести целое лето в почтовом отделе. С тех пор я значительно продвинулся по карьерной лестнице, как считаешь? — спросил он, проиллюстрировав ладонью подъем по воображаемой карьерной лестнице.

— И в колледж не ходил?

— Ну, папа привозил профессоров с Земли и других разных мест, так что я одновременно и работал, и учился. Моим выпускным школьным проектом был запуск крупного фармацевтического завода. Я наблюдал за одним из лучших папиных людей, изучал все, что он знал, а потом описывал все это для папы и профессора Максвелла. Он то и был тем парнем. Профессор оценил работу на пять, а папа изучил документ по пунктам и показал мне на деле, что работа еле-еле дотягивает до четверки. Того профессора я больше никогда не видел.

Появился официант с бутылкой вина, этикетка на которой говорила, что и на Вардхейвене эта марка дорогое удовольствие. Хэнк мастерски прошел ритуал дегустации.

— Очень хорошо, — кивнул он после первого глотка и обратился к Крис: — Тебе понравится.

Крис подождала, пока наполнят вином бокал, после чего выполнила обязательный ритуал пробы, похвалила выбор и поставила бокал рядом со стаканом с водой, пообещав себе больше к нему не притрагиваться. После прошедшей ночи она не хотела второй раз пойти той же дорогой.

— Не похоже, что твоя жизнь полна света и радости, — сказала Крис, отбрасывая в сторону винную тему.

— Нет, — чуть задумавшись, сказал Хэнк и улыбнулся. — Разве ты не слышала, что единственная постоянная вещь в жизни — это перемены.

— Читала где-то, — слабо улыбнулась Крис. — Обычно я могла рассчитывать на несколько вещей: Харви постоянно находился рядом, отвозил меня на футбольные матчи, болел за меня. Его жена на кухне всегда готова была угостить чем-нибудь вкусным. И вокруг всегда были тети и дяди, некоторые даже и вправду близкие родственники. У тебя не было семьи?

— Дядя Стивен погиб в автомобильной гонке, когда я был еще ребенком. У тети Евы одна из ее любовных интрижек закончилась весьма плачевно, и она улетела в какой-то отдаленный мир. К слову, в багажнике моей машины находится целый пункт скорой медицинской помощи. Конечно, у водителя нет сертификата для операций на головном мозге, но он с удовольствием возьмется за дело.

Крис поставила на стол локти и подперла обеими ладонями голову, поморгала.

— Слушаю тебя, и мое детство кажется довольно-таки восхитительным.

— О, только не надо. Ни у кого не бывает хорошего детства. Так пишут во всех книгах.

Обед пошел в нужном русле, каждый пытался улучшить настроение собеседника, когда тот рассказывал о трудностях своего детства. Это была игра, в которую Крис никогда не играла: сложно увидеть в глазах слушателя интерес, когда даже самый близкий тебе человек завидует. В университете Крис быстро поняла, что даже друзья и подруги не верили, что у Лонгнайф может когда-либо появиться причина жаловаться.

Обед прошел на удивление быстро и, когда Крис, извинившись, убежала в комнату для маленьких девочек, она поразилась, обнаружив, что прошло целых два часа. Сполоснув ладони, уставилась на себя в зеркало. Нос меньше не стал, а то, что погода сделала с ее кожей, заставило бы маму быстро отправить ее на ближайший курорт. Коротко постриженные волосы выглядят чуть лучше, чем у некоторых чучел. Тем не менее, Хэнк явно к ней тепло относился. Он оказался одним из тех немногих людей, кто не стал бы водиться с ней ради денег, если, конечно, можно верить финансовым отчетам тетушки Тру. Конечно, тетушка Тру убеждена, что он или, по крайней мере, кто-то из его семьи, хочет ее смерти.

Вытерев руки, Крис выбросила использованный бумажный полотенец в корзину, посмотрела на лосьоны, спреи и другие предметы первой необходимости, стоящие рядом с умывальником и, отказавшись от переделывания энсина в некую гламурную девочку, вернулась к столу. Хэнк как раз что-то говорил в комлинк, вделанный в манжет пиджака.

— Выгружай три следующих как можно быстрее, — сказал он, а потом поднялся и подвинул стул для Крис, помогая присесть. — Если у тебя найдется время для десерта, думаю, найдешь очень хорошие подарки, что будут ждать тебя в порту.

— Что посоветуешь?

Официант подкатил поднос на колесиках, заваленный шоколадом, фруктами и выпечкой, способный порадовать душу так же, как и рот. Запах подсказал, что это не какие-то пластиковые стаканчики, а настоящие вкусняшки. Тут, как сказала бы жена Харви, ее за бок укусил бес.

— Спасибо. Припаркуйте поднос у столика и приходите через час, заберете остатки, — улыбнулась она.

— Ты слышал леди, — сказал Хэнк, делая отмашку молодому человеку.

— Нет, нет, нет, — сказала Крис. — Я пошутила. И так уже слишком много в себя напихала, работой будет лень заниматься. У вас есть шербет?

— Малиновый, клубничный или цитрусовая смесь? — ответил официант.

— Цитрусовый, — сказала Крис.

— Мне то же самое, — подвел итог Хэнк, с тоской провожая тележку, когда официант увез ее от стола.

— Отказ от десерта не означает, что нужно отказывать в удовольствии своему растущему организму, — заметила Крис.

— Дисциплина. Как говорит папа: «Следи за собой, соблюдай дисциплину, потому что больше никто за тебя этого не сделает», — процитировал Хэнк. — Подозреваю, ты уже знаешь, что восставая против успешных родителей, стоит быть избирательным. Не все, чему нас учили, чушь.

— Ах, да, — искренне встрепенулась Крис, — правда, отделение навоза от пони иногда становится проблемой на всю оставшуюся жизнь.

— Поэтому ты ушла в Космофлот?

— А ты из-за этого на Олимпию прилетел?

— Я здесь, чтобы лично посмотреть, что нужно делать.

— Да, но почему ты вообще этим занимаешься? Твой отец вряд ли слишком счастлив факту, что ты заглянул в эту дыру в обход своему начинанию, — сказала Крис, переводя разговор от общего к специфическому вопросу: «Зачем ты здесь?», что заставило бы тетушку Тру ей гордиться.

— Да, только прямой путь даст папе слишком много удовольствия. А я должен получить хотя бы немного того, чего хочу.

— И зачем тебе «чего хочу»?

— Ох, слишком много личного для первого свидания, тебе не кажется?

Возможно, но опять же, хорошо бы узнать, что на самом деле творится за этой танцующей улыбкой и этим прищуренным взглядом. Но, прежде чем она придумала следующий вопрос, заработал комлинк.

— Энсин Лонгнайф, — резко сказала она.

— Склад обстреляли ракетами, — доложил Томми.

Внутренности Крис ушли в режим свободного падения, а прекрасно прожаренный стейк потребовал пересмотра права попасть в желудок.

— Потери?

— Пока не знаю.

— Сейчас буду, — сказал Крис, резко вскочила, чуть было не сбив официанта, несущего шербет. Хэнк тоже вскочил, быстро расплатился. Крис с трудом сглотнула, увидев сумму на чеке. Телохранители кивком уведомили, что путь до автомобиля свободен. Дождь почти прекратился, но на улице никого не видно, даже в окна никто не выглядывает.

Местные научились прятаться, когда вдруг, посреди бела дня, происходит большой бабах.

Спустя пять минут Крис уже входила на территорию складского комплекса. В южной стене сторожевой башни образовалась зияющая дыра, а из кабинета самой Крис выходили клубы дыма.

— Мне придется оставить тебя, — сказал Хэнк. — Отец столько приказов телохранителям надавал, что сам не знаю, когда эти двое запрут меня под замок.

— Знаю, о чем ты. Ты ведь не мог знать, что это осиное гнездо вдруг расшевелится и прервет обеденное свидание.

— Посмотри на груз следующих трех кораблей. Я реально хотел быть здесь, когда ты увидишь, что там. А там те самые грузовики и лодки, о которых я тебе говорил.

— Хотел увидеть, как я выгляжу, когда взволнована и, возможно, украсть поцелуй?

— Такая мысль приходила мне в голову.

Крис быстро чмокнула Хэнка в щеку.

— Вот теперь ты знаешь, каково это, иметь сестренку. А сейчас мне нужно бежать. Увидимся как-нибудь.

Он засмеялся, наверное, от того, что оказался немного удивлен поцелуем.

— Да, я обязательно тебя еще увижу.

А потом ушел.

Крис не оглянулась: пришло время снова становиться энсином Космофлота. Где жертвы? Где нападающие? Насколько безопасно сейчас это место? Она активировала комлинк.

— Энсин Лонгнайф на складе. Какие-нибудь данные о жертвах есть?

— На втором складе трое раненых.

Как раз там и расположился офис Крис.

— Все на месте, — отозвался Томми. — Никого не убили, так что нам повезло.

Приятно слышать. Крис задержалась среди раненых. Эстер Садик накладывала повязку на руку одного из гражданских. Рядом лежал Спенс в порванной и окровавленной форме. Его осматривал медик.

— Ой, поосторожнее, — воскликнул Спенс, когда медик отодрал часть рубашки от кожи.

— Если жалуешься, значит, не все так плохо, — заметил медик.

— Все достаточно плохо. В отцовском офисе таких дней ни разу не было.

— Наверное, потому что он никогда не бесил плохих парней, как мы вчера, — предположила Крис.

— Нет, папа постоянно общался с плохими парнями, не такими, с какими мы имеем дело, более респектабельными, но такими же мерзкими. Рад вас снова видеть, энсин.

— Извини, что пропустила все веселье, — сказала Крис, мысленно делая себе пинок за двухчасовой обед.

— Нет, мэм. Нужно радоваться, что пропустили. Думаете, я так плохо выгляжу просто так? Ракета попала прямиком в ваш стол. Теперь вам придется все время гулять по двору под дождем.

— Думаю, так и поступлю, — кивнула Крис и обратилась к медику: — С ним все будет в порядке?

— Если перестанет жаловаться, обязательно, иначе мне придется перерезать ему горло, чтобы заткнуть, — ответил медик.

— Как ты смотришь на то, если я тебе расскажу несколько забавных бухгалтерских историй? — предложил Спенс.

— И куда только затерялся этот проклятый нож, когда он так нужен?

Поскольку тут все было под контролем, насколько это возможно, Крис отправилась к своему кабинету. Вместе с ней пошла и Эстер.

— Не знала, что у вашего народа есть ракеты, — сказала Крис.

— В правительственном арсенале хранились запасы. Они не считались чьей-то собственностью.

— Что с арсеналом?

— Сгорел примерно через месяц после того, как начался этот бесконечный дождь.

— Могу угадать, что большого взрыва в арсенале при этом не было.

— Пожар был на удивление небольшим.

— Ракеты с тех пор использовали?

— Нет.

— Поучается, в руках бандитов еще что-то осталось.

— Получается, что так. Обратили внимание на то, как все было проделано? Выпустили только две ракеты. Одна попала в ваш кабинет, другая в сторожевую башню. Ни одна не попала в склады с продуктами.

— Избирательная стрельба. И очень точная, — сделала вывод Крис.

— Именно.

У офиса Томми наблюдал, как команда пожарников тушит небольшой огонь, вызванный взрывом ракеты. Как и говорил Спенс, от стола ничего не осталось. А еще в кабинете появилось новое окно. Если бы в момент атаки Крис была здесь, от нее не осталось бы ничего. Ну, тетушка Тру, причиной, по которой меня здесь не было, оказался Хэнк Петервальд. Этот факт тебе что-нибудь докажет?

Крис доказал.

— Какие-нибудь проблемы в главном комплексе? — спросила она у Томми.

— Ни писка. Коммандер Овинг все еще спит после обеда из пяти мартини.

Крис посмотрела на пожарников, в основном, местных. Увидев ее, от команды пожарных отошел Джеб.

— Большинство наших состоят добровольцами в пожарной части, — сказал он. — Мы знаем, что делать.

— Знаете, кто это сделал?

— Такие же догадки, как и у вас, мэм.

— Спасибо, что проводили, — сказала Крис Эстер. — Если кто-то из ваших людей решит, что склад становится опасным местом, я посмотрю, куда еще можно их пристроить.

— Джеб, — Эстер сразу же обратилась к главному пожарнику, — кто-нибудь из твоих парней хочет сказать что-то подобное?

— Поспрашиваю, но если кто-то захочет уйти, уйдут молча. Большинству же понравилось, что и как вы делаете, — Джеб посмотрел на огонь. — Очевидно, не всем.

— Меня могли убить, — заметила Крис.

— Знаю, мэм. Если что-то узнаю, сообщу вам имена. Но сейчас я ничего не знаю, поэтому ничего не могу поделать.

— Пока достаточно и того, что есть, — сказала Крис. — Сегодня я жду несколько шаттлов. На борту грузовики и прочая тяжелая техника. Знаете водителей, кому можно доверять?

— Отправлю мальчишку в город за парочкой, — кивнул Джеб.

Вот так Крис провела остаток дня, словно для нее обычное дело, когда взрываются рабочие места, портя обеденный перерыв.

Как и обещал Хэнк, два следующих шаттла выгрузили тридцать больших вездеходов, третий же предоставил автокран и полдюжины ящиков, инструкции которых обещали, что они трансформируются в несколько форм, способных держаться на воде. Крис передала Хэнку огромную благодарность. Он, кажется, был в восторге от ее радости, но не предложил присоединиться к нему и поделиться радостью поближе. У его корабля изменилось расписание: папа прервал миссию Хэнка. Появились какие-то проблемы у его первого самостоятельного проекта.

Вечером того же дня полковник Хэнкок, выпрыгнув из кабины прибывшего первого грузовика конвоя, не успел тот въехать на территорию склада, тихо присвистнул.

— Женщина, ты везде себе веселье находишь?

— Извините за беспорядок, сэр.

— Пострадавшие?

— Трое раненых. Один военный, Спэнс. Мой кабинет взорван. Мешки с песком в сторожевой башне, кажется, немного уменьшили ущерб. Местный инженер клянется, что структурных повреждений нет.

— Так ты хочешь уже сегодня поставить там охрану?

— Да, сэр. Я сама буду дежурить с парой пехотинцев.

— Вот пехотинцы дежурить и будут, а ты нет.

— Сэр.

— Хватит уже называть меня сэром, девушка. Возможно, ты забыла, но я пока помню: ты — одна из тех самых Лонгнайф, и я не хочу, чтобы меня вызывали на ковер, объяснять ся перед премьер-министром, каким образом я тебя убил.

— Вы ведь меня не убиваете, сэр.

— Я лично нет, но если тебя убьют, это ляжет на мою совесть. Если ты не заметила, в Космофлоте всякая гадость, что происходит в твое дежурство, ложится на твою совесть. Я знаю, что это такое, энсин. Так как ты провела время с этим, как его там?

— Мистер Петервальд был достаточно любезен и предоставил нам тридцать грузовиков и шесть механизмов, трансформирующихся либо в лодки, либо в мосты. Он так же пригласил меня на двухчасовой обед, что объясняет факт, почему меня не было на рабочем месте, когда оно взорвалось.

— Слава богам за небольшие одолжения. Так ты с ним поладила?

— Кажется, лучше, чем с некоторыми из местных.

— Энсин, скоро ты обнаружишь, что редко бывают такие дни, когда все вокруг тебя счастливы. Сегодня один из таких дней, советую им насладиться.

— Если у меня появится такой день, — улыбнулась Крис, — я воспользуюсь вашим советом.

Пока Крис осматривала прибывшую колонну, полковник Хэнкок составил ей компанию. Он также взглянул на новые грузовики. Механики уже проверили их и объявили, что для местных условий они подходят. Крис удвоила ночную смену, так что для завтрашней поездки грузовики успеют загрузить. Увидев трансформирующиеся лодки, полковник нахмурился.

— Ненавижу признавать, но меня смущает такое богатство. Пока сюда доберутся горцы, у меня больше грузовиков, чем солдат для сопровождения.

— Горцы должны прибыть завтра, так ведь? Я уже договорилась на счет автобусов, — сказала Крис.

— Незадолго до того, как утром отправиться с колонной, я получил известие, что у их транспортника взорвались два двигателя, так что теперь они еле волочатся на половине мощности, пробираясь по системе. Так что ждем их только через два, а то и через три дня.

— Получается, у нас есть продукты и транспорт, но нет людей, чтобы возить продукты туда, где они нужны, — Крис не нравилась такая постановка вопроса. На фермах находится очень много голодных детей.

— Энсин, местную неправительственную организацию финансируешь ты?

— Я не говорила о финансировании, сэр.

— Нет, тебе удалось умолчать эту информацию, когда ты информировала своего непосредственного начальника. Или думаешь, что я не могу искать в компьютерной системе так же хорошо, как и ты?

— Нет, сэр, в смысле, да, сэр. В смысле… вы ведь понимаете, о чем я, сэр.

— Наверное, да. Когда-то я был незначительным таким младшим лейтенантом. К счастью, мне тогда удалось избежать обвинения в мятеже, как удалось и тебе. Так вот, получится найти дюжину гражданских, способных удержать в узде боевиков твоей неправительственной организации и при этом выполнять приказы таких офицеров, как Овинг и Пирсон?

— Эстер и Джеб — довольно уравновешенные люди. Еще я встречалась со священником, проповедником, парой торговцев и они, думаю, пользуются уважением местных жителей и смогут поладить с любым порядочным представителем Космофлота.

— Я не говорил «порядочным», я сказал «Овинг и Пирсон».

— Возможно, для них подойдут сами Этер и Джеб.

— Тогда завтра база будет в полном твоем распоряжении, а все мои офицеры отправятся с конвоями.

Крис быстро пообщалась с Эстер и получила список людей, кто мог бы возглавить группу стрелков и при этом поладить с координаторами от Космофлота. Джеб отказался: он оказался квакером и ни разу в жизни не брался за оружие. Крис же не хотелось отправлять его в дорогу без оружия. Вместо этого он вызвался работать на складе всю ночь, подготавливая грузовики к поездке. Сделав дело, Крис пошла на базу. Вместе с ней отправилась Эстер и еще две женщины с оружием в руках.

— Я могу о себе сама позаботиться, — сказала Крис пожилой женщине.

— Знаю. Мы просто наслаждаемся прогулкой на свежем воздухе.

— Эстер, дождь не прекращается целый день.

— Знаю. Может, мы уже привыкла к такой погоде.

После еще нескольких попыток Крис отговорить Эстер от прогулки и веселых до нелепости ответов пожилой женщины, они оставили Крис у ворот базы. Крис отправилась в столовую и как раз успела дожевать яичницу, только-только со сковородки, как появился полковник с чашкой кофе. Он присел напротив.

— Я распорядился перенести твои вещи в другую комнату.

— Сэр, вам не кажется, что все и так уже далеко зашло?

— Во всем виноват твой друг Лиен. Он хочет разместить горцев одним блоком, чтобы сержанты могли уберечь их от неприятностей. Он заставил Милли перенести все твои вещи в другую комнату.

— Я думала, горцы задерживаются.

— Задерживаются, но этому энсину про задержку никто ничего не говорил.

Или он был в хитром сговоре с полковником.

— Значит, моя старая комната этой ночью будет пустовать?

— Как и соседние. Мы убедились, чтобы уборщики узнали, что ты переезжаешь, только никто из них не знает, куда именно.

Крис не решилась спорить, хотя бы потому, что на другой стороне траектории ракет предназначенных для нее, не будет кого-нибудь еще.

Томми ждал ее у регистрационной стойки.

— Полковник рассказал, что ты сделал, — сказала Крис. — Спасибо.

— Я ничего не сделал, — не моргнув глазом, соврал Томми и улыбнулся. — Вот твой ключ. Комната на втором этаже. Достаточно высоко, чтобы туда было легко забраться и достаточно низко для четкой линии полета из любой точки в городе.

Так что, несмотря ни на что, Крис выспалась.

Глава 15

Рано утром, завтракая в номере, Крис почувствовала себя незарегистрированным избирателем в день выборов. Упакованные в коробки завтраки были разосланы всем по номерам, даже тем, кому не нужно выходить на улицу, чтобы добраться до столовой. Таких, как обнаружила Крис, оказалось меньше дюжины, учитывая Спенса и тех троих новобранцев из первой поездки по фермам, все еще валяющихся на госпитальных койках. Полковник закрыл штаб на целый день.

Крис поспешила на склад с намерением устранить последние проблемы и попрощаться со всеми, с кем успела познакомиться на этой планете, а их осталось не так много. Даже Кортни уехала с одной из колонн, так что о завтраке, обеде и ужине вместе с местными поварами, заботился Томми.

Во дворе пусто, Крис поздоровалась с Джебом. Бригадир заверил, что вместе с бригадой местных разгружает десантные корабли, доставляет грузы на склад и завтра снова будет что везти на фермы. Крис посмотрела на самый ужасный дождь, что видела с момента, как попала на Олимпию, после чего сказала бригадиру, чтобы тот поберег свою команду.

— Для этого у меня есть команда стрелков, — ответил тот.

Сам Джеб, может, и квакер, но вовсе не против того, чтобы вооруженные мужчины и женщины охраняли склад по периметру.

Когда Крис отправилась в штаб, обнаружила за собой хвост: те самые женщины, что были с Эстер прошлым вечером. За ней в ворота, охраняемые одиноким космическим пехотинцем, они не последовали, но влились в кучку из полудюжины вооруженных гражданских, патрулировавших периметр штаба.

Крис посетила медицинский отсек, там док с санитаром уже вполне справлялись с раненными. Потом, когда бродила по коридорам штаб-квартиры, слышала лишь эхо собственных шагов — тут вообще никого не было. В конце одного из коридоров ее привлек шум статических помех. Секцию радиосвязи тоже отправили сопровождать продовольственные конвои, но аппаратура продолжала контролировать частоты. Один аппарат ловил основную частоту, и Крис услышала радиопереговоры конвоев, от чего почувствовала себя еще больше одинокой. Дала команду Нелли выключить аппарат, но чтобы тот реагировал на слова-триггеры, вроде «тревога», «огонь», «засада».

Второй аппарат контролировал гражданские радиоканалы. Легким движением Крис отправила его сканировать сеть. Полоса поиска стала подниматься, наткнулась на ряд статических помех и зависла. Крис снова нажала кнопку сканирования каналов, и аппарат провел более долгий поиск, прежде чем наткнулся на следующую группу статики. Крис уселась за дежурный столик, закинула на него ноги и начала нажимать на кнопку сканирования каждый раз, как радиоприемник зависал. Прошло несколько минут прежде, чем она поняла, что приемник постоянно зависает на одной и той же частоте. Убрала ноги со стола, еще раз нажала кнопку «сканировать» и стала наблюдать, как указатель поднимается по полосе частот, достигает верха, потом появляется внизу и снова начинает карабкаться наверх. Ближе к середине шкалы завис.

Крис снова нажала кнопку «сканировать» и получила ровно тот же результат.

— Хочешь, я изолирую сигнал от остального шума? — спросила Нелли.

— Там есть какой-то сигнал?

— Да.

— Сделай.

Динамики замолчали, а потом прозвучал громкий звук статического электричества.

— Извини, — сказала Нелли и отключила звук. Потом звук статики вернулся, но на этот раз гораздо тише. Крис показалось, что среди потрескивания она услышала что-то вроде: «грипп», «наводнение», «голодают». Опять же, наводнения и голод на Олимпии вполне себе ожидаемы. Наконец, Нелли подобрала правильный алгоритм и Крис услышала слабое, но чистое:

— Вы должны нам помочь. Мы ничего раньше не просили, но сейчас мы на пределе. Кто-нибудь нас слышит?

Крис схватила радио-микрофон:

— Это энсин Лонгнайф. Вас слышно слабо, но чисто, — крикнула она. — Повторите сообщение.

Она нажала кнопку приема и стала ждать. Но в ответ услышала статику. Только статику.

— Нелли, — потребовала Крис.

— Сигнал пропал.

Крис откинулась на спинку стула и медленно сосчитала до десяти. Когда закончила, передумала и стала считать до ста. Получается, если заговорить, входящее сообщение пропадает вообще. Когда Крис уже отчаялась услышать снова ту самую передачу, радио ожило.

— Батареи почти разряжены, но я буду повторять снова и снова, пока могу. Это ранчо Андерсона на северной развилке Южного Вилли. У нас вспышка лихорадки Грирсона. Уже двое умерло. У дюжины похожие симптомы. Мы сожгли тела, чтобы не занести заразу в подземные воды. Мы больны, голодны, и, к тому же, из берегов вышла река. Вода поднимается к нам. Мы не можем подняться по стене каньона. Если знаете, что это такое, лучше помогите нам, потому что если мы здесь умрем от лихорадки, вода заберет наши тела и зараза распространится по всей Олимпии.

— Нелли, что такое лихорадка Грирсона?

— Имеет симптомы гриппа, пребывает в теле, как брюшной тиф, не причиняя носителю дискомфорта, пока сопротивление не падает ниже определенного уровня. Пятьдесят процентов смертности среди взрослых, не получивших лечения, у пожилых и детей смертность выше. Лихорадка Грирсона впервые обнаружена…

— Достаточно. На нашем складе от нее есть вакцина?

— Да. Примерно тысяча единиц.

Крис зажмурила глаза. Тысяча единиц всего лишь капля в море только для Порт-Афины.

— Нелли, покажи, где находится ранчо Андерсона.

Северная развилка южной реки означает, что место должно быть где-то высоко в горах. Так и оказалось, но не только.

— Обнови информацию по реке. Нужна самая свежая.

На севере река вышла из берегов и подбиралась к стенам каньона.

— Фотографии уже неделя. Потом только непрерывный облачный покров, — сказала Нелли.

Там тоже без передыха порет дождь. Если на той неделе было так хреново, сейчас наверняка намного хуже.

Крис вскочила на ноги. У двери вспомнила, что должна связаться с полковником. Но тот отправился на юг, а проблема на севере. Она вытащила два пустых листа из пачки рядом с рацией, нацарапала короткую записку, в которой рассказала, куда отправляется и почему. Одну оставила на столе у рации, другую — на столе полковника, а потом помчалась в госпиталь.

— У нас вспышка лихорадки Грирсона примерно в сорока милях вверх по реке. Это место вот-вот затопит, — выпалила она.

Док, положив ноги на стол, читал медицинский журнал.

— Дерьмово, — сказал он и сбросил ноги на пол. — Это ж раз в десять хуже, нежели брюшной тиф в прошлом месяце. Вспышки Грирсона здесь уже лет тридцать как не было.

— Ну, теперь есть. Кто пойдет со мной? — спросила Крис.

— Хендриксон все еще кровоточит, — сказал санитар. — Думаю, пойду я, — и начал собирать сумку.

— Раз там Грирсон, Дэнни, значит, будут и всевозможные побочные заболевания, — вздохнул доктор и начал помогать санитару собирать сумку.

— Встретимся на пристани у склада. Я заберу вакцину, — сказала Крис и пошла к выходу. — Сколько людей проживает в долине? — вопрос она задала уже Нелли.

— Двести тридцать семь.

— Возьмем двести пятьдесят доз. Пусть кто-нибудь на складе отыщет ее.

— Я знаю, где она лежит. Дам задание Джебу.

— Энсин Лиен, — сказала Крис в рацию, — чем занимаешься?

— По шею увяз в хламе старых грузовиков, — откликнулся Томми.

— Встретимся у складских ворот. У нас проблема.

— И лучше, если со мной будет винтовка? — вздохнул тот.

Выбежав за ворота, Крис нисколько не обратила внимания на вооруженный эскорт, а те помчались вслед за ней, когда Крис была уже в паре десятков шагов. Джеб встретил ее на электрической тележке, где на грузовой платформе были поставлены три небольших коробки.

— Здесь триста единиц, но, если я правильно прочитал, срок действия вакцины истек в прошлом месяце.

Крис запрыгнула на тележку.

— К причалу, — приказала она, после чего вызвала по коммуникатору госпиталь. — Док, срок годности вакцины против лихорадки Грирсона истек в прошлом месяце. Мы его еще можем использовать?

— Черт! — последовала пауза. — Может сработать. Может, если использовать чуть больше, чем следует. Черт, даже не верю, что говорю такое.

— У меня триста доз на двести пятьдесят человек. Может, получится сделать новую?

— Если в вакцину попадет вода, мы не сможем произвести достаточное количество.

— Поняла, док, нужно держать вакцину подальше от воды, — оставалось надеяться, что большая вода пока что держится подальше от ранчо.

Грузовик с краном уже выгрузил две новых, еще не распакованных, лодки. Крис подошла к той, что была ближе к воде, нажала кнопку пробуждения. На крошечном экране появилась инструкция. Прочитав информацию, занявшую несколько окошек, Крис нажала кнопку с цифрой шесть на пульте управления. Как и было обещано, получилась речная моторизированная плоскодонка. Десять метров в длину, два в ширину, с высоким носом, плоским дном и пультом управления посреди лодки по одну сторону миделя и штурвалом на другой. Крис изучила, что у нее получилось, и решила, что результат выглядит хорошо. Джеб отвлек дюжину мужчин, укладывающих мешки с песком вдоль волнолома у поднимающегося залива, чтобы те столкнули лодку на воду, плещущуюся всего в нескольких сантиметрах ниже края бетонного пирса. Потом разделил бригаду на две группы, половина отправилась продолжать таскать мешки с песком, вторая ушла на склад за припасами.

— Кто пойдет? — спросил Джеб.

— Я, санитар вот-вот подойдет, и Томми. Мне нужны люди. Люди, знающие реку.

— Эстер сказала, что ты не должна покидать город.

— Не должна уезжать на грузовиках. Здесь другое.

— Ребячишься, как подросток. Продолжай в том же духе, и тебя прикончат.

— Многие пытаются. Пока никому не удалось.

— Значит, ты испытываешь удачу.

— Загружай лодку, дедуля.

— Лодку-то загружу. Мик, ты тут недавно скулил, что без дела слоняешься по городу. Тащи свои веснушки в «Андреа Дориа», передай Адди, что нам нужен Хосе. Леди хочет прокатиться по реке и ей нужен лучший речной проводник, что у нас есть.

— Понял, — сказал молодой человек лет восемнадцати и тут же рванул выполнять поручение.

— Пошлю с вами Олафа, он огромный, как медведь. Поскольку вы отправляетесь в страну каньонов, вам может понадобится немного полазить по скалам, прежде, чем закончите с миссией. Набиль, Акуба, вы мне тут нужны.

Двое высоких худых мужчин один темнокожий, другой еще темнее, подбежали к ним.

Тут подошли Томми с санитаром. Томми огляделся вокруг, словно ожидал увидеть сквозь дождь дым от пожара.

— Что случилось? — спросил он у Крис и та быстро объяснила. Для пущей убедительности, санитар тут же сделал всем уколы вакцины. Когда Крис закончила, Томми заявил: — Крис, ты должна остаться здесь.

— Я уже ей это говорил, — вздохнул Джеб. — Девочка не хочет ничего слышать, так что побереги дыхание, — Джеб изучающее посмотрел на лодку: та, по мере того, как ее загружали медикаментами и припасами, успела растянуться сантиметров на десять. — Скажу кое-что Хосе о вашем грузе. Груз важный, а река не такая спокойная, как раньше. Когда-нибудь были на воде?

— У родителей есть лодка. Я плавала по озеру на Вардхейвене.

— Тут ничего подобного не будет.

— Я на это и не рассчитываю.

Пришел Мик, а следом за ним, на хвосте, Хосе. Мужчина с коричневой кожей лет тридцати, посмотрел на лодку, запрыгнул на борт, немного поизучал ее изнутри, после чего приказал:

— Привязывайте все. Сучья речка и без того доставит нам хлопот, так что лишних проблем, больше того, что она даст, мне не нужно. Мик, тащи весла и палки.

Веснушчатый паренек тут же снова рванул с места.

Кто-то принес много веревки, грузчики стали привязывать груз, не экономя. Хосе посмотрел на три маленьких плоских ящика с вакциной.

— Из-за этого мы собираемся делать такую большую глупость?

— Да, — сказала Крис. — Вы должны понять, что произойдет, если мы не доставим вакцину на место.

— Люди умрут, а когда их заберет река, умрем все мы. Думаешь, будь причина другой, я бы пошел на такую глупость? Джеб, тащи сюда спасательные жилеты. И еще три рюкзака. Флотские потащат лекарство.

Перспектива превратиться во вьючное животное Крис не понравилась. Она открыла рот, но Хосе прервал ее прежде, чем Крис успела произнести хоть слово.

— Послушай, женщина, на этой лодке капитан я. Если бы я оказался там, — он указал на серое небо, — и хотел остаться в живых в этом твоем космосе, я, наверняка, слушался бы тебя. Может быть, если бы ты говорила так, словно знаешь, что делаешь. Здесь, внизу, Хосе знает о реке все, что нужно. Если хочешь донести до тех людей вот это, ты должна слушать, что говорит Хосе. Будешь делать то, что он тебе говорит, может быть даже выживешь.

Речной человек хмуро посмотрел на бухту.

— Бухта плохая, с корягами, пнями, водоворотами. Запросто опрокинут, завертят. Река намного хуже. Но, думаю, Хосе, возможно, приведет тебя на место.

— Возможно, — повторила Крис.

— С Хосе «возможно» много лучше, чем стать мертвой, каковой ты обязательно станешь без меня, девочка.

— Делай, как он говорит, космонавт. Или я своих людей туда не пошлю, — добавил Джеб.

— Я и не спорю. Думаешь, если мы понесем лекарство на себе, что-то изменится к лучшему? — спросила Крис у Джеба.

— Если упадешь в воду, сразу не утонешь, а парни сделают все возможное, чтобы вытащить тебя. Если в воду попадет только коробка, она сразу пойдет ко дну. Думаю, мы можем что-нибудь сделать и с этой ситуацией, но, похоже, Хосе уже сделал.

— Похоже на то, — кивнула Крис.

Десять минут спустя, когда все было загружено и закреплено, они отошли от причала.

— Попробуем вернуться до того, как появится полковник, — крикнула Крис Джебу, — но если не получится, скажите ему, где я.

— Почему бы не использовать ту штуку на запястье, чтобы самой ему сказать?

— У него сегодня есть своя работа. Зачем его отвлекать?

— Ну, конечно. Что еще ждать от Лонгнайф?

Крис махнула рукой и принялась вычерпывать из лодки воду. Пока лодку загружали и разворачивалась, дождь налил больше сантиметра воды. Все кто не был занят ничем, выбрасывали ее за борт.

— Помнишь об удаче маленьких людей, о которых мы как-то говорили? — сказал Томми, как только спрыгнул на лодку. — Так вот, я только что видел, как они машут нам с пирса. Даже их удачи не хватит на эту проклятую реку.

— Томми, нам нужно доставить вот это, — Крис большим пальцем показала на рюкзак за спиной, — вверх по реке.

— Кому-то нужно доставить это вверх по реке. Никто ведь пока не умер, оставив всю работу на тебя одну. Я уже думаю, что Лонгнайф в учебниках так много потому, что они не представляют, как работу можно поручить кому-то еще.

У Крис слов для ответа на тираду Томми не нашлось.

Хосе быстро разогнал лодку до полной скорости, около двенадцати узлов. Она хорошо справлялась с волнами в бухте, превращая каждую в облако брызг, большая часть которых падала обратно в реку и только немного в лодку. Все шло хорошо, пока лодка с глухим ударом и внезапным падением скорости не столкнулась с первым препятствием, хотя двигатель работал на полную.

— Черт возьми, — проворчал Хосе, разворачивая лодку и пытаясь завести мотор. По левому борту в нескольких сантиметрах вращалось бревно диаметром в четверть метра с торчащими в разные стороны остатками отрубленных ветвей. Хосе достал из кармана рубашки что-то вроде стилуса, вытянул его на метр, дождался, пока бревно немного успокоится и воткнул иглу в бревно. На верхнем конце замигала красная лампочка. Через мгновение Хосе достал рацию.

— Адди, у меня тут топляк по ходу движения. Я его пометил. Будет лучше, если ты его заберешь прямо сейчас.

— Заметила маяк, — раздался женский голос. — Уже идем. У тебя проблемы?

— Возможно. Думаю, шанс мы упустили. Может понадобиться буксир.

Вернуться Крис была не готова. Отбросив ковшик, которым вычерпывала воду, она пробралась к штурвалу.

— Думаешь, сможешь что-то сделать? — спросил Хосе и на его лице отразилась смесь вызова и растерянности.

— Может и смогу, — сказала Крис и нажала на несколько кнопок на клавиатуре рядом со штурвалом. Ожил небольшой экран. — На «Тайфуне» моя работа заключалась в контроле возможностей жидкого металла в бою. Тут должен найтись способ саморемонта.

— Думаешь, получится?

— Не попробую, не узнаю.

Экран оказался совсем крохотным, а клавиатура только цифровой. Крис начала просматривать информацию в сложной серии дополнительно открывающихся окошек информации, все глубже и глубже погружаясь в ветвистую систему инструкций. Совсем не помогало то, что информация была написана кем-то, для кого английский был весьма не родным языком.

— Ты ведь не собираешься скинуть всех нас в воду? — спросил Томми. Крис восприняла его вопрос серьезно, особенно после того, как закивали длинный Набиль и большой Олаф.

— Постараюсь, но, на всякий случай, наденьте спасательные жилеты. Никогда не знаешь, что может сделать космонавт в глубокой воде.

— Иногда бывает забавно, — Томми ничуть не смеялся и заметил: — Когда она ошибается в космосе, мы все начинаем дышать вакуумом.

Олаф покрепче подтянул спасательный жилет, а Набиль печально посмотрел на окружавшую их воду. Крис нашла нечто похожее на ремонт двигателя, выбрала из списка лодку, водяной винт, который она приняла за опору и ткнула на кнопку «Ремонт».

— И что, все отремонтировалось? — спросил Хосе.

— Попробуй, — совсем неуверенно ответила Крис.

Хосе завел двигатель, поддал газу, и лодка тронулась с места.

— Хорошо пошла, — сказал он. — Да! Как думаешь, вмятину с носа сможешь убрать? — и кивнул на вмятину в металле.

— Попробую… когда окажемся на суше, — кивнула Крис. Ответ вызвал смех у капитана и команды.

Хосе повел лодку на полной скорости, выставив на носу двух человек с шестами, а остальным приказал продолжать вычерпывать воду. В сторону Крис только кивнул, разрешив остаться у пульта управления.

— У вас есть карта залива? — спросила Крис, вытащила планшет и вывела на экран последнюю фотографию растянувшейся вширь бухты, после чего наложила на нее карту того же места до катастрофы. — Так поможет?

— Ага. Там болото с тремя реками, впадающими в него и дюжиной выходов. Сейчас все это одно большое безобразие. Если не знать, запросто заблудишься.

Крис нажала кнопку «Глобальное позиционирование», на экране появился знак «плюс».

— А-а, у тебя еще сохранилась эта штука. Мне свой пришлось заложить.

— Должно сработать, — сказала Крис и, отдав Хосе планшет, вернулась вычерпывать воду. Когда выйдут на реку, спрашивать не пришлось. Даже когда Хосе увеличил мощность двигателя на полную и скорость существенно упала. Отмечая берег, по обе стороны из воды торчали деревья. Даже когда безумство прекратится и суша высохнет, понадобится много времени, сил и средств на восстановление.

В какой-то момент, устав, Крис привстала, выпрямляя спину, и обратилась к Хосе:

— Разве не лучше плыть по центру реки?

— Нет, если нет желания добраться до фермы на следующей неделе. Там течение все шесть, если не восемь узлов. Нужно держаться оттуда подальше. Конечно, цепляться о стволы деревьев нам не на пользу. Набиль, Акуба, не спите, смотрите в оба глаза. Не нужно, чтобы лодка обернулась вокруг дерева или камня.

В этот момент дождь усилился, и видимость едва ли превышала длину самой лодки.

Шли медленно, мужчины на носу отталкивали лодку от камней, кустов, странного здания и деревьев без счета. Несколько раз Крис оглядывалась в сторону центра реки, но идти туда сейчас было нельзя. Возможно, когда-то там было так же спокойно, как на озерах Вардхейвена. Сейчас же вода боролась сама с собой, вздымалась, а потом обрушиваясь вниз ливнем белой пены. Вода сошла с ума от способности превращать деревья в спички, а камни в мелкий гравий. Как бы ни было опасно плыть вдоль затопленного берега, соваться в центр реки самоубийственно.

Движение вверх по течению было не только медленным, но и порой пронизано ужасом. Оттолкнувшись от очередного дерева, шальное течение подхватило лодку и швырнуло в камень, который только что обошли. Даже большому Олафу потребовалась помощь, чтобы оттолкнуть лодку от него. Все присутствующие взялись за шесты и весла, а кому не досталось ничего, отталкивались руками, только чтобы не дать лодке опрокинуться. Через помятый борт внутрь полилась вода.

— Флотский на левый борт. Лево с другой стороны, — закричал Хосе, когда Томми попытался что-то сделать по правому борту.

Крис перебирала руками по веревкам, крепящим груз, чтобы спуститься как можно ниже на левую сторону, поднимая погнутый правый борт как можно выше. Набиль с Акубой оттолкнули от камня нос лодки, и Хосе позволил течению унести их вниз метров на сто, следя при этом, чтобы не попалось по пути никаких препятствий, а потом вновь завел двигатель и возобновил борьбу с рекой.

Крис кинула взгляд на часы: с такой скоростью есть шанс добраться до ранчо Андерсона до темноты. Подумала вызвать полковника, но отказалась от этой идеи. Она не сомневалась: тот запросто обвинит ее в мятеже и неподчинении приказа, только позже. Сейчас-то мало что сможет сделать. Так что Крис сосредоточилась на путешествии по реке.

Дождь порол, как из ведра. Томми предложил поискать одеяла в тон, на что Мик ответил, что готов спать где угодно с одеялами или без них. У Олафа тут же возник вопрос относительно того, кто с кем будет делить постель. Уставшие и мокрые, они пока еще могли смеяться и шутить. Раз уж Крис суждено прокатиться по сошедшей с ума реке, так только с такой командой, как эта.

Шли часы, Крис становилось все мокрее и холоднее. Мышцы болели в таких местах, о которых она и не подозревала. Просто прокатиться на лодке не получилось, каждый миг приходилось работать, заботиться, чтобы не врезаться в борта из жидкого металла, не стукаться о ящики с продовольствием и оберегать стеклянные ампулы с вакциной. Поэтому Крис стояла на ногах, сгибая колени, когда лодка поднималась над волнами и выпрямляла их, когда она уходила вниз. На круиз, что они с Томми предприняли в Оазисе, походило мало. Захочет ли когда-нибудь снова оказаться на воде больше, чем джакузи?

— Дом Хармозы, — крикнул Хосе Крис, кивнув на крышу на дальнем берегу бурной реки. — Андерсоны следующие, примерно в трех милях дальше вверх по течению. Пока все идет хорошо.

Как и говорил капитан, они обогнули излучину реки, а там их, словно ниоткуда поймал вихрь главного потока. Хосе схватился за штурвал обоими руками, обхватил ногами рулевой столб и пытался бороться с вихревым потоком. Лодку кружило, когда она поднималась на волне и бросало вниз. Кажется, за все путешествие не было ничего хуже. Томми ослабил хватку и почти выпал за борт, когда его за пояс схватила Крис. Еще движение и за борт швырнуло бы их обоих, но тут подсуетился Мик. Запутав ноги в такелажных веревках, он поймал их в последний момент. А там и Олаф подоспел, кое-как прорвавшись мимо груза, огромными ручищами схватил Томми с Крис за рюкзаки и, как котят, бросил на дно лодки.

Крис какое-то время лежала на животе, задыхаясь, позволяя струям ливня и брызгам волн падать на спину. На этот раз они с Томми влипли по-настоящему. Все чуть было не закончилось. Еще немного и… — сказала она сама себе, поднимаясь на ноги, схватившись обеими руками и ногой за грузовые ремни.

— Спасибо, Крис, — сказал Томми.

— Спасибо всем, — добавила Крис, через темноту всматриваясь в каждую фигуру на лодке.

— Это вам спасибо, — засмеялся Хосе. — Подумайте, какие истории будем рассказывать, когда вернемся.

Олаф с Миком тут же довольно ощерились. Набиль только головой покачал, а Акуба так и не поднял взгляда, продолжая сидеть на носу лодки и вглядываться вперед в поисках шальных коряг.

Сильно потемнело. Взгляд на часы сказал, что потемнело немного раньше, чем следует. Частью мрака был непрекращающийся ливень. Но еще появились тени от скал, поднимающихся на добрые триста метров по южной стороне ущелья, где протекала река.

— В трех-четырех милях от фермы Андерсона находятся пороги, — громко крикнул Хосе. — Будьте начеку, экипаж. Нам не поздоровится, если заплывем слишком далеко.

Крис попробовала работу связи и получила сплошную статику.

— Нелли, поищи сигнал с фермы. Попробуй дозвониться кому-нибудь по сети.

Через некоторое время Нелли сообщила о нулевом результате.

— У них батареи могли разрядиться, — сказала Хосе. — Молчание ничего не значит.

Вот только почему это не успокаивало?

Набиль с Акубой прикрепили на носу переносные фонари. Дождь, кажется, немного ослаб, правда, в сгущающейся темноте это скорее желание, чем реальность. Тем не менее, когда луч фонарика Набила выхватил затопленные обломки многоэтажного дома, до него было метров сто. Хосе сбросил скорость, и лодка осторожно подошла к нему. Верхний этаж сожжен — лишь несколько почерневших бревен возвышались над водой. Через пустые глазницы окон верхнего этажа наружу уставились два черепа.

— Матерь Божья, — вздрогнул Хосе и перекрестился.

— Они говорили, что сожгли умерших, — сказала Крис. — Думаю, мы нашли это место.

— Это старый дом, Андерсоны жили здесь целых пятьдесят лет назад. Основное их место там, дальше — сказал Хосе и показал куда-то влево.

Лодка медленно пошла в нужном направлении. Вернулся сильный дождь, благодаря чему лодка чуть не протаранила затопленную постройку прежде, чем ее заметили. Вода наполовину затопила постройку.

— Сарай для коров, — сказал Хосе и приказал: — Ищем забор.

Крис решила, что сейчас как раз самое время дозвониться до базы.

— Полковник Хэнкок, говорит энсин Лонгнайф.

В ответ только статика. Крис повторила вызов еще раз с тем же результатом.

— Нелли?

— Думаю, это из-за того, что мы находимся в тени скал, — отозвалась Нелли. — Отсюда я не вижу ни одного спутника.

— По такой темноте я не рискну идти туда, где нас может подхватить течение, — сказал Хосе прежде, чем Крис успела вымолвить хоть слово.

— Я и не собиралась просить, — заверила его Крис.

— Мы у забора, — крикнул с носа Мик.

Хосе повернул направо.

— Ворота должны быть где-то здесь. Завожу мотор. Приготовьте шесты.

Прежде, чем добрались до ворот, в заборе обнаружили дыру. Преодолев ее, Хосе направил лодку в темноту. Свет фонарей осветил еще больше затопленных зданий. Лодка наталкивалась на какие-то штуковины, поглощенные водой. Хосе снова вырубил мотор, теперь вперед лодку двигали с помощью шестов. Тут сильный дождь снова превратился в моросящий. Осмотрелись, и обнаружили, что находятся посреди скотного двора. Их окружали дома, сараи и прочие хозяйственные постройки. Все затоплено. Вокруг ни огонька.

— Они должны быть где-то здесь, — нахмурилась Крис.

Хосе тоже нахмурился.

— Ближе к скалам есть пара сенокосов. Там есть домик, или даже два.

Он показал вправо и направил лодку в том направлении. Проплыв мимо последнего сарая и забора, за которым течение воды усиливалось, где шесты были уже бесполезны, Хосе потянулся, чтобы запустить мотор.

— Подожди секунду, — крикнула Крис. — Слышишь?

Звуки дождя и течения реки мешали что-либо расслышать. Но по мере того, как тишина затягивалась, а команда затаила дыхание, глухой рев становился все более различимым.

— Что-то рушится, — вздохнул Хосе. — Такой шум не к добру, но мы туда на шестах даже не сунемся.

Включил мотор, но заставил лодку плыть медленно. Земля, над которой они плыли, когда-то знавала лучшие времена. Здесь и там, на небольших островках стояли или барахтались в грязи несколько потрепанных коров. Миновали крошечное стадо, укрывшееся на невысоком островке. Какими бы несчастными ни казались коровы, выглядели они все равно холеными живчиками. Для безудержного оптимиста надежда спасти достаточно голов, чтобы завести новое стадо, когда прекратятся дожди. Сейчас, когда вода почти доходила им до брюха, они жалобно мычали, когда люди, не зная, чем можно им помочь, проплывали мимо.

— От нас ничего не останется, — пробормотал Акубе Набиль.

— Что-то есть впереди, — крикнул с поста на носу Олаф. — Похоже на огонь.

Хосе выключил мотор. Понадобилось некоторое время, чтобы выделить в звуках дождя и рева воды человеческие голоса. Прижав рупором ладони ко рту, Олаф крикнул раскатистым баритоном:

— Эй, на ранчо.

На третий крик он получил ответ:

— Какое к черту ранчо? Ты кто такой? У меня тут винтовка.

— Это Хосе, — крикнул капитан, — на лодке, полной лекарств и продуктов. Как решишь, я причаливаюсь или иду дальше?

— Наверное, найду для тебя местечко, где можно привязать лодку, если у тебя найдется веревка.

— Веревка есть. Дерево найдется?

— Нет, но раз у тебя продукты, я согласен сам держать эту проклятую веревку хоть всю ночь.

Из тумана медленно выступило шесть фигур. Одна из них подняла руку, и Олаф бросил веревку. Шестеро потянули за нее, и лодка скользнула к грязной пристани.

— Боже, парни, как мы рады вас видеть. Будут еще лодки?

— Только эта, — сказала Крис, перепрыгнула борт и по лодыжки оказалась в грязи. — Где все?

— Кто-то ушел до того, как стало слишком плохо. Кто-то спит под крышами, что у нас пока остались. Кто-то здесь, волнуется. Вы услышали наше сообщение?

— О лихорадке Грирсона мы знаем. Привезли санитара с вакциной, — Крис кивнула на медика, пока тот выбирался из лодки вместе с парой набитых всякой всячиной сумок с красным крестом, красным полумесяцем и красной же звездой. — Я энсин Крис Лонгнайф, — она протянула руку мужчине, с которым разговаривала, — Космофлот Человеческого Сообщества.

Кто-то скрытый в тумане пробурчал:

— У нас тут пришедший через весь этот ад чертов Лонгнайф? — но рукопожатие и улыбка, которыми ее встретили, были дружественными. — Рад за все, что вы привезли, — сказал седовласый человек, одетый в не снимавшиеся, наверное, не меньше года куртку и штаны. — Я Сэм Андерсон. Это ранчо построил еще мой отец, — он уставился в туманную темноту, словно видел все, что здесь есть и когда-то было. — Полагаю, на мне все и закончится. Слушайте, сколько человек сможете вывезти на своей лодке? У нас тут две дюжины больных, еще старики и дети. Думаю, до утра нам придется начать восхождение на скалу. Было бы неплохо вывезти на лодке самых слабых.

— Сколько вас? — спросила Крис, залезая обратно в опустевшую лодку.

— Не считая троих умерших сегодня, девяносто восемь. А что?

— То, что эта лодка немного отличается от обычной. То, что видите, не обязательно то, что она есть на самом деле, — Крис вывела на экран управления лодкой первоначальный список. — Есть вариант для речной моторизированной баржи. Хорошо подходит для переправки грузовиков весом до десяти тысяч килограмм. Сотня человек должна поместиться. Пятнадцать на шесть метров. И останется тридцать сантиметров свободного пространства при полной загрузке. Хосе, готов вести такую штуку по реке?

— Завтра. Не по темноте.

— Преобразую лодку прямо сейчас, на всякий случай, если река за ночь поднимется слишком высоко.

— Хорошая идея, — сказал Сэм, и Крис нажала по выбранному варианту преобразования.

Даже в темноте металлические борта лодки заблестели. Высокий нос осел, борта откатились в стороны, когда лодка расширилась с трех до шести метров.

И тут вся конструкция рухнула на землю. В первую секунду Крис подумала, что это всего лишь часть процесса, но потом металл начал распадаться на мелкие плоские куски, которые смешивались с каплями дождя и стали оседать на дно луж. Крис схватилась за рычаг на панели управления, когда тот начал разваливаться. Она быстро присела и зачерпнула из лужи горсть грязи и жидкого металла. В ладони металл превратился в шарики, похожие на жидкую ртуть.

— Что за черт? — охнула Крис под аккомпанемент ругательств окружающих. Еле сдержала искушение швырнуть жидкий металл на землю.

— Быстрее, кто-нибудь, достаньте пару склянок с вакциной из моей упаковки. Нужна пустая склянка, нужно сохранить вот это.

— Нам не нужна вакцина? — спросил Томми уже вскрывая пакет Крис.

— У нас триста доз на сотню человек. Я хочу узнать, что только что произошло.

— Если проживем столь долго, — кисло добавил Сэм.

Крис с Томми собрали в опустевшие склянки образцы разрушившейся лодки, заткнули горлышки. В одной склянке вместе с металлом попала и грязь. Ну, вот тебе и частичка Олимпии. Крис осмотрелась в поисках другого подходящего образца, но все доказательства того, что здесь только что была речная лодка, исчезли.

— Давайте уберем припасы с дождя, — сказал Сэм. — Раз нам суждено к утру утонуть, сделаем это хотя бы на полный желудок.

— Никогда не воспринимал тебя оптимистом, Сэм, — сказал Хосе.

— Год серого неба, дохлых коров, неурожаев и лихорадки даже тебя заставят сдаться.

— Может быть. Вы слышали его, давайте раздадим еду этим людям. Голодные люди правильных решений не принимают, а вода поднимается.

Экипаж лодки, дюжина встречавших и появившиеся из дождя и тумана обитатели ранчо, подхватили груз. Вновь прибывшие вели себя тихо. Владельцы же ранчо вернулись, кажется, к прерванному разговору.

— Я ведь и говорю — нужно построить несколько плотов. У нас еще два дома. Снесем стены и сделаем из них плоты.

— Стены из дерева и штукатурки, Тед. Они и часа на воде не продержатся. Кроме того, на реке не удержится ничего, кроме нормальной лодки. Что скажешь, Хосе?

— Там плохо. Хоть и не скажу, что ты не сможешь этого сделать. Кто знает, чудеса случаются.

— Не доверю жизнь моей Кенди никакому чуду. Я сказал, будем подниматься на скалы. Когда были помоложе, забирались туда и не один раз.

— Да. Я бывал наверху, когда мне было десять.

— Когда ты последний раз пробовал перебраться через забор, Билл? — спросил кто-то, тот фыркнул, и эта часть разговора закончилась.

— К тому же мы все поднимались по Счастливой Тропе, а между нами сейчас воды глубиной метра три.

— Остается Прыжок Любовника. Но на него никто никогда не поднимался.

— Где он? — тихо спросил Акуба.

— Прямо за нами, — сказал Сэм.

Акуба нацелил туда луч света. Сквозь дождь Крис едва разглядела скалистую стену с редкими деревцами, растущими то здесь, то там. Свет погас.

— У нас есть веревка. У вас найдется еще? — спросил Акуба.

— Кое что найдется.

Они подошли к двум строениям. Одно из них оказалось небольшим коровником. Четыре коровы стояли под струями дождя и мрачно смотрели на убежище, из которого их выселили. Другое строение оказалось однокомнатным домиком, по размерам даже меньше коровника.

— Молодожены, если хотели, могли оставаться здесь целый год, — сказал Сэм прежде, чем Крис успела спросить. — Давайте посмотрим, получится ли подогреть еду прежде, чем перебудим всех.

Наверное, десятка два человек спали на полу, молодые и пожилые. Трое женщин лежали на одной кровати, покрытые горячим потом, а еще две пытались их успокоить. К ним отправился медик, а Крис последовала за Сэмом на кухню, где сразу же приступили к разогреванию стандартных полевых рационов. На запах кофе на кухне начали появляться люди. Они молча получали разогретый паек и снова исчезали.

Когда все пошло само собой, Сэм тронул Крис за локоть:

— Нужно поговорить.

Крис последовала за ним к кухонному столу. Три стула заняли сам Сэм, его жена, Карен и большой парень, представившийся Брэндоном, он чуть было не раздавил Крис ладонь, а четвертый предложили Крис.

— Так что же нам делать? — спросил Брэндон.

Крис помолчала, ожидая, скажут что-нибудь Сэм или его жена, но те молча смотрели на нее.

— Медик позаботится о тех, кто заболел синдромом Грирсона. Через некоторое время он сделает прививки всем. Потом… — Крис замолчала.

— Потом мы все умрем, — огрызнулся Брэндон.

— Нет, — настойчиво сказала Крис.

— Еще как, — заспорил Брэндон. На кухне начал собираться народ послушать. Кто-то прислонился к стене, кто-то уселся на пол. Люди в доме просыпались и приходили послушать, о чем разговаривают сидевшие за столом. — Посмотрим правде в глаза, — сказал Брэндон, повернувшись к слушателям больше, чем к сидящим за столом. — Вода поднимается на дюйм, а то и два за час. К рассвету мы будем уже ходить в воде. И никакой кавалерии к нам на помощь не придет. Чертов флот уже здесь, и мы видим, что они влипли так же, как и мы. Это был милый трюк, заставивший лодку раствориться под носом Лонгнайф.

— Как ты и сказал, я оказалась в той же лодке, что и вы, — сказала Крис. — Но я не собираюсь помирать этим утром.

— Прилетит вертолет и заберет нас туда, где раздают пирожные, — насмешливо фыркнул Брэндон. — Никто тебе ничего не сказал, что ли? Со всей этой кислотой в проклятом дожде, все самолеты и другие милые игрушки давно распродали. Твой Космофлот привез их обратно?

— Нет, — сказала Крис, не желая врать ни одному смотревшему на нее человеку. Она посмотрела на них, надеясь увидеть в их глазах, что они рассчитывают на нее, независимо от того, насколько тяжелой выйдет ноша, чтобы вытащить их из этой передряги. Но увидела только пустую безнадежность, как будто каждый присутствующий уже видел себя мертвым. Крис сглотнула: эти люди не надеялись на ее помощь, только на последнее одобрение перед тем, как добровольно погибнуть.

— Получается, мы живем в двадцать четвертом веке, но у нас нет ничего, кроме собственных рук, чтобы спастись и, сестренка, мы здесь работали до изнеможения, но так и не спаслись. Если нам суждено умереть, мы заберем с собой весь этот грязный шарик.

На такое абсурдное заявление никто из людей даже с ноги на ногу не переступил. Крис взглянула на Сэма и Карен. Те уставились в стол мертвым взглядом, таким же, как у тех коров, тонувших в воде, когда Крис с командой на лодке проплывала мимо. Как можно стать настолько безнадежным? Беспомощным?

— Почему бы нам не прихватить эту планетку с собой? — продолжил Брэндон. — Они для нас ничего не сделали. И вы все знаете, какое Сэм получил предложение. Знает ли маленькая мисс Лонгнайф? Наверное, это твой дедушка сделал Сэму предложение.

— Я мало что знаю о делах дедушки Алекса. Если вы чего-то не поняли, я энсин Космофлота и в данный момент сижу рядом с вами, без лодки.

Давайте, ребята, смейтесь, улыбайтесь, покажите эмоции.

Люди вокруг уставились в пол.

— Сэму предложили пенни с доллара за это место, Космофлот. Что на это скажешь? Когда все закончится, мы окажемся всего лишь кучкой наемных рабов, вроде фабричных рабочих на Земле. Уверен, черт побери, что я не хочу так жить.

Так вот в чем дело. Крис сглотнула. Они всю жизнь тут работали, а теперь все теряют. Они работали под открытым небом, а теперь это небо падает на них. Они ничего не просили, ничего не получали, а теперь ребята вроде Брэндона обезумели, держась за реку. И лихорадка дала им повод для бешенства. Крис не спеша подвинулась на стуле, изучая людей, стоявших возле стен и сидящих на полу. Побежденные, без надежды, ожидавшие, когда все закончится. Ладно, энсин Лонгнайф, как ты собираешься бороться за то, что осталось в их жизни? Поговорим о проблеме лидерства.

— Ты хочешь умереть? — спросила Крис одну из женщин, что на мгновение посмотрела ей в глаза. Женщина вздрогнула и вперила взгляд в пол. — Все закончилось? — Крис взглянула на мужчину, прислонившегося к стене. — Хотите просто лечь и позволить реке забрать себя?

Тот пожал плечами. Тут заплакал ребенок нескольких месяцев от роду. Мать нежно покачала его, успокаивая, потом дала ему грудь.

— И ты тоже готова утопить ребенка? — спросила у нее Крис, твердо и непоколебимо.

— Нет, — ответила мать и в глазах у нее проступили слезы.

— Ну, тогда тебе лучше подготовиться к этому, потому что так сказал вот этот здоровяк, — Крис поднялась. — Хорошо, сейчас у вас все плохо, может, намного хуже, чем у кого-либо еще в любом из миров, заселенных человеком, — она медленно обвела взглядом каждого, вглядываясь в каждое лицо, одним только своим видом требуя, чтобы ее выслушали. — Когда отец Сэма приехал сюда пятьдесят лет назад, нашлось много корпораций, готовых купить его за половину стоимости, чтобы контролировать его деятельность. Он продержался, взял кредит, вернул его. Могу поспорить, он вернул его досрочно, — высказала она догадку. Наверное, угадала правильно, потому что увидела гордый кивок Сэма и угрюмый взгляд Брэндона.

— Но у меня есть для вас новость. Есть много банков, дающих кредиты на таких условиях. Вряд ли они посылают своих агентов, чтобы те искали людей в бедственном положении, только чтобы им подписали какой-нибудь документ. Им это не нужно. Но вот когда весь этот беспорядок закончится, снова засветит солнце, вот тут они и начнут появляться.

— Ты хочешь одолжить нам денег, Лонгнайф? — выплюнул Брэндон.

— Брэндон, у тебя плохо со слухом. Разве я не говорила, что я из Космофлота? — Крис ткнула пальцем в золоченный стержень на воротнике. — Космофлот ссуды не выдает. Мы тут, чтобы вытащить как можно больше вас из этого кошмара. Но, Брэндон, ты, похоже, не очень хорошо соображаешь. Ты хочешь, чтобы лихорадка Грирсона попала в большую воду и убила всех на этом грязном шарике. Люди, задумайтесь над этим, вместе со мной, — Крис продолжала осматривать каждого присутствующего.

Взгляды их поднялись. Она привлекла внимание.

— Если позволите лихорадке попасть в реку, она отравит Порт-Афины. Люди там больны и голодны. Они начнут умирать. Некоторые из них пришли сюда вместе со мной, чтобы помочь вам. И вместо благодарности вы хотите дать им такое?

Несколько голов отрицательно закачались. Наконец. Пошла какая-то реакция.

— К югу от Порт-Афин голод. Мы доставляем им продукты так быстро, как только можем. А если лихорадка попадет в воду, значит, они тоже все заразятся. Грирсон обычно убивает половину заразившихся людей. Представь, вы оба заразились и кто-то из вас двоих умрет. Твой сын, дочь заразились, кто-то из них умрет. Но люди голодают. Они уже больны. Трое из четырех умрут. Твоя семья заразится, все умрут, может, кто-то выживет, может, это будешь ты, а может, твоя дочь. Кто позаботится о шестилетней сироте? Есть более худшие способы смерти, нежели лихорадка.

Взгляды, смотревшие на нее, до этого пустые, теперь отражали эмоции: страх, ужас, гнев. Да, она завладела их вниманием.

— Но хотите знать самую слабую часть всей затеи Брэндона? После того, как лихорадка Грирсона уничтожит почти каждую душу на Олимпии, останутся пустые дома, техника, сараи. Останутся фермы, которые вы строили не одно поколение. Они будут скуплены за копейки. Или их просто заберут. И тогда корпорации пришлют сюда наемных рабочих, чтобы они на вашей земле зарабатывали для них деньги, — Крис указала большим пальцем в потолок. — Прежде, чем они попадут сюда, им сделают укол, типа того, что наш медик хочет сделать вам, и для них не будет иметь значения, есть в воде остатки лихорадки Грирсона или нет. Вакцина сохранит им жизнь и здоровье так, что они будут работать до конца своих дней ради этой самой корпорации. Разве не забавно? — усмехнулась Крис.

Никто не засмеялся.

Поняв намек, медик вытащил из сумки шприц, вложил в него, как патрон в дробовик, пузырек с вакциной, набрал необходимое количество жидкости, под единственным светящимся фонарик в доме проверил, насколько полон шприц и огляделся.

— Ну, кто первый?

Женщина с младенцем сбросила куртку и подставила обнаженное плечо. Медик приставил шприц к коже. Инъекция прошла с небольшим щелчком. Потом женщина стянула с ребенка подгузник, подставила для укола его попу. Прозвучал второй щелчок. Сэм тоже снял куртку, вслед за ним Карен. Начала образовываться очередь.

— С нами два альпиниста, готовых забраться на «Прыжок любовника». Сколько у вас веревки?

— Много.

Крис оглядела помещение.

— Кто хочет помочь моим людям подняться на этот холмик?

Глава 16

— Итак, Крис, кто поднимется на скалу, а кто останется здесь? — тихо спросил Томми, чтобы не услышали обитатели ранчо. Шепот, однако, дрожи в голосе не скрыл.

— Если не хочешь, можешь не лезть. Тебя никто не заставляет, — сказала Крис, готовая признать, что за сегодня она из Томми и без того достаточно выжала.

— Не неси чушь, Лонгнайф, — отрезал он, а шепот из-за гнева только стал громче. — Кто-то из нас должен остаться здесь. Кто-то должен пнуть их в зад, если вдруг наш смышленый мальчик снова начнет права качать. Ты — лучший вариант. Если останется Лонгнайф, это покажет бедолагам, что никого в одиночестве не оставили. — Томми смиренно пожал плечами, смирившись с собственной логикой. — Я заберусь на эту скалу. Если они не смогут этого сделать вслед за мной, кто-то должен быть внизу, с ними. А я, когда доберусь до вершины, наверняка поймаю сеть и вызову помощь, — закончил он.

— Звучит логично, — кивнула Крис, стараясь говорить ровно.

— Да, только почему мне все это не нравится?

Крис сходу могла придумать дюжину причин.

— Без понятия, — сказала она.

— Мне следовало сбежать в тот же миг, когда только увидел тебя. Но продолжаю крутиться рядом и, в итоге, наверняка получу медаль. Последние слова, которыми меня проводили предки, были: «Не охоться за медалями. У нас найдется поблизости любой нужный металл».

— Почему бы тебе не посмотреть, может, под этим холмиком найдутся маленькие человечки, которые помогут тебе подняться?

— Это не холмик, это скала. В них обитают только людоеды. Разве не узнаешь фейри?

— Отец на ночь читал мне протоколы заседаний кабинета и политические анализы. Ни разу ни одной сказки не слышала.

— Что ты имеешь в виду под сказками? Женщина, они такие же реальные, как и любой твой политический анализ, — Томми снова улыбнулся.

— Не буду спорить. Итак, ты лезешь на гору, а я поддерживаю огонь в доме. — Пока река не затопит камин, добавила про себя Крис.

Они шутили, улыбались. Видя это, окружающие люди, кажется, немного приободрились. Крис с Томми вместе вышли под проливной дождь.

Сэм, Хосе и двое альпинистов собрали вокруг себя дюжину мужчин и женщин. Одна из женщин принесла термос с горячим чаем. Когда альпинисты разобрали веревки, молотки и прочее оборудование для скалолазания, Сэм выдал общий план.

— У нас есть снасти для двух подъемников. Я принес их из главного амбара. Нужно было использовать их несколько дней назад, но я не верил, что все окажется настолько плохо. Извините, — сказал он.

— Никто из нас не знал, чем все закончится, — сказал один из работников.

— Как бы там ни было, когда подниметесь, спустите с вершины веревки, поднимете наверх снасти и запустите подъемники. После этого начнем отправлять наверх людей. Придется несладко, нужно будет вытягивать людей. Первыми пойдут те, кто проворней и сильней, они помогут тащить следующих. Мы должны это сделать, — закончил Сэм.

— Как узнаешь, что мы добрались до вершины? — спросил один из фермеров, собирающихся лезть наверх в числе первых.

— С вами будет поднимать энсин Лиен, — Крис постучала по запястью. — Когда доберетесь, он меня вызовет. А еще он попробует связаться с Порт-Афины и вызвать помощь.

— Они не смогут нам помочь, — заметил Хосе. — Между нами и городом три или четыре глубоких ущелья. Поездка затянется надолго. Поэтому мы и воспользовались рекой.

— Скажи полковнику, чтобы использовал лодки в качестве мостов, — сказала Крис.

— Лодки? — эхом отозвался Томми.

— Да. Наша поначалу работала нормально, даже когда я ее отремонтировала. Передай Хэнкоку, чтобы он не трансформировал их в третий раз.

— Угу. — Томми выглядел не слишком уверенно. Крис же была почти уверена, что Хэнкок сделает все возможное, чтобы вытащить их. Ну, может, только ее. Ведь она одна из «тех самых Лонгнайф».

— Либо так, либо эти чертовы лодки недолюбливают Лонгнайф, — пробормотала под нос Крис, совсем не желая задумываться над вопросом, хочет ли благотворитель-филантроп смерти некоей Лонгнайф.

Альпинисты потащились к Прыжку Любовника. Крис последовала за ними, пытаясь в дождливой темноте определить, где находится самая высокая точка для последнего стояния. На занятиях в школе кандидатов в офицеры приходилось часами бегать по воде и плавать не одну милю. Она с этим справлялась хорошо, но у нее тогда не было сотни больных и полуголодных фермеров, которых тоже надо как-то удерживать на плаву.

Земля медленно поднималась. На каменистой почве росли низкорослые вечнозеленые деревца. Чем ближе подходили к утесу, тем больше встречалось неровных валунов, доказательство того, что скалистый склон пред ней склонен к оползням. После всего того, что Крис пережила за этот день, оползень на скале выглядит всего лишь еще одним способом умереть.

Альпинисты разделили между собой бухты веревок, которые нужно поднять наверх. Первыми пошли Набиль и Акуба, за ними Хосе, потом фермеры. Томми был последним. Крис удивилась его объятию.

— Береги себя, Томми. Помни, твоя мама не хочет от тебя медалей.

— Немного поздновато ты об этом вспомнила, — проворчал он, но смягчил ворчание натянутой улыбкой. Крис потащила парня вверх по бурной реке. Теперь вот посылает на утес.

— Увидимся утром, — сказал он и повернулся к ней спиной, чтобы последовать за остальными.

Концы двух веревок привязали к стволам самых больших низкорослых деревьев. Бухты же тащили за собой альпинисты, стравливая по мере того, как поднимались вверх. Веревок до вершины должно хватить.

Не дожидаясь, пока они исчезнут в тумане, Крис вернулась к работе.

— У вас еще остались тюки сена? — спросила она у Сэма.

— Немного. Мы были в паре недель пути от того, чтобы начать жевать и его. А там вода поднялась.

— Как думаешь, сможем их использовать для дамбы? — они посмотрели на утес и увидели, как свет самого верхнего фонарика исчезает во мраке над головами. — Я просто не знаю, где они установят подъемники.

Это была вечная проблема: много дел и слишком много неизвестного. Вместе с Сэмом Крис отправилась обратно по тропе. Вот и узнала, что это такое — прихожая в ад. По крайней мере, так бы назвал ситуацию Томми.

Крис затратила четыре дня, готовясь к десанту на Секуим. Для операции у нее были все данные, много данных, просто-напросто перегруз, если, конечно, не считать, что большая их часть пошла коту под хвост из-за случайности. Здесь же ничего подобного нет. Там были рвущиеся в бой космические пехотинцы. Здесь вся команда состоит из разновозрастного гражданского люда от трехмесячных младенцев до девяностосемилетних стариков. Больные, подавленные, усталые и голодные. Самым уставшим она дала возможность поспать.

Тех припасов, что она привезла, еле хватило, чтобы нормально покормить людей. Последние несколько месяцев люди жили впроголодь. Должно хватить, чтобы набраться сил для подъема. Как только спящие проснулись, их тут же тоже накормили. Кто-то из совсем молодых и стариков умудрился снова заснуть. Остальные, впервые за долгое время почувствовали себя хорошо, стали слоняться, готовые что-нибудь сделать, только вот не знали что. Крис стала записывать людей, которых собиралась отправить к горе своим ходом. Брэндон, каким-то образом пропустил запись в список, но все равно оказался в числе первых ее короткого списка.

— Разве ты не собираешься хоть что-то делать? — спросил он в сорок первый раз.

— Нет, — ответила Крис, помогая кормить трехлетнего ребенка. — Мы утащили веревку и подъемники к горе. Некоторые парни таскают тюки с сеном. Не хочешь им помочь?

Она уже предлагала ему эту работу, но тогда она Брэндону не подошла. Как и сейчас. Кирки с лопатами были уже на месте. Крис нужно было знать, как быстро поднимается вода, но это было единственное задание, которое она не хотела поручать Брэндону.

Девочку накормили, мать подхватила ее и запела колыбельную. Крис посмотрела на часы: до того, как лучи солнца коснутся этой земли — часа три, может, три с половиной. Надо ждать.

Ожидание — то занятие, которым занимались древние женщины, пока мужчины воевали или зарабатывали на жизнь. Крис пришла к выводу, что мужчины — слабаки. Отвернувшись от Брэндона, она пошла к выходу и столкнулась там нос к носу с Сэмом.

— Что с рекой? — спросила она, когда тот отступил, выпуская Крис наружу.

— Поднимается. Между нами и тропой уже почти фут воды. Мы ставим забор из колючей проволоки, чтобы пометить тропу.

— Звучит хорошо.

— Можете связаться с тем флотским парнем, узнать, как у них дела?

— Могу, но вряд ли вы сами захотели бы отвечать на вызов на полпути по отвесной скале.

— Это точно. Просто мы не знаем, что с ними и это заставляет нас нервничать.

— Сэм, они могут подняться на двести пятьдесят метров по скале, а на последних пятидесяти метрах застрять, — Крис самой не нравилась такая мысль, но это правда. Солнце успеет взойти, а про скалолазов они могут не получить новостей.

— Сэм, Сэм, — к ним подбежал молодой парень, — тебе лучше побыстрее прийти к скале.

— В чем дело?

— Бенни только что упал.

Крис не нужно было больше никаких объяснений, она рванула вперед. Гонец развернулся и быстро побежал обратно к скале. Сэм не отставал ни на шаг. Как он и говорил, часть пути уже затоплена водой по колено, но по обе стороны тропинки уже поставили забор. Колючки острой проволоки между столбцами выглядели противно. Около скалы Крис увидела пятно света и направилась к нему.

Полдюжины мужчин стояли над телом еще одного. Взгляд на тело сказал Крис все, что нужно. Руки и ноги в неестественном положении. Синяки и ссадины на лице показывают, как он ударялся о камни, пока падал. В завершении всего на груди корявый обломок сосны. Но не это привлекло внимание Крис. Команда, отправившаяся наверх, чередовалась: опытные альпинисты шли через одного. Они залезали на определенную высоту, после чего подтягивали на веревке, прикрепленной к скале, деревьям или еще чему понадежнее, остальных. Что могло пойти не так? Может, веревка оборвалась? Есть ли еще где поблизости упавшие альпинисты? Скрипнув зубами, Крис посмотрела на комлинк. Нет, прежде, чем беспокоить Томми, она заставит покойника рассказать все, что сможет. Она присела к телу, взяла веревку и начала ее вытягивать. Чтобы добраться до конца, пришлось потревожить тело. Крис резко приподняла его, переворачивая на бок.

— Боже, леди, это же Бенни.

— Не мешай, она знает, что делает, — вмешался Сэм, а Крис продолжала вытягивать веревку. Ладони испачкались в крови, но она продолжила, пока не нашла конец под разбитым черепом.

— Веревку перерезали, — сказала она. — У Бенни был нож?

— Конечно, был.

— Видишь его?

И снова тело переместили, на этот раз несколько мужчин осторожно приподняли его и переложили на другое место. Ножа не обнаружилось.

Крис поднялась, держа перед собой конец веревки, и тяжело сглотнула от того, о чем догадалась.

— Он перерезал веревку, когда понял, что не сможет распутать ее, застряв в сосне.

Крис была полна смелости, необходимой для выполнения десантной миссии, она была полна смелости, позволявшей бросаться в бой с оружием наперевес, но интересно, смогла бы она съесть блюдо на тарелке, что судьба поставила перед Бенни? Смогла бы перерезать веревку, отправив себя в долгое падение и быть уверенной в том, что падение не сломит товарищей, а только придаст им сил?

— Крис, ты там? — прозвучал из комлинка голос Томми.

— Да, Томми. Как вы там?

— Некоторое время было довольно хреново.

— Я здесь, внизу, рядом с телом Бенни.

— Его так звали? Боже… — связь прервалась.

— Смилуйся над ним, — закончил кто-то рядом с Крис и, встав на колени, закрыл мертвецу глаза.

— Как бы там ни было, нам пришлось пройти поганое место, — продолжил Томми, — но сейчас все позади. Следующие сто метров выглядят вполне проходимыми, но я пока не вижу вершины. Мы все связаны одной веревкой. Я тебя вызову. Позже.

— Крис, конец связи.

Бенни оставили там, где упал. Если появится время, тело поднимут наверх. Как и все альпинисты, Бенни получил порцию вакцины, но у Крис не было возможности узнать, был ли он заражен лихорадкой Грирсона. Если был, Крис сомневалась, что вакцина успела за те несколько часов принести какую-то пользу.

Вода уже добралась чуть выше колен, когда Крис пробиралась обратно к домику. Это все и решило: она сейчас же соберет всех в кучу, чтобы они, прижимаясь друг к другу, смогли согреться, и направит их по тропе к скале.

— Как дела у больных? — спросила она у медика, как только вошла в домик.

— Дай мне один рейс медицинской помощи, и, спорю на последний доллар, все выживут. Но тащить их под дождь… Не знаю.

— Нужно перетащить их всех к скале и немедленно. Если задержимся, не уверена, что они вообще доберутся до тропы.

Медик закрыл глаза и тяжело вздохнул.

— И еще их нужно поднять на этот чертов утес. Да, энсин, знаю, что мой долг перед сохранением здоровья целой планеты перевешивает долг перед пациентами. Черт, я это знаю. Только это не значит, что мне это нравится.

— Хреновый сегодня денек, не так ли? — сказала Крис, похлопав медика по плечу. — Я принесу брезент к началу тропы. Поднимается ветер, но сделаем, то сможем.

Крис формировала группы по пять человек или около того и отправляла их в дождь. Через час она даже не удивилась, когда они и Карен остались почти одни. Еще осталась пожилая женщина, до этого занимавшаяся с детьми. Она пропускала одну группу за другой. И женщина с ребенком.

— Она сильно кашляет, — попыталась объяснить та.

Крис бросила последний взгляд на однокомнатный домик. Завален пустыми коробками от продуктов, склянок от вакцины и прочим беспорядком, оставленным после поспешного ухода. Кровать освобождена от одеял и простыней, их использовали в качестве носилок для больных. Если тут и воняло, нос Крис этой вони давно уже не замечал. Забрав фонарик со стола, она отправилась вслед за матерью с ребенком. Когда сошли с крыльца, вода поднялась уже по щиколотку. Крис пошла вслед за Карен и старухой, кажется, дорогу они знали. Когда добрались до тропы, отмеченной колючей проволокой, вода уже доходила до колен. Крис одной рукой обняла женщину с ребенком, а другой схватилась за проволоку. Женщина крепко прижимала ребенка к себе.

Когда добрались до низшей точки на тропе, стало понятно, что у старухи появилась проблема: над водой оставалась только ее голова.

— Останьтесь пока здесь, — сказала ей Крис и позвала на помощь Карен. Подхватив старуху с обоих сторон, они переправили ее метров за сто через место, которое со всем основанием сейчас можно назвать рекой. Еще когда Крис была неуклюжим подростком, она фыркала каждый раз, когда представляла себя шести футов ростом. Сейчас с удовольствием добавила бы себе дюйма четыре.

Перейдя на ту сторону, Крис передала Карен фонарик и тут же повернула назад.

— Я с тобой, — предложила Карен.

— Нет, идите по тропе, там дальше суша. Обсохните.

— В такой дождь? — захихикала старуха. — Нечего и мечтать.

Но Карен заставила ее двигаться. Крис же развернулась и пошла обратно, отказываясь верить, что течение стало быстрее, а вода глубже всего лишь за то время, за которое они перебрались оттуда сюда.

И снова, обняв одной рукой женщину с ребенком, второй рукой стала держаться за проволоку.

— Следи за шагом, — сказала она женщине.

Шли медленно, твердо ставя ногу прежде, чем сделать следующий шаг.

Через секунду Крис поняла, что теряет женщину. Крис схватилась, за что могла. Одной рукой схватила женщину за воротник куртки, другой ладонью за проволоку и тут же напоролась на колючку. Железное острие глубоко врезалось в ладонь, но Крис подавила крик, чтобы сохранить воздух, когда женщина с ребенком затащила ее под воду.

Забор предназначался только чтобы отметить тропу, но никак не держаться за него. Когда Крис с подопечной навалились на забор, ближайшие столбы не удержались в размокшей земле. Крис пришлось поднапрячься, чтобы уцепиться ногами в землю и встать потверже, поднять голову над водой, перевести дух, держаться за проволоку, удержать женщину. Каким-то образом и то, и другое ей удалось.

Когда удалось зацепиться ботинком за землю, их успело унести метров на двадцать ниже по течению. Цепляться одной ногой на таком потоке за грязную, затопленную землю не очень удобно, особенно когда приходится держать еще и женщину с ребенком. Голова ушла под воду, пришлось приложить усилие, чтобы всплыть повыше и глотнуть воздуха.

Теперь можно сосредоточиться и на том, чтобы уцепиться за грязную землю обоими ногами. Пока пыталась, сила потока вкупе с весом женщины отнесла ее еще метра на три дальше прежде, чем удалось не только зацепиться ногами за землю, но и встать так, чтобы вода не снесла ее снова.

— Ты как, дышишь? — крикнула Крис женщине, подтянув ту к себе поближе.

— Да.

Несмотря ни на что, она все еще удерживала ребенка у груди.

— Как ребенок?

— Кашляет.

— Хорошо.

Крис повернулась лицом навстречу бушующему потоку воды. Ноги твердо завязли в грязи, сама наклонена почти на сорок пять градусов навстречу потоку. Крис потянула раненую руку, пока шип колючей проволоки вышел из ладони, после чего снова схватилась за проволоку, но уже чуть дальше, между шипами. Рискнула сделать небольшой шаг. Потом другой. Перехватила проволоку между колючками и сделала еще пару шагов. Проверила, все ли в порядке с женщиной и ребенком. Потом повторила все снова.

Вода адски холодная. Одно хорошо, из-за нее раненая ладонь перестала ныть. Теперь вся проблема в том, чтобы крепко держаться за проволоку и за воротник женщины, не дать водному потоку унести ее прочь. Ноги отяжелели, стали свинцовыми, но Крис вытаскивала их по очереди из грязи и передвигала вперед. Осторожно. Осторожно. Не обращай внимания на боль в икрах, на боль в бедрах, что растекается по всему телу.

Прошел месяц, а может, и целый год, когда Крис, шаг за шагом, преодолела бушующее течение. Несмотря на прошедшие эпохи, солнце даже не взошло, чтобы бросить хотя бы слабенький лучик на сражение Крис с водой.

Только когда вода дошла до пояса, Крис рискнула отбросить в сторону проволоку и помочь женщине подняться на ноги.

— Спасибо, — задыхаясь, прошептала та.

Чихнул ребенок. Можно принять за «спасибо».

Потребовалось чуть меньше недели, чтобы добраться до места, где вода достигала только лодыжки. Там их уже ждали Карен и Сэм.

— С вами все в порядке? — крикнула Карен на ухо Крис.

— Сейчас… думаю, да, — ответила Крис, протянув в сторону Сэма раненую руку.

— Посмотрим, может, получится найти что-нибудь в тех медикаментах, что ты с собой привезла.

Медик осмотрел ладонь Крис, как цыганская гадалка. Потом сделал укол, вычистил рану и перевязал ладонь.

— У тебя появятся проблемы, когда будешь карабкаться наверх, — сказал он. — Я прослежу, чтобы тебя подняли.

— Из-за этой маленькой ранки? — Крис сжала кулак. — Ай!

Адски больно, хотя повязка не особенно тугая.

— Тебя поднимут, — сказал медик и пошел к больным лихорадкой. Над ними соорудили небольшой навес из бревен, что недавно были частью амбара, и брезента.

Между скалой и поднимающейся водой толпились восемьдесят человек. Пятеро малышей, к этому времени хорошенько накормленных, играли в догонялки, гоняясь друг за другом между взрослых, а то и по воде, что вызывало улыбки даже у больных.

Крис осмотрелась в поисках, что делать дальше.

Вдруг слева послышался грохот падающих со скалы камней. Секунду спустя вслед за камнями упало одетое в темное тело, ударилось о скалу и, отлетев, накрыло чахлую сосенку. Крис с Сэмом тут же рванули к тому месту, как ожил коммлинк.

— Крис.

— Я знаю, Томми. Вы потеряли еще одного.

Это был Акуба, темнокожий мужчина, приплывший с Крис по реке. Падение уничтожило жизнь в теле. За спиной Крис матери подзывали к себе детей и уводили подальше от этого признака смертности человека, возможно, признака смерти всех их.

— Мы примерно в двадцати метрах от вершины, — сказал Томми через комлинк. — Хороших путей тут нет. Акуба, Хосе и Набиль пробуют три возможных маршрута.

— Акуба разбился, — сказала Крис и посмотрела на фермеров.

Несколько мужчин и женщин преклонили колени, несмотря на грязь, стали молиться. Крис понадеялась, что бог их услышит. По воскресеньям перед резиденцией премьер-министра разворачивалось церковное действо, освещаемое различными средствами массовой информации. И это было все, что ожидал от церкви отец и все, что понимала в ней Крис. Томми сейчас где-то там, наверху, цепляется за камни и тоже молится. Хочется надеяться, что на его мольбу кто-нибудь обратит внимание.

— Я знаю, — сказал Томми. — Хосе с Набилем все еще поднимаются. Когда Акуба сорвался, они даже не оглянулись. Боже, до сих пор думал, что круче космопехов никого нет.

— Оставайся на связи, — сказала Крис и отключила комлинк и крикнула, обращаясь ко всем, кто на нее смотрел. — Через несколько минут все станет известно, — после чего снова посмотрела на тело Акубы. Из кармана его куртки выскользнула небольшая цепочка с медальоном, покрытым арабской вязью. Ислам запрещает картинки, это Крис знает.

— Аллах велик, — тихо прошептала она, посмотрев в мертвые глаза мужчины.

Интересно, нужно ли было тогда помолиться о Вилли. Своем погибшем герое. Еще одно дело, которое лучше научиться делать, если она собирается остаться в этой сфере деятельности.

Если сегодня не утонет.

— Крис, Крис, — прозвучал из комлинка торопливый голос Томми. — Похоже, у Набила проблемы. Оставайся там. Не двигайся, — это Томми кричал уже Набилу, не выключая связь. — Пусть Хосе доберется до верха, ради бога, парень, не надо этого делать.

Крис попыталась представить, что происходит там, наверху, над ее головой. Когда поручаешь кому-то работу, ты должен жить с тем, что происходит и получается в итоге, напомнила она себе. Приказала самой себе заткнуться. Последнее, что нужно Томми или любому другому у вершины, это кто-то, кто постоянно отвлекает их, подвергая смертельному риску.

Крис сосредоточилась на том, что может сделать. Вода уже плескалась у тропы на краю поляны. Место падения Акубы, вроде как, показывает, что альпинисты взбираются чуть правее тропы, ближе к реке.

— Кто хочет поработать, — сказала Крис громким, но спокойным голосом, перекрывшим низкий гул непрекращающейся болтовни, — могут перетащить вот сюда тюки с сеном.

Кто-то поспешил исполнить приказ, кто-то решил остаться стоять на коленях и продолжать молиться. Крис не хотелось разбираться, кто из них более прав.

— Черт бы тебя побрал, — прозвучало из комлинка и Крис напряглась, готовая уворачиваться от падающих тел. — Он сделал это, — продолжил Томми. В его голосе одновременно звучал и благоговейный страх и смех. — Этот сукин сын сделал это!

Такой необычный тон обычно тихого и спокойного Томми заставил Крис поднять бровь и постучать пальцем по комлинку.

— Сделал что? — тихо спросила она.

— Он пока не добрался до вершины, — ответил Томми. — Держался буквально на кончиках пальцев и, похоже, никуда не собирался. А теперь опять полез.

— С альпинистами все нормально, — громко объявила новость фермерам Крис. Кто-то из них переглянулся, другие прошептали: «Слава Господу».

— Крис, — прозвучал голос Томми через несколько минут и на этот раз как-то жалобно.

— Да, Томми.

— Энсин Лонгнайф, вот ты где, — произнес слишком знакомый и не слишком счастливый голос.

— Слава богу, вы появились, полковник, — чуть не взвизгнула Крис и громко, так что и наверху, наверное, услышали, объявила всем ждущим своей участи фермерам: — Прибыл Космофлот.

— Десант высадился, энсин, постараемся держать ситуацию под контролем. Всю ночь мчались, как дьяволы, чтобы добраться сюда, но добрались живыми. Сейчас спустим веревки, так что смотрите там у себя, внизу. Сколько у тебя людей?

— Сбрасывают веревки, — крикнула Крис фермерам и те быстро отступили от скалы. Почти сразу на землю упали концы канатов и по ним быстро спустились шесть человек из тех, кого она нанимала из жителей Порт-Афины.

— Около девяноста, сэр, — сказала Крис в комлинк. — И еще, сэр, не стоит доверять новым мостам из лодок.

— Так я уже наученный. Один из них обсыпал меня какой-то гадостью, когда я пытался с ним что-то сделать, другой оставил часть конвоя на той стороне глубокого оврага. В третий раз с этими штуками шутки плохи. Оставили меня с наполовину загруженным конвоем, поэтому на базу я вернулся рано и сразу обнаружил, что одного из моих энсинов как корова языком слизнула.

— Да, сэр. Извините, сэр.

— Ты так говоришь, словно тебе и впрямь жаль.

— Это был тяжелый день, полный познавательного опыта.

— Энсин, я хочу, чтобы ты поднялась сюда на первой же веревке.

— Сэр, — тут же запротестовала Крис, — у нас тут полно тяжелобольных людей.

— Она будет первой, — крикнул из-за плеча Крис Сэм.

— По крайней мере, хоть у кого-то остался здравый смысл. С кем я разговариваю?

— Сэм Андерсон. Я владелец этого ранчо.

— Здесь полковник Хэнкок. Я хочу задницу этого энсина. Отправьте ее ко мне.

Вот так Крис и оказалась на первой же подъемной веревке, наполовину поднимаясь, наполовину волочась. Когда она начала подниматься, снизу прозвучали аплодисменты. Крис списала это на радость начала операции по спасению. Потому что просто не могло быть из-за того немногого, что она сделала.

Скала оказалась не вертикально прямой. На некоторых участках завалы камней, гравия и грязи образовывали сорокапятиградусные уклоны. Взобравшись на первый такой уклон, Крис помогла нести носилки с тремя лежачими больными. Другие части скалы каменные и вертикальные, чтобы можно было на что-то влиять. На этих участках Крис позволяла себя поднимать другим.

Как и ожидалось, наверху ее поджидал полковник. Джеб с большей частью своей команды, тоже был тут. Они крутили лебедки и управлялись с ними хорошо, по крайней мере, полковник, похоже, не был намерен присматривать за ними.

— В мой грузовик, — рыкнул он, но при этом протянул одеяло.

В кабине грузовика она увидела Томми, тот помахал ей ладошкой, сидел, закутавшись в одеяло, потягивал горячий кофе с довольной, широкой улыбкой на лице. Кивнул на термос. Крис налила себе немного, сделала глоток и чуть не задохнулась. Очень ирландский кофе. Кто-то не пожалел виски.

— Неудивительно, что тебе нравится, — откашлявшись, сказала Крис.

— Хороший кофе, но не стоит пережитого, — Томми протянул руку, мокрую и всю в крови. — Никогда больше в жизни даже на стул не полезу.

— Следующим рейсом должен подняться медик, он осмотрит твою руку, — Крис показала Томми свою перевязанную ладонь. — Колючая проволока сделала тропу жизни дольно паршивым местечком.

Томми молча глотнул кофе с виски. Крис держала чашку в обоих ладонях, позволяя теплу проникнуть в нее. От виски, без которого она может обойтись.

Через несколько минут, а может через год — время кажется таким гибким — на заднем сидении устроился полковник. Крис с Томми подвинулись. На передние сиденья свалились двое гражданских. Водитель завел двигатель, включил фары и поехал под проливным дождем. Дворники пытались бороться с падающей сверху водой. Может, с переднего сиденья что-нибудь и можно различить, но с заднего ничего разобрать невозможно.

— Я вижу страх в твоих глазах, энсин Лонгнайф? — с упреком сказал полковник.

Крис откинулась на спинку сиденья, сосредоточившись на кофе. Не стоит давать полковнику повода думать, что после всего через что прошла, она боится какой-то загородной поездки… даже если водитель мчится вслепую в темноте.

— Сразу за нами едет грузовик с тяжелобольными и медиком, так что не слишком расслабляйся, — сказал водителю полковник. Сам водитель и пассажир, чтобы разглядеть что-то впереди, почти прижимались лицами к лобовым стеклам.

— Есть, босс. Доставим до места быстро. Может даже живыми. Без дополнительной оплаты.

— Гражданские, — рыкнул полковник. — Почти такие же тупые, как некоторые энсины, которых я знаю. Что думаешь делать дальше, Лонгнайф?

Крис ждала этот вопрос.

— Сэр, на ранчо Андерсена сложилась чрезвычайная ситуация. Вся планета оказалась на грани эпидемиологической катастрофы. Я решила безотлагательно, в пределах допустимого риска, отправить экспедицию на лодке. Нам помешало лишь то, что я не могла предположить с самого начала: у новых лодок обнаружился изъян. Мы провели вакцинацию и уже приступили к спасательной операции, когда появились вы, сэр.

Вот и отчиталась. И каждое слово правда… без прикрас…

— Значит, — Хэнкок только головой покачал, — у тебя не было времени вызвать меня и обсудить предстоящий поход?

— Сэр, вы совершали конвойную миссию. К ранчо Андерсена нет никаких дорог. Единственный способ добраться — лодка, — сказала Крис, прекрасно осознавая, что грузовик, в котором она сейчас едет, может поднять парочку вопросов в ее оценке ситуации. — Пока лодка из жидкого металла не стала просто жидкой, все шло не так плохо, сэр. Лодка сформировалась, как ей и положено. Мне даже удалось ее починить, когда наткнулись на бревно. Сэр, у нас не было другого выхода.

Пока Крис объясняла, почему сделала то, что сделала, лицо полковника Хэнкока продолжало оставаться твердой маской. Во всяком случае, напряжение во взгляде только усилилось.

— Ты дважды активировала систему модификации лодки.

— Да, сэр. Но я же не знала, что это проблема.

— Если бы ты проделала такое еще раз, пока добиралась до ранчо, все скопом оказались бы в реке.

— Да, сэр, — скривившись, кивнула Крис.

— Я обнаружил, что вся эта система оказалась чепухой, когда использовал ее для моста. Хорошо, что мост рассыпался, когда на нем никого не было. Предполагал, что у нас могут быть проблемы, поэтому не особо рисковал жизнью. Ничьей. Но ты рискнула, потому что у тебя не было выбора.

Крис не ответила, потому что ответа у нее не было.

— Энсин Лиен, Томми, так ведь?

Крис мысленно поблагодарила полковника, что тот немного отвлекся от нее, а потом все равно почувствовала себя виноватой. Томми не сделал ничего, о чем она не просила. Нет, потому что они служили в Космофлоте. Она приказала ему делать, и он делал. Она старшая. Она за все ответственная.

— Да, сэр, — ответил Томми.

— У тебя тоже не было другого выбора?

— Нет, сэр. У меня был выбор.

Полковник открыл было рот и тут же закрыл, внимательно посмотрев на Томми.

— Что заставляет тебя так говорить?

— У нас всегда есть выбор, сэр. По крайней мере, так всегда говорит моя бабушка. Неважно, как все вокруг плохо выглядит, выбор всегда есть.

— Какой же выбор был сегодня у тебя, коего энсин Лонгнайф, кажется, не заметила?

Боже, сколько сарказма.

— Мы могли связаться с вами, сэр. Спросить у вас совета. По крайней мере, держать в курсе того, что делаем. Я не задумывался о том, чтобы приехать к ранчо как вы, сэр, но, может, после вашей подсказки, нам и пришла бы такая идея. Но, сэр, у нас не было под рукой подъемного крана для погрузк лодки на грузовики. Не уверен, что мы могли проделать это.

— Но тогда ты об этом задумывался, так ведь?

— Нет, сэр.

— Почему?

— Крис сказала брать лодку, и я выполнил приказ.

— Выполнил без вопросов.

— Да, сэр.

Крис знала, что это было не совсем так. Томми ворчал, просил и жаловался, но она не слушала его. Проигнорировала, как обычно делала прежде.

— Ты пойдешь за ней, даже если она приведет тебя прямиком в ад.

— Да, сэр.

— Или к обрыву.

— Или туда, сэр, — Томми улыбнулся.

— Слышишь это, энсин?

Крис вздрогнула, снова внимательно слушая полковника, прерывая переваривание слов Томми.

— Да, сэр.

— Ты слышишь это?

Крис потребовалось некоторое время, прежде, чем ответить:

— Да, сэр.

— Ты лидер. Наверное, лучший чертов лидер из всех, что есть у этой банды. Ты заполнила вакуум, коему я позволил образоваться. И за это я несу большую часть ответственности. Однако, сударыня, ты никогда не сбросишь с себя ответственности за лидерство, что навалила на себя. Как только ты ступила на эту планету, ты стала лидером. Люди, до этого чувствующие себя брошенными и потерянными, боровшиеся сами за себя, увидели, что могут тебе доверять, согласились, чтобы ты вела их. Так и должно быть. Но, черт побери, женщина, ты влипла по уши. Ты — энсин Космофлота. Это много значит, но вовсе не то, что ты, энсин Лонгнайф, хочешь этим сказать.

Крис приложила все имеющиеся усилия, чтобы следить за мыслью полковника, но где-то на полпути он сам ее потерял.

— Сэр, я не понимаю.

— Ты — Лонгнайф. У тебя нет выбора. Так говорил Рэй Лонгнайф после того, как укокошил президента Урма. «Не было альтернативы». Так сказал твой прадедушка Троубл после того, как погнал батальон на Черную Гору и выбил оттуда дивизию. Так же, как Томми узнал от бабушки, что всегда есть выбор, ты, сидя на коленях прадедов, узнала, что не бывает других вариантов.

— Это не так, сэр. Я могу сосчитать на пальцах одной руки, сколько раз я видела дедушку Рэя. А дедушка Троубл — самый нелюбимый человек мамы во всей вселенной. Его не было в нашем доме с тех пор, как мне исполнилось двенадцать. — И он спас мне жизнь. — Вся причина, что я завербовалась в Космофлот в том, что я хочу уйти от того, чтобы быть одной из тех Лонгнайф. Сэр.

Он несправедлив к ней.

Он ничего о ней не знает. И, похоже, ему все равно.

Крис сложила на груди руки, приготовившись игнорировать следующие слова полковника, прославившегося контролированием толпы с помощью пулеметов.

Но полковник ничего не сказал.

Вместо этого он откинулся на спинку сиденья и долго изучал ее.

Снаружи все еще лил дождь, стуча по крыше кабины, как по барабану. Водитель с помощником перебрасывались короткими фразами типа: «Справа большая скала», «Осторожно, дыра!», «Лужа, похоже, глубокая, прими правее».

Крис устала… измученная прошедшим днем и истощенная критикой полковника. Ей просто хотелось, чтобы Хэнкок закончил читать нотацию и дал ей немного вздремнуть.

Полковник же улыбнулся.

— Семья — странная штука. Помню, навещал как-то старика, когда моему сыну было то ли семь, то ли восемь. Могу пересчитать по пальцам, сколько дней они провели вместе. Но в те дни мне едва удавалось сдерживать улыбку. Видишь ли, у сына были те же манеры, что и у дедушки. В семилетнем возрасте дети милые, грубые и дерзкие, но слушая дедушку, он приглаживал волосы, дергал себя за ухо так же, как он. Забавно, учитывая, что они никогда прежде не виделись. Вот я и удивлялся все время, откуда у сына появились те же привычки, — полковник пригладил волосы и дернул себя за ухо. Крис чуть было не улыбнулась.

— У вашего сына манеры и привычки отца, — сказал Томми.

— Да, и, естественно, поскольку я не живу перед зеркалом, поэтому и не замечал ни разу, как я это проделываю. Но сын замечал и повторял. И, думаю, я замечал, как это делал мой папа и повторял за ним.

— Но не осознанно, — сказала Крис.

— Никогда осознанно.

Крис провела ладонью по волосам.

— Помню, — казала она, — как отец говорил парламенту, что у них нет другого выхода, кроме как оставить смертную казнь до тех пор, пока убийцы Эдди не будут висеть на виселице. Не могу и сосчитать, только раз от него слышала: «Других вариантов нет». Однажды он меня на футбольный матч отправил, сказав: «Выиграй. Другого варианта нет».

— Ты не могла проиграть? — недоверчиво спросил Томми.

— По крайней мере, отец так считал, — ответила Крис, потом хмуро посмотрела на полковника. — Но, когда я увидела базу, здесь был сплошной беспорядок. Я поняла, что нужно что-то делать. Стало понятно, что нужно почистить столовую, улучшить еду. Альтернатива была простая — валяться в грязи.

— Да, и ты сделала доброе дело. Слава Богу, ты сделала то, что сделала. Дала мне второй шанс. Ты заставила мою команду двигаться, а не лежать на спине и пялиться на тучи. Ты накормила множество людей. Выбрала правильный момент, — полковник не сводил с Крис взгляда. Он был таким же требовательным, но, почему-то, не таким мрачным, когда забирался в кабину.

— На этот раз я сделала неправильный выбор.

— Да.

— Но как узнать, когда я права, а когда подхожу к краю обрыва? — требовательно спросила Крис.

— Это вопрос, — фыркнул полковник, — на который хочет найти ответ каждый энсин.

— И… — настойчиво продолжила Крис.

— Если повезет, и ты станешь лейтенантом, будешь легко такое распознавать. К тому времени, как на твои петлицы навешают орлов, будешь в этом очень хорошо разбираться.

Что только еще больше запутало Крис.

— Сэр, это ведь не ответ на вопрос, не так ли?

— Ты сама должна найти ответ. Еще лучше, несколько ответов. Существует множество ответов, которые, может показаться, ты знаешь, но, на самом деле, нет.

— Сэр? — вот это по-настоящему озадачило Крис.

— Кто убил президента Урма? — тихо спросил полковник.

Крис моргнула и сказала первое, что пришло в голову:

— Мой Великий дедушка Рэй.

— Да, так писали во всех газетах. Но с этим не согласен ни один учебник по истории. Сколько ты читала об этой операции?

— Кажется, все книги. В городской библиотеке была пара полок о той войне. Мне тогда было тринадцать. — И не просыхала.

— Но никогда не читала секретного отчета армейской разведки о боевых действиях?

— Раз их не было в библиотеке, думаю, нет.

— Сейчас имеешь право знать. Новости старые. Как-нибудь поинтересуйся.

Крис не хотела узнавать об этом потом, ей нужно знать сейчас. Она почти активировала Нелли, чтобы та принялась за поиски, когда Томми, наклонившись через нее, спросил:

— Сэр, а о чем в нем говорится?

Полковник усмехнулся неожиданному источнику вопроса, но ответил:

— В нем говорится о том, что полковник Лонгнайф вместе с женой Ритой самые бесстрашные люди во вселенной. Они пролетели половину расстояния, что занимает человеческое пространство рядом с бомбой, пронесли ее мимо самой жесткой системы безопасности, к тому времени разработанной человеком. Сделали это спокойно и очень круто, так и не дав ни малейшего намека на то, что собираются сделать. Ни экипаж корабля, что вез их, ни охранники, мимо которых они прошли, ничего не заподозрили. Черт, вот это мужество.

— Так они и убили президента Урма, — сказала Крис.

— Вроде бы, как да. Но есть несколько вопросов, на которые бедные разведчики, пишущие отчет, так и не смогли ответить. В качестве посетителя, полковник сидел насколько можно далеко от председательствующего Урма, чтобы его не заподозрила охрана. А в отчете о вскрытии говорится, что бомба взорвалась прямо в лицо президента. Все лицо усыпано осколками, а некоторые даже пробили заднюю часть черепа.

— И как же получилось подложить чемоданчик прямо к лицу? — поинтересовался Томми.

— Хороший вопрос, — усмехнулся половник. — Еще лучший вопрос, как можно умудриться так подложить чемоданчик, и при этом остаться в живых, чтобы рассказывать об этом.

— Но дедушка дал сотни интервью об этом убийстве. Хотите сказать, он соврал журналистам?

— Я прочитал много этих интервью, сударыня, и могу спорить, твоя бабушка не сказала слова неправды никому из этих медиа-тупиц. Если ты никогда не была на острие копья, Крис, ты и понятия не имеешь, что там происходит. Эти репортеры задают вопросы, ответы на которые, как думают редакторы, больше интересуют какого-нибудь среднего Джо с улицы. Выяснение фактов, что произошло на самом деле, так же далеко от них, — полковник фыркнул, — как эта планета от засухи. Нет. Репортеры могут разбираться в вечеринках в саду, думать, что понимают политические кампании. Но понимают ли они, то делает солдат? Точно с таким же успехом можно попросить свинью спеть оперу.

Потом полковник сосредоточился на Крис.

— Но ты знаешь, на что это похоже. Два-три раза ты была на острие копья. И если собираешься и дальше возлагать надежды на бедных парней вроде Томми, лодочников или парней из твоего складского отдела, тебе лучше быстрее понять, как мыслят люди, которые превратили «этих проклятых Лонгнайф» в одно слово.

— А сейчас поспи. У нас есть люди, они обо всем позаботятся. Завтра прибудут горцы, и мы передадим им многое из того, что наделали, — на лице полковника появилась странная улыбка. — Может даже, получится уговорить полковника устроить обед в столовой до того, как я отправлю тебя с планеты.

Крис не понравилась улыбка полковника. Что-то было в этих горцах и «обеде в столовой» настораживающее. В столовой не может быть обеда, там есть только еда.

— Горцы, сэр? — спросила она.

— Четвертый батальон ЛорнаДо, Горный Полк. Думаю, старшина Резерфорд еще не покинул их. Его отец служил в Четвертом взводе Космопехов, который твой великий дедушка Троубл вел на Черную Гору. Батальон, выбивший с горы окопавшуюся там дивизию. И не просто какую-то дивизию, а такую, где офицеров обвинили в военных преступлениях, такую, где каждый сержант и солдат знал, то сядет в тюрьму, если новоизбранное правительство Саванны быстро не покинет город. Ты знаешь эту историю.

Крис кивнула. Конечно, она ее знала. По крайней мере, в том объеме, в котором рассказывали учебники истории.

— Так вот, отец старшины Резерфорда был одним из тех горцев, которые спустились с горы своим ходом. Интересный взгляд на то, как батальон завоевал эту особую боевую честь.

Закончив, полковник отвернулся к окну и, не смотря на ухабистую дорогу, заснул.

Крис отстала от него, наверное, секунд на десять.

Глава 17

Крис скучала по грохоту приземляющегося посадочного модуля, по стуку хлещущего по автобусу дождя. Она не сводила глаз с взлетно-посадочной полосы: рано или поздно им придется выбраться из тумана, бурлящего под порывами ветра. Метеорологи обещали на сегодня дождь и тепло. Дождь, как всегда, шел, а вот тепла не было. Крис натянула на себя свитер и брюки цвета хаки.

Несмотря на приказ коммандера на Вардхейвене, который и отправил Крис на эту операцию, она прихватила с собой два комплекта формы хаки и один комплект белой парадной формы. Не успела она вернуться на базу с речной экспедиции, полковник Хэнкок приказал ей немедленно надеть один комплект и не снимать его до конца пребывания на Олимпии. «Может, тогда у тебя будет меньше проблем, если будешь одета соответственно». Так-то вот. Может даже, он прав. Последние часов тридцать она не сделала ничего такого, что не понравилось бы полковнику.

Конечно, полковник тоже не покидал базы, поэтому действия Крис были ограничены. Ну, не ограничены, а, скорее, сужены. Когда родители наказывали Крис, это не было оправданием пропуска футбольных тренировок или балетных репетиций или чего-то в этом роде, только личные дела. Так же и с Хэнкоком. Она может руководить складом. На самом деле ей нужно привести там все в порядок для передачи горцам. Томми занимался гаражом. И тоже подбирал дела для передачи. Просто ни один из них не должен делать лишнего шага из склада, базы и прямой тропинкой между ними. Временами захаживал полковник, убеждаясь, что так оно и есть. По пять-шесть раз за день.

Как будто доверял Крис не больше, чем она матери или отцу в шестнадцать. Если так, тогда у полковника есть все основания для недоверия. Первым выходом за пределы участка «короткого поводка» стало сопровождение колонны арендованных автобусов и фургонов. Крис поинтересовалась у Томми, не желает ли тот отправиться на встречу батальона горцев, и тот с удовольствием ухватился за возможность выбраться из гаража. Крис поинтересовалась и у полковника, есть ли у него такое желание.

— Кто едет на переднем сиденье? — спросил полковник, не отрываясь от отчетов, раскиданных на столе.

— Пара наемных стрелков, охраняющих столовые, — сегодня снова почти весь личный состав базы уехал доставлять продукты фермерам.

— Намереваешься начать войну или что-то еще, что увеличит количество бумаг на моем столе?

— Нет, сэр. Определенно нет, сэр. Слово энсина, сэр. Нет, слово энсина Лонгнайф, сэр, — улыбнувшись, поправилась она.

— Потеряйся, — проворчал полковник и, подумав, добавил: — Но оставляй за собой хлебные крошки. Я хочу, чтобы к ужину ты вернулась.

— Да, сэр, — отсалютовала она. Ответный салют и вовсе можно было классифицировать как военную честь.

Оба корабля появились из-за туч почти одновременно. Крис только головой покачала. Идут бок о бок. Сложно им придется. По коллекции выбоин взлетно-посадочная полоса Олимпии даст любой другой приличную фору, так что садиться в таком режиме форменное самоубийство.

Судя по всему, пилот одного из спускающихся аппаратов, единожды взглянув на полосу, пришел к такому же выводу. Он прибавил тяги и ушел в облака. Пилот другого аппарата рискнул, сел, и проехал, огибая самые большие выбоины, так что посадка прошла более-менее плавно. Он уже подруливал к парковочному месту за номером один, когда приземлился второй аппарат. Не желая мокнуть, Крис ждала в автобусе, наблюдая, что будет происходить дальше. Как только второй аппарат занял второе парковочное место и замер, оба одновременно опустили кормовые люки, превращая их в трап.

Двое мужчин в клетчатых килтах и высоких пушистых шляпах бодро вышли на трап и прошествовали к краям люка. Потом донеслись весьма интересные звуки.

— Что эти женщины делают с бедными кошками? — донесся по связи голос Томми.

— Будь осторожен с теми, кого ты назвал женщинами, — отозвался полковник, по ходу дела, отслеживая разговоры по радио.

— И эти бедные кошки, которых ты пожалел, называются волынками, — добавила Крис.

— Я думал, вы, санта-маринцы, вышли из кельтов, — сказал Хэнкок. — Только не говори, что не знаешь, что такое волынка.

— А она разве пережила голодные годы, когда мы еле выживали? — сказал Томми самым грубым тоном, такого раньше Крис от него не слышала. — И разве мы каждый день не благодарим Иисуса, Марию и Иосифа за эту маленькую благодать?

— Я думал, что отправляю тебя с Олимпика, потому что ты слишком тесно связан с одной персоной из семейки Лонгнайф. Энсин Лиен, ты не переживешь этой ночи.

— Я должен бояться мужчин в юбках?

— Дам из ада, — Крис помнила кое-что из истории. — Сейчас, Томми, мальчик мой, тебе стоит убраться на базу… — тут и без того сильный дождь выбрал именно этот момент, чтобы стать еще сильнее, — или можешь на двух автобусах подъехать ко второму посадочному модулю, — Крис посмотрела на водителя рядом с собой и та тронула автобус. — Я свои три автобуса подведу к первому. Не волнуйтесь, полковник, мы справимся со всем деликатно.

— И почему это я начинаю сомневаться в определении слова «деликатно», когда оно звучит от Лонгнайф? — вздохнул полковник. — Хэнкок, конец связи.

Крис не обратила внимания на последний вопрос полковника. Водитель вывела автобус на посадочную площадку и остановилась у подножия трапа первого посадочного аппарата.

Солдаты с винтовками на плечах гуськом выходили из обоих посадочных модулей. Под звук волынок их шаг на трапе замедлился и, под бдительным взором сержантов, они быстро построились в несколько рядов. Килты солдат были в основном красными с небольшим количеством зеленого, черного и белого. На головах шляпы из шотландки и коричневые куртки, которые под дождем быстро превратились в темно-коричневые. Но для солдат и сержантов такая погода была все равно, что теплый летний день. Головы подняты высоко, уверенные шаги. Они на параде, и черт с ними, этими ветром и дождем.

Элегантно одетые офицеры сошлись у трапа первого посадочного модуля, также не обращая внимания на дождь. Крис сбросила накидку и открыла дверь автобуса. Порыв ветра тут же намочил форму хаки, но она быстро зашагала к сформировавшейся офицерской группе. Навстречу вышла темнокожая женщина в килте. Как только между ними осталось два шага, Крис остановилась и козырнула:

— Энсин Лонгнайф, встречающий базы в Порт-Афины.

— Майор Массинго, адъютант батальона, — ответила на приветствие женщина и представила ее командиру батальона полковнику Халверсону. Крис уже проверила: Халверсон на полгода моложе Хэнкока, а потому проблем между ними возникнуть не должно. Халверсон казался веселым и был счастлив находиться здесь. Крис подозревала, что он никогда не был там, где стал бы несчастным.

— Майор, предлагаю запустить войска в автобусы, что наша добрая энсин предоставила нам. Несколько недель назад, получив приказ, я боялся, что нам придется идти в город пешком. Под ружьем, не меньше.

Пока майор передавала приказ полковому старшине, а тот выкрикивал приказы ротным сержантам, Крис ввела полковника в курс дел. Было приятно наблюдать за работой командной цепочки, образовавшейся, наверное, еще во времена, когда Прекрасный принц Чарльз учился ходить в обход и отступать на настоящих шотландских высокогорьях.

— Я так понимаю, вам понадобится офицерская столовая, — сказала Крис, когда солдаты гуськом отправились рассаживаться по автобусам. Хэнкок успел проинструктировать Крис, что неформальный подход к еде, практикующийся на их базе, вряд ли будет соответствовать стандартам горцев.

— Совершенно верно, энсин, — кивнул полковник. — Не стоит смешивать офицеров и всех остальных в одном месте.

— У меня есть подходящий объект в двух кварталах от базы, — заверила его Крис.

— Хорошо. У нас как раз приближается юбилей одной из наших величайших битв — взятие Черной Горы в Саванне, когда полковник Лонгнайф послал нас присматривать за этой недвижимостью.

— Имею честь быть правнучкой полковника Лонгнайф, — сказала Крис.

— Для нас будет честью принять вас в качестве гостя в нашей столовой, энсин.

Крис кивнула в ответ на приглашение, и сбросила весь груз ответственности, не сходя с места.

— Генерал Тордон тоже мой прадед, — добавила она.

— Господи, мэм! Троубл и Рэй в вашем генеалогическом дереве.

— Это большая честь, — заверила она полковника.

— Если не проклятье, — усмехнулся тот, оставив Крис в задумчивости, когда эти два полковника успели сговориться.

Как только Крис довезла войска до базы и отвела Халверсона в кабинет Хэнкока, те заговорили о старых временах, боях и оружии, чем быстро дали понять, что их разговор не для деликатных ушей энсина, так что Крис отправилась в свой кабинет на складе.

У ворот ее встретил Джеб вместе с Сэмом Андерсоном.

— Лонгнайф, не возражаешь добавить в штат еще пару мастеров? Для меня ночи становятся, чем дальше, тем длиннее.

— Сэм, ты хочешь на меня работать?

— На затонувшем ранчо сложно пасти коров. Моим людям нашли место, где можно отдохнуть, но нам нужна работа, даже если просто за еду.

— Оплата не так уж и велика, — заметила Крис. — Вардхейвенский доллар в месяц.

— Лучше, чем ничего. После вашего чуда мы думаем, что должны вам.

— Это было не мое чудо, — Крис покачала головой. — Вы, парни, работали так же усердно, чтобы поднятья на ту скалу.

— Я имею в виду другое, мэм. Чудо уже то, что вы узнали о наших неприятностях. Услышали нашу передачу по радио. Оно хорошо для разговоров вдоль каньона, но из-за скал и прочих возвышенностей мы больше ни с кем не разговариваем. Пятнадцать-двадцать миль от нас уже все. На вершине каньона когда-то стоял ретранслятор, а понизу проложили провод. И то, и другое смыло шесть, а то и все семь месяцев назад.

— Спутники? — спросила Крис. Премьер-министр всегда говорит, что чудеса — объяснение совершенно понятных событий, используемое ленивыми людьми… как только применяешь к этим самым событиям логику.

— Летают очень низко над горизонтом. Пока у нас был ретранслятор, никаких проблем не было. Но как только он исчез, связь тоже исчезла. Не могу даже сказать, как мы были удивлены, когда поняли, что вы услышали наш крик о помощи.

Не настолько удивлены, как Крис. Она наняла Сэма и еще одного человека с его фермы для работы с Джебом, присматривающего за складом. Сюда же определили еще нескольких. Остальных приставили к дорожно-строительной команде, которая должна сотрудничать с инженерным взводом горцев и привести в порядок взлетно-посадочную полосу, ставить мосты для автоколонн с продуктами и вообще начинать приводить инфраструктуру планеты в порядок. Эстер с Джебом увидели, на что на самом деле способен Фонд фермеров-переселенцев Рут Эдрис. Перед отбытием с Олимпии Крис предстояло оформить фонд официально.

Еще о многом предстояло подумать, когда Крис уселась за новый стол в новом кабинете на другой стороне того же здания, где взорвали ее старый кабинет. Спенс снова работал, проверяя счета и следя за правильностью заполнения документов. О многом еще предстояло побеспокоиться.

Так почему же мысли продолжает грызть вопрос радиосигнала, которому, чтобы добраться до базы, нужно несколько раз отразиться и усилиться? Без сомнения, атмосферные условия Олимпии более чем странные. Никому еще не удалось передать сообщение куда-либо напрямую. Наверное, никто и никогда еще не был настолько отчаян, настолько безжалостен в своих усилиях. Точно. Чудо, получившееся из тяжелой работы умелых рук и перемешивания вулканических выбросов с радиоволнами. Вот и все объяснение.

— Нелли, когда корабль Петервальда вышел на орбиту? — исключим сразу же первый вопрос, который задала бы тетушка Тру.

— Яхта «Барбаросса» вышла на орбиту в четверг, в одиннадцать тридцать семь утра по местному времени.

— Когда ты перехватила сообщение с ранчо Андерсона?

— Четверг, девять сорок два по местному времени.

Ладно, пусть тетушка Тру задаст еще один вопрос.

— Во сколько я первый раз активировала лодку из жидкого металла?

— Четверг, десять двенадцать утра по местному времени.

Крис закусила нижнюю губу. Тетушка хотела задать еще один вопрос.

— Нелли, у «Барбароссы» была возможность видеть каньон?

— Яхта «Барбаросса» находилась на необычно эллиптической орбите, что дает ей стопроцентную вероятность прямой видимости дна Малого Вилли-Каньона в три оборота по орбите и чуть больше пятидесяти процентов еще в четыре орбитальных оборота.

Нет смысла ходить вокруг да около со своим же компьютером.

— Нелли, когда мы перехватили сообщение Андерсона, «Барбаросса» находилась над каньоном?

— Да.

Вот тебе и все. «Чудом» мог быть кто угодно на корабле Петервальда, может даже сам Хэнк, отправивший ее вверх по смертельно опасной реке на лодке с огромной замаскированной дырой. Но то, что Хэнк мог ее убить, не означает, что он хочет ее убить. Она не могла быть настолько плоха на первом свидании. Крис попыталась рассмеяться своей же шутке и не смогла. В этом не было смысла. Почему Хэнк Петервальд, его отец или дедушка хотят, чтобы Крис Лонгнайф умерла?

Ясно одно: ни мама, ни папа этот вопрос даже рассматривать не хотят.

— Нелли, поищи аналогичные случаи, когда жидкометаллические лодки разрушались, подобно нашей.

— Я уже провела поиск. Из пятидесяти трех тысяч четырехсот двенадцати лодок, произведенных на сегодняшний день, не было ни одного сбоя. Так же не было сообщений о подобных сбоях с космическими кораблями ни во время производства, ни во время эксплуатации.

— Спасибо, Нелли, и спасибо, что думаешь наперед меня, — сказала Крис. Похоже, тетушка Тру в последнюю встречу внесла в компьютер несколько по настоящему интересных обновлений.

— Не за что. Постараюсь и в будущем проводить подобные поиски.

Крис откинулась на спинку стула и уставилась на потолок. Один раз — случайность. Два раза — совпадение… наверное. На третий уже можно признавать враждебное действие. Вопрос только в том, кто враг? Крис не хотелось думать, что у такого симпатичного молодого парня, как Хэнк, уже целый список врагов. Крис считала себя симпатичной молодой девушкой и точно оказалась в чьем-то списке врагов.

— Крис, — осторожно сказала Нелли.

— Да.

— Тебе известно, что с Вардхейвена пожертвовано пятьсот тысяч долларов в фонд Эдрис?

— Нет, Нелли, оставляю управление финансами на тебя. Кто сделал пожертвование?

— Пожертвование анонимное, но с момента, как оно пришло, я постаралась отследить денежный перевод. Большая вероятность, что пожертвование сделал Хэнк Петервальд.

— До или после того, как корабль встал на орбиту?

— Не уверена, но средства зачислились после.

Крис задумалась. Хэнк вряд ли будет вкладывать деньги на банковский счет фонда, созданный мертвой девочкой. Скорее всего, нет. Сама планета является потенциально главным связующим звеном для торговли. Согласно отчету Нелли, Вардхейвен профинансировал половину стартовых вложений Олимпии, в остальные вкладывались другие планеты всего мира. Как обстоят дела сейчас, когда некто крадет удостоверения личности и продает недвижимость за пределы планеты, Крис проверит позже. Но если бы Хэнк знал что-нибудь о том, что задумал его отец, вряд ли он дал бы Крис денег, чтобы что-то здесь улучшить.

Крис даже удивилась, насколько лучше себя почувствовала, решив, что Хэнк не хочет ее убивать. Но если Папа Петервальд хочет получить прыжковые точки Олимпии, как далеко он может зайти? Что ей самой нужно сделать прежде, чем покинет планету?

Дождь стучал в окно ее нового кабинета.

На внешнем отливе виднелась грязь, размазанная стекающей водой. Да, в дожде есть вулканический пепел. Что еще?

— Нелли, кто-нибудь исследовал взорвавшийся вулкан, вызвавший такой беспорядок?

— Нет.

Естественно, зачем идти к вулкану, когда он сам пришел к тебе.

— Кто-нибудь делал анализ пепла?

— В публичных отчетах такого исследования нет.

Рядом с кофеваркой Крис заметила пустую банку. Наверное, она сходит с ума, но, может, пришло время побыть немного параноиком. С банкой в руках она вышла на улицу и присмотрелась к потокам воды. За зданием нашлась канава. Ржавые трубы работали на полную, не давая скопиться достаточному количеству воды, чтобы не рухнула крыша. К уставившейся на грязную воду Крис подошел Джеб.

— Могу чем-нибудь помочь, мэм?

— Сколько вулканического пепла было в воде, когда начался дождь?

— Немного.

— Как думаете, часть этого пепла может остаться в канаве?

— Не удивлюсь, если так. Хотите прихватить сувенир?

— Нужно что-нибудь прихватить. Может, превращу его в вазу или керамическую безделушку. Вы меня понимаете.

Некоторое время Джеб изучал ее, потом подозвал к себе паренька лет двенадцати.

— Леди желает немного пепла нашего вулкана. Не возражаешь немного испачкаться?

Пацан выглядел так, словно его спросили, не хочет ли он попасть в космос. Подхватив банку, он спустился в канаву, провел ей по дну.

— Вы хотели это получить, мэм? — спросил он, передав банку Крис с гордым видом жениха, вручающего невесте кольцо с бриллиантом.

— Именно, — сказала Крис, закрыв банку крышкой, потом вытащила из кармана долларовую монету. — Это тебе. Спасибо.

— Мама не разрешает мне брать деньги, — пацан покачал головой, так и не коснувшись монеты. — Ты нас кормишь. Она меня прихлопнет, если я ее возьму.

— Это для твоей мамы, — Крис вытащила вторую монету, — за то, что воспитала такого хорошего мальчика. Теперь бери обе монеты и беги домой.

Вид у пацана остался недоверчивым, но кивок Джеба сделал свое дело. Схватив обе монеты, он помчался к воротам, не обращая внимания на капающую с одежды воду.

— Самое меньшее, что я могу сделать, чтобы привести его одежду в порядок, — усмехнулась Крис.

— И за то, что потакал женщине, сошедшей с ума, как и все остальные на этой планете, — сказал Джеб.

Крис посмотрела на банку в руке, вытерла с нее грязь и развернулась, чтобы пойти обратно в кабинет.

— Посмотрим, кто тут у нас сумасшедший, — пробормотала она.

* * *

Два вечера спустя Крис вместе с полковником Хэнкоком отправилась в офицерскую столовую Четвертого Горного Батальона Планетарной Гвардии ЛорнаДо. Приглашение было связано с тем, что Крис с Томми сделали для батальона за последние двое суток и с тем, кем была Крис сама по себе. С помощью друзей Крис среди местных мастеров, заброшенный, обветшалый ресторан превратился в офицерскую столовую и клуб офицеров в полном и традиционном значении этого слова. По залу группами расставлены кресла, каждая группа отличается от остальных. На стенах висят фотографии бывших командиров батальонов и групп офицеров, а также чемпионских футбольных команд. На одном из десантных кораблей прибыли тщательно упакованные картины маслом, изображавшие батальные сцены из почетного списка батальона. Зал хорошо отапливался, полы покрыты коврами, пахло свежей краской, так что Крис с трудом верила, что совсем недавно здесь была просто-напросто помойка, от которой бригаде мастеров и пришлось избавляться. Или что такое место может вообще существовать среди плесени и болот, в которые превратилась Олимпия. Книги, которые Крис читала в детстве, рассказывали, как часть Англии однажды перенесли в Индию. Стало даже интересно, как это могло быть. Вардхейвен не был Землей и гордился этим. Сейчас она видела, как… и зачем… батальон может перевезти ЛорнаДо, а то и вовсе Англию, на Олимпию.

Стена, пронзенная двойными французскими дверями, отделяла клуб и бар от столовой. Несмотря на непринужденную обстановку, за плечом полковника Халверсона зависал молодой рядовой в голубой форме и килте на случай, если командиру вздумается отдать какой-нибудь приказ.

Коммандер Овинг, заместитель Хэнкока, уже сидел в уголке, в глубоком мягком кресле, со скотчем в руках, погруженный в беседу с офицерами медицинской и снабженческой частей батальона, рассуждая о лучшем солоде в освоенном человеком космическом пространстве. Лейтенант Пирсон отвергла предложение появиться на вечеринке. Крис слышала, как она кричала в дежурке недалеко от кабинета полковника о пьяных развратниках. У полковника, похоже, плохо со слухом оказалось, потому что, хоть он и стоял рядом с Крис, казалось, не слышал ни слова. Двое других энсинов оставили Крис, Томми и полковника отдуваться за всех них, предоставив возможность напиться и развлечься в компании шотландского батальона втроем.

Полковник с двумя энсинами Космофлота, похоже, прибыли последними. На приеме в Вархейвене в честь признания заслуг Крис, белая брючная униформа оказалась весьма модным заявлением против бюстье и юбок, здесь же одной из немногих, кто не выставлял на показ голые коленки. Но полковник Халверсон позаботился о том, чтобы полковник Космофлота в сине-красном мундире и энсины в парадной белой форме чувствовали себя как дома.

— Что будете пить? — поинтересовался полковник, радостно поприветствовав гостей, после чего повернулся к рядовому. — Передай официантам: сегодня деньги этих людей не котируются. Прадедушка этой молодой женщины поднялся на Черную гору вместе с нашим батальоном. Хоть он и был космопехом, но для того, кто стыдится за свои коленки, был чертовски хорошим бойцом.

— Да, сэр, — сказал парень, глядя на Крис так, словно она только что сошла с горы Олимп.

— Будет жаль, если их стаканы останутся сухими.

— Да сэр. Что будете пить, мэм?

Последние десять лет Крис комфортно себя чувствовала, заказывая только безалкогольные напитки, но тут стало ясно — газировка перед этими мужчинами и женщинами поставит ее в невыгодное положение. Скотч из бутылки полковника не смог утянуть ее в запой. Может, дедушка Троубл и прав. Может, она не настолько алкоголик. Сглотнула, улыбнулась и сказала:

— Сельтерскую с лаймом, пожалуйста.

Томми заказал ирландский виски без ничего. Полковник Хэнкок заказал то же, что пьет полковник Халверсон, после чего парень отправился выполнять заказ. Новый полковник посмотрел на старого.

— Ты говорил, что в бою она очень смелая. Теперь вижу, она может быть стойкой и на вечеринках, — полковник горцев снова посмотрел на Крис. — Кстати, сударыня, вы будете не единственной, кто знаком с этой бестией. А сейчас полковник, я хочу показать тебе несколько интересных штучек.

С этим оба старших офицера оставили Крис и Томми в одиночестве посреди зала.

В одиночестве они простояли не больше двух секунд, прежде чем рядом с Крис остановилась молодая женщина в килте.

— Я капитан Резерфорд. Я так понимаю, нам сегодня повезло.

— Энсин Лонгнайф. В чем именно повезло? — Крис очень не хотелось провести вечер споря, какая программа вывода себя из запоя лучше — из семи или двенадцати шагов.

— Наши прадедушки ушли с Черной горы с целыми яйцами, — усмехнулась женщина. — Иначе нас бы здесь не было. Я Эмма, — сказала она и протянула руку.

— Крис, — отозвалась Крис, ответив на рукопожатие. — Это Томми. Он с Санта-Марии, но не стоит на него держать зла.

— Ах, тогда вам должны понравиться наши волынки.

— Люблю их, это ведь маленький кусочек дома так далеко от старой земли, — откликнулся Томми.

Крис глотнула только что принесенный напиток и чуть было не задохнулась.

— Он не может быть настолько крепким, — сказала Эмма.

— Я так заказала, — кивнула Крис новой знакомой и молодому солдату, принесшему заказ и разглядывающего Томми, как невесть как сюда проникшую крысу.

— У нас всегда есть выбор, — напомнил ей Томми.

— Подлый трус, — прошептала Крис.

— Политически проницательный. Я думал, что ты, будучи дочерью политика, поймешь меня быстрее.

— Я влипла в самый центр чего-то? — поинтересовалась Эмма.

— Всего лишь в давний спор, начавшийся еще в учебке, когда он остановился посреди полосы препятствий, чтобы завязать шнурки на ботинке, — сказала Крис, ткнув Томми под ребра.

Эмма изучала их обоих еще секунду, потом пожала плечами, насколько позволял тяжелый шерстяной камзол, и улыбнулась.

— Позволь представить наших младших батальонных офицеров.

Крис обнаружила, что пытается вспомнить кучу имен, которым, по полковому обычаю еще и прозвища давали. Так, Бледным оказался второй лейтенант Сазерленд с копной непослушных седых волос, а Малюткой, естественно, оказался детина более двух метров роста. В целом, младшая часть офицерского состава казалась довольной занимаемым местом и была рада знакомству с Крис.

Когда Эмма передала Крис майору Массинго, чтобы та познакомила ее со старшими офицерами, все усложнилось. К этому времени в углу, где засел коммандер Овинг, собралось еще несколько офицеров. Крис точно не сказала бы, но, похоже, официанты в тот кружок забегали часто, наполняя опустевшие бокалы. К моменту, когда объявили ужин, доктор выглядел так, что вряд ли мог самостоятельно передвигаться на своих двоих. После обязательного круга представления, Крис была готова откланяться и возвратиться к младшим офицерам, когда вдруг офицер снабжения, майор, выпалил:

— А что Лонгнайф думает о сепарации? Вы ведь не собираетесь оставаться с Землей?

Чуть удивившись, Крис поняла, что на этот вопрос может легко ответить.

— Я офицер, сэр. Я выполняю приказы своего командира и стараюсь сохранить своих солдат.

— То есть просто будешь делать все, что тебе скажут, — промямлил доктор, наклонившись вперед и чуть было не выпав из кресла. Кто-то из приятелей помог ему удержаться.

— Я во всем этом новичок, всего лишь энсин, — Крис улыбнулась и шагнула назад, — но понимаю, что мы должны исполнять приказы.

Однако шага назад оказалось недостаточно, чтобы высвободиться из этого круга общения.

— Но что, если речь идет о большом благе? — поинтересовался майор со скрещенными мушкетами на камзоле. — Если какой-нибудь идиот прикажет мне атаковать хорошо защищенный бункер, считается, что я могу использовать дымовую завесу и подкрасться с фланга, — некоторые из товарищей майора закивали. — Так в чем же наш долг перед великим благом? Президент Урм был убит Лонгнайф. Разве он выполнял приказ?

— Нет, — согласилась Крис.

— Так что, получается, когда свирепствует зло, ради великого блага солдату, возможно, нужно действовать самостоятельно?

— В книгах, которые я читала, сказано, что президент Урм был довольно отвратительным правителем, — заметила Крис. — Я не вижу никого вокруг, кто был бы настолько плох. А вы? — Крис очень хотелось прекратить беседу на эту тему. Не похоже, чтобы кто-то делал запись разговора, но никогда нельзя сказать точно, может у кого-то есть в наличии работающий и записывающий разговор персональный компьютер.

— Нелли, — мысленно обратилась к своему компьютеру Крис, — начни запись. — По крайней мере, у нее останется запись этого разговора, если он вдруг попадет в СМИ Вардхейвена.

— Да, зло, столь же неприкрытое, как Урм, облегчает понимание долга любого солдата. Но что, если это зло без вкуса, холодное зло, постепенно истощающее душу и психику человека? Зло, стремящееся превратить добродетель в порок и выдать порок за добродетель? Сегодня чуть-чуть, завтра уже немного больше.

Этот вопрос не требовал от Крис ответа. Она уже давно научилась держать рот на замке. Ни один возможный репортер не получит сейчас от нее ни звука.

— Да, — наконец, мертвую тишину разорвал другой офицер. — Кто-нибудь когда-нибудь слышал, чтобы гражданский говорил что-нибудь хорошее о долге? Я даже не думаю, что слово «честь» есть в их лексиконе. Моя дочь учится в колледже, я как-то раз подарил ей набор письменных принадлежностей. Она спросила у проклятого компьютера, как правильно пишется слово «честь», так вот у того в базе данных такого слова не нашлось.

Все вокруг недовольно зафыркали. Крис не поверила рассказу, но история вышла замечательной.

— Странно, так случилось и со мной, — сказала Крис прежде, чем поняла, что это она сказала. Черт, Джудит говорила, что ей нужно как можно больше следить за собой для своей же пользы. И после стольких сеансов терапии несдержанность еще осталась в ней.

— Твой отец занимает довольно высокий пост в правительстве. Твой дед управляет «Нуу Энтерпрайз». Кто-то может увидеть в тебе… — офицер неуверенно махнул рукой, подыскивая слова.

— Часть зла, — подсказала Крис.

— Больше похоже на союз с обидчивостью, — возразил майор. — Послушай, мы ведь солдаты и знаем счет. Правила игры меняют на ходу те, кто сверху. Когда простым людям такое перестает нравится, вызывают нас, чтобы они продолжали делать ставки. Посмотри на полковника Хэнкока. Некоторым фермерам не понравилось, как выпали карты, и тогда туда послали его вместе с батальоном. Тупые фермеры не догадались, что пора завязывать, поэтому многие из них погибли. Хэнкок сделал ровно то, что ему приказали сделать, и посмотри на то, что получилось. Он получил власть на том грязном шарике. Когда ему приказали предстать перед военным трибуналом, ему стоило направить свой батальон к этой кучке толстяков, выдававших себя за парламент Даркандера и отправить их всех по своим крысиным норам. Тогда бы газетенки сделали бы его кровавым мессией фермеров, а не их убийцей.

Крис не сказала бы, что слишком удивилась. Как будто вернулась в Скрипториум, всегда правый, всегда готовый к войне.

— Что нужно людям, так это огонь и служба, чтобы очистить их от денег и дешевых, легких путей.

Ветераны Вардхейвена говорили то же самое. Только почему, услышав те же слова от действующего офицера, по позвоночнику прокатился неприятный холодок?

Потому что эти парни должны стоять между цивилизацией и войной, а не быть теми, кто ее несет. По хорошему Крис было интересно, этот парень говорил серьезно или это всего лишь последствия чрезмерного употребления виски. Взбесился ли он оттого, что его батальон застрял на грязной планетке, чтобы исполнять служебный долг, или на самом деле решил пройтись по улицам города и захватить правительство Олимпии? Крис подавила улыбку. Ему придется сложно отыскать хоть какое-то правительство, чтобы свергнуть его и самому вступить во владение планетой. Выставочный ангар, который каждые три года законодательный орган делил с еженедельным аукционом крупного рогатого скота, несколько месяцев назад как рухнул.

Если этот парень говорит серьезно, в любом случае, это уже не проблема энсина Лонгнайф. Сразиться с ним предстоит полковнику Хэнкоку. А если весь этот разговор всего лишь треп, по пьяни или гнева, тем более не проблема Крис. Она уже сталкивалась с вооруженными похитителями и бродячими, вооруженными до зубов бандами голодных людей. Она показала, что в настоящем бою кишка у нее не тонка. Этот же вид клубного трепа показался ей слишком скучным.

— Извините. Природа зовет, — сказала она и, наконец, вырвалась из группы офицеров и отправилась в дамскую комнату. Посмотрев в зеркало, пришла к выводу, что белая, сильно накрахмаленная форма стала похожа на кожух аккордеона и попыталась вспомнить, есть ли на Вардхейвене какие-нибудь горские отряды. Перевод в их ряды мог стать неплохой идеей, если бы, отправляясь в бой, они не прихватывали с собой только заряженные ружья, тогда как Космофлот предоставлял так же нормальную койку и хороший завтрак. Сполоснув лицо, Крис велела Нелли прекратить запись и вышла из дамской комнаты обратно к публике. Там ее уже поджидали майор Массинго и капитан Резерфорд.

— Этот парень — неудачник, — заверила Крис майор. — Ты хорошо сделала, что не позволила ему насесть на себя.

Крис фыркнула.

— Мне было интересно, велась ли запись разговора. Я давно уже научилась быть осторожна с тем, что говорю.

— Должно быть, нелегко расти дочерью политика, — сказала Эмма.

— Немногие понимают, насколько это больно, — кивнула Крис. — Получится игнорировать Блоуарда до конца ночи?

— Проблем не должно возникнуть, — заверила ее майор.

— У нас есть команда гонщиков на яликах, одна из лучших на ЛорнаДо. Тренер и пилоты хотят с тобой побеседовать, — сказала Эмма.

— Давайте поговорим о гонках!

И этого оказалось достаточно, чтобы убить время до объявления ужина, причем объявление прошло самым необычным образом. Один из официантов остановился рядом с майором Массинго, что-то прошептал ей на ухо. Та поднялась, поправила китель и повернулась к выходу.

— Волынщик, сигнал к ужину.

Сержант в полной форме со всеми регалиями, проделал один из тех странных двойных прыжков, которые горцы делают, когда заканчивают маршировать.

— Мэм, — крикнул он. После самой продолжительной паузы, он продолжил: — Волынка и барабан, пар-р-радный уж-ж-жин.

С этими словами сержант двинулся вперед, вслед за ним последовали два волынщика и барабанщик. По всему космопорту разнесся звук волынок. В офицерской столовой он грозил раздавить черепа. Крис почти заставила Нелли проверить структурную целостность здания, но наблюдать за Томми оказалось намного веселее.

Его открытый рот, глаза больше тарелок, торчащие не хуже локаторов уши.

— Так тебе, обманщик, — сказала она ему. Могла и крикнуть, никто бы не услышал. Но Крис шоком Томми может наслаждаться долго.

Задвигались офицеры, некоторые не слишком уверенно, устраивая парадное шествие вслед за музыкантами. Майор Массинго пошла первой, как начальник клуба и столовой, вслед за ней двинулись полковники. Следующими пошли лейтенант-коммандер Овинг и майоры, потом командиры рот, капитаны шли последними. Крис поняла, что им с Томми предстоит плестись самыми последними, но тут Эмма осторожно подхватила Крис за локоть и провела к командирам рот и старшим лейтенантам. Томми затерялся среди взводных командиров.

И вот они вошли в столовую, сверкающую белоснежными скатертями и хрусталем, фарфором и серебром. Запах жареной говядины чуть не сбил Крис с ног, но крещендо волынок унес его прочь. Стены увешаны боевыми флагами. Флаг Сообщества занимал почетное место на стене во главе стола рядом с флагом ЛорнаДо. Вдоль стены висели и другие флаги, свои, батальонные, и трофейные. Тут находились красно-черные флаги Единства, несколько флагов планет, захваченных в дикие дни девяносто лет назад, прежде чем Единство принесло в Кольцо жесткий порядок, а потом потерпело поражение от массированной силы Человеческого Сообщества. Означает ли децентрализация возврат в те дни, когда каждая планета самостоятельно боролась с соседями за торговлю, ресурсы, репарации, что было больше похоже на вымогательство со стороны сильного у слабых? Боевые флаги батальона визуально напоминали историю человечества среди звезд, и не лучшую ее часть. Жаль, что подобное не висит на стенах Скрипториума. Сейчас бы эти флаги стали бы настоящим образованием для студентов.

Крис заняла место, рядом с Эммой. Капеллан произнес короткую молитву, состоящую наполовину из благодарностей, наполовину гордому перечислению побед. Вслед за молитвой начальник клуба произнесла тост «за тех, кого с нами нет», больше похожий на такую же молитву, как и у капеллана. После того, как волынщики покинули помещение, подали суп.

— Я так понимаю, вы здесь прекрасно проводите время, — обратился к Крис один из капитанов.

Вместо ответа Крис предоставила слушателям краткий обзор того, что она сделала и узнала о местной ситуации.

— Можно сказать, сражение почти закончено, — подвел итог важному пункту в работе Крис еще один капитан.

— На некоторых фермах беженцам до сих пор даже воду из отстойников не дают. Такие фермы легко вычислить, сараев там больше, чем людей, выстроившихся в очередь. На других наоборот — длинные очереди, так что не всегда понятно, как там люди еще и спать умудряются.

— Как думаешь, что будет, когда все это закончится? — поинтересовался еще один капитан.

— Ваше предположение будет настолько же верным, как и мое. Я просто рада, что теперь это не часть моей миссии. Если не возражаете против совета от меня, я бы посоветовала не допускать, чтобы эти мысли появлялись и у вас. Есть некоторые неприятные вещи, которые не стоит решать с помощью винтовок.

Капитан кивнул.

— Не удивительно, — добавила Эмма, — учитывая стратегическую ценность этой системы. Знаете ведь, что отсюда можно добраться почти до пятидесяти систем. Большая часть освоенного человеком пространства находится меньше, чем в трех прыжках.

— Я наткнулась на этот факт только когда летела сюда и изучала данные о системе. У нее большой торговый потенциал.

— Или военная ценность, — добавил капитан.

— Военная ценность дело хорошее, но окупается она только когда идет война, — заметила Крис.

— Вы тут новостям времени почти не уделяете? — спросил капитан.

— Когда по уши в грязи со змеями, свободного времени почти не остается, — ответила Крис.

— Может, тебе захочется послушать новости на обратном пути, — сказала Эмма.

— Что происходит?

— В Сообществе становится все больше недовольных, — сказа капитан.

— И они становятся все больше недовольнее, — добавил еще один офицер.

— Помнишь ведь ту девочку, которую спасла? — спросила Эмма и Крис кивнула. — Не проходит и дня, чтобы ее или тех преступников, что держали ее в заложниках, не показывали в новостях.

— Я думала, эту новость не так долго крутить будут.

— Такое не забывается, — заверила Эмма.

— Или не позволяют забывать, — сказала Крис, на что собеседники только плечами пожали.

Вернулись волынщики, сопровождая рыбные блюда. Когда все стихло, и над столами снова стал разноситься только глухой рокот разговоров, Эмма продолжила:

— Правительства нескольких планет уже установили ограничения передвижения. Любой, кто родился на Земле или Семи Сестрах, должен запросить визу, чтобы попасть на их планету. Без визы нет въезда. Земные дельцы возмущаются, что это просто способ исключить их из бизнеса и ограничить торговлю.

— Дайте угадаю, — вмешалась Крис. — Любой, кто к бизнесу относится серьезно, выправляет визу заранее. А те, кого больше интересует внимание СМИ, типа «Одна плоть, одна галактика», этого не делают.

— Угадала, — усмехнулся капитан. — Всегда говорил, что у Лонгнайф тоже есть мозги, что Бог обещал козленку.

Крис сверкнула зубастой улыбкой.

— Некоторые планеты уже вернули корабли, — сказала Эмма, — нарисовали на их бортах свои флаги и объявили, что их флот больше не подчиняется приказам Сообщества. Земля же требует вернуть корабли или оплатить их стоимость.

— Многие корабли построены на средства планет, которые ими управляют, — заметила Крис. — У Вардхейвена есть несколько эскадронов, создание которых мы же и оплачивали. Мы уже вывели их из-под земного командования?

— Пока нет. Твой отец до сих пор уклоняется от этой проблемы. Планеты, вернувшие корабли, утверждают, что никому ничего не должны. Мол, они построили их потому, что Земля не может обеспечить даже патрулирования Кольца. Земля утверждает, что корабли были подарком вместо повышения налогов и требуют денег.

Так что все возвращается к налоговой проблеме, что не так давно скинула Крис на берег, а «Тайфун» — в режим ожидания. В колледже Крис с удивлением обнаружила, что налоговое бремя Земли примерно такое же как и на Вардхейвене, в среднем тридцать процентов. Но большая часть налоговых денег на Земле уходит на социальные услуги. Вардхейвен же тратит налоговые сборы больше на исследования и дополнительные военные корабли, которые, в основном, используются для патрулирования новых миров, куда уходила значительная часть частного инвестиционного капитала Вардхейвена.

Земля и Кольцо, даже по прошествии восьмидесяти лет, по-прежнему имеют разные взгляды и представления о том, что важно. Вопрос в том, смогут ли прадедушки найти общие интересы, чтобы справиться с переменами без того, чтобы все развалилось с большим бумом. У офицеров за столом по этому поводу были разные мнения. Крис держала свое при себе.

В разгар дискуссии волынщики затянули очередную мелодию. Несколько младших офицеров сняли со стен клейморы и начали танец с мечами. Томми аж приподнялся со стула, пристально наблюдая за одной из танцующих. Раздались подбадривающие крики, призывающие Томми присоединиться. Крис подозрительно прищурилась, похоже, младший лейтенант имеет к Томми какое-то отношение. У нее становился легче шаг и особенно широкая улыбка, когда, оборачиваясь, она видела Томми.

— Кажется, твой энсин нашел себе подружку, — крикнула в ухо Крис Эмма.

Крис пожала плечами.

— У многих моих друзей есть друзья, — сказала она. История моей жизни.

Танец прервался, когда объявили о подаче блюда из телятины. Это животное удостоилось больших почестей. Сержант, волынщики и барабанщик шли впереди, вслед за ними два официанта тащили на шесте зажаренную тушу. Все присутствующие в столовой аплодировали, когда от туши отрезали первый кусок и предложили начальнику столовой. Та предложила его полковнику горцев, который, в свою очередь, передал его высокому гостю из Космофлота. Хэнкок принял кусок, отрезал от него большую часть и, проткнув вилкой в левой руке, сделал первый укус. Только после того, как он объявил, что мясо прожарено идеально, официанты принялись отрезать куски и раздавать всем присутствующим.

— У вас интересный способ делать простые с виду дела, — сказала Крис Эмме, когда снова заиграли волынки.

— Таковы наши традиции.

— Когда покончим с этой прекрасной телятиной, у меня будет к тебе вопрос о ваших традициях, — сказала Крис, когда перед ней поставили тарелку с толстой плитой ростбифа. Она обнаружила, что йоркширский пудинг больше похож на рулет, а английская традиция тушить овощи вовсе даже не сохранилась. Это был тот самый маленький кусочек веселой старой Англии, по которой Крис плакать вовсе не хотелось. После того, как с гораздо меньшей помпой принесли сыр и фрукты, Крис обратилась к Эмме.

— Именно эти традиции привели вас на Черную Гору? — все, кто слышал вопрос, закивали. — Полковник предложил послушать историю о Черной Горе от старшины Резерфорда, как он рассказывал ее вам до и после того, как вы надели форму. Полковник Хэнкок хотел, чтобы он рассказал ее во время обеда.

— Ну, нет, — Эмма покачала головой. — Старшина никогда не войдет в офицерскую столовую. Тем более, во время обеда.

Крис начала подозревать, что по жизни есть правильный путь, неправильный путь, путь Космофлота и путь горцев. Неудивительно, что у Человеческого Сообщества оказалось так много проблем, чтобы удержать их всех вместе.

— Почему бы тебе не рассказать ей эту историю, — обратился к Эмме один из капитанов. — Я слышал, ты любишь просвещать новых лейтенантов. Дело было не только в самородках, что заворожились бардаком той ночи.

Потребовалось немного уговоров, и, в конце концов, Эмма, отодвинула в сторону тарелки с сырами и фруктами. Вытерев безупречно белой льняной салфеткой губы, она положила ее обратно на стол и заговорила.

— Если вы хорошо изучали курс гражданского дела, должны знать, что ситуация в Саванне была отвратительной. Старое правительство использовало армию, чтобы заставить гражданских ей подчиняться. Солдаты тратили больше времени на изнасилования и убийства, чем на тренировки. Они больше времени бродили по улицам с ножами и дубинками в руках, чем проводили на стрельбищах.

— Потом, во многом благодаря дорогим и славным предкам Крис, на Саванне прошли первые свободные выборы. Крупные игроки быстро сбежали, переведя свои финансы на банковские счета Хельветики. В результате остались только исполнители, те, кто непосредственно насиловал и убивал, а не те, кто все это заказывал. Армия, или то, что он нее осталось, отступила к казармам в холмах над столицей. Большинство людей были рады избавиться от них. Пусть они там и подохнут, таково было настроение на улицах города. К несчастью, командир знал, что там находилась плотина и контролировал ее Первый Корпус. Стоит открыть шлюзовые ворота и столицу со всеми жителями смоет напрочь. Они назначил генералом Рэя Лонгнайфа, но под его командованием оказалось слишком мало военных. Но те, кто был, оказались профессионалами. И среди них были Четвертый Горный батальон ЛорнаДо.

— Слышим! Слышим! — пронеслось по обе стороны стола, и Крис вдруг обнаружила, что в столовой стало тихо. В тосте поднялись бокалы. Смутившись, что приходится делить таинство сельтерской водой, Крис решила последовать их примеру, подозвала официанта.

— Виски, пожалуйста.

К следующему разу она будет готова.

— В современной войне много приборов, штуковин, заставляющих человека думать, что он солдат, хотя на самом деле это не так. У Первого Корпуса все это было, а если люди и не понимали, как что работает, всегда можно приставить ствол к голове техника, который знает. И тогда, любой, кто попробует вторгнуться в их лагерь, получит от всей души.

— Никогда не доверяй врагу, не думай, что он будет играть честно, и никогда не доверяй Лонгнайф, — сказала Эмма, улыбнувшись Крис. — Раз не получилось взять их обычным способом, Рэй Лонгнайф решил расправиться с ублюдками старомодным способом, пусть и трудным. Поэтому он обратился к Дамам из Ада и космопехам, что держали оборону вместе с нами. Он предложил нам поработать ночью, темной, как сердце самого дьявола, полную дождя, грома и молний. Потом запустил свое адское устройство, электромагнитный импульс, отключивший все устройства у каждого солдата на пятьдесят миль вокруг. Радар, радио, очки ночного видения, для бедных солдатиков все это стало мертвым грузом. Усилием воли горцы и космопехи сняли со своих винтовок компьютеры и лазерные прицелы. В ночи остались только голые винтовки да ножи. Так что две сотни храбрых горцев и пятьдесят тупых космопехов отправились на прогулку по сатанинскому саду камней.

— Слышим! Слышим! — снова разнеслось за столом.

Прибыло виски для Крис. Подняли бокалы.

— И впрямь тупые, — полковник Хэнкок, в гордом сине-красном мундире, высоко поднял бокал. — Тупые как столбы в заборе. Ни один умный не взялся бы за такое дело.

Прежде, чем бокалы опустились, поднялся полковник Халверсон.

— За кровавых космических пехотинцев. Единственных, кому хватает мужества пригласить Дам из Ада на танец.

Ничуть не обидевшись, Крис подняла свой бокал. У дедушки Троубла во взводе было много женщин.

— В зубах бури мы поднялись на Черную Гору. Первая линия обороны едва поняла, что произошло, им даже не пришлось выбирать: сражаться и умереть или сдаться и рискнуть убедить присяжных в своей правоте. Вторая линия была предупреждена вспышками нашего оружия. Плевались пулеметы, минометы. Заговорила артиллерия… но вслепую. Люди оставались в живых и гибли как демон кости бросит. Взводами и отделениями отряд двигался по земле смерти. Они прятались в расщелинах и канавах. Люди сражались, люди умирали, в то время как злодеи пели свою зловещую джигу, пока вторая линия, наконец, не стала нашей.

— Слышим! Слышим! — снова ответили тостом. Крис выпила, но тепло, растекшееся по телу, не смогло рассеять озноб, заставивший ее вздрогнуть. Рассказ Эммы перенес ее туда, в тот хаос. Она была там, в темноте, пронизанной молниями, под дождем. В ту далекую темную ночь солдаты уже не были людьми, они были богами.

— Наши артиллеристы, до этого с готовностью прочесавшие вторую траншею, принялись за третью. Никто, держащий в руках винтовку и нож, не мог им помочь, но благословлял тех, кто заставил трусов бежать, плакать и сдаваться лишь только увидев нож и килт.

— Но, когда мы приблизились к конечной цели, артиллеристы продолжали бить по той же площади. Полковник выпустил ракету условленного цвета, но враг ждал этого, и потопил ее в ливне лживых огней. Артиллеристы отчаянно пытались понять намерения штурмового отряда. Послали гонцов, но их ноги не смогли обогнать пули. Побежали трое с вестью от полковника. Все трое погибли.

— Затем вызвался чернокожий сержант МакФерсон. Его двадцать лет только что истекли, бумаги об увольнении лежали в кармане у сердца. «Я передам сообщение, полковник. Если такая лиса, как я, не сможет пересечь эту землю, ни один ангел на небесах божьих этого не сможет».

— Призраком черный сержант выскользнул из траншеи. Как туман на болоте, он пролетал от одной воронки до другой. Когда молнии превращали бурную ночь в раздираемый бурей день, он застывал, как скала. Снаряды летели в него, пули тянулись к нему, враг пытался схватить его — и промахивался. Ни один приспешник ада не смог коснуться этого божьего посланника.

— Но над удачей не смеются, а дьявол все равно берет свою плату. В двух шагах от траншеи первой линии один из снарядов поймал храброго сержанта. Поднял его и швырнул в траншею. Последним вздохом он передал послание полковника рядовому Халверсону. Теперь факел принадлежал ему. Рядовой, без оглядки, помчался дальше. Бесстрашной ланью он пересек полное воронок поле, направляясь туда, где артиллеристы занимались своим делом.

— По слову рядового орудия замолчали. По слову рядового Черная Гора замолчала. И с радостными возгласами мы поднялись, каждый мужчина и каждая женщина, способные бежать по грязи. Засевшие в третьем окопе, кто не догадался сбежать, умирали на месте, или сдавались, поднимая руки к облакам. Мы, горцы ЛорнаДо с горсткой братьев космических пехотинцев, в ту штормовую ночь уничтожили целую дивизию.

В очередной раз дружно разнеслось по столам: «Слушаем! Слушаем!», высоко поднялись бокалы. Эмма выглядела измотанной, словно сама взбиралась на Черную Гору. Когда она снова заговорила, она была подавлена.

— Утром те, кто хвастался, что возглавляет Корпус, увидели наш флаг на Черной Горе и отчаялись. Пошли слухи, что из одного конца лагеря на другой можно было пройти, не касаясь земли, настолько плотно валялись на земле сброшенные мундиры. И те из вас, кто помнит, как человечество сражалось с длинными щупальцами Итич и знает, каково это, спросите себя, могли ли мы продержаться до этого последнего сражения, если бы не оружие, выкованное в кузницах Саванны? Поэтому, собираясь выпить, поднимите бокал с мыслью о тех прекрасных Дамах из Ада, что в ту ночь танцевали на Черной Горе.

Рюмки были подняты и опустошены. Крис тут же пожалела, что в столовой не оказалось камина, чтобы о него разбить рюмку, которая с этого момента стала слишком священна, чтобы из нее можно было просто пить. Но, как и во многих других делах, батальон выживет.

Полковник Хэнкок откашлялся, разорвав тишину.

— Когда вы впервые услышали эту историю, капитан?

— Сидя на коленках у дедушки, — улыбнулась та. — Я тогда была ниже его щегольской трости. Он служил старшиной, так же, как вслед за ним мой отец.

— Вы же взяли комиссионные.

— Да, сэр. И папа, и дедушка согласись, что старшин в семье хватает. На этот раз им был нужен офицер.

Это вызвало смех за столом, только не на том конце, где расположились командиры взводов. Крис подозревала, они нашли в шутке идею, что не отрабатывают в полной мере свое жалование. Когда смех затих, полковник Хэнкок продолжил:

— Подозреваю, в тот день, когда вы нацепили лычки лейтенанта, у вашего отца для вас нашелся некий совет. К несчастью, не нашлось никого, кто бы мог исполнить подобный священный долг для энсина Лонгнайф. Не могли бы вы поделиться с ней тем, что подарили вам ваши отец с дедушкой?

— Сэр, это было бы неплохо, но старшина не тот тип, кому стоит переходить дорогу. Он вряд ли простит меня.

Взгляды, которым обменялись офицеры за столом, сказали, что и впрямь полковой старшина один из тех немногих офицеров, которому не стоит переходить дорогу.

— Думаю, — поднялся полковник Халверсон, — что смогу организовать должное отпущение грехов от полкового старшины.

Столовая взорвалась смехом, но быстро все затихло, когда поняли, что полковник к веселью не собирается присоединяться, наоборот, весь его вид был серьезнее некуда.

— Если у энсина, носящего такую весомую фамилию, как Лонгнайф, не было ни благословения, ни предостережения, соответствующих призванию, я не могу придумать ничего лучше, чем слова, которыми поделился с вами полковой старшина.

Эмма кивнула. Она встала, повернулась к Крис с такой торжественностью, что Крис затрепетала, а в глазах появились слезы, которых она не чувствовала ни на выпускном курсе колледжа, ни на выпускной речи школы офицеров, ни даже находясь под огнем противника. Крис почувствовала, как у нее загорелась кожа от такого интенсивного внимания. Но не это заставило ее задрожать. Смотреть в глаза Эмме сейчас все равно что встретиться лицом к лицу с богиней, и не было в мире больше ничего пугающего, чем лицо абсолютной истины.

— Это слова полкового старшины, — тихо начала Эмма. — История правдива, я ни слова не солгала. Тебе придется командовать людьми, мужчинами и женщинами, такими же напуганными, страдающими, уставшими и растерянными, как те, что слышала в историях. Разница между напуганным и уставшим солдатом в том, что отныне лидер — ты. Отныне твоя обязанность помочь им найти глубоко внутри себя мужество и волю сделать то, что, как ты считаешь, должно быть сделано.

— Никогда не злоупотребляй этой властью. Потратить ее впустую значит потратить впустую не только этот единственный момент, но и жизнь, и все то, что эта жизнь могла бы дать какому-нибудь солдату.

— Когда-нибудь наступит момент, когда они будут тренироваться и жить ради тебя, ты будешь обладать силой жизни и смерти своих людей. Чтобы заслужить это, тебе нужно стать их слугой. Сухие ли у них ноги? Хорошая ли еда и кровать? Тебе придется отвечать на эти вопросы за них прежде, чем они сами позаботься о себе. Тебе дана власть над ними. Ты ее потеряешь, если начнешь использовать для чего-то другого, а не для подготовки солдат и самой себя к важному дню, когда смерть начнет смотреть в твою сторону.

— Ты и твои солдаты будете жить, если готовы умереть. Несмотря на всю осторожность, что прилагаешь на тренировках, случайность может внести свои коррективы в мелодию, но это не оправдание оставлять на волю случая больше, чем требуют законы вселенной.

— Несмотря на все, что ты слышала во всех этих историях, героям нет места. Ты не станешь героем. Если погонишься за славой, потратишь время своей жизни зря. Слава найдет тебя сама. Если решишь выделить время размышлениям о будущей славе, молись, чтобы ты и твои близкие были готовы к тяжелому бремени, когда она обрушится на тебя в пылу битвы.

— И, наконец, помни, мы рассказываем истории не для того, чтобы греться в лучах чужой славы. Мы рассказываем их, потому что должны рассказывать. Мы рассказываем их, чтобы сохранить веру, несмотря на то, что преследует нас в ночи и омрачает наши дни. Они бросили все, что, возможно, когда-то имели — любовь, детей, закаты, — не для славы, а потому что верили. Не для планеты, а ради товарищей. Не потому, что им приказали, а потому что сами так решили.

— Раз ты выбрала эту форму, значит, принимаешь эту веру, жизнь и смерть тех, кто был перед тобой. Разбей веру, и, хоть будешь продолжать дышать, в тебе не будет жизни.

Закончив, Эмма откинулась на спинку стула, словно ее покинул дух. Крис осталась сидеть в тишине более священной, чем когда-либо раньше. Где-то далеко полковник вызвал волынщиков. Они вошли, но их присутствие вовсе не нарушило тишину в сердце Крис. Она окончила колледж, все еще разгневанная разговором с родителями о том, что сделала выбор в пользу Космофлота. Она прошла экзамены школы кандидатов в офицеры, сходя с ума от того, что родители не удосужились найти в своих графиках времени для нее. Ее мысли в те моменты были не о том, что она делает, а откуда она вышла. В те моменты она оставалась одной из тех самых Лонгнайф.

Но здесь, рядом с ней, находятся эти незнакомцы со своими традициями, сохранив то, что приблизило ее к тому, что на самом деле значит быть Лонгнайф, чем когда-либо раньше. И, вместо того, чтобы почувствовать себя ничтожной, она, наоборот, поняла, что превращается в нечто гораздо большее. Что-то внутри нее выросло, что-то, чего она не смогла понять. Понимание придет со временем. Времени теперь много.

Больше не голодная, Крис сидела, сложив руки на коленях. Праздник продолжался. Играли волынки. В какой-то момент Томми решил попробовать свои силы, вернее, ноги, в танце с мечами и у него получилось, пусть не грациозно, но, по крайней мере, достаточно грамотно, чтобы не вызвать осуждения присутствующих. Соседи Крис оставили ее в безмолвном пузыре, как ребенка, плавающего в утробе матери. И, словно этот самый ребенок, все звуки, чувства, движения воздействовали на нее и воспринимались не столько глазами, ушами и пальцами, сколько как единое целое.

Когда танец закончился, волынщики снова покинули столовую, а вокруг воцарилась атмосфера коньяка и сигар, Крис наклонилась ближе к Эмме.

— Спасибо, что поделилась тем, что все это время хранила в своем сердце.

— Я храню эти слова, пока не придет время передать их дочери или сыну.

— Надеюсь, они не будут возражать, поделившись ими со мной.

— В них есть что-то волшебное. Когда делишься ими, становишься только сильнее.

Глава 18

Следующим полднем полковник Хэнкок лично отвез Крис и Томми на космодром.

— Когда я сюда прибыла, все было совсем не так, — сказала Крис на его предложение. Он на самом деле хочет, чтобы мы убрались.

— Да и место совсем не то, что было, когда ты здесь появилась, — ответил полковник. — С Лонгнайф всегда так? Командиры их либо обвиняют в неподчинении, либо выдают медали?

— Скажите вы мне. Я в этом деле с Лонгнайф немного новичок, — сказала Крис и поняла, что это правда. Двадцать два года, а она только-только открывает, кто она такая на самом деле.

Посадочный шаттл сыграл в обычную игру уклонений от выбоин при посадке. Когда из него выбрались солдаты и горстка офицеров, побежали от модуля к автобусам, нанятым Крис, полковник Хэнкок снова обратился к ней.

— Передай мои наилучшие пожелания капитану Торпу. Если он хоть немного остался похож на того парня из академии, он будет только рад иметь на борту такого тигра, как ты.

— До сих пор он не выказывал большой признательности, — усмехнулась Крис. И если то, что капитан обычно проходил мимо нее, было его идеей счастья, он был весьма странным человеком.

— Ты должна помнить, что такие парни, вроде капитана Торпа, надевают форму для того, чтобы стать героем войны. В космосе на героев спроса нет. Я как-то пытался уговорить его присоединиться к Корпусу, но он очень хотел командовать собственным кораблем. Интересно, не жалеет ли?

— Не хочу даже спрашивать, — сказала Крис.

— И не надо. Вопрос только испортит эффект отчета о твоей профпригодности, который я ему отправлю. Подозреваю, он изменит точку зрения на твой счет, когда узнает, что у него на борту завелся тигр, а не какая-то светская львица.

Крис осталось только надеяться на такое.

Полет обратно на Вардхейвен оказался хорош для того, чтобы наверстать сон, изучить последние новости… и сделать то, что до сих пор откладывала. С угрюмым видом они с Томми изучали новости. Все дела на Олимпии для новостных каналов, кажется, были не интересны.

— А ведь нас могли и убить, — фыркнул Томми.

— Не радостная мысль, — согласилась Крис. А ведь пытались. Как теперь сказать семье Вилли Хантера, что он погиб за что-то важное в то время, как новостные каналы и программы полностью проигнорировали эти события? Крис дала Нелли задание исследовать художественные произведения на предмет писем родным о погибших при несении службы солдатам. Чувствуя себя виноватой, она из всего этого выбрала лучшие предложения, составила письмо и отослала по адресу, сказав себе, что родителям такую весть лучше получить сейчас.

Но ничто не подготовило ее к тому, что произошло, когда она шла через переполненный терминал прибытия нижней части космического лифта. Молодая женщина перегородила дорогу Крис и Томми, презрительно оглядела их с ног до головы, после чего плюнула.

— Пришла похитить еще одну девочку, земная мерзавка? — крикнула она и скрылась в толпе прежде, чем Крис ее остановила, чтоб узнать, в чем дело. Космофлот, наоборот, спас маленькую девочку и, черт побери, это сделала я. Пока Крис стояла на месте и дрожала из-за не успевшего выйти гнева, появился Харви.

— Извини. Нужно было предупредить, чтоб вы переоделись в гражданское. Вокруг стало слишком много неприязни к военным.

— Когда я доберусь до этой молодой особы, у нее из носа сопли потекут, — рыкнул Томми. Крис удивилась, а Томми молча поднял брови. — Я серьезно. Я не для того бегал по колено в олимпийской грязи и терпел, когда в меня стреляли, чтобы со мной так общались.

Крис мысленно снова увидела Вилли, лежащего в грязи и покрасневшей от его же крови луже, потом перед глазами встала скрывшаяся молодая женщина. Она попыталась найти какие-то слова и для того, и для другой. Может быть, смог бы поэт, но не она.

— Насколько все плохо? — спросила она у Харви, желая, чтобы тот заговорил и наполнил ее голову чем-нибудь, кроме того, что сейчас в ней засело.

— Премьер-министр пытается удержать Вардхейвен в Сообществе. Цепляется зубами и ногтями. Скоро ему придется сдаться, но это разобьет ему сердце. Оппозиция требует референдума. Пока удается его откладывать. Твой отец хочет, чтобы Земля первой заявила о выходе из Сообщества. Это даст Вардхейвену больше рычагов для создания подобной организации вне Кольца. Пятьдесят, может, шестьдесят планет готовы присоединиться к Вардхейвену в любой межпланетной организации. Но, пока что, все выходят из Сообщества. Пока что никто не собирается объединяться во что-то другое.

— Пятьдесят или шестьдесят планет, — пробормотала Крис, прокрутив цифру в голове. В Сообществе больше шестисот планет. Правда, если не считать новые колонии, право голоса имеют всего пятьсот. — А остальные?

Старый шофер только пожал плечами.

— Лот будет просто счастлив избавиться от Сообщества. Гринфильд, похоже, тянет в некую федерацию несколько планет, то ли сорок, то ли пятьдесят из тех, что колонизировали или вложили кучу денег. У Вардхейвена своя группа, большинство мы колонизировали или хорошо помогли. Саванна, Риддл, Питтс Хоуп начинают подавать голоса, словно собираются порвать с нами. Для Земли происходящее большой шок. Они думали, что могут вернуться к временам, какие были первые пятьдесят лет Сообщества, а всем остальным пожелать отправиться в ад. Только не все так просто. Большая часть тех, кто боролся с Сообществом, решили, что путь миров, не входящих в Кольцо, им нравится больше, чем путь старушки Земли.

— Звучит странно, — заметил Томми.

— Когда-нибудь пробовал жонглировать пятьюстами, а то и шестьюстами яйцами?

— Не яйцами, — возразила Крис, вспомнив, что Гринфильдом управляет старший Петервальд. — Шестьсот гранат. И, почему то, я подозреваю, что в нескольких из них чека уже выдернута.

— Начинаешь говорить, как я? — улыбнулся Томми.

— Только в ужасные дни. Харви, мне нужно кое-что сделать. Ты занят?

— Что у тебя на уме?

— Я хочу увидеть тетушку Тру.

— С этим может быть проблема. Это к слову о яйцах.

Машина ждала там, где ожидала ее увидеть Крис. Рядом с машиной обнаружился новый агент. Крис его видела за спиной старшего брата Хонови на приеме. Лобовое стекло забрызгано разбитыми яйцами.

— Мимо пробежала толпа детишек, — объяснил он на вопросительный взгляд Харви, медленно отдирая от бокового стекла наклейку с надписью: «ЗЕМЛЯ — ДЕРЖИ СВОИХ БАНДИТОВ У СЕБЯ ДОМА».

Крис попробовала силы, отодрав еще одну наклейку: «РАВНЫЕ НАЛОГИ». Томми снял еще одну: «ЧЕЛОВЕЧЕСТВО — БЕЗ ГРАНИЦ». Харви, обойдя водителя, зарычал и снял наклейку: «ПОМНИ МАЛЕНЬКУЮ ЭДИТ».

— Неужели я слышу некий ура-патриотизм? — спросил Томми.

Это был уже не шуточный вопрос.

— Похоже, оппозиция выдвинула свои лозунги. Доктор Мид говорил, что хороший лозунг в начале войны может быть более опасным, чем люди с жаждой убийства.

— Возможно, — Харви только пожал плечами и завел машину. Дворники изо всех сил пытались очистить лобовое стекло от разбитых яиц.

Когда автомобиль влился в поток машин, Крис подалась вперед, чтобы оказаться поближе к Харви.

— Я так понимаю, проблема с тетушкой Тру не только в том, что папа не хочет, чтобы я ее видела.

— Точно. Чувства накаляются, ежедневные протесты то против этого, то против того. Потом еще есть новостные шпионы, ищущие любую грязь, чтобы запустить по всем новостям. Они на этом делают мгновенные деньги. В любом случае наш дом окружен. Как и дом Тру. Я оставил за собой кровавый хвост, когда поехал забрать тебя.

— Они все еще там, — сказал агент и повернулся на сиденье так, чтобы оказаться лицом к сидящим сзади. — Кстати, мэм, я Джек. Ваш сопровождающий, когда вы будете покидать территорию дома.

— Чертовски маловероятно, Джек, — огрызнулась Крис, откидываясь на спинку сиденья.

— Вы обнаружите, что иметь меня рядом весьма удобно.

— За прошедший месяц меня пытались убить три раза. Пока счет три-ноль в мою пользу. Мне не нужна помощь.

— Им всего лишь нужно, чтобы хотя бы один раз повезло, и они станут победителями, — мягко заметил Джек.

— Ты шпионишь для премьер-министра?

— Я так понимаю, ваш отец не хочет, чтобы вы встречались с Тру. Вы намереваетесь повидаться с ней, что бы ни произошло и считаете эту встречу важнее, чем ваша же безопасность.

— Я считаю, что встреча с ней, черт возьми, защитит меня лучше тебя, болтающегося рядом и рассказывающего премьер-министру, чем я занимаюсь.

— Теперь я большая девочка, так что отстань и оставь меня в покое, — перевел Джек слова Крис.

— Боже, они на самом деле приставили к нам понимающего простой английский, — притворно удивилась Крис.

— Слушайте, в мою задачу входит сообщать, что вы вошли, вышли, а я был с вами. Скажем, форма Космофлота, которую вы носите. Вы отдаете приказ и ждете, что его исполнят. Сколько проблем вы хотите создать между мной и тем парнем, который отдает мне приказы?

— Хорошая попытка, Джек, — фыркнул Томми, — но ты давненько не был рядом с Лонгнайф, не так ли? Им наплевать на проблемы, которые по их милости появляются у нас, маленьких людей.

Крис бросила на Томми хмурый взгляд. С другой стороны стало понятно: заслужила. Вздохнув, Крис сдалась.

— Посмотрю, что можно сделать, чтобы помочь тебе и твоему боссу оставаться счастливыми. Как бы ты это назвал, Томми? Покаянием за то, как я относилась к полковнику Хэнкоку?

— Скажу больше: за то, как ты обращаешься со мной. И я поверю только когда увижу, — сказал он, скрестив руки на груди.

Десять минут спустя Крис пробормотала:

— Мне может понадобиться небольшая помощь, чтобы вырваться из этого места.

Машина как раз въезжала во двор Дома Нуу. У ворот космопехи проверили документы, еще один отряд патрулировал периметр. Должен был патрулировать. На той стороне дороги припарковались пять новостных фургонов. Все щеголяли спутниковыми антеннами, ловящими сигналы со всей площади дома. Крис заметила шесть репортерских дронов, следящих за машиной.

— Еще они снимают на камеры в машинах, — сказал Джек прежде, чем Крис задала вопрос. — Но если на самом деле хотите выбраться отсюда незаметно, я могу помочь. Почешете мне спинку и все такое.

— Думаю, на этом и остановимся. У тебя есть спортивный костюм?

— Да, если готовы надеть толстовку с логотипом Вардхейвена. Я вам подарю, — сказал Джек и заговорщицки подмигнул Харви.

— Дядя Харви, ты тут разные истории обо мне рассказывал?

— Если наденешь толстовку, способную остановить трехмиллиметровый дротик с двадцати шагов, да, ты чертовски права, я еще и не такое расскажу.

— У вас, случайно, лишней такой толстовочки не найдется? — сглотнул Томми.

— Со старым добрым логотипом Санта-Марии, — улыбнулся Джек.

Через час Крис облачилась в спортивные шорты и толстовку с пуленепробиваемой подкладкой. Вместе с Томми и Джеком пробежала два круга вдоль покрытой плющом стены, потом добежала до особого местечка, когда Джек проворчал:

— Ладно, ребята, давайте убираться отсюда, — и провел всех через убежище, о котором, как думала Крис, никто не знает.

— И как давно вы о нем знаете? — потребовала ответа Крис минуту спустя, когда троица с небрежностью отошла подальше от каменного забора.

— Наверное, с тех пор, как твоя прабабушка, будучи еще девчонкой, оплатила установку калитки.

— Нуу тогда политикой не занимались, — возразила Крис.

— У них были деньги, а в политике такой штуки, как деньги, не бывает, — напомнил Джек, в этот момент очень похожий на профессора политологии. Крис себя знала и знала, что проиграет любой спор на эту тему, едва в него вступит.

— Нелли, поймай такси.

Через две минуты они отправились в Скрипториум, единственное место, которое Крис могла назвать тетушки Тру не называя не делая конкретных привязок к местности. Тетушка, похоже, тоже неохотно доверяла сети. Джек выбрал место в слабо освещенном уголке, обычно его занимали молодые, беспокойные и влюбленные, но сейчас утро только в разгаре, а потому места свободны. Крис с Джеком уселись спиной к стене. Томми нахмурился и уселся на стул между Крис и входом.

— Что-то не так? — спросила она.

— Не нравится, когда сижу спиной к стороне, откуда стреляют, — сказал Томми, оглядываясь через плечо.

— Не суетись и не оглядывайся, — резко сказал Джек. — Не волнуйся, я слежу. Самое большое о чем нам нужно беспокоиться, так только о прицелах новостных камер. Только небеса знают, почему.

— А небеса знают, почему не используют оружие? — спросила Крис.

— Сомневаюсь, что сегодня нужно беспокоиться о выстрелах. Политика премьер-министра не настолько спорная, — сказал Джек, очевидно, не подозревая, что Крис не шутит о трех покушениях на ее жизнь. Крис решила было ввести Джека в курс дела, но тот продолжал говорить, и слушать его было интересно.

— Сейчас никто не уверен в том, что происходит. Люди с большим количеством денег не очень хорошо относятся к такому положению. Они хотят точно знать, в какую сторону прыгать прежде, чем что-то произойдет. Но ты об этом знала еще когда сидела на отцовских коленках.

— И некоторые из них хотят получить возможность давить пальцем на ту или иную чашу весов, которые решают, в какую сторону прыгать.

— Ты эксперт в таких делах, — агент пожал плечами.

Когда подошел официант, Крис заказала всем безалкогольные напитки. Кстати, официант оказался тем же парнем, кто обслуживал их при последнем посещении и сейчас не заострил на них особого внимания. Тетушка Тру появилась, когда напитки были выпиты, заняла свободный стул, отодвинув его в сторону, чтобы Джек мог беспрепятственно наблюдать за входом. В брюках и толстовке с логотипом университета, устаревшего лет на двадцать, она выглядела идеальным старым профессором.

— Рада тебя видеть, — сказала Крис. — Занималась чем-то интересным? Наверное, хорошо вернуться туда, где светит солнце.

— Точно. А занималась я разными делами, так что времени следить за тем, чем ты занимаешься, не было. Я к тому, что к чему эта встреча?

Крис захотелось выкрикнуть ей про Олимпию и смерть Вилли, про всех убитых гражданских. Тем не менее, если по справедливости, стоит признать, что ее личная борьба на мокрой, грязной планете едва сравнится со всем человечеством, в этот самый момент выбирающим сторону и решающим, идти ли разными путями с миром или решить тот же вопрос долгой, кровопролитной войной. Крис вытащила из кармана две склянки от вакцины, поставила на стол и подвинула ближе к тетушке Тру. Та подхватила склянки, подняла, рассматривая на свету, и нахмурилась.

— Что это? — спросила Крис у тетушки.

— Очевидно, не совсем то, что написано на этикетке.

— Нет. Пятьдесят тысяч трансформируемых лодок из жидкого металла сошли с конвейера. Те шесть штук, которым повезло попасть на мое маленькое шоу, единственные на сегодняшний день, у которых появилась особая тенденция при третьей трансформации превращаться в обычную жидкость. Это образцы того, что мгновение назад представляло собой лодку весом в тысячу фунтов, а в следующее — кучу металлических капель, растекшихся в лужицу.

— Все равно, что оставить тебя посреди реки без весла и лодки, — сказала тетушка.

— Худшим способом в худшее время, — сухо согласилась Крис.

— Попытка убийства номер два, — сказала тетушка, и Джек вздрогнул, кинув взгляд на Крис.

Да, дорогой папаша рассказал ему ровно столько, сколько помещается в ограниченном доказательствами понимании премьер-министра.

— Нет, наверное, уже номер три. За день до того мой кабинет разнесла ракета. Меня там не было, я обедала с твоим заклятым другом, Хэнком Смит-Петервальд. Заканчивается имя циферкой тринадцать. Он спас мне жизнь, Тру.

— Есть идеи, кто запустил ракету? — с сомнением поинтересовалась тетушка.

— За день до того я прикончила нескольких полевых командиров местных банд.

— Получается, ракета, скорее всего, была реакцией местных на местные же дела, — произнесла тетушка и Крис кивнула. — А что Хэнк делал на Олимпии?

— Доставил гуманитарную помощь. Продукты питания. И тридцать грузовиков, в которых мы так отчаянно нуждались.

— Он же и лодки привез? — спросила тетушка, вертя в ладони обе склянки.

— Шесть штук. Три превратились вот в это, — Крис кивнула на склянки, — три отныне вечно изображают из себя мосты.

Тетушка спрятала склянки в карман.

— Большинство лабораторий, наверняка, тебе ничего не скажут. Я знаю парочку таких, которые могут. Было бы неплохо взглянуть на те лодки, которые стали считать себя мостами.

— Нелли, — вслух сказала Крис. — Приобрети дюжину жидкометаллических лодок из разных источников на Вардхейвене. Отправь их на Олимпию. И попроси полковника Хэнкока принять их в обмен на те три, что используются в качестве мостов. Нам нужно их проанализировать, — Крис мгновение помолчала, потом обратилась к тетушке Тру: — Хочешь, поспорим, что эти три успеют превратиться в лужи прежде, чем попадут в лабораторию?

— Найми команду, пусть сопровождают новые лодки, заодно будешь уверена, что старые вернутся в нужном виде. Попрошу Сэма передать Нелли номер порядочного агентства.

— Чего я не могу понять, почему? — Крис позволила себе поразмышлять вслух. — Я имею в виду, попытка убить меня при спасении девочки на Секуиме, могла бы поднять половину миров Кольца с оружием в руках против Земли. Но утони я во время спасательной операции на Олимпии? Какой политической цели послужил бы этот случай?

Тетушка только головой покачала.

— Иногда мне интересно, что вы, Лонгнайф, способны еще учудить. Дорогая, твой отец, дедушки Троубл и Рэй увязли по самые лысины, только чтобы удержать хотя бы часть Сообщества. Стоит тебе добавить к их грузу свое горе, как они начнут делать ошибки, которые вряд ли сделают при иных обстоятельствах.

Крис, слушая тетушку, попыталась представить отца, расстроенного ее смертью. Картинка не вырисовалась. Потом она подумала о всех тех изменениях, что прошли в семье после смерти Эдди. Его смерть сильно отразилась и на маме, и на папе. Отразится ли так же сильно на них ее гибель?

Все может быть.

— Я об этом подумаю, — сказала она. — Что тут у нас происходит? Собираемся воевать?

Тру моргнула от внезапного изменения темы. Протерла глаза. Сейчас, впервые в жизни, Крис поняла, насколько тетушка старая. Очень старая. Ей, наверное, уже за сто и прошедшие годы вряд ли были нежными.

— Надеюсь, нет, — наконец прошептала Тру. — Война принесет мало пользы.

— А кто-то думает, что она может принести пользу?

— Старые пердуны, прошедшие через одну войну и забывшие, на что она похожа. Герои с новыми лицами, уставшие работать и не знающие, каково настоящее лицо войны.

Крис скривилась, вспомнив своего героя. Но он был просто пацаном… и теперь не вырастет никогда, чтобы научиться чему-то другому, кроме как воевать.

Тру посмотрела на Крис, кажется, оценивая ее гримасу какой-то божественной шкалой и поделилась с ней усталой улыбкой.

— С тех пор, как я видела тебя последний раз, ты выросла.

— Постарела, — поправила Крис.

Тру кивнула.

— Естественно, есть психопаты, желающие стать императорами всего человечества по причинам, понятным лишь психиатрам. Среди таких папаша и дедушка твоего друга Хэнка. Они формируют свой альянс из пятидесяти планет с центром на Гринфильде. У Земли сорок или около того планет, что останутся с ней. Твой отец рассчитывает от шестидесяти до ста миров, которые останутся с Вардхейвеном. Другие осматриваются… пытаются выяснить, к кому им присоединяться и вообще, нужно ли им это.

— Нужно ли? — переспросила Крис.

— У «Петервальд Гринфильд Групп» вложения во многих мирах и они чертовски сильно на них давят. У их планеты довольно хорошая коллекция военных кораблей. Они первыми вытащили корабли из флота Сообщества. Люди на географию по-разному смотрят. Короткие пути для торговли могут превратиться в быстрые пути для вторжения. Взять ту же катастрофу на Олимпии. Сорок семь планет в одном прыжке оттуда. Почти сто пятьдесят в двух прыжках. Четверть занимаемого человечеством пространства можно защитить размещенным там флотом… или использовать для вторжения. Как думаешь, почему Вардхейвен так быстро проявил интерес, как только ты попала в беду?

— Приступ человечности? — предположил Томми.

— Правильно. Хочешь угадать, кто скупил все те фермы на Олимпии? Петервальд и партнеры.

— Очень интересно. Ты спасла меня от поисков, — сказала Крис. — Есть еще что-нибудь новенькое?

— Возможно. Кажется, один из кораблей Смит-Петервальд посетил Олимпию пару лет назад. По данным станции управления на орбите Олимпии, он улетел неделю спустя. И больше никаких записей о появлении этого корабля хоть где-нибудь за целый год. В системе Олимпии есть пояс астероидов. Как думаешь, сколько времени потребуется вывести один из них на траекторию столкновения с Олимпией? Что послужило причинной взрыва вулкана, разрушившего перспективную экономику планеты?

— Можешь проверить, — сказала Крис. — В остатках жидкого металла есть грязь. Посмотри, есть ли там астероидная пыль. Если этого будет недостаточно, у меня есть небольшая банка в моей вещевой сумке.

— Сударыня, — засияла Тру, — ты стала параноиком.

— Заразилась от окружающих, — Крис поднялась. — Нелли, закажи такси. Я хочу увидеться с дедушкой Алексом.

— Увидеться с ним сложнее, чем с премьер-министром, — покачала головой Тру.

— Подозреваю, что так, но мне нужны ответы, а старый, тихий Эл единственный, кто может знать на них ответы. Джек, готов защитить меня от высокооплачиваемых частных охранников?

— Похоже, мне недоплачивают, — скривился тот.

— Может, я пойду прямиком домой? — пискнул Томми. — Напоминаю, я не люблю оружие. И не люблю обедов в сильными мира сего. Я — простой деревенский парень с Санта-Марии.

— Брось, энсин, давай прогуляемся, — начала Крис и резко застыла, вспомнив небольшой разговор с полковником Хэнкоком, когда ехали в машине. — Томми, если на самом деле не хочешь туда идти, можешь не идти.

— Женщина, — Томми дотронулся до ее лба ладонью, — ты заболела?

— Нет, просто вспомнила слова полковника Хэнкока. Иногда я слишком много думаю о том, чего хочу и слишком мало о том, что нужно другим.

— Боже мой, — тетушка Тру поднялась, уставилась на Крис сначала одним глазом, потом, как хищная птица, другим. — Неужели ты выросла, девочка? Ты начинаешь говорить, как взрослая. Будь с этим осторожна. Если начнешь учитывать потребности других людей, не сможешь пойти по стопам отца. Если подумать, не уверена, кто из твоих предков страдал от этого недуга. У некоторых было спасительное изящество: они могли вытягивать шею на несколько миллиметров дальше, чем те, которые просто расталкивали близнаходящихся.

Крис только отмахнулась от такой театральности.

— Наверное, на покрытой грязью Олимпии я приобрела немного смирения.

— Нет, — сурово покачала головой Тру. — Больше похоже на мудрость. Ужасный груз для одного из твоих обделенных воспитанников. Однако… — Тру усмехнулась на все тридцать два зуба, — раз решилась отправиться на встречу с дедушкой, не думаю, что приобрела слишком много, чтобы испортить все веселье. А теперь извини, мне нужно заткнуть пару дырок в одной большой и сложной головоломке.

— Такси у выхода, — сообщила Нелли.

— Ну, Джек, пора и нам с тобой.

— И мне, — добавил Томми.

— Я думала, ты хотел слинять.

— Эй, парень имеет право сказать что-то умное, даже если у него не хватает ума сделать это самое умное, хорошо?

Через полчаса такси подвезло их к Башне Лонгнайф. Чтобы добраться до главного входа, пришлось пройти три контрольно-пропускных пункта. Первые два прошли, показав удостоверения личности, третье же только из-за немалой доли привилегированных акций «Нуу Энтерпрайз», которыми владела Крис.

На самом деле башня представляла собой два небоскреба, соединенных понизу двориками с ресторанами и различными службами для тех, кто жил и работал в этих зданиях. Крис слышала, что дедушка не покидал башни почти десять лет. Вранье, конечно же, потому что он регулярно лично посещает заводы на орбите. И все же, активность он проявляет нерегулярно, хоть и постоянно, так что следить за ним так же трудно, как за каким-нибудь шпионом. Раньше Крис объясняла это эксцентричностью и старостью. В последнее время подозревала, что эксцентричность может быть последствием старости.

Под огромным информационным указателем расположился пункт охраны с камерами и полудюжиной мужчин в одинаковых зеленых пиджаках. Когда Крис провела мужчин через автоматическую дверь, один из них встрепенулся и со словами «Могу ли я чем помочь?», попытался догнать группу.

Крис проигнорировала улыбку и предложение помощи и быстро пошла к лифтам. Она нацелилась на дальний. Вошла, встала в центре, предоставив возможность Джеку и Томми устроиться по сторонам и чуть позади.

— Этаж два-четыре-два, — приказала она.

— Слушаюсь, мэм, — ответил голос лифта.

Охранник уже бежал, спеша добраться до того, как двери лифта закроются. Закрывающие створки остановились на полпути и вновь открылись.

— Твой приказ отменен, — сказала Нелли.

— Отмени отмену, — приказала Крис.

Двери закрылись за секунду до того, как испуганный охранник успел просунуть между створками руку. Крис обернулась проверить, что там с парнями. Глаза Томми были уже не такими большими, когда его впервые лично представляли большим людям. Джек, кажется, растерялся, пытаясь вытащить из кармана шорт удостоверение личности и значок службы безопасности. Хорошо.

Двери лифта открылись на двести сорок втором этаже. Крис вышла, сопровождаемая крошечным эскортом.

Толстовка и спортивные шорты дали возможность им не отличаться от других в студенческом городке. Среди строгих костюмов-троек эффект оказался совершенно противоположным. Разговор резко прекратился, народ уставился на вошедших, но положительным моментом стало то, что люди расступались, пропуская компанию. Они прошли через двойные прозрачные двери в довольно большой кабинет ожидания со стульями, диванами и даже небольшими конференц-залами вдоль стены. Как только вошли, секретарь тут же уставилась на них.

— Могу чем-нибудь помочь? — спросила женщина с профессиональной улыбкой на лице.

— Я Крис Лонгнайф и хочу увидеться с дедушкой, — не замедляя шага, сказала Крис.

— Вам назначено? — поинтересовалась секретарша.

— Нет, — сказала Крис, направляясь прямиком к двойным деревянным дверям рядом с ней.

— Вы не пройдете дальше, — крикнула женщина, вскочив с кресла, но не успела. Крис оказалась у дверей прежде, чем та успела выбраться из-за стола.

— Пройду, — сказала Крис и, толкнув дверь, оказалась еще в одном кабинете. Секретарем здесь работал уже мужчина, огромный, и он уже стоял на ногах.

— Мне нужно подтверждение вашей личности.

Разумно. Крис подошла к его столу, положила ладонь на стеклянную панель и посмотрела в глазок камеры, зависшей над столом. Закончив с формальностью, она отступила в сторону, чтобы Томми с Джеком смогли сделать то же самое. Когда все трое нарушителей спокойствия замерли в ожидании, когда подтвердятся личности, мужчина уселся в кресло.

Воспользовавшись моментом, Крис провела группу вторжения мимо стола к двери, которую мужчина и охранял.

— Вы туда не войдете до тех пор, пока я не проверю ваши личности, — предупредил он.

— И, наверное, через месяц после этого, — сказала Крис, захлопывая за собой дверь.

Следующий кабинет оказался намного просторнее предыдущих двух вместе взятых. Ковер такой же глубокий, как грязь на Олимпии. Стены обиты деревянными панелями. Чуть в стороне несколько стульев расставлены вокруг голографического японского садика и крохотного водопада — поправка: вокруг настоящего японского садика и крохотного водопада. В кабинете пахло богатством и властью.

Прямо напротив Крис за столом, сделанном из цельной каменной плиты, сидела пожилая женщина. По обе стороны стола стояли двое мужчин в одинаковых темно-синих костюмах. Оба в стандартной стойке, держат пистолеты обеими руками направленными на Крис.

— Ни шага дальше, — сказал вооруженный мужчина справа.

Крис решила, что на этот раз нужно делать то, что говорят вооруженные мужчины, целившиеся в нее. Она остановилась.

— Я подниму левую руку, — медленно произнес Джек. Слова тихие, но жесткие, как у наемных убийц, которые говорят самые отвратительные вещи самым наиприятнейшим способом. — Вытащу значок и удостоверение.

— Медленно, — кивнул мужчина слева.

Крис попыталась держать себя беспечно, хотя внутри все просто заморозилось. С вооруженным противником гораздо легче встречаться, когда в твоих руках М-6. Но она здесь не для того, чтобы с боем прорываться дальше. Она стояла в надежде, что нужные слова найдутся и тогда этот мачо-ритуал закончится.

— Я агент Джек Монтойя, секретная служба Вардхейвена, назначенный охранять семью премьер-министра. Это Крис Лонгнайф, его дочь. Вы нарушаете пункт 2CFR, раздел 204.333, где говорится, что в присутствии агента секретной службы вооруженным находиться нельзя. Попрошу только один раз спрятать оружие.

— Я старший частный агент Ричард Дрезден из агентства «Пинкертон», подразделение «Вардхейвен». Вы нарушаете закон 92-1324 от 2318 года, пересмотренный в 2422 году, с целью посягательства на личную собственность. В соответствии с подразделом 2.16.12 закона официально заявляю, что при защите собственности может применяться огонь на поражение. Вы предупреждены. Теперь же убирайтесь.

— Думаю, именно поэтому у вас тут так мало семейных посиделок, — сказал Томми.

— Да, — согласилась Крис. — К тому времени, как телохранители заканчивают кидаться юридическими полномочиями, картофельный салат становится прогорклым, а дневного света для игры в бейсбол уже не хватает.

— Почему бы тебе в следующий раз не заглянуть на Санта-Марию к Лиенам? Я покажу тебе, как у нас принимают гостей.

— Ловлю тебя на слове.

Крис заметила, что их полушутливое общение не вызвало ни тени улыбки ни у вооруженных мужчин, ни у секретарши. Есть такая штука, как профессионализм. Все, хватит.

— Дедушка Эл, — крикнула Крис. — Это твоя внучка. Ты знаешь, что это я. А если не уверен, у того парня в предыдущем кабинете было достаточно времени, чтобы проверить мой геном. Как долго ты собираешься заставлять меня ждать здесь?

— А почему у вас, сударыня, вдруг возникла необходимость поговорить с дедушкой? — спросила секретарша.

— Дедушка, не думаю, что ты хочешь, чтобы я кричала на всю округу, почему вдруг двадцатидвухлетняя женщина почувствовала необходимость узнать о том, что происходит в ее семье и о скелетах, которые ты продолжаешь хранить в своем шкафу.

Слева от секретарши открылась дверь. Оттуда вышел седой мужчина в костюме, ростом под два метра, что объясняет высокий рост Крис.

— Господа, можете убрать пистолеты, — охранники быстро попрятали оружие. Мужчина вернулся в свой кабинет. — Мы сможем обсудить вопрос немного позже, — сказал седой человек мужчине и женщине, вышедших из кабинета и исчезнувших за дверью слева от Крис. — Хорошо, сударыня, тебе удалось прервать мой деловой день. Проходи и скажи свое слово.

— Сэр, — вежливо сказал Джек, — я должен изучить помещение, в котором мой клиент собирается остаться наедине с другим человеком.

— За которого не поручится ваша система? Ты серьезно думаешь, что мой офис не самое безопасное место на этой планете?

— Для вас, да, сэр, а для нее?.. — Джек оставил вопрос без ответа.

— Ох уж это правительство, — сплюнул дедушка. — Делай, что должен.

Джек рванул к кабинету, в руках появились приборы, Крис даже не подозревала, что их можно спрятать в шортах и под пуленепробиваемой толстовкой так, что и не заметишь. Старший из «Пинкертонов» отправился вслед за Джеком. Через минуту оба вышли обратно.

— Личная рабочая станция на столе и записывающие устройства во всех четырех углах кабинета, — сказал он для Крис, но обращался к дедушке Элу.

— Мне нужно будет приказать персональному компьютеру сделать полную стенограмму встречи? — поинтересовалась Крис.

Дедушка нахмурился.

— Выключить систему безопасности и ведение записи. Альфа, альфа, зет, сорок, одиннадцать. Теперь ты счастлива, сударыня?

— Знаешь ведь сам, дедушка, чтобы сделать Лонгнайф счастливым, нужно нечто большее, — улыбнулась Крис и вошла в дедушкин кабинет. Он оказался большим. Стеклянные стены с двух сторон открывают великолепный вид на Вардхейвен, лучше, чем с пентхауса тетушки Тру. Однако сам кабинет выглядит серым: серый ковер, серые стены, серый мраморный стол. Даже диван и стулья вокруг серого кофейного столика отличаются лишь разными оттенками серого. И пахнет в кабинете так же серо. Если воздух где и может быть лишен запаха, так это в этом кабинете. Дедушка Эл направился к столу и оказался счастливым только когда тот оказался между ним и Крис. Отличные семейные отношения.

— Так чего же ты хочешь?

— Дедушка, прошло десять, если не двенадцать лет с тех пор, когда мы виделись последний раз. Разве ты не хочешь поинтересоваться, как я?

— Компьютер, — рыкнул дедушка, — как чувствует себя Крис Лонгнайф?

— Кристин Энн Лонгнайф больше не находится на лечении. Последний визит к врачу включал полный физический осмотр во время подачи заявки на комиссию при вступлении в Космический флот. Медицинский осмотр прошла благополучно. Последняя медицинская проблема была связана с мозольным волдырем в школе кандидатов в офицеры.

— Как видишь, я знаю, как ты себя чувствуешь, так что давай больше не будем об этом. Чего ты хочешь? Давай не будем тратить мое время.

Ты не знаешь даже половины меня, — хотела сказать Крис.

— Кто хочет меня убить? — вместо этого напрямую спросила она.

От неожиданности дедушка Эл дважды моргнул.

— Компьютер, были ли покушения на жизнь Крис Лонгнайф?

— Нет, сэр.

— Три, сэр, — поправила компьютер Крис. — С одним из них я неплохо справилась. Два других меня озадачили. Зачем кому-то меня убивать?

Дедушка повернулся в кресле и уставился на Вардхейвен.

— Это дело, кажется, у тебя под более надежным контролем, чем у меня. Что говорит полиция?

Крис подошла к столу и оперлась обеими руками о холодную мраморную столешницу. Как будто она была вырезана из всего того внимания, что давал Крис дедушка за все это время.

— Полиция здесь не участвует.

Вот это привлекло его внимание. Он посмотрел на Крис.

— Почему?

— Потому что нет никаких доказательств, что покушения имели место. Отец говорит, что, раз нет доказательств, значит, ничего и не было.

— Твой отец еще та лошадиная задница.

— Его чувства к тебе взаимны, сэр.

Дедушка фыркнул, но посмотрел на Крис серым, напряженным и требовательным взглядом.

— Что заставляет тебя думать, что кто-то пытается тебя убить?

Крис села в кресло и быстро рассказала о спасательной миссии. Пока рассказывала, дедушка все сильнее хмурился.

— Получается, куча хлама позволила тебе избежать ловушки.

— Да. Я пыталась поговорить с папой о некачественном материале в Космофлоте, но, поскольку единственная некачественная вещь спасла мне жизнь, мои аргументы, вроде как, сыграли против.

Дедушка хохотнул, но в следующую секунду снова стал серьезным.

— Почему ты уверена, что этой цели не преследовало минное поле?

— Я захватила компьютер главаря, а Тру Сейд в нем покопалась. Она нашла сообщение, в котором говорилось, что корабль, который они хотели, взялся за выполнение миссии и что пора готовить встречу.

— Как они могли знать, каким образом готовить эту самую встречу?

— Я посмотрела последние семь спасательных миссий, выполненных Космофлотом. Все они включали ночной прыжок прямиком к входной двери плохих парней. Мой капитан хотел установить какой-то рекорд, взяв бандитов в кратчайшее время и без единого выстрела. Думаю, во время такого длительного мирного времени Космофлот стал немного предсказуемым, так что меня подставили.

— Разумный вывод. Что со второй попыткой?

Крис рассказала о миссии к ранчо Андерсона и о том, как распалась в пыль лодка.

— У Тру есть образцы, которые мне удалось собрать с рассыпавшейся лодки. Она их проверит в лаборатории, которой доверяет.

— Могло выглядеть обычным несчастным случаем. Жидкий металл — штука довольно новая. Мои заводы делают из него космические корабли всего лишь пять лет. Лодки же всего лишь трата высоких технологий.

— Из пятидесяти тысяч сделанных, только шесть, попавших в мои руки оказались с таким небольшим дефектом.

Это заявление заставило дедушку выпрямиться.

— Кто предоставил тебе эти лодки?

— Смит-Петервальд.

— Смит-Петервальд, — повторил дедушка.

— Смит-Петервальд, — кивнула Крис. — Связь на ранчо Андерсона была не со всеми. Яхта Петервальд удачно зависла над ними, так я получила сигнал бедствия с ранчо Андерсона. Яхта не покидала орбиту до тех пор, пока я добиралась по реке до места, при этом мне пришлось на ходу менять конфигурацию лодки.

— И в следующий раз, как ты это сделала?..

— Она рассыпалась, — Крис щелкнула пальцами.

— Петервальд, — прорычал дедушка, вскочив со стула.

— К кому ты пошел за деньгами, когда похитили Эдди?

Вопрос Крис остановил дедушку. Он упал обратно в кресло. Взмахнув рукой, охватывая все, что находится за окном, сказал:

— Зачем мне к кому-то идти за деньгами?

— Богатство — это одно, свободные активы — другое. Я читала отчеты. Ваши с папой деньги были в оффшоре. Твой брат Эрни вложил в корпорацию значительные средства, направив их на развитие новых планет, расширение и рост. Не думаю, что он мог поделиться деньгами, так нужными в тот момент папе.

— Не имеет значения. Эдвард был мертв до того, как мы получили записку о выкупе.

— Но тогда вы с папой этого не знали. Не думаю, что люди, организовавшие похищение Эдди догадывались, что их подставили.

— Подставили, не наняли?

— Дедушка, если б они что-то знали, вряд ли пошли на дело, по которому им светила виселица. Похитителям не нужны были деньги. Парни на Секуиме ничего не знали. Разве что главарь был в курсе. Но у него случился сердечный приступ прежде, чем заговорил.

— Сердечный приступ, — медленно произнес дедушка.

— Как у того водителя грузовика, который сбил бабушку Сару, — бросила Крис.

Дедушка сейчас выглядел так, словно это его сбил тот грузовик.

— То был несчастный случай, — прошептал он. — Я видел несущийся на нас грузовик, но не мог сойти с места. Я пытался. Пятьдесят лет я вижу этот грузовик в своих снах. Всегда надеюсь, что успею убрать Сару с дороги. Но никогда не успеваю, — он покачал головой. — Водителю сделали вскрытие. В крови ничего не нашли, ни наркотиков, ни пива, ни чего другого.

— Дедушка, образец крови взяли только через два часа после того, как все произошло. Даже если у него в крови был наркотик, он за это время мог исчезнуть.

— А Петервальд всегда знали в толк наркотиках, — вздохнул дедушка. — Смит-Петервальд Одиннадцатый посещал Вардхейвен в то время, когда похитили твоего братишку. Знаешь ведь, что его сын ходил в одну школу с твоим отцом. Даже встречался с твоей матерью.

— Она не позволяет нам об этом забыть. Настаивает, чтобы я познакомилась с его сыном.

Дедушка поморщился.

— Деньги мне предложил Петервальд. Сказал, что детали мы можем обсудить позже. Потом полиция нашла ферму и навозную кучу с торчащей из нее неработающей воздушной трубой. Деньги мне так и не понадобились. Вот тогда я и ушел из правительства. Ты слишком явная мишень. Я ушел из правительства уверенный, что у меня всегда будут деньги, чтобы делать то, что мне нужно и делать это быстро. Достаточно денег, чтобы построить вокруг себя стену, через которую никто не прорвется. Сыну я тоже посоветовал уйти из политики. Только этот идиот на все наплевал и побежал занимать мое место.

— Так ты думаешь, за всем этим стоят Петервальд?

— Между ними и моим отцом было достаточно ссор. Рэй может быть великим генералом и великим президентом, но каждый раз, как он разворачивался, наступал на Петервальд. Закрыл пару планет, в которые они хорошенько вложились, когда те вышли за пределы сферы развития, установленные Вардхейвенским договором. Если верить слухам, прикрыл их лавочку по торговле наркотиками.

— Ты веришь в это?

— Рэй полагал, что покончит с Петервальд. Как сказал бы твой отец, раз невозможно доказать в суде, значит этого не было.

— Я немного устала от того, что на меня покушаются и никто ничего не делает, потому что это невозможно доказать в суде, дедушка.

— Просто держись подальше от Петервальд.

— Сложно. Мне приходится идти туда, куда посылает Космофлот.

— Подай в отставку. Приходи и работай на меня в этой башне. В пределах двадцати километров от этого места ничего не движется без того, чтобы я не знал и не одобрил. Я создал себе крепость из людей, верящих в то, что я делаю, они умрут за меня. Что есть у тебя?

— Джек. До тех пор, пока снова не призовут на службу.

— Здесь ты будешь в безопасности. Мы даже детей отправляем на экскурсии по маршрутам, разработанным за пять минут до выезда и под хорошей вооруженной охраной. Нет лучшего места для воспитания детей, нежели здесь.

— Звучит хорошо, но у меня пока нет детей. Когда будут, я, наверное, подумаю об этом.

— Ты должна жить долго.

— Я именно так и собираюсь, дедушка.

Загудел компьютер на столе.

— Крис, — тихо сказала Нелли, — извиняюсь, что прерываю, но Земля только что объявила, что отправляет большой флот к Вардхейвену.

— Что? — прозвучало одновременно с обоих сторон стола. — Похоже, мне уже поздно подавать в отставку.

— Боже, неужели Земля сошла с ума? Земной флот уже здесь, в Кольце, это же почти война.

— Я думала, бизнес хочет войны, по крайней мере, разрыва, — подтолкнула Крис дедушку с интересом, что тот скажет.

— П-ф-ф, — дедушка Эл впился взглядом в Крис, словно та только что завалила экзамен для первоклашек. — Земля — мой крупнейший торговый партнер. Зачем мне таможня между мной и этим рынком? Война просто портит весь мой бизнес-план. Ни один здравомыслящий бизнесмен не хочет войны.

— Судя по официальному сообщению с Земли, — прервала Нелли, — флот прибывает на Вардхейвен для участия вместе с приграничными мирами в официальном роспуске Человеческого Сообщества.

— Не нужен целый боевой флот, чтобы спустить флаг, — покачал головой дедушка. — Я знаю, что на Земле есть типы, боящиеся того, что наши пионеры-первопроходцы забредут глубже в галактику. Найдут ли они там преимущество для нас? Готова ли Земля использовать силу, чтобы удержать нас в Сообществе?

— Но это же обычная фракция, такая же, как наша «Экспансия без границ». Они не могут командовать всем этим. Флот не должен стать таким, каким они хотят.

— Что бы ни говорила Земля, — дедушка покачал головой, — она не права.

— Извините, что снова прерываю, — вмешалась Нелли. — Весь персонал Космофлота отзывается на службу.

— Спасибо, Нелли, — сказала Крис и посмотрела на дедушку. — Вот только на чью службу.

Глава 19

Три часа спустя Крис собрала вещи и вместе с Томми спустилась по центральной лестнице Дома Нуу. Через три часа спешно зафрахтованный лайнер должен покинуть Верхний Вардхейвен и на двух g помчаться к Верхней Камбрии. Если поторопиться, на «Тайфун» они вернутся через два дня.

Проходя по фойе, Крис увидела у дверей библиотеки охраняющих ее космопехов, но двери широко распахнуты, облегчая постоянный поток туда и обратно офицеров и посыльных. Крис на секунду остановилась. Да, она увидела дедушек Троубла и Рэя, окруженных толпой звезд, орлов и гражданских, которых, наверное, ценили не ниже вояк. В задней части библиотеки она заметила засевшую за компьютерами тетушку Тру, но без уверенности в увиденном. Поверив, что человечество остается в хороших руках, Крис свернула к парадной двери.

— Подожди секунду, энсин, — со стороны библиотеки раздался командный голос генерала Троубла. Крис продолжила идти, ведь она ему не подчиняется. Вряд ли кто пожалеет бедного энсина, заставившего кричать старого генерала.

— Я тебя зову, энсин Лонгнайф. Остановись.

Крис остановилась, бросила сумку на пол, повернулась к дедушке в ожидании.

— Мы тебя подождем в машине, — сказал Томми и скрылся.

— Куда отправляешься? — подойдя ближе, спросил дедушка Троубл уже нормальным голосом.

— Возвращаюсь на корабль, — ответила Крис, а потом, поскольку не смогла удержаться от вопроса, спросила то, что спрашивают обычно все новички во флоте: — Намечается война?

— У твоего отца есть я, Рэй и чертовски много хороших людей, делающих все возможное, чтобы ее не случилось, — сказал он. Они стояли, каждый оценивая надежды и страхи этого заявления. Потом Троубл прикусил губу.

— Послушай, Крис, мы собираем экипажи. Вытаскиваем на свет все, что может летать. Насколько я понимаю, пытаются даже поднять в воздух мой старый корабль, «Патон». Через неделю или около того, можем дать тебе назначение старпома на эсминец, к примеру. Для Томми тоже что-то похожее придумаем.

Крис заставила дыхание остаться ровным. Дедушка пытается уберечь ее с Томми? Настолько все плохо?

— Земной флот на самом деле считается флотом вторжения?

Старый генерал выдал один из своих запатентованных пожиманий плечами.

— Бог их знает. Земля с такими, как я, не разговаривает. Мы не знаем, какая из земных фракций командует кораблями. Не больше, чем можно узнать от говорящих новостных голов, — он нахмурился, сетуя на отсутствие реальной информации во всей этой поднявшейся шумихе.

Крис глубоко вздохнула и покачала головой.

— Генерал… дедушка, «Тайфун», может, и маленький корабль, но он лучшее из всего, что у нас есть. Он отправляется туда, где больше всего нужен, туда, куда отправляете его вы, где в нем нуждаются больше всего. Может, я еще и зеленая, но чертовски лучше подготовлена, чем любой новенький самородок, — он пожала плечами. — Кроме того, настала моя очередь.

— Будь острожен, малыш.

— Хочешь сказать, чтобы не делала ничего такого, что сделал бы ты?

Дедушка Троубл тяжело сглотнул.

— Не делай глупостей. В нашей семье уже есть все медали, которые нам нужны. Они только пыль собирают. Помни, половина всего, что ты читала о нас в учебниках истории — вранье.

— Может, просто плохо изучено, — ответила Крис, — но вряд ли вранье. В следующий раз, когда я появлюсь дома, почему бы тебе с дедушкой Рэем не рассказать мне несколько интересных историй?

— Подходит, энсин. Когда вернешься домой, мы будем долго разговаривать.

Крис обнаружила, что и энсины могут обнимать генералов, а если кто из космопехов, стоящих на страже, или кто идущий мимо, думает иначе, ну, они могут ублажить старого генерала — упасть и отжаться раз пятьдесят.

До лифта на Верхний Вардхейвен Крис добралась вовремя.

Сейчас вверх и вниз шел только военный трафик, тем не менее, Крис успела занять последнее сидячее место в отправляющейся наверх кабинке. Потом, когда в последний момент в кабинку зашел командор Сэмпсон, сдалась. Стоя в проходе, Крис вспомнила, что читала как-то, что наличие в кабинке пассажиров больше, чем сидячих мест, незаконно. Сегодня, впрочем, это правило забыли. Безопасность больше не работает, потому что кто-то ждет войну… причем скоро.

«Счастливый странник» был поспешно превращен из круизного лайнера в военный корабль. Крис повезло, она заняла односпальную каюту. А вот двоим энсинам в том конце коридора не особенно повезло, им односпальную каюту пришлось делить на двоих. Но радость была не долгой. Когда Крис вошла в каюту, в углу обнаружилась раскладушка, и Крис стало интересно, с кем ей придется делить каюту. Не сдержала усмешки, когда в дверях застыла старшина Бо.

— Не знала, что старшин тоже отправили на берег.

— Не отправляли, — сказала Бо, уронив на пол сумку. — Я была в отпуске, навестила сестру и ее семью, — старшина огляделась, нос дернулся, словно в каюте пахло чем-то неприятным. — Разве никто не говорил этим людям, что старшин и офицеров нельзя селить в одной каюте?

— Подозреваю, они счастливы только от того, что не селят в одну каюту мальчиков и девочек. Своего рода поспешная работа.

— Ага, — старшина нахмурилась. — Какую койку предпочитаете, мэм?

— Возьму раскладушку. При двух g спина моложе лучше с ней справится.

Старшина криво посмотрела на Крис, но спорить не стала. Когда она убрала под койку сумку, спросила через плечо.

— Что вы слышали о войне, мэм?

— Некоторые добрые люди делают все возможное, чтобы ее не было. А ты что слышала?

— Вчера вечером мне пришлось выложиться за пиво. Крикуны, их много, утверждают, что пора уже показать этой земной шелухе, где раки зимуют. Конечно же, на этом транспорте никого из них нет.

— Бегут к вербовщикам?

— Сомневаюсь. Кишка тонка, — усмехнулась Бо, после чего посерьезнела. — Видела, что Рэй Лонгнайф и генерал Троубл вернулись на Вардхейвен. Они из тех самых хороших людей, о которых вы говорите?

— Не стану отрицать другу, но не сказала бы такого незнакомцу, — увернулась Крис. Она также не сказала о проводящейся вербовке всех и вся.

— Ваш папаша хочет все проделать в два политических шага. Вчера я его минут пять слушала. Не могу сказать, он за то, чтобы мы уничтожили земной флот или против. Политика, — закончила она, как сплюнула.

— Он просто хочет достичь согласия, — объяснила Крис.

— Ему лучше сделать это побыстрее, потому что, как я слышала, земной боевой флот уже в пути.

— Это безумие, — Крис упала на раскладушку. — Да, на Земле много больших кораблей с большими пушками, но ни один из них не был на ходу после войны с Итич, а это было семьдесят лет назад. В колледже я знала одного парня с Земли. Его отец управлял сталелитейным заводом на орбите. Раз в год он с работниками раскочегаривали эскадру старых линкоров и вместе с еще тысячей других старых кораблей и корабликов исполняли ежегодную военную повинность. Судя по описанию друга, они поднимались на борт, проверяли, остался ли там кислород и горят ли на приборных досках зеленые огоньки. Бог знает, что они делали, когда загорался красный. Старшина, отец того парня в тот момент становился резервным вице-адмиралом, а его рабочие — капитанами. Все это большая показуха. Если дело дойдет до драки, «Тайфун», скорее всего, уничтожит три-четыре их линкора, даже не вспотев.

— Но линкоры, подобные земным, во время войны с Итич уничтожали целые планеты. Я не хочу, чтобы они зависли над Вардхейвеном, пока там сестра с детьми.

— Готовность к двум g через пять минут, — эхом донеслось из коридора объявление по громкой связи.

— Помогу собрать раскладушку, — предложила Бо. — Следующие два дня особо делать будет нечего. Думаю, я буду спать. Нет смысла рисковать спиной, только не когда в моей проклятой, слишком долгой карьере может произойти первый выстрел. Кроме того, насколько я знаю капитана Торпа, он непременно захочет надрать кому-нибудь задницу. Сомневаюсь, что нам удастся урвать хоть часок после того, как доложим о прибытии на борт.

Крис последовала примеру сержанта, отсыпаясь, следя за новостями и изучая инструкции к своим непосредственным обязанностям. Четыре дня ушло, чтобы добраться от Камбрии до Вардхейвена. Чтобы вернуться, потребовалось всего два. Тем не менее, шкиперу и этого оказалось мало.

— Почему так долго? — вместо приветствия произнес капитан, когда Крис с Томми доложились на мостике через пять минут после того, как поднялись на борт.

— Чертов роскошный лайнер отказался лететь больше двух g, — высказала догадку Крис, направившись к посту у пульта оборонительной системы. — Вы же знаете этих гражданских, сэр.

— Почему же вы двое не вышли и не подтолкнули его? — поинтересовался старпом. Крис чуть было не покачала головой. Бывают сложные случаи, но иногда есть случаи еще более тяжкие.

Капитан Торп воззрился на Крис, когда та заняла свое место.

— Удивлен, что ты потрудилась присоединиться к нам, энсин Лонгнайф. Я уже, было, решил, успела устроиться на работу полегче, в тепленьком местечке.

— Мне предлагали, сэр, — Крис посмотрела на капитана. — Я отказалась.

Шкипер чуть приподнял бровь, взглянул на старпома.

— Получается, решила остаться на лучшем корабле флота, когда начнется стрельба.

— Я сказала генералу, что он сам бы хотел, чтобы его лучший корабль оставался лучшим, когда он ему понадобится, сэр.

— Хорошо, — сказал капитан. Похоже, сейчас он, для разнообразия, наслаждается присутствием Крис. — Мне понравился отчет о пригодности, который я получил с Олимпии.

— Полковник Хэнкок передал вам привет, сэр.

— Хороший человек. С плохой репутацией. Он говорит, что ты хорошо себя показала в паре тяжелых перестрелок.

— Я сделала все возможное, сэр.

— Готова стрелять по земным линкорам, идущим к Вардхейвену?

Крис глубоко вдохнула.

— Да, сэр, — сказала она, дав короткий и четкий ответ, который хотел услышать шкипер. Любая молитва во избежание войны на мостике боевого корабля неуместна.

— Хорошо. Я хочу, чтобы вы с энсином Лиеном поменялись местами.

— Я не проходила подготовки с оружейным пультом, сэр.

— Никто на этом корабле не проходил нужной подготовки ни с одним из пультов, — прорычал капитан. — Но ты справишься. Лиен, освободи место. Посмотрим, насколько Лонгнайф хороша в стрельбе.

Крис заняла место у пульта наступательного вооружения, прямо перед шкипером около штурвала. Томми, заняв ее место чуть дальше и правее, не выказал облегчения. Крис ни разу не говорила капитану, что у Томми проблемы со стрельбой, но сомневалась, что что-то прошло мимо космопехотного полковника.

Торп загрузил оружие, штурвал и защиту в симуляцию: вражеские корабли появились как раз на пределе диапазона сенсоров «Тайфуна». Когда Крис поинтересовалась, каким образом их можно достать, капитан рявкнул:

— Моя работа — найти цель. Твоя — поразить ее.

Так что Крис, Томми и еще один энсин, Эддисон, начали проходить симуляцию, крутили корабль, поворачивали, уворачивались, стреляли, пока противник не превратился в космическую пыль, а руки Крис не завязались узлом от всех этих кнопок и рычагов на панели управления.

— Еще раз.

И снова все сначала. Крис слышала, что остальной экипаж тоже проходит всевозможные учения — от пробоины корпуса до отказа защитной оболочки реактора. Только однажды она услышала, что реактор пришлось выбросить за борт, и это шкиперу жутко не понравилось. На мостике же Крис сталкивалась с проблемой за проблемой, оценивая вражеские цели и подбирая лазеры нужного калибра, чтобы помешать им добраться до корабля.

Когда Крис отправилась искать свою койку, по корабельным часам было уже поздно.

А подъем в пять утра. Крис приняла душ, оделась, проглотила завтрак и была на мостике ровно в шесть. И снова начались симуляции.

— У вас было слишком много времени, чтобы покончить с врагом. Я хочу, чтобы они превратились в пыль через пятнадцать минут после первого контакта. Эддисон, будь поагрессивней. Лонгнайф, ты используешь слишком много дальних выстрелов. Не трать энергию на захват цели. Бей по нему.

Крис хотела сказать, мол, легче сказать, чем сделать. Но держала рот на замке и в следующей симуляции потратила немного больше времени на оценку поведения цели. Да, цели такие же фанатичные, как и сам шкипер. В следующих двух симуляциях враг приблизился очень быстро. Но в третий раз Крис с первым выстрелом не ошиблась.

— Хорошо, энсин. Думай, как они.

— Если вы предполагаете, что они вцепятся в горло, сэр, — рискнула ответить Крис.

— Если нет, энсин, то это их похороны. На войне только одно правило. Сначала бей. Бей со всей силы. Остальное лишь увеличит количество вдов на твоей стороне.

— Да, сэр, — ответила Крис единственным ответом, который принимал капитан.

— Когда пойдем за земным флотом? — спросил Эддисон.

— Как только отдадут приказ, энсин, — заверил его шкипер.

— Эти земные корыта плетутся слишком долго.

— Я слышал, машиностроение у них паршивое, — улыбнулся старпом. — Пришлось сбавить скорость до половины g, чтобы держать все эти драндулеты вместе.

— Но стоит пустить один или парочку из них на орбиту, и не останется ни Верхнего Вардхейвена, ни космического лифта, ни людей внизу, — заметил капитан.

Конечно, — подумала Крис, — Земля имеет возможность замедлить свои корабли по половины g, чтобы у политиков было больше времени разобраться во всем этом беспорядке. Но придержала мысль при себе, ведь она на военном корабле, а его задача: защищать Вардхейвен. Шкипер пытается сделать наконечник копья настолько острым, насколько может. Крис не собиралась делать ничего, чтобы затупить его.

* * *

В полдень, после обеда, Торп приказал перевести «Тайфун» в боевую конфигурацию.

— Лонгнайф, присмотрись, что делается у тебя за спиной. Я не хочу потратить всю следующую неделю на поиск шкафа для швабры.

При этом шкипер смотрел на старпома, так что Томми даже не удосужился убрать с лица привычной усмешки. Тем не менее, когда рядом с ним встала Крис, он работал хоть и медленно, но методично. Он прошелся по контрольному листу чисто, так, что Крис и слова не пришлось сказать. Процедура проделывалась достаточно часто, чтобы сейчас появились какие-нибудь нарекания. Когда предварительная работа была сделана, Томми сообщил:

— Мы готовы, сэр.

Шкипер кивнул вахтенному старшине.

— Всем приготовиться к реконфигурации, — по громкой связи на весь корабль объявила та. — Дежурным на вахте занять свои места.

— Выполняйте, энсин, — приказал капитан, и Томми застучал по клавиатуре рабочей станции.

Поскольку большая часть экипажа успела пообедать, столовая свернулась в закуток вдвое меньше. После нее сжался двигательный отсек. Потом втянулись внешние причальные зоны, двухместные каюты превратились в каюты для восьмерых, а диаметр корабля уменьшился вдвое. По всему кораблю до этого просторные коридоры стали гораздо теснее, складские помещения с широкими проходами уже. Наконец, радиационная переборка между двигательным отсеком и остальной частью корабля стала толще, а корабль потерял добрых двадцать метров в длину.

— Теперь «Тайфун» настоящий военный корабль и чертовски маленькая мишень, — счастливо проворчал капитан. — Йоман, пусть все проверят, что где пропало и доложатся энсину Лиену. Энсин, не теряй зря времени, пытаясь все исправить. Мне понравилось решение Лонгнайф. Когда обнаружишь потерявшиеся части, удали их, а потом заново создай в нужном месте.

— Да, сэр, — сказал Томми и подмигнул Крис. Может быть, она добилась расположения капитана до того, как тот получил отличный отзыв от капитана Хэнкока.

— Команда мостика, — капитан поднялся на ноги, — можете потратить полчаса на обед. С простыми проблемами вы справились довольно хорошо. Пришла пора посмотреть, как справитесь с проблемами посложнее.

Задумавшись о том, насколько симуляции могут стать хуже, Крис отправилась искать свою каюту. Она быстро прошла по узким проходам и нашла ее там, где та и должна быть в измененном «Тафуне». Как только убедились, что вещи на месте, вместе со старшиной Бо прогулялась по женскому отсеку. Проблем не было, даже обычных жалоб, что кого-то напихали в каюту, как сельдей в бочку, не прозвучало.

— Люди боятся, что на этот раз все будет по настоящему, — пробормотала Бо, когда они закончили небольшую инспекцию.

В результате, на обед Крис опоздала. В съежившемся корабле отсутствовала кают-компания, так что офицеры разделяли трапезу с остальным экипажем в общей столовой. Большая часть экипажа уже поела, остались только команда мостика и, похоже, дежурные инженеры. Старпом командовал парадом за столиком, дальним от входа и подальше от раздаточных столов. Лейтенанта-коммандера Паулюса, главного корабельного инженера, окружили его офицеры и команда за столиком на противоположном конце маленькой столовой. Томми присоединился к инженерной команде и, похоже, увлекся обсуждением нано или какого-то другого техно-удовольствия. Подавив вздох, Крис отправилась к столику по соседству со старпомом. В результате оказалась зажата офицером связи с одной стороны и лейтенантом, который вместе со старпомом нес восьмичасовую вахту семь дней в неделю в качестве палубного офицера.

Крис и еще двум энсинам тоже предстояло нести вахту в качестве младших палубных офицеров. Так бы и случилось, если бы на борту «Тайфуна» было пятнадцать офицеров. Но то в мирное время. Точно! Во время последнего круиза Крис несла вахту палубного офицера и ее сменяли старшины первого класса и простые старшины. Интересно, что изменится в этом круизе?

— Так на Олимпии, говоришь, стало очень захватывающе? — начал старпом, когда Крис села за стол.

— У них были проблемы с бандитами, — по-простому ответила Крис.

— А после вас, стало быть, больше нет? — поинтересовался офицер связи.

Крис попробовала мясной рулет, картошку и зеленую фасоль только чтобы тщательно взвесить ответ.

— Мы покончили с бандитами, дали еду голодным. Проблема была решена.

— Я слышал, там была довольно серьезная перестрелка, — не сдавался старпом.

— Было довольно жарко, — кивнула Крис.

— Значит, будем с нетерпением ждать, когда и здесь станет жарко? — взгляд лейтенанта, сидящего рядом, стал плотоядным.

В миниатюрной цепочке командования «Тайфуна» он числился командиром младших офицеров, не относящихся к инженерному отделу и, стало быть, являлся командиром Крис.

— Хочется надеяться, холодных голов у нас побольше, — буркнула она, обращаясь к бобам на тарелке.

— Боже упаси нас от холодных голов, — рыкнул офицер связи.

— Ситуация уже давно назрела, — сказал старпом. — Земные бюрократы водят нас на поводке. То говорят, сделай это, то говорят, сделай то. Пришло время делать то, что хотим мы, а не то, что диктуют подогреватели кресел.

Отвечать на это было не обязательно, так что Крис сосредоточилась на еде. Старпом заполнил тишину всем давно знакомыми аргументами за войну. Для Крис они ничего не значили. Но разве в свое время доктор Мид не предупреждал группу, что это будет редкостная война, имеющая прочную основу действительности. «Эмоции. Следите за разгорающимися эмоциями», — говорил он. Крис покорно записывала в тетрадку его слова, но в тот день она не была в числе верующих в его слова. Только сейчас все начинало выглядеть так, словно док знал, о чем говорит, по крайней мере, кажется, знал, что будет происходить творящийся сейчас беспорядок. Покончив с обедом, Крис поднялась, подхватила поднос.

— Готова уничтожать земной антиквариат, энсин? — требовательно поинтересовался старпом.

— Я буду стрелять во все, что шкипер пометит целью, — ответила Крис.

— Хорошо, энсин. Очень хорошо, — широко улыбнулся старпом.

* * *

Когда Крис вернулась на мостик, капитан Торп был уже там. И успел подготовить очередные симуляции, после которых стало понятно: сегодняшнее утро было еще легким. Вахта длилась долго. Когда капитан, наконец, освободил Крис, та быстро прошла в свою каюту. Старшина Бо уже спала, напомнив Крис, что военный корабль — тесный корабль.

Ровно в шесть следующего дня Крис заняла свое место у пульта управления на мостике. Шкипер склонился за своим пультом, не обращая внимания на прибывающую команду, проводимую ими проверку и ожидавшими его распоряжений.

Не поднимая взгляда, Торп активировал общий комлинк.

— Говорит капитан. «Тайфуну» вместе с Шестой эскадрильей быстрого реагирования приказано прибыть в систему Париж. Там мы встретимся с остальным флотом Вардхейвена и кораблями других планет, готовых противостоять земной угрозе. С этого момента я объявляю на корабле военное положение.

— Нелли, — мысленно обратилась к компьютеру Крис.

— Средства массовой информации сообщают, что земной флот и около ста других эскадрилий с других планетарных систем должны встретиться в системе Париж, чтобы официально объявить о роспуске Человеческого Сообщества. Планетарная система Париж — почти необитаемая система с необычным количеством прыжковых точек. Образовалась в результате столкновения двух планетарных систем. Считается, что прыжковые точки были созданы инопланетянами.

— Убери всю эту медиа-жвачку, — попросила Крис, чувствуя, как скручивает живот. — Там ведь должна произойти мирная встреча, верно?

— Комментарии и сообщения в новостях охватывают весь спектр, от войны до мира и азартных игр с высокими ставками.

— Что говорит премьер-министр?

— В наше неспокойное время он считает эту встречу мирной, — Крис помнила откуда-то эти слова. Сконцентрировавшись, вспомнила, где их слышала, и ей не понравился их вкус.

— Теперь все в ваших руках, — объявил капитан. — Сегодня займемся симуляциями сложного уровня.

Крис взялась за дело и занималась им до конца вахты. К концу смены руки и кисти болели, как по ним кто палкой бил. Она еле добралась до койки, упала и уснула, даже не успев снять ботинки.

На следующее утро, когда она проснулась, старшина Бо уже чистила зубы.

— Ты проспала побудку, — не вынимая изо рта щетки, сообщила старшина. — Решила дать тебе еще пару минут. Знаешь, что махала руками во сне?

— Мне снились боевые симуляции, — сказала Крис.

— Ну, ты проходила их в полную силу.

Крис скинула форму и отправилась под душ, где провела целых полчаса прежде, чем ее осенило, что чего-то тут не хватает. Наскоро вытеревшись, она поинтересовалась:

— Этой ночью корабль сделал прыжок, не знаешь?

— Нет, говорю точно, потому что меня перед прыжками всегда будят. И не важно, насколько я устала, будят среди ночи.

— Нелли, этой ночью было объявление о прыжке. Я его пропустила?

— «Тайфун» все еще находится в системе Камбрии.

Крис подняла руку, оценила вес.

— Один g, может, немного больше.

— Один точка двадцать пять, мэм. Черт, я думала, вы, на мостике, всегда получаете новости в числе первых.

— Должно быть, шкипер отдал приказ ждать, пока я занималась симуляциями. Мы должны были прыгнуть из системы Камбрии несколько часов назад.

— Думаю, мы так и не прыгнули. Я слышала, что должна начаться война или что-то в этом роде, — сухо сказала сержант. — Возможно, начальство делает меньше, чем мы от него ждем.

— Да, — согласилась Крис.

Шкипер перевел корабль на военное положения, а значит, нужно перестать думать о тренировках, как в мирное время. Не зря же их так упаковали по каютам «Счастливого странника».

— Нелли, следи за ускорением корабля и дай мне знать, какой прыжок будет использован.

— Да, мэм.

Так даже лучше, потому что день, проведенный в симуляциях, прошел быстро. Цели двигались быстрее, дергались, ходили зигзагами. Когда в упражнении появлялись планеты и луны, космос становился еще больше загроможденным, искажая маневры гравитацией.

— Черт, Эддисон, ты загнал нас в гравитационный колодец. Мы пролетели мимо ублюдков так быстро, что вряд ли успеем развернуться.

— Извините, сэр. Я увидел их и решил преследовать.

— Так и нужно, когда мы в глубоком космосе, но настоящие бои происходят в местах, за которые стоит драться. Девять из десяти сражений с Итич и Единством происходили в пределах двухсот тысяч кликов от планеты. Привыкай работать с гравитацией, энсин, или мне придется найти того, кто сумеет.

— Да, сэр.

— И, Лонгнайф, почему ты по ним не стреляла, когда мы шли мимо?

— Скорость прохождения вражеского судна и скорость расчета выстрела превысили возможности системы, сэр.

— Я не спрашивал, почему компьютер не выстрелил, я спросил, почему не выстрелила ты.

Не хотела тратить энергию лазера. Но это не тот ответ, которого хочет шкипер.

— Виновата, сэр.

— Такой ответ смягчит наказание с моей стороны, энсин, но не помешает врагу разрезать наш корабль пополам и выбросить твоих товарищей прямиком в вакуум. Раз видишь возможность стрелять, значит, стреляй. А об энергетическом бюджете позволь беспокоиться мне. Понятно?

— Да сэр. — Крис заметила, что капитан больше не кидается метафорами. Земные корабли были врагами, просто и незатейливо. Затуманенному от усталости мозгу становилось все труднее вспоминать, что, по словам дедушки Троубла, он делает все возможное, чтобы этого не случилось. Тем временем Крис продолжала тренироваться.

Она боролась с корабельными лазерами весь день. Неудивительно, что продолжала бороться с ними и во сне. Как хорошо обученный автомат, реагировала почти бездумно. Как раз то, чего и добивался Торп, как раз то, что давала ему Крис. Короткие улыбки, которыми он ее награждал, того стоили.

Вторую половину вахты она столько много довольных улыбок уже не получила, потому что гравитационные колодцы то и дело раскачивали имитационный «Тайфун». К вечеру, отправившись в каюту, Крис чувствовала себя зомби. Удивительно, но Бо все еще не спала.

— Команда начинает понемногу нервничать, — сказала старшина, когда Крис сбросила с себя пропотевшую униформу. — Сегодня шкипер не опубликовал маршрут корабля на экране столовой.

— Практика мирного времени, — изрекла Крис, натягивая пижаму. — Мы же на военном положении.

— Да, но разве это что-то меняет?

— Ты знаешь капитана лучше меня, но с того места, где сижу я, вряд ли чего-нибудь упустила бы.

— Мы сегодня прыгнули. Вы это заметили?

— Прошло мимо меня. Нелли, какой прыжок мы использовали?

— Девяносто девять процентов вероятности, что была использована точка прыжка Инди.

— Инди! — сон как рукой сняло. Альфа, Бета, Гамма в этой системе наиболее часто используемые точки перехода. Инди не использовалась никогда. — Каков индекс безопасности Инди?

Точки перехода блуждали, что понятно, потому что кружатся вокруг двух, трех, а то и больше звезд. Чем дольше они кружатся вокруг одной какой-либо звезды, тем больше вероятность, что корабль отправится куда угодно, только не туда, куда нужно. Пассажирские лайнеры пользуются точками перехода индекса А и В и проход осуществляют на медленной скорости. Флот немного посмелее, пользуется точками, числящимися на индексах С и D.

— Индекс точки прыжка Камбрия-Инди равен F.

— Мы на военном положении, — выдохнула старшина Бо.

— Нелли, спроецируй кратчайший путь от точки Камбрия-Инди до системы Париж. Покажи.

С плеча Крис выстрелил луч голографический и заплясал между ней и старшиной Бо. Три длинных прыжка завели их далеко за пределы пространства, занятого человечеством, что само по себе уже нарушает Вардхейвенский договор. Однако последний прыжок ворачивал их туда, куда они и хотят.

— В систему Париж прибудем через точку прыжка Кило. В последнее время она не используется. Предполагая, что она до сих пор находится в пределах пятидесяти тысяч кликов о последней известной позиции, мы окажемся здесь, — голографическое изображение увеличилось, пока не осталась только система Париж. Пять звезд совершали дикую джигу вокруг друг друга, вокруг двух из них кружатся штук пятнадцать планет и астероидные колбца, обозначившие орбиты еще двух. На орбитах двух газовых гигантов кружатся заправочные станции, обслуживающие корабли, уходящие через шесть точек перехода по десяткам основных маршрутов в другие системы. Если Олимпия открывала доступ к большей части систем Кольца за четыре прыжка, то вот эта сложная система делает то же самое за три. За последние восемьдесят лет система превратилась в великий перевалочный пункт, а сейчас собирается стать отличным местом начала войны.

— Какая ближайшая часто используемая точка прыжка? — спросила Крис.

— Альфа, — покраснел небольшой квадратик. — Находится на главном маршруте между Землей и многими мирами Кольца.

— Вардхейвен?

— Да. Трафик из Вардхейвена использует точку перехода Дельта, — еще один квадратик на полпути через систему от красного стал зеленым.

— Мы окажемся рядом с точкой, который использует земной боевой флот, — нахмурилась Бо.

— И как можно дальше от Вардхейвена, — закончила Крис. — Предполагая, конечно, что воспользуемся этим маршрутом. Нелли, оцени время между прыжками. Сообщи, когда я буду не на мостике, если прыжок «Тайфуна» будет соответствовать этому курсу.

— Хорошая идея, мэм. Но даже если мы пойдем по этому маршруту, что это будет значить?

— Понятия не имею, — призналась Крис. Ей пришлось также признать, что она устала, а спать в ближайшие дни придется мало, в то время как отчаянно хочется побольше. Ладно, подумаем об этом завтра, в свободное время. Как будто в последнее время этого свободного времени у нее полно.

Через несколько секунд, как голова коснулась подушки, она заснула. Сны были яркими. Она отчаянно сражалась, но что бы ни делала, лазеры земных кораблей постоянно ее опережали. Неважно как быстро она стреляла сама, лазерные лучи земных кораблей успевали врезаться в «Тайфун». Время от времени она смотрела, как Томми, Бо, другие космические пехотинцы задыхаются в вакууме.

На следующее утро, быстро проглотив завтрак, она отправилась на мостик, но, не успела покинуть каюту, как столкнулась с капралом Ли.

— Мисс Лонгнайф, капитан до сих пор не опубликовал наш маршрут. Курс, которым мы следуем, не подходит ни для одного из наших прошлых полетов. Космопехи немного беспокоятся.

— Мы отправляемся в систему Париж, — ответила Крис капралу, которая два месяца назад вместе с ней спасала девчонку из рук бандитов. — Шкипер выбрал другой маршрут. Надо перестать думать, как в мирное время.

— Будет война, мэм? — на лице капрала отразилась целая гамма эмоций, заставив Крис гадать, какой же ответ она хочет услышать.

— Премьер-министр вместе со многими хорошими людьми делает все возможное, чтобы все закончилось мирно. Но ты ведь знаешь капитана. Если дело дойдет до драки, он сделает все, чтобы «Тайфун» оказался лучшим во флоте.

— Да, это наш шкипер. Спасибо, мэм, — старшина развернулась и ушла, а Крис немного опоздала на мостик. Она подозревала, что сказанное ей еще до обеда разойдется по всему кораблю.

— Мы так рады, что ты, наконец, присоединилась к нам, — сказал капитан Торп, когда Крис, ровно в шесть заняла свое место. — Энсин Лиен, ты слишком легко отделался. Эддисон и Лонгнайф не позволили кораблю получить нужное количество ударов. Я ставлю тебе индивидуальный набор симуляций. Эддисон, ты все еще не используешь гравитационные колодцы на полную катушку. «Тайфун» быстр и мы работаем независимо. Забудь о том, что надо стоять в едином строю с остальной эскадрой. Используй это. Работай. Лонгнайф. Все еще слишком долго ждешь предложений компьютера. Думай сама. Я знаю, у тебя есть инстинкт убийцы. Используй его.

В этот день капитан гонял их изо всех сил. Он не был слишком доволен, когда Крис дважды промахнулась. Оба раза, когда «Тайфун» делал настоящий прыжок через прыжковую точку.

— Энсин, тебе понадобилось целых три минуты для настройки залпа, а потом ты промахнулась. Черт возьми, так нельзя.

— Извините, сэр. Прыжок на секунду дезориентировал меня. В бою этого не произойдет.

— Держу пари, что нет. Эддисон, Лонгнайф, сделайте перерыв.

— Да, сэр, — ответили дружно оба.

Крис и Эддисон спустились в столовую. Крис ладонями обняла горячую кружку, чтобы тепло смягчило образовавшиеся мозоли в ладонях и пальцах.

— Могу поспорить, ты никак не дождешься увидеть земные корабли. Мне уже надоело управлять кораблем и при этом не чувствовать его движения. Давай сделаем это по-настоящему! — предложил Эддисон.

— Мы пока не воюем, — заметила Крис.

— В чем дело? Тебе нравится Земля? Они пинают нас уже восемьдесят лет. Пора им показать, что космос принадлежит Кольцу.

— Получается, что мы покажем им на дверь и уйдем сами. Для такого война не нужна.

— Думаешь, они позволят нам просто так уйти? Я слышал, они хотят, чтобы мы заплатили им за каждый наш корабль. По полной, как с конвейера. Даже за те, что мы сделали сами. Безмозглые земляне.

— И еще война приводит к гибели многих людей.

— Что случилось, Лонгнайф, неужели боишься?

— Эддисон, ты когда-нибудь натыкался на оружие, нацеленное прямо на тебя?

— Нет, — Эддисон, кажется, немного сдулся.

— Когда пару раз попадешь в такую ситуацию, я куплю тебе пива, и мы сверим свои ощущения. До тех пор, будь добр, заткнись, — прервав дебаты, Крис отодвинула в сторону кружку с остывшим кофе. — Пошли на мостик.

На этот раз шкипер освободил их пораньше.

— Примите горячий душ. Отдохните. Завтра в девять ноль-ноль корабль прыгнет в систему Париж. После этого день может оказаться весьма захватывающим.

Крис отправилась в свою каюту.

— Нелли, какой прыжок будет использован в девять ноль-ноль до системы Париж?

— Кило, — ответил компьютер.

— Какие-нибудь новости успела просмотреть?

— Нет. Мы слишком далеко от человеческого пространства.

Вся эскадра прыгала друг за другом через прыжковые точки без отметок. Конечно, это происходило далеко от пространства, занимаемого человечеством, так что риска столкнуться с другим кораблем, идущим навстречу, быть не должно. Разве только с нечеловеческим кораблем. Точно. Это было более чем странно.

— Крис, — медленно произнесла Нелли, — ты просила меня провести самостоятельный поиск и сообщить, если я найду что-нибудь, не соответствующее знакомому мне шаблону.

— Да, — так же мысленно отозвалась Крис.

— Сразу после встречи с офицером связи капитан загрузил в компьютер несколько новых программ. Они пока не активны и их назначение я не могу понять.

— Что-то военное?

— У меня есть список всех систем, которые должны быть загружены при объявлении военного положения. Новые программы не являются их частью. Я так же не могу взаимодействовать с этим программным обеспечением.

— Оно не работает?

— Нет, просто загружено и все.

— Дай мне знать, когда они заработают.

— Сделаю.

Крис протерла глаза, пытаясь стереть усталость. Мозг казался полумертвым. Все это должно что-то значить. Зачем папе или дедушке Рэю приказывать Шестой эскадрилье идти в систему Париж кружным путем? Зачем им надо, чтобы лучшие корабли прыгнули в систему прямиком около земной эскадры? Рядом или даже позади них. Если предположить, что земные корабли уже прибыли туда, они должны отправиться навстречу приграничным эскадрильям Кольца и сделать то, что собирались сделать. Как можно спустить флаг на космическом корабле?

Крис тут же мысленно увидела картинку, на которой адмиралы в скафандрах выстроились в ряд, а в это время какой-то бедный солдатик соскребает с носовой части корабля борта сине-зеленое изображение флага. Девушка, ты пьяна. Душ не помог. Крис упала на койку и быстро уснула.

— Мэм, вы спите? — через целых сто лет спросила Бо.

— Спала. Что-то не так?

— Думаю, все нормально. То, что вы сказали капралу, было славно. Думаю, это сбросило с экипажа корабля тонн десять страха.

— Хорошо, — сказала Крис, подтягивая к голове одеяло.

— Говорят, на место мы прибудем рано утром.

— Ага, — Крис больше не хотелось просыпаться.

— Вы знаете, какую прыжковую точку мы используем?

— Похоже ту, что и ожидал мой компьютер. Кило.

— Значит, прыгнем близко к Земному флоту. Как думаете, они это воспримут?

— Откуда мне знать? — Крис едва сдержала растущее разочарование в голосе.

— Надеюсь, там нет нервных стрелков. Лазеры линкоров долбят до ста тысяч кликов, а мы окажемся как раз в этих пределах.

Крис моргнула и повернулась обратно.

— А наши?

— Пятьдесят тысяч кликов почти на пределе досягаемости 24-дюймовых импульсных лазеров, мэм.

— Не стоит волноваться. Какой корабль будет болтаться около прыжковой точки? Земные линкоры наверняка отправятся на встречу с кораблями Кольца. Надеюсь, какой-нибудь умник догадался прихватить с собой пару барж пива. Оба флота обопьются пива, пока адмиралы будут договариваться.

— Очень на это надеюсь, мэм.

— Я думала, вы бы хотели такого развития событий.

— Приятно осознавать, что наши тренировки где-нибудь да пригодятся, но, мэм, не в войне между нами и Землей. Боже, помоги нам всем!

— Поспите немного, старшина. Завтра мы должны выглядеть бодро.

И Крис снова отвернулась к стене, попытавшись заснуть. Но тактическая ситуация, намечающаяся на завтрашний день, продолжала крутиться в голове. Что, если и впрямь, какой-нибудь нервный стрелок земного флота выстрелит по Шестому эскадрону? Ну, для этого и придумали умный металл — для защиты. Коммодор Сэмпсон с этим разберется. Об этом энсину не стоит беспокоиться.

Глава 20

— Двадцать секунд до прыжка, — объявил Эддисон.

— Лонгнайф, мне на экран полный список целей с диапазоном и пеленгом через пятнадцать секунд после прыжка, — приказал Торп.

— Да, сэр, — сказала Крис и проверила пульт управления. Все дальномеры работают в режиме онлайн: лазерный, оптический, гравитационный и радарный.

Они показывали остальную часть Шестой Эскадрильи, выстроившуюся в очередь перед «Тайфуном». «Ураган» — флагман, следом «Циклон», «Торнадо», «Шамаль», «Муссон», «Сирокко» и «Чинук». Капитан Торп был не очень рад, болтаясь в хвосте очереди. Если прыжковая точка внезапно переместится, «Тайфун» промахнется и ему придется охотиться за ней в то время, когда остальная эскадрилья будет уже на той стороне.

— Уже подошли к точке? — снова спросил капитан Эддисона.

— В километре, сэр, — сообщил тот.

— Правь корабль прямо туда.

Крис отсчитывала секунды обратного отсчета… три, два, один. Во внутреннем ухе появилась уже привычная дезориентация. Пульт управления покраснел, поскольку приемная аппаратура, не получила отзыв на сигналы, что отправила микросекундой раньше. Но, Крис моргнула, и панель снова замигала зеленым.

И сообщила о большом количестве целей, на этот раз настоящих. Даже в симуляциях Крис столько ни разу не видела.

Шестая эскадрилья быстро развернулась в атакующий клин. «Ураган», поскольку флагман, держал центр вместе с четырьмя корветами второй дивизии, эшелоном расположившимся справа, то есть ближе к земному флоту. В это время еще три корабля, с «Тайфуном» в хвосте, ушли правее. Крис все поняла с первого взгляда. Она увидела перед собой земной боевой флот, заставивший ее бороться с собой, чтобы не вскрикнуть, а мочевой пузырь не опорожниться раньше времени.

Огромные линкоры, покрытые трехметровой ледяной броней против лазеров, расположились в восемь величественных рядов по шестнадцать кораблей в каждом на фоне пяти далеких, сверкающих звезд. Не раздумывая ни секунды, руки Крис прошли по пульту, устанавливая дальность и направление, соотнося цели с движением своего корабля, в поисках решения оптимальной стрельбы. Земные корабли ускорились на четверть g. Они не маневрировали и не отклонялись со своего места в линии других кораблей.

Когда с «Урагана» поступил приказ взять четыре конкретных цели, Крис потребовалось меньше десяти секунд, чтобы их идентифицировать, установить расстояние и назначить на каждую цель по одному импульсному лазеру «Тайфуна».

Реактор малых быстроходных корветов не мог перезаряжать лазеры так, как у больших крейсеров и линкоров, и все же, технологии хранения энергии после войны с Итич прошли долгий путь. «Тайфун» накапливал энергию, достаточную для наносекундных вспышек из массивных 24-дюймовых импульсных лазеров. Опять же, из-за небольшого размера корвета, лазер выходил коротким. Идеальной концентрации, как у 16-дюймовых лазеров линкоров, не выходило, но для сорока тысяч километров, пока луч не расходился, импульсный лазер корвета был так же хорош, как и основная батарея любого линкора. По мнению капитана Торпа, даже лучше.

За спиной Крис открылась дверь, и на мостик вошел взвод космопехов. В полном боевом обмундировании в этом месте они выглядели же неуместно, как Крис в шортах и толстовке в Башне Лонгнайф. Капитан кивнул сержанту, потом включил комлинк на общую передачу.

— Всем внимание, говорит капитан. Сегодня мы покажем Земле, насколько храбры люди Кольца. Они держали нас при себе на протяжении веков. Здесь и сегодня мы сбросим ярмо. Мне сообщили, что на сегодняшний момент каждый мир Кольца, если он не настолько слаб, чтобы остаться под пятой тирана, объявил Земле войну. У вас есть приказ. «Тайфун» — лучший корабль флота. Давайте покажем им, что мы можем сделать. Капитан, конец связи.

С натянутой улыбкой он повернулся к Эддисону.

— Давай подойдем ближе к нашим целям, — а потом настала очередь получить всю мощь капитанского внимания и Крис. — Лонгнайф, стреляйте, когда до врага будет двадцать пять тысяч кликов.

— Да, сэр, — руки Крис на автомате нажали несколько кнопок на пульте, проверяя цели, скорость и угол удара. Земные корабли в ответ на прибытие Шестой эскадрильи и не подумали изменить скорость и курс, чем облегчили задачу.

Облегчили? Слишком облегчили!

Пальцы Крис летали по пульту так же быстро, как и разум. Война! Мы пришли на войну! Что заставило премьер-министра передумать? Что заставило дедушек Рэя и Троубла отказаться от мирного решения? Где новости, когда они так нужны?

— Нелли, мне нужны свежие новости, — Крис мысленно обратилась к Нелли. Черт побери, со всеми этими кораблями в этой точке должна быть и дюжина пакетов новостей, передаваемых в режиме реального времени.

— Все каналы заблокированы, — сообщила Нелли.

— Твою! Кто глушит? — это уже вряд ли походит на стандартную процедуру.

— Флагман глушит весь входящий и исходящий трафик эскадрильи.

— И на командных частотах Вардхейвена тоже?

— На всех, — сообщила Нелли.

Крис прикусила нижнюю губу. Она собралась на войну. Она собралась атаковать земной флот! И впервые в жизни не знает, что происходит. Зато знает отца и дедушек. Что бы сделали они?

— Нелли, подключись к трафику сообщений корабля, должно же быть какое-то объяснение, — Крис никогда не делала ничего, что ей говорят, пока не объяснят. Происходящее сейчас на корабле требовало объяснений.

— Пытаюсь.

— Сэр, — громкий голос офицера связи привлек внимание шкипера. — Кто-то пытается получить несанкционированный доступ к журналам связи.

— Отсюда?

— Внутри корабля, сэр.

— Отследи, — приказал Торп. — Я хочу знать, кто это. Сержант.

— Нелли, остановись, — мысленно крикнула Крис.

— Да, сэр, — вытянулся в струнку сержант.

— Собери команду. Нужно отыскать диверсанта. Можешь стрелять на поражение, — прорычал капитан.

— Сэр, — сержант еще сильнее вытянулся в струнку, потом расслабился и обратился к десантникам. — Капрал Ли, ты и еще двое.

Ли подал знак двум рядовым, которые вслед за ним отправились с мостика.

— Связь, — потребовал капитан.

— Доступ был отбит, сэр. Кто бы это ни был, он быстро отпал.

— Дай мне знать, как только вернется.

— Нелли, что случилось? — мысленно спросила Крис. — Я думала, Тру залила тебе все, что нужно, чтобы сломать все, что есть на Вархейвене.

— Она так и сделала, мэм, — ответила Нелли немного обиженная такой отповедью. — Только сеть «Тайфуна» контролируется «Айронклад Софтвейр». Думаю, это та самая система, о которой я говорила прошлой ночью.

— Никогда не слышала об этой конторе.

— Небольшая компания на Гринфильд. Ни разу не пыталась увеличить свою долю прибыли на рынке за пределами этой области.

Гринфильд. Дом Петервальдов! Что делает нестандартное программное обеспечение Смит-Петервальд на вардхейвенском корабле? Корабле Вардхейвена, готовящемуся к войне!

— Расстояние до цели? — потребовал капитан.

— Сорок пять тысяч кликов, — сообщила Крис той частью себя, что заведовала наступательным оружием «Тайфуна». Вокруг «Урагана» раскинулись и другие корабли эскадры.

Крис проверила распределение целей. В них оказался самый первый корабль в колонне… флагман эскадрильи… а еще пятый, девятый и тринадцатый корабли, идущие вслед за ним. Флагман. Выстрелы Крис обезглавят целую эскадрилью. Она проверила, как идут дела на других корветах: у каждого было подобное назначение. С четырьмя выстрелами с каждого из восьми кораблей Шестая Эскадрилья превратит сто двадцать восемь линейных кораблей в груду неуправляемых обломков.

— Оружие. Статус, — потребовал капитан.

— Четыре импульсных лазера готовы, подключены на полную мощность, — на автомате сообщила Крис. Во рту пересохло. — Конденсатор полностью заряжен. Можем перезагрузить один из лазеров мгновенно. Еще три за пять и семь минут, сэр.

— Перезагрузи первый лазер сразу же. Нацелься на последний корабль из назначенных нам целей. Покажем им, что «Тайфун» способен уничтожить пять линкоров четырьмя импульсными лазерами.

— Да, сэр, — сказала Крис и пальца послушно пробежали по пульту.

Что-то здесь не так! — закричал голос в голове. — Линкоры не ожидают атаки. Неужели отец приказал совершить скрытую атаку? Неужели дедушка Троубл решился на это? — Крис не могла ответить на эти вопросы. А дал ли дедушка Рэй шанс президенту Урму? Нет. Но на тех кораблях находятся такие же солдаты, как и они, даже если и служат Земле!

— Нелли, ловишь какие-нибудь сообщения?

— Никаких.

Неужели Троубл, поднявшийся на Черную Гору, и Рэй, сражавшийся сначала с Землей, потом Урмом, за ним с Итич, сражались именно так? А папа? Они все Лонгнайф. Они не станут отдавать приказы, подобные этому! Так что ты сделаешь, детка?

Томми говорит, всегда есть варианты. Крис оглянулась через плечо: тот смотрел на нее широко раскрытыми глазами. Полковник Хэнкок, я не вижу других вариантов. Проверила диапазон, набрав сорок тысяч кликов. Времени на выбор не так много. Итак, Кристин Энн Лонгнайф, что будешь делать? Мы здесь, чтобы не дать уничтожить флот Вардхейвена. Флот напротив — угроза. Угроза… здесь! Висит рядом с точкой прыжка!

— Сэр, — тихо сказала она, — что-то тут не так.

— Что? — раздраженно откликнулся капитан Торп.

Крис поднялась, пальцы все еще лежат на кнопках боевого пульта.

— В этой ситуации, сэр.

— Какой ситуации? — головоломка лишь слегка подорвала уверенность капитана.

— Мы проводим скрытую атаку, сэр.

— Конечно. Или ты хочешь дать шанс этакой огневой мощи стрелять по Вардхейвену? Сядь, энсин, у тебя есть приказ.

— Да, сэр. Но откуда приказ? У премьер-министра нет камней за пазухой. Я знаю. Он мой отец. Если он с кем и сражается, делает это лицом к лицу. И эти корабли, сэр. Они никак не угрожают нашему флоту. И нашей планете.

— До цели сорок тысяч кликов, — сказал рулевой. Каждый миг приближал их к перестрелке. К бойне.

— В чем дело, Лонгнайф? Не хватает смелости для драки? Я должен был это предвидеть. Сержант, убери эту трусиху с моего мостика?

Ты только что совершил большую ошибку, капитан. Сделал это дело личным. Крис повернулась к космопехам, никто из них не сдвинулся с места.

— Это я-то трусиха? Я вместе с вами прыгала на планету. Без меня половина вас сгорела бы при вхождении в атмосферу. Без меня вы все погибли на минном поле. Я первой ворвалась в дом и первой прорвалась к той девчонке. Это была трусость? Не хватает смелости для драки? Капитан, этот приказ пришел не от премьер-министра Вардхейвена. Откуда он?

— От единственных людей, кто имеет право их отдавать, ты, избалованное отродье, — прорычал капитан — и его характер дал единственный шанс законности действий Крис, на которую она даже и не надеялась. — Приказ исходит от людей, у которых хватает смелости взять то, что вы, жадные до денег слабаки, припрятали для себя. Вы позволяете власти валяться без дела. Ну так некоторые из нас знают, как ее использовать. Есть земная власть, не поднимающая зада, толстая и тупая. Через минуту мы разнесем ее на куски. Как насчет такой власти? — Торп поднял кулак. — А если Земля вернется, мы снова ее разнесем. Нам надоело быть вашими подхалимскими псами, Лонгнайф. Отныне мы сами будем делать то, что считаем правильным. Сержант, застрели эту собаку.

Сержант стоял недалеко от входа на мостик и выпученными глазами смотрел на командира. Его М-6 медленно поднялось, и Крис оказалась лицом к лицу со стволом заряженного оружия… снова. Ну, Эмма, моя горная подруга, думаю, это и есть та традиция, что сближает семейку Лонгнайф.

— Кем вы хотите стать, сержант? — сказала она, с каждым словом чувствуя растущую силу. Неужели именно это провело в свое время дедушку Рэя мимо президентской гвардии? Неужели именно это убедило Дам из Ада подняться на Черную Гору? Крис кивнула на капитана: — Этот человек утверждает, что вы были собачонкой богатых и ленивых. Готовы стать подхалимским псом сильных и сумасшедших? Потому что сейчас вы ступаете на эту дорогу.

— Может, вам и не нравится политика, которую ведет мой отец, но его избрали такие люди, как вы. Думаете, капитан с друзьями справятся лучше? Вспомните минное поле, которое каким-то образом не обнаружили до десантирования. Думаете, такой горячий парень, решивший установить рекорд спасательной миссии, способен заметить такую мелкую вещь, как минное поле? Что еще он упускает? Вы этого хотите? — Крис перевела взгляд с застывшего сержанта на остальных.

— Хотите следовать приказам того, кто собирается стать самым подлым ублюдком в мире? Такого будущего хотите для детей и внуков? Космос, разорванный на части кем угодно, способным собрать достаточно сил на руинах того, что было? Потому что нет никаких сомнений в том, что люди, опьяненные властью, кто не способен как следует спланировать высадку десанта, вряд ли что-то смыслит в управлении целой планетой. Кто отдал приказ стрелять? Связь. Вы должны быть в курсе. Кто отдал приказ стрелять?

Лейтенант-связист покраснел, как диод на одном из его приборов.

— Сэр? — он растерянно посмотрел на командира.

— Не твое чертово дело, Лонгнайф. Такие, как ты, настолько долго нами командуют, что вы уже не верите в то, что кто-то другой знает лучше, что нужно нашим мирам. Такие, как ты, долго держали нас под своей пятой, платили нам гроши за то, что мы рискуем жизнью, пока сами спите на триллионах. Вот и закончилось ваше время. Сержант, застрели эту безумную сучку.

— Извините, мэм, — сказал сержант, наводя ствол винтовки на Крис.

— Не двигайся, сержант, — вмешалась капрал Ли, подняв свое оружие и нацелив его на сержанта. — Дернешься, я пришью тебя к стенке.

Со своего места вскочил старпом. Повернулся к десантникам уже с пистолетом в руках. Хэнсон, техник, успел поднять винтовку раньше.

— Положите пистолет, сэр. Или вы сотрудничаете с нами, или умрете прежде, чем успеете нажать на курок.

Старпом застыл, так и не подняв пистолет.

— Бросьте оружие, сэр, — сказал капрал Ли. — Старший помощник. И вы тоже, сержант.

— Я тебя за это повешу, — закричал капитан.

— Не уверена, что нас не повесят, если сделаем все по-вашему, сэр. Мэм, я человек маленький, но хотела бы знать точно, на ту ли сторону встала. Думаю, если мы не правы, то опустим оружие и позволим совершить атаку. Может быть, все закончится хорошо и для нас.

— Связь, откройте стандартные частоты Вардхейвена, — приказала Крис.

Капитан покачал головой.

— Да пошла ты, — ответил лейтенант-связист.

— Нелли, дублирующаяся связь с пультом Томми. Взломай связь. Быстро.

— Работаю, мэм. Продолжаю взламывать.

— Томми? — спросила она, точно не зная, последует ли он за ней куда угодно и сделает ли все возможное, чтобы предоставить экипажу доказательства ее правоты, чтобы они с полным основанием последовали за ней. Поддержит ли он ее сейчас?

Руки Томми уже летали над пультом.

— Работаю над этим, — огрызнулся тот. — Черт, «Ураган» глушит связь, — он оглядел экипаж мостика. — Кто-то очень не хочет, чтобы мы узнали другую точку зрения на происходящее.

— Поднажми, — приказала Крис. — Сузь луч. Ограничь поиск сетью аварийного управления. Направь луч к ближайшей точке прыжка Дельта, — предложила Крис. Она должна найти Вардхейвенский флагман. Если земной боевой флот еще не отлетел от своей точки прыжка, есть надежда, что и флот Вардхейвена тоже находится где-то рядом со своей точкой.

— Нужно больше энергии, — покачал головой Томми секунд через пять. — Я не могу пробиться через глушение.

— Отключи накопитель.

Он уж точно не понадобится. Томми застучал по кнопкам на приборной доске. Крис почти забыла, как дышать, когда индикаторы поползли в красную зону. Людям нужны доказательства и она должна предоставить их.

— Тридцать пять тысяч кликов, — объявил Эддисон, вдруг кому-то эта информация важна.

— Готово, — улыбнулся Томми. — У меня кое-что есть.

—…черт возьми, по-твоему, что вы делаете? Шестая эскадрилья, ответьте мне, черт побери. Что вы там, Бога ради, затеяли?

— Дедушка Троубл, — выдохнула Крис. — Когда я видела его последний раз, он помогал премьер-министру найти мирный выход из кризиса. Кто-нибудь еще думает, что мы должны делать то, что собирались делать? — Крис обвела взглядом мостик, всматриваясь в каждого находящегося на мостике. Лица у кого бледные, у кого решительные. Звуковым фоном дедушка Троубл довольно настойчиво и языком, которого Крис от него никогда не слышала, пытался пробиться к командиру Шестой эскадрильи.

— Нужно ли ему ответить? — спросил Томми.

— Нет, — сглотнула Крис. — Нас услышит вся система. Если мы хотим остановить атаку, мы должны сделать это сами. И это должен быть сюрприз.

— Ты этого не сделаешь, — крикнул капитан и обратился к сержанту: — Разве ты не видишь, что даешь ей шанс? Отдаешь галактику богатым сучкам вроде нее. Позволяешь им продолжать гонять тебя. До сих пор они держали нас за яйца, а теперь хотят их целиком проглотить.

Но уже никто не слушал Торпа. Взгляды сосредоточены на экранах, пальцы стучат по кнопкам на пультах управления. Экипаж переметнулся на сторону Крис.

— Сержант? Ты с нами? — спросила он.

— Да, мэм. У меня внук. Не хочется оставить ему горящий в аду мир.

— Сержант, капрал, уберите этих людей с мостика. Нам предстоит бой. И, возможно, единственный шанс остановить то, что намечается.

— Да, мэм, — ответила капрал Ли и обратилась к космопехам. — Вы слышали эту женщину.

— Когда ты впервые поднялась на борт корабля, — сплюнул Торп, — я думал, в тебе есть задатки бойца. Теперь вижу, что ты полна куриного дерьма, как и остальные.

— Сэр, — рыкнул сержант, — вы либо заткнетесь и уйдете с мостика, либо, клянусь Богом, я сам вас заткну, — он направил дуло винтовки на Торпа, — а тело вынесут старпом с лейтенантом.

Крис позволила сержанту управляться с Торпом, сейчас у нее были другие проблемы.

— Эддисон, ты как? — спросила она, когда шкипер, наконец, заткнулся и угрюмо покинул мостик.

— Думаю, в порядке, мэм. Не совсем тот Космофлот, о котором мне рассказывал отец.

— У меня так же, — кивнула Крис. На экране пульта рассредоточились корветы. Ближайший, «Чинук», завис кликах в трехсот от «Тайфуна». — Ладно, парни. Вот, что мы собираемся сделать. Эскадрилье нужно подать сигнал тревоги, сообщить им, что у них большие проблемы. Эддисон, по моей команде готовься к маневру уклонения.

— Да, мэм, — с трудом сглотнув, сказал рулевой.

Крис уселась в кресло, обеими руками обхватила рычаги управления и направила 24-дюймовый импульсный лазер на «Чинук». Она достаточно долго защищала «Тайфун» и знала его уязвимые места. Стоит нанести быстрый удар в корму, недалеко от инженерных постов управления, можно пробить реактор. Будет один большой ба-бах, корабль адски завертит, но команда выживет и даже сможет отправить сообщение домой.

Крис пару раз глубоко вдохнула, подождала, пока перестанут трястись руки, потом осторожно навела компьютерное перекрестие прицела на «Чинук». Взглянула на дальномеры — радарный, лазерный, гравитационный и оптический — все показывали одно и то же в разных диапазонах. Крис снизила мощность 24-дюймового лазера наполовину и стукнула по клавише «Пуск».

На экране тонкая желтая линия протянулась от одного корвета к другому. Радар показал взрыв газа, когда лазер впился в корму цели. «Чинук» завертелся в бешеном вихре, из-за чего, потеряв ускорение, вылетел из линии боевого формирования.

— Это уж точно привлечет их внимание, — усмехнулся Томми.

— Ага.

— Торп, черт побери, что случилось?

Крис ударила по кнопке комлинка.

— Это энсин Лонгнайф, с этого момента командую «Тайфуном». Приказ атаковать земной флот незаконен. Командующий военным флотом Вардхейвена приказывает прекратить атаку. Если вы этого не сделаете сами, я остановлю вас.

— Лонгнайф? Где Торп? Вот дерьмо. «Сирокко», «Ураган», нейтрализуйте «Тайфун». Второй дивизион, продолжить атаку на земной флот.

— Ну, ты хотела привлечь их внимание, — сказал Томми, подняв бровь в знак подчинения нестандартной ситуации, в которую, как обычно, втянула его Лонгнайф.

— Эддисон, направь нас к второму дивизиону. Томми, приготовься поставить заграждение между нами и флагманом.

— Да, мэм, — прозвучал двойной ответ.

Крис снова включила комлинк.

— Внимание всем говорит энсин Лонгнайф. Я сместила капитана Торпа. Приказ атаковать земной флот незаконен. Командующий флотом Вардхейвена приказывает прекратить атаку на корабли земного флота. Мне пришлось повредить «Чинук» и теперь я атакую оставшуюся часть Шестой эскадрильи. Неважно, состоите вы в числе заговорщиков или честно служите Вардхейвену, предлагаю всем встать на сторону «Тайфуна», иначе все мы погибнем. Лонгнайф, конец связи.

— Волнующая речь, — сказал Томми.

— Нужно было сказать, — пожала плечами Крис. — Эддисон, маневрируй кораблем. Зигзагами, зигзагами, так, как никогда раньше не делал.

— Я собью ваши прицелы, — заметил Эддисон.

— Забей. Меня больше интересует, чтобы мы удачно уклонялись от огня, чем попадали сами.

— Враг приближается, мэм, — напомнил Томми. — Через пять секунд они будут готовы стрелять.

В этом было еще одно ограничение маленьких кораблей. У крейсеров и линкоров имелись огромные круговые турели, дающие лазерам время зарядиться. 24-дюймовые лазеры ограничивались только тридцатью градусами в стороны от носа. Крис воспользовалась секундами, прежде чем атакующие смогли взять «Тайфун» на прицел, и послала четыре половинных импульса по четырем кораблям второй дивизии. Промазала по всем, кроме, может быть, «Шамала». Но это не имело значения. Важнее получить их внимание. Самым интересным было поведение «Циклона» и «Торнадо». Оба притормозили, вышли из строя и стали отходить от земного боевого флота. Могу поспорить, на их мостиках сейчас происходят интересные дискуссии.

Когда Эддисон чуть уронил «Тайфун», желудок Крис аж подскочил к горлу.

— По нам стреляют, — воскликнул он.

— Разверни нас к «Урагану», — приказала Крис.

— Нос на «Ураган», есть, — откликнулся Эддисон.

— Двигаю броню на нос, — сообщил Томми, передвигая броню из жидкого металла туда, где она сейчас так необходима.

Крис попыталась выстрелить по флагману, но каждый раз, когда уже собиралась выпустить лазерный импульс, Эддисон дергал корабль в какую-нибудь сторону. Наконец Крис, набрав четверть мощности на 24-дюймовый лазер, выстрелила, и промазала.

— Извините, мэм, — сказал Эддисон, — я не даю вам возможности попасть.

— Так держать. Раз я не могу попасть в него, значит, и по нам сложнее попасть.

В следующий момент два корабля мелькнули мимо «Тайфуна». Эддисон развернул корабль, чтобы уйти от вражеского огня, но огня-то и не было. Оба корабля, разгоняясь, мчались к прыжковой точке.

— Они убегают! — крикнул Томми.

— Томми, дай мне устойчивый луч связи на оставшиеся корабли Шестой эскадрильи, — крикнула Крис, теребя в руках комлинк. — «Тайфун» Шестой эскадрилье. Обратите внимание, что флагман улепетывает к точке прыжка. Прошу вас определиться, на чьей вы стороне.

— Говорит «Циклон». Энсин Сантьяго, временно исполняющий обязанности командира. Мы с вами, Лонгнайф.

— «Торнадо» на связи. ДжейДжи Харлан, временно исполняющий обязанности. Что нам нужно делать?

— Займитесь «Муссоном» и «Шамалом». Держите их подальше от земного флота. Я преследую флагман.

Но «Ураган» шел зигзагообразным курсом, да еще разогнался до трех g в направлении точки прыжка, что находилась недалеко от земного флота. Зигзагообразный курс не давал Крис возможности как следует прицелиться и попасть в уязвимые двигатели «Урагана».

По причине, известной только Торпу, «Тайфун» не настраивался на ускорение при больших g, по крайней мере, Крис не помнила случая, когда корабль ускорялся больше полутора g. Так что она пока никуда не спешила и следила за развитием событий.

Два земных линкора тоже развернули орудия. «Шамал» и «Муссон» оказались под прицелом не только своих кораблей, но и дюжины земных 14-, 16– и 18-дюймовых лазеров. Печальное зрелище, даже если представить, что они нацелились на все восемь атакующих кораблей. Но сейчас они сосредоточились только на двух. «Шамал» и «Муссон» тут же прервали стрельбу, развернулись и помчались к точке прыжка. «Циклон» и «Торнадо» поплелись вслед за ними.

— Думаю, сейчас самое время дать о себе знать, — сказала Крис, активируя комлинк. — Говорит энсин Лонгнайф, командующий «Тайфуном». Вызываю командующего флотом.

Как будто в ответ картинка на экране перед ней раскололась на две, и в них появилось два лица, одно знакомое, другое очень знакомое.

— Говорит генерал Хо, начальник штаба земных сил. Не хотите рассказать, что я только что видел?

— Говорит генерал Рэй Лонгнайф.

— Мистер президент, — генерал Хо выпрямился по стойке смирно.

— Нет, сегодня всего лишь генерал, Хоуи, работаю с генералом МакМоррисоном, начальником штаба Вардхейвена. Генерал, мне показалось, ваш бекон только что был спасен другим Лонгнайф.

— С моего места тоже так показалось, Рэй.

— Можешь продолжать сидеть на месте в ожидании, когда еще одна группа горячих голов решит сотворить какую-нибудь глупость, или можешь прийти сюда и сделать то, что, как мы оба знаем, должно быть сделано.

— Рэй, ну ты же знаешь мой приказ — ждать, пока не появится Мак.

— Хоуи, знаешь же, что Мак приказал и мне сидеть здесь из-за тебя. Скажу, между нами, старыми боевыми меринами, я уже устал кружиться вокруг этой бесполезной каменюки. Астероиды свистят повсюду. Думаю предложить Маку отправиться со всем флотом к Парижу 8.

Крис тут же вывела на экран пульта схему системы. Париж 8 оказался газовым гигантом и находился примерно на полпути между точкой прыжка Альфа, около которой находился земной флот, и точкой прыжка Дельта, где расположились остатки флота Вардхейвена.

— Думаю, что потратил достаточно топлива, ходя по кругу, — сказал генерал Хо, оторвавшись от экрана. — Париж 8 выглядит единственной планетой поблизости, да еще не в облаке астероидов. Думаю, отправлю на Землю сообщение, что использую эту планету для временной базы флота.

— Чистая случайность, — улыбнулся дедушка Рэй.

— Чистая случайность, — согласился земной генерал.

— Теперь, когда мы все уладили, энсин, у вас есть какие-нибудь проблемы? — на этот раз генерал Рэй Лонгнайф обратил свое внимание на Крис.

— Никаких, разве что я не знаю, что делать с мятежниками на борту во главе с бывшим капитаном, — пожала плечами Крис. — Вам нужны заключенные?

Дедушка Рэй скривился, словно на горячую картофелину, которую ему на колени уронила Крис. Может уже позволить верным псам заказывать пиво всем вокруг или битва остановтся на полпути?

— Крис, как бы ни хотелось мне этого говорить, но земной флот должен увидеть, что мы контролируем ситуацию. Кроме того, я хочу поговорить с ублюдками, которые все это устроили. Что, по их мнению, они делали?

— У меня под стражей шкипер, старпом и офицер связи «Тайфуна». Посмотрю, что можно сделать. Если вы извините меня, я буду немного занята.

— Понятно. Лонгнайф, конец связи.

— Лонгнайф, конец связи, — повторила Крис, и ей понравились новые ощущения. — Рулевой, — тут же переключилась она, — разгони нас до полутора g. Поставь корабль на курс к точке прыжка Кило.

— Да, мэм. Один, точка, пять g, курс к точке прыжка Кило.

— Старшина Бо, — сказала Крис, активировав комлинк.

— Да, мэм, — ответ пришел мгновенно.

— Нужно немного прогуляться. Постарайтесь убедить экипаж, что мы на правильной стороне. Дайте мне знать, если возникнут какие-нибудь проблемы. Сами знаете, сама бы сделала, если бы сейчас не была занята сразу двумя делами.

— Поняла, шкипер. Выполню с удовольствием.

Шкипер. Тот самый титул, который Крис не ожидала заработать ни в ближайшее время, ни в отдаленной перспективе.

Крис изучила показания на пульте управления. При трех g векторные обозначения «Урагана» и «Сирокко» почти полностью прекратили движение относительно земного флота, значит, вот-вот начнут набирать скорость, двигаясь обратно к точке прыжка. «Тайфун» же, хоть и замедлялся, но все еще несся с большой скоростью от точки прыжка. И все же, Крис не нужно охотиться за флагманом, нужно всего лишь поймать в прицел двигатели.

Сбавив мощность лазеров до одной десятой, Крис принялась наносить удары по корме «Урагана» и «Сирокко». Их зигзагообразный маршрут давал новые возможности. Первый выстрел пришелся по правому борту. Следующий по левому. Еще один снова по правому, поскольку флагман поменял курс, взяв левее. Крис активировала комлинк.

— Коммодор Сэмпсон, я могу продолжать в том же духе весь день. Рано или поздно я вас подловлю. Если не сейчас, подловлю у точке прыжка. Ваш вариант проигрышный.

Еще два выстрела, и тут оба корабля, вместо очередного зигзага, приближающего их к точке прыжка Кило, рванули по длинной прямой вправо, что быстро вывело оба корабля из досягаемости Кило.

— Куда это они? — спросил Томми.

— Думаю, выбрали другую точку прыжка, где могут нас опередить. Эддисон, есть предложения?

На главном экране появился край звездной системы. Красным были выделены четыре точки прыжка.

— Они могут направиться к любой. Жду вашего приказа, мэм.

Крис протерла глаза, пытаясь вспомнить, о чем должен думать капитан в такой ситуации. Переключила комлинк.

— Инженерный, как у нас с топливом?

— Ваша стрельба влияет на него, но у нас есть еще около шестидесяти процентов.

— Командование Шестой эскадрильи убегает, а начальник штаба Вардхейвена хотел бы перекинуться с ними парой слов. Есть предложения?

— У нас на борту много новичков, шкипер, — было приятно услышать это слово от лейтенант-коммандера, который вполне мог оказаться и заговорщиком. — Возможно, вы заметили, что Торп постоянно подкидывал вам сложные задачки на симуляторе, но в реальности мы никогда не разгонялись больше полутора g. Я бы посоветовал, мэм, для начала разогнаться до полутора g, посмотреть полчасика. Если не обнаружим никаких проблем, разгоним до трех. Я знаю, что это медленно, но у нас много зеленых новичков, которые ни разу не были на операциях такого высокого уровня.

Звучало правдоподобно, но могло оправдать побег «Урагана». Вот только инженерный отдел, как правило, всегда был себе на уме. Черт, если они решат прекратить преследование, все, что им нужно сделать, сбросить активную зону реактора.

— Спасибо, инженерный, используем ваше предложение. Коммандер Паулюс, если заметили, сейчас вы старший офицер на борту. Освободившееся кресло капитана должно стать вашим.

— Извините меня, мисс Лонгнайф, я ожидаю, что пригожусь вам на своем месте, если нагрузите наши двигатели, как собираетесь. Я знаю, что, если верить рекламным проспектам, эти жидкометаллические лодки должны менять конфигурации безболезненно, но каждый раз, когда «Тайфун» укорачивается, мы с ребятами проходим через все круги ада, чтобы поддерживать поток плазмы. Пока вы прекрасно со всем справляетесь, энсин. Пока не даете нам расслабиться, думаю, останусь здесь и постараюсь не дать двигателям разнести нас на куски.

Вот и первая техническая проблема с жидким металлом, про которую слышит Крис.

— Насколько все плохо, коммандер?

— Ничего такого, с чем бы я не справился. Если перестану справляться, обязательно закричу.

Крис быстро обнаружила, что работа капитана вовсе не игра в кегли и распитие пива.

— Йоман, объяви по всему кораблю: через тридцать минут перейдем на два g и на три, как только сможем.

«Тайфуну» потребовалось почти три часа, чтобы разогнаться до трех с четвертью g. Среди всего прочего, на гауптвахте стояли голые железные койки. Соблазнительно оказалось дать возможность Торпу немного пострадать, но Крис велела космопехам принести туда надувные матрасы. К тому времени, как «Тайфун» перешел на полное ускорение, «Ураган» и «Сирокко» успели выйти из радиуса лазерного поражения.

Далеко за кормой четыре корабля второй дивизии вели свое сражение — два опытных капитана против оказавшихся на вершине командования молокососов, впервые почувствовавших себя командирами во время боя. Тем не менее, решения, принятые конструкторами при проектировании корветов давали новичкам преимущество в преследовании двух кораблей бунтарей. Убегая, их оружие было направлено не туда, куда нужно, а двигатели открыты для смертельных ударов. Сантьяго и Харлану потребовалось некоторое время, но оно было на их стороне, а удача обернулась против «Муссона» и «Шамала». Задолго до того, как они добрались до точки прыжка, их двигатели были повреждены и места шкиперов заняли бывшие подчиненные, кто вовсе не был заинтересован в борьбе за интересы небольшой кучки офицеров, которые даже не удосужились никому сказать, за что сражаются.

Что дало дедушке Рэю много пленных для допроса, но Крис не стала бы спорить, что, к примеру, Торп знает всю затею. Если бы Шестой эскадрильи удалось уничтожить земной боевой флот, чтобы он делал дальше? Корабли могут лететь между звезд сколько угодно, но им нужно куда-то идти за едой, ремонтом и вооружением. «Ураган» бежал. Вот только куда?

Как только «Тайфун» набрал скорость. Крис снова связалась с оставшимся ей верным офицером.

— Инженерный, как у нас дела?

— Потеряна мощность третьего лазера. Не знаю почему. С вашего разрешения, мэм, на такой скорости я бы предпочел не посылать туда ремонтную бригаду. Мои лучшие механики работают на двигателях.

— Коммандер, инженерный отсек — полностью ваша вотчина. Управляете ею вы, как считаете нужным. Ускорение вызвало какие-либо проблемы?

— Нет, мэм, не так быстро, но если бы я был шкипером «Урагана», я бы начал беспокоиться о том, как быстро коммодор нажмет педаль чертова жидкого металла. У нас пока все под контролем. Я бы беспокоился о них.

Что предложило Крис тему для переговоров. Почему бы не вызвать коммодора и не дать ему дружеский совет изучить инженерный пуль управления. Это вызвало небольшой смешок, кстати, не очень приятный опыт при трех с четвертью g.

— Что мне еще нужно знать?

— Шкипер. Беспокоит старшина Бо. Команда камбуза ни разу не готовила обед при повышенной силе тяжести. Предлагают мясное ассорти, пока не замедлимся.

— Пусть делают, старшина. Еще какие-нибудь проблемы есть?

— Нет, мэм. У вас собралась хорошая команда, и мы все болеем за вас.

Приятно слышать.

Проблема с погоней заключается в том, что она становится затяжной, а на скорости в три с четвертью g Крис стала весить почти четыреста фунтов. Тут даже обычное дыхание начинает быстро утомлять. Сказать больше, штатный режим корвета в мирное время не позволял вести бой сверх обычного рабочего времени. Обычно на мостике попеременно дежурили по двое. В инженерном тоже. На три с четвертью g коммандер Паулюс оставил на рабочих местах всю группу наблюдения и обслуживания. На мостике Крис никак не могла покинуть пульт атаки или освободить Томми от дежурства у пульта обороны. Эддисон тоже отказался уходить отдыхать.

— Кто знает, когда они решаться развернуться и принять бой. Я буду здесь столько же, сколько и вы.

Так и получилось, что Крис дала возможность сначала Томми, затем Эддисону, а потом и себе возможность по паре часов поспасть прямо на посту, и приказала остальным офицерам и старшинам сделать то же самое и передать всему экипажу: две трети бдят на посту, одна треть отдыхает. К тому времени, когда Крис проснулась, проспав свои два часа, стало ясно — «Ураган» мчится к точке перехода Майк.

— Ее никогда не использовали, — сообщила Нелли. — Статус точки ниже F, если такое вообще существует.

— Им скоро придется повернуть корабль и начать тормозить или… — Томми не стал развивать мысль.

— Они не смогут скорректировать курс, чтобы учесть блуждание точки прыжка, — закончил Эддисон. — Если попадут в точку прыжка, окажутся где-нибудь в соседней галактике, если не дальше, — он посмотрел на Крис, что при таком ускорении оказалось нелегко. — Вы, Лонгнайф, об этом должны знать больше меня.

— Поверь, — рискнула фыркнуть Крис, — я ничего не знаю о прыжках. Что бы ты ни наслушался о дедушке Рэйоне Санта Мария, это же не наследственное. Мы сами не собираемся пока никуда прыгать, особенно на этом корабле и с таким запасом топлива. Еще вопросы? Предложения?

— Мне подходит, — сказал Томми.

— Инженерный, как у нас дела?

— Никаких изменений, мэм. Три лазера полностью заряжены. Конденсатор заполнен. Показатели реактора находятся около красной отметки. Все выглядит стабильно.

Когда Крис собралась объявить очередное шестичасовой дежурство две трети на одну треть, Томми нахмурился и сказал:

— Засек активность у точки прыжка Джульетта. Она расположена недалеко от Майк.

— С чем связана точка?

— Со множеством миров Кольца. Просто точка не настолько стабильна, чтобы ее использовать на регулярной основе.

И ровно через две минуты у точки прыжка Джульетта сверкнуло шесть раз.

— Говорит «Тайфун», корвет флота Вардхейвена. Обращаюсь к кораблям, только что вышедшим в систему Париж из точки прыжка Джульетта. Назовите себя, — потребовала Крис и застыла, ожидая, что это окажутся друзья коммодора.

— Говорит крейсер Сообщества «Паттон», Вардхейвен, — отозвался женский голос. Крис выдохнула, только сейчас поняв, что все это время сидела, задержав дыхание. — Надеюсь, вечеринка еще не окончена и вы, ребята, не выдули все пиво. Я возглавляю пятьдесят четвертую разведывательную эскадрилью. Надеюсь, нас пригнали сюда не на субботник для сбора мусора и льда.

— «Паттон», говорил энсин Лонгнайф, исполняющий обязанности капитана «Тайфуна». Шестая эскадрилья предприняла несанкционированную попытку атаковать земной флот. Мы преследуем «Ураган» и «Сирокко».

— Боже, женщина, что тут происходит? Вы собираетесь прыгать на такой скорости, да?

— Я нет, но в них не так уверенна. Возьметесь отрезать те два корабля от точки прыжка Майк?

— Отлично. Парни, слушай сюда, нам тут приберегли немного веселья. Пятьдесят четвертый разведывательный, следуйте за мной. Общее преследование. Если кто возьмет беглецов в прицел, стреляйте.

И «Паттон» в подтверждение, выстрелил сам с дальней дистанции. Во время войны с Итич дальность лазерных лучей утроилась.

Тем не менее, шестидюймовка «Патона» была хороша лишь в пределах шестидесяти тысяч километров. К тому времени, как остаточный луч ударил по «Урагану», уровня энергии в нем было едва ли больше, чем на поверхности озера в теплый летний день на Вардхейвене. И все же, выстрел «Паттона» немного подогрел «Ураган».

Крис проверила векторы движения на пульте управления. Пятьдесят четвертая эскадрилья набирала скорость, с адской скоростью по своему курсу шел «Ураган» и ему нужно было оставаться на одной прямой, никуда не сворачивая, чтобы попасть в точку прыжка Майк, иначе флагман попадет в беду.

Через пятнадцать минут проблему подчеркнуло перехваченное сообщение:

— Генерал МакМоррисон вызывает флагман Шестой эскадрильи. Ваша ситуация безнадежна. Вас перехватят до того, как сможете совершить прыжок. Если вы собрались прыгать, учтите, это самоубийство. Прекратите ускорение и приготовьтесь к высадке на борт.

— Точно, — пробормотала Крис. — Через час или десять.

— Святая Богородица, — воскликнул Томми, — «Ураган» ускоряется! Три и четыре, три и восемь, полные четыре g.

— Он развалится, — покачал головой Эддисон. — Мэм, хотите, чтобы мы тоже ускорились?

— Инженерный, флагман уходит от нас на четырех g. Есть предложения?

— Нет, мэм. Просто имейте в виду, если прикажете ускориться до четырех g, я доползу до мостика и лично возглавлю мятеж. Хотите провести остаток дней в камере на пару с Торпом?

— Нет, коммандер, просто хотела узнать ваше мнение, и не собираюсь с вами спорить, — Крис снова переключила комлинк. — «Ураган», «Сирокко», говорит Лонгнайф. Имейте в виду, двигатели жидкометаллических кораблей не рассчитаны на полет при четырех g. Вы рискуете. Если совершите прыжок на такой скорости, никто не знает, как далеко вас забросит. Неужели среди вас нет никого, кто не участвует в заговоре и хочет, чтобы люди, вроде коммодора решали, жить вам или умереть?

— Думаешь, тебя кто-то слушает? — поинтересовался Томми.

— Скоро узнаем.

Через минуту «Сирокко» отключил питание.

— «Ураган», все кончено, — сказала в комлинк Крис. — У вас нет будущего. Не позволяйте коммодору утопить себя. Кто-нибудь, остановите его прежде, чем корабль взорвется вместе с вами.

Никакого ответа. Крис изучила курс «Урагана» на экране, сопоставив его с уточненной оценкой местоположения точки прыжка. С «Паттоном» в качестве гравиметра вычисления прошли лучше. Крис еще раз проверила местоположение точки прыжка и улыбнулась.

— «Ураган», вы неправильно оцениваете прыжок. Точка справа от вас. Повторяю, «Ураган», вы пропустите точку прыжка. Сбавьте скорость и приготовьтесь к высадке на борт.

— Он свернул правее, — сказал Эддисон.

— И подставил больше половины двигателей под мой выстрел, — пробормотала Крис. Настроила все три работающих лазерных установки на свободный режим, ввела наилучшую оценку дальности и выбрала четверть мощности. Выпустив одновременно три залпа, получила хороший разброс. Первый и второй промазали, но луч четвертого лазера прошел почти вплотную. Крис быстро настроила остальные лазеры под него и снова выстрелила. Снова промахи, но на этот раз близко к кораблю прошел луч второй лазерной установки. Перенастроив и усилив мощность лучей, Крис провела пальцами по пульту управления так быстро, как только позволяли три g.

В запасе у нее осталось энергии еще на два выстрела.

И снова луч с четвертой установки оказался самым близким к цели. Крис произвела корректировку для последнего выстрела и услышала Томми, тот истово молился за жизнь команды «Урагана». Не меняя настроек, Крис выпустила последние три залпа.

Остановилась на секунду, пальцы застыли на кнопках, дающих команду на огонь лазеров. Флагман резко ушел влево. Крис быстро поправила прицел и выстрелила.

Ждала долгую секунду. Выстрелила, опустошив конденсатор «Тайфуна» досуха, надеясь хоть как-нибудь попасть по флагману, дестабилизировать его и, может быть, помочь здравомыслящим людям на борту отстранить коммодора от командования.

Где-то на борту «Тайфуна» погасли и снова загорелись радарные и лазерные импульсы. Где-то гравитационные и оптические системы продолжали делать свои измерения. Где-то компьютер оценил все поступающие данные и сообщил об этом на пульт управления Крис. Казалось, прошла целая вечность, а с точкой на экране, обозначавшей «Ураган», ничего не происходило. Потом она дрогнула и началась свистопляска.

— Боже, Крис, ты подстрелила их! — закричал Томми.

— Секунду, — крикнул Эддисон. — Секунду. Да. Они вне досягаемости точки прыжка. Они не смогут совершить прыжок.

Крис активировала комлинк.

— «Ураган», корабль вышел из-под контроля. Вы уже не сможете прыгнуть. Ради бога, отключите двигатели до того, как они взорвутся. Не дайте этому ублюдку убить всех вас, — чуть не умоляющим тоном попросила Крис. — Черт возьми, я сместила капитана. Вы тоже можете сместить этого чертова Сэмпсона.

Показалось, что «Ураган» снова встал на курс. И тогда его ускорение прекратилось.

— Говорит капитан Хориксон. Сдаю корабль младшему офицеру. Коммодор без сознания. Что вы хотите, чтобы я сделал?

— Торможение до одного g, — приказала Крис. — Проследите, чтобы Сэмпсону оказали необходимую медицинскую помощь. Многие офицеры хотят задать ему несколько вопросов.

— Они его получат, — пришел ответ с «Урагана». — Черт, он чуть было не убил нас всех.

* * *

Так закончилась странная история Шестой эскадрильи. Торжественная часть, проходившая в системе Париж 8, давно закончилась. Крис же только-только удалось разогнать «Тайфун», «Ураган» и «Сирокко» до приемлемой скорости. Большая часть Пятьдесят четвертой разведывательной эскадрильи торжества не пропустила, но «Паттон» взял на себя обязанность встретиться с остатками Шестой эскадрильи, чтобы не дать заговорщикам второго шанса.

«Тайфун» пополнил топливные баки, прежде, чем встать в строй рядом со старым крейсером. Не успел отсоединиться топливопровод, как Томми коснулся локтя Крис, привлекая ее внимание.

— Поступило закодированное сообщение.

Крис пропустила поступившую группу чисел через декодер. Не такой уж и секрет. Потом запустила сообщение на свой комлинк.

««Тайфуну», «Урагану» и «Сирокко» приказано встретиться с броненосцем «Великолепный», находящемся на орбите Парижа Восемь. Персонал, подозреваемый в причастности к нападению на земной флот, будет переведен на борт «Великолепного» и возвращен на Вардхейвен под охраной. Всем остальным офицерам приказано явиться на «Великолепный» для допроса в качестве свидетелей. Временное командование корветами примут другие офицеры, которые отведут корабли на Верхнюю Камбрию».

Новость приподняла команде настроение. Томми уставился на Крис, когда увидел, что она не улыбается.

— Там есть что-то про тебя лично?

— Да. Энсину Крис Лонгнайф приказано немедленно покинуть «Тайфун» и явиться на Вардхейвен.

— Покинуть «Тайфун»?

Крис знала, что ее не могут назначить капитаном «Тайфуна», но вот так выдернуть? Она попыталась найти в приказе светлую сторону.

— По крайней мере, не под охраной.

Глава 21

Крис остановилась на верхней ступеньке лестницы. Было раннее утро, солнечные лучи, преломляясь о хрустальную люстру фойе Дома Нуу, крошечными радугами падали на танцующие в спирали черно-белые плитки внизу. Давно, когда Крис была маленькой, они с Эдди в этом зале пытались поймать радугу, надеясь получить в награду обещанный горшок, полный золота. А сейчас она приблизилась к этому? Глубокий вдох втянул запах воспоминаний того утра, завтрака, дерева и… неизбежный намек на электронику. Таким стал мир взрослой женщины.

«Великолепный» пришвартовался поздно ночью. Крис с Томми были одними из немногих, кто покинул его борт. Как и ожидалось, Харви уже ожидал Крис у лифта. Удивительно, но Нелли сразу же получила два сообщения.

«Значит, ты, все-таки, вернулась живой. Эл», — загадочная такая записка от дедушки, который включил Крис в число немногих, кто мог называть его просто Эл. «Жду тебя завтра на ужин», — простенькая записка от мамы. Ну, хотя бы семья не отдалилась от мятежницы.

Как и тем давним утром, дедушка Троубл уже стоял внизу. Сегодня Крис застыла в накрахмаленной белой парадной форме, а дедушка Троубл облачился в гражданский костюм. Он стоял спиной к Крис и о чем-то разговаривал с дедушкой Рэем. Голос тихий, а руки мельтешат по сторонам, когда он в чем-то убеждал бывшего президента. Рэй только качал головой. А потом увидел ее.

Взгляд сверкнул, хмурое до этого лицо расплылось в улыбке. Троубл прервал речь посреди предложения и повернулся, чтобы посмотреть на то, чему вдруг улыбнулся Рэй и тут же изобразил свою версию гордого дедушки.

— Мы уже говорили, какой прекрасной женщиной ты стала, энсин? — гордо произнес Троубл.

Крис стала спускаться по лестнице, чувствуя, как накрахмаленная форменная юбка царапает ноги.

— Что заставило вас подняться так рано? — спросила она тихим голосом, который, тем не менее, заполнил все огромное пространство фойе.

— Встреча! — сплюнул Рэй. — А тебя?

— Очередная сессия с личным инквизитором. Он задает мне одни и те же вопросы, а я ему даю одни и те же ответы. Он любит встречаться со мной ровно в восемь.

— Я пережил подобную инквизицию несколько раз, — заверил Рэй. — Ты тоже переживешь.

Крис кивнула. Она сталкивалась с огнем из винтовки и тяжелых лазеров. Зачем беспокоиться о небольшом разговоре с представителем разведки? Или об обеде с папой и мамой, если уж на то пошло. Так или иначе, сегодняшним вечером того ужаса, который пришлось пережить недавно, уже не будет.

— Что делаете в обед?

Дедушки переглянулись.

— Я не собираюсь обедать с такой компанией, — фыркнул Рэй.

— Перед тем, как Крис отправилась на последнее задание, — сказал Троубл, — она хотела задать нам несколько вопросов.

— Вопросов? — Рэй поднял бровь.

— Мой шкипер, не Торп, сказал как-то, что если я собираюсь стать очередной из «тех самых Лонгнайф», мне лучше понять, что на самом деле делали «те самые Лонгнайф» и как они умудрились при этом выжить. Почему вскрытие показало, что бомба взорвалась в лицо президента Урма, а подрывнику удалось уйти целым и невредимым?

— О-о, — протянул Рэй, взглянув на Троубла, тот в ответ только бровь поднял. Рэй печально покачал головой. — Нужно было догадаться, что ты об этом спросишь. Ладно, Крис, вот что я тебе скажу: если переживешь свою небольшую утреннюю беседу, а меня не линчует толпа, с которой меня свел старина Троубл, встретимся на раннем ленче в пол одиннадцатого.

— Половина одиннадцатого! — запротестовал Троубл. — К этому времени кучка тявкающих и воющих длиннохвостых только-только разогреется.

— С кем ты хочешь провести время? — Рэй одарил Троубла широкой улыбкой. — С ней или ними?

— С ней, — фыркнул Троубл.

И все трое отправились к выходу. Харви уже подогнал к порогу автомобиль, но перед ним стоял огромный черный лимузин. Сержант в зеленой военной форме Саванны открыл заднюю дверь машины. Дедушка Рэй неустрашимо забрался внутрь с таким видом, словно отправлялся на похороны… свои же.

Крис отправилась к своей машине. Харви уселся за руль, Джек поместился на переднем сиденье. Ни один из них даже не дернулся, чтобы открыть ей дверцу, так что Крис пришлось самой открывать дверцу машины, садиться на заднее сиденье и самой же захлопнуть дверцу.

— Что нужно сделать девушке, чтобы ее обслуживали так же? — спросила она, кивнув на машину впереди.

— Спасти мир пару десятков раз, — улыбнулся Джек. — До тех пор подобное упражнение для тебя полезно.

Крис облизнула палец и провела в воздухе три линии.

— Три раза. Сколько еще надо?

— Еще много, — проворчал Харви и тронул автомобиль. — Знаешь, старый дедушка, вроде меня, может привыкнуть к милому и тихому миру. В нем, возможно, немного скучно. Но старому пердуну приятно, когда ребенок каждый вечер возвращается домой.

Крис нахмурилась и вопросительно посмотрела на Джека.

— Сегодня днем у его младшего внука свидание с вербовщиком, — пояснил агент секретной службы. — После случившегося в системе Париж, Вардхейвен расширяет армию и флот.

Крис открыла, было, рот, чтобы сказать пару слов старому другу, и закрыла его. Когда она решила завербоваться в Космофлот, он приветствовал ее решение, но чужой ребенок, хоть и как свой, это одно, а плоть от плоти — совсем другое. Крис попыталась найти нужные слова… и отказалась. Извини, рада за тебя, надеюсь, он станет отличным солдатом. Надеюсь, через пару весьма скучных лет он вернется домой. Крис чуть было не выпалила эти слова.

— Уверена, ты достойно его воспитал, — наконец, сказала она.

— Да. Наверное, чертовски достойно, — водитель проверил приборную доску и обернулся к Крис. — Неужели все это стоит того, что мы просто хотим заниматься своими делами и приходить вечерами домой, чтобы весело провести время с детьми и внуками?

— Не знаю, что вы слышали о ситуации в системе Париж, — медленно начала Крис.

— Не так много, — перебил Джек. — Новостные трансляции внезапно прервали, — закончил он, оставив Крис подозревать, что агент знает больше водителя. Когда-то она думала, что Харви знает все. Времена менялись, и Крис стало немного грустно.

— Да, — сказал Харви. — Мы целый день просидели без новостей. Самое длинное отключение новостной ленты за всю историю. А потом снова включаются камеры, генералы с адмиралами улыбаются, а экипажи кораблей жрут пиво. Тогда почему твой отец просит парламент удвоить ассигнования на оборону, а моего ребенка — бросить хорошую работу и стать солдатом?

Крис откинулась на спинку сиденья. Во время полета на Вардхейвен она была так занята заключенными и разбором полетов, что на новости времени у нее не оставалось. Отмахнула соблазн, чтобы Нелли быстро ввела ее в курс дела. Если правда, настоящая правда и то, что происходит на самом деле и впрямь так перепутаны, как кажется Харви, даже Нелли вряд ли удастся отделить настоящий сигнал от шума.

— Не знаю, — наконец, сказала Крис.

Харви бросил взгляд на дорогу, убедился, что едут в правильном направлении. Джек одобрительно кивнул Крис, но, с другой стороны, наверное, машина наехала на ухаб, и снова превратился в обычного наблюдателя.

Когда перед штабом Космофлота Крис вышла из машины, Джек тоже выскочил наружу.

— Идешь на мой допрос? — спросила она.

— Я все понимаю, твой последний круиз выдался несколько волнующим.

Крис улыбнулась.

— На меня направляли оружие. Уверен, что хочешь добровольно дежурить на корабле?

— Тебе, возможно, следует избегать ситуаций, когда я не могу предоставлять свои услуги.

Прозвучало, как ультиматум.

— И какие услуги ты предоставляешь?

— Ловлю твою пулю, — просто сказал он, осматривая коридор. — Другие ситуации, в которые ты влипаешь — твоя проблема.

— Извини, — сказала Крис и поняла, что он имел в виду. Она так сосредоточилась на своей работе, что забыла о других. И это после того, как полковник Хэнкок дал ей несколько наставлений.

Джек открыл дверь с табличкой: «ОР-5.1».

— Энсин, пора делать свою работу. А мне свою. Сосредоточься на своей, а я позабочусь о своей.

Крис представилась секретарше из гражданских, та указала на конференц-зал. Дверь закрыта, над ней светится табличка: «Занято. Совершенно секретно». Джек, подняв бровь, уселся в свободное кресло и взял со столика журнал.

В конференц-зале Крис обнаружила лейтенанта, который допрашивал ее уже два раза, когда она была на борту «Великолепного», и нового офицера, лет сорока с небольшим, черные волосы только-только начали седеть. На его форме ярлычка с фамилией не обнаружилось. Лейтенант начал с обычных вопросов. Каковы были обязанности Крис на «Тайфуне»? Что в тот день случилось на мостике «Тайфуна»?

Крис отвечала обычно, как было на самом деле. Допрос занял полный час.

Потом пожилой офицер наклонился к Крис.

— Кто помог тебе спланировать мятеж, энсин Лонгнайф?

— Ух, — чуть было не возмутилась Крис, услышав необычный вопрос. — Никто.

— Как долго ты планировала мятеж? — выстрелил офицер новым вопросом.

— Я не планировала.

Но провокационные вопросы продолжались. После пяти минут вопросов кто, что, когда, где и как, заканчивающихся отвратительным словом «мятеж», Крис вышла из себя.

— Действия капитана Торпа и коммодора Сэмпсона не оставили мне вариантов. Что я должна была делать? Выполнить их приказ и расстрелять земной флот?

— Нет, нет, Крис, — чуть не подпрыгнул лейтенант. — И все же, стоит признать: то, как вы беспрепятственно захватили корабль, заставляет думать, не планировали ли вы захват мостика заранее, а незаконные действия капитана только придали законности вашим действиям.

— Конское дерьмо, — сплюнула Крис, после чего провела целый час, объясняя офицерам, почему вооруженные космические пехотинцы решили следовать за ней, а не подчиниться приказам капитана. То, что она действовала правильно, не имело никакого значения.

Когда ее, наконец, отпустили, Крис была истощена. Оставив Джека следовать за ней в дымящемся кильватере, она побрела к ближайшему выходу. Снаружи обнаружила чертовски красивый день для бушующих чувств. Заметила небольшую естественную беседку в саду неподалеку. Кто-то высадил три деревца и полудюжину кустов вокруг каменной скамейки. Крис побрела к скамейке и рухнула на нее.

— Как прошло? — спросил Джек, усаживаясь рядом.

— Меня еще не повесили, — рыкнула Крис. Сейчас она была немного не в себе, очень хотелось самой повесить нескольких товарищей, начиная с безымянного офицера. Чего он от нее ждал? Чтобы она выполнила приказ, уничтожила земной флот, а когда закончилась бы война, сказала бы новостным корреспондентам победившей стороны, мол, я просто выполняла приказ? Ни за что!

Крис глубоко вдохнула. В воздухе чувствовался слабый запах вечнозеленых растений и скипидара, но запах резины и бетона не сдерживался увядающей зеленью.

— Радуга заканчивается адом, — пробормотала она.

Джек молча следил за округой, пока Крис пыталась собрать воедино то, что осталось от несчастного дня. Несколько глубоких вдохов принесли только запах разогретого бетона. Нужно что-то делать. Что сегодня дальше по графику? Точно, встреча с дедушками. Разве не великолепно? Меня обвиняют в мятеже, а я убегаю выслушивать дедушкины истории. Нужно все отменить.

Зачем? Они ошиблись насчет мятежа и ошибутся насчет нее и дедушек. Черт. Я только начинаю узнавать их и, будь проклята, если позволю тому офицеру остановить меня. Крис поднялась: она никогда не найдет конца радуги, если позволит людям, подобным тому офицеру, так вертеть собой.

Сделав два шага, она остановилась. Хотела пригласить на встречу с дедушками и Томми, чтобы тот убедился, на что на самом деле похожи «те самые Лонгнайф». Ничего менять не будет.

— Нелли, вызови Томми.

— Как прошла встреча? — через секунду послышался голос Томми.

— Не так плохо, — ответила Крис. — Не желаешь встретиться?

— Допрашивать меня будут в четырнадцать ноль-ноль, — засмеялся Томии. — Где встретимся?

— Нелли перезвонит тебе через секунду, — сказала Крис и отключилась. — Нелли, вызови дедушку Троубла или Рэя.

— Как прошла встреча? — через секунду она услышала голос Троубла.

— Я выжила. Как у вас дела?

— Думаю, мы сделали все, что могли, — дедушка рассмеялся. Прозвучи такой смех от кого другого, звучал бы он зловеще. У дедушки же камней за пазухой никогда не было. Или были?

— Ты где? — спросила Крис.

Дедушка продиктовал адрес. Нелли развернула карту.

— Недалеко от университета.

— Да, кое-кто решил, что здесь проще увернуться от новостных репортеров. Кажется, сработало. Знаешь какое-нибудь местечко, где можно перекусить?

— Скрипториум. Там никого, кроме студентов, не должно быть. Нелли, покажи дедушке маршрут.

— Увидимся там, как только здесь закончим, — заключил Троубл. — Скажем, минут через пятнадцать.

Не так плохо. Крис мысленно улыбнулась.

— Нелли, передай Томми, пусть подходит в Скрипториум.

Джек откашлялся.

— Даже не предупредишь его, с кем предстоит встретиться?

— Зачем портить ему утро? — засмеялась Крис, чувствуя, как большая часть утреннего страдания куда-то исчезает.

С поиском места для парковки у Харви проблем не возникло.

Джек шел впереди, расталкивая студенческую толпу. Даже ранним утром находились студенты, уклоняющиеся от занятий, зубрящие тексты, да и просто слоняющиеся без дела. Джек отошел в сторону, дав Крис взглянуть на тихий уголок, где последний раз она виделась с тетей Тру. Там, заняв сразу два столика, сидела женщина и широко улыбалась.

— Что ты здесь делаешь? — требовательно спросила Крис.

— Если до сих пор просишь, чтобы мой Сэм отправлял твоей Нелли обновления, стоит ожидать, что старая тетушка может, хотя бы, взглянуть на твое расписание в твоем компьютере.

— Нелли, — рыкнула Крис сквозь улыбку, — нам надо поговорить.

— Я не знаю, как она это сделала, — испуганно, с каким-то оттенком боли, если искусственный интеллект вообще на такое способен, воскликнула Нелли.

— Что будем заказывать? — спросил подошедший студент-официант, не моргнув глазом наблюдая, как Крис снимает белый китель. Наверное, Космофлот сегодня и здесь нежелательный гость. Как все меняется.

— Кофе, — сделала заказ Крис.

— Кофе, — повторили тетушка Тру.

Когда официант развернулся, чтобы отправиться выполнять заказ, мимо него проскользнул Томми и плюхнулся на стул рядом с Крис.

— Как прошло утро?

Крис поначалу подумала предупредить о том, что его ждет, но решила, что под присягой хочет сказать, что не согласовывала никаких показаний с Томми.

— Хуже, чем у некоторых, но не так плохо, как у капитана Торпа.

Вернулся официант с заказом. Не успел он расставить чашки с кофе, в дверях появились дедушки Рэй и Троубл. Как только они подошли к столикам, официант тут же обратился к ним:

— Что будем заказывать? — сказал он, потом нахмурился, прикусил нижнюю губу и тут его взгляд расширился, он понял кто перед ним. — Сэр.

Троубл, кажется, привык к такой реакции. Он оглядел сидящих за столиком и заказал:

— Пиво, темное, свежесваренное, одно, — палец указал на себя, потом на Рэя: — Два, — палец подвинулся, указав на Харви и, получив от того кивок, добавил: — Три.

«Четверку» получила тетушка Тру, «пятерка» досталась напряженно за всем наблюдающему Томми. Бедный парень, кажется, разрывался между падением на пол в обмороке и согласием пить пиво. Джек и Крис отказались.

— Тогда пять.

Как только официант отправился к бару, Троубл занял последний свободный стул. Джек тут же подпрыгнул и предложил свой стул Рэю.

— Господин президент, — сказал он.

— Сегодня никаких президентов, — с огромным злорадством сказал Троубл, когда лицо Рэя помрачнело. Проигнорировав мрачность, Троубл обратился к Крис: — Кто эти симпатичные парни?

— Уверена, с Томми ты встречался на приеме, если он в тот раз не был слишком занят, прячась ото всех, — Томми попытался одновременно кивнуть дедушке и сердито посмотреть на Крис. — Он также был моей правой рукой, когда «Тайфун» противостоял остальной эскадрилье.

— Молодец, сынок, — одновременно прозвучало со стороны обоих стариков, и лицо Томми покраснело, став таким же, как и его веснушки.

Крис прикинула, что Томми сконцентрировался на обоих Лонгнайф настолько, насколько это вообще возможно.

— А этот парень — мой телохранитель, агент секретной службы. Джек, знакомься, это дедушка Троубл. Вообще-то, прадедушка, но для мамы просто «проблема».

— До сих пор?

— Она так и не простила тебя за то, что ты познакомил меня с орбитальными яликами.

— У женщин долгая память.

— Извините, я подежурю за дверью, — сказал Джек, пытаясь полностью сосредоточиться на людях, разговаривающих с ним и, одновременно, оглядывая помещение в поисках угроз. Крис чуть было не рассмеялась, но слишком хорошо помнила, чья работа состоит в том, чтобы схлопотать пулю вместо нее.

— Ни за что, — Троубл схватил агента за локоть. — Раз ты собираешься слоняться рядом с нами, значит, должен узнать и нашу изнанку. Кроме того, вот этот старый чудила рядом со мной нуждается в особой защите.

— От кого? — Джек подозрительно посмотрел на Рэя.

— От себя же, — пробормотал Троубл.

— Я могу сам себе перерезать горло, — проворчал Рэй.

— Не позволяй ему одурачить себя, — вмешался Троубл и, схватив стул у соседнего столика, притянул ближе, чтобы Джек смог тоже присесть, — а то он слишком обрадуется.

— Вообще, идея паршивая, — сплюнул Рэй. — Непродуманно ничего. Они не знают, чего хотят на самом деле, а вся эта затея — дурной способ решить хоть какую проблему, включая ту, которую они хотят решить.

Никто ничего не понял, но все равно все взяли паузу, пока не принесли пиво. Троубл поднял кружку, остальные тут же последовали его примеру, с пивом или кофе.

— За его величество, короля Раймонда Первого, — произнес Троубл.

Крис стукнула кофейной чашкой в пивные кружки остальных, главным образом из-за того, что Троубл был занят тем, что хотел убедиться в громком звуке звякнувшей посуды, заглушившем неприличный ответ Рэя на тост.

— Короля чего? — поинтересовалась Крис, отхлебнув кофе.

Сердито зыркнув на Троубла, Рэй пояснил:

— Некоторые шутники, достаточно взрослые, чтобы знать, чего хотят, решили, что им будет легче удержать при себе шестьдесят, а то и все восемьдесят планет в некоей федерации, если в центре их политических игрищ будет сидеть король. К завтрашнему дню они одумаются и поймут, какая это дерьмовая идея, — Рэй поднял свою кружку. — За тишину и покой в преклонном возрасте.

— Слушаем! Слушаем! — сказал Харви, присоединяясь к тосту.

— Слушаем! Слушаем! — Крис подняла чашку.

Не обращая на них внимания, Троубл откинулся на спинку стула и глотнул пива.

— В твоем сне, разве что, — пробормотал он.

— Им нужен народный защитник, — отрезал Рэй. — Ну, хорошим народным защитником я стать могу. Только чтобы выслушивать кучу ноющих неудачников, корона на голове не обязательна.

— Без короны ты не продержишься и недели. Посоветуешь им заткнуться и заняться чем-нибудь полезным, скажем, на Санта-Марии.

— Ну, по крайней мере, сделаю хоть что-то стоящее.

— Но не так, как с короной, — покачал головой Троубл. — Рэй, старик, все, что мы построили восемьдесят лет назад, разваливается. Они хотят, чтобы ты помог нам сохранить хотя бы часть всего этого.

Крис согласилась бы. Оглянувшись на Скрипториум, она видела студентов, и как сложится их судьба, решают некоторые старики и старушки. Да и ее собственная судьба тоже в их руках. Ей и всем этим ребятам будет лучше, если в их компании будут такие, как дедушка Рэй.

— Черт возьми, Троубл, мы уже свое отслужили. В любом приличном мире, мы бы уже выращивали цветочки или покоились в могиле, а дети, такие, как Крис, веселились бы вместо нас. Это же не справедливо.

Невольно Крис откинулась на спинку стула, угадывая различные эмоции, пробежавшие по ее животу. Она была рада, что дедушки все еще рядом, а значит, она сможет на них рассчитывать, когда будет в них нуждаться. Да, это был ее мир, но она не возражала поделиться им с ними.

Троубл похлопал друга ладонью по локтю.

— Все еще скучаешь по Рите.

— Каждый день, но я не это имею в виду. Этот мир на самом деле должен быть миром Крис.

Настал черед Крис потянуться к человеку, бывшего для нее скорее иконой, чем обычным человеком.

— Дедушка, ты прав, это мой мир. Но это не значит, что в нем нет места и для тебя. Он уже мой и всех этих ребят за соседними столиками… но он и твой тоже. Похоже, у всех у нас появилась проблема. И раз нам нужен кто-то, кого мы помним хорошим парнем, который всегда рядом, ну, разве мы не можем сказать: «Встряхнись, солдат», как в старые добрые времена?

— Мне такое говорили чаще, чем тебе, — проворчал Рэй.

— А потом он расскажет тебе, как пройти двадцать миль до школы в гору зимой и летом, весной и осенью с полной выкладкой, — улыбнулся Троубл. — Разве минуту назад мы не говорили, что должны уважать молодежь и позволить им жить в своем мире?

— Свой мир пусть получат. Уважать? Никогда.

Реплика вызвала смех. И все же, Рэй первым пришел в себя.

— Я до сих пор уверен, что идея с королем не продумана. Например, нельзя кого-нибудь из семьи короля пускать заседать в парламенте или, как они его назвали, Палате Общин.

Крис, выпустив из себя студента-политолога, выпрямилась. В свое время она с друзьями, на откровенных разговорах в Скрипориуме, выдвигали очень смелые идеи. И сейчас происходящее было для нее чем-то новым.

— Чего они хотят?

— Хотят сократить денег на политику, — ответил Троубл. — В течении двадцати лет правления Короля Рэя никто из его родственников не сможет баллотироваться на выборах или жертвовать денег какой-либо политической партии или кампании. Думают, это удержит большие деньги от политики. Мы заметили, что твоего отца, премьер-министра Билли, там не было.

Крис знала, что деньги — топливо и проклятье политики. Такой подход имеет то преимущество, если не сказать больше, что его никогда раньше не пробовали. Однако упоминание об отце означает, что схема распространяется и на Крис.

— Подожди, дедушка. Думаю, ты станешь великим королем. Но это не значит, что ты решишь сделать меня принцессой. Потому что, должна тебе сказать, я уже прошла через проблемы, с которыми может справиться подросток, когда она всего лишь дочь премьер-министра.

Троубл рассмеялся, но дедушка Рэй уставился на Крис с той стороны стола. Потом улыбнулся. Крис почувствовала, что флоты Итич погибали после такой улыбки.

— Троубл, что, если я кое-кого сделаю герцогом или графом?

— Не знаю, позволят ли тебе, — Троубл почесал подбородок. — Про королевскую власть ничего сказано не было.

— Там о многом ничего сказано не было.

Крис только головой покачала.

— Почему мне подумалось, что нужно держать рот на замке?

— Нет, принцесса, — со злобной усмешкой сказал Троубл, увидев, как поморщилась Крис, — это просто разговоры, которые нравятся твоим бабушкам. Что дарит нам старые, простые, но классные идеи.

— Нет, плохие идеи, — сказала Крис, увидев, что каждый, сидящий за столом, улыбается. — Очень плохие идеи.

Дедушка Рэй сидел и с натянутой улыбкой смотрел на них всех и выглядел так, как, по мнению Крис, и должен выглядеть король. Наверное, человеческой расе именно сейчас и нужен король.

Прежде, чем она закончила мысль, Рэй поднялся. Все тут же тоже поднялись. Он поднял кружку, и вслед поднялись еще пять.

— За нас и таких, как мы. Пусть всегда будет достаточно тех немногих, чтобы миры продолжали вращаться для всех остальных.

Крис вздрогнула и вместе с остальными воскликнула: «Слушаем! Слушаем!». Вот что значит, быть «нами» для таких, как Рэй и Троубл. Это и есть то, что означает быть в числе тех самых «немногих». Она сделала большой глоток кофе.

Тут со стороны Нелли прозвучал электронный эквивалент покашливания.

— Крис, тебя ждут в кабинете генерала МакМоррисона в час дня.

— Ох-ох, — заволновалась тетушка Тру. — Один из тех пятничных обедов с боссом.

— Хочешь, замолвим за тебя словечко? — предложил Троубл.

— Нет, сэр, — Крис расправила плечи. — Это моя проблема. Я справлюсь. — Это моя карьера. Я с ней справлюсь лучше.

— Я и не ожидал другого ответа, — сказал Рэй. — Лонгнайф всегда сами выпутываются из того, во что сами же и влипают.

— Наверное, потому, что больше никто не умеет влипать так быстро и так глубоко, — сквозь улыбку проворчал Троубл.

Крис смеялась вместе с ними, понимая, что они дают ей все, что могут дать. Шутки, смех, беззаботную уверенность, что она справится со своей проблемой. На этой веселой ноте она с ними и попрощалась.

* * *

Как и утром, Джек проводил Крис до штаба Космофлота. Поход по штабу занял несколько коридоров и лифт, прежде чем Джек без необходимости объявил:

— Вот и офис Мака.

Открыл дверь и Крис, войдя внутрь, представилась секретарю генерала:

— Энсин Лонгнайф прибыла по вызову к тринадцати часам.

Часы за женщиной показывали, что еще оставалось тридцать секунд.

— Генерал ждет вас.

Расправив плечи, Крис пошла вперед. Насколько все будет сложно? Она спасла маленькую девочку… и ее отправили в грязную дыру. Она накормила множество людей… и чуть было не утонула. Она прошла через ад первой перестрелки… только для того, чтобы уточнить, что нужно немного подправить прицел. А сейчас она возглавила мятеж и провела небольшой космический бой только для того, чтобы предотвратить более масштабный бой. Объяснить начальнику штаба армии отца почему она взбунтовалась не должно оказаться таким уж сложным делом.

Дверь открылась. Генерал МакМоррисон сидел за столом, глубоко закопавшись в бумаги, но, когда Крис вошла в кабинет, поднял голову.

Не успела она подойти к столу с правой стороны, как генерал поднялся со стула. Худой, седой человек, больше похожий на бухгалтера чем на генерала, быстро и плавно обошел стол.

В результате Крис пришлось приветствовать движущуюся цель. В ответ он вскинул руку ко лбу, после чего плавно подал ее для рукопожатия. Когда Крис ответила на рукопожатие, он сказал:

— Молодец, энсин. Отличная работа.

Это было хорошее начало.

— Спасибо, сэр.

— Устраивайся поудобнее, — он указал на диван.

Крис присела на краешек дивана, генерал тут же занял кресло напротив. Как у дедушки Алекса кабинет был серым, этот оказался бежевым: стены, ковер, мебель. Сам генерал в форме цвета хаки. Крис свела ноги, сложила на коленях руки и приготовилась ко всему.

— Думаю, — прочистив горло, начал генерал, — следует начать с того, что мне нужно поблагодарить тебя за то, что спасла мою шею. Все, о чем я мог думать в момент, когда Шестая эскадрилья атаковала землян, так это о том, что они приведут озлобленных выживших землян прямиком на орбиту Вардхейвена.

— Такова была задумка коммодора Сэмпсона?

— Да, но это не для публикации. Политики все еще пытаются найти способ замять дело.

— Им придется несладко, — сказала Крис. — Можно вопрос? Куда Сэмпсон хотел сбежать? Кто ему платил?

— Мы проверили его банковские записи. Не думаю, что ему кто-то платил, — устало сказал генерал. — Думаю, он делал то, во что верил.

Крис вспомнила все разговоры, что слышала от военных и решила, что такое вполне вероятно.

— И все же, ему нужно было бы куда-то отправить наши корабли. Это ведь не было началом внутреннего восстания на Вардхейвене, не так ли?

— Нет. Очевидно, он действовал в одиночку. Он отказался сообщить нам, куда собирался увести эскадрилью.

— Отказался, — Крис не понравилась окончательность этого слова.

— Коммодор Сэмпсон умер вчера от сердечного приступа.

— Настоящего или… — новость ошарашила Крис.

— И то, и другое, — нахмурился генерал. — Мы проследили за деньгами. У парня, который прошлой ночью принес ему ужин, внезапно распух банковский счет.

— Можно поинтересоваться, куда привели эти деньги?

— Подозреваю, что если я не сделаю этого сейчас, Тру достаточно быстро вытянет это из нашей базы данных, — он чуть было не улыбнулся. — Мелкий бизнесмен на Гринфильде. Управляет фирмой — разработчиком программного обеспечения.

— «Айронклад софтвейр», — закончила Крис.

— Да. Мы уже вычистили несанкционированное программное обеспечение на ваших кораблях, но новых зацепок это нам не дало, — сказал генерал и устроился поглубже в кресле. — Есть небольшая информация, которая может тебя заинтересовать. «Тайфун» для спасательной экспедиции маленькой девочки на Секуиме выбрал коммодор Сэмпсон. Он был очень зол от того, что ты нарушила весь его план, что сумела выжить при высадке и не попалась в ловушку, которую он расставил, — МакМоррисон выглядел озадаченно. — Что он сделал?

— Мне и моей команде космических пехотинцев было приказано совершить ночное десантирование… на минное поле, — сказала Крис, порадовавшись, что разрешилась одна загадка и разочаровавшись, что Сэмпсон больше не ответит ни на один вопрос. — Что-нибудь узнали от других заключенных? От Торпа?

— Слишком мало. Они утверждают, что коммодор Сэмпсон не распространялся насчет плана боя. Они просто выполняли приказы, — лицо генерала кисло скривилось.

— Что вы с ними сделаете? — ответ на этот вопрос в значительной степени скажет ей, что ждет вполне определенного мятежника.

— Повесить их на самой высокой рее, даже если мне лично придется выстроить ее, вот чего я хочу. Ничего — вариант, на котором, скорее всего, я и остановлюсь.

— Ничего? — Крис не успела и глазом моргнуть, как вопрос вылетел из нее. Черт побери, девочка, тебе нужно научиться думать, прежде чем то-то тявкать.

— Ничего, — повторил Мак. — О, мы рассчитаем их, хоть большинство из них уже имеют право на пенсию. Но военный трибунал предоставит им право на общественное слушанье, который они и хотят. И будь я проклят, если захочу, чтобы мои офицеры постоянно задавались вопросом, могут ли доверять приказам вышестоящих, а граждане Вардхейвена — могут ли доверять моим офицерам.

С таким трудно не согласиться.

Также генерал рассказал Крис, что ждет ее лично.

Мак протянул руку и взял со столика две маленькие коробочки. Открыв одну, он передал ее Крис. Та всмотрелась на ее содержимое: медаль «Почетного Легиона». Хорошая медаль. Во второй коробочке лежал «Военно-морской крест». Очень хорошая медаль.

Мгновение она держала их в руках, потом закрыла коробки и вернула генералу. Сидя на отцовских коленях, она научилась позволять паузе затягиваться, пока собеседник не заполнит его. Генерал МакМоррисон забрал коробочки с медалями, но поставил их на столик ближе к Крис.

— Я читал полный отчет полковника Хэнкока. На Олимпии ты хорошо справилась. Очень хорошо для младшего офицера, — он выделил слово «младший». Крис не обратила на это внимания и тихо сказала:

— Спасибо, — чтобы не прерывать и не дать генералу сорваться с крючка, лишь бы тишина заполнялась.

— «Почетный Легион» ты получаешь за Олимпию, — сказал Мак. Крис кивнула, но отказалась от вопроса, почему на столе лежит еще и «Военно-морской Крест». Мак посмотрел на нее, когда молчание затянулось, истончилось и зазвенело, как неуклюжая скрипка.

— Как же с тобой сложно, энсин, — наконец, рыкнул он. На этот раз он взял со стола пластиковый лист и протянул ей. Это было прошение об ее отставке, заполненный сегодняшней датой.

Крис закрыла глаза, а внутренности словно рухнули вниз. Это был очередной бой, всего лишь. В отличие от последнего, этот всего лишь на бумаге и не может ее убить. Она прочитала написанное и посмотрела на генерала.

— Вы хотите, чтобы я это подписала?

— Увольняйся из Космофлота сегодня же, и я вручу тебе «Военно-морской Крест» за то, что в системе Париж так и не случилось катастрофы.

Генерал-политик.

— Папина идея?

— Если твой отец, — фыркнул генерал, — начнет мне публично диктовать, чего он хочет, я так же публично начну с ним драться. Половина Космофлота снесет мне голову, если я ему уступлю.

Крис считала себя политически подкованной. Сейчас в ее руках оказалась явная политическая горячая картофелина. Она снова взглянула на лист с прошением об отставке.

— Тогда почему вы просите меня покинуть Космофлот?

— Ты освободила от должности своего последнего командира, а его начальник хотел тебя убить. Энсин Лонгнайф, кто будет следующим?

Крис попробовала посмотреть на себя глазами Мака. Ну, Хэнкок будет рад получить ее себе. Или нет? То был опыт обучения… для обоих. Но то был опыт, который не нужно повторять. Первым ее выбором была служба на корабле. Но какой шкипер захочет увидеть ее на своем мостике? «Привет, сэр, я — отродье премьер-министра, может быть даже, принцесса. Надеюсь, мы отлично поладим. Своего последнего капитана я сместила с должности». Точно. Сделать ее командиром тоже пока никак не получится. Энсины кораблями не командуют. Кроме того, каждый капитан тоже кому-то подчиняется. Даже Мак и тот перед отцом отчитывается, а папа считает каждого избирателя Вардхейвена своим боссом.

— Не знаю, кто меня возьмет, сэр. Но, безусловно, для меня должно найтись хоть какое-нибудь место на флоте, — сказала она и положила прошение об отставке на столик. — В отставку я не уйду.

— Почему? — пока Крис не ответила, генерал казался довольным.

— Потому что хочу остаться в Космофлоте, сэр.

— Почему? — снова напрямую спросил генерал.

Крис на мгновение замерла. На ум пришла одна из ночных наставительных речей сержанта Бо.

— Сэр, однажды старшина спросила у меня, почему я завербовалась в Космофлот. Мой ответ не особенно ее впечатлил.

Генерал улыбнулся, заставив Крис задуматься, не пришлось ли ему тоже когда-то отвечать на подобный вопрос.

— Как-то капитан Горцев рассказала мне свою семейную историю, как ее и мой дедушки выжили на Черной Горе и что значит быть офицером в тени таких людей, — показалось, такой ответ немного удивил генерала. Крис чуть подалась вперед. Ответ должен быть коротким. В него она постаралась вложить всю свою страсть. — Сэр. Я офицер Космофлота. Это мой дом, — она подвинула ближе к генералу лист с прошением об отставке. — Я не уйду.

Мак взглянул на прошение, вздохнул и медленно разорвал его пополам. Коротко вспыхнул статический заряд, с пластика исчезло все написанное.

— Вопрос решен. Теперь твое слово, женщина. Половина флота тебе аплодирует, Половина уверена, что ты — мятежница, которую нужно повесть вместе со всеми остальными. Удачи тебе в том, чтобы отличить их друг от друга.

Он потянулся к медалям на столике. Сначала поднял медаль «Почетного Легиона».

— Ты его заработала на Олимпии, — он бросил коробочку Крис. — Официальной церемонии не будет. Носи на здоровье.

Крис посмотрела на коробочку. Не так все должно быть. Ее команда на Олимпии заслуживала лучшего. Но официального признания не будет. Из-за нее. Все ли радости будут такими перемешанными?

Генерал взял «Военно-морской крест», открыл коробочку, задумчиво изучил содержимое и снова закрыл. Поднявшись, он пробормотал:

— Об этом немного подумаем. Подождем, посмотрим, что Земля скажет на то, что ты натворила в парижском шоу.

Крис тоже, было, встала, но генерал только махнул, мол, сиди. Со своего стола он взял еще одну небольшую коробочку.

— Сегодняшняя чрезвычайная ситуация испортила много чего. Мы вводим в строй стаю новых энсинов. БуПер продвигает всех энсинов с более чем четырехмесячной службой, до звания лейтенанта. Кажется, у тебя как раз подошел срок. Так что, вместо того, чтобы протащить на киле, я повышаю тебя в звании, — он поглядел на Крис. — Чисто по цифрам, чтоб знала.

— Удачная дата ввода в эксплуатацию, — заверила Крис генерала в понимании, но улыбки сдержать не смогла.

Генерал обошел стол, достал что-то из ящика. Крис потребовалось некоторое время, чтобы распознать, что он взял. Что у армейского генерала делают погоны космофлотской эскадрильи? Крис встала, когда генерал подошел ближе.

— Мой отец служил на Космофлоте, — сказал он. — Не думаю, что он простил меня за то, что я пошел в армию. Это его погоны. Я был бы признателен, если их будешь носить ты.

Крис моргнула. Не совсем то, что она ждала, когда ее сюда позвали.

— Это честь для меня, сэр.

Генерал МакМоррисон снял те, что лежали на плечах формы Крис и заменил их своим подарком.

— На самом деле, я их возвращаю, — сказал он, закрепляя погоны. — Моему отцу их дала твоя покойная прабабушка Рита Нуу Лонгнайф. Он получил известие о повышении по службе, когда «Оазис» вез ее и Рэя на встречу с президентом Урмом.

Крис вздрогнула. Бабушка Рита погибла во время войны с Итич. Не все Лонгнайф тогда выжили, чтобы услышать, как сейчас неправильно трактуют тогдашние действия современные СМИ. Крис стояла и терпеливо ждала, пока генерал не закончит крепить погоны. Тяжелыми их делала явно не лишняя одна полоска.

— Я постараюсь носить их так же достойно, как делали это ваш отец и моя прабабушка, — сказала она, когда генерал закончил.

— Уверен, так и будет, — сказал он и отсалютовал.

Крис отсалютовала в ответ. Не спеша вышла из кабинета. Джек, как только она направилась к выходу, тут же оказался рядом. Идя сюда, она рассчитывала, что покинет штаб гражданским лицом. Вместо этого получила повышение. Повышение! Впервые, наверное, за всю свою жизнь она поняла, чего хочет. Ей это просто-напросто требуется. Она отказывается бросать… эта служба — ее. Когда Крис вышла на яркий дневной свет, она улыбнулась. В темно-синем цвете неба радуги не было, но сейчас Крис знала, что находится на том ее конце.

— Смотрю, тебя не повесили, — сказал Джек.

Крис развернулась на пятках, осмотрела здания Космофлота, армии, правительства и улыбнулась.

— Нет, свой шанс они упустили. У Космофлота все еще есть Лонгнайф.

— Почему мне хочется сказать: «Боже, помоги всем нам»? — хмыкнул Джек.

— Потому что это может оказаться правдой, — сказала Крис и помахала Харви.

Конец первой книги

Content

Майк Шеферд
МЯТЕЖНИЦА

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21